Элинор, Одна Из Трёх: другие произведения.

Вот уж не думала

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 5.61*19  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    !ОБНОВЛЕНО 20.10 в 1.29

   Первая глава
  
  
  - Вы сегодня отлично выглядите, дорогой.
  - О, мне приснился чудесный сон, - глаза его мечтательно закатились, на губах появилась рассеянная улыбка. Улыбнулась и я. Точнее ухмыльнулась, но разницы, кажется, никто не заметил.
  - Рада за Вас, Сиятельный, - благонравно потупившись, я тут же снова вскинула на него взгляд, стараясь преобразовать рвущееся наружу неуместное хихиканье в лёгкий смешок. - Прекрасные сны - это исполнение наших желаний, подаренное нам чем-то... Или кем-то.
   Договорив, я едва сдержалась, чтоб не подмигнуть слегка растерянному муженьку и, поклонившись, быстро отошла от застывшего истуканом Сиятельства. И только в соседней зале позволила себе расхохотаться, стараясь не обращать внимания на обалдевшие лица окружающих.
  
  - Зела! - резкий окрик заставил девушку вздрогнуть и выронить платье, которое она старательно штопала последние пятнадцать минут.
  - А? - служанка испуганно вытаращилась на стремительно ворвавшегося в комнату хозяина. Тот, заметив её состояние, поспешил извиниться:
  - Прости, я не хотел тебя пугать, - девушка нервно кивнула. - Зела, девочка, ты ещё не меняла постель? - мужчина выглядел возбуждённым, часто дышал.
  "Видать, бежал", - подумала служанка, и зачастила:
  - Н-нет, господин, ещё не меняла. Простите меня, господин, я подшивала оторвавшееся кружево на платье хозяйки! - торопливо бормотала девушка, резво вскакивая на ноги и кидаясь к кровати.
  - Стой! - Рес рванул наперерез. - Не надо! - Оказавшись между служанкой и королевских размеров ложем, гернай уже спокойнее продолжил, - вечером поменяешь. Ты можешь идти.
   Девица лишь обалдело кивнула и дунула из комнаты, мысленно поминая всех известных ей демонов и недоумевая, какой из них укусил её хозяина с утра пораньше и за какое место.
   Дождавшись, пока за служанкой закроется дверь, Рес кинулся к кровати и сдёрнул с неё покрывало, желая и одновременно страшась найти подтверждение мелькнувшей во время разговора с женой догадки. Он жадно вгляделся в шёлк простыни... Да так и застыл с раскрытым ртом. Своим чутьём гернай ощущал то, чему боялся поверить - постель явно носила следы ночных игрищ. Оставалось лишь недоумевать, как он утром этого не заметил... Так это был не сон!
   Мужчина в растерянности схватился за голову, при попытке осмыслить сделанное только что открытие виски заломило от напряжения. Значит, сегодня ночью он был не один. И, судя по всему, явно не скучал. Так почему же он ничего не помнит, кроме странно-волшебного сна? И кто была та дева, что подарила ему столь желанное и сладостное? Неужто он, видя в ней Файту, сам того не осознавая, изменил жене? Да еще в то время, когда законная супруга спала в соседней комнате!
   Сделанный вывод привел мужчину в ужас. Мысли были хаотичными. Как?! Это немыслимо! Ни разу с тех пор, как Рес увидел нынешнюю супругу, при взгляде на иную женщину желание не захлёстывало его. Да что там, даже не проблёскивало где-то на задворках сознания! Как же это случилось? Кто смог ввести его в заблуждение?.. Только этого еще не хватало! И так отношения между супругами были, мягко говоря, не ахти, а если жена узнает об измене... Рес похолодел.
   Спокойно! Не будем торопиться. Сначала попытаемся выяснить о личности неизвестной соблазнительницы как можно больше.
   Рес склонился к самой постели, едва не касаясь её носом, и осторожно втянул воздух. Резко разогнулся. Снова боязливо принюхался.
  - Ссшесс! Или я схожу с ума... Или... Это запах моей любимой жёнушки!
   Он основательно потряс головой и решил повторить проверку другими методами, более надёжными.
   Подойдя к походной сумке, по привычке закинутой в дальний угол, Рес после недолгих копаний выудил на свет тускло-багряный пузырёк. Внимательно всмотрелся в темнеющую муть. Затем резким движением откупорил пробку и, стараясь не вдыхать исходящее из склянки амбре, в два шага достиг постели. Осторожно капнул вязкой серо-радужной жидкости на наиболее, как ему казалось, основательно пропитанный присутствием постороннего участок кровати и поскорее закупорил ёмкость, приготовившись ждать.
   Пару секунд ничего не происходило. Затем капельки резко впитались в простыню, и в воздух взвились два столбика дыма, едва различимые глазу. Любому другому возможно, но обострённое восприятие герная дало тому возможность разглядеть дым во всех подробностях. Один столб, лилово-стального оттенка, свидетельствовал о присутствии Реса на месте событий, переливаясь цветами ауры герная и наклоняясь к нему верхушкой. Другой же, пылая кроваво-алыми всполохами вперемешку с солнечно-оранжевыми разводами и яркой прозеленью, бодренько потянулся к выходу, призывая Реса следовать за собой. Торопливо сунув пузырек в карман, мужчина выскочил за дверь и припустил по коридору, стараясь не отставать от магического поводыря.
   Таким манером гернай проследовал за невидимым для окружающих столбом до главной залы, где коварный поисковик резво нырнул в самую гущу собравшихся, мгновенно затерявшись в толпе. Едва не взвыв от досады, мужчина поспешил вклиниться в мешанину людей. Ужом проскальзывая между группками гостей, глазами он старательно выискивал алые всполохи. Когда гернай уже почти отчаялся найти своего поводыря, совсем рядом слева искрой мелькнула оранжево-алая нить, заставив Реса стремительно ринуться в ту сторону.
   Достигнув места, где он в последний раз видел указующий знак, мужчина огляделся и разом остолбенел: перед ним, непонимающе улыбаясь, стояла его ненаглядная жёнушка собственной персоной. А вокруг её прекрасной шейки диковинным шарфом обвился тот самый поисковик, что вёл Реса от самой спальни.
  
   Ох и скучно же на этих великосветских раутах. Челюсть можно свернуть. Хорошо хоть заботливая Зела догадалась в последний момент сунуть мне в руки модное в нынешнем сезоне приспособление наподобие веера, только из тончайшей серебряной проволоки, замысловатыми узорами заткавшей костяк из лазоревого кипариса. Я покосилась на вышеназванную вещицу. Хороша. Тут и там капельками сияли рубины и сапфиры. С внутренней стороны олен покрывал тонкий слой шифона. Смотрелось сие сооружение более чем неплохо. Вот только мне интересно, мужчины, когда его придумывали, хоть примерно представляли, каково таскать это орудие пытки весь вечер в вертикальном положении на вытянутой руке? Зато теперь можно быть спокойной по поводу отсутствия физических упражнений в последние пару дней - с таким эспандером у меня скоро бицепсы будут, как у Шварценеггера. И, что немаловажно, благодаря олену присутствующие на балу не увидят Биночкиного впечатляющего размаха пасти при очередном зевке.
   Ну до чего же скучно-о! Если сейчас не произойдёт что-нибудь интересное, ей-ей, слиняю в сад. У меня эти вежливые раскланивания с совершенно незнакомыми людьми уже вот где.
   Ой, а кто это там скачет козликом в толпе? Резво так. И, главное, в мою сторону. Ух ты! Да это же любимый муженёк! Чего это с ним? Возбуждённый какой-то, запыхался, глазки прекрасные горят не хуже новомодных светильников-мигунов. О! А теперь-то что случилось? Вылупился на меня, будто второе пришествие гарского змея увидал.
   Оглядев на всякий случай свой наряд на предмет пятен и повреждений, я недоумённо уставилась на Реса:
  - Что-то случилось, дорогой? - вот почему каждый раз на слове "дорогой" меня жутко тянет добавить какую-нибудь гадость? - Вы взволнованы. Что-то не так?
   Гернай всё так же молча таращился на меня, как баран на новые ворота, переводя ошалевший взгляд с моего лица на шею и обратно. И снова на шею. Да что там такое?? Гадюка незаметно заползла?! Я нервно ощупала означенную часть тела, с облегчением констатировав, что помимо вполне себе безобидной серебряной цепочки с талисманом там ничего постороннего нет, и... Хотя постойте. А что это колется, невнятно так, как будто слегка бьёт током в ощупывающую руку? Я скосилась насколько могла на область декольте... И еле сдержала испуганный визг - с шеи внутрь выреза свешивался кончик чего-то ало-оранжевого, переливающегося и беспрестанно шевелящегося. Это ещё что за гадость?!
   Кое-как взяв себя в руки - не место здесь для истерик - я медленно подняла взгляд на благоверного. И тут до вашей покорной слуги, наконец, дошло. Ведьмина язва, это же самый натуральный поисковик - магическая игрушка, коей любят баловаться гернаи, мне Карша как раз перед отъездом рассказывала. Другим сие действо либо совсем недоступно, либо требует таких магических усилий, что проще зарядить десять самых энергоёмких аналогов, нежели соорудить один такой. Что делает эта магическая дрянь на моей шее??
   А чего там гадать, милочка? Имеются ли поблизости гернаи? Один - я глянула на переставшего наконец пялиться мне под подбородок супруга - точно имеется. Вон он - стоит, взглядом пламенеющим прожигает. Ну а теперь, дорогая, давай-ка сложим события последних суток с двумя только что открывшимися фактами - переливчатым шарфиком и твоим пышущим гневом муженьком. Что получилось? О-ой!
  - Мне что-то нехорошо, - нервно сглотнув, я быстро попятилась и, не выдержав, резко развернулась спиной к Ресу, подхватила наостодоставшие юбки и дунула к выходу.
  - Файта, стой! - ага, разбежался. А на грудь вам не пос..помочиться, чтобы морем пахло? Я только прибавила скорости, на бегу огибая оторопевших гостей и перед самой дверью едва не упав на щуплого разносчика, прытко отскочившего в сторону - умница мальчик, хорошая реакция.
   Вылетев из залы, я не сбавляя темпа рванула к выходу - ну их в баню, эти приёмы! Меня что-то на путешествия потянуло. Повидаю Кэру, прикуплю зелий. И вообще, пора обновлять гардероб, а то эти платья до ужаса непрактичны. Короче, в Теджу, там как раз сейчас ярмарка. И муж от меня немного отдохнёт, успокоится - кажется ему немного не понравилась моя ночная шалость. А нрав-то у гернаев бешеный, это любой ребёнок знает. Вдруг заточит в какую-нибудь готичненькую башню из природной мстительности и для исправления жениного характера в лучшую сторону? Я ж там помру за пару месяцев с тоски-печали, а быстрее муженёк всё равно не выпустит. Не след благородным представителям древнего народа, уподобясь изменчивому ветру, часто менять решения, всплыла в голове многажды повторённая учителем и буквально вдолбленная в память фраза. Треклятые гернайские принципы!
   Выскочив из входных дверей, я пулей понеслась к сеннику. Выскочила оттуда вся в соломе, но зато с пожитками, и рванула к дальней конюшне, предусмотрительно обходя по большой дуге центральный двор.
  
   Вот чего он так завёлся, размышляла я, неспешной трусцой продвигаясь по тракту. Штаны с рубахой привычно облегали тело, не стесняя при этом движений. Из седельной сумки торчал край спешно затолканного туда платья - переодела на первом же привале. Как же всё-таки хорошо, что я сумки в замок заносить не стала, припрятав их на сеновале, в самом дальнем углу. Предусмотрительная!
   Туфли, конечно, после пробежки и путешествия по конюшне оставалось разве что выкинуть, зато я была цела и в относительной безопасности. В данный момент я ехала по направлению к ярмарочному городу и тяжко размышляла обо всем случившемся за последнее время.
   Ишь, взяли моду: сначала заключают заочные браки по идейным соображениям, а потом ставят тебя перед фактом - мол, ликуй, дева юная! Повезло-то тебе как - за такого завидного жениха выскочила. Да приданое за тобой какое-никакое дали. Да особа ты теперь почти что королевского ранга. Не жизнь а сказка! Угу. Чем дальше, тем страшнее.
   А вот предположить, что я не хочу ни за какой там замуж, они не могли? Я, может, решила в отшельники податься! Самосовершенствованием заняться, духа просветлением и изничтожением плоти. Мда. Даже моей Крисе вон смешно, фыркает, косясь на меня жёлтым глазом. Ну да, аскет из Биночки, конечно, как из Кристи гардемарин. Хотя... Криська, ты ж плавать умеешь?
   Утвердительный кивок, энергичные телодвижения, долженствующие показать, что и нырять она тоже умеет, да и много чего ещё.
   Чуть не сверзившись с не на шутку разошедшейся лошади, я досадливо ругнулась на несносную скотину, на разводчиков подобных скотин и на Каршу, что-то такое с животиной сделавшую, что та стала понимать хозяйку лучше, чем иной человек. Смачными эпитетами и нецензурными воплями кое-как призвала ушастую диверсантку к порядку.
   Ну ладно, снова нормально устроившись в седле, возобновила я размышления, нет у меня планов уходить от мира. Дак ведь и замуж не собиралась, чтоб вам! Тем более вслепую. Да кто ж меня спросил. Показали через день после церемонии портретик супружника - и вся недолга. Новоявленные заботливые родственнички!
   Кстати, мне б того художника встретить, что миниатюру малевал, я б ему руки по самую эту самую с корнем вырвала. Оригинал ничего общего, кроме примерной длины волос, с сим творческим изыском не имеет. Немудрено, что я, едва глянув на этот шедевр местной живописи, категорично заявила, что с таким мужем здоровое потомство они могут воспроизводить сами. Причём любыми удобными для них способами.
   Кто ж знал, что эта дрянная вещица ещё и как передатчик работает? И муженёк мой новоиспечённый сидит себе неподалёку и слушает, как я его красочно живописую. С применением местной и не очень, частично нормативной лексики. Резюмировав в итоге, что скорее займусь скотоложеством, то есть уйду к скоту Малку, давно положившему на меня глаз - плевать, что он одноглазый и плешивый - нежели чем подпущу это чудо селекции, кое по нелепому недоразумению именуется теперь моим законным супругом, к своему драгоценному телу, и точка! И можете не уговаривать, решения я своего не изменю!
   Вот чтоб этому гаду гернайскому не появиться на пять минут пораньше?! Специально, наверное, злыдень, подзадержался! Конспектировал ещё, небось, высказывания мои в его адрес. Как же, такого ему однозначно о своей дражайшей особе слышать не приходилось да и вряд ли ещё придётся - даже я уже тот монолог в точности воспроизвести не смогу. Для этого нужен соответствующий настрой, а довести Биночку до такого состояния о-очень сложно.
   Муженёк, дослушав мою пламенную речь до конца, явил себя во всём великолепии, гневно сверкая очами. Но хамить не стал - вот он, плюс благородного воспитания. Подчёркнуто-учтиво поприветствовал уважаемую супругу, выразил, лицемер гадский, надежду, что брак сей будет вечным и нерушимым. И на этой оптимистической ноте поспешил откланяться, бросив на меня уничтожающий взгляд. Вот тебе и начало семейной жизни. Счастливой и нерушимой, блин!
   Я, конечно, устроила потом и Дисси, и Менсору репрессии в лучших традициях знаменитых диктаторов, а толку? Слово, как говорится, не воробей. Вот почему я никогда не слушаюсь взрослых? Ведь учили в детстве - держи, Биночка, язык за зубами. Думай, солнышко, что говоришь. Зря, видать, только время тратили - следить за речью я так и не научилась. И вот он результат: богатый, знатный, обалденный мужик - и я в пролёте! Хотя... Ладно, ну их, и богатых, и обалденных - я ж и впрямь замуж пока не собиралась. Ну так и наплевать на него. Тоже мне, Ален Делон смуглолицый!
   И пошла у нас жизнь - я в одном поместье кукую, он в другом. Всё больше, конечно, по делам мотается. После того злополучного представления я его не видела с годик так точно.
   Ну да я и так не скучала. Деваться в подобной ситуации было действительно некуда. Домой вернуться в ближайшие года четыре мне не светит. А здесь против брака, заключённого по всем правилам, да ещё и благословлённого Высшими Силами (и как им, силам этим, не стыдно было?!), я ничего поделать не могла - разводы в сем благостном местечке не практиковались. Можно, конечно, сбежать - ну да это всегда успеется. Пока муженёк не беспокоит, свободу действия не ограничивают, обязанностей непомерных не взваливают - фиг с ними, так уж и быть, остаюсь.
   Придя к такому выводу, я довольно комфортно расположилась в очаровательном местечке с поэтичным названием Колун - огромном поместье с лесными угодьями, конезаводом, фермой и трехэтажным каменным домярой, окруженным чудным садом, в котором мне и предстояло обитать неопределённое время. Широко, широко-о живут гернаи в местном обществе. Как говорится, шоп я так жил!
   Первым делом совершив променад по вверенным моей деятельной персоне владениям, я пришла к выводу, что скучать не придётся. Биночка к тому же давно мечтала научиться ездить верхом, да и много чего ещё.
   Выбрав себе уютную комнатку на втором этаже - чтоб сигать в окно, ежели что, было не так высоко, и категорически отвергнув предложение поселиться в спальне хозяина - за каким надом мне такая громадина? - я решительно взялась за дело. Переговорила с управляющим, отдала несколько распоряжений, благо, опыт по этой части, спасибо Дисси, уже имелся. И начала планировать, чем займусь в первую очередь.
   Но оказалось, что и это за меня уже решили, - на следующее же по приезде утро в дверь деликатно постучали и сообщили, что меня ждут в малой гостиной.
  - Ну и кому же Би...э-э...Файточка могла понадобиться? - на одной ноге прыгала по комнате я, пытаясь попасть другой в напрочь отказывающийся надеваться сапог.
   Явление Биночкиной сиятельной персоны народу произвело настоящий фурор - собравшиеся в комнате дамы и господа обалдело вытаращились на мой мужской костюм и почти расчёсанные волосы. После минутного замешательства один из присутствующих, прокашлявшись, поприветствовал "благородную леди", представился сам и представил остальных. Оказалось, что я только что познакомилась со своими будущими учителями. На мой робкий протест, мол, леди, в общем-то, и так неплохо образована, он категорично заявил, что теперь мне придётся соответствовать нынешнему положению. А для этого знать надо очень и очень много. Поэтому он настоятельнейшим образом рекомендует миледи Файте не упрямиться, а приступить к учёбе.
   Вот ведь! Ну ладно, учиться ещё никому не мешало. Так и начались мои мучения на ниве превращения Биночки из неотёсанной девицы в великосветскую даму. По крайней мере, преподаватели через несколько месяцев обучения прониклись уверенностью, что превращение проходит в заданном режиме и уже близится к концу - даже хвалили за усидчивость и сообразительность. Угу. Когда мне нужно, я бываю усидчивой. До чопорных учителей же никто не довел, что параллельно с уроками танцев и хороших манер прилежная ученица занимается экстремальной верховой ездой и обучается владению всеми доступными здесь видами оружия.
   Дело в том, что мне посчастливилось отрыть - не в прямом смысле, к счастью - одного ветерана, славившегося своим мастерством как в боях с оружием, так и в беспредметных схватках. Ветеран после некоторых, мгм, уговоров согласился меня обучать с условием, что потом госпожа жаловаться не будет. Я и не жаловалась, молча снося непомерные для отвыкшего за время пребывания в этом мире от физических упражнений организма нагрузки. Лишь матюкалась сквозь зубы на очередной полученный в ходе тренировки синяк или ссадину. Люс, кажется, был мною доволен. И лишь добродушно усмехался в бороду, когда Биночка шипела от боли в отбитой при падении с бревна конечности или неуклюже кувыркалась на турнике, пытаясь повторить выделываемые им кренделя. Хорошо, что никто больше моих кульбитов не видел - целях конспирации тренировки проводились рано утром в самой дальней, отгороженной от посторонних глаз заброшенной части сада.
   Также мне несказанно повезло, что в поместье жила настоящая ведьма, природная, обучавшаяся как у своих сестёр по ремеслу, так и у магов. Старуха знала очень и очень много, и ей, видимо, не терпелось передать знания и умения дальше. Потому как-то погожим деньком она ухватила меня, мирно прогуливающуюся себе по саду и никак не ожидающую такой подлости, за руку и шустро утянула в кусты, отделявшие сад от внешней стены кольцом высотой в добрых два метра. Я поначалу было принялась сопротивляться, но, увидев бабулю-божий одуванчик, прекратила активные попытки вырваться и вопросительно уставилась на это чудо природы.
  - Ну вот и я, девонька, - проскрипела старая карга, беззубо улыбаясь.
  - Я просто счастлива нашей встрече. Люблю всякие там сюрпризы, вроде внезапного утягивания меня неизвестным в кусты. Особенно если этим неизвестным оказывается мало того, что не мужик, так ещё и очень престарелый не-мужик! - терпение, деточка, терпение, старших надо уважать, тут же одернула я себя и исправилась. - Здравствуйте, бабушка.
   Бабуся хихикнула и, заговорщически подмигнув, зашептала мне в самое ухо - благо расстояние между нами большего простора и не давало:
  - Учиться хочешь? - я аж подпрыгнула, так резво замотав головой, что даже в шее хрустнуло. Вот она у меня где, учёба эта!
  - Чур меня! И так света белого не вижу - продыху нет от занятий этих!
  - Дак мы на свежем воздухе будем.
  - Ни за что, и не уговаривайте меня! - я решительно развернулась и попыталась скрыться от назойливой старухи. Не тут-то было.
  - Да подожди ж ты, глупенькая, - бабулька вцепилась в рукав моего платья не хуже клеща, с невероятной для такого хрупкого создания силой удерживая на месте. - Это для твоей же пользы.
   Сие было сказано таким тоном, что я даже перестала рваться на выход.
  - Э-э... Простите, бабушка. А чему вы меня собираетесь учить? - осторожно осведомилась я, боясь обидеть старого человека. - Художественному вязанию половичков из подручных материалов?
   Старуха хмыкнула раз, другой, и в конце концов разразилась полноценным хохотом, больше похожим на карканье громадной вороны с хроническим гайморитом.
  - Ох и насмешила старуху, девонька, - всё ещё похихикивая, вымолвила она. - Да ты, видать, не знаешь, кто я?
  - А что, должна? - я недоумённо пожала плечами.
  - Ну, бабку Каршу в округе все знают. Только говорить обо мне не любят - боятся, что услышу, да и сотворю чего-нибудь весёленькое навроде чирья на срамном месте, - бабуся добродушно усмехнулась.
   И тут я вспомнила: действительно слышала что-то о местной ведьме с таким именем от своей нынешней служанки - Зелы. Правда, говорила она о Карше неохотно, вполголоса и постоянно оглядываясь. Я тогда ещё подивилась служанкиному странному поведению, списав его в итоге на стресс после приведения в порядок моего гардероба - бедняжка трудилась сутки без продыху, беспрестанно удивляясь, как в этом рванье вообще можно ходить. И чего сразу в рванье? Вполне себе нормальная одежда. Кто ж её просил латать мои домашние джинсы с модными прорехами на всех местах? Втолковать девице, что это стиль такой, не удалось, и, плюнув на сие пустое занятие, я спешно ретировалась - припрягут ещё помогать, а я шитьё терпеть не могу.
   Так вот она какая, знаменитая Карша, имя которой приводит в трепет всех местных жителей без исключения. И она хочет меня учить? Ну, тогда я согласна, конечно. Вот только боязно как-то: магия всякая там, колдовство - всё это в некоторых случаях может быть опасно и даже больше, чем просто опасно.
   Это я и высказала слегка прищурившейся старухе. Та лишь кивнула и тут же потянула меня за собой. Таким манером мы протащились шагов двадцать вдоль стены, выйдя в итоге к неприметному отверстию наружу - надо же, тут есть потайные лазейки? Ух ты-ы! Вынырнув с другой стороны ограды, мы быстрым шагом двинулись к ближайшему лесочку и не останавливались, пока не вышли на небольшую полянку, со всех сторон окружённую кустами - всё платье изорвала, пока продиралась. Бабулька на мой скептический взгляд лишь снова хихикнула - ну прям старушка-веселушка - и слегка дёрнула бровью. В следующую секунду я, разинув рот, с изумлением оглядывала абсолютно целое платье, ставшее, кажется, даже чище, чем до встречи с ведьмой. Затем перевела обалдевший взгляд на Каршу.
  - Это лишь начало. Я научу тебя тому, что ни в какое сравнение не идёт с простейшими бытовыми заклинаниями.
  
  - Криська, ххаргвадирасерка, ты сдурела?! Ты смерти моей хочешь??
   Нашкодившая лошадь пристыжённо понурилась. Вот ведь зараза, чуть шею с ней не свернула! Ишь, взяла моду сигать через среднего размера ручьи без предупреждения. Я-то, как нормальный человек, собралась спешиться и поискать брод - ручей-то он ручей, но широкий и глубиной мне по пояс будет. Так эта негодница лишь хвостом махнула и кэ-эк скакнёт! Только ветер в ушах свистнул - и я уже на другом берегу, ослабевшими от страха руками цепляюсь за седло, ошалело матерясь и нервно сглатывая. У ней в роду толпары были, не иначе!
  - В следующий раз, когда вознамеришься прыть свою демонстрировать, предупреди, будь добра - хоть завещание напишу.
   Лошадь лишь согласно кивала и, выворачивая шею, заискивающе заглядывала мне в глаза - мол, я ж как лучше хотела. Хотела она. А у меня, может, здоровье слабое, такие потрясения по два раза на дню выносить!
  
  
  
   Вторая глава
  
  
  - Негодница! Это ж надо было додуматься - подмешать в вино настой кислянки! А я всё недоумевал - чего это моя всегда такая нелюбезная жёнушка вдруг стала на удивление ласковой?! Ни разу за вечер не нагрубила (небывалый случай!) и даже предложила выпить подогретого собственноручно вина перед сном... Интриганка малолетняя!
   Рес метался по комнате, нервно грызя ногти - в первый раз в жизни - и кипел возмущением.
   После того, как Файта так ловко сбежала прямо у него из-под носа, да ещё и умудрилась незамеченной выбраться из замка, он заперся в своих покоях. И вот уже третий час метался по ним, как тигр в клетке, периодически натыкаясь на мебель и сквозь зубы декламируя самые страшные ругательства, слышанные им когда-либо за долгую и насыщенную жизнь. Когда словарный запас иссяк, а повторяться не захотелось, он молча рухнул на так и не застеленную кровать и задумался.
   Итак, прошлой ночью к нему приходила жена собственной персоной. Да не просто приходила, а устроила отвязные постельные игрища до утра - если верить сну, прокувыркались они всю ночь. Мда... И откуда Файта такие вещи знает, вдруг нездорово озаботился гернай. Нет, ему, безусловно, понравилось, и даже более чем! Но душу глодал червячок сомнения. Неужели в его отсутствие жена любовников в спальню водила? Ах она!..
   Да ты ж всё время в разъездах! Жёнушку свою совсем позабросил. А если быть точным, вообще никогда и не прикасался к ней, прокомментировал ситуацию внутренний голос. А она девица в самом соку, кровь-то играет. Себя вон вспомни - от нерастраченного постельного пыла кое-кто, помнится, в собственной каменоломне по три часа в день подрабатывал, глыбы весом с три себя таскал. И то рвал и метал без причины, всю челядь в доме до полусмерти зашугал. Бедный повар, прежде даже твоего отца за авторитет не признававший, теперь начинает кланяться, едва твои шаги в коридоре заслышит.
  - Но я же не изменяю, - резонно возразил сам себе Рес, - я как-то с этим борюсь, так что же ей мешает делать то же самое?
   Предлагаешь жене записаться в добровольные каменщики? - внутренний голос сочился ядом.
  - Ладно! Хватит. Не о том сейчас речь. К тому же в донесениях слуг ни слова о неурочных посетителях хозяйской спальни не было.
   А они в садочке, по-скромному так, по-деревенски - зачем им спальня? - поддал жару голос.
  - Ах ты!.. Спокойно. Надо решить, что теперь делать. Жена, оказавшаяся не такой простой, какой её описывали нанятые им учителя, изловчилась где-то раздобыть запрещённый и вообще малоизвестный препарат, да ещё и незаметно опоить им его. Его-о! Ко всему прочему ещё и дипломированного специалиста по ядам и дурманным зельям! Откуда у девчонки такие познания? Ловка, демон побери!
   Он снова заметался по комнате. Сквозь весь поток мыслей настойчиво пробивалась одна: его жена, его хрупкая беззащитная Файта сейчас совсем одна неизвестно где. А на улице, между прочим, гроза! А она даже вещи не прихватила, бедная девочка. И, что самое ужасное, в погоню-то кинуться никак - от замка отходят четыре дороги в разные стороны, и какую выбрала взбалмошная девчонка, не знает никто. Даже хвалёные жасмарковы псы, собственноручно им выращенные и выкормленные по всем правилам искусства, отказывались брать след, жалобно скуля у выхода из замка и не решаясь выходить за ворота.
   Что ж это творится?! Может, собачки заболели? Да вроде непохоже - он лично осматривал своих псов накануне, те были абсолютно здоровы.
  - Господин! - в дверь настойчиво забарабанили, - господин, вы не спите?
  - Какой уж тут сон, Льюс, когда такое... - посторонившись, он впустил в комнату здоровенного детину в неизменной кольчуге - своего начальника гарнизона и по совместительству поверенного в делах сердечных, кои неожиданно завелись у обычно неподвластного женским чарам герная. Льюса он знал с детства - мальчишками они вместе шкодили и вместе же получали заслуженное наказание. А это, как известно, сплачивает крепче даже совместной пьянки.
  - Какие новости, дружище? - Рес жестом предложил воину присесть. Тот отрицательно отрицательно мотнул головой. - И давай уже по имени, мы же не на приёме.
  - Как скажешь. Так вот, наш маг только что закончил обследование места, с которого собаки заупрямились... - тут бывалый воин смущённо замялся.
  - Ну же? Что ты мямлишь себе под нос?? Договаривай уже!
  - Рес... Там были слёзы василиска.
   Гернай поражённо застыл:
  - К-как это... Откуда?! - что-то слишком часто он за сегодняшний день повторяет эту фразу. - Слёзы василиска раздобыть труднее, чем обуздать дракона! Да и где она могла их взять? По докладам из поместья, моя ненаглядная супруга не покидала его территорию ни разу.
  - Не могу знать, дружище. Да только жена-то твоя не так проста, как нам хотелось бы думать, вот что я скажу. Что мы теперь? Как будем искать? Нельзя же её одну ночью в лесу бросать - пропадёт девица.
  - Да уж сам понимаю, что нельзя, - Рес с остервенением потёр виски, занывшие от чрезмерного напряжения последних часов.
  - Да, забыл доложить вчера... А теперь даже не знаю, как и сказать.
  - Опять бормочешь?!
  - Да не бормочу я! Там... В общем, в близлежащих лесах видели следы вурдалака.
  - Что?! Что ты сказал?? - лицо герная, обычно смуглое, стало белее мела. - Как такое возможно? Их не было здесь уже лет сто!
  - Значит, теперь вот появились, - со свойственной ему простотой резюмировал Льюс, сочувственно глядя на друга. Да-а, с Ресовой женой можно попрощаться - вурдалака ей всяко не одолеть. А что тот учует ночью в лесу беззащитную жертву, не сомневался ни один из мужчин.
  - Немедленно поднять весь гарнизон! Готовность десять минут! Прочесать лес! Подключить магов и видящих! Чтоб к утру голова этой твари была у меня на этом самом столе!
  - Э-э... Надеюсь, ты имеешь в виду вурдалака? - осторожно уточнил воин.
  - А кого я ещё могу иметь в виду, говоря тварь?!
  - Ну мало ли. Некоторые так своих...э-э...супружниц кличут.
  - Прочь с глаз моих! - окончательно озверел гернай, запуская в друга тяжёлой пепельницей из маянского хрусталя - подарком тамошнего посла. Несчастная вещица впечаталась в вовремя закрытую с той стороны дверь - реакция у Льюса отменная. Осколки так и брызнули в разные стороны. Но Рес не замечал ничего вокруг, перед его внутренним взором стояла жуткая картина мучительной гибели Файты от клыков нечисти, в ушах стоял её предсмертный крик.
  - Это выше моих сил! - куртка, на ходу сдёрнутая со спинки стула, вихрем взвилась за стремительно выбежавшим из комнаты мужчиной.
  
  
   Ну вот. И как так получилось, что я не успела добраться до постоялого двора?
   Я задумчиво пощипывала краюху хлеба - единственное, что нашлось в походной сумке из еды помимо сушёной земляники для отвара, и мрачно размышляла о несовершенстве мира. После прошедшего недавно дождя одежда вся была хоть выжимай, хорошо ещё, что гроза прошла стороной и что в сумках нашёлся запасной комплект. Промокший до нитки наряд теперь украшал ближайшее к костру дерево, медленно просыхая и исходя густым паром.
   Запланированный для ночлега трактир до темноты так и не показался на горизонте. Из чего я сделала вполне логичный вывод, что масштаб местных карт никуда не годится. Если судить по имевшейся у меня, до ближайшей к владениям Реса деревни я должна была добраться ещё часа три назад. А вот поди ж ты - пришлось устраиваться на ночлег прямо посреди незнакомого леса... Да ещё и воет кто-то неподалёку. Жу-утко так воет.
   Спокойно, Бина, не нервничай. Ты у нас девушка неробкая, как говорится, лошадь, там, на скаку... Что нам какие-то голосистые твари? Защитный контур готов? Гото-ов, спасибо предусмотрительной Карше, чуть ли не силком заставившей меня прихватить необходимые для его становления ингридиенты. Нет, конечно, в крайнем случае можно обойтись и без них, но от нечисти подобный круг стопроцентно защитить не сможет. А сооружённый мною только что - убережёт от практически любой напасти.
   Так за самоуспокоением я неспешно поужинала краюхой серого хлеба, запивая её свеженастоенным отваром, и, позёвывая, совсем было уже расположилась почивать, как...
   Леденящий душу вой, совсем непохожий на предыдущий, током прошёлся по нервам, заставив волосы на затылке встать дыбом, а меня резко сесть на импровизированной постели.
   Чутко прислушиваясь к наступившей следом тишине, я резво натягивала штаны, попутно вспоминая, куда же заховала подаренные Люсом накануне отъезда парники и пристёгнуты ли к поясу любимые кинжалы?
   Мечи, к счастью, обнаружились тут же, в изголовье. Привычно закинув ножны за спину, я только было вознамерилась вынуть клинки, как совершенно случайно встретилась взглядом с парой лиловых, горящих диким огнём глаз.
   Замерев с поднятыми руками (прямо монумент на тему "Гитлер капут"), я, затаив дыхание, вглядывалась в эти страшные глаза с вертикальными зрачками и размышляла о том, что так и не попробовала знаменитый коринский вереник, о котором мне все уши прожужжала Зела. Говорят, помимо всего прочего он прибавляет испившему его ума и сообразительности. Да-а. Именно этого мне сейчас больше всего и не хватало - организовала, дурында, грандиознейшую защиту, даже от комаров ингридиент присовокупила. А вот от вурдалаков, что однозначно пострашнее всех вместе взятых местных гнусов будут, закрыться не догадалась - понадеялась, идиотка, на слухи, что этого зверья в здешних краях уже давным-давно не встречали. Ну что ж, за глупость надо платить. На что весьма красноречиво намекали светящие из кустов глаза, именно этому виду нечисти явно и принадлежавшие - у вурдалаков совершенно характерный запах, который при желании ни с чем не спутаешь. И который я сейчас со всей отчётливостью ощущала даже особо не принюхиваясь - смердело так, что ошибиться в данном случае было трудно.
   Так, дорогуша. А давай-ка, пока зверюга раздумывает, с какой стороны тебя сподручнее жрать, вспомним уроки старой ведьмы и прикинем, что мы можем вынести из факта столь активного смердения. Да ничего хорошего, если честно. Насколько мне не изменяла память, подобный признак характерен для особей мужского пола. Причём матёрых таких особей, опытных и вдвое более опасных, чем любые другие. Они, кажется, даже вынесены в отдельный подвид. Как, бишь, его? А-а. Вурдалакус поренгатес - самые кровожадные из данного вида, славящиеся, ко всему, феноменальным нюхом и потрясающей жестокостью. Что тут скажешь, повезло тебе, дорогуша, прям слов нет как!
   Вурдалаку меж тем в кустах явно стало скучно, и он решил порадовать меня своим высочайшим присутствием, одним длинным прыжком преодолев защитный контур и, такое чувство, совсем не собираясь останавливаться на достигнутом.
   Коротко взвизгнув, я шустро откатилась в сторону и резво вскочила на ноги. Монстр перелетел через мою импровизированную постель и пробуксовал лапами по земле, тормозя, а я принялась лихорадочно дёргать за рукояти разом застрявших в ножнах клинков.
   Моя красавица-лошадка, спокойно дрыхнувшая под аккомпанемент воя и рыка, учуяв возле себя вурдалака, шарахнулась в сторону, истерически заржала и, без труда оборвав повод, унеслась куда-то в глубь леса. Прекрасно!
   Тварь лишь на секунду отвлеклась на беглянку, а затем, угрожающе рыкнув, развернулась и целенаправленно кинулась на меня, роняя на землю клочья буроватой пены. Не обращая внимания на в момент ставшие ватными ноги, я оставила в покое клинки, потянулась к поясу и резко метнула оба кинжала в приближающуюся тварюгу, тут же возобновив попытки освободить зловредные мечи.
   Бросок, к удивлению совсем не уверенной в успехе меня, достиг цели, но ощутимого урона монстру не нанёс, лишь разозлив ещё больше. Я с ужасом наблюдала за несущейся на меня звериной, и, когда та оказалась на расстоянии метра, неимоверным усилием выдернула-таки парники из ножен. Ушла чуть в сторону и походя полоснула бегущую тварь поперёк морды заговорённой сталью, тут же заступив зверюге за спину.
   Визг, огласивший поляну, эхом разнёсся по лесу, заставив меня кровожадно ухмыльнуться - что, не нравится, гадина?
   Оглушающе взревев, вурдалак, оказавшийся при ближайшем рассмотрении размером с доброго телёнка, в очередной раз ринулся в атаку. Но я уже была наготове.
   Коротко развернувшись на пятках, вновь ушла с траектории прыжка монстра и продолжающим движением чиркнула обоими клинками по брюху нечисти, тут же снова возвращаясь в позицию. В воздухе разлилось тошнотворное зловоние, вызывая спазмы желудка, жёстко подавленные усилием воли - и вот мы снова лицом к лицу. Точнее, лицом к морде.
   Как же я была благодарна в тот момент Люсу за его изнуряющие тренировки, за нескончаемую отработку всех возможных связок и блоков. За вечные лекции о том, что в реальности у меня времени на раздумья не будет, за требования выучить всё до автоматизма. И как же я вспоминала Каршу с её обширнейшими и, как мне тогда казалось, абсолютно ненужными лекциями по анатомии нежити. Откуда б я ещё узнала, что сейчас следует предпринять и чего больше всего опасаться?
   Очередной бросок-увёртка, и мы снова кружим по поляне, прожигая друг друга ненавидящими взглядами. Монстр изнурял меня раз за разом повторяемыми прыжками, опасаясь, однако, подходить слишком близко - память об остроте клинков всё ещё тёмными каплями стекала с его брюха.
   Я же лихорадочно вспоминала хоть самое завалящее заклинание против этого вида нечисти, но по всему выходило, что такого заклинания попросту не существует - тут же услужливо всплыли в памяти недавние слова ведьмы:
  - Запомни, деточка, крупную нечисть вроде вурдалаков и упырей нужно убивать доброй сталью, заговорённой, а лучше ещё и с посеребрением.
   Ну, посеребрения на моём оружии, к сожалению, не было. Но ведь можно же по-другому заставить тварь отведать белого металла...
   Стараясь не упустить краем мелькнувшую мысль, я продолжала танцевать с монстром, старательно припоминая, где же в данный момент можно раздобыть столь необходимый мне сейчас металл.
   Эврика! Перстень-печатка, один из подарков дражайшего супруга - видимо, по ошибке отослал, он в таких случаях предпочитает всё же золото - по обыкновению обретался на указательном пальце левой руки, таинственно подмигивая янтарным глазом.
   Отшвырнуть прочь один из клинков и стянуть зубами украшение с руки было делом пары секунд, причём мне даже удалось поддерживать прежний темп, взмахами второго меча держа тварь на расстоянии.
   Выждав удобный момент, я тенью скользнула к повернувшейся незащищённым боком нежити, мощным ударом распорола той брюхо, почти прижалась к нечисти и тут же резво отскочила в сторону. Успев, однако, тиснуть в образовавшийся надрез означенный перстень.
   Возобновив мельтешение клинком перед самой мордой твари, принялась терпеливо ожидать развязки. Которая не замедлила наступить: монстр вдруг завертелся волчком, не обращая уже никакого внимания на мою деятельную персону, тут же со всей основательностью этим его пренебрежением к себе воспользовавшуюся и методично начавшую отрубать вурдалаку все доступные и не очень части тела. Части отрубались неохотно - мой меч все-таки не топор и не двуручник.
   Правда, усилия мои оказались лишними - монстр, надрывно взвыв, повалился на землю, ещё несколько мгновений меленько подрагивая, а затем и вовсе затих. Я тут же подскочила к огромной туше и в несколько ударов обезглавила не подающее признаков жизни тело.
   Облегчённо переведя дух, замерла на несколько секунд, а затем, как заправский мясник, принялась отделять конечности от монстрова тела - Биночка у нас перестраховщик, а вдруг я что-то забыла, и именно этот вид вурдалаков умеет еще некоторое время бегать без головы, как те курицы по двору? На третьей лапе энтузиазм мой, как и силы, иссяк, и я рухнула у края круга, под деревьями.
   Кое-как отдышалась, поднялась и на подгибающихся ногах пошла искать свое оружие. Оттерла травой изгвазданные монстром клинки, и решила, что оставаться на сей гостеприимной полянке уже ну никак не тянет. Потому, подсобрав вещички, тут же двинулась в путь, логично рассуждая, что лучше пара часов с красными после ночного зрения глазами, чем ещё один вурдалак на мою голову. В наличии второго я не сомневалась ни секунды - эти твари предпочитают жить парами.
  
  
  
   Третья глава
  
  
  - Господин! - к нему со всех ног мчался изрядно запыхавшийся стражник - Гач, если гернаю не изменяла память. - Господин... Там... - лицо парня раскраснелось, глаза горели смесью ужаса и ликования. Вот и пойми по такому, то ли хоронить кого-то надо, то ли поощрять всех поголовно. Рес рассеянно взглянул на светлеющий горизонт и вновь сосредоточил всё своё внимание на гонце.
  - Что там, Гач? Да отдышись ты, того и гляди наземь без сил грохнешься.
  - Господин, мы-таки угрохали тварюгу! Ей-ей не вру, господин! Прямо раз - и всё! Ну, конечно она сначала попыталась задрать Серкена, да уж того-то ежли хорошенько напугать - и ветер не догонит, а уж какая-то зубастая образина...
  - Значит, вурдалак мёртв? - уточнил гернай.
  - Так и есть. Вот я и говорю...
  - Ещё кого-нибудь нашли? - внутренне поёживаясь, перебил разговорчивого стражника Рес.
  - Да... Как бы Вам сказать-то...
  - Говори как есть, да не тяни ты! - гернай приготовился к самому худшему.
  - Нашли ещё одну зверюгу.
  - Что значит нашли? - перед мысленным взором мужчины некстати возникла картинка вальяжно бредущих стражников, по богатырскому храпу находящих под ближайшим кустом мирно почивающего вурдалака, трогательно подёргивающего во сне задней левой лапой и смешно урчащего себе под нос. Рес нервно хихикнул.
   Стражник опасливо покосился на хозяина, но продолжил:
  - Второго такого же нашли, господин.
  - Да как так нашли-то?! Он что, спокойненько сидел и ждал, пока вы его отыщете?? Заблудился никак, бедняга - а тут так кстати добрые охотники. Дорогу решил спросить?
  - Что Вы, - испуганно замахал руками стражник. - Тушу мы его нашли. Самец. Насколько можно судить по тому, что от него осталось...
  - А что осталось? - вдруг заинтересовался Рес.
  - Ну... Да всё вроде в целости, все лапы в наличии. Да и туловище, большей частью... Только всё отдельно, - парень задумчиво почёсывал кончик носа.
  - Отдельно это как??
  - Дык... По всей поляне, значится, вот как. Одна нога в правой стороне, одна в левой, пара изрядных шматков тут же, неподалёку обретается. Голова под смородиновым кустом. Но остальное как есть на месте, можете не сомневаться! - несколько сумбурно закончил юный повествователь.
  - Кхм... То есть ты хочешь сказать, что вы нашли мёртвого вурдалака? В комплект к уже убитому?
  - Точно так, - с облегчением выдохнул стражник.
  - И он, ко всему прочему, ещё и мастерски заготовлен на гуляш? - гонец поспешно кивнул. Та-ак... Кто, если не его воины, умудрился укокошить опаснейшую нежитетварь? Да, похоже, он действительно давно дома не был, раз по его владениям свободно разгуливает столь опасный незнакомец (несколько незнакомцев незамеченными бы точно не остались), запросто расправляющийся с исчадиями ночи, а Рес ничего об этом не знает.
  - А... Скажи-ка, парень, вы ничего странного на той поляне не заметили?
  - Да как же не заметили?! - снова оживился словоохотливый Гач. - Вурдалачину мы заметили - такую образину агромадную не заметить трудно, вот что я скажу.
   Рес страдальчески закатил глаза - Духи, дайте мне сил не пришибить этого несчастного на месте!
  - А кроме этой образины ничего не заметили? - с трудом взяв себя в руки, терпеливо продолжил допытываться гернай.
  - А-а... Как же, как же. Теперь, когда Вы спросили, припоминаю - колдуны-то наши что-то в теле нашли. Долго изумлялись, разглядывали всем скопом, вроде как Вашей Милости собирались показать.
  - Так где ж эти гарковы колдуны, ирссан'г'ахх!! - взорвался "Милость".
  - Дык вон они, небось, - вжимая голову в плечи от начальственного рыка, пробормотал стражник. - Бегут - аж полы мантийные по ветру полощатся.
   Оглянувшись, Рес и вправду улицезрел искомых магов, со всей возможной скоростью приближающихся к нему.
  - Ну-у??! - от его рыка птицы на соседних деревьях разом взвились в воздух и испуганно заверещали. Приближающиеся люди в мантиях слегка побледнели.
  - Господин, - низко поклонился один из них, в то время, как другие предпочли скрыться за спинами стражников, дабы не светить лишний раз пред гневными хозяевыми очами.
  - Что там у тебя? - нетерпеливо отмахнулся от приветствия гернай.
  - Вот, взгляните, - пожилой маг протягивал ему на ладони что-то маленькое и блестящее. Разглядев находку, Рес побелел:
  - Где вы это нашли?!
  - В теле вурдалака, господин, - слегка попятившись под мечущим молнии взором хозяина, торопливо выпалил маг.
  - Там...было что-то ещё? - разом охрипшим голосом выдохнул гернай, внутренне каменея от горя. Опоздал-таки неизвестный умелец, Файту его вмешательство не спасло. Глаза заволокло невесть откуда взявшимся туманом, в голове зашумело. Поэтому он только с третьего раза расслышал реплику мага, который, видя полное отсутствие реакции у слушателя, терпеливо повторил сказанное.
  - Что Вы сказали?
  - Не было. Там больше ничего не было. Да... Ещё следы от мечей и от кинжалов на теле и... Монстр явно давно не обедал - желудок был абсолютно пуст.
  - А как же кольцо? - вскинулся Рес.
  - А кольцо было не в желудке, - мужчина помолчал, собираясь с мыслями. - Оно было в одном из разрезов, самом большом. Оно же, судя по всему, и послужило основной причиной гибели твари.
   Гернай недоумевающе взглянул на мага и вновь переключил внимание на кольцо. Его перстень, не так давно в каком-то непонятном порыве отосланный жене в качестве подарка от дражайшего супруга. Фамильный... Откуда он взялся в брюхе твари?!
  - Ваша версия?
  - Кто-то улучил момент и запихнул в предварительно нанесённую рану серебряный перстень, от которого вурдалак и скончался, судя по всему, в жутких муках. А этот некто для верности во время агонии поотрубал от твари сколько мог, и, убедившись в успехе содеянного, спешно удалился, не забыв при этом тщательнейшим образом замести следы. Могу предположить по манере воздействия, что сие преследовало главным образом одну цель - отбить нюх у вурдалака. Полагаю, неизвестный неплохо осведомлён о повадках и образе жизни этого вида нечисти, потому как явно опасался преследования самки - вурдалаки, как известно, живут парами. Об осведомлённости этого некто говорит и характер нанесённых повреждений и способ умерщвления - мало кто из неспециалистов знает о подобном методе.
  
  
   Ох уж мне эти мужики, поди пойми их. То он жалуется, что скучает до безумия - и кому жалуется! Моей же собственной подруге! Ну и что, что я не должна была этого слышать?! И не надо мне говорить, что подслушивать нехорошо - зато очень удобно и информативно, вот! А когда ты, как примерная жена, припираешься к нему - добровольно, заметьте - для исполнения супружеского долга, он же потом и недоволен. Опять не так! Ну подумаешь, одурманила слегка предварительно - дак исключительно ж для пользы дела. Вот прям привередливые - сил нет.
   Мы с Криськой снова неспешно продвигались по тракту. Близился полдень, вокруг было благостно - солнце сияет над головой, пташки разные щебечут. Пастораль прям. И не скажешь, что всего несколько часов назад здесь где-то рыскал в поисках добычи опасный хищник.
   ..Оглядев напоследок ещё полчаса назад такую мирную полянку, я в очередной раз убедилась, что вроде бы ничего не забыла, заседлала самостоятельно нашедшуюся кобылку и, совершив необходимые для сбития погони со следа манипуляции, уверенно развернула коняшку мордой к тракту.
   Мы ехали всю ночь. Первый час я ещё нервно оглядывалась, в любой момент ожидая заслышать рядом леденящий душу вой и щёлканье клыков, но всё было тихо, и я, постепенно отходя от горячки боя, настойчиво начала проваливаться в сон. Борьба методами пощипывания результата не дала, и я бесславно захрапела прямо на идущей быстрым шагом лошади.
   Проснулась, когда утро было уже в самом разгаре, а умная Криська продолжала в том же темпе вышагивать, теперь уже по более наезженной дороге, в кою за время моего сна перешёл полузаросший тракт.
   Оглядевшись по сторонам, я мысленно сверилась с картой и пришла к выводу, что до искомого города осталось всего ничего. После полудня, в крайнем случае, к вечеру - если учитывать погрешность карты - мы торжественно вступим в славный город Теджа. Криська, ты рада?
   Лошадь меланхолично повела ушами, давая понять, что им, как татарам, всё равно - она и ещё два таких перехода осилит без особого напряга.
  - Умница ты у меня! И что б я без тебя делала?
   Лошадка соглашалась, что ничего хорошего хозяйка не делала бы однозначно, с таким-то характером.
  - Хамка ты у меня всё-таки, Кристина!
  
   Перстень. Этот треклятый перстень никак не давал ему покоя - откуда он взялся у неизвестного умельца? То ли с жены бездыханной снял - но тогда где тело? То ли сама отдала. Правда, не совсем ясно, с какой целью. В качестве подарка? Эта мысль совсем не радовала. В измену жены верить не хотелось, но других версий пока не было. А может, незнакомец подоспел аккурат к моменту нападения? Тогда всё становится на свои места: у парня просто не нашлось подходящего для умерщвления опасной нечисти материала, и он попросил Файту одолжить что-нибудь серебряное. На супруге из серебра, скорее всего, была только означенная фамильная ценность, кою она щедро и презентовала отважному защитнику ради спасения собственной жизни. Мудрый поступок, в этом случае Рес просто гордился жениной практичностью и дальновидностью - ни одна побрякушка не стоит жизни, правильно супруга сделала. По окончании схватки о кольце было благополучно забыто, невольные товарищи по несчастью слишком спешили убраться с опасного места. Незнакомец наверняка настаивал на немедленном отбытии, как наиболее полно просвещённая по части повадок нежити сторона (жене-то откуда такими сведениями владеть - ей этого не преподавали точно, программу учебного курса Рес составлял сам, причём с особой тщательностью. Не рассчитывая, впрочем, при этом на подобное Файтино своевольство, а потому не закладывая никаких сведений о местной нечисти - не хотел лишний раз пугать благоверную). Но в таком случае напрашивается вывод, что Файта поехала дальше вместе с незнакомцем, что опять же ничуть не радует - мало ли во что совместное путешествие, да ещё после пережитого ужаса, может вылиться. Рес достаточно повидал подобных ситуаций - женщины зачастую проникались нежными чувствами к своим спасителям.
   Гернай удручённо вздохнул. Ну зачем же эта глупышка вообще сбежала? Разве не понимала, сколь опасно путешествие в одиночку по их кишащим нечистью и диким зверьём лесам? Какая же она всё-таки неопытная, моя Файта. Мгм... Это моя ему очень понравилось. А и вправду, изменилось ли её к Ресу отношение после той ночи? Хотелось бы верить, да боязно раньше времени надеяться. Надо бы поговорить с Дисси, всё-таки лучшая подруга жены, родственница, может, чего присоветует, подскажет, где благоверную искать.
   Рес решительным шагом направился к выходу из покоев, на ходу оправляя камзол и соображая, с чего лучше начать разговор с юной аристократкой.
  
   Так вот он какой, знаменитый центр торговли и развлечений благословенной Хайранфы.
   Я миновала ворота Теджи, с интересом разглядывая открывшиеся взору строения и узкие кривые улочки, чистые и на удивление родные, хотя ни разу в сем славном городе ранее не бывала.
   Скромные двух-трёхэтажные дома плотно притулились друг к другу, нависая над тротуарами широкими скатами крытых яркой черепицей крыш. Деловитые торговцы сновали тут и там, предлагая всё, что душеньке угодно - от сладостей до холодного оружия.
   Как всё-таки хорошо, что Кэра в последнем письме не забыла упомянуть о переезде на лето в свой особняк в Тедже. Теперь главное найти этот особняк, что при впечатляющих размерах города не так уж просто. Ну да ничего, справимся, где наша не пропадала?
   Тормознув у первого же встретившегося на пути стражника, я вежливо поинтересовалась, не знает ли он случайно, как проехать к дому почтенной Кэры О'лаен. Парень, к моей бурной радости, знал - оказалось, что он сам родом из того района и они с тётушкой практически соседи.
   Разжившись необходимыми сведениями и прикупив на ближайшем лотке жареных орешков, мы с Криськой бодро двинулись в указанном направлении.
   Ах, тётушка Кэрри. Оказавшись в этом мире - самым глупым образом, причём, оказавшись: я тривиально заблудилась (не ходите, граждане, в незнакомый лес одни - есть реальная опасность не вернуться), - первые несколько минут я недоумённо оглядывалась. Ну нету у нас эдаких деревьев-исполинов. А когда прошёл первый шок, двинулась осматривать окрестности в тайной надежде, что этот незнакомый лесмассив всё-таки кончится и вновь покажется родная сердцу тундра. Надежды не оправдались, зато мне посчастливилось выйти к жилью.
   Жильём оказался охотничий домик тётушки Кэрри, в котором она по счастью в то время гостила, уехав из надоевшего поместья. Она меня и приютила, наплевав на странный вид пришелицы и лепетание на абсолютно незнакомом женщине языке. Своих детей у Кэры не было, и она восприняла моё появление как дар Вышних, приняв пришелицу как родную и яро взявшись за моё обучение. Совместными усилиями месяца через четыре мы смогли добиться моего более-менее нормального изъяснения на местном языке. Кэра сама преподавала мне историю Хайранфы и других стран, имеющихся в этом новом для меня мире.
   Вообще, мир был не настолько уж и незнакомым - многое здесь напоминало средневековую Европу. С той только разницей, что ведьмы и маги здесь были самые что ни на есть настоящие, магия считалась нормой жизни, а об инквизиции и слыхом не слыхивали.
   Когда Кэра решила, что я уже достаточно готова к самостоятельной жизни в здешнем мире, она написала своей племянице, обитающей в одном из крупных городов Хайранфы и являющейся женой видного, несмотря на его молодость, политического деятеля этой страны, надеясь, что родственница, при мужниных-то связях, разузнает, как вернуть меня на историческую родину. Получив ответ с заверениями, что племяшка примет меня с радостью и приложит все силы, чтобы помочь несчастной заблуде (такие, как я, тут редко, но появлялись), тетушка со спокойным сердцем отправила новообретенную родственницу в путь с ближайшей каретой.
   Так я и оказалась сначала у Дисси, а потом и замужем. Опять же по протекции её супруга, решившего, что сей брак как ничто другое упрочит моё положение в местном обществе, и сосватавшего меня за внучатого племяника нынешнего короля одной из стран-союзниц Хайранфы, населённой сильным и мудрым народом, именуемым гернаи. Гернаи как никакая другая раса были искусны в волшебстве, и благодаря гораздо большей, нежели у людей, продолжительности жизни, владели мудростью и знанием древних.
   Женили меня, что называется, без меня - да Бинке и возразить-то было особенно нечего: по сведениям Витора путь в наш мир открывался раз в четыре года, я как раз в этот раз и попала со своей страстью к прогулкам на природе. Так что в ближайшие три с половиной года торчать мне тут. А чего зря девице незамужней прозябать? Да и правда что!
   Какие причины побудили Реса согласиться на этот союз, я не имела представления, но то, что брак сей есть политическое действо, выгодное для обеих стран, у меня сомнений не вызывало.
   ..Вот мы и на месте. Оставив лошадь у крыльца, я старательно долбилась в громадные двери, размышляя, что же произойдёт быстрее - открытие дверей или отбитие на нет моих кулаков о их дубовую во всех смыслах поверхность?
   Выиграл лот номер один - дверь неспешно отворилась и в проёме показалась невозмутимая физиономия дворецкого. Внимательно меня оглядев, он осторожно поинтересовался, что за дело привело юную деву к их дверям. Я имела любезность ответить, что дело самое что ни на есть личное - желаю, видите ли, лицезреть хозяйку. Без вариантов.
   Дворецкий потоптался с полминуты на пороге, переводя задумчивый взгляд с моей перемазанной после ночной схватки, да так и не отмытой физиономии на конкретно изгвазданные ботинки и одежду. В конце концов многолетняя выучка победила, и мужчина величественно посторонился, давая усталой путнице протиснуться в приоткрытую дверь.
   В приказном порядке велев ждать в холле, слуга поинтересовался, как меня отрекомендовать хозяйке, и быстро скрылся во внутренних покоях.
   Дворецкий не заставил себя долго ждать - бедняга явился пред мои очи, пулей слетев с лестницы в сопровождении громогласного вопля:
  - Разжалую! Уволю!! Четвертую!!! Мою любимую племяшку - и мариновать на пороге?!? - мда, тётушка ничуть не изменилась.
   Бледный, запыхавшийся дворецкий выглядел до безобразия нелепо, и я не смогла сдержать невольного смешка. Дрожащим голосом сбивчиво извинившись, мужчина шустро попятился, показывая дорогу.
  
  - Тётушка-а! Как же я соскучилась!!! - я повисла на шее Кэры, счастливо повизгивая и болтая в воздухе ногами.
  - Ты решила меня угробить? Слезь немедленно, егоза ты эдакая! Неужели про тётку старую вспомнила? - Кэра с показной суровостью взирала на моё счастливо-глуповатое выражение лица, потом не выдержала и сама обняла меня крепко-крепко, приговаривая:
  - Приехала, моя хорошая, приехала моя маленькая! Как же ты изменилась. Повзрослела, похорошела. Теперь ты настоящая красавица! Надо вывести тебя в свет - все мужики попадают и в штабеля уложатся!
  - Тётушка! Вы разве забыли - я теперь некоторым образом замужняя дама, - я вежливо улыбнулась.
  - Да уж помню, - Кэра досадливо тряхнула головой. - Отдали непонятно кому мою кровиночку, даже разрешения у старой не спросили. Ух они у меня! Дисси совсем от рук отбилась! - покрутив меня и так, и сяк, она снова вернулась к теме супружества. - Ну и как он, муженёк твой?
  - Красив, тётушка. Невероятно, зарраза гернайская, красив. Богат, знатен и учтив. А ещё мы с ним живём порознь, - невесть зачем добавила я.
   Женщина удивлённо вскинула брови:
  - Как так порознь? Или он увечный? Или не по нраву ты ему пришлась? Он что, ненормальный, супруг твой?? - от её искреннего недоумения у меня разом потеплело на душе.
  - Да... Тут я сама постаралась, - и вкратце изложила историю нашего знакомства.
  - Ты не изменяешь себе, дорогая моя, - Кэра лишь покачала головой.
  - Тетушка!
  - Ну да ничего. Если парень не дурак, поймёт рано или поздно, как ему повезло. А покамест, пойдём-ка, деточка, покажу тебе твою комнату. Да ванну надо приказать - ты ползком никак до меня от самого мужнина замка добиралась?
  
  
  - Ты меня искренне изумляешь, друг мой! - собеседник усмехнулся, смахивая невидимую пылинку с куртки. - Ты, часом, не забыл, кто ты? Нет? А у меня такое чувство, что-таки да, - ироничный взгляд заставил герная раздраженно заиграть желваками на скулах.
   Рес с гостем заседали в кабинете, коротая время за бутылкой выдержанного вина. Гостем был посланец короля Шарэнии, родины Реса, кузен герная, прибывший со срочным поручением. После того, как с делами было покончено, разговор как-то незаметно свернул на личную жизнь Реса.
  - Давай разберёмся, - продолжал собеседник. - Ты - её муж. Так? Более того, наверняка в таком случае имел место близкий контакт - ну, ты меня понимаешь, - Рес согласно кивнул, слегка зарумяниваясь. - И, что самое главное, ты - один из сильнейших магов нашего рода! И всех этих факторов тебе недостаточно для успешного розыска простой человеческой малявки с непоседливым нравом?? - голос Литопия сочился ехидством, к концу фразы взлетев до немыслимых высот да так и зависнув там невидимым, но явственно ощутимым знаком вопроса.
   Рес обескураженно почесал в затылке:
  - Э-э... А-а... А ведь и вправду! Изрядно меня всё произошедшее из колеи выбило.
   Одним гибким движением покинув кресло, в котором последние пару часов безвылазно пребывал, гернай заметался по кабинету из угла в угол.
  - Та-ак... Настроиться на Файту... Пустить по связующей нити волны... Чутко прислушаться, - он невидящим взором упёрся в стену, старательно выискивая среди множества точек искорку родного ало-оранжевого пламени.
  - Есть! - гернай радостно приплясывал на месте. - Есть! Нашё-ол!! Харрел!
   На зов мгновенно явился слуга.
  - Прикажи немедленно седлать моего коня! Через полчаса выезжаем.
   Значит, в Теджу.
  
  
  
   Четвёртая глава
  
  
  - Что говоришь, Гас, её здесь нет?
   Рес в раздражении мерял гостиную шагами, постоянно запинаясь о вылезшую половицу и невнятно сыпля проклятиями на головы всех подряд, от его дражайшей, но трудноуловимой супруги до халтурщика-плотника, обязавшегося починить пол ещё три декады назад.
  - Нет, мой господин. Никто не видел въезжающих в город мужчину и женщину. Женщину в бальном платье не видели тем более. За последние три дня только крестьяне проезжали да наемники.
  - Вы всех стражников у ворот опросили?
  - Не извольте сомневаться, опросил лично. Ничего. Да сами посудите: путешествующая в одиночестве женщина из благородных - большая редкость. Запомнили б.
   Куда же она делась, хватаясь за голову, мысленно возопил гернай. Его хрупкая наивная жёнушка, кою он с лёгкостью отыскал в Тедже при помощи посыла, по прибытии герная в город начисто исчезла с горизонта, оставив мужа рвать на себе волосы от отчаяния и раз за разом предпринимать попытки обнаружить беглянку.
  - Не отчаивайтесь, господин. Может, они проехали мимо? Да, кстати, на вашем столе лежит приглашение на ежегодный бал в честь принца Эйнора. Господин, явка обязательна - вы же знаете, принц отказов не принимает. Бал, правда, состоится только через месяц.
   Рес знал. Он всё прекрасно знал и помнил. Ах, как же не вовремя этот приём - ему нужно искать жену, а он должен танцевать на дурацком балу, изображая из себя счастливого семьянина, в то время, как ненаглядная супруга разъезжает где-то с совершенно посторонним мужчиной, не стесняя себя исполнением супружеских клятв. Одно радует - у него ещё есть время поискать беглянку. Целый месяц. Демоны, уже неделя прошла с момента её исчезновения, а у него ни одной зацепки для продолжения поиска! А она там...наедине...с этим!..
   Старинная хрустальная ваза с грохотом врезалась в стену, ссыпавшись на паркет грудой искрящихся осколков, а гернай вновь принялся нашёптывать заклинание поиска, уже особо не надеясь на результат.
  
  - Тётушка! Я это не надену, так и знайте! Где Вы раздобыли сей пыточный предмет, да ещё и столь порнографического вида?!
   Я волчком вертелась перед Кэрой, стараясь выпутаться из ужасно тесного корсета. - С чего Вы взяли, что мне это страшное сооружение необходимо носить? У меня не в порядке с талией?!
  - Да всё у тебя в порядке, не вопи, - тётушка с видом знатока оглядывала мою почти переломленную надвое фигуру, одобрительно цокая. - Хороша-а. То, что нужно, дорогая, и не возражай! На днях мы отправляемся на приём в императорский дворец, так что ты должна выглядеть на все сто.
  - Я выгляжу максимум на тридцать...мегосов, сиятельная! Больше подобной девице не заплатит ни один, даже самый щедрый, клиент!
  - Тьфу на тебя! Что такое мелешь? Отлично ты выглядишь.
  - Ага. Я уже представляю себе лица гостей - шлюха на приёме. Какой скандал.
  - Так... Перестань ерепениться, это последний писк моды. И выпрямись, ты особа почти королевской крови!
  - Угу. Одно радует - тот, благодаря кому я теперь такая особа, на балу присутствовать не будет, - я скептически хмыкнула, пытаясь с риском свернуть шею заглянуть себе за спину.
  ...Дни в тётушкином доме летели незаметно. Не успела я оглянуться, как наступила ранняя осень. Зной лета ещё чувствовался в воздухе, но жуткая духота уже спала, и мы с Кэрой с удовольствием гуляли по саду, ездили за покупками: я в плотной вуали - для конспирации, тётушка ехидно хмыкая по поводу надёжности моей маскировки. Вроде того, что герная подобным только смешить, они издавна славятся своим чутьём, и даже Криськино седло вкупе со сбруей и лошадиной шкурой не способны замаскировать меня должным образом - супруг всё одно учует. Я молчала, тихо радуясь, что Карша особо гоняла меня именно по маскировке и отбитию чутья у магически развитых существ - как знала старая, что от муженька скрываться придётся.
   А теперь эта идилия была нагло нарушена злосчастным приглашением из дворца - графиня О'лаен со своей юной родственницей настоятельно приглашались на ежегодный бал в императорский дворец. Как они прознали, гады, что у тёти гостит родственница?! Радует, что не прознали, какая именно. Да все девицы моего возраста просто мечтают получить такое приглашение, увещевала меня тётушка. Не спорю, может и мечтают. А вот мне как-то даже близко не надо это приглашение, нас и тут неплохо кормют. Терпеть не могу светские мероприятия, что я и заявила тётушке, но та лишь отмахнулась, с энтузиазмом принявшись готовиться к торжественному выходу в свет.
  - Тётя, а вдруг меня там узнают? Вы ж сами говорили, что в вуали на балу появиться - моветон страшнейший. А если на меня уже повсюду ориентировки разосланы?!
  - Я не совсем поняла, что есть ориентировки твои, но ты ж не думаешь, что старая Кэра совсем выжила из ума? Найдём мы способ тебя...это... з-з...замаскировать, не переживай.
   Но я переживала. Не то, чтобы я не доверяла тётушке, но вот терзали мою многострадальную попу дурные предчувствия.
  
  - И это Вы называете маскировкой?! - я с недоумением вглядывалась в нелепую кучу кудряшек в руках тети, пытаясь определить, чем мне поможет какой-то кусок пакли.
  - Что ж ты у меня такая прискорбно глупая? - ну спасибо! - Это последний писк моды - парик.
  - Но он же ярко-сиреневого цвета! - я пребывала в лёгком шоке - до таких экстремальных экспериментов с внешностью доходить ещё не доводилось.
  - Ну и что? Сейчас как раз в моде необычные цвета. А уж те, кто ищет черноволосую невеличку, в жизни не узнает её в даме с подобным приспособлением на голове. Чуточка макияжа, пара мушек, каблуки и - вуаля (что за дурацкое слово? Подцепила же, по всему видать, у меня) - перед нами изящная кокетка, модница и вертихвостка.
  - Это я-то вертихвостка?! Да я сама скромность! И вообще, кстати, кокетничать не умею!
  - Это ты моему садовнику расскажи. И повару, у которого ты постоянно выклянчиваешь свои любимые блюда - а на него не имею влияния даже я!
   Ой, ну па-адумаешь, похлопала ресницами пару раз перед Себастьяном. Дак для дела же - мне позарез необходимы были лепестки самроктивнаса, а этот фанат ни в какую не соглашался мне их предоставить, ссылаясь на невероятную ценность (а то я не знаю их истинной цены!) и особенности жизненного цикла данного представителя местной флоры, каковой нельзя прерывать ни в коем случае - лепестки должны опасть сами, иначе растение загнётся на корню. А с поваром я не сильно-то и заигрывала. Ну захотелось девушке мрийских пирожных, а их готовить нужно пять суток кряду, не отрываясь от процесса, иначе ничего не выйдет. Вот я и... Зато теперь пирожными я обеспечена под завязку, что до онемения изумляет тётушкиных гостей, коим тоже кое-что порой перепадает. Ну и Кэре хорошо - теперь по городу идёт молва, будто тётушка переманила к себе самого самнийского повара, а эта раса славится на весь здешний мир своими кулинарными талантами, и заиметь такого умельца не проще, чем вырвать у пребывающей в бешенстве риски все её несчастные пять клыков. То есть практически нереально - если мне не изменяет память, таковое удалось только героям шести, да и то два из них через пару деньков скончались, надышавшись испарениями опасной змееподобной твари.
  
   Сколько же это будет продолжаться? Они уже пятую неделю обшаривают окрестные и не очень леса, а за всё время ни разу не наткнулись даже на намёк присутствия Файты - девчонка как сквозь землю провалилась. Хотя нет, в таком-то случае он бы её учуял однозначно. Реса уже начинали терзать нездоровые предчувствия, что коварный незнакомец продал его доверчивую жену сиррсам, выручив за неё неплохие деньги, и теперь его Файту беззастенчиво лапает какой-нибудь мерзостный зеленокожий князёк тамошнего разлива. От этой мысли гернай приходил в такую ярость, что слуги спешили попрятаться кто куда, дабы не попасть под горячую в прямом смысле руку. Количество испепелённых буйствующим Ресом предметов постоянно росло, добавляя головной боли слугам - где посреди леса раздобыть новый походный котёл взамен расплавленного и как починить зияющий дырами шатёр? Из непрожигаемой, между прочим, ткани гномьей работы! Конечно, гномы ведь не рассчитывали на отдельно взятого бешеного герная.
  - Вы позволите, господин? - решительно прозвучало из-за двери - значит, вернулся Льюс. Никто другой не рискует так близко подходить к его шатру, предпочитая вопить дурниной издалека, если что-то нужно сообщить. Реса подобная манера поведения собственных людей раздражала, но не признать, что они имеют на неё право, гернай не мог.
  - Что у тебя, дружище? - он меланхолично водил пальцем по узору лезвия своего фамильного меча, примерно уже представляя себе, что ему сейчас скажут. Предчувствия не обманули и на этот раз.
  - А ничего, Рес. Ровным счётом ничего - никто не видел темноволосую девицу в сопровождении мужчины.
  - А..
  - И без сопровождения не видели. И отдельно мужчину не видели - тут давненько никого чужих не было. Мы первые за последние четыре месяца. И маги ничего не учуяли. И псы тоже, - воин виновато развёл руками.
   Мда-а... Что ж, здесь продолжать поиски бессмысленно - они и так не по одному разу тут всё облазили. Гонцы во все концы страны и кое-куда за рубеж разосланы. Остаётся наведаться в Сиаррсс - только тамошние маги могли так качественно отбить память следа его жены. Ну и ещё несколько местных умельцев, но ни один из них не смог бы этого сделать - всех их гернай знал наперечёт, и ни одного не было поблизости с момента исчезновения Файты.
  - Хорошо. Я понял, Льюс. Вели сворачивать лагерь, мы возвращаемся, - на душе было тяжело, слова давались с трудом, но иного выхода он не видел.
  
  - Файта, мы сейчас опоздаем, если ты прокопаешься ещё хоть чуть-чуть! - зычный голос тётушки эхом разносился под сводами особняка. Да иду уже, чего так орать?
   Я в последний раз оглядела себя в зеркале и пришла к выводу, что наряд ещё развратнее, чем я себе представляла. И это с точки зрения меня, современной девушки двадцать первого века! Что же скажут местные снобы?
   В который раз одёрнув непокорную рюшу и наплевав на Кэрины инструкции подкраситься - я уже и так напоминаю макаку, правда красная у меня далеко не та область, что традиционно таковой бывает у данного животного - я выплыла из комнаты.
   Тётушка, на пару с после Кэриной головомойки ставшим не в меру учтивым дворецким, нетерпеливо переминались с ноги на ногу у подножия лестницы. Заметив меня, они синхронно издали восхищённый вздох. Ну и чего радуются, не пойму? Выгляжу как пугало: в жутком корсете, делающем мою и без того вполне себе немаленькую грудь похожей на два небольших арбузика. Платье напрочь отбивает всякую охоту прибегать к помощи воображения, открывая столько, что лучше б я не видела себя в зеркале - меньше бы краснела. Губы пылают не хуже аллийских фиалок. А причёска того и гляди перевесит голову вперёд и я нарядным страусом уткнусь в землю - столько всевозможных приспособлений и побрякушек понатыкано в этот жуткий парик. Мда... Новогодняя ёлка отдыхает!
  
  - Тётя... Я вам говорила, что буду выглядеть, как дура в этих тряпочках?! И я-таки оказалась права! Вы посмотрите, как на меня все пялятся! - мрачно выдала я, невольно поддёргивая повыше край корсета, что, в общем-то, не возымело никакого эффекта - корсет на сокрытие чуть большей части груди был явно не рассчитан.
  - Вот ты у меня дурна! Почему они пялятся-то?
  - Почему? - эхом повторила я, с досадой оглядывая ряды присутствующих. Чего-то вот злость из меня сегодня прёт да агрессия - аж сил нет, так и хочется кого-нибудь треснуть! Пмс, что ли?
  - Да потому, что ты великолепно выглядишь! Остальные девицы тут тебе и в подмётки не годятся!
  - Только тут? - ехидно сощурилась я.
  - Ну-у... Говорят, есть где-то далеко дева одна, будто бы птицей она может оборачиваться, сама из себя красоты неземной, месяц под косой, а..
  - А во лбу звезда горит! Спасибо, тётушка, я в курсе насчёт этой экзотической красотки. И спасибо за комплимент, остаётся лишь радоваться, что я - не она. Бедную, насколько помню, всё злобные колдуны в непотребном виде атаковали да младенцы наглые мутантообразные - не успеет народиться, а туда же, на баб в перьях заглядывается. Кстати, теперь я понимаю, откуда взялась идея выряжаться во всяких там лебедиц - с неё-то мода на боа и пошла.
   Тётушка поражённо глядела на меня, не в силах что-либо ответить. В глазах читалось невольное восхищение племяшкиной невероятной осведомлённостью. Мда... Но объяснять, что про означенную девицу у нас каждый ребёнок знает, я не стала - зачем разочаровывать человека.
   О, какой милый мальчик! Прям сказка - длинноволосый, огненные пряди колечками спускаются ниже плеч. Ясные синие глаза глядят на мир с лёгкой иронией, в уголках их затаился искристый, искренний смех. А фигура какая... Мда, вот не будь я уже замужем за кем-то не менее сногсшибательным, ей-ей увлеклась бы!
   Кстати, о птичках. Что-то многовато развелось вокруг красивых мужчин. Вон ещё один спускается по парадной лестнице - какое сложение, какая шевелюра, какая грация...какого хрена он тут делает?!
  - Тётушка, прикройте меня! - паническим шёпотом затараторила я в ухо недоумевающей от моих маневров Кэре.
  - Да что стряслось, милая?
  - Что-что! Говорила я вам - не надо на этот бал идти! Да кто ж меня слушал! - я осторожно высунулась из-за Кэриного плеча, выискивая глазами мощную фигуру в синем.
  - Да объяснишь ты толком, бестолочь, что случилось!? - нет, мы с ней явно родственники - выбирать выражения не умеем, да и не хотим обе.
  - Муж мой случился, вот что! - прошипела я, с досадой констатировав, что потеряла благоверного из виду.
  - Да ты что?! Как интересно. И где же сей образчик мужества и красоты, о котором ты вот уже больше месяца мне жужжишь?
  - Да если б я знала! Исчез куда-то!
  - Так, может, тебе показалось?
  - Хорошо бы. Только уж своего-то Реса я везде узнаю - он это был.
  - Герцог Терсовлейк! - в подтверждение моих слов прозвучал на весь зал голос распорядителя.
   Я постаралась слиться со стеной, каждую секунду ожидая, что рядом из толпы проявится фигура благоверного. Тётушка же, напротив, заинтересованно подалась вперёд, да ещё и меня потащила к месту событий.
  - Кэра! Ты с ума сошла?! Он же меня узнает! - вырывалась я из цепких пальцев. Да не тут-то было - пальцы действительно оказались на диво цепкими, решительно волоча меня всё дальше от вожделенного укрытия. Чтобы не выглядеть ещё большей идиоткой и не споткнуться ненароком о пышные юбки, я выровнялась и сделала вид, что сама с радостью бегу глянуть на вновь прибывшего. Благо в этом я была не одинока - ползала девиц ломанулись туда же, стремясь увидеть, судя по шепоткам со всех сторон, самого завидного жениха последних лет. Не пойму, они что, не в курсе, что место занято? Надо же. Что-то мне это не нравится. Я, значит, сиди безвылазно в глуши, вышивай да учись манерам, а он, значит, тут девиц бессовестно охмуряет! Где моя скалка?!
  - Какой приятный сюрприз, герцог! - разулыбалась хозяйка бала, Её Императорское Высочество принцесса Тирайша, изящно протягивая ручку для поцелуя. - Мы уж и не чаяли Вас здесь увидеть. Какому попутному ветру мы должны сказать спасибо за счастье лицезреть вас на нашем скромном приёме, драгоценный? - соловьём заливалась принцесса, старательно стреляя глазками из-под полуопущенных ресниц. Сказала б я тебе, какому! Э-э... Ничего себе, новости! Да она же заигрывает, причём самым наглым образом, с моим законным мужем! Да ещё и прямо при мне! И, главно, даже супруга своего не стесняется!
  - Спокойнее, деточка, - сжала мою руку Кэра, подбираясь поближе к объекту всеобщего внимания.
  - О! Герцог, позвольте Вам представить ещё одну весьма редкую на нашем ежегодном балу гостью - славную графиню О'лаен!
   Рес, машинально поклонившись, потянулся было облобызать руку тётушки, как вдруг вскинулся и впился изумлённым взглядом в Кэру, истуканом застыв с протянутой рукой.
  - Безумно рада с вами познакомиться, герцог! Премного наслышана! - тётя сама подошла к обалдевшему гернаю и изящно присела в реверансе.
  - А-а...уж как счастлив нашему знакомству я, графиня, вы даже представить себе не можете! - Зато я могу! Ещё бы он не был счастлив! Наверняка ведь, морда интриганская, прекрасно знает, что тётя практически никогда не выезжает из поместья. А тут такая удача - Кэра же единственный кроме Дисси родной мне человек в этом мире. И редкое счастье вот так запросто повстречать её здесь. Теперь-то муженёк устроит тёте допрос с пристрастием, злорадничала и одновременно опасалась я, тихонько линяя за спины окруживших место действия девиц.
  
  
  
   Пятая глава
  
  
  - Графиня, где же ваша очаровательная спутница? - прямо-таки прогремело за спиной. - А, вижу. Душенька, куда же Вы? - чтоб тебя!
   Мать-перемать! Что делать-то? Сейчас благоверный, озверевший от долгих бесплодных поисков, меня тихо опознает (чем-то мне всё это напоминает опознание в морге - может, конечным результатом обоих? Закопают, типа, по-любому) и каюк.
   Я старательно сгорбилась, выпятила живот как могла, выдвинула вперёд нижнюю челюсть, лицу придала как можно более идиотское выражение. Идя на зов Его Высочества, я усиленно представляла, что в изящные туфельки на шпильках некий злодей коварно сыпанул колючей гречневой крупы - походка сразу стала косолапой и неуверенной. То, что нужно.
  - Вы жвали меня, мой принч? - несчастное Высочество, увидев преобразившуюся, старательно шепелявящую меня, вихляющей походкой прущую прямо на него, нервно икнул и еле заметно попятился.
  - Пппозн-ныа-комьтесь, дорогой Рес, с нашей г-гыостьей, - вот не знала, что в волнении он так мило заикается.
   Я послушно присела в нарочито кривом реверансе. Муж, рассеянно кивнув, тут же отвернулся. Всё-таки правы были древние, говоря, что стоит тебе изменить походку, осанку или выражение лица - и тебя и родной супруг не узнает. Ни один грим не замаскирует лучше, факт.
   Вот и познакомились. Безумно приятно. К глубочайшему сожалению, вынуждена покинуть ваше обчество - дела, знаете ли...
  - Мой принч, этот танец обещан. Прошу меня проштить, - под первые аккорды чего-то вроде менуэта я вновь сымитировала приседательное движение и живо дунула в сторону местного танцпола.
  
   Из-за объёмных плеч цапнутого по пути кавалера я тишком наблюдала за благоверным. По характерным, едва заметным движениям рук понимая, что он вновь творит поисковик, на сей раз какого-то незнакомого мне вида. Ну да ничего - у нас супротив ваших хитрых...мгм...уловок найдутся...э-э...финты с винтом, х-хе! Молодец я всё-таки, что не поленилась защиту смастрячить - нам теперича не страшен серый волк, даже редко-экзотической гернайской породы!
   Однако пора линять с торжественного мероприятия - горячевато становится. Муж мне достался (руки б пооборвать тем, кто на раздаче стоял!) умный и на диво наблюдательный, чудо, что не признал сегодня. Но вечно везение длиться не может. Потому, дорогая редакция, давайте-ка на хаузе - после месяца поисков (а поиски были, или я ничего не знаю о гернаях) муженёк запросто мог растерять последние остатки самообладания. Если оно у него вообще когда-то было! Потому, мыслю, безопасней будет пока не высовываться. Вот свернёт поиски, поволнуется, гад ползучий, за меня, страсти чуть-чуть поутихнут. Тогда, может, и проявимся - мы ещё посмотрим, как благоверный будет себя вести.
   Тётушку об уходе предупреждать не стану - эта старая сводня ещё попробует воспрепятствовать, знаю я её.
  
   Дома я облегчённо плюхнулась на постель, размышляя, за каким-таким экзотически-голубым кактусом так долго и упорно петляла по городу? Следы, не иначе, заметала. А вот я интересуюсь, Биночка, зачем? Насколько я видела, спешно отступая к выходу из зала, муженёк преспокойненько себе беседовал с любимой тётей. Ну и кто ж нас, при подобном раскладе, столь упорно преследовал? А ведь вдуматься - и правда что-то такое почувствовала, когда карету нанимала. Взгляд в спину, что ли. И это ощущение не покидало меня часа полтора, пока в своих мытарствах я не довела до белого каления третьего по счёту извозчика и не усвистала аж в кузнецкие кварталы, причём в противоположную от дома сторону. Там ощущение слежки, наконец, исчезло, я для верности покаталась ещё с полчасика, в итоге, наконец, рванув к дому и радуясь, что захватила с собой на бал немного наличности.
   Короче, до комнаты своей добралась часа через три с половиной после ухода с бала - как говорится, бешеной девице пятьдесят с гаком км не крюк.
   Чего-то пыльновато тут - рассеянный взгляд скользил по комнате, машинально отмечая следы лёгкого беспорядка, типичного для моего обиталища. Как вдруг, ещё не до конца понимая, что же меня так взволновало, я кубарем скатилась с кровати, споткнувшись о собственные туфли и смачно приложившись конечностями о паркет. Почти не обращая внимания на боль в отбитых коленях, как была на четвереньках поползла к секретеру. Ну точно! Мать-перемать! Ё.....в...и...на...с.....этого....этих...и...особо........!!! Амулет пропал!!
   Амулет, с таким трудом вылепленный собственноручно в сопровождении положенных заклинаний вперемешку с неположенными, но зато чрезвычайно красочными и эмоциональными ненормативными эпитетами, исчез из моей собственной комнаты, прямо из магически спрятанного тайника! Да что ж за умелец тут побывал?!? Ой... Кажется, я начинаю догадываться, какая наглая тёмно-каштановая харя на такие выкрутасы способна, причём без особого напряга. Когда успел-то, зарраза гернайская?! Так, только без паники. Раз амулет у него, обнаружить некую неугомонную девицу муженёк теперь может с лёгкостью - тем более, я уверена, сей наглый тип околачивается где-то поблизости. Хорошо хоть по пути в комнату не встретила!
   Это вмешательство в частную жизнь, в конце концов! Ну и что, что он мой муж! Могут у девушки быть свои маленькие причуды?! Согласна, бегство и последующее укрывательство от поисковиков супруга совсем уж маленькими причудами не назовёшь. А ну и что! Вот такая я - нечего было жениться, силком его к алтарю - или где там у них женятся - тянули, что ли? Никто брать в жёны подобную взбалмошную девицу не заставлял! Выбрал бы себе тихую забитую особу, она б ему носочки вязала, бельё. Нижнее. С начёсом. Внутрь, ххе! Детишек исправно рожала - как по госплану раз в год. Ни тебе проблем, ни тебе хлопот. А коль рискнул связаться с эксцентрично-ненормальной Альбиночкой - что называется, так тебе и надо!
   Голыми руками, значит, решил взять? Ну погоди у меня - фигу, не дамся уже из чистого упрямства: ишь, хитрый какой! Раскрутил-таки тётю на информацию! Иначе откуда бы такая оперативность?
   Русские, если он не в курсе, не сдаются! (как сказал, э!). Пошла собирать манатки - где там моя любимая мерзкая кобылка?
   Во время спешного рассовывания пожитков по сумкам и карманам прорезался давно молчавший внутренний голос, старательно увещевая бестолково-упрямую меня:
   Вот что у тебя, Бина, за характер? Нет бы к любимому под крылышко. Ведь хочется ж тебе? Хо-очется, не отрицай! Однако ничуть не бывало, нам надо что-то доказывать себе и другим. Цель сего действа туманна, но энтузиазм очевиден - прямо-таки кипит и бьёт копытом. Что говоришь? Подлые удары исподтишка не наш метод? Нечего было несчастную запуганную девицу брать в клещи? Это ты-то несчастная?? Это муж твой несчастный - заимел себе приключения на пятую точку! Вот так вот один неосторожный поступок - и перманентное состояние стресса на всю оставшуюся жизнь, если только он не решится-таки тебя пристукнуть. А что, дорогуша? С такой женой свихнуться можно гарантированно за пару месяцев. Он состоит с нашей Биночкой в законном браке однозначно дольше. Ну, тут парню ещё крупно повезло, что удалось сразу после женитьбы сбагрить тебя подальше - на расстоянии твоё тлетворное для психики влияние немного ослабевает.
   Молчи уж! - злобно огрызнулась я в ответ на доводы распоясавшегося подсознания, не переставая бегать по комнате. Так, всё собрано, уложено. Прощаться не будем, речей и цветов не надо - если что, на могилку потом притараните.
   Бесшумно прокравшись к двери, настороженно прислушалась. Тишина. Не к добру это. Значит, решено - линяем через окошко. Тихонько распахнув створки, я привязала очень кстати припасённую верёвку к ножке громадной дубовой кровати.
  
  - Собралась куда? - где-то на уровне моей зад...мягкого места раздался знакомый до дрожи голос. От неожиданности я разжала стискивавшие верёвку руки и с воплем бухнулась...прямо в предусмотрительно подставленные руки - вот знал ведь, гад, какая будет реакция! Эх, неплохо всё-таки жёнушку бестолковую за время супружества изучил. И когда успел только?
   Побарахтавшись в жарких мужниных объятиях, я устроилась наконец более-менее удобно и опасливо приоткрыла один глаз. Смотрит, гад! Да какой там - аж до костей глазами светящимися прожигает! Я невольно поёжилась, старательно припоминая покаянные молитвы - убьёт ведь! Ещё бы! Сколько благоверному пришлось из-за меня пережить счастливых минут - даже сама б себе такого не простила.
   Тишина ночи благоухала ароматом едва распустившегося нежноцвета, туманя сознание и вселяя в душу совершенно неуместный в данной ситуации покой.
  - Рес? Какая встреча! Дорогой, радость моя от лицезрения Вашего светлого лика не знает границ! - ага. Зато запас матов знает. И я его уже мысленно перебрала три раза. - Какими судьбами в наших краях? Устали, небось, с дороги. Дак я сейчас тётушку предупрежу о прибытии дорогого гостя - и ванну горячую с пеной живо сообразим, и ужин на высшем уровне, - понесло меня. - Вы знаете, что какой у тётушки великолепный повар? Такие чудеса, негодник, творит - разом про все диеты забудешь! Кстати - а Вам не тяжело меня вот так вот держать столько времени? Чай не пушинка.
   Муж не реагировал, упорно продолжая попытки просверлить в вашей покорной слуге обугленную по краям дыру. Милый, вы наивны до обалдения - меня подобными взглядами при всём страстном желании не пронять. Совести-то нет как нет.
  - Э-э... Дорогой. У Вас руки не затекли? Может, мне позволено будет утвердиться на собственных ногах? Ваши излишне напрягать покорная жена не вправе.
   Нда. Напрасно я тут завернула про покорную - благоверный аж побелел. Стиснув мои несчастные рёбра ещё сильнее, он неуловимо поменялся в лице... Ну всё, вот и конец. Я так не согласная.
  - Любимый! Как же я скучала без Вашего ласкового взора! - страстно обхватывая руками его шею. Не перегнула ли палку? Выражение лица "любимого" вновь поменялось, а затем он вдруг притиснул меня к груди так, что рёбра ощутимо затрещали. При этом Рес склонился к моим волосам, со вздохом зарываясь в них.
  - Файта... Эс рассе ланг ла тьоре, зачем? Зачем, дрокке?? - Он что, матерится тут без зазрения совести прямо не отходя от кассы? Тьфу, то есть от ещё не остывшего тела жены? Мать, в смысле, прямо в ухо и безо всякой маскировки! Хам!
  - Супруг мой, я не привыкла выслушивать столько комплиментов сразу - Вы меня смущаете! - я вновь забарахталась в жарких объятьях. Пора на землю - обманчиво обмякнув в дорогих руках, когда муж расслабился, я сделала резкий рывок, пулей слетая на землю. Ой! Больно-то как! И кусты эти! Сколько раз тётушке говорила - крапива хороша в зельях и в салате. Но не в саду под моими окнами!
   Да, да, сталкивалась я с данными кустами не впервые - а как вы думали? Мне тоже под луной порой пошляться хочется. А тётушка, как существо консервативное, за порог после захода солнца без сопровождения не пустит. Благо есть верёвочка заветная да лазейка в изгороди неприметная...
   Благоверный пришёл в себя, броском пытаясь настигнуть тут же сорвавшуюся на бег меня. Нетушки. Когда Биночка хочет, умеет галопировать не хуже дикого мустанга. Пинком распахнув створки, я пушечным ядром в бок вражеского корабля влетела в двери Кэриного дома, на бегу лихорадочно соображая, куда же рвать когти дальше. Не забыв, однако, означенные створки перед носом ненаглядного коварно захлопнуть и засов задвинуть. Следом раздался мощный удар, но мне как-то недосуг было оглядываться для выяснения, кто же победил в сражении века "Гернай против дуба" - перед мысленным взором недостижимым, но желанным чудом стояла задняя дверь.
   Победил гернай - обернувшись на жуткий грохот, я увидела влетающего в дом мужа и прибавила скорости, но, кажется, все равно не успевала.
  - Что здесь происходит? - любимая родственница появилась на месте событий как нельзя кстати - я испуганной мышкой юркнула за её совсем не впечатляющую размерами спину.
   Следующий по пятам муж резко притормозил перед неожиданно возникшим препятствием в виде моей дражайшей тетушки. Нет, вы гляньте на эту гернайскую харю - даже не запыхался! Я же хриплю не хуже прорванных во всех местах мехов.
  - Меня не слышат? Что тут творится?! - голос тётушки был строг и властен.
  - Тётя! Он меня преследует! - обличающе тыча пальцем в благоверного.
  - Дорогая, но, если я ничего не путаю, это твой муж.
  - И что? Я согласия на брак не давала! - злорадно показывая супругу язык. Ненаглядный аж пятнами пошёл от такой наглости. Тётушка неодобрительно покачала головой.
  - Файта, как бы то ни было, вы супруги. И этого уже не изменишь. - Что значит не изменишь? А яд? А серпом по...мгм...перебор, пожалуй. Жаль.
  - Тётя, Вы его не знаете, - высовываясь из-за спины Кэры, выпалила я. - Это страшный человек, то есть гернай! Прибьёт и глазом не моргнёт - на кой ему строптивая жена? А так - почётное звание вдовца обеспечено, с политикой всё в ажуре, и личная жизнь сразу наладится, и нервишки подлечит, - я искоса глянула на замершего с раскрытым ртом благоверного. Что-то часто его в этой позе за последний период наблюдаю. С другой стороны, до того я мужа всего раза три и видела. Может, это его обычное выражение лица?
  - Файта! Веди себя прилично! И вообще, прекрати наговаривать на молодого человека - ишь, довела! Парень едва на ногах держится, всю страну в поисках оббегал! А ты ещё ерепенишься?! - она решительно шагнула в сторону, открывая гернаю простор для бурной деятельности. Которую тот не преминул развить - одним движением оказался вплотную ко мне и крепко ухватил за плечи, молча подталкивая к лестнице наверх. Размечтался! Это насилие над личностью!
   И не надо так на меня смотреть! Да, как ни прискорбно сей факт осознавать, гордеца-герная видеть и чувствовать я была более чем рада. Но что это меняет? Ишь, купил, как овцу на рынке! Что, думал, с родственничками подлыми сговорился и ага?! Мы, прогрессивные мусульманские девушки, к подобному обращению не привыкли!
   Пришлось подчиниться, а что делать? Не рыпнуться - держит-то на совесть. Таким манером мы поднялись на второй этаж, слегка притормозив только у порога моей спальни.
   И снова здравствуйте! Я растерянно обозрела собственную только что покинутую комнату. Рес пинком закрыл дверь, засов как живой послушно вошёл в пазы. Попала.
  - Дорогой, в конце концов! К чему такая спешка? Мы ещё недостаточно знакомы для столь близкого общения.
  - А мне кажется, что уже вполне, - подал голос благоверный.
   И на что это он тут намекает, развратник смуглолицый?! Мы девушки честные! Подумаешь, один раз слабину дала. Что ж теперь, всю жизнь вспоминать будут?!
   Рес прямо в одежде завалился на постель, следом увлекая меня. Я для очистки совести пару раз дёрнулась, пытаясь вывернуться из мужниных рук. Как и ожидалось, безрезультатно.
   Да, вы правы, будь у Бины хоть чуточка мозгов, молилась бы на такого мужа, а не мечтала о бегстве. Но чего нема, того нема. Потому, придя к выводу, что вырваться возможности нет, я затихла, напряжённо ожидая, что же будет дальше.
   Я была готова к чему угодно - от гневных речей на полночи, с битьём посуды и патетичными воплями "Доколе мне это безобразие и произвол терпеть?!", до немедленного умертвления прямо на собственной постели. Но супруг меня удивил (удивил - это слабо сказано!) - не мудрствуя лукаво, он обнял вашу покорную слугу покрепче и просто молчал, умиротворённо урча в рассыпавшиеся по плечам волосы. Мои, ясное дело, а вы что подумали? И да, на голове! Кто тут сказал, что в других местах было бы интереснее?!
  - Как же я скучал, - челюсть моя отвисла до неприличия. Послышалось??
  - Не молчи... Я так долго тебя искал. Зачем? Зачем ты тогда убежала? Жена моя, чем я не угодил тебе? Или обидел в ту нашу единственную ночь? - в голосе Реса послышалась неуверенность. Сердце невольно сжалось - радость моя! Да как же обидел? Кто б тебе позволил?!
  - Дорогой мой, Ваши речи туманны и загадочны. Мы - женщины скромные, интеллектом практически не изуродованные. К чему все эти странные намёки на развратные обстоятельства?
   Муж тихонько смеялся, щекоча дыханием моё ухо. Ещё немного - и растаю. А что? Он ж у меня душка - днём с огнём такое сокровище не сыщешь. Правда, и мы в кладоискатели как-то не записывались, не то у нас призвание...
  - Вы не могли бы меня отпустить? В туалет, знаете ли, от пережитого хочется, ажно мочи нет, - как раз моча-то есть, и неслабо бьющая в голову! Вот что мне спокойно не живётся? Муж не гневается. Обнимает даже милостиво. Радоваться бы - так нет же. Натура-то у нас свободолюбивая, чтоб ей икалось, той натуре!
  
  
  
   Шестая глава
  
  
   Рес, недовольно сопя, всё же разомкнул обьятия, и я пулей сорвалась к неприметной дверце в стене - в туалет и впрямь хотелось. Запершись, стащила штаны... И в традиционной позе глубоко задумалась, наплевав на то, что можно уже и встать - мысли стайкой жужжащих ос роились в голове, толкаясь в борьбе за право прорваться к моему сознанию первыми.
   И в кого ты такая уродилась, деточка? Если не по-твоему, то никак - это неправильная жизненная позиция. Иногда бывают моменты, когда проще и приятнее подчиниться. Однако свободолюбивое и хорошо попорченное повальной эмансипацией собственное "Я" упорно не давало насладиться мирной семейной идиллией - опять в голову навязчиво лезли мысли про корову на рынке и аркан удачливого покупателя.
   Ладно. В данный момент действительно ничего поделать уже нельзя. Я ещё раз с тоской оглядела узенькое оконце под потолком, в которое даже лилипут не протиснется, вздохнула и, оправив одежду, решительно развернулась к двери. Ничего, мы ещё, как говорится, вернёмся - берегись, враг, русские не сдаются!.. Но могут объявить временное перемирие, если иного выхода в упор не наблюдается.
   Понурив голову, я уныло поплелась сдаваться на милость фашистских захватчиков.
   Означенный захватчик лежал на постели, раскинув руки в стороны и едва заметно улыбаясь каким-то своим мыслям, такой умиротворённо-прекрасный, что разом защемило сердце - до чего же он у меня всё-таки лапочка. Да подруги пофиолетовели бы от зависти, предъяви я такого жениха в своём мире!.. Чего-то тебе, Биночка, явно не хватает. Мозгов?
  - И как поход, удачно? - лёгкой улыбкой и распростёртыми обьятиями встретил меня супруг.
  - Более чем, - угрюмо буркаю в ответ.
   Муж расхохотался, одним движением оказался на ногах и вновь крепко прижал меня к себе. На миг сладко замерев в его объятиях, через секунду я вновь ощетинилась напуганным ёжиком.
  - Дорогой, я уже, кажется, слышу треск собственных рёбер, - красноречиво скосившись на стискивающие меня руки.
   Он слегка ослабил хватку, приподнял меня за талию - и мы вновь оказались на кровати.
   Немного повырывавшись по привычке, ваша покорная слуга начала тихо таять в нежных руках. И как-то незаметно для себя провалилась в сон, согретая горячим дыханием и не менее горячими объятиями мужа. Последняя мысль - подобного ощущения покоя и безопасности не чувствовала с глубокого детства...
  
  - С добрым утром, госпожа! Как спалось? - юная служанка, продолжая щебетать, раздвинула чьей-то заботливой рукой задёрнутые шторы. Яркое утреннее солнце ворвалось в комнату, заставляя меня сильнее зажмуриться и одновременно окончательно проснуться.
  - Доброе, Хиса, - я с удовольствием потянулась, нежась под невесомым одеялом.
   Давно не чувствовала себя так хорошо. Захотелось вскочить и закружиться в безумном танце, радуясь новому дню.
   Замерев на мгновение и пытаясь впитать, запомнить это чувство блаженства, я полной грудью вдохнула свежесть сада, ворвавшуюся в приоткрытое окно. К запаху цветов и солнца примешивался аромат свежей выпечки - тётушкин повар решил сегодня побаловать нас знаменитыми сисскими рогаликами. От постели пахло уютом и чем-то ещё, неуловимым, но однозначно приятным. Запах казался знакомым и новым одновременно. Непрошенным гостем он врывался в ощущения, будоража чувства и вызывая предвкушение чего-то светлого, волшебного... Да это же запах Ресова одеколона!
   Разом скинув с себя безмятежную расслабленность, я распахнула глаза и вперила взгляд в подушку - вторую подушку! Я всегда обходилась одной. Та-ак... Или всё же приснилось?
  - А что, Хиса, молодой господин давно встал?
  - Да уж с час как, - не оборачиваясь, отозвалась служанка, разбирая как попало сваленную одежду. Мою. Вчерашнюю. Кто меня раздел?!
   С час, значит, как встал. Угу. Точно не сон. Воспоминания о вчерашнем вечере разом нахлынули, вызвав в душе смятение, и ушли, оставив после себя горький привкус поражения. Настиг-таки, сыщик!
  
   К завтраку я спустилась уже во всеоружии - ничего, мы ещё поборемся!
   Столовая встретила меня аппетитными ароматами, от которых негромко заурчало в животе и зачесались руки - поскорее добраться до этих пахучих вкусностей.
   Тётушка, сидя спиной к двери, оживлённо болтала с моим законным супругом, щебеча не хуже дебютантки на первом балу и весело смеясь шуткам собеседника.
  - Приятного аппетита, - тоном "век бы вас не видеть" выдала я.
  - Доброе утро, деточка! - тётушка тут же обернулась, счастливо улыбаясь. Во взгляде её явственно читалось "Как же тебе повезло, милая, такой муж!" Да уж, такой. А ещё разэдакий. Могу подарить!
   Последняя мысль была скорее данью природной вредности, не покидающей вашу покорную слугу даже во сне.
  - Выспалась, любовь моя? - от тепло-проникновенного "любовь" в исполнении ненаглядного герная сердце забилось быстрее, и я спешно опустила глаза, дабы не демонстрировать невольную радость окружающим. И чего мы радуемся, душенька, тут же встрял внутренний голос. Или раньше признаний в любви - большей частью фальшивых - не слышали?
   Со старательно удерживаемым на лице постным выражением я уселась на галантно отодвинутый мужем стул.
  - Не выспалась - всю ночь мучили кошмары, - и с тщательно скрываемым злорадством имела счастье наблюдать, как улыбка на лице супруга сменяется растерянностью. А ещё говорят, будто гернаи никогда не показывают своих чувств. Не знаю. По моему мужу можно читать, как по наглядному пособию "Радости секса" - всё доступно, подробно и просто для восприятия.
  
  - Какие планы, дорогой Рес? - тётушка поспешно перевела тему разговора, укоризненно косясь на довольно оскалившуюся меня.
  - Думаю, добрейшая Кэра, - как, ему уже позволено называть тётю кратким именем?! Вот ведь проныра! - Сегодня же выдвинемся в Колун. Я уверен, моей дорогой супруге не терпится оказаться дома.
   Ага. От нетерпения аж слёзы на глазах выступили. Сейчас прямо в голос разревусь! Кстати, до этого недалеко, потому я спешно взяла себя в руки. Уже сегодня... Умный мальчик, понимает, что промедление, когда имеешь дело с Биночкой, неуместно. Сбегу еще. Нет, не так - еще как сбегу! Ну не терплю я насилия над личность. Вот ежели б с ухаживаньями, да посватался честь по чести... А так - Бину перманентно тянет в дорогу.
   И уж коль скоро мы направляемся в то самое поместье, где я провела последний год, шансы исправить теперешнее зависимое положение у меня увеличиваются, хоть ты - я почти ласково поглядела на мужа - радость моя, об этом и не догадываешься.
  - Ах, как жаль, тётушка, что мне не удастся попасть на завтрашний бал - я столько к нему готовилась, - притворно сокрушаясь, я потянула в рот кусок просто сногсшибательно пахнущей шарлотки. Готовилась, а как же - все нервы Кэре вытрепала воплями, что не желаю посещать подобные глупо-напыщенные мероприятия, и если уж бал у императора является неизбежным злом, то к графине Дорес я отказываюсь ехать категорически. - Так не хочется Вас покидать, - эту старую интриганку покину с удовольствием - надо же, без борьбы сдала муженьку... А ещё родственница!
  - Ничего, милая, уверена, с мужем тебе будет веселее, чем со старой ворчливой тёткой. А балов у тебя впереди что грязи.
   Да, веселье, чую, забьёт ключом...того, кто под руку подвернётся. Возможно, насмерть.
  - Ну, раз вы всё решили, пойду распоряжусь насчёт отъезда. - Кэра невероятно грациозно для своего возраста поднялась из-за стола и, одарив меня ехидным взором, удалилась. Ещё и издевается! Нет в людях сочувствия.
  - Файта, тебе и правда плохо спалось со мной? - признаюсь, такого вопроса от всегда излишне уверенного в себе герная я не ожидала.
  - Что Вы, дорогой, конечно же нет. Просто какая-то гадость всю ночь снилась.
   По правде именно гадость, как сейчас вспоминается, мне сегодня и снилась. Будто гонится за нами кто-то - мной и мужем. Мы удираем, бежим из последних сил. И тут супруг спотыкается и падает во тьму, тут же исчезнув из поля зрения. Я в панике пытаюсь нащупать его, слепо шаря в густом мглисто-тёмном тумане под ногами, но натыкаюсь всё время на чьи-то руки, сами собой начинающие тянуться ко мне, дабы утащить во враждебное полотно тьмы. Я отбиваюсь, зову его, срывая голос, но лишь зловещее карканье невидимого ворона служит мне ответом...
   Брр... Помотав головой, я сбросила наваждение. Приснится же такое! Под утро, вырвавшись, наконец, из исполненного ужасом сна, я, помнится, уткнулась во что-то тёплое, успокаивающе забормотавшее в ответ. Тут же обхватив это тёплое и большое обеими руками, наконец заснула крепко и без сновидений, уютно свернувшись в надёжных объятиях...
  - Так Вы твёрдо решили возвращаться в поместье? - отвлекшись от воспоминаний, я взглянула на мужа.
  - Файта, давай не будем делать вид, что всё в порядке. Я не знаю причин, побудивших тебя покинуть собственного супруга, я не представляю, где и с кем ты всё это время была, - на последней фразе к голосу герная прибавился зубовный скрежет, и окончание было сказано сквозь сжатые зубы. Совсем не бережёт себя, всю эмаль ведь изведёт. - Но одно я знаю - больше исчезнуть я тебе не позволю! Ты моя жена. Мы вместе до самой смерти, - и это говорит гернай, продолжительность жизни которых в десятки раз превышает человеческую. Лицемер смуглолицый!
   Видимо, на моём лице отразились отголоски мыслей, потому что Рес сбавил громкость и уже почти что шёпотом закончил:
  - Что бы ты ни думала, прожить эту жизнь нам предстоит вдвоём. Других вариантов не будет... - нет, ну до чего ж самоуверены эти мужики-долгожители! Считают себя неуязвимыми и непогрешимыми. А варианта оставить меня молодой красивой вдовой он не рассматривал? - И всё-таки мне интересно, где тебя носило столько времени! - ну наконец-то! Прорвало. А то даже непривычно без скандала и разборок возвращаться в лоно семьи, не по-людски.
  - А то мой дражайший супруг не знает - к тётушке я отправилась!
  - Супруг про тётушку знает. Супруг не знает, с кем его дорогая жёнушка добиралась до Теджи. И кто помог ей соорудить столь сильный амулет против поисковых чар, что тот перекрыл даже магию гернаев!
   Так он ни о чём не догадывается? Замечательно! Значит, способностей к магии благоверный во мне не подозревает, что уже радует. Больше простора для маневра. Значительно больше!
  - Ни с кем я не добиралась! Всё сама, - тяжкий вздох, дабы подчеркнуть все сопряженные с одиноким путешествием невзгоды, вышел на славу - муж даже несколько смягчился, правда ненадолго. - А амулет чародей с торговой площади смастрячил! - знать не знаю, ведать не ведаю, не была, не состояла. Ни в чём вообще! И даже про пионеров - наглый поклёп!... Эх, ведь было времечко-о...
  - Прекрати врать мужу, Файта! Ни один рыночный чародей в Тедже на такое не способен - ни сил, ни умения не хватит. И потом, подобные амулеты обычно избирательны, и маг должен знать, помнить сущность того, от кого желает укрыться или укрыть. А я с местными чародеями за всю свою жизнь ни разу не сталкивался!
   Мда... Этого я не учла. Ничего, придумаем что-нибудь.
  - Я понятия не имею, как маг сумел смастерить амулет, - включаем дурочку. - Но он его сделал! А все остальное - что куда запомнить и припаять - не разбираюсь я в этом! И вообще - в чём Вы меня подозреваете?!
  - Я подозреваю тебя в том, - Рес уже почти кричал. - Что моя жена путешествовала с посторонним мужчиной без сопровождения!!
   Не поняла. Это как же - если мне приспичит попутешествовать с мужчиной, то я должна с собой ещё и "сопровождающих их лиц" тащить?
  - Да с чего ты вообще взял, что я добиралась не одна? - теперь уже орала я, позабыв о нарочитом выканье. - Если я женщина, то мне и до города доехать самой ума не хватит?!
   Муж слегка опешил от моих воплей. Потом призадумался, видимо, переваривая услышанное.
  - Ну хорошо, девочка, - вот, уже девочка... Хорошо хоть не мальчик. - Допустим, я верю, что путешествовала ты одна. Но кто тогда убил вурдалака на моих землях?
   От заразы, они и зверину ту укокошенную нашли!
  - Какого вурдалака? - сделав испуганные глаза, я на всякий случай вспомнила в каком месте хватаются за сердце и тут же за него схватилась.
  - Файта, в теле монстра нашли перстень... Мой, то есть на тот момент уже твой фамильный перстень. Как он там очутился, если ты вурдалака в глаза не видела?
  - Да потеряла я его! - спешно выдумывала я на ходу, негодующе сверкая глазами на благоверного - лучшая защита нападение, не так ли? - Как в лес вьехала, спешилась - и к ручью, умыться... После этого я кольца больше не видела. А вурдалак, животина тупая, его, видать, и сожрал!
   Супруг выглядел растерянным - как же, такая замечательная версия развалилась.
  - А откуда ты знаешь, что за украшение я имею в виду? - ухватился за слабое место в моей версии ненаглядный.
   Должна сказать, не самое слабое, на мой взгляд - есть пробелы и посерьёзней. Например, каким макаром печатка из желудка нежити переместилась в бочину. Так что, радость моя, не надейся даже, Биночку такой мелочью не смутить.
  - А Вы, дорогой супруг, мне только один перстень в дар и преподнесли - больше фамильных колец среди подарков не было!
   Похоже, уела - ведь действительно среди презентов мужа всё больше ожерелья с браслетами встречались. Были, конечно, парочка перстней, да супруг точно о них не помнит - новоделки, явно купленные накануне отправления обоза в поместье. А украшений в их семейных закромах столько, что за всеми ненаглядный уследить явно не мог. Это я ловко выкрутилась!
  - Ладно, Файта, давай собираться, - капитулировал муж. - Уже время к обеду, а нам предстоит не самый близкий путь.
  - Как пожелаете, дорогой, - ну прямо образец послушания! я поклонилась и поспешила к выходу, внутренне ликуя - и себя оправдала, и муженька с носом оставила.
  
   Вот уже второй день мы плелись по жаре. Солнце, как будто забыв, что сейчас осень и пора бы уже слегка угомониться, шпарило вовсю, заставляя прятать голову под широкополой шляпой, предусмотрительно всунутой Кэрой в мои пожитки прямо перед отъездом. Я старательно обмахивалась оленом, пытаясь одновременно контролировать телесные порывы гораздой на пакости кобылы. Получалось не очень, но пока, к счастью, радости падения с Криськи я познать не успела.
   Муж ехал рядом, ни на минуту не выпуская супругу из поля зрения. Даже в туалет со мной ходил, еле уговорила останавливаться хотя бы метрах в десяти от места действия, дабы не смущать стеснительную не по годам жену. Неужто я ему настолько необходима? Хотелось бы знать зачем - ну, дабы иметь под рукой материал для шантажа. Статус? Дворянская честь - женился живи? Общественно-политические мотивы - попаданцы здесь редкость, может у гернаев на них нынче мода?
   Занятая мыслями о своём, о женском, о проблемах раннего простатита в современном обществе, я впервые за все время несколько подотстала от супруга и пропустила момент, когда наша кавалькада, насчитывавшая без малого двадцать душ разумнорасового вида, вдруг разом остановилась. Не сразу заметив сей факт, я ещё секунд пять продолжала двигаться вперёд, походя слегка изумляясь застывшим фигурам сопровождения.
   И нет бы насторожиться. Да куда там! Биночка вся погрузилась в думы о своей незавидной участи и на происходящее внимания не обращала - ну стоят и стоят. Мало ли, может, они устали. И только поравнявшись с благоверным, памятником застывшим на своём буйнонравном жеребце, слегка забеспокоилась. Подъехала к дорогому поближе. Помахала рукой перед его физиономией. Реакции никакой - меня нагло игнорируют. И вот так всегда...
   Проехала чуть вперёд. А это что?
   Метрах в трёх от меня стояло нечто. Почему нечто? Просто созданий такого вида среди жителей этого мира я припомнить не могла - а благодаря тётушке и Карше все тутошные расы и народности уже давно знала наизусть. Колдун? Магию я чувствовала, ею от неизвестного...пардон, неизвестной просто разило. Но остальной облик судя по всему особи женского пола говорил против версии о чародее. Любопытно.
  - Что же ты, девонька, не уснула со всеми? Сейчас бы такие красивые сны смотрела, - создание развело в стороны облачённые в живописные лохмотья руки.
   Я попыталась разглядеть неожиданного встречного повнимательнее. Ну что сказать - грязно-сиреневая хламида, тяжёлые абсолютно прямые тёмно-синие - именно синие! - волосы. Оранжевые глаза, зрачок в форме двух перекрещенных восьмёрок с закрашенными сердцевинами. Синюшно-бледные губы. Ничего такого.
  ...Ничего такого?! - стукнулся в черепной коробке внутренний голос. Это когда ты последний раз, деточка, видела человека - да даже нечеловека - с такими зрачками?? Я мучительно пыталась сообразить, с кем же повезло столкнуться на узкой лесной...то есть лесном отсутствии тропинки - удивлённо оглянулась по сторонам. А и правда - никакого даже намёка на дорожку не видать при всём желании. Мда.
   Ну и на кой тогда вообще это сопровождение, если оно даже пути не видит? Нет, муж явно отличается редкостной безалаберностью. Уволю всех к не знаю кому! Кроме супруга - его при всём желании не удастся, а жаль.
  - А чего это мне посреди дня спать, любезная? - немного резко отозвалась я на в принципе риторический вопрос.
   Собеседница встряхнула волосами... И я увидела месяц. Под густой копной волос блестел самый натуральный серп тёмно-медного цвета! Это что же - царевна-лебедь решила экстренно поквитаться с вашей покорной слугой за болтливый данной слуги язык?
   Лоб. Надо поглядеть на лоб. Если там ещё и звезда имеется - пора в скит. Дальний. Ибо после такого мне и жисть не жисть - сказки, зарраза, начинают сбываться. Причём в отличном от оригинала варианте!
   Пригляделась. Звезды, к счастью, не было.
   Лопатки щекотало нехорошее предчувствие.
  - Ты должна была уснуть первой, самка, - это кого она тут нехорошим словом обозвала?! Сама животное! Причём даже ни разу не породистое! Вот я кому-то сейчас космы-то повыдергаю! Чтобы неповадно было в чужих мужиков чарами пуляться!
  - Любезная, шли бы вы...лесом... Да подальше! Я сегодня чуть-чуть нервная - муж, гад, терпение испытывает аж со вчерашнего дня! - начатая с лёгкой угрозой фраза неожиданно для меня самой закончилась тяжким вздохом.
   Странное дело - в глазах незнакомки промелькнул интерес.
  - И как же испытывает?
   Ну, тут меня просто прорвало. Рассказала ей и про пресловутую корову на рынке, присовокупив нереальными, но красочными подробностями приобретения моей горемычной персоны. И про ограничение свободы. И про тиранию мужа - ну и что, что не было такого? Я с детства люблю интересные истории рассказывать.
   К концу - вы будете смеяться - дама пылала праведным гневом, обещая кастрировать всех и каждого и вообще уничтожить мужиков подчистую.
  - Спокойно, подруга! - на столь активное сочувствие я как-то не рассчитывала. - Как же ты в таком разрезе собираешься потомство воспроизводить? Тут, к сожалению, вмешательство этих нехороших индивидов просто необходимо. Мдам... А ты-то чего такая смурная сим прекрасным ясным днём? - почти стихи получились. - Глянь - солнышко светит, птички поют, мухи навозные летают. Как в такую благодать можно хмуриться? - да ещё и колдовать всякие гадости честным людям! Большей частью людям... - Али обидел кто?
   Девица помялась, потеребила прядь странно-синих волос. И неожиданно начала рассказывать. Такое, что я не смела - да и не собиралась - прерывать её до самого конца повествования.
   Вы знаете, чем-то мне эта история напомнила Ромео и Джульету. За тем только исключением, что местный Ромео в итоге оказался редкой сволочью, а собеседница моя с тех пор - по ее словам - вот уже седьмой год носит под сердцем дитя, да так никак не разродится.
   Слониха, что ли? Я оглядела стройную фигурку без малейшего намека на живот.
  - А почему же милого твоего с тобой не вижу? - пытаясь увести разговор в сторону, поинтересовалась я. - Если тебя изгнали, то и он должен был за любимой уйти.
   Нет, я примерно догадывалась, почему не вижу этого самого "милого", хотя незнакомка старательно обходила тему их расставания, но раз уж мы перешли к такому доверительному общению...
   Я выпала в осадок - девица, в глазах которой, казалось, отражался гиблый омут и от всего облика которой веяло стылой морской бездной, взглянув на меня - не издеваюсь ли - и увидев искренний интерес и участие, вдруг горько разрыдалась. Да так, что у меня защемило сердце, и буквально через пару секунд мы рыдали уже напару - она над чем-то своим, я из женской солидарности.
  - Ы-ы! - девица размазывала болотного оттенка слёзы - жуткое зрелище - по бледно-голубым щекам, тоскливо-страшно подвывая. - Ды-а-а... Как же! Этот выкормыш хугсов остался со своей маменько-ой! Меня бро-осил! У-у-у!
   Что-то мне это сильно напоминает... Истерику лучшей подруги, узревшей ненаглядного целующимся с белобрысой шалашовкой. И это после состоявшегося накануне похода в ЗАГС. Она вот так же, помнится, выла в голос, поскуливала. Правда без нечеловеческого рычания. Кое с успехом заменяли речевые обороты сугубо ненормативного толка.
  - Что, всё так плохо? - Этот вопрос я имела дурость озвучить.
   В ответ рыдания усилились настолько, что через пару минут я уже готова была пообещать несчастной что угодно, от так милой её сердцу всеобщей кастрации до короны в любом на выбор государстве этого мира и его окрестностей. Лишь бы успокоилась.
   Самое неприятное, что с усилением слёзопотока в пространстве над головой рыдающей незнакомки начали посверкивать сначала бледненькие, а затем уже самые настоящие молнии и ощутимо запахло штормом. Даже тучи откуда-то набежали - это при том, что пять минут назад на небе не было ни облачка.
   Надо эту истерику прекращать. Помереть на месте от удара шальной молнией по темечку, конечно, чрезвычайно романтично, но мне ещё нужно мужа хорошенько попинать за неуместную беспечность - и за свою загубленную молодость до кучи. А с такими кармическими долгами уходить в мир иной нельзя, не будет мне там покоя.
  - Подруга... Ну миленькая... Ну перестань, - не помогает. Попробуем по-другому. - А ну-ка прекратить! - от моего вопля стоящая рядом Криська - я спешилась ещё в начале беседы - слегка присела, а девица на секунду сбилась с монотонного ритма причитаний и с изумлением уставилась на вашу покорную слугу. - И нечего на меня пялиться! Слезоразлив она тут устроила! Да чего ты рыдаешь, никак не пойму?! - начинаем разъяснительную работу. - Запомни раз и навсегда, деточка: ни один мужик не стоит и самой маленькой твоей слезинки. Ни один не стоит твоего горя, морщин, которые обязательно у тебя появятся от подобного неправильного образа жизни! - девица спешно ощупала лицо, и, видимо, обнаружив парочку коварных складочек - не знала, кстати, что они и на ощупь определяются - округлила глаза ещё больше. Но реветь перестала.
  - Вот! Уже лучше. А теперь слушай сюда. Чего ты убиваешься? Разбил тебе сердце коварный? - она подтверждающе закивала. - Больно? Но ведь не смертельно же!
   Девица, на миг задумавшись, опять закивала - не смертельно. Хотя я бы на её месте засомневалась - новая знакомица явно умерла тем ужасным днём, идиоту ж ясно - нечистью иначе не становятся.
  - Дальше. Какие ещё проблемы? Сделал тебе гад ребёнка? Ну дак радуйся! Дети - запомни и это - цветы жизни. Пахучие, но прекрасные! Не понимаешь, дурочка, своего счастья. Вот скажи - он знал, что ты беременна? - та отрицательно замотала головой. - Во-от. Я так и думала. А знаешь, что из этого следует?
  - Что? - я даже на секунду осеклась, услышав на риторический в принципе вопрос ответ горемычной.
  - А из этого следует, - опять старательно собирая мысли в кучку, продолжила гнать я. - Что он пролетел. Ты понимаешь, нет? Пролетел фанерой над твоим и своим родовыми замками! Почему? Дак он же не знает, что у тебя будет ребёнок! - я, кажется, начала повторяться. Плевать - главное не останавливаться.
   Осторожно покосившись на небо, с облегчением отметила, что тучки начинают потихоньку рассасываться, а молнии так исчезли вовсе, и принялась разглагольствовать дальше.
  - Его ребёнок. Это самое твоё большое преимущество, рыба моя! А теперь представь, как этот мерзавец будет мучаться, узнав, что у него есть дитё. Плоть от плоти. Кровь от крови, - и другие части и жидкости тела далее по списку. - Родная душенька, которую он по собственной трусости бросил с тобой на произвол судьбы! - под конец прочувствованной речи я уже сама едва сдерживалась, чтобы не всплакнуть. Не забывая, правда, одним глазом следить за реакцией единственной зрительницы этого мини-спектакля.
   В глазах девицы разгорался огонёк понимания. Не понимания даже, но предчувствия, что свет, такой долгожданный свет, наконец забрезжил в конце тоннеля.
   Могу ведь, когда хочу. Надо было в замполиты идти.
  - И теперь у тебя есть то, чем ты сможешь победить и предрассудки ваших твердолобых родичей, и непроходимую тупость милого! Ты родишь!
   Говоря это, я внутренне содрогалась, понимая, что после такого долгого ношения плод вряд ли жизнеспособен (это мягко выражаясь!). Но останавливаться не собиралась - выбраться живой, и мужа с бестолковыми сопровождающими вытащить хотелось, а что девица сия превратилась от горя во что-то страшное, и это что-то сможет не задумываясь стереть нас всех в порошок, я не сомневалась. Может, я и не сильная магиня - сама не уснула небось только благодаря Каршиному оберегу в Криськиной подсумке - но распознать мощную жуть, которой, я была уверена, противница управляет умело и с лёгкостью, способностей вполне хватало. Да и недавнее штормовое предупреждение со счетов сбрасывать не стоило. Можно сказать, в данный момент я резво отплясывала на лезвии острейшего меча, грозясь в любую минуту не удержать равновесия и разделиться надвое о смертоносную кромку.
   Выражение лица собеседницы снова изменилось - теперь оно отражало робкую поначалу, а затем всё более крепнущую надежду.
   Видя это, я поспешила развить успех:
  - И вот тогда ты изопьёшь из кубка торжества и мести сполна - ты будешь хозяйкой положения! Королевой с правом казнить и миловать! - меня опять понесло. - Ты покажешь им, как обижать невинных прекрасных доверчивых дев! - сейчас точно заплачу. - Мы им покажем! - я сделала акцент на "мы".
   Это был успех. Глаза женщины сияли. Из них понемногу уходили боль и безысходность, от вида которых при всей нечеловеческой мощи противницы хотелось завыть.
  - Но... Что мне делать? - пару минут поразмыслив, выдала девушка. - Я хочу вернуться. Но я не помню, где находится мой дом. И...что с моим ребенком?! - в голосе вновь появилось отчаяние. - Он уже столько времени во мне! Что мне делать?!
   А я знаю? Я что - акушер-гинеколог, работающий женой герная только по совместительству в свободное от пациентов время? Да и по здравом размышлении, боюсь, никого там давно нет, просто девица видимо не помнит либо как родила, либо как выкинула.
   Но девушка глядела так жалобно, столько мольбы было в её странных (скорее страшных) глазах.
   Сама, Биночка, виновата. Разговорилась тут! Расхлёбывай теперь, оратор-любитель. Дала девке надежду - изволь помогать. Хоть чем-то.
   Ничего, успокаивала я себя. Карша мудрая. Она найдёт выход. Или я отвечу своей головой за глупость, которую сейчас собираюсь совершить - ещё одну в комплект к тем, что уже сделала.
  - Как тебя зовут?
  - Я не помню, - собеседница выглядела растерянной.
  - Не помнишь своего имени? Но как-то же тебя называют?
   Она на мгновение задумалась, склонив голову набок.
  - Гроети сувтсха, - наконец выдала девица.
   Я похолодела. Гроети сувтсха. Страшнейшая из нежити. Никто не знает, откуда они берутся - хотя я теперь, кажется, начинаю догадываться. О смертоносных девах толком не осведомлены даже маги - синеволосые создания не оставляют свидетелей. Лишь туманные и обрывочные сведения, по крупицам собранные из древних фолиантов - вот всё, что известно чародейскому сообществу о таинственной нежити.
   Дети тьмы. Безжалостные убийцы, горько рыдающие над телами своих жертв, умерщвляли их прикосновением ночи (ну прям жуть да и только!). А что за прикосновение, как оно может убивать - этого в фолиантах не было. Старая ведьма рассказывала о гроети, но приведённое выше - всё, что знала Карша об этих существах.
   Однако отступать поздно.
  - Хорошо, Груня - ничего, если я буду тебя так называть? А то язык сломаешь, пока все эти гро и втустепь выговоришь.
   Девушка утвердительно закивала - молчаливая какая! И пока на всё согласная, что приятно.
  - Так вот. Ты поедешь с нами. Не переживай, поможем чем можем. Звёзд со всех доступных мест не обещаю, но клянусь сделать всё возможное, чтобы ты вернулась в лоно семьи и - если захочешь - в объятия свего возлюбленного. - Про ребёнка я предусмотрительно умолчала - а как потом прикажете исполнять обещанное?
  - Согласна?
   Она недоверчиво глядела на меня. С минуту точно. Затем кивнула. Ну вобла да и только - не мычит даже, только знай головой покачивает.
  - Только ты должна обещать мне - ни слова кому-либо, кроме тех, кого я разрешу посвятить, о твоей истинной сущности. Полное подчинение, что бы я ни приказала. От этого зависит успех нашего предприятия. Плюс безопасность моим спутникам и вообще всем людям, пока ты под моей опекой. Согласна?
   Новоназванная Груня снова всмотрелась в моё лицо - теперь её взгляд пронизывал как будто насквозь. Рентген отдыхает!
  - Ты не лжёшь. Желание помочь и сочувствие в тебе сейчас сияют не хуже драгоценных слёз визс, - кого-кого там они ярче сияют? - Я обещаю тебе. И клянусь сутью своей подчиняться, что бы ты ни приказала, человек.
   Я облегчённо вздохнула - кажется, опасность миновала. Теперь только придумать мало-мальски правдоподобную историю для мужа - и можно ехать дальше. Ах да - ещё нужно разбудить это сонное царство.
  - Груня. Скажи - ты сможешь вернуть этих разинь в бодрствующее состояние?
   Девушка опять кивнула. И без предупреждения взялась за дело - прикрыв глаза, глубоко вздохнула и зашептала что-то неразборчивое, лёгким шагом обходя немалую толпу всадников, причём до каждого дотрагиваясь рукой. Не забывая и про лошадей - те уснули вместе с хозяевами. В сочетании с синими волосами девушки и развевающимися от лёгкого ветерка лохмотьями зрелище впечатляло.
   Вот балда! Любуется она тут чародейными фокусами! А что подумает эта проснувшаяся толпа при виде лазурноликой девы, ты себе представляешь? Вот и я представляю!
   Резво припустив за продолжающей процедуру общей побудки Груней, я быстро накинула ей на плечи свой плащ. Прикрыла голову капюшоном, натянув его так, что на виду остался только кончик носа. Ну, голубоват. Дак с кем не бывает? Может, замёрзла девка.
   Оглядев творенье рук своих, недовольно скривилась и спешно принялась за плетение заклинания иллюзии. Ничего, до замка продержится, а там уж...
  
  - Дорогая, - муж выглядел растерянным. - Откуда в этой глуши одинокая безлошадная дева?
   А я знаю?! Прогуляться девушке захотелось, воздухом подышать, слиться с природой. И вообще - нашёл к чему придраться! Что, отсутствие лошади теперь считается пороком?!
  - Ну я же уже говорила - на её обоз напали разбойники, - и почему мужчины отказываются верить таким простым обьяснениям? Скептики какие - слов нет! Хотя я бы тоже, наверное, не поверила. Одинокая слабая девушка, посреди леса. Кхм... Всем бы такими слабыми быть.
   Кстати, как ей удалось зачаровать герная? Насколько я знаю, их ни одна магия нечисти не берёт в принципе.
  - А остальные обозники где? Лошади? На худой конец бандиты, что захватили деву в плен? - да на кой тебе, любимый, те бандиты сдались? Ой, нездоровые у муженька наклонности наблюдаются - страсть ко всяким немытым мужикам... - Почему она одна? И почему она совершенно не боится? - во-от! Ещё и страху любит нагнать - ишь, спокойные девицы его уже не устраивают. Ох, возьмусь я за тебя... Что за мысли?! Если я за него возьмусь, благоверному уже ничто не поможет.
  - Ну дак пока вы спали, я успела чуток успокоить девушку - столько переживаний навалилось на бедняжку, - и чуть не пустила сентиментальную слезу для достоверности, но супруг не дал мне закончить импровизированное представление.
  - От чего же в таком случае мы уснули?
   О! Вот ответ на этот вопрос я успела продумать во всех подробностях, можешь не сомневаться, милый.
  - А кто вас просил влетать в застарелое заклинание забвения?! Меня спасло только то, что Криська завыпендривалась буквально в тридцати метрах от магической ловушки. Когда я подъехала, вы уже спали. Потом, услышав крики о помощи, я не раздумывая рванула через кусты. Там-то, на полянке, и обнаружила девушку.
  - Дорогая, вы беспечны до безобразия - разве можно одной идти на зов неизвестно кого? - вот интересно, а на призыв известно кого идти одной можно? А если это будет вурдалак? Ну да ладно, главное что муженёк не уцепился за слова о заклинании - по его представлениям я не могу видеть магию.
  - Но супруг мой, я не могла бросить человека в беде - не тому меня учили в Обители, - изображаем праведный гнев. Легенда о моём длительном обучении в Обители Добродетели была придумана Кэровой племянницей, и теперь пришлась как нельзя кстати.
  - Ваша добродетель, как и отвага, дорогая, не знают границ.
   Знают, отчего же. Границы моей добродетели в данном мире - это ты, милый, так уж распорядился случай. Главное чтобы ты не заинтересовался, как я умудрилась снять заклинание забвения.
  - Мне лестны Ваши слова, супруг мой. Но давайте всё же найдём деве средство передвижения и отправимся наконец в путь - до поместья осталось всего ничего.
  - Вы как всегда правы, любимая, - по обыкновению, от "любимая" я разулыбалась самым наиглупейшим образом, смущённо потупившись.
   А ведь он это специально, внезапно поняла я. Знает, что слова любви трогают меня, сбивают с толку и заставляют терять бдительность, и пользуется данным обстоятельством самым наглым образом!
   Ну ничего, сладкий мой, мы ещё посмотрим, кто будет кого на чувства разводить. Или я не пронырливая Бинка.
  - Кстати - а как Вы узнали, что мы нарвались именно на заклинание забвения? - супруг с нездоровым интересом заглянул мне в глаза. Все-таки вспомнил! - И почему мы из этого заклинания так быстро и без потерь выпутались? - Так я тебе и сказала. Любопытный какой. Не нравилось мне развитие событий. Пришло, видимо, время для манёвров.
   Ничего не отвечая, я резко наклонилась, и, пока милый в некотором замешательстве следил за моими манипуляциями, быстро поцеловала его в губы. Скользнув напоследок языком по нижней, так же резко отстранилась. В результате супруг, позабыв о вопросах, впал в полный ступор. Ну да, да - не балую я благоверного знаками внимания, вот и оторопел с непривычки.
   Пользуясь моментом, я громко рявкнула суетившимся рядом сопровождающим, чтобы немедля обеспечили прекрасную юную деву транспортом.
   Вуаля - и вот уже Груня едет подле меня на пегой в яблоках кобыле, временно освобождённой от сумок, и с любопытством глядит по сторонам. Что, бедная девушка, и за пределы леса своего ни разу не выходила?.. И как мне тебе помочь? Как? Я подумаю об этом завтра, вспоминая любимую в юности книгу, тихонько пробормотала я.
  
  - Ты кого с собой притащила?!
   Карша была недовольна. Недовольна - это мягко сказано. Она буквально пылала гневом.
  - В свой собственный дом привести гремучую змею - чему я тебя учила, бестолковая?! - она нервно ковыляла из угла в угол моей комнаты, куда без малейшего труда просочилась сразу после моего в комнате появления.
  - Карша, девушке нужна помощь.
  - Ага. Нужна. Отпевателя! Годков пятнадцать назад! И о чём ты только думала?!
  - Я думала правильно, Карша - другого выхода не было. Иначе ты бы сейчас не ругалась, а рыдала над кучей бездыханных тел - над моим в том числе. Если бы остались тела. - Карша что-то проскрипела себе под нос, но возражать не стала. - Я поклялась сделать всё для её возвращения к нормальной жизни, - старуха издала испуганно-возмущённый вопль. - Она обещала не причинять людям зла, пока находится под моей опекой, и подчиняться мне во всём.
  - Ты вырвала у гроети клятву служения?! - теперь в глазах старой карги плескалось изумление, замешанное на неком подобии благоговейного трепета.
  - Что-то типа того. И давай обсудим это завтра, я тебя умоляю. Я просто с ног валюсь. Дай выспаться, не будь старой грымзой.
   Карша не знала, что такое грымза, но пожеланию моему вняла, неохотно, правда, направившись к выходу со словами: "Завтра потолкуем, и не вздумай увиливать!"
   Как будто ты дашь мне шанс увильнуть!
   Уже почти скрывшись за дверью, ведьма вдруг обернулась, ехидно сощурившись:
  - Ну а куда до той поры прикажешь девать твою русалку?
  - Да в сосед... Что-о?! К-кого д-девать?? - мать-перемать!
   Теперь изумлённо пучила глаза Карша.
  - А ты что, не знала??
  - Н-нет.
  - О, мои старые пересушенные кости! Чему я тебя, бестолковую, целый год учила?! Мы ведь проходили гроети!
  - Проходили, - равнодушное пожатие плечами.
  - Что ты о них знаешь?
  - Дети ночи, - послушно забубнила я. - Горько рыдают...
  - Хватит! - взмахом руки оборвала меня ведьма. - Это ты помнишь. А самого главного нет?!
  - Но, Карша, как такое возможно? Я не видела там никаких водоёмов.
  - Вот говорю же - невнимательная и бестолковая!
  - А... Что же мне с ней теперь делать? Поселить в бочке из-под огурцов?!
  - К чему такие крайности? Она нормально поспит и на обычной кровати.
  - Но ты же только что сама сказала, что Груня - русалка.
  - Как-как ты её назвала?
  - Груня, - сдала Карша за последние месяцы - вон и слышит плохо.
   Старая ведьма хмыкнула раз, другой, и в конце концов разразилась хриплым хохотом. Она минуту не могла успокоиться, размазывая по морщинистым щекам счастливые слёзы.
  - Ох, не могу-у!... Назвать...х-хи-хи...гроети сувтс-с-с-хи-хи-ха-а...гы-гы...Груней! Не могу больше-е!.. Га-га, ты б её ещё Дуняшей...хи-х-хи...окрестила-а!
   Я хмуро взирала на развеселившуюся Каршу. Ну и чего смешного? Вот научила старую именам нашим, разъяснила на свою голову, где какие чаще встречаются и с чем в нашем мире ассоциируются. Теперь надо мной же и ржут. Меньше в другой раз болтать буду! А имя хорошее, домашнее такое, и русалке синелицей подходит как... Я, не выдержав, тоже закатилась, и теперь комната оглашалась нашим с ведьмой дружным хохотом. Да таким, что даже оконные стёкла малость зазвенели, а в дверь тут же начали настойчиво стучать. Думают, наверно, что ко мне пробрался буйный сумасшедший.
  - Ой, ладно, - кое-как отдышавшись, ведьма вновь направилась к выходу, тихо похихикивая. - Не переживай, водоем твоей гостье нужен лишь трижды в месяц - не спрашивай зачем, о русалках известно столь мало.
  - Карша-а.
  - Ай?
  - Скажи, - я смущённо теребила край покрывала. - А зачем русалкам месяц под волосами?
  - Тьфу ты! Как не было мозгов, так и не появилось. Самый важный вопрос нашла!
  
  
  
   Глава седьмая
  
  
  - Груня, чего ты топчешься на пороге? Заходи давай - заклинание вот-вот развеется. - отреагировала я на появление в дверном проёме русалкиного лица. - Не приведи Стихии, кто-нибудь твою истинную внешность увидит - нам ещё заикающихся слуг с энурезом не хватало.
   Девушка послушно просочилась в комнату, плотно прикрыв за собой дверь.
  - А что такое иноресс?
  - Кхм... Потом объясню. Иди, располагайся. Жить будешь в соседней комнате. Смежную дверь на ночь запри - я-то вроде лунатизмом не страдаю, ну да мало ли какая служанка зайти вздумает. Дверь, выходящую в коридор, я уже заперла - наглухо. Что-то понадобится - постучу и назовусь. Ты меня по голосу узнаешь, а?
  - Я тебя и без голоса узнаю.
  - Нет, ну внешность у меня, конечно, запоминающаяся, но ты же не сможешь меня через дверь увидеть.
  - Я тебя почувствую. Как чувствую и сейчас. - Она пожала плечами.
  - А как ты меня чувствуешь? - я заинтересованно подалась вперёд. - Расскажи.
  - Просто вижу и всё. Ты как комок искорок - пушистых и совсем не жалящих.
   Какая прелесть! Интересно, а как в таком разе выглядит она? Я попыталась расслабиться и взглянуть на русалку внутренним зрением.
   Ой! Переливы голубого всех оттенков, от насыщенно-синего до бледно-лазоревого, местами с фиолетовым отливом находились в постоянном движении, волнами плескаясь в районе солнечного сплетения девушки и перетекая друг в друга. Фиолетовый... Вроде это цвет магии. А если сейчас спросить про магию, которой Груня обладает, она ответит?
  - Грунь. А каким воздействием ты пользуешься? Ну, что людей усыплять можешь, я знаю. А ещё?
  - Это сложно объяснить... Я просто чувствую боль - она повсюду. В душах людей она сияет нестерпимым светом, который режет глаза и будит неодолимое желание погасить, убрать, вырезать эту заразу. Правда, обычно вместе с болью умирает и сам болящий. И мы каждый раз оплакиваем их, не вынесших осознания раздирающей нутро муки. Говорят, раньше попадались существа, этого чувства лишённые - они безнаказанно уходили от таких, как я. Но знакомые мне сёстры подобных существ не помнят - знают о них лишь из рассказов древнейших, коих в наших землях всего три осталось.
  - Это что ж - вы такие добрые? Ходите, исцеляете направо и налево? - как-то с трудом верилось, с учётом обстоятельств нашей первой встречи. Тогда, как я помню, Груня сияла отнюдь не добродушием и милосердием.
  - Да нет, - девушка горько усмехнулась. - Мы совсем не добрые. И это не единственное, что мы можем делать. Просто самое основное. И только выглядит, как милосердие. Удалить у человека ли, другого ли разумного существа, заразу, с которой он, возможно, проживёт ещё не один десяток лет - вроде бы целительство. Но, учитывая, что он после этого наверняка умрёт...получается не слишком здорово.
  - Любопытно. Ты и во мне эту самую боль видишь?
  - Я стараюсь не смотреть. Боюсь не сдержаться. Это как инстинкт - убрать, вырвать. И я не уверена, что ты переживёшь такое исцеление.
   Понятненько. Разложила перспективу во всей красе. Да, пожалуй, помирать мне покамест рановато. А, кстати, о птичках - где же любимый супруг? Неужто не пожелает ненаглядной жёнушке спокойной ночи? С трудом верится.
  - Дорогая! Вы не спите? - Вслед за настойчивым стуком в дверь донёсся голос мужа. Накаркала.
  - Э-э... Ещё нет, - всё равно ведь не отвяжется. - Груня, в свою комнату, живо! - свистящим шёпотом. Русалка без возражений удалилась, послушно запершись изнутри.
  - Я могу войти? - ну попробуй.
  - Конечно, супруг мой! Я всегда рада Вас видеть, - повыше натягивая одеяло.
   Дверь медленно открылась, являя глазам Реса. Уже умытый и переодевшийся, он распространял вокруг запах летней грозы и беспокойства. Нет, парфюма с передачей эмоций тут пока не изобрели, но волнение супруга чувствовалось отчётливее самого пахучего одеколона.
  - Что-то случилось, дорогой? Вы несколько бледны.
  - Не знаю... Нехорошее предчувствие.
  - Это у Вас, верно, от того дикого поросёнка, что мы ели на привале - жирноват был, бедный. Печень расшалилась.
  
   Супруг нервно расхаживал по моей комнате, старательно обходя препятствия в виде предметов меблировки, и хмурился.
  - Дорогая, и всё-таки, зачем было брать в дом эту девушку, как её?..
  - Груня, - услужливо подсказала я.
  - Груня, да. Странное имя. И всё же зачем? Непонятная девица, мы ничего о ней не знаем.
  - Но как же? - изображать оскорблённую добродетель у меня получалось всё лучше. - Бросить бедную девушку на произвол судьбы?!
  - Отдали бы родственникам.
  - Она же ничего из своего прошлого не помнит - истязали, наверное, несчастную изрядно после пленения, - или несчастная истязала, что ближе к истине.
  - Ваше милосердие, дорогая, не знает границ, - супруг тяжело вздохнул. Мне даже на минуту жалко его стало - так измотала мужика за последние месяцы, теперь ещё и придурью своей донимаю. А нечего было жениться - тут же взбрыкнула та часть натуры, что всегда ратовала за равноправие и являлась вечным оппонентом терпеливой и мирной стороне Биночкиного "я".
  - Благодарю Вас, супруг мой! Услышать столь лестную оценку из Ваших уст - наивысшее счастье для меня.
   Гм... Чуток переборщила с пафосом. Ну да, думаю, не заметит. Всё-таки хорошо, что муж так плохо меня знает. Никогда бы не подумала, что подобная мысль будет меня радовать, но факт остаётся фактом.
  
   Пробуждение было на удивление приятным - не терзали опасения, что поисковики мужа меня найдут, не зудели многочисленные комариные укусы, не ныли после почивания на земле суставы. Лишь солнце игривыми лучиками плясало по комнате, да со двора доносились неясные крики. Лепота.
   Где там Груня?
  - Гру-унь! Ты спишь, что ли, ещё? - эх, хорошо-то как ночевать на мягкой постельке.
  - Я проснулась с рассветом, - раздалось над ухом.
   Да что ж такое! Я подлетела на кровати - не приучена к ночёвкам в чьём-то обществе.
  - С ума сошла?! Зачем же так пугать!
   Девушка сидела у изголовья на небольшом табурете и с интересом изучала фолиант по травоведению, периодически тихонько хмыкая.
  - Чему ты там так радуешься? - вот ведь - серьёзное вроде чтиво, на Задорнова даже отдалённо не похоже, а наша экзотическая красавица хихичет.
  - Хотела бы я познакомиться с составителем сего труда, - она вновь хмыкнула. - Свойства некоторых трав приведены неверно, причём местами неверно настолько, что прямо противоположны настоящим.
  - Ну что ж - могу поспособствовать, Карша, думаю, сама не прочь с тобой пообщаться.
  - Ты знакома с составителем? - удивлённо изогнула бровь русалка.
  - Ага. И довольно неплохо знакома. - Иногда мне кажется, что даже слишком хорошо. А Груня на удивление образованна. Слова, выражения - благородное воспитание так и выпирает. - Кстати, не знаешь, что за суматоха во дворе? Шум, гам, лошадиное ржание, звон металла...
  - В дорогу кто-то собирается - я не прислушивалась, так, пару фраз уловила.
   Нормально она не прислушивается - я отсюда вообще ни словечка разобрать не могла.
  - А можешь прислушаться? - любопытство - Биночкин бич.
  - Если хочешь, - Груня отложила фолиант и прикрыла глаза.
  - ...хозяин...готово...накормлены...собраны...всё в сумках...когда ждать?.. Дальше совсем неразборчиво - "живее, чего ты копаешься, соль забыли, прочь с дороги, олух".
   Так. Интересно. Не припомню разговоров о скорой дороге. Не люблю быть не в курсе событий.
  - Зела-а-а! - о как рявкнула - даже русалка вздрогнула. - Прикройся, - я кинула Груне головное покрывало. Та послушно укрыла волосы.
  - Звали, госпожа? - тут же просунулось в приоткрывшуюся дверь слегка заспанное лицо служанки.
  - Зела, что там за суета? О каком отъезде идёт речь?
  - Хозяин уезжает - ему срочная эта, депеша пришла.
   Вот так новости. А я опять одна в поместье куковать буду? Хотя, с другой стороны, отсутствие мужа развязывает руки - никто лучше его не сможет уследить за Биночкой. Так что ура, товарищи... Но на сердце как-то неспокойно.
  - Спасибо, Зела, ты можешь идти.
  - Вам помочь одеться? - девица с нескрываемым любопытством уставилась на отвернувшуюся к окну русалку.
  - А что - мне когда-то нужно было помогать в этом нелёгком деле? - несколько раздражённо обернулась я к служанке.
  - Не-ет, - робко проблеяла она.
  - Ну так чего спрашиваешь? Иди.
   Зела удалилась, тихонько бурча что-то о неуравновешенных господах и своей нелёгкой девичьей служаночьей доле.
  - Грунь, давай марафет наводить - пойдём в люди. В смысле завтракать и за сведениям - информации возмутительно мало.
  
  - Доброе утро, дорогой, - я павой вплыла в кабинет мужа, загодя выведав о местонахождении благоверного у бегающих по дому слуг.
  - Файта? Ты уже проснулась? - удивительно, правда? Полдень скоро - и как я могла в такую рань подняться? Он издевается!
  - Как видите. Что за суета царит в поместье?
  - А? Да... Мне необходимо срочно уехать.
  - Надолго? - неясное беспокойство усилилось, грозя перерасти в панику - да что ж такое? Карша утверждала, что по части интуиции и предвидения я довольно слаба. Так откуда эта тревога? Тоже, наверное, вчера на ночь всякой ерунды переела.
  - Думаю, нет.
  - А отчего такая срочность?
  - Майлор прислал депешу. Государственная надобность, ты ведь понимаешь. Ничего опасного, - заметив моё беспокойство, поспешно уточнил супруг. - Надеюсь вернуться через неделю.
   А чего так быстро?! Прям ну не дают честной девушке времени для маневров... А ещё честная девушка на диво непоследовательна в мыслях и рассуждениях, что я хочу сказать.
  - Когда выезжаете?
  - Прямо сейчас.
   Это что же получается - и с любимой женой не попрощавшись? Ну гад! Я тебе это припомню, непонятно с чего завелась я. Раньше отсутствие у Реса желания видеть свою беспокойную супругу меня бы только порадовало.
  - Что ж - счастливого пути Вам, дорогой, - я развернулась к выходу.
  - Ты со мной даже не попрощаешься? - удивлённо и несколько обиженно протянул супруг. Нет, меня умиляет эта ситуация - сам бы ведь прощаться к спящей мне не попёрся. А теперь поди ты - подавай проводы по полной программе.
  - Как пожелаете, дорогой, - я неспешно подошла к мужу и запечатлела целомудренный поцелуй на супруговом лбу.
   Пауза. Рес растерянно потёр место лобзания, подумал... И попытался усадить меня к себе на колени.
   Ага, как же. Я была всё ещё зла на супруга, потому ловко увернулась от его загребущих ручонок и решительно направилась к выходу.
  - Счастливо съездить, привет майлору, - и пропади ты пропадом! Последняя фраза была сказана шёпотом, уже за дверью. На глаза навернулись непрошенные слёзы. Я сердито смахнула их - не буду расстраиваться из-за этого бесчувственного чурбана!
  
  - Мы хотели бы видеть Вас при Нашем дворе.
  - Прошу прощения, но... С чего подобная честь? - я недоумевала.
   ...Послание от Майлора, переданное мне лично в руки невозмутимым гонцом гернайских кровей, застало Биночку как раз в завершающей стадии подготовки к побегу из мужнина поместья. Да-да, мозгов в моей голове не прибавилось. Дури не убавилось, к сожалению, тоже. Потому, предупредив и подключив Груню к подготовке сей акции, я активно собиралась в дорогу. Куда, правда, так и не определилась. Была мыслишка заскочить к Груниным родственникам, почитала я кое-что о гроети - оказывается, Карша, старая хитрюга, не все книги из своей коллекции мне показывала и не всей информацией делилась. Так что после получения более полных сведений о природе русалок у меня зародилось некое подобие плана как помочь синеволосой деве. Правда, информации катастрофически не хватало.
   И тут на тебе - сам гернайский правитель жаждет лицезреть Биночку. Причём жаждет сильно, даже сопровождающих прислал. Или конвой - тут уж как посмотреть. Так что от посещения гернайской столицы отвертеться не удалось...
   Высокопоставленный гернай поправил пурпурную мантию и внимательно посмотрел на меня, будто собираясь с мыслями. Или с духом:
  - Ваш муж пропал. Не вернулся из поездки. И потому Мы считаем своим долгом...
   Он говорил что-то ещё, но я не слышала - сердце забилось одновременно в ушах и в горле, майлор начал расплываться, пока не слился вместе с залом в одну сплошную колышащуюся перед глазами массу. Что-то текло по моему лицу - на вкус вроде слёзы.
   Не вернулся... Эта мысль билась о стенки несчастной черепной коробки первые несколько минут, не встречаясь попутно ни с одной товаркой. Не вернулся... Да как он посмел?!
   Дальше была мешанина из ругательств и угроз в адрес безответственного супруга, бросившего молодую меня на произвол своего не менее безалаберного майлора - а кстати, что значит не вернулся? Его что же, и не подумали искать-выручать? Ну-у, граждане, это уже стопроцентный повод для драки - где я тут видела одного хитропопого совестливого герная-благодетеля?! Приблизить к трону, значится, решил, интриган смугломордый! Мужа, значит, врагам сдал, а меня - ко двору? Не иначе для укрепления внешнеполитических связей, гад, старается! Вот чувствую я, кой-кто сегодня парочки клычков недосчитается-а!
  - ...и надеемся на Ваше благоразумие, - кажется, прочувствованно-пафосная речь подходила к концу. Вовремя.
   Я украдкой вытерла слёзы.
  - Прошу пардону, майлор достопочтимый. А что ж, мужа-то моего блудливого и не искали? - гернай расценил выражение лица почти что вдовы как радостно-предвкушающее. Ну, правильно расценил. Вот только оценил неправильно - не собиралась я оставаться при их змеюшно-гадюшном дворе.
  - Видите ли... Обстановка в стране такова, что... - и дальше подобной чуши минут на пять. Из всего монолога я поняла только, что действительно не искали - обстановка, видите ли, такова.
  - Что ж, мой государь, позвольте мне подумать, прошу Вас. И надо траур по мужу выдержать, - об обычаях гернаев я была уже немного наслышана, и что супруг после двух месяцев отсутствия приравнивался к мёртвым, знала. Дикие нравы. - А то соплеменники не поймут, не след вдовице новоиспечённой при дворе мелькать да по балам шастать, - некоторый уклон в простонародный стиль речи удался неплохо - майлор прищурился, но в руках себя держать умел. Только в глазах промелькнула тень лёгкого презрения, мгновением позже исчезнув без следа.
  - Конечно, э-э...Файта. Вы можете провести все необходимые мероприятия, связанные с потерей мужа.
   Ладно, милок. В глаз я тебе дать успею. Но и рёбра тогда пересчитаю однозначно. Вот чую я, завелось у тебя лишнее - поломать бы. Ага, и мероприятия проведу. Вот прямо сейчас и приступлю.
  - А с кем я могу поговорить о Ресе, кто бы мог и о пристрастиях супруга - вы же знаете, мы мало виделись - рассказать, и в традициях гернаев просветить?
  - Я велю проводить Вас к его родным, - мужик явно радовался, что легко от настырно-наглой меня отделался. Ну-ну. Живи покамест. Недолго уж осталось-то её, жизни твоей спокойной - думать надо было, кого вражинам на откуп давать. Кхм... В экстремальных ситуациях у Биночки появляется лёгкая манечка величия - справиться с гернаем, пусть немолодым... Но желание всё придуманное воплотить в жизнь имелось просто-таки сверхотчётливое!
  - Премного благодарна, - степенно-кривоватый реверанс - я ж человек, да ещё непонятного происхождения. Мне можно, а в данной ситуации прямо-таки нужно быть неуклюжей и глуповатой бабищей.
  
   А вот и мой провожатый. Привет ещё одной гернайской харе - ох расплодилось вас, плюнуть мимо некуда.
  ...
  - Я поеду с тобой.
  - Груня, ты с ума сошла?! Представляешь, как опасно гроети являться к гернайскому двору? Там тебя любой колдун раскусит.
  - Представляю. Я всё равно еду.
  - Ну как знаешь, - рассеянно махнула рукой я. Мысли путались, в голове царил полный сумбур. Пусть едет, если ей так хочется. Не до споров сейчас...
   В данный момент, идя за провожатым, я была несказанно рада, что русалка настояла на своём сопровождении, хоть одна родная душа в этом враждебном окружении. Ишь как косятся все, аж мороз по коже. В глазах открытым текстом читается: "Зачем ты явилась сюда, глупая человечка? Зачем оскверняешь своим присутсвием наш дом?"
  
   Мы неторопливо продвигались по заполненным экипажами улицам столицы гернайского государства, благословенной кем-то Ритчастии. Название зубодробительное и запоминается с трудом - я полчаса язык ломала, пока хоть как-то его в голову вбила.
   Следуя за молчаливым провожатым и сверля его спину угрюмым взглядом, я ёжилась под недоброжелательными взглядами и размышляла.
   Хорошо, что Груню догадалась оставить в снятой комнате на постоялом дворе. Подготовились мы неплохо - наложенную на русалку иллюзию, над которой я корпела полдороги, мало какой маг распознает (эта мысль грела и заставляла непозволительно гордиться собой), так что в принципе особо бояться нечего. Но предосторожность никогда не помешает.
   Гернай-сопровождающий наконец замедлил шаг, и мы приблизились к громадным воротам из странного снежно-белого металла. Без единого просвета, снаружи они были украшены искусно выкованными диковинными цветами. Тонкая работа, походя оценила я, пока мужчина делал непонятные и слегка неприличные движения руками перед одной из створок. Вскоре ворота ответно зазвенели и начали раскрываться, причём обе створки разом. Зачем обе-то? И в одну верховой без проблем проедет, со спутником.
   Коротко поклонившись, гернай поспешил смыться, оставив меня в растерянности - чего делать-то? Входить без приглашения не хочется, а если они считают, что достаточно просто распахнуть двери, то Биночка не так воспитана. Упрямо сжав губы, я продолжала как дура торчать перед открытыми створками, даже не пытаясь заглянуть внутрь. Больно надо, и совсем я не любопытная. А того деревца возле палисадника я вовсе не видела, поклёп это. Как и конюшен в дальшем конце двора, справа от громадного бордово-коричневого дома. Ну и фантазия, кстати, у некоторых, чего-чего, а бордовых зданий с грязно-оранжевым орнаментом я в этом мире ещё не видывала. И сейчас не вижу, за кого вы меня принимаете, не заглядывала я внутрь!
   Наконец из ворот вышел одетый во всё серое высокий гернай, на удивление светловолосый, симпатичный, со смешливыми искорками в карих раскосых глазах. Поклонившись мне, он представился:
  - Литопий, кузен Вашего супруга, госпожа.
  - Сгинувшего супруга, - угрюмо поправила я.
  - Истинно так, сгинувшего. Но вы, надеюсь, не собираетесь его хоронить? - гернай с любопытством заглянул мне в лицо.
  - Именно, дражайший. Именно это я и собираюсь сделать. Или меня неправильно информировали о ваших сс...странных традициях? - желчи в голосе было даже слишком, но у меня сердце сжималось при мысли, что мерзкий муженёк и правда мог сгинуть.
  - Давайте не будем торопиться, дорогая...э-э...Файта?
   Запомнил моё имя - какой прогресс! Имя жалкой человечки! Впрочем кузен Реса не выглядел недовольным моим присутствием, в отличие от большей части виденных с момента приезда гернаев - по чести говоря, всех гернаев, кроме владельца трактира. Ну да тот вроде гернаем и не был - больно светлая у прохвоста рожа.
  - Как скажете, дражайший. Ну что - может проводите гостью в дом?
  - Конечно-конечно, - собеседник растерял всю свою невозмутимость, слегка порозовев. Никак смущается? Второй виденный мною смущающийся гернай. Наверное, это у них с Ресом семейное - остальные черствы, как прошлогодние коврижки.
   Литопий галантно предложил мне руку. Я, по своей бестолковости будучи абсолютно не в курсе, прилично ли порядочной гернайской жене - или почти вдове - разгуливать под руку пусть даже с родственником мужа, рискнула оную руку принять, и мы двинулись к дому.
   Да, так и есть - бордовая громадина. Странной формы, какая-то кособокая, будто дом неоднократно перестраивали и дополняли разными безделицами типа восточной башни и северной зубчатой галереи с бойницами. Шедевр творчества, Церетели против здешнего архитектора как есть гений классики.
   Теперь я понимала, почему характер у мужа порой такой противоречивый - проведите детство в подобной нелепости, посмотрим, насколько стройными и постоянными будут ваши привычки. Подозреваю, и во время того детства дом также перестраивали, да и после - вон, коричневая краска фрагментами совсем свежая.
  
  
  
   Глава восьмая
  
  
   Вполголоса матерясь и нервно одергивая оборку на платье, я вышла из ворот мужнина дома. Мда. Никуда, собственно, в поисках мужа так и не продвинулась - отец Реса вообще не соизволил явиться на встречу. Мать же лишь окатывала меня презрением, промолвив за все время визита буквально несколько фраз - в начале и в конце посещения. В глазах худощавой женщины преклонного даже для гернаев возраста читалось прямое обвинение меня во всех бедах Реса и несчастьях их мира в целом. Правда одна реплика новоявленной родственницы запомнилась - местная аристократка, в очередной раз оглядев меня, закатила глаза и усмехнулась:
  - Кто мог знать, что прославленный народ для своего возвышения будет должен идти на поклон к черни! - и отвернулась.
   Дальше беседу поддерживал только Литопий. Из кожи вон лез, но тоже ценной информации так и не предоставил.
  - Гернаи, - досадливо сплюнула я, спешно направляясь к корчме, терзаемая теперь уже беспокойством за русалку. Прочем с каждым шагом беспокойство росло в геометрической прогрессии - у меня всегда было потрясающее воображение. Особенно по части придумывания всяких жуткостей, да с подробностями, да в красках...
   В итоге я практически взлетела по лестнице на второй этаж и как сумасшедшая метнулась к номеру - нынешняя картинка в голове упорно показывала... Бррр! Дверь от решительного пинка распахнулась настежь, повезло, что номер не был заперт. И что за безалаберность со стороны спутницы? А вдруг тут колдуны гернайские охоту на нечисть устроили?!
   Оглядевшись, русалки в комнате я не заметила и запаниковала ещё больше.
  - Груня! - высунувшаяся из ванной физиономия спутницы успокоила своим умиротворением. - Слава каким-то там высшим материям! Ты в порядке?
   Не подав вида, что удивлена подобным вопросом, она кивнула.
   Я чуть не рухнула на пол от облегчения и, сама того не ожидая и ранее никогда не страдая пристрастием спать днем, едва доплелась до кровати, моментально провалившись в сон.
  
   Прекрасные кущи, полные знойных гурий и цветущих садов со сладкими даже на вид плодами туманили, звали. Полной грудью вдыхая жаркий воздух, я восхищённо охала при виде очередного экзотического растения или пестрой раскраски птички. И тишком где-то в глубине души недоумевала, чем Файту могли привлечь крутопопые гурии? Вроде не мужик... Но как же вокруг прекра-асно.
   Вдруг из тени здоровенного дерева со странной серебристой корой навстречу мне шагнула высокая фигура в белом. Мужчина, синеглазый и светловолосый, широкого размаха плеч и валящей с ног внешности, пристально вглядывался в вашу покорную слугу. Биночка нашла уместным покраснеть.
  - О прекрасная юная дейви! Ты послана мне богами! Мы будем с тобой вкушать нектар сладости и хмеля до конца жизни, плодя наследников и распространяя благость везде вокруг! - воодушевленно завел мужчина, радушно распахивая объятья и дружелюбно лыбясь.
   Я было заухмылялась в ответ. Тпрру-у... Кого мы там будем плодить?
  - О моя ненаглядная дейви, свет зари моей и пламя полуночи! - он был уже совсем близко, лаская взором лазурных глаз и соблазняя игрой мускулов совершенного тела. Посторонние мысли сами собой выветрились из головы, будто какая-то сила неудержимо тянула к красавцу... Упущенная было мысль вернулась, меня будто в темечко ударило - деточка, ты некоторым образом замужем. И уже год с лишним точно.
  - Без рук - я замужем! - возмущенно выдала я, отбив потянувшуюся огладить какие-то из Биночкиных выпуклостей ладонь.
  - Ну не будем же мы... - мужчина попытался возобновить поползновения. Пришлось ещё раз хорошенько приложить похабника по рукам.
  - Замужем, сказано ведь! - тряся отбитой о красавца конечностью. - Ты плохо слышишь?
  - И за кем же? - мне показалось, или в голосе ухажера послышалась легкая издевка? Ишь как бровь иронически вскинул. Неземное очарование уходило с невероятной скоростью, будто впитываясь прямо в песок.
  - За кем надо! - надменно вздернула я подбородок. Ишь, обнаглели мужики в корень, будут тут мне ещё и во сне гонор несусветный казать. Если дама изволила выразить протест, будьте уж добры!.. Я сплю?! То-то вокруг все такое...ммм...несколько необычное. Особенно вон та лиловая березка с синими листиками.
  - Я подарю тебе все сокровища мира! - между тем продолжал заливаться блондин.
   Жестом фокусника он отвел в сторону невесть откуда появившуюся прямо посреди кустов пеструю штору, за которой всеми цветами радуги засверкало, заискрило, заслепило... И было видно даже такому профану как я, что камни те самоцветные подлинные, как невероятно дороги и груды изделий из знакомого желтого металла.
  - И? - я старательно изобразила скучающий зевок. Он что - рассчитывал купить подобной фигней саму нашу замечательную Биночку? Нет, ну с одной стороны конечно. А вот с другой... Губозакатывательную машинку. Срочно. Размечтался! Я мужа люблю!
   Подумав так, я вдруг четко осознала, что и правда, похоже, люблю эту наглую гернайскую харю до умопомрачения. Вроде...
   И потом - блондин слишком напорист. А я ж этого не люблю с детства.
  - Тебя не привлекает богатство? Чего же ты хочешь? Власти? Вечной молодости? Неземной красоты?
   На последней фразе я рефлекторно размахнулась.
  - Хам! Я и так красивею прям по-неземному!
   Потерев отбитую щеку (я с испугом таращилась на пять розовых бороздок от ногтей, кляня себя за рассеянность - собиралась же накануне ногти под корень остричь!), он тряхнул гривой шикарных волос.
  - Значит, мужа-а?! - вдруг взревел собеседник. - Да кто такой твой муж? Кто?! Безмозглый выродок! Евнух!
   На последнем обвинении я аж подпрыгнула от возмущения, уже всерьёз намереваясь засветить оратору в глаз кулаком, и не раз.
   А мерзкий красавчик тем временем прямо-таки брызгал слюной, подпрыгивая от возбуждения. - А могла б!..б-б-ббиб...
  - Бина...Биночка-а-а!! - распахнув глаза, я первым делом изумилась реакции русалки, с потрясающей ловкостью увернувшейся от рефлекторного удара.
  - Ой, Грунечка, прости!
  - Тебе снился кошмар? Ты так кричала.
   Да, я кричала... Я кричала?! Ой, Рес, гернайская рожа, где ж ты? Вот уже всякая дурь сниться начала на нервной почве! Пора с этим что-то решать!
  
  - Груня! Мы собираемся! - заорала ваша покорная слуга, наскоро ополоснув лицо ледяной водой. - Через час отъезд, поторопись, рыбка моя зеленоволосая.
   Русалка кивнула, что поняла, и кинулась собирать вещи. До чего же ловко у нежити это дело получалось - я в очередной раз возрадовалась, что взяла добровольную спутницу в путешествие.
   На душе было тошно и муторно, внезапно появилось и не желало уходить ощущение, будто меня кто-то подталкивает в спину, ежеминутно понукая - торопись, дева юная, глупая, торопись, и так уже опаздываешь изрядно!
  
   На сей раз уступив уговорам гроети, я взяла Груню с собой на местный рынок - надо было закупиться в дорогу.
   Где же искать ненаглядного безответственного мужа? Где? Терзаемая подобными размышлениями, к изобилию и многообразию товаров на знаменитом гернайском рынке я проявила вопиюще равнодушие, очнувшись от дум лишь дважды - когда увидела изумительной красоты кулон из серебра в форме кинжала и когда обнаружила в неприметной с виду лавке весьма любопытный составчик в маленьком пузырьке. Обе вещи не удержалась и купила, после чего вновь впала в лёгкую прострацию.
   Итак, вернёмся к нашим бара...э-э...гернаям и к решаемой дилемме. Подумав, что мудрствовать хоть лукаво, хоть не очень более пристало тем, у кого эта самая мудрость пусть в зачаточном состоянии, но имеется, я решила пойти самым простым путём. Соорудить поисковик, и вся недолга.
   Правда, для свершения сего действа необходимы некоторые общие сведения о гернаях, а также знание полного имени и титулов родного мужа, кои за время супружества я так и не удосужилась выучить. У родственников пропавшего подобные вещи вызнавать было неудобно.
   Где же можно раздобыть все требуемые сведения? Правильно, в библиотеке.
   Туда я и направилась, с удивлением обнаружив местный аналог книгохранилища располагающимся в богато изукрашенном строении среди дорогих лавок. Обычно, судя по прочитанным книгам, подобные заведения как-то больше на площадях да при храмах обретаются. Всё у гернаев не как у людей. Что, в принципе, неудивительно.
  
   Выйдя из душной полутьмы хранилища местных знаний, я с удовольствием потянулась, краем глаза к своей радости заприметив мнущуюся неподалёку зеленоволосую с двумя навьюченными покупками лошадьми в поводу. Всё в порядке, какое счастье!
  - Ну как, Би-и? - русалка упорно обращалась ко мне смешным коротким словечком, напоминающим по звучанию детское обозначение любого вида машин.
  - Неплохо, Грунь, очень даже неплохо. Нужные сведения раздобыла, картой, - я потрясла перевязанным бечёвкой свитком, - разжилась. Да и для нашей дорогой Грунечки кое-что узнала, - торжествующий взгляд в тревожно посмурневшие глаза спутницы. - Короче слушай - ты сможешь снова стать человеком. Ты ведь хочешь? - пытливо заглядывая в лицо русалки. Взгляд спутницы затуманился.
   Я с опаской ждала ответа - а вдруг ей в нечистях нравится гораздо больше?
  - А ты уверена? - ффух, не нравится.
  - Тут ни в чем нельзя быть уверенной, - я рассеянно оглядела окрестности. Не нравится мне что-то тут, слишком безлюдно вокруг для лавочной улицы. Уходить надо, на душе кошки не просто заскребли - они ещё и будто бы нагаженное собирались утилизовывать.
  - Местные сборища мудрости утверждают, что нет ничего невозможного. Оказывается, в тебе, как и в любой другой гроети, есть реальный дар исцеления. Только нежитесущность видоизменяет его, превращает в орудие убийства, многократно усиливая и направляя в самое уязвимое место жертвы. Люди слабы и менее живучи, чем другие расы. Их легко уничтожить, - Груня задумчиво шевелила губами, будто проговаривая про себя услышанное, поворачивая так и эдак, пытаясь вникнуть и принять. - Так вот, надо выкопать в себе этот дар и исцелить столько народа, сколько ты загубила за свою бытность русалкой. Да не просто исцелить, а буквально вытащить с того света - это ты можешь, не сомневайся, книги не врут...почти. Ты хоть помнишь сколько их было?
  - Пятнадцать, - без раздумий выдала Груня. Ничего себе. Гроети ведут строгий учет убиенных?
  - А чего так мало? - вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать об уместности подобного вопроса.
  - Места где я обитала безлюдные, путники появляются очень редко и по одному-двое. - Вот нет у людей мозгов - написано ведь на карте русским по белому: "Гиблые места". Нет, прутся. Да еще и поодиночке.
   Я сунула руку запазуху, нащупывая шелестящий ворох.
  - Вот тут некоторые выдержки, что и как надлежит делать, как применять, развивать - в общем на первых парах хватит, - и протянула зеленоволосой довольно худенькую стопку желтоватых листков, исписанных меленьким, но до ужаса четким и разборчивым почерком.
  - Ты вырвала их из книги?! - в глазах русалки читался прямо-таки священный ужас.
  - Грунь, - я с интересом взглянула на спутницу. - Никогда бы не заподозрила гроети в столь трепетном отношении к типографской продукции.
  - Но ведь пропажу заметят!
  - Да кому они нужны, фолианты эти доисторические, кроме нас с тобой? Нашла-то совершенно случайно, в самом дальнем углу какого-то склада макулатуры. И вообще, посмотрела я там кругом - в той секции на полу во-от такенный слой пыли! По всему видать, никто там давно уже не бывает, не переживай.
  - Пыли?! А ты там ходила. И больше никого за последние несколько...
  - Э-э... Блин! Какая ты у меня сообразительная, - походя восхитившись скоростью работы мысли у соратницы и посетовав на собственную тугодумность, я схватилась за голову. - Вот ведь влипли! - и спешно закопошилась в пожитках, выискивая место для ещё пары десятков позаимствованных по случаю страниц со всякими особо ценными полезняшками - а чего? Когда ещё представится случай обогатиться знаниями засчёт этих мерзопакостных гернаев? - Бежим отсюда! И чтоб...
  - Дамы, вы куда-то торопитесь? - единственный выход из переулка заступил смуглолицый старец в просторной хламиде, с тяжеленным посохом наперевес.
  - Здравствуйте, уважаемый, - вежливость. Вежливость прежде всего.
  - Зачем вам понадобилась информация о гроети, уважаемая? Вы недавно встречались с ними?
   Груня едва заметно дернулась, будто в неосознанной попытке убежать.
   Старец тут же перевёл взгляд на неё.
  - Какая красавица! А аура-то у нас до чего необычная. Я бы даже сказал... А подойдите-ка ко мне поближе, дорогуша, - и поманил русалку пальцем, пристально глядя ей прямо в глаза.
  - Нам, видите ли, немного некогда, почтеннейший, и... - но меня никто не слушал.
   Старец впился взглядом в зрачки русалки и не мигал, пугая одервеневшим выражением лица и сведенными судорогой руками - скрюченые пальцы напоминали облезлые ветви корявого, измученного бурями деревца, навсегда застывшие страшным творением матушки-природы.
   Поведение Груни повергло меня в легкий шок - она медленно, будто нехотя, меленькими шажками приближалась к незнакомцу. Выражение лица синеволосой было под стать стариковому.
   Э-э, так дело не пойдет.
  - Мы действительно спешим, - боясь, что Груня под чужим воздействием надумает сопротивляться, я огрела русалку походной сумкой, в которой минуту назад рылась, и вновь занесла руку, готовая добавить при необходимости, а то и потяжелей чем приложить (например Криськиным копытом). Удар вышел что надо - несчастная без звука повалилась на едва успевшую подхватить падающее тело меня. Вежливо улыбнувшись ошалело трясущему головой старцу (видно отдачей после прерывания контакта шарахнуло), ваша покорная слуга, поднатужившись, взвалила бессознательную ношу на Криську и вскочила на Грунину коняшку.
   Хороший удар флегматичной кобылке пятками в бока - и вот мы уже во весь опор несёмся по направлению к ближайшему выезду из города. Криська покорно бежала следом, лишь изредка недовольно всхрапывая и ревниво косясь на изменницу-хозяйку, отдавшую предпочтение какой-то безродной выскочке, а не нашей своенравной красавице.
  
   Удачно миновав ворота, мы не останавливаясь поскакали дальше. Вернее поскакали лошади, понукаемые мною - русалка всё ещё была в отключке. Оно и к лучшему.
  
   На привал я решилась не раньше вечера, лишь несколько раз за время пути переводя коней на шаг, чтобы не загнать, но не рискнув располагаться на отдых. С перепугу даже до ветру не хотелось - всё в себе.
   Возможные поисковики постаралась заблокировать заранее, выставив вокруг нас такую защиту, что еле весь оставшийся день потом держалась в седле - все силы истратила подчистую. Отвлекающие погоню маячки в разные стороны я тоже не забыла разослать.
   Груня очнулась ближе к вечеру. Резко встрепенулась, чуть не свалившись с лошади, и начала сучить конечностями. Не успела я приблизиться, чтобы не допустить падения, как русалка выровнялась и кое-как вползла в седло.
   Она не спрашивала меня ни о чём, лишь нахлёстывала несчастную Криську, не глядя по сторонам, не отвлекаясь от дороги ни на секунду. Несмотря на личину лицо спутницы казалось бледным. Если она помнит, что произошло, я её понимаю.
  - Грунечка, девочка моя, привал. Прива-ал! - пришлось нагнать умотылявшую дальше по дороге русалку и чуть ли не силком осаживать загнанную до пены у рта Криську. Моя славная лошадка держалась, умница, хотя уже с трудом. Не знаю, каких кровей мне досталась животинка, но выносливости её могли позавидовать гернайские тонконогие, на одной из которых, взятых из конюшен мужа, я проскакала половину пути до столицы.
   Не сопротивляясь более, Груня позволила отобрать у себя повод, и я спокойно довела свою кобылку до облюбованной прогалины в лесу.
  - Груня, ты как себя чувствуешь? Всё ещё плохо? - с сочувствием - но и с дальним прицелом - спросила я.
  - Я чувствую себя прекрасно, Би-и. Жду твоих распоряжений.
   Вот. Именно такая реакция и ожидалась. Как-то раз нечаянно устроив русалке стрессовую ситуацию (Биночка это умеет), я походя выяснила, что девушка после подобных происшествий ведёт себя как робот и делает всё, что ей скажут, не показывая и знака усталости.
   Прекрасно. По крайней мере окончательно от страха не замкнуло. Я немного разглядела воздействие, которое применил к гроети маг. И сама бы после такого скорее всего не выжила. А если бы даже, то шарахаться от каждой тени перестала месяца через два минимум - сложный многоступенчатый гипноз-погружение в сознание жертвы включает в себя такие элементы, как паралич нервной системы в первые несколько секунд проникновения, сохраняя единственную функцию - человек застывает в той позе, в которой его застала магическая атака. Ну и дыхание с замедленным кровотоком худо-бедно поддерживаются. Затем обработка ведётся на ментальном уровне, заставляя несчастного корчиться в жутких муках, но только мысленно - тело ему не повинуется. И уже третьим этапом идёт полное взятие организма жертвы под контроль. Если мучитель пожелает, он сможет одним усилием мысли заставить кровь в лёгких подчиняемого поглощать углекислый газ вместо кислорода. Надо ли говорить, к чему подобное может чрезвычайно быстро привести? Когда Карша объясняла мне особенности данного процесса, терминов кислород и углекислый газ она не употребляла, но при подробном разборе методов и последствий до вашей прокорной слуги и так прекрасно дошло, что и где.
   Бедная Груня. Лучше бы она этого не помнила. Подобное воздействие особо ценно тем, что способно влиять не только на обычных людей, но и на представителей практически любой расы. А русалки, как ни крути, в эту группу попадали.
  - Грунечка, собери хвороста. И поищи ручей. Только аккуратно, не заблудись, мне без тебя страшно будет спать.
   Русалка оказалась крайне ответственной личностью, что мне также недавно удалось выяснить, и за её сохранность, как и за скорое возвращение с требуемым, можно было не волноваться. Сейчас Груня была способна на многое, поручи я ей набить дичи на неделю вперёд голыми руками, требуемое получила бы в кратчайшие сроки, освежеванное и перевязанное сплетённой из подручного материала ленточкой.
   Проследив задумчивым взглядом за удаляющейся спутницей, я невольно вспомнила о дневном происшествии и порадовалась, что гроети не применила к магу свое воздействие - смерти этому старому хрычу Биночка как ни крути не желала. Однако за дело - я сняла с седла сумку и начала вытаскивать необходимые для предстоящего обряда атрибуты. Силы, к счастью, за день почти восстановились.
   Так. Крылья жёлтой бабочки. Пепел от сожжения пятой снизу ветки трёхсотлетнего дуба. Зёрна смолянки. Пыльца заготовника. И самое главное - частица тела мужа. К счастью, она у меня была.
   В нашу единственную ночь, поддавшись внезапному порыву и некстати припомнив уйму прочитанных любовных романов, я нагло откромсала у любимого несколько волосков. С какого места, уточнять не будем - куда дотянулась, там и... И да - образ мышления, как и понятия о романтике, у Биночки несколько специфические.
   Теперь теоретическая часть - урвав несколько более-менее употребимых для чтения минут во время скачки, я успела выловить в прихваченных документах необходимые сведения.
  - Силы светлые, силы тёмные, дети ночи, слуги ветра, братья неба, возлюбленные вод! Откликнитесь моей мольбе! Помогите отыскать родную кровь, единую с моей душу, бьющееся в унисон сердце! Направьте ноги к любимому, расстелите дорогу ровную в край, где живёт избранник. Не оставьте сестру земли доброй, леса шумящего, озёр бескрайних! Призываю вас! О помощи прошу!
   В котелок с перемешанными ингредиентами полетела прядка волос, спешно отхваченных кинжалом. Ничего, отрастут. Только бы получилось.
   В кронах заметался ветер, земля отозвалась лёгкой дрожью, небо в один миг вдруг прояснилось, и искрящиеся, сияющие звёзды, свившись хороводом вокруг полной луны, подмигивали всеми цветами радуги, яркие как никогда. Трава под ногами зашевелилась, будто ко мне ползли гигантские змеи. Несколько капель обжигающе-ледяной воды упали на лицо. Ничего себе отдача у средненького поисковика, вздрогнула я от холодного прикосновения.
   Поспешно выудила из кармана купленный на рынке амулет, окунула в чан с варевом, затем выждала несколько секунд и за шнурок вытянула серебряную безделушку из котелка. Капли зелья прямо на моих глазах натуральным образом впитались в металл, висюлька заблестела, запереливалась в свете костра.
   Основная фаза закончена, теперь проверим, работает ли. Я осторожно прижала амулет к груди. В голове вдруг вспыхнул маленький огонёк-глазик. Тепло засветившись оранжевым, он покрутился вокруг своей оси и замер. Откуда-то пришло осознание - теперь Реса мы непременно найдём. Этот поводырь не устаёт и не сбивается с дороги - если книги и Карша не врут. Держись, дорогой супруг, Бинка скоро будет!
   Повесив талисман на шею, я тряхнула слегка мутной после обряда головой. Держись, милый!
  
  
  
   Глава девять
  
  
   Резко сев и звучно клацнув зубами, я пыталась стряхнуть остатки сна, заполошно мельтеша руками и мотая головой. Cердце бешено колотилось в груди, мышцы меленько подрагивали.
   Несколько раз глубоко вздохнув, я огляделась. Вокруг была глубокая ночь, тихо шелестел травой ветерок. Никаких признаков опасности. Почему же я проснулась?
   Повернув голову влево, я увидела, что Груня тоже не спит. Сидя на импровизированной постели, она чутко к чему-то прислушивалась. В углях догорающего костра лицо русалки походило на маску - ни один мускул не дрогнет.
  - Груня, что происходит? Меня что-то разбудило.
  - Кричали.
  - Кто? Где?
  - Человек. Женщина. Минутах в пяти ходьбы.
  - Что, правда? - я напрягла слух, но уловила только стрекотание цикад да все тот же шелест травы под слабым ветерком. Слегка поёжилась - холодноват ветер.
  - Да. Давно кричат.
  - Почему ты меня не разбудила?
  - А зачем? - русалка философски пожала плечами.
  - Ну ты прям как есть создание омута - холодная и бесчувственная. Там человеку плохо! Разве можно просто сидеть и слушать?
  - А если там человеку делают плохо много других человек?
   Резонно.
  - Ну и что? - я категорично рубанула ребром ладони по воздуху. - Мы же с тобой сила! И потом... А вдруг их там не так уж много? - Природная предусмотрительность, редкая гостья, твердила, что к словам спутницы хотя бы иногда неплохо прислушиваться. Мне эта мысль не нравилась, но без боя сомнения сдаваться не хотели.
  - Что ты предлагаешь?
  - Предлагаю сходить и проверить, кто там вопит так... - теперь и я услышала. Протяжный всхлипывающий вскрик, постепенно сошедший на нет, током ударил по нервам. - Вставай! Ты знаешь, в каком направлении этот ночной крикун? - я поднялась на четвереньки и зашарила вокруг, собирая одежду и оружие.
  - Знаю, - русалка была немногословна как всегда.
  - Тогда пошли. Только тихо, - глас предусмотрительности креп. Надо же.
   Груня без возражений натянула одежду и бесшумно двинулась куда-то вглубь зарослей высокого кустарника. Я поспешила следом.
   Уже с минуты две как устав на ощупь продираться сквозь буйную растительность, запоздало уклоняться от коварных веток и сбившись со счёта леденящих кровь полувоплей-полустонов, я практически наткнулась на спину русалки.
  - Что, пришли?
  - Тихо.
   Я послушно замолчала, старательно игнорируя зудящего над ухом комара и нетерпеливо выглядывая из-за Груниного плеча.
   Впереди была поляна. Она едва угадывалась в неровном свете луны. Ни костра, ни даже слабой лучины. И как там Груня может хоть что-то разглядеть? Или не может? Но на что-то же она вот уже минуту смотрит?
   Звона оружия, как и других звуков, кроме шелеста ночного леса, я не слышала. Вероятно, всё-таки речь идёт не о нападении на одинокую жертву. Или нападение закончилось ещё до нашего подхода.
  - Ну что там? - устав от неизвестности и слегка испугавшись прекращения криков, я легонько тронула спутницу за плечо.
  - Женщина. При смерти.
  - Отчего? - чуть не сорвавшись на крик, я закрыла рот рукой и еще напряженнее вгляделась в открывавшееся впереди пространство. Всё, что удалось заметить - это небольшой бугорок, более тёмный, чем поверхность поляны. Полностью недвижимый.
  - Кто-то еще есть в округе? Что там происходит? Ты вообще видишь эту умирающую?
  - Вижу. Вокруг никого. Женщина собирается произвести на свет дитя.
  - Так почему ж она тогда не шевелится и молчит?
  - В обмороке. Большая потеря крови.
  - Откуда ты знаешь?!
  - Чувствую.
  - Так чего мы тут тогда стоим, как две дуры? Вперёд, на помощь!
  - Нужно?
  - Ещё как нужно! Грунь, ты чего, там же человек умирает!
  - Хорошо, - русалка коротко вздохнула и двинулась к неподвижному телу.
   Я рванула следом. Ну ничего не видно. Безобразие!
  - Мне нужен свет, - русалка подошла к телу и истуканом замерла над ним.
  - Ты же и так всё видишь! - возмутилась скорее по привычке я и двинулась добывать освещение.
   Откуда же я его здесь возьму, этот свет? Оглядевшись по сторонам, я заметалась по поляне, не в силах решить, направо рвануть или налево в поисках сучьев для костра. Стон роженицы застал врасплох, я отчего-то так перепугалась, что не глядя шарахнула силовым сгустком в одинокое дерево по левому краю поляны. И получилось ведь!
   Жарко вспыхнув, корявый могучий ствол загорелся, пылая пока только у верхушки, благо был высок и могуч. Есть надежда, что дерево будет гореть часа два кряду.
  - Так лучше? - стараясь не смотреть на деяние рук своих и не к месту вспоминая гринпис, спросила я русалку.
  - Да.
   Девушка опустилась перед неподвижным телом на колени, потрогала лоб.
  - У неё жар.
   Ещё не легче.
  - Чем я могу помочь?
  - Я не знаю даже, чем могу помочь я. - Груня впала в задумчивость, мерно поглаживая женщину по огромному животу.
   Я наконец получше рассмотрела спасаемую.
   В тёмном, насквозь промокшем и местами разодранном платье, грязная, простоволосая, роженица не шевелилась. Руки раскинуты в стороны, глаза закрыты, рот скривился в немом то ли крике, то ли стоне. Огромный живот выглядел ещё больше из-за жуткой худобы роженицы.
  - Грунь, заканчивай медитировать, а то, чую, некого будет спасать.
  - А? - русалка затуманенным взором мазнула по мне, вновь отвернувшись к пациентке.
  - Не а, а давай раскочегаривай свои способности и спасай мамашу!
  - Как?
  - Да как хочешь.
  - Я никогда не имела дела с роженицами.
   Можно подумать ты с кем-то другим в виде пациента имела дело.
  - Ничего. Это ничего, - экстренно вспоминая всё, что знала из курса молодого медработника и просто случаем уловленные сведения, я упала на колени возле русалки и спешно задрала подол умирающей.
   Ничего существенного не увидела, даже с большим трудом разведя сжатые судорогой ноги роженицы в стороны.
  - Груня, ты просто обязана знать, что делать. Ты же гроети, они всё умеют. Кончай прикидываться! - я уже почти кричала, видя, что женщина дышит всё реже, а кровь, засочившаяся по ногам роженицы, не останавливается, алыми ручейками сбегая по алебастрово-белой коже.
  - Я не знаю, чем могу помочь, - как попугай твердила одно и то же спутница.
  - Так. Давай без паники! Первое - надо, чтобы она тужилась, - с ужасом представляя себе картину, как мы выдавливаем из тела женщины плод, икнула я. - Что этому мешает?
  - У неё нет сил. Она без сознания.
  - Так приведи ее в чувство.
  - Как?
  - Да хоть как! Немедля, слышишь, я приказываю - немедля приведи в себя эту женщину!
   Груня разом подобралась, закрыла глаза и положила руки на грудь роженицы. Из-под ладоней русалки начал выбиваться видимый даже при неплохом освещении от горящего ствола дерева бирюзовый свет. Слегка голубоватые руки затряслись, а умирающая внезапно громко застонала. Так внезапно, что я подпрыгнула.
  - Вот! - завопила я, с трудом унимая бешеное сердцебиение. - Теперь дело за малым - заставь ее тужиться!
   Женщина открыла подёрнутые горячечным бредом глаза и снова застонала, мотая головой из стороны в сторону и содрогаясь всем телом.
   Русалка вновь напряглась, в форме буквы зю застыв над телом пациентки.
   От возмущения силы в эфире меня пробил нервный тик такой силы, что задергались оба глаза разом вкупе с головой.
  - Я конечно ничего не понимаю в родах, но плод может погибнуть, если мы протелемся еще дольше. Грунечка, девочка, давай. Ты всё можешь, я знаю!
   Русалка, опавшая было после предыдущего усилия, встрепенулась и начала делать волнообразные пассы над животом роженицы, беззвучно шевеля губами.
   Я в ужасе прикусила язык - живот заходил ходуном, а по ногам женщины хлынул прямо-таки поток крови.
  - Груня! Прекрати кровотечение, иначе она умрёт раньше, чем я успею от впечатлительности упасть в обморок!
   Спутница слегка наклонила голову в знак согласия с моим мнением и резко нажала на какую-то точку внизу громадного живота роженицы. Поток крови резко сошёл на нет, будущая мамаша вновь открыла абсолютно белесые глаза и жутко закричала.
  - Тужься, - тихо пробормотала русалка, возобновив пассы над животом, - давай, тужься.
   Ноги роженицы раздвинулись ещё шире и согнулись в коленях, руки вцепились в дёрн, слепо загребая по земле, тело изогнулось, из горла женщины вырвался нечеловеческий рёв, и я с немым изумлением увидела показавшиеся в проходе ножки младенца.
   Не зная, что делать дальше, я инстинктивно рванулась к роженице и подставила ладони, готовясь поймать младенца. Спустя несколько мгновений, показавшихся безумно долгими, наружу появилось маленькое окровавленное тельце и буквально через полминуты у меня на руках кричал ором махонький комочек плоти. Девочка, едва сдерживая дрожь в руках, улыбнулась я. Здоровенькая. Вроде.
  - Грунечка, сделай так, чтобы мать и дитя выжили, - из последних сил выдавила я, наконец сползая в постыдный обморок.
  
   Вокруг очень тихо. Подозрительно тихо. Никто не кричит, не стонет, не шевелится. Становится страшно.
  - Груня! - шёпотом закричала я, опасливо приоткрывая один глаз. - Ты тут?
  - Тут, - односложно ответила русалка, внимательно рассматривая завёрнутого в ее куртку младенца.
  - Что ты её разглядываешь, будто никогда детей не видела?
  - Таких не видела.
  - Это каких таких? - от любопытства я тут же позабыла обо всех переживаниях, на коленях подползая поближе к спутнице.
   Мимоходом отметив, что новоиспечённая мать дышит ровно и глубоко, я с интересом разглядывала дитя, прямо-таки умиляясь - какую красавицу мы только что родили! Интересно, как мамаша её назовёт? Девочке подойдёт королевское имя - черты крохотного личика были не по-младенчески чёткими, кожа аристократически-белой вопреки всем законам жанра - дети всегда рождаются красными. Ну или синими, кому как повезёт. А эта, вы гляньте, прямо красавица перед приёмом, и белил не надо. Волосики мокренькие, но удивительно густые, длинные, слегка вьются. Лапочка!
  - Грунь, - я против воли улыбнулась. - Так что ты там разглядываешь у нашей девочки?
  - Она какая-то странная. Неправильная.
  - Да, мне тоже кажется, что дитё слишком прилично выглядит для только что после рождения. Но что конкретно тебя беспокоит?
   Боковым зрением заметив движение в той стороне, где отдыхала после родов спасенная мать, я машинально обернулась посмотреть, и ...
   Ничего себе!
   Женщина выгнулась дугой, засучила ногами и широко распахнула рот. Только вместо любой страшноты крика из горла мамаши вырвался кровезамораживающий вой.
   Я звучно клацнула зубами, невольно отпрянув от незнакомки, и только тут обратила внимание на то, что вновь заскрёбшие по земле пальцы женщины оставляют после себя глубокие борозды.
  - Груня-а... - ошалело переведя взгляд с жутковатой картины на спутницу, я не могла унять бьющую тело дрожь.
  - Вот об этом я и говорю, - флегматично выдала русалка, с лёгким интересом глядя на невольную пациентку.
   Та, несколько раз дёрнувшись, вдруг резко села и распахнула глаза. Я сама чуть не взвыла на зависть всем окрестным волкам - зрачки у мамаши менялись, из круглых перетекая в вертикальные и обратно. Без остановки. И слегка светились.
  - Грунечка... Что же это?!
  - У меня есть некоторые мысли.
  - Какие? - я не могла оторвать глаз от женщины, невольно стискивая края рубашки трясущимися пальцами.
  - Думаю, наша больная недавно перенесла... - женщина вновь взвыла, оскалившись. Ой-ой! Клыки молодой мамаши заставили бы облезть от резкого всплеска комплекса неполноценности любого уважающего себя вампира. - ...нападение.
  - Чьё?! - ни дня покоя - только этого не хватало!
  - Полагаю, оборотня. Скорее всего волка.
  - Ого! Кошмар! А почему она всё ещё человек? И что это за странные метаморфозы с её глазами?
  - Тело не приняло изменений, но и не побороло попавшую в кровь заразу.
  - И что теперь будет?
  - Она умрёт, - сказано это было совершенно будничным тоном, как о видах на урожай.
  - Груня, да ты что?! Это же человек, как ты можешь так спокойно?..
  - Не знаю.
  - Ну сделай же что-нибудь! Ей можно помочь?
   Русалка задумалась.
  - Можно. Но то, что выйдет, тебе не понравится.
  - Почему? Да всё равно почему, пробуй, время уходит!
  - Хорошо, - спутница аккуратно положила младенца на землю, приблизилась к сомнамбулой застывшей в сидячем положении пациентке и резко выкинула вперёд левую руку, метя женщине прямо в лоб.
   Та не успела увернуться и бревном рухнула на землю.
  - Гру-унь... Я же не просила добить бедняжку из милосердия.
  - Не мешай, Би-и, - русалка деловито закатала рукава, выпрямила женщине руки, разорвала ей платье на груди и тут же нажала пальцами на несколько точек на теле роженицы.
   Мамаша резко обмякла, глаза закатились, дыхание стало редким и поверхностным. Одновременно под кожей пациентки будто заходили ходуном все мышцы, выворачиваясь, сплетаясь в немыслимые узлы.
  - Что происходит?
  - Она превращается.
  - Ты что?!
  - А что? Я говорила, результат тебе не понравится, но это единственный для неё шанс выжить.
  - И что мы с ней-оборотнем будем делать?
  - Ничего. Отпустим.
  - Дак вдруг она людей есть начнёт, на невинных граждан нападать исподтишка?
  - Тебя это беспокоит?
  - Ещё как!
  - Хорошо.
   Русалка потянулась к поясу и вытащила из ножен небольшой кинжал.
  - Это ещё зачем? - я слегка поёжилась.
  - Как зачем? Ты хотела, чтобы она не нападала на людей?
  - Ну хотела. И что?
  - А то. Иди сюда, Би-и. Будем отучать больную от человечины.
  - Как?
  - С твоей помощью.
  - Ничего се... - я от возмущения не смогла выговорить фразу до конца - дыхание перехватило. Она собирается угробить меня ради благой цели? Какая прелесть!
  - Не бойся, верь мне. Дай руку.
   Вопреки моим опасениям Груня не резанула мне по запястью, а лишь деликатно, с мастерством опытной лаборантки из поликлиники проткнула безымянный палец как при заборе крови. Так же умело выдавила несколько капель крови себе на ладонь.
  - Гру-унь... Ты таки имеешь медицинское образование? Как много я о тебе не знаю!
  - Я много чего имею, - хмыкнула русалка, потянувшись к лицу пациентки и приложив ладонь с каплями моей крови к её губам.
   Женщина зашевелилась, глубоко вздохнула и быстро облизала губы.
   Я вытянула шею, стараясь ничего не упустить из действий спутницы.
   Та, как только рот мамаши вновь закрылся, впилась пальцами левой руки ей в горло, а ладонь правой с силой приложила к многострадальному лбу покусанной оборотнем дамы.
   Прошло не больше трёх секунд, и больную буквально подбросило вверх. Груня не убирала рук, продолжая прижимать ладони к пациентке несмотря на начавшиеся у последней конвульсии. Изо рта женщины пошла пена, из ушей хлынула кровь.
  - Груня, что ты творишь?! - но русалка не реагировала, продолжая начатое.
   Наконец, когда я уже почти утвердилась в намереньи огреть спутницу чем под руку подвернётся, Груня отстранилась от женщины. Тело той тут же перестало биться в судорогах, кровь остановилась, а дыхание почти выровнялось.
  - Груня, что это было?
  - Это был урок. Который она запомнит навсегда. Больше никогда в своей жизни оборотница не попробует человеческой крови, такое не забывается.
   Мгм... Вот тебе и шоковая терапия, блин!
   Женщина снова задёргалась. Я подхватила с земли закутанного в куртку младенца и на всякий случай спряталась за спину русалки.
   Новоявленная мамаша резко села, затем взвилась в воздух и странным кувырком перешла на четвереньки. То есть кувыркнулась женщина, а на лапы пришёл уже полноценный волк, я бы даже сказала слишком полноценный - крупноватый как ни глянь, головой Криське до брюха достанет, а коняшка у меня не из малорослых. В тусклом свете шерсть зверя казалась бурой со светлыми пятнами, торчащей в разные стороны диковинными короткими сосульками. Животное повело ушами, принюхалось. И шарахнулось от нас как олигарх от налоговой. Слегка взвизгнув, существо пробуксовало лапами на одном месте и рвануло в сторону ближайших кустов. Тут же без следа в них сгинув. Ну дела-а!
   Я переводила ошарашенный взгляд с кустов на место, где всего несколько секунд назад лежала вполне обычная женщина. Как вдруг младенец на руках шевельнулся раз, другой, и как заорёт!
  - Ой! - я на вытянутых руках держала это верещащее чудо, не зная, что сделать, чтобы ребёнок успокоился. - Груня! Чего она хочет?
  - Наверное, есть. Хотя я не уверена.
   А уж как не уверена я.
  - А чем мы её кормить будем? Мясо детям такого возраста нельзя, овощи тоже...и даже хлеб. Разве что м...ммм... Стой! Это чадо, рождённое от оборотницы, часом, не переняло некоторые особенности организма от матери?
  - Полагаю, переняло. Сама видишь - ребёнок на обычного младенца похож мало.
  - Да не сказала бы, что так уж мало...
  - А ты ей в рот загляни.
   Чего я там не видала?
   Но ради интереса аккуратно потянулась к губам ребёнка. И резко отдёрнула руку - махонькие клычки щёлкнули буквально в паре сантиметров от моих пальцев. А-а!
  - Груня, она кусается!... Она кусается?! Я, кажется, отстала от жизни, но разве у детей до скольки-то месяцев есть зубы?
  - Нет, - вздохнула русалка.
   Ни сна ни отдыха измученной душе. Младенца клыкастого на шею нам с Грунькой ну оччень сильно не хватало для полноценного женского счастья.
  - И чем её теперь кормить? - решив, что повпадаю в истерику завтра, я повернулась к в задумчивости вышагивающей по поляне русалке.
  - Мясом.
  - Каким мясом?
  - Свежим.
  - Ккак?..
  - А так. Свежим тёплым мясом.
  - Где я его возьму?! - обоих добытых русалкой зайцев я ещё вечером зажарила - на поесть и на впрок.
  - Надо поймать, - спутница наворачивала круги вокруг всё еще пылающего дерева, рассеянно глядя вверх.
  - Кому надо? - немного не поняла я.
  - Наверное тебе, я не смогу сейчас охотиться, после лечения сил не осталось.
  - Хочешь сказать, и к месту нашей стоянки ты добраться не сможешь?
  - Не знаю. Наверное не смогу.
   Ночь чудес просто! Чем дальше, тем больше хочется материализма с отрицанием мистики.
  - Слушай... А как же она будет это мясо есть?
  - Нормально будет, зубами.
  - Мы что - зверёныша приветили невзначай?
  - Ну, не то, чтобы зверёныша.
  - А кого же? Нормальные дети питаются молоком!
  - Она тоже может питаться молоком. Но так как его у нас нет, придётся кормить мясом.
   Железная логика.
  - Грунь. Я конечно гуманист. Но не лучше ли было пустить это чудушко с мамой в лес?
  - Она пока не может ни ходить, ни оборачиваться.
  - Да? А клыки - это что? Для антуражу и развлечения окружающих?
  - Клыки - это непроизвольная часть превращения. На большее она, мне кажется, не способна будет ещё месяца три.
   Уже легче.
  - А если она меня покусает?! - красочно представляя Биночку с очаровательной серой шёрсткой на холке, я вздрогнула.
  - Она - Рождённая Оборотнем. Такие особи не имеют силы заражать ни через укус, ни как-то по-другому.
  - Совсем не имеют? - я уже смелее разглядывала переставшее вопить и лишь время от времени попискивающее на руках чудо.
  - Мгым... - русалка энергично почесала то место, где без личины виднелся месяц - я уже не в первый раз замечала за ней такую привычку в минуты задумчивости. - Есть некоторые обряды. Но они сложны и требуют подготовки. Случайно это дитя никого наградить оборотничеством не сможет. Разве что своё чадо.
  - Ну слава Богу! Ты меня успокоила, рыбка синеволосая. Держи этого мелкого уникума, - собираясь с силами, я передала ребёнка русалке и завертела головой, не зная, в какой стороне искать требуемое младенцу мясо. - Ну ты хоть подскажи, куда на охоту податься.
   Груня с минуту прислушивалась, потом повернулась ко мне.
  - Справа от тебя в двадцати шагах несколько зайцев, позади, на третьем от поляны дереве, пара куропаток.
  - Чем я их бить-то буду? Кинжалом?
  - Этого я не знаю.
   Ох. Ладно!
  
  - Ах ты мелкий обжо-орка, - я с умилением наблюдала за уплетающим свежатину ребятёнком. - Точно! Назовём тебя Жоржетой. Грунь, как тебе имечко? - надевая очередной кусочек мяса на длинный прутик - совать пальцы в ротик нашему младенцу я как-то опасалась, вон уже и палочка изрядно покусана.
  - Мне нравится, - флегматично отозвалась сидящая неподалёку на принесённых одеялах русалка.
   Я все-таки добралась до нашего лагеря, с нецензурной бранью и пыхтением собрала пожитки, взнуздала лошадей и даже умудрилась найти поляну с Груней и младенцем - с пятого, правда, раза, после получасового блуждания по лесу, пока наконец не заорала "ау!". Вот на ответные Грунины "ау" и ориентировалась.
   Куропатку после долгих размышлений и прикидываний подманила заклинанием. Жалко было птичку, но ребёнок верещал всё громче, пришлось выбирать - или я на прокорм, или пернатая. Да простят меня гринписовцы.
  
   Мы неспешно продвигались по тракту, не понукаемые лошади флегматично перебирали конечностями. Ребёнок тихо посапывал в притороченной к моему седлу корзине для еды - как хорошо, что вчера на рынке я не удержалась и купила этот шедевр прутикоплетения.
   В Груниных подсумках кроме прочего скарба болтались два свежеизловленных и потрошеных соратницей с утра зайца - не иначе вчерашние соседи.
   Дорога легко ложилась под копыта животинок, накормленное перед отбытием дитя мирно спало, мы с Груней думали. По крайней мере я точно думала. О многом. О том, как долго нам добираться до моего блудливого мужа, доберёмся ли мы вообще и насколько сложнее это путешествие будет благодаря присутствию в наших рядах грудничка.
   Сложности начались с рассветом, когда обнаружилось, что куртка русалки для приюта Жоржеты абсолютно непригодна и благодаря основательно пропитавшим ткань детским экскрементам теперь сойдет разве что для разжигания костра. Пришлось порвать одну из прихваченных в дорогу хлопковых туник на пелёнки.
   Ну ничего, прорвёмся, мы сильные, мы удачливые, мы всё можем, занималась я аутотренингом.
  
  - Груня, не пора ли прерваться на обед?
  - Как скажешь, - покорно натянула поводья русалка, спрыгнув на краю облюбованной мной для привала полянки.
  - Душа моя, передай, пожалуйста, хлеб, - я копалась в съестных припасах, размышляя, стоит ли разводить костёр? Обойдёмся холодным мясом с водой или не помешает заварить чайку?
   Развернувшись к подсумкам в намереньи разыскать там головку солоноватого сыра, краем глаза заметила некое движение справа.
   Мелькнув за деревьями, размытая тень тут же растворилась в чащобе.
  - Грунь, тебе не кажется, что мы тут не одни? - невольно поёживаясь, я вглядывалась в заросли.
  - Кажется, - русалка была привычно немногословна, укачивая на руках нашу нежданную радость.
  - И?
  - Что и?
  - Ты, мне кажется, издеваешься. Кто там шарится в кустах?
  - Ты точно хочешь знать? - она скосилась в мою сторону.
  - Как сама-то думаешь? Конечно хочу!
  - Хорошо. Это оборотень.
  - Ещё один?! Груня, признайся, мы что-то не то с собой прихватили, приманивающее нечисть?
  - Да.
   Сколько спокойствия!
  - Что?
  - Жоржету.
  - Как? Что?!.. Грунь, прекращай говорить загадками. Чем наша малютка привлекает перекидышей?
  - Своим существованием, - зашибись! - И только одного конкретного оборотня.
  - Какого?
  - Ты его знаешь.
   Я?! Я не вожу сомнительных знакомств с... Стоп!
  - Хочешь сказать, это её мать?
  - Она самая.
  - И давно она идёт за нами?
  - С утра.
  - И ты молчала?!
  - Не хотела тебя беспокоить.
  - Заботливая ты у меня!.. Зачем она нас преследует? Хочет отбить своё дитя? Съесть Жоржету, чтобы не досталась никому? Отомстить нам за жестокое обращение с животными?
  - Просто инстинкт. Она чувствует родную кровь.
  - Грунь, я поражаюсь твоему спокойствию. Что нам теперь делать?
  - Ничего.
  - Ты думаешь что говоришь? За нами по пятам следует опасная тварь, мы не знаем, как от неё отвязаться, а ты говоришь ничего!
  - Она не причинит нам вреда, мы отучили её от человечины, ты помнишь.
  - И что - пока мы с младенцем, наш маленький отряд будет повсеместно сопровождать это чудовище?
  - Возможно и не повсеместно. Я не уверена, что она пойдёт за нами в город или иное поселение.
   Очень интересная информация, но всё же.
  - Грунь, ну ты же у меня умная. Биночку нервирует общество оборотней, сделай что-нибудь.
  - Не переживай, Би-и. Мать имеет право быть рядом.
   Ну, я, в принципе, согласна. С ребёнком может. Но не со мной! Блин! Какая-то засада. И малышку одну не оставишь, Груня говорит, девочка сама не выживет, но и чувствовать за спиной дыхание оборотня как-то не вдохновляет.
   В конце концов, деточка, перекидыш - не самое плохое общество, если вдуматься. Не вурдалак и ладно. Нет, ну нормальных людей сопровождают собаки, кошки, вороны в крайнем случае. Нас оборотень. Невероятное везение!
   Что ты кричишь, Жоржета? Есть хочется? Я не сомневалась. Где тут наш жезл для кормления мелких клыкастиков? Кушай, моя девочка...
  
  
  
   Глава десять
  
  
  - Груня, мне кажется или нас кто-то нагоняет? В большом количестве - земля трясётся так, будто по ней стадо слонов марширует.
  - Не знаю, о каких слоньях ты говоришь, но вскоре нас догонит большой караван. Кроме лошадей у них явно имеются более крупные животные. По звуку не могу распознать какие. Людей в караване человек двадцать.
   Я старательно зашевелила извилинами, пытаясь прикинуть, выгодно ли нам будет подобное сопровождение. По всему выходило, что путешествовать большим количеством удобнее, и погоня запутается, пытаясь найти нас с русалкой среди большого скопления живых организмов, и по части безопасности полный ажур. Решено - будем присоединяться к каравану. Главное, чтобы владелец оказался дружественно настроенным. Некоторую часть пути пройдём с ними, ответвлений и развилок на тракте на расстоянии двух дневных переходов точно не предвидится.
  - Будем входить в контакт, - обернулась я к русалке. - Кстати, Грунь, а с чего ты взяла, что это именно караван? Не воины, не церемониальная процессия.
  - Церемониальные процессии не ездят верхом.
  - Ну хорошо. А может это боевой отряд?
  - К нам приближаются не воины, хотя люди, умеющие убивать, там есть.
  - Откуда ты знаешь?
  - Я чую их, - просто ответила спутница.
  
  - Долгих лет вам и вашей семье, уважаемый! - воспроизвела я традиционное восточное приветствие, старательно стреляя глазками в сторону иноземного купца, главу наконец нагнавшего нас каравана.
   Путешественников оказалось и правда много. Половина восседала на обычных лошадях степной породы, коротконогих и выносливых. Остальные ехали на огромных животных наподобие кенгуру, ловко держась в закреплённых на звериных спинах сёдлах необычной конструкции. Животные прыгали на двух задних конечностях, были довольно флегматичны, обладали короткой сиреневой шерстью и отличались от земных аналогов полным отсутствием брюшных сумок. Я с трудом оторвала взгляд от диковинных животин и вернулась к разглядыванию нового знакомца.
   Дородный мужчина лет сорока с хвостиком, в ярком восточном халате и расписных шароварах, величаво восседал на здоровенном пегом жеребце. Весь облик купца говорил о многолетней привычке повелевать, взор был полон восточной снисходительности.
   Я мило улыбалась нежданному попутчику, исподволь изучая нагнавший нас караван. Сильные, хорошо вооруженные воины, добротно сделанные, доверху груженые повозки. Да, нам и правда безопаснее будет с ними - карта предупреждала, что места, где предстоит проехать, неспокойные.
  - Какими судьбами в здешних краях? - Кое-как удерживая морок на русалке, я пыталась вспомнить формулу для закрепления образа и продолжала лыбиться в прежнем режиме.
   Купец, мимолётно оглянувшись на подчинённых, развернулся ко мне, с интересом осматривая нашу маленькую, но живописную конную группу.
  - Приветствую, уважаемая, - слегка осадив лошадь, мужчина поехал рядом. - Да вот, путешествуем. Были в Грании по торговым делам. Теперь возвращаемся домой, - он неожиданно тепло улыбнулся. - Скучаю по родным землям. Здесь всё не то - и природа, и люди, - купец со вздохом окинул взглядом местную кустистую флору по обе стороны дороги.
  - Далеко ли до дома?
  - Путь неблизок. Мамед, - поклонился собеседник.
  - Беата, - не моргнув соврала я.
  - Мой дражайший господин, вы родом из южных провинций? - я мило улыбнулась - раз в пятый за прошедшие десять минут.
  - Да, я из Зуркинатьи, - кивнул владелец каравана. - Дела завели далеко от родных мест. Могу ли я узнать, куда две юные красавицы направляют свои лёгкие прекрасные стопы?
  - Видите ли, господин, - я потупила очи. - Два месяца назад я произвела на свет дитя, - кивнув на корзину с Жоржетой. По возрасту почти не соврала - малышка росла как в сказке не по дням, а по часам. - Мы с мужем давно его ждали. Будучи на сносях, я решилась поехать к сестре - у той уже трое ребятишек - дабы благополучно родить. Теперь же, оправившись, безмерно скучая по супругу, еду к нему с нашей дочерью и с моей служанкой Груней. Сестра живет не слишком богато, потому я не стала обременять ее выделением пышного сопровождения, отправившись в путь втроем. Ведь это безопасно, господин?
  - Вы не правы, уважаемая, тут нынче неспокойно. Но не тревожьтесь, драгоценная, мы вас убережем, - глядя в мое старательно перекошенное страхом лицо, заверил спутник.
  - Как же нам повезло с вами, уважаемый, - я оскалила зубы в настолько широкой ухмылке, что чуть челюсть себе не вывихнула. - Теперь я верю - мы доедем домой благополучно!
  - Моя госпожа, будьте спокойны. Мой караван будет вам лучшей защитой. Взгляните на нетгуров - самые выносливые твари, что создала природа, - он жестом указал на следующих в хвосте процессии кенгуру. - А мои воины - лучшие в своем ремесле. С нами вы будете в безопасности.
  - Право же, мне не хотелось бы вас обременять, - запоздало посетовала я, внутренне ликуя.
  - Какое беспокойство, моя госпожа? - замахал руками спутник. - Я буду рад оказать вам столь ничтожную услугу.
   А восточные мужчины приятно учтивы. Даже не ожидала. Хотя и надеялась.
  
   К ночи мы остановились на привал.
   Отъехав в хвост каравана, я тайком покормила Жоржету и, следуя приглашению не погнушавшегося подойти к нам лично хозяина каравана, отправилась к костру отведать угощения из общего котла.
  - Не ешь, - раздалось у меня над ухом, когда Биночка потянулась к поставленной рядом плошке с варевом.
   Не оборачиваясь, я скосилась на присевшую рядом русалку и тихо шепнула.
  - Грунь, ты чего?
  - Не ешь, Би-и. Я тебя прошу.
  - Почему?
  - Расскажу потом.
   Я послушно отдернула руку от посудины, имитируя приступ тошноты.
  - Прошу простить, уважаемый Херон. Мне что-то нездоровится - еще не полностью оправилась после родов, - я виновато развела руками и быстро отошла от костра.
  - Ну, Груня, рассказывай.
  - Что?
  - Как что? Почему ты мне поесть не дала? Я голодная, между прочим!
  - Еда заразна.
  - Заразна, ха... Что?! Как заразна? Почему??
  - Посмотри на их повара. Вон тот худой, у костра.
   Я глянула в указанную сторону.
   Бледный до синевы мужчина сидел очень близко к огню и все равно трясся от холода. Он кутался в теплую накидку, на лице выступили капли пота. Да, похоже парню нездоровится.
  - Так он болен? Грунь, надо предупредить остальных, пока не поздно.
  - Поздно.
  - Почему?
  - Они все уже заразились.
  - Откуда ты знаешь?
  - Чувствую.
  - И давно они?
  - Судя по повару, день точно.
  - А мы не заболеем?
  - Нет, Би-и, мор передается только через еду или прикосновение. Тебя никто не трогал? Ты у них ничего не брала?
  - Никто и ничего, - с минуту подумав, я уверенно качнула головой. - А что за мор?
  - Кровяной.
  - Опасный?
  - Да.
  - А почему кровяной?
  - У болезни три стадии. На последней у человека идет кровь из...из...
  - Я поняла, - наверное завершающая стадия похожа по симптомам на дизентерию. - Из зада. То есть несчастный ходит на природе кровью. Да?
  - Да, Би-и.
   Жуть.
  - И чем дело кончается?
  - Смертью.
   Ужас!
  - Так они все умрут?!
  - Не все. Из пятнадцати трое могут выжить.
  - Груня, что же делать? Мы можем им помочь?
  - Если ты хочешь.
  - Хочу, конечно, что за вопрос?! Давай им расскажем!
  - Нет.
  - Почему?
  - Ты желаешь быть сожженной заживо?
  - К-как сожженной?
  - Заживо, - как малому ребенку по слогам повторила русалка.
  - Да почему?
  - Потому что тех, кто приносит дурные вести, убивают. А женщин почитают ведьмами и сжигают для очищения.
   Очищения чего? Воздуха что ли? Так наоборот же вонять будет.
  - Но мы ведь не дурные вести, мы предупредить.
  - Пусть они сами узнают о болезни. Мы в караване чужие, подумают что кликуши. И сожгут, - зловеще закончила русалка.
   Да. Действительно, не лишено смысла. Похоже Груня права.
  - Что же делать?
  - Ждать.
  - Долго?
  - Думаю до завтрашнего вечера, к тому времени половина каравана точно заболеет.
  - А повар за день не умрет?
  - Нет.
  - И ты сможешь его спасти?
  - Попробую.
   На том и решили.
  - А я что же - лягу спать голодной? - вдруг возмутилась часть Биночкиной натуры, видимо та, что прожорливее.
  - Зачем? У нас есть еда, ты забыла?
   И правда что.
   Тайком наскоро перекусив, мы завалились спать.
   Я некоторое время ворочалась, терзаемая беспокойством за всех подряд - новых спутников, Груню, малышку и мужа до кучи. Наконец, когда беспокойство начало перерастать в панику, усталость взяла свое, и я отрубилась.
  
   Весь день я елозила в седле как на игольнице, в которую какой-то садист понатыкал иглы остриями наружу. То и дело поглядывая на повара, не пропустила момента, когда несчастный рухнул с лошади и незаметно переглянулась с русалкой. Похоже началось.
  - Что случилось, уважаемый? - подъехала я к спешившемуся возле бедолаги Мамеду.
  - Наш повар. Похоже ему нездоровится.
  - Бедняга.
  - Не беспокойтесь - наверняка это простуда.
   Ну да. Практически легкий насморк.
  - И что вы будете делать? Может встанем лагерем?
  - Рано еще. Погрузим его на повозку и продолжим путь, - мужчина жестом подозвал одного из слуг и отдал распоряжения.
   Ну вот. А я надеялась, что факт болезни выплывет. Ладно, подождем. Надеюсь, промедление не окажется смерти подобным.
  
  
  
   Глава одиннадцать
  
  
  - Ох, госпожа моя, страсти-то у нас нонеча какие творятся! Мертвяки встали. Посередь дня в дома к бывшей родне ломятся - ничем их не удержишь! - сопровождавший меня мужичок вжал голову в плечи и поежился.
  ...С караваном и его гостеприимным владельцем мы простились накануне, очень тепло - нам с Груней-таки удалось выходить парней, ни один не ушел в объятия белой госпожи, даже повар. Бывшие пациенты не хотели расставаться со своими спасительницами, но у Мамеда вдруг образовалось дело в стороне от нашего маршрута, да и у спутников накопилось слишком много вопросов к двум девицам с ребенком. А уж после того, как одним утром я обнаружила, что корзинка Жоржеты пуста и, вскочив в холодном поту, увидела хорошенького рыжего волчонка, резвившегося неподалеку, мы решительно распрощались с караваном. Повезло еще, что никто из спутников не заметил обернувшегося ребенка. Жалко было, но пришлось оставить караван.
   И что там Груня говорила о том, что малышка еще три месяца не будет способна перекинуться? Видимо наша малютка закончила курс грудничка экстерном, став и по виду, и по способностям полноценным пятимесячником за декаду. В корзину она уже не влезала, пришлось расширить, попутно освоив навыки прутикоплетения. Мне - русалка флегматично заявила, что к ремеслам способности не имеет. Ты подумай!
   Переночевав в лесу, к полудню мы вышли к деревне, чему были очень рады - со зверьём для Жоржеты нам нынче не повезло, да и вообще запасы катастрофически заканчивались.
   Задержавшись у мясника и отправив Груню вместе с женой согласившегося предоставить нам кров селянина, теперь я с покупками следовала за разговорчивым крестьянином и продумывала план дальнейших действий...
  - Мертвяки? С чего? Не слышала, чтобы покойники сами из земли вылезали.
  - Да кто ж их разберет, госпожа? Только уж второй день как покоя в селе нет. Да сами посмотрите.
   Открывшееся за поворотом зрелище заставило мурашки просто-таки табунами замаршировать по спине - тут и там перед жилищами, у небольших каменных выступов, служивших видимо обозначением границы владения, корчились и жутко выли полуголые ..э-э...вроде мертвяки. Они бешеными глазищами косились на венчающие те самые выступы металлические изделия - где подсвечники, где кубки - и слегка дымились. Казалось, все жилы на обнаженных телах вздулись от неимоверного напряжения. Никогда не любила фильмы ужасов. Представшее глазам зрелище было в сто раз хуже любого из виденных. Глянув на мертвяка слева, я с ужасом увидела, как подсвечник под его взглядом начинает трястись и сам собой сдвигается к краю. Кошмар!
   Я ускорила шаг, радуясь, что Груня с Жоржетой поскакали вперед и наверное уже в безопасности.
  - Вот и пришли, - с облегчением вздохнул мужичок, скидывая с плеч мешок, набитый закупленными мной в дорогу продуктами. - Энто, значицца, мой дом, - селянин гостеприимно распахнул протяжно скрипнувшую дверь. - Эх, забыл смазать. Да что ж вы на пороге-то, госпожа? Заходьте, - он буквально впихнул меня внутрь, тут же заперев дверь на огромный чугунный засов. И все-таки малый флегматик. Я бы уже наверное на месте местных билась в истерике - по деревне мруны гуляют. Ан нет, местное население держится молодцом.
  - А где моя спутница?
  - Знамо где - переодеваются, - вышла из-за печи пышнотелая румяная женщина лет тридцати. - И вы извольте - вон тама, - она указала рукой на дверь в дальнем конце горницы. - Устали-то небося с дороги. А я уж вам и умыться принесла.
  - Да-да, спасибо, - рассеянно кивнула я, прислушиваясь к странным звукам за входной дверью.
   Как раз в этот момент там кто-то душевно взвыл. Ух страсти-то какие, невольно припомнились слова хозяина.
  - Ч-что это?
  - Знамо что - мертвяк. Ломицца.
  - Родственник? - понятливо предположила я.
  - Агась. Мужев дед, - а рвется как молодой - я даже здесь слышала треск кажется досок. - Ну да не пройдет - мы тама подкову серебряную над воротами повесили, - действительно когда мы входили во двор, я обратила внимание, что здешнее строение имеет огороженный по всем правилам двор и высоченные ворота, которые хозяин шустро запер за нашими спинами. - Да и вона - водицей наговоренной запаслися, - женщина указала на стоящий у печи ковш.
   Молодцы хозяева, подготовились. Здорово. А вот интересно - умеют ли мертвяки через стены лазать? Ограда-то невысокая совсем.
  - Уа-а-ау! - будто в ответ раздалось почти над ухом, и я, дернувшись, стукнулась головой о деревянную стену.
   Тут мы втроем не сговариваясь уставились на дверь - в нее кто-то почти деликатно скребся. Подковка, говорите? Ну-ну.
   Дедушка, значит? Закрывшись от брызнувших во все стороны щепок разлетевшейся от мощнейшего удара двери, я глянула из-под руки на вошедшего. Ничего себе у них тут старцы. Что называется, шоб я так жил. Парень оказался крепким, жилистым и как все виденные в деревне мертвяки полуголым. Темно-серые штаны плотно обтягивали ноги, исключая любую крамольную мыслишку о дряблости мышц нежити.
  - Эт-ик-то хто?! - тыча в зомбика пальцем, разыкался хозяин.
  - Дед ваш. Вроде. - Я тихонько пятилась к двери, за которой должны были быть Груня с Жоржетой, перебирая в голове способы борьбы с нежитью подобного плана. Однако мужик слишком хорошо сохранился даже для свежайшего мруна.
  - Пресветлая Богиня с вами! - мужик сделал обережный знак. Медленно повернувшийся к нему мертвяк жутко расхохотался. - Старому мухомору было за осьмдесят годков, а такого росту и мощи в ём даже по молодости не помнят.
   Любопытно. Что ж это - чужой что ли мертвяк приперся? Заблудился, родной?
   Мысли сами собой рождались в голове, будто отдельно от трясущегося мелкой дрожью тела - зомбик наводил на меня леденящий душу ужас. Наверное потому, что из-за обилия освещения нежить была видна во всех подробностях. И вела себя жу-утко спокойно и нетипично.
   Тут разглядываемый объект уставился прямо на меня и в несколько прыжков оказался совсем рядом. Всхлипывающе вздохнув, я шагнула к мертвяку и приложила оба кулака к его голому торсу, стараясь отодвинуть голову подальше от обнаженных в ухмылке зубов. На безымянных пальцах я с некоторых пор таскала серебряные перстни и сейчас на них очень рассчитывала.
  - Покойся с миром, покойся миром, - как заведенная повторяла я, старательно вжимая серебро в живот мруну. Тот на удивление даже не пытался отодвинуться.
  - Покойся с миром, - подхватили несмело приблизившиеся хозяева.
   Только мертвяк почему-то не торопился рассыпаться прахом или хотя бы деликатно задымиться. Что-то не так? Перстни точно из чистого серебра. Или... Да нет, не может быть.
   Зомбик издевательски расхохотался мне в лицо. Ничего себе. Ладно, пойдем другим путем. Сорвав с себя длинную, состоящую из трех квадратов чистого серебра серьгу и чуть не порвав при этом мочку, я запихнула ювелирное изделие вражине в рот и для надежности прихлопнула ему нижнюю челюсть вверх.
   Монстр глотнул и...
  - Напрасно. Маленькое несварение - это все, что я получу от твоего украшения, - а говорит-то как ладно. Гад!
   Я некоторое время смотрела на продолжающего скалиться мертвяка, и наконец, не выдержав, отбежала на несколько шагов. Да что ж это за нежить? Серебра не боится. Стоит тут, лыбится, лясы с будущими жертвами точит.
   А если так? Я наклонилась к ковшу с наговоренной водой и по привычке крестом обрызгала мруна. Тот начал дымиться.
  - Хха... Наговоренная? Ахха! - он вновь подскочил к продолжающей горстями разбрызгивать воду мне и ощерился, сверкая внезапно удлинившимися клыками.
   Быстро отступая, я рефлекторно уперлась рукой ему в подбородок, пытаясь хоть как-то уберечься от жутких зубов, а другой продолжала прямо из ковша поливать нечисть. Нечисть покорно дымилась, агрессивно щелкала зубами и наступала. И все. Да сдохнет этот сволочной приблуда когда-нибудь наконец или нет?! Главное даже оружия под рукой чтобы отрубить ему башку нет. И хозяева попрятались куда-то, даже не думая приходить на помощь.
   Я уже была в почти предынфарктном состоянии.
  - Би-и, что тут?...
  - Груня, беги! - рявкнула я показавшейся справа русалке.
  - Би-и... - и тут сидевшая на руках гроети Жоржета (этот мелкий монстрик уже выглядел как полноценный семимесячный карапуз и уверенно садился, в последние пару дней пытался ходить и что-то лопотал) заорала. Проголодалась наверное, бедняжка. Мясо-то так и валяется в мешке у порога, а дите с утра некормленное.
   Мертвяк, услышав детский крик, дернул головой и уставился на русалку.
   Ах ты гад! Малышку не отдам! Заметив наконец ножны с мечами, я в три прыжка доскакала до пожитков и выдернула клинки. И метнулась наперерез двигающемуся к русалке мруну.
  - Бельчонок, да убери ты железяки, - отмахнулся он от меня, улыбнувшись совсем по-человечески. Я даже опешила от неожиданности.
  
  
   В горнице нас было двое - Груня ушла кормить малышку, хозяева продолжали где-то прятаться. Приблудный мрун, возмутительно бодрый для зомбяка, сидел напротив и сдержанно улыбался. Гад! Ну хоть зубы наконец спрятал.
  - Ты кто? - решив, что раз нежить не пытается меня убить и даже изъявила желание пообщаться в спокойной обстановке, терять в принципе нечего, я дала волю природному любопытству. Не выпуская, впрочем, из рук верные клинки.
  - А ты? - в лучших традициях коренных иудеев выдал собеседник.
  - Разве сам не видишь? Человек. В отличие от некоторых, - последняя фраза вырвалась сама собой. Я мысленно обругала себя за несдержанность.
   Монстр к счастью ничуть не обиделся.
  - Так-то оно так, но этому миру ты не принадлежишь точно. Иноземная гостья?
  - Как ты узнал? - это тоже вырвалось помимо воли. Да что у меня сегодня с мозгами? Или языком!
  - Ты пахнешь по-другому, - пожал плечами мертвяк.
   Он был все еще полуголый - может быть потому, что никто не предложил гостю одежду? Вообще ничего не предложили - даже неудобно как-то. Идеально гладкая кожа обнаженного торса мруна продолжала слегка дымиться, я только через некоторое время поняла, на что это похоже - так парит мокрая ткань над жарким костром.
  - А ты что - перенюхал всех жителей этого мира? - огрызнулась несколько сбитая с толку только что сделанным открытием я.
  - Можно сказать и так, - опять не обиделся собеседник. - Я видел представителей многих народов. Наверное всех или большей части. Твоя кожа издает столь необычный аромат, что именно из-за него я сюда и пришел - любопытство, знаешь ли.
   Оказывается, не одна я страдаю этим недугом.
  - Со мной мы все выяснили. Теперь давай о тебе.
   Мрун вздохнул.
  - А ты настойчивая, бельчонок.
  - Почему ты так меня называешь? От меня пахнет белкой?
   Он расхохотался.
  - Нет, ты такая же суетливая и любопытная.
   Ну спасибо!
  - И все-таки? - гнула я свою линию.
  - Ну раз ты настаиваешь... Что ты знаешь об оборотнях?
  - Э-э... - по правде говоря знала я о них прискорбно мало.
  - Известные людям и самые многочисленные - те, кого описывают как огромных свирепых чудищ с горящими глазами и капающей из пасти слюной - это обращенные, - начал ликбез новый знакомец. - Редко сбиваются в стаи, живут без правил и цели, как правило недолго из-за бесконтрольной жестокости и страсти нападать на людей. Мы называем их дикими. Именно их нужно благодарить за слухи о том, что любой раненый оборотнем человек непременно обернется.
  - Так ты оборотень? - я по-новому взглянула на собеседника.
  - Некоторым образом, - парень был ужасно улыбчивым - вот опять скалится. Весельчак.
  - Жажда убийства у вас в крови? - довольно быстро справившись с удивлением, подалась я вперед, жалея, что под рукой нет письменного прибора - сведения о перекидышах из первых рук... Книга была бы обречена на успех.
  - Не у нас - у диких.
  - Почему?
  - В каждом из них остается частичка человека - маленькая. Страдая от невозможности вернуться к прежней жизни, они ненавидят себя, ненавидят монстров, сделавших их такими. И ненавидят людей - за то, что те могут продолжать жить, а не сходят с ума от жажды крови, мяса, жажды убийства. В моменты такой ненависти слюна диких становится ядовитой - именно от их укуса в период бешенства люди заражаются оборотничеством.
  - А вы, выходит, не такие? - я недоверчиво хмыкнула. - Все из себя благородные и никого не кусаете? Да я сама видела, как вы на людей кидались и - и нам, кстати, дверь вынесли!
  - Тому была причина. Но о ней позже, давай по-порядку.
   Какой обстоятельный ликан. Аж оторопь берет.
  - Ну давай.
  - Так вот. Не все обернувшиеся одержимы. Часть их - те, чья душа сильнее, подавляют в себе ненависть и сбиваются в небольшие семьи - мы называем их стайниками. Живут более-менее мирно, питаются животными, размножаются. Их потомство с каждым поколением теряет частичку человеческого и в конце концов вырождается в обычных волков - только более крупных и сильных, чем обычные.
  - Как интересно. А что же вы?
  - Экая ты торопыга, - усмехнулся оборотень. - Когда дикий кусает женщину на сносях, плод становится оборотнем. После заражения почти сразу начинаются роды. Если срок идет к концу, ребенок выживает. Так появляемся мы - рожденные оборотнями.
  - А чем вы отличаетесь от диких?
  - Наша слюна не выделяет яда никогда, мы можем оборачиваться, вопреки людским домыслам, в любое время дня и ночи, ну и кое-что еще...
  - А что еще?
  - Ну-у... - он задумчиво взъерошил черные как смоль волосы, будто решая, стоит ли доверять приставучей девице сокровенные оборотнические тайны. - Можем принимать человеческий облик. Любого человека. Можем читать мысли - то есть не читать, а видеть образы. Так мы и подсматриваем себе новую внешность, когда это нужно.
  - Вот почему крестьяне видели своих умерших родственников! Это все вы?
  - Именно.
  - Зачем?
  - Тому были причины, - повторил мужчина.
  - Какие? - наглеть - так по полной.
  - Экая ты - он со смехом покачал головой. - Ну слушай. Мы чуем каждого рожденного на много дней пути. Один из наших братьев неподалеку от этой деревни попал в беду. Услышав зов, наша стая - да-да, мы тоже живем в стаях - кинулась на выручку.
  - А что случилось?
  - Вурдалак напал на ребенка. Наш брат сцепился с с этим вонючим выродком и едва не погиб - вурдалаки сильнее оборотней, но медлительны и тупы. Только это дало Лагу шанс на победу - монстр был повержен. Но и наш брат сильно пострадал, - он вздохнул. - Раны от когтей вонючих выродков очень плохо заживают. Поэтому когда местные нашли Лага вместе с плачущим, но невредимым ребенком, наш брат был беспомощен. А жители деревни решили, что жертву валявшегося неподалеку монстра лучше убить - вдруг обернется? Невежественная чернь! - в голосе мужчины возмущение слилось с неприкрытым презрением.
  - И что же было дальше? - заинтересованно прихлопнула клинком по столешнице я, внутренне поеживаясь - неужели идиоты-крестьяне грохнули спасителя? Вот она - людская благодарность.
  - Мы нашли его истыканного кольями как приготовленная для шпигования индюшка, - лицо собеседника помрачнело. - Для верности селяне вонзили нашему брату в грудь посеребренный клинок.
   ЖУть какая! Да тут не деревня, а сборище маньяков!
  - Семью спасенного мальчика, единственных, кто вступился за раненого, избили и выкинули из деревни. Взрослых - детей просто выгнали.
   У меня зачесались руки. В голову пришла мысль - хорошо, что староста с женой спрятались. После такого рассказа я бы их самих заготовила для шпигования.
  - Так вы пришли отомстить за погибшего брата? - сочувственно взглянула я на оборотня.
  - Нет. Мы пришли проучить тех, что в своем невежестве хуже нежити.
  - А как же...
  - К счастью для селян, Лаг выжил.
  - С ножом в сердце?! Я не знала, что ликаны бессмертны!
  - Темная волчица с тобой! - замахал руками новый знакомец. - Нас довольно легко убить. Если знаешь как.
  - Но...
  - Ты же помнишь, я говорил, что мы умеет управлять металлом. Лаг был слишком слаб, чтобы сопротивляться, но на то, чтобы остановить острие, не дав пронзить сердце, его сил хватило.
   В комнате на несколько секунд повисла тишина. Затем собеседник продолжил.
  - Селяне решили, что жертва мертва и бросили нашего брата на растерзание стервятников, - голос мужчины наполнился горечью. - Хвала вечной, мы подоспели вовремя.
  - Он выживет? - мне было до слез жаль отважного Лага, вступившегося за абсолютно ему чужого человеческого детеныша.
  - Должен. Мы отнесли его в безопасное место. А сами вернулись.
  - Что же теперь будет с родными мальчика?
  - Мы сделали для них все, что могли - люди серьезно не пострадали. Сейчас они в лесной хижине, в тепле и сытые. Они не распознали в нас перекидышей и с благодарностью приняли помощь.
   Есть же нормальные граждане и в этом захолустье!
  - А что будет с местными?
  - Мы еще не решили. Пока только пугаем...
  - Ясно... А почему ты так заинтересовался нашей Жоржетой? - вдруг вспомнила я странную реакцию оборотня при виде малышки.
  - Видишь ли, с каждым поколением рожденные обретают все больше звериных качеств и теряют силу истинных рожденных. Теряется способность оборачиваться в любого человека, разные другие способности. Поэтому нам все время требуется свежая кровь - новые истинные. Рождение каждого, как и нападение дикого, мы всегда чувствуем. И мы стараемся найти таких детенышей, пока обернувшаяся мать или суеверные крестьяне не убили младенца.
  - Так взяли бы парочку диких, нашли несколько беременных на девятом месяце и дали покусать, - тоном разрезающего лягушку естествоиспытателя внесла я предложение.
   Мужчина на пару секунд оторопел.
  - Темная волчица с тобой, бельчонок! Пожалей бедных матерей - их участь незавидна.
   Мда. Об этом я не подумала. Бина, откуда в тебе эта жестокость? Мысленно обругав себя последними словами за кровожадность, я решила сменить тему.
  - Ты говоришь слишком правильно для того, кто всю свою жизнь провел в лесу среди таких же полуживотных... Ой, извини! - прикусила я язык, заглядывая мужчине в глаза - совсем не хотелось обижать нового знакомого.
  - Бельчонок, если мы половину своего существования бегаем в звериной шкуре, это не запрещает нам читать. И общаться с людьми - да, - ответил он на мой удивленный взгляд. - В наших стаях очень редко, но бывают человеческие гости. Некоторые довольно долго путешествуют, существуют рядом с рожденными. И потом - не забывай, мы можем принять облик любого человека. И пользуемся этим, чтобы бывать в ваших городах, где и раздобываем разные вещи, в том числе и книги. Среди рожденных очень мало не умеющих читать. Мы живем гораздо дольше людей, поэтому времени для самообразования у нас предостаточно.
   Удивил!
  - А почему ты все еще дымишься? - не подумав - как обычно - ляпнула я. И тут же покраснела - нашла о чем спросить!
   Мужчина улыбнулся мне как пятилетнему почемучке.
  - Наша кровь горяча. Тело оборотня гораздо теплее, чем человеческое. Ты так щедро меня обрызгала - теперь влага испаряется.
   Блин. Вот тебе и наговоренная вода!
Оценка: 5.61*19  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) К.Воронова "Апокалиптические рассказы"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"