Ellis L: другие произведения.

Вивисекция чувства

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


  • Аннотация:
    Грустная история взаимоотношений девочки Элли и мишки Пэдди. Три точки зрения: мишки, девочки и автора. Пишется

  
  
  

Вивисекция чувства

  
  
  
  

Фартицкий

   Девчонка сидела напротив, на бровке пандуса, и следила, как он выкладывает из магазинной тележки пакеты в багажник.
         Мелкая, в джинсовой курточке, с вороньим гнездом на голове, она напоминала нахохлившегося больного воробья.
         - Мужчина, угостите даму сигареткой.
         - Минздрав предупреждает о вреде курения для здоровья... - несогласно буркнул Фартицкий.
         Он был не в духе, у тележки заело колесо, и пришлось скрежещущую тварь тащить через всю стоянку. Выглядел он при этом идиотом, и настроение амбициозному Фартицкому такое "поругание чести и достоинства" не улучшило - а тут ещё это существо.
         - Жмотяра, - констатировала "дама", натянула на голову капюшон, зябко обхватила себя руками и отвернулась.
         - Не жмотяра, а человек ратующий за здоровый образ жизни. И "дамскому организму", извините, не полезно сидеть голой жопой на цементном полу.
         - Не оправдывайся, прими как данность свою сущность - ты жмотяра. Ханжа под соусом благих сентенций, - плюнуло в ответ ядом существо, но без азарта, вяло, тема существо не интересовала.
         Захлопнув багажник, Фартицкий оттащил пустую тележку к стене и поставил рядом с визави. Он бы мог отнести тару к противоположной стене, и тогда его дальнейшая жизнь сложилась бы совсем иначе, но история не знает сослагательного наклонения, отнёс и отнёс..
         У тощей девчонки и ножки были тощими, да ещё эта молодёжная мода на драные джинсы. В прорехах чёрных штанов острые коленки "дамы" казались трогательно беззащитными, а кожа на них не белой - а какого-то сюрного синеватого оттенка в крупные пупырышки.
         По стоянке гуляли промозглые сквозняки, и даже тепло одетый Фартицкий чувствовал дискомфорт, а уж насколько продрогло тонкое тельце "дамы", и думать не хотелось. Понять логику дальнейших поступков не склонного к сентиментальности, суховатого флегматика Фартицкого - сложно. Может быть, просто пришло время таких поступков?
         - Мадам, у вашей проницательности сбился прицел, и вы неверно определили сущность исследуемого объекта, - он распахнул переднюю дверцу, - садитесь, вместо вредной сигареты, я вам предлагаю полезный горячий обед.
         Девчонка подняла голову и удивлённо уставилась на Фартицкого, а потом, уверившись, что он не шутит, немыслимо лёгким птичьим движением подхватилась и впорхнула в салон автомобиля. Да, именно так впорхнула в жизнь заядлого холостяка Фартицкого девочка Элли с макового поля.
         Впрочем, тогда ещё можно было всё изменить. Например, заехать в какой-нибудь попутный "Биг-Мак", оплатить существу обед, и не дожидаясь окончания трапезы, свалить. Именно так - оплатить и свалить, свалить и забыть...
         Но тут сыграли отрицательную роль две предыдущие недели. Две предыдущие недели Фартицкий провёл в командировке в Ирландии. Не погрешу против истины, если скажу, что у 'изумрудного острова' множество достоинств, но видит бог, кулинария в их число не входит. 'Фиш энд чипс' - блюдо для людей непритязательных. И что самое ужасное, в Ирландии, что бы вы ни заказали, независимо от цены и названия, этим блюдом всё равно будет 'фиш энд чипс', там всё - 'фиш энд чипс', всё, кроме виски. Наверно поэтому, жертва ирландской кулинарии Фартицкий, по дороге даже не вспомнил о фастфуде, он предвкушал домашний, приготовленный собственноручно обед, а готовить Фартицкий умел и любил.
         Вот так, прицепом к гастрономическим мечтам, девочка Элли просвистела мимо попутных 'Биг-Маков' и влетела прямо в квартиру Фартицкого. В его дом. В его крепость. В его святая святых. Проникла за периметр, нарушила целостность оболочки, забурилась под кожу. Метастазами проросла в беззащитные клетки, вместе с кровью и лимфой разнеслась по организму и, в конце концов, привела к летальному исходу. Фатально - летально... Но пока, не подозревающий о фатальных последствиях спонтанной благотворительности, Фартицкий ехал в машине и краем глаза косился на пассажирку.
         - Пётр Фартицкий, можно на ты.
         - Элли, - муркнула куда-то себе в пазуху "дама", - тоже можно...
         Девчонка слишком промёрзла, чтобы за несколько минут отогреться в тёплом салоне, и благотворительность Фартицкого её тоже не согрела, очевидно, она не верила в благотворительность. Поза. Её поза была отчаянно красноречивой. Зябко задранные плечики, уткнутый в ворот вязаного свитера нос, и сведённые в глухом кресте отрицания, руки. Проблема. Проблемное существо.
         - Опасность! - запоздало протрубил аларм ангел-хранитель Фартицкого.
         Где он раньше был? Привыкнув к беспроблемному подопечному, обленился и проспал, или отлучился по ангельским делам? Не суть... главное, что он опоздал.
         'Отогреется, покормлю, и нафиг с пляжа, мне проблемы не нужны' - решил вразумлённый подзатыльником небесного босса Фартицкий.
         Непростительная наивность для сорокалетнего мужчины.
         На паркинге, "дама" всё так же сидела уткнувшись носом в свитер, и не подавала признаков жизни.
         - Уснула? Не поняла, что мы приехали? Или ждёт, что я открою перед ней дверь?
         Он обошел машину и распахнул дверцу. Девчонка легко обтекла препятствие-Фартицкого и направилась к лифту.
            Бог в деталях. ... она привычно подстраивает под себя эргономичное сиденье навороченного автомобиля Фартицкого; ...обыденно проводит пальцами по сенсору климатконтроля; ...от неё не воняет помойкой; ...на ней хоть и помятая, но дорогая одежда - разрозненные детали пазла сложились.
         - Она привыкла ездить в дорогих автомобилях, и дело даже не в этом, рабочим местом проститутки тоже может быть салон дорогой машины, но перед ними не принято открывать дверь. Она не бродяжка. Что-то не так с этой Элли. Фартицкий ощутил смутную тревогу - так бывает, люди иногда предчувствуют грядущие неприятности.
        
      Размеренно поглощая ужин, Фартицкий украдкой разглядывал сидящую напротив Элли и размышлял:
         - Может она перевёртыш? Из тех, что нерадивым мамашам подкладывают в колыбель студёными зимними ночами скандинавские тролли? И я случайно открыл универсальный рецепт снятия заклятья со сказочных уродцев? Всего-то и надо: горячий душ, горячий бутерброд, и несколько часов сна. Иначе, как объяснить чудесные метаморфозы? Разве под силу обычной девчонке, вот так взять и вдруг превратиться из полудохлого воробья в прелестную птичку.
         Всё-таки она оставалась птичкой, не вальяжно-плавным лебедем или вожделенным журавлём, нет-нет, не с такой хрупкостью членов и лёгкостью стремительных движений. Гладкие чёрные волосы девчонки в рассеянном свете кухонного абажура блестели ласточкиными пёрышками. Ласточка, милая птичка-ласточка, вот на кого она похожа. Очень милая. Было в ней нечто, вызывающее чувство робкой нежности, неосознанное желание ласково погладить по блестящим чёрным волосам, защитить.
         Задумавшись, Фартицкий перестал таиться и открыто рассматривал гостью.
         Та, не подымая глаз, вяло копалась вилкой в тарелке.
         - Что ты делала на стоянке? - нарушил он затянувшееся молчание.
         - Вызывала дьявола, хотела продать душу, - попыталась изобразить роковую фемину птичка.
         - На стоянке супермаркета?!
         - Ну да: перекрёсток семи дорог, полночь, новолуние, покропить кровью, - Элли показала свежий порез на запястье, - прочитать заклятье - и Он явится.
         Фартицкий недоверчиво хмыкнул:
         - Ты это серьёзно? Ну и как? Он явился? Сделка состоялась?
         Девочка пожала плечами:
         - Не знаю. Явился охранник, но его интересовала лишь сохранность вверенного имущества, а я не собиралась угонять даже магазинную тележку, и он проигнорировал мою особу. Больше мной никто не заинтересовался. Потом явился ты. Ты же не Он? Очевидно, моя душа тебе постольку-поскольку, ты специалист по телу, - проявила неожиданно трезвое понимание ситуации Элли, отложила вилку, утёрла губы салфеткой и вперила в него откровенный взгляд.
      Вот тебе и птичка, циничная синичка... клюнула-плюнула и от очарования одни черепки. Нежность в районе диафрагмы начала переплавляться в совсем другое чувство, тёплое и тяжёлое, медленно стекающее к паху.
  

Элли

  
         Элли бессовестно врала.
   Душа умерла. Там, на стоянке, когда Никита выбросил её из машины, и издевательски подмигнув габаритами, рванул к той суке. Душа не умирает сразу, её не так просто убить, она мучается, и это больно, больно, больно.
         Это было так нестерпимо больно, что она не выдержала. Кокс. Милосердный белый брат не дал умереть вместе с душой её тщедушному тельцу. Заморозил, вогнал в анабиоз. Элли превратилась в оцепенелую зимнюю муху, муху под снежком. Она ещё помнила, как посылала на хрен охранника. А дальше уже смутно... как царапала запястье и умоляла дьявола явиться... Из ступора её вывела визжащая тележка; захотелось выковырять этот скрип из черепа и сигарету выкурить, тепла захотелось, хотя бы такого, эфемерного..
         Элли бессовестно врала, она понятия не имела: успела ли продать душу до того, как та окончательно испустила дух - вот такой грустный оксюморон.
      А знать бы следовало. А вдруг? А вдруг ей чудом удалось всучить хромому джентльмену лежалый товарец? И пока она здесь и сейчас изображает из себя птичку с подбитым крылом перед этим странным Петром? Пётр-ключник? Камень? Нет-нет, есть в нём какая-то наивность, мягкость, как в плюшевом медведе, решено: пусть будет мишкой Пэдди... И пока девочка Элли строит глазки мишке Пэдди, в городе случилась эпидемия: все пергидрольные блондинки по имени Илона скончались в жутких корчах. Проблема решилась сама собой - чудом.
   Да, чудо было бы очень кстати, но... не то чтобы Элли не верила в чудеса - верила, без веры в чудо жить на свете совсем печально, но чудеса не сочетались с Элли. Ничего не поделаешь, так устроен мир: Элли отдельно - чудеса отдельно. Однополярные, Элли и чудеса, не притягивались. И с проблемами Элли приходилось расправляться самой, своими скромными силами и подручными средствами. Но сейчас, после предательского удара в спину, так хотелось несбыточного, чуда.
   Ага, пожалей себя, заплачь, слёзки, сопельки... Элли может спасти только Элли, соберись.
   Нужна передышка. Тихое место - отсидеться, зализать раны, стянуть под потрёпанные штандарты остатки полков, продумать стратегию и тактику решающей битвы.
     Начать можно... да хотя бы с мишки Пэдди: превратить его из проблемы в подручное средство. Что, учитывая сложившиеся обстоятельства - не сложно.
    Суть проблемы мишки Пэдди была в том, что он не считал себя мишкой Пэдди, отнюдь, он мнил себя добрым самаритянином совершившим благое дело - обогревшим и накормившим паршивую овцу Элли. Сидел напротив, полировал столовой салфеткой нимб и разглядывал её, как вошь на гребешке. Его нужно было вывести из этого благостного состояния. Ведь следующее проявление самаритянской филантропии - такси, и пока-пока заблудшая овца в родную овчарню. Этот вариант Элли не устраивал. Берлога мишки Пэдди, вкупе с самим мишкой Пэдди, идеально подходила под определение: 'тихое место для зализывания ран' И это идеальное место нужно Элли, а локация ада по имени "родной дом" ей сейчас противопоказана.
   В наследство от матери Элли досталась отличная интуиция, безошибочное чутьё на флюиды сексуального влечения, на самцов готовых к спариванию. И это экстраординарное чутьё ей подсказывало дальнейший очевидный ход событий.
   Желание мишки Пэдди фонило, как чай щедро сдобренный полонием 210, Элли не сомневалась, тело мишки жаждет сменить полировку нимба на более интересное занятие, хотя, возможно, сам мишка об этом пока ещё не догадывается.
   Образ действий был очевиден, но, как всегда, это маленькое "но"... оно тянулось паузой, это циничная сучка Элли цеплялась за обломки своих принципов, до сих пор она отдавалась только любимому мужчине. Элли ничуть не сомневалась в успехе предстоящего, но оно ей претило, от него за версту несло промискуитетом.
      Однако альтернативу - ещё одну ночёвку на стоянке очередного торгового комплекса, можно и не пережить.
      И она решилась, и по неопытности перестаралась, да, неопытность и отчаяние загнанного в угол зверя тоже сыграли свою роль. Роль приправы с острым привкусом запретного плода.
  

Фартицкий

  
         За окном совсем стемнело, пора было вызывать такси и отправлять девчонку домой, но Фартицкий молчал, он сам не понимал, почему тянет. Он смотрел на Элли, она смотрела на него. Они молчали, пауза тянулась и тянулась, нагнетая. А потом, раз - и всё закончилось: Элли встала, подошла к Фартицкому, движением плеч сбросила халат, и обняв его за шею, впилась поцелуем в губы.
   Он попытался её оттолкнуть, под руками оказалось голое тело... кожа, сухая и горячая как при температуре, хрупкие птичьи рёбрышки, тонкие бёдрышки. Горячее гибкое тело; твёрдые узкие губы; язык быстрый, как змеиное жало - желание накрыло девятым валом. Крышу сорвало. Господи, как он её хотел, он взял её прямо там, на столе, среди столовых приборов, затем накрыл всем телом на диване, и только потом утащил свой трофей, свою добычу, в спальню, где, как бы извиняясь за поспешность и жесткость предыдущих действий, был необычайно ласков и нежен.
      Настолько полного удовлетворения, такой гармонии с окружающим миром он ещё никогда не испытывал, Фартицкий чувствовал себя лёгким как воздушный шарик. Легким, парящим рука об руку с девочкой-ласточкой Элли где-то высоко-высоко в небесных сферах, среди звезд, у самой Луны. 'Такси... девчонку домой...' - эти правильные мысли не взлетели вместе с лёгкой и пустой головой перерождённого любовью Фартицкого, они остались там, внизу, с благоразумным приземлённым индивидом, полирующим нимб благотворительности.
      Перерождённого любовью. Любовь. Вот и прозвучало это роковое слово. Слово-стяг блаженных дураков. Слово-чувство, ослепляющее и оглушающее настолько, что Фартицкий, там, в открытом космосе, в упор не увидел семафорящего ему изо всех сил ангела-самосохранителя, и тому осталось лишь удалиться, в досаде выдирая ангельские перья из ангельского хвоста и посыпая голову пеплом перегоревших в горниле чувств звёзд. Да, именно в этот момент Фартицкий и влюбился. Именно этот момент 'точка невозврата' нашей истории. Критический рубеж, после которого остался только один путь - падение в бездну, наивно принимаемое Фартицким, за парение в высях.
     
  


РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Субботина "Невеста Темного принца" (Романтическая проза) | | А.Ардова "Мужчина не моей мечты" (Любовное фэнтези) | | С.Волкова "Жена навеки (...и смерть не разлучит нас)" (Любовное фэнтези) | | О.Обская "Невеста на неделю, или Моя навеки" (Попаданцы в другие миры) | | С.Суббота "Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон" (Современный любовный роман) | | А.Чадова "В день моего увольнения" (Короткий любовный роман) | | V.Aka "Девочка. Вторая Книга" (Современный любовный роман) | | LitaWolf "Неземная любовь" (Любовное фэнтези) | | И.Зимина "Айтлин. Лабиринты судьбы" (Молодежная мистика) | | И.Зимина "Айтлин. Сделать выбор" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"