Крав Эли: другие произведения.

Правило двенадцати

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Дневник путешественника во времени.


Правило двенадцати

(дневник путешественника во времени).

  
   Кто автор этой рукописи и откуда она взялась - неизвестно. Сотрудников отдела приключений и фантастики таинственными появлениями или исчезновениями удивить сложно, но эта потрепанная тетрадка чем-то привлекла внимание редколлегии и мы представляем ее на суд читателей.
  
  
   21 июля 2306 года. Утро.
   Сижу на ветке платана.
   Высоковато, но очень удобно! Спускаться, наверное, придется долго. Так что, первые впечатления записываю прямо здесь.
   Сегодня встал, позавтракал, прогрел и еще раз перепроверил работу всех узлов своего любимого детища, лучшего изобретения всей моей жизни - машины времени. И снова подивился тому, что до сих пор никто не создал ничего подобного, не додумался до такой простой идеи, лежащий, практически, на поверхности. Надел видавший виды туристический рюкзак, встал на площадку переноса, глубоко вздохнул, нажал на кнопку и зажмурился, будто это могло меня спасти. В ту же секунду почувствовал пустоту под ногами и открыл глаза. Я падал. Летел вниз с высоты пятиэтажного дома и если б не подвернувшаяся ветка платана, мое путешествие уже бы закончилось. А так, отделался оцарапанными руками, парой-тройкой синяков и порванным рукавом брезентовой ветровки. И все потому, что при расчетах я учитывал и скорость вращения Земли, и ее обращение вокруг Солнца, и даже движение галактики, а про то, что живу во многоэтажке - забыл!
   Итак, первые впечатления: небо чистое, голубое. Значит, ядерной зимы не было. Лес зеленый, деревья высокие - с экологией тоже все в порядке. На самом деле, я очень боялся, что все будет гораздо хуже, и мой прыжок в будущее станет самоубийством. Пока я очень доволен.
   Видимо, и кризис, и безработица стали для меня не столько испытанием, сколько подарком судьбы. Иначе работал бы дальше в своем Ка-Бэ и ни о какой машине времени даже и не думал. А так я не только опробовал свои идеи, но и сам отправился в будущее. Здесь о моем изобретении наверняка уже знают! Интересно, славят меня или проклинают?
  
   21 июля 2306 года. Вечер.
   По моим подсчетам, я прошагал не меньше тридцати километров, но ни городов, ни деревень, ни каких-либо следов жизни человека я так не нашел. Зато увидел огромное количество абсолютно непуганого зверья. И получил море удовольствия от прогулки по лесу - от пения птиц, от особого шороха высоких ветвей на ветру, от неповторимых лесных запахов.
   Скорее всего, я попал в заповедник.
   Странно, что мной до сих пор никто не заинтересовался. Просто наблюдают со стороны?
  
   22 июля 2306 года.
   Поспать ночью почти не удалось. К моему костру собралось столько всякой живности, что сам был не рад. Даже палатку ставить не стал. Пришлось ночевать на дереве, привязавшись к толстой ветке. Утром возле погасшего костра обнаружил кровь. Наверное, тут кого-то съели. Хорошо, что не меня! Надо быть поосторожнее! Можно сказать, дикая природа вокруг! Если бы не знал, что на дворе 230*-й год, мог бы подумать, что вернулся на тысячи лет назад!
   Похоже, я выбрал неверное направление - и сегодня мне не встретилось ни одного следа, ни даже напоминания о существовании человека. Но просто кружить по лесу тоже не дело. Так можно вообще ничего никогда не найти, да еще и самому потеряться. Прокормиться в лесу туристу с моим опытом - не проблема. И запаса консервов в рюкзаке надолго хватит. Поэтому, буду идти, как и шел - на север.
  
   23 июля 2306 года.
   Нашел!
   Я уже устал удивляться отсутствию людей. Какие только жуткие мысли в голову ни лезли! Какие только идиотские рассказы о "светлом будущем" ни вспомнились!..
   Под конец дня решил малость изменить прямолинейность маршрута и пошел против течения подвернувшегося ручейка. И у источника обнаружил ровно выложенную камнями запруду - что-то наподобие колодца, чтобы ведром зачерпнуть можно было. Как давно это было построено - неизвестно, да и трудно что-либо разобрать впотьмах. Но день явно прошел не зря!
  
   24 июля 2306 года.
   Несмотря на усталость, выспаться как следует не удалось - очень волновался перед встречей с людьми будущего.
   Утром осмотрел каждый камешек вокруг источника и нашел-таки две еле заметные тропинки. Они были абсолютно одинаковыми, и я выбрал ту, что вела налево.
   Тропинка была настолько старой и незаметной, что я несколько раз терял направление и возвращался назад. Иногда казалось, что иду по звериной тропе. Но когда она вывела на опушку, я увидел крыши домов в низине. Это был хутор в три дома. Уже издали что-то в нем показалось странным и только подбежав ближе, я понял в чем дело. Тишина! Неприятная, безжизненная... Стало страшно - а вдруг и вправду что-то произошло с людьми за эти триста лет? Но тут меня успокоили крест-накрест заколоченные окна в двух домах. Это, видимо, опустевший хутор, коих было немало и в наше время. Последний дом стоял с окнами без досок и без стекол. Здесь, судя по всему, жил последний из хуторян. Обстановка в доме самая обыкновенная - стол, лавка, кровать. И все это покрывал толстенный слой пыли. Кое-где между половиц пробивалась трава. Искать здесь было нечего и я побрел обратно к источнику, в надежде, что хоть вторая тропинка выведет меня к людям.
   Выходя из дома я заметил собаку - обыкновенную дворовую шавку. Попытался ее подозвать, но на голос она никак не отреагировала, а на свист повернула голову, посмотрела как-то не по-собачьи и убежала. Мне стало жаль одичавшее животное, но через минуту я о ней забыл. И зря - на опушке леса меня догнал звук лая. Я обернулся и застыл: прямо на меня неслась огромная свора собак. Так, наверное, на охоте загоняют диких зверей. Но на этот раз жертвой был я. Точнее, мог ей стать, если бы плохо бегал и не умел лазить по деревьям.
   Я сидел на ветке и пытался сообразить, что же случилось с собаками? Как они из добрейших домашних животных превратились в хищников? И вспомнил газетную заметку об одичавших собаках сбивавшихся в стаи на окраинах городов и нападавших даже на людей. Неужели эта проблема так и не решена?
   Теория теорией, а мне, сидящему на ветке, хотелось как-то разогнать эту свору и идти дальше. Сверху собаки казались не грозными, а какими-то... неухоженными - со свалявшейся шерстью, репейником и плохо зажившими ранами. Их было около двадцати - разнокалиберные дворняги и один большой пес, похожий на овчарку - вожак, наверное. Дворняги лаяли, рычали, подпрыгивали и пытались взобраться на дерево, а вожак сидел себе в сторонке, будто его это не касается. Третий час я сидел на дереве, но собаки все не уходили. Руки и ноги затекли от напряжения, и я попытался сменить неудобную позу. Тут подо мной хрустнула ветка. Нет, она не сломалась, только треснула, но я дернулся от испуга и хруст повторился. На этот раз он был громче и страшнее. Перебрался ближе к стволу, стараясь не делать резких движений. В таком неудобном полусидячем положении я очень быстро устал. Собаки будто почуяли, что у меня от напряжения дрожат ноги, и начали скакать еще сильнее, пытаясь достать до нижней ветки. Я попробовал подтянуться на руках, чтобы залезть повыше, но пальцы соскользнули и я снова оседлал нижнюю ветку, пребольно стукнувшись копчиком. Ужасающий хруст повторился снова. Я понял, что долго мне так не продержаться.
   Вдруг что-то свистнуло и вожак упал. Из горла у него торчало нечто похожее на дротик без оперения. На какой-то миг собаки замерли, а потом набросились на своего мертвого собрата. Меня едва не стошнило. Буквально через две минуты, когда были растащены даже кости, оставшиеся от вожака, собаки начали грызться между собой. А через час под деревом уже было тихо и спокойно.
  
   Эту ночь я, пожалуй, тоже проведу на дереве. А завтра пойду по другой тропинке.
   Интересно, кому я обязан своим спасением?
  
   25 июля 2306 года. Утро.
   Наконец-то понял, что мне так мешало выспаться - ботинки! Ну не могу я спать в обуви, неудобно мне! Разулся и сразу почувствовал себя как в постели. Так хорошо выспался, будто не пришлось вчера нервничать и волноваться.
   Эти собаки здорово меня напугали. Сегодня я уже дергался от каждого шороха. А когда неподалеку с крякающим (мне-то показалось, что с гавкающим!) звуком треснула ветка, я пулей взлетел на ближайшее дерево. Но тут вдруг сучок под моей рукой обломился, подошвы заскользили по гладкой коре и судорожное движение ногой не подняло меня вверх по стволу, а только оттолкнуло от него. В результате я изобразил какую-то фигуру высшего пилотажа и, пролетев по широкой дуге метра три, грохнулся на рюкзак. По инерции руки еще пытались за что-то ухватиться, а ноги - оттолкнуться, и я какое-то время дергался лежа на спине. А когда, наконец, понял, что произошло, меня такой смех разобрал, что я минут десять не мог успокоиться. Жаль, что никто из моих друзей не видел этот пируэт - посмеялись бы вместе. А так веселились вдвоем с эхом - оно вторило мне тоненьким голоском.
   Лежа на рюкзаке, прошедшем со мной не одну тысячу километров, я благодарил судьбу, что научился собирать его правильно - так, чтобы нигде ничего не выпирало и не могло поранить. У меня были неплохие учителя. Старшой - наш инструктор по туризму и неизменный ведущий в походах - сказал бы глядя на меня: "...и наказал Г-сподь черепаху!.." Все бы засмеялись, но незлобиво, по-дружески, и помогли б подняться.
   У нас была замечательная компания, мы вместе пол-России с Украиной исходили. А потом все переженились и походы закончились...
   Хух!.. Хорошая штука - дневник! Выговорился и легче стало.
  
   25 июля 2306 года. Вечер.
   Перечитал утреннюю запись. Хорошо, что мой дневник - это обыкновенная толстая тетрадка в клеточку. Из-за своей инертности, я не гоняю карманный компьютер для ежедневных записей и не расходую аккумуляторы понапрасну. Пока с ним все в порядке, но батареи, боюсь, могут сесть раньше, чем я доберусь до розетки. А ведь этот маленький приборчик хранит в себе самое важное: схемы и чертежи машины, а также формулы для расчетов перемещений.
  
   Сегодня шел почти целый день по едва заметной тропке. А вечером вышел к деревне. Теперь я уже не бежал к домам подпрыгивая от радости, а осторожно подходил к оградам. И здесь стояла безжизненная, вытягивающая нервы тишина. Окна, правда, заколочены не были, а в огородах росла картошка и еще что-то незнакомое. Я заходил в дома и поражался все больше и больше. В каждой избе - одна и та же картина: чистые, убранные комнаты, застеленные постели, дрова, сложенные возле печки и - никого! Я вышел на "центральную улицу" - проезд между домами - и закричал. Мне ответило едва слышное эхо и - снова тишина. Тишина давящая, жуткая, как на кладбище. Боковым зрением заметил какое-то движение, резко повернулся - никого.
   Что же случилось с людьми? Куда они подевались? Здесь что, бомбу нейтронную взорвали? Так нет же, собаки живы, а значит, дело в чем-то другом. Но в чем?
   Решил заночевать в одном из домов на лавке. На чужой кровати спать почему-то не захотелось - хоть я и не суеверный, но все равно как-то неприятно.
   Лежал на лавке пытаясь заснуть, когда меня вдруг осенило: люди здесь были совсем недавно, буквально день-два назад! Еще не выветрился запах обжитого дома. Значит, если люди ушли, то не далеко, их еще можно найти или догнать.
   Вот посплю немного - и на поиски!
  
   26 июля 2306 года.
   Давно я так хорошо не спал! Есть, видимо, какая-то добрая аура у этих бревенчатых домов. Запах жилья так успокаивает, так придает сил!..
   Полный энергии, я подхватил свой рюкзак и отправился искать людей.
   Шел по проселочной дороге, ведущей от деревни вдоль края леса по опушкам. Припекало жаркое июльское солнышко. К тому же, я не мылся с тех пор, как попал в это время - обливание водой у ручья не в счет - и чувствовал себя ужасно неприятно. Поэтому очень обрадовался, когда дорога вышла к реке. Солнце, теплая вода, песчаный бережок - что еще нужно, чтобы получить удовольствие? Я прыгал и бесился в воде, как маленький. Сам не знаю, что на меня нашло. Может это оттого, что вокруг на многие километры нет ни одной живой души? Так мне, по крайней мере, казалось...
   Вдоволь наплескался и уже собрался выходить, как вдруг увидел на берегу... девушку! Она стояла, смотрела на меня и улыбалась. Забыв о приличиях - купался в чем мать родила - с криком: "Девушка!",- я рванул к ней. Буквально на втором шагу споткнулся о корягу и ухнул лицом в воду. Вскочил в тот же миг, но девушки уже не было.
   Неужели галлюцинации? Или навязчивая идея с поиском людей подкидывает мне миражи? Настолько четкая картина стоит перед глазами: стройная шатенка с милыми чертами лица и очень красивыми, необычной формы глазами... И одета она была очень просто: белая рубашка с голубыми узорами вышивки и светлая однотонная юбка до колен. Неужели все это - всего лишь фантазия? Но фантазии не оставляют таких четких следов на песке. Значит, был здесь кто-то! Я обшарил все прибрежные кусты, но только исцарапался. И, время от времени, слышалось мне далекое журчание веселого ручейка девичьего смеха. По-моему, я схожу с ума! Но это уже не важно. На ночь я решил остаться здесь.
  
   27 июля 2306 года.
   Сегодня даже не собирал палатку. Солнце, свежий лесной воздух и теплая вода в чистой речке - что еще нужно? Весь день состоял из сплошных удовольствий! Я ловил рыбу, варил уху, ходил в лес за малиной и очень внимательно смотрел по сторонам. Но заметить ничего не сумел, хотя явно слышал смех, когда споткнулся о торчащий из земли корень и грохнулся на землю, рассыпав все ягоды. По правде сказать, моя футболка в пятнах раздавленной малины действительно выглядела очень весело. А как пахла!..
   Но день не прошел зря - кроме того, что я хорошо отдохнул и набрался сил, стало ясно: девушка живет где-то поблизости. Нужно только найти ее дом.
  
   28 июля 2306 года.
   Весь день шел и чувствовал на себе чей-то взгляд. Оборачиваться, естественно, было бесполезно. А потом неожиданно это ощущение пропало. И через полчаса я вышел к деревне.
   Здесь тоже не было слышно ни звука, но тишина другая - не мертвая, а будто затаившаяся. В домах также убрано и безлюдно. Я забирался на чердаки и лазил в погреба - никого! В одной избе мне вдруг почудился запах. Вкусный запах! Совсем недавно здесь готовили! Потрогал печь, а она теплая! Значит, хозяева где-то поблизости! Я решил никуда не уходить и ждать хозяев! В чужом доме дожидаться неприлично, а в палатке, которую я разбил в проходе между избами - в самый раз!
   Странные вещи здесь творятся! Я что, попал аномальную зону? Нет, не стоило так много фантастики читать...
  
   29 июля 2306 года.
   Ночью казалось, что возле палатки кто-то ходит, но когда я пытался выглянуть, все звуки сразу стихали.
  
   А утром напротив входа в мое походное жилище сидел дед. Колоритный такой дедуля, седой, морщинистый, с бородой до пояса и густой шевелюрой. Одет он был в белую льняную рубаху и светлые штаны - прямо как с лубка сошел! Мне хотелось подбежать к нему и обнять на радостях, но его пристальный взгляд останавливал на месте. Я медленно подошел к деду, поздоровался, пожелал хорошего дня и, заметив непонимание в глазах, поклонился. Он поднял руку и что-то резко сказал глядя куда-то мимо меня. Обернувшись, я увидел, что по обеим сторонам от палатки стояло два здоровенных детины с копьями наизготовку. Те опустили оружие и сели на землю.
   "Мама дорогая! - подумалось мне, - Куда я попал? К староверам, что ли? Копья, деревянные хаты без электричества, немощеные дороги... Я в будущем или прошлом?"
   Тут старик обратился ко мне. Язык, на котором он говорил, не напоминал ничего из того, что я когда-либо слышал. Где-то он был похож на ужасно исковерканный русский, где-то слышались английские и латинские слова. Короткие, отрывистые фразы из одно- и двусложных слов говорили о примитивности языка в целом. Но как бы ни был неприятен этот язык, мне его предстояло освоить.
   Я сел прямо на землю недалеко от старика и попытался объясниться языком жестов. Сначала я спросил у него о городах, изобразив многоэтажные дома. Дед покачал головой и произнес слово, похожее и на "Нет", и на "Нехорошо". Но общий смысл понятен - городов они не любят. Потому и забрались в такую глушь. И меня, с моим везением, закинуло именно сюда!
   Ну что ж, побуду малость здесь, если не выгонят, подучу язык и пойду дальше цивилизацию искать.
  
   5 августа 2306 года.
   Почти неделю учу язык в деревеньке аборигенов. Уже многое понимаю. Смешно сказать, но это действительно русский. Правда, с огромным количеством заимствованных слов и сокращений. Разговариваю, в основном, с дедом, но двое парней с копьями постоянно крутятся неподалеку. Каждый раз, когда мне нужно что-то достать из рюкзака, они напрягаются и берут копья наизготовку.
   Думал, они такие примитивные, даже помочь хотел - научить делать луки, арбалеты и прочие простые вещи, а у них, оказывается, все это есть. А копья нужны только для устрашения. Видел я, правда, как это "устрашение" прошибало дубовую доску с расстояния пяти метров...
   И вообще, жизнь у них, оказалось, весьма неплохо налажена - в одной из изб стоит ткацкий станок, есть своя кузница, а плотничать, как мне показалось, умеют все. Поначалу удивляло множество изделий из листового железа - не бронзы или каких-нибудь легкоплавких металлов, а именно железа. А потом в кузнице обнаружил источник сырья - порезанную дверь автомобиля...
   На все мои расспросы - откуда взялась эта дверь, мне отвечали словом, означающим "опасность". Им же, кстати, мамаши пугают непослушных детей. Пока я не настаиваю на объяснениях, но не нравится мне это!
  
   7 августа 2306 года.
   А деревенька, кстати, совсем невелика: кроме парней с копьями - охотников - здесь живут их жены с детьми, кузнец с женой - ткачихой и сыном лет 12-ти. И старик.
   В деревне вместе со мной двенадцать человек. Дюжина... Причем, здесь считается обязательным придерживаться именно этого числа. Странно. Когда я спрашиваю кто раньше был двенадцатым, они только вздыхают или недобро на меня косятся. Умер тут, что ли, кто-то, а меня считают косвенно виноватым? Не оттого ли все прятались поначалу? Так я и не понял, чего они боятся.
   Никак не могу запомнить кого как зовут - ну нет у меня памяти на имена, я только лица хорошо запоминаю. Со стариком проще - он сказал, что его все просто Дедом кличут, как самого старшего на десяток деревень в округе.
   Как добраться до города так никто и не признался. Но из разговоров я понял, что собаки обычно рыскают по городским окраинам. В лес глубоко не забираются - там свои хозяева.
  
   8 августа 2306 года.
   Вчера объявил Деду, что пойду в город. Он, конечно, поохал, а потом признался, что ждал этого. Рано или поздно я все равно бы собрался. Посоветовал быть очень внимательным и готовым ко всему. А сегодня утром показал дорогу и сам вышел проводить. Странные слова сказал он мне на прощанье! Лес, говорит, наш друг, а город - враг. Для меня, городского жителя, это звучало немного диковато. От души поблагодарил его за все и пообещал как-нибудь зайти.
   Шел весь день. Осталось еще два дня пути.
  
   10 августа 2306 года.
   Вчера тоже весь день шел. Ничего особенного в пути не заметил. Только постоянно чувствовал чей-то взгляд.
   Ближе к вечеру, когда до цели оставалось совсем немного, я вдруг заволновался. Не давали покоя слова старика, про то, что лес - друг. И действительно, зачем спешить, чтобы выйти к городу ночью? Ходить потом гостиницу искать? Да и денег у меня нет...
   В общем, решил в последний раз заночевать в лесу. На дереве, как обычно, помня близость "друзей человека".
  
   11 августа 2306 года.
   Я понял о чем говорил старик, когда вошел в город. Город был мертв. Только ветер свистел в провалах окон полуразрушенных домов. То, что когда-то называлось улицами, было засыпано мусором, обломками кирпича и бетона до полной непроходимости. И над всем этим - давящая на уши тишина, прерываемая только завываниями ветра.
   Куда делись люди? Неужели война все-таки была? Но войны рано или поздно заканчиваются и приходит пора восстанавливать разрушенное. А тут восстанавливать, видимо, уже некому...
   Я долго бродил по обломкам бетонных плит, продираясь сквозь торчащую во все стороны арматуру, пока не натолкнулся на развалины какой-то виллы. Крыша провалилась, ни окон, ни дверей не осталось и одна из стен обрушилась напрочь, но в целом это еще вполне можно было назвать домом. И для меня какое-то укрытие, место для ночлега. Внутри хоть не так чувствовалась эта ужасная пыль - частички извести, бетона и еще какой-то гадости, которую поднимает даже самый легкий ветерок. В одной из комнат даже сохранились кое-что из мебели: часть массивной тумбы и остов от панцирной кровати. Вполне возможно, этим домом пользовались до недавнего времени, то есть уже после того... того, что произошло. Из остатков тумбы я решил соорудить костерчик. Старое дерево казалось прочнее кирпича - я едва не поломал об него свой туристический топорик и уже думал, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. И тут под одной из ножек тумбы обнаружился квадратик плотно спрессованный бумаги. Это был сложенный старый газетный лист, который рассыпался на мелкие кусочки при попытке его развернуть. Сам текст был невосстановим, но возможность собрать, как древнюю головоломку, красные буквы заголовка давала мне надежду получить хоть какую-нибудь информацию. Собирал пока не стемнело и так устал, что заснул не разжигая костра.
  
   12 августа 2306 года.
   У меня получилось! Я собрал этот заголовок! До полудня промучался с мелкими кусочками газетной бумаги, разлетающимися от любого движения воздуха, даже от дыхания. Из-за пыли, видимо, а может и из-за длительного напряжения разболелись глаза. Но оттого, что у меня получилось, заныло сердце.
   "Спасаясь от террора, люди бегут в... Города пустеют", - кричал заголовок. Потерянное слово не пришлось даже додумывать.
   Так что, террор развалил цивилизацию? Но как это могло произойти? Кучка фанатиков не могла загнать человечество обратно в первобытный строй! А может, я напрасно трагедизирую? Должно быть, в других городах все в порядке, а этот был неперспективным и его не стали восстанавливать. В конце концов, я же ученый! Не гоже делать выводы из частного случая! Но на душе как-то уж очень нехорошо...
   Только любитель черного юмора мог назвать здешний воздух свежим, но мне срочно понадобилось проветриться.
  
   После полутемных комнат солнце ослепило меня. Я зажмурился и прикрыл глаза руками. И тут вдруг справа от себя не то услышал, не то почувствовал резкое, свистящее движение. Невольно шагнул влево и открыл глаза. В метре от меня стоял... воин! Его одеяние отдаленно напоминало доспехи: наплечники из протекторов шин, кожаные налокотники и - самое главное - металлический колпак от колеса в качестве щита на груди. Лицо и волосы, скрученные в неаккуратное подобие косичек были абсолютно белыми, будто обсыпанными пудрой. Или известкой? Если к этому добавить выпученные глаза и широко раскрытый рот, получилась бы очень веселая картинка. Но мне было не до смеха - в руках, занесенных над головой, он держал метровый кусок металлической трубы. Мне бы ни за что не увернуться от такого удара, если б не знакомая маленькая стрела без оперения, торчащая из горла воина. Еще секунду он простоял, издал хрипло булькающий стон и завалился на бок. Я заставил себя выйти из оцепенения и подойти к нему поближе. Это была не стрела, а арбалетный болт. Значит, мой спаситель где-то совсем рядом. Я встал, чтобы оглядеться. И очень вовремя - именно в этот момент еще двое таких же "бледнолицых братьев" выскакивали из-за кучи битого кирпича. Одеяния их были похожи на "доспехи" убитого, но без бронежилета-колпака. На наблюдения, правда, времени не было - в меня летели металлические пруты и куски арматуры. Мне удалось увернуться, но одна железяка на излете отскочила от стены и пребольно ударила по голени. Я взвыл и присел, схватившись за ногу. В тот же момент эти двое бросились на меня. В руках у них были такие же куски трубы, как и у первого воина, только немного короче. Я схватил оружие убитого за обмотанную кожей ручку и вскочил навстречу противнику. Нога болела, но слушалась.
   Кто бы мог подумать, что махания деревянным "мечом" в ролевых играх мне когда-нибудь пригодятся?
   Первый подоспевший "бледнолицый" атаковал рубящим ударом в прыжке. Можно было просто подставить палку, но я парировал по всем правилам. И не прогадал - даже используя отводящий блок я почувствовал мощь его удара. При простой защите я б отбил себе руки и, скорее всего, не удержал бы трубу в руках. Но его прыгучесть была мне только на руку - повторить атаку в полете он не мог. Я сделал шаг в сторону, присел и с разворота протянул поперек живота второго атакующего. Тот от боли и неожиданности выронил палку, замычал негромко и согнулся пополам. Я вернулся к первому, когда он уже приземлился и занес оружие для нового удара. И снова это был амплитудный удар сверху вниз. Я ответил круговым движением, начинающимся блоком и заканчивающимся атакой в голову. Противник очень ловко увернулся. Он поразительно легко двигался по шатким обломкам. Понятно, он же вырос среди этих развалин. Горожанин...
   Противник снова ударил сверху вниз, но теперь немного наискосок. Разнообразием техники он не отличался. Тоже не стал мудрствовать и тем же круговым движением - блок-атака - попытался достать его сбоку, по ребрам. И снова прыгучесть выручила аборигена. На этот раз он отскочил подальше. Сзади послышался шорох - это поднимался второй воин. Он поразительно быстро пришел в себя после удара. Я не стал дожидаться атаки и по дуге снизу вверх достал его куском трубы по челюсти. То ли он еще не оправился, то ли с прыгучестью у него похуже, но с первого же раза я отправил его в глубокий нокаут. А обернуться к первому уже не успел...
   Краем глаза заметил резкое движение и рефлекторно вжал голову в плечи, выставив перед собой руку. Удар пришелся и по плечу, и по предплечью одновременно. Меня откинуло на метр-полтора в сторону и бросило на острые камни. А противник уже стоял надо мной и замахивался для последнего удара. Понимая, что это конец, я от отчаяния как-то по-биллиардному ткнул трубой ему в нос. Он отшатнулся. Кровь моментально залила ему лицо. Но, как ни странно, абориген не заорал от боли, а лишь засипел едва слышно. Неужели городская пыль так выедает голосовые связки?
   Мгновенной передышки мне хватило, чтобы вскочить на ноги. Болела голень, саданило плечо, но бой для меня уже закончился. Противник, безусловно, был сильным воином, но он не подозревал, что кроме рубящих, существуют еще и колющие удары. И когда через секунду он пришел в себя и с едва слышным шипением бросился в атаку, я резко вытянул оружие перед собой. Удар пришелся по горлу и свернул ему кадык.
   Воин катался по земле, судорожно открывал рот и безуспешно пытался вдохнуть. Помочь я ему не мог. Да и не очень хотел. Так же, как и не хотел добивать. Я просто стоял над ним с палкой в руке и ждал. Когда через минуту хрипы прекратились, до меня дошло, что сегодня я впервые убил человека. Противный хруст сворачиваемого кадыка отдавался в ушах. Меня стошнило.
   Нужно было срочно убираться отсюда - неизвестно сколько желающих раскроить мой череп крутится по близости. Заскочил в комнату, схватил рюкзак и выбежал наружу. Нокаутированный абориген начинал приходить в себя. Знаю, что лежачих бить нехорошо, но совесть никак не отозвалась, когда я ботинком зарядил ему по челюсти. По правде сказать, мне стало страшно, что он позовет подмогу и тогда - конец.
   Бежать по битому кирпичу и рассыпающимся бетонным блокам очень тяжело, но теперь мне помогала палка - оружие аборигенов. Они, конечно, дикари, но понять даже их примитивную логику я не в состоянии. Почему первым меня пытался атаковать тот, что с колпаком на груди? Он ведь, вроде, был старшим из этой троицы. А вперед, обычно, посылают молодых. Неужели я казался настолько легкой жертвой, что ему захотелось покрасоваться? Скорее всего, так и есть - если бы не таинственный спаситель, мне бы хватило одного удара... Странно только, что абориген ждал меня снаружи. Ночью я был абсолютно беззащитен. Наверное, ему и в голову не пришло, что кто-то может лечь спать не обезопасив свое жилище. Но как они меня нашли? Я же, вроде, не шумел. Хотя, при той тишине, что меня окружала...
   Остановился. Прислушался. Сквозь завывания ветра было слышно, как осыпался песок с кучи обломков, на которой я стоял. Неужели они ориентируются по слуху? У них такие тихие голоса, что вполне можно поверить в их тонкий слух. Что за кошмарный мир меня окружает?
  
   Попытки идти тише только замедлили движение, но ничего не изменили - все так же похрустывали под ногами мелкие камушки и шуршал осыпаясь песок.
   - Аый!.. - вдруг услышал я какой-то полузадушенный стон. Звук негромкий и высокий, будто всхлип, но все-таки намного громче сипения горожан. Я остановился. Вой ветра снова воцарился над всеми звуками. Любопытство пересилило страх и я осторожно выглянул из-за кучи мусора. Еще один горожанин с выбеленным лицом лежал на земле. Из его вытекающей глазницы торчал хорошо знакомый арбалетный болт. И - тишина. Прошел немного дальше. Из-за угла полуобрушенной стены открылась неожиданная картина: "бледнолицый" воин замахивался металлической палкой на... девушку, которую я видел у реки! Ошибки быть не могло - эти глаза я узнал бы из тысяч. Она стояла на одном колене - правая нога провалилась в щель между бетонными плитами. В руке она держала длинный нож, бесполезный против палки. Рядом лежал разряженный арбалет...
   Добежать я не успевал и времени на раздумья не оставалось. Схватил первое попавшееся под руку - кусок кирпича - и кинул в воина. Тот заметил летящий камень и увернулся отступив на полшага в сторону. Этого мгновенья хватило девушке, чтобы полоснуть наступающего ножом по икре. А когда тот упал на колени, она одним движением распорола ему горло от уха до уха...
   Меня не вырвало только потому, что было нечем.
  
   Сердце выбивало чечетку в груди, когда я медленно подходил к девушке. Та деловито вытирала нож об еще агонизирующего воина, стирала рукавом кровь с лица и натягивала тетиву арбалета. Казалось, она меня не замечает. Но стоило подойти ближе, как арбалет был направлен на меня.
   - Стой!
   - Да я, эта... - слова неродного языка напрочь повылетали из головы - Помочь хочу!
   - Положи мешок! - только тут я понял, почему от меня так шарахались в деревне.
   - Там нет бомбы!
   - Положи!
   Я снял рюкзак и положил его на землю. Потом осторожно, чтобы она видела, достал саперную лопатку. Девушка спрятала нож, а арбалет хоть и опустила, но все еще держала в руках. То, что у реки я принял за юбку, на самом деле больше походило на два передника - один спереди и один сзади - а под ними на девушке были надеты светлые штаны. Вполне логично - попробуй в юбке по лесу скакать! Мелкие камушки и песок из трещины вынимались легко, но нога застряла именно между кусками бетона. Тогда я взял трубу - оружие убитого воина - и как рычагом пытался поддеть одну из плит. Бесполезно, только согнул железяку. Я начал долбить бетон своим трофеем, но девушка меня остановила:
   - Нельзя шуметь!
   - А что делать?
   Девушка упрямо опустила голову и не ответила.
   - Ну, не резать же ногу!
   - Значит, резать... - и она достала нож.
   - Подожди! - трещина расширялась в двух метрах от застрявшей ноги. Если бы можно было туда добраться! Я объяснил и девушка попыталась продвинуться вдоль щели. Ей было больно, но она не подавала виду. И к цели приблизилась сантиметров на двадцать, не более. А позади остались залитые кровью края бетона. Тоже не вариант...
   И тут мне пришло в голову, что кровь, в общем-то, неплохая смазка. Это мне-то, которому раньше от вида крови становилось плохо, чуть ли не до обморока. Видимо, день сегодня такой - с красными пятнами на фоне развалин.
   Я немного сколол острые края бетона, а потом... выкрутил ногу девушки из бетона, как винт из резьбы. Она не сразу поняла зачем я ее кружу, но это помогло, хотя наверняка было очень больно. О боли, правда, я мог только догадываться - девушка не издала ни звука.
   И вот, вроде, все позади. Она подобрала выпавший из рук арбалет и выпрямилась. Штаны вымокли в крови, лицо белее, чем у "напудренных" горожан. Но мою попытку поддержать ее, она остановила предупреждающим жестом.
   - Спасибо! - сухо сказала она, - Не ходи за мной! - развернулась и сделала шаг. На этом, видимо, силы ее закончились - девушка рухнула на битый кирпич и потеряла сознание.
   Поражаюсь ее силе и мужеству! Вроде, обыкновенная с виду девушка... Но отказываться от помощи все же не стоило. Пришлось вероломно воспользоваться ее обмороком. Когда я разрезал штанину, нога напоминала исполосованный кусок мяса. Грязь и кровь я смыл оставшейся во фляге водой с растворенными в ней таблетками гидропирита из походной аптечки. Теперь нога выглядела не так ужасно, но множество царапин и порезов сильно кровоточили. Я, конечно, не медик, но перебинтовать могу. А заодно и убедиться, что все кости целы. В общем, как сумел, оказал девушке первую помощь. При этом, правда, остался без глотка воды и без клочка бинтов. А вместо оставшегося в щели мокасина обул ее перебинтованную ногу в некое подобие лаптя, снятое с убитого горожанина.
   Теперь самое главное - убраться из города как можно скорее. Как это у меня получится? Далеко ли я сумею уйти с девушкой на руках?
   Идти оказалось куда труднее, чем я думал. Я нес ее перед собой и не мог смотреть под ноги. Когда я, не пройдя и десятка метров, в третий раз споткнулся и со всего маху грохнулся на колени, стало понятно, что это не самая удачная идея. Решил опустить ее на землю, чтобы закинуть себе на шею, как барашка. Но как только пятки коснулись земли, она вытянула ноги и открыла глаза. Ничего не понимая девушка смотрела на меня, на забинтованную ногу и снова на меня. Потом не говоря ни слова попыталась встать. Я ей помог подняться и спросил:
   - Идти можешь?
   Она кивнула и прихрамывая сделала два шага самостоятельно.
   - Надо торопиться! - я сказал таким тоном, чтобы она и не подумала возражать, дал ей для опоры кусок трубы, положил ее руку себе на шею, приобнял за талию и скомандовал: "Вперед!"
  
   До леса добрались без приключений. Уже начало темнеть. Мы спешили забраться поглубже в лес, куда ни горожане, ни собаки не заходят. За всю дорогу ни я, ни девушка не произнесли ни слова. Мне было очень приятно чувствовать под рукой крепкое, и в то же время нежное девичье тело. Неожиданно она отстранилась.
   - Все! - сказала девушка и взлетела на дерево.
   Я, конечно, видел как она уцепилась за ветку, но скорости, с которой она вскарабкалась почти на самую вершину, и ее ловкости позавидовали бы лучшие гимнастки. Я тоже наметил себе веточку покрепче и полез устраиваться на ночлег.
   Прошедший день был трудным, полным физических и эмоциональных встрясок, и я думал, что сразу же засну. Но сон не шел. Девушка тоже не спала.
   - Кто ты?
   - Я - Дух Леса! - голос звучал гордо и немного таинственно.
   - А имя есть у Духа Леса? Зовут тебя как?
   - Ая... - торжественность тона сменилась смущением.
   - Красиво! А я - Коля, - девушка не отреагировала.
   - Почему ты меня спасала?
   - Я видела, как ты упал с неба.
   Больше ничего добиться от нее не удалось.
  
   13 августа 2306 года.
   Проснулся очень рано - птицы только начали утреннюю распевку. Девушки на дереве не было. Я спустился и осмотрелся. Ая исчезла. Попробовал идти по следу - палка-труба оставляла четкие отметины на тропе. Но метров через двадцать след потерялся. Я сделал круг, обнюхивая каждый листочек, но так ничего и не нашел.
   Куда идти дальше? Не в город же возвращаться! Лучше пойти к Деду, да задать ему пару вопросов о том, что узнал в городе.
  
   Не прошел я и километра, как увидел знакомую фигуру.
   - Ая! - девушка не отзывалась. Она стояла прислонившись к дереву и тяжело дышала. Я подошел поближе.
   - Зачем ты ушла? - она не ответила.
   - Далеко тебе идти? - помолчав спросил я. Ая подняла глаза, посмотрела на меня и снова опустила голову.
   - Значит так: близко ли, далеко ли - я помогу тебе дойти туда, куда нужно. Пойдем, а то эти из города нас догонят.
   - Мы им не нужны, - ответила девушка, - сейчас у них много еды.
   - Какой еды? Причем тут это?
   - Они едят убитых.
   От шока я онемел.
  
   Ближе к полудню я увидел, что девушка выбивается из сил и предложил сделать привал. Чтобы не задевать ее гордость сказал, что устал и хочу отдохнуть. Сидя на мягкой траве, прислонившись спиной к стволу дерева, я понял, что не покривил душой. Ноги гудели, ныла спина и сильно болело плечо, которому досталось железной трубой.
   Ая прикрыла глаза и я беззастенчиво ее разглядывал. У нее очень приятное, даже утонченное аристократическое лицо - она совсем не похожа на деревенских девчонок, которых мне довелось видеть.
   - А почему ты - Дух Леса?
   - Лес - наш дом.
   - Это понятно, но почему именно Дух? Это так таинственно, так загадочно...
   - Нас, духов, никто не видит.
   - Но я же увидел тогда, у реки.
   Ая улыбнулась:
   - Не захотела бы - не увидел бы.
   Удивительное дело! Такая сильная и бесстрашная девушка. Если ей что-то не понравится, она убьет не задумываясь. Но мне почему-то совсем не страшно. И тянет к ней, как магнитом. Может, я и устал так сильно оттого, что каждое случайное прикосновение к ней заставляло бешено колотиться сердце? Наверное, это с непривычки - давно с девушками не общался. Можно сказать, больше трехсот лет! Да и раньше у меня с ними не особо получалось...
   - И много вас, Духов?
   - Почти в каждой деревне есть.
   - Так вы в лесу живете или в деревнях?
   - Кому как нравится.
   - И предупреждаете деревню, когда приближается чужак?
   В ответ она повела плечом. Этот жест мог означать все, что угодно, но я понял его так: "Сам же знаешь, чего спрашиваешь?"
   Повисла пауза и Ая попыталась встать, опираясь на палку и дерево. Видимо, пора идти дальше. А я еще надеялся перекусить.
  
   Поесть удалось только вечером, перед сном.
  
   14 августа 2306 года.
   Еще немного и сон на дереве сделает из меня убежденного дарвиниста!
   Снова проснулся ни свет, ни заря. Ая сидела под деревом. Бинты на голени окончательно пропитались кровью, а сделать перевязку нечем. Хорошо, что до сих пор мы шли по знакомой тропе и от места ночлега до источника оставалось не больше часа ходьбы. Бегом получилось меньше получаса туда и столько же обратно.
   Как я разрезал бинты, промывал раны водой с остатками гидропирита и перевязывал своими разрезанными на полосы футболками, помню очень смутно, будто в тумане. На раны старался не смотреть, но то, что гноя на них почти не было, я заметил. Это радовало.
   Ая за все время столь варварской перевязки ни разу не ойкнула, хотя наверняка ей было очень больно. Чего мне стоило уговорить ее выпить болеутоляющее - это отдельная история, не вошедшая в дневник. Но через час, когда лекарство подействовало, мы могли идти дальше.
   - Куда сейчас?
   - Ты знаешь.
   Удивительная девушка! Всегда говорит коротко, конкретно и по делу. Но это понятно: перед кем в лесу речь держать? Все одна да одна, так совсем разучиться говорить можно.
   Сегодня шли намного медленнее. К вечеру должны были выйти к пустой деревне, в которой я побывал однажды, но Ая попросила обойти ее стороной.
  
   15 августа 2306 года.
   Ая чувствовала себя еще хуже. Мы почти не разговаривали - все силы она отдавала дороге. Шли медленно, но без остановок. Когда я предлагал сделать привал, Ая отказывалась, говоря, что осталось совсем немного. Но сил на такой финишный рывок у нее не хватило. После полудня она споткнулась на ровном месте и упала - я не сумел ее удержать.
   - Куда ты так спешишь?
   - Мне нужно к Деду, - еле слышно прошептала Ая.
   Она сделала два глотка из фляги и вдруг как-то обмякла. Глаза ее застыли. Сразу проверил пульс и дыхание. Девушка была жива, но обморок с открытыми глазами - это страшно. Я действительно очень испугался, схватил ее на руки и побежал. Не помню сколько бегут марафонцы, я бежал не меньше часа. Усталости не чувствовал, только ужас сжимал горло - а если не успею, если не добегу?
  
   В деревне нас заметили сразу, как только мы появились на опушке. Все взрослые вышли из домов, но ни один из них не двинулся, пока я не добежал до избы Деда. Тому ничего объяснять не пришлось. Две-три короткие фразы и девушку забрали у меня из рук, понесли в дом. Один из охотников - тот, это помладше - вдруг остановился и обыденно так сказал:
   - Ну, я пошел! - и кивнул головой.
   Все на секунду замерли, кивнули ему в ответ и вернулись к своим делам. И лишь жена охотника недобро зыркнула на меня из-под бровей.
   Только теперь я почувствовал, что устал - настолько, что не сумел одолеть две ступеньки крыльца...
  
   17 августа 2306 года.
   Проснулся я на лавке в прихожей (сенях?) дома Деда, проспав более полутора суток. Жутко ломило тело, все мышцы болели, как у перетренировавшегося спортсмена, противно ныла правая голень, давно зажившая после перелома. Но самое неприятное - это спина. Будто защемилось что-то в пояснице - ни согнуться, ни разогнуться.
   Сразу постучался в комнату, но меня не пустили - нечего, мол, мешать поправляться раненой. Дед сам ко мне вышел и предложил сделать массаж. Я наивно полагал, что пока он будет меня массировать, сумею задать пару вопросов. Но у старика оказались такие сильные руки, что пока он мял мне спину, я мог только скрежетать зубами, стараясь не заорать. Когда процедура закончилась, мне показалось, что я попросту прилип к лавке - настолько расслабилось и обмякло все тело. Зато теперь мышцы болели гораздо меньше. Дед вышел. Через несколько минут он вернулся с двумя большими чашками травяного чая и жестом позвал посидеть с ним на крыльце.
   - Как Ая? - спросил я отхлебнув немного терпкого, но довольно приятного напитка.
   - Дня через три встанет и за пару-тройку недель вернется в норму.
   - А почему она - Дух Леса?
   - Внучка сама так захотела. Но ты не беспокойся, сейчас Дин нас охраняет.
   Дином звали охотника, ушедшего в лес.
   - А что Ая делала в городе?
   - Она уже взрослая девочка и сама решает куда идти. Видимо, что-то ее там заинтересовало. Или кто-то...
  
   Мы сидели на крыльце и пили чай. Я собирался духом, чтобы задать вопрос, возможный ответ на который приводил меня в ужас.
   - Скажите, все города такие, или только этот? - спросил я, как в омут нырнул.
   - Мы не пользуемся словом "город". Молодые могут даже не знать его. Для нас это "опасное место, где много камней". Может и есть где-то живые города, но нам о них неизвестно.
   - Люди просто ушли из городов?
   - Как ты видел, не все...
  
   18 августа 2306 года.
   В голове пусто. Совсем. Ни одной мысли.
   Чтобы хоть чем-то занять себя уходил в лес и махал там железной трубой, как мечом. Мышцы кое-что помнят, но для восстановления формы нужно еще много работать.
  
   19 августа 2306 года.
   К Ае еще не пускают.
   В лесу ко мне, махающему палкой, подошел Дин. С одного взгляда на этого крепкого черноволосого парня было заметно, насколько он силен. Но еще больше поражала его ловкость. В наше время он вполне мог бы работать в цирке. Охотник видел мои упражнения и решил показать интересных приемов с копьем. Это оружие очень эффективно против горожан. Но я так и не понял, почему его древко не ломается от удара металлической трубой.
   Мне очень понравились "копьевые" приемы. Захотелось к трубе приделать острый наконечник. Только как?
  
   20 августа 2306 года.
   Оказалось, что сделать наконечник очень просто - кузнецу на полчаса работы, не больше. Зато теперь получилось нечто отдаленно напоминающее меч.
   Сегодня снова пол дня с Дином палками махали. Хороший он парень! Я ему кое-что показал, он меня кое-чему научил. В общем, было здорово.
   А вечером мне разрешили проведать Аю.
   Я очень обрадовался и почему-то испугался. Стоял перед дверью и боялся зайти. И долго бы, наверное, так простоял, если бы из комнаты не вышла жена старшего охотника (как ее зовут? не помню...). Дверь осталась открытой и я увидел Аю. Сильная, бесстрашная девушка-воин, Дух Леса, она была едва заметна на кровати. На белой постели лежала бледная девочка с темными кругами под очень красивыми глазами.
   Видел, как дернулись уголки ее губ - видно, хотела улыбнуться, но не позволила себе этого. Мне же незачем было скрывать эмоции. Я подбежал к постели и взял девушку за руку. Первым ее движением было отдернуть руку, но я не отпустил и Ая больше не противилась. Трудно вспомнить, что за незначительные глупости я ей говорил. Наверное, обычные у постели больного: "Как ты себя чувствуешь?", "Поправляйся скорее" и прочее. А самого, будто иголками кололо. Неведомая энергия, исходящая из ее ладони наполняла меня всего, заставляла кипеть кровь и плавиться мозг. Казалось, еще немного и у меня пойдет пар из ушей, как в глупых детских мультиках.
   Ая попыталась подняться повыше на подушках и тихонько застонала неловко повернув ногу. Этот стон так больно заскреб у меня внутри, что мои глаза наполнились слезами бессилия - я ничем не мог ей помочь. Только прижал ее ладонь к своей груди.
   - Ая!
   - Странный ты... - вдруг тихо сказала она.
   - Что-что?
   - Ты сильный мужчина, я видела... - говорить ей было тяжело и она то и дело останавливалась посреди фразы, - Но не боишься выглядеть слабым.
   Сказать по правде, я не очень понял почему Ая столько значения вложила в эту фразу. Наверное, ей, сильной девушке, очень тяжело чувствовать себя беспомощной. Я только улыбнулся и приложил ее ладонь к своей щеке.
   - Колючий ты! - Ая отдернула руку. Я действительно был небритым, но чтобы щетина могла поколоть руки, привыкшие к шершавой коре деревьев? Только тогда я заметил ее слегка порозовевшие щеки и лисьи искорки в глазах. Улыбнулся. И снова увидел ее прелестную улыбку, сменившуюся тихим смехом.
   - Ну, хватит на сегодня, - раздалось из-за моей спины. Я даже не услышал, как Дед зашел в комнату. Пришлось прощаться.
   Переполненный эмоциями я выскочил из избы и побежал в лес. Колотил ногами по деревьям, орал чего-то, прямо в одежде залез в реку, в общем, вел себя абсолютно по-идиотски. Сам не знаю, что на меня нашло.
  
   21 августа 2306 года.
   По прогнозам Деда Ая уже должна была встать. Увы, оказалось не все так просто. Воспалившиеся раны заживали гораздо медленнее, чем хотелось. А мне надоело бездельничать и ходить под окнами, ожидая когда мне позволят с ней пять минут поговорить. Я решил снова пойти в город, тем более что у кузнеца закончились запасы металла. Рюкзак разгрузил до минимума, захватил "меч" и пошел. По дороге встретил Дина. Он решил ко мне присоединиться: во-первых, он знает места, где металла много, а во-вторых, вдвоем мы больше унесем. Да и веселее вместе.
  
   22 августа 2306 года.
   До чего же глупые традиции иногда довлеют над людьми! Оказывается жена Дина на меня искоса смотрела потому, что я - тринадцатый, а значит, ее муж должен ночевать в лесу. Правило дюжины родилось во времена террора. По-военному это называется: "рассредоточение личного состава для уменьшения потерь". Но сейчас-то чего бояться?
  
  
   24 августа 2306 года.
   Вечером подошли к самому городу, но заходить не стали. Дин объяснил, что горожане-дикари ночью выходят на промысел, а днем спят. Поэтому самое тихое время в городе - это раннее утро.
   Охотник многое рассказал мне про аборигенов.
   Какая ирония! Города, бывшие всегда символами цивилизации, теперь населены дикарями. Спасаясь от террора люди покидали свои дома с минимальным багажом. Зачем было работать оставшимся, производить чего-либо, когда можно пошарить по пустым квартирам и найти все необходимое? До сих пор горожане пользуются остатками цивилизации, а сами делать ничего не умеют.
   Но в городе есть одна большая проблема - голод. Ту же картошку на камнях не вырастишь. Да и не умеют ее сажать дикари. Потому и едят все, что удается поймать: собаку ли, соседа ли... Очень жесткий естественный отбор - выживает сильнейший. Зато с оружием у них совсем никак - только трубы да куски арматуры. Захвативший в бою нож почти автоматически становится вождем. Правда, не надолго...
  
   Дин был в городе несколько раз, но ничего похожего на книги не видел. Я долго объяснял ему, что это такое, показывал дневник, как пример - ни каких ассоциаций. Посоветовал расспросить Аю, она лучше знает.
  
   25 августа 2306 года.
   В город мы вошли совсем в другом, незнакомом мне месте. И довольно быстро добрались до кладбища машин. Мы взяли металла сколько смогли и повернули обратно. Я нашел большую - с полметра в диаметре - катушку с кабелем и не сильно проржавевший генератор. Дин уговаривал меня их бросить - зачем, мол, нужны - но я закинул все в рюкзак и он замолчал. А когда мы вышли из города и я из двух палок и катушки соорудил некое подобие тачки, он перестал спрашивать для чего мне этот хлам.
  
   29 августа 2306 года.
   Вместо двух с половиной дней пути мы добирались почти четверо суток. Вымотались жутко. Зато кузнец был очень доволен - кроме листового железа мы прихватили и куски шасси (ну не было у нас с собой инструментов, чтобы их разделить), а там металл получше и попрочнее.
   От леса до деревни пришлось делать две ходки - Дин не согласился зайти даже на минутку. Из кузницы я выбрался с единственным желанием: прилечь где-нибудь и спать, спать... Дед сидел на крыльце своего дома и когда я проходил мимо, жестом пригласил меня зайти. Сердце застучало где-то в районе подбородка и я пулей - откуда только силы взялись - влетел в избу.
   Ая сидела на кровати, спустив ноги на пол. Я сел рядом. Удивительное дело: она была так близка во время нашей последней встречи и вдруг - снова отчужденность, настороженность. Словно вода в проруби, успевшая покрыться тонким слоем льда.
   Сидели вместе, как два идиота, и смотрели перед собой.
   - А я в город ходил. С Дином.
   - Хорошо, что не один.
   - Да, сейчас у меня нет такой надежной защиты, как ты!
   Ая почему-то смутилась и замолчала. Видимо, я снова ее чем-то задел. Чувствовал, как растет напряжение с каждой секундой затянувшейся паузы и попробовал сменить тему.
   - Дин говорил, что ты лучше всех знаешь город, - в ответ она только пожала плечами, - может быть знаешь, где можно найти библиотеку или бывший книжный магазин?
   Естественно, такие понятия, как книга, бумага и прочее, мне пришлось объяснять. Это было так здорово: рассказывать ей о чем-нибудь и любоваться ее удивительными глазами, внимательно смотрящими на меня. Я получил столько удовольствия от монолога, что даже не ждал ответа.
   - Кажется, - вдруг ответила Ая, - я знаю такое место. Только бумаги там почти не осталось. Сам ты не найдешь. Скажи Дину, чтобы зашел ко мне, я объясню как туда добраться.
   Так сама собой закрылась еще одна тема для разговора. Помялся-помялся, ничего нового придумать не сумел и стал прощаться. Ушел от нее злой, как собака - столько ждал этой встречи, продумывал и даже репетировал про себя о чем буду говорить, а увидел ее - и все вылетело из головы. И даже, кажется, обидел ее ненароком.
   Сам не заметил, как ноги принесли меня в лес. Неожиданно, как фокусник на сцене, передо мной появился Дин. Хотел бы я когда-нибудь научится так прятаться как он.
   - Что-то случилось?
   - Нет, просто гуляю.
   И тут мне подумалось, что их странные правила, давно вросшие в традиции, я могу не понимать и не принимать, но уважать их мне все-таки придется.
   - Дин, давай я сегодня останусь в лесу, я ты пойдешь домой?
   - Правда? - он так обрадовался. Только сейчас до меня дошло, что парень уже две недели не видел жены. И маленькая дочка, небось, заждалась уже папу.
   - Но ты точно не вернешься в деревню?
   - Обещаю!
   - Спасибо! Завтра утром я тебя найду, - и Дин растворился в темнеющем лесу.
  
   30 августа 2306 года.
   Солнце поднялось уже высоко, когда Дин меня разбудил. Как он нашел меня? Я вчера полночи бродил по лесу и заночевал довольно далеко от места, где мы с ним расстались. Хотя, чего я удивляюсь? Он же охотник, следопыт. Неприятно только, что точно так же меня может найти кто-нибудь другой...
   Оказывается, Дин уже успел с утра проведать Аю. Она рассказала ему где в городе находится бумага, которую она видела и, как бы между делом спросила, собираюсь ли я к ней зайти.
   Ая не обижалась! Она хотела меня видеть! Так что же я делал в лесу? Все бросил и побежал к ней!
   Когда я вошел, Ая сидела на кровати и загадочно улыбалась. Жестом она остановила меня на пороге. А потом собралась силами и встала! Шаг, еще шаг... Девушка уже не улыбалась, лоб блестел от пота, побелела прикушенная нижняя губа, но она продолжала идти. Еще два шага и Ая тяжело дыша села на лавку у стены. И устало улыбнулась. Это была улыбка победительницы. Меня очень тронуло, что первые после ранения самостоятельные шаги Ая захотела продемонстрировать именно мне. Так хорошо, так приятно было на душе. Я опустился рядом на пол и положил голову ей на колени.
   - Ая!..
   Она погладила мою порядком заросшую шевелюру и в тон мне ответила:
   - Ко-я!..
   Тут я понял, что значит выражение: "захлестнуло счастьем". Так волной в море пловца накрывает, когда уже не разобрать где дно, где поверхность, где право, где лево...
  
   1 сентября 2306 года.
   Третий день подряд прихожу к Ае посидеть с ней взявшись за руки, поболтать о разных пустяках, пока Дед не выгонит, а потом бегаю по лесу выпуская накопившиеся эмоции. Тень запаха ее нежной кожи сопровождает меня повсюду. Картинки-воспоминания мелькают перед глазами, будто слайды: вот ее крепкие, но мягкие пальчики лежат на моей ладони; вот она задумавшись о чем-то щелчком поправляет лезущую в глаза челку; вот я провожу рукой по ее щеке и поражаюсь, какой грубой лапой на фоне ее лица может выглядеть моя тонкая "интеллигентская" кисть...
   Поправлялась бы она скорее! Хотя...
   Я хочу, чтобы Ая была здорова, но боюсь этого. А вдруг она снова станет "духом", для которого безопасность деревни важнее личной жизни? Вдруг снова задавит в себе нежную девушку, а наши с ней отношения будут забыты, как слабость?
  
   Вечером меня нашел Дед, появившись невесть откуда посреди лесной тропинки. Думал, он пришел поговорить о нас с Аей, как в песне: "Коль влюбился - так женись". Но Дед долго расспрашивал хорошо ли мне живется в деревне, всего ли хватает, а потом осторожно подвел к тому, что раз я живу среди них, то стоит и как-то участвовать в жизни общины. Только теперь до меня дошло, что я живу нахлебником и почти ничем не помогаю. Стало очень стыдно. Пришла осень, время делать заготовки на зиму, а я занят только своими личными проблемами. Мы договорились, что пока я буду выполнять поручения охотников и кузнеца, а после разберемся какая работа мне больше подходит. Точнее, для чего я подхожу...
  
   4 сентября 2306 года.
   Помогать охотникам особо не в чем. Да и какой из меня помощник? А вот кузнецу подмастерье нужен очень. Осенью основное занятие в кузнице - это ремонт и изготовление инструментов для работы в поле. Кузнец, здоровенный высокий мужик, лет сорока на вид, не стал долго вводить меня в курс дела, а сразу начал командовать : "Возьми здесь", "Делай так".
   Вроде, получается у меня не сильно раздражать его своей неловкостью. Но за день так устаю "подавать это", да "приносить то", что вечером падаю и засыпаю - не остается сил даже для пары строчек в дневнике.
   Аю вижу только издалека. Она ходит с палочкой, но уже работает наравне со всеми - собирает что-то в огороде, варит-маринует на кухне, убирает избу. В духи, как я понял, она пока возвращаться не собирается: в лесу по очереди дежурят охотники, а иногда их подменяю я.
  
   10 сентября 2306 года.
   Работаю в кузне пока не появляются темные круги перед глазами.
   В редкие дни удается переброситься с Аей двумя-тремя словами и от этого еще тяжелее. Вроде и рядом, а увидеться толком возможности нет. Успокаивает только приближение зимы, когда времени будет побольше.
   Скоро снова в город идти за металлом. Может, удастся найти библиотеку?
  
   Они тут, кстати, пользуются очень интересной смесью растительных масел для смазки. Попробовал смазать им генератор, который я разобрал собственноручно выкованной отверткой. Получилось неплохо - теперь его можно провернуть, если очень постараться. Осталось смастерить лопастную турбину и попробовать запустить. Интересно, этот генератор на 12 вольт или на 24? Померять-то нечем!
  
   18 сентября 2306 года.
   С металлом все прошло как обычно - зашли в город, набрали и ушли. Еще я поснимал, а точнее просто повыдирал из машин остатки электроники, заслужив, как обычно, недоуменный взгляд Дина. Но он уже привык к моим странностям. Гораздо труднее было уговорить его спрятать собранное железо в лесу и вернуться, чтобы найти библиотеку. Охотник согласился войти в город только на утро следующего дня. Завтра...
  
   19 сентября 2306 года.
   Без понятия как мы шли, какими ориентирами пользовался Дин и что именно рассказала ему Ая, но к искомым развалинам мы вышли довольно уверенно. Это, без сомнения, была библиотека - на цокольном этаже сохранились остовы металлических стоек, державших когда-то книжные полки. И - ни единого клочка бумаги! Все, что не было разворовано и сожжено, давным-давно истлело. Напрасно только время потеряли.
   Дин только плечами пожал: говорили, мол, тебе, да ты не слушаешь. А мне почему-то вспомнилась городская библиотека - не институтская, в которой просиживал дни напролет, а именно городская, в которую заходил всего пару раз. Там была такая большая парадная лестница в читальный зал, а рядом совсем малюсенькая, ведущая вниз, на склад. Как это у них называлось? Запасники! Или просто архивы. В институтской, кстати, тоже была такая лестничка. А чем эта хуже? Архив должен быть в любой библиотеке! Он не обязан располагаться в подвале, но...
   Охотник, видно, устал удивляться моим выходкам и просто покачал головой, увидев, как я мечусь в поисках спуска вниз. Мне далеко не сразу удалось заметить различие между растрескавшимся полом и засыпанной всяким мусором лестницей. И так рьяно я принялся разгребать завал от камней и другого хлама, что уже через десять минут был вынужден остановиться перевести дух. Дин сложив руки на груди стоял возле ближайшей стены.
   - Зачем тебе это?
   - Там, внизу, есть книги!
   - Дались они тебе... Мы же здесь до вечера провозимся! А потом придут горожане...
   - Но если ты мне поможешь, мы справимся гораздо быстрее!
   Дин молча пожал плечами и подошел.
   Вдвоем быстро добрались до верхнего края металлической двери. Охотник только языком поцокал - столько железа пропадает без дела. Сломать такую дверь не удастся, а чтобы открыть ее нужно освободить до самого низа. Похоже, Дин был прав - мы застревали надолго. Но останавливаться на полпути, когда цель уже можно даже пощупать руками, мне не хотелось. Молчал и охотник - ему, видно, тоже стало интересно. Вскоре камни и большие куски мусора закончились, пошел песок. Дин быстро приспособился к моей саперной лопатке и мы копали по очереди. Очень повеселил нас висячий замок - его прочности не хватило даже на несильный удар камнем. Только к полудню нам удалось полностью освободить двери. И еще почти час провозились, пытаясь ее открыть. Наконец-то она сдвинулась с места, с каким-то звериным рычанием петель приоткрылась на 30-40 сантиметров и снова заклинила. Из щели на нас дохнуло смесью запахов застоявшейся плесени, пыли и крысиного помета. Сквозь полуоткрытую дверь мне удалось протиснуться только на полном выдохе. Внутри к дикой какофонии запахов добавлялся еще один - запах влажных бетонных стен. Никогда не думал, что они могут так пахнуть. Постепенно привыкающие к темноте глаза могли различить предметы на расстоянии метра от двери, но дальше все поглощал бездонный мрак. Справа от входа я увидел стол, а на нем... компьютер! Пластик передней панели рассыпался у меня в руках, что здорово сэкономило время - оставалось просто повыдергивать платы и покидать их в рюкзак. Возле стола я наткнулся на стул, точнее то, что от него осталось - две Ч-образные конструкции из реек, соединенные перекладиной. Дин из этих реек, куска тряпки и нескольких капель масла смастерил замечательный факел, но сам в подвал решил не лезть - должен же кто-то нас охранять. Теперь я мог отойти от двери и увидеть книжные полки. Вернее, уходящие в темноту бесконечные ряды стеллажей. Здесь столько книг, что даже полчища крыс не сумели их изгрызть.
   Я шел сюда за информацией. Но что могут дать все эти тома, рассыпающиеся в прах от одного прикосновения? Книги в прочных на вид обложках я не мог даже снять с полки - в лучшем случае у меня в руках оставался истлевший кусочек картона. Вот так всегда: куда-то бежишь, к чему-то стремишься, а когда получишь желаемое видишь, что это все совсем не то...
   Все-таки, мне хотелось узнать, что произошло, что случилось с людьми и как погибла цивилизация, вернув людей обратно в первобытно-общинный строй. Но это текущие события, о них обычно в газетах пишут. Сам не знаю, на что я надеялся - за сотни лет любая книга истлеет, что уж о газетах говорить? Каждая уважающая себя библиотека выписывала периодику и подшивала ее аккуратные папочки с прочными картонными обложками и ленточками-завязочками на боку - вроде тех, что на стеллаже у стены. У них, правда, обложка из какого-то пластика, а на месте давно истлевших шнурочков остались только дырочки, через которые видно... я не сразу поверил тому, что увидел. Под обложкой действительно были газеты! Добросовестные работники библиотеки каждый газетный лист вплавили в полиэтиленовую пленку, которой годы не страшны. Листы кое-где покрыты плесенью, но прочесть напечатанное вполне возможно. Я аж завыл от удовольствия, забыв об опасности быть услышанным. В щели двери тут же появилась голова Дина:
   - Уходить пора.
   - Уже уходим. Я нашел то, что искал.
   Охотник только хмыкнул в ответ.
  
   - Что ты собираешься делать? - спросил Дин, когда я протаскивал через щель уже пятую папку.
   - Читать!
   - Прямо здесь?
   Об этом я еще не думал.
   - Нет, - подумав ответил я, - дома.
   Надо же! Я уже считаю деревню своим домом!
   - А как понесешь?
   Больше двух папок мне не удалось даже поднять с пола.
   - Нас еще железо ждет, - напомнил охотник.
   И действительно, годовую подписку газет в рюкзак не положишь...
   Но можно сделать рюкзак из нее самой! Я достал веревку, обвязал одну папку и закинул за спину. Дин обошел меня, подергал за привязь и подтянул повыше узел. Потом подошел к остальным папкам и указал на самую толстую:
   - Эту мне привяжи.
   Я аж застыл от неожиданности. Он ведь только что убеждал меня в ненужности всей этой затеи! А теперь согласился тащить дополнительную тяжесть только потому, что видел как это так важно для меня! Дину пришлось привязывать папку вдоль спины, иначе он бы не поместился в дверной проем. Охотник встал, подвигал веревки, попрыгал на месте, подобрал копье и направляясь к выходу бросил через плечо:
   - Остальные оставь.
   Действительно, глупо было подозревать его в излишней сентиментальности. Но я все равно взял еще одну папку в руки и пошел за ним.
   В метре от дверного проема Дин остановился, сделал мне знак замереть на месте и прислушался. Я ничего не услышал, а он покачал головой, приложил палец к губам и вернулся за еще одной папкой. Охотник вышел из развалин библиотеки неся перед собой импровизированный пластиковый щит, об который тут же что-то грохнуло. "Бах, бах!" - звонко разнеслось в городской тишине, будто кто-то выбивал ковер. Затем последовал какой-то свистящий звук и шипяще-гортанный выдох: "ош-щ-щ-щ..."
   - Бегом! - скомандовал Дин и я выскочил наружу. Справа и слева от прохода лежало по мертвому горожанину с железными палками, чуть в стороне - промятая папка.
   - Налево! - охотник подтолкнул меня вперед, чтобы прикрывать спину и не сказал ни слова на то, что я тащил вторую папку в руках. Справа из-за полуразрушенной стены один за другим выскакивали бледнолицые воины. Я не успел заметить сколько их было, потому, что изо всех сил рванул прочь. По спине что-то ударило - нас забрасывали камнями и кусками арматуры, но папки замечательно все отражали. Только один раз Дин скомандовал присесть, чтобы летевший ниже импровизированного щита ломик не перебил мне ноги.
   Бежать с папкой в руке было ужасно неудобно: под мышкой она не помещалась, с плеча соскальзывала, натыкаясь на другую, привязанную за спиной - оставалось только нести перед собой и сбивать об нее колени. Дин шипел из-за спины: "Быстрее!", а я только спотыкался, не видя ничего под ногами. Нас не преследовали и я уже думал, что все позади, как на одной из куч битого камня ко мне бросился неизвестно откуда взявшийся дикарь. Воин не был вооружен и пытался схватить меня руками. Я не сразу понял, что происходит - противник схватился за папку и потянул ее на себя. Мне даже фильм какой-то каратэшный вспомнился: когда двое боролись за палку, то один отпустил, дал другому в морду, а потом забрал ее. И я тоже отпустил папку и долбанул противника по носу. А он взял и свалился с кучи вместе с папкой. Гад! Я не полез за ним, а вытащил из-за пояса "меч" - трубу с наконечником - отпихнул им второго нападающего и побежал дальше. Судя по шипению за спиной, Дин тоже с кем-то схлестнулся, но когда я обернулся, он уже бежал за мной. Без папки действительно было намного легче и мы довольно скоро выбрались из города. Надеюсь мне хватит информации, хранящейся в оставшихся у нас газетах, иначе будет очень обидно - столько здоровья на них потратили.
   Дину досталось-таки в этой схватке. Только в лесу я заметил кусок арматуры, торчащий из папки на его спине. Железяка была заточена с обеих сторон. Это уже что-то новенькое. Как представитель человечества, я должен бы был радоваться прогрессу - дикие горожане начали обрабатывать инструменты - но когда враг умнеет, становится как-то не до смеха. Заточка до крови поцарапала охотнику спину немного выше поясницы. Он сорвал какой-то листочек, облизнул его и попросил залепить им рану. Я думал, это заживляющая травка, наподобие подорожника, но Дин объяснил, что это растение выполняет роль пластыря и останавливает кровотечение.
   А из папок мы соорудили некое подобие носилок, на которых было удобно тащить собранное железо.
  
   20 сентября 2306 года.
   Спросил сегодня Дина, почему не сделать какую-нибудь тележку или тачку, чтобы возить железо из города. Оказалось, что они неоднократно пытались возить металл на тележке, но ее постоянно либо воровали, либо с боем отвоевывали горожане. Нравятся они им очень.
   Вот такой анти-прогресс!..
  
   23 сентября 2306 года.
   Добрались без приключений.
   Затащил пока папки в сарай - нечто среднее, между шалашом и хорошо укрепленной палаткой на берегу реки. Я построил его специально для хранения одного меня интересующих находок. Личные дела не должны мешать жизни деревни.
   Утром, как обычно, буду помогать на кузне, а вечером - приходить сюда читать. Укрепить бы сарайчик - скоро дожди начнутся.
  
   30 сентября 2306 года...
   или 1 октября?
   ...потерял счет времени... ... какой день не помню...
   ...снова дождь... крыша протекает...
   Дед приходил... ничего не спрашивал...
   ...неделю не был в кузне... стыдно...
   ...неделю? или больше?.. не помню...
   ...как начал читать газеты - все отшибло...
   ЭТО ТАКОЙ УЖАС!!!!!
   ...чего Дед в чай намешал? после него легче... спать хочется... не провалиться в кошмар, а именно спать...
   ...сказал, что Ая по мне скучает... Ая... хорошая... красивая...
   ...и вот такие же красивые... КОШМАР!!!
   ...глаза слипаются... пусть сегодня будет первое октября...
   ...хотя, какая разница?
  
   2 октября 2306 года.
   С утра Дед за руку потащил меня в деревню.
   Приказал ни о чем не думать. Вообще.
   Думал, на работу.
   А он баню растопил.
   Так исходил меня веником и так измял спину, что просветлело даже в голове. Хотя, казалось бы, какая связь?
   Помог мне сбрить превратившуюся в бороду щетину.
   Расчесал, одел во все чистое и отправил к Ае.
   Она сидела на лавке возле печи и ждала.
   А когда я вошел, вскочила и бросилась ко мне.
   Едва не задохнулся от ее объятий. Она положила мою голову себе на грудь и плакала. И целовала мне волосы, лоб, нос, щеки...
   Мне вдруг показалось, будто что-то оттаяло внутри. Я запустил пальцы в ее идеальное каре (интересно, кто ее стрижет?) и потянулся к губам.
   То ли не целовался давно, то ли переволновался сильно, но у меня перед глазами заплясали черные точки, распускающиеся разноцветными бутонами, а ноги перестали держать. В себя пришел только от звука рвущейся ткани - это я рвал на Ае сорочку. Она лежала на мне, прижавшись всем телом. Когда я неожиданно остановился, девушка приподнялась на локте и посмотрела мне в глаза.
   - Что-то не так?
   Я молчал.
   - Ты меня не любишь?
   - Я тебя очень люблю! - меня самого поразило, насколько легко излилось признание. Раньше мне приходилось переступать через самого себя, чтобы выдавить такие слова.
   - Понимаешь... - и мне вдруг холодно стало от боязни, что она не поймет, - Я хочу, чтобы ты была моей радостью, самой великой радостью в жизни. Но не утешением...
   У меня все замерло в груди, пока она внимательно смотрела мне в глаза. Но через минуту Ая улыбнулась, чмокнула меня в щеку и прошептав на ухо: "Я буду ждать", - легко поднялась с пола.
   Наверное, я был не прав. Сидел на полу, прислонившись спиной к лавке и чувствовал себя, как оплеванный.
   - Кузнец просил тебя зайти, - Ая махнула ручкой и скрылась за дверью.
  
   10 октября 2306 года.
   Кузнец, видно, решил меня доконать. Постоянно подгоняет, называет сонной мухой и заставляет работать в таком темпе, что к вечеру не остается сил даже уйти домой - так и засыпаю в кузне на лавке.
   Пару раз заходил Дед, но говорил только с кузнецом. А сегодня он пришел ко мне, внимательно посмотрел на меня, помолчал.
   - Сделай себе выходной завтра. В тебе так глубоко засела эта зараза, что вытащить ее сможешь только ты сам. Кузнец дал тебе возможность ни о чем, кроме работы, не думать. А теперь наоборот: вернись к себе и подумай о произошедшем. Лучше даже рассказать кому-нибудь. Я видел ты что-то записываешь?
   - Это дневник.
   - Замечательно! Опиши все в дневнике - с самого начала и до конца - и увидишь, как прояснится в голове.
  
   11 октября 2306 года.
   В моем сарайчике кто-то законопатил все щели в потолке и укрепил крышу. Интересно, кто? А ведь любят меня в деревне, хоть я и не такой, как все... И Дед, и охотники, и, наверное, кузнец, и Ая. Ая... Так хочется забыть уже все и стать нормальным человеком! Но как ЭТО забыть?
   Попробую воспользоваться советом Деда и описать все, что произошло. Только факты, эмоций и без того хватает.
   Итак...
  
   Как это ни ужасно осознавать, цивилизация погибла от рук террористов-смертников. Начало я хорошо помню: взорванные автобусы и станции метро, сотни погибших и искалеченных и, самое главное, чувство незащищенности, страха. Дальше стало еще хуже - взрывы гремели все чаще и чаще, причем не только в автобусах и кафетериях, но и просто в толпе на улице, в очередях и даже на закрытых предприятиях. Если раньше себя взрывали только мусульманские фанатики, то теперь террористом-смертником мог быть любой - и сосед, и сотрудник, и даже родственник. Как выяснилось позже, это были люди легко подпадающие под влияние и поддающиеся убеждению. Человек просто пропадал на три дня, а после появлялся уже с бомбой на поясе, чтобы взорваться в толпе. Очевидцы утверждали, что некоторые из них не могли даже правильно произнести: "Аллах акбар!" - крик смертников перед взрывом.
   Статистика тех времен показала, что теракты происходили только в городах, в которых есть мечети. Это вызвало волну мусульманских погромов, действительно существенно сокративших число взрывов. Однако, если в городе оставался целым хотя бы один минарет, число смертников-бомбистов не уменьшалось. Разрушение всех минаретов в немусульманских городах теракты прекратило. Наступило затишье и мусульман оставили в покое.
  
   А потом случилась катастрофа.
   Взрывы начались во всех городах одновременно. О том, что ситуация вышла из-под контроля стало ясно после тройного взрыва в Мекке, в толпе паломников, посещавших мусульманские святыни. Одна из экстремистских группировок покаялась, что после провалившейся попытки воздействовать на психику человека используя антенны-минареты, они перешли на ретрансляцию психо-сигналов через спутники. Но ничего изменить они уже не могли: группа ученых, работавшая на них, погибла от рук террориста-смертника...
   Американцы и русские пытались уничтожить спутники, способные передавать такие сигналы, но не успели - взрывы уже гремели и в центрах управления полетами, и в воинских частях.
   Города пустели, но смертники появлялись и в крупных деревнях. Не взрывались только маленькие хутора с населением до двенадцати человек. В комфортных электрифицированных дачных городках безопасное число жителей снижалось до десяти. Жизнь замирала - в городах были взорваны все предприятия и крупные здания. Из-за уничтоженных заправок остановился транспорт. Госучреждения и газеты держались до последнего, но после серии взрывов на электростанции им тоже пришлось закрыться. Последний номер газеты печатали используя электричество от аварийного генератора. В нем редакция и все работники благодарили своих верных читателей и прощались с ними навсегда.
   А потом этот номер газеты добросовестные библиотекари вплавили в прозрачный пластик и аккуратно подшили в папочку, чтобы оставить в архиве - хранилище книг, которые никто больше не прочтет...
  
   Ну вот, написал. Стало легче? Ни капельки! Только устал сильно. Рано еще спать, наверное, а у меня уже глаза закрываются.
  
   12 октября 2306 года.
   Сегодня весь день работал в кузне. Устал, конечно, но не так сильно, как пару дней назад. Работа монотонная, физическая, под нее замечательно думается. И вот до чего я дошел.
   Итак, что произошло - то произошло и ничего с этим не поделаешь. Вопрос, могу ли я изменить ситуацию? Основные события разворачивались через 50 лет после моего скачка во времени. Значит, если вернуться к точке старта, я мог бы что-нибудь предпринять, чтобы не допустить такого развития событий. Только вот что я могу? Кто прислушается ко мне? И как объяснить людям, что я увидел в будущем? Если рассказать о машине времени, меня, боюсь, "закроют" либо в дурдоме, либо в каком-нибудь военном институте.
   Кажется, я сильно увлекся деталями. Основная моя задача на данный момент - собрать машину здесь. Из-за ограниченности в средствах, это может отнять очень много времени. Пока же я попробую разобраться с генератором и компьютером, принесенным из библиотеки. Там стоит какой-то незнакомый суперпроцессор, над которым придется немало поломать голову.
  
   16 октября 2306 года.
   Два вечера провозился с генератором. А вчера пытался приладить его на мостках, чтобы течение реки вращало мини-турбину. Лопасти у нее, правда, кривоваты, но крутятся и это главное. Очень боялся сжечь генератор, проверяя дает ли он искру. Не смотря на варварское обращение, он, вроде бы, выжил.
   Сегодня экспериментировал с автомобильными лампочками - проржавевшими и окислившимися, с порванными нитями накаливания. Одну даже удалось зажечь: она вспыхнула и тут же перегорела. Пришлось осторожно подрезать колбы, соединять нити и подпаивать новые контакты. А это совсем не просто с моим паяльником - я же нагреваю его на костре! Можно сказать, паяльник прямого подогрева!
   Зато сейчас пишу при свете - тусклом, но вполне позволяющем разглядеть написанное. Скорее всего, вольфрамовые нити быстро перегорят - они рассчитаны на вакуум. Зато, у меня появилась идея, как при помощи кузнечных мехов откачать воздух из колбы. Вакуума, конечно не достичь, но в разряженном воздухе лампочки меньше будут перегорать.
  
   Ой, у меня гости!
   Ая пришла!
   Допишу завтра...
  
   17 октября 2306 года.
   Она ушла с первыми лучами солнца, оставив на моих руках тонкий запах удивительно нежной кожи. А я остался лежать на кое-как сколоченном скрипучем топчане, посреди заваленного всяким барахлом сарая. Сарая, ставшего на одну ночь прекрасным и таинственным дворцом любви.
   Ая... Ее нежные руки, обнимавшие меня, идеальные плечи, целуя которые я едва не терял сознание, манящие ямочки возле мочки уха, мягонькие щечки и теплые сладкие губы... Тропические рыбки глаз, целующие губками розовых уголков точеный носик дивной красоты, глядели на меня с такой любовью, что я просто растворялся в них. Волосы, щекотавшие мне лицо, пахли весенним лесом - цветами, зеленью, древесной корой...
   Этой ночью я узнал, что такое счастье!
   И дело не только в близости. Хотя, "близость" - хорошее слово, подходящее... У меня был, конечно же, кое-какой сексуальный опыт, но те ощущения я даже не подумал бы ставить рядом. Не тела, души переплетались на этом убогом тюфяке, набитом соломой. Они сливались, расходились и снова бросались друг к другу, чтобы как можно глубже взаимно проникнуть, объединиться с каждой, самой мельчайшей частичкой души любимого человека. А после - тихая радость-восхищение, гладившая по сердцу, когда я любовался Аей, отдыхающей на моем плече...
   - Нет, - шептал я ей, - Ты не Дух леса! Ты - Лесная Фея!
   Если все испытания и неудачи, выпавшие на мою долю, привели, в конце концов, к этой ночи, значит, всё в моей жизни было правильно!
  
   Длинных разговоров и предисловий не было. Просто, уходя она сказала:
   - Зима идет. Здесь будет холодно. Приходи ко мне жить.
   - А Дед?
   - Он будет рад.
   Ая послала мне воздушный поцелуй, прошептала: "Я буду ждать", - и ушла.
   А я остался в сарае, окруженный вещами, которые мне были дороги. Когда-то... А теперь они потеряли свое значение. Потому, что изменился смысл моей жизни...

* * *

   Хух! Кажется, ко мне начинает возвращаться способность соображать.
   Итак, скоро зима. Сарай - не самое подходящее жилище в холода. Мои планы по строительству машины времени пока стоит отложить...
   Б-же! Да я могу найти любое оправдание, чтобы бросить все и побежать за Аей!
   Так, ставлю задачу: подключить генератор к карманному компьютеру и зарядить аккумуляторы, иначе он испортится. Все остальное, собранное в этом сарае - на консервацию до весны.
  
   20 октября 2306 года.
   Заскочил на минутку в сарай, полистал дневник. Мне, наверное, должно быть стыдно оттого, что после горя и трагедий, на обломках, так сказать, цивилизации, я тихо счастлив. Странно, но никаких угрызений совести я не испытываю. Мне просто хорошо. Мне здорово!!!
   И люди, окружающие меня, не думают о прошлом. Они живут сегодня и не обременяют себя излишними размышлениями. Так, наверное, и нужно!
  
   . . . . . . . .
   Все-таки, я потерял счет дням. Сбился в начале прошлого месяца, но тогда еще можно было включить компьютер и посмотреть дату. А теперь, когда пошел снег и река со дня на день может покрыться льдом, я не рискую запускать генератор для зарядки батарей наладонника.
   Какая разница? Я ведь не каждый день пишу в дневник, можно и без даты оставить запись.
   Ноябрь 2306 года.
   Двадцатого ноября у нас была свадьба. Точнее, началась. Меня все интересовало, как же они здесь празднуют и отмечают различные торжества.
   Сначала все было достаточно предсказуемо - на кухне готовилось много вкусной еды, тщательно убиралась и украшалась изба. Ая подарила мне вышитую сорочку, очень красивую, между прочим! В назначенный день начали накрывать на стол... на пятерых человек! Я не спрашивал, в чем дело, надеялся сам все увидеть и разобраться. И увидел.
   Мы с Аей сидели на лавке за столом, лицом к дверям. В комнате, кроме нас - никого. Вошел Дед. Поздравил, пожелал счастья и долгих лет, посидел с нами минут десять, поклонился и вышел. И не появлялся в древне больше недели. Вскоре из-за дверей послышалось:
   - Издалека прибыли гости, хотим поздравить молодых!
   - Скорее заходите, просим! Пусть наш дом будет Вам родным! - ответила Ая (перевод, конечно, приблизительный и не точный).
   Эти стишки до боли напоминали всякие: "У Вас товар - у нас купец", и прочее. Что ж, человеческая природа не меняется. И я рад этому!
   После всех этих речевок в дом зашли кузнец с женой-ткачихой и сыном-подростком. Они нас поздравили, вручили какой-то сверток, который Ая отнесла в дальний угол, посидели с нами минут десять-пятнадцать, поклонились и вышли. За ними пришла семья старшего охотника: сам он, жена и двое детей - дочка лет пяти и сын двух-трех лет. И снова поздравления, подарки, десять минут - и до свидания! Довольно своеобразный свадебный обряд.
   Потом приходил Дин с женой и годовалой дочуркой. Поздравили - десять минут за столом - и ушли. Мне это показались странным: наготовили столько всего вкусного, а вся деревня успела нас поздравить меньше, чем за час. Но Ая все еще сидела на лавке и ждала.
   - А теперь что?
   - Родственники, - просто ответила она и в дверь тут же постучали...
  
   Как-то я слышал выражение: "Свадьба - это праздник. Но не для жениха с невестой". Сегодня я его прочувствовал. Десятки, сотни лиц - родственники, друзья и друзья родственников из соседних деревень, слились в огромную размазанную картину. Если раньше я хвалился, что хорошо запоминаю лица, то из этого калейдоскопа я с трудом бы мог выудить десяток, не больше.
   После первого дня я так устал, что мечтал только об одном - поскорее добраться до подушки. Но когда Ая легла рядом, нежный запах ее кожи моментально дал мне понять, что я еще на многое способен...
  
   К концу второго дня у меня сложилось впечатление, что эта круговерть никогда не закончится. Но Ая объяснила, что праздник длится пять дней. Если родственников очень много, то приходят только те, кто успевают добраться за первые два дня. А потом дом молодоженов как будто изолируется. Никто не может к нему даже подойти близко, кроме, конечно, экстренных случаев.
   Вот эта традиция мне очень понравилась. Три дня - только я и любимая! И никого вокруг! Как на необитаемом острове! Жаль только, пролетают эти три дня слишком быстро. Но запоминаются очень надолго!
   Вот такая интересная свадьба. Ни священников, ни каких-либо записей, ни смены фамилий, которых здесь просто нет. Захотели люди жить вместе - пожалуйста! Все рады этому решению и с удовольствием поздравляют молодую пару. И все! Интересно, с разводами у них так же просто? Но об этом я ни у кого спрашивать не собираюсь - вдруг не так поймут?
  
   Следующая запись, пожалуй, будет не раньше весны. Я оставляю дневник в сарае и когда доберусь до него - неизвестно.
  
  
   Март 2307 года.
   Три месяца промелькнули незаметно. Даже нечего в дневник записать. Мы просто жили вместе и были счастливы. Очень надеюсь, что так и дальше будет. Правда, в последнее время Ая стала несколько раздражительной, может отругать меня ни за что и это очень неприятно. Наверное, это и есть та самая "притирка" - конфликты первого года совместной жизни.
   Во время таких размолвок я сбегаю в свой сарай. Работы здесь столько, на сколько времени хватит: и крышу прохудившуюся заделать, и генератор разобрать, смазать, да проверить, и эксперименты с лампочками довести до конца. Ко мне в сарай стал заглядывать Тон - сын кузнеца и ткачихи. Как я понял, по отцовским стопам он идти не хочет, а тяга к технике у него есть. Вот он и приходит ко мне посмотреть, а иногда и предлагает свою помощь. Я его не гоню - интересно же мальчишке!
  
  
   Апрель 2307 года.
   Какой же я идиот!!!
   Ая стала раздражительной по очень простой причине! Она ждет ребенка! Точнее, не она, а мы. Этот переход от "я" и "мое" к "мы" и "наше" пока дается с трудом. Но это приятные изменения, к ним только нужно привыкнуть. Зато через шесть-семь месяцев у нас родится маленькая Аечка. Или маленький Коля. Мне почему-то хочется, чтобы родилась девочка с глазами Лесной Феи. Такое маленькое чудо...
   Но это еще не скоро. Пока же, у Айи была вполне уважительная причина поругаться, а у меня - повод сбежать в сарай, чтобы заняться своими делами. Я уже мог похвастать лампочками, горящими целую неделю, и почти готовой линией электропередачи из старого кабеля, который пришлось неоднократно чинить. Этого вполне должно хватить, чтобы провести электричество в дом Айи и Деда. В мой дом, собственно говоря...
   Тон оказался довольно смышленым пацаном и многое я уже поручаю делать ему. Паять он научился очень быстро, а его тяга к электронике просто поражает. Иногда, правда, он "зависает", как плохой компьютер - замрет и сидит глядя в одну точку. Боюсь, это я его перегружаю информацией, а у него так "защита срабатывает".
  
   Май 2307 года.
   Ая целый месяц давила на меня необходимостью переезда: как же, со мной в деревне 13 человек, а с ребенком будет уже 14! Значит, нужно перебираться неизвестно куда, где еще нет дюжины жителей или вообще, основать новую деревню! А я весь этот месяц убеждал ее и всех остальных в том, что время террора давно миновало и что никто никого больше подрывать не будет, что теперь вполне можно жить там, где хочется.
   Дотащил, наконец-то, кабель от генератора до дома и теперь пользуюсь электрическим светом. Тускловато, правда, но если включить несколько лампочек одновременно, получается вполне сносно.
  
   Эту запись я делаю в очередном походе в город за железом. Мы с Дином довольно быстро набрали металлолома и теперь возвращаемся домой. Я уже четыре дня не видел Аю. Соскучился ужасно! Как она там? Что делает? О чем думает? Ждет меня, наверное...
   В моих планах еще улучшить жизнь в деревне. Кроме того, собираюсь обучить Тона началам электричества и тогда он по-настоящему сможет мне помогать. Правда, за пару дней до нашего с Дином ухода, парнишка куда-то запропастился, но в его возрасте это бывает. Ведь в нашей деревне нет ни одной девочки его возраста.
   Заканчиваю. Дин учуял запах гари и собирается бежать выяснять что к чему. У него, говорит, этот запах вызывает нехорошие предчувствия. Допишу позже.
   . . . . . . . .
  
   ...это сгорел дом Деда, точнее дом, где........
   .........
   не могу....
   ........
  
   . . . . . . . . .
   Июнь? Июль? Может, август? Да какая, в конце концов, разница?!
   Нужно излить душу...
   Легче?..
   Нет, легче от этого не станет...
   Мне уже никогда легче не станет!
   Но что это меняет?..
   Жизнь кончилась.
   Я потерял все.
   Радость, любовь, счастье - ничего этого больше не будет...
   Этот сученок!.. Нет, нельзя так на мальчишку, он тоже жертва. Но он убийца! Ума не приложу, из чего он собрал эту чертову бомбу!..
   А я, дурак, все пел: не страшно, что нас больше двенадцати! Это ничего, что я провел электричество! Времена террора прошли и нечего больше боятся!.. Это я! Я, а не мальчишка с неустойчивой психикой, взорвал себя в доме Деда! Это я убил Аю! Самую нежную, самую притягательную, самую любимую... Лучшего человека на планете во все времена! Ее и нашего с ней ребенка... И себя тоже. Пишущий эти строки - уже не я, а какое-то недоразумение... У меня ничего не осталось в этой жизни. Вместе с Аей погибла и жена Дина - человека, которого я по праву мог называть своим другом. Взрывом сильно покалечило Деда. Он еще жив, но, боюсь, ему не долго осталось. Нет в его глазах желания выжить...
   Дед попросил односельчан не убивать меня. Желание умирающего... Кто ж ослушается? А жаль... Это было бы лучшим решением всех проблем...
   Сарай мой, конечно же, спалили. Так же, как и мостки, на которых крепился генератор. В деревне меня полностью игнорируют, будто я и вправду умер. Нет меня! Пустое место... Попытался извиниться перед кузнецом за сына, так он выставил меня за дверь не произнося ни слова. К Дину вообще не знаю, как подойти. Его маленькая дочка осталась без мамы...
   Единственное место, где я еще могу хоть как-то существовать - это возле могилы Айи. Здесь не церемонятся долго и хоронят в течение суток после смерти. Я все порывался раскопать могилу, чтобы увидеть ее в последний раз. Не дали... Здесь, возле небольшого холмика, на котором нет ни камня, ни креста, ни даже какой-либо таблички - у них не принято - я стелю свой спальный мешок. Так мы и живем - я и Ая...
  
   Без даты.
   Не хотят меня убивать в деревне. Сам не напрашиваюсь, но, думаю, желающих нашлось бы немало... И даже Дин, которому причин искать не нужно, только отворачивается от меня и делает вид, что не замечает. Самоубийство? Нехорошо это как-то, грязно... Но у меня возник сумасшедший план. Других у меня, видимо, уже быть не может.
   Зная, что кузнец меня и на порог не пустит, я быстренько набросал эскиз на вырванном из дневника листе. Он - человек дела, так что моя идея вполне могла сработать. С этим горе-чертежом я пришел к кузнецу.
   -Дело, - говорю, - есть!
   Он мельком глянул на рисунок и ушел в мастерскую. Минут десять там гремел, потом вернулся с чем-то длинным, завернутым в промасленную тряпку, сунул это мне в руки и ни слова не говоря указал на выход. Я кивнул и ушел. В тряпке был... меч! Самый настоящий, в ножнах. Неизвестно как попавшая в это время катана (длинный самурайский меч - 107 см включая рукоять). Ножны когда-то были фигурно оплетены кожей, которая теперь рассыпалась в прах, рукоять потрескалась, но само лезвие сохранилось очень здорово. Это была не подделка, какими в мое время были завалены сувенирные магазины. Меч был настоящим. Таким, говорили раньше, можно одним махом дерево срубить. Я не стал рисковать и опробовал меч на ветках и тонких прутиках. И понял, а, точнее, почувствовал, что означает выражение: "режет, как нож масло". Меня удивило, что я еще в состоянии чем-то восхищаться.
   Первая часть моего плана выполнена. Скоро я встречусь с любимой.
  
   Через четыре дня после предыдущей записи.
   Хожу по развалинам города оглушенный и ошарашенный. Меня здесь больше не трогают. Никак не могу в это поверить!
   Да, я снова был неправ. Это уже входит в привычку.
   Какая-то часть моего сознания, чересчур задвинутая на романтике, подсказала, что для мужчины лучшая смерть - это гибель на поле боя. С мечом в руке и в окружении поверженных врагов. На роль врагов лучше всего подходили кровожадные городские дикари. И я рванул в город. Просто поразительно, как мне удалось бежать без остановки больше полутора суток! Потом, рациональная часть моего рассудка подсказала, что нужно отдохнуть, и полночи я провел в забытьи на дереве. Утро еще не наступило, а я с мечем в руках уже вбегал в город. Я шумел, я орал, я искал дикарей-горожан. И нашел.
   Из-за угла полуразрушенного здания выскочило сразу два "бледнолицых" воина. Они даже не успели как следует замахнуться, как один остался без руки, а второй скрючился у меня под ногами, схватившись за исполосованный живот. Добивать не стал - пусть зовут остальных напудренных папуасов!
   К рассвету подоспела подмога. Сразу четыре "рыцаря" в доспехах из старых покрышек медленно вышли из-за груды битого кирпича. Нет, чтобы вдесятером навалиться! С четырьмя справится у меня еще был шанс. И я с криком рванул к ним навстречу. А те вдруг бросились врассыпную. Нет, они не убегали, а просто держались от меня на расстоянии двух-трех метров не давая приблизится, но и не покидая поле боя. Они не кидали в меня кусками арматуры или камнями, они даже не доставали металлические трубы из-за пояса. Ни какой агрессии. Больше часа я носился то за одним, то за другим, пока окончательно не выбился из сил. И тогда я услышал негромкое, но четкое: "Стоп!" Эти четверо отскочили от меня еще дальше и замерли в полупоклоне. Я обернулся посмотреть, кому они кланяются и обалдел! Метрах в десяти от меня, на бетонной плите, как на сцене, стояло трое. Двоих крайних я сразу окрестил телохранителями - это были высоченные и здоровенные мордовороты с минимумом одежды и чем-то, похожим на бейсбольные биты, в руках. А между ними стоял очень странный человек. Он был почти на две головы ниже этих здоровяков, но даже на них он смотрел сверху вниз. Несмотря на доспехи с металлическими щитками на груди, на волосы, скрученные в грубое подобие косичек, и на выбеленное известкой лицо, он не выглядел дикарем. Меня поразил не арсенал холодного оружия, висевший у него на поясе - там были и короткие ритуальные мечи, и кортики, и огромного размера мачете, и даже двуручный зазубренный меч - меня удивило его лицо. Широкие губы и нос особой формы говорили о том, что передо мной стоял негр! Причем, не метис, а самый настоящий африканец! А когда он заговорил, я чуть не уселся в груду пыли, на которой стоял. Понятные слова уже забытого языка воспринимались с трудом:
   - Что тебе нужно? Хочешь решить свои внутренние проблемы за счет моего народа? Не для того я столько сил вкладываю, пытаясь привести их в нормальное состояние, чтобы заезжие фехтовальщики рубали их, как капусту, для собственного развлечения! Все! Мои ребята тебя больше не тронут! - он повернулся ко мне спиной, сделал шаг и пропал из виду. Исчезли и остальные дикари. И только сейчас до меня дошло, что "вождь" говорил... по-английски!
   - Эй! - заорал я, - Мистер!.. Подождите!!!
   Он меня, конечно же, слышал. Но ответом был вой ветра в пустых проемах давно выбитых окон. Песня-плач на могиле цивилизации.
  
   Итак, моя программа не сработала. Я снова остался жив. Может, это знак свыше? Моя миссия еще не окончена? Что ж, самое время пересмотреть свои планы на будущее. Хммм... Каламбур, однако, получается! Планы на будущее... Кажется, ко мне возвращается способность соображать. И от этого тяжесть в груди только усиливается...
   Минутку! Кто я? Изобретатель машины времени или нет? Я могу все вернуть назад! Мне по силам собрать новую машину даже из мусора, который найду на развалинах города!
   Вот и новая цель. Все еще можно исправить! За дело!!!
  
   2 августа 2307 года.
   Починил генератор и зарядил батарею наладонника. Так я узнал дату и смог поковыряться в формулах. Почему я все рассчитывал сотнями лет? Даже переход на десятилетия делает формулы настолько громоздкими, что только их обработка может занять годы. А при мощности моего карманного компьютера - и того больше. Найденный в библиотеке процессорный блок я запустить его не могу - этот гаденыш выпаял из него все конденсаторы. В роли детонаторов он их использовал, что ли? Да и технология настолько продвинулась, что я не сумел разобраться в этом компьютере.
   Делать нечего, я должен справится тем, что есть.
  
   20 августа 2307 года.
   Я в тупике. Не знаю, что делать. Моя машина времени несовершенна. Перемещения в точно заданное время и место для нее недоступны. Только для расчетов координат конечной точки мне необходим огромный вычислительный центр - одним компьютером, даже очень мощным, здесь не обойтись. А учитывая то, что у меня есть... Получается, моя мечта попасть в дом Деда за секунды до взрыва - это задача не имеющая решений. Две недели сложнейших расчетов показали, что даже теоретически у меня нет такой возможности. Есть, правда, другой вариант: вернутся в мое время и попробовать рассчитать все оттуда. Но и здесь есть несколько нюансов. Во-первых, за съем квартиры я не платил целый год. Значит, все мои вещи, вместе с машиной, давно на свалке. Это не горе, все можно восстановить, но это займет много времени. Во-вторых, а вдруг старина Бредбери оказался прав? Если я случайно что-то изменю и Ая никогда не родится?
   Что же мне делать? И посоветоваться не с кем! Если б я мог поговорить с кем-нибудь умным, понимающим...
   Например, с Дедом!
  
   20 августа 2307 года. Вечер.
   Вот и поговорил, называется, с Дедом!
   Старика приютила семья старшего охотника. Когда я подошел, хозяин дома сидел на крыльце. Он встал, распахнул дверь и отошел на несколько шагов, глядя в сторону. Мол, "впускаю, но знать тебя не желаю". Возле кровати с умирающим стояла жена охотника. Она тоже демонстративно отвернулась и вышла. Дед внимательно смотрел на меня. Выглядел он ужасно: обожженные руки поверх одеяла, желтовато-пергаментная кожа, слипшиеся волосы на лбу и темные круги под глазами.
   - Я боялся, что не дождусь тебя, - старик первым прервал молчание. Голос был слабым, хрипловатым, но достаточно твердым.
   Он ждал меня! Я бухнулся на колени и хотел схватить его за руку, но остановился в последний момент - испугался задеть ожоги.
   - Я виноват!..
   - Ни в чем ты не виноват! - перебил меня Дед.
   Я поднял голову и встретился с ним глазами.
   - Сядь, - сказал он, - у меня есть к тебе дело. Но и ты от меня чего-то хотел. Рассказывай! Только с самого начала.
   И я начал свой рассказ. Старик закрыл глаза. Казалось, он заснул, но я не останавливался. Практически, я пересказал ему весь этот дневник.
   - То, что ты из того прошлого, было понятно и так, - сказал Дед, когда я умолк. - Слышал я рассказы о таких людях.
   Меня удивило, что старик не спал, а все внимательно слушал. Но еще больше я удивился тому, что сюда уже попадали люди из моего времени. Значит, моя машина все-таки не уникальна?
   - И машина твоя, - будто прочитав мои мысли продолжал Дед, - штука хорошая. Но она ничем тебе не поможет.
   - Ну как же, я...
   - Подожди! Человек может изменять будущее. Но прошлое - неизменно!
   - Но ведь все это, - я развел руками,- для меня будущее!
   - То, что произошло здесь, уже произошло. Пойми, это не только наше прошлое, но и твое! Ты был вместе с нами, жил здесь, любил здесь. Теперь это - часть твоей жизни. Твое прошлое!
   Я сидел, будто придавленный бетонной плитой из разрушенного города.
   - Твой план по спасению внучки - тоже бред. Мы хоронили не неизвестно чей обугленный и обезображенный труп. Мы хоронили Аю, я готов поклясться в этом. Это значит, что твои попытки спасти ее тоже провалились. У тебя есть реальный шанс взорваться в собственной машине, потому, что Высшие Силы или Его Всемогущество Время - называй как тебе больше нравится - не дадут изменить прошлое.
   - Так что же делать?
   - С другой стороны, - Дед будто не заметил моего вопроса, - есть теории параллельных потоков времени. Согласно этой теории, если ты отправишься в прошлое и что-то там изменишь, то вернешься уже в другой поток. Практически, в другой мир. Я в это, правда, не очень-то верю.
   - Откуда Вы это знаете?
   - Я многое знаю! - ответил Дед по-русски, на языке моего времени.
   - Вы говорите на этом языке?
   - Нет. Знаю несколько фраз, кое-что понимаю, но это все.
   Мы помолчали.
   - Так что, бесполезно даже пытаться? - спросил я.
   - Ну, почему же? Древние говорили: "Делай, что должен и будь, что будет".
   - Это я слышал много раз...
   - Не сомневаюсь! Хорошо, я выслушал твой рассказ. Теперь послушай мой. А после этого подумаем вместе, что дальше делать, - он помолчал, собираясь с мыслями. - Когда ты пришел в деревню, я сразу понял, что к нам заявился не обычный переселенец. И внучка, предупреждая о твоем появлении, выглядела очень... э-э-э... заинтересованной. Я очень любил Аю и желал ей счастья. Но уже тогда я предвидел, чем это может кончиться.
   - Вы знали, что произойдет? - я едва не сорвался на крик.
   - Я очень надеялся, что окажусь неправ, что все обойдется...
   - Почему же Вы не остановили меня, когда я проводил электричество и убеждал всех, что четырнадцать человек в деревне - это нормально. Ведь достаточно было одного Вашего слова!..
   - Пойми! Мы столько лет ждем окончания этого кошмара! И так хочется иногда поверить, что все уже закончилось. Во многих деревнях молодежи даже не рассказывают, что когда-то все было иначе. А я не хочу, чтобы жизнь осталась такой навсегда. Именно поэтому я рассчитываю на тебя.
   - На меня??? Вам так хотелось верить в изменения, что за это не жалко и внучку отдать? Я виноват в ее смерти и нет мне прощения! Но и Вы, Вы тоже виноваты! Если б Вы не позволили, то ничего бы не случилось! - выкрикнул я и выскочил из избы.
   Помню, бежал по лесу и ветки деревьев нещадно лупили меня по лицу. Помню, стоял на коленях в реке и пытался умыться. А потом лежал в воде возле берега и смотрел в темнеющее небо, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь слезы. До сарая добрел в потемках и долго тупо пялился на этот дневник. В конце концов, я решил записать свой разговор с Дедом. Это означало, снова пережить все события сегодняшнего дня. Это означало, переосмыслить произошедшее. И сделать выводы. Очень страшные выводы.
   Аю я потерял. А сейчас, я потерял и надежду ее вернуть. Дед, скорее всего, прав. Но я все равно попытаюсь все исправить. Пусть даже и без надежды на успех...
   Да, старик хотел чего-то от меня. А я наорал на него ни за что... Стыдно! Нужно пойти извиниться, пока он не умер...
  
   21 августа 2307 года.
   Последняя запись.
   Когда я зашел к Деду, он кивнул жене охотника и та тут же выскочила из избы.
   - Простите, я вчера...
   - Ничего-ничего! Для твоего состояния, ты еще достаточно сдержан.
   - Вы чего-то хотели...
   - Да и очень на тебя рассчитываю. Я прошу тебя помочь нам решить самую главную проблему.
   - Понимаю, - я помолчал и продолжил. - Можно, например, попробовать вернуться в мое время и оттуда...
   - И что оттуда? Ты сможешь что-то изменить? Ни на влиятельного политика, ни на военноначальника ты не похож. Что ты предпримешь? Выйдешь на улицы и будешь орать: "Люди, остановитесь!"?
   - Меня сразу в дурдом упекут! - увидев непонимание в глазах собеседника, я объяснил: - В больницу для сумасшедших.
   - Подумай! - продолжал старик, - Если наше время такое, какое оно есть, значит, ты ничего не изменил, даже если сумел вернутся! Понимаешь? Я имел в виду совсем другое, когда говорил, что рассчитываю на тебя. Ты разбираешься в технике, легко учишь языки и умеешь держать оружие в руках. Спутники, транслирующие психосигналы - это только куски металла. Они передают то, что получают с Земли. Источник этой гадости где-то на поверхности. Или, может быть, под землей. Нужно найти передающий центр и отключить его. Или перенастроить. Кто, как не ты, мог бы с этим справиться? Ты хотел отомстить за смерть любимой? Я предлагаю тебе возможность по-настоящему проявить свою любовь. Согласись, это куда лучше, чем спать в обнимку с могильным холмиком.
   У меня в мозгу будто пробку вынули. Вместо одной-двух мыслишек, забредающих в мою голову в последнее время, меня закружил водоворот планов и вопросов, требующих срочного решения.
   - Как же я... когда же я...
   - Дин тебе поможет.
   - Дин... Я не знаю, как к нему подойти. Он ведь потерял...
   - Все мы потеряли! Я нашел, куда пристроить его дочку. Одному ему с ней все равно не справится. Дин!
   В дверях тут же появился охотник. Я встал и, не зная как себя вести, сделал шаг навстречу, протянул было руку, а потом обнял, как брата и разрыдался на его плече.
  
   Мы договорились, что еще раз заглянем к Деду, прежде, чем отправиться в путь. Выходя из дома, я вдруг заметил, как красиво вокруг: солнце скатилось за вершины деревьев, окрашивая дома и ограды в розовато- золотистые тона. Я вдохнул полной грудью свежего лесного воздуха.
   - Ну, что, - сказал я Дину, - Задача поставлена, цель ясна. Начинаем готовиться к походу.
   - Когда двинем?
   - Нужно закончить одно дельце, - я взвесил на руке свой дневник. - Но это не займет много времени. Думаю, через неделю выйдем. И прежде всего, мы отправимся в город. Нужно расспросить там одного очень интересного человека...
  
  
   2005-2006
   Модеин - кибуц Эяль

- 55 -

  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"