Звездная Елена: другие произведения.

Академия проклятий. Урок первый: Не проклинай своего директора

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 6.46*662  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Никогда не проклинайте собственного директора проклятием неизвестного вам свойства, да и еще и десятого уровня! Никогда! Особенно - если вы простая адептка Академии проклятий, а он самый могущественный лорд Темной империи! Ведь совершив подобную глупость, вы можете запустить целую цепь странных событий... К примеру, проклятый вами лорд Риан Тьер внезапно начнет вас преследовать, оказывая недвусмысленные знаки внимания, смертельные проклятия одно за другим как из рога изобилия посыплются на несчастных жителей Ардама, а в Приграничье объявится серийный убийца, выбирающий в жертвы девушек, так похожих на вас. И если от убийцы теоретически сбежать можно, то шансов уйти от магистра Тьера - ни единого! Ведь темные лорды всегда добиваются своего... ЭКСМО Тираж 10 тыс. Купить книгу

  Академия Проклятий
  
   - Адептка Риате, - чуть вибрирующий голос главы нашего учебного заведения, заставлял содрогаться что-то глубоко внутри, и от этого невольно прислушиваешься к каждому его слову, - вы провалили сессию. Вы не сдали четыре... нет, пять профилирующих предметов.
  Магистр темной магии лорд Риан Тьер направил на меня пристальный взгляд черных как само темное искусство глаз. Нервно сглотнула под этим проницательным взглядом. Прежний директор Ллирус Энер был значительно более лоялен к подобным промахам у работающих студиозов, и обычно мы все наверстывали после сессии, бегая и досдавая уже без группы. Но с первым зимним днем все изменилось - срочный сбор всех адептов, долгое стояние в общем зале, и нервное зачитывание профессором Нирас указа его Темнейшества, о назначении нового директора Академии Проклятий. Вот так в нашем унылом заведении появился высокий, темноволосый и крайне требовательный лорд Тьер. За неделю были уволены все профессора, пойманные за принятие взяток. Еще через неделю началась аттестация всех адептов... стоит ли говорить, что наши ряды стремительно редели?!
   - Почему вы молчите? - требовательно поинтересовался магистр.- Вам нечего мне сказать?
  Нервно сглотнув, честно ответила:
  - Нет...
  Магистр сцепил длинные сильные пальцы... То, что пальцы, как и руки, очень сильные мы все точно знали - каждое утро на рассвете и до того момента, как солнце отрывалось от горизонта, лорд Тьер изволили упражняться в фехтовании. Стоит ли говорить, что с тех самых пор как молодой полуобнаженный мужчина танцевал со сталью по утрам, вся женская половина Академии Проклятий начала вставать с восходом солнца, и жадно торчала у окон, из-за занавесок подглядывая за первым мечом империи. Да по нему сохла даже наша престарелая кастелянша.
  - Адептка Риате, - голос магистра вынудил вздрогнуть, - вы осознаете, что вас отчислят?
  Осознание было болезненным - мне диплом академии нужен как воздух! Ибо даже помыслить о том, чтобы вернуться домой без диплома, я попросту не могу! Потому как меня дома не то чтобы не поймут... меня на порог не пустят, в буквальном смысле.
  - Господин директор, - мой голос дрогнул, однако усмирив гордость, я подняла глаза, бросила умоляющий взгляд на лорда Тьера и откровенно взмолилась. - Прошу вас, дайте мне еще один шанс... я все сдам!
  Магистр усмехнулся, чуть подался вперед и проникновенно спросил:
  - Когда? Двенадцать предметов, адептка! А до окончания сессии три дня! Так когда вы собираетесь все сдать?!
  В груди что-то сжалось, в носу защипало... кажется я сейчас просто начну позорно реветь.
  - Прекратите немедленно! - отрезал директор. - Об отчислении следовало думать ранее! Когда вы пропускали занятия и не являлись на экзамены! А сейчас ваше раскаяние, как и слезы совершенно бессмысленны.
  И вот тогда я действительно заплакала. Безмолвно и старательно пытаясь взять себя в руки, а слезы почему-то все текли и текли.
  - Я сказал - прекратите! - в голосе директора отчетливо послышалось раздражение. - В конце концов, это исключительно ваша вина!
  Я всхлипнула и кивнула, опустив голову ниже, чтобы он не видел мои слезы - стыдно было и остановиться никак.
  - Адептка Риате, ну что же вы! - передо мной в воздухе материализовался платок, тут же схватила, постаралась вытереть слезы.
  Директор некоторое время молчал, позволяя мне справиться с собственными чувствами, затем спокойно произнес:
  - Я надеюсь, вы понимаете, что при всем моем желании оставить вас на курсе я не представляю это возможным, адептка.
  Я понимала... кивнула, начала старательно вытирать вновь полившиеся ручьем слезы.
  - Прекратите, пожалуйста, - печально потребовал магистр. - Знаете, я никогда не подозревал, что в Академии проклятий все зашло настолько далеко. Поверьте, тот факт, что адепты третьего курса не могут внятно произнести ни единого проклятья пятого уровня, меня крайне удручает!
  Я снова кивнула. Потом замерла, вскинула голову и дрожащим от надежды голосом произнесла:
  - А я могу! Могу я...
  Черные глаза чуть сузились и магистр раздраженно прервал меня:
  - Конечно, вы можете! Вы же на четвертом курсе!
  Забыла совсем... Вновь опустив голову, опять вытираю глаза... Почему все это происходит со мной... Ну почему? За что мне все это?! А потом вдруг вспомнила:
  - Зато я знаю проклятия шестого уровня, и даже одно десятого! Вот!
  И снова залилась слезами, под ироничным взглядом магистра Тьера. Хотя, по сути, я не солгала - проклятие десятого уровня, одно-единственное я знала... правда узнала я его совсем не на лекциях. Все дело в том, что в связи с тяжелым финансовым положением мне приходилось работать в таверне в городе. Работа была тяжелая, сложная и малоприятная, но достаточно хорошо оплачиваемая. И нередко приходилось обслуживать наших же совершенно пьяных профессоров, а то и выслушивать их пьяный бред. Вот однажды, профессор Швер, пьяно хихикая взялся учить меня проклятию десятого уровня. Вообще это запрещено, и подобное изучают только аспиранты, но... меня научили.
  - И что же это за проклятие? - скучающе поинтересовался магистр Тьер. - Было бы любопытно услышать.
  Судя по его тону он мне абсолютно не верил, с другой стороны мог бы сразу отчислить, и без вызова в кабинет, уведомив высочайшим письмом, как и всех остальных. Но магистр все же нашел для меня время и вот он плачевный итог.
  - Ну же, - на красивых губах мелькнула усмешка, - лично мне было бы крайне любопытно сие услышать. И может быть, если вы действительно владеете хоть одним проклятием десятого уровня, я дам вам шанс остаться в академии. Ну же?
  Я ушам своим не поверила! То есть я могу остаться! То есть не будет отчисления, не будет позорного возвращения домой и я смогу учиться дальше!
  И подскочив от радости, я стремительно вытерла слезы, лучезарно улыбнулась и выпалила на одном дыхании:
  - Анноэ гете гархаэ томиэс лае такэане!
  Неожиданно мне вдруг показалось, что в помещении сверкнула молния! Но я как-то не обратила на это внимание, потому что глаза у лорда Тьера вдруг стремительно увеличились в размере, а сам он подался вперед, вытянув руку и словно пытаясь меня остановить...
  Ничего подобного! Я собиралась показать ему все, на что способна и вкладывая силу в каждое слово, произнесла фразу до конца:
  - Гьете лумиа нгесе!
  В следующую секунду над нами грянул гром!
  Для начала я завизжала, потом стремительно опустилась на пол и накрыла голову руками, потому как гремело так, словно небо раскололось. А потом стало тихо... как-то совсем тихо.
  Некоторое время я оставалась сидеть на полу, потом рискнула убрать руки, испуганно огляделась... все тот же кабинет директора, все так же тихо. И вот тогда я осторожно поднялась и... и натолкнулась на полный ненависти взгляд все еще сидящего за столом магистра Тьера. И какой это был взгляд! Да пожалуй, гром напугал меня значительно меньше, чем это...
  - Сядьте! - неожиданно резко скомандовал магистр.
  Я села.
  - На стул, адептка!
  Ойкнув, поднялась с пола, с трудом опустилась обратно на стул, испуганно глядя на взбешенного лорда. Сам Тьер явно едва сдерживался, потому как весь побелел, желваки ходуном ходили, а руки он сцепил так, что костяшки побелели.
  - У меня к вам всего три вопроса, адептка Риате!
  Я испуганно сжалась.
  - Вопрос первый - Дойдя до четвертого курса, вы уяснили себе тот факт, что в момент произнесения проклятия, оно ложиться конкретно на того человека, на которого был направлен ваш взгляд?!
  - Ой, - испуганно выдала я, - это я на вас?..
  - Потрясающе! - прошипел магистр. - Вы, наконец, это поняли! Вопрос второй - вы в курсе, что проклятия десятого уровня снять практически невозможно?!
  - Ой, мама... - уже простонала я.
  У магистра заметно щека дернулась. А затем, чуть подавшись вперед, лорд Тьер, прошипел:
  - И последний вопрос - Вы сами знаете, какое именно проклятие только что на меня наслали?!
  Я вздрогнула, потом и вовсе задрожала, потому, как проклятию меня научили, а чего это вообще такое профессор Швер так и не сказал, уснув мордой в салате!
  - Ну?! - взревел взбешенный директор.
  - Не... не... не знаю, - простонала я.
  Теперь у него не только щека, у него еще и глаз задергался, а в следующую секунду кабинет потряс вопль:
  - ВОН!
  Выбегая из кабинета директора я запнулась об ковер, чуть не упала, но совершив немыслимый рывок удержалась, балансируя, и рванула дальше. Через мгновение я уже была за дверью, с трудом пытаясь восстановить дыхание и гладя округлившимися, обалдевшими глазами на изумленного секретаря нашего директора, почтенную леди Митас.
  - Что случилось?- шепотом спросила почтенная.
  - Нннне знаю, - заикаясь, ответила я.
  - Отчислил?
  - Не знаю! - по щекам опять слезы.- Не знаю я...
   И вытирая слезы, я поплелась прочь.
  Когда шла по коридорам, отовсюду ловила сочувствующие взгляды, и едва добралась до комнаты, проревела часа два без остановки. А потом, отревевшись себе на здоровье, встала подошла к окну, посмотрела на стадион для занятий и замерла - магистр Тьер был там! Да что там был - директор, в рубашке нараспашку, коротким мечом кромсал столб!
  
    [Елизавета Метлинова ]
  
  
   Я смотрела на это дело в каком-то странном оцепенении ровно до тех пор, пока очередным стремительным ударом, лорд Тьер не срубил махину, которую я с трудом могла обхватить руками. Но он ее не просто срубил, разгоряченный директор поверженный столб еще и ногами попинал. Потом взметнулось адово пламя и магистр исчез...
  А наутро был обнародован указ директора: 'Увеличить срок зимней сессии на двенадцать дней'. И половина адептов, вознеся молитвы темной богине, стремительно засели за учебники.
  Подобного воодушевления Академия Проклятий еще не ведала. Казалось, даже пространство над академией гудело от освобожденной энергии, а воздух звенел от проклятий, готовых сорваться с уст адептов. И впервые с момента моего здесь обучения, библиотеки опустели в буквальном смысле - даже завалящего учебника по бытовым проклятиям достать не представлялось возможным. Адепты зубрили, адепты страдали, и адепты сдавали все хвосты.
  К концу сессии Хвостатый список содержал всего три фамилии и о достижение - моей там не было! Я сдала все! Абсолютно! Даже зачет с прошлого года, на который забила, и то сдала!
  - Дэя, - окликнула меня Ян, - ты чего застыла?
  Ян - моя соседка по комнате. В отличие от меня у нее далеко не бедная семья и работать Тимянне не приходилось, потому и успеваемость на порядок моей выше. А чему удивляться - она вечером делала домашние задания, я от заката и до рассвета мыла посуду, разносила заказы да выслушивала пьяных клиентов, ибо, как говорит владелец нашей таверны 'Зуб дракона' - клиент твоя папа, мама, бабушка и дух-хранитель семьи, а потому люби и почитай клиента.
  - Дэя, - нетерпеливо воззвала Тимянна, - ну чего ты там?
  Пожав плечами, стою и глупо улыбаясь, смотрю на Хвостатый список - моей фамилии там нет впервые за все четыре года обучения. Приятно, однако. Даже гордость за себя появилась...
  Неожиданно замечаю, что вечно всем недовольная Ян стремительно кланяется, да и в холле стало значительно тише, а так тихо бывает только в присутствии...
  - Добрый вечер, адептка Риате, - прозвучал низкий, мужественный баритон директора Тьера.
  Проклятое проклятие десятого уровня! В перерывах между подготовкой к экзаменам, я пыталась отыскать его по справочнику аспиранта, выпросив последний у библиотекаря за два бесплатных ужина в 'Зубе дракона', но ничего не нашла! И вот теперь директор... что я ему скажу...
  - Добрый вечер, магистр Тьер, - вот что я ему сказала, склоняясь, но и выпрямившись, не отрывала взгляда от пола.
  - Рад, что вы оправдали мое доверие и сдали все... с седьмого раза, - продолжил беседу лорд Тьер.
  Какая осведомленность... ну и что, что Смертельные проклятья я сдала только на седьмой заход, но сдала же!
  - Главное - результат, - решила я выдать хоть одну умную мысль, и почему-то втянула голову в плечи.
  Звук стремительно удаляющихся шагов, затем дверь ка-а-ак хлопнет.
  Из холла адепты разбегались как тараканы на свету - ну боялись мы нового директора. Очень боялись. Даже если не учитывать тот факт, что он наш директор, то одна лишь принадлежность лорда Тьера к ордену Бессмертных уже веский повод его, по меньшей мере, опасаться. Добавить к этому звание Первого меча империи, образование по специальности Темное Искусство, второе образование в университете Искусство Смерти и станет ясно, почему даже на ежедневные тренировки красивого мускулистого мужчины все дамы нашего учебного заведения взирали скрывшись за занавесочками, чтобы ни дай темная богиня он не увидел.
  В общем, спустя несколько мгновений в холле было пусто. Правда некоторое время на лестнице и у дверей в столовую имела место быть давка, но мы с Тимянной прорвались сквозь мрачную толпу адептов, и вскоре уже бросали сумки на узкие кровати в нашей комнате.
  - Ух, пронесло, - Тимянна села, согнувшись, потянулась к шнуркам на ботинках, - а я думала, он тебя отчислит.
  Я тоже так думала, но промолчала. А потом подошла к окну... и там и застыла. Магистр Тьер вновь сменил время тренировки и в данный конкретный момент, кромсал двумя огненными мечами многострадальный столб, едва-едва установленный на прежнее место. В быстро сгущающихся сумерках зрелище полуобнаженного мужчины в отсветах алого пламени мечей и вовсе было завораживающим...
  - Безупречно-прекрасен, волнительно-притягателен, пленительно-опасен... - Тимянна словно озвучила мои мысли.
  Мы разом судорожно выдохнули и продолжили подглядывать за танцующим с мечами магистром.
  - У меня сердце бьется втрое чаще, когда я на него смотрю, - вновь зашептала моя соседка по комнате.
  - У меня оно бьется раз в десять быстрее, когда Тьер на меня смотрит, - прошептала в ответ я.
   И тут произошло невероятное - магистр стремительно развернулся и взгляд был четко направлен на окна женского общежития!
  В ту же секунду мы с Тимянной отпрянули от окон, по пути снеся столик, обронив вазу, и врезавшись в шкаф. И шум, несомненно, был бы внушительный, но что-то гремело в комнате справа, а в комнате слева слышался звон разбитого стекла и вообще сразу ясно, что смотрели все и разом, и от окон смывались тоже разом.
  А потом так же одновременно, опустив глаза и стараясь не встречаться взглядами (ибо стыдно), мы дружно выносили мусор из комнат, черепки там, осколки, а тучная леди Вайрис и обломки стола со шкафчиком... Не повезло несчастной хлипкой казенной мебели...
  ***
  
  Холодный ветер ударил в лицо мелкой изморозью, хлопьями заледеневшего снега, промозглой сыростью зимней оттепели. Я поежилась, сильнее завязала тесемки плаща, потуже замотала шарф и пронизываемая ветром во всех местах кроме ног, обутых в сапоги и шеи замотанной в плащ, двинулась по темным улицам погружающегося в ночь города.
  Под ногами чавкали лужи и подтаявший грязный снег, под стенами домов дрожа на ветру пробегали собаки, крысы, реже кошки. Котов у нас мало осталось почему-то, а крысы и собаки зиму переносили хорошо.
  Неожиданно впереди показались тролли. Шумная, крикливая толпа хохочущих вихрастых громил, пьяно-пошатываясь пересекала улицу то вдоль, то поперек, но при этом как-то умудрялись все же продвигаться вперед. Зато теперь ясно, почему так пустынно на улице - тролли это прорва проблем для каждого встречного, а пьяные тролли - одна большая и сплошная проблема для каждого встречного. И потому я опасливо свернула в один из темных переулков, надеясь, что плосконосые пройдут мимо, и этими самыми носами меня не учуют.
  Едва вошла в проулок, тут же натолкнулась на горбатого карлика, и уже собиралась извиниться, как услышала:
  - Дэйка, чего опаздываешь?
  - Ой, простите, мастер старший гном Гровас, не узнала вас,- постаралась исправить оплошность я, ибо мне поздороваться первой следовало.
  Гном разогнулся, и стало ясно что никакой это не горб, а наоборот мешок, который старый прохиндей прятал под плащом, от того горбатым и казался.
  - Чего стала? - буркнул мастер Гровас. - Поторапливайся, не трать время хозяина даром!
  Это потому что они с мастером Бурдусом друзья, а вот если бы опять чего не поделили, Гровас завел бы со мной пространную беседу по поводу погоды, радостно про себя в процессе оной подсчитывая, на какую сумму нанес урон соседу.
  Кивнув мастеру, я торопливо направилась в таверну, петляя по задворкам и прислушиваясь к представлению на главной дороге, которое щедро дарили всем вольным или невольным зрителям тролли. Где-то что-то громыхнуло, потом послышался звон стекла, в отдалении завыла собака, потом послышались нарастающие голоса, предшествующие выяснению отношений кулаком и мечом. Радовало меня только одно - по утрам, когда я возвращалась в академию, все скандалисты уже успокаивались, пьяницы спали, драчуны попадали за решетку.
  Подойдя к таверне 'Зуб дракона', я привычно шагнула к неприметной двери в стене, торопливо открыла и прошмыгнула внутрь. Тепло, ароматы жаркого, пряный запах свежей выпечки, заставляющий втягивать воздух аромат трав, и радостный оскал Тоби - нашего повара.
  - Здорова, немочь книжная, - завопил он. - Сдала?
  - Сдала, - радостно ответила я, на ходу раздеваясь.
  Сапоги, плащ, шарф и платье я торопливо стянула в коморке, тут же висело другое, свежевыстиранное и выглаженное платье горчичного цвета, а так же белоснежный воротничок, манжетики, фартук и косынка. Переодевалась я быстро, уже привычно и вскоре, всунув ноги в удобные туфли, я вновь входила в кухню.
  - Сядь, поешь, - скомандовал Тоби, - народу много, Сэл не справляется, так что до утра не присядешь.
  Я села, деревянный стол, и так чистый, тут же был протерт тряпкой, затем передо мной поставили тарелку с похлебкой из ножек кабана, ломоть еще горячего хлеба, который Тоби сноровисто посыпал тертым сыром, и кружку теплого молока с корицей и зверь травой, это чтобы бодрая до утра была.
  - Ешь, ешь, - Тоби ласково по щеке погладил, - и так тощая, а теперь совсем вурдалак вурдалаком.
  Наваристая похлебка оказалась чуть солоноватой, насыщенной и безумно вкусной. Варил ее Тоби по определенному рецепту, да и мясо отбирал сам. И потому по утрам мы часто шли до академии вместе - я поспать пару часов и на лекции, он у мрачных стен нашего учебного заведения сворачивал вправо и шел на рынок выбирать продукты. В зависимости от того, что купит, и строилось меню нашей таверны. Найдет хорошую рыбу - будет рыбный суп, подкопченная рыбка, кукурузная каша, запеченная в тесте рыбка и конечно котлетки, рыбные. Отберет говядину - гуляш, наваристые супы, мясная вырезка, котлеты да паштеты на разный вкус. Но я любила, когда Тоби готовил птицу или кабана и даже не знаю что больше. Из ножек кабана похлебка получалась чуть мутноватая, с капельками прозрачного жира на поверхности и ароматом черного перца и лука, и если ее оставить и дать остыть, похлебка становилась как желе и нарезалась тогда порционными кубиками. Эту похлебку я любила в обоих вариантах. А из курятины Тоби варил свой знаменитый Золотой бульон. Мне нравилось украшать тарелки с золотистым отваром, кусочками светлой курятины и кружочками овощей, еще и листиками зелени - красиво получалось, а уж на вкус... Да, в столовой нашей академии так не кормили.
  - Дэя, о чем пригорюнилась? - Тоби подошел, поставил передо мной тарелку с маленьким оладушком, сверху осторожно положил немного черничного варенья. - Зацени новое блюдо.
  Осторожно отламываю ложечкой кусочек оладушки, зачерпываю варенья, пробую. Неожиданно сладкий творожный вкус там, где я предположила обычное блинное тесто, и кислинка варенья, в котором кроме черники еще и малина ощущалась.
  - Сырники, - весело сознался Тоби, - ну как тебе?
  - Потрясающе, - созналась я, уплетая оставшееся. - Очень вкусно.
  - У племяшки день рождения скоро, вот, хочу сделать что-то особенное.
  - Торт со сливками, - предложила я, потянувшись к молоку и булочке. - Можно с замороженной малиной, помнишь, ты там для жены градоначальника делал.
  - Да помню, - Тоби вернулся к плите, - но хочется то чего особенного, для племяшки же.
  Племянница для нашего повара была человеком особенным - дочь его погибшей сестры, единственная внучка престарелых родителей, да и сам он к Сине относился скорее как к дочери, чем к племяннице. Баловал безмерно, но там такое очаровательное кудряво-черноглазое создание, что ее все балуют. А дядя он просто в этом лидирует.
  - Дэя! - громогласный вопль мастера Бурдуса едва не заставил подавиться.
  Подскочив, я торопливо сдвинула остатки ужина в сторону и накрыла салфеткой, потом доем, на бегу уже. Ну а кружка молока это мне на всю ночь, чтобы не бродила здесь сонной мухой.
  Распахнув неприметную дверцу для работников, я вошла в таверну. Дух спиртом пропитанный, запах пота, еды, шум разговоров, едва слышная мелодия подуставшего флейтиста, нервная Сэл со сбившимся чепцом, квадратные деревянные столы, простые, но крепкие скамьи, чадящие факелы и толпа пьяных троллей, вламывающаяся в двери!
  - Не к добру это, - мэтр Бурдус, стоящий за стойкой в шаге от меня, заметно пригорюнился, осматривая свой обеденный зал. - Ой не к добру...
  Тролли конечно народ вспыльчивый, но честный - за разрушения они потом как протрезвеют, сполна заплатят. Но кто заплатит за клиентов, которые уйдут, как только драка начнется или не придут, увидев что тут творится.
  Я тоже грустно вздохнула, понимая, что именно мне потом придется остаться и помогать Сэл с уборкой. Да и пережить все это еще предстоит.
  - Дэйка, а ступай ка ты пока в дальний конец зала, там как раз новый клиент подошел, а к этим не суйся, Сэл у нас наполовину тролль ей и разбираться.
  Я кивнула, подхватила свиток для заказа и поторопилась в дальний конец зала, привычно выискивая взглядом новенького. Отыскать было не сложно - темная фигура замотанная не только в плащ, но еще и скрывшая лицо под непроницаемой маской из темного тумана сидела перед пустым столом. А если с маской, значит это маг, причем не слабый, такие иной раз сюда забредали по делам государственной важности, в смысле разыскивая беглых, либо в командировку для ревизий. Этот явно из боевых магов - плечи широкие, да и разворот такой внушительный, а большего под плащом видно не было.
  Я торопливо подошла, поклонилась и завела привычную беседу:
  - Темного вечера вам, уважаемый господин. Что будете заказывать?
  Маг медленно поднял голову, уставившись на меня непроницаемой маской. И почему-то его правая рука, до моего приближения просто лежащая на столе и нервно барабанившая пальцами, неожиданно напряглась. Затем сжалась в кулак, а после я услышала:
  - Пусть меня обслужит... другая!
  Неприятная ситуация. Я посмотрела на Сэл, та как раз пыталась принять заказ у троллей, то есть позову ее сюда, придется заниматься троллями. Но слово клиента - закон, а уж мага тем более.
  - Хорошо, господин, - снова чуть поклонившись, я отправилась за Сэл.
  Обидно немного было, но мало ли, вдруг у господина свои какие-то предрассудки или... ну да, обидно. И пока я шла через весь зал к Сэл, становилось все обиднее, в итоге к троллям я подошла злая. А там было шумно, несло перегаром и самый здоровенный из плосконосых, с серьгами в левом ухе и левой же ноздре, пытался нашу подавальшицу еще и облапать.
  - Сэл, - я подошла в момент, когда вспыльчивая полутроллиха собиралась дать чистокровному троллю в наглую харю, а это значит, ее довели уже. - Сэл, иди, там... тебя требуют.
  Полукровка ловко вывернулась из лап застывшего при моем появлении тролля, удивленно на меня посмотрела. Я махнула в сторону зарвавшегося клиента, повернулась к троллям, лучезарно улыбнулась, демонстрируя профессионализм, и вежливо вопросила, держа свиток и карандаш наготове:
  - Чего желают уважаемые господа?
  Судя по пьяным, покрасневшим глазкам, клиенты желали продолжения веселья, причем за чужой счет.
  - Вино, брага, сливовица, - начала я перечислять, ожидая от них энтузиазма.
  - Девица, - вдруг басовито продолжил тот самый задиристый тролль.
  Я улыбнулась шире и максимально вежливо ответила:
  - Прошу прощения, человечина в меню не входит.
  Сказала и тут же обругала себя за грубость - не стоило оно того. Да и тролли мстительные, с них станется подкараулить потом.
  - Зато у нас есть потрясающая мясная похлебка, - постаралась исправиться.
  Тролли разом поднялись. Я нервно сглотнула, бросила испуганный взгляд на предводителя, но тот почему-то поверх моей головы смотрел, на кого-то позади.
  - Обслужите меня, - прозвучал низкий чуть вибрирующий голос за моей спиной.
  Стремительно обернувшись, я уткнулась носом в черные пуговицы на камзоле нашего таинственного гостя, а запрокинув голову увидела всю ту же подернутую мглой непроницаемую маску.
  - Да, - говорю, - конечно. Обождите минутку, я приму заказ у господ троллей и...
  - Они уходят, - неожиданно произнес странный маг.
  - Но... - я повернулась обратно к подвыпившей компании и сильно удивилась, увидев, что они действительно уходят, все... один только тот черный и вихрастый с кольцами в носу и ухе, внимательно смотрит на меня.
  Но и он вскоре развернулся и молча ушел.
  И едва за ними закрылась дверь, таинственный посетитель развернулся и ушел на свое место. Его сопровождали удивленными взглядами и потрясенным молчанием - просто троллей маской не обманешь, и если они вот так развернулись и ушли, значит, против этого противника у них не было и шанса.
  Ну тут уж мэтр Бурдус и кланяясь гостю заверил, что ужин непременно за счет заведения и даже если господин захочет, то...
  - Пусть у меня примут заказ, - усталый, чуть приглушенный маской голос и даже наш говорливый хозяин таверны мгновенно сник.
  Мы с Сэл немного попереглядывались на тему кто пойдет принимать заказ, в итоге пришлось мне. Вновь подойдя к столику, отработанным движением взяла свиток, карандаш и произнесла:
  - Темного вечера вам, уважаемый господин. Что будете заказывать?
  Незнакомец, уже успевший снять плащ, молча стянул перчатки, и я невольно засмотрелась на его правую ладонь, а точнее на кольцо зачерненного серебра изображающее драконий череп, причем глаза у этого черепа светились красным. И тут мне был задан вопрос:
  - Вы зачем к троллям потащились?
  Удивленно моргнув, смотрю на непроницаемо-черную маску и невольно пожав плечами, едва слышно ответила:
  - Так вы же другую подавальщицу потребовали, а другая Сэл, вот мне и пришлось подменить ее там, чтобы она здесь и...
  - Хватит, - отрезал маг, - но на будущее - тролли не та компания, к которой следует приближаться молодой и красивой девушке.
  В следующее мгновение на моих губах невольно появилась смущенная улыбка, а щеки явно порозовели. Просто не ожидала я как-то, что меня красивой назовут, приятно.
  - Что будете заказывать? - уже значительно теплее и добрее поинтересовалась я.
  - На ваш выбор, - устало ответил незнакомец, почему-то стремительно от меня отворачиваясь и опять сжимая руки в кулаки.
  Но уже ничего не могло испортить моего настроения и счастливая от комплимента я, упорхнула на кухню. На поднос все собирала что называется - с любовью, даже украсила зеленью творожную кашку, что шла в дополнение к похлебке, и вскоре уже выкладывала все перед клиентом.
  - Приятного аппетита, - пожелала завершив, и ушла, не дождавшись ответа.
  Вечер да и ночь прошли на удивление спокойно. Народ надолго не задерживался, почему-то, пили в меру, никто не скандалил, музыкант впервые за много дней играл и его даже слушали, а еще этот самый таинственный клиент в отличие от всех остальных засиделся почти до рассвета.
  А потом случилось то, ради чего я и устроилась именно в 'Зуб дракона' три года назад... Всегда чувствую его приход, так и сейчас... Быстрые шаги, дверь распахнулась, Шейд влетел в таверну. Быстрый, стремительный и опасный как плеть палача, промчался мимо меня, снимая на ходу перчатки и плащ, подошел к стойке, произнес обычную фразу:
  - Здоров, Бурдус. Мне как обычно и зверьтравы в сливовицу.
  Как всегда, это похлебка, каша, мясо и спиртное на закуску. Я отправилась на кухню, даже не дожидаясь приказа мэтра Бурдуса. О том, что любит Шейд, традиционно посещающий таверну после ночной службы, я знала в деталях.
  Вернувшись в зал, подошла к столику у окна, который он традиционно занимал, начала сноровисто все выкладывать, украдкой разглядывая тонкие черты его бледного лица, завитки смоляных черных волос, у него при влажной погоде всегда прямые волосы вот такими забавными кудряшками обращаются. Скользнула взглядом по плотно сжатым губам, тонкому орлиному носу и вздрогнула, едва взглянула на его глаза - Шейд наблюдал за мной, и, осознав, что я поняла это, едва заметно улыбнулся.
  - Давно тебя видно не было, Дэя, - мягко произнес он.
  - Так... получилось,- я стремительно краснела и смущалась под его проницательным взглядом.
  Накрыв стол, торопливо развернулась, намереваясь уйти и допить молоко, например. Но не успела я сделать и шага, как прохладная рука мгновенно схватила мою ладошку, вынуждая остановиться. Удивленно взглянула на Шейда и услышала невероятное:
  - Посиди со мной, Дэя.
  И вроде просьба, а по сути, приказ. Я сглотнула, посмотрела на мэтра Бурдуса и получила его скупой кивок в знак разрешения.
  - Ну конечно он разрешит, - насмешливо произнес Шейд, - зал уже практически пуст, с теми двумя клиентами, что находятся здесь помимо, меня вполне справится Сэл, так что садись.
  
  Сцена в таверне [Елизавета Метлинова ]
  
  Осторожно обойдя стол, села напротив главы ночного патруля Темной стражи, откровенно говоря, испытывая больше смятение и смущение, чем радость. Когда-то... когда-то я очень хотела, чтобы он увидел меня, заметил, просто улыбнулся. Когда-то я была юная влюбленная первокурсница, восторженно взирающая на сильнейшего мага в нашем захолустье. Лорд Шейдер Мерос не просто так занял должность главы ночного патруля, он, пожалуй, был единственным, кто при необходимости мог усмирить как обезумевшего вампира, так и пришлого со светлых территорий боевого мага. Он многое мог, но ни к чему не стремился... Когда-то он был при дворе и ему прочили головокружительную карьеру, когда-то он собирался жениться на дочери темной эльфийки, что свела с ума даже императора, когда-то у него была назначена дата свадьбы. Когда-то... но ничего этого не произошло. Почему-то не случилось свадьбы, а от карьеры Шейдер отказался сам, бросив все и уехав в столицу Приграничья, собственно в наш город Ардам.
  - Ты изменилась, - вдруг произнес Шейд, - даже не лицо - взгляд. Сегодня произошло что-то хорошее?
  Наверное, да - сегодня я стояла у Хвостатого списка и не видела в нем своей фамилии и это была та маленькая победа, которая согревает сердце.
  - Да, господин Шейдер, - скромно ответила я, и улыбнулась, вспомнив незабываемое ощущение победы.
  Лорд усмехнулся и неожиданно посоветовал:
  - Улыбайся чаще. У тебя красивая улыбка, Дэя, именно вот такая, искренняя. А когда ты заученно лыбишься клиентам это... бесит.
  После таких слов естественно никакой речи об улыбке и быть не могло. Я тоскливо посмотрела на Бурдуса, искоса наблюдающего за нами, потом на Сэл, которая устроилась у стойки с сырниками от Тоби и травяным отваром. С тяжелым вздохом посмотрела на Шейда - лорд ел быстро, сосредоточенно, но вместе с тем движения его были выверенными, манеры безупречными, а взгляд... какой-то пустой. И мне оставалось лишь догадываться какой была для него эта ночь - обыденная ли с патрулированием улиц спящего города, или заполненная успокоением нечисти, которой в последние годы становилось все больше, а может ловлей грабителей или охотой на умертвия. Какой бы ни была эта ночь, лорд Шейдер выглядел уставшим, измотанным и опустошенным.
  - Не ходи больше одна по городу, - вдруг произнес маг. - Некоторое время Ардам будет небезопасен для молодых девушек. Я предупрежу Бурдуса.
  Любопытство оттеснило некоторый священный ужас перед Шейдом и я поспешно спросила:
  - Что-то произошло плохое?
  - Да, - лорд уже завершил с едой, отодвинул от себя пустые тарелки и потянулся к сливовице. Он глотнул из кружки и, глядя в окно, за которым уже начинало светать, мрачно произнес. - У нас три трупа. Все три девушки, довольно симпатичные... были... до того, как с ними позабавились, а затем задушили.
  Сэл поперхнулась, мэтр Бурдус перестал полировать стойку, у меня из рук выпала салфетка.
  Лорд Шейдер лишь криво усмехнулся, затем протянув руку через весь стол, стянул с моей головы косынку, почему-то погладил пальцем по щеке и после этого добавил:
  - И все трое были с волосами оттенка спелой вишни, как и ты.
  Неприятный холодок прошелся по коже. Я торопливо встала, быстренько волосы под косынкой спрятала, завязала потуже, а после начала сноровисто забирать пустую посуду, стараясь, чтобы руки не слишком дрожали.
  - Я напугал тебя? - грустно спросил Шейд.
  - А вы как думаете?- невольно съязвила в ответ.
  И подхватив поднос, я скрылась на кухне. Тоби уже давно не было, он в полночь уходил спать, чтобы вернуться на рассвете и пойти на рынок, и потому тут было грустно и как-то даже неуютно совсем.
   Сгрузив грязную посуду на стол, я допила свое молоко, доела уже остывшую булочку и решила, что пора собираться в академию. Когда вышла в зал, засидевшихся посетителей уже не было. Шейд, как и всегда оставил оплату за ужин на столе, наш таинственный гость поступил так же - столичные привычки. Взяв деньги оставленные незнакомцем, удивленно посмотрела на две серебряные монеты! Это было много, слишком много за ужин в таверне, который вообще-то был за счет заведения. И когда я отнесла деньги Бурдусу, мэтр тоже удивился, потом хмыкнул и одну монету отдал мне.
  - В столице принято оставлять подавальщицам чаевые, - пояснил хозяин, - так что вторая монета явно тебе.
  После чего отсчитал и протянул мне двенадцать медных - мой заработок за ночь. Вот эти деньги я взяла сразу, а серебряную монету все еще крутила на стойке, чуть хмурясь. Одна серебряная - это сто медных, то есть немало вообще-то.
  - Бери уже, - Бурдус усмехнулся, - кажется, наша маленькая Дэя начинает привлекать клиентов в это заведение.
  Я чуть покраснела, после его намека, и рассерженно отправилась на кухню, Сэл с Бурдусом перекинулись парой фраз и скоро в пустой зале раздавался их веселый смех.
  Когда пошла переодеваться, увидела пакет с едой - значит Тоби со мной не пойдет, видимо на рынок попозже заскочит. Жаль, я любила с ним возвращаться на рассвете. В пакете были вкусности для меня - две булочки и мясо с кашей в горшочке, это мне на обед, приятно, когда о тебе заботятся. И, наверное, именно Тоби был той причиной, по которой я до сих пор работала по ночам в 'Зубе дракона'.
  Быстро переодевшись, я заскочила в зал, крикнула 'Пока' мэтру Бурдусу и Сэл, распивающим на пару бутылочку чего-то алкогольного, помахала рукой Руте - нашей посудомойке и уборщице, которая как раз на рассвете и приходила на работу и помчалась в академию.
  
  Когда я вышла, ночь уже уступила территорию серым промозглым предрассветным сумеркам. Было холодно, ветер, правда, затих, но теплее от этого не стало. Поежившись, я шагнула в спящий город, торопливо шагая по пустым улицам.
  Но едва я отошла от таверны, как услышала негромкое:
  - Дэя.
  Оглянувшись, увидела лорда Шейдера. Он стоял, прислонившись плечом к стене, и курил сигару, от чего бледное лицо освещалось красным огоньком при каждой затяжке. Но вот чего я не могла даже предположить, так это того, что Шейд ждет именно меня.
  - Торопишься? - он продолжал стоять у стены.
  - Время уже, - все еще раздумывая над причиной его здесь нахождения, произнесла я. - Мне вставать часа через три, потом лекции и...
  - Аа, - лениво отозвался лорд, - ты вроде учишься еще, да?
  Это пренебрежение неприятно кольнуло, но кто мы такие по сравнению с великим магом.
  - Вы что-то хотели? - вежливо спросила я.
  Лорд плавно оттолкнулся от стены, подошел ко мне, и мрачно кивнул на дорогу.
  - Идем, - единственное слово.
  Мы пошли. Не особо быстро, что меня не радовало, так как было холодно, но и просить Шейда поторопиться я не рискнула. Итак, это как бы любезность с его стороны. И мы так и шли, по улицам спящего города, мимо сонных окон, гаснущих фонарей и просыпающихся верховых драконов, к широкому пустырю, который завершался стеной академии и там еще всего шагов четыреста до входа.
  Но едва мы дошли до стены, Шейдер вдруг остановился, вынуждая остановится и меня. Затем сигара, уже почти докуренная, была отброшена нервным движением пальцев, а сам лорд развернулся ко мне и, глядя в глаза, произнес:
  - Моя квартира здесь рядом, - и взгляд его стал такой... невозмутимый.
  - Простите? - я даже не поняла с первого раза.
  Тонкие губы искривились насмешкой, в следующую секунду рука лорда скользнула на мою талию, чтобы затем рывком прижать к нему, а губы, с запахом вишневого дыма неожиданно коснулись моих, властно сминая, и едва Шейд прижал меня к стене, чуть слышно прошептал:
  - Согрей меня, Дэя...
  В этот момент я опешила. Просто застыла, замерла, в смятении не ведая, что делать. Мне было стыдно, страшно и как-то непонятно что происходит и зачем. Не спорю, в том заведении, где я работала, не раз пытались вот так прижать к стеночке, но никогда я не ожидала этого от лорда Шейдера. Я меньше всего ожидала подобного именно от него! И только всхлипнула, когда мужская рука рванула ворот, срывая пуговицы, и ледяные пальцы пробрались под плотную ткань черного ученического платья...
  - Адептка Риате! - чуть вибрирующий голос магистра Тьера нарушил тишину раннего утра.
  Шейд замер, видимо пытаясь соотнести 'Дэю подавальщицу', с этим официальным 'Адептка Риате', и в следующее мгновение отстранился от меня, удивленно глядя, как по моему испуганному лицу текут слезы...
  - Дэя, - и такое ощущение, что к нему вернулся прежний же он, - что не так? Почему ты плачешь?!
  И я плакать перестала, удивленно глядя на мужчину, который несколько лет притягивал мой взгляд, ради которого я часто оставалась до рассвета, кем восхищалась, в конце концов. А он, всего лишь...
  Судорожно всхлипнув, я с трудом выговорила:
  - Как вы... как вы... как вы могли?
  И оттолкнув лорда, стремительно отошла к темной, замотанной в черный плащ фигуре директора. Неожиданному заступничеству я не удивилось, иной раз мы на рассвете с профессорами вместе возвращались, а пару раз я подвыпивших магистров проводила в академию до преподавательского корпуса. Но вот чего я не ожидала, так это:
  - Лорд Шейдер Мерос, ваше поведение в отношении адептки Риате, я рассматриваю как нанесение оскорбления всей Академии Проклятий и мне лично, как директору данного заведения.
  В следующую секунду, в лицо пораженного происходящим лорда Шейда, ударила призрачная дымка вызова на дуэль.
  Я в этот момент пыталась привести в порядок пуговицы, но так и застыла. Но остолбеневшей осталась только я - Шейд, едва получил вызов на дуэль, изменился совершенно. Встал ровнее, с яростью глядя на лорда Тьера, затем величественно кивнул и как вызванная сторона огласил время:
  - На закате. Парк Черного дракона.
  - Не опаздывайте, - ядовито ответил магистр и уже мне. - Адептка, соизвольте поторопиться.
  Я мгновенно заторопилась вдоль стены ко входу, магистр Тьер неторопливо шел за мной, но почему-то не отставал. На Шейда я опасалась оглядываться, даже учитывая то, что сверток заботливо собранный для меня Тоби, так и остался лежать на пожухлой мерзлой траве перед стеной... но возвращаться я не собиралась.
  
  Когда подошла к воротам, постучала в определенном темпе, почему-то и не подумав о том, что следом за мной, шаг в шаг практически, следует магистр. Привратник, гоблин Жловис, торопливо открыл со словами:
  - А вот и наша Дэя! - но тут увидел позади меня темную фигуру директора, мгновенно втянул голову в плечи, посерел весь и пробормотал. - А вот и наш директор...
  И на морде гоблина какое-то ехидное выражение промелькнуло, чего я от него уж совсем не ожидала. Жловис поклонился, нижайше приглашая нас войти, и при этом совмещая раболепский жест с препохабнейшей ухмылочкой. Да еще и мне с намеком подмигивая!
  Я пролетела через весь двор пунцовая как от смущения, так и от негодования, и когда обернулась, увидела, что лорд директор соизволил уже забыть про меня, и его высокая фигура чинно шествовала к стадиону, видимо на утреннее избивание несчастного, ни в чем неповинного столба...
  
  Спустя четыре часа я проснулась с мокрыми глазами, и долго не могла понять, где я.
  - Ты во сне плачешь, - отозвалась недовольная Тимянна, - случилось чего?
  - Рабочие будни, - хмуро отозвалась я.
  - После рабочих будней ты не ревешь в подушку, - равнодушно ответила Тимян, и выплыла в коридор, явно направляясь к душевым.
  Я туда не спешила, уже была перед недолгим сном, а терпеть холод по утрам не люблю. Проще быстро ополоснуться и нырнуть в теплую кровать, чем после купания одеваться и через холодный, продуваемый ветрами двор тащиться в учебный корпус. И обычно в это время я вскакивала и торопливо делала домашнюю работу...
  Но не сегодня!
  - ПОДЪЕМ!!! - страшный вопль, явно усиленный магически, сотряс все здание и всех адептов соответственно.
  Я так вообще кубарем скатилась с постели и учитывая, что надо мной тоже глухие удары послышались, не я одна так испугалась. Но дальше было веселее!
  - Всем, включая преподавательский состав, через пять минут в форме для физических занятий явиться на стадион!
  И этот приказ, каждое отчетливое слово, слышали все! И даже ни у кого не возникло сомнений в личности использующего голосовую магию!
  
  Через пять минут все учащиеся Академии Проклятий, включая оставшихся после директорского террора преподавателей, выстроились тремя неровными рядами у тренировочного поля, вздрагивая на холодном ветру. Радовало только одно - под ногами ничего не чавкало и ботинки не промокали. Это то единственное, за что я любила зиму - болото примерзало.
  - Доброе утро, адепты и профессора, - директор резко, стремительно, уверенно появился из-за угла оружейной, словно в мгновение возникнув перед нами.
  Над рядами пронесся единый слаженный выдох - магистр Тьер был, по своему обыкновению, полуобнажен. И сейчас преобладающая женская половина академии безбожно смотрела на директора, нагло игнорируя смысл проговариваемых им слов. А я, почему-то присоединилась к мужской половине, которой при взгляде на магистра становилось холодно и завидно. И не понятно чего больше, хотя наверное парням все же было больше завидно, а мне холодно.
  - Посмотрите на себя! - встав перед понурым строем, возвестил магистр. - Кто вы, адепты Академии Проклятий?!
  Ну как это кто - будущие клерки, незаменимые сотрудники патрулей Ночной стражи, следователи, участковые... короче никто, если честно.
  - Где ваша гордость?!
  Осталась за порогом данного заведения. Просто нас же никто не любит. Мы копаемся в грязном белье, обнародуем пороки и старые грешки, выводим на чистую воду тех, кто уже свято верил в то, что концы сброшены воду.
  - К чему вы идете?
  К стабильности. Чего-чего, а работы у нас всегда будет хватать, пусть и не особо пошикуешь на государственном пайке, но и ноги протянуть не дадут. Служебная квартира, служебный паек, гособеспечение - тех, кто поступал в Академию Проклятий, все вышеперечисленное вполне устраивало.
  Но остальные, нас почему-то жалели.
  - Вы жалкие, забитые, не уверенные в себе и смирившиеся с незавидной участью отбросы госсистемы! - взревел магистр Тьер.
  Ну конечно, на карьерные высоты боевых магов нам никогда не подняться, с другой стороны у нас продолжительность жизни по более будет.
  В общем, не знаю как остальных, меня речь нашего нового директора совершенно не вдохновила. Скосив глаза на наши нестройный ряды, я поняла, что и адептов тоже, о преподавателях вообще разговор особый - тем давно все надоело.
  - С сегодняшнего дня, - продолжал вещать магистр Тьер, - каждое утро физические упражнения!
  Нам всем стало плохо.
  - В полдень - боевая магия уровня самообороны!
  Нам стало еще хуже, так как с нашими зачатками магических сил любые заклинания боевой магии это многочасовые залеты в головную боль и состояние дикой слабости.
  - На закате - общий сбор и отработка навыков самообороны!
  Даже в глазах влюбленных дам образ магистра Тьера вмиг утратил половину привлекательности... а то и всю привлекательность. 'Тиран, деспот, злодей!' - вот и все наши мысли по поводу столь стремительных изменений в учебной программе нашей Академии Проклятий.
  - А сейчас налево! - скомандовал директор. - И шагом марш на беговую дорожку! Всем!
  Все стояли, и продолжали смотреть на лорда-директора, мысленно прокручивая пару-тройку наиболее зловредных проклятий. Лично я почему-то о проклятии поноса подумала.
  Однако магистр Тьер ловко избежал приобретения трех сотен проклятий разной степени тяжести, мрачно резюмировав:
  - Это был ваш выбор!
  В следующую секунду громыхнула молния, которой зимой вообще тут делать нечего, и каждый из адептов и профессоров получил весьма ощутимый удар электрическим разрядом. Над нестройными рядами раздалось 'Ай', потом 'Больно же', потом все сорвались на забег.
  
  Три круга вокруг всей академии, держась поближе к стене, мы проделали не сразу и явно не по собственному желанию. Много раз падали, и так как бежали толпой то из-за одного поскользнувшегося на стылой земле падали кубарем почти все. Вставали, охали, в полголоса проклинали некоторых, получали очередной заряд бодрости и вновь бежали по кругу. К концу третьего круга рядом со мной оказалась Тимянна, которая сосредоточенно бормотала проклятия разной степени тяжести, глядя перед собой. Я проследила за ее взглядом и поняла, что лучше промолчу - впереди бежала Ригра. А мы с Янкой ее ненавидели как за заносчивость, так и за изрядную порцию неприятностей, которую Риг нам обеспечила. В общем, мы ее ненавидели, но выступить против опасались - у дочери местных аристократов, которую к нам отправили исключительно в качестве наказания, было двое премерзких братьев, и те не гнушались ударить девушку.
  - Дэй, - простонала Тимянна, - я не могу больше.
  - Здесь все больше не могут, - сбивчивым шепотом ответила я.
  Но мы все же добежали до рубежа, то есть до тренировочного полигона, и услышали спокойное:
  - Достаточно. Теперь шагом... я сказал шагом, а не ползком, вернулись на исходную позицию!
  Те, несколько тучных адептов и почти весь преподавательский состав, которые пытались по-пластунски завершить дистанцию, были вынуждены подняться и ковылять наравне со всеми, пытаясь вызвать приступ жалости у некоторых. Но в ордене Бессмертных жалостливых испокон веков не водилось, и потому магистр Тьер к нашим стонам и охам остался глух. И мы проковыляв до места построения, вновь встали в три ряда, с ненавистью глядя на руководство. К ненависти специалистам Темного Искусства было не привыкать, так что и наши горящие взоры остались без внимания.
  - Разойтись на ширину вытянутых рук! - скомандовал отвратительно бодрый магистр.
  Мы повиновались и ряды наши поредели.
  - Налево! Вновь разошлись на ширину рук! - очередной приказ.
  - Равнение на середину! Внимание на меня!
  Снова повернули свои горящие жаждой убийства и отдыха взоры, нацелили оные на директора Тьера.
  - Сонные мухи и то шустрее! - припечатал нас Первый меч империи.- Что ж, начнем с азов. Двадцать приседаний. Начали!
  
  Когда грязные, оборванные, едва ноги передвигающие адепты Академии Проклятий, наконец, добрели до входа в общежитие, при виде крутой лестницы на жилые этажи случилась массовая истерика. Рыдали все! Где-то не подалеку, видимо у лестницы в мужском общежитии, рыданий не было, мужчины видимо стеснялись, но ругань стояла отборная, тролли и те могли позавидовать. А потом леди Орис, преподаватель по любовным проклятиям, простонала:
  - Я в душ первая.
  Рыдания стихли мгновенно. У преподавателей конечно свой этаж и свои душевые, но мысль не лишена здравого смысла. Ригра, оттолкнув полноватую Иш, рванула по лестнице первая, за ней ее приживалки, и только после потянулись все остальные, уже понимая, что придется стоять в очереди. Грустно это.
  
  Отстояв длинную грязную и откровенно несущую потом очередь, я добралась до душа. Торопливо помылась под крики и стук в дверь, требующие чтобы я не спала и двигалась быстрее. Замотавшись в полотенце, двинулась в свою комнату, поеживаясь на ходу. Нет, обычно я вытиралась в душевой, но сейчас любое промедление в вожделенной народом кабинке было самоубийственно.
  Ну и самое неприятное - за всеми этими делами я не успела сделать домашнее задание! Ни по одному из предметов! Теперь у меня был выбор - таки попытаться сделать хоть что-то или пойти завтракать... Кажется, я останусь без завтрака.
  Грустно размышляя о несправедливости, имевшей место в моей жизни практически постоянно, я шла по коридору, чувствуя, как вода с мокрых волос затекает на ту часть спины, которая не была прикрыта полотенцем, когда впереди показался... магистр Тьер!
  Мы замерли одновременно. Впрочем, я и так шла не особо быстро, потому что от движения воздуха, словно еще холоднее становилось. Зато лорд двигался стремительно... пока меня не увидел. А едва увидел, остановился так, словно наткнулся на невидимую преграду... да и лицо у него такое стало, как будто точно у нас невидимых столбов понатыкано. Я даже решила на всякий случай тут поосторожнее передвигаться в будущем... если доживу. А у директора был такой взгляд, что я сильно усомнилась в своих шансах на выживание. И я уже собиралась бочком вдоль стеночки покинуть помещение, но тут магистр Тьер неожиданно хрипло и низко проговорил:
  - Адептка Риате...
  Сердце подскочило и забилось втрое сильнее, руки затряслись, от плана побега вдоль стеночки пришлось отказаться, заменив его отступлением обратно к душевым... там народа много, и мне не так страшно будет. И приняв данное решение, я осторожно сделала шаг назад...
  - Стоять! - разгневанный рык заставил принять еще более верное решение.
  В общем, я развернулась и побежала. Быстро так, стремительно, полотенце к груди старательно прижав. И даже не сразу заметив, что вожделенная дверь в конце коридора почему-то совсем не приближается. А когда заметила, было уже поздно - магистр Тьер встал передо мной, сложив руки на груди и вскинув бровь, скептически разглядывая пытающуюся бежать в воздухе меня. Пришлось прекратить молотить ногами, и только тогда директор соизволил вернуть меня из подвешенного состояния на пол.
  Почувствовав деревянные доски под ногами, я решилась взглянуть на магистра. Далось это не просто - мало того, что я его банально боялась и мне было стыдно за то проклятие, так еще и ненавижу ж его теперь, разделяя это негативное чувство со всей академией.
  - Адептка Риате, - голос у него теперь был нормальный, опять же с нотками превосходства и чуть свысока, - что спровоцировало ваше бегство от руководства данного учебного заведения?
  Хороший вопрос. Но стоило мне посмотреть на это мрачное лицо и в эти черные чуть суженные глаза, как ответа уже не требовалось. Однако его ждали, пришлось произнести:
  - Темного дня вам, господин директор.
  - Светлых ночей, адептка Риате, - ехидно ответили мне.
  И тишина. А мне холодно, но магистр продолжает молча возвышаться здесь, пристально глядя на меня. И когда кожа покрывается мурашками, я все же решаюсь спросить:
  - Могу я... идти... У нас лекции и...
  - Вы замерзли, - наконец догадались некоторые.
  Снова поднимаю голову, смотрю на него, чуть киваю и уже собираюсь ответить, как происходит странное - две теплые ладони ложатся на мои голые плечи, затем медленно опускаются вниз, скользя по рукам, уже значительно быстрее поднимаются вверх, отводя влажные пряди волос с шеи, а в следующую секунду лицо магистра неожиданно оказывается совсем рядом с моим.
  - Что... что вы делаете? - успела вскрикнуть я, прежде чем его губы прикоснулись к моим.
  Лорд Тьер остановился, но не отодвинулся, черные глаза почти с ненавистью смотрели в мои, а голос внезапно вновь стал хриплым и низким:
  - А что, по-вашему, я собираюсь сделать, адептка Риате? - грубо спросили у меня.
  Сглотнув, я испугано пробормотала:
  - А вы не первый мужчина, который пытается зажать подавальщицу у стены и... и я знаю, что вы собираетесь сделать и... я против!
  Одно плохо - мы не в таверне и тут меня ни Тоби, ни вышибалы, ни даже мастер Бурдус не спасут. И самое неприятное - магистр тоже в курсе этого.
  - Странно, - его большой палец коснулся моей нижней губы, чуть надавив, провел по всей ее длине, после чего замер, а директор продолжил, - высказать свой протест лорду Шейдеру Мерос вы не решились. Или в тот момент протест как таковой попросту не существовал.
  Он не высказал это как вопрос, но в то же время явно спрашивал. Меня же просто колотить начало и не в силах сдержать эту дрожь я едва слышно ответила:
  - Я просто... испугалась...
  - И только?!
  Меня отпустили мгновенно. Не просто отпустили, магистр отвернулся стремительно. Но дальше произошло нечто совсем жуткое:
  - Придешь ночью. В мои апартаменты. Одна.
  Из меня словно выбили весь воздух, даже слова сказать не могла, а лорд Тьер вновь повернулся, окинул меня оценивающим взглядом, и добавил:
  - Ты же хочешь продолжать обучение, не так ли? А главное у вас, адептка Риате, результат.
  И магистр Тьер, бесшумно, быстро и главное, молча, удалился. В то же мгновение дверь, ведущая из душевых в коридор, распахнулась и ввалилась толпа адепток. Девушки шумно возмущались, не понимая как дверь, которая замка не имела в принципе, внезапно оказалась заперта. С другого конца коридора тоже двигались раздосадованные адептки и даже преподавательницы, не понимая почему и их двери неожиданно взбесились.
  - Никак духи-хранители пробудились, - причитала одна из престарелых профессорш.
  - Неудивительно, - вторила ей более молодая преподавательница по предмету 'Проклятия умерших', - магистр Тьер носитель великого дара, и я не удивлюсь, если в ближайшее время пробудятся давно упокоенные сущности.
  - Только духов-хранителей нам не хватало, - возмущались услышавшие разговор адептки.
   А я стояла... В одном полотенце посреди коридора, мокрая, замерзшая и совершенно опустошенная...
  Внезапно над Академией Проклятий вновь раздался магически усиленный голос директора:
  - Всем покинуть женское общежитие. На сборы шесть минут.
  И адептки сорвались на бег, стремясь одеться как можно скорее. Я не стремилась, я добралась до комнаты, не высушив волосы, оделась, набросила теплый шарф и вышла, наверное, последняя.
   Когда покинула здание, так и поняла, что последняя - на меня с осуждением смотрели все адептки, с удивлением профессорши и преподавательницы и с ледяным осуждением сам лорд Тьер. Именно увидев его взгляд, я и споткнулась на входе, едва не слетела с лестницы, и, опустив голову, рассматривала край мелькающих из-под юбки ботинок, пока торопливо шагала к выстроившимся жительницам покинутого общежития.
  А встав в строй, отметила, что среди говорливых адепток Академии Проклятий на удивление тихо... И вот в этой тишине, отчетливо услышала потусторонний и потому чуть приглушенный голос духа хранителя самой академии, коего все давно считали уснувшим на веки:
  - Я могу вообще снести все к Черной бездне, - мрачно угрожал вечно несговорчивый дух.
  - Я могу пробудить тебя окончательно, убрать привязку к источнику силы и в Академии будет на одно безобидное приведение больше, - совершенно спокойно ответил ему лорд Тьер.
  Мы все, прекрасно осведомленные собственно о мстительности данного духа-хранителя, коей в прошлое свое пробуждение напрочь лишил академию двух учебных корпусов, опустив оные под землю и не удосужившись выстроить к ним ни лестниц, ни нормальных ходов, от ужаса дышать перестали. Мне даже уже не было холодно, было просто очень страшно - в общежитии остались все деньги, все вещи и все конспекты! А зная духа-хранителя, после подобного заявления директора, он действительно мог уничтожить все к Черной бездне! И дух на месть был очень скор!
  Но почему-то ничего не происходило. Мы прождали минуту, вторую, еще за пять. Ветер поддувал, я дрожала от холода, а ничего не происходило! И тут все услышали голос, от которого по спине не то что мороз - лед пробежал:
  - Давай план!
  То есть дух только что согласился! Действительно согласился! И мы ожидали радостной улыбки на лице победителя, то есть магистра Тьера, но тот вместо изъявлений благодарности, холодно произнес:
  - ДавайТе!
  Мгновение полного изумления, и дух переспросил:
  - Что?
  - 'Давайте план, лорд Тьер!' - менторским тоном повторил магистр директор.
  Все адептки, и преподавательницы так же, разом попрощались с оставленным в общежитии имуществом. На эмоции не скупились:
  - Моя шубка, - простонала профессор по Теории некромантии.
  - Мои новые сапожки, - вторила ей леди Жастин, которая у нас заведовала учебной частью.
  Адептки просто разом стонали, понимая что проговаривать что у кого есть вслух бессмысленно, все равно это самое имущество уже не спасет... В этот миг лорд Тьер был очень близок к получению массового, и потому не снимаемого проклятия острого поноса! Перед возможностью потери всего с трудом нажитого, мы даже бояться директора перестали! И уже собирались вмешаться, как произошло нечто:
  - Я не потерплю!.. - прошипело нечто огненно-черное, с белесыми провалами вместо глаз, угрожающе вылезая из земли.
  - Я предупредил, - абсолютно спокойно произнес лорд Тьер, демонстративно разглядывая само общежитие и не уделив ни малейшего внимания появившемуся духу.
  И дух застыл там, где собственно и вылезал. А невозмутимый директор, задумчиво проговорил:
  - Наверное, стоит сделать духом-хранителем женскую сущность... они более... хозяйственные, и за вверенным им имуществом следят значительно лучше и...
  Впервые нам выдалось наблюдать шипящего от бессильной злобы духа-хранителя! Однако тот шипел, бесился, и в то же время сдался на милость победителя:
  - Готов выслушать ваши пожелания и предложения, господин директор, - вежливо произнес дух.
  Поведение магистра Тьера мгновенно изменилось, и с не меньшей почтительностью и вежливостью в голосе, лорд произнес:
  - Буду очень признателен, если вы выполните следующие действия, для улучшения условий жизни прекрасной половины нашей академии.
  И протянул листок собственно духу. Последний, опешив от столь стремительного изменения линии поведения Тьера, стоял с буквально отвисшей челюстью несколько секунд, пока до него не дошло. Затем осторожно подхватил листок, вчитался, и исчез, оставив после себя развеваемый ледяным зимним ветерком пепел от свитка.
  В следующую секунду старое, чуть покосившееся здание женского общежития затрещало, а затем на наших глазах увеличилось вдвое, прирастив себе два дополнительных этажа. По стенам побежали волны, здание завибрировало и покрылось слоем кирпичной кладки, поверх потемневшего, потрескавшегося камня. Следом исчезли окна, чтобы смениться более широкими и новыми, затем наступила очередь крыши. Еще всего мгновение и довольный собой дух-хранитель материализовался перед лордом Тьером.
  - Поторопился, как вы и просили, - сообщил он.
  - Безмерно благодарен, - магистр чуть поклонился. - Приглашаю вас вечером на бокал чего-нибудь покрепче из моей личной коллекции.
  Дух просиял, в буквальном смысле озарившись на краткий миг золотым сиянием, тоже слегка склонил голову и ответил:
  - С удовольствием принимаю ваше приглашение, магистр Тьер.
  И дух-хранитель исчез. Взгляд же директора, обратился на шокированных адепток и преподавательниц Академиии Проклятий. Мы находились... в невероятном состоянии граничившей с ликованием радости, и одновременно глубокого шока.
  - Леди! - ледяной голос магистра напомнил, что на улице далеко не лето. - Поторопитесь. И хватит... - мне вдруг показалось, что взгляд директора направлен на меня, когда он после паузы добавил, - дрожать!
  Ровный строй потрясенных, и от того молчаливых адепток, синхронно развернулся и направился в обновленное здание общежития. Радостные визги, обмороки безграничного счастья, и танцы ликующей радости состоялись там - вне поля зрения господина чудесного директора! Которого теперь любили абсолютно все, безграничной, безмерной и безответной любовью!
  И только я стояла в просторном холле, где ярко горел камин и от того было столь тепло, что отогрелись все сразу, и смотрела на ликующих адепток и рыдающих от счастья преподавательниц, слыша как наяву: 'И хватит... дрожать!'. И такое чувство, что это он мне сказал.
  - У всех отдельные комнаты! - рев Лири, доброй благовоспитанной девушки из семьи двух профессоров, заставил задрожать новообретенные окна, но мое внимание, несомненно, привлек, как и внимание остальных адепток.
  Как оказалось, на стене уютно расположился список всех обитательниц общежития, и напротив имени каждой стояло указание номера комнаты и этажа! Все преподавательницы оказались владелицами апартаментов на первом этаже, но кроме них жил площадь в элитном месте расположения была и одна адептка.
  - Риатэ! - прошипела Ригра, стремительно выискивая меня взглядом. Выискала и угрожающе вопросила:- А с каких это пор ты, адептка, удостоена чести проживать на первом этаже?
  И все повернулись к явно побледневшей мне. Смерили внимательными, оценивающими взглядами, снова вернулись к изучению списков заселения, вынеся всеобщий вердикт:
  - Не, скорее всего, просто ошибка.
  Я тоже подошла и всмотрелась, шли рядом Раере, наш преподаватель по Типологии проклятий и Риате - то есть я.
  - Дух-хранитель ошибся, - Ригра фыркнула, - необходимо оповестить господина директора об этом.
  'Вот ты и оповещай, - мстительно подумала я'.
  Остальные явно подумали о том же, потому как если магистра Тьера и раньше боялись, то уж после сегодняшнего и подавно!
  А потом, какими-то рваными движениями поспешили осмотреть новые апартаменты. Сначала несмело, потом все быстрее и быстрее, вбегая кто на лестницы, а я с преподавательницами в длинный коридор, где свежим деревом пахли совершенно новые двери, и поблескивала позолота на табличках, с указанием имени владелицы. И пока я, отсчитывая номера, брела к своей комнате, возникла заминка - преподавательницы, не смогли открыть двери. Леди стояли, безуспешно дергали за ручку и не могли войти никак.
  - Это издевательство! - воскликнула одна из престарелых дам.
  - Нет-нет, вероятнее всего здесь какой-то механизм запора, долженствующий сработать на определенные действия с нашей стороны.
   И тут я увидела свою дверь. Она ничем не отличалась от остальных дверей в этом коридоре, но на ней висела табличка с моим именем:
  - Адептка Риате, - прочла вслух зачарованная блеском позолоты я.
  Щелкнул замок, дверь открылась. Леди посмотрели на меня, затем на свои двери, и по коридору пронесся гул произносимых вслух имен, которым вторили щелчки замков, а я... я несмело вступила в свою новую комнату...
  И стоило мне войти, как радостное неверие в происходящее схватило и больше не отпускало. Это была не одна комната - их было три! Три полноценные комнаты и все мне одной! И осторожно ступая, я с удивлением осмотрела гостиную, то есть комнату, в которую попала сразу из коридора, из нее дверь слева вела в спальню, а дверь справа в отдельный кабинет, где располагались книжные шкафы, стол, стул, и два кресла у окна! И это было не все - в спальне обнаружилась дверь, ведущая в отдельную душевую! Отдельную!
  Слева от моих не побоюсь сказать - апартаментов раздался счастливый визг, справа кто-то ликующе танцевал и выкрикивал благодарственные оды магистру Тьеру, впрочем, подобное безобразие творилось сейчас везде. И наверху студентки тоже ликовали, да так что потолок дрожал.
  Медленно, как зачарованная я осматривала спальню, с широкой, двуспальной кроватью застеленной качественным хлопковым бельем и укрытую шерстяным одеялом с символикой академии, еще не совсем осознавая случившееся, и не веря в случившееся, если откровенно, как вдруг в мою, оставленную открытой дверь, нетерпеливо постучали. Выйдя в гостиную, я увидела гоблина-привратника, с букетом алых лилий в одной руке и пакетом из кондитерской гнома Мелоуи в другой. Пакет спутать ни с чем другим было невозможно - только в кондитерской Мелоуи на пакет ляпали посебренное изображение пироженного, украшенного кремовой завитушкой.
  - С переселеньицем, значица, - ехидно поздравил гоблин, оставаясь в коридоре и не пересекая черту, отделяющую мои новые апартаменты.
  - А ты почему не заходишь? - спросила удивленная я.
  - А такой я, загадочный, - гоблин прищурился. - И есть у меня к тебе, Дэйка, две загадки. Первая - отчего я письмо принес леди профессору Гете и в ее комнату вошел, а к тебе никак не могу? - и он продемонстрировал эту самую попытку войти, но как выяснилось, пресечь невидимую черту не мог, словно на стену наталкивался. После чего продолжил:- А теперь вторая загадка для тебя, Дэя, почему господин директор по ночам всегда спать изволил, а стоило тебе на работу выйти, как за тобой в ночь ушел, да с тобой поутру вернулся, а?
  Да, загадочный у нас гоблин привратник, одна проблема:
  - Мне откуда знать? - возмутилась я.
  - Не знаешь? - недоверчиво переспросил гоблин. Всмотрелся в мое лицо, понял, что действительно не знаю и сокрушенно вздохнул. - Жаль. Очень жаль. А это тебе, - он протянул букет и пакет, - лорд Шейдер передал, бери давай, у меня руки не казенные тяжести носить.
  Пришлось торопливо подойти и взять, и только потом до меня дошло:
  - Это от лорда Шейдера?
  - От него, от него, - гоблин прищурился, - директора ей было мало, вертихвостка!
  И бормоча что-то явно для меня нелицеприятное, гоблин направился прочь, заглядывая по пути в каждую открытую дверь.
  А я так и осталась стоять с алыми лилиями в одной руке и сладостями от Мелоуи в другой, обиженно глядя вслед гоблину. Потому что он в корне неправ!
  Вернувшись в комнату, цветы просто поставила на стол, думая, где раздобыть вазу, потому что мне отродясь букетов не дарили. Вспомнила, что где-то была бутылка от молока, и, по-моему, за вазу сойдет. А потом я обнаружила записку, которая была прикреплена к бумажному банту, украшающему цветы. В записке значилось:
  'Понимаю, что моему поведению нет оправданий, и все же прошу прощения, я был пьян и не отдавая себе отчета в действиях решился на то, о чем так долго мечтал. С почтением, лорд Шейдер Мерос'.
  День оказался полон открытий! Я снова и снова перечитывала послание, пытаясь осмыслить слова 'решился на то, о чем так долго мечтал', когда услышала нарастающий шум в коридоре, в котором слышалось изъявление благодарностей, но все это было как-то не столь значимо на фоне 'решился на то, о чем так долго мечтал'. Это стоит понимать, что лорд Шейд так долго мечтал... поцеловать меня? И я невольно прикоснулась, к своим еще чуть припухшим после рассветного приключения губам. 'Решился на то, о чем так долго мечтал'... И как-то совершенно иначе обрисовалась произошедшая ситуация, и...
  - Директор лорд Тьер, а эти комнаты адептке Риате по ошибке достались, она же не преподаватель!
  На визгливый голос Ригры я отреагировала все еще невменяемым после открытий взглядом, да так и застыла - в одной руке держа записку, а другой касаясь губ. А в проеме моей двери стоял магистр Тьер и его темные глаза скользнули от записки, которую он, несомненно, прочитал - я находилась в двух шагах от двери, а почерк у лорда Шейда крупный и очень разборчивый, к моим губам, от которых я руку убрала мгновенно.
  - Директор лорд Тьер, - вещала меж тем из коридора все та же вредина Ригра, - дух-хранитель ошибся и Риате...
  - Да,- глухо отозвался магистр, - я действительно... ошибся!
  Разворот и мою комнату покинули, так и не войдя. Я узрела ошарашенные лица преподавательниц помоложе и самой Ригры, а затем вся толпа одной сплошной благодарности рванула вслед за директором, и визгливый голосок вернулся к обсуждению вопиющей несправедливости:
  - Директор лорд Тьер а Риате она...
  - Я не намерен взывать к духу-хранителю из-за столь незначительной ошибки как размещение адептки на первом этаже! - ледяной голос магистра прервал возмущение Ригры на корню. - И если вы, адептка Дакене доучились до четвертого курса, обязаны знать, что обращение к духам подобного уровня требует огромных энергетических затрат!
  После этого я услышала грохот входных дверей. А через минуту Ригра заявилась ко мне:
  - Довольная, да? - проорала адептка стоя у входа. - И почему у какой-то замухрышки три комнаты, в то время как у меня всего одна?!
  - Плюс личная душевая, и комнаты стали больше, и два окна, - мечтательно протянула Тимянна, тоже оказавшаяся в коридоре.
  - Заткнись! - от визга Ригры хотелось уши закрыть. - А ты!..
  И адептка рванула ко мне, чтобы со всего маху налететь на ту самую невидимую преграду, которая и гоблина ко мне не пустила. Причем девушка рванула с такой силой, что умудрилась разбить нос о невидимую стену и визг, на сей раз испуга и боли, уже действительно вынудил закрыть уши.
  Ригру увели к лекарям, шум стих, меня все назвали счастливицей, и самое странное - Тимянна ко мне вошла беспрепятственно и некоторые преподавательницы, решившие все проверить, тоже. А после Яна сбегала за чаем и мы торопливо позавтракали пирожными из лучшей кондитерской города. Правда ели молча, потрясенные утренними событиями, а потом Ян сказала:
  - Как думаешь, за что магистра Тьера к нам сослали?
  Я о лорде вообще старалась не думать и потому только плечами пожала.
  - Мне кажется, у него там была страшная трагедия личного характера... наверное, его невеста бросила.
  Я фыркнула и, прикрыв глаза, откусила еще один кусочек от умопомрачительного пирожного с фисташковым кремом. Такие делали только в Мелоуне и нигде больше в нашем Ардаме, и стоили они очень дорого, наверное именно поэтому я и не смогла отказаться от лакомства, преподнесенного Шейдом в качестве извинений. Хотя, наверное, благопристойная леди поступила бы именно так - в смысле вернула и цветы и сладости. Но... это были мои первые в жизни цветы и первые извинения, ибо кому придет в голову извиняться перед обычной подавальщицей в таверне, особенно после удара Сэл по роже - а она подобного не терпела, да и силой в отличие от меня обладала.
  - О чем задумалась? - уворовывая последнее пирожное из пяти, невинно поинтересовалась Тимянна.
  Думала я в тот момент исключительно о лорде Тьере и его 'Придешь ночью. В мои апартаменты. Одна'. И теперь одно из двух - либо магистр попытается снять то самое проклятие десятого уровня (знать бы чем я его прокляла), или... о втором 'или' я думать боялась, потому что это у светлых отношения между начальством и подчиненными осуждаются, а у нас все в норме приличий.
  Звонок прогремел неожиданно и как-то сразу стало ясно, что на утренние мучения под руководством директора, перестройку нашего общежития и поедание пирожных ушел всего час свободного утреннего времени. И теперь требовалось срываться и бежать на утренние лекции, а у меня голова не расчесана, и рубашку переодеть нужно, она вся мокрая от не высушенных волос и....
  - Быстрее! - взвизгнула Яна, подрываясь со стула.
  В спальне, распахнув дверцы шкафа, обнаружила идеально сложенными все свои вещи, и выбрала плотную нижнюю рубашку с длинными рукавами, торопливо переоделась, краем глаза отметив, неожиданно появившееся зеркало в пол стены. Да, господин директор с сегодняшнего дня стал кумиром всех обитательниц женского общежития.
  Натянув поверх рубашки черное ученическое платье, я поспешила поправить воротничок, манжеты, завязать пояс. Затем быстро расчесала непослушные и еще чуть влажные волосы, собрала в пучок, поморщившись от боли, когда засовывала шпильки, фиксируя нехитрую прическу, и подхватывая сумку с невыполненными домашними заданиями, помчалась на лекции, подхватывая шерстяной платок со стула у выхода. На территории академии было бессмысленно таскать с собой пальто, да и выбегала я в туфельках, не в ботинках. От нашего общежития идти было всего с минуты две, и потому мы все, заворачиваясь в большой теплый платок, выбегали из общежития, пробегали через внутренний дворик и заходили в учебный корпус, снимая платок с головы и оставляя его на плечах. Конечно, смотрелось не слишком красиво, но темные клетчатые пуховые платки были слишком привычным атрибутом, чтобы отказываться от него из-за такого критерия как красота.
  - Дэя, - Янна подбежала следом, - что с уроками?
  - Дашь списать? - между прочим, я с ней пирожными поделилась, так что Яна в должниках.
  - Дам, - моя бывшая соседка по комнате улыбнулась. - Кстати, не успела спросить - а откуда было столь дорогое удовольствие?
  - Один из клиентов, - буркнула я, взлетая по лестнице на второй этаж, где почти в самом конце коридора располагалась аудитория предмета 'Бытовые проклятия'.
  Успели мы даже раньше остальных, и устроившись за последней партой, я принялась торопливо списывать с тетради Тимянны.
  Досписать я не успела, как появился преподаватель. А по бытовым у нас очень неприятный и крайне принципиальный в вопросах уступок студентам. Он единственный никогда не брал взяток и видимо поэтому очень приглянулся директору Тьеру, назначившего профессора Сэдра новым главой учебной части и лично контролировал 'Хвостатый список'. Кстати меня, как извечную должницу, профессор Сэдр крайне не любил.
  - Адептка Риате! - начинается. Я встала, чтобы услышать. - К доске!
  Бросив печальный взгляд на тетрадь, куда срисовывала кристаллы воды и обозначения, поняла, что ничего не знаю, впрочем, как и всегда. На дом было задано изучить кристаллы воды образующиеся вследствие произнесения проклятий. А я их не то, что выучить, я даже списать не успела. И вот он печальный итог.
  Оставив платок на спинке стула, понуро бреду получать очередную порцию позорного провала. О том, что домашнюю работу я не сделала, знаю я, знает профессор и догадывается вся группа. Особенно злорадное выражение на лице у Ригры, которой расквашенный нос уже вылечили.
  - Итак, - высокий темноволосый с проседью профессор, единственный тощий представитель мужской части преподавательского состава, сложив руки на груди, приступил к повышению собственного настроения, за счет моей личностной самооценки, - представим ситуацию... Убийство на бытовой почве, в городском доме. Семья клерка среднего достатка, мать, отец, трое малолетних детей. Ситуация - убита супруга клерка, предположительно им же самим. Все улики указывают на непредумышленное убийство в состоянии аффекта, но есть одна странность - сам клерк поверить не может, что совершил убийство дорогой супруги собственными руками. К тому же в наличие такие показатели, как наличие великолепных характеристик с места работы и поручительное письмо от начальства. Ваши действия, адептка Риате?
  Я бы начала с опроса соседей - очень часто благополучная на первый взгляд семья на деле имеет глубокие проблемы межличностных отношений. Затем пообщалась бы с родственниками супругов - мы вносим во взрослую жизнь привычки своей семьи, и часто таким образом проблемы непониманий, упреков, да и силового решения споров перетекают из семьи в семью, но... Но если отвечу таким образом получу неуд и недопуск к весенней зачетной сессии. Потому что это работа следователя, а моя задача:
  - Первое, необходимо отыскать признаки бытовых проклятий.
  - Правильно, Риате, а какие это признаки?
  - Плесень, - начинаю перечислять я, - отсутствие грызунов, отсутствие домашних животных, гибнущие растения, если таковые имеются.
  - А если перечисленное вами, что являет собой далеко не полный перечень признаков, в совершенном соответствии с нормой, мы смотрим что?
  - Воду, оставленную в открытом сосуде и предположительно находящуюся без сдвигов во время убийства, - заученно повторяю я. Ну да, именно об этом и была вчерашняя пара, а на память пока не жалуюсь.
  - И что мы должны сделать?
  - С максимальной осторожностью разместить жидкость под увеличительным кристаллом, и памятуя о том, что вода это природный хранитель информации, рассмотреть ее.
  - И что мы можем там обнаружить? - теряя терпение и устав задавать наводящие вопросы, вопросил профессор Сэдр, повышая голос.
  - Следы ругательств и проклятий, если они звучали, - опустив голову, ответила я.
  Ответ был не то чтобы неверным, скорее неполным. Мне следовало...
  - Адептка Дакене, - прозвучал ледяной голос профессора, - встаньте, и дополните весьма скудный ответ адептки Риате.
  Ригра подскочила, едва не светясь от радости и желания вернуть мне свой собственный позор, а затем, подхватив палочку для вывода символов, подошла к доске и началось:
  - Показателем гнева является наличие в воде следующих кристаллов, - на доску ровным рядом легли шесть изображений. - Однако гнев не всегда является поводом к убийству, чаще всего причиной бытовых убийств служат кристаллы свидетельствующие о раздражении. - И еще девять идеально выполненных рисунка. - Но если мы обнаруживаем один из подобных кристаллов, - пятнадцать рисунков торопливо были выведены на доске, - значит, речь идет о внешнем вмешательстве. В этом случае следует привлечь специалистов Ночного патруля и соответственно компетентного мага.
  И темный дух дернул меня за язык:
  - А можно просто допросить супруга убитой, и тогда вполне возможно выяснится, что проклятия его рук дело, и таким образом он просто пытался отвести подозрения от себя. Либо имеет место длительный конфликт, и клерк, скромный, стеснительный и исполнительный на работе, дома превращался в домашнего тирана, измывающегося над женой и детьми, или...
  - АДЕПТКА РИАТЕ! - глас профессора вынудил попросту заткнуться. Ну и пусть ставит неуд, все равно все сдам... пусть и с седьмого раза. Но, увы, Сэдр избрал худший вид наказания. - К директору! Немедленно!
  Я побледнела, остальные испуганно затихли, и даже Ригра явно считала это чрезмерным наказанием, но профессор Сэдр был неумолим.
  - Живо!
  Обычно я гораздо более гордая, но сейчас как бы ситуация не располагала:
  - Профессор Сэдр, пожалуйста, я...
  - Вон! - неумолимо сообщили мне.
  Закрыла глаза на мгновение, стараясь сдержать слезы. Виновата сама, конечно, и прежде походы к директору оборачивались выволочкой и порцией грязной работы по академии, а что ждет меня сейчас?
  - Да, профессор, - пробормотала я, выходя из аудитории и украдкой вытирая слезы.
  По коридорам шла откровенно долго. Несколько раз останавливалась, судорожно пытаясь сдержать рыдания, потому что... несправедливо все это. С другой стороны домашнее задание я действительно не сделала.
  Вот так ругая себя, прошла пустыми коридорами, спустилась по широкой лестнице, прошла через галерею славы, с портретами выдающихся магов Темной Империи. Кстати, среди них не было ни единого выпускника Академии Проклятий...
  Перед дверью в кабинет директора стояла долго, старательно пытаясь успокоиться и вообще взять себя в руки. Да, я виновата, да признаю, да готова понести наказание - все!
  И толкнув дверь, вошла, замерла под удивленным взглядом леди Митас, в момент моего появления копирующей для распространения стопку новых указов, явно директор уже потрудился.
  - Адептка Риате, что опять? - изумилась почтенная леди.
  Я кивнула и судорожно вздохнула, пытаясь сдержать всхлип.
  - Дэя, - в голосе леди Митас только сожаление, - Дэя, это не лорд Энер, милая. Магистр Тьер обычным наказанием не ограничится! И прощать тебя никто не будет - три вызова в кабинет за учебный год и отчисление из академии, Дэя!
  Я все это знала.
  Все это знали. И профессор Сэдр тем более.
  - Дэя-Дэя, - поднимаясь, сказала леди Митас и направилась к дверям уже непосредственно в сам кабинет. Осторожно постучала, затем приоткрыла двери и сообщила. - К вам адепт, магистр Тьер.
  - По вопросу? - глухой, чуть уставший голос.
  - Нарушение порядка, вероятно.
  Мне было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь пол, но я стояла, и, опустив голову, слушала.
  Услышала:
  - Леди Митас, почему я, директор данного проклятого заведения для истеричных особ мужского пола и невоспитанных особ женского, должен разбираться с нарушениями дисциплины?! Пятьдесят отжиманий от пола отобьют охоту у любого хулигана срывать лекции! Пусть приступает, отсчитаете и отправьте обратно, а меня больше не беспокоить!
  Бледная женщина, запинаясь, пояснила:
  - Это Академия Проклятий, лорд, пятьдесят отжиманий это...
  - Хорошо - двадцать! - прервал ее магистр.
  - Но это... адептка, лорд.
  - Двадцать приседаний, - невозмутимо ответил он.
  Меня вполне устраивало! Меня это более чем устраивало, и едва леди Митас неуверенно на меня оглянулась, я радостно закивала головой, искренне надеясь, что эта, по сути, добрая женщина мой порыв заметит. Заметила, покорно сказала:
  - Да, директор Тьер, - и закрыла двери в кабинет, с трудом сдерживая улыбку.
  Подойдя ближе ко мне, шепотом пояснила:
  - Злой с утра, намаялся бедный, это только выглядит легко, а на деле поднять духа-хранителя ох как не просто, директор лорд Энер за все годы только один раз и смог, и то готовился столько месяцев, а закончилось все... да ты же помнишь, на первом курсе была.
  Я кивнула, так как действительно Этого никто не мог забыть, а леди найдя свободные уши продолжила:
  - И что ты думаешь, оценили? Как бы не так! Едва бедненький лорд Тьер пришел в кабинет, как к нему все преподаватели из мужского общежития заявились... - леди Митас тяжело вздохнула, и так же шепотом продолжила. - Профессор Обрук истерику устроил, со слезами, завываниями и ультиматумом, что если мужское общежитие тот час же не будет отремонтировано, у него, Обрука, будет сердечный приступ.
  Ну, профессор Обрук всегда отличался некоторыми женоподобными поступками, но чтобы настолько... неудивительно, что магистр пребывает в не лучшем расположении духа, странно, что он вообще все здесь не разнес.
  - И что директор? - шепотом спросила я, так как любопытство жаждало узнать, что было после ультиматума Обрука.
  Леди закатила глаза, потом не скрывая своего восторженного отношения к лорду Тьеру, торопливо зашептала:
  - Ой, что было-то... Директор сначала весь напрягся от ярости, даже руки сжал, а потом успокоился, и деловым таким тоном, ну спокооойненько, как с духом-хранителем разговаривал, поведал Обруку какими именно ударами он может спровоцировать остановку его сердца. И это даже не угроза была, просто лорд Тьер он как бы размышлял... вслух.
  Я хихикнула, леди тоже заулыбалась, и нам обоим было смешно и чуть-чуть жалко лорда директора и очень жалко обитателей мужского общежития.
  - Так, все-все, - прошептала леди Митас, - у нас наказание.
  Я опять же закивала, все еще улыбаясь и думая о том, что, в конце концов, двадцать приседаний, это не посещение кабинета директора с занесением в карту адепта, так что все очень даже хорошо складывается. Леди секретарь думала так же, подмигнула мне, и, сев обратно за стол, преувеличенно громко и сурово, возвестила:
  - Двадцать приседаний! Приступайте, адептка Риате!
  И не успела я присесть даже первый раз, как дверь в директорский кабинет распахнулась, и я услышала полное ярости:
  - Кто?!
  С трудом удержалась, чтобы не упасть, выпрямилась и уставилась на... пол. Леди Митас почему-то тоже старалась смотреть куда угодно, только не на Тьера, а вот сам господин директор:
  - В мой кабинет! - скомандовали мне.
  Угрюмо разглядывая рисунок ковра, внесла свое предложение:
  - А может, я лучше двадцать раз отожмусь от пола?
  В следующую секунду директор вышел. Вообще. Громко хлопнула входная дверь, послышались его тяжелые удаляющиеся шаги. Мы с леди Митас так и застыли, испуганно глядя друг на друга - я хоть стояла, выпрямившись, а она в полусогнутом положении, так как поднималась со стула.
   В итоге леди секретарь села, переводя взгляд с двери на меня и обратно.
  - Да, - согласилась я, с ее молчаливым обвинением, - стоило помолчать.
  - Стоило, Дэя, стоило, - подтвердила какая-то на удивление растерянная и в то же время задумчивая леди. - А что, говорят, вы на рассвете вместе из города вернулись?
  - Леди Митас! - возмутилась я.
  Женщина ответила не менее возмущенным взглядом, затем указав на двери, почему-то сказала:
  - А гоблин правильные загадки загадывает, оказывается.
  И я сорвалась:
  - Да я не с ним целовалась, - почти закричала, подбежав к столу секретаря, и уперевшись руками для пущей уверенности, - не с ним никоим образом! Мы встретились только у стены, а там лорд Шейдер!..
  И я умолкла. Наверное, остановил меня жадный до подробностей взгляд леди Митас, а может просто не хотелось делать случившееся достоянием общественности.
  - И? - разочарованная моим молчанием потребовала секретарь.
  - Вы же знаете, все увиденное держу за зубами, - мрачно ответила я.
  Она знала. Это все знали, потому и работала я спокойно, иначе какому преподу бы понравилось, что адептка наутро про все его ночные злоключения рассказывать будет. Так что я выработала непреложное правило - о том, что было за воротами академии никому и никогда не говорить. А бывало многое, правда, раньше все это бывало не со мной. И вот, дожилась.
  Вновь послышались шаги, причем директор явно хотел, чтобы его услышали, так как передвигаться бесшумно магистр умел. Вошел, суровый и сдержанный, и почему-то с влажными распущенными волосами.
  - На улице дождь? - невольно спросила я.
  - В мой кабинет! - приказали мне.
  Пришлось идти, и на этот раз без выкрутасов.
  Вошла, остановилась на ковре напротив директорского стола, приготовилась долго и нудно просить прощения... Вспомнила, чем все в прошлый раз в этом кабинете закончилось и сникла окончательно. Директор что-то негромко приказал леди Митас, затем вошел... закрыл двери.
  - Садитесь, адептка, - было сказано мне.
  Памятуя о том, что посиделки на полу не спасут, я осторожно присела на краешек стула, ожидая, когда магистр займет свое место за столом. Не занял. То есть он действительно подошел к столу, затем сел на его край, скрестив и руки, и ноги, и уставился на меня мрачным, немигающим взглядом.
  Я взглянула на него один раз и тут же отвела глаза, потом взглянула еще раз и снова опустила голову.
  - Ну что же вы молчите? - глухим, и в то же время ехидным голосом поинтересовались у меня.
  - Да уже наговорилась тут в прошлый раз, больше не хочется, - почему-то сказала я.
  И тут же обругала себя за очередной ляп. Но к моему удивлению директор отреагировал очень спокойным:
  - Да, прошлый ваш монолог умом не отличался. Мы постараемся убрать его последствия сегодня ночью, в присутствии духа-хранителя есть все шансы на это.
   И тут я не сдержала полное облегчения 'Хууууу', и даже на спинку стула откинулась, ощущая, как отпускает страх, давивший с тех самых пор, как магистр приказал прийти к нему ночью. И уже улыбнувшись рискнула посмотреть на директора. Лорд Тьер не улыбался, он смотрел на меня со смесью удивления и раздражения.
  - Простите, - поторопилась исправиться я, и снова села ровно, но так как взгляд его оставался злым и неприязненным, я почему-то добавила. - Просто ваш приказ явиться ночью, я... простите, я не о том подумала и...
  Поза господина директора изменилась мгновенно, он весь напрягся, плечи словно увеличились и чуть подавшись вперед, лорд Тьер спросил:
  - А о чем вы подумали, адептка Риате?
  И я смутилась. И не смотря на то, что нас разделяло не менее двух шагов пространства, вжалась в спинку стула и меньше всего мне хотелось отвечать, тем самым выставив себя еще большей дурой, чем раньше.
  - Я слушаю! - потребовал ответа господин директор.
  Я зажмурилась и ответила предельно честно:
  - Что вы заставите лечь в вашу постель, под угрозой отчисления.
  Тишина. Я открыла глаза, и испуганно вздрогнула, глядя в черные, немигающие глаза магистра Тьера, на сей раз отрешенно на меня взирающего. Несколько минут в кабинете было тихо, затем абсолютно спокойным и ровным, лишенным какой либо эмоциональной окраски голосом, лорд поинтересовался:
  - И часто вам приходилось столь... деликатным способом убеждать прежнего директора Академии Проклятий оставить вас в числе адептов?
  Кровь бросилась в лицо и прежде, чем сообразила, что вообще делаю, я подскочила, гневно глядя на какой-то там меч империи, после чего возмущенно воскликнула:
  - Да что вы себе позволяете!
  Левая бровь магистра Тьера поползла вверх, но он молчал, тем самым подтверждая мои худшие предположения.
  - Да я не настолько плохо училась, чтобы зарабатывать оценки подобным образом!
  К первой брови на мгновение присоединилась вторая, после чего магистр вернул лицу выражение абсолютной невозмутимости и поинтересовался:
  - То есть если бы вы 'на столько' плохо учились, то не сочли бы оскорбительным оказывать услуги интимного характера руководству академии, дабы ваше имя и далее находилось в списках адептов?!
  Я с размаху опустилась обратно на стул. Отвечать что-либо не было ни сил, ни желания. В чем-то магистр прав, если бы пришлось, я бы сделала все, чтобы этого избежать, но если бы выхода не было...
  - Я жду ответ, - напомнили мне.
  - Предпочитаю откупаться сливовицей и бесплатными ужинами в 'Когте Дракона', - честно ответила я, не отрывая взгляда от пола.
  Тишина, некоторое время царила в кабинете директора, затем с тяжелым вздохом, лорд Тьер произнес:
  - Предпочитаю за свои ужины платить сам!
  Я вскинула голову, но директор уже отвернулся от меня, глядя почему-то на дверь. Затем обошел собственный стол, сел, вновь направил на меня неприязненный взгляд и официальным тоном поинтересовался:
  - В связи с каким дисциплинарным нарушением вы были удалены с лекции и направлены в мой кабинет, адептка Риате?
  А сразу с этого вопроса начать нельзя было? Но кто я такая, чтобы указывать великому магистру Тьеру.
  - Я... - в горле пересохло, сглотнув, пытаюсь продолжить, - я... внесла неконструктивное предложение, перебив адептку Дакене, в связи, с чем профессор...
  Скрип входной двери, послышались шаги и следов слова леди Матис:
  - Проходите-проходите, лорд директор ожидает вас.
  Осторожный стук в дверь директорского кабинета, и ледяное от магистра:
  - Вам же сказали - я жду!
  Дверь мгновенно открылась, на пороге показался профессор Сэдр. Окинув меня неприязненным взглядом, преподаватель уверенно прошел ближе к столу и только собирался заговорить, как был остановлен резким:
  - Садитесь!
  Растеряв после подобного всю свою уверенность, Сэдр подвинул стул ближе к директорскому столу, уселся, уже не пытаясь начать разговор и ожидая слов директора. Дождался:
  - В связи с чем, адептка Риате была направлена вами в мой кабинет? - но едва профессор попытался ответить, как магистр Тьер продолжил. - Я надеюсь, вы имели вменяемую и достойную причину для того, чтобы принять подобное решение, прекрасно зная, что три вызова в кабинет директора академии это фактически - отчисление!
  Ой! Я взглянула на профессора, тот стремительно бледнел под пристальным взглядом начальства, и судя по бегающим глазкам, сейчас Сэдр начнет активно выкручиваться, то есть лгать. Он и начал:
  - Понимаете, лорд директор...
  - Причина! - перебил его магистр.- Быстро, четко, ясно!
  Я и сама почему-то ждала, когда вечно третирующий меня профессор назовет эту самую причину. Он и назвал:
  - Невыполнение домашнего задания!
  Я испуганно взглянула на директора, тот чуть насмешливо смотрел исключительно на профессора Сэдра, явно ожидая продолжения. Но и преподаватель умолк, явно предполагая, что директор все его попытки выкрутиться видит насквозь. Так оно и было.
  - Меня крайне беспокоит дисциплина в Академии Проклятий, - чуть задумчиво начал магистр Тьер, - причем удручает как дисциплина среди адептов, так и среди преподавателей. Профессор Сэдр, я дам вам вторую попытку, и еще раз требую назвать причину вашего поступка!
  На сей раз преподаватель смолчал, и магистр чуть заметно кивнул, принимая его решение. Дальше прозвучало:
  - Дара, предоставь мне копию событий в аудитории профессора Сэдра.
  Я замерла, сам преподаватель побелел, а возрожденный дух смерти, каким-то немыслимым образом подчиненный лордом Тьером, над нашими головами произнес:
  - Да, господин.
  В следующую секунду над столом директора появилось миниатюрное изображение аудитории, все мы за партами, профессор у доски. И это не было кристаллом, или пространственным окном, это действительно была запись.
  - Немыслимо, - пробормотал профессор Сэдр, - вы внедрили запрещенную систему наблюдения!
  Легкая усмешка скользнула по губам магистра Тьера, и последовал совершенно спокойный ответ:
  - Профессор Сэдр, я не вхожу в число тех личностей, которые безответственно относятся к порученной им должности. И направляя меня в Академию Проклятий Его Темнейшество несомненно знал, чем ему это... грозит. Естественно, я не собираюсь терпеть в своем учебном заведении ложь, предвзятое отношение к адептам и нарушения дисциплины.
   И после данного фактически признания в том, что еще не мало 'запрещенного' произойдет в дальнейшем, директор сосредоточился на картинке. Мой вызов к доске, мой позор во время ответа, ответ Ригры, мое выступление, и приказ профессора Сэдра. Затем взмах указательным пальцем и изображение исчезло.
  Тяжелый взгляд магистра Тьера заставил преподавателя вжаться в спинку стула, и испуганно моргать, не в силах видимо совладать с эмоциями.
  - Я, - ледяным тоном начал директор, - не увидел состава преступления в поступке адептки Риате. Так же я не увидел нарушений, достаточных для столь весомого наказания. Мне стоит ждать ваших оправданий, или вы уже усвоили, что оправдания бессмысленны?
  Профессор глухо ответил:
  - Усвоил.
  - Замечательно, - не скрывая иронии, произнес лорд директор, - в таком случае ступайте к леди Митас и сделайте двадцать отжиманий. Исполнять!
  Я оторопела, профессор Сэдр возмущенно подскочил со стула и попытался это самое возмущение высказать:
  - Лорд директор, по какому праву?.. - насмешливая улыбка чуть исказила уверенный рот магистра и преподаватель умолк. Но тут же нашел еще слова в защиту собственной персоны от немыслимого наказания. - Должен вам напомнить, лорд директор, что Академия Проклятий это гражданское заведение и...
  - С сегодняшнего дня нет, - невозмутимо произнес магистр.
   И так как у профессора явно больше слов не было, лорд Тьер продолжил:
  - Указом Его Темнейшества, датированным днем сегодняшним, Академия Проклятий отныне значится как военно-учебное заведение. Со всеми из этого вытекающими. С этого дня адептам академии назначается стипендия, так же вводятся военно-спортивные нормативы, базовая боевая подготовка. Более того - внедряется система защиты для каждого адепта и преподавателя, и соответственно накладывается печать о неразглашении
  Профессор потрясенно опустился обратно на стул, в ужасе глядя на магистра, магистр кивнул и завершил:
  - Я осознаю, что вы сейчас не в той физической форме, чтобы достойно выполнить наказание, однако уверяю, что уже через месяц двадцать отжиманий будут вам по силам.
  Несчастный Сэдр медленно поднялся, повернулся, и уже хотел было уйти, как вернулся к столу, склонил голову, затем выпрямился и отрапортовал:
  - Разрешите идти? - это было сказано с тщательно прикрытой издевкой.
  Магистр чуть поморщился, едва сдержал усмешку, хотя губы его дрогнули, и, глядя в глаза потрясенного новой информацией профессора, нехотя произнес:
  - Мы не в армии, и не в казарме. - Сэдр казалось, хотел что-то добавить, и тут Тьер его добил. - Вы обязаны обращаться ко мне не иначе как 'Разрешите идти, лорд директор'.
  Профессор моргнул, и неожиданно спросил:
  - Нас ожидают... кадровые перестановки?
  - Нет, - на сей раз магистр Тьер позволил себе улыбнуться, - тех, кем я был недоволен, уже уволили. Не терплю взяточников. Костяк преподавательского состава останется без изменений, добавятся как новые предметы, так и новые учителя и мастера.
  Мы с профессором переглянулись, неожиданно ища поддержки в глазах друг друга, затем бледный и даже чуть дрожащий Сэдр хрипло произнес:
  - Но... это дополнительные часы занятий и...
  - Сократим! - несколько резко ответил лорд Тьер. - Маниакальная зубрежка - не идеальна в качестве главного метода обучения. Но это тема для отдельного разговора, и вести его буду не я.
  - А кто? - рискнул спросить профессор.
  - Лорд Эллохар, - на губах магистра промелькнула неожиданно веселая усмешка.
  Если бы грянул гром, наверное, я перепугалась бы меньше. А профессор так вообще пошатнулся, затем чуть подавшись вперед, прошептал побелевшими губами:
  - Директор университета Искусства Смерти?!
  - Именно, - преспокойно пояснил лорд Тьер. - Великолепный специалист, бессменный глава одного из ведущих учебных заведений империи, руководитель моего научного проекта, мой друг и наставник. Еще вопросы?
  - Нннет, - Сэдр сник, - разрешите идти, лорд директор?
  - Разрешаю, - лорд Тьер загадочно улыбался, глядя как преподаватель выходит, осторожно закрывает дверь, а после не слышно его шагов - подслушивал.
  Но тут же послышался голосок леди Матис, и некоторым пришлось уйти на собственную лекцию. И только тогда неуловимо быстро магистр повернулся ко мне. А я все думала - эта идея к нему до проклятия пришла, или после?! Судя по всему до... Хотя мне уже очень интересно, чем я вообще его прокляла?!
  - Мне хотелось бы обратить внимание на один момент, - произнес лорд директор.
  Затем вновь воссоздал изображение аудитории, и я услышала свой собственный голос: 'А можно просто допросить супруга убитой, и тогда вполне возможно выяснится, что проклятия его рук дело, и таким образом он просто пытался отвести подозрения от себя. Либо имеет место длительный конфликт, и клерк, скромный, стеснительный и исполнительный на работе, дома превращался в домашнего тирана, измывающегося над женой и детьми, или...'
  - Вы осознаете, насколько правы? - проницательный взгляд черных глаз был направлен на меня. Но так как я продолжала молчать, магистр продолжил. - И в то же время, адептка Риате, вы осознаете, насколько этим эмоциональным высказыванием раскрыли собственное прошлое?
  Теперь я вздрогнула снова, уже испуганно глядя на лорда, а он продолжил:
  - Кто, адептка Риате, поступил подобным образом? Ответьте, иной раз правда, даже раскрытая через много лет, позволяет решить многие проблемы.
  И почему-то я даже встала, и как-то глухо произнесла:
  - Это не моя тайна!
  Это было завораживающее зрелище - черный взгляд оставался все столь же проницательным, но на губах лорда директора заиграла очень лукавая улыбка и тоном, которого я менее всего ожидала, магистр произнес:
  - Ваша, адептка Риате, это ваша тайна. И я ее обязательно разгадаю.
  Мне вдруг очень нехорошо стало, потому что... тайна действительно была не моя. Участие в сокрытии убийства мое, но я об этом не жалела совершенно, та мразь жизни не заслуживала. А тайна... тайна не моя она!
  - Это не моя тайна, - слабеющим голосом проговорила я. - Правда не моя! Мой отец прекрасный человек, и в нашей семье пусть жили не богато, но дружно и счастливо...
  Лорд откинулся в кресле, сложил руки на груди и задал невероятный вопрос:
  - Почему же тогда ваша дружная и любящая вас же семья, не соизволила навестить любимую дочь за все четыре года обучения?!
  Да потому что у них нет на подобные путешествия денег! Но куда там великим и могущественным лордам до проблем бедной семьи. Вскинув подбородок, я честно призналась:
  - Матушка не здорова, отец беспокоится о ее здоровье, а мне не трудно на каникулы приезжать домой!
  На лице магистра царило какое-то удовлетворенно-довольное выражение, затем мне кивнули, и в очередной раз удивили:
  - Что ж, мне импонирует ваша гордость, но искренне жаль, что о чувстве собственного достоинства вы вспоминаете крайне редко. Ступайте, адептка Риате, у вас лекция!
  Молча развернувшись, я направилась к двери, но меня остановил еще один неожиданный вопрос:
  - За что вас так ненавидит профессор Сэдр?
  Обернувшись к лорду директору, недоуменно пожала плечами, потому что ответ мне действительно был неизвестен.
  - Странно, - задумчиво произнес магистр, затем повысив голос. - Дара!
  Возрожденный дух смерти, один из двенадцати приближенных темного престола, возник перед столом лорда директора в образе темной эльфийки, разве что ушки были едва заметны, и язвительно произнес:
  - Адептка Риате слишком любит хранить чужие тайны.
  - Например? - с живейшим интересом вопросил магистр.
  Возрожденная глянула на меня, затем все так же меня разглядывая, с намеком произнесла:
  - Когда-то у профессора Сэдра была жена...
  И я вспомнила. Да, жена была, одна из студенток академии. Они поженились, когда девушка была на третьем курсе, а я на первом. А потом... как-то размытой картинкой всплыло воспоминание об увиденном однажды - адептка Ирдас на руках у какого-то заезжего мага. Кажется, их столик обслуживала даже не я, а Сэл. А спустя какое-то время адептка сбежала в неизвестном направлении, оставив безутешного профессора. И вся история.
  - Ну была жена, - я вновь пожала плечами, - потом их брак закончился. Я тут причем?
  Лорд директор посмотрел на возрожденную, та на меня, потом на него, потом тоже плечами пожала и высказалась:
  - Жители приграничья отличаются некоторой наивностью, господин Тьер. Адептка действительно не осознает, что именно ее профессор обвинил в крушении собственного брака, посчитав, что Риате обязана была уведомить его об изменах жены.
  И пока я стояла, в оцепенении глядя на духа смерти, лорд директор махнул рукой и Дара растворилась в пространстве. Мне же было сказано:
  - Идите, адептка Риате.
  Но я стояла, чуть нервно растирая шею, чуть оттягивая край ворота рубашки, и все пыталась понять, в чем я перед Сэдром виновата, но оно как-то не понималось. И вдруг громовое:
  - Прекратите немедленно! - я вздрогнула, а он, как заорет на меня: - Вон!
  Я испуганно взглянула на магистра и едва не заорала от ужаса - на меня смотрела сама Бездна, черными полными голода глазами!
  Как выбегала из кабинета даже не помню, очнулась за пределами учебного корпуса, поскользнувшись на стылой жиже, и повалившись на колени, руки я едва выставить успела, иначе бы и лицом в грязь уткнулась.
  Сердце колотилось, перед глазами роились черные точки, дыхание сбилось... а еще все сердце наполнял ужас, ледяной ужас! Потому что тот взгляд у лорда Тьера - я уже видела подобное! Когда только-только работать начала, в нашем городе как раз находился один из проверяющих, это мне потом сказали, что он относился к ордену Бессмертных. А тогда, глядя как к одинокому посетителю, мирно сидящему за столиком в углу и попивающему травяной настой, подходят шесть наемников полуоборотней, я искренне переживала за лорда, даже думала по-быстрому отправить сообщение герою моих снов Шейдеру. Не понадобилось! Сначала лорд в черном молча выслушал требования наемников, а потом просто откинулся в на спинку скрипнувшего при этом действии стула и... посмотрел. Когда из его глаз хлынула Бездна, Сэл ударила меня в живот, и согнувшуюся от боли повалила на пол. Потом я долго стонала и жаловалась, но стоило встать... Тот лорд преспокойно допивал отвар, а вокруг него пеплом осыпались рискнувшие угрожать нелюди...
  Явившемуся по вызову ночному патрулю, Бессмертный преспокойно сообщил: 'Им не стоило меня злить!'. И все, на этом разбирательства были закончены, а лорд Шейдер прекратил даже смотреть в сторону проверяющего, сосредоточившись на раздаче приказов по ликвидации последствий случившегося. Бессмертных боялись все! У нас в Академии, как узнали о назначении нового директора, а точнее о том, к какому ордену он принадлежит, вообще истерика повальная у половины адептов случилась. Так что лорда директора все боялись вполне обоснованно.
  Вернувшись в общежитие, я быстро переоделась, чихнув раза три, что было очень плохим признаком, и побежала обратно в учебный корпус, обнимая плечи руками и очень жалея, что не захватила платок. Поднимаясь по лестнице, вновь чихнула и поняла, что кажется, заболеваю. Неудивительно, учитывая события сегодняшнего утра, но и приятного мало.
  Добралась до аудитории, постучалась, попросила разрешения войти, под всеобщими очень удивленными взглядами добрела до своей последней парты и села рядом с Яной.
  - Дэя, - вдруг напряженно прошептала та, - Дэй, ты вся белая... Что-то случилось?
  - Лорд директор,- вздрогнув, прошептала я.
  И вроде только прошептала, а на лекции было так тихо, что услышали все. Потом полный отчаяния стон и мы все разом посмотрели на Сэдра, а тот сидел, хотя всегда вел лекции стоя, и заметив наше повышенное внимание, неожиданно дружелюбно произнес:
  - Академия Проклятий больше никогда не будет прежней, адепты...
  Его откровение прервал звонок, но мы все остались сидеть, ожидая как и всегда внушительного домашнего задания. Нас приятно удивили:
  - Идите, - профессор даже рукой махнул, словно подтверждая свои слова, - идите...
  
  В коридоре, едва покинули аудиторию, меня обступила вся группа с требованием прямо здесь и прямо сейчас рассказать о том, что случилось в кабинете лорда директора. Но я лишь отмалчивалась, по возможности стараясь вообще прекратить всяческие разговоры на данную тему, но увы, вышло иначе:
  - Ты вся горишь, - Ригра демонстративно прикоснулась к моему лбу, и с видом знатока продолжила, - а я вилась бледная. Все ясно - он пьет твои жизненные силы!
  Один слаженный испуганный выдох и теперь на меня уставились все, горя жаждой знаний.
  - Действительно, - продолжила все та же адептка Дакене, - зачем наказывать работой по академии, если можно и примерно наказать и заодно подпитаться! Да, теперь походы к директоры становятся просто таки смертельно опасны.
  И если в момент ее монолога я отрицательно махала головой, в ужасе следя за ее рассуждениями, то после последних слов почему-то кивнула.
  - Я же говорила! - торжествующе возвестила Ригра. - И те, кого он будет вызывать к себе особенно часто вскоре присоединится к привидениям!
  Все вздрогнули. Привидений у нас было предостаточно и в основном неприкаянными становились именно умершие в стенах данного учебного заведения адепты. Но в то же время это все было уже как-то слишком, и мои мысли подтвердил Велас:
  - Ты явно преувеличиваешь, Ригра, - вполне разумно подметил он.
  - Да?! - Дакене усмехнулась, - А как по-твоему Бессмертные становятся именно бессмертными?
  Прозвенел звонок.
  
  Теория смертельных проклятий - предмет особый. Здесь не нужно выходить к доске, здесь не требуют от адептов ответов, здесь говорит только сам преподаватель, да поскрипывает мел, выводя на доске слова и символы. И доска в этой аудитории огромная, на всю стену, потому как каждое проклятие, это не только слова, это еще и сопутствующие восходящие или нисходящие потоки силы, это символы обозначающие степень и уровень вплетения энергии, это показатели преломления действия. И здесь запрещено даже шевелить губами во время лекции, за этим зорко следят три лаборанта.
  - Внимание, - голос магистра Тесме гулко разнесся над нашими головами, - сегодня мы разучим новое проклятие, нового для вас уровня.
   Мел послушно выписал цифру семь, затем цифра была стерта. Магистр Тесме, единственный из преподавателей находящийся в столь высоком звании, повернулся к группе, заложив руки за спину, и внимательно оглядел всех адептов. Зорко, пристально, изучающее. Он всегда так смотрел, этот уже очень старый, но еще такой сильный мужчина, у которого нельзя было ни списать, ни профилонить, ни не выучить! Поговаривали, что Вилиам Тесме когда-то был среди боевых магов и стал совершенно седым в двадцать, столкнувшись с одним из магов-отступников. Тот выпил весь отряд, но не заметил раненного и брошенного в овраг в момент начала боя Вилиама. Когда высоченная фигура живого мертвеца покинула место сражения, за ним покорно двинулось тридцать шесть обращенных, а Тесме выжил. Несмотря на сломанные ноги и нулевой резерв выполз из приграничного леса, добрался до своих и выжил. А вот магический резерв так и не восстановил, что нередко случалось с теми, кто сталкивался с магами-отступниками. Но утратив силу, магистр не утратил желания быть магом и стал изучать смертельные проклятия, то единственное, для чего требуется только энергия. Поговаривали, что он просто хотел отомстить за гибель своих друзей. Удалось или нет никто не знает, но магистр Тесме стал лучшим в своем деле, и когда годы взяли свое, он приехал в Академию Проклятий, правда директором стать не пожелал и остался просто преподавателем. Хотя нет, не просто - понятие 'просто' и магистр Тесме вообще не совместимы.
  - Я хочу, чтобы вы осознали, - глубокий уверенный голос заставляет внимать его словам с почтением, - каждый специалист по проклятиям испытывает искушение хоть раз воспользоваться своими смертельно-опасными знаниями. Вы молоды, вы жаждете значимости и признания, вы горите желанием доказать, что адепты Академии Проклятий не просто будущие клерки...
   О да, вот тут он прав!
   - Я понимаю вас, - продолжил профессор, - когда-то и сам испытывал нечто подобное, но запомните, адепты, слово - сильнейшее из орудий мыслящих существ. Мысль порой сильнее, как и магия, но именно слово способно убить, или воскресить! Именно слово - проводник мыслей, способ передать мысль от одного к другому. И только слово способно разрушить даже то, что создано магией, природой, человеком! Помните о силе слова! Уясните раз и навсегда, что ваше жизненное кредо - молчание. Знайте, что ваше могущество не в умении показать, на что вы способны, а в умении скрыть это! Сдержанность и молчание - вот ваша жизненная позиция!
  Он говорил нечто подобное на каждой лекции, в течение всех лет обучения. И мы понимали - магистр прав. Действительно прав. Выпускники Академии Проклятий это очень узкие и порой недооцениваемые специалисты, но такова наша участь.
  - Итак, проклятие седьмого уровня, - Тесме вскинул руки и меж его пальцев пробежали синие разряды, с тусклым свечением. - Да, накопление энергии третьего порядка, - прокомментировал магистр, - то есть без подготовки, подобное проклятие может захватить часть вашей ауры, адепты.
  Мы все торопливо вывели в тетрадях: '1. Подготовительный этап - накопление энергии!'
  - Этап второй - блокировка эмоций! - продиктовал магистр Тесме.
  И это мы так же скрупулезно вписали, чтобы услышать:
  - Особенность конкретно данного проклятия - мы начинаем с восходящего потока.
  Это действительно странно, обычно все наоборот.
  - Название, принятое в Имперском своде проклятий - 'Поцелуй смерти'.
  Это вписывалось посреди листа, подчеркивалось трижды прямой линией. Но если на первом курсе услышав нечто вроде 'Ласковое касание смерти' мы принимались скабрезно хихикать, сейчас ни смешка не послышалось. Потому что название обычно очень точно отражает сущность проклятия, то же 'Ласковое касание смерти' - проклятие с отсроченным сроком воздействия. И проклятый поначалу чувствует энергетический подъем, удача начинает сопутствовать во всех делах, но затем медленное, практически не осязаемое угасание, практически на пике жизни. Смерть может касаться и ласково, но это всегда смерть. Вот и сейчас, выводя слово 'поцелуй', мы, как четверокурсники, уже могли примерно предположить, как воздействует это проклятие.
  - Данное проклятие с отсрочкой воздействия, но проявляться начинает с губ, отсюда и название. Часто 'Поцелуй смерти' путают с третьей степенью некоторых заболеваний, передающихся через интимные контакты, и редко когда специалисты вашего уровня привлекаются к подобным случаям. Обычно больных лечат, но лечение никогда не бывает успешным. Очень часто даже вскрытие не дает никаких зацепок для начала расследования. Но особенности есть, и в первую очередь глаза - взгляд проклятого чистый, не замутненный, в то время как взгляд больного мутноват, зрение становится на порядок хуже. Вторая особенность - сильная слабость, но, к сожалению, данный признак так же считают сопутствующим болезни. Третье - снижение влечения, практически сразу после попадания под воздействие проклятия. И опять же - к сожалению, как мужчины, так и женщины не сознаются в подобном. Женщины не придают значения, мужчины придают излишне, и стыдятся признаться. В силу вышеуказанных причин мы столь редко можем вмешаться и помочь.
  Мы послушно строчили, записывая признаки проклятия, и профессор замолчал, давая нам еще немного времени. Едва все подняли головы от тетрадей, заскрипел мел, вписывая текст проклятия, мы же не торопились, ожидая, когда символы обозначающие силу и направление энергии, раскрасят строки. И только тогда в абсолютной тишине, начали старательно переписывать в тетради, чтобы затем заучить - так же молча.
  Две лекции пролетели незаметно, и если на первой мы изучали само проклятие 'Поцелуй смерти', и профессор долго объяснял правила переплетения энергии с восходящим потоком самого проклятия, то вторая была посвящена полной классификации всех проклятий седьмого уровня.
  После звонка, дружно шагая по коридору, мы жадно обсуждали новый уровень проклятий, который был отныне нам доступен.
  - Я вот одного не понял, - адепт Логер остановился, поправил очки на конопатом остром носу, и задумчиво произнес, - разве при использовании проклятий седьмого уровня магический фон не колеблется?
  Мы задумались. По идее любые проклятия от шестого уровня и выше требуют вливания энергии, а та в свою очередь оказывает влияние на магический фон и следовательно:
  - Должен колебаться... а-пчхи! - заявила я, и вся группа поспешила обратно в аудиторию.
  С профессором Тесме такое бывало не раз, и к счастью он относился к тому редкому типу преподавателей, которые не считали нудным и обременительным отвечать на вопросы студентов. Но едва мы толпой ввалились в аудиторию, так и застыли на месте!
  - ... меня удивляет ваше упорство, - высокий, даже слишком, беловолосый маг, вальяжно сидел на преподавательском столе и несколько раздражено беседовал со стоящим рядом профессором.
  - У меня узкая специализация, магистр, - в тон ему ответил Тесме, затем обернулся к нам, и не в пример дружелюбнее поинтересовался: - Какая умная мысль посетила ваши светлые головы?
  Все молча переводили взгляды с нашего магистра, на не нашего, но в результате жажда знаний победила.
  - Магистр Тесме, - начала Ригра, кокетливо поправляя огненно-рыжий локон и одновременно строя глазки незнакомцу, - нас заинтересовал момент, который не освещался на лекции...
  - По поводу проклятий седьмого уровня, - продолжила я.
  - Оказывают ли они влияние на магический фон?- вклинился адепт Джасер.
  - Потому как задействуемый энергетический поток невозможно скрыть даже магу уровня магистра, - снова Логер.
  И мы, все семнадцать человек застыли, готовые внимать преподавателю.
  - А вы спрашиваете, что меня держит в Академии Проклятий, - магистр Тесме обернулся, окинул незнакомца чуть насмешливым взглядом и продолжил общение с ним же, - здесь, магистр Эллохар, адепты еще не разучились задавать вопросы. В отличие от ваших, привыкших безусловно принимать любые слова преподавателя.
  Директор школы Искусство Смерти!
  Эта мысль поразила всех нас одновременно и мы все сделали плавный и слаженный шаг назад, но не ушли... и не потому что не боялись - нет, нам реально стало страшно, но любопытство было сильнее.
  Высокий, слишком высокий даже для темного магистр Эллохар, улыбнулся магистру Тесме, и пожав плечами невозмутимо ответил:
  - У нас иначе нельзя, уважаемый Тесме. Смертельные проклятия до десятого уровня обратимы, да даже десятого уровня иной раз и при особых условиях обратить можно, наши же знания позволяют лишить жизни даже бессмертных демонов. И потому наши адепты, действительно, не задают вопросов - положение обязывает хранить суровое молчание.
  Эллохар улыбнулся и одной это веселой улыбкой разрушил тот ореол ужасающей славы, который словно становился ярче по мере произнесения его монолога... но как-то улыбнулся и мы все выдохнули, а после я, почему-то спросила:
  - И как можно снять проклятие десятого уровня?.. Апчхи!
  Взгляд директора школы Искусства Смерти обратился на меня, улыбка стала шире, после чего мне снисходительно ответили:
  - А вы для начала научитесь накладывать проклятие высшего уровня, адептка, и еще, вы простыли, если не заметили, и...
   Внезапно магистр улыбаться перестал, вгляделся в меня, чуть сощурил глаза, и я почувствовала, как по телу прошелся озноб. А затем, директор Эллохар неодобрительно покачал головой. И мне стало жутко! Неужели увидел?! Но нет, вывод великого темного мага был иным:
  - Ну Тьер... додумался же экспериментировать на адептах... Или вы у него шли под отчисление?
  Я невольно кивнула.
  - А, - магистр безмятежно улыбнулся, - тогда понятно.
  Но мне понятно не было! И потому я требовательно спросила:
  - На мне экспериментировали?!
  Магистр Эллохар повернулся к преподавателю Тесме и небрежно заметил:
  - Нет, должен сказать, что молчаливые обучающиеся меня устраивают гораздо больше, к тому же мои адепты высказывают больше уважения в обращении к магистрам. - и уже мне, - Ловите.
  В следующее мгновение в меня полетел сверкающий клинок.
  В том, что я его не поймаю, не сомневался никто, включая меня, и это скорее клинок планировал поймать меня на свое острие примерно так в районе сердца! И в это самое мгновение, я успела попрощаться с жизнью, как вдруг произошло следующее - клинок воткнулся в нечто, что было в шаге от меня, вспыхнул огнем и был расплавлен, после чего красными тяжелыми каплями расплавленного металла сполз на пол... прожег деревянные доски и застыл быстро темнеющей лужицей. Но не успела та лужица потемнеть, как вокруг меня взметнулось адово пламя, и из портала появился сам магистр Тьер!
  - Мама! - разом выдали все перепуганные адепты, едва пламя исчезло и явление нашего директора стало достоянием нашей скромной по численности общественности.
  И тишина... ровно до слов магистра Эллохара:
  - Нет, это скорее папа, - после чего директор школы Искусства Смерти попросту расхохотался.
  Его смех оборвало ледяное:
  - И как это понимать?!
  И магистр Эллохар, тот самый страшный и ужасный, невозмутимо пожал плечами и не испытывая ни малейших угрызений совести ответил:
  - Просто проверил. Забавное плетение абсолютной защиты, впервые с подобным сталкиваюсь. Экспериментальный вариант?
  На магистра Тьера я смотреть боялась, но почему-то словно чувствовала, как он успокаивается... хотя кажется его 'не спокойствие' среди присутствующих видеть приходилось только мне.
  - Да, экспериментальный, - голос лорда директора глух и совершенно спокоен, - в данный момент замкнуто на мне, но это чрезмерно.
  - Совершенно с вами согласен, - Эллохар поднялся, - но все же настаиваю на установке защитных заклинаний по типу моей школы.
  - Я помню о вашем предложении, - лорд директор сделал шаг от меня и мне сразу дышать стало легче, - но отказался от использованной вами модели - слишком жестоко по отношению к окружающим, не находите?
  - В чем-то вы правы, - ответил светловолосый, - моих адептов в первую очередь защищает репутация, во вторую они сами и лишь третья степень защиты это собственно охранные заклинания. В вашей ситуации необходимо что-то продумать с предупреждением тех, кто рискнет причинить вред адепту академии.
  - Вот именно!
  - Как то вы не разговорчивы, мой друг, - магистр Эллохар подошел к бывшему ученику (впрочем, из всех присутствующих данный факт был известен только мне), и спросил: Кьехаата?
  - Агхеэра, - на том же абсолютно нам не понятном, ответил лорд директор, после чего развернулся и направился к двери.
  Магистр Эллохар невозмутимо направился следом, но проходя мимо меня, остановился, подмигнул и посоветовал:
  - Очень рекомендую подлизаться к директору и уговорить снять это с вас. Иначе, милочка, замужество вам не грозит, личная жизнь так же.
  - В смысле? - как выяснилось, директора школы Искусства Смерти я боюсь значительно меньше, чем собственного директора.
  - В смысле Тьер избрал крайне проблематичный вид защиты, срабатывающий даже на невинные объятия. А вы же не хотите, чтобы каждый вкусивший прикосновение к вашим устам, в буквальном смысле падал к вашим же ногам сраженный далеко не страстью? Кстати, поклонникам предстоит падать замертво.
  По мере поступления новой информации мои глаза становились все шире, голос пропадал, и когда я задала следующий вопрос, это был уже полузадушенный писк:
  - А что, он сам это не снимет?
  Мне невозмутимо ответили:
  - Ну, видите ли, дорогая, ставить защиту всегда легче, чем снимать. Именно поэтому принято экспериментировать обычно на заключенных. Иной раз экспериментируют на адептах, отчисленных из учебного заведения, в вашем случае могу заметить, что вам просто не повезло. Всего темного вам, адепты.
  И магистр покинул аудиторию. Едва за ним закрылась дверь, как Ригра прошептала:
  - Директор Тьер экспериментирует на адептах...
  - Которых к нему отправляют в качестве наказания... - дополнил Элброт.
  - Так что там с влиянием на магический фон проклятий седьмого уровня? - обратился Логер к магистру Тесме.
  И я была забыта. Всеми... кроме самой себя! Это как мне теперь жить?!
  - Да, - голос магистра раздавался словно где-то вдали, - абсолютно верные выводы, адепт Логер. Однако скрыть колебания возможно, и мы поговорим об этом на следующей лекции.
  Когда все потянулись к выходу, я тоже шла, механически переставляя ноги, а где-то в голове набатом гудел колокол, по всей моей личной жизни. Не спорю, я никогда о ней собственно и не задумывалась, у государственных чиновников нашего уровня этой самой личной жизни обычно нет, либо она постоянно прерывается вечными командировками, но все же... Хотя бы на мизерную порцию счастья я рассчитывала!
  - Дэя, - Яна шла со мной рядом, а я и не заметила, - я уверена, что все не настолько страшно.
  - Все гораздо хуже, - 'поддержала' меня Ригра, - грозит тебе смерть, подавальщица.
  И я сорвалась:
  - Катись полем, Ригра!
  Дакене затормозила, затем вскинула руку, и кольцо на ее указательном пальце засветилось, после чего эта зараза преспокойно заявила:
  - Ты в курсе, что это означает, Риате?
  В курсе были все! Только что Дакене попросту скопировала отпечаток моей ауры и отослала братикам... короче у меня большая проблема! Так как в прошлый раз эти два аристократичных ублюдка попросту избили меня возле ворот Академии, продолжая при этом благожелательно улыбаться... И мне уже представилась картинка моего втаптывания в ледяную жижу покрывающую наши дороги в зимнее время, как неожиданно вмешался Логер:
  - Люблю мясную похлебку с тмином!
  Мы разом удивленно на него посмотрели, потому как мясная похлебка с тмином готовилась исключительно как похоронное блюдо!
  - Да они не до смерти, - Ригра поправила воротник, - так, жизни поучат, некоторых выскочек.
  - Да я не о ней, Дакене, - парировал Логер, - я о братиках твоих. Память у тебя девичья, конечно, но не до такой же степени. На ней же эксперимент поставили, и братикам твоим крышка, если только сунутся!
  И меня накрыло осознанием - все не так уж и плохо.
  - А знаешь, Ригра, - я повернулась к бледнеющей адептке, - давно хотела тебе сказать...
  Но почему-то ничего не сказала. Стояла, вспоминала все нанесенные мне обиды и молчала. Слишком глубоко укоренилось во мне правило поведанное еще бабушкой 'Молчание золото, Дэюшка, запомни это'. И я молчала, практически всегда и в любой ситуации... не молчать я стала только при директоре Тьере - сначала в его кабинете, потом когда увидела, что в Хвостатом списке нет моей фамилии. Да вообще Хвостатый список стал переломным моментом в моем сознании - это была моя победа. Моя личная победа.
   - Желаю тебе испытать все то, что по твоей милости испытали другие, - вот и все что я сказала Ригре.
   А потом мы с Яной ушли, а Логер вслед нам высказался:
   - Это было проклятие?
   - Скорее пожелание, - опроверг его теорию Джаг.
   - Мы еще поговорим с тобой, подавальщица дешевая, - заорала вслед Ригра.
   'Не буду просить директора снять защиту, - мстительно подумала я'.
  
  Мы направлялись в столовую, когда над всей академией разнесся голос лорда директора: 'Адепты, всем собраться в темном зале. Немедленно!'.
  - Я его боюсь уже, - прошептала Яна.
  - Утром нам обещали занятия по самообороне, - вспомнила я, - но сейчас, скорее всего, объявят о переходе академии на военный режим.
  - Это как? - не поняла моя бывшая соседка.
  - Узнаем, - грустно ответила я и мы потянулись в главный и подземный зал академии, который использовался крайне редко и был способен вместить всех адептов разом.
   Спускаясь в толпе таких же озабоченных и удивленных, мы с Яной молчали. Молчали пока толкаясь и спускаясь спустились по длинной живой извивающейся лестнице, и только мое апчхи нарушало гнетущую тишину предчувствующих неприятности адептов. На моем пятом 'апчхи' лестница не выдержала и грубовато высказалась:
  - Ходят тут всякие... с инфекцией, а ну поторапливайтесь, яда на вас больных нету!
  Поговаривают, что дух, вселенный в эту лестницу раньше был кастеляншей преклонных лет, с вредным и склочным характером, которая так достала директора, что тот ее сущность вселил в лестницу, ведущую в самые заброшенные территории подземелий академии. Он сильно просчитался - последующая война вынудила соорудить под учебной частью дополнительные залы, для обеспечения безопасности, а только живая лестница, думающая и рассуждающая, могла создать непроходимую преграду для нападающих. Вот так дух кастелянши обрел свой звездный час - лестница была увеличена, наделена дополнительной магической энергией и даже десятком боевых заклинаний, и теперь это была живая, извивающаяся, боеспособная лестница повышенной вредности.
  - Хватит шоркать, чай ступени не казенные, - это уже не мне, кому-то выше, но все тут же стали шагать значительно осторожнее.
  - Когда ж вы все сдохните... - продолжала ворчать лестница, и тут же, - Эй ты, волосатый, через перила-то не перегибайся - упадешь, мне тебя ловить еще! Ступай смирно, умертвие ходячее!
  - Почему сразу 'умертвие'? - возмутился адепт.
  - А ты поговори мне еще! - пригрозила лестница.
  Адепт заткнулся, мы захихикали.
  И тут я опять чихнла, и чуть не упала, едва удержалась.
  - И куда ж ты топаешь, болезная? - вновь заворчала лестница. - И хватает же ума, полоумная!
  Ответить я не успела, как от места, где я стою, выросло ответвление лестницы, узенькое такое, но с высокими перилами, и мне сообщили:
  - А ну-ка топай отседова... к лекарям!
  На мои жалкие попытки возразить, что там де директор ждет, лестница весомо пригрозила:
  - Вниз сброшу! Свободным полетом! Иди, кому говорят!
  Пришлось идти, а то лестница она такая, скинуть может, а поймает или нет, тут уж на ее усмотрение - Ригру раз скинула, так только у самой земли и перехватила, а потом еще и продержала в висячем положении пару часиков, в назидание, так сказать.
  Так что торопливо перешла на явившийся отросток, а дальше идти не пришлось - лестница, хоть и ворчливая, а заботливая - подняла сама, да так стремительно, что когда донесла до верха, я крепко вцепилась в перила, пережидая пока пройдет приступ головокружения.
  - Совсем ты себя не бережешь, Дэйка, - меж тем возмущался дух усопшей кастелянши, - на себя посмотри - недосып четвертый год подряд, худая, в чем только жизнь держится, на лице одни глазищи-то остались. А тут еще и напасть с этим новым директором... не слушай гоблина-привратника, наш директор на кости не западает. На скелетов-доходяг так же. Ох, Дэйка, такого мужика упускаешь-то!
  Я кивнула, потому что с лестницей всегда лучше соглашаться - жизненно важно, так сказать. А еще голова сильно кружилась, но едва я смогла стоять ровно, сказала лесенке 'Спасибо' и шагнула в двери...
  Зря! Только я вышла в холл, откуда через проход в стене и вела наша живая и говорящая, увидела идущего магистра Тьера, рядом с которым шагал и лорд Эллохар. А больше никого в холле не было, остальные все уже спустились...
  А еще меня увидели... сразу. И взгляд у лорда директора стал такой... ну такой... лестница и то менее страшная, и я невольно шагнула назад, чтобы услышать шипяще-раздраженное:
  - А ну марш отседова, кому сказала!
  Это от лестницы, но тут же раздалось:
  - Адептка Риате, это как понимать? - уже от магистра Тьера. - Был объявлен общий сбор!
  Вот тебе и положенице меж двух огней разом! Опустив голову под требовательным взглядом черных глаз, я пробормотала:
  - Знаю, но...
  - Но что? - потребовал ответа лорд директор.
  Опустив голову еще ниже, я совсем уж вяло ответила:
  - Но меня... лестница не пускает...
  Оба директора остановились как вкопанные. Разом остановились. После директор школы Искусства Смерти озадаченно выдал:
  - Сколько лет с адептами работаю, но такую дурацкую отговорку слышу впервые. Девушка, а ничего умнее вы придумать не могли?!
  В другое время я промолчала бы. Вопиющая несправедливость была частым явлением в моей непростой жизни, но почему-то на сей раз я поступила иначе:
  - Ничего я не придумала, магистр Эллохар! - и всю эту фразу я выпалила, глядя уже не в пол, а на самого лорда.
  Магистр смерил меня недобрым взглядом и вынес вердикт:
  - Фантазии не хватило ни на первое оправдание, ни на второе. Девушка, милая, дам вам один хороший совет - молчание золото. В вашем случае еще и гарант выживания!..
  - Достаточно! - неожиданно резко оборвал его лорд Тьер.
  Но я молчать не желала:
  - Я не лгала!
  Магистр не преминул подколоть:
  - Да, вы просто приврали.
  От возмущения я набрала побольше воздуха и почти заорала:
  - Лестница живая!
  На это лорд отреагировал скептической ухмылкой и грациозно направился ко входу в подземелье. Демонстративно подошел к лестнице, начал спускаться. Спустившись на пять ступеней, повернулся ко мне, всплеснул руками, мол 'ничего живого', и направил на меня требовательный взгляд. А лестница действительно молчала!
  Тут уж я не выдержала, подойдя к перилам, постучала костяшками пальцев по потемневшему дереву, и поинтересовалась:
  - И долго вы, уважаемая, будете молчать?
  В ответ - тишина. Впрочем, тихо было недолго, магистр Эллохар молчать не стал:
  - Милая девушка, а вы случаем, не больны? Горячка? Бред? Галлюцинации?
  В этот момент проклятие острого поноса как никогда было готово сорваться с кончика языка, но сила воли, выработанная годами, позволила сдержаться и на этот раз. И мне оставалось лишь прожигать яростным взглядом спину продолжившего спуск магистра. Но вот сдерживать обиду в отношении лестницы, я не собиралась:
  - Это подло! - сообщила я резным перилам.
  - Зато способствует выживанию, - шепотом ответила лестница. - Ты, Дэйка, молодая еще и глупая, и вообще - нашла с кем спорить. У этого магистра знаешь, какой уровень боевой магии? Да отступникам впору самим в землю закапываться, а я всего лишь дух... и мне жить хочется.
  Я застыла и от удивления и от возмущения, а этот самый магистр Эллохар, спустившийся уже ступеней на тридцать, преспокойно так обернулся, после и вовсе облокотился о перила и глядя на меня, громко сообщил лестнице:
  - Совершенно верная жизненная позиция, уважаемая Аэра Тимовна, одно плохо - не учите вы молодежь мудрости народной. Совсем не учите. Стыдно, Аэра Тимовна, а еще такой уважаемый дух.
  
    [Елизавета Метлинова ]
  
  
  - Ох, - только и выдала смущенная лестница, - да что я... что я... не слушают же, с каждым годом все безголовее и безголовее, магистр Эллохар. Уж чего я-то, вы у верхних духов поспрашивайте, испортилась же молодежь, совсем испортилась.
  - И не говорите, - магистр продолжал смотреть на меня и улыбался все шире, - а вы, адептка, должны знать две непреложные истины - либо сразу молчите, либо доказывайте свое до последнего. Не сворачивайте с пути, если уж ступили на него. Кстати, уверенности в себе вам не хватает катастрофически. И да, Тьер, у нее не просто румянец на щечках, малышка действительно больна. Аэра Тимовна верно поступила, отправив ее к лекарям.
  И вот после этого магистр уже значительно быстрее спустился вниз, по услужливо изогнувшейся так, чтобы путь сократить, лестнице. Но на этом мои трудности не закончились... скорее даже начались, потому что магистр Тьер подтрунивать над расстроенной адепткой не стал, лорд директор как и всегда начал с приказов:
  - Адептка Риате, немедленно марш в мой дом! - начал с приказов, а закончил требованиям.- Где вы умудрились простудиться? Отвечайте!
  Решила вспомнить житейскую мудрость от директора школы, в которой эту самую, которая житейская отнимать учат, и промолчала. К счастью магистр не настаивал:
  - В мой дом, - ледяным тоном повторил он свой приказ, в остальных зданиях академии будут производиться ремонтные работы, и находиться здесь не безопасно! Ступайте... Дэя!
  И что-то меня в этом всем насторожило, но тут я опять выдала 'Апчхи', и пока доставала платок и вытирала нос, несколько замешкалась. А когда подняла голову, лорда директора уже не было.
  И вот тогда что-то похожее на бунт, проснулось где-то внутри меня, потому, что не понравился мне приказ директора! К тому же услуги лекаря я сама оплатить в силах, да и обращаться адепты Академии Проклятий предпочитали к городским эскулапам - они брали меньше, а лечили лучше.
  Чихая и вытирая уже очень сопливый нос, я сбегала в общежитие, торопливо надела пальто, перчатки, переобулась в грубые, но теплые ботинки и ограбив собственные сбережения, поторопилась в город. Времени у меня вряд ли было много - академические собрания дольше часа никогда не длились.
  Пробежавшись по пустынному двору, что было удивительно в полуденное время, я подбежала к воротам, чихнула опять и поражаясь отсутствию гоблина-привратника, с трудом открыла массивные ворота. Выйдя за территорию академии, повернулась и старательно прикрыла створку... Странный щелчок неприятно поразил слух. Здесь же запоров отродясь не было! Еще не понимая случившегося, дернула ручку, и с ужасом проследила за тем, как массивная деревянная палка, в моих руках превращается в изящную дверную ручку. Да и сами ворота неспешно трансформировались в двустворчатую дверь дорогого красного дерева, а в довершение ко всем метаморфозам, за моей спиной прозвучал недовольный голос лорда-директора:
  - Я вас куда отправил, адептка?
  'У меня жар и бред' - подумала я, развернувшись и с ужасом наблюдая, как унылый зимний пейзаж Ардама сменяется уютной и дорогой обстановкой гостиной в доме лорда Тьера. И бред у меня был странный, так как образ магистра оказался прозрачным, чуть мерцающим и темным!
  - Мама, - простонала я, сползая вниз, и чувствуя спиной резной узор двери.
  Разгневанно-насмешливое выражение лица директорского призрака изменилось мгновенно, и теперь призрак был явно встревожен.
  - Дэя! - он подлетел к сидящей уже на полу мне, и повторил свое, - Дэя...
  Взметнулось адово пламя!
  Когда во все более четко вырисовывающейся гостиной появился лорд директор, я окончательно решила что брежу! Когда же мой бред обрел форму директора, обнимающего мое лицо и вглядывающегося в мои глаза, я вспомнила, что уже несколько недель не падала в обмороки по утрам. Сейчас было не утро, конечно, но момент подходящий...
  И тут бред прошипел:
  - До чего вы себя довели, адептка?!
  - А вы попробуйте сдать все предметы полугодия в двенадцатидневный срок, и я на вас посмотрю! - почему-то выпалила я.
  - Жар, - вынес приговор мой бред, и потянув меня за руку, неожиданно нежно произнес, - Ну-ка поднимайся, моя хорошая, сейчас будем пить горькое лекарство и баиньки в теплой, мягкой постельке.
  - Какой постельке? - поднимаясь, потому как иного варианта мне при его силе не оставалось, пробормотала я.
  - Моей постельке, - невозмутимо пояснил магистр... и я начала падать обратно.
  Потянув меня к себе, лорд директор подхватил на руки и понес куда-то вглубь дома, со словами:
  - Тихо-тихо, все будет хорошо, ну чего же ты испугалась. Да, лекарство горькое, зато действенное и годами проверенное, а я тебе после лекарства дам конфетку. Ты же любишь конфетки? Все красивые девушки их любят. Тааак, а теперь тихонечко ложимся и не воюем с собственным директором... меня, между прочим там ждут. И не только адепты, к сожалению, но и те у кого может не хватить терпения дождаться, и хватит наглости озаботить мой дом явлением незваных гостей.
  Но у некоторых тут наглости хватает!
  - Послушайте, - я сделала попытку вырваться, едва меня на постельку уложили, - я вполне способна дойти до лекарей и там тоже есть проверенные лекарства, правда-правда, и даже сладкие!
  Черные глаза члена ордена Бессмертных полыхнули огнем, после чего спорить у меня пропало всяческое желание, зато у магистра почему-то появилось желание покомандовать:
  - Лежать! - и я вытянулась на шелковом покрывале, испуганно глядя на его глаза, потому как кому как не мне знать, на что способны Бессметные. Но стоило лорду Тьеру заметить мой испуг, как выражение его лица мгновенно изменилось и с неожиданно доброй улыбкой, мне негромко пояснили: - В аптеках к лекарству не дают конфеты.
  Я все еще с ужасом смотрю на магистра, он же добавил:
  - А если тортик?
  Молчу.
  - Пирожное?
  Продолжаю потрясенно молчать.
  - А вы привереда, адептка Риате, - грустно произнес лорд директор, после чего все так же мягко уговаривая, потянулся к моей ноге, - а сейчас мы разденемся, да?
  - Нет! - психанула я.
  - А я сказал - да! - рявкнул он.
  Рывок. Мое пальто оказалось без пуговиц, а лорд директор застыл, и неожиданно пробормотал:
  - Потом пришью обратно.
  Хоть бы у меня был обморок! Хоть бы раз этот самый обморок произошел в нужный мне момент, хоть бы...
  - Нет, не пришью, - начиная развязывать шнурки на моих ботинках, сообщил лорд Тьер, - не умею, если откровенно.
  И тут я выдала народную истину:
   - Не умеешь - не берись!
  - Да, - мрачно глядя на меня, произнес лорд Тьер, - в вашем случае, адептка, молчание действительно золото.
  Я ответила полным согласия 'Апчхи'.
  Директор улыбнулся, и снял с меня сначала ботинки, а потом и:
  - Не надо! - вскрикнула я, пытаясь подскочить на постели, и не позволить лорду Тьеру стянуть с меня чулки.
  Но уже в следующее мгновение я была готова раздеться сама, лишь бы не видеть судорогу ярости, искривившую лицо магистра. А затем стало ясно, отчего у лорда директора звание Первого меча империи - двигался он молниеносно! Я только и успела ощутить, как меня одной рукой схватили за шею и подняли, а когда вновь обронили на постель, из одежды оставалась только рубашка!
  - Платье зашивать не буду! - рявкнул взбешенный мужчина испуганной до дрожи мне. - В любом случае у вас с сегодняшнего дня введена новая форма!
  Краем глаза проследила за медленно опадающей изорванной тканью и платья и чулок, сильно пожалела, что не упала в обморок... у темных изнасилование бессознательных не практикуется, мы не светлые.
  - Под одеяло! - скомандовал магистр.
  И я даже подчинилась, пряча голые ноги.
  - Хорошая девочка, - выразил одобрение лорд директор и метнулся к высокому шкафу, окутанному видимой черной паутиной сильнейших охранных заклинаний.
  Вернувшись, лорд Тьер уже отсчитывал дозу лекарства, стекающего на подставленную серебряную ложечку:
  - Для меня двадцать капель, для вас... - быстрый оценивающий взгляд, - достаточно шести. Открывайте ротик, адептка.
  Открыла. Пожалела, едва горькая гадость потекла, обволакивая, по моему горлу. Может там и было всего шесть капель, но по ощущениям целый кувшин. Я, резко села, закашлялась.
  - Тихо-тихо, - лорд Тьер присел на край постели, придержал меня за плечи, - знаю, что не приятно, но нужно потерпеть.
  Отвечать возможности не было - вязкая гадость, казалось, заполнила не только рот, но и все горло.
  - Шшш,- продолжали меня успокаивать. - Не то, что вы привыкли получать у лекарей, адептка, но, несомненно, действеннее. А теперь спать.
  И меня бережно уложили, после накрыли одеялом и поднялись, чтобы уйти. И никакой конфетки! Впрочем, съесть ее я все равно не успела бы, так как начала проваливаться в сон мгновенно, прислушиваясь к отдаляющейся речи магистра Тьера:
  - Дара, прибери здесь.
  И безэмоциональный вопрос:
  - Полная иллюзия?
  - Превзойди себя!
  Услышать что-либо еще не удалось - я провалилась в сновидение, такое же вязкое как странное лекарство, такое же теплое, как постель лорда директора, и столь же черное, как и его глаза...
  *****
  - ...нет, тут все-таки что-то есть... - задумчивый мужской голос заставил вздрогнуть и проснуться.
  - Например? - кокетливо ответил голос женский, причем я точно была уверена, что принадлежал он тому возрожденному духу смерти.
  - Все идеально, - продолжал мужской голос,- и я бы даже поверил, но... здесь запах девушки, а ты, моя прелесть, несмотря на изумительное соответствие живым, все же только 'почти', но совсем не девушка. Запах, Дара, вот оно твое маленькое упущение. И возникает вопрос, - эти воспитательные нотки в голосе сразу обозначили говорящего - магистр Эллохар, - так вот вопрос, Дара, кого здесь прячет Тьер?
  - 'Прячет'? - насмешливо переспросила дух смерти.
  - Хорошо, - покорно согласился специалист по этой самой смерти, - пусть будет 'скрывает'?
  Диалог выходил занимательный, и стал еще занимательнее, после насмешливого вопроса Дары:
  - А вы действительно полагаете, что лорд Тьер должен что-то 'скрывать' в своем собственном доме, на территории своей собственной академии?
  Тихое гневное и угрожающее рычание, весьма несоответствующее образу директора школы Искусства Смерти, но его перекрыл спокойный чуть насмешливый голос Дары:
  - Лорд Эллохар, начнем с того что момент с моим убиванием уже присутствовал в наших отношениях и вы не справились даже тогда, когда я была уязвима, не подействуют ваши угрозы и сейчас. Что касается ваших подозрений - они беспочвенны.
  - А врать ты так и не научилась, - задумчиво протянул магистр.
  - Мне сообщить лорду Тьеру о вашем визите? Мне казалось, вы цените ваши дружеские отношения, - пародируя задумчивый тон Эллохара, протянула Дара.
  Тишина.
  Осторожно приоткрыв глаза, узрела стоящих на входе в спальню магистра и полупрозрачного возрожденного духа смерти, который преградил ему путь. Но, несмотря на явное противостояние, границы дозволенного не пресекал ни один.
  - Дай мне слово, - пристально глядя на духа, уже совершенно без теплых ноток в голосе, начал магистр Эллохар, - что на сей раз, ты убережешь его от... необдуманных поступков. Потому что я действительно ценю наши дружеские отношения и именно поэтому поручился за него перед императором!
  - У меня отсутствуют чувства долга и справедливости, давить на совесть бесполезно! - ответствовала Дара.
  Магистр зарычал, но сдержался, выдав лишь:
  - Тьера ты готова защищать до последнего, невзирая на последствия!
  И мне вдруг очень интересно стало ее слова услышать, и я услышала:
  - Тьер достоин преданности! Более чем достоин!
  В следующее мгновение на лице магистра Эллохара расцвела довольная улыбка, повернув голову, он внимательно посмотрел на меня, но как-то расфокусированным взглядом, словно смотрит сквозь меня же, и лорд почти пропел:
  - Ага, значит это личное, и с темными эльфийками не связанное.
  Облик воскрешенного духа смерти потемнел.
  - Ну, так я и понял, - лорд явно был более чем доволен собой. - Лаллиэ в Ардаме, Дара. Она рванула сюда бросив кронпринца четырнадцать суток назад. И она была уверена в своих действиях, так как даже не пыталась создать пути для отступления. Ты понимаешь, куда я клоню?
  Не знаю как Дара, а я отсчитывала дни и выходило, что четырнадцать суток назад я... прокляла директора!
   - Четырнадцать суток назад, случилось что-то, что дало Лаллиэ уверенность в Риане! И она прилетела сюда... за ним! - продолжил лорд Эллохар. - А эта тварь не из тех, кто готов рисковать неоправданно! Она не рискует, Дара, она уверенна в своих силах. И ей нужен Тьер. А теперь повторно спрашиваю: Здесь была эта темно-эльфийская мразь?
  И дух смерти дал четкий уверенный ответ:
  - Нет!
  Разворот, и покидая спальню, лорд Эллохар пробурчал:
  - Могла бы и сразу сказать, что мол так и так, магистр, тут другая девушка и мой обожаемый господин, наконец, перестал видеть в каждой юбке десяток змеиных жал. И я бы все понял, Дара, так нет же, иллюзии она накладывает. Заняться тебе больше нечем, а? Так иди, воспитывай местных адептов, у них после последних новостей эмоции колеблются от дикой паники, до не менее дикой истерики.
  - Но, магистр, вы же знаете, что я не могла сказать! - возмущенный дух смерти полетел следом.
  - Естественно знаю, - невозмутимо ответил магистр, - иначе я бы с тобой не церемонился, Дарюська.
  - Не смейте так меня называть!
  - Как хочу, так и называю, вредина возрожденная...
  Остальное слилось в бурчание и я больше ничего не расслышала, а после и вовсе уснула, почему-то не в силах ни встать, ни сказать хоть слово.
  *****
  Прохладная рука осторожно коснулась моей щеки... дрогнула, стремительно накрыла лоб, затем чуть шершавую ладонь сменили столь же прохладные губы.
  - Ты горишь вся! - встревоженный голос заставил выплыть из омута беспокойных сновидений и открыть глаза. Мое возвращение в мир, магистр сопроводил не менее встревоженным. - И взгляд мутный.
  - Выыы... - попыталась сказать я, но так и не смогла выговорить всю фразу.
  - Принес конфеты, - печально сообщил мне лорд директор, - но ты их есть не будешь, милая.
  Это было обидно, потому что есть хотелось.
  - Конфеты здоровым, - грустно сообщили мне, - больным - бульон. Но учитывая твое состояние... Плохо, адептка, очень плохо, у вас ни к бездне состояние здоровья! Часто до хроники запускали?
  Я промолчала, да и сил на разговоры не было.
  - Нужно сбить жар,- между тем продолжил лорд Тьер, - я тебя сейчас раздену, затем разотру, а ты не... злишь меня бесполезными попытками к сопротивлению!
  Какое сопротивление - я не могла даже говорить! А хотелось, очень, особенно когда магистр опять сходил к шкафчику с опасным содержимым и вернулся с той же серебряной ложечкой, но уже другой бутылочкой, из которой капало что-то тягучее и золотое.
  - Открываем ротик, - скомандовали мне, в процессе отсчитывания капель, а едва завершил, поделился новой для меня информацией. - Эта штука поприятней первой будет, но есть проблемка - вызывает кратковременные проблемы с памятью...
  И неожиданно лорд Тьер вздрогнул, замер, потом взгляд его скользнул по мне, и на губах заиграла странная, загадочная улыбка, от которой захотелось накрыться с головой под одеялом и думать об одном - мне просто показалось!
  - А добавим-ка еще парочку, - проговорил директор, улыбаясь все шире, - так сказать, для закрепления эффекта.
  Он еще шесть добавил!
  В ужасе смотрю на магистра, потом на ложечку, попыталась увернуться, но в следующий миг сладко-горькая тягучая жидкость была у меня во рту, движение лорда, перекрывшего мне нос, и пришлось сглатывать, чувствуя, как по щекам потекли слезы! Как будто мне не ясно, что тут дальше будет! Или непонятно с какой стати господин директор меня лечит лично, в собственной постели! С директором Энером мы данный вопрос еще на первом курсе решили с обоюдной выгодой - я ему выпивку из таверны, он мне поблажки в обучении, и при случае защиту от профессоров. А этот аристократ, за свои обеды платить сам изволит...
  - Отставить слезы! - резкий окрик лорда Тьера вызвал еще больший поток моего отчаяния, но господам было уже не до этого - он пошел лекарство на место ставить, после вообще вышел.
  А я лежала, смотрела в потолок и думала что делать! Что мне сейчас делать?!
  Послышалась тяжелая поступь лорда Тьера, вскоре на пороге спальни показался и он сам, несший таз с водой, над которой клубился пар. Аромат трав мгновенно наполнил все пространство, и стал ощущаться сильнее, когда таз был расположен на стуле, который магистр придвинул ближе к кровати, а затем вновь вышел.
  Когда вернулся, в его руках была стопка белоснежных простыней и покрывало из серебристой шерсти скарха, которая не промокает.
  - Так, - пробормотал магистр, расстилая покрывало, - сейчас мы тебя быстро на ноги поставим, и не таких поднимали, - быстрый взгляд на меня, - хотя нет, таких худых и измученных образом жизни еще не поднимали.
  И он снова ушел, вернулся с большой глиняной кружкой, над которой тоже поднимался пар, но ее, накрыв блюдцем, отложил на прикроватный столик, затем торопливо снял камзол и расстегнув, закатал рукава рубашки. И вот после этого, лорд обошел кровать и направился ко мне.
  - Все, адептка, начинаем лечиться, - весело сообщили мне, раскрывая одеяло, и ввергая в мир холода и такого же ледяного отчаяния, - знаю, что морозит, - уже без улыбки произнес он, - но жар уже слишком сильный, нужно принимать меры.
  И наклонившись, лорд Тьер без усилий подхватил меня на руки, и переложил на то самое непромокаемое покрывало, сверху застеленное белоснежной простынею. А затем, с меня резким движением сняли и рубашку и белье. Все произошло так быстро, что я не успела даже возмутиться, но затем, осознав в каком виде лежу перед ним на белой простыни, у меня и голос прорезался:
  - Что вы...
  - Будете кричать, сорвете голос, - накрыв рукой мое возмущение, прошипел лорд Тьер. - К тому же здесь нет никого, кто мог бы вас услышать, а лично мне ваши стоны абсолютно безразличны!
  Я судорожно всхлипнула и просто закрыла глаза, выражать неприятие ситуации иными действиями не было ни сил, ни возможности...
  Рука лорда соскользнула с моих губ, погладила по щеке, и оставила мерзнуть и смущаться, а еще страдать от чувства полнейшего бессилия.
  - Прекратите терзаться моральными принципами, - неожиданно мягко произнес магистр Тьер, - мне в своей жизни пришлось повидать многое, даже роды однажды принимал.
  Я распахнула глаза, удивленно глядя на директора, тот улыбнулся и продолжил, вымачивая попутно полотенце в тазу:
  - Дело было в Дармане, мы двигались позади наступающих войск противника, занимаясь... - он усмехнулся и на сей раз не весело, - это как охота за косяком уток. Вот летит косяк, - теплое мокрое полотенце легло на мою грудь и магистр начал осторожно растирать кожу, - глупый охотник убьет вожака и испуганная стая разлетится, а умный начнет отстрел с последней утки. И будет отстреливать одну за другой, да так, что остальные ничего не заподозрят. Вожак гибнет в последнюю очередь. Вот примерно так действовали и мы - вражеские войска шли навстречу нашим, а мы двигались позади, методично сокращая их численность.
  Полотенце вновь вернулось в таз, было выжато, смочено и на сей раз расположено у меня на животе... И самое удивительное, там, где магистр прикладывал его, холода уже не ощущалось, только странное, чуть покалывающее тепло.
  - Так вот шли мы, - осторожно растирая пальцами, продолжил лорд Тьер, - и наткнулись на лесную деревеньку оборотней.
  Его пальцы замерли, дыхание прервалось и на мгновение, резкий поворот головы и отвернувшись от меня директор вгляделся в... шкаф. Несколько секунд и осипшим голосом, он продолжил:
  - Оборотни оказались из нестабильных, подверженные...
   Пальцы вновь вернулись к массированию, но тут же остановились.
   - Бездна, - прошипел лорд Тьер, - это в сотни раз хуже, чем с той эльфийкой!
  Он сорвался с места, и стремительно покинул спальню.
  Откровенно говоря, я этому была очень рада, и едва шаги магистра стихли вдали этого немаленького дома, я попыталась встать. На удивление, у меня это даже получилось, и завернувшись в одну из стоящих в стопке простыней, я, пошатываясь встала. Эта маленькая победа радовала ровно до хлопка входных дверей, быстрых шагов и грозного окрика вернувшегося магистра:
  - Лежать, кому сказал!
  Я села. На пол. А едва лорд директор направился ко мне, посерев от злости, испуганно взмолилась:
  - Пожалуйста, давайте я сама себя лечить буду! Ну правда, я же раньше вполне успешно справлялась, я...
  Рывок, и меня подняли на ноги, треск разорванной простыни и обнаженной мне попросту связали руки лоскутком от погибнувшего ткацкого изделия! Все дальнейшее было не менее быстро - на сей раз лорд Тьер просто смочил целую простынь, завернул меня по шею и толкнув на кровать, тем не менее поддержал, а после и уложил.
  - Вы сразу определяйтесь, адептка, - прошипел магистр, - или сопротивляетесь или подчиняетесь. Старайтесь придерживаться одной линии поведения!
  В процессе гневной речи, меня быстро, немного грубо и почему-то продолжая гипнотизировать взглядом шкаф, растирали. Затем перевернув на живот, те же манипуляции лорд проделал со спиной и... всем что ниже.
  - С этим разобрались, - меня вернули в исходное положение, укрыли сверху еще одной простыней после чего одна влажная ладонь легла поверх лба, вторая прикоснулась к шее, накрыв пальцами пульсирующую жилку, и несколько секунд, прикрыв глаза, лорд Тьер прислушивался к чему-то. Вердикт был таков: - Жар спадает, сердцебиение учащается. Странно.
  - Ничего странного, - простонала вернувшая себе голос я.
  Тьер перестал разглядывать шкаф, пристально посмотрел на меня, и удивленно спросил:
  - Возбуждение?
  Испуганно пытаюсь отползти подальше.
  - Ааа, - разочарованно протянул магистр, - жаль. Так, сейчас пьем бульон и спать.
  Он поднялся, взял кружку, сняв с нее блюдце вернулся обратно, и приподняв меня, поднес кружку к губам.
  - Я... сама могу, - простонала я.
  - Сама и пей, - невозмутимо согласился лорд директор.
  Пришлось пить. Бульон оказался наваристый, со специями, но совершенно без соли.
  Глядя на мою скривившуюся рожицу, лорд неожиданно сжалился:
  - Потом дам конфетку.
  Покорно выпила половину имеющегося, на большее я была просто не способна.
  - Это доза ребенка, - возмутился директор, когда я начала уворачиваться от старательно подставляемой кружки, - ну еще глоточек, Дэя.
  Когда меня преподаватели называют по имени... это нервирует. Но на мой возмущенный взгляд, последовало жесткое требование:
  - Еще три глотка!
  Надо было пить сразу, тогда был бы один.
  Покорно делаю три глотка, и кружка мгновенно оказалась убрана, а лорд осторожно опустил обратно. Лежа в мокрой простыни с закрытыми глазами (потому что смотреть на директора было как-то стыдно после всего), я с ужасом думала - что дальше будет? А дальше было:
  - Открываем ротик, получаем конфетку.
  Открыла, получила. Мятный леденец никогда не являлся моей любимой конфетой, но в данной ситуации пришелся как нельзя кстати.
  - Полежи пока, - прозвучал голос магистра, - мне нужно собираться, а тебе, чтобы лекарство подействовало.
   И он снова ушел.
  Досасывая конфету, я почувствовала, что медленно проваливаюсь в темный омут сновидений, и держалась исключительно потому, что леденец еще не весь истаял, а подавиться желания не было.
  - Конфету доела? - вопросил глас свыше. - Дэя, ты не спишь еще, я же слышу твое дыхание.
  - Нет, - прошептала я.
  - Тогда отдай сюда, - решительно потребовал лорд Тьер.
  Решительно догрызаю леденец, не собираясь никому отдавать попользованную конфету. Наверху рассмеялись и сообщили:
  - Давай-ка тебя переложим.
  Затем директор начал... разворачивать мою простынь. Вспомнила, что под ней ничего нет, попыталась возмущаться... не вышло. Сняв с меня мокрую ткань, магистр вытер насухо, почти до красна растирая кожу, и осторожно развязав мои руки, вновь уложил в постель, накрыл.
  - А теперь спатки, - приказали сонной мне и...
  Нежное, едва ощутимое прикосновение губами к моим губам, после чего лорд Тьер поднялся и вышел из спальни, судя по плеску вынеся заодно и таз с водой. А мне мгновенно расхотелось спать... совсем.
  Распахнув глаза я несколько мгновений смотрела в потолок, затем попыталась встать, но... сначала закружилась голова и комната словно начала вальсировать, а едва я опустилась на подушку, все тело словно начало покачиваться на теплых нежных волнах, укачивая и убаюкивая...
  ****
  Я подскочила словно от толчка. Просто села, открыла глаза, огляделась. Не сразу сообразила, где я, и только после пришло приятное осознание - моя новая спальня. И судя по всему вечер... А чего я в постели?!
   Подскочив с кровати, подбежала к окну и с облегчением вздохнула, едва увидела медленно клонящееся к закату солнце. Значит еще не все потеряно.
  Запоздало вспоминаю, что я, кажется, заболела, но чувствую себя сейчас просто... чудесно. А потом стало не так чудесно - я точно помнила как бегу в город, чтобы успеть к лекарю до перерыва на обед, а потом?
  - Дэя? - Ян настойчиво стучала в двери, - Дэй, ты проснулась?
  - Дда... - прошептала я, почему-то прикоснувшись к губам... мне все чудился легкий и нежный поцелуй, как прикосновение теплого летнего ветерка.
  Тимянна ворвалась в мою гостиную, оттуда решительно прошагала до спальни и войдя, удивленно застыла:
  - Дэй, да ты здоровая!
  Нет, что-то определенно случилось, чего я совсем не помню, в конце-концов я не помню как возвращалась в академию, да и как спать легла и...
  - Дей! - потребовала внимания Яна.
  Обернувшись к ней я так и застыла - моя бывшая соседка красовалась в темно-синей мужской рубашке с эмблемой темного облака перечеркнутого молнией, и в черных облегающих брюках!
  - Новая форма, - пояснила Яна, заметив недоумение с которым я ее разглядывала, - больше никаких платьев и юбок, в шкафу три комплекта повседневной формы, два для физических упражнений, а так же верхняя одежда летняя, осенняя и зимняя. Зимнее пальто просто полный восторг! И да - как тебе эмблема?
  Как раз от нее я взгляда и не открывала. Ранее Академия Проклятий в качестве эмблемы имела черный круг с серебристыми четко очерченными краями. Значки академии мы вечно забывали цеплять, да и на одежде они смотрелись как... чуть великоватая пуговица. А новый символ академии имел образ именно тучки перечеркнутой яркой синей молнией.
  - А еще объявлен конкурс на лучший девиз академии! - затараторила счастливая Ян. - И у нас новые предметы, Дей! И новая специализация! Долой прежний и единственный выбор - эксперт по проклятиям, теперь у нас возможность выбора специализации - следователь-криминалист, служба внутреннего контроля, военный следователь! Я иду на военного! Уже четко решила! Представляешь - армия, мужчины в военной форме...ммм! Это тебе не кабинетная работа до конца дней! Это свобода! Самая настоящая свобода!
  В голове шумело, почему-то промелькнуло видение летящего утиного косяка...
  - Ты какая-то заторможенная, - вынесла вердикт Яна, и вновь срываясь на восторженное повествование: - Нам назначена стипендия! Все наши, кто работал, умчались увольняться! Представляешь?
  В этот миг в коридоре послышался четкий приказ:
  - Всем на построение!
  Голос был, что примечательно, женский. Ян тут же вся подтянулась, и полушепотом сообщила:
  - Наш куратор, капитан Ардан. Быстро одевайся, волосы собери и на построение. Опоздаешь, будешь отжиматься. Быстро, Дэя.
  Она сама рванула к шкафу, выбрала для меня комплект формы, кинула на кровать, так же вытащила сапоги, тоже бросила, я же в этот миг поняла, что спала в одной рубашке и без белья.
  - Кстати, - Яна тоже на меня странно посмотрела, - а в чем это ты? У нас ночные рубашки голубенькие у всех, без вышивки и кружева, зато теплые и на ощупь приятные. Дэя, да не стой ты!
  Я не стояла. Привычная собираться за несколько минут, метнулась в ванную, умылась, взглянув на себя в зеркало, поразилась преображению - у меня совсем не было темных кругов под глазами. А раньше были... всегда. Тряхнув головой, прогнала мысли, которым сейчас было не место и не время, побежала в спальню. Оделась быстро, невольно отметив, что новая форма была очень удобна, особенно сапоги.
  - Здорово, да? - Янка все ждала от меня восхищения, - ты не поверишь, мы все визжали от восторга, когда увидели. А потом давай мерить ночные рубашки и сразу теплое зимнее пальто с мехом, и тут срочный сигнал на построение... а мы в ночных рубашках и застегнутые на все пуговицы в это пальто!
  Я шокировано остановилась, удивленно на нее глядя, Ян и продолжила:
  - Половина так и вышла... только сапоги успели натянуть на босые ноги.
  Внезапно, послышался громкий бой часов. Ян устремилась к двери:
  - Нам сказали, что пока так будет - приказ на построение, четыре минуты на подготовку и затем тридцать секунд, чтобы прибыть на место построение. А через месяц уже только тридцать секунд. Бежим!
  Мы выбежали в коридор, на ходу натягивая мундиры, длиной до середины бедра, мой мне швырнула Яна, свой она подхватила со столика в гостиной. И мы промчались по коридору первого жилого этажа, стремительно миновали лестницу, и едва поспели встать в строй, таких же затянутых в новую форму, удивленно-восторженных адепток. Все переглядываясь, мысленно оценивали как на других сидит форменная одежда, но стоило темной фигуре материализоваться перед неровным строем, без приказа все адептки выполнили равнение на середину.
  Высокая темноволосая худощавая женщина в черной одежде с символикой Школы Смерти на мундире пристально оглядывала нас совершенно красными глазами. Через мгновение ее вердиктом стало:
  - Здесь на одну больше. Кассио!
  Возрожденный дух едва заметным призраком явился в воздухе перед повелительницей. Что интересно, Дара была ярче, почти как живая, а значит, являлась в сотни раз сильнее этого Кассио. Впрочем, я перестала размышлять об этом, едва дух стремительно подлетел ко мне, вглядываясь в лицо, затем вернулся и отчитался:
  - Адептка Риате, увольнение по состоянию здоровья! Личное распоряжение лорда директора.
  Женщина отреагировала легким кивком и обратилась ко мне:
  - Адептка Риате, выйти из строя!
  Вышла. Как обычно и было принято ходить, но капитан Ардан скривилась, явно чем-то недовольная. Затем потребовала:
  - Данные!
  Я собиралась ответить, но как выяснилось, вопрос был к Кассио:
  - Двадцать лет. Успеваемость в связи с ночной работой снижена. И... данные скрыты.
  Удивленно смотрю на духа, тот на свою хозяйку, капитан Ардан на меня. И что-то в этом взгляде мне не понравилось, но вот мгновение и леди холодно произнесла:
  - Ступайте к себе, адептка. Ужин вам принесут, расписание занятий на завтра так же. Как я понимаю именно вы та... девушка, которую не пустила... лестница, - мне очень не нравился тон нашей кураторши.- Ступайте, адептка!
  Поклонившись, я направилась к двери и была остановлена ледяным:
  - Стоять! Развернуться и произнести 'Разрешите идти, капитан Ардан!'.
  Вздрогнув от окрика, я вернулась на исходную позицию, и пробормотала:
  - Разрешите идти, капитан Ардан...
  - Идите, - мрачно разрешила та.
  И я ушла в общежитие, прошла на жилой этаж, остановилась возле двери со своим именем и застыла у двери. Почему-то создалось ощущение, что вот войду я, а попаду совсем не к себе и...
  Открыла, вошла, таки мои комнаты! Без изменений. И никакой не город и не... дом директора. Задумчиво шагая по направлению к спальне, я все думала о том, откуда в моих размышлениях возник дом директора... Нет, ранее я там бывала, сначала раз пять в качестве наказания, выдраивая полы и складывая постельное белье по шкафам, потом, уже после заключения договора с прежним директором, забегала оставить ему выпивку из таверны, и частенько приходилось задерживаться и сидеть, пока мастер жаловался на свое житье-бытье. Мне часто открывали тайны собственной жизни, хорошо зная, что буду хранить любую услышанную информацию. И не один вечерок мы запросто сидели с прежним директором, я с чаем, он с ликером или чем-то покрепче... Но почему я сейчас вспомнила этот роскошный двухэтажный особняк, что был резиденцией для директора?
  И тут кто-то попытался открыть двери. Я услышала удар, потом задергалась дверная ручка...
  - Адептка Риате, - ледяной голос нашего куратора заставил вздрогнуть, - откройте дверь.
  Я мгновенно подчинилась. Подошла, открыла и услышала:
  - Разрешите войти!
  Мне очень хотелось сказать 'нет' глядя на искривленное лицо капитана Ардан, но... прошептала:
  - Входите...
  Защита на двери вспыхнула красным, но леди стремительно вошла, оттеснив меня. Ударом ноги закрыла дверь, а затем... на ее тонких руках были перчатки, которые кураторша начала стремительно стягивать...
  - Я не потерплю, - прошипела капитан, - чтобы у директорской подстилки имелись привилегии! Мне совершенно плевать с кем вы спите, Риате, но потеть на плацу вы будете наравне со всеми!
  Мне стало страшно, и отступая от разгневанной леди, я с ужасом искала выход из положения и... не находила я его!
  - Будем молчать? - мерзко усмехаясь, спросила капитан Ардан. - Ну что ж, Риате, можешь продолжать молчать и дальше... в любом случае я предпочитаю смотреть сама!
  Рывок и ледяные пальцы сжали мои виски... Тьма заполнила глаза. Холод, замогильный, смертельный, жуткий, сковывающий все тело, и насмешливый голос капитана:
  - И с чего же мы начнем, Риате? Начнем с самого пикантного - ты и Тьер в постели!
  Холод все сильнее проникал в голову, горло начало саднить, но... ничего более не происходило.
  - Ничего не понимаю, - внезапно пробормотала леди, - никаких воспоминаний на эту тему... Что, постели избегаем, да? Нет, это дико... Тьер не мальчишка, чтобы зажимать любовниц по углам... Попробуем иначе - ты в постели лорда Тьера.
  Тьма расступилась, и я увидела себя в директорском доме! В директорской спальне, где теперь была иная и более роскошная обстановка...
  - Ага, - восторжествовала капитан Ардам, - и чем же вы там занимались?
  Еще одно странное видение, в котором я спеленатая, и лорд директор поит меня из кружки...
  - Да это извращение какое-то! - мою голову отпустили, сама куратор отошла на несколько шагов, остановилась, задумчиво постукивая каблуком, затем резко развернулась. - Ты вообще помнила о том, что только что увидела?
  Я отрицательно покачала головой, в ужасе скорее не от произошедшего только что, а от того... что я действительно лежала в постели лорда Тьера!
  - Издевательство! - прошипела капитан Ардан. - Форменное издевательство! Нет, я не могу так работать!
  В следующую секунду она опустилась на одно колено, достала нож и нацарапала какой-то символ на полу, затем надрезав палец, напоила светящийся символ кровью... он покраснел, запульсировал, увеличился и через мгновение из пола выросла высоченная фигура беловолосого магистра Эллохара.
  Директор Школы Искусства Смерти недовольно скривился, глядя на свою подопечную, и устало спросил:
  - Что еще, Брая?
  Капитан Ардан ничуть не смутившись, указала на меня и прошипела:
  - Как мне это понимать, господин? Вот как прикажете это понимать, а?
  Серые глаза устало взглянули на меня, на губах магистра расплылась улыбка, и он весело поприветствовал меня:
  - Привет, жертва эксперимента.
  - Темных ночей вам, магистр Эллохар, - буркнула я, расстроенная всеми этими событиями.
  Молниеносный поворот и на меня оторопело уставилась капитан Ардан, затем она повернулась к директору и переспросила:
  - Вы знакомы? Так вы знали, что у Тьера любовница?!
  - Кто? - удивленно спросил магистр Эллохар.- Этот суповой набор? Брая, милая моя, во-первых, Тьер не любитель девушек, своим видом напоминающих свежачок из кладбищенских закромов. Во-вторых, я тебя сюда направил в кратчайшие сроки поднять физический уровень адепток, а не предпринять очередную попытку добиться внимания Риана. И последнее, ты очень плохого мнения о своем руководстве, если полагаешь, что его может привлечь эта порция вечно-трясущегося испуганного желе. Малышка дрожит от собственной тени.
  - Да неужели? - ехидно переспросила капитан. - Вы так в этом уверены, мой господин. А теперь посмотрите на нее внимательно!
  На меня посмотрели, я жалко улыбнулась в ответ. И тут капитан добила:
  - Я только что использовала Руку смерти, магистр, любая другая валялась бы в обмороке, или дрожала от ужаса, а ваше 'трясущееся желе' реагирует адекватно и даже улыбаться пытается. Трусиха? Это не про нее! А теперь что касается выбора Тьера - эта ваша 'малышка' находилась в его постели не далее как три часа назад!
  Я перевела взгляд с гневной кураторши на магистра и с ужасом проследила, как каменеет его лицо. И капитан замолкла, а затем испуганно отступила, стушевавшись под заледеневшим взором директора.
  - Что вы сделали? - спокойно вопросил магистр Эллохар.
  Капитан сделала еще шаг назад, едва ли не с мольбой глядя на лорда.
  - Вы сами осознаете, что совершили? - прошипел магистр.
  Леди как воды в рот набрала. Директор Эллохар мрачно помянул бездну, хмыкнул и с ледяным спокойствием произнес:
  - Это, - кивок в мою сторону, - просто не совсем успешный эксперимент Тьера. И тот факт, что в собственной постели он ее лечил, означает лишь одно - магистр опасался, что защита, установленная на адепте, среагирует на магическое вмешательство в ее ауру, которое, как вы должны знать, используют лекари для диагностики больного. Мозги, капитан Ардан, вам следовало использовать мозги для решения данного вопроса, а не смесь беспочвенной неправомочной ревности вкупе с запрещенной магией.
  Она кивнула, но судя по настороженной позе, этот мягкий выговор был только началом. Так и оказалось:
  - А теперь живо в родные пенаты, - прошипел Эллохар, - и моли бездну, чтобы Тьер не узнал о допущенном промахе. А ты в курсе, как он относится к своим подчиненным, будь то его офицеры или адепты, не важно.
  - Но как же... - простонала леди.
  - Мое доверие вы утратили, - вернулся к официальному тону магистр, - для выполнения порученной миссии в Академию Проклятий прибудет леди Верис. Вон!
  Капитан понуро кивнула и шагнула к тому самому, нарисованному ей символу, чтобы исчезнуть во всполохе синего пламени. Мы с магистром Эллохаром остались в моей гостиной одни, и это принесло нечто неожиданное:
  - Так только, для информации, ты в курсе, скольких дамочек прокатил Тьер?
  - В смысле 'убил'? - удивленно переспросила я.
  - Даже так, - серые глаза пристально меня разглядывали, - то есть ты еще и не 'за'... Слушай, адептка, а парень у тебя есть?
  - Нет... - честно ответила я.
  - Это хорошо, - лорд Эллохар весело улыбнулся, - не думаю, что он как-то помешал бы, просто было бы жаль парнягу.
  Тут уж я возмутилась:
  - Да нет у меня никого!
  Шагнув к символу перемещения, директор школы смерти усмехнулся, и весело ответил:
  - А вот тут ты сильно ошибаешься, милая.
  Всполох синего пламени и я осталась одна.
  Ненадолго. Не успела перевести дыхание, как синее пламя вновь осветило гостиную, вернув магистра Эллохара.
  - Не то, чтобы я не был уверен в Тьере, - лорд стремительно подошел ко мне, - но исключительно на случай непредвиденных обстоятельств, - длинные пальцы схватили мою ладонь, затем осторожно касаясь, магистр повязал на запястье красную нитку, закрепил узелок и запрокинув мою голову, чтобы иметь возможность посмотреть в глаза с высоты своего роста, произнес. - Если понадоблюсь, сожмешь узелок. Только его, и позовешь меня. Все ясно?
  Я кивнула, что было не особо удобно в подобном положении.
  - А ты ничего, - лорд усмехнулся, - береги себя, малышка.
  Когда он опять исчез, нацарапанный на полу знак потемнел, вспыхнул огнем и испарился без следа. Через мгновение это был просто обычный пол, из новенькой покрытой лаком древесины.
  Простояв некоторое время, в задумчивости глядя на пол, я решила, что достаточно насозерцалась, и начала действовать. Для начала решено было решить текущие дела. Выйдя из своих апартаментов, я направилась вдаль по коридору, выискивая дверь наиболее лояльной из преподавательниц. Имя леди Орис, профессора по Любовным проклятиям, обнаружилось на девятой двери от меня, и я робко постучалась.
  - Кто? - приятным мелодичным голосом вопросили за дверью.
  - Адептка Риате, - чуть заикаясь, ответила я.
  - А, Дэюшка, входи, милая.
  Торопливо войдя, я прикрыла дверь и огляделась - гостиная очень мою напоминала, но присматриваться я не решилась, так как из дверей кабинета уже выходила леди Орис.
  - Ты как, милая? - начала она еще на ходу. - Выглядишь хорошо, значит к лекарям из города обращалась, да? - я кивнула и невольно улыбнулась. - А я рада, что у нас директором лорд Тьер, - преподавательница улыбнулась мечтательно, - настоящий хозяин, в кратчайшие сроки порядок навел, надо будет ему еще про лекарей академии сообщить, давно пора уволить этого жулика. И чего ты хотела?
  Леди Орис, стройная блондинка средних лет была одной из самых красивых женщин, которых мне доводилось видеть, и одной из самых отзывчивых. И потому я начала без предисловий:
  - Можно не скромный вопрос, вы не знаете размера назначенной нам стипендии?
  - Трудяжка, - по-доброму подтрунила преподаватель, - идем, посмотрим.
  Пока спускались на нижний этаж, леди Орис весело поведала о том, что я фактически уже знала из разговора между директором и профессором Сэдром. Потом о том, что теперь мы будем заниматься весь день, а не только до четырех вечера, как было ранее, зато выходные освобождались полностью, и я уже сразу прикинула, что в свободные дни смогу подрабатывать в таверне.
  Спустившись в учебную часть, леди Орис приказала подождать за дверью, сама отправилась в подруге леди Никки, секретарю по учебной части. Вернулась спустя минуты три всего, протянула мне свиток и быстренько зашептала:
  - Держи свое расписание до весенней сессии. Стипендия три серебряных, не мало, в принципе.
  Я прикинула, что это чуть меньше, чем я зарабатывала в таверне, с другой стороны в весеннее время мой заработок падал до семи медных за ночь, так что примерно столько же. Это радовало.
  - У тебя увольнение на сегодня, - продолжила леди Орис, - реши дела с работой, больше совмещать не получится, да это и запрещено указом директора. Все, милая, беги, будь осторожна в городе.
  - Спасибо, - искренне поблагодарила я и убежала.
  
  Пробегая в своем старом плаще через двор академии, я испытывала странное нечто, и почему-то побаивалась открыть ворота. К счастью гоблин был на своем посту:
  - Бежишь увольняться? - весело поинтересовался он. - Мои соболезнования Бурдусу?
  - С чего это? - я удивленно посмотрела на привратника. - Подавальщиц много, замену мне найдут быстро.
  - Ой не скажи, Дэйка, - гоблин важно языком пощелкал, - до тебя чуть ли не каждый день подавальщицы менялись, а ты четыре года почитай продержалась.
  Просто у остальных выбор был, а у меня... единственное, что я хорошо умела, это помалкивать, да прислуживать.
  - Иди уже, - Жловис открыл калитку с видом, как будто только что ворота распахнул, - возвращайся поскорее, у нас сейчас правила строгие, комендантский час вводим.
  - И во сколько? - тут же спросила я.
  - Сегодня до десяти, потом будет до семи вечера, иди, Дэйка, да поторопись.
  Я поторопилась. Закат уже миновал, сумерки быстро сгущаясь опускались на город, легкий морозец сковывал узором грязные лужицы стаявшего снега. В Ардаме всегда была вот такая сырая и грязная зима, у нас все иначе - белые сугробы накрывали дороги и дома, превращая все в подобие детских сказаний. Зато в столице Приграничья не представлялось возможным встретить посреди города грызля или другую смертельно опасную нечисть, от голода полезшую в людские селения.
  Торопливо пройдя по улицам Ардама, я свернула в проулок, срезая путь до таверны, и остановилась. Там, среди бочек с углем, которые по вечерам развозили заказчикам, стояли тролли. Медленно, осторожно, и стараясь не делать резких движений отступаю обратно. Проулок мне удалось покинуть незамеченной! Отдышавшись, постаралась не думать о плохом и пошла более длинным путем, все рассуждая о том, что троллям наемникам делать в городе?! Троллей я боялась, действительно боялась. Слишком вспыльчивые, слишком агрессивные, продажные и считающие что доблестная смерть, это смерть в бою, а старость удел слабаков и трусов, тролли часто сначала делали, а потом осознавали последствия. Большинство висельников было именно из троллей, да и по тюремным камерам их преобладающее большинство обреталось, но тролли полунежить, и на место одних, всегда приходили другие.
  Добравшись до таверны, я торопливо вошла в неприметную дверь и на мгновение прикрыла глаза, едва аромат крема с корицей охватил сладким вихрем.
  - Да-да, твой любимый, - отозвался Тоби.
  Радостный оскал нашего повара был именно тем, чего мне так не хватало весь этот суматошный день.
  - Привет, Тоби, - наплевав на все, подошла, обняла его могучую спину.
  До груди было не добраться, так как даже разговаривая со мной, он одновременно помешивал крем правой рукой, а левой держал ложку с соусом, который пробовал, но и его нужно было постоянно помешивать.
  - Увольняться пришла, - догадался вдруг Тоби и до этого прямая спина чуть сгорбилась.
  - У нас новые правила, - пробормотала я.
  - Жаль, - прошептал повар, но тут же выпрямился, и весело добавил. - Зато высыпаться начнешь, со всем этим сбродом общаться не придется, человеком себя почувствуешь.
  Ну да... человеком.
  - Тоби, - я отошла от него, сняла пальто и присела за стол, - вот скажи, с чего взрослому состоявшемуся мужчине, помогать простой никому не нужной девушке?
  Некоторое время он еще варил крем, а я знала, что лучше не отвлекать. Но едва ароматная субстанция приобрела ореховый оттенок, Тоби снял с огня, переставил на паровую баню, уменьшил до минимума огонь под соусом, проверил мясо, выключил похлебку. И вот после этого, повернулся ко мне, скрестил руки на груди и понеслось:
  - Да знаем мы уже все, Дэйка. - мне такое начало беседы совсем не понравилось. - Лорд Шейдер ради тебя сюда годами ходил, все смотрел да облизывался. Но терять расположение Бурдуса не хотел, вот и не трогал. А вчера ты зачем с ним села? Тут уж хочешь, не хочешь, а и твоя доля вины есть, Дэй. Жаль, меня не было, я б тебе мозги быстро вправил. И потом, ты зачем с ним пошла?
  - А ты откуда знаешь? - удивилась я.
  - Да это сегодня новость дня, - Тоби криво усмехнулся. - Все друг другу только и рассказывают, как Дэйка подавальщица не смогла сказать 'нет' лорду и тот с ней церемониться не стал. Послать его надо было, Дэя, послать! Он перед приходом сюда у почтенного оборотня Аруса в таверне так набрался, что еле встал, но ужинать сюда пришел! Тебя повидать! Куда только Сэл смотрела!
  Но меня все еще интересовало:
  - А как все узнали?
  - Да как, как, - Тоби обернулся к плите, помешал соус, - там вдове не спалось, увидела Шейдера у стены поджидающего кого-то, там стражник вышел освежиться, и тоже засек, там гоблин у стены увидал, потом побежал вашему Жловису докладывать, так-то и сложилась полная картина. Одно хорошо - директор ваш новый настоящий мужик, сразу вмешался.
  Я вздрогнула, но спиной Тоби никогда не видел, потому и не заметив ничего, продолжил:
  - Тут на их дуэль посмотреть полгорода сбежалось. Ну, смотрели, правда, осторожно, издали и так чтобы магистры не увидели. Шейд сам по себе опасен, а ваш он же из Бессмертных, такого в начале улицы увидаешь, на другую свернешь.
  И тут я вспомнила про дуэль! 'На закате. Парк Черного дракона'.
  - О, Бездна! - простонала я.
  - Что такое? - Тоби обернулся. - Да жив твоей Шейдер!
  - Да причем здесь он? - закричала вдруг я, потом осеклась под удивленным взглядом и тихо спросила. - Что с нашим директором?
  Повар несколько раз удивленно моргнул, потом вырубил соус, и так с ложкой в руке и сел напротив меня, удивленно вглядываясь.
  - Дэйка, ты чего? Ты... только не этот ваш, Дэй, он же Бессмертный! Ты вообще в курсе, что он первый меч империи, а? Да за ним сама кронпринцесса увивалась и без толку. Неееее, забудь, маленькая. Даже не думай, слышишь?
  - Да я и не думаю! - почему-то опять на крик сорвалась. - Просто... просто... это же из-за меня, Тоби.
  - Да ты здесь причем? - он клыкасто улыбнулся, - Ваш директор, Дэй, он ответственный очень и уж коли ему что поручили, сделает на высшем уровне. Ты подожди, ваша Академия Проклятий еще станет самым престижным заведением в Империи, вот увидишь, да и к адептам после этой дуэли совсем иное отношение - никого из вас теперь и пальцем не тронут. Так что дуэль скорее показательная была, и уж если лорд Шейдер проиграл, и даже преимущество ему не дало никаких шансов, остальные и вовсе поостерегутся.
   - То есть лорд Тьер победил? - тут же переспросила я.
  - А как же, - Тоби кивнул, улыбаясь, - он как начал, у Шейда и шанса не было. Жаль без магии все было, я бы на магическую посмотрел с удовольствием, но и так глаз не оторвать получилось. Директор ваш с мечами знатно управляется, Шейдер давно не упражнялся вот и начал проигрывать почти сразу.
  - А что там за преимущество было?
  
    [Елизавета Метлинова ]
  
  
  
  - Так в разгар сражения, ваш директор вдруг застыл. А друг его, беловолосый, высоченный такой, вздрогнул да и испарился с места, вспыхнув синим пламенем. Но Шейдер выяснять, в чем тут причина не стал, нанес удар. Тут директор ваш и отмер, да в два удара дуэль завершил. А потом беловолосый вернулся, но уже все было кончено. Ваш, хоть и прошило его мечом насквозь, сам ушел. На своих двоих, правда, пошатывался.
  Я дышать перестала. Очень быстро вспомнила момент с капитаном Ардан и поняла что зря, очень зря лорд Тьер экспериментировал с моей защитой.
  - Тоби, - я начала подниматься, - Тоби, я потом с Бурдусом поговорю. Ты ему скажи, что смогу на выходных работать, а я... побежала обратно.
  У нашего повара челюсть с внушительными клыками отвисла, а глаза увеличились.
  - Не надо на меня так смотреть, просто это из-за меня же было! А он раненный там... сейчас.
  Тоби головой отрицательно покачал, и задумчиво произнес:
  - Он из ордена Бессмертных, у них регенерация как у демонов почти, так что смерть ему не грозит. А вот...- повар улыбнулся, - голод будет. Зверский почти. Сейчас все сделаем в лучшем виде, Дэя!
  Обратно в академию я бежала с тяжелой сумкой на плече. Нести было действительно тяжело, но грела мысль, что это не бульон без соли, во-первых, и возможность отблагодарить лорда директора без последствий, во-вторых. И может быть, потом, когда он будет сытый и подобревший, я смогу спросить, что там было за проклятие.
  Над Ардамом уже сгустилась туманная ночь, и свет фонарей был совсем тусклым, не особо помогая спешащим по домам людям и нелюдям избегать попадания в едва затянувшиеся ледяной корочкой лужи. Я и сама не избежала этой малоприятной участи, но ни это, ни ноющая от тяжести спина, не могли испортить мне настроения.
   В кратчайшие сроки я добежала до академии и принялась нетерпеливо стучать в забор.
  - Кого там нелегкая принесла, - раздался недовольный голос Жловиса, затем скрипнула калитка, и тон изменился совершенно. - О, Дэйка, так быстро?
  - Да, - выдохнула я, ныряя в проход, - темной ночи, Жловис.
  - И все? - возмутился гоблин.
  - Все, - торопливо сказала я, направляясь не к общежитию.
  - Дээээээй? - удивленно понеслось мне вслед.
  Но я не слушала, и отвечать не собиралась. Обогнув по тропинке административные здания академии, я направилась к директорскому дому, особняком стоявшему в окружении старого сада.
  В двери я стучала долго и настойчиво, но мне никто не ответил, и открывать так же не спешили. С тяжелым вздохом, я сгрузила сумку на порог, обошла колонну, потянулась и с радостью нащупала маленький ключик на резном орнаменте мраморного украшения. Именно этим ключом я пользовалась, когда приносила спиртное прежнему директору, и замечательно, что наш новый руководитель, о нем так ничего и не узнал.
  Дверь послушно открылась, со стоном подняв сумку, я вошла в темное помещение. Разулась у двери, сняла пальто и повесила на вешалку. Затем стараясь не кряхтеть под весом продуктов, в темноте прошла к столу, переставила сумку на него, и, шагая на ощупь в темноте, направилась к спальне. Свет, кстати, горел только там. Тусклый, едва заметный в тонкой щелочке из-под двери. Подойдя к спальне, я снова постучала. В ответ тишина.
  Глубоко вздохнув, я решительно открыла дверь и вошла.
   Лорд Тьер был там!
  Полностью одетый, и даже в сапогах, бледный, с темными кругами под закрытыми глазами, с заострившимися чертами лица и тяжелым, слышным даже на расстоянии полутора десятков шагов дыханием. И почему он к лекарям не обратился?! Бездна, он же почти... Я побежала к постели, уже не задумываясь ни о собственных действиях, ни о смущении, ни о том, что я отчетливо помнила эту постель, и лорд Тьер сейчас лежал на том самом месте, где еще в обед была я.
  Но едва я приблизившись, попыталась коснуться его лица, магистр пришел в себя мгновенно. Движения и моя рука перехвачена за запястье, так и не успев коснуться его, вслед за этим медленно, тяжело открылись глаза. Затуманенный взгляд лорда директора недоуменно скользнул по мне, а затем я услышала глухое:
  - Дэя?
  - Это хорошо, что вы меня помните, - я попыталась улыбнуться, и почему-то добавила, - теперь есть надежда на то, что не убьете... Я не это хотела сказать.
  Лорд Тьер отпустил мою руку, закрыл глаза и приказал:
  - Вон!
  - Да, господин, - покорно ответила я, присматриваясь к пятну алой крови, заливающему некогда белоснежную простынь. - Уже ухожу.
  Ушла я в соседнюю комнату, нашла свечи, зажгла, потом привычно шагнула к неприметному шкафу у дальней стены, достала ножницы, бинт, спирт, мазь для заживления ран и вернулась в спальню. Лорд директор находился все в том же пограничном с бессознательностью состоянии, и потому я не стала интересоваться его мнением, когда подошла и приступила к разрезанию рубашки.
  Зато моими действиями заинтересовался он:
  - Я же приказал исчезнуть!- прошипел магистр.
  - Я и ушла, - невозмутимо отвечаю, продолжая разрезать его рубашку, - но вы не запрещали мне вернуться.
  - Адептка Риате...- он начал приподниматься.
  - Обещаю потом ее постирать и заштопать, - спокойно сообщила я, - и в отличие от вас я умею это делать!
  И лорд обмяк, удивленно глядя на меня черными, чуть затуманенными от боли глазами. Но уже через мгновение, когда я почти добралась до раны, ледяным голосом произнес:
  - Адептка Риате, я не терплю, когда мои приказы игнорируют! А так же не выношу, когда мне настойчиво пытаются помочь, без моей на то просьбы!
  Остановившись, я уверенно посмотрела на него и честно ответила:
  - Я не игнорировала ваш приказ! Вы сказали уйти, и я ушла, просто потом вернулась. И что касается помощи, я вас так же о лечении не просила, но вы мое мнение проигнорировали! А теперь лежите смирно и не надо мне мешать, иначе... прокляну, - сурово пообещала я.
  Мне больше и не мешали. В абсолютном молчании я закончила с порчей директорского имущества и застыла, потрясенная размерами ранения. Меч действительно прошел насквозь, оставив рваную кровоточащую рану на животе... Да, я помнила, что сказал Тоби на счет регенерации у членов ордена Бессмертных и все же было... страшно.
  - Затянется уже через час, - глухо произнес магистр.
  Внимательно осмотрев порез, я неуверенно ответила:
  - Здесь куски ткани, грязь, обломки веток и кустарника...
  - Все может быть, - все так же глухо ответили мне, - Шейдер поднял свой меч с земли.
  И я снова ушла, чтобы взяв пинцет вернуться и почистить рану - уверена, что так она заживет гораздо быстрее. К моему возвращению магистр вновь лежал с закрытыми глазами, оно и к лучшему. Но едва я, обработала инструменты спиртом, он вновь заговорил:
  - Что вы делаете?
  - Еще ничего, - я намотала несколько тампонов из бинта, - будет немного больно, зато потом дам...
  - Конфетку? - он умудрился еще и хмыкнуть.
  - Кое-что посущественнее, - ответила я, и приступила.
  Когда я вытаскивала маленькие изломанные остатки высохших зимой кустарников, лорд молчал, даже не вздрагивал, но едва потянула кусочек застрявшей в ране материи, глухо застонал. И я бы остановилась, не в силах знать, что причиняю боль, но нельзя было.
  - Потерпите пожалуйста, - начала уговаривать я, - я очень быстро и осторожно, а потом смажем мазью и боль пройдет быстро.
  - Мазью нельзя, - простонал лорд Тьер.
  После этих слов мои руки мелко задрожали. Одно дело знать, что сумеешь облегчить боль сразу как закончишь, другое дело...
  - Рану все равно нужно отчистить, - прошептала я, и стараясь делать все очень быстро и осторожно, продолжила начатое.
  Я провозилась не более десяти минут, но к концу лорд директор уже просто глухо и почти непрерывно стонал, а я ничего не могла для него сделать. Один раз я заикнулась о том, чтобы вызвать лекаря, но мне ответили 'Нет' сквозь стон, и я больше не спрашивала.
  Когда закончила, осторожно обтерла и края раны спиртом, а после услышала:
  - Посиди со мной.
  Это было неожиданно и приятно. Вынеся остатки бинта и окровавленные тампоны, я сполоснула руки и вернувшись, села на постель с другой стороны, потому как так меньше была видна рана, и чуть придвинувшись, замерла, обняв колени руками. Устав сидеть, вскоре устроилась полулежа, оперевшись о спинку кровати и стараясь двигаться осторожно, чтобы не потревожить магистра.
   Примерно через час, кровь остановилась полностью и края раны начали сходиться, а лорд Тьер, наконец, обмяк и перестал напоминать натянутую струну. Еще где-то через час, на месте страшного ранения была видна только узкая полоска затянувшегося рубца, но судя по скорости регенерации, скоро не останется и ее.
  А затем лорд Тьер открыл глаза. Так как я в тот момент украдкой рассматривала его лицо с чуть разгладившимися уже чертами, видимо больше не было необходимости сжимать зубы, пытаясь стерпеть боль, эта перемена в его состоянии заставила невольно вздрогнуть. Несколько минут директор мрачно смотрел в потолок. Затем судорожно вздохнул и медленно повернул голову в мою сторону. Едва наши взгляды встретились, я вежливо поздоровалась:
  - Темных ночей вам, лорд директор.
  И стиснутые губы медленно растянулись в усмешке, а затем лорд задумчиво произнес:
  - А я думал... у меня горячечный бред. Жаль.
  Да. Пожалуй, даже пощечина обидела бы меня меньше. Но кто я такая, чтобы обижаться. И продолжая пытаться удержать вежливую улыбку, я осторожно слезла с постели, и не глядя на магистра, сдержанно сообщила:
  - Мне сказали, что после регенерации вы будете испытывать сильный голод. Я накрою вам в столовой. Понимаю, что вы будете недовольны, но эта еда значительно вкуснее и полезнее той, что подают в нашей столовой, да и в городе немного найдется поваров, способных сравниться с Тоби.
  И после этого я поторопилась уйти, все так же не глядя на директора. Вслед мне понесся вопрос:
  - Вы очень уверенно чувствуете себя в этом доме. Бывали здесь раньше?
  Остановившись уже у двери, я молча кивнула, затем пояснила:
  - Неоднократно. По этой же причине я знала о существовании запасного ключа и месте его расположения. Темной ночи, лорд директор.
  На самом деле я была очень благодарна своей работе подавальщицей в таверне - именно там я научилась быстро и хорошо накрывать на стол, даже если руки мелко подрагивают, а глаза застилают слезы. И только там я смогла окончательно уяснить - подавальщица не имеет ни своего мнения, ни права голоса, ни повода обижаться. И завершая сервировку стола, я уже была совершенно спокойна, действительно, кто я такая, чтобы сметь негодовать на слова лорда. Прежний директор аристократом не являлся, и он мог позволить себе пообщаться с адепткой из низшего сословия, лорд Тьер совсем другое дело.
  Бесшумно выскользнув из дома, я свернула ни к академии, а в узкий проход между старыми, поскрипывающими на ночном ветру деревьями и медленно направилась по заброшенной, полузаросшей тропинке.
  Не знаю, сколько я так шла, но вскоре услышала, как хлопнула входная дверь, а затем на весь парк раздался крик 'Дэя!'.
  Молча, свернула к маленькому ручью, который пробивался между корнями деревьев и присев, опустила руки, касаясь ледяной воды. Я точно знала, что меня здесь никто не найдет даже с помощью поискового заклинания, и я нередко приходила сюда раньше. Просто посидеть в тишине, подальше от всех...
  Я и сидела. Долго, до тех пор, пока окончательно не замерзли промокшие ноги, пока не стало в груди холодно и пусто. А потом, по пустынному двору, мимо спящих общежитий, я добралась до нашего корпуса. Стараясь ступать тихо, прошла к своей комнате, остановилась перед дверью, затем шепотом произнесла свое имя и вошла.
  Горячий душ позволил согреться, теплая постель просто забыть обо всем. Радовало только одно - вряд ли теперь лорд Тьер прикажет стать его любовницей, а значит все опять хорошо, и даже замечательно... наверное.
  *****
  Утро началось с тревожного рева какого-то духового инструмента. И я так поняла, что это нечто теперь будет нас будить постоянно. Почти сразу вслед за ревом, раздался приказ о боевом построении в спортивной форме. Быстро переодевшись, я заплела волосы и побежала, вливаясь в толпу таких же спешащих и торопящихся. Янка нагнала на повороте, на бегу спросила как дела, я просто кивнула в ответ, мол все хорошо, врать не хотелось.
  На боевом построении были только адептки, но судя по окрикам, адепты в утреннем развлечении так же участвовали, только с другой стороны корпуса, и им уже было весело. Нам стало веселее едва раздалось:
  - Равнение на середину!
  И мы все увидели высокую, черноволосую женщину в черном костюме с символикой Школы Искусства Смерти.
  - Меня зовут капитан Верис, - мрачно произнесла она, оглядывая наши ряды желтыми глазами с ярко-красным зрачком, - и у нас не так много времени, чтобы поднять уровень вашей физической подготовки. Начнем с бега, кто устанет, может пройти некоторое время, для восстановления дыхания, но дистанцию в десять кругов должны миновать все. На старт, марш!
  И мы начали забег в новую жизнь Академии Проклятий, даже не догадываясь, что ждет нас впереди. А впереди согласно расписанию значились - Теоритическая часть, которая преподавалась до обеда, а после очередной порции физических упражнений начиналась Практическая часть. Но самое забавное я выяснила вечером, устроившись с учебниками после плотного и на удивление вкусного ужина, хотя ранее в столовой питаться, было нереально. Так вот, спустя несколько часов, я поняла странное и удивительное - учиться очень легко. А выполнять домашнее задание просто и даже интересно, если на него есть время. Время у меня было, и когда я уже закончила с заданием по Теории преступления, ко мне постучалась Яна, со словами:
  - Тебе с домашкой помочь?
  - Входи, - дала я разрешение на допуск, после которого открылась дверь, но едва Яна вошла, честно ответила: - Я уже все сделала.
  Тимянна застыла, потом недоверчиво поинтересовалась:
  - А задачу по Смертельным проклятиям?
  Молча подвинула ей уже закрытую тетрадь, в которой все в кои то веки было аккуратно и красиво вписано.
  - Ну ты даешь, - выдала Ян, присаживаясь рядом и приступая к беззастенчивому списыванию моей домашки.
  Я была не против, наоборот приятно, что наконец списываю не я, а у меня. И оставшееся до вечернего построения время, я использовала как для повторения изученного сегодня материала, так и для того, чтобы прочитать новые параграфы, которые нам только предстояло пройти.
  На следующий день мои тетради украсили потрясающие записи 'Блестяще! Отлично! Выше всех похвал!', и самое приятное от магистра по Смертельным проклятиям 'Вы меня приятно удивили, адептка Риате'.
  Я смотрела потом на эту запись и чувствовала себя как в сказке. В самой лучшей из сказок, потому что это было реальностью.
  - Что, Риате, зубрилкой стала? - Ригра подошла и уселась на мою парту, игнорируя тот факт, что своим... бедром, смяла мою тетрадь.
  - Слезь немедленно, - неожиданно грубо приказала я.
  Демонстративно вскинув руки, она подчеркнуто медленно сползла, а потом на всю аудиторию:
  - Знай свое место, подавальщица!
  Я захлопнула учебник, который читала до ее появления и с неожиданным вызовом поинтересовалась:
  - И какое же у меня по-твоему место?!
  Ригра подобного явно не ожидала. Но опомнилась быстро и развернувшись, ехидно произнесла:
  - Разносить вонючую еду, вонючим пьяницам в вонючей таверне!
  Наверное, ранее я бы смолчала, а сейчас спокойно ответила:
  - Ну и тварь же ты. Мелкая, беспринципная и злая тварь.
  В аудитории стало тихо, а я вернулась обратно к чтению учебника, не обращая внимания на так и застывшую с открытым ртом Ригру. Надоело молча глотать обиды! Просто надоело!
  - Грязная прислужница, - прошипела взбешенная Ригра.
  Я захлопнула учебник, встала, подошла вплотную к уже изрядно доставшей меня адептке Дакене и медленно, четко, с расстановкой ответила:
  - Еще слово, и я тебя ударю. Просто потому, что надоело постоянно сдерживать это желание. И я ударю по лицу, Ригра, так, чтобы остался синяк, а глаз заплыл. И после этого ты две недели будешь отворачиваться от зеркала, чтобы не видеть как место удара сначала краснеет и напухает, затем синеет, а после синева медленно сменяется отвратительной желтизной с фиолетовыми прожилками.
  Она сделала шаг назад, потом еще один, а в итоге с воплями 'капитан Верис' бросилась из аудитории.
  - Не ожидала от тебя, - сказала Яна, когда я вернулась обратно за парту.
  - Сама от себя не ожидала, - призналась я, возвращаясь к чтению.
  Долго читать мне не пришлось, так как вскоре в коридоре послышался усиленный магией приказ:
  - Адептка Риате, в кабинет к куратору Верис.
  И ведь знаю же, что в любой ситуации стоит промолчать, так нет же.
  Идя по пустеющим после звонка коридорам, я сначала думала о том, как буду оправдываться. Но затем... я не буду оправдываться! Она достала! Четыре года издевательств я вытерпела, но с меня хватит! И я...
  Легкое сияние и передо мной материализовался возрожденный дух смерти. Дара казалась почти живой и материальной, и голос ее прозвучал как обычный женский:
  - Адептка Риате, в кабинет директора! Немедленно!
  Я остановилась, опустила глаза, а потом:
  - Не пойду! - вскинула голову и посмотрела в ярко-алые глаза духа. - Я не совершила ничего такого, за что меня следует наказывать лично директору. Вопросы мелкого нарушения дисциплины рассматривает куратор нашего отделения, если она сочтет необходимым, она и отправит!
  Дара выслушала, не перебивая, затем улыбнулась и уже не так официально, я бы даже сказала с улыбкой, добавила:
  - Это по личному вопросу.
   На мгновение я замерла, потом ощутила, как краснею всем лицом, разозлилась уже на себя и гораздо грубее, чем хотелось бы, выпалила:
  - А личных дел с лордом директором, у меня нет, и никогда не будет! Темных дней вам, Дара!
   И обойдя возрожденный дух смерти, я продолжила маршировать, в направление к кабинету нашего куратора.
  Постучала, и не дожидаясь разрешения войти, ворвалась в отделанную черным деревом резиденцию кабинета леди Верис, чтобы оторопело замереть на пороге.
  - Двадцать шесть, двадцать семь, двадцать восемь... - меланхолично отсчитывала едва удостоившая меня кивком капитан Верис, наблюдая за тем, как приседает уже покрасневшая от натуги Ригра.- Двадцать девять, тридцать, тридцать один, тридцать два, тридцать три, и пока хватит.
  Дакене не удержалась на ногах и свалилась.
  - Это вы хорошо придумали, - прокомментировала ее действия леди,- вот в том же положении еще десять отжиманий, приступайте адептка.
  И вот после этого, уже не отсчитывая вслух, впрочем там пока и отсчитывать было нечего, леди Верис повернулась ко мне и приветливо произнесла:
  - Адептка Риате, ваши успехи меня очень радуют. Такой скачек в успеваемости, даже не ожидала. И не понятно мне только одно, почему ранее ваши оценки были едва ли не ниже среднего?
  При Ригре мне отвечать не хотелось, и капитан, как это ни удивительно, меня поняла.
  - Дакене, хватит стонать на полу, тренируйтесь, отработаете мне свое наказание через неделю в двойном объеме, сейчас свободны.
  Ригра поднялась с трудом, глядя в пол буркнула 'Разрешите идти', и получив разрешение тяжело вышла, осторожно прикрыв за собой двери. А леди Верис, мило улыбаясь указала мне на стул, и потребовала:
  - Ну же, утолите мое любопытство.
  Я прошла, села, и не смотря на то, что делиться подробностями своей жизни не было никакого желания, честно ответила:
  - По ночам я работала, и на подготовку домашнего задания времени практически никогда не было.
  Я ожидала чего угодно, только не вопроса:
  - Тяжело было? - удивленно смотрю на леди Верис, та улыбнулась мне и продолжила. - Работа подавальщицы не из простых, всю ночь на ногах, в шуме, руки явно к утру отваливались, а голова гудела, и все же вы упорно учились и работу не бросали. Откровенно говоря, Риате, вы меня удивили - работа, учеба... счет в гномьем банке.
  Я вздрогнула, сердце забилось втрое быстрее, а леди, словно не замечая моего напряжения, продолжила:
  - И сумма там уже довольно приличная... за четыре-то года собралась.
  Вот теперь на бледнеющую меня смотрели с легкой усмешкой, а затем капитан уже откровенно 'добила':
  - Для молодой девушки с перспективой выхода на гособеспечение это достаточно много, для выкупа закладной на дом... маловато.
  Молча жду продолжения 'милой' беседы, не желая даже думать откуда у моего куратора конфиденциальные данные. Леди словно прочла мои мысли, но почему-то продолжая по доброму улыбаться, произнесла:
  - Мой отец принадлежит к группе совладельцев банка 'ЗлатоГор'. Так уж вышло, что я родилась в одной из богатейших семей Сумрачных лесов, но... - леди клыкасто улыбнулась, - перспектива выхода замуж ради блага семьи как-то не впечатляла. И я сбежала из клана, а так как документов не было никаких, вломилась в дом магистра Эллохара и потребовала зачислить в списки обучающихся. Моя наглость обошлась мне в два подзатыльника и малоприятное осознание того, что какой-то маг оказался значительно сильнее оборотня из правящей семьи, но... он взял меня в школу. И с тех самых пор я сама несу ответственность за свою жизнь, свой выбор и свои решения. Не жалела об этом ни разу, и уверена, что не пожалею в будущем. Но к чему я это рассказываю, Риате: За свою жизнь я видела многих девушек, но ты вторая или третья из тех, кто действительно вызывает уважение и кому хочется помочь. И когда я, при оформлении перевода счета в ардамское отделение узнала, что еще одна адептка из Академии Проклятий имеет там счет, я заинтересовалась. Как ты понимаешь, связи позволили мне выяснить и количество денег и на погашение чего идут проценты.
  На меня был направлен пристальный взгляд, но я все равно промолчала, и тогда леди вдруг подалась вперед, и торопливо заговорила:
  - Но, Риате, это же грабительские проценты! На недвижимость в столице и то тарифы меньше!
  И вот тогда я не сдержалось, и устало ответила:
  - Я знаю, - а под встревоженным взглядом леди Верис почему-то продолжила, - но договор заключала не я, и сейчас уже ничего нельзя сделать... Потому что либо мы выплачиваем за дом, либо...
  - Ты идешь в долговое рабство, - закончила за меня капитан Верис.
  Я вздрогнула и кивнула.
  - Умничка, что сообразила и поступила в Академию Проклятий, - похвалила капитан, - находящиеся на государственной службе не подлежат отчуждению в личную собственность. Это правильный и очень мудрый поступок, Риате, но что касается дома... за эти годы, проще было бы собрать на новый.
  Где-то как-то я это понимала, и в то же время:
  - Но эти четыре года им тоже нужно было где-то жить.
Оценка: 6.46*662  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Д.Данберг "Элитная школа магии 2. Факультет Защитников" (Попаданцы в другие миры) | | Blackcurrant "Магия печатей" (Любовное фэнтези) | | Vera "Летняя подработка 2.0" (Короткий любовный роман) | | П.Роман "В поисках тени" (ЛитРПГ) | | А.Анжело "Сандарская академия магии. Carpe Diem." (Любовное фэнтези) | | М.Савич " " 1 "" (Боевое фэнтези) | | О.Гринберга "Чужой мир - мои правила" (Юмористическое фэнтези) | | Л.Ангель "Серая мышка и стриптизер." (Современный любовный роман) | | С.Шавлюк "Начертательная магия" (Любовное фэнтези) | | М.Боталова "Академия Равновесия. Охота на феникса" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"