Экспер Экспер: другие произведения.

Перезагрузка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


Оценка: 6.19*32  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Постапов уже было столько, всех не упомнишь. Еще один без бесконечных толп мутантов и зомби. Когда я начал писать подразумевал очень конкретный город. В принципе он определяется без особых сложностей. Но я там не был страшно сказать сколько лет, все могло измениться. Когда понадобились подробности не стал заморачиваться и писал как шло. Отсюда вывод: реальный город и люди не имеют ничего общего с описанным. Все совпадения случайны, включая имена и географические названия. Это альтернативная реальность во всех смыслах.

  Перезагрузка.
  
  Лернер Марик.
  
  
  Часть 1. Конец прежнего мира.
  
  Глава 1. Последняя ночь.
  
  - Да ерунда все это! - воскликнул высокий худой парень и энергично отрицая, рубанул воздух ладонью. - Вот увидишь, ничего не будет! Прогнутся наши начальнички в очередной раз. Что они дураки, собственных детей и капиталы, находящиеся за границей терять?
   - Иногда нельзя уступать, - возразил второй парень. Этот был с виду крепче, хотя и пониже. А в лицах обоих нечто неуловимо присутствовало, любому постороннему намекая на родство. Причем длинный был брюнет, а другой темный блондин. Они и были братьями.
   - Если речь идет о выживании, - убеждено заявил первый, - всегда можно договориться. Ну не идиоты ж они, конченные, неизвестно с чего решившие угробить всех. Даже догматик и волюнтарист Хрущев сдал назад, когда выяснилось, что может случиться большой бум. А эти-то не той породы, - он аж подпрыгнул на ящике, чуть не сшибив очередным взмахом руки себе на голову бутылку с уксусом.
   Сидели они в подсобке, сплошь забитой штабелями всевозможных коробок, пакетов и банок. Мебель здесь отсутствовала полностью и устроились на наиболее подходящих предметах.
   - Пока что не похоже, что готовы договариваться. Интернет отрезали, связь с заграницей в любом виде тоже. Радио глушат, одни государственные работают и то сплошь музыка и грозные заявления. Мобилки и то не соединяет. Даже самолеты все посадили. Представляешь, сколько народу сейчас застряло в какой-то Анталии или Испании и не может вернуться? Между прочим, в данном случае прямая дорога в лагерь для враждебных граждан. Это ведь страны НАТО.
  - Может потому наглухо перекрыли, чтоб не знали люди что происходит?
  - Да военные и то не в курсе!
  - Ну да, Стас, наш папахен большой начальник, - пренебрежительно отмахнулся длинный. - Начальник отдельного железнодорожного батальона. Раз его в известность не поставили...
  - Дурак, что ли, Мишка? Хотя бы общие приказы довести обязаны.
  - Может и сказали.
  - Не, он бы не стал врать. Никому ничего не ясно и не понятно вплоть до округа.
  Без всякого мигания погасла лампочка.
  - Опа! - сказал Стас. - Это только у нас или вообще?
  Он поднялся и толкнул дверь на кухню. Там тоже было темно. Гремя чем-то железным и в пол голоса ругаясь прошел внутрь.
  - Похоже весь район вырубило, - крикнул, - дома темные стоят.
  В этот момент лампочки замигали и снова загорелись, но уже не так ярко, будто напряжения не хватало.
  - На улице окна все равно темные.
  - Это запасной генератор больницы заработал, - объяснил стоящий в дверях подсобки Мишка. - Не общая сеть.
  - Сначала связь, потом транспорт, теперь электричество?
  - Затемнение? - с сомнением спросил Мишка. Кажется он уже не был столь оптимистичен. - В наше время фигня. Наводят не так.
  Дверь распахнулась с силой, треснув о стену. Почти вбежала женщина. Еще не старая, в белом халате.
  - Вы здесь? - вскричала с заметным облегчением в голосе. - А Слава не вернулся? Ведь знала, нельзя отпускать!
  - Да что такое мама, - удивился Стас. - Он же в гараже, давай сбегаю - пять минут.
  - Сидите здесь! - почти закричала она. - Будете мне носиться туда-сюда, а я вас искать. Сама схожу.
  - Может вместе?
  - Никуда не уходите! - приказным тоном потребовала и метнулась на выход.
  Стас извлек из кармана сигареты и усевшись на подоконник задымил.
  - Оно тебе надо, - пробурчал брат. - Вернется, опять шуметь станет. Расстроится.
  Тот обернулся, явно готовый послать далеко и надолго. И тут завыла сирена, заставив обоих подскочить.
  - Песец, - в голос сказал Стас, спрыгивая на пол и помчавшись к двери. Открыл и уставился на торопливо ковыляющую по этажу процессию больных всех возрастов и пола.
  - Быстрее, быстрее! - нервно кричал срывающимся голосом пожилой начальник отделения. - В лифт не садится! По лестнице пешком.
  Тут он тормознул при виде застывших парней.
  - Поздняковы? Раз уж здесь, помогите людям, - и показал на последних отставших.
  Первой из последних в забеге двигалась со скоростью умирающей черепахи, пытающаяся торопиться бабка, тащившая за собой капельницу на подставке с колесиками. Мало того, что ноги еле волочит, так еще и трубка в вену воткнута. Сзади за ней прыгал совсем молодой парень, постриженный практически под ноль на костылях с обеими ногами в гипсе. Больница осталась от времен, когда всем заправляли люди в погонах, но теперь в ней лечились не только военнослужащие и члены их семей. Лежали все вперемешку. Все лучше, чем ехать в Астрахань или Волгоград, особенно когда всерьез прижмет и время терять нельзя.
  - Давайте ребята, - доктор почти просил, причем звучало это странно, поскольку орал в полный голос, иначе под сирену ничего не услышать. - Всем в бомбоубежище надо.
  Они переглянулись.
  - Напиши записку и прямо к двери приклей, - решил Стас. - В подсобке есть скотч. Потом догоняй.
  Бабку почти понес, под ее оханье, волоча заодно штатив или как там эта штука в виде палки на колесиках называется. Солдатик самостоятельно бодро обогнал по коридору, но на лестнице замешкался. Передвигаться на костылях по ступенькам не самое приятное занятие. В одной руке костыли, в другой перила. А на ноги толком не опереться. Впрочем, застрять в лифте, если вторично отрубится электричество тоже не лучший вариант. Но и передвигаться со старухой, страхуя и чувствуя насколько быстро заканчивается терпение от ее жалоб и попыток лично двигаться, тоже мало приятно.
  - Ох, сынок, - сказала томно бабка, когда они спустились на второй пролет. - Туалета здесь нет?
  - Внизу, - ответил сквозь зубы Стас, размышляя нафиг он взялся за это неблагодарное дело. До сих пор пенсионеров через дорогу не переводил и тимуровца не изображал. - Уже недалеко.
  Вообще-то он не помнил есть ли в бомбоубежище толчки, но раз сидеть предстоит долго, наверное должны иметься. Это ж положено предусмотреть для минимального комфорта. Прежде внутрь не заглядывал. Еще пару дней назад там был склад всякой хозяйственной дребедени, необходимой больнице от постельного белья до разнообразной поломоечной химии. Вытаскивали сегодня, освобождая пространство, силами лечащихся. Не все ж с переломами и в лежку. Правда часть ходячих из-за новостей разбежалась по домам. А они чтоб не припахали сидели у матери в подсобке. Таскать чужое добро не шибко мечталось. Нема дурных, пусть срочники стараются, а они люди гражданские и не обязаны.
   Бабка внезапно потяжелела, навалившись всей тяжестью на плечо. Пришлось ухватить со всей силы, а то бы и сам загремел с лестницы. Уж больно оказалась грузная, пусть с виду и не заметно. Зато солдат вдруг выронил костыли и реально закувыркался вниз. То есть ничего похожего на киношное падение. Никакого подпрыгивания на ступеньках. У него словно подломились ноги и клюнул носом вперед. Нормальный человек так падать не может. Он всегда машинально сгруппируется.
  - Эй, ты чего? - крикнул Стас и повернув голову, оторопел. В глазах у бабки не было жизни.
  Он невольно отпрянул, бросая повисшую на нем тушу покойницы и тут же ухватил, за плечо, пытаясь удержать, в надежде на ошибку. Осторожно опустил и присел рядом, заглядывая в застывшее лицо. Никогда прежде не приходилось иметь дело с мертвыми, как щупать пульс видел исключительно в кино, однако нерешительно потрогав морщинистое запястье и поискав жилку на шее почему-то моментально уверился в смерти.
  - Ничего не понимаю, - сказал сам себе, под не прекращающийся вой сирены и пошел вниз.
  Если солдатик и не окачурился на манер бабки сразу, то его и проверять не требовалось. Голова была повернута чуть не назад. Потом трупы стали попадаться все чаще. Возле бомбоубежища они уже лежали сплошным слоем, не позволяя ступить, чтоб не попасть на человека. Трогать их не хотелось, как ходить поверху. Вроде кто-то шебаршился в подвале. Ничего толком не разобрать из-за завывания, которое в закрытом помещении стало еще хуже. Он застыл, колеблясь и наконец, для очистки совести крикнул:
  - Эй, есть кто живой? - и крайне удивился, когда изнутри донесся заполошный женский вопль и плач сразу нескольких голосов.
  - Стас? - воскликнула прекрасно знакомая одноклассница Тамара, появляясь в дверях убежища. - Ты один?
  Шутить было не ко времени и он просто подтвердил.
  - Да.
  - Иди сюда! Помоги!
  Она повернулась внутрь и через мгновение держала в руках маленькую девочку, сунувшую в рот палец и смотрящую в неизвестность застывшим взором. Кажется это состояние называется ступором. Видимо внезапно умирающие люди и скорее всего кто-то из родителей крепко дали по психике.
  - Держи!
  - Может не надо? - нерешительно сказал он, принимая ребенка. - Здесь спокойнее от повторного удара.
  - Ты идиот? - спросила Тамара, стряхивая вечно лезущие на лицо роскошные волосы. - Уже не помогло. Здесь все, - она сделала хорошо понятный жест по горлу. - Раз уж так, лучше наверху.
  Лучше ли? - подумал Стас, но возражать больше не пытался.
  Детей от шести до приблизительно двенадцати лет оказалось семеро. Три пацана и четыре девочки. Видимо не только их матери пришла в голову идея взять с собой на работу. Младшие плакали, первая так и молчала, замкнувшись в себе, один из пацанов шел в обмоченных штанах и кажется никто этого не замечал. Второй был вполне в адеквате и помогал в меру сил. Малолетнего пацана на себе тащил и утешал. Мелькнула мысль спросить не родственник ли тот, но сразу ушла. Не до любезностей. Последней вылезла красивая девушка лет шестнадцати-семнадцати. В отличие от остальных она была даже чересчур спокойна.
  - Ты откуда? - спросил Стас автоматически.
  - Из Москвы. Отправил отец подальше от войны к тетке, - тут у нее затряслись губы и только усилием воли сдержалась, смахнув слезу.
  Они так и поднимались цепочкой наверх, неся маленьких на руках и контролируя тех, кто постарше.
   - Стас! - выдохнул Мишка, когда оставался последний пролет. Он так и застыл, не решаясь спуститься или позвать. - Я думал ты тоже...
  Стас аккуратно поставил ту самую ничего не соображающую девочку на ноги, сунув маленькую ладошку в руку Тамаре и тремя прыжками взлетел на этаж. Сходу двинул ничего подобного не ожидавшего брата в челюсть и принялся пинать ногами.
  - Ничего не будет?! - заорал. - Прогнутся! Урою, сука!
  - Хватит! - заорала Тамара. - Прекрати!
  Внезапно замолчала сирена, оставив в ушах звон и вернув нормальный слух. Это было настолько неожиданно, что Стас невольно застыл, прекратив бить брата.
  - Кто-то выключил?
  - Таймер, - сказал невнятно все знающий Мишка, получивший в школе не особо лестное прозвище 'Знайка'. Зуб у него шатался и сплевывая кровь, он кряхтя поднялся, щупая бок. - Само отрубилось.
  - Взрыва не было, - озвучил Стас с опозданием сидевшую где-то на периферии мысль. - Мы б услышали и увидели. Если не свет, так ударную волну.
  - Радиации тоже нет, - доставая из кармана приборчик величиной с ладонь, сообщил Мишка. - У доктора в халате было, - пояснил. - Во всяком случае фон обычный. Никаких нейтронных бомб. И это не химия, тогда все бы почувствовали.
  - И не биологическое оружие, - пробормотала Тамара.
  Вокруг них все собрались внимательно слушали, кроме так и не очнувшейся девочки. Даже плакать перестали.
  - Не бывает вируса, чтоб сработал одновременно. А у любой чумы или эболы некий срок должен пройти после заражения.
  - И какая нам разница? - спросил тот самый полезный парнишка.
  - Большая, - буркнул Мишка. - Может мы иммунные к этой неведомой хрени, а может и нет. - Тебя как зовут?
  - Валера Шехтель.
  - Так вот, Валера, если нет радиации и нервно-паралитических газов, можно жить дальше спокойно. Было и прошло.
  - А когда появятся МЧС? - подал голос второй пацан в мокрых штанах.
  - А действительно, - задумчиво сказала Тамара. - Вдруг только у нас? - судя по тону она и сама не особо верила, но надежда всегда остается.
  - Вы чего не поняли? - спросил Валера. - Взрослые все умерли. А мы остались! Это реально какое-то оружие, но генетическое.
  - Чушь! Невозможно такое создать!
  - Я книгу читал, - сообщил до сих пор молчавший третий пацан. - Там похожее было. Как уцелевшие дорастали лет до двадцати, тоже дубу давали, - в глазах у него застыл страх.
  - Заткнись! - залепила ему оплеуху Тамара.
  - Это книга, - рассудительно сказал Мишка, - мало ли какую чушь накалякают аффторы.
  - Чего держишься? - спросил Стас.
  - Болит, - ответил тот.
  - Покажи. Ну не хотел я, - пробурчал, задирая рубаху и прощупывая бок. - Не похоже на перелом. Может ребро треснуло. Щас повязку тугую соорудим.
   Где-то далеко хлопнула дверь и послышался топот ног. В пустом коридоре звуки разносились далеко. Все дружно уставились в ту сторону. А потом заорали каждый свое и неразборчиво. Через минуту из-за угла выскочил парень, почему-то держа в руке монтировку.
  - Славка! - радостно закричали братья, кидаясь к нему и обнимаясь.
  - Какой-то дебил закрыл задний вход, пришлось бегать вокруг.
  Больница была старая, стоянки не имела и машины обычно ставили снаружи как попало. Зато всю опоясывал оставшийся с времен госпиталя высокий бетонный забор с колючей поволокой поверху. И хоздвор почему-то отдельно, за оградой, как на зоне. Обычно ходили свободно сквозь вечно открытую калитку, но видимо, некто бдительный проявил дурную инициативу. Вот и пришлось ему давать немалого кругаля.
  - А мама?
  - Не видел, она же с вами должна быть.
  - За тобой пошла.
  Они уставились друг на друга.
  - Эй, ребята, - позвала Тамара, не давая углубиться в напрашивающуюся мысль и когда они обернулись, - что делать-то будем?
  - В городе наверняка тоже самое, - сказал Слава. - Я на улице видел мертвых. Одни на машине ехали, так впилились прямо в здание. Думал помочь, но с ними все. Кстати и дети там были...
  - Появятся спасатели или нет, - твердо вернула к прежнему Тамара, - надо как-то жить дальше.
  - Первое правило апокалипсиса, - после короткой паузы сказал Мишка, - нужно место, где будет вода, электричество, тепло. База идеально подходит. Там собственный насос для воды, на хоздворе колодец, отдельная ТЭЦ, есть солнечные панели. Да и жратвы на складе навалом. Надо ж понимать, что если снова не подключат ЛЭП, в холодильниках все протухнет. И вообще...
  Он не договорил, но практически всем и так было ясно. Трупы тоже скоро начнут разлагаться.
  - Здешний генератор бесконечно работать не будет. Сутки, не больше. Хотя можно горючку надыбать.
  - База лучше, - пробормотал Стас. - Можно в штабе устроиться или доме офицеров. Сейчас внутри наверняка пусто.
  - Там можно попытаться наладить связь не по телефону.
  - Много толку от подслушки, - сказала Тамара, мимоходом выдавая военную тайну. Впрочем, практически все присутствующие и так в курсе чем занимался полк связи. Чужие переговоры фиксировал. Особенно южных соседей и для этого даже были переводчики.
  - Где есть приемник, обязан иметься передатчик, - уверено заявил Мишка.
  - Голосуем? Кто за?
  Подняли руки даже самые маленькие. Мало кому хотелось оставаться в мертвом здании среди покойников.
  - Значит решили. Ты Михалычу 'газель' наладил? - спросил брата.
  - И ключи есть, - подтвердил Стас.
  - Поедем с комфортом.
  - Нет, - сказал Валера.
  - Что, нет?
  - Сначала похороним родных. Хотя бы своих!
  - Да, надо маму найти, - невпопад сказал Мишка.
  - Посмотрим вокруг, потом вернемся, - решил Стас. - Твоих... ваших найдем. Идет?
  - Да!
  - Мы в приемную, к телефонам. Стационарные вроде не выключали. - заявила Тамара. - Попробуем звонить. По адресам, учреждениям, в другие города. А вы проверьте и возвращайтесь. Может на улице еще кто живой.
  - Справишься? - еще колебался Стас, но на ее отмашку повернулся и побежал. Мишка со Славой последовали сзади.
  Она посмотрела вслед и скомандовала остальным движение, взяв на руки по-прежнему сосущую палец девочку. Нехорошо с ней. Не реагирует ни на что, да и достаточно большая, чтоб так себя вести.
  - Кто такой Слава? - спросила на ходу Лена.
  - Брат их. Третий.
  - Младший?
  - Где-то на пол года старше Мишки.
  - Что? Это как?
  - Жила-была женщина-разведенка, - негромко заговорила через несколько шагов Тамара, - работающая в солдатской столовой в качестве повара. Она вообще-то и сейчас ничего, а тогда видимо была в лучшем виде.
  Запнулась, осознав, что вряд ли имело смысл говорить в настоящем времени. Останься живой, давно бы появилась. Похоже пацан прав, взрослые все погибли. И это паршиво. Кто ж наладит электростанцию или прилетит спасать? Похоже некому.
  - И хотя был у нее ребенок грудной, - продолжила, - повадился годить в гости лейтенантик один, от которого сбежала жена, оставив своего дитенка отцу. Вобщем не знаю, какие там чувства были или просто им так удобнее казалось, поженились они. А через годик родила уже общего. Вот это и есть Стас. Братья они сводные. Да и семейка у них, надо сказать, изумительная. Отец пьет, как лошадь, мать ругается не хуже прапорщика и может врезать. Мишка книги читает и все знает на отлично. Не зубрила, но вечно в стороне от остальных, таких нигде не любят. Славка в отца пошел, вечно машины чинил, под конец всем желающим за денежку и ценят наши местные автовладельцы за малые расценки и хорошее качество. Стас рос натуральным бандюком. Чуть что - в морду. С пером, правда не баловался, но в школе его боятся. А так... за друг друга они горой.
  - Я видела, - сказала Лена с сарказмом.
  - У всех нервы на пределе, - рассудительно возразила Тамара. - Мне, к примеру, хочется сесть и завыть. Я только что смерть матери с отцом видела.
  - Извини.
  - Да за что? Я б тоже в другое время постаралась подальше от такого оказаться. Откуда нам знать, что они там прежде говорили.
  - Стас кричал 'ничего не будет', - поддержал Валера, шагавший рядом. - Видимо Миша сильно умно обещал. Вот за это и бил.
  Тамара покосилась и промолчала. Шугать пацана особо не за что, сама болтала. Да и глупо ссориться по пустякам. Стаса многие знали, но она гораздо лучше. Сидение за соседними партами способствует. Не было в парне садизма и никогда не тряс малолетних, как иные 'герои'. Вот старшим зарядить в морду запросто. Да и учителям был способен сказать в лицо прямо что о них думает.
  
  
  - Можно я в кабине? - спросила Лена, когда после окончания похорон стали молча забираться в кузов. Здешняя 'газель' была с кабиной на троих, но за руль почему-то сел Стас.
  Тот, не отвечая, махнул рукой. Она предпочла принять за разрешение. Парень был мрачен, неизвестно всегда такой или по нынешнему поводу. Он нашли свою мать, как и подозревали, мертвой. Потом извлекли из кучи покойников еще несколько человек. Младших с собой не таскали, Тамара их родителей и так знала, однако все остальные участвовали. Рыли общую могилу прямо на газоне. Без обсуждения решили не возить на кладбище, а устроить последнее пристанище прямо здесь. Потом Слава принес неизвестно откуда отломанную доску и выжег на ней с десяток фамилий и имен с одной датой, прибив на черенок швабры и воткнув глубоко в землю. Постояли, кто плача, кто бормоча обрывки молитв, толком не помня ни одну и стали собираться в путь, укладывая матрацы в кузов, чтоб было на чем сидеть.
  Стас дождался пока похлопают по кабине и повернул ключ. Мотор негромко заурчал. Машина тронулась, освещая темные пустые улицы, с черными повалами окон. Сколько она не всматривалась, не видно огоньков, даже от свечей. И дорога практически пустая. Лишь пару раз попались стоящие поперек пути машины. В другое время сказала бы брошенные, но сейчас проверять и снова смотреть на трупы абсолютно не хотелось. Мелькали редкие деревья, иногда в свет фар попадали плакаты с рекламой, но в целом очень неприятное ощущение, особенно, когда проезжаешь мимо дома, а у входа лежит сразу несколько человек. То ли выскочили на улицу из-за вырубившегося света, то ли еще что. К счастью таких было немного. Большинство сидело по домам из-за введенного запрета на ночные передвижения. Военное положение, блин. Непонятно только куда подевались патрули с улиц.
  - Можно спросить? - попросила минут через пять, изучив его руки.
  Теперь она Тамару гораздо лучше понимала. Костяшки пальцев у парня были с мозолистыми шишками. Она прежде всего один раз такое и видела. Тот качок специально набивал на тренировках, чтоб драться без перчаток. Да и вел себя соответственно. Резкий, как понос и вечно пытался наехать на кого-то по причине или без. Потому постаралась отвадить моментально. А по нынешним временам как бы и к лучшему иметь рядом драчуна.
  - Почему нет? - ответил Стас. - Вряд ли сейчас есть нечто столь тайное, чтоб стесняться.
  - Ты меня увидел, сразу спросил откуда. Я не так одета?
  Он хмыкнул.
  - Здесь не Москва и даже не Астрахань. В нашем городе живет тысяч двадцать пять-тридцать. Две школы. Под две сотни девчонок твоего возраста. Я не считал, но где-то так. Кинотеатр, Дом Культуры, стадион, универмаг, еще пара мест, где регулярно все встречаются. Мальков могу путать, а со старшими сталкивался неоднократно. Не такая уж проблема если не быть знакомым, то хотя бы знать в лицо. Тем более ты красивая.
  Она промолчала, не зная, что сказать. То есть сама прекрасно в курсе и умела пользоваться, заставляя мальчишек делать необходимое. Но он не пытался заигрывать, вроде как признавал факт и не больше того.
  - А пистолет тебе зачем? - поинтересовалась, косясь на кобуру на поясе. - И где взял?
  - В любом фильме про судный день набегают мутанты и грабители, - ответил не то всерьез, не то издеваясь. - Приходится отбиваться. А пистолет нашел в сейфе у главврача. Точнее сначала обнаружил у него, - он явно имел в виду тело, - ключ и решил посмотреть нет ли чего полезного. Кроме кучи служебных бумаг, бутылку 'Абсолюта' и 'Макаров' нашел. Как не удивительно заряженный и с запасной обоймой. Хотя врачи ж призываются в случае боевых действий. Раз ввели военное положение могли выдать. Наверное в любой больнице хранятся в специальном помещении.
  - Кому надо отнимать вещи, когда кругом добра сколько угодно?
  - Может и никому, - неожиданно согласился, - но полицию в ближайшее время не вызвать, - тут внезапно резко ударил по тормозам, отчего она чуть не врезалась носом в приборную панель.
  Откуда-то сбоку, из мрачных подъездов выскочил прямо на дорогу под фары человек, размахивая руками.
  - Ты чего творишь, - крикнули сзади, - не дрова везешь!
  Стас отворил дверцу и высунувшись наружу крикнул:
  - Ты один, Руслан?
  - Стас?! - закрываясь от фар, удивился тот.
  - Я!
  - А я боялся проскочите, думал...
  Можно было не сомневаться, обнаружив грузовичок решил про спасателей. Вблизи он уже не казался взрослым, как помнилось в первый момент. Щуплый, хотя и высокий.
  - Алину оставил у дома, наперерез помчался. Но там еще трое.
  В кузове возбуждено загомонили. Видеть из-за натянутого тента пассажиры ничего не могли, но слух имели.
  - Не, мы не МЧС, а такие же. На базу едем.
  - Мы с вами! Сейчас! Подождите!
  - Так садись, - сказал Стас, - сразу и завернем.
  Парень залез внутрь, потеснив Лену и мужские особи принялись через ее голову обмениваться впечатлениями. Ничего нового не прозвучало. Практически тоже самое. Внезапная, без малейших внешних признаков нездоровья смерть матери. Попытки кого-то найти или позвонить. Кроме двух второклашек-близнецов и случайно замеченной двенадцатилетней девчонки из соседнего дома, вышедшей на улицу в поиске живых, никого не обнаружил. Естественно, появление машины привело к стремительному броску с целью остановить. Хуже того, он назвал два имени, явно знакомые Стасу. Умирали не одни взрослые. Среди подростков тоже такое случалось.
  Стас рулил без указаний, похоже прекрасно знал дорогу и когда затормозил, парень выскочил из еще не остановившейся машины и кинулся в подъезд.
  - Алина - это кто, сестра?
  - Ей двадцать два недавно исполнилось, - закуривая, сказал Стас, - и на быстрый взгляд добавил, - от рождения одна нога короче на пару сантиметров. Так не особо заметно, специальная ортопедическая обувь, но бегать не особо может.
  - Она кто? - и поняв, что не дошло, - профессия?
  - Что-то с компьютерами связано. Когда надо, все обращаются.
  Из дверей появилась процессия, нагруженная узлами с вещами.
  - Думаешь подушек в казарме не найдем? - спросил с отчетливым сарказмом Слава, успевший вылезти из кузова, принимая первый тюк и зашвыривая в машину.
  - Ты еще прокладки там поищи, - с оттенком превосходства, отбрила маленькая полненькая жгучая брюнетка с раскосыми глазами.
  Через некоторое время вещи и пополнение погрузили и 'газель' снова вырулила в прежнем направлении. Опять темные дома без света и не работающие светофоры. В свете фар мелькнули таблички 'ул. Володарского' и 'Рязанская'. Поскольку она не имела понятия о городе, названия ничего не разъяснили. Представление имела достаточно смутное, но одно знала твердо: город вытянулся длинной кишкой вдоль реки, а часть еще и на другую сторону залезла. База где-то на окраине и вряд ли долго ехать.
  В кузове неразборчиво разговаривали.
  - Там, действительно, можно нормально устроиться? - спросила.
  - Лет пять назад командование ВС РФ обеспокоилось самообеспечением. Уменьшить зависимость от гражданской администрации и прочие бла-бла, - он говорил, пытаясь ее как-то успокоить и внушить оптимизм, который сам не испытывал. Они ехали на базу и там наверняка мертвый отец. И так тошно. - По ходу старались ставить солнечные батареи и еще кой чего, энергосберегающее. В результате дают достаточно электроэнергии для освещения всей базы и греют воду. Купаться в холодной понравится? А здесь горячая будет. Зимой, конечно, сложнее. Ну при нашей численности еще и в холостую работать станут. А электроэнергия в теперешних условиях - все. Не отруби официально, неизвестно сколько бы продержалась без техперсонала на плотине и линиях передач. Зато на базе все будет работать долго и прочно. От холодильников до радио. Может даже до спутников доберемся. Коды в полку связи должны быть.
  Мечты, мечты, подумала Лена. Надо еще уметь запустить и нажимать куда положено, а не тыкать наугад. Без специалистов та морока разобраться даже учившемуся.
  - А вообще, там масса всего. Учебка инженерных войск, где готовили крановщиков, экскаваторщиков, саперов и даже вололазов. Отдельная часть ракетчиков, железнодорожный батальон с техникой, караульная рота,
  полигон, смешанная авиаэскадрилья на аэродроме, технические подразделения, склады с имуществом, оружием, боеприпасами и длительного хранения, база материально-технического обеспечения, Военторг. Можно годами жить за счет местных ресурсов, не высовываясь наружу.
   - Ты не надеешься на помощь?
  - Лучше готовится к худшему. Ошибись и повод для радости.
  Он снова притормозил, на этот раз осторожно и повернул налево, осветив фарами бетонный забор и железные ворота с красной звездой. В пяти метрах остановился и открыл дверцу, собираясь спрыгнуть. В КПП нечто шевельнулось и через мгновение перед 'газелью' встал человек. Росту в нем было под два метра, телосложения спортивного, в военной форме и с коротко стрижеными соломенного цвета волосами. С первого взгляда типичный деревенский паренек. Вот только калаш он держал с небрежной уверенностью привычного профессионала. Не направлял на приезжих, не дай бог, но ощущение, что моментально полоснет очередью, стоит чему-то не понравиться.
  - Сегодня день сюрпризов, - пробормотал Стас. - Трофим собственной персоной. Почему дома, а не в училище?
  
  
  Глава 2. День первый. Утро.
  
  - Подъем! - прозвучало над ухом и Стас моментально сел, одурело осматриваясь.
  Пустое длинное помещение, заставленное солдатскими кроватями и тумбочками. Нормальная ротная спальня. Только вместо правильно застеленных одеял, выровненных под линейку, на части определенно следы лежащих. Все перекручено и сожмакано. Даже где распрямляли, не особо старались. Сразу видно - нормальной армией и не пахнет. Бардак. Через ряд несколько человек продолжают спать, причем парочка прямо в одежде.
  После вчерашней бурной встречи и обмена впечатлениями, оказалось здесь из военного городка куча детей военных уже собрались. Кое-кто сразу находился на базе, приведенный родителями, часть из ближайших домов шли на свет. Но и среди этих были погибшие и в немалом количестве. Ситуация становилась крайне запутанной и очень неприятной. Дело явно не только в возрасте.
  Вчера на ночь устроились в караульной роте рядом со штабом. На всякий случай постоянно дежурили на проходной, сменяясь, парами. Вдруг кто еще появится. Он тоже поторчал в компании с Валерой, потом завалился на койку. Устал после всего и физически, и эмоционально до предела. Никаких сил не осталось, однако думал не сможет заснуть, но как отрезало. Сразу отключился.
  - А где все? - спросил торчащего рядом с ехидной улыбочкой Валеру. Доволен, что подколол. Хорошая психика у человека. Один из здешних, после сидения в подвале с кучей мертвяков сдвинулся и пытался кусаться. Может просто крыша поехала, а может изображал зомби. Пришлось запереть и что делать с ним неизвестно. А этот скалится.
  Чувствовал себя на удивление прилично. Думал от недосыпа и нервов голова будет чугунная, а ничего подобного. Нормально соображал.
  - В столовку потопали. Девочки с утра сготовили. И потом, - он глянул на часы, - через пятнадцать минут собрание. Давай, мойся быстренько и тоже пойдем.
  - А эти?
  - Ночью пришли. Трофим сказал пока не трогать. Пусть отдыхают.
  На самом деле его звали Илья Юрьевич Трофимов, но кличка, благодаря папаше, приклеилась намертво. Того иначе за глаза не звали даже офицеры. Весь гарнизон знал начальника караульной роты и губы, и не с самой лучшей стороны. Кому приятно, если ловят или цепляются. Не так одет, не правильно себя ведешь и прочее. Сын, за отца не отвечает, но людям свойственно переносить отношение. Тем более пацанам. Вечно цеплялись и регулярно случались драки. Потом Трофим-сын, как-то незаметно вырос в здорового лося с мощной шеей, крепкими кулаками и умудрился подмять под себя школу. В прошлом году получил аттестат и отбыл. Все дружно вздохнули с облегчением, когда поступил в военное училище. В городе он оказался случайно. Бабка скончалась за пару дней до начала событий и отпустили на похороны. Да так и застрял. Не только самолеты, но и поезда не ходили. По возрасту он, если не считать Алины, был старше всех и имел определенный авторитет, пусть и не самого наилучшего качества. Но главное отнюдь не дурак. Даже хулиганы бывают разными.
  Стас потянулся с хрустом и прямо в трусах, не одеваясь и босой пошлепал в сторону туалета и умывальников, прихватив висящее возле его койки полотенце. У раковины валялось несколько кусков мыла, зубная паста и безопасная бритва. Здесь тоже отсутствовал порядок, что слегка раздражало. Искать чужую зубную щетку и использовать было брезгливо и просто выдавил на палец чуток разноцветной пасты. Потом поплескал холодной водой в морду, вытерся и уставился в зеркало. Абсолютно ничего нового не обнаружил. Глаза как глаза, никакой особой трагедии из них не сочилось, хотя душа ныла.
  Трофим сразу сказал, здесь повторилась больничная история. В последний момент в древние, чуть не сороковых голов огромные подвалы загнали почти две тысячи человек из нескольких частей. Еще какое-то количество сидело в шахтах от ракет. Даже дневальных убрали из казарм. Толку было ровно столько же. Практически все погибли одновременно. Из военных остались живы двое. Прослуживший пол года затюканый салага и некий старший сержант. Если первый моментально надрался и заснул пьяный, то второй взял чью-то оставшуюся бесхозной машину и прихватив автомат с цинком патронов из оружейки уехал домой куда-то под Рязань. Наверное он прав, хотя вряд ли найдет нечто лучшее.
   В принципе, один на тысячу выживший, совсем не плохо. Если так по всей России, то сто сорок-сто пятьдесят тысяч взрослых должно уцелеть. Алина, Трофим, два военных - уже нечто. Или считать нужно с другой границы? Девятнадцать-двадцать лет не тот срок? Но тогда бы срочники все не перемерли! Как сказал хмуро Мишка, для создания непротиворечивой теории недостаточно статистических данных. Умеет он загнуть, когда все проще. Хрен его знает, чего будет и что произошло.
  В столовой человек тридцать обоего пола от двенадцати и выше сидели за двумя соседними столами, сдвинутыми вместе. Явного разделения не было, все вперемешку. В воздухе висело тяжелое молчание. Только иногда просьбы передать соль или похожее. Появление Стаса будто разрядило обстановку. Его приветствовали многочисленными криками.
  Практически все друг друга знали. Хлопали по плечу, пожимали руку. Для новеньких подвинулись, освобождая место на скамейке рядом с братьями. Лена поставила перед ним тарелку с вареной картошкой в мундире и огромным парниковым огурцом. Хлеб, нарезанный крупными ломтями и глубокая тарелка с остатками тушенки из банки стояли посредине стола. Чтоб там Валерка не звонил, готовкой особо не утруждались. Но и это неплохо. Жрать хотелось всерьез.
  - А где мальки? - спросил в пол голоса, принимаясь снимать кожуру. Картошка успела остыть, но и так сойдет.
  - Их устроили в штабе, - ответил Слава. - Тамара с парочкой девочек помладше присматривают. Игрушки на компьютере и прочее. Чтоб было занятие и под ногами не путались.
  Стас мысленно одобрил. Иметь на шее целый детский сад его не устраивало. Вот пусть хоть балуются, все спокойнее.
  Трофим поднялся, постучав по столу увесистым кулаком, привлекая внимание.
  - Вроде все собрались.
  - В казарме еще трое, - подал голос кто-то.
  - Они утром пришли. Пусть отдохнут. Мне не хотелось повторяться, - сказал Трофим после паузы, - специально дожидался. Ну, Михаила Позднякова все знают. А это, - он положил руку на плечо парня в очках и солдатской форме, - Гена Бухвостов.
  Тот поднялся, явно не зная, что сказать.
  - Садись... Короче, они всю ночь рыли носом перехваты в полку.
  Присутствующие настороженно замерли, только Стас продолжал неторопливо жевать. Рядом встал Мишка. Глаза у него были красные, натурально не спал.
  - Картина не полная, - сказал в полной тишине. - Куча неизвестного. Под конец в журнал уже не записывали, а в начале часто не открытым текстом, а кодовыми фразами. Но приблизительно было так: вчера, с наступлением ночи, парочка кораблей 3-го американского флота, базирующихся на западном побережье США и в Тихом океане, находящиеся в море, внезапно перестали подавать сигналы. То есть никаких взрывов, на радарах или где там присутствуют, но молчат наглухо. Подняли самолеты упали без всякой причины. Американцы объявили тревогу и высшую степень готовности, подозревая нападение. Мы, естественно, ответили зеркально. Тогда и вырубили интернет и посадили гражданскую авиацию, а также связь с заграницей любыми путями. Наверное боялись мятежей. Социальные сети и все такое...
  Он криво усмехнулся.
  - Оказывается отрезать целую страну и города друг от друга не так уж и сложно в нашем мире. Было бы желание. Не важно... Достаточно быстро выяснилось, что все гораздо хуже. Волна молчания двигалась с востока на запад по мере наступления ночи. Когда накрыло Гавайи и Австралию туда отправили самолеты. Они увидели нечто вроде, - Мишка показал неопределенно в сторону города. Были уцелевшие, но почти всегда дети.
  - Но взрослые тоже?
  - Как минимум два случая старше сорока. Я ж говорю, отрывки, обрывки. Перехват на военных направлен был, а не телевизор с общими радиопередачами. Причем под конец на вызовы штаб округа не отвечал. Похоже все смылись. Короче, за границей паника, куча сообщений. У нас военное положение. Что творилось в больших городах неизвестно. Есть подозрение, что под вечер войска по людям стреляли на улицах. Советовали уходить в шахты и ядерные убежища, но это были чисто догадки. Главное, вроде бы доказали, источник атаки некое излучение из космоса. Не спутники, не ракеты, в принципе не человек. Поэтому поставили в известность все правительства.
  - Попрыгать в самолеты и вслед смерти сзади?
  - Против вращения земли бесполезно. Ну американцы может быть успели, если второго раунда не будет.
  Трофим заметно скривился. Правильно. Зачем зря пугать раньше времени. Все равно ничего изменить нельзя, а бомбоубежище не помогает. Если сильно хитрозадых граждан 'золотого миллиарда' прижмет, здесь хуже не станет. Один раз пережили...
  Вряд ли кто заметил помимо Стаса гримасу старшего парня, все жадно смотрели на Мишку. А ему неудобно на соседа голову поворачивать, вот и пялился в тарелку или напротив.
  - Европейцы, - говорил между тем брат, - может быть двинулись. Но сколько человек таким образом удастся спасти. Лететь через Тихий океан, а где садиться? На мертвых аэродромах без диспетчеров и заправки? Легкие самолеты просто не долетят. Не думаю, что перебросить можно серьезное количество. Разве армейской авиацией, но у нее тоже возможности не безграничны. И кого? У солдат тоже семьи и пока соберут.... Выходит больших начальников и миллионеров. Много будет проку от генералов без армии и брокеров в отсутствии биржи. Флот с побережья, но тут кто успел на него попасть. На западе была огромная паника. Брали штурмом аэродромы и вплоть до катеров. Но до нас не доводили, хотя где Аляска, там и Камчатка. Ну, - он развел руками, - помочь большинству уже было невозможно.
  - Суки! - сказал кто-то убеждено, но его не поддержали.
  Одна из девушек вскочила и кинулась к выходу. За ней поднялась еще одна. Эта не плакала на ходу, видимо хотела помочь и утешить. Мишка посмотрел и слегка пожал плечами, вроде не его вина.
  - Всех не эвакуировать за несколько часов, - сказал помолчав. - Наверное сделали лучшее из возможного. Нас сразу отсекли от информации. Даже в полку не сразу сообразили, что происходит. Да и под конец считанные люди понимали. В подвалы отдали приказ прятаться, а что еще можно? Бомбоубежища вон открыли. Мы сами видели, чем это закончилось.
  - В России и Белоруссии кто-то сверху отдал приказы закрывать все атомные станции, химическое производство и вообще опасные заводы, стремясь уменьшить максимально потери. В Европе АЭС вроде тоже заглушили, надо думать и за Атлантикой постараются. У них времени больше всего, так что есть шанс не травануться и обойтись без ядерной зимы.
  - Сейчас кого-то можно услышать? - спросил дрожащий девичий голосок.
  - Мы проверяли военные станции, а они молчат, - доложил Гена, поднимаясь. - Или сменили дислокацию, а как настроиться на какую-нибудь Новую Зеландию я не знаю. То есть разберусь со временем, но не прямо сейчас. На аварийных волнах иногда звучит, но кто и что... Потом я учил английский, а болтают китайцы или вьетнамцы не разбираюсь. Да и пофиг, - сказал с неожиданной злобой. - До них слишком далеко. А Москва молчит, хотя там полно народу в метро должно было быть. Может быть позже, - сказал без особой надежды в тоне, - простейший коротковолновый передатчик сделать в принципе не проблема.
  - Вопрос нужны ли нам натовцы в качестве спасателей, - угрюмо пробурчал Саша Глотов из параллельного 10го класса.
  - Не мешало бы поинтересоваться нужны ли мы им, - неожиданно вступил Валера. - Своих забот хватит. А ресурсы им до того самого места... Кто вывозить-то станет? Проще на складе брать нужное, чем производить. Нам запасов города на долго хватит, а другие чем хуже.
  Дискуссии и не вышло. Все переваривали услышанное и неприятные новости.
  - Так ребята, - снова вставая, выдержав паузу, провозгласил Трофим. - Судя по всему спасение утопающих дело их рук и тянуть к берегу в ближайшее время нам предстоит себя самостоятельно. Даже если кто уцелел, пацан прав. Каждый в мире, в первую очередь, станет думать о личных проблемах. Поэтому так: детство закончилось. Кто может держать лопату или иначе приносить пользу - отныне считается взрослым, со всеми вытекающими. Если понадобится получит оружие или будет чистить картошку на всех и мыть полы. Кого не устраивает, может отправляться в детский сад к малолеткам или идти на все четыре стороны.
  Он обвел сидящих за столом взглядов по очереди. Никто не вышел, не возразил. Но это пока от растерянности. Без дисциплины все развалится достаточно быстро. Значит нужно создавать часть. С командирами и иерархией старшинства. С наказаниями и поощрениями. Но не сразу. Пока не стоит сильно давить.
  - Для начала у нас две задачи, - провозгласил для слушателей. - Хотя, скорее три, но кормежка и устройство надолго, с дежурствами отдельно. Потом решим по очереди или кто-то возьмет на себя постоянную обязанность.
  - Между прочим, я видел на хоздворе полевую кухню, - сказали с другого конца стола. - Удобнее будет.
  - Вот и займешься, - демонстрируя известную армейскую пословицу про наказуемость инициативы, порадовал Трофим.
  - Плиты на электричестве, - возразила девушка, - зачем лишняя работа. И фляг с судками сколько угодно. Если надо, отвезем к любому месту.
  - Хорошо. Но у нас сейчас два основных по важности направления. Первое: искать других уцелевших. Кто умеет водить машину?
  Поднялось четыре руки. Слава, Стас, Захар Рудницкий из 9го класса и Яшка Летников.
  - Я не спрашиваю у кого права есть, - поправился.
  Появились еще умельцы. Покататься с родителями или без многие пробовали. Особенно на рыбалку по проселочным, где бдительных полицаев все равно нет.
  - Я на автомате ездила, - неуверенно сказала Лена.
  - Я тоже могу, - пробурчал кто-то, - но на грузовике ведь ручное. - Заглохну.
  - И я.
  - Я ездил на автомате.
  Надо бы устроить курсы для всех, подумал Трофим. В конце концов в ближайшее время даже если разобьют машину-другую, на улицах их полно. А штрафы выписывать некому. Зато навык по любому сгодится.
  - Значит трое для начала пойдут, - сообщил для всех. - Слава мне здесь пригодится больше. Ты ж на тракторе можешь?
  - Э... я все ж легковушками дело все больше имел.
  - Больше кандидатур, как видишь, не наблюдается.
  - Не доводилось, но попробую.
  - А вы возьмете чего повместительней и начнете шерстить все дома в районе подряд по поводу людей.
  - Детский дом! - подсказали с места.
  - Правильно. Не подумал. Кинете потом жребий и одна машина пойдет туда. А остальным ходить по району. Звонить и стучать в каждую квартиру.
  - Одному долго.
  - Ничего не поделаешь, остальные здесь нужны. Это пункт второй. Надо похоронить всех покойников на территории базы. Нам вонь и эпидемия ни к чему. Есть экскаватор, выроем ров на полигоне и хлоркой заспим. Слава богу, нашли на складе огромное количество, неизвестно зачем запасенное.
  - Я боюсь мертвых, - сказала Лена достаточно громко.
  Трофим посмотрел тяжело.
  - Придется привыкнуть. Думаешь в городе их меньше?
  - Если там малолетки, лучше послать девчонку, - поддержала Светка Масникян. Она училась на класс младше Стаса, но курила не хуже заводской трубы и вечно встречались за школой на переменах. - Я тоже не прочь покататься. Уж извините, тяжести таскать мужское занятие, а с детьми лучше нам говорить.
  - Возьмешь ее в напарницы? - спросил Стаса Трофим без особого энтузиазма, - показав на Лену.
  - Почему нет? - удивился тот.
  - А если у меня мама с бабушкой в квартире остались? - крикнули. И сразу поддержал гул голосов. - Мы имеем право своими заняться!
  - Имена, адреса, - переждав возгласы, сказал Трофим, - прямо сейчас запишите. И кого знаете, чтоб не забыли родных, знакомых и потом обиды не было. Завтра возьмем машины и пройдем уже по всему списку.
  -Почему не сегодня?
  - Потому что эти у нас под боком и выносить чем дальше, тем неприятнее. А в подвалах не только солдаты, но и отцы с матерями многих. Ну не разорваться! - гаркнул. - Сделаем одно, возьмемся за другое. Закончим раньше, отправимся скорее. По канону вообще на третий день положено.
  - У нас до вечера! - в городе хватало и мусульман.
  - Нас слишком мало, чтоб по одиночке работать. Сделаем одно, перейдем к следующему делу. Обещаю - сразу.
  - Но тогда наших на кладбище в отдельной могиле!
  
  
  На площадке второго этажа лежала мертвая женщина. Лена невозмутимо переступила через нее и пошла дальше. Не первая за сегодня и далеко не последняя. К счастью, на улицах попадались не особо часто. Все ж приказ сидеть по домам, вечернее время и отсутствие света не способствовали прогулкам. Большинство собралось кучей по квартирам. Открывать и заглядывать внутрь абсолютно не тянуло. В апреле далеко не жара, однако очень скоро тела начнут разлагаться.
  - Мне не кажется, что ты шугаешься мертвецов, - сообщил в спину Стас.
  - На самом деле нет, - без малейшего стеснения ответила девушка, - но вот трогать их, - ее неподдельно передернуло.
  Привычно остановилась у очередной двери и забарабанила кулаком.
  - Кто там? - спросил через некоторое время детский голос.
  Она довольно улыбнулась. Не зря мотались по бесконечным лестницам. Находки живых в квартирах случались не часто. Кто постарше сам выбирался на улицу или выглядывал в окна. Обнаружив людей обычно кидались к ним. Но иногда бывало и такое. Третий раз на два десятка стандартных панельных домов, выделенных для них для обхода.
  - Нас прислали из МЧС, - с крайне серьезным видом сообщила обычную фразу. Объяснять в подробностях малолеткам причины по которым они таскаются из дома в дом было достаточно сложно. Обходились простейшим враньем. Да и даже детсадовцы обычно реагировали положительно на знакомую аббревиатуру. - Мы собираем всех детей вместе.
  - Мама запрещает открывать незнакомым, - грустно сказал голос.
  - А где она? - с подозрением спросил Стас.
  - Ушла вчера вечером, когда погас свет, выяснить что случилось. И настрого запретила чужим открывать.
  - Может я сломаю? - спросил шепотом Стас, демонстрируя ломик. В предыдущей квартире девочка была в дикой истерике, сидя среди мертвых родственников и не способная найти ключи, чтоб сбежать. Наверняка они были у кого-то в кармане, но она не могла пересилить себя и забрать. Так и подвывала, пока они не появились.
  - Только хуже сделаешь. Перепугается. Мало нам Глашки, - имея в виду ту самую, упорно цепляющаяся за живых девочку и моментально снова впадающая в истерику. Еле удалось спихнуть на одну из девчонок. Не хотела отпускать.
  Вообще с некоторыми была беда. И не только маленькими. Как раз большинство из них намного спокойней приняли случившееся. Кое-кто просто не понял всего ужаса, другие вели себя практически нормально. Но запертый псих продолжал кидаться на людей, сосущая палец не ела даже с ложечки. Вряд ли без психиатра и хорошей лечебницы им можно помочь. А что делать не ясно. Хотя даже от подобного польза имелась. Тамара, к примеру, слишком занятая попытками кормить подопечную про свои несчастья не вспоминала. Как оказалось, это лучший рецепт для всех, быть постоянно чем-то занятым. Некогда думать.
  - О! - сказала Лена и показала на покойницу. - Проверь у нее документы. - У нас тут список, - сказала громко, - сейчас посмотрю. Как твои имя и фамилия?
  - Фадей Хижняков, - охотно выложил ребенок за дверью.
  - Интересное у тебя имя, - ласково-завлекательно пропела Лена, напомнив Стасу древний фильм про лису Алису. - наверное в честь деда.
   - Не знаю, - растеряно сказал мальчик.
  - А звали его как?
  - Дед, - после длительного молчания.
  Стас поднялся, держа в руке паспорт и ключи, извлеченные из сумочки. Не понадобилось даже по карманам шарить. Она глянула на открытую страницу документа и кивнула.
  - Убери женщину, - сказала шепотом.
  Тут она права, без особой осторожности волоча за ноги труп вниз по лестнице, а затем в сторону, в коридорчик на этаже, подумал. Не гоже пацану смотреть. Но с какой стати раскомандовалсь? Сама бы и убирала.
  - Вот, есть! - воскликнула между тем Лена наверху. - Анна Хижнякова. Срочно вызвали на работу. В связи с военным положением вернуться домой скоро не сможет. Просила тебя забрать. Ага! Вот и ключи есть. Отойди, чтоб не зашибла дверью.
  Он что-то неразборчиво ответил и замок щелкнул, открываясь. Через пару минут Лена прошла мимо, держа на руках мальчишку. На удивление маленький, но вроде бы в порядке.
  - Это Стас, - сказала Лена небрежно, когда парень встал, загораживая покойницу, - мы вместе работаем. Проверь выше.
  Опять командует подумал раздраженно, но пошел. Возиться с плачущей малышней абсолютно не хотелось. Лучше уж обход закончить.
   Когда он спустился никого не обнаружив, во дворе возле его 'Газели' стоял старый Форд-Транзит. Побитый и облупившийся, еще китайского производства. В городе было всего два автобусных маршрута и по ночам офицеры частенько добирались пешком. Веселый армянин Ашот занимался перевозками пассажиров, подрабатывая. В машине, оставленной за забором его не оказалось, зато ключи на месте. Вот Захар и приватизировал бесхозную. Двенадцать пассажирских мест, чего еще надо в их случае.
  Возле него происходил импровизированный митинг. Точнее куча детей знакомилось, пока Захар со Светкой и Леной обсуждали свои важные дела.
  Была нехорошая новость. Среди умерших достаточно часто попадались молодые. Далеко не все выжили, как надеялись. Неприятно, что невозможно понять логику этих пришельцев. Если конечно в этом поучаствовали зеленые человечки, а не природное явление.
  Вон, Гумилев писал про какие-то лучи пассионарности. Правда отец смеялся над теорией, говоря про подгонку фактов к ответу, но он не в той области профессионал. Почему не могло прилететь нечто похуже без всякого усилия далеких враждебных цивилизаций? Тем более бороться с имеющим такое оружие занятие абсолютно безнадежное. Все равно таракану героически сражаться с тапком. Ощущать себя беспомощным не хотелось. Пока не появятся явные инопланетяне, лучше считать, что имеем дело со слепыми силами природы.
   - Считай городок, - подразумевая бывший военный, построенный еще в 50-е, где жили прежде практически одни офицеры, - вычистили, - сказал, после приветствия, - Ваших шестеро, мы восьмерых нашли. Малых на руки, нормально будет. Давай всех заберу, чтоб не отвлекаться, на базу завезу. Яшка уже двинул. У него урожай побогаче. Десятка два набралось и почти все старше четырнадцати. Правда неизвестно к лучшему ли. Один 'колес' нажрался, совсем плохой. Другие сами не знают, чего хотят. И 'Башмак' в придачу с друзьями. Ну пусть Трофим сам их строит.
  Это был местный хорошо известный деятель. Подсевший за нанесение тяжких телесных в пьяном виде на танцах на малолетку и не поумневший за колючкой. Особого авторитета не имел, но парочка придурков при нем всегда торчала, слушая рассказы про крутость и как магазин правильно подломить. Реально ничего подобного никто не слышал уже года два, так что выходил чистый свист.
  - Идет, - согласился Стас. - Тогда мы налегке двинем в Степной микрорайон, а вы потом в центр.
  - Да! Ты ж не слышал! - вспомнил Захар. - Прикинь, бабку встретили живую.
  - Кого?
  - Знаешь, раньше газеты продавала в киоске на Советской?
  Стас пожал плечами.
  - Да она лет пятнадцать там уже не работает, - сказала Светка. - За восемьдесят старухе и не все у нее дома.
  - Точняк крыша поехала, - подтвердил ее напарник. - Мы говорим двинули с нами, там еда и жилье. А она грит, нафиг сдалось в дом престарелых, у меня квартира имеется законная и прописка. И жировки все имеются оплаченные. Это она про чего?
  - Коммунальные платежи вроде, - неуверенно сказала Лена. - После войны или до так говорили, не помню точно.
  - Ну, похоже давно Альцгеймер навестил. Вы ж не имеете права без согласия упрятать, грит. И пятится. Сбежать хочет.
  - Я говорю с собеса, мы бабуля, - хихикнула Светка.
  - А она, пенсию-то добавят?
   - Может просто сдвинулась на почве...
  - И что? - уже серьезно потребовал Захар, без малейшего признака смеха. - Нам что насильно ее тащить? Так мы в натуре не социальные работки и памперсы менять не нанимались. Адрес спросили, - он опять рассмеялся, - чтоб продуктовый пакет на 9 мая занести. Кому захочется - навестит.
   Где-то по соседству грохнуло, аж зазвенели стекла. Все невольно закрутили головами, пытаясь понять, что взорвалось.
  - Это что ж так рвануть могло?
  - На том берегу, - неуверенно сказала Светка, - вроде бы.
  - И мне так кажется, - подтвердил Стас.
  - Там ничего нет! - заявил Захар.
  - А завод удобрений?
  - Так он километров тридцать по трассе, не меньше.
  - Напрямую ближе.
  - Вообще-то из удобрений террористы бомбы делают, но это ж специально надо.
  - Главное не рядом. А то ночью где-то в той стороне горело. Может огонь добрался до чего-то взрывчатого.
  - В принципе взорваться может и сахар, и мука при определенных условиях. Или газопровод. А то и ракеты. В Кап Яре полно должно быть, а топливо токсичное. Как бы нам вниз по реке гадость не пошла.
  - И что мы сделать можем? - спросила Светка, прикуривая дрожащими руками от дорогой зажигалки 'мальборо'.
  Не иначе надыбала в какой-то квартире. Добра валялось буквально под ногами сколько угодно всякого разного и Стаса по этому поводу ничего не мучило. Ни совесть, ни мораль. Все одно пропадет. Тоже прихватил дорогих сигарет. А еще разжился газированной водой, нескольких видов колбасой, хлебом, сыром, овощами, накормив найденных и себя не забыв. А больше брать не стал, хотя видел дорогущий навороченный ноутбук, о котором давно мечталось. На черта ему теперь. Игрушки закончились, а интернета нет.
  - Разве молиться за заставивших вырубить все опасное, насколько это возможно.
  Они помолчали и разошлись, принявшись выполнять программу. Пассажиров в форд, напутственно помахав ручкой, а сами в 'газель'.
  
  
  Глава 3. День первый. После обеда.
  
  Разница была заметна на первый взгляд. Вместо обшарпанных коробок в несколько этажей коттеджный поселок, домов на полсотню. И не одинаковых домиков нашлепали, достаточно разнообразные. Были терема под деревенские, а имелись и склепанные по индивидуальным проектам с башенками. Во всяком случае каждый имел окруженный забором немалого размера участок, где росли деревья и имелись благоустроенные лужайки.
  - Здесь проживала наша элита, - объяснил, тормозя почему-то не у первого, а третьего дома. - А в данном убогом, - сказано было с сарказмом, поскольку строение очень напоминало особняк из американского фильма, - жилище, сынок губернатора области. Всегда хотелось посмотреть.
  - Молодой?
  - А, ты решила золотая молодежь? Мужику было под сорок. Не-не все честно замотивировано. Двое детей. Старшая в Англии учится. Младший здесь, тот еще урод с претензиями.
  Она хмыкнула. Будто есть перед кем оправдываться. Могли вообще никуда не ходить, а сесть в ближайшем магазине и честно напиться коньком. А потом поспать. По дороге видели такой. Кто-то уже идею воплотил, вырвав дверь не то лебедкой, не то просто тросом. Зашли, почти ничего не взяли. Если б не пустые места на полке со спиртным и не догадаться, что ограбили. Кроме входа все в полном порядке. Ничего не опрокинули, не разбили. Очень аккуратные грабители.
  - По нашим меркам, богатые люди. Заправки, магазины, транспортная фирма, охранная. Куча всего. А вот почему здесь, будто сосланный, а не в Астрахани, тайна сия велика. Папа видать удалил от себя за художества и сослал.
  Он пнул огромные металлические ворота и те с жалобным скрипом поехали в стороны.
  - Открыто, - удивился под бешеный лай пса Стас. - Обычно все заперто и эта скотина, бегает вдоль ограды.
  На взгляд девушки прыгающая на цепи с бешеным лаем огромная собака размерами походила на теленка. И очень хорошо, что не может сорваться. Такой зверюге человек на один зуб. Где-то в соседних домах возбужденным гавканьем поддержали охранника другие сторожевые псы.
   - О! - показала Лена на стоящий возле дома черный автомобиль и торчащие рядом ноги. Остальное туловище закрывал корпус. - Можно не торопиться.
  - Кажется собирались уезжать, - глубокомысленно сообщил Стас, когда приблизились вплотную и обнаружили трех мертвых, мужчину, симпатичную худенькую женщину и парня лет двадцати с ясным выражением недоумения на физиономии. Это присутствовало у многих мертвых. Стойкое впечатление отсутствие боли в момент смерти. Но нечто они уловили и это был отнюдь не страх.
  Привычную сцену несколько разнообразили новенькие, набитые вещами чемоданы, накиданные вповалку в открытый багажник и валяющиеся на земле. В панельных домах попыток удрать не наблюдалось. Люди просто сидели и ждали или собирались перед подъездами обсудить происходящее. Это легко читалось по группам мертвых. В последний час многие сбивались в кучу, в поисках поддержки, утешения и еще бог весть зачем.
  - Всего лишь Land Rover, - разочарованно сказала Лена, глядя на машину. - А я-то думала миллионеры живут лучше.
  Стас, не ответил. Он с головой залез внутрь машины, что-то там дергая среди других вещей. Потом вынырнул наружу, держа в руке ружье и в другой тяжелую коробку. Положил оружие на капот и принялся открывать футляр. В гангстерских фильмах с таким вечно ходили разнообразные американцы. Ремингтон, ага. Помповуха. Не долго думая, она взяла винтовку и со зверским выражением рванула, как показывали в боевиках.
  Стас отбил ствол в сторону и с не менее зверским выражением лица, заорал:
  - Думай, что делаешь, может он заряженный и сейчас застрелила бы ни за что.
  - Ну я не собиралась...
  - Никогда не направляй на людей, - отбирая, наставительно сказал парень, - если не собираешься стрелять. Половина случайных убийств так и происходят. Вообще-то, - сказал уже гораздо спокойнее, - для доходчивости надо бы тебе в глаз дать. Тогда в другой раз трижды подумаешь, прежде чем дурью маяться.
  Он неожиданно вскинул ружье и пес тут же замолчал. Рыча принялся пятиться, припадая к земле.
  - А ведь понимает, - пробормотал Стас и выстрелил.
  С визгом псина упала и тут же вскочив, попыталась удрать за угол будки. Но движения были неуклюжи, нога подламывалась и кровь хлестала всерьез. Стас не стал дожидаться пока сама свалится и добавил вторично.
  - Зачем? - возмутилась Лена, глядя, как бьется в последних судорогах агонии пес.
  - Ты собиралась приезжать сюда регулярно и кормить его? - холодно спросил парень. -Или спустить с цепи, чтоб подкормился трупами хозяев?
  - Это ты к чему?
  - А к тому, что иначе он бы все равно сдох с голода. Лично я подходить и подставлять руки под зубы для спасения этой скотины не собираюсь. Так уж лучше сразу, что не мучился.
  Посмотрел многозначительно (могла дура пристрелить случайно) и положил ремингтон снова на капот.
  - Три сменных ствола, - сказал вслух, - три варианта быстросменной пластиковой ложи (с прикладом и пистолетной рукояткой, с прикладом и полу-пистолетной рукояткой, с пистолетной рукояткой без приклада). Понтярщик. Хорошо хоть патронами запасся.
  Подумал и нырнул снова в машину, дергая с усилием какой-то мешок наружу.
  - Ну если мародерка разрешена, - сказала Лена обращаясь куда-то в воздух, - почему бы мне не поискать нечто для себя, - и она вжикнула молнией, открывая чемодан с ярко-розовой расцветкой. И дело даже не в том, что он рядом с женщиной. Мужчина бы такой сроду не приобрел.
  В принципе у нее было одежды, то что надето. Надо попросить потом заехать на квартиру к тетке и собрать вещи. Ну а пока, почему бы и не поискать нечто для себя. Рост у нее с бывшей владелицей чемодана приблизительно одинаковый, а дешевку та вряд ли стала бы приобретать.
  Прямо сверху лежала изящная шкатулка. Не открыть было выше ее сил. А обнаружив драгоценности не примерить - это надо быть тупым мужиком. Сережки, брошь, нечто вроде короны и диадемы. Крайне не хватало зеркала. Ну в доме то оно должно присутствовать, решительно поднимаясь с колен и впервые за четверть час, проведенные в любовании цацками, обратила внимание на парня рядом.
  Он тоже зря время не терял. На неизвестно где взятом одеяле была разложена целая выставка оружия, коробки с патронами, оптический прицел, какое-то сопутствующее барахло. Приклады, винты, стволы отдельно.
  - Ого, - сказала невольно. - И зачем ему было столько?
  - Вот и я в недоумении. Показушник, ипить.
  Она отметила, что впервые выругался в ее присутствии. Другие особо не стеснялись, разве от Миши не слышала красочных выражений, но тот 'ботаник'.
  - Ну ладно, парочка глоков, вот это - MP5, Хеклер-Кох с режимом стрельбы 'с отсечкой' по 3 патрона. А это 'клин', да не простой, а с глушителем заводским. Это ж не охотничье оружье. Хотя вот за СКС, - он поднял винтовку с одеяла, - готов многое простить. - Это как раз на продают частенько в качестве промыслового карабина. Но здесь кто-то всерьез доработал. Отьёмный магазин на 20 патронов, пистолетная рукоятка, складной регулируемый приклад, сошки, боковой кронштейн с планкой 'пикатини' - хочешь коллиматор ставь, хочешь оптику. На 300м лупит - сказка!!!
  - Ты хорошо разбираешься в оружии.
  Он посмотрел с удивлением.
   - СКС очень долго состоял на вооружении ПВО и наверняка и сейчас на складах лежат. Иногда в продажу сбрасывали. Лена, - покачал головой, - мы дети офицеров. Практически все стреляли и некоторые всерьез. Многие на охоту ходили. Естественно пользоваться учились и даже кое-кто из девчонок способен переплюнуть мастера спорта. У Тамары точно разряд есть, но дичь она бить не любит, по мишеням регулярно шмаляет. Мне когда-то отец позволил целый цинк извести на стрельбище. Уж не знаю, как он списывал потом по бумагам. Во всяком случае из калаша и обычного 'макарки' или 'гюрзы' лежа, стоя, с колена, одиночным или очередью сдам любые нормативы. И боюсь тебе тоже предстоит, если гулять хочешь. А то ведь скоро медведи и волки расплодятся и начнут в города захаживать за пищей всерьез, а не в глупых анекдотах про иностранцев.
  - Ну деньги, - приняв лекцию к сведенью и попустив мимо ушей про хищников, точно не завтра, годы пройдут, глядя на кучу толстых пачек евриков и долларов, - сказала, - нам вряд ли понадобятся в ближайшие сроки, даже в виде валюты. - А это что? - показала на несколько плотных пакетов.
  - Похоже кокаин.
  - Ты всерьез?
  - А в Москве не пробовала?
  - Если честно - нет. И героином не баловалась. Травку как-то курила, не вставило. А в целом пороками не увлекалась. Хм... а для ваших мест такое количество наркоты нормально? Килограмм пять, не меньше. Пожалуй весь город мог забалдеть неоднократно вусмерть.
  - В сумке еще столько же...
  - Пол лимона в баксах
  - ... и здоровенный пластиковый пакет с экстази. И ты права, у нас не особо продается. Гашиш с марихуаной есть, если знать кого спрашивать, а с химией не очень. Разве начальники балуются, но им столько тоже лишнее.
  - Может он потому и сидел в вашем медвежьем углу? Контролировал перевалочную базу. Заправки для прикрытия, а зря трогать не станут.
   Он замер, озираясь.
  - Ничего не слышала?
  - Нет, - неуверенно ответила.
  - Плакал кто-то... Тихо так, еле слышно.
  - В доме?
  - Не похоже. Вроде где-то там, - Стас показал на какие-то сараи в глубине двора.
  - Не удивлюсь, если заложники сидят связанные, - сказала шутливо, но юмор явно не дошел до парня.
  - Я проверю, - сноровисто вставляя патроны в магазин, сказал он.
  - Эй, поосторожней! - попросила, осознав, что тот всерьез готовится.
  - Посиди здесь, - тоже шепотом ответил Стас. - И ради бога, не вздумай стрелять. Раз плачут, скорее всего никакой опасности.
  При этом он прихватил расхваленный карабин, отметила Лена. Наверное, просто не захотел расставаться. Без особой торопливости, озираясь дошел до сарая, снял засов и заглянул внутрь. Видимо не сразу разобрался что к чему или света было мало, потому что постоял на пороге. Потом повесил винтовку на плечо и обернувшись махнул успокаивающе. Вошел внутрь и скоро вернулся, держа на руках трех белых пушистых щенков.
  - Какие лапочки! - искренне восхитилась девушка, когда дал посмотреть и потянулась погладить. Те отреагировали вяло, слабо пищя.
  - Похоже алабай, - она бездумно кивнула, в первый раз слыша про такую породу. - Мать отсутствует, а они голодные. Вот и скулили.
  - А они кроме молока что-нибудь кушать могут? - подняла девушка тревожные глаза.
  - Ну, на вид недели три, - пробормотал он неуверенно. - Надо попробовать. Все равно вариантов нет. Или станут есть, или нет. Где ж взять недавно рожавшую псину, чтоб молоко было. У нас и козы не имеется. А в сарае ничего не было, даже миски с водой. Сутки не срок, - бодро выдал, неизвестно зачем. - Не могли сильно ослабеть. И раз собаки есть, должен быть какой корм. Поищу в доме.
  Далеко ходить не пришлось. На кухне обнаружились мешки с собачьим кормом, а в холодильнике мясо и молоко, а также сливки. Подумав, кинул вырезку назад в уже не работающий холодильник. Протухнуть не успело, но вряд ли в столь малом возрасте щенки способны жевать, даже нарежь на мелкие кусочки. Лучше, конечно, фарш, но пользоваться кухонными агрегатами он не умел, а нормальная ручная мясорубка в блестящей металлом и пластиком кухне наверняка не водилась. Интересно, хозяйка хоть сама была в курсе какие кнопочки нажимать или имелась домработница с поварихой? Уж больно чисто после панического бегства. Ничего лишнего не присутствует на столах и в раковине.
   Подсказать было некому, а привычно за информацией в интернет нынче не нырнешь. Потому пошел по линии наименьшего сопротивления. Изучил упаковки и решив, что 30% сливки Valio (местных продуктов, оказывается не употребляли) лучше, чем обезжиренное молоко, тем более надпись радовала наличием витаминов B2 и B12. Залил миску с шариками из мешка, предварительно попробовав. Времени прошло не так много и скиснуть не успело.
  Подумал и еще раз осмотрелся. Вот блендер был ему знаком, хотя бы заочно, не настолько тупой, только без электричества бесполезен. Потому пустил щенков ползать, а сам принялся в первой попавшейся кастрюле старательно топтать подвернувшимся под руку тяжелым металлическим предметом, напоминавшим гранату в миниатюре. Неизвестно зачем использовали здесь, но нечто похожее мать употребляла в виде пестика для очень схожих целей. Может и здешняя повариха. В результате получил что-то вроде кашицы. На всякий случай добавил еще сливок, разбавляя смесь и поставил тарелку с оригинальным блюдом на пол, потыкав по очереди собачек носом. Вопреки опасениям все три принялись лакать с энтузиазмом, жадно глотая все подряд, хотя до сучки не сразу дошло чего от нее хотят.
  Торчать зря рядом было бессмысленно, нужно заниматься делом. Для начала погрузить найденное оружие и наркоту в машину. Пригодится. Первое он отдавать вообще не собирался, прекрасно понимая насколько глупо. В ротных оружейках и на складах полно автоматов и много чего имеется. Но то стандарт, а такого ни у кого не имеется. Всегда приятно растопырить пальцы. Тем более рано или поздно придется шерстить город на предмет полезного имущества. Будет стимул для остальных. Кстати не мешает на собрании обговорить некоторые вещи. Что брать лично для себя можно, а что положено сдавать в общий фонд. Поэтому кокаин надо демонстративно при всех выложить. Устроить вечером веселье, а то вряд ли много счастья приносит таскание трупов. Как бы еще кто не сдвинулся.
  - Сюда иди, - замахала рукой Лена, стоило появиться на пороге.
  - Чего? - без особой спешки приблизившись, была б опасность вела б себя иначе. Да и какие нынче возможны серьезные угрозы. Не от покойников же. Слава богу в виде зомби не шастают и лежат спокойно.
  - Смотри! - сказала она, показывая пальцем в направлении одного из коттеджей и сунула снайперский прицел. Судя по поведению решила для развлечения использовать вместо бинокля и поглазеть на окрестности.
  - И что? - озирая привычно пустой двор скептически спросил.
  - На ступеньках крыльца!
  И тут он обнаружил. Привалившись спиной к перилам, поперек подъема и к ним спиной сидел человек в офицерском кителе с погонами. Знаки различия с такого ракурса не разобрать. Ну сидит и сидит, покойники в разных позах попадались. В этом не было б ничего удивительного, если б через мгновенье после обнаружения он не поднял руку с бутылкой и не принялся заглатывать прямо из горлышка. Особых сомнений насчет содержимого в сосуде не появилось. И мертвяки прежде себя так не вели.
  - Пошли, - решительно сказал Стас, направляясь к воротам. Сотню метров проще пройти ногами напрямик между домами, чем заводить и пилить в объезд. В глубине души оба боялись, что человек исчезнет. Кто бы он ни был, фактически первый взрослый человек, выживший наперекор уже окрепшей уверенности в отсутствии таковых. Сумасшедшая бабка не в счет.
  За забором вкось стоял новенький УАЗ 'Хантер' с привязанным сзади тросом и остатками решетки от магазина. Можно не сомневаться, как выдрал и поехал дальше, так и волочилась сзади, оставляя след. В другой жизни подобного грабителя нашли бы моментально. Но она осталась сзади, а сейчас некому было открывать уголовные дела и расследовать кражи.
   Они буквально пробежали по тропинке, спугнув метнувшуюся из-под ног рыжую кошку, влетев с разбега во двор. Никуда он делся, так и сидел в наброшенном на плечи кителе и расстегнутой до пупа форменной рубашке, демонстрируя всем желающим заметный животик и волосатую грудь. Пустая бутылка из-под многозвездочного коньяка валялась рядом. А перед ним стояли еще пять. Как-то не удивляло, что жрал не простую водяру даже в страстном желании забыться. После обнаружения хорошо знакомого всему гарнизону внедорожника за шестьсот с чем-то тысяч рублей уже не сомневался кого обнаружит.
  Подполковник Павел Семенович Терентьев занимал пост начальника отдела приемки и хранения специальных средств и военно-технического имущества базы материально-технического обеспечения округа. То есть в его ведение входило все, помимо вооружения. За руку ни разу не ловили, не смотря на неоднократные ревизии, включая внезапные и чуть не из Генштаба. То ли умел договариваться, то ли хорошо прятал концы. Во всяком случае, отнюдь не бедствовал, судя по машине и коттеджу. Стас прежде не имел понятия где подполковник живет, но мужик вообще-то был не вредный и при необходимости офицерам помогал.
  - ...! - произнес краса и гордость ВС РФ, награжденный даже какими-то медалями, подняв на незваных гостей мутный взор. - ..., заявились не запылились.
  Стаса слова не удивили и не обидели. В армии матом не ругаются, а разговаривают.
  - ... надо? - потянувшись за очередной бутылкой, пробурчал.
  - Завязывайте, господин подполковник, - сказала с отвращением Лена, - совсем человеческий облик потеряли.
   - А зачем? - без ругани и на удивление трезво спросил тот. - Вот там, - он ахнул рукой в сторону входа, лежит моя жена и взрослая беременная дочь. Она приехала к родителям рожать, поскольку супруг тот еще козел. Любовь зла, знаете? Даже заработать как следует не способен. А я с радостью принял и готов помочь. Потому что у меня был бы внук! Мне еще пятидесяти нет, а уже внук! И вот они теперь мертвые. Совсем-совсем, навсегда. А я живой! Зачем? Зачем все эти годы, когда никого нет? Почему я остался, а они нет. Мои девочки были много лучше меня. Какая сука, - он погрозил небу кулаком, выронив со стуком упавшую бутылку, - вынесла идиотское решение? Я ж когда туда попаду, его на куски рвать стану, этого доброго дедушку с длинной бородой. А сейчас, идите отсюда к ... и не мешайте, - теряя интерес заявил. - Имею право.
  Стас молча поднялся по ступенькам и двинул ногой по бутылкам. Они с жалобным звоном полетели в стороны.
  - Ты! ...! ...! Творишь?! - вскричал возмущенно Павел Семенович.
  - Ты офицер или дерьмо?!
  - Я снабженец, - криво усмехаясь сказал подполковник. - Не тебе, молокососу меня учить. ... таких всяких на ... вертел. И ... поумнее ... встречались. ... Нашелся ...
  - Если не сдох, - наклоняясь к нему, прошипел Стас, - так хоть похоронил бы. Чтоб не жрали собаки. И про солдат своих бы вспомнил, что тоже лежат непогребенные.
  Тот вдруг скривился и заплакал, вздрагивая и почти беззвучно, спрятав голову в коленях и скорчившись. Лена присела рядом, осторожно, будто маленького, гладя по лысеющей голове.
  - Мы тоже не понимаем почему уцелели, - шептала. Выплакаться иногда хорошо. Отец, когда его мать умерла почти сутки ходил с каменой мордой и без эмоций, на манер робота. Вроде все говорит и делает по делу, а мозги неизвестно где. А потом, на поминках хлопнул хорошо, прослезился и оттаял. - Но раз уж так вышло, нельзя ничего не делать. На базе несколько десятков собралось и им понадобится кто-то авторитетный. Вы не зря остались. Там множество внуков и внучек, пусть не по крови, нуждающихся в опыте взрослого.
  - Поможете? - поднял он наконец голову. - На кладбище, как положено похоронить, поможете?
  - Конечно, - заявила Лена, глядя на хмурую морду Стаса. Она не хуже него понимала, чего тому стоит слушать. Чем его мать хуже, похороненная в общей могиле. Или еще многие тысячи, лежащие сейчас на улицах и в домах без заботы. А те солдаты, для которых Трофим собирался вырыть общий ров? - Подгони машину, - сказала для парня.
  Он нагнулся, подбирая бутылку и шарахнул ее каменную плитку на дорожке, только стеклянные брызги полетели в стороны.
  - Проследи, - сказал, поворачиваясь и уходя.
  На прежнем месте ничего не изменилось. Никто не появлялся и не пытался унести брошенное без присмотра добро. Если учесть поднятый машиной шум, далеко различимый в полной тишине, а оказывается даже когда в городе ничего не происходит, все время какие-то звуки раздаются, а теперь полное молчание, если не считать птиц. Кстати, в отличие от людей, на животных излучение не подействовало. Собаки, кошки, птицы, мыши вполне себе продолжали нормально существовать. Нигде не валялись трупики, напротив, кажется ворон заметно прибавилось. Если учесть их милую привычку пировать на полях сражений, видимо и здесь стесняться не собираются. Со всей округи слетаются.
  Покидал вещи в кузов, оставив себе модернизированный СКС, затем потопал в дом за щенками. Оба мальчика нажравшись спали. Животы у них заметно увеличились. Когда засовывал в большое ведро, за неимением ничего более подходящего, один зашебуршился, облизав пальцы шершавым язычком и завилял хвостиком. Второй меланхолично вякнул и продолжил сопеть. Наверное перетрудились, перемалывая смесь. А вот девочка напрудила изрядную лужу и с глубоким интересом ее изучала, обнюхивая. Выглядела она гораздо бодрее. Уже хорошо. Кажется питание пошло впрок.
  Подобрал тяжелый мешок с собачьим кормом, прихватил несколько банок консервов с рисунком морды овчарки, решив проверить позже. После секундного раздумья взял тот самый здоровенный кусок вырезки, заказав себе поискать ручную мясорубку. Сграбастал и бутылку с молоком, решив заскочить в продуктовый и поискать более подходящие сливки. Да и в зоомагазин можно наведаться. Наверняка там есть нечто более подходящее для такого возраста или хотя бы книга с пояснениями чем кормить и как. Завел 'газель', мимоходом обратив внимание на уровень горючего. Еще пол бака. Надо бы заправиться, но как это нынче делать без электричества не очень представлял. Слить из чужой машины? Тоже вариант, но потом.
  
  
  Уже в паре кварталов до кладбища встретили двух девчонок лет по двенадцать и мальца с натугой кативших тележку с несколькими телами. Стас остановился не особо довольный дополнительной работой. Проехать мимо было бы не по-человечески, а грузить-снимать не так просто при такой команде. К счастью Павел Семенович слегка очухался. То есть по-прежнему был пьян до изумления, однако отреагировал правильно и даже не уронил тяжесть, не смотря на то и дело подгибающиеся ноги.
  Двери церкви были распахнуты настежь и на шум машины выглянул к удивлению Стаса хорошо знакомый Костя Артемьев в длинной одежде без разреза с отверстием для головы и широкими рукавами. Еще длинная широкая лента через плечо, невесть что символизирующая. На груди у него висел здоровущий крест. Не будучи религиозным Стас имел смутное представление о поповских одеяниях, но нечто похожее носили в фильмах.
  В старые времена место погребения было вторично по отношению храму. Город ставился советскими гражданами и под руководством армейских начальников и партийного руководства. Естественно ничего для верующих изначально не предусмотрели. На другом берегу Ахтубы еще от времен деревни Николаевки нечто сохранилось, но практически никто не ходил, Разве последние старики. Не потому что запрещали, а такое правильное коммунистическое воспитание.
   В конце девяностых все-таки поставили каменную на пожертвования браконьеров и государства. Неизвестно правда ли, но по слухам половину выделенного разворовали. Тем не менее смотрелась достаточно прилично. Даже сюжет по областному телевидению показали, где бывший второй секретарь города, на тот момент правящий вне воинской части безраздельно, с женой присутствовал на открытии и молебне. Причем крестился он будто мух отгонял. Может он и потом захаживал, но эти новости до Стаса не доходили. С бывшими коммунистами такое случалось, особенно под старость.
  - Заносите, - сказал Костя устало, - крещенные?
  - Нет, - переглянувшись ответили девчонки.
  - Не важно, - задирая свою хламиду и залезая в карман обнаружившихся под ней стареньких джинсов извлек несколько крестиков. - Освященные. Наденьте на шеи перед отпеванием.
  - Ты чего творишь? - прошипел Стас, беря за грудь самозванного попа. - Когда православным семинаристом стал, баптистская твоя рожа?
  - Уймись, - сказал спокойно Кося, глядя ему в глаза. - Можно подумать ты разницу в обрядах знаешь. Бог один, а лучше меня все равно не найти. Я хотя бы знаю разницу между литургией и молебном, Сорокоустом и Трисвятое. И слова без книжек помню.
  - Эй! - сказал настороженный голос.
  От церкви подходили двое пацанов лет четырнадцати с лопатами в руках, подозрительно посматривающие.
  - Появится настоящий священник, с удовольствием уступлю место. А пока всех отпою, независимо от происхождения и веры. Не лезь, - стряхивая руки, негромко сказал Костя. - Все нормально, - обращаясь к пацанам заверил. - Это ж Стас Поздняков, на радостях обнять хотел, да воспитание не позволяет. А вы чего подумали?
  Судя по выражению лиц не очень-то поверили, но Стас отступил и они слегка успокоились. Уже не так агрессивно сжимают инструмент.
  - Помогите лучше занести. Иди Поздняк за носилками, - сказал с нажимом Костя. - За дверью стоят. Ты поздоровее будешь, а мои помощники уже запарились.
  - Сигарет нет? - спросил один из пацанов. - А то даже в город сбегать некогда.
  - Вы давно здесь? - доставая из 'газели' сразу блок 'кента', доставшийся вместе с оружием и наркотой бесплатно, поинтересовалась Лена.
  - С утра. Тоже привезли родителей. А потом остались. Два десятка могил уже вырыли, - тот показал замотанные бинтом со следами крови ладони. - Мозоли набил с непривычки. Все идут и идут, у большинства сил нет притащить, так Васька на машине гоняет, только глохнет на каждом углу.
  - Сам бы и попробовал, - хмуро сказал второй, между тем открывая борт грузовичка для удобства.
  - Забьемся не хуже сумею? А, - сказал Стасу, - клади носилки. Наверх полезешь или нам? Ну как хочешь. А дьякона не трогай, - сказал понизив голос, с угрозой. - Какой-никакой, а лучше не имеется. И с людьми говорить умеет.
  Лена не стала слушать обмен 'любезностями', тем более Стас промолчал и полез в кузов. О чем они говорили с тем парнем она не слышала, но вроде продолжения не последует. Кажется в позу крутого мачо становиться ее напарник не собирался.
  Взяла в кабине несколько отпечатанных большими буквами на принтере в штабе листовок и направилась к воротам кладбища. Сначала на них прикрепить, потом у церкви. Точно такие они клеили на каждом подъезде и доме, где побывали. С одной стороны сигнал для других групп, здесь уже обход был и живых не обнаружено, с другой извещение для желающих куда идти и где компания собирается. Совсем не факт, что каждый прочитавший направится на базу. В пустом городе можно неплохо устроиться. Жратвы и самого разного имущества в десять раз больше необходимого, но нормальный человек не любит одиночество.
  
  
  Глава 4. День первый. Вечер.
  
  Они еще не подъехали и даже не стали сигналить, как ворота поехали в бок, открываясь. Трофим обещал посадить там постоянного дежурного из младших, заодно заняв, на случай появления новых живых самостоятельно и вообще для порядка. Внутренняя телефонная сеть вполне работала и можно было вызвать начальника или кого свободного при необходимости. Видать услышали шум мотора издалека и признали грузовик.
  - Где Трофим? - спросил маленького пухленького пацана в очках, когда тот с готовностью подбежал, на жест. На руке для пущей доходчивости повязка с надписью. Имени его Стас не помнил, а уточнять было неудобно.
  - В штабе вроде. Последних из подвала вынесли. Все ... в конец. Засыпят трактором и ... Ух ты, - он обнаружил за водителем Павла Семеновича.
  Тот причмокнул, продолжая сладко спать и не реагируя как на тряску в пути, так и на остановку и вообще на происходящее. Подполковник вырубился намертво после установки крестов, даже не догоняя новую порцию. Просто выключился. Пришлось кантовать совместными усилиями, надеясь что очухавшись придет в себя.
  - А чего это он?
  - Устал. Выпил. Заснул. Все нормально.
  - А... у нас тоже пополнение. Семеро молодых и двое взрослых, вот!
  - Кто?
  - Не, не военные, - помотал головой дежурный. - Из депо. Представляешь, сразу семья. Муж, жена и сын.
  - ... , - сказали внятно из кузова сразу несколько человек с заметной завистью, там видать тоже прислушивались, а в брезенте еще предыдущие в какой-то момент дырочек наделали для света и ушей.
  После отпевания, похорон и легкого закусона с выпивкой дюжина собравшихся там от восьми до семнадцати лет погрузилась в 'газель'. Идти им все равно некуда и без нажима решили попробовать. Костя с обоими могильщиками покидать церковь не собирались.
  - Пуляевы. Он в параллельном учился, то еще оболтус.
  - Нет, не знаю. Но уже хорошо.
  - Ага!
  - Давай звони, а мы к штабу, - нажимая газ, посоветовал.
  На газоне перед зданием, подстелив простыни и одеяла на траву, разлеглась немалая группа девчонок, нечто обсуждая. Вид у многих был измученный, но когда Стас остановился и наружу полезли пассажиры, кого-то узнали и почти все повскакивали. Окружили новеньких, расспрашивая и объясняя, что к чему. Можно было не волноваться и заняться собственными делами. Даже Семеныч никуда не денется. Вон сколько заинтересованных взглядов.
  - Ты ж с детским садом должна сидеть, нет?
  - У них тихий час, - сообщила Тамара и на удивленные брови уверила, - на удивление все спят. Устали. И присмотреть имеется кому. Я ж начальница. Заведующая, - она хихикнула.
  Все-таки, видимо не все дети послушно себя вели. Она по-прежнему водила с собой ту девочку с отсутствующим взглядом. Скорее всего, боялась оставлять одну.
  - Слышал уже? - спросила Тамара, с интересом изучая СКС, когда принял у Лены пресловутые сумки и помог той соскочить, подав руку.
  - Насчет выжившей семьи? Повезло.
  - Не то слово. Главное бывает!
  Он извлек из кабины заодно и ведро, прежде стоявшее в ногах. Сдвинул крышку с собственоручно пробитыми дырками и оттуда сразу полезли любопытные мордочки щенков. Без ограды они начинали ползать под ногами и это было достаточно неудобно в замкнутом пространстве. Еще и к педалям норовили подобраться. За неимением подходящего оборудования (не в чемодан же сажать) сошла и кухонная принадлежность.
  Тамара ахнула, всплеснув руками. Но удивительнее всего, что молчащая девочка несмело протянула руку и погладила с задержкой одного из щенков по головке. Стас извлек из емкости и сунул в руки, ожидая что отпрянет. Но она прижала к себе.
  - Спасибо, - сказала еле слышно.
  Тамара уставилась на подопечную, открыв рот и перекрестилась.
  - Не сжимай сильно, - наставительно сказал парень. - Это ж не игрушка. Она живая, - определить совсем не сложно, даже не переворачивая. Шерсть серая, в отличии от самцов, которые были белые с пятнами. Стас понятия не имел, брак ли подобная разница в окраске или так бывает. Главное чтоб не сдохла внезапно. А выставок с медалями за лучший породистый экстерьер в ближайшее время не предвидится.
  Девочка моментально опустила щенка на землю и присела рядом. Сучка сразу ткнулась в руки и требовательно тявкнула.
  - Отдам насовсем, если пообещаешь кормить и заботиться.
  - А чем? - подняла большие глаза.
  Лена уже достала еще одну кастрюлю с заготовленной кашицой и бутылку с молоком и принялась объяснять, как и что с непередаваемым апломбом лично изобретавшей методику. Рядом стояло уже несколько девчонок, глядя с завистью и слушая.
  - А кто они? - спросил Стас. - Эти взрослые?
  - Мишка тоже первым делом спросил, - рассеяно сказала Тамара, наблюдая за неожиданным излечением. - Она проводница в поезде была. Он слесарь-ремонтник в депо. Человек с руками, пригодится.
  - Трофим-то скоро появится?
  - Да он в штабе. Роется в бумагах...
  - Тогда я пойду, - сказал Стас, вешая имущество на плечо. - Имя ей дайте, - потребовал на прощанье.
  Бывший кабинет командира части находился в самом конце коридора и топать пришлось с тяжелыми сумками достаточно далеко. Пнул дверь ногой, поскольку руки были заняты и с облегчением шваркнул груз на стол. Потом извлек обоих оставшихся щенков из ведра и отправил путешествовать по полу. Один решительно воспротивился пиханию, усевшись напротив и глядя жалобными глазами.
  - Кушать что ли хочешь? Скоро. Кстати будешь ты у меня Шарыч. На Шарика как-то не похож, не солидно.
  - Отдай мне этого, - сказал Трофим, поглаживая второго.
  - Да бери на здоровье. Только ведь за ним смотреть надо.
  - Надо бы поискать в городе кавказцев или овчарок, - задумчиво выложил новый план начальник.
  - Правильней будет стрелять бездомных собак, а не подбирать. Они вполне могут человечину попробовать с голодухи.
  - Тут надо смотреть на поведение, - потирая затылок возразил Трофим. - Дружелюбных привечать. Пригодятся. Вроде был на окраине приют для животных, пошлю кого-нибудь.
  - Чего-то у тебя вид замученный.
  - Голова болит.
  - Сожри цитрамон или нурофен. А еще лучше - поспи пару часов хотя бы.
  - Хорошо что зашел, - продолжая держаться за голову, пробурчал Трофим. - Как раз про таблетки речь. Короче надо еще раз съездить в город. В аптеку. У нас диабетчица есть. То есть их двое, но второй легкий вариант. Диеты достаточно. А ей нет. Инсулин позарез нужен. В санчасти всего пару ампул. В армии, как понимаешь, такое не часто случается. Еще, - он извлек из кармана бумажку и прочитал, - сахароснижающие таблетки маниил и репаглинид, - сунул в руку Стасу. - Тест-полоски, для определения сахара в крови. Посмотрите там. - Ну и вообще волоките все подряд. Не только антибиотики, а любые средства и причиндалы, вплоть до ваты. Сколько уместится, все берите. Возьми Валеру он просился с тобой.
  - Илья, а нафига?
  - В смысле?
  - Сколько срок годности у лекарств? Год, два? Ну можно использовать еще пару лет, наплевав на предупреждения и возможность травануться. А потом? Мы инсулин не сделаем при всем желании. Тут нужен целый фармакологический комплекс и сотня профессионалов, а не учебники с общими словами.
  - Ну и вывод?
  Стас молча пожал плечами. И так все ясно.
  - Отказать, пусть помирает не через три года, а на следующей неделе? Или пусть сама идет и ищет лекарства? А зачем тогда собрались? Не для помощи друг другу? Надо делать что возможно и получится, - сказал помолчав Трофим. - ... его знает, что произойдет через несколько лет. Может в натуре кто отсиделся по атомным убежищам, шахтам и пещерам. Да и уже трое взрослых нашлись помимо сумасшедшей старухи. Да-да, про твоего уже отзвонился с проходной. Кто сказал других не будет? Выкинь из башки эти глупости, - закончил решительно. - Мы отвечаем за всех, вот и не надо делать так, чтоб потом мучала совесть. Потому стану делать необходимое! А если не смогу спасти каждого, в том вины не будет!
  - Ладно, - согласился Стас, помолчав. - Ты прав. Сделаем. Но я пришел не за этим. Есть маленькое любопытное дельце. В городе сейчас что угодно найти можно, - он расстегнул молнию и извлек оттуда сначала пакет с кокаином, а затем MP5, выложив на стол. - Лена обвешалась побрякушками. Не бижутерия какая. Настоящие брильянты. Завтра половина захочет подражать. Может имеет смысл приказ издать? Ну там любая находка, которую можно использовать на благо обществу делится. В общак три четверти и остальное для счастливчика-нашедшего.
  - Ну в принципе можно, хотя формулировка сомнительная. Что такое 'благо общества'? Определение можешь подсказать? А то кокаин легко сойдет за вред и лучше заныкать втихую.
  Они посмотрели друг другу в глаза и одновременно криво, очень похоже, усмехнулись.
  - Смысл понимаю, когда в оружейке каждому по десятку калашей можно получить, не считая складов, начнут выкобениваться. Мешок муки никому не сдался, пока голода нет, а вот нечто оригинальное...
  - Да по любому поводу! Когда продукты протухнут, а вещи без электричества бесполезны рано или поздно появится обмен. А цениться будет далеко не только полезное, но и красивое, чтоб у остальных не было.
  - Золото пойдет в ход?
  - Почему нет?
  - Это надо обсудить со старшими, чтоб не просто приказ был, на который все дружно плюнут. А кокаин пока в сейф спрячем. Если вдруг чего, вместо наркоза пригодится. Железки, естественно твои. Оставь пока, чтоб не таскаться.
  - Поговори сначала с Мишкой, - посоветовал Стас. - Уж он формулировку приказа выдаст, не придерешься.
  
  
  Город по-прежнему изумлял случайную гостью своим разнообразием. После одинаковых трехэтажек и коттеджей появились приличные кирпичные дома. У многих палисадники, огороды. Правда асфальт превратился в некое издевательство с огромными ямами, будто здесь совсем другой дорожный трест трудился не покладая рук. Точнее вовсе не прикладывая.
  - Мы явно не в Москве, - сказала Лена, в очередной раз подпрыгнув.
  - Наш город когда-то родился в результате слияния деревень Николаевка, Скубино и военного городка, - сообщил Валера. - Где-то в 60е было очень бурное строительство и понаехала куча народа.
  Она поощряюще кивнула. Видимо тридцать тысяч человек для пацана огромная цифра.
  - Судоремонтный открыли, по государственным планам застроили все вокруг. В центре переделали все, - тоном гида, продолжал просвещать приезжую, - снося старые деревянные дома и возводя люксовые здания для начальства. Не только работать, но и жить, да и отдыхать. Дом Культуры в четыре этажа, кинотеатр, универсам и много чего, - дав на последних словах петуха, как бывает, когда у подростка ломается.
  Ей стоило немалого труда не улыбнуться. Зачем обижать.
  - Здесь уже позднее частное строительство, - помолчав недолго продолжил Валера, - в основном. На заводе ссуды давали безпроцентные. Кто не успел выплатить, в 90е фактически бесплатно получил, когда цены скаканули, а возврат прежний. Правда и с заводом стало херово, но тут уж как водится... Твою ...! - боковое зеркало разлетелось мелкими брызгами.
  Лена ничего не успев понять свалилась на Стаса, вывернувшего руль, так что грузовичок опасно накренился и встал поперек дороги.
  - Наружу! - закричал Стас, вываливаясь одновременно из кабины и держа в руках карабин.
  Так ничего и не соображая, она отправилась следом, бесцеремонно выпихнутая Валерой. В отличии от нее, забывшей 'ремингтон', тот держал в руке врученный перед посадкой пистолет из найденных и моментально заполз под колеса, держа его на изготовку. Кажется он гораздо лучше понимал обстановку и не зря получил оружие. Где-то минуту царило молчание. Потом впереди демонстративно откашлялись не очень далеко.
  - Вы ребята больше в эту сторону не езжайте, - сказал голос с насмешкой. Достаточно громко, но не орал. Толком не разобрать откуда, но совсем рядом говорит. - В другой раз в лобовое стрелять будем. Городок военный ваш, ну и нечего сюда мотать.
  - Нам в аптеку надо! - крикнул Стас.
  - Не ... мозги. В части есть медпункт и больница в центре. А Николаевка с судостроительным наш район и нечего соваться.
  - Это ты, Серый? - спросил Стас.
  - Я, - не сразу ответил тот. - А ты кто?
  - Стас Поздняков.
  - О! Ты нынче под Трофимом ходишь? Не ждал от тебя.
  - Дык получше Бубны будет.
  Оба заржали над неведомым для Лены юмором.
  - Харэ пугать, - заявил, отсмеявшись Стас, - давай нормально поговорим.
  Он поднялся, показательно прислонив винтовку к машине и показывая пустые руки. Зашагал по дороге.
  - На слабо берешь, - одобрительно сказал голос. В доме напротив открылась дверь и невысокий жилистый парнишка лет шестнадцати появился на пороге. Лицо отдавало азиатчиной даже на расстоянии, притом не монголоид какой. - А может перестрелку устроим? - спросил на ходу. - Врубим мрачную музыку и начнем выхватывать шпалеры, - он похлопал по кобуре на поясе.
  - У пентов взял?
  - У самого! Он сука на посту не остался, когти рвать вздумал, да сдох.
  - Как-то не удивляет. Козел и был.
  Они остановились на середине улицы и дружески пожали друг другу руки, будто не было только что угроз и выстрела. Лене все больше казалось, что это не мир сошел с ума, а оба парня натуральные психи.
  - Это кто? - спросила она у Валеры, не сомневаясь в компетентности.
  - Ким, - ответил тот сразу.
  - Кореец? - тупо удивилась.
  - Это Россия, - с издевкой пробурчал тот, выползая из-под колес. Похоже он уже не ждал неприятностей, хотя пистолет по-прежнему не прятал. - У нас тут кого только нет помимо русских. Татары, казахи, украинцы, чеченцы, корейцы, калмыки, азербайджанцы и армяне. У меня, между прочим, фамилия Шехтель и отец был немец.
  - Да я не в обиду, - извинительным тоном сказала Лена.
  - Вот и не вякай, иные нервно реагируют на подколки, - глядя на продолжающуюся оживленную беседу, отрезал Валера.
  Она помолчала некоторое и время и не выдержала.
  - А что он сказал про Трофима и Стаса, будто насмехался?
  - Года два назад, - не оборачиваясь и явно отслеживая близлежащие дома в поисках угрозы (мальчишки есть мальчишки), принялся прежним тоном чичерони для иностранцев излагать Валера, видимо отошел уже, - наш нынешний командир Мишке походя по шее дал. Просто так, без причины, утверждаясь. Так подвалили вдвоем остальные братья и отметелили за милую душу. Прямо в коридоре, при учителях. А он здоровый уже тогда был и старше на год даже Славы. Еще чем-то там занимался спортивным. В офицеры метил. Но против ничего не смог. Стас здорово дерется и моментально звереет. Может в запале и порвать всерьез.
  Хорошая информация, душевная. Хотя и Тамара что-то такое говорила про боязнь Стаса в школе.
  - Потом ходили мимо и вежливо раскланивались. Типа счеты улажены. Но подчиняться Трофиму вроде как западло выходит.
  - Какая сейчас разница?
  - То-то и оно, - согласился Валера. - правильно себя повели Поздняки. Не стали выяснять отношения.
  То есть иерархию стаи и демонстрировать великую гордость, топыря пальцы, перевела Лена для себя. Могли ведь как эти, с ружья пальнуть, чтоб на место поставить. А у того калаш имелся. Точно бы пару дополнительных трупов образовалось. Значит при всей своей хулиганистости нормальные ребята. Умеют видеть нечто важное кроме собственной значимости.
  - Поехали, - приказал, вернувшийся Стас.
  - Куда?
  - В больницу.
  - Они что не могли поделиться инсулином, можно подумать обеднеют? - строптиво потребовала Лена.
  Оба парня посмотрели на нее с легким недоумением.
  - Это уже дело принципа. Завтра им чего понадобится, отдавать за просто так? Тем более, в каком-то смысле они правы. Скорее всего найдем нужное и нечего разевать рот на чужое, не проверив в своем районе.
  - И до чего договорились? - полюбопытствовал Валера уже в кабине.
  - Проспект Ленина граница.
  У них до сих пор существует в честь вождя революции улица? - подивилась девушка.
  - Потом Добролюбова до автовокзала. Южнее все наше, считая железку и депо. За ними остальное, включая тот берег, автовокзал, молочную ферму и судоремонтный. Проезд сквозь территорию свободный, при условии отсутствия мародерки. Кладбище, церковь, мечеть места на будущее для мирных встреч и не принадлежат никому. По мне нормальные условия. Если не врет, человек триста собралось и во главе кто-то из взрослых.
  - Между прочим, про нас они в курсе и про Трофима знал.
  - Это не секрет. С попиком нашим пообщались. Тоже хоронить возили и отпеть просили. Он там прочно засел, на базе так и не появился. Но я о чем... А, вообще имеется семеро старших. Слесарь, дизелист, сварщик, продавщица, строитель и два пенсионера с судоремонтного.
  - И чем это важно? - удивилась Лена, отреагировав на кивок Валеры.
  - Они не старые, рано уходили на пенсию.
  - Обоим нет шестидесяти, - подтвердил Стас. - Я специально уточнил. Главное не понять по какому принципу выживают, - со злостью сказал. - И какой процент от общего количества.
  - Ну младше шести мы никого не видели.
  - В школе было тысяча учеников, плюс-минус сотня. Я чисто по классам, в каждом тридцать. Иногда чуть меньше или больше. В их второй, не меньше. Выходит всего уцелевших под шесть сотен. Еще пол сотни, пусть целая где-то бродят или пока не определились. Получается даже из наиболее живучих один из трех в лучшем случае.
  - По возрастным категориям смотреть надо, - неуверенно заявил Валера.
  - А еще по национальности, религии, разрезу глаз и кто были родители, не алкоголики ли. А если да, - закончил с сарказмом, - это положительное качество для космических ... лучей или отрицательное? Нет, - пробурчал, - здесь нечто другое. И так просто фактор не выловить. Может гены определенные, а может болели желтухой в детстве или корью.
  - Поднять медицинские карточки в поликлинике не проблема.
  - И смысл искать? Теперь это кому на... нужно?
  - Разве прикинуть количество на всю страну. Или мир.
  - И то не факт.
  Они замолчали и ехали минут пять без разговоров. Потом мелькнул забор, окружающий больницу. Стас подъехал и принялся разворачиваться задом прямо к дверям, чтоб не таскать лишнее расстояние. Попутно зацепил одну из легковушек, оставленную у входа вопреки всем правилам.
  - Так и я могу! - довольно сообщила Лена.
  Он промолчал. Оправдываться глупо, а вылезать и распихивать никому не нужные автомобили еще и бесполезно. Если кому понадобится, возьмут нечто поновее и фасонистее. Да и вряд ли в ближайшее время много придется раскатывать на легковушках. Грузовики удобнее и полезнее. И тех полно, на всех хватит. В ангарах возле полигона находятся, наверное, сотни законсервированных, включая ГАЗ-66 шестьдесят-лохматого года выпуска. Прежде там стояли часовые, но желающие рискнуть могли отвинтить зеркало или еще чего, главное чтоб в глаза при внешнем осмотре не бросалось. В основном баловались, но по слухам и на продажу кой-чего уходило. Так что неизвестно удастся ли запустить, но хватает и других, поновее. 'Уралы' с 'Камазами' последних десяти лет выпуска не разбирали и совсем иначе сторожили. А уж запчастей достаточно на много лет для их общины.
  - Пошарьте для начала в приемном покое, - сказал, остановившись. - Особенно закрытые ящики. Возьми монтировку, Валера. Наверняка замок висит, можешь не стесняться. А я на склад сбегаю. Знаешь где?
  - Не-а.
  - Прямо по коридору, - объяснил Стас, изучивший за посещения матери больницу полностью.
  Иногда через основные входы-выходы гулять не рекомендовалось. Любой повар на производстве умеет схимичить и уж собственные дети голодными не останутся. На продажу она никогда не брала и Стас это грехом не считал. Все равно большинство лечившихся не ели здешнюю еду, подкармливаемые домашней. Или не доедали, оставляя. Куча отходов вечно выбрасывалась. Так что изредка таскал домой мясо или еще какие йогурты. Можно подумать другие этого бы не делали.
  - В конце железная дверь, выход во двор. Там отдельная пристройка, чтоб доступа не было с улицы.
  - Понял.
  - На складе тележка должна быть, а может и электропогрузчик. Фигли уродоваться, таская руками, когда есть транспорт. Да и лекарства сразу в коробках лежат. Если чего, орите громче. На, - поколебавшись отдал карабин девушке. - Мне с этим, - доставая лом, топор, силовые кусачки, способные перекусить даже 16мм арматуру и резак для металла, предусмотрительно прихваченные именно потому что прекрасно помнил о запорах и не собирался искать необходимые инструменты в последний момент перед запертыми дверями, - неудобно будет. Присмотри.
  Коридор был абсолютно пуст, даже примелькавшиеся во время поездок по городу трупы отсутствовали полностью. Шаги гулко раздавались под сводами. Были неприятно. Не то чтоб боязно, а тягостно. Тем более свет не горел. Видимо выжрав горючку больничный генератор заглох. Сколько часов автономной работы требуется в нормальных условиях? Все ж больницу и в худшие 90е годы никогда полностью не отключали за задолженность.
  Уже в самом конце, возле заветной двери, как положено по инструкции закрытой, он из бокового коридора услышал невнятный шум. Что-то стукнуло-брякнуло и прозвучало достаточно странно, чтоб списать на естественный шум. Если где-то окно или дверь открыты и от ветра звякает, звучало бы регулярно. Прислушался и снова уловил нечто непонятное.
  Осторожно положил инструменты прямо на пол и пошел на подозрительный скрежет, на ходу расстегивая кобуру и извлекая 'макаров'. Если ерунда какая никто не увидит и смеяться не станет. А вдруг собака забралась? С перепугу кинется, покусает. Потом ищи еще уколы от бешенства. Проще сразу пальнуть. Все равно их отстреливать придется. Рано или поздно за неимением ничего подходящего начнут трупы жрать, а убрать всех невозможно.
   Шум раздался гораздо яснее и он уже уловил откуда. Из рентген кабинета. Толкнул дверь и на мгновение застыл, раскрыв рот. Вместо случайно запертой псины внутри двое парней норовили завалить на кушетку где фотографируют переломы женщину. Она молча бешено сопротивлялась, дергаясь, так что не смотря на изрядно пострадавший деловой костюмчик жаждущим добраться до голого тела никак не удавалось. Точнее старался один, а другой наблюдал, посмеиваясь за процессом.
  - Достала, - заявил бездельничающий и с размаху ударил ее в лицо, не оставляя места для сомнений о дальнейших намерениях.
  - И что вы тут делаете? - спросил Стас.
  Большой герой по маханию руками резко обернулся. Спереди он оказался много старше. Не старик, конечно, но под тридцать должно быть, хотя роста невысокого, отчего Стас и обманулся.
  - Пшел вон, молокосос, - прошипел, брызгая слюной, - пока по шее не получил.
  - Это с какой стати? - удивился Стас, показывая пистолет.
  Тот прыгнул мгновенно с места, взмахнув неизвестно откуда извлеченным ножом и с хищно перекошенным зверской гримасой лицом. Стас невольно отшатнулся и машинально разрядил 'макара' прямо в грудь. Еще чуть-чуть и натурально бы выпустил кишки. Реакция спасла. Уже сознательно добавил в голову упавшему. Лучше быть уверенным на все сто в отсутствии опасности.
  Второй, смутно знакомый прыщавый до ужаса вьюнош школьного возраста. схватил женщину и прижал к ее горлу жуткого вида кинжал, вроде кавказского, но с зазубринами буквально взвизгнул:
  - Брось оружие или зарежу бабу!
  - Тебе сколько лет?
  - Шест... Причем здесь это?!
  - Понимаешь, в твоем возрасте нельзя быть настолько наивным. Мы не амерском фильме, а я не полицейский, которого уволят за превышение полномочий или подадут в суд. Я к легавым отношения не имею и законы сейчас в принципе не действуют. Понял?
  - Да, - согласился опасливо. До него смысл тирады явно не дошел.
  - Можешь орать что угодно и делать тоже. Миллиона в мелких купюрах и вертолета с целью спасения заложника не дождешься. Некому об этом позаботиться. Теперь понял?
  - Да, - с запинкой отрапортовал тот.
  - Ну пырнешь ты эту абсолютно мне незнакомую мадам сдуру, а потом я тебя кончу. Устраивает?
  - Нет!
  В коридоре раздался топот ног и заполошный вопль: 'Стас!'.
  - Здесь! - ответил. - В рентгене. А это мои приятели, - ласковым голосом объяснил. - Сейчас с трех сторон зайдем и замочим, чтоб не раздражал.
  - Это все он виноват, - плаксиво вскричал парень. - Череп! Я не хотел!
  - С другой стороны, - задумчиво сказал Стас, - женщины нынче редкость. Одни малолетки. Так что оставь ее и вали отсюда, чтоб больше не видел.
  - Правда? - спросил тот жалобно.
  - Нафиг ты мне сдался.
  Парень отпустил женщину и принялся бочком перемещаться вдоль стены, обходя Стаса по широкой дуге. В той стороне был второй выход. Для удобства персонала. В одну дверь входят, в другую выходят. И поскольку в курсе, кто-то из местных.
  Стас не стал дожидаться пока испарится. Поднял руку и принялся стрелять. Зачем им такой ублюдок где-то рядом. Это в прежние времена положено было заниматься перевоспитанием и жалеть мальчика, попавшего в дурную компанию. В новом мире нужно думать об общине и всячески избавляться от откровенно уголовных элементов. Город сократился до деревни и чужим в ней не место. А насильников правильно убить. То есть он так не думал конкретными мыслями, а сразу вынес приговор.
  На третьей пуле, пробившей уже падающее тело, полуоткрытая дверь за спиной распахнулась от пинка и с воинственным видом ворвался Валера держа пистолет наизготовку. Стас еще раз выстрелил и с трудом засунул негнущимися пальцами в кобуру. На самом деле он не помнил сколько осталось патронов и так бы палил, пока не закончились, если б не примчавшийся напарник. Все ж прежде не доводилось убивать.
  Почти сразу на нем повисла та самая женщина, заливая слезами. Скорее всего он просто стоял ближе и удачно подвернулся, а разницы между спасителями в расстройстве чувств не заметила. А то бы, после недавно озвученных слов, запросто шарахнулась подальше. Фактически он предлагал отдать бабу в пользование и всю стычку можно было рассматривать под этим углом и чем лучше предыдущей компании?
   Росту она была небольшого, макушка упиралась в подбородок, поэтому бессмысленно бормоча нечто вроде 'все нормально', 'уже закончилось', он увидел, как осмотревшись, Валерик показал большой палец. А Лена моментально выскочила наружу и из коридора раздались малоприятные звуки рвоты.
  Тут до него с запозданием дошло, о чем не состоявшаяся жертва изнасилования бормочет бессвязно. Их поезд остановили вчера, буквально в степи. Потом стандартно все умерли, но двадцать семь детей они с учительницей собрали и пошли к ближайшему населенному пункту. Когда такая разношерстная компания и куча детсадовских детей любой поход ужасен, но тут еще и пришибленные массовой гибелью родных. До станции дотащились всего пару часов назад. Там она нашла карту на стенде и взяла у трупа ключи от машины, определив ее по сигнализации. Поехала в больницу, поскольку одна из девочек с сильной астмой и ей плохо. А тут эти... Здесь дальнейшее стало полностью неразборчивым. А Стас с сожалением подумал, что надо было обратить внимание на брошенные у здания машины. Тогда бы не полез как придурок в поисках собаки. Люди гораздо опаснее и счастье, что догадался заранее оружие извлечь из кобуры и дослать патрон, сняв предохранитель. В другой раз так не повезет.
  - Надо забрать детей, - сказал, отстраняя.
  Лично у него очередная дополнительная задача восторга не вызывала. Потом все равно возвращаться. Но нельзя плюнуть и сделать вид не слышал. Рано или поздно все равно попросит помочь.
  - Да-да! - слегка успокаиваясь и поправляя волосы машинальным жестом, согласилась она. - Нужно ехать.
  - Тебя как зовут?
  - Ира... Ирина Владимировна...
  - Мы всех собираем. Есть место нормальное.
  - Позвони на базу, - подал идею Валера. - Стационарные ж работают. Пусть кого другого сгоняют. Нам еще долго чухаться.
  - Давай Валер, - подтвердил Стас, - смотайся. В приемном есть, - и назвал номер, где должен был находиться Трофим или кто-нибудь другой.
  На проходную, к сожалению, невозможно. Там внутренний. А в штабе наверняка кто-то будет.
  
  
   Стоило закрыть глаза и вместо уплывания в спокойный сон, где отсутствует окружающий мир с его ужасами, уши уловили всхлип. Потом второй. Через минуту вся казарма вздыхала, стонала, давилась в подушку слезами. Все, что они не могли себе позволить днем, поперло наружу. Хорошо на людях изображать насколько все пофиг. Ночью в голову лезут мысли и воспоминания и отвлечься никак нельзя. В этом смысле бесконечно находимые Трофимом дела для всех, от самых маленьких до взрослых были во благо. Но сейчас кто-то сорвался и пошла цепная реакция. Лежать спокойно было невыносимо, утешать не тянуло. Можно подумать ему замечательно и не хоронил собственными руками мать, а затем не видел табличку на общей могиле с отцовской фамилией и именем. Проще всего было вскочить и заорать, посылая по матери и требуя заткнуться. Но он так поступить не мог. Самому тошно.
   Стас соскочил с койки, вызвав невольное затишье своими движениями. Вопросительно тявкнул Шарыч. Его место было под кроватью, которая очень удачно находилась у стенки. Практически сразу щенок усвоил необходимость сидеть в отсутствие спокойно. Кажется не нравилось бесконечное тисканье. Стас пробурчал нечто успокоительное и звереныш замолчал. Наличие такого типа здорово успокаивало, однако одновременно создавало кучу забот. И не только кормежка (слава богу нормально трескал) и прогулки в туалет с собиранием за ним катышков. Порядок должен быть для всех, провозгласили на общем собрании и гадить на дорожках не положено. Шарыч желал непременно находиться рядом и очень обиделся на оставление в одиночестве. По крайней мере так Стас понял его поведение с демонстративным отворачиванием после возвращения из больницы. Пришлось извиняться и обещать брать с собой, чувствуя себя глупейшим образом. Зато помогло. Псина потыкался носом и старательно облизал руку.
   Натянул штаны с ботинками и майку, автоматически повесив на пояс кобуру и прихватив сигареты, вылетел на улицу. Достаточно тепло, чтоб не особо наряжаться, да и не волновал в данный момент внешний вид. Еще немного и он бы сам присоединился к происходящему коллективному рыданию. Говорят психологи советуют не сдерживаться, якобы помогает, но он не хотел превращаться в сопливое чмо даже на время. Ему не требовалось такое облегчение. Он не собирался расклеиваться.
   Возле казармы в курилке сидела женщина. Знакомый профиль с коротким, чуть вздернутым носом и упрямым подбородком. Рядом на скамейке куча вещей, начиная от матраца и заканчивая стандартной российской формой. Почти все переоделись в такое, ведь таскать трупы или рыть землю удобнее в рабочей одежде. Тем более уже появились у многих и нашивки с именами, фамилиями, а иногда и кличками. Удобно в общении с незнакомыми. Благо на складе этого добра полно и если берцы подходящего размера найти на малолеток сложно, то обычные брюки, майку, рубаху и прочее можно при желании подкоротить, ушить и подогнать наилучшим образом. Даже специалистки появились и за ним ходили ноя с просьбами. А те охотно пользовались умениями, спихивая на клиентов тяжелые и грязные труды.
   Правда вечером, если хватало сил, женский контингент переодевался в цивильное. Из города по просьбе тащили самое разное, а кое-кто пришел со своим.
   - Неужели помочь не могли донести до места? - спросил Стас с негодованием. - Куда хоть определили?
  - Они там штабе вконец задрюченные, - ответила Ирина спокойно, затягиваясь сигаретой. Сейчас она была на удивление спокойна. Видимо обстановка не располагала к истерикам. Но он такое уже видел. В любой момент может сорваться. - Все бегали наших с поезда располагать. А мне выделили для обустройства медпункт. Буду начальником по санитарной части, за неимением кого-то более компетентного.
  Он молча кивнул. Кроме имени всегда спрашивали про умения. Ирина оказалась хирургической медсестрой. Не оперировала сама, а подавала инструменты, судя по объяснениям, но хотя бы представляла, как шить и понимала в рентгеновских снимках. В медпункте аппарат стоял, но пользоваться, естественно никто не умел. Теперь будет кому заняться.
  В свои тридцать лет успела отпахать в травматологии и почему-то урологии. Неизвестно какой из нее профессионал, но дама козырная. Пока еще серьезных травм не случалось, но человек даже с минимальным опытом и нечто учивший по части лекарств и операций в ближайшем будущем непременно понадобится. А она разбиралась. Придя в себя и уяснив, зачем они сюда заявились, принялась четко указывать что брать в первую очередь и не глядя в инструкции объясняла, что лечится тем или иным препаратом.
  - Вот только толком не объяснили куда идти, - швыряя в металлическую урну бычок, пробормотала, - и кажется заблудилась. Казармы все одинаковые. Хуже нового микрорайона со стандартными домиками. Хоть бы указатели повесили.
  - На самом деле ничего сложного. Это с первого раза впечатляет количество зданий. А потом присмотришься и четко видно где граница очередной части. Повторяющаяся планировка. Плац, казарма, еще одна, столовая, штаб подразделения, забор и снова. Баня, губа и еще кой чего отдельно. Разница в количестве ротных бараков. В учебке восемь, в связи пять и так далее. А надписей нет из соображений секретности, чтоб американцы не прознали. На третий день основные точки знать будешь.
  - В смысле есть и не основные?
  - Конечно. Полигон, склады, ангары для техники, аэродром, шахты.
  - Это для чего?
  - Ну раньше имелись ракеты, потом их убрали, а помещения остались. Там глубоко и хотели отсидеться. Видать эта хрень и бетон прошибает.
  - Не надо об этом, - попросила она, зябко обнимая себя руками.
  - Э... Ну давай помогу донести. Все равно не занят. Заодно и дорогу покажу.
  - А действительно, - собирая вещи, сказала, - буду благодарна.
  
  
  Глава 5. День третий.
  
  Стас сидел и пялился в окно на плац. Сейчас он был далеко от кабинета и даже настойчиво тыкающийся в ногу Шарыч не вытащил назад. Наклонился, машинально почесал по шерсти и опять уставился в даль. Нет, не понять ему женщин, конечно, если их хоть один мужчина способен постичь. Как-то не так у них мозги устроены.
  Тогда, ночью, все вышло само собой. Внутри медпункта было не особо намусорено и даже пыль не успела всерьез сесть. Собственно даже не обязательно было тащить матрац с подушкой, одеялом, простыней и наволочкой. Все оказалось на месте и вроде не загаженое. В отдельной комнате-изоляторе стояло шесть кроватей для возможных пациентов. Насколько Стасу было известно с разной мелочью не оставляли, помазав зеленкой и выдав аспирин, а с серьезными проблемами везли в больницу. Но по инструкции положено. Потому в каптерке нашлось постельное белье. Видимо Трофим, или кто-там этим занимался, не сообразил или решил лучше дать лишнее, чем выслушивать жалобы от вновь вернувшейся и недовольной женщины.
  Зато помимо разнообразных вещей в грузе присутствовала сумка со съестным. Куча пакетиков с многочисленными деликатесами мясными и рыбными. Буженина, балык, копчености, колбаса и сыр нескольких видов. Жареная картошка в поллитровой банке, огурцы, помидоры и зеленый лук. Банка растворимого дорогого кофе, пакетики с чаем. Электрический чайник нашелся в здешней бытовке, как и утюг. Последний, впрочем, не понадобился, в отличии от бутылки водки. Стаканы, ложки, вилки - не пластмассовые, а металлические прилагались.
  В результате они сели отмечать новоселье. Выпили, закусили, потом накатили за удачу и пусть земля им будет пухом, Ирина поблагодарила за спасение, причем они поцеловались. Что было дальше он помнил достаточно смутно. То есть, никакого выпадания памяти, но в какой момент они разделись и оказались вместе в кровати не смог бы ответить. Ира самого этого хотела и фактически затащила на себя. Нельзя сказать, героически сопротивлялся, очень даже был не прочь. Им обоим хотелось забыться и выбросить из головы хотя бы на время весь ужас, случившийся снаружи.
  Это была не первая его девушка, но такого не испытывал до сих пор. Наверное правду говорят, что близость к смерти обостряет чувства. Они практически не разговаривали и перекурив снова сливались в объятиях, неизвестно откуда взявшимися силами. Дикая, наполненная страстью ночь, со стонами и уверенностью в ответе, будто давно и близко знакомы. Заснули они лишь под утро и на этом сказка закончилась. Начались будни, причем со резкого стука в окно. Две перепуганные девчонки притащили третью, вздумавшую покраситься. Видимо опыта у не имелось, тушь для ресниц попала в глаз. Причем текущие слезы от боли не спасали. Ну а раз появилась медицина - есть куда бежать за помощью.
  И все бы ничего, но добровольные помощницы Стаса засекли, причем без штанов. Он-то сразу не сообразил, а эти болтушки разнесли новость мгновенно, после чего Лена демонстративно отказалась с ним ездить, неизвестно на что глубоко обидевшись. Авансов он ей не делал и клеиться не пытался. А если сама какие виды имела, так нечего изображать негодование. Ну а потом стало и вовсе не до этого.
  Прямо с утра, после завтрака, согласно спискам, принялись собирать родственников по домам и возить на кладбище. Водителей добавилось, но и число покойников заметно возросло. Пришлось и к поезду ехать, чем новенькие хуже. И так целый день. А вечером Ирина нежданно-негаданно заявила, что просит не ходить к ней в дальнейшем. Все это была слабость, он найдет себе более подходящую пару и так далее. То ли она дура, то ли в натуре испугалась продолжения. А может с утра пораньше задумалась и решила, что он воспользовался ситуацией и ничуть не лучше тех козлов.
  В результате остался у разбитого корыта с неприятными мыслями. Тут бы и завыть от вновь накатившей депресухи, но у него теперь имелся Шарыч, требующий внимания. Кормить псину, водить справлять дела, вычесывать (процедуру тот обожал и требовал постоянно), да и оставаться в казарме зверныш не желал и принялся скандалить по поводу отсутствия рядом ночью. Похоже он уловил чужой запах и вознегодовал, ревнуя.
  Сильно оказался понятливый для своего возраста и, хотя в кабине в дороге сидел смирно, стоило выпустить наружу, принимался деловито изучать местность. Требовался опыт для правильного воспитания и с этой целью Стас отрыл в куче книг учебник по дрессировке. Всевозможную научную, популярную и техническую литературу специально собирали повсюду. Университеты с докторами наук и научными лабораториями больше не существовали. Проконсультироваться не удастся. А наука - это конкретно книги по разным отраслям знаний. Практические методички гораздо важнее. Неизвестно пригодится ли в ближайшем будущем физика с астрономией, а вот справочник слесаря-сантехника очень может быть и достаточно быстро.
  Собирали учебники, энциклопедии, словари, таблицы, справочники. В отличии от интернета они никуда не денутся, если мыши не обгрызут и в пожаре не сгорят. На окраине пожары были. В их районе только в двух домах и к счастью дальше не перекинулось, хотя всерьез боялись. Повезло.
  С Шарычем было легко. Он знал команды 'ко мне', 'сидеть', 'охранять', 'рядом' и 'брось'. Для начала более чем достаточно. Маленький еще, чтоб требовать всерьез чего. Зато точно не предаст и не начнет голову морочить непонятными условностями и возрастом.
  Тут он вздрогнул от стука захлопнувшей двери и слегка очнулся. Кажется, начинается. В заполненный до отказа кабинет, где от общего курения скоро образуется туман, вошли Трофим с Мишкой, а бежавший следом Задор моментально помчался к брату и они принялись под стульями обнюхиваться. Судя по поведению этот тоже таскался за хозяином постоянно. Вот с сучкой по имени Леди было не так. Тут скорее маленькая хозяйка старалась не выпустить из внимания щенка, а та норовила залезть на руки и самой не ходить. И вообще играть, когда не дрыхла, обожравшись.
   Оно и к лучшему. Девочке явно на пользу пошло постоянное общение с псицей. Вышла из ступора и вела себя практически нормально. Тамара перестала бояться и не таскала ее в качестве прицепа. При этом Леди относилась к попыткам потискать ее чужими достаточно спокойно. А вот Шарыч огрызался и рычал, Задор просто уходил. Вот и пойми, характеры у них разные или как-то выбранный кормилец влияет незаметно для себя.
  - Семеныч! - сказал Трофим, усевшись.
  - Нет, - заявил подполковник Терентьев. Протрезвев, он не стал изображать начальника, оказывая посильную помощь в похоронах и пропадая вечером где-то в районе складов. Видать инвентаризацию проводил, чего успели взломать и растащить новые жильцы базы. - Помочь по своей части всегда пожалуйста. Думаю, кроме меня толком никто и не в курсе сколько важного и полезного имеется. Но брать на себя командование, увольте. Сами начали - продолжайте.
  - Ну, - произнес Трофим, показательно разводя руками. Почему-то Стас не сомневался, заранее знал о грядущем отказе, - тогда начнем. Что у вас, Антонина Николаевна?
  - Ну как договаривались, - неуверенно сказала с места поставленная на кухню за главную Пуляева, из той самой чудом уцелевшей семьи. - Мы подготовились, - она отбарабанила длинный список блюд. - Но водка... Дети ж еще.
  - Как мертвых хоронить, так взрослые, - возмутился Ильяс.
  Он из присутствующих был самый младший и похоже врал про пятнадцатилетний возраст. Документов никаких, из того самого поезда. Но гораздо важнее, реально разбирался в электрических сетях, проводке и прочих фазах, а не трепался или случайно видел, как нажать рубильник и заменить выбитый предохранитель. Это проверили и убедились в знаниях. Может, действительно работал на стройке или в какой-то конторе, помогая отцу. Какой нынче смысл врать. Сразу заверил, что хоть шабашили всерьез и много чего умеет, однако не возьмется за складывание печей и возведение зданий из кирпича или каркасным методом.
  - Третий день сегодня, - значительно объяснил Трофим, с утра объявивший выходной. - В обед будут поминки. Собственно на вас, - сделал широкий жест, охватывая приглашенных, - и будет возложена основная задача, чтоб пригубили, но не надрались. Сами понимаете, достать сейчас без проблем. Захотят - не остановим. Надо все сделать красиво.
  - А что в мире происходит? - внезапно вмешался капитан. Обычно он помалкивал, в общие дела не вмешиваясь и ходил с видом прибитого, оживляясь лишь когда речь заходила о полетах.
  Этого нашли на аэродроме. В прямом смысле обнаружили.
  Скорее всего последний летчик на сотни километров во все стороны. Сидел запертый в ангаре. На аэродроме несколько таких, высотой до 9 метров, чтоб загнать внутрь от врагов технику. Или кто-то 'тонко' пошутил, или крепко не любили в части и устроили гадость. Понятно никто не ожидал смертей, но отделаться хотели. Сам не рассказывал о причинах, а на ответе не настаивали. Какая теперь разница. Прошлое закончилось и главное пусть себя ведет правильно.
  Хотя он все ж не летчик, а точнее вертолетчик. Сводный авиационный полк состоял из трех эскадрилий. 24 вертолета Ми-24, 20 вертолетов Ми-8 различных модификаций, 6 АН-2 и один ЯК-12. Последние считались жутким старьем и использовались в качестве учебных и сельскохозяйственных. Зато по нынешним временам суперчудо. Капитан обещал поднять в воздух при необходимости, но пока до этого руки не доходили. Тем более из батальона аэродромно-технического обеспечения живых не осталось и сначала требовалось разобраться хотя бы как заправлять. А потом можно и сгонять за Волгу и по окрестностям. Хотя никто не сомневался, что там ждет.
  - Гена умудрился поймать передачи, - сказал Мишка на взгляд Трофима, - и побеседовать с радистами-любителями в Иваново, Бишкеке, Дублине и каком-то венгерском городе с совершено непроизносимым названием. Ничего нового они сказать не смогли. Все тоже самое. Разве поведали, что из США многие перебрались в Австралию и на Гавайи. Потом собирались вернуться. Но счет не идет на десятки тысяч взрослых. Скорее тысячи. Ну это и так предполагали. И нам в любом случае от того ни холодно, ни жарко. А Москва молчит намертво. В принципе означать может что угодно. Если процент оставшихся приблизительно одинаков везде там должны быть тысячи уцелевших. Другое дело может они еще не организовались всерьез и не до баловства. Глядишь проявятся так или иначе.
  - Вряд ли стоит ждать помощи, - прервал повисшее молчание Трофим. - Рассчитывать придется исключительно на себя.
   Делиться прежде времени найденными кодами с российских и почему-то нескольких американских спутников и чем вчера целый день занималась Алина, посчитал преждевременным. Пусть сначала наладит контакт и научится отдавать команды. Чисто сбросить с орбиты, задав разгонный импульс не требовалось. Поэтому осторожность и уверенность в действиях. Торопиться особо некуда, а насколько полезны окажутся данные еще бабушка сказала. Коротковолновую связь они и так получили, а любоваться на фотографии поверхности или слушать молчание только расстраиваться.
   - Ну а теперь... По поводу...
  Он пытался подобрать слова и не очень выходило.
  - Я бы сказал основное... Мы не сможем вечно жить за счет проедания ресурсов. Это кажется, что жрачки хватит вечно, потому что забили все холодильники мясом и консервами с овощами. Конечно будем собирать и в дальнейшем доступное, включая печеньки и чипсы, но нас тут уже больше четырех сотен ртов и хватит в лучшем случае основных продуктов на пару лет. Ну на три-пять. Надо всерьез подумать о будущем. Создание рыболовецкой бригады. Налаживание заготовок продуктов на будущее, коптильных цехов, выпечки хлеба. Необходимо сажать пшеницу, кукурузу, копать огороды...
  - Говорили современные сорта не дают качественного урожая на вторую посадку. Если от этого урожая оставить семена и на следующий год, то окажется, что растения будут хуже расти, плоды нетоварного вида и не первоначального вкуса. А в дальнейшем еще хуже!
  - Точно! Специально такие продавали, чтоб снова приходили за покупкой.
  - Полагаю по деревням еще можно обнаружить старые сорта, - заявил Мишка. - Придется чередовать грядки, пока не убедимся во всхожести.
  - Самое важное, - перекрывая громкостью возбужденные голоса, - провозгласил Трофим, - найти домашних животных. Коров, свиней, курей, гусей, лошадей, даже обычных коз и собак. Думаю, за три дня они передохнуть никак не успели и будут счастливы обрести новых хозяев.
   Юмор несколько плоский, но в комнате заржали. Смеялись вообще много и частенько нервно. И 'черный' юмор был в ходу.
  - Для начала придется научиться доить.
  - Есть же доильные аппараты, а на базе электричество. Это как раз не проблема. На ферме в Николаевке человек десять работали всего, считая с директором. Конечно там были опытные люди, но дело наживное.
  - Короче, Стас, - тот вздрогнул и перестал почесывать брюхо Шарычу, изобразив внимание, - назначается начальником экспедиции. Возьмешь пару нормальных грузовиков...
  Стас мысленно даже обрадовался. Ему казалось 'газель', да и он сам насквозь пропитались приторно-сладким запахом разложения. Мертвым жара на пользу не шла. Но если лично старательно мылся и менял одежду, то с машиной толку никакого. Кузов из шланга поливал, но все равно витало в воздухе. В глубине души подозревал, что весь город провонял насквозь и скоро будет еще хуже, но избавиться от грузовичка и уехать не самая паршивая идея.
  - ... человек двадцать желающих проветриться и осмотрите все деревни в округе. Маршрут прикинь и подумай, чего важно с собой иметь. Скотину гнать своим ходом, в кузова корма на первое время, полагаю придется совершить несколько ходок. Ну и прежняя задача. Подбирать и предлагать выжившим перебраться на базу. В нашем районе 60 тысяч жило, а если по области не меньше трехсот. Должны быть люди. Далеко пока не забирайся, чтоб не пропал вдруг бесследно.
  - Есть возможность обеспечить связь, - сказал Семеныч. - На хранении стандартный комплекс 'Акведук' с полным набором различных устройств. Носимые, возимые, обычные простые говорильники на манер телефона. В принципе можно подключаться напрямую к стационарной сети, но тут уже требуется выучить инструкцию, а не как обычно.
  Заражали сразу несколько человек. Анекдот про русских и механизмы все слышали.
  - То есть простейшие функции для начала используем, - невозмутимо продолжил подполковник. - Потребуется некоторое время для приведения в рабочее состояние, проверки и установить ретранслятор, но особых сложностей не предвидится. Зато на расстоянии 30км в движении и 70 на стоянке, по спецификации, нормальный прием-передача. Врать не стану, не пользовался. Но в наших условиях без гор, полагаю и дальше выйдет.
  - А на будущее, любым уходящим по делу в город группами выдавать, - Светка Масникян.
  - Разумное предложение, - вежливо признал Семеныч.
  - Ну и прекрасно, - подытожил Трофим. - Не придется искать телефоны. Лишний аргумент проехаться и глянуть. Вон у нас чего имеется. Как минимум кто-то из тамошних уж точно доить сумеет. Насильно не заставлять, ничего не забирать. Даже если не проявят желания влиться в наши ряды, в будущем добрые отношения пригодятся. Ну, вроде все. Можно отдыхать до обеда. Вопросы, предложения будут?
  - Надо бы обговорить, что конкретно Стас возьмет в поездку и если ли нечто полезное на складе, - сказал подполковник, когда отзвучали отрицательные голоса.
  Названный закивал, продолжая нечто рисовать на первом подвернувшемся под руку листке. Трофим перегнулся через стол и вырвал у него из рук.
  - А что, - произнес, - автобус это неплохо. Кузов освободится от вещей и людей нормально разместишь. Но три Урала не маловато будет?
  - Еще не мешает проверить справятся ли. Одно дело минивэн, другое тяжелый грузовик. А если еще и прицеп, как бы авария не случилась.
  - Ну а еды столько точно не надо. Минимальное количество. Подозреваю найти будет не проблема.
  - На кой искать специально?
  - Ну раз вопросы отсутствуют, все расходятся, - предложил Трофим, - а мы со Стасом обсудим снабжение.
  - Нас не забудь вписать, - громким шепотом потребовала Светка, проходя мимо начальника будущей экспедиции.
  - И меня, - поддержал Ильяс.
  - Вот Железняка, - называя Славу всем известной кличкой, постановил Трофим, - можешь не вписывать. Здесь нужнее.
  - А я тоже пойду? - тихонько спросила маленькая полненькая очкастая девочка.
  Вечная отличница Зубарева Марина выполняла обязанности секретаря за всё. Записывала имена, профессиональные умения, местонахождение койки, выдачу вещей, наличие имущества. К ней приходили оставить заявку и звонили по разным поводам. В отличие от бегающего туда-сюда Трофима она сидела постоянно на месте, выполняя роль диспетчера и передаточного звена. В некотором смысле всем нужна и полезна.
  - Отдохни Марина.
  Кажется уходить в казарму ей совсем не хотелось. Здесь она была занята полезными делами, а там опять становилась одиночкой, потерявшей родителей и плохо сходящейся с людьми. Даже от одноклассников норовила все годы учебы держаться отдельно.
  - И что вы захотели такое секретное сказать Павел Семенович? - потребовал Трофим, когда за последним из присутствующих захлопнулась дверь.
   - Настолько прозрачно? - принуждено рассмеялся тот. - Ну все равно, есть вещи не для всех. Начальнику в глаза нотации не читают.
  - А хочется?
  Стас перестал глубокомысленно изобретать список и насторожил уши.
  - Не потому что не справляешься. Просто я провел всю жизнь в армии, пусть и не с автоматом в руках. Определенные навыки и привычки в кровь вошли. Ну и обычная наблюдательность. Насчет похода по деревням идея Михаила Позднякова, не так ли?
  - И? - не отрицая, произнес Трофим.
  - Все правильно. В качестве начальника штаба он подойдет. Голова работает и умеет думать на перспективу.
  - Не преувеличивайте Семеныч, - возразил Стас. - Все мы смотрели книги и читали книжки про апокалипсис. Грести под себя хабар - первейшее занятие оставшихся.
  - Основная проблема, что вся эта лабуда с действительностью мало общего имеют. Мутанты, зомби, банды на мотоциклах в пустыне. Вы хоть в курсе, что у бензина падает октановое число или как там правильно называется и лет через пять все машины на прикол можно поставить? Ну дизель дольше проработает, но никто носиться достаточно скоро не станет. Тут вам не Голливуд. Ну да ладно, не о том речь. Будем жить сегодняшним днем, по крайней мере пока не встанем прочно на ноги. Поэтому я, с высоты опыта, уж простите старческое брюзжание, должен заявить: нас стало слишком много.
  - В смысле? Не принимать новых?
  - Чем больше община, тем выше шансы на выживание. Дело в другом. Народ расползся по казармам в рабочее время. Кое-кто откровенно сачкует. Другие норовят на чужой шее проехаться.
  - Это о ком? - с угрозой переспросил Трофим.
  Стас покосился на начальника. Забавно, даже полкан в курсе. Похоже его про 'Башмака' в известность не поставили. Вчера в казарме того метелили за лень сразу командой. Отбуцали всерьез. Никому не нравится, когда его держат за дурака, отлынивая от общих работ. Особенно с трупами. Утром он собрал вещички и исчез с базы. Никто по этому поводу не расстроился.
  - Ну я могу назвать имена, но не стоит, не поймав за руку, начинать сразу давить. Надо изменить подход. Раз уж взрослые, не будем играться. Сделали шаг, давайте совершим второй. Поскольку насчет соседей полной уверенности в отсутствии конфликтов нет, а впереди нас ожидают распашка и сельское хозяйство и из-за горизонта в любой момент могут вынырнуть злобные мутанты, кстати не смеюсь, хер его знает, что заведется хотя бы в Волгограде, потеки выше по течению в реку какая паршивая химия, давайте станем... ну казаками. Со всеми вытекающими. Тем более налоги собирать невозможно, а служба общественная должна нестись.
  - И как должно выглядеть?
  - Для начала четкое разделение на сотни, десятки с назначением командиров. Может даже дать возможность выбирать среди своих. Отдельно взвод технический, разведки. С правом перехода в другое подразделение. Все равно кто потянется к знакомым, кто найдет друзей со временем или вдруг понравится свинью доить. Ну вы понимаете... Выдать оружие старшим, с соответствующей торжественной процедурой и клятвой верности, дав стимул младшим тянуться. Четкий график дежурств и общих работ, составленный по подразделениям, в штабе и сотням тамошними офицерами, а не кто хочет или постоянно торчит, потому что крайний или свалить на другого не умеет. Та же рыбалка по очереди или кухонные труды. Кстати любые приказы вывешивать в письменном виде на досках в казармах и на входе в штаб. Полная открытость и проверяемось.
  - Тюрьму завести, - полушутя добавил Трофим.
  - Ну наказанным занятие найдется, - пробурчал Стас. - А за убийство, тяжкие телесные или изнасилование надо кончать. Какой смысл держать за решеткой и кормить.
  - Без суда все равно нельзя.
  - Надо бы Мишке поручить новый кодекс создать, - усмехнулся Стас.
  - Я могу продолжать? - вежливо спросил подполковник.
  - Ну извините.
  - Остальное время личное, - выдержав паузу заговорил Семеныч. - Хочет танк строит, хочет на крыше в голом виде пляшет. Не превращать в армию с уставом. Естественно по тревоге все поднимаются. Может имеет смысл прикрепить часть младших возрастов к конкретным людям. Будут наставники по профессии и для чувства локтя полезно. Причем инициативу выбрать 'дядьку' должен проявлять 'племяш'. Заодно старший не даст другим издеваться. Надеюсь реальная дедовщина нам всем без надобности. А вот такое сглаженное, вполне на пользу пойдет. Одному почетно, да и лишние руки, берущие на себя бытовую мелочь. Второму выгодно за спиной авторитета.
  Слушатели переглянулись. Звучало реально неплохо.
  - И еще одно... Вы ребята молодые и с соответствующими желаниями. Девочки рядом и что греха таить, иные не прочь заступника получить. Или просто хотят любви, взамен утерянной. Я молчу про последствия в виде детей, у большинства достаточно мозгов понять такие вещи и что шестнадцать не лучший возраст для беременности. А кто сознательно или по глупости на это идет, оттаскивать и воспитывать поздно. То что нельзя остановить - надо возглавить. Предлагаю парочкам, решившимся на совместное проживание выделять отдельные помещения. Например корпус учебки. В трехэтажном здании кабинетов полно, вот пусть обустраиваются и живут в семейном общежитии, продолжая числиться в сотнях и выполняя приказы командиров.
  Он выпил воды из бутылки на столе, слишком долго говорил и горло пересохло. С газом не любил, предпочитая обычную минералку, а здесь как по заказу.
  - И последнее. Не надо в дальнейшем устраивать такого рода собрания. Полно лишних, не долго совещание превратить в базар или митинг. Важные решения принимаются в гораздо более узком кругу. Пусть ниже спускают начальники отделов и сотники. Очень хорошо, что назначены ответственные по медицинской части, дошкольного воспитания, кухне и снабжению. Еще бы транспорт отдельно и инструменталка тоже. Заодно разведете Вячеслава с деповским. Нечего им выяснять главенство и цепляться. Каждому свой фронт работ. Алину с Геннадием как-то приписать к связи, чем бы они там не занимались, но чтоб не дергали по пустякам.
  Судя по выражению лица очень хотелось подполковнику выяснить чем они там безвылазно занимаются, но промолчал.
  - Да, пусть Гена тоже подключится к наладке этого вашего комплекса, - спохватился Стас. - Он в этих делах на удивление хорошо разбирается.
  Характера вот нет, подумал Илья. Мямля. И слабак. Потаскал бы трупы на манер Стаса, наверняка бы лег и сдох. Но это он оставил без озвучивания. Пусть пашет по специальности, а чтоб не цеплялись, можно и погоны повесить. Идея-то реально подходящая. Надо с Мишкой обсосать детали.
  - Ну и командиры сотен сами по себе, но не мешает войсковому атаману парочку официальных заместителей иметь.
  - У нас пока не дивизия.
  - Тогда начальника штаба.
  - Уговорили. Тем более и кандидатура как бы случайно названа.
  - Я не пытаюсь манипулировать, - серьезно заверил Павел Семенович.
  - Ладно. Проехали. У вас все?
  - На первый взгляд, да.
  - Спасибо за совет. Думаю, обсудим с Михаилом детали и бухну новую концепцию после парочки рюмок для всех.
  
  
  Он постучал по стенке в раздаточном окне, пытаясь привлечь к себе вниманию горячо обсуждающих последнюю инициативу штаба девочек. В битком набитой столовой (пришли на поминки все, включая младшие группы и наплевав на дежурство) сейчас не до случайных просьб. Все кучкуются и выясняют отношения.
   - Вот, - сказала согласившаяся выполнить маленькую просьбу, со стуком ставя на раздаточный стол миску с фаршем из варенной говядины и отдельно в ней же немалый шмат пропущенного через мясорубку вареного карпа.
   Они так и не определились с возрастом щенков, не больше месяца и судя по книге кормить мясом рановато. Плюя на рекомендации трое псин прекрасно жрали все подряд от хлеба до морковки и похоже можно было не волноваться за состояние здоровья. Если бы еще не приходилось по пять-шесть раз реагировать на поскуливание. Якобы желудки маленькие.
   - Спасибо, - сказал, но девочка уже забыла про него, присоединившись к обсуждению с подругами более интересных вещей.
   Начиналось все торжественно, но после первой рюмки Трофим поднялся и выдал длинную речь. Основные посылки Стас уже слышал о Семеныча, но кое-что было углублено и усилено. Например, рот отныне становилось пять плюс подготовительная, то есть из малолеток. Эта по численности как две-три любые другие и дополнительная немногочисленная специализированная, куда отнесли всех техников, водителей, имеющих полезную специальность. Этих выселяли в бывшую караульную для удобства. Создавались подразделения явно на вырост, так как народу столько не имелось, зато в ближайшем будущем должно было стать в казармах свободнее.
  Прежде селились пока не заполняли все койки, затем новая партия переходила в другое помещение. Конечно были обмены и переходы к знакомым или вместе работавшим, но в массе особо некогда перебирать. Два дня не срок. А теперь им предложили самим искать постоянное место. Правда под шумок никто не задумался на каком основании Трофим назначил командиров рот. Особенно на почве возможности открыто отселиться старшим. Кое-кто уже помчался обустраиваться, остальные консультировались у приятелей и становились в очередь на запись в только что изобретенные казачьи сотни.
   - Возьмешь в племяши? - спросил, выныривая из-за спины Валера.
  - Ты ж и так едешь, на черта?
  Когда он выбрался из штаба на улице торчало человек тридцать старших и не меньше средних возрастов. Желающих отправиться в разведку оказалось неожиданно много, кто-то из присутствующих на совещании сходу растрепал про экспедицию и набежали добровольцы, предлагающие услуги. Похоже не ему одному уже поперек горла бесконечные трупы и запахи. А может у иных более практические мысли. Дураку понятно, первые трофейщики всегда снимают сливки. Может что полезное найдется и уж точно появится возможность выбрать подходящую животину. Даже коровы бывают бодливыми, а среди ребят были достаточно умные, чтоб просчитать выгоду и необходимость собственного хозяйства.
   - Портянки чужие мечтаешь стирать?
  - Допустим у тебя носки и проще новые принести со склада, но по мне наилучший вариант напарника.
  - И чем?
  - Ты не станешь колебаться стрелять или нет, - серьезно сказал Валера. - Это я точно знаю. Говорят, в первый раз всегда трудно.
  - Ерунда, - зло отрезал Стас. - Выстрелить легко. Гораздо проще, чем перо в бок засадить. Тем более сейчас. До многих просто не дошло, есть мы и все остальные. И за нашего надо вписаться независимо от обстоятельств. Просто нельзя забывать, что ты сам человек. Вот и веди себя соответственно.
  - Ну! Уже воспитываешь! Значит берешь!
  - Балабол, - беззлобно сказал Стас.
  - Главное я буду не на общих работах, а с комфортом за баранкой.
  Зачислить добровольцев в ряды было бы простейшим выходом. Но ему нужно было несколько иное. Три-четыре человека за руль, на всякий случай парочка сменщиков. А всех водил Трофим точно не отпустит. Потому погнал всю команду сначала к машинам, а затем заставил каждого, утверждающего, что чему-то учился и даже ездил без папы-мамы показать на что тот способен. Кружок по пустырю перед воротами, проезд по улицам с парковкой задом и между двумя машинами, объезд препятствия, восьмерка. Короче программа-минимум для сдачи на права. 'Уралы' и 'Пазик' далеко не то же самое, что легковая. Тяжелее в управлении, другая высота, иная коробка передач.
  Соревнование вышло что надо. Десяток героев регулярно глохли, давили легковушки, наезжали на поставленные в качестве препятствий на специально притащенные ведра, плюща их под восторженные крики собравшийся толпы. Неизвестно откуда узнали, но скоро половина состава базы торчала вокруг и шумно 'болела'. Вышел натуральный цирк с показательными элементами. По крайней мере недовольных не осталось. А Стас, по результатам теста, мог по-настоящему рассчитывать на троих. И стажа от года до трех, как просят для профессиональных водителей при приеме на работу не имелось. Главное не сколько машин зацепили при маневре, а что умудрились не глохнуть внезапно при переключении. Уже прекрасно. Он и сам бы показал не особо лучший итог. Только демонстрировать на глазах комментирующей публики не стал.
  Причем одна из них оказалась Светка, неизвестно где набравшаяся опыта. Конечно ехать придется без прицепов, ничего такого важного с собой кроме оружия и продуктов с минимум одежды не требовалось.
  - А вот это - довод, - согласился Стас, выходя наружу, в предусмотрительно открытую самозванным 'племянником' дверь.
  - О! - сказал довольно Трофим, сидящий на корточках и наблюдающий как его Задор смачно трескает нечто с руки. - Сама жратва пришла.
  Вокруг него помимо отвернувшегося Шарыча сидели еще пять разнообразных собак. Им запрещался вход в столовую. Кто-то набрел или сознательно заглянул в соответствующий магазин. После этого на базе появилось несколько щенков разных пород и дворняг, хомячки, попугаи, рыбки и котята. Парочка взрослых кошек пришли самостоятельно, охотно принимая подношения. В любом случае, было решено, что наличие взрослых зверей с улицы не приветствуется, разве уж хорошо знакомый и приветливый, а вот такое даже полезно. Будет о ком заботиться и в любом случае понадобится охрана. Две немецкие овчарки, колли и слюнявый бульдог в будущем могли очень сгодиться. Да и дворняги при правильном обучении ничуть не хуже. Они обычно даже сообразительнее. Вот парочка бесполезных по определению домашних умилительных пушистиков имелись в каждой казарме. Наверняка закормят и загладят, избаловав до безобразия.
  - Твой не берет у меня, - сказал с неудовольствием Трофим, когда Стас сунул миску под нос Шарычу, предварительно отделив порцию Задору, которую тот принялся поглощать с аппетитом и выложил остатки на лежащий для этой цели поднос для остальных. Здесь же стояла огромных размеров миска, унесенная с кухни, наполненная водой.
  - Воспитывать надо.
  - Ты не того? Второй день у нас. Какая дрессировка?!
  - Сказал нельзя, вот и не берет.
  - Да ну. Слышал, очеловечивают животных, но ты совсем уже.
  - Без балды, вытянул его поводком, когда хотел с земли подобрать какую-то гадость.
  Самому аж стало неприятно, как посмотрел обиженно. Потом долго объяснял почему нельзя у чужих брать, демонстрируя ремешок и грозя карой. Вроде дошло. На удивление понятливый.
  - Ну тогда другое дело. Зачем пулемет взял? - спросил без перехода Трофим. - Мало на каждого АКСУ и 'макара'? А патронов столько?
  - Дай бог не понадобится, но лучше быть ко всему готовым. Я б и крупнокалиберный в кузове поставил, как по телику показывали арабов, но время поджимает. В конце концов не на себе тащить, грузовик везет.
   - Ладно, - пожав плечами усмехнулся командир, - твое дело. Не верю, что понадобится в ближайшее время, но сам тебя назначил. Вмешиваться не собираюсь. Топай в штаб, будешь изучать инструкцию по применению приборов. Семеныч уже приволок и Гена тоже там.
  - К трем все должны собраться, - глянув на часы, отмахнулся Стас. - Торопиться некуда.
  - Запомни, начальник должен чуть-чуть больше понимать. Чтоб очки не втирали. Не обязательно во внутренностях разбираться, но не отвалится от тебя, ежели заранее посмотришь какие кнопочки нажимать и с умным видом при подчиненных веское слово уронишь.
   - Уел, - согласился Стас и свистнул.
  Шарыч посмотрел ожидательно. Последнюю минуту он уже закончил шамать, сидел и вроде как прислушивался к разговору. Может, действительно, приписывает обычной собаке излишне человеческие черты? Какие у него могут быть желания помимо простейших.
  - Пошли! - и пес моментально вскочил, готовый бежать. - Рядом!
  Неторопливо двинулся к штабу, грызя на ходу сухарик. Через пару дней все равно нормального хлеба не будет - засохнет. Надо запускать пекарню, а специалистов в очередной раз не имеется. Сколько правильная температура и прочее неизвестно. Был, конечно, хлеб в целофане, не черствевший и неделю, но он и прежде его не любил. Что положили внутрь неизвестно. Не ведет себя так буханка. Напихали консервантов, если чего не хуже.
  - Стас! - окликнул его женский голос метров через десять.
  Он обернулся. Видать не хотела подходить при Трофиме. Стояла недалеко и вроде не смотрела в их сторону. Оказывается не просто так.
  - Привет Сеида, - сказал вежливо. Спрашивать как жизнь было бы хамством. У всех поганая.
  - Возьми меня к себе, - сказала она неожиданно.
  - В смысле в экспедицию?
  - Во взвод.
  - Ты обалдела? - откровенно удивился.
  - Я пережила судный день, - сказала она бесцветным тоном. - Я больше не верю в Аллаха Милосердного, убившего всех моих родных. А если он все же существует - проклинаю его!
  Он оторопело уставился на девушку, с опозданием заметив кардинальное изменение внешнего вида. Она была в стандартном камуфляже, брюках и с завязанными в длинный хвост волосами. В прежние времена ничего такого представить было невозможно. То есть и прежде наблюдал, но никак не сопоставлял с прежним привычным. Не до нее было. Сеида была чеченка и одна из трех девчонок, ходивших в школе в платке и вечно постным выражением лица. Старательно уклоняющаяся от любых контактов с мужским полом и посещений развлекательных мест. Причем не под нажимом, а искренне. Такие вещи сразу заметны, когда учишься в одном классе.
  - Я могла бы понять, - сказала помолчав, - если бы остались праведники. Пусть мои родители имели грехи. Они были люди и как все совершали иногда нечто поперек совести и предписаний веры. Но в чем виноваты малые дети? Почему никто младше шести лет не выжил? Никто! - страстно вскричала. - Почему одинаково умирали христиане, буддисты, неверующие и мусульмане? Значит нет между нами разницы? Я никогда больше не стану просить о милости всевышнего, - сказала тихо. - Это бесполезно.
  - А Малик?
  Семья их была верующая, но к другим в душу не лезли. Держали автомастерскую с мойкой и шиномонтажем. Из достаточно большого клана с двумя десятками детей выжили почему-то она и двоюродный брат Малик. Мальчикам в мусульманских семьях достается много больше свободы, но тот прежде был позором для своих. Вечно влипал то на краже, то пьяный, а один раз словил условный срок за продажу гашиша. К счастью в кармане нашли уже остатки и на суде утверждали, что для личного употребления. Сколько стоило отмазать Стасу не сообщили, но точно имело место взятка. Зато после апокалипсиса он стал жутко религиозным, мог принципиально бросить работу, когда подходил срок молиться. Вокруг него собирались ребята-мусульмане и он вещал с непередаваемым апломбом. Стас подозревал, что Коран он не читал и уж точно не по-арабски, хотя мог правильные слова молитв выучить в детстве.
  - Мы всегда были противоположностями. Он испугался смерти и хочет подлизаться, чтоб его не коснулось. А я нет.
  - Ты восстала.
  - Ну можно и так сказать. И заметить, меня не поразило на вторую ночь.
  Вслух это не произносили, слишком страшно, но большинство понимали. Если излучение не исчезло, каждые сутки удар повторяется. А раз ничего не меняется, либо кто хотел очистить Землю от человечества уже добился своего, либо продолжая двигаться по орбите планета вышла из-под естественного излучения. Были, естественно и другие идеи, однако звучали они разве шепотом. Большинство суеверно не хотело ничего знать, тем более все на уровне теорий и отсутствуют настоящие факты.
  - Ну а я причем?
  - Подальше от него, от города. Может даже останусь где-то в деревне. Все равно нужно будет выращивать корма для коров, где-то выпасать. Да пахать под зерно по асфальту не станешь. Придется делать опорный пункт общины. А я смогу. И на 'газели', тракторе и с эвакуатором тоже. Только бензин с соляркой рано или поздно закончатся, а на лошади ездить надо уметь. У нас были лошади, коза. Приходилось навоз выносить.
  Он слушал и не особо вдумывался в слова. Уговоры не требовались. Хочет, охотно возьмет. А вот к Малику надо присмотреться и подсказать Мишке. Такие резкие повороты не к добру. Джихадистов еще не хватает под боком.
  - Мне нужен главный по связи, - сказал, поняв, что продолжения не будет. - А если ты права, на 'точке' без приемника и передатчика не обойтись. Так что докажешь, что не зря была отличницей. Все инструкции назубок выучить и уметь разбирать. Я просил тройной комплект, будет в чем ковыряться.
  - Спасибо, - сказала она серьезно.
  - Не за что.
  
  Глава 6. День пятый и вторая неделя.
  
  
  Шагавший расслабленной походкой Валера вскинул так и оставшийся у него Ремингтон и шарахнул по высунувшемуся из сарая с рычанием кобелю поверх штакетин. Может он когда-то и охранял территорию, но сейчас явно хозяйничал в курятнике. Вся морда в крови, прилипшие к шерсти перья. Хорошо еще не в доме хозяев обгрызает, однако не стоит такого, отведавшего крови, пускать и дальше гулять. Судя по отсутствии цепи и вырытому под забором лазу он вообще не здешний и пришел поживиться.
  - Эк я! - гордо сказал пацан, когда пес свалился дохлый. - С первого выстрела.
  - С такого расстояния крупной дробью и слона не проблема.
  - Завидуешь.
  Шарыч пролез через дыру в заборе и деловито дотопал до убитого пса. Бегающие по двору курицы от него с испугом шарахнулись, возбуждено кудахтая. Не обращая внимания на них, щенок тщательно обнюхал застреленного зверя. Задирать ногу и орошать в обычной манере не стал. Он четко различал чья добыча и демонстрировал превосходство только на Стасовых трупах. Кстати по его поведению иногда много чего можно было уловить. На знакомых, прежде обозначенных 'свой' не реагировал, при приближении чужака начинал тявкать. А вот если не человек, рычал. Стас недостаточно часто слышал, все ж толпы опасных зверей и подозрительных людей не гуляли вокруг, но был уверен, что интонации различаются. Ухо нечто улавливало и со временем начнет разбираться в сигналах. Об этом он помалкивал. Никто не поверит. И сам не особо уверен. Мало ли - кажется. Или у него тоже крыша тихонько едет.
  - Ну тогда тебе награда, - согласился Стас, выбивая ногой доски забора. Обходить вокруг до калитки было лень. - Лови уцелевших птиц.
  В этом отношении Валера показал высокий класс мародерства, хватая и связывая, быстрее, чем американские ковбои бычков на показательных выступлениях, заодно изобретя нечто вроде огромного сачка для ловли птиц и зря не бегал.
  - А я посмотрю внутри, может чего полезное имеется.
  В каком-то смысле это и было поощрение. Мало кто любил соваться в закрытые помещения. Некоторые откровенно манкировали необходимостью заглядывать в комнаты. Все равно их послали искать домашних животных и в жилых помещениях тех не держат. А прочее имущество можно найти не особо утруждаясь. В магазине. Кстати не особо и много было домовладельцев, имеющих нечто интересное. Город рядом, кому сдалось держать лошадь, к примеру.
  На улицы теплынь и тела начали разлагаться. Удивительней всего насколько быстро мухи появлялись. И откуда они вообще брались в таком количестве. Иногда над мертвыми висели целые тучи. Справочник по криминалистике до сих пор в руки не попадал, поэтому точного срока, когда полезут опарыши Стас не знал, да откровенно сказать и знать не хотел.
  - Кто стрелял? - спросила рация, торчащая на предплечье специальной липучке, голосом Сеиды. В использовании стандартной военной экипировки со складов масса преимуществ. Не требуется пришивать петельки и дополнительные карманы.
  - Собака, - ответил Стас, не задерживаясь. Прозвучало двусмысленно и девушка хихикнула.
  Сам же предложил, чтоб на точке сбора осталось пару человек и слушали. Мало ли какие обстоятельства. Даже ногу сломать и позвать на помощь.
  - Все нормаль.
  - Ильяс двух лошадей привел!
  - Это хорошо, - глубокомысленно отозвался Стас. - Пусть поищет и телеги. Сразу груз потащат.
  Вроде по дороге тонну легко потянет. Или полторы? Не важно. Детей с вещами можно посадить и лишний раз не гонять грузовики, теряя время.
  - Понял, - отозвался тот.
  Все время забывалось, что это не телефон и каждый разговор слушает человек десять, не считая рядом находящихся. С другой стороны, вопросы насквозь деловые и краснеть не придется.
  - А сбрую надеть кто-то сможет? - спросил, подумав.
  - Научимся, - бодро заверил Ильяс.
  - Я могу показать, - заверила Сеида.
  - Ну помоги, если сами не справятся. Отбой.
  Дорога до Енатаевки, конечной цели похода - километров триста. Проехать за три часа по абсолютно пустой трассе запросто. Но когда ты направляешься в гости к знакомым и больше ничего не интересует. Они заехали сначала в Успенку (население до недавних времен до тысячи человек). Заодно поколесили по окружающим местам в поисках живых и скотины. Смотреть в гугле где чего находится невозможно, а карт на бумаге населенных пунктов не обнаружили. Приходилось методом тыка, изучая каждую улицу подряд и разъезжая по грунтовым дорогам в надежде нечто полезной найти. В Успенке нашлось девять человек от шести до семнадцати, сбившихся в кучу и в полной растерянности, несмотря на это.
  Своего авторитетного руководителя у них не нашлось и намечались разброд и шатания. Прибытие машин и толпы народа само собой сняло проблему. Дружно согласились перебраться в общину, показав заодно где брать полезное и нужное добро. Пока что уже наловили за сотню кур, десятка два свиней, шесть коров, телку и крайне недовольного перегоном на новое место молодого бычка. В первые часы о каждой находке радостно сообщали, потом успокоились и слегка устали. По пустякам уже не шумели. Еще обнаружились кролики, наглый рыжий кот, залезший в автобус и требующий кормить и несколько собак. Породистых среди них не имелось, но ни одна не гуляла на свободе, а сидели в домах или у выживших. Тоже, кстати, вели себя очень не одинаково. Кто готов был избавителям руки лизать, а парочка кидалась на чужаков, не то окончательно ополоумев, но то так воспитаны. Теперь еще и лошади. Кажется, удачно началось.
  - Сидеть! - сказал Шарычу и тот послушно выполнил команду, превратившись в столбик у крыльца.
  Он замотал лицо цветным платком, чтоб хоть слегка полегче было. Наверное, правильно было бы взять противогаз, но на базе не просто ушли в подвалы, а еще и надели защиту от газов. Видимо на всякий случай. Потом большинство так и похоронили. Никому не пришло в голову собрать, а если кто и подумал - побрезговал. У Семеныча на складах помимо уже не работающего, с рассохшейся резиной и с советских времен старья нашлось пару ящиков, но в городе они нужнее. Конечно в американских фильмах про полицейских и экспертов частенько мазали под носом чем-то, но они позабыли сообщить название в титрах. Потому у каждого нынче на шее висел большой цветастый платок на манер ковбойского, используемого для тех же целей. Закрыть нос и рот, только не от грязи, а запаха.
  Два пожилых человека, обнявшись полусидели-полулежали на кровати. Даже умилительно, если б за последние дни не повидал таких сотни в разнообразных позах. Подходить Стас не стал. Заглянул в шкаф, обнаружив мундир старого образца с полковничьими звездами, петлицами танкиста и несколькими орденами и медалями. Не юбилейные. Настоящие. Судя по Красной Звезде и Красному Знамени часть еще с советских времен. Как бы не Афган. И в глубине ящика помимо всякой мелочи обнаружилась коробка с патронами. Осмотрелся по сторонам, раз уж одно, значит и другое должно иметь место. Двуствольный ИЖ-27 нашелся сверху на шкафу тщательно смазанный и завернутый в промасленную тряпку. А еще почему-то ТТ со спиленным номером. Для старика достаточно странно, но может был резкий дедок. Теперь без разницы. Смерть одинаково уравнивает.
  На улице загремел двигатель и замолчал. Гонять от дома к дому многотонный 'Урал' не имело смысла, а носить курей или свинок в руках не самое удобное времяпровождение. Потому первым делом пошарили в окрестностях и пересели на 'газели'. Найденную добычу отвозили на 'точку', где сейчас интенсивно создавали клетки. Если коров или лошадей можно было пустить своим ходом, то мелкая живность моментально бы разбежалась. Правда гнать сразу на базу столь разношерстное стадо, к тому же многие животные были ослаблены голодовкой и отсутствием воды, было бы неуместно. Переночуют здесь, завтра новые члены их колхоза пойдут пехом, сопровождая рогатых, а кто-нибудь из своих сделает ходку-другую до базы с результатами чистки поселка, отвезя корма хотя бы на начальный срок. Кто сказал, что ожидает сплошное удовольствие и прогулки? Потом нагонят остальных, двинувшихся дальше. Дорога на Батаевку (пятьсот жителей) одна и пока серьезная опасность для одиночек не обнаружилась.
  Больше ничего особенного и ценного внутри Стас не обнаружил. Даже ножи паршивые, сточенные и вообще не нищета, но заметная бедность. Телевизор и тот с огромным кинескопом, а не плоский. За последние часы уже видел почти такое же в десятках сельских домов. И не он один. Если обнаруживались животные, в первую очередь, надо было накормить, напоить, даже подоить мучающихся от боли в вымени. Потом отметить дома, найти и записать запасы кормов и что пригодится в принципе. На обратном пути подберут или потом заедут снова. Даже если прямо сейчас никто не нуждается в картошке или макаронах с солеными огурцами и повидлом, потом это надо будет погрузить и вывести. Не пропадать же добру, а в городе ни у кого больших запасов не имелось.
  На магазинных складах в лучшем случае на пару недель для всего населения. Это значит на год-два для общины. А дальше? Требовались семена и материал на посадку. Мишка вычитал где-то и составил целую таблицу, где всхожесть от 3-10 лет на разные виды овощей. Так что надо было еще фиксировать где взяли и не тащить внавалку. Подразумевались некие опытные участки в будущем для проверки. То есть еще и огороды придется по той же методике описывать.
  А кроме того была масса всякого разного. Теплицы, в которых выращивались лекарственные травы и специи. Вряд ли в ближайшие годы некто привезет перец или аджику. В одном из домов нашли огромное количество черной икры и копченной рыбы. Причем не в банках, а бочках. Видимо браконьеры. Собственно многие баловались в округе, но там похоже производство было поставлено на поток, а не себе и знакомым с родственниками литровую банку.
  Еще собирали книги, однажды попался справочник фельдшера с описанием болезней, симптомов, методов лечения. Может Ирине это и не нужно, но простейшие описания гораздо удобнее вдалеке от единственного на сегодня медпункта. А потом кто-то приволок стопку книг Хэрриота. Литература художественная, но читавшие утверждали, что там описание лечения животных попадается. Автор ветеринар и щедро делился опытом.
  Слава богу, пока никто не жаловался на здоровье, но неизвестно что будет дальше. Крыс в городе и поселке видели неоднократно, а что они разносят чуму и тиф он твердо помнил. Да и в воду могло попасть что угодно от холерных вибрионов до разлагающихся тел. Одним из первых приказов был запрет на использование любой другой жидкости кроме кипяченной и в бутылках. Еще зубоскалили по этому поводу. Алкоголь тоже не в разлив на полках. Кстати крепкие напитки тоже целенаправленно собирали. Срок хранения пива полгода, а вот спирт в закупоренных емкостях испаряться не должен. Правда были сомнения насчет бесконечного держания разных коньяков и даже водки, раз иногда пишут на этикетках до такой-то даты, однако лет пять употреблять запросто.
  Еще смотрели любые лекарства и оружие. На самом деле на складах калашей и патронов к ним было полно, но даже у них, в закрытых цинках гарантия лет на сорок максимум. Производить новые вряд ли без соответствующего оборудования получится. Зато черный порох запросто. Можно переоснащать патроны к охотничьим ружьям. Поэтому заранее собирали подвернувшееся, включая любые причиндалы для отливки пуль и ремонта.
  Шарыч гневно рычал, не трогаясь с места. Стас глянул в направлении напрягшейся морды. На трупе собаки сидели два птенца, ковыряясь в ранах клювами, а сверху над ними вились четыре крупных ворона, причем непонятно было кто родители. Они явно сцепились за добычу и гневно орали, норовя ударить противника. Тут во дворе из сарая появился Валера, держа небрежно за ноги сразу трех курей и петуха. С хищной рожей пацан их бросил и сорвал висящее на спине ружье, с которым не расставался. Птенцы мгновенно сорвались в полет, раздраженно обматерив на прощанье на своем языке. Не понятно, но очень доходчиво. Почти сразу же исчезли и взрослые птицы.
  - Ненавижу, - сказал Валера, не успевший выстрелить. - Мало им мертвых, еще и наглые до предела.
  - Вроде у черных ворон территория закреплена, - неуверенно произнес Стас, присаживаясь и почесывая спинку млеющего от удовольствия Шарыча. - Молодец. Так и надо команды выполнять. Молодые недавно вывелись, но взрослый мог и дать клювом, защищая деток.
  Шарыч довольно гавкнул и встал, принимая ласку за разрешение.
  - Потому и сцепились, - сказал старший уже Валере. - Но вот откуда птенцы знают что-такое ружье...
  - Могли видеть, как я пса свалил. Или ты недавно.
  - Умные. Но это ... фигня. Сходи лучше в курятник, глянь.
  - А что?
  - Сам посмотри, - настойчиво потребовал Валера. - Слева от двери.
  Стас пожал плечами и шагнул в полутьму сарая. Между ног у него проскочил щенок и сунулся к лежащим там цыплятам. Понюхал и чихнул, равнодушно отвернувшись. Неживое у него делилось на две неравные части - съедобное и нет. Сейчас он был не голоден. А вот парень заинтересовано присел, изучая. Прежде такого видеть не приходилось, хотя в курятниках уже шарились. Один явный урод с тремя ногами, второй с сомнительно крупной головой на излишне тонкой шее. Вряд ли мог держать прямо. И оба совсем маленькие, недавно вылупившиеся.
  - И как? - спросил Валера, когда он выбрался наружу.
  - Только не начинай про радиацию и мутантов! Счетчики молчат, мало ли чего эти жрали или пили. Говорят же геномодифицированные продукты до добра не доводят.
  - Ага, два раза. Они были еще яйцом, когда излучение ударило. Откуда нам знать, как влияет на зародыш.
  А на человеческий эмбрион, подумал Стас, то что так и просилось на язык, боясь произнести вслух. Если дело именно в этом, может быть судный день вовсе не закончился. Уцелевшие потихоньку вымрут, не способные рожать.
   - Глупости, - произнес с облегчением Стас, поймав мысль. Вчера нормальные цыплята тоже были. А 'Альфа', - это была немецкая овчарка на базе, - без всяких уродств щенят родила. Даже если тьфу-тьфу, - сплюнул, - ты прав, не на всех действует. Короче так. Кому надо я сам скажу, а ты молчи, понял?
  - Есть, мой генерал!
  - Этим всем на ногу скотч, - пропуская выкобенивание мимо ушей, - чтоб сразу было видно и в отдельную клетку. Не выпускать к остальным. Скажем не понравилось нам наличие в курятнике дохлых. Может болезнь какая. Отделить и понаблюдать. Рано еще выводы делать. Заодно и на других посмотрим. Вдруг в натуре эти какие больные. Тогда кончим и все. А пугаться заранее не надо.
  - Да, командир, - вздохнул пацан с облегчением.
  Ему хорошо, подумал Стас. Другой взял на себя ответственность. А мне держать это в себе и трястись. Не дай бог у кого из наших урод родится и всплывет, что в курсе был. А запретить рожать, на каком основании и зачем тогда жить, раз нет надежды на будущее.
  
  - Внимание, - сказал в рацию Стас, притормаживая на обочине и выбираясь на дорогу. - Оружие к бою, не нравится мне это.
  Через несколько минут рядом остановились грузовики и автобус. Наружу повалила толпа любопытных. Он возмущенно заматерился, загоняя лишних назад и призывая вести себя нормально. Объеденные до костей туши коров не повод для плясок и митингов. Слушались без особой охоты. Прямой опасности никто не видел, да и калаши в руках изрядно успокаивали. Кто б это не сделал на толпу не полезет, а посмеет - ему ж дороже.
  - Волки? - озабоченно спросила Светка, с сомнением глядя на гудящее над белыми ребрами облако мух и пятясь.
  - Откуда им так быстро взяться.
  - Или собаки, - неуверенно пробормотал Захар, озираясь по сторонам и не выпуская автомат из рук.
  -Я вам не индеец из Купера, чтоб отличать по следам. Может оказаться кто угодно, вплоть до ягуара из зоопарка.
  - Тигры у нас точно не водятся, - хмыкнул Идьяс. - А из клетки им не выбраться. Без людей наверняка подохнут. Кстати идея! Может махнем до Астрахани и вывезем из зоопарка пингвинов или страусов? А что, тоже яйцекладущие.
  - Может не так уж не прав Стас, требуя стрелять бездомных собачек.
  - А ведь и на людей напасть могут.
  - А Гринпис возражать не станет, сразу стрелять?
  - Тут уже не до шуточек. Совсем недавно жрали. И кто бы это не был, либо большой, либо их много. Двух загрызли и сожрали вчистую. Это тонна мяса по минимуму.
  - Ладно, - подвел итог бессмысленным разговорам Стас. - Поехали дальше. Валера - в кузов и смотреть по сторонам.
  Про ферму им рассказали еще в Болхунах, когда по дороге из Сокрутовки (прежнее население восемьсот человек), пришли две перепуганные девчонки-сестры четырнадцати и шестнадцати лет с ручной тележкой, на которой сидела в корзинке персидская кошечка и лежала куча вещей. На самом деле даже пешком не так далеко. Из-за постоянных остановок с 'чистками' они добирались пол сотни километров уже третий день. Экспедиция грозила превратиться в бесконечную, причем чем дальше, тем меньше шансов найти оставшихся живыми животных. Если заперты, без воды долго не протянут. На свободе те же курицы жили до первого голодного пса. Но вот загрызенные коровы прежде не попадались.
   Вот эти и путешествующие своим ходом (почему не догадались хотя бы велосипеды взять, если уж машину водить не умеют, тайна велика) поведали, что на свете не одни такие умники, как на базе, имеются. Сокрутовка бывший колхоз и село. Там во многих местах сохранилась живность и имелась молочная и птицеферма. Был еще кирпичный завод и кое-что по мелочи, но главное другое. Один из местных осел на той самой коровьей ферме, а заодно принялся собирать выживших людей и животных. Девочки были не местные, из Волгограда и надеялись добраться домой, хотя и понимали, что там ничуть не лучше. Но все ж надежда имелась. А что не вполне идиотки, говорили охотничьи ружья, которыми вооружились на всякий случай. Впрочем, обращаться они с ними не умели, но выпалить с перепуга вполне смогли бы.
   В здешних местах плоская степь постоянно сменяется оврагами, крутых подъемов нет, зато вдоль заасфальтированной еще в советские времена дороги, приблизительно тогда же высажены деревья. Вообще дороги, по которым они мотались, достаточно красивые: рядом с трассой тянулись бесконечные луга и поля, засаженные клевером и пшеницей, в овраге протекала небольшая речка.
  Видимо прежней посадкой зеленых насаждений предусматривалось нечто вроде лесополосы от суховеев из Казахстана, а может и совсем из других соображений. В отличие от раздолбанного асфальта, не пожелавшего сохраниться, выросли и укоренились. Ничего особо не увидеть сквозь длинные шеренги стволов, а как достаточно быстро выяснилось, попутно рощица и звуки глушит. Тем более путь по неизвестным соображениям не шел прямо, а петлял.
  В результате, когда из аллеи со старыми насаждениями выскочили на открытое пространство, до бетонного забора фермы оставалось метров триста. Электрические ворота были перекрыты перевернутой телегой, заклинившей проем. Еще там присутствовали разбросанные канистры, труп лошади, не менее тщательно обглоданной. Собственно по костям бы Стас в жизни не признал животное, тем паче морды не видно, где-то на другой от него стороне, но кого еще в повозку запрягают? Гораздо неприятнее были торчащие по соседству сапоги. Человека в них не имелось, а вот в одном присутствовали обглоданные кости. И вокруг огромное темное пятно, от пыли с кровью, все в отпечатках лап.
   Две сидевшие на площадке перед въездом собаки вскочили, обернувшись на гудение двигателей. Звука при всем желании на таком расстоянии не услышать, но судя по поведению дружно залаяли. За спиной, из кузова, грохнул выстрел и одна из собак свалилась. Потом еще два, в уже во вторую убегающую. Она неслась не хуже гепарда, а выцелить на ходу Валере никак не удавалось. Затем Стаса обогнал один из 'Уралов' и из кузова пошла короткая очередь, еще одна. Кто-то высунувшись на ходу присоединился к веселью, поливая бесконечным огнем
  Псина споткнувшись, полетела мордой вперед. На радостный вопль Валеры поползла, оставляя за кровавый след. А потом на нее с хрустом наехало тяжелое колесо, превращая в блин и ребята посыпались наружу.
  Стас остановился напротив ворот открыл дверцу, собираясь вылезти наружу и тут с фермы понеслась целая стая. Они были самые разные: большие и маленькие, породистые и дворовые кабыздохи неведомых кровей. Объединяло их одно - целеустремленность. Они не разбегались, а попытались атаковать людей. Он уже держал в руках СКС и начал стрелять мгновенно, пытаясь не дать добраться до людей. Те растеряно палили из автоматов и такими темпами скоро останутся без патронов.
  - В машину! - заорал, срываясь Светкин голос от вклинившегося между 'Уралами' с визгом резины автобуса и кажется послушались.
  С рычанием и оскаленными пастями псы неслись, прыгали и падали под пулями, а на их место становились новые. Стас расстрелял оба магазина в пистолете и карабине, из окон подкатившего автобуса дружно шмаляли из полтора десятков калашей, к ним присоединился и пулемет с последнего грузовика, одной бесконечной очередью. И лишь когда он замолчал, стало понятно, что продолжение не ожидается. Полноводная река иссякла, оставив лишь отдельные капли, брызнувшие в стороны. Несколько наиболее умных или не столь психованных собак унеслись в разные стороны, но на земле остались десятки застреленных и раненых псов.
  - Не выходить! - скомандовал Стас, вслух и дублируя по рации. По путно он глянул на часы и поразился. С начала дикой атаки прошло всего пару минут. - Сначала перезарядить. Все целы?
  - Петьку покусали, - сообщил озабоченный голос Ильяса. - Сильно. Едва успели выдернуть.
  - А я ничего не слышу, - жизнерадостно сообщили из автобуса.
  Он точно не приспособлен для стрельбы из полтора десятков автоматических стволов. Не мудрено оглохнуть.
  - А я взлетел через борт не хуже прыгуна с шестом. Натурально с места сиганул на олимпийское золото.
  - В аптечке есть вакцина от бешенства, - сообщила Настя Свиридова, исполняющая у них обязанность санитарки за отсутствие боязни крови и умение бинтовать. Прежде ее умения не требовались. - Стас у нас предусмотрительный.
  Вообще-то там присутствовало и от змеиных укусов, и от столбняка. Да и от многого иного, практически на любой случай. Чистая страховка.
  - Да здравствует командир!
  - Не, ну как мы их!
  - Совсем мир с ума сошел.
  - А у меня уши болят. Автобус для такого не приспособлен.
  - Заткнулись! - потребовал Стас.
  Уколы ставить надо, вместе с ампулами была схема сколько и в какой дозе. Меньше всего они похожи на бешеных. Те так себя не ведут. Кидаются, но не стаей. Но лучше подстраховаться.
  - Настя, займись Петром! Уколы от бешенства тоже не забудь.
  - Так я в автобусе, а он в 'Урале'. Сам сказал не высовываться.
  - Так вроде закончилось.
  - Петруха потерпишь пять минут?
  - Пока не помираю, - героически ответил тот, дергающимся голосом.
  - Тогда все слушай команду. По очереди, одиночным, не торопясь, в каждую тушу, по пуле засадить для гарантии. Прямо из окна. Поделите на сектора. Мои от ворот до телеги. Потом следующие. Если дергаются, можете добавить. Пока не закончим, не выходить. Для особо тупых, посмотрите кто у телеги лежит.
  - ...!
  - А я уже видел!
  - Думаешь человек?
  Сомнения понятны. Толком отсюда не разобрать, а головы и рук не видно.
  - Пока коровы в сапогах ходить не научились, - отрезал Стас. - Это не старый покойник, по крайней мере не был таковым после судного дня. Зажрали.
  - Вопросы есть?
  - Никак нет, - провозгласили сразу несколько голосов.
  - Кто там на пулемете?
  - Федька Красноперый.
  Это была отнюдь не фамилия, а кликуха. Отец у того работал полиции. Парень был здоровый, со спины напоминающий шкаф, как ростом, так и в плечах. Как многие сильные люди добродушен, но доводить его не стоило. Однажды в восьмом классе сорвался и врезал надоедливому шутнику. Того с сотрясением мозга увезли на скорой. Стоять не мог. Еле папаша отмазал.
  - Вставил новую ленту?
  - Ага.
  - Держи выход. Вдруг внутри еще имеются.
  - Начали!
  И понеслась вторая канонада. На этот раз без торопливости, но с удовольствием. В некоторых местах собачьи трупы лежал буквально друг на друге и слегка отошедшие от испуга принялись соревноваться кто точнее попадет в конкретную психованную зверюгу, обсуждая по рации. Стас не встревал. Все лучше, чем трястись от страха. А они победили и запомнят это. Против дикой стаи сумели. Потом прошли цепью, окончательно добивая немногих еще не померших. Труп оказался именно человеком, а не чучелом каким. Правда уже непонятно мужчина или женщина. К тому же рук и ног оказалось больше двух. Человек был не один. Очень немного от них осталось: куски да обрывки, измазанные в грязи и крови. Даже железную Светку пробило зрелище и она зеленая отошла в сторону.
   - Надо разбирать завал, - сказал Стас, делая вид что не замечает. - Заедем внутрь и закроем за собой, хоть спокойно спать будем. - Яшка, давай на ту сторону с Катькой, проконтролируете.
  Летников зыркнул искоса, явно не понравился приказ подвергать подругу опасности, но Стас снова проигнорировал. Сам взял третьей в экипаж, вот и работайте вместе. Полное и окончательное равноправие, за неимением достаточно здоровых мужиков. На двадцать восемь путешественников двенадцать особ женского пола и поблажек им делать не собирался. Трупы таскать и в охране стоять наравне с остальными. Еще неизвестно что реально хуже. Понадобится и асфальт ложить станут.
  - Хозяева идут, - сказала сообщила Катя через пару минут ничуть не стесняясь достаточно громко, - как пальба прекратилась, так и появились, герои.
  Тон у нее был исполнен презрения. Закроешь глаза, так видишь награжденную многими правительственными орденами за героические подвиги в тылу врага.
  Их оказалось трое. Парень, на вид лет восемнадцати со старой двустволкой, еще один заметно младше с вилами и взрослая женщина двадцати с чем-то, судорожно сжимающая дробовик 'Бекас'. Судя по поведению, обращаться она с ним не умела.
  - Это вы из города? - спросил старший тускло. - С военной базы?
  - Да, - подтвердил Стас.
  Еще вчера они поймали на средних волнах обращение с призывом к уцелевшим собираться. Каждый час гнали повторение в записи. Видать Гена наладил. Бывший рядовой неожиданно оказался толковым малым и умел не только обращаться с казенной техникой, чем прежде на службе охотно пользовались другие, но и самостоятельно импровизировал, благо имел необходимые материалы. Причем был в курсе основ теоретических, но и практически преуспел.
   Ребята смеялись, утверждая, что пропаганда очень напоминает немецкие листовки. Вы получите хорошее питание, баню и доброе отношение. Стасу данная задумка не казалось глупой. Электричество сегодня великое дело. Огромный труд экономит и дает огромные возможности. Иначе обычная стирка превращается в занудное занятие, а уж компьютеры и вовсе не оживишь. А для выживания общины рост населения отнюдь не лишний. До сих пор каждый человек на счету.
  - Тогда принимайте хозяйство. Я спать пошел, - предложил старший хозяин все так же спокойно, развернулся и пошел в глубь территории, чуть не волоча за собой ружье.
  - Нормально, - сказала Катька с изумлением в голосе.
  С таким они еще не встречались. Бывало люди кричали от радости и кидались на шею, обнаружив, что они не одни на свете. Некоторые предпочитали свою компанию и не собирались уходить с насиженного места. Такие считали все вокруг своим возражали даже с оружием против 'чисток'. Но чтоб отнеслись равнодушно...
  - Не обижайтесь на Андрея, пожалуйста, - сказала женщина. - Он очень устал. И, наверное, винит себя в случившемся.
  - Так что произошло?
  - Когда свет выключился он притащил пару генераторов. А вчера с утра хотели привезти бензин и тут они напали. Мы вообще видели собак, но они не вели себя агрессивно. И вдруг такое. Будто управлял кто-то разумный. Васю с Зиной загрызли, Толик с Алимом в очень плохом состоянии. И животных многих разорвали. Там, - она слабо махнула за спину, - увидите. Это ужас. Ну а мы заперлись в коровниках. Патронов всего десяток осталось, отбиться никак. Ферма рассчитана на 50 коров, а у нас за сотню, дюжина лошадей, овцы и даже козы. Кого доить, всех кормить и еще куча навоза. А кроме нас семеро совсем малышей. И мы с Темой, - положила руку на плечо вилоносцу, - прежде таким не занимались. Вот он почти один и пахал.
  - Как Папа Карло, - с удовольствие вставил пацан.
  - Кажется сегодня нам отдыхать не придется, - сообщил для своих Стас, тяжко вздыхая.
  
  Последние пол часа Стас совершал обход территории, знакомясь с обстановкой. Представился детям, не менее измученным. Они продолжали работать с неестественным трудолюбием, набивая тачки навозом и катя их сразу вдвоем. Отдельно у одного мальца не хватало силенок. Натуральные гномики и прервались только когда скомандовал отдыхать. У него было впечатление, что тоже заснут прямо здесь, но уползли в бытовку.
  Количество отходов из-под обычной коровы он уже представлял, как и чего стоило их доить вручную, когда на каждого приходится свыше десятка. А лошади с овцами тоже нуждались в заботе. Набиты они были в помещения не хуже селедок в бочку. Хорошо еще водопровод работал и не приходилось ведрами носить.
  Административное помещение, бытовка, генератор ледяной воды, парогенератор, холодильные камеры, складские и вспомогательные помещения и.т.д. Он кивал с умным видом на пояснения. Молочный цех рассчитан перерабатывать до 500 литров молока в сутки. Может расфасовывать молоко пастеризованное, творог и кефир в полиэтиленовые пакеты. А также изготавливать сметану, сливки и мягкий сыр. В связи с круглосуточной работой для обслуживания требовалось 9 человек - три смены плюс технолог и лаборант на 8часовый рабочий день.
  - Ты кем была прежде? - спросил, выслушав очередную цифру о количестве молока, необходимого для переработки в сыр 'Астраханский'.
  - Учительницей химии в школе, - сказала после паузы.
  О, тогда ясно откуда вечный лекторский тон. Интересно, удастся ли Мишке извлечь из нее нечто полезное. А то формулы валентности или бензола смутно заворочавшиеся в башке при названном предмете к практической жизни отношения не имели. У нее кроме страниц учебника в голове нечто должно присутствовать. Молодая еще не могла забыть все.
  - Утомила?
  И не зря постоянно косится. Привыкла к обращению на 'вы', а я по-простецки.
  - Ну что ты! - преувеличенно бодро воскликнул Стас. Наверное Мишка бы старательно записывал информацию, но ему было скучно. Какая к черту разница, сколько по штату здесь пахало. Где он ей лишний десяток людей наберет и кому продавать пакеты с самым лучшим молоком, не вспоминая о знаниях отсутствующего в принципе технолога. И так молоко выливать придется, столько не выпить хоть разорвись - скиснет.
  - От Андрея набралась. Он вечно что-нибудь такое рассказывал. Его мать здесь дояркой была, а он с детства подрабатывал.
  Воспользовавшись правом начальства Стас спихнул уборку снаружи и внутри территории на подчиненных. Во дворе было как бы не хуже. Собаки не зря забрались внутрь. Здесь собрали много животных и было кем поживиться. Несколько десятков растерзанных туш коров, овец, коз. Рвали без разбору всех подряд. Площадки перед коровниками походили на бойню, а воняло непередаваемо. И домашний скот, и агрессивные псы изгадили навозом и дерьмом все вокруг.
   Генератор подключить не проблема. Но большинство животных надо выгнать наружу, чтоб привести все в порядок. А смысл, если завтра все равно погонят на базу? Без сомнений, свою задачу он выполнил с лихвой и продолжать в прежнем духе уже не стоит. Конечно они прошлись лишь по двум районам и то не полностью, но одних коров со здешними на каждого оставшегося на базе уже каждому старшему по личной набралось. А есть лошади и козы с овцами. Куда еще девать?
  - Э, - не притворяясь изумился Стас при виде очередного странного зрелища. В отдельном огороженном куске помещения стояли заметно отличающиеся от прочей живности. И не удивительно. Их бы просто подавили более крупные товарки. - Это ж не телята? Взрослые.
  Коровы были удивительно мелкие, чуть выше его пояса.
  - К ноге! - резко приказал, когда Шарыч собрался познакомиться с коровками поближе. Маленькие-то они маленькие, но и он пока не сильно велик. Дадут копытом, поминай как звали. Кстати дети его испугались, а 'химичка' откровенно косилась и старалась держаться с противоположной стороны, прикрываясь Стасом. Скорее всего еще долго шарахаться от собак станут. Да и остальные запомнят урок и не будут столь беспечны. Нарвись на такую стаю внезапно в селе или городе, была б куча жертв.
  - Прежний хозяин держал две породы. Это джерсейская. Молока они дают поменьше монбельярдских, всего до 20-25 литров. Но с учетом их миниатюрных размеров и скромных аппетитов, считаются очень рентабельной молочной породой. Не знаю, может сравнить хотел выгодность. Еще собирался разводить коров мясной породы. Есть шесть или семь и два быка-производителя. Но это все осталось в планах. Нам, как раз подойдет. Свежее мясо.
  - Пока телята вырастут! Слава богу на базе есть холодильники, а в магазинах полно консервов.
  - Кстати, был у нас разговор с Андреем, когда услышали радио с заявлением впервые, - сказала она. - Он готов был передать всех найденных животных безвозмездно...
  А куда б делся, равнодушно подумал Стас. Все равно управиться с таким стадом не способен. Передохли бы бесполезно и без собак. А тут прямо благодетель выходит.
  - А вот изначальный контингент хотел оставить.
  - Понятно, - буркнул Стас, почуяв выжидательную паузу и не желая связывать себя хоть какими-то обещаниями.
  - Расход концентратов рассчитан по 7 кг на 1 дойную корову, - твердо заявила бывшая учительница. - Скоро их взять будет негде. Придется переходить на свободный выпас. Засевать огромную территорию кукурузой для кормов. Где вы в городе такое сможете? А здесь простор и уже подготовленные поля. На наше количество не меньше 300 гектаров требуется. Скорее больше, поскольку урожайность из-за климата не высокая. Опять же травы, заготовка сена. Трактор есть и не один, - дальше прозвучало несколько извинительно, - но мы не умеем.
  - В переводе на русский поступило предложение взять под покровительство в обмен на поставки молочных и мясных изделий.
  - Ну где-то так, - согласилась она. - Вы нам оружие с патронами, с дюжину желающих жить небольшим коллективом на природе, обучение вождению и все такое. А мы приносим вассальную присягу или что там у вас положено. Львиный процент продукции в обмен на поставки необходимого. Тех же концентратов и удобрений.
  - По-моему сделка неплохая, - подумав, согласился Стас. - Единственное, искать добровольцев жить на ферме сами станете.
  Лично он бы не стал с утра до вечера ковыряться в навозе. Хотя, при подключенном генераторе и отсутствии дополнительных животных будет много проще. По ее рассказам коровы сами идут на дойку и чистят стойла специальные механические скребки. Не так много народа надо.
  - Вечером у меня стандартная связь с городом, обсудим. И лучше совместно со здешним хозяином. Полагаю, к этому времени слегка выспится и придет в себя.
   - Чего тебе? - спросил появившегося в дверях Валеру, энергично подающего знаки.
  - Урядник, - 'химичка' покосилась в недоумении, - ты должен посмотреть сам.
  К обращению по званию пока еще никто не привык и это означало нечто серьезное.
  - Опять?
  Тот многозначительно кивнул.
  
  
  Глава 7. День десятый.
  
  
  У КПП стояло несколько машин снаружи, однако он высунулся наружу и ворота поползли в сторону. Признали.
  - Это чем-же торговать собираешься? - крикнул дежурный с ухмылкой.
  Вопрос был вполне ожидаемый. Когда на борту надпись 'Автолавка' подколки неизбежны. На базе хватало машин, но при необходимости подбирали и брошенные. В последнее время все реже и очень выборочно. Кататься просто так на легковушке без надобности, а частенько к вечеру и сил нет. Да и некуда. А брать грузовик чтоб доехать несколько кварталов мало кто захочет, проще на велосипеде или мотороллере. Другое дело, когда пилишь издалека. Оставить на обочине было выше сил Стаса. Не захотят брать на базе, оставит груз на ферме по возвращении.
  Ну как пройти мимо, если нужны колеса, чтоб зря не гонять экспедиционные машины, а тут еще и продовольственный подарок. К тому же самой главной напасти, покойника, в кабине не имелось. В таких случаях машина вся пропитывалась смрадом разложения и избавиться от него практически невозможно, даже выбросив сиденья и обивку. А здесь, как по заказу, оставив ключи вышел отлить. Или нечто почуял, теперь не проверишь. Так и лежал шофер на обочине после Удара космоса. Бак был пустой, двигатель работал пока все не выжрал. Но канистры они с собой возили постоянно. В жилых местах и вовсе не проблема с других машин слить.
  - Продукты и товары первой необходимости. Крупы, макароны, вафли, пряники, конфеты, печенье, растительное масло, соль, сахар, спички, мука, водка. Чуть дороже магазинного товара, все ж ездить приходится, горючку тратить. На, - кинул пакетик с сухарями, - пожуй.
  - Спасибо. Спроси, этих ... мудаков, почему смены нет. Телефон не отвечает. Я вечно сидеть не стану. Закрою и свалю в столовку.
  - Проверю, - пообещал Стас, нажимая педаль газа.
  Выехав к штабу он, без сомнения, обнаружил причину разгильдяйства. На плацу собралась огромная по здешним меркам толпа. Фактически все не занятые на нарядах или постоянной работе. С утра обычно проводили распределение и уточняли задачи, но сейчас шеренги отсутствовали и больше всего происходящее напоминало митинг из фильмов про революцию. Кто-то орет, остальные разинув рот слушают призывы все поделить и ехать домой. Пусть буржуи воюют.
  - Сиди, - приказал Шарычу, проверив окна. Оставлять в закрытой кабине опасно. Настоящей жары еще нет, но неизвестно сколько отсутствовать будет. - Сторожи.
  Песик жалобно тявкнул.
  - Ну давай, - рассеяно разрешил, - потом назад на сиденье.
  Шарыч мгновенно выскочил и принялся орашать колесо мощной струей.
  - Че ж раньше то не сказал? - удивился Стас. - До дома терпел? В другой раз сразу сообщай.
  Пес снова гавкнул. Парень и сам бы не сумел объяснить каким образом, однако ухо четко улавливало интонации. Причем даже Валера иногда понимал. Конечно слова отсутствовали, но редко ошибался, на что нахал малолетний постоянно надеется.
  - Сидеть, сторожить, - повторил приказным тоном. И слегка извинительным, - затопчут тебя случайно, нам это надо?
  Даже не проверив, уверенный, что выполнит, двинулся к толпе, собираясь выяснить что собственно происходит. Кто-то там гневно орал, но долетали лишь отдельные слова.
  - Извините, пропустите, - заговорил, расталкивая спины и протискиваясь.
  Вблизи уже можно было разобрать и претензии, а также общее молчание ему крайне не понравились. Потому не стесняясь отталкивал людей, не обращая внимания на недовольно оглядывающихся.
   - Сколько можно? - кричал гневный голос, явно принимая в расчет публику. - Одни регулярно прохлаждаются, катаясь по окрестностям, другие изображают деятельность на кухне или в мастерской, а остальные обязаны бесконечно трупы таскать, да на грязной работе вкалывать! Чем мы хуже? Вот у меня где уже сидят могилы! Вчера в городе, сегодня за железку пойдем. Да пусть валяются, пока не сгниют. Всех не зароешь! Сначала скотину гнали сюда, теперь отселяют из города. Теперь мы еще должны хвосты коровам со свиньями крутить и их дерьмо таскать. Да не просто так, а сдавая правительству, будто продразверстка вернулась.
  - А мясо свежее любишь или всю остальную жизнь собираешься тушенку трескать? - это уже Трофим.
  - Вот еще попрекни! Одно кушаем. Ты в конторе сидишь и распоряжаешься, мы вкалываем. Кто собственно тебя начальником назначил?
  Возмущающегося Стас достаточно хорошо знал, как и большинство старшеклассников. Чернов Пашка, из девятого класса. Никогда на первых ролях не проявлялся, всегда где-то сзади, но при этом половина, если не больше происходящего и неприятного случалось с его подачи. Такой мутный теневой лидер. Умный, но не проявляющий прямо мозги, а толкающий других на действия, за которые потом отхватывали, а он вечно в стороне. Даже учителя не все были в курсе кто организатор. Все дружно молчали.
  В любом классе есть вечный козел отпущения, клоун и хулиган. Иногда не в единственном числе. Когда года три назад всерьез начали травить очкастого жиртреста из другого класса, лично Стас выяснил, кто подсказал идею и навешал по шее. Все-таки довести пацана почти до петли далеко не нормально. Ладно бы еще деньги отжимали. Просто для развлечения. Семья затюканого затем переехала в Волгоград, не по этой причине, но история сама собой заглохла. А Пашка после вразумления затих и явно не проявлялся. Теперь вылез на свет. Видать повзрослел и захотел сам распоряжаться.
  - А командиров рот уже самоназначенец поставил? Почему не выбрать, я вас спрашиваю? - Совсем что ли одурел от отсутствия взрослых и страх потерял.
  Рядом со Стасом парнишка одобрительно нечто пробормотал. Еще один, не замечая того, кивал. Э, да у нас, похоже, попытка переворота и есть соглашающиеся с идеей! Не только пришедшая группа поддержки за спиной у прорезавшегося лидера оппозиции.
  Задор, сидевший без звука все это время рядом с Трофимом вскочил, оскалившись зарычал. Толстый парень из прихлебателей Чернова, фамилия выскочила из головы у Стаса, небрежно пнул щенка. Тот взвизгнул и упал на бок. Трофим мгновенно ударил в лицо. Толстяк отшатнулся и пошел на него слегка присев и выставив руки. На самом деле он был вовсе не жирный, сплошные мускулы. Какой-то серьезный разряд по вольной борьбе.
  Кажется Трофим это понял, поскольку кидаться навстречу не стал, отступил и выдал двойку в корпус и щеку. Потом под ребро и в ухо. Спортсмен по-прежнему шел на манер зомби, молча и настойчиво.
  - Кулаками решать проблему! - крикнул обрадованно Чернов. - Вот оно, наше руководство в действии.
  Нет, похоже прикрытие сообразил устроить. Нашел все ж дурня за себя вписываться. Надо заканчивать, пока остальные помощники не прорезались.
  На этот раз Трофим попал в нос, но убраться не успел. Борец его догнал. Вместе они свалились, причем толстяк очутился сверху и двинул противника ладонью в лицо. Голова командира со стуком ударилась об асфальт. Стас не стал дожидаться продолжения, шагнул вперед и двинул прикладом карабина по спине победителю. После стаи он потребовал от остальных в экспедиции не оставлять оружие даже при пробежке в туалет и сам всегда таскал его с собой с патроном в стволе. Береженого бог бережет и достаточно быстро превратилось в привычку.
  Тот хрюкнул и начал подниматься. Видать таким всерьез не проймешь. Повторять достижение Трофима страшно не хотелось, как и вообще затягивать представление. Со всей силы ударил носком берца в висок. Борец слабо вякнул, опрокинувшись на бок с поверженного Трофима.
  Стас посмотрел на Чернова. Наверное, вид у него был не приветливый, да и Пашка помнил их прошлую встречу, потому что попятился.
  - Что ж ты гнида спокойно жить не можешь? - тяжело спросил Стас, направляясь к нему. - Жрать хочешь, а работать нет.
  Чернов, не отводя взгляда торопливо нагнулся к вещам, брошенным на плацу и извлек автомат, передернув затвор. Стас, не раздумывая, выстрелил из карабина, который так и держал в руках. Ноги у не состоявшегося Ленина подогнулись и тот завалился вперед, роняя оружие.
  - Кто-то считает, что я не прав? - потребовал Стас, обводя взором шарахнувшуюся толпу вокруг. - Сколько пуль пошло бы мимо меня в вас? Или нужно было сначала попросить прекратить баловаться и сделать лишь ответный выстрел, получив сначала свинца в грудь? Вы до сих пор не поняли, - надсаживаясь заорал на весь плац, - прежнего мира нет! Перезагрузка полная и окончательная!
  Люди молчали, слушая. Смотрели очень по-разному Подозрительно, зло, со страхом.
  - Мы сами его создаем! И нравится вам или нет, есть мы и они - все остальные. Как западло воровать у друга, так нельзя угрожать оружием внутри общины. Это закон! Охота выяснять отношения, составим дуэльный кодекс. Или организуем суд, выясняя претензии. Но чтоб по закону! Да, официально его не было, но вы ж не идиоты. Они одинаковы в веках. Поднявший ствол против своего получит ответку!
  Кажется задело за живое. Переговариваются и одобрительно кивают.
  - Держать в тюрьме или изгонять убийцу или насильника - создавать своими руками врага. А полиции больше нет и жаловаться некому. Никто не придет строить нам хорошую жизнь. Никто! И предложить сегодня особо нечего. Только тяжелую работу на будущее. Если у нас появятся дети, они должны вырасти не в гавне! Блин, ребята, ну мы ж не играемся и от этого никуда не деться.
  А вот сейчас смешки. Можно подумать он шутит. Подошел и встал рядом Трофим. Может быть лучше бы еще полежал.
  - Здесь уже есть власть и ей придется подчиняться. Просто по причине, что некоторые пришли раньше и заняли место. А кому не нравятся порядки, подозревает что достоин большего или считает, что прекрасно устроится самостоятельно, может валить на все четыре стороны.
  - Что случилось? - потребовал в висящей тишине знакомый голос. - Кто стрелял? - между расступившимися людьми протиснулась Ирина и присела у Чернова, щупая пульс. Посмотрела она при этом на Стаса с ощутимой прохладой. Не иначе сопоставила карабин в его руках и огнестрельную дырку между бровей.
  - Полным-полно пустых поселков и масса всякого добра валяется бесхозно, - провозгласил он. - Зачем нам цапаться? Удерживать насильно никого не станем. Ваше право решать где и как жить. И под чьим руководством. Но не здесь. Все, - помолчав, провозгласил устало. - Концерт окончен. Кого приказы и обстановка не устраивают - выход там.
  - Первая сотня, - протяжно позвал голос, - строиться!
  - Третья сотня...
  - Четвертая!
  Народ рассыпался, разбираясь по подразделениям. Через пару минут зашагали в сторону казарм, оставив плац пустым. В ногу, естественно, не маршировали, многие оглядывались, но здесь было больше растерянности, чем злобы или страха.
  - Живой? - глядя как докторша проверяет нокаутированного борца, спросил без особого интереса Трофим, ощупывая Задора на предмет повреждений. Тот радостно облизывал ему руки и бурно вилял хвостом. Не похоже на пострадавшего всерьез.
  - Что-то мне подсказывает, - сказала Ирина, удерживая слабо заворочавшегося пострадавшего, - что не вашими стараниями.
  - Голова кружится, - сообщил тот, страдальчески.
  - Череп вроде целый, но надо бы проверить на рентгене. Вдруг трещина. Если внутренняя гематома, так нужен опытный хирург для трепанации, а не медсестра.
  - Ой, - сказал толстяк, - помираю? - и блеванул.
  Все шарахнулись подальше от пахучего остатка завтрака, включая медицинского работника.
  - Не пугай парня заранее.
  - А вы чего примчалась? - обнаружил Трофим свою секретаршу, с прижатыми к груди лапками и дежурного с КПП.
  - Стреляли, - пробормотал тот.
  - А ты Саид?
  - Какой еще Саид, я Виктор Бычков, - он ткнул в нашивку.
  - Оказывается мы старые, - скорбно провозгласил Трофим. - Уже 'Белое Солнце пустыни' не знают.
  Стас невольно усмехнулся.
   - Новое поколение уже и про Аватара скоро знать не будет. Кино ёк . О, вот еще едут.
  На плац вырулил грузовик, набитый вооруженными людьми с технического взвода.
  - Ну вот и займутся. Этого на кладбище, второго в медпункт.
  - И оставь в штабе парочку, - тихо сказал Стас. - Надо бы вообще отработать действия по тревоге.
  - Ну идиот я, - легко согласился Трофим. - Проходит с возрастом и опытом. Больше не попадусь так.
  - Кто? - потребовал, подбежав Слава и вздохнул с облегчением, увидев чужих. Сзади пыхтя примчался Мишка, с автоматом в руках. - Что произошло?
  - Вот он вам расскажет, - заявил Трофим. - А мне некогда.
  - Теперь-то какой смысл? Я специально прикатил по реально важному делу, а не для общения с твоей спиной!
  - Надо пройти по ротам, дожать. И Кирюху, - он имел в виду командира 2-й сотни, допустившего выступление, - к черту. Нафига мне такие офицеры.
  - Ты слушаешь вообще?
  - Пару часов подождет любая проблема! Иначе и решать ее некому будет. Изложи Знайке, - это про Мишку, - на то он и заместитель.
  - Это важно ...!
  - Бойцов хоть с собой возьми!
  - Не-а, - ответил тот на ходу, - чтоб кто подумал я испугался! Пусть сами ... боятся.
  - Что было-то, Стас? - спросил Мишка.
  - Ну начала я не видел, - ответил тот и принялся излагать.
  Вышло не особо красочно, ну да он никогда не умел правильно приукрашивать свои и чужие подвиги. Чернов практически переломил настроения своими претензиями. Если б не случайность и начавшаяся драка вполне легально убрали бы Трофима от командования. И никто бы не вступился. А потом могло дойти и до общей свалки с непредсказуемыми последствиями. То есть здесь, на первый взгляд, сказалось присутствие на построении лишь части общины. Фактически не участвующие в общих работах вроде технических специалистов, кухонных, детсадовских, аэродромных работников прямо с утра самостоятельно шли по местам. Отсутствовало и большинство командиров. А многих из рот реально достали бесконечные хозяйственные труды. Не зря возмущение получило негласную поддержку.
  - А я говорил! - заявил, когда он замолчал Павел Семенович.
  Задним числом набежало достаточно много народу из опоздавших к основной разборке. То есть мальцы и профессионалы из соответствующих подразделений как раз смотрели со стороны. Собрались вечно занятые взрослые. Деповский, которого Стас прежде не видел, вертолетчик, тоже вечно занятый на аэродроме. Женщины из младших групп и с кухни. На построение они не ходили и всем было ужасно интересно послушать, а заодно посмотреть на Стаса. Про прошлый случай все знали, но одно дело нечто слышать, совсем иное видеть убийцу. Не смотря на оружие у всех старших и караулы, пока банды визжащих головорезов с двумя головами в одежде из ремней прямиком от Безумного Макса не набегали. Стрелять не по бумажным мишеням не доводилось, разве в собак. Сейчас пролилась настоящая кровь и появился первый покойник из переживших Судный день.
  - Давно уж нечто бродило нехорошее. А тут придумали тоже...
  - В смысле? - не понял Стас.
  - А, ты ж не в курсе... Построить нормальные коровники с курятниками не успеваем. Вот и предложили вчера, кто желает, отселяться в более удобные помещения в поселках.
  - То есть мы гнали скот сюда, теперь обратно?
  - Ну не в городе же землю пахать и на пастбищах пасти, - пробурчал Мишка. - Где ж траву на мостовой надыбать.
  Судя по кривой роже, очередная замечательная идея посетила его мозги. В принципе не такая уж глупая. Ну да, возить дальше сено, опять же комбикорм, только снова все с нуля начинать. Тех же мертвяков собирать, хотя иной раз проще просто спалить вместе с домами. Неудивительно, что не понравилось предложение. Сколько у нас по-настоящему деревенских, привыкших к такому? Да девять из десяти и огорода нормального не имели, а ходили в нем сорняки убирать из-под палки чтоб мать отцепилась. Не голодные были, слава богу. Даже в 90е никто особо не заморачивался. Картошку разве с морковкой выращивали. А рыба в реке ловилась и баранина дешевая. Аж из Казахстана, случалось стада пригоняли.
   - Так мне приказать чтоб перегон остановили? - возмутился Стас, думая насколько 'счастлива' будет его команда, вынужденная обслуживать и охранять стадо неизвестно сколько. Надеялись за день прийти в город и хорошо отдохнув, с утра продолжить разведку. Теперь неизвестно, как и что дальше. Кому, интересно, на голову посыпятся недовольные пожелания? Ага, не здешним козлам, а исключительно хорошо знакомому начальнику.
  - Так будет лучше. Пока здесь не утрясем.
  - Тогда я бегу на узел связи, иначе придется заворачивать караван уже с дороги!
  - Да и все остальным не мешало бы заняться прямыми обязанностями, - неожиданно грубо заявил Мишка, глядя на взрослых. - Если уж не умеете держать в руках даже своих. Или вас все происходящее не касается? Кому будут нужны твои тепловозы или твои вертолеты, если завтра все развалится, потому что сегодня надо строить коровники, а никому они не сдались? Лично я заинтересован не просто выживании, а сохранении относительно приличного уровня жизни для каждого. Но вы ж все умные, взрослые. Моя хата с краю, пусть сами дерутся. Почему ни один не появляется на разводе? Детские игры, да? То что он сказал, - ткнул в спину удаляющегося Стаса, - всех касается. Не хотите участвовать в общем деле, либо валите отсюда, либо не смейте в будущем рта открывать. Тоже мне, офицеры, - он плюнул и побежал за братом.
  - Вообще-то его и самого здесь не было, - неизвестно кому доложила бывшая продавщица, вынужденная следить на достаточно опасном производстве за десятком разновозрастных мальчишек.
  Теоретически она была начальницей на строительстве, поскольку на удивление умела не только проводить продуктами на сканере, но и сама делала прежде ремонт. На ней лежало обеспечение переделки зданий под курятники с коровниками. От выдачи инструментов и подвозки до кормежки. Тяжелая и временами неизвестная работа, которую приходилось осваивать на ходу. Почуют что чего-то не можешь или боишься, возраст не поможет. Пацанам только дай повод, моментально слушаться перестанут.
  - Он высказал нам прямо, то что и сами должны были додуматься, - заявил Семеныч. - Хотим, чтоб считались - надо и об общине подумать. Пока еще спрашивают мнение. Боюсь скоро перестанут. Сделай, выдай. А откажешься, найдут замену. Звание то нам всем авансом выдали не за заслуги, а потому что мы не дети. С таким же успехом заберут.
  - И как вы себе это представляете... Принести пользу? Ну помимо прямой поддержки ... хм ... атамана.
  - Как, как... К ужину чтоб каждый принес предложения.
  - Для начала можно семейным парам, желающим держать коров и прочую живность, дома в коттеджном поселке отдать. Протянуть туда линию с базы. Заодно на выселки никого гнать не придется. И окраина. Могут хоть все дальше под выпас и прочие радости отдать.
  - Уже хорошо. Думайте еще. Не о своем конкретном месте работы, а что нам нужно для выживания. И почему. Иначе нет смысла, простите меня, восстанавливать очень многое. Без полетов и паровоза точно обойдемся. А вот без скотины - нет. И пойдете вы голуби мои, старшими по курятнику и тому подобное в лучшем случае. И не говорите про высокие профессиональные качества. Кому к примеру, нужен сегодня мастер по литью из пластика.
  Одна из женщин открыла рот и захлопнула. В принципе так и есть, хотя и обидно.
  - А люди, умеющие обращаться с трактором и гаечным ключом ой, как понадобятся. Наша задача сделать все минимально трудоемким, чтоб было кому и в других местах работать. А это означает ту же дойку освоить автоматическую. Тем более есть ферма, реально ознакомиться с процессом. Слава богу электричество имеется...
  
  
  Шарыч возбужденно тявкнул и помчался к двери, нетерпеливо в нее скребясь. Не сумел отворить и обернулся с недовольной мордой. Не требовалось иметь многолетний стаж кинолога, чтоб расшифровать выражение: 'Чего ползешь, поторапливайся!'. По его поведению можно с уверенностью заявить, снаружи ждет не опасность, а нечто крайне привлекательное. И это не еда. Оставались родичи и не просто собаки, а близкие родственники. На прочих он реагировал иначе.
  Естественно не стал Стас оставлять его сидеть в машине. Лишних пять минут погоды не делали, потому предварительно завернул и забрал с собой. С некоторых пор пес по соседству был не менее важной деталью мира, чем карабин. И даже более значимой. В отличие от СКС с ним можно было поболтать и требовалось уделять постоянно внимание. Причем не только для использования в качестве инструмента. Просто было приятно о ком-то заботиться и попутно получать свою долю ответного бескорыстного обожания. Шарыч любил его просто так, без особых причин, но тем приятнее.
  Вежливо открыл перед нетерпеливо ждущим 'начальником' дверь, пропуская вперед, чем песик и моментально воспользовался, с места прыгнув в щель и мужественно атаковав Задора. Они принялись мериться силенками, гоняясь друг за другом. Все-таки еще щенки и длительное спокойствие с выдержкой плохо давались.
  Трофим протянул пачку, предлагая закурить. Очень хотелось его обматерить за недавнее равнодушие, особенно после неприятного разговора со своей командой, однако вежливо взял, ответно предложив огонек. Позолоченный Зиппо он прихватил вместе с оружием и кокаином. В тех сумках и чемоданах вообще оказалось масса полезного. Например, набор для выживания в металлических футлярах и отдельно в герметичных коробочках. Внутри присутствовали рыболовный набор, средства первой помощи, швейцарский ножик, свисток, цепная пила, иголки, нитки, напильники и прочее. Но наиболее удачными оказались тайзер и полицейский фонарик, дающий луч на двадцать метров. Из-за солидного веса вполне можно употреблять в качестве дубинки. Кстати и кастет в наборе присутствовал. Его он носил в кармане, а остальное держал в бардачке и не забывал прихватить с собой, переселяясь в другой автомобиль.
  - Ну, - сказал атаман, - опять каких уродов надыбал?
  - Вообще-то да, - буркнул Стас, выпуская дым. - В той странной стае, когда принялись оттаскивать застреленных животных нашли двух молодых щенков. У одного клыки, как у саблезубого тигра, аж пасть нормально не закрывается. А второй вроде как такса, но на теле чешуя местами. Как у змеи.
  - Но не новорожденные? - подался вперед Мишка.
  - То-то и оно.
  - Других цыплят-уродов не родилось, - вяло сообщил Трофим, - хотя специально отделили, включая петуха и даже инкубатор создали. Может время мало прошло, а может это редкость или случайность. Валере своему рот заткни.
  - Не он один видел.
  - Оба случая кроме нас надо еще связать, а он один сумеет. Остальные не в курсе. Значит сделай морду кирпичом и напомни про двухголового теленка, родившегося пару лет назад в Знаменке. В газете еще писали. В любом случае если идет некая сомнительная мутация, ничегошеньки мы сделать не можем и до поры желательно помалкивать. Мало нам других проблем.
  - Скажи, а почему Задор кинулся?
  - Я команду не давал, но в душе кипел от ярости. Мог и среагировать. Они ж понятливые до безобразия оба.
  - Вот и мне иногда кажется, что чересчур умные. Особенно для своего возраста.
  - Не приплетай и сюда мистику и глупые подозрения. У прапорщика Борисова, помнишь такого?
  - Нет.
  - Ну не важно. В роте отца был. Любил охотиться. Так он рассказывал про своего пса. У того оказался 'врожденный анонс'. Ничему учить не требовалось, сам все знал. Говорит, захожу в лес и сажусь на пенёк. Он уносится в чащу. Возвращается и по поведению сразу видно птицу, белку или еще кого обнаружил. Остальное - дело техники. Пес отвлекает дичь, скребя ствол и никогда не лая, с противоположной стороны от охотника, а ему остается только подойти и не промахнуться. Короче, много забавного при случае под стаканчик рассказывал. Как обидчику мог наделать в ботинки, не хуже кошки или чужую сбитую утку хозяину принести. А алабай пастушья-охранная собака. Он не раб или слуга, а друг человека. От рождения сообразительный и заряжен на определенное поведение. Потому пока не примется по-русски разговаривать или телепатией баловаться по философским вопросам бытия, не выдумывай и не морочь голову. Если все, я пойду. Вечером у нас очередное собрание. Все ж для начала надо хоть на ферму десяток человек. Если не добровольцев, так по приказу.
  - Я собственно по другому поводу приехал.
  - Да? - апатично переспросил Трофим. Кажется, ему не так легко все сегодняшнее обошлось, вкупе с хождением по ротам и наведением порядка.
  - Вчера ночью приехал человек из Аксарая.
  Оба слушателя насторожились. Что такое астраханский газоперерабатывающий завод в области все знали. Правда на экскурсии туда не водили и попасть на территорию достаточно сложно.
  - Там взрослых, имеющих отношение к производству пятеро, охранник, инженер и трое с буровых. Ну еще десятка два молодых, но это не важно. Они Генкины передачи на радио про объединение и присоединение поймали и отправили парламентера с просьбой принять под руку. Обязуются газ бытовой, бензин всех марок, солярку, мазут в любом потребном количестве делать. Конечно придется переделывать схемы, но без профессионалов в куче труб, задвижек и резервуаров будем долго разбираться. Тем более в нашем местном сырье полно серы и надо уметь избавляться. Это, не считая огромного количества уже готового продукта в цистернах. Короче реальный путь к обеспечению богатства для всех. Сядем на заводе и примемся торговать с соседями. По железке можно хоть цистернами возить, а в депо имеется парочка дизельных тепловозов. Вообще у них было двести с чем-то скважин на балансе, но сейчас качалки не работают или впустую. А вот парочку поближе можно легко восстановить, тем более трубопроводы и возить даже не надо. Километров сорок западнее. Люди, правда, нужны. У них своя ТЭЦ причем вырабатывает сразу тепло, электричество и холод. Хватит и на поселок провода кинуть. Тем более сейчас большие объемы ни заводу, н людям не нужны.
  - Что-то мне подсказывает, - медленно сказал Трофим, - столь щедрый подарок с подвохом. Зачем мы им?
  - В Астрахани появился Христос, - сделав паузу, объяснил Стас. - Типа второе воплощение. Вроде и чудеса творит.
  - Чего?
  - Ну, как водится, воду в вино для трапезы и лечит больных наложением рук.
  - Ты всерьез?
  - Откуда мне знать? Так говорят. Возражения на божественные откровения не принимаются. Прихожан, уверовавших, уже целая куча и принялся подминать всех. Причем не стесняясь. Либо на колени, либо к стенке. Это не фигура речи, убивали без жалости сопротивляющихся. Лицемеров якобы чует сразу на молебне.
  - Ну и?
  - Кое кто всерьез испугался. Придут на завод и раком поставят.
  - Очень по-христиански!
  - Ну была 'Господня армия', - сказал Мишка.
  - Пастушки что ли из первого крестового похода?
  - В Уганде католический проповедник из детей организовал.
  - То Африка.
  - А у нас нынче как бы не хуже.
  - Какие вы умные, - ядовито прокомментировал Стас. - Нафиг нам Африка, когда под боком завелось нечто малоприятное и неизвестно чего ждать. Короче напугались эти газовики всерьез. Если что, их толпой задавят и на цепь посадят. Парламентер прямо не сказал, но я уловил. Они боятся всерьез чего-то на манер армии подростков без тормозов и с психованным гуру, наводящим в округе свои единственно правильные религиозные порядки. Там трое из пяти мусульмане, один бурят наполовину, с буддистскими заскоками и агрессивный Христос им без надобности. Я поэтому по радио и говорить не хотел. Мало ли кто слушает.
  - Ну, - возразил Мишка, - в теории наши переговорники должны каналы менять и шифроваться, все-таки военная техника.
  - Правильно сделал, что не стал при всех, - решил Трофим. - Значит так. Брать под себя завод и буровые надо обязательно. Заодно и обозначить границу. Если дойдет до драки, так чтоб конкретно мы на нашей территории и они полезли. Потому идешь без остановки до Красного Яра, оставляя за спиной завод, закрепляя в поселках посты. Или нет. Сам поеду.
  Мишка вскинулся.
  - Надо, - твердо заявил Трофим. - Доверить после сегодняшнего кому-то душа не лежит. Здесь ты с Семенычем на хозяйстве останетесь. И попробуй мне не держать дисциплины, - показал внушительный кулак. - С каждой сотни возьму по взводу, со второй, как штрафной, даже два. Оставшимся работы выше крыши, да и этим будет не прогулка создавать опорные точки. Хотя бы на основных трассах выставить заслоны и чтоб иметь возможность почистить поселки за спиной.
  - Да при желании обойти по степи, как два пальца!
  - Есть такая опасность, однако сидеть на месте еще хуже. На ферму десяток рыл скину и пастухов, чтоб нашу часть стада перегнали. А ты, - уже Стасу, - берешь свой взвод и прямиком двигаешь в Астрахань. Посмотришь на месте что к чему. Можешь так прямо и поведать тамошним типам: слышали про чудеса, хотим своими глазами убедиться. Чистая правда, ежели чё. И вообще, внимательно смотреть по сторонам. Чего спереть, кого сманить, кому обещать и что.
  Стас невольно усмехнулся.
  - Все ж Астрахань нечета нашему городу. Народу и вещей должно быть заметно больше. Не думаю, что успели на все лапу наложить христосики. Связь должна работать, но ты уж на месте соображай. И при необходимости не стесняться. Вплоть до огнестрельного оружия. Нас слишком мало, чтоб рисковать. Ты меня понял?
  - Так точно!
  - Молодец, - одобрительно кивнул Трофим. - Ну это было по служебным делам, а теперь личное. Знайка, свали.
  - Как будто не знаю, о чем речь, - пробурчал Мишка.
  - Ты не гадай, а давай сигнал на общий сбор, пока не разбежались по назначенным местам. Будем ставить задачу и объяснять создавшееся положение. Время на раздумье было достаточно. Кто не хочет оставаться - скатертью дорога. Марину мне обеспечь со списками. Двигай! Короче, - сказал, закуривая очередную сигарету, когда тот унесся. - я тебе, Стас, благодарен всерьез. За сегодняшнее, да и за прошлое. Ты меня реально выручил и за мной должок. Но Лена нынче со мной и давай обойдемся без сцен ревности. Хочешь, спроси в лоб, кого предпочитает, мне без надобности, чтоб кто другой ухмыляясь поведал, стравливая.
  - Она сама решила, - ничуть не удивился Стас. Покровитель из начальника гораздо удобнее. Иначе бы попыталась поговорить. Но ведь все равно ничего не было, не с чего и обижаться с рыданиями или лезть в драку. Красивая, конечно, девчонка, но не задевала. Хотя кто его знает, как бы обернулось, не случись Ирины. - Не собираюсь выяснять отношения.
  Трофим вздохнул с облегчением.
  - И к Ирине Владимировне тоже не ходи.
  - У тебя гарем или записался в воспитатели? Про разницу в возрасте еще исполни!
  - Она с летчиком живет. По мне зря, но я ж вам всем не воспитатель. Сами решаете кто по душе и в личное не пытаюсь лезть. Все взрослые и каждый отвечает за себя. Можешь, конечно, попытаться тому морду набить, но вряд ли поможет. Не любят такого бабы.
  - Специалист!
  В штабе взвыла сирена. Замолчала и снова. Тревога имела несколько уровней и этот требовал сбора, а не предупреждал об опасности.
  - Какой есть, - ответил тот не смущаясь. - Ты лучше на Сеиду глянь, ей-богу не плохой вариант. На сторону бегать не станет.
  - Да пошел ты...
  
  Глава 8. День двенадцатый.
  
  Грузовик съехал с моста, преодолев очередную реку под забавным названием Кривая Балда. Почему-то очень многие считают, что великая русская река Волга так и катится до самого Каспийского моря, где у слияния находится Астрахань. Кое-кто в курсе про наличие дельты, но только побывавшие там представляют ее размеры. По площади она раза в два переплюнет государства вроде Ливана и Гамбии, не меньше Словении. Точное количество речек и рек вообще никто не представляет. Их сотни. Ахтуба один из крупнейших, текущий параллельно основному руслу Волги. В результате между ними находится пойма, понизанная многочисленными притоками, заливными озерами и заполненная огромным количеством рыбы и птиц. Настоящий рай для охотников и рыбаков. Ширина Волго-Ахтубинской поймы колеблется от 15 до 45 километров. Зеленым оазисом тянется она среди выжженных солнцем степных земель, где местами поблескивают лишь пятна соленых озёр. Вокруг - ни рек, ни ручьёв, только редкие колодцы. Вот этот район Трофим и замахнулся взять под себя.
  - Вы думали вкалывать больше не понадобится? - произнес его голос гневно. Некому заставить мусор выносить и гуляй пока из горла водка не полезет? Ошибаетесь! Как раз теперь и начнется самое тяжелое. Время подумать было. Но я не зверь и позволю поразмышлять до вечера. Кто после этого не уйдет, подписался на выполнение приказов! Что не ясно?
  - Выключи, - попросил Стас, недовольно. - В третий раз слушаю.
  - Но я-то прежде не слышал, - резонно возразил Валера, тем не менее послушно вырубая.
  Если говорить по мобильникам было невозможно, то записывать изображение и звук вполне. И кабели тоже никто не отменил. Перекинуть на другой телефон соответствующий ролик сложностей не возникает. В результате все произошедшее на базе, включая выступление Чернова, последовавшая за тем стрельба и в заключение речь атамана, разошлись даже среди отсутствующих почти мгновенно. Технологии - великая вещь, а снимающий нашелся даже не один.
  - Ты слышал, тебя Псом Атамана называют в сети.
  На базе, благодаря Алине, уже имелась локалка компьютерная, хотя в основном ее использовали для игр малолетние. С недавних пор стихийно родился форум для обсуждения местных событий и там гуляли разнообразные ролики и фотографии. Иные привычки и Судным днем не вышибить.
  - Тебе откуда знать?
  - Люди говорят.
  - Да я ... хотел на болтунов.
  После плаца и случившегося народ на базе резко разделился на три категории. Одобряющих, опасливо косящихся и старающихся не пересекаться без повода, а также занятых своими переживаниями. Первых было меньше всего.
  - К тому же, - машинально погладил сунувшуюся под руку голову Шарыча, - не вижу в кличке ничего обидного.
  - Я бы поспорил.
  - Давай о чем-нибудь другом.
  - Мне кажется, - сказал пацан после минутного молчания, - или вода нынче выше обычного?
  С апреля по июнь весеннее половодье. В мае вода, случается, разливается на десять километров, затопляя прибрежные территории. В низовьях поймы и того свыше. Бывали годы, когда на тридцать.
  - Не задумывался, - сознался Стас. В этом году отдыхать на роскошном песчаном пляже вряд ли кому придется. - Но вообще нормально. Сейчас выше по реке забор в городах и на поля практически отсутствует. Может всерьез уровень подняться. Надо бы передать чтоб заранее смотрели и близко к воде не селились. Да и поля выбирали.
  В этом году надо хотя бы опытные участки засеять. Нужды серьезной в зерне или даже комбикорме не будет, но овощи не вечные, да и руку набить в спокойной обстановке не помешает.
  - Хорошо хоть, когда плотину прорвет, - оптимистично выдал Валера, - на нас волна не пойдет. Вот ниже по Волге все снесет.
  - По любому это нескоро, но надо иметь в виду.
  Перед очередным мостом, теперь через Прямую Балду, слегка притормозил. Можно считать приехали и лучше не тропиться.
   - Проснулись ребята, - напомнил в рацию. - Внимательно смотрим.
  На этот раз брать с собой автобус не стали. На ферму перегнали бронированный вариант 'Урала' в трех экземплярах, извлеченные из глубоких закромов длительного хранения. До самого вечера возились, подготавливая пять подходящих и два из имеющихся забраковал Слава. Требовалось время на замену каких-то деталей. Можно было, конечно, взять бронетранспортер, но на похожих уже набили руку водители, а время и так утекало. Пусть Трофим катается.
  Взяли лучшее из возможного. Неприятно, но кузов не защищен. Только кабина. Зато с пуленепробиваемыми стеклами, со всех сторон закрыты бронелистом, а в крыше специальный люк для пулеметчика. Двигатель тоже прикрыт 'маской', как и аккумулятор и топливный бак. Сзади уложили мешки с песком, за неимением лучшего варианта и в каждой из трех машин сидели семь-восемь человек, вооруженных до зубов. Два ручных пулемета, не считая наличия у каждого АКСУ и 'макаровых'. Еще по дополнительной 'драгуновке' на грузовик. Огневая мощь огромна. Еще бы быть уверенным, что не растеряются и применят правильно. Всерьез никому воевать до сих пор не приходилось, включая Стаса. Пальба в упор по людям на боевые действия не тянет. А собаки, все-таки, не отстреливались.
  - Город, - скривился Стас, учуяв запах, стоило появиться первым домам.
  Настоящая жара еще не настала, а вонь в любом поселке сразу шибала в нос. Они уже стали специалистами и имели 'счастье' полюбоваться на всевозможные стадии размножения. Человеческий труп начинает портиться сразу после смерти. Конечно очень многое зависит от помещения, температуры, влажности и добрались ли до него зубы животных, но и в закрытой комнате ткани по большей части превращаются в жидкость, а затем газ. Попадались и мумифицированные, но мало кого уже трогало. Все ж большинстве мертвые тела поедают бактерии и набегающие тучами насекомые. Мухи откладывают яйца, откуда выводятся личинки, которые кормятся мясным соком. Это самое неприятное в собирании тел, помимо запаха. Летающие вокруг и ползающие по телу личинки. Но у них хотя бы большинство захоронили и можно нормально дышать в районе базы.
  - Улица Латышева, - провозгласил Валера, обнаружив табличку на доме. - Теперь прямо до Татищева, - он зашелестел картой, пытаясь найти в ней нечто новое. Как ни странно, не только в интернете можно посмотреть маршрут. Правда карта автомобильных дорог области семилетней давности, однако вряд ли нечто всерьез изменилось. - Ленинский район. На черта нам железнодорожный и автовокзал?
  - Помимо просто нечто полезное надыбать, наш деповский утверждает про наличие натурального паровоза, используемого на подъездных путях. Для маневров с несколькими вагонами вполне пригоден и поддерживался в приличном для деятельности состоянии.
  - То есть он сможет завести и погнать домой?
  - Обещает. Зря что ли с собой человека тащили.
  - Это сколько ж добра, - мечтательно сказал Валера, - можно загрузить в вагоны.
  Наверное ему сильно не хватает чего-то важного. Галстука или запонок. Все остальное мог и без Астрахани найти при желании. Реально не мешало бы собрать и увезти какие-то станки. Лебедка у них имеется в одном из грузовиков. Руками тягать не придется. Но кому на трофеях точит детали тоже крайне занятный вопрос. Если у него когда-то в давние времена имелся детский токарный, это вовсе не означает умение работать на настоящем. Или разбираться в чертежах, а то и программном управлении. Станки середины прошлого века давно исчезли, хотя, быть может, как раз такие гораздо полезнее в новых условиях.
   Они несколько раз видели людей, но те не лезли на дорогу, в основном провожая взглядами и возвращаясь к собственным делам. Куда-то шли, что-то тащили. В основном продукты, но однажды попался разбитый винный магазин, откуда вчистую вынесли все и только огромное количество битых бутылок намекало о замечательном недавнем времяпровождении. Парочка сомнительного вида экземпляров до сих пор валялась то ли упившись до полусмерти, то ли по-настоящему померев от дозы. Останавливаться и выяснять не стали. Если местным все равно, им тем более.
  В большом городе, очень вероятно, не только народу много больше, но и машины не так редко проезжают. На всякий случай иногда кидали несколько листовок, из обычно используемых. Желающих принимаем, есть организация и прочие заманчивые предложения.
  Когда на повороте обнаружилось нечто вроде баррикады из нескольких машин и валяющегося на боку троллейбуса Стас не удивился. Проехать в принципе возможно, но при этом любая машина вынуждена снизить ход и вилять между преградами, подставляясь под обстрел. С другой стороны, все это самодеятельность для не имеющих соответствующего транспорта. Тяжелый грузовик, с укрепленной мордой, запросто снесет перегораживающие проход автомобили. А если вспомнить про наличие на базе бронетранспортеров...
  - Ну и что дальше? - недвусмысленно выставив пулемет и высунувшись в люк, потребовал Валера. Кузов тоже ощетинился стволами, а два остальных грузовика встали чуть дальше, однако достаточно грамотно с боков, чтоб не мешать прицельной стрельбе.
  - Вы кто? - озадаченно спросил прыщавый малый с ломающимся голосом. В его руках старый АКМ с деревянным прикладом смотрелся абсолютно неуместно. Хотелось забрать и дать пинка, что не выделывался. И двое его помощников или подчиненных выглядели не лучше. Сущие дети. Хотя, если задуматься, Валера тоже на Терминатора не тянет. Да и он сам не дорос до призывного возраста.
  - Не видишь, что ли?
  Неизвестно кто и когда придумал флаг с эмблемами, но дело точно было поставлено на поток. На каждой машине теперь на дверцах и бортах рисовали по специальному шаблону краской. Верху черного круга полукругом белым цветом 'Чту мертвых', внизу 'Живу для будущего'. Между надписями череп с костями. Смотрелось стильно и своих издалека видно. А чужим предупреждение.
  - А что это? - неуверенно спросил начальник патруля.
  - С севера мы, - не углубляясь в подробности, провозгласил Валера. - У вас тут чего, пошлину на таможне требуют? Какого ... проезду мешаете.
  - Мы университетские, - влез еще один охранник баррикады, вооруженный схожим образом. Этот так и не поднялся с табуретки, продолжая держать в руках журнал с очень характерной женской полуголой фигурой на красочной обложке. - От сектантов охраняем.
  - Ну дык мы не они. Значит можем дальше следовать.
  - Не-а. Не положено.
  - А что положено? - потребовал, вступая в переговоры Стас, высовываясь в дверь. На ужасно хитрую засаду происходящее мало походило. Скорее на детский сад, играющий в военную игру 'Зарница'.
  - Сектантов гнать.
  - Так они вроде в Соборе Владимира расположились и вообще в другом районе.
  - Ага, - шмыгая носом, подтвердил прыщавый. - На мостах через Кутум тоже стоят.
  И, скорее всего, совсем не в таком виде, предположил Стас. Астрахань тоже находится в дельте. Куда ни пойдёшь, всюду протоки, каналы - Кутум, Болда, Кизань, Казачий ерик и соответственно ограниченное количество путей. Конечно перебраться на лодке не великая сложность и проконтролировать всю набережную невозможно, но это уж не его проблемы.
  - Чужаков проводить до начальства нужно.
  - Так в чем дело? Провожай. Мы законов не нарушаем. Куда ехать?
  - Прямо, - обрадовался тот. Видимо, не смотря на внешность, идиотом не был. Чем закончилось бы столкновение догадывался. При этом убегать с визгом не собирался. А так, все выйдет красиво и долг выполнен. - До университета. Поговорите с Александром Григорьевичем.
  Побеседовать с местными в любом случае стоило. Судя по отчеству взрослый человек и имеет смысл посмотреть на него и обстановку. Выяснить что к чему в городе. Уж здешние должны соображать. Да и зачем конфронтация по мелочному поводу. Не затем приехали.
  - Становись тогда на подножку и показывай.
  Грузовики один за другим проехали заграждение и снова покатили по улице. Путь оказался достаточно коротким. В Астрахани бывать прежде приходилось несколько раз, однако улиц он толком не знал. В детстве не особо интересовало, позже автобус довозил. Тем более в университет заходить не доводилось. Каких-то потуг на высокое образование и будущую огромную зарплату пока не испытывал. В их местах таковых штатных мест не предусмотрено. Все откладывал на будущее, теперь и вовсе диплом не сдался. Чинить машины и вместо выноски навоза работать на ферме ремонтником механических скребков - предел мечтаний.
  Корпусов в университете оказалось множество и в них легко было заблудиться без проводника. Несколько институтов, куча факультетов, строительный научно-исследовательский вычислительных устройств, а также некий НИИПИГаз. По последним буквам легко догадаться к чему относится учебная база, но расшифровать табличку не получилось. Полное название было написано мелкими буквами, а приближаться не стали. Чесались руки покопаться в здешних библиотеках и приватизировать компьютеры и серверы с информацией, но во-первых, хозяева явно выскажутся против. А во-вторых, надо еще знать, чего грузить и откуда. Может позже.
  - Этот что ли Александр Григорьевич? - спросил, обнаружив у очередного корпуса двух взрослых, явно дожидающихся приезжих проводника. Поскольку одна из них была женщина, вопрос закономерный. Заодно можно сделать вывод, что возле баррикады есть телефон или рация у сторожей. Доложили мгновенно.
  - Нет, - ответил патрульный, поспешно соскакивая.
  Вытянулся насколько сумел и принялся докладывать по стандартному армейскому уставу. Если учесть, что начальник в полевой форме и судя по тому, как она сидит в собственной, поведение понятно.
  - Один остается в кабине, из кузова все не выходят, - сказал Стас в переговорник. Лучше для начала не терять бдительность. - Пока сигнал не дам, не расслабляться. Захар за старшего. Хорунжий Пуляев - на выход.
  Раз уж здесь встречают взрослые, не мешает и личного для представительства иметь. Чем хорош деповский, в командование не лезет и разбирается в технике. Золотой кадр. Другие вечно срываются, норовя поправить, путая возраст и авторитет.
  - Поздняков Станислав, - отдавая честь, представился, - вахмистр.
  - Пуляев Юрий, - и смущенно добавил, - хорунжий.
  - Перовский Дмитрий, - глядя на эмблему на рукаве с надписями: 'Россия' и 'Казачьи войска'. Очередная самодеятельность, но откуда ему знать, ответно сообщил офицер.
  Старший лейтенант он произносить не стал, справедливо полагая, что собеседник в звездочках обязан разбираться. В Астрахани была постоянная база внутренних войск, позже превратившихся в национальных гвардейцев. Похоже из этих.
  - Петросова Мария Тариеловна. Вы откуда? - быстро спросила.
  Стас вкратце объяснил, как и причины, приведшие их сюда.
  - Есть такое дело, - недовольно признался лейтенант, переводя взгляд с одного приезжего на другого. Он не мог понять кто старший. И по возрасту, и по званию Пуляев, а говорит Поздняков. - Полагаю вам лучше поговорить подробно с Александром Григорьевичем. Он у нас за президента, - и криво усмехнулся.
  
  
  Парнишка на престоле алтаря возле стола-жертвенника играл на скрипке. Совершенно обычный лопоухий и рыжий, с веснушками. На вид лет четырнадцать максимум, с совершенно не внушительным видом. Отсутствуют заметные мускулы и сутулится. Типичный ботан, чтоб не сказать хуже. Такие в школе всегда на особицу и хорошо если не превращаются в вечный объект для пинания. Даже не на компьютере или телефоне сидят, а ходят с футляром, где лежит его драгоценный инструмент. Он и одет был в обычные джинсы и белую майку с короткими рукавами. Никаких попыток подражания священникам, рясы и прочих атрибутов. Правда на шее висел приличных размеров крест, но был он совсем не привычным, вписанным в круг. Консультант назвал его кельтским. Тимашеву лучше знать, раз уж на кафедре истории преподавал и имеет степень.
  Найти среди трех с лишним сотен человек, собравшихся в соборе, любителей классической музыке, бегающих на концерты Шостаковича, вряд ли представлялось возможным. Большинству из пацанов и девчонок, настоящих взрослых было всего двое, гораздо ближе и понятнее рок с шансоном или попса. И все ж они сейчас стояли, затаив дыхание и внимательно вслушивались в звуки скрипки. Это было нечто обволакивающее, виртуозное и волшебное, заставляющее забыть о личных проблемах, смертях и не особо приятном настоящем. Полное подчинение и улет в выси, объединяющий всех сразу в одно целое.
  Стас сознательно уколол сам себя иголкой, взятой непослушными пальцами из воротника. Слегка полегчало. Зато теперь гораздо понятнее стали мутные объяснения Александра Григорьевича Тимашева про 'увод', 'подчинение' и уверовавших. Покосился на соседей. В качестве сопровождающего он получил Ильдара Ахметовича, в прошлом продавца на рынке и мусульманина, а Дениса Ракицкого уже отобрал во взводе специально. Не смотря на свои имя с фамилией, тот обладал не только доставшейся от предков ярко выраженной калмыцкой внешностью, но еще и был верующим буддистом. Типа контрольная группа, проверить как действует новоявленный воскресший на лиц других конфессий.
  Кстати университетские пытались пробить паренька и обломались. Никто его в Астрахани не знал или не признавался. Похоже всплыл утром нового дня. И в музыкальных заведениях такой не числился прежде, а музыка, судя по происходящему, действовала на верующих ничуть не хуже, чем на атеистов. Или лично он записан в высшей книге агностиком? Вечно путался в определениях, а телефона с интернетом для уточнения теперь уже не будет. Пока что пихнул и одного и второго кулаком, не постеснявшись. Кажется помогло. Отвлеклись, посмотрев с недоумением. Поспешно прижал палец к губам, чтоб не стали возмущаться в голос. Еще не хватает выделиться.
  Музыка прекратилась внезапно. Кое-кто вздрогнул, резко вырванный из неведомых далей. Стоящий у стола крепкий коротышка с хмурым взглядом и 'кипарисом' на боку уставился прямо на Стаса подозрительно. Между прочим, судя по синим пальцам, тот еще перец. Об этом его тоже предупреждали. В личной гвардии имеется некий Винт, с кучей заслуг по части уголовного кодекса. Грабежи, тяжкие телесные и недоказанные убийства. Якобы чуть не из тюрьмы в ближайшие сподвижники угодил. В Астрахани пять исправительных колоний в черте города и два со строгим режимом. Сколько там содержалось прежде его информаторы толком не знали, но четверых определенно засекли в окружении Пророка. Трое остальных парни лет по шестнадцать-семнадцать. Винт у них авторитетом.
  Большинство продолжало напряженно ждать дальнейшего. И лопоухий заговорил, небрежно положив свой инструмент рядом чашей на столе.
  - Я приходил прежде, - сказал скрипач негромко, но при этом звуки разносились по всему залу, - пытаясь научить человечество милосердию. Однажды уже его стерли с лица земли.
  Не хило, отметил Стас. Он уже приходил. Действительно, второе воскресение. Интересно, насколько хорошо рация работает, передавая концерт и речь.
  - И увидел Господь, - напевно процитировал, - что велико развращение человеков на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своём .
  Явно нечто учил. Похоже на прямое цитирование, даже с этими не нужными абсолютно старославянизмами.
   - В надежде на понимание пощадил праведника, дав ему еще один шанс. Но люди вернулись на прежний путь. Они не видят иной дороги. Чревоугодие, гордыня, корыстолюбие, блуд, зависть, гнев, лень, тщеславие. Все это превращается в стремление к власти и желание удержать ее любой ценой. Нет ничего опаснее подобного поведения. И снова я проявил любовь к вам, взяв на себя прежние грехи человечества. Я умер на кресте, а человечество вновь согрешило, ничего не осознав.
  Ну, натурально он и есть Христос. А еще про гордыню говорит. С неба спустился.
  - Люди не подготовились к иной жизни правильно. Более того, они отказывались верить в истину, создавали секты. Но это еще допустимо, поскольку бог един, но многие пали окончательно, закостенев в грехах и позабыв простые правила. Их затягивало в пучину порока, когда не просто сознательно отвергали прежнее, но и насильно-агрессивно заставляли других следовать их путем. Вы так и не поняли, - произнес устало в полной тишине. - Бог отнюдь не добрый и милосердный и даже не жестокий. Он карающий. За все надо платить. Ведь у человека не отнимали свободу выбора. И они выбрали. Человечество пало, окончательно растеряв идеалы. Оно возмечтало жить все лучше, пожирая вокруг себя и потребляя. Даже пророки не появились, взывающие к совести и указующие путь. Искупить прежнее нельзя. Можно было лишь покарать. И не плачьте, не стоят погибшие этого. Взрослые слишком закостенели в прежнем. Они не сумели изменить образ мыслей и поведения. А молодые готовы встретить с открытым сердцем истину. Вера спасет тебя. Не разум, не сердце, не инстинкты, а истинная вера.
  Логично. Сами во всем виноваты и объяснение имеется. Не очень четкое, всегда можно поинтересоваться младенцами или иными взрослыми, но для верующих нестыковки нормальны.
  - Господня земля и все, наполняющее ее, вселенная и все живущие в ней. Кто взойдет на гору Господню? Или кто станет на святом месте Его? Тот, у кого неукоризнены руки и чисто сердце, кто в душе своей не увлекался суетою и не клялся лукаво ближнему своему. Сей получит благословение от Господа и милость от Бога спасителя своего .
  Черт, почему в воскресную школу не ходил? Наверное, бы понял на что ссылается и смог бы ответить.
  - Я есть жизнь! - прогремел. - Я восторжествовал над смертью и вернулся. Я укажу путь к возвышению души! Только я могу обещать вечную жизнь. Все прежние было подготовка к вечному существованию. Прелюдия перед вечностью. Покайся искренне и наступит просветление. Отринь гнусные желания. Признай прежнюю неправедное существование. Никто не помилует и не спасет, не отстирает черную душу если нет у тебя внутреннего раскаяния.
  И ведь действует, украдкой изучая людей вокруг, понял Стас. Не зря распинается. А почему меня не заводит?
  - Нет больше богатых и бедных, не существует денег и нет в них нужды. Протяни руку и получишь любую вещь. Материальное более не властно над вами. Лишь духовный рост и вера имеют значение. Каждый раз в жизни получает шанс. Его посещает божественное откровение. Не упусти своего шанса обратиться. Единственный шанс! Второго не будет. Грех не даст тебе счастья. Лишь праведная жизнь позволит спастись. Есть болезнь, которую ни один врач не исцелит. Это неверие в божественную волю, данную людям. Осознав себя придешь к вере. Блаженны чистые сердца и близки богу.
  И нет чего возразить.
  - Всякий, - после длинной паузы, во время которой было слышно лишь дыхание собравшихся, - назвавший меня Господом спасется. Судить на этом свете не стану. Не бойся, - похоже он обращался ко всем вместе и каждому отдельно. - На том свете, получишь воздаяние раскаявшийся. А кто не преклонит колена из гордыни, злобы или зависти... Ну что ж. Он тоже совершит свой выбор, отринув в последний раз протянутую руку и отвернувшись от бога. Я пошлю апостолов и от имени моего они призовут примириться с высшим провидением.
  Опа! Вот и дождался. Прямо заявил, не успокоится. Дальше начнет распространять влияние. А это уже опасно. Любые фанатики сегодня неуместны. Вместо работы примемся убивать друг друга в очередной раз за символ веры. А в наших условиях, когда полно татар и рядом казахи с калмыками раскол смерти подобен. Скушают, не те так эти. Только религиозной свары для счастья выжившим не хватает.
  - А кто откажется - нет вины. Спасение не придет. Но и на земле они не нужны, поганя ее своими шагами и мечтая вернуться к прежнему. Не бывать этому!
  Толпа в едином порыве шевельнулась. Кажется не только игра на скрипке, но и слова пробирали многих до самых печенок. Эти горящие глаза фантиков вокруг и рев вырвавшийся из глоток.
  - Помоги мне! - закричал кто-то сзади и все невольно обернулись.
  - Пропустите его, - сказал рыжий и толпа раздалась. - Между людьми шел, поддерживаемый и направляемый маленькой девочкой слепой. С классической длинной палочкой, которой он постукивал по полу. Человек был уже не молод, хотя и не старик.
  - Пойдешь за мной и будешь спасенным, - заявил проповедник, когда тот встал рядом с ним, остановленный девочкой-поводырем. - Прежде наступления Царства Небесного каждый должен пройти через тяжелейшие испытания. А если не просто идти следом, а нести весть о новой жизни, тогда воистину спасешь душу и получишь вечное блаженство. Тело твое останется здесь, совершая вечный круговорот природных веществ, а душа воспарит высоко и пребудет у трона отца моего, вечного и справедливого. Каждый получит по делам и стремлениям своим. Кто не раскается, превратится в пыль под подошвами, как стали ей миллиарды порочных людей.
  Пауза.
  - Ты хочешь быть спасенным?
  - Я верю! - с чувством сказал слепой, становясь на колени.
  Рыжий положил руку ему на голову. Они стояли достаточно близко и видели, как по лицу его стекли одна за другой капли пота.
  - Господи! - заорал слепой, - я вижу! - и он принялся целовать руку врачевателя. Тот отдернул с брезгливой гримасой. Бывший калека пополз на коленях к нему, пытаясь ухватиться и был остановлен тем самым коротышкой с наколками, положившим руку на плечо.
  - Встань, - потребовал лопоухий. - Ты человек. Не унижайся.
  Это очень походило на некую цитату
  Из глаз бывшего инвалида текли натуральные слезы, он их размазывал по лицу и снова и снова кричал:
  - Я вижу!
  - Цирк Кашпировского с подсадными, - еле слышно сказал Денис. Он явно прочухался от недавнего и пребывал в обычном скептическом настроении.
  - Вы! - резко сказал рыжий, показывая пальцем. Он не мог разобрать произнесенное шепотом, но видимо нечто почуял. Или реально услышал непонятным образом. - Явившееся позабавиться. Вы чужие в Астрахани. Ведите себя, как положено в гостях. Вежливо.
  Все трое невольно попятились к выходу, когда окружающая толпа обернулась. Выражение лиц у большинства было крайне неприятное. Стоит этому скомандовать 'Фас!', как разорвут на части и оружие не поможет. Стас все равно нажал на флажок предохранителя, готовый выстрелить. Но не в людей, а поводыря к Небесам. Если, конечно, успеет.
  - Еще не ведаете, что кроме обычного бывает и настоящее зрение. Мои слова и деяния Свыше - от Духа Святого. Потому каждый имеет право прийти в собор, посмотреть и послушать. У любого есть выбор. Но шанс дается один раз и лучше не упустите его. Я отнюдь не добрый и милосердный, даже не жестокий и карающий. Просто каждый получит по заслугам своим. Запомните это крепко. Пропустите их на выход! - скомандовал и плотная куча людей послушно раздалась, освобождая проход.
  - Уходим, - приказал Стас, хотя в его подстегивании они отнюдь не нуждались, дружно торопливо отступая. Никто не пытался пнуть или плюнуть вслед или еще как выразить неодобрение, однако выражение на физиономиях были очень неприветливые и взгляды жгли.
  - Душу свою обрати, - зазвучало снова с амвона. - Церковь - это не священники, контролирующие паству. Это тело господне. Быть честными с собой и не стыдись принимать плоть и кровь господа. В том спасение. Если ты не таков, изменяйся, ведь кто не будет есть и пить меня, мою кровь, тот против меня...
  - Просил же помалкивать, - с досадой произнес на улице Ильдар Ахметович. - Как раз сейчас и начнется причастие.
  Тимашев утверждал, именно принявший частенько переставал критически мыслить и присоединялся к армии последователей. Это не означало полного оболванивания, человек продолжал мыслить и уж точно не являлось мгновенным программированием. Действовало не на всех. Он подозревал наличие некого мощного наркотика в сочетании с музыкой и проповедью и давало эффект. Но достать остатки трапезы не удавалось. Точнее крошки и капли проверяли и ничего странного не заметили. Вино, как вино. И обычный каравай. При соборе наладили пекарню и стандартные буханки-кирпичики шли и на причастие. Без благословления Мессии они таковыми и оставались. А вот участвовавшие в трапезе в один голос утверждали: наливает в чашу на глазах у всех, проводит рукой - раз и на вид и вкус ничуть не отличается от крови. А у хлеба ощущение мясного паштета.
  - Я б все равно не стал пробовать, - хмуро сказал Стас.
  - Это не обязательно. Не все подходят. Многие тоже ходят посмотреть.
  - Но попер из собора исключительно нас. Почему? Неужели другие поверили?
  - Стойте! - окликнули их.
  Ильдар Ахметович растеряно оглянулся. А вот Стас с Денисом синхронно шагнули в стороны, берясь за оружие и готовые открыть огонь. Напарник был большой любитель охоты и толк в стрельбе знал. Не зря снайперку именно ему доверили. Правда, сейчас он был с автоматом, однако и с тем обращаться неплохо умел. На манер Трофима собирался в военное училище после окончания школы и старательно готовился вопреки недовольству родителей. Они сами служили и ничего хорошего в подобном для сына не видели.
  А из люка в кабине высунулся Валера с неизменным пулеметом. В данном случае совсем не лишняя демонстрация поддержки. Еще один сейчас в кузове смотрел по сторонам. Специально оставил охранников, чтоб не остаться без машины и иметь прикрытие. Многих брать не стал, но парочка дополнительных стволов могли сгодится при любом раскладе.
  - Не дергайтесь, - сказал тот самый крепыш, показывая пустые ладони. Взгляд у него был оценивающий и тяжелый. - Если и сцепимся - не сейчас.
  - А чего надо? - скосив глаза на кнопку рации, поинтересовался Стас. Включенная. При любом повороте Сеида и еще парочка парней присутствует при беседе и будут в курсе. Заодно и здешние, окопавшиеся в Ленинском районе.
  - Предупредить. Не стоит надеяться на этих... с университета. Они не годны для нового мира. Слишком мягкие и добрые.
  А это даже забавно. Пусть послушают.
  - Как тебя зовут?
  - Братом Степаном зови, не ошибешься.
  Ну какой ты мне брат, рожа уголовная, подумал Стас. Интересно, имя хоть родное или при посвящении получают.
  - Без фамилии?
  - И этого достаточно.
  - Насколько я понимаю, новый завет у него, - Стас показал на собор, - не в чести.
  - Правильно. Идея подставить вторую щеку не канала в любые времена. И справедливо вспомнить изначальное: возмездие должны быть равным.
  - В смысле око за око?
  - Ну не деньги ж брать в качестве компенсации и не в тюрьму сажать, - хмыкнул тот. Речь у него была вполне литературная и абсолютно без ругательств и жаргона. Похоже он не просто опасный, а еще и умный. - Завет не для того, чтобы мы друг у друга вырывали глаза, но чтобы удерживали руки свои от обид. Дважды подумает любой перед глупостью, если ответит за содеянное зубом за зуб, рукой за руку, ногой за ногу. На зоне так же было. За слова и дела отвечать надо, - похоже своего прошлого он не скрывал. - И предупреждаю сразу: перечень частей тела и тех ранений, за которые назначается наказание в виде воздаяния равным, в нашем кодексе детально прописан. То не угроза наказанием, а справедливость. Не варварство - необходимость. Я ответил на вопрос?
  - Исчерпывающе.
  - Тогда выслушай, не перебивая. Тебя прислали посмотреть и послушать. Ты это сделал. Не возбраняется и другим приходить. Кстати, незрячий настоящий. Я в свое время обалдел, когда увидел впервые. Лечит без балды. Хромых, больных, раненых. Без всяких антибиотиков от заражения крови.
  - Как прокаженных в евангелиях спасал?
  - Пока не попадались. Не могу утверждать на все сто, но уверен и меня избавил от тубика. Замечательно себя чувствую. Это не фокусы. Так что не шути зря. Это настоящее. Своими глазами видел, на собственной шкуре проверил. Потому не стоит приходить с камнем за пазухой. И вдвойне пытаться мешать в любом виде и качестве. Уезжайте на север, мы будем считать нынешнюю границу по Красному Яру действующей. Или прольется кровь. Поверь мне, худой мир лучше войны.
  Занятный апостол. Кажется среди учеников того водилась парочка террористов или уголовников. Ну хоть не налоговый инспектор, как прежний, наиболее известный.
  - Это твои слова или его?
  - Ты услышал.
  А ведь прямо не ответил. Похоже в самую точку угодил. Рыжий ничего не обещал.
  - У тебя и твоих начальников есть выбор. Шанс дается только один раз, - прозвучало достаточно издевательски, хотя 'брат' Степан был до безобразия серьезен. - Прощай.
  Он повернулся и удалился с прямой спиной. Аж излучая уверенность и довольство. Что там вещал этот воскресший про гордыню и тщеславие? Стас молча махнул, отправляя остальных в кузов. Полез в кабину, радостно встреченный Шарычем, уставшим сидеть без друга. Валера уже завел двигатель и когда постучали сзади, двинулся. Они так изначально договаривались, на случай спешного удирания. Меняться местами нет смысла. Пусть тренируется. Сейчас грузовик пустой и проще, зато опыта набирается, набивая руку. Уже не дергает постоянно на переключении скоростей и то хорошо.
  Впечатления от проповеди были странные. С одной стороны, явно импровизация. Сбивался, повторялся, иногда противоречил сам себе. С другой, вряд ли заочные впечатления или запись слов настолько подействует. Было нечто исходящее от него, заставляющее забыть обо всем помимо говорящего. И музыка по-настоящему волшебная. Никогда в транс не впадал, а тут будто стоя задремал.
  Вот верить совсем не святому Степану не тянет. Он предлагает закрыть глаза на происходящее в Астрахани в ответ на пустое обещание про сохранение границы. Его вождь прямо сказал про поход за веру. Начнет здесь, подгребет под себя уцелевших после разгрома несогласных. В Астрахани населения в пятнадцать раз больше родного городка и в полтора свыше всей области. Если количество оставшихся людей в одинаковой пропорции к прежним, по чисто военной силе имеет огромное преимущество. И куда направит стопы? Естественный маршрут на север. Не по степям же искать казахов для обращения и не морем пилить в Иран.
  Выход один - идти на союз со слабыми. Тем более те не претендуют на истину в последней инстанции и готовы договариваться. В конце концов даже простое сотрудничество сулит огромную выгоду. Например, Петросова Мария Тариеловна оказалась преподавателем факультета агроинженерии. Не смотря на свой пол специализировалась на машинах и оборудовании в агробизнесе. Кроме того, она имеет, пусть минимальные знания, по агрономии и плодоовощеводству. С учебниками и научным подходом может помочь. А есть еще два десятка взрослых и кое-кто не менее полезен в перспективе. Нет, он будет настаивать на плотном союзе, как бы возможное столкновение не пугало и было не ко времени.
  
  
   Глава 9. День тринадцатый.
  
  Михаил выскочил из сна мгновенно, сам не понимая причину.
  - Что? - спросил сиплым голосом, садясь.
  Нина стояла у окна, глядя куда-то в темноту.
  - Стреляют, - сказала напряженным голосом, не оборачиваясь.
  Он прислушался. Севернее вразнобой стучали выстрелы. Потом раздалась очередь, вторая.
  - Где-то у автовокзала началось, - неуверенно сказала, - потом к Николаевке сместилось.
  Мишка снял телефонную трубку, невольно поморщившись. До сих пор побалевало в боку от резких движений. К счастью, действительно, отделался трещиной. Стаса он не винил. Понимал прекрасно с чего тот сорвался. Он и сам чуть в штаны не наложил, когда увидел, как падает врач и убедился в смерти, а потом обнаружил на лестнице людей.
  Конечно удовольствия от случившегося не получил ни малейшего, тем не менее могло обойтись гораздо хуже. До конца предохранители не сгорели или сумел сдержать руку. Вполне мог и челюсть сломать или чего похуже. При их теперешней медицине всю жизнь потом мучиться. Сам все понял и даже попытался извиниться. Со Стасом такое случалось не часто. Он и в детстве отказывался признать вину и гордо шел в угол. Ремня они так и не попробовали, хотя мать могла влепить затрещину сгоряча или швырнуть тарелкой. В этом смысле младший пошел в нее.
  - Дежурный! Слышишь? Спишь, ...? Ну и ... с ним буквально сейчас. Ты зачем там сидишь? Кто кому звонить должен? Давай сирену. Поднимай всех.
  - Как думаешь, что происходит? - спросила девушка.
  - Господи, Нина, откуда мне знать, - торопливо одеваясь и беря автомат с подсумками, возмутился. В штабе завыла сирена, обозначая общую тревогу. - Явно ничего хорошего. Когда это приятное под стрельбу происходит. Давай к детям чеши. Проснутся, испугаются.
  Нина была из детдомовских. На второй день их больше сотни перебрались на базу всей командой, сформировав позже отдельную роту. Здесь все ж не город-герой миллионик и особых ужасов внутри стен не творилось. Воров, проституток и прочий неприятный элемент из них не воспитывали. В маленьком городе такие вещи не спрячешь и даже воровать особо нагло не всегда выходит. Все друг друга знают. То есть всякое случалось, но обычно укладывалось в рамки. Если и тырили чего, так не с голода. Старшие в банды не сбивались, хотя за своих дрались жестко. Обычно их и не трогали, чтоб не связываться с толпой.
  Детдомовские отличались двойственным поведением. С одной стороны, рано взрослели. С другой, привыкли к определенному образу жизни, когда одежду выдают, кормит государство и вообще отбой по расписанию. В результате для них особо ничего не изменилось. В материальном смысле. По мозгам Перезагрузка крепко дала всем. Тем более у них наиболее наглядно вышло. Воспитатели все скончались. Среди старших возрастов умерли почти каждый второй. У младших один из четырех. Зато бывшим воспитанникам не требовались няньки.
  Девчонки моментально взяли на себя обязанность держать в узде малышню, а заодно кормить и контролировать, вытирая носы. Детей, а таковыми считались не перевалившие рубеж двенадцати лет, вообще на базе было много. Свыше двух третей общего количества. Возни хватало. Даже детский сад был теперь не один. Точнее это было неофициальное название, которое все использовали. Фактически школа-интернат. С обучением, проживанием и самостоятельным поддержанием порядка от уборки до ремонта.
  Она перекрестила спину убегающему парню и подобрала свой видавший виды АКСУ, лежащий на стуле. По тревоге положено явиться с оружием. Правда ей бежать к штабу не требовалось, всего лишь через дорогу. Ночью дежурила Зинка из их спальни в детдоме. Безалаберная девка, но положенное честно выполняет. Все равно надо спешить, спросонья с перепугу от сирены малыши могут хороший концерт закатить, испугавшись.
  Машинально вставила магазин, но затвор трогать не стала. Нет пока нужды. В детдоме у них была начальная военная подготовка. Потом уже здесь Трофим каждого проверял на умение разбирать/собирать и гонял на стрельбище. Иногда в ущерб более важным занятиям. Может это и правильно, но проситься в разведку она не собиралась. Совсем другой характер.
  Воспоминаниями о собственной семье при всем желании не сумела бы поделиться, будучи отказной еще в роддоме, но сколько себя помнила мечтала о муже, детях и домашнем уюте. Вполне целенаправленно готовилась, изучая кулинарию, домоводство и прочее вроде закатывания банок с солениями, хотя при детдоме это не требовалось. Заодно и парней оценивала с этой точки зрения. На Мишку она давно обратила внимание, но прежде ни за что бы не стала подкатывать к нему с откровенным предложением. Теперь другие времена и не стоит ждать.
  - Уже, - сказала Тамара, выскакивая на стук и тоже с калашом с откидным прикладом. Их раздавали сознательно, поскольку весят АКСУ меньше, а не у каждого бойца хватает силенок таскать и стрелять.
  Оружия Нина не боялась, по мишеням попадала, пусть и не в центр, однако очень надеялась, что применять не придется. Вроде в их сторону перестрелка не сдвигается. В детсаде постоянно стояла включенная рация. Если понадобятся - позовут.
  - Что происходит? - на ходу спросила подруга.
  - У соседей стреляют.
  - Это я и сама услышала.
  - А больше, подозреваю, никто и не знает. На всякий случай готовятся.
  - Вот зачем жить с начальником, если простейшие вещи узнать не можешь?
  - Послать, что ли? - задумчиво произнесла Нина. - Я могу.
   - Да ладно, я ж шучу. Не обижайся.
  
  
  В окно было видно, как БТР подъехал, чихая двигателем под приветственные крики собравшихся. После рассылки усиленных дозоров и занятия нескольких заранее подготовленных огневых точек у него осталось еще с пол сотни старших, в основном девчонки. Стратегический резерв, так сказать. Жутко становилось, при мысли послать их в бой. Сидят будто пикник и обсуждают платья. Или мальчиков. На воинское подразделение эта шебутная кучка мало походила.
  Броневик был старый, восьмидесятый, все из тех же запасов длительного хранения. После обострения на юге восстановлением занялись в срочном порядке. Неизвестно пригодится ли, однако даже для представительства иметь неплохо. Не вспоминая уже про наличие КПВТ. Дополнительная огневая мощь, способная прошибать стены еще никому не помешала. Хотя, по его мнению, гораздо полезнее иметь парочку грузовиков с 'Утесом' на турели. Оба уже существующих шушпанчика забрал Трофим для своих наполеоновских планов, выслушав доклад Стаса по радио.
  Опытных водителей вообще по пальцам посчитать, а после броска в сторону Астрахани и вовсе сидеть за рулем некому. Бывший бухгалтер, слава богу имевший права, был чуть не силой запихан внутрь. Вообще-то практически всех, считающихся старшими, помимо стрельбища гоняли и на водительские курсы. Но слишком малый срок. Одна радость, штрафы выписывать некому, а разбитую машину страховщики не потребуют за свой счет чинить. Только вот один уже умудрился перевернуть очередной 'Урал', а вторая чуть не раздавила собственного друга, сдав назад вместо переда. Ногу ему все ж сломала и долго рыдала по этому поводу. Теперь эта неготовность вполне могла акунуться крупными проблемами в родном доме.
  На броне сидели очень довольный Слава и хмурый Семеныч. Из люков торчали мальчишеские головы. Для них очередное развлечение. Еще не догнали, что вместо праздника можно словить пулю неизвестно от кого и по какой причине.
  - Говорил, - брюзгливо заявил бывший подполковник, а ныне войсковой старшина, вваливаясь с компанией в кабинет, - требуется иметь посты вне базы.
  - Весь периметр все равно не проконтролировать, - возразил вертолетчик. - Огромная территория. При желании проникнуть внутрь, как два пальца. Нашлось бы кому, давно бы вынесли твои склады.
  - Я послал пару парней на велосипедах, - поделился Мишка.
  По базе расстояния немалые и многие использовали удобное средство передвижения, если не компанией требовалось прибыть. Здесь и сейчас та же история. Во-первых, без шума и скорость приличная. Во-вторых, соваться к соседям сразу отрядом не хотелось. Может они отношения между собой выясняют и нечего вмешиваться в разборки, не представляя кто прав. До сих пор соглашение соблюдалось. На чужие улицы не совались. - Вернутся - узнаем. А пока и подождем. Поднимешь вертолет, если что?
  - Запросто, - откликнулся моментально Сердюков, - на выбор восьмой или двадцать четвертый.
  Разница существенная. МИ-24 был патрульно-спасательный. Это не мешало ему иметь броню, 30-мм пушку, комплекс связи, способный выйти на контакт с их стандартной системой переговоров. Но в нем место всего для шести дополнительных пассажиров. Ми-8 тоже имел бронирование, однако отсутствовало оружие и до 30 десантников способен перевозить. Еще бы найти тех героев, способных правильно высаживаться, воевать и прыгать с парашютом. Прежде тренировки такого рода не проводились.
  - Оба стоят заправленные. Но я должен предупредить, Митька, - это он про специально выделенного стрелка, - на тренажерах нормально справлялся, но полет и стимулятор не одно и тоже.
  - Ничего, - сквозь зубу отрезал Семеныч, - не летать же ему самостоятельно. Пацан обожает стрелялки. Для него почти тоже самое будет в реальном бою. Разобраться бы еще в кого шмалять.
   - И надо ли, - произнесла Ирина.
  - Знайка? - позвала рация. Прежняя школьная кличка достаточно быстро превратилась в позывной. - Я патруль-семь.
  - Понял. Слушаю!
  - Херовые дела. Залетные какие-то. Точно не наши из города или по соседству. Большая банда. Много их.
  - И чего хотят?
  - Холодное лето 53го видел?
  - Фильм с Папановым? - спросил Семеныч, правильно поняв заминку.
  - Оно. Когда урки в деревню пришли. Сразу пятеро на одного. Кто с оружием из дома выскакивал убили, остальных в сарай. Эти всех подряд ложат кроме девок. Малолеток тоже стреляют. Жуть.
  - Не суйся помогать, - приказал Мишка, в бешеном темпе соображая. - И, если нарвешься, не геройствуй. Ноги делай.
  - Ага, я типа из ума не выжил. С нашей стороны сверху потихоньку зырю. Если сюда пойдут на растяжку нарвутся, а я пока в окно.
  - Тогда все. Отбой.
  - Откуда у обалдуя граната? - задумчиво спросил неизвестно кого Семеныч. - В ротных оружейках отсутствовали и не выдавали.
  - В караульной роте могли быть. В первые дни контроль отсутствовал. Там много чего имелось.
  - Стингер, например, - с сарказмом воскликнул.
  - Минометы точно с боеприпасами, - заверил Мишка. - И 'Мухи' со 'Шмелями'. Трофим их увез с собой, а нам могли и пригодиться.
  - Зачем губарям это добро?
  - Откуда я знаю, - с раздражением ответил Мишка. - Может по штату положено на случай заговора против правительства, как наличие щитов и 'черемухи' для разгона демонстраций. И то, и другое имелось. Между прочим, наш атаман прекрасно знал где лежит. Не искал. Да, Марина? - спросил у намекающей позой готовности (блокнот в руках).
  - Надо бы обеспечить завтрак или хотя бы паек раздать. Неизвестно сколько придется ждать.
  Как всегда, она оказалась полезнее большинства и уместно подала правильную идею.
  - Пуляева здесь, не вижу? - он высунулся в окно и закричал, обнаружив разыскиваемую, - Антонина Николаевна, зайдите!
  Рация замигала лампочкой и включилась. Кто-то невнятно по соседству с другой стороны выругался. На фоне разнообразных шумов достаточно ясно прозвучало несколько выстрелов.
  - Слышно меня? - осведомился голос. - Кто на проводе?
  - А ты кто? - махнув, чтоб помолчали, осведомился Мишка.
  - Не признал? Равиль я, Бейбулатов.
  Это уже было лучше. Хоть не чужак неизвестный прихватил их разведчика. Хорошо знакомый теперь почти всем сорокалетний механик-дизелист с судоремонтного. Второй человек у соседей.
   - Тут наши малые драпали, на вашего нарвались и он их прикрыл. Только подстрелили парня. Вытащили, но плохой он, - на минуту там затихло и снова возобновилась беспорядочная стрельба. Потом в отдалении заработали сразу два пулемета. - Вот же гады... Не высовывайся! - это уже явно не для штаба. - В грудь его.
  Ирина вскочила, явно собираясь мчаться спасать. Мишка нетерпеливо, отмахнулся, показав на стул. Куда бежать со шприцем наперевес все равно не ясно. И может через пять минут здесь помощь понадобится. Сначала выяснить подробности.
  - У нас, - помолчав, добавил Равиль, - много раненых. Пока сообразили, что к чему, да сорганизовались... На Заводской мы их остановили. Под пули не лезут, суки. Ну одного все ж прихватили и расспросили, - судя по тону тому пришлось кисло.
  - И кто они?
  - С Волгограда за рабами и наложницами приехали.
  - Чего?
  - Все парни от шестнадцати до девятнадцати. В мотострелковой бригаде окопались, оружия полно. Устроили натуральный концлагерь пополам с борделем. Господа и прочие.
  В дверь сунулась главная по кухне и на нее зашипели, когда открыла рот несвоевременно.
  - И чего их сюда принесло?
  - Это уже поздно спрашивать. Перестарались мы, - без всякого раскаяния, сказал Равиль. - Гонор, понимаешь, решил показать. По матери стал посылать. Нашел момент ...ятся. Сдох собака. Может порвал ему чего внутри.
  Он был здоровый жлоб и запросто мог одним ударом кого угодно вырубить. Если всерьез бил, мог и печенку с селезенкой порвать.
  - Короче, помогите. Если в спину этим шарахните, мы их зажмем и сделаем.
  - А то ты не в курсе что половина на юг ушла. Мне с девчонками подставляться, за кого? Хотели самостоятельно жить, так чего теперь?
  - Знайка, ты?
  - Я.
  - Нас побьют, за вас возьмутся.
  - Моих постреляют, вы нам спасибо большое скажете.
  - Чего ты хочешь? - после длинной паузы, устало спросил Равиль.
  - Совместных действий и не когда вас прижмет. Вы даете людей по нашим требованиям. И имущество тоже не по отдельности.
  - Допустим организуем свои сотни с прямым подчинением и представителями при вашем штабе, подробности обсудим позже, идет?
  - А что скажет Мирон?
  Это был их основной лидер. Уже пожилой дядечка, всю жизнь проведший на речном флоте и не так давно вышедший на пенсию. Именно он и организовывал в первые дни соседей.
  - Ничего уже не скажет. Застрелили. Так что я за начальника и за слова отвечаю. Пойдем под вас, если поможете.
  - Договорились. Куда двигать, толком объясни.
  - На пристань направление.
  Семеныч яростно жестикулировал, нечто пытаясь подсказать. Не так сложно догадаться. Городская пристань представляла из себя старую баржу, переделанную в дебаркадер. И рядом замечательный пустой пляж. Немалый кусок насквозь просматриваемого пространства. Выскочить под пулеметы - изумительный стратегический маневр.
  - По улице осторожней, в домах могут быть. Зато сразу в тыл выйдешь и через мост они назад не смогут.
  - Хорошо, - сказал Мишка. - Мы идем.
  В кабинете разом заговорили присутствующие, перебивая друг друга и требуя именно его услышать.
  Игнорируя бардак нажал с заминкой, вспоминая, нужную кнопку, переходя на другую волну.
  Меньше всего ему хотелось сейчас принимать решение и посылать людей под пули. Но девять пацанов при трех ручных пулеметах гораздо выгоднее девяти девчонок. Может они и не хуже, но те элементарно здоровее. В охрану при тревоге загнал наиболее подготовленных и соответствующего возраста.
  - Патрули! Первый, третий, четвертый.
  Второй караул решил не трогать. Вертолеты надо прикрыть.
  - Как слышите?
  - Слышим.
  - Есть.
  - Здесь, - ответили вразнобой почти сразу.
  - По машинам и мухой к штабу. Вы мне нужны срочно. Выступаем. Ну, хоть испытаем бронетранспортер, - сказал уже для своих. - Пошли, - вешая на плечо автомат, приказал.
   - Смирно, - зарычал на выходе Семеныч, демонстрируя военное воспитание.
  - Мы идем на помощь соседям, - сказал Мишка, дождавшись пока выстроятся. - Ты, ты, ты, - показывая пальцем на наиболее маленьких девчонок, - смените первый патруль. Они сейчас придут. Ты, ты...
  - Почему это я? - возмутилась выбранная. Чем я хуже остальных?
  - Фамилия?
  - Саржакова Дарья.
  - За обсуждение приказов, будешь с завтрашнего дня мыть туалеты во всех казармах. И я еще проверю. Это не игра! - заорал в лицо, побледневшей. - Там убивают! Не глядя на пол и возраст. И мне плевать на феминизм, равноправие и прочие глупости. Кто не может таскать пулемет, будет сидеть здесь! Ты, - показывая на очередную, - по маршруту третьего. И не спать! Война ... можно проснуться без головы. Кого поймаю, унитазами не отделается.
  - Миша! - закричала от дверей Зубарева, выскакивая наружу.
  - Что?
  - Равиль снова на связь вышел. Они уходят и пленных забирают.
  - Ну может и к лучшему, - сказал Семеныч. - Целее будем.
  - А потом они вернутся, - пробурчал недовольный летчик.
  - Просит спешить и попробовать перехватить.
  Черт, подумал Мишка и что теперь? Скакать вдогонку? Не успеем.
  - На Автовокзал надо, - сказал негромко Слава, - есть шанс подловить.
  - Вот ты и пойдешь, - решившись приказал. - Садись за водилу в бронетранспортер, всяко лучше пацана сумеешь. Травкин, возьмешь на себя остальных?
  - Без вопросов, - согласился тот.
  В прошлой жизни он был сварщик и побывал на последней чеченской. Правда ни к каким спецназам и десантам отношения не имел. Обычный мотострелок, даже не сержант, но хоть какое-то представление о правильном поведении при боестолкновении имел.
  - Патрули с тобой и кто останется из этих, в грузовики. Идете за броней без героизма. Если не сумеешь перерезать дорогу, - снова Славке, - гони вдогон. Уже сам. Давай Сердюков, - повернулся к летчику, - пришел твой час. Покажи класс. Поднимай в воздух двадцать четвертый.
  Тот встрепенулся, как застоявшийся конь и широко улыбнулся.
  - Если что, прямо сверху на трассе расстреляем, чтоб вторично не заглянули в гости без приглашения. И да, Ирину кто-нибудь с медикаментами забросьте на Заводскую. Семеныч - займись.
  У того на лице была написана смесь обиды и одновременно радость. Бежать под пули ему явно не хотелось, при этом отстранение выглядело не очень хорошо. Вроде не доверяет какой-то молокосос.
  - Будешь налаживать контакты, - объяснил Мишка, давая сохранить лицо. - Заодно посмотришь, в чем они нуждаются. Если что, будет кому смотаться на склад и за лекарствами. Ты, ты, ты, - принялся опять показывать пальцем, определяя в охрану.
  Мысленно от выбирал будущий десант. Та еще задача. Выбор лучших из худших, выделив сначала группу для автовокзала, причем перекрыть дорогу парни важнее.
  
  Он натянул шлем, поправив сбившейся наушник.
  - Ничего не слышно, - сказал с недоумением.
  - Пока питание не включено, - ответил Сердюков, продолжая сдвигать на панели какие-то предохранители и изучать циферблаты. - Радиостанция работает, - сообщил вслух, скорее всего по привычке, чем необходимости. Запрашивать разрешение в диспетчерской не требовалось, за полным отсутствием руководителей полета. Парочка наблюдательниц присутствовала, но они тут для охраны, а не контроля. - Все, мы готовы. Не торчи за спиной. Давай на стул.
  Для бортмеханика предусматривался специальный. Там даже ремни безопасности имелись. Где-то в недрах вертолета нечто завыло и задвигались лопасти. Потом зарычал двигатель во все нарастающем тоне. Остальные семеро посмотрели на него. Изначально в десант пошло шестеро при трех ручных пулеметах, благо этого добра хватало, как и патронов. Уже при погрузке в машину нарисовался Серый, посланный соседями за помощью с той стороны еще до беседы по рации. Стас его хорошо знал, он чисто через брата, но раз просится, почему не прихватить дополнительный ствол. Конечно считалось что в данной модели шестеро в штурмовой группе перевозятся, но у них габариты несколько меньше и вес.
  Неизвестно насколько боялись, но показал на всякий случай большой палец. Неожиданно остро почувствовал, как тот же Семеныч глядит на него или остальных. Ведь любому нормальному человеку, эти четырнадцати-пятнадцатилетние девчонки и мальчишки должны представлять натуральными детьми. Если уж он с высоты своих почти семнадцати не способен всерьез воспринимать увешанных оружием подростков. И самое страшное, что они идут не баловаться на стрельбище по тарелочкам, а участвовать в реальных боевых действиях.
  Вертолет явно превратился в миксер, трясясь и завывая. Поэтому, когда сердце провалилось куда-то в желудок, а в иллюминаторе мелькнули уходящие вниз строения, даже полегчало. Как бы странно это не звучало, но летать на вертолете намного безопасней, чем ездить на машине. Тяжелее всего взлет и посадка. В воздухе нет ни встречного движения, ни пьяных водителей. При определенной сноровке не так уж тяжко гнать транспортник по прямой. Крейсерская скорость 250-270км в час и можно не сомневаться, какими бы не были лихими шофера из налетчиков, обогнать их удастся без особых проблем. Горючего хватит часа на два, с учетом возвращения. При желании можно махнуть и за Волгоград, но сейчас не требуется.
   - Железняк, - называя позывной Славы, сообщил голос летчика в наушнике, - на связь вышел. Волгоградские по улице Ленина двинули. Обошли засаду.
  - Один черт, на трассу выйдут. Другой дороги нет, разве по степи и оврагам. Как договаривались, перед Печеневкой сажай.
  Вертолет заложил вираж, так что Мишку вдавило в борт и автомат чуть не ускакал. Ящики, набитые заранее приготовленными магазинами для пулеметов и автоматов (этим занимались в детдоме, лучшие набивальщики получали право отстрелять пару) поехали по полу, останавливаемые ногами под ругань. Практически не слышно, но по губам почитать не сложно. Народ недоволен таким поведением пилота. В принципе Сердюков прав. Пройти над дорогой, означает предупредить, показав главный козырь. Можно и пренебречь парочкой синяков у пассажиров.
  - Садимся, - прозвучало в наушниках через несколько минут.
  Он показал остальным рукой. Когда достаточно мягко приземлились, половина дружно полезла наружу под летающий мусор и пыль, пригибая головы от вращающихся лопастей. Остальные передавали уже спрыгнувшим груз. Все заранее знали, что делать. Перед взлетом подробно обсудили, распределив роли. Место оказалось то самое, хорошо знакомое местным. Дорога идет практически прямо, здесь подъем и снизу не видно кто стоит за пригорком. Дорожная полиция обожала ловить сильно разгоняющихся, подстерегая сбоку с радаром.
  Двое побежали к дороге, волоча за собой разворачивающуюся на ходу ленту с набитыми гвоздями. Готовили сюрприз для соседей, на случай осложнений, стыренный из какого-то фильма про ловлю преступника. Любой наехавший на эту гадость останется без колес и вынуждено остановится. Вторую они положат чуть дальше. Потом залягут на той самой площадке. Стоять на дороге - напрашиваться быть раздавленным. Если не удастся остановить, вертолет займется уцелевшими.
  Обе пулеметные команды поспешно располагались на противоположных склонах. Нарочно не напротив, чтоб товарищей огнем по случайности не посечь. Времени было в обрез, но Мишка заставил всех махать лопатами, окапываясь и тащить камни для бруствера. Хоть минимальная, но защита. Ничего толком не успели. Хорошо уже рассвело и все далеко видно.
  - Едут, - сообщил по рации Серый, сидящий на пригорке в качестве наблюдателя в обнимку с винтовкой с оптическим прицелом. Требовать от него не хотелось, к чему зря устраивать скандал. Сам вызвался, пусть головой и думает нужно ли ему укрытие.
  - Три открытых грузовика, - доложил. - Там вооруженные люди. Две фуры закрытые. Одна здоровый сарай, другая поменьше. Должно быть пленные в них. Закрыл на замок и пипец, не сдернешь.
  - Сердюк, слышал?
  - Так точно.
  - Сможешь?
  - Это к Митьке.
  - Я постараюсь, - без особой уверенности сказал еще один голос.
  - Уж будь любезен, попади куда надо. А то уволю с полетов.
  - Ну я пошел, - сообщила рация голосом Сердюкова, так и не выключившего двигатель.
  Вертолет поднялся, разворачиваясь хищной мордой к трассе. Гул накрыл лежащих у дороги и пошел дальше. Не трудно было представить, как это выглядело для мчащихся по дороге. Не хватало только мрачной музыки для сопровождения, а возмездие - уже прибыло. С этой стороны стреляющей пушки видно не было, зато результат очень хорошо. От переднего Камаза полетели куски, а сам он совсем не красиво полетел в кювет, переворачиваясь. Затем вертолет проскочил обе фуры, причем вторая остановилась поперек шоссе и в нее едва не впилился второй Камаз. Из рации донесся азартный вопль и воздушный танк ударил 30мм пушкой по налетчикам, разнося в клочья машину. Такими снарядами броню прошибают, а что они делают с обычным деревом и жестью, тем более человеческим телом представить страшно. Любое попадание смертельно. Часть людей с третьего Камаза прыснула в разные стороны, другие пытались стрелять по вертолету. Даже искорки блеснули на броне. Пользы от их действия было мало. Сердюков развернулся и налетел вторично. В считанные мгновения стрелков перемололо в фарш. Потом вертолет принялся кружиться над полем, изредка постреливая.
  - Этого я беру на себя, - совершенно спокойно заявил Серый, имея в виду первый тяжелый фургон, несущийся на них. - Если он на такой скорости налетит на гвозди, запросто перевернется.
  Водитель явно выжимал из двигателя все возможное, то ли надеясь уйти пока враги заняты остальными, то ли рассчитывая, что в него стрелять не станут из-за живого груза за спиной.
  Мишка еще колебался, запретить или позволить и что опаснее, когда щелкнул выстрел и в лобовом стекле фуры появилась трещина. Похоже Ким попал, потому что машина вильнула и стала замедлять бешеный бег, причем пошла под углом к дороге, втыкаясь мордой в глубокую канаву. Грузовик очень медленно и вяло дернулся, опрокидываясь. Еще одна пуля, дверь слева отворяется и наружу выскакивает человек, падая под звук третьего выстрела.
   - Всем сидеть по местам и внимательно смотреть по сторонам, - приказал Мишка, вставая в переговорник. - Могли уцелеть и сейчас драпают. Хорошо если стороной обойдут, а вдруг отыграться на радостных победителях захотят. Всем понятно?
  - Принято.
  - Так точно.
  - Есть.
  Пора что ли устав учить или и так сойдет?
  - Скоро подъедут наши на БТР, - направляясь к фуре вслед за Серым, утешил. - Тогда займемся прочесыванием.
  - А мы уже здесь, - влез бесцеремонно голос Славы в разговор. - Видим вертушку. Пять минут и присоединимся к веселью.
  Ким сосредоточено пинал у грузовика окровавленного парня, свернувшемуся клубком, спасаясь от ударов ног. Мишка равнодушно прошел мимо к лежащему на боку прицепу. С силой долбанул прикладом по замку. Еще раз. Результат нулевой. Повесили почти амбарный, так просто не взять.
   - Эй! - крикнул, - я Поздняков с базы. Вы там как вообще, живы?
  Внутри стен взорвалось многочисленными воплями. Ничего толком не разобрав, решил успокоить.
  - Мы сейчас с Серым освобождать будем, только инструмент подходящий надо. Подождите немного.
  Отошел назад, с интересом глядя на запыхавшегося корейца.
  - Шустрый какой, - зло сказал тот. - И от пули удрал, и от пинков закрывается.
  - Да я не причем, - гнусаво заявил побитый.
  Со стороны поля ветром донесло: 'Сдавайтесь или всех постреляем!'. Громкоговоритель, установленный на вертолете для применения в спасательных операциях оказался исключительно мощным.
  - Случайно рядом оказался, - понятливо согласился Мишка. - все пошли и ты тоже.
  - А что я мог? Карп решил перед Соколом выставиться и приволочь полону побольше. В Волгограде их уже знают и разбегаются. Либо с ними, либо в рабы.
  - Ты предпочел быть работорговцем, - с ненавистью сказал Серый, врезав носком ботинка по ноге.
  Тот демонстративно взвыл. Может и больно, но вряд ли настолько, понял Мишка. На жалость давит.
  - Ключи где?
  - У Трехи.
  - У кого?
  - У водителя.
  - Не в службу, - попросил Мишка, - достань, Серый. А я пока побеседую с этим типом.
  - ...! - произнес эмоционально Ким и пнув еще раз на прощанье, полез в кабину.
  - На колени встал, - приказал Мишка.
  - Я ранен, - плаксиво сказал побитый, убедившись в отсутствии своего врага и подчиняясь с видимой натугой. На плече у него, действительно, имело большое кровавое пятно и рукой двигать не получалось. Все ж достал его доморощенный снайпер. Хотя с такого расстояния и с оптическим прицелом, если стекло не бликовало, не великое достижение.
  - Предлагаешь вызвать скорую помощь или заявить в полицию про использование незарегистрированного оружия?
  Кажется, до того дошел сарказм, посмотрел исподлобья с опаской. Мишка на мгновенье отвлекся, услышав новые звуки. Оказывается бронетранспортер подъехал в сопровождении остальной команды. Теперь они присоединились к обстрелу поля, увлеченно поливая из КПВТ нечто невидимо отсюда. К счастью строений здесь не имеется и трава не высокая. Прятаться особо негде.
  - Есть! - крикнул Ким, выбираясь через разбитое стекло из кабины.
  - Выпусти девчонок. Мы с ним не добрый со злым следователи, - сказал пленному, - нафиг нам твои явки с малинами. Откуда приехали и так понятно. Да и не один ты такой красивый. Наверняка сейчас еще кого отловят. Полезное что сказать можешь, чтоб еще пожить?
  - То есть как?
  - А ты думал медаль дадим или пряниками накормим. Приехал с бандой, выходит и сам такой.
  - Не... Нет!
  - Сейчас закон тайга, прокурор, - похлопал по калашу. - Ладно бы еще чистили пустые дома. Вы ж суки натуральные не просто воровать пришли или отнимать ценности. Вы убивали. Как думаешь, что в награду полагается?
  - Я не стрелял! Я только машину вел!
  - А мы сейчас проверим. Девочки, - крикнул, выбирающимся из опрокинутой машины, - сюда идите! Э... да у тебя глазки забегали. Кто-то его помнит? - спросил, когда начали подтягиваться.
  - Как ж, забудешь эту гниду, - сказала черноглазая с коротко стрижеными волосами, смутно знакомая, пиная носком туфли в спину взвывшего пленного. Руку она держала на отлете и старалась не двигать. Похоже перелом. - Прикладом внутрь утрамбовывал.
  Народу было на удивление много. Достаточно скоро целая толпа, возбужденно переговаривающаяся собралась. Многие побитые, с синяками, в разорванной одежде, а то и вовсе полуголые. Ловили чуть не в постели или выскакивающих с перепуга. Кстати, не одни девки. Было и несколько пацанов, на вид лет четырнадцати, не больше. Совсем маленьких и старших ни одного, включая женский пол.
  - Он Тимку убил, - взвизгнула еще одна в трусиках и ватнике и двинула неизвестно откуда взявшимся камнем по голове. Неведомый Тимка с одинаковым успехом мог оказаться ее парнем или боровом в хлеву.
  Тот только вякнул, опрокидываясь. Толпа взревела, надвигаясь. Заработали ногами. Мишка поспешно выстрелил в воздух.
  - Не надо в зверей превращаться, ладно? - попросил.
  Он уже сам был не рад, что позвал компанию посмотреть. Ну не драться же с ними, да и не сможет порядок навести в одиночку при всем желании.
  - Может еще и отпустить гниду? - крикнули под одобрительные возгласы.
  - Просто прикончить, без мучений.
  - А что, девки, - вскричал задорный голос, - Поздняк дело говорит. Вздернем на дереве! Как раз подходящее имеется.
  Вроде бы никто не отдавал приказа и не распределял роли, но дальше все произошло очень по-деловому. Одни волокли парня с выпученными глазами, старательно цепляющегося за что попало и в ужасе мычащего к чахлому деревцу у обочины. Попытки дергаться пресекались ногами по пальцам и телу. Другие торопливо скручивали из обрывков вещей веревку. Кто-то разодрал собственную юбку. Та что кричала про Тимку, взлетела до торчащего сука и уверено закрепила там петлю. Через мгновенье бьющееся тело с мокрыми штанами повисло в воздухе, суча ногами. Новый мир с его законами и справедливостью мести вступал в свои права не на словах, а на деле.
  - Бабы и дети, - глубокомысленно сказал Серый из-за спины, - жестокие до безобразия, дай им волю.
  - Погибших в фуре не было? - отворачиваясь от радостно орущих девок, спросил Мишка.
  - Слава богу мягко на бок легла. Ушибы есть, пара, возможно с переломами и все. А что, - с вызовом, - можно было иначе?
  - Я тоже не специалист по освобождению заложников. Будем учиться. Боюсь не последняя наше стычка с чужаками.
  
  
   Глава 10. День шестнадцатый.
  
  Стас галантно подал руку, помогая спуститься. Мария Тариеловна не смущаясь приняла помощь.
  - До завтра, - сказала устало.
  - До свиданья, - благовоспитанно ответил он и полез в кабину.
  До Стаса так и не дошло какой смысл собирать вещи, чтоб переехать. Комбинезоном, зубной щеткой и прочей лабудой вплоть до женских прокладок можно себя обеспечить в любом месте. Дал бы команду и не найдись прямо в багаже нечто, моментально бы притаранили. Но женщин в иных отношениях ему не понять. Эта страстная привязанность к каким-то дорогим сердцу мелочам. В наступившие времена полезнее иметь под рукой если не карабин, так хотя бы пистолет, чем красивое нижнее белье или сумочку. Вон, уже и банды набегают. Отбились, слава богу. А могло кончится гораздо хуже.
  - Поехали, - приказал, захлопывая дверь.
  - Начальству неплохо бы иметь нечто более удобное, - провозгласил Валера, трогаясь. Он уже почти не дергал. Опыт - великая вещь. Еще бы самостоятельно менял пробитое колесо и цены бы не было 'племяшу'. Силенок не хватало поднять и удержать.
  - А мешки и людей на своем горбу таскать станешь? - глядя на шлагбаум и пулеметную точку за ним, без особого интереса спросил.
  Проехать здесь было всего ничего. Прямо через дорогу от корпусов университета несколько домов составляли почти замкнутый прямоугольник. Суд, детская поликлиника, НИИ рыбного хозяйства, еще что-то служебное. В судный день внутри никого не оказалось, все сидели по домам, включая охрану, если она и должна была торчать. Так что не воняло, что было немалым облегчением.
  Тут теперь располагалась их опорная база. Здесь жили, собирали готовых переселиться, полезные вещи, притащенные из города. Достаточно еще мест никем не разграбленных и не принадлежащих, особенно по окраинам и соседним поселкам.
  Снаружи здания смотрелись странно. С забитыми намертво парадными входами и окнами нижних этажей, где отсутствовали изначально решетки. Зато выше, на крыше и у въезда постоянно дежурили люди с оружием. Сверху пулеметы, во двое минометы и АГС. Из последних палили разве в поле, но общие принципы усвоили. Неизвестно насколько это было важно, но Трофим страховался на всякий случай. Может он и прав. Береженного бог бережет. Глупо было вернуться и обнаружить, что старательно собираемое оборудование вынесли неизвестные граждане.
  - Все нормально? - спросил часовой. Он был из его взвода и любопытство не зряшное. В очередную поездку ушла его подружка, а назад не вернулась.
  - И даже прекрасно, - подтвердил Стас. - Оставил отделение для охраны. Давно столько полезного не видел.
   Фактически здешние хозяева района выделили блок не просто так. Позволяя с комфортом расположиться, получили почти сотню бойцов рядом. В случае заварушки любому врагу придется учитывать противника еще и за спиной. Да и университетским в счет будущих приятных отношений с базы привезли достаточно много оружия и боеприпасов. То есть кое-что имелось и раньше, но в основном из полицейских участков. На казармы и армейские склады Мессия моментально наложил руку и это было не очень здорово. Зато теперь наступило шаткое равновесие, если не учитывать добрых два десятка достаточно крупных групп вне Ленинского района, где засели 'университетские' и Кировского с солидной частью Советского, контролируемого 'христосиками', как их упорно называли с подачи Трофима.
  Оставив 'Урал' на стоянке, в ряду разнообразных грузовиков и кстати нескольких навороченных джипов (нашлись и помимо Валеры желающие покататься), а также мотоциклов и велосипедов, он отправил помощника в столовую за пайкой. Как и в каждой точке, где они становились надолго, стандартно организовывался пункт питания. Желающие могли готовить себе сами или трескать консервы сколько угодно. Армейские пайки придерживали на всякий случай. Они хранится могут долго. Обычно дураков не находилось всухомятку жрать. Достаточно скоро можно понять на что способен тот или иной дежурный помимо варки макарон или пельменей. Обычно на кухню ставили уже проверенных кадров, способных не пересолить и выдать нечто съедобное. Расслоение со специализацией шло стремительно. Кто за руль, кому поварешка в руки, нашлись даже любители трудиться на буровой и осваивать технику, а иной не прочь дома сидеть и благоустраивать его. А что заодно доить корову приходится, так это практически везде. Хочешь свежего молочка и яиц, давай - вкалывай.
   Бежавший с деловым видом впереди Шарыч остановился и гавкнул. Из кабинета ответили очень похожим лаем. То есть звучало однократно и очень внушительно. Хозяину доклад о приходе гостей, а не пустой брех. На дверях с поломанной табличкой 'юстиции 2-го класса' было написано краской 'Штаб'. Стас постучал и не дожидаясь ответа толкнул дверь, пропуская псину, радостно рванувшуюся обнюхиваться с родичем, выскочившим из-под стола. Трофим поднял голову от рации, показал рукой - садись и опять принялся слушать бубнение.
   - Сто семнадцать человек в трех поселках, четверо взрослых. Диспетчер товарной станции, две продавщицы из магазинов и бухгалтер, настолько старый, что с него песок сыпется. Удивительно, но нормально соображает. А вот бабы крепко прибабахнутые. По мозгам сильно проехала Перезагрузка. Ну собственно все.
  - Молодец Серый. Отбой. Баскунчак тоже взяли, - довольно сообщил. - Кроме бензина с газом будем солью торговать. Самые нужные вещи из возможных, после оружия.
  - А не слишком размахнулись?
  - Теперь нет. И похоже придется идти до Волги, чтоб себя обезопасить.
  - Так проще мосты взорвать.
  Трофим кивнул. До Стаса дошло, что шутка получилась пророческая. Кажется, начальник всерьез обдумывал возможность. Может и правильно, но душа к таким штукам не лежала. Даже в Астрахани, чтоб отгородиться от сомнительного соседа. Не при их умениях и количестве восстанавливать столь мощные сооружения. Любое разрушение если не навсегда, так при их жизни с гарантией. И без посторонней помощи скоро в высотные здания входить станет опасно. А приложи человек руку...
  - Ну, чего выездил? - потребовал начальник, с ухмылкой глядя как щенки носятся по кабинету, напрыгивая друг на друга. С другими собаками они себя так не вели. Исключительно сохраняя достоинство смотрели со стороны. Было подозрение, что когда подрастут поведение кардинально изменится. Алабаи крупные собаки и наверняка продемонстрируют силу.
  - В четырнадцати километрах от Астрахани есть опытно-селекционное хозяйство, - начал доклад Стас. В качестве разведчика он получал в основном достаточно общие указания и в данном случае не спрашивал совета, решив проверить очередную информацию. Правда стабильно ставил в известность о передвижениях и итогах деятельности. - Еще одно в Волгоградской области, кстати. Мы с тобой идиоты, а Мишка еще и кретин, раз не имели понятия. Там выращивают кучу овощных, бахчевых культур, бобовые. Не надо выковыривать с грядок и точно на второй год взойдут. Еще специально сорта кормовых трав сажают для нашего района. Это все не завозное и не иностранное. Но гораздо интереснее, что шляясь за консультаншей по полям я выяснил изумительную вещь. При здешнем институте имеется немалая коллекция семян растений на длительном хранении. При определенной температуре и влажности он могут храниться десятки лет. Потом часть проращивают и снова в холодильники. Включая старые сорта ржи, приспособленные к нашему климату, хлопчатник и огромный список самых разнообразных культур. Она пообещала выдать точные названия и выделить часть для посадки. Понимаешь, что это значит? Мы не только выживем, но и сможем делать порох. Конечно не прямо завтра, но в перспективе. А то ведь и закрытые цинки вечно не живут. Если я правильно помню максимум лет сорок при герметичном содержании в заводской упаковке патроны не портятся.
  - Мадам Петросова золотая женщина в платиновой упаковке, - сказал без малейшей иронии Трофим. - Ищи срочно ей мужика, чтоб переманить. Не хочешь заняться?
  - Я ваще понимаю, о чем мечтает любой задрот, но ты хоть иногда думай, что говоришь. У нее двое детей померли и муж на днях. Хорошо в истерике регулярно не бьется. А таблетки какие-то пьет. Я даже не хочу выяснять название.
  - Согласен, глупо пошутил. И все-таки идея не так плоха. Ты посмотри, кто с кем-то живет, гораздо легче перенес, как многие говорят, Перезагрузку. Тебя, кстати, благодарить надо за определение.
  Стас пожал плечами. Ничего такого он не планировал и вырвалось тогда случайно. Подхватили без спросу.
  - Даже не обязательно особа противоположного пола рядом. Для детских садов достаточно воспитательницы-мамочки. Появляется необходимость о ком-то заботиться. Это и есть причина жить!
  - Ты меня что ли воспитывать решил, великий психолог? Хватит пока Валеры, раз уж сам заговорил о заботе.
  - Не такая уж дурная идея была с 'племяшами', - удовлетворено заявил Трофим, откидываясь на спинку стула.
  Стасу очень захотелось плюнуть и сдержался исключительно силой воли. Тоже мне великий психиатр. Осталось на кушетку положить и попросить рассказать о детстве и проблемах с родителями. Козел. Демонстративно поднялся, собираясь прощаться. О выполненном задании доложил, а выслушивать глупости не обязан.
  - Судья, - ожила рация. - Судья! Я ОСС. Тьфу. Визит-2.
  Это вызывали Стаса, но почему-то не на ротной волне. Практически все уже обзавелись кличками, превратившимися в позывной. У части сохранились от прежних времен, некоторые успели получить новые. Лично ему прилетела из 'Судьи Дредда'. Сам задержал, вынес приговор и привел в исполнение. Все лучше, чем Псом Атамана. Того, кстати, именовали 'Порядок', при необходимости. 'Хаос' тоже был, в лице Семеныча, которого позывной страшно раздражал. Он его поимел в результате криков про устроенный на вещевом складе хаосе. Там вынесли много и бессистемно. А потом приволокли еще больше, свалив в кучу.
  - Не понял, - озадаченно сказал Трофим. - Это кто?
  - Та самая опытная селекционная станция, - прошипел Стас, невольно задергавшись. - Где я сегодня был и отделение оставил. - Ему крайне не понравился вызов, причем не на общей волне. А что позывные забыла, так бывает. Не привыкла еще.
  - Штаб-два. Слушаю, - сказал, нажимая кнопку Трофим. - Сеида?
  - Да! Я Поздняка вызываю, не отвечает. Приехал?
  - Здесь он. Прямо тут. Слушает.
  В динамике послышался вздох.
  - Может и к лучшему, - сказала, - что оба присутствуете. Второй раз объяснять не придется. Пару часов назад заезжал Малик, как раз Стас отбыл и не пересекся. Специально приехал поговорить. Ну он много чего сказал, про прошлое, родителей вспоминал, каялся на тогдашнее поведение. Я вобщем ничего не поняла. Не ругается и замечательно. А потом как пробило. Он прощение попросил за все, будто помирать собрался. Вызвала Яр, где его пост, он уехал без разрешения и еще двое из уммы с ним. Чё то мне нехорошо на душе. Куда мог податься, ума не приложу, но не нравится мне это! - она почти крикнула. - Он что-то про Астрахань говорил, я не обратила внимание. Да и без конкретики.
  - Спокойно, - сказал Стас, отстраняя начальника. - Куда он денется. Сейчас посты предупредим. Ты правильно сделала. Спасибо.
  Перекрыть город полностью все равно невозможно. Не великая проблема заехать со стороны аэропорта или через другой район. Посты только в Ленинском есть. Да и неизвестно куда подался. Может к казахам в степь, проповедовать. Все ж единоверцы. На самом деле лучший из вариантов. Подальше от общины и очень вероятной будущей конфронтации.
  Через пол часа, занятых переговорами с постами и отдельными разъездными группами, в дверь постучали и внутрь завалился крайне недовольный Валера с судками. Ему надоело ждать начальство в столовой и приволок обед в кабинет. Трофим немедленно погнал того за своей порцией, окончательно превратив физиономию 'племяша' в кислую харю.
  - Ты б завел собственного вестового, - вмешался Стас. - В конце концов, где Лена?
  - Она там, где надо, - прозвучал глубокомысленый ответ, - а от твоего не убудет.
  - ...ей занимаетесь, - произнес уже из-за порога злорадно Валера, поймавший вечно настороженным ухом переговоры по рации. - Это ж Малик.
  - Ну и что? - оба уставились в недоумении.
  - Он же того... свихнулся слегка. А тут такой замечательный случай. Пошел джихад делать.
  - В смысле? - не понял Стас.
  - Ну этого... Для него ж нож острый признать, что Пророк не последний был. По их вере все уже сказано. Ну что непонятного? Второе воплощение грохнет.
  - О, ...! - бухнул Трофим, - как же я сразу не допер!
  Ну да, подумал Стас. Я, не мы. Это он себя возвеличивает или напротив решил взять вину на себя? Вот где психолог необходим.
  - Обращайтесь, если чё, - нагло заявил Валера.
  - Всем! Всем! - торопливо заговорил атаман в микрофон, - Общая тревога! Кто в Астрахани, кроме постов, бросили все дела и пулей на точку сбора. Спящих поднять, оружие к бою!
  Жутко ахнуло, жалобно зазвенели стекла. Все невольно замолчали, включая гавкнувших собак, обернувшись на звук.
  Оказывается доблестный борец за веру не просто пострелять решил, подумал Стас. Даже ругаться слов не было. Такую подляну выкинул. Еще и взрывчаткой в немалом количестве разжился. Интересно где. На базе должны были заметить, если б со склада упер. Хотя, по нынешним временам найти удобрение с соляркой... Пропорции не вспомнить, но если очень надо найти в справочнике не особо тяжко. Или тола где надыбали? Детонатор тоже не проблема.
  Блин, что теперь будет... Если Пророк уцелел, претензии к приезжим. До сих пор имел место вооруженный нейтралитет, а тут начнется всерьез. Такого никто не спустит. Или нет? Как доказать, что он из наших? Одежда, машина. Кто-то мог видеть прежде. Куча разных версий и ноль доказательств. И без нас могли подсуетиться. Манера точно не здешняя и в очень определенном направлении посмотрят. А за рекой крепкая банда мусульман собралась. Там кто угодно есть. И к себе не пускают, сразу огонь открывают. Ничего удивительного после разрушения новой сектой Белой мечети и второй по соседству. В том районе чужим верующим места теперь не имелось. По любому атаман прав, подготовиться к любому развитию событий надо. И лучше заранее.
  - Не хило рвануло, - поделился так и не ушедший Валера.
  На рации замигала лампочка. Трофим нажал кнопку.
  - У собора взрыв, - доложил голос наблюдателя.
  На высотке в чужом квартале постоянно торчало двое. Сменялись они в темное время и уходили окольной дорогой, чтоб не засекли. В хороший бинокль достаточно видно. Собор у них вроде штаба, рыжий чудотворец там постоянно сидит. Любые передвижения начнутся оттуда. Ночью бесполезно смотреть, хотя в темноте фары видны даже с этого берега, но можно ведь и пешком. Потому усиливали посты на земле и мостах, но днем постоянно на крыше торчал человек.
  - Прямо на грузовике въехал в врата, когда народ шел на молебен. Дофига народу скосило.
  - А вот это плохо, - огорчено произнес Валера вслух. - Лучше бы внутри подорвался. Таким образом от главного то не избавишься.
  - Опоздали! - рыкнул Трофим, вставая. - Ты, рядовой, ведь умеешь обращаться с прибором, - постучал по рации.
  - Умеет, - подтвердил Стас.
  - За что? - вскричал пацан, догадавшийся к чему идет.
  - Сидеть здесь! - скомандовал Стас и команду эхом повторил Трофим. Псы недовольно заскулили. Им категорически не нравилось оставаться без хозяев.
  Грохнуло еще раз, заметно тише, причем звук был странный. Стас бы не сумел объяснить в чем неправильность, однако что-то ему не понравилось.
  - Санька! - заорал Трофим наблюдателю, позабыв правильное обращение и позывной.
  - Там пыль столбом, - ответил тот, - ничего толком не рассмотреть. Народ набежал помогать пострадавшим, тут еще раз и взорвалось. И по-моему, даже дважды.
  Стас сам себе кивнул. Кажется это и уловило ухо. Сдвоенность.
  - А кто, что...
  - Сидеть здесь! - приказал Трофим. - Слушать и передавать! Пошли Поздняк!
  
  На мосту охраны не было. Точнее она демонстративно и прежде отсутствовала. Желающие могли приобщиться к Новой Благой Вести свободно. При этом Перовский, заведовавший вооруженными силами университета, в первый же день, показал пару скрытых постов с той стороны реки. Кто бы не занимался безопасностью, Винт или лично рыжий, совсем уж доверчивыми они не были. Поэтому, когда засвистели пули к этому были готовы. Собственно ничего удивительного. Наверняка колонна чужаков смотрелась вторжением, а после взрывов связать одно с другим напрашивалось.
  Стасу все это очень не нравилось, но на срочном совещании союзников было решено ловить подходящий случай, тем более два примчавшихся порознь то ли агента университетских, то ли решивших сменить банду определенно утверждали - Мессия оказался не бессмертным. Самоубийцы умудрились его завалить. Те еще хитрецы оказались. Один разнес вход в собор и множество народа при этом пострадало. Когда люди сбежались помогать раненым рыжий тоже вышел. Тут и подключились дополнительные террористы. Один высадил чуть не с десяти метров магазин в него, а потом взорвался. Второй тоже попытался, но близко подойти не смог.
   Грузовик, с установленной на турели сдвоенной зенитной пушкой остановился и открыл огонь. Точность попаданий в первые секунды явно желала лучшего. Летели во все стороны куски облицовки здания, штукатурки, куски бетона от балконов и звенели вылетающие стекла, осыпая осколками тротуар внизу. Но свинцовая полоса достаточно быстро дошла до огневой точки. Пулемет мгновенно замолк. Конечно стрелки могли удрать, попрыгав на лестницу прямо с началом обстрела, но 23мм снаряды дырявили стены и уцелеть почти невозможно.
  Установка замолчала и в полной тишине стали слышны работающие двигатели машин. Дом зиял выбитыми окнами, висящими на арматуре кусками балконов и множеством следов на стенах. Если в нем и имелся некто живой, он сейчас лежал, вжимаясь в пол и молясь чтоб пронесло.
  - Никогда не думала, - сказал Светка еле слышно, - что это так страшно.
  - Держись за мной, - приказал Стас. Его тоже впечатлило.
  По рации прозвучала команда и двинулись дальше в том же виде. Впереди парочка бронированных грузовиков, чуть сзади имеющие в кузовах пулеметные и артиллерийскую установку и вдоль домов цепочка насторожено смотрящих на пустые окна домов. В любой момент атака могла повториться и никому не хотелось оказаться ее жертвой. То что врага после размолотят в фарш, как-то не сильно утешало. Когда в окне мелькнула тень сразу несколько стволов открыли огонь. Почти все высадили полностью магазины с перепуга. Половина вообще никуда не попала, однако и оставшегося хватило. Вместе с кусками рамы мертвое человеческое тело вывалилось со второго этажа на тротуар. Судя по виду, покойник был давний и вряд ли мог шевелиться. Может занавеска дернулась от ветра, а дальше не меньше дюжины человек готовы были поклясться, что своими глазами видели оружие в руках затаившегося.
  К счастью больше подобных происшествие не случилось. Так и ползли по бакинской улице без столкновений. Изредка попадающиеся навстречу люди моментально исчезали, не пытаясь выяснить цели пришельцев. С серьезными группами вооруженных обычно в Астрахани не связывались и не пытались качать права. Как не удивительно, но много оружия на руках не имелось. Брали в полицейских участках, казармах войск и еще кое-что по мелочи вроде инкассаторов. Наиболее шустрые успели основное количество подгрести под себя. В наступившие времена любые стволы могли означать жизнь и ими обычно не торговали.
  На руках у одиночек можно было увидеть разве охотничьи ружья и неизвестно где взятые пистолеты. Автоматическое практически отсутствовало. Конечно получить заряд картечи в грудь тоже мало приятного, но все с базы имели бронежилеты. Другое дело таскали их из-за веса только на посты и в случае явной опасности. Это был первый реальный опыт военных действий, если не читать налета на город, но там участвовали совсем другие подразделения.
  На площади перед собором творилось нечто жуткое. Вся передняя часть здания была разрушена и среди обломков лежало множество убитых и раненых. Метались немногие растерянные люди, пытающиеся кому-то помочь. Бессмертный Мессия оказался вполне смертным и без него все моментально рухнуло. Ни руководства, ни нормальной медицинской помощи не существовало. Прибывших восприняли с явным облегчением. А когда те принялись помогать, расчищая завалы и извлекая из-под камней пострадавших, перевязывая раненых и вовсе охотно подчинились командам.
   И в итоге, вместо перестрелки с многочисленными жертвами и мечтающим отомстить фанатиками, все превратилось в спасательную экспедицию. Трофим четко оценил положение и вместо лихого захвата принялся всячески оказывать помощь, демонстрируя кто нынче самая большая шишка. Он компетентно раздавал распоряжения, организовав нечто вроде походного госпиталя, а Стас принялся искать рыжего. Найти его среди пострадавших и погибших было достаточно сложно. От некоторых покойников мало что осталось. Тела других порвало жутко.
  Судя по результату Малик со товарищи не просто обвешались взрывчаткой, но и набили груз чем-то вроде гвоздей и шарикоподшипников. При взрыве они разлетелись и наделали кровавых бед. Впрочем, там могла и присутствовать и просто мелкая щебенка. Удар такой тоже крайне неприятен. Фактически та же картечь, только не металлическая. Ко всему еще и полыхнуло, в кузове была не только взрывчатка, но и нечто горючее.
  Из раненых мало кто выживет. Извлекать из десятков людей метал нужна приличного размера бригада хирургов с анестезиологами. Их медицина на сегодня исчерпывалась бывшей медсестрой и ветеринаром. К тому же оба на базе, а не в Астрахани. От остальных проку немного. Перевязку сделают максимум. А оторванные ноги не пришить и прежним профессионалам.
  - Не видели? - хватая первых попавшихся чужаков, требовал.
  Оба показали в сторону разрушенного входа и остатков грузовика, где самое месиво из обломков и кусков человеческих тел. Он присел, изучая подходящий труп. Одежду похоже сорвало и черный, будто спекся, с соответствующим запахом. По горлу пошла кислота и едва сдержал спазм, чтоб не облевать покойника. Не смотря на полученную закалку и виденных, переносимых и постоянно попадающихся многочисленных мертвецов такого он еще не встречал. Правильно было бы сгрести всех ковшом и не морочить себе голову, но надо точно знать. Ни выживший, ни самозванец им без надобности.
  Распрямился, мокрый от пота и невольно мечтая дать в рожу Трофиму. Нашел тоже подходящее поручение, козел. В глубине души сознавал зряшность претензий. Денис остался в опытном хозяйстве, Ильдар Ахметович отправился налаживать связи с очередной бандой малолеток в южной Астрахани и не успел вернуться. В отличие от прибывших с базы раций у здешних не имелось. Электричества, впрочем, вне нескольких мест с генераторами тоже. Он из приехавших единственный видел вблизи здешнего главаря и кого еще послать?
  - Не там смотришь, - сказал женский голос.
  Он обернулся. Еще когда подходил заметил их. На ступеньках неподалеку сидела коротко стриженная темноволосая девушка на вид вполне взрослая и худенький маленький пацан. Он плакал, похоже не стесняясь свидетелей, а она гладила по голове и нечто неслышное шептала. По опыту Стас уже знал, насколько внешность иногда не соответствует возрасту. Были малолетки, ведущие себя по-взрослому и старающиеся быть полезными. Попадались никчемные совершеннолетние, ничего не умеющие и норовящие при первой возможности сачкануть. А еще многие были опасны и не всегда адекватны. Вот и у этих рядом лежали 'кипарисы'.
  - Он там, - показала пальцем. - Под Винтом.
  - Откуда ты знаешь, кого я ищу?
  - Да уж знаю, - сказала серьезно.
  Стас не настаивал, просто пошел куда показала. Опознать крепыша можно было разве по росту и синим пальцам. Все остальное превратилось в смесь грязи, крови, костей. А вот под его останками лежал второй. Не понять, отшвырнуло взрывной волной или бывший уголовник закрыл сознательно своим телом, но верхняя часть спустившегося с небес уцелела. Требовалось лишь очистить ее от останков телохранителя. А вот с нижней была беда. Живот и пах разворотило. Смерть рыжего оказалась достаточно неприятной.
  - Лучше всего, - сказала девушка, когда он отряхиваясь о грязи и пыли вышел назад, - отпилить голову, чтоб никто не сомневался. - Выставьте ее на обозрение.
  - Ты ж из его паствы! - ошарашенный предложением произнес Стас.
  - Что ты понимаешь, - сказала она с тоскливой ноткой. - Что ты видел! Один раз на проповедь заглянул, - парень сообразил, что она его запомнила, сам при всем желании этим похвастаться не мог. А ведь очень даже привлекательная на вид, - и ничего не понял. За глупые фокусы принял его Исцеление, - оно так и прозвучало с большой буквы.
  - А это не так?
  - Мы жили в интернате для слепых на Бабушкина. Не слабо видящие, как очень толерантно писали, а совсем ничего. То есть свет я еще различала, а он, - обняла пацана, - от рождения такой. Все понял? Иди, - приказала ему.
  Тот поднялся уже со спокойной физиономией. Подобрал пистолет-пулемет и целеустремлено зашагал через площадь, не обращая внимания на стонущих и мертвых.
  - А теперь, - сказала она, - мы видим нормально, даже в очках не нуждаемся. И еще два с половиной десятка прежних инвалидов. Тебе не понять, какое счастье превратиться в нормального. Первый день-два без темных очков днем вообще не выйти, а потом все пришло в норму. Мы даже проверяли друг друга по таблице окулиста и этим книгам для водителей, на цветоощущение. Сто процентов. Отслоение сетчатки, больной хрусталик, мертвый нерв от глаукомы, хрен знает, что еще - мы все стали здоровы! - она практически кричала. - Современная медицина на нас всех поставила крест и это не чудо?!!! И когда он пошел дальше, двинулись следом. Нам все равно было куда и зачем, но он Спаситель! Как можно остаться в стороне? Сначала пришли в интернат для детей-сирот, а по-простому брошенных родителями из-за болезней, потом в интернат для глухих, с церебральным параличом. Я даже не подозревала, сколько в Астрахани несчастных детей. И он давал им исцеление.
  - Что-то мне после сказанного недавно намекает что было и но. Гуру делал всех девочек женами?
  - Да не было никакого насилия, - ответила она с досадой. - Ему б и так дала любая, когда он с лично тобой говорил, несло прямо силой и не возникало мысли возражать. Может это и называется харизма. Мог кого угодно на что угодно уговорить. Как раз педофилией не страдал. Пацан еще был. К более взрослым тянуло. Было гораздо хуже, - после длинной паузы произнесла. - Он иногда смотрел на человека и заявлял: этого лечить нельзя. Существо недостойно продолжать жить, оно лишнее на земле. И тому резали глотку. Мы и убивали. Винт уже позже появился. А потом пили кровь убиенных и ели их мясо.
  ...! - мысленно воскликнул Стас, в конец ошеломленный. Вот так прямо и четко. Слухи ходили, но никто из свидетелей не появлялся. Скорее походило на клевету против врага. Лично он в разговоры о принесении в жертву не поверил. Оказывается нет дыма без огня.
  - Вот такое у нас причастие состоялось. Не для всех, - правильно поняв взгляд, объяснила. - Для лучших. Ближайших помощников. Не вода, в вино. Не фокус. Настоящую кровь и плоть человеческую употребляли. Потому что бог в каждом из нас. И это его тело. Посвященный получает силу напрямую через выполнение ритуала. Так должно быть, а церковные аллегории извратили истинный смысл, - она явно повторяла за своим кумиром.
  - И не воротило от этого?
  - С какой стати? Он пришел вторично и ему лучше знать. Мы верили.
  - В Христа или Антихриста?
  - Не мне решать, - сказала после заминки, - кого присылать на землю. Я своими глазами видела, как в него ваш придурок очередь в упор сегодня всадил, прежде чем взорвался, а ни одна пуля не повредила! Человек так может?
  - Но он же погиб!
  - Да. Видимо был у силы предел. И это вроде бы отрицает божественность. Но ведь и первый был распят, - она сухо рассмеялась. - Если я не вижу смысла, вдруг он есть? Божьи пути неисповедимы. А может вы добились окончательной гибели человечества, лишив его надежды.
  Очень хотелось заявить, что не имеет отношения к Малику и его дружкам. Более того, они ничем не отличались по поведению. Тоже за веру людей убивали. Какой смысл. Что сделано, то сделано.
  - Как-то мне не хочется спастись от грехов становясь для того людоедом, - заявил вслух.
  - Вот и я не смогла преодолеть отвращение. Но знаешь, когда не говорят, что кушаешь, никаких позывов на рвоту. Мясо как мясо. Свинину напоминает. Запрет не физический, а моральный. Обычное табу. Не спи ногами на север, не пей молоко после мясного. Ничем не отличается кардинально. Мы хороним мертвецов, потом спокойно едим животных, стрескавших выросшие на земле с человеческим удобрением травы. Полагаю, нет такого места на земле, где не лежали бы кости человеческие после войн и просто помершие. Я не оправдываюсь, - поднимаясь, сказала. - Просто объясняю почему лучше нам вместе не жить. Его любили и неприятности непременно начнутся скоро. Мои парни пока растеряны и сбиты с толку. Бог не может умереть, а раз произошло, что-то не так. И все-таки не стоит ждать примирения, вот так сразу, после этого. Для них враг прямо под носом. Подчинения не выйдет. Вам нужна новая кровь? Мне - нет. Потому я забираю своих и уходим в дельту. И лучше не мешайте. Мне не нужны смерти и первой не начну, людей и так горсть осталась, но второго нападения не спущу. А места теперь для всех хватит.
   - Если снова за свое возьметесь, вряд ли долго пробудем рядом нейтрально.
  - Из посвященных парочка осталась, - уверено сказала, - остальные здесь погибли. Когда побежали помогать пострадавшим. Скотство вы сотворили. Выманить на раненых и снова подорвать. Кто побежал? Лучшие и честные, готовые спасать. И посмей сказать, что мы чем-то хуже вас. Сколько непричастных угробили ради одного неудобного. Он всех подряд никогда не резал.
  Опять возражать не тянуло. Глупо бы прозвучало, примись отрекаться от Малика. Он был их человек и не сумели проконтролировать. Значит и вина, если не на всех, так на начальстве.
  - Идем, - тоном приказа позвала, - пока не сцепились.
  Парня-то она не просто так отправила, дошло до Стаса. Достаточно внушительная группа из нескольких десятков человек собралась в дальнем конце площади. Похоже не он один обратил внимание на них. Цепочка прибывших стояла неподалеку, наблюдая за собранием. И те, и другие, были вооружены.
  - Спокойно! - крикнул заранее, еще не добравшись до своих. - Они уходят. Не мешайте! А я этого нашел! Мертвого.
  - Сказала тебе, - произнесла девушка, задержавшись, - поделись с атаманом. Дальше трепаться не надо. Всем будет лучше. Мы тоже огрызаться умеем, - и ушла с прямой спиной, очень вероятно, ожидая выстрелов сзади.
  Одна команда и бойня начнется снова. Более удобного случая избавиться от них всех скоро не представится. Но ведь кровь обязательно будет с обоих сторон. Те тоже держат пальцы на спуске. А он этого не хотел. Хватит смертей. Убивать придется в будущем, не стоит сомневаться, однако нельзя превращаться в такого Малика. Иначе человечество не выживет.
  - Нашел? - хватая его за плечо, потребовал Трофим. - Где?!
  - Покажу, - ответил Стас, размышляя, почему так и не спросил, как ее зовут. И откуда она догадалась кого ищет.
  
Оценка: 6.19*32  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  К.Болотина "Помощница особого назначения" (Современный любовный роман) | | О.Обская "Люди в белых хламидах или Факультет Ментальной Медицины" (Любовная фантастика) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 3) Смерть" (ЛитРПГ) | | Жасмин "Даже хорошие девочки делают это" (Короткий любовный роман) | | О.Гринберга "Отбор для Темной ведьмы" (Любовные романы) | | Е.Елизарова "Закрытая школа магии" (Любовное фэнтези) | | Д.Мар "Куда улетают драконы" (Приключенческое фэнтези) | | И.Светинская "Королева сильфов" (Приключенческое фэнтези) | | А.Субботина "Сказочник" (Романтическая проза) | | О.Обская "Наследство дьявола, или Купленная любовь" (Приключенческое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Тирра.Невеста на удачу,или Попаданка против!" И.Котова "Королевская кровь.Темное наследие" А.Дорн "Институт моих кошмаров.Никаких демонов" В.Алферов "Царь без царства" А.Кейн "Хроники вечной жизни.Проклятый дар" Э.Бланк "Карнавал желаний"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"