Эльбрюс Нукитэ: другие произведения.

Попугай

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Взгляд из клетки


ПОПУГАЙ

Интерлюдия 1

   - Папа, мне надо с тобой серьезно поговорить! - дочь выглядела сосредоточенной, какой-то нахохленной и в то же время умильно. Я примерно догадывался о чем пойдет речь. Слово "серьезно", что у нее, что у матери означало вивисекцию моей кредитной карточки.
   - У меня скоро день рождения, первый юбилей.
   - Да дочь, я знаю.
   - Я не хочу очередной коммуникатор!
   - Правда?
   Признаюсь, я уже сделал предзаказ на новый гаджет, выбрал подарочную упаковку, с праздничной надписью и гало-картинками с ангелочками. Теперь же планы отделаться модной безделушкой шли пухом.
   - Я думал, все девочки в твоем классе мечтают о новенькой Персоне, девятой модели, с петафлопсоной камерой и процессором виртуальной реальности шестого поколения.
   - Ну, может все и мечтают, а я не все! Тем более, что может мама...
   - Что мама? - строго спросил я.
   - Ничего, - быстро ответила дочь.
   - Послушай, Тюша, ты должна выбрать что-то одно! Либо Персону, либо...
   - Я хочу попугая!
   - Какого попугая? - дочь сумела меня удивить.
   - Большого и обязательно белого!
   Я задумался. В общем, против домашних животных у меня нет предубеждений, да и Тюше пойдет на пользу забота о живом существе, но я как подкаблучник со стажем спросил:
   - Мама не против?
   - Нет! Если мы пообещаем, что будем сами заботиться о нем.
   - Мы? - уточнил я. - мы, в этом контексте лишнее.
   - Конечно я! Просто к слову пришлось.
   - Решено, завтра отправляемся на птичий рынок, где ты сама выберешь себе питомца.
   - Ура! У меня лучший папа на свете.
   Дочь вихрем подлетела ко мне и повисла на шее. Приятно быть лучшим папой, ну хоть иногда.
  

***

   "Птичка" находилась всего в шестнадцати измерениях от нас. День был выходной, поэтому добралась быстро, лишь на несколько минут застряли в пространственном кармане возле супермаркета, там никак не могли растелепортироваться старенький грузовоз и новейший, только сошедший со стапелей гоночный пожиратель пространства.
   Никогда не мог понять этой ненормальной тяги к машинам, стоимостью с хорошую инъекцию жизни на 150 стандартных циклов. Пожиратель через несколько лет устареет, или того хуже - скомкается, все что останется груда никому ненужной органики. Так зачем переплачивать в сотни раз? Вот у меня прекрасный седан из паназиатского сектора, пусть не новый, пусть не престижный и медлительный, зато надежный и в кормежке неприхотливый. Лучше откладывать кредиты на обновление, а не пускать пух в глаза окружающих.
   Материализовались удачно, прямо перед входом освободилось место. Я сбросил парковочный бакен и ввел координаты, как один урод попытался с лету занять мое место! Ну не тут-то было! Резко сдав назад, выпустил ремонтных дронов, которые на р-секунду, закрыли пространство и филигранно вписался в строго очерченный эллипс. Хамло, чуть не задел меня гравиталкой и сердито бибикнув прыгнул искать парковку. Захотелось вырвать ему пархалки! Развилось мажоров! Думают, если у них роскошный прыгатель, значит правил нет! Быстро написал претензию и отправил ее полетной страже, надеюсь гаденыш получит штраф.
   Настроение и температура тела резко упали. Но я унял эмоции, при покупке домашнего питомца нужно сохранять теплокровие, а то замешкаешься и впарят контрафакт. Один мой знакомый, с работы, купил той-пегаса, заплатил уйму денег, а что в итоге? Той вымахал в огромного жеребца, да еще такого жирного, что летать не смог. Мало того, начал кусаться и метить территорию в помещении. Теперь не знают куда пристроить. Таких пегасов на каждой помойки куча; и куда служба очистки смотрит?
   Дочь первой покинула сферу Пожирателя и стала нетерпеливо подпрыгивать на месте пока я капсулировал машину.
   - Пап, давай быстрее, выходной день, всех хороших попугаев раскупят!
   - Пух не поднимай! - строго сказал я, - здесь огромный выбор, подберем тебе живую игрушку.
   Мы сели в грав-вей и полетели между порталов с продуванами, каждый зазывал к себе, суля лучшие цены и самый эксклюзивный товар. Если честно я хотел немного сэкономить, поэтому высматривал чинайских торгашей, у них цены на треть ниже, правда можно купить дефективную особь, но тут, как повезет.
   - Как повезет, не пойдет, - прочла мои мысли дочь. - Мама строго наказала покупать только у официалов. Или папочка опять хочет, на счастье дочери лишний кредит зажать? Помнишь Новый Цикл?
   - Ну, хватит уже! Сколько можно? Я же не знал, что Дед Снег эмигрант без актерского образования!
   Эту историю чуть что, напоминала жена, теперь и дочь! Стоит разочек оступиться и весь мозг через трубочку ехидства высосут! Я просто заработался, конец года это время когда деньги сами оседают на кредитку, надо только не щелкать клювом, вот и увлекся. Очнулся только под самый праздник, но было поздно. Все лицензионные Деды ангажированы, только как объяснить ребенку, что чуда не будет? Зашел на "Карвито", сайт пиратских объявлений, выбрал самое веселенькое, договорился, между прочим не сильно дешевле вышло. В итоге Дед оказался непрофессионалом и был под вирто-алко, начал буянить, к жене приставать, подарок отдавать не хотел и вместо того, что бы петь песню про Новый Цикл, орал похабные частушки об эмигрантах и полноправных самках. Дескать, они чахнут без настоящих самцов. Стыдоба! Ух, и досталось мне!
   Я глубоко вздохнул и указал на портал лицензионного салона "Орлуша и Крыс", известного запредельными ценами, не самым лучшим сервисом, но широко разрекламированным на потоковых трансляциях.
   Не успели материализоваться, как нас взяли в оборот.
   - Меня зовут Муртазавр. Какой бюджет?
   Я не любил таких продуванов. С первой секунды в карман лезут. Раздражение было столь явным, что менеджер питомника сразу отреагировал, только вывод сделал неверный.
   - У нас элитные попугаи и крысюки, но это не значит, что дорогие, есть вполне бюджетные варианты. Какое животное хотите приобрести?
   - Попугая! - громко произнесла дочь.
   - Прекрасный выбор, барышня. У вас раньше были домашние питомцы?
   - Нет, - сухо ответил я.
   - Краааак!? - неприятно протягивая буквы каркнул продуван. - Как же вы раньше жили-то!? Домашний питомец необходим современному разумному тем более ребенку. Это воспитывает ответственность, внимательность, готовит к взрослой жизни! А взрослым обеспечивает тепло и уют, создает домашнюю атмосферу, снимает стрессы...
   - У меня жена снимает стресс! - солгал я, что бы прервать менеджера. Чувствовалось, что эта продувная бестия оседлала любимого пегаса и готова макро-сутками загружать потоками ненужной информации.
   - Давайте, мы просто купим животное?
   Продуван возмущенно посмотрел на меня. Но видя мой настрой сдался.
   - Хорошо, - обиженно ответил он. - Выбрали породу? Хотите африканца? У нас как раз свежая партия. Вот взгляните, в естественной среде они прекрасны.
   Продуван развернул айшет, на экране которого животные устраивали ритуальные бои из-за самок. За ними было довольно любопытно наблюдать, однако мы приехали ни за африканцем. Дочь прочла форумы пестрящие отзывами, что данный вид слишком агрессивен и плохо поддается дрессуре.
   - Нет, и желтую породу тоже не предлагайте. Естественно никаких птенцов, мне нужна взрослая, здоровая белая особь.
   - Других не держим, - быстро сказал Муртазавр. - У нас все попугаи привиты, проходят ветеринарный контроль и обязательный карантин.
   - Да? - я вложил в голос некоторое сомнение.
   - Клянусь яйцом! - не моргнув глазом, солгал продуван.
   - Покажите!
   Менеджер включил на айшете реалятор и мы оказались среди десятка тысяч попугаев. Дочь стала выбирать по только ей известным признакам, сверяясь с нейросетью и изводя продувана миллионами вопросов. Наконец, когда мое терпение было на исходе, а менеджер держался только за счет мыслей о процентах, выбор свершился.
   Мне как-то он сразу не глянулся. Какой-то мелкий, грязный и агрессивный. Постоянно дрался с другими самцами, причем не из-за самки, а без видимой причины.
   - Тюша, ты точно уверенна, что хочешь именно этого попугая? Какой-то он, невзрачный. Может, возьмем другого?
   - Отец! Я хочу этого!
   В голосе дочери звучала непреклонность, свойственная ее матери. Мне осталось очередной раз вздохнуть и достать кредитку.
   - Он хоть будет разговаривать?
   - Обижаете! - продуван неудачно попытался придать себе вид оскорбленной невинности. - Эта порода самая талантливая! Если не заговорит через 10 циклов, мы вернем вам деньги.
   - Ладно. Оформляйте.
   - Да конечно. Только давайте определимся с клеткой.
   - С клеткой? - с тоской переспросил я, предвидя дополнительные расходы.
   - Именно. Еще надо корм, но здесь проще, есть готовые смеси для белых попугаев. Предлагаю "Любимчик", в нем все необходимые компоненты для нормальной жизнедеятельности самца. Я выпишу вам два синтез-пакета. Теперь давайте определимся с клеткой. Есть на кварковых потоках, она правда дорогая, но наиболее комфортная. В ней прекрасная темпоральная система самоочистки, игрушки, адаптированные под белого попугая, роботизированный симулятор самочки, встроенная купель, автономная интеллектуальная кормушка. А главное, если ваш питомец травмируется или поломается, достаточно откатить время, и ваш любимец снова жив и здоров. Цена вполне адекватная.
   - Вы же сказали дорогая? - язвительно заметил.
   - Дорогая, но адекватная, - не смутился продуван. - Всего половина от стоимости попугая. Выписываю?
   - Давайте мы рассмотрим бюджетный вариант, - несмотря на умоляющий взгляд дочери, твердо ответил я.
   - Как хотите, - разочаровано протянул менеджер. - Есть паназиатская модель. Простой силовой корпус, игрушки всего две, стандартные, купель маленькая, самочистка не предусмотрена...
   - Ничего, ребенку полезно поработать физически, а не просто мыслекоманды отдавать. А там посмотрим.
   Я взглянул на ценник, он меня порадовал, остальное притрется.
   - Покупки будут доставлены завтра, - сказал менеджер.
   - Не забудьте приложить все сертификаты, договор и мануал.
   - Конечно!
   - Ты довольна дочь? - спросил чадо, когда мы покинули питомник.
   - Да, папа! Спасибо. Может, отметим покупку?
   - Отметим, на твой День Рождения.
   - Нууу, пап! Пожалуйста! Когда еще выдастся шанс слетать в "Крошку да Ножку", там злаковый торт новый и сэндвич отрубной.
   Я невольно сглотнул слюну. Жена строго следила за нашей пищей, не давая поблажек, а так порой хотелось устроить праздник живота.
   - Только маме ни слова!
   - Ураааа! - закричала дочь. - Я съем два, нет, три сэндвича и еще мясное суши!
  
  

001

   Аркадий просто бесил! Буквально все раздражало в этой копии на ведьмака. Высокий, крепкий, без грамма лишнего жира, он убирал свою седую голову от ударов с какой-то небрежностью и пренебрежением к соперникам. И вообще весь его вид выражал тотальное превосходство, этот вздернутый вверх подбородок, так и просящийся на кросс, этот надменный слегка ироничный взгляд, в котором Антон видел презрение к своим потугам, а походка? Аркадий передвигался так, словно весь мир принадлежал ему, и сотни камер снимали каждый его шаг. Потом эти дешевые понты! Входя и уходя из боксерского зала, позер изображал поклон, всегда старался помочь спортсменам и для каждого находил слова одобрения. Лично Антона коробило, когда Аркадий хвалил его. С какой стати? Он такой же ученик, как и все, вот и пусть держит мнение при себе, урод!
   Короче видел Антон в нем фальшь и поставил себе цель: нокаутировать седого. Пока получалось плохо. За счет роста, но не за счет таланта, ему удавалось сдерживать атаки, держа противника на дальней дистанции, но не сегодня!
   Ничто не предвещало такой красивой развязки боя. Тренер уже поглядывал на секундомер, гадский "ведьмак" привычно достал оппонента джебом, как по наитию нырнув под встречный удар, Антон левым боковым рубанул Аркадия. Кулак точно попал в челюсть и седого зашатало. От приятной неожиданности Антон растерялся и не успел добить, засвистел тренер, спасая противника.
   Аркадий осоловело помотал головой, с трудом сконцентрировал взгляд на Антоне, и поклонился, от чего последнего скривило, позер всегда остается позером.
   - Вот об этом я говорил! - довольный тренер начал распекать седого. - Ты пренебрежительно относишься к соперникам! Теряешь концентрацию и как итог проигрыш в конце...
   - Я не пренебрежительно отношусь, - возразил Аркадий, - это Антон молодец.
   Похвала разозлила, словно этими словами можно сделать победу менее достойной. Нетушки! Ничто не сумеет омрачить сегодняшний триумф. Наверно можно себе позволить пару или даже три бутылки пива.
   Антон попрощался с тренером и прошел в раздевалку. Привычный, но от этого не менее мощный удар здорового, застарелого мужского пота шибанул по ноздрям. Вот еще одна причина по которой седой раздражал, тот никогда не ходил с пацанами в душ. Что ему скрывать, у всех два яйца, а у него три?
   В душе уже кто-то намывался.
   - Классно ты его приложил! - хохотнул Шамиль - один из тренирующихся вместе с Антоном. - Я давно хотел ему вломить, ты меня опередил брат. Респект тебе.
   Шамиль в знак симпатии, хлопнул намыленной рукой по плечу и принялся поочередно волосатить голову, подмышки и пах. Эта схема Антону не понравилась. Со вздохом посмотрел на отпечаток ладони и стал яростно бурить мочалкой, словно нефтяник обнаруживший новое месторождение.
   Душ освежил. Позднее лето, пришедшее в Москву под осень, встретило легким вечерним ветерком. Тело приятно ныло, организм предвкушал литры холодного, пенистого как латынь пива, и быть может под креветки! Рот наполнился слюной, Антон привычно сплюнул, ускоряя шаг, стремясь быстрее слиться в симбиозе подземки.
   Идти оставалось минут пять, не больше, как сверху ударил черный свет, именно ударил, сплошным потоком, прижимая к земле. Редкие прохожие продолжали идти, будто ничего странного не случилось. Вот одна пара просто обогнула, рухнувшего Антона. Не переставая разговаривать, они двинулась дальше.
   "Стойте!" - попытался прокричать Антон. Но вместо звука изо рта повалил черный свет. Тогда он, объятый первобытным ужасом, попытался схватить ладонью, проходящего мима старика. Пальцы, крепкие, натренированные прошли сквозь ногу, не встретив препятствие. Тот даже не почувствовал.
   Антон стал дымиться, быстро растворяясь в воздухе. За какие-то мгновения, от его тела не осталось даже одежды, только брошенная спортивная сумка, еще час лежала посреди узкого тротуара, пугая прохожих мыслями о шахидах.
  

002

   Все было в зелени. Взгляд пытался вычленить любой другой цвет, но натыкался лишь на различные оттенки. Голова закружилась, с таким трудом открытые глаза налились титаном, к горлу поступила тошнота, но это ерунда, по сравнению с сумасшедшими мыслями, назойливо стучавшимися в виски. Антон вспомнил, как его превратило в дым, который обратно собрался в человека в этом царстве зеленой палитры. И пусть это было безболезненно, хоть и не приятно, ощущение похожее на взятие анализа крови из вены. Когда берут много, и с каждым миллитром отданной крови чувствуешь, что из тебя вытекает жизнь. Мерзкое чувство и страшное.
   Антон застонал. Руки нащупали плотную поверхность похожую на дерево, он попытался опереться, что бы встать, но мышцы свело судорогой, члены подломились, и тело как-то уютно само легло. Не в его характере было рефлектировать, но произошедшее не укладывалось в стандартную колею обычного московского парня. Голова отказывалась соображать, хотелось ... хотелось ничего. Ничего, как чего-то конкретного. Вот такой выверт сознания.
   Это странное отупение длилось субъективную вечность, пока размеренность пустоты не нарушил противный каркающий звук. Антон сконцентрировался на этом вербальном якоре, несколько раз с силой открыл и закрыл веки, наконец повернулся на источник шума.
   В сердце хлынул бешенный поток адреналина, на коже крупным бисером выступил пот. В двух шагах от Антона висел огромный метровый клюв, в который запросто могла поместиться его голова. Клюв принадлежал гигантской синей птице, глаза которой внимательно следили за Антоном. Видя что человек отреагировал, пернатое чудище снова каркнуло и до него донесся тяжелый запах сладковатой гнили.
   Несколько лет назад Антон подрабатывал курьером. Тогда Москва открылась для него, как настоящая Терра-Инкогнита. Невообразимая мешанина улочек, закоулочек, подворотен и тупичков, в которых навигатор безбожно тупил и оставалось лишь ругаться с электронным голосом, понося его на все падежи. Один такой загадочный адрес, поваливший джи-пи-эс, привел Антона в промзону. Здесь можно смело снимать фильмы про зомби-апокалипсис или жизнь после глобальной войны. Вокруг ни души и только искореженные, рассыпавшиеся малоэтажки, да куча заброшенных гаражей. Курьеру несмотря на палящее в то лето солнце, стало зябко, захотелось плюнуть на заказ и побыстрее свалить из этой декорации очередного фильма ужасов. Не успел.
   Из-за гаражей вышла стая собак. Они были довольно далеко, но каким-то странным "макаром" Антон разглядел каждую псину, вплоть до мельчайших деталей. Они были исхудалые, рваные местами, больными и явно очень голодными. Бока ввалились, тела двигались как-то дергано, и было не понятно, собираются лапы подкоситься или напрягутся в последнем шансе урвать чью-то плоть. Но глаза горели такой злобой, что Антон сразу понял, его сейчас будут убивать. На принятие решения оставались доли секунды, прятаться негде, никакой возвышенности нет. Нет и палки, арматуры, любого оружия, если не считать груды камней, но ими против одного пса не навоюешь, а тут пять отчаявшихся животных, готовых стать людоедами.
   Они кинулись друг к другу одновременно, молчаливая стая и человек, орущий так, что потом неделю саднило горло, и вместо внятных слов раздавался надсадный хрип. Прошло несколько секунд и обескураженные псы остановились, а человек несся к ним, надрывая нутро. Еще миг и собаки развернулись, сначала медленно оглядываясь, потом быстрее наращивая темп, бросились врассыпную. От человека шла такая волна ужаса, что животные, невзирая на терзающий их голод, предпочли скрыться, может испугались, а может своим звериным разумом поняли, что нельзя есть "такое" мясо.
   Антон никогда не испытывал столь дикого страха, его волосы на висках стали седыми, а собачий лай вызывал приступ паники. И он наделся, что нечто подобное больше никогда не испытает. Зря...
   Когда глаза встретились взглядом с глазами огромной птицы, и он увидел в них чуждый, но разум, его обуял холод еще более страшный, чем в промзоне. Антон не смог закричать, он зашипел, исторгая звуки недоступные человеческому горлу. А птица, не обращая внимания, чуть приоткрыла и приблизила клюв с явным намерением схватить человека. Антон со всей данной ему силой ударил по крепкому, как гранит кончику. Кулак пронзила острая боль, но и птице явно не понравился такой прием. Как показалось Антону, пернатый монстр разочарованно каркнул и несильно ударил человека по темечку. В голове раздался взрыв и пришла тьма.
  

003

   С вами случалось такое? Вы лезете на крышу высотного здания, пыхтите, из последних сил. И вот уже виден финал, как нога предательски соскальзывает и в голове только одна мысль: это конец. Или сидите за рулем своего автомобиля, ничего не предвещает беды, как в водительскую дверь влетает "камаз" и та же мысль. Либо внезапно заходит муж в разгар адюльтера, не делает сцену, а просто разряжает служебный "макаров" в неловкую паузу сцепленных тел...
   А потом лежащая на потной подушке голова дергается, глаза наполненные ужасом открываются, бесконечная секунда непонимания, дикого сжатия сердца и... Это был сон! Аллилуйя...
   Антон открыл глаза резко, с надеждой, что увидит свою комнату или в худшем случае больничную палату. Но все обозримое пространство занимали, окружившие человека гигантские листья.
   Пальцы сами потянулись к голове, в волосах обнаружилась пружинящая желеобразная субстанция. Антон резко надавил и ощутил как медленно гаснет свет. Он быстро одернул руку и несколько секунд прислушивался к своему телу. Боли не было, общее состояние можно описать как удовлетворительное если не считать психики. Вот с ней как раз мрачно.
   - Я наверно сошел с ума, - Антон сказал это вслух, потому что наверно в таких ситуациях полагалась сказать именно это и для того, что бы услышать свой голос.
   Сорвавшиеся с губ слова послужили катализатором. Дремавший до этого мозг включился в работу и не склонный к умственной деятельности Антон стал анализировать и осознавать увиденное. Он пока не мог сделать вывод, о происходящем, но попавший в экстренную ситуацию организм мобилизовался, захотелось действий.
   Антон подскочил и стал озираться. Судя по всему, он находился на ветке невообразимо большого дерева, поверхность которого была идеально плоской, словно обтесана рубанком и зашкурена до состояния блеска. Длинной ветка была метров сто, шириной примерно тридцать. Когда человек подошел к краю, его мягко, но настойчиво оттолкнула какая-то сила. Что бы посмотреть за край отведенной площадки, Антон несколько раз пытался преодолеть сопротивление неведомой стены, даже рискнул разогнаться, но каждый раз не хватало пары метров. Этот барьер шел по всему периметру, возможно оберегая, а возможно служа тюрьмой.
   Периметр не был пустым. Правда, все предметы возникли уже после потери сознания. В условном центре висело облако, которое трансформировалось, если к нему подойти в копию Антона. Сначала он испугался. Отскочил, принял боевую стойку и увидел, как на него с диким оскалом, так что синие глаза сузились в едва видную щель, а нос хищно вытянулся, смотрит молодой, обнаженный парень лет двадцати. На животе у парня был такой же, как у Антона застаревший шрам от аппендицита, а в коротком ежике светлых волос, колыхалось оранжевое желе - аналог целебной мази.
   Антон сделал жест рукой и парень повторил, только тогда осознал, что это все лишь высокотехнологичное зеркало и усмехнулся своей наготе.
   "Облака", различного назначения расположились в каждом из четырех углов. Где лево, где право, было не ясно, так как нельзя задать точку отсчета, но чтобы не путаться Антон решил облако с бассейном считать правым верхним углом и уже относительного него идентифицировать пространство. Раньше такими категориями, как пространство, периметр или трансформация, молодой боксер не мыслил, нет он не был, как бытует стереотип - тупым, просто в его жизни не было необходимости пользоваться данными терминами. Однако перенос его тела, что-то нарушил, а может починил в нейронных связях и поток мыслеобразов сознания, стал чуть иным.
   "Бассейн" при активации (надо подойти на расстояние вытянутой руки) представлял собой шар с радиусом пять метров. Антон свободно вплывал в него и выплывал в три гребка обратно. Причем выплывал сухим. Хотя по ощущениям это была обычная вода, только вкус был какой-то мертвый, кварцованный что ли?
   В левом верхнем углу, располагался манекен. Манекен очень толстой, неприятной женщины. Причем выполненный чересчур реалистично, с совсем не нужными анатомическими подробностями, ну хотя бы зачем эта растительность внизу живота? Антон побыстрее отошел, глупо прикрываясь ладонями, пока манекен не вернулся в форму облака.
   То, что Антон назвал ржальник, находилось в нижнем правом углу. Такой метровый квадрат из хлебных крошек со вкусом облепихи. Стоило требовательно пошевелить рукой, как от субстанции отделялся небольшой "ломтик". Гадость редкостная, но зарождающийся голод, утолила прекрасно, Антону хватило два псевдохлебных бруска.
   Последний объект представлял собой туалет...наверно. Стоило подойти к данному облаку, как оно просто исчезало, открывая под собой круг, центр которого подсвечивался тремя черными трехугольниками. Антон вставал на них, но ничего не происходило. Тогда он принес облепиховый ломтик и установил его на подсветку. Спустя несколько мгновений, пятиугольники заключили еду в конус, который затвердел, окрасился в оранжевый цвет и сместился на линию круга. Такая же ситуация, как выяснилось немногим позже, произошла и с продуктами жизнедеятельности.
   На то что бы путем проб и ошибок идентифицировать все объекты ушло несколько часов. Антон устал, вымотался, но настойчиво пытался выжать из полученной информации какой-то дельный вывод. Пока не получалось. Чувствовалось, что ответ находится буквально в двух мыслях, достаточно сделать небольшое усилие, сместить его в правильный вектор. "Ответ" пришел, вернее прилетел сам.
   Эта была другая птица, еще более массивная и с оперением отсвечивающим золотом. Антон больше не испытывал дикого, иррационального страха, как в первый раз, но когда глаз размером с блюдце приблизился к силовому барьеру и принялся быстро-быстро моргать, его ноги затряслись, а кожа покрылась мурашками.
   Субъективно так продолжалось вечность, Антон испугался, что сейчас решается его судьба. Вид птицы был крайне злобным (во всяком случае, возникало такое впечатление) и казалось выбор человека ограничен лишь гастрономическими пристрастиями пернатого монстра.
   Но шло время, ничего не происходило, только непонятный гаджет в виде хаотичного набора, сплавленных иголок, висящей на шее птицы, без всякой системы менял цвет.
   Наконец пернатому чудовищу надоела игра в гляделки или что-то перемкнуло в ее башке и она каркнула. Причем каркнула как-то требовательно, с вызовом. Наверно хотела донести мысль и явно не приятную. Например - "я тебя сожру".
   Антон, ожидавший агрессии, пошатнулся, ноги сделались ватными, сами отступили назад, хорошо, что не подломились.
   Птица отреагировала очередным карканьем и теперь в нем слышались укоризненные нотки. Дальше началась настоящая вакханалия. Пернатый мучитель просто взорвался невообразимыми воплями, кудахтаньем и свистом. Антон зажал уши, стало чуть легче, но звуки все равно проходили, создавая неприятные вибрации внутри тела.
   Птичка не сдавалась. В какой-то момент к ней присоединилась синяя обидчица Антона, она была заметно меньше, но орала так же мерзко.
   Человек, уставший от какофонии звуков, от дикого напряжения и нереальности происходящего, напрягся так, что жгуты мышц свело судорогой, и издал вопль, способный посрамить пернатых бестий.
   Птички мгновенно заткнулись, они совсем по-человечески переглянулись, причем большая птица пожала плечами.
   Воодушевленный наступившей тишиной и тенью какого-то взаимопонимания Антон напрягая связки, стал кричать.
   - Где я!? Кто вы такие!? Я хочу домой! Слышите!? Я разумный! Отпустите меня!!! Тупые курицы! Стойте!!! Стойте!!! Вы куда? Стойте твари!!!
   Но твари, решили удалиться, вернее улететь. Возможно им надоело орать, а может они наконец удовлетворились реакций человека, причина может быть любой, они синхронно спрыгнули в зелень огромных листьев и вскоре затерялись, оставив человека бессильно биться о силовой купол.
   Пятиминутка истерики закончилась, пришло время сделать выводы. Антон залез в водный шар и не спеша принялся раскладывать в голове все по полочкам. Итак, первый вывод, он не на Земле. Гигантские, скорее всего, разумные птицы не водятся на нашей планете, также нет технологий, формирующих силовые поля и воссоздающие объекты наподобие "зеркала" или "утилизатора" жизненных отходов.
   Далее, он пленник, для которого созданы комфортные, с точки зрения тюремщиков, условия. Для чего его похитили, не ясно, можно только надеется, что не с целью вивисекции или на корм.
   И наконец, последний вывод слишком фантастичный (хотя, ситуация сама по себе, не укладывается в обыденность) но почему-то Антон склонялся именно к нему... В детстве у него был попугайчик карелла. Теперь же роль домашнего животного уготовлена Антону. Высокотехнологическая клетка, поилка, кормушка, зеркало в качестве игрушки и эти похожие на попугаев птицы, повторяющие одни и те же звуки. В бытность ребенком Антон минут по двадцать стоял возле клетки повторяя "давай поцелуемся" и "шляпу сними". Наверно попугайчику тогда пришлось несладко. Говорить, несмотря на все потуги он не стал, зато классно парадировал звук телефона и неприятную трель дверного звонка. Сколько раз он поднимал ночью домашних, бегущих открывать входную дверь, как же ругался отец! Думал, что хулиганы. Теперь некому ругаться. Слезы сами навернулись на глаза, и Антон с пугающей точностью понял, что слагаемые поменялись, и от их перестановки сумма изменилась.
   - Я попугай! - произнес вслух человек и отрывисто засмеялся. - Маленькая глупая, безмозглая птичка! Вот только улететь мне некуда. Эй! Где тут непредусмотрительно открытая форточка!? - Антон снова зашелся в смехе, в котором нарастали истерические нотки.
   Не переставая смеяться, он подбежал к невидимому барьеру и стал ожесточенно прорываться наружу, не думая о последствиях успеха.
   Шмель, бьющийся о стекло имеет шанс выбраться, если чья-то рука откроет путь, но она может и свернуть трубочкой газету, размазав гудящую жизнь в противное пятно.
   Досадно. "Газета" всегда найдется, а желание "открыть форточку" редкость.
   За беснующимся человеком следили две пары внимательных глаз.
  

004

   Время потянулось бесконечными днями, поскольку ночей здесь не было, Антон потерял всякий счет времени. Его досуг стал чередой механических действий, разбавленных визитами птиц. Ничего хорошего от пернатых он не ждал. Каждая встреча приносила трудности, с которыми он не мог справиться, от него чего-то постоянно ждали и не получали. Хотя чего ждали, Антон сообразил. Как обычного попугая учат словам, так и его мучили повторяющимся карканьем. Он честно пытался изобразить эти "кра-кря и каар", ведь от этого зависело его благополучие, но издаваемые им звуки не удовлетворяли публику. Антон чувствовал, как растет напряжение, готовое в любой момент обернуться нешуточной бедой. Но, тем не менее, эти встречи приносили что-то новое в жизнь заключенного.
   Случалось, что его подолгу не беспокоили. Даже бесконечная кормушка стала заканчиваться, а утилизационная зона оказалась заставлена оранжевыми конусами. В этот период Антон стал общаться с Катериной. Это имя он дал манекену. Единственной подруге, с которой можно было провести досуг.
   Первое негативное впечатление, сложившееся у Антона было похоронено одиночеством. У Катерины была масса положительных качеств, недоступных обычным женщинам. Во-первых, она молчала, всегда. Конечно спорный плюс в условиях дефицита общения, но Антон решил идти путем оптимизма, чтобы не сойти с ума от одиночества и ситуации, в которой он очутился. Во-вторых, у нее никогда не болела голова. У нее вообще ничего не болело. В-третьих, когда захлестывала жуткая тоска, безнадега или ярость, Антон лупил с остервенением по Катерине, и становилось легче. В-четвертых, ее не надо было водить по кафе, магазинам, ашанам и вообще тратить деньги. В-пятых у нее не было родственников, выносящих мозг. Если разобраться золото, а не женщина.
   Антон развлекался тем, что каждый придумывал новый подкат, что бы познакомиться с немой Катериной и каждый раз удачно, ведь дама не могла отказать.
   - Девушка, вы смотрели Гарри Поттера?
   Катерина молча отвечала - да.
   - Тогда, покажи мне свою тайную комнату.
   - Только после того, как ты покажешь мне свой философский камень, - раздавалось у него в мозгу.
   Можно подумать, что это бесполезное занятие признак зарождающейся шизофрении, но Антон смотрел на это иначе. Он надеялся когда-нибудь применить свои знания на живых людях с грудями и тренировался дальше.
   - Девушка, вы знаете в чем принципиальная разница между мужчиной и женщиной? Ну, не надо краснеть. Поверьте, я в философском плане. Нет, предположений?
   Катерина с немым интересом приготовилась слушать.
   - Вот у вас какой размер обуви? Тридцать седьмой? Воооот. А у меня сорок третий. Так вот разница между ногами!
   Катерина жеманно рассмеялась, вторя истерическому хохоту Антона.
   - Девушка, я влюбился в вас с первого взгляда. А любовь это костер, который надо беречь от затухания. Что? Вы спрашиваете, как сохранить огонь? Все очень просто, надо вовремя кинуть в него пару палок.
   Антон опять смеялся визгливо, по-шакальи, сам страдая от пошлости и от ситуации в которую его впихнули, просто так, ни за что. Ни в назидание, ни за какие-то грехи и даже ни в абстрактное благо человечества, либо за чудовищную типа фашизма, но идею. Просто потому что кому-то понадобилась живая игрушка.
   Ненависть была материальной, такой осязаемой, что на нее можно было опираться в часы слабости. Только ненависть помогала рассудку балансировать на грани пограничного состояния, за которым шаг до безумия.
  

005

   Антон интуитивно начал предчувствовать появление птиц. Вот и сейчас словно кто-то провел по хребту мокрой ладонью, барабанные перепонки заложило, пришлось зажимать нос и выдыхать через уши.
   Только что Антона окружала осточертевшая зелень, как два ненавистных клюва уперлись в барьер. На это раз птицы прилетели ни одни. На плече золотоперого сидел...сидел. О Господи! Человек!
   Пленник застыл гротески напряженным изваяниям, в голове вспыхивали миллионы ненужных мыслей, хотелось разом, плакать, смеяться, бесится, пуститься в пляс. Тем временем человек спустился по крылу, подошел к барьеру и вперил свои глаза в Антона.
   Перехватив взгляд полных злобы вертикальных зрачков, "попугай" отшатнулся, восторг схлынул и Антон отчетливо понял, что это если и брат по разуму, то очень дальний и почему-то ненавидящий своего родственника.
   Цвет кожи существа был персиковый с примесью чуть более темных пятен. Нос слегка раздваивался, из-под нижней губы, ровно посередке, торчал клык. В общем, вот все отличия, но спутать его с человеком можно лишь спьяну или ожидая чуда.
   Большая птица что-то каркнула, гаджет на ее шее мигнул и вокруг периметра на мгновение пошла мутная рябь. В этот момент, Антон знал, барьер становится проницаемым. Такое уже случалось, когда синяя птица клювом, одетым в какую-то серебристую ткань, с явной неохотой, убирала отходы жизнедеятельности человека.
   Существо, которое он принял за человека, деловито перешагнуло границу, в этот момент силовое поле активизировалось, и Антон остался один на один с врагом. Почему-то он знал, что это именно враг.
   Вблизи персиковокожий оказался еще более отталкивающим. Высокий, под два метра, мускулистый, он стал водить своим раздвоенным носом, шумно втягивая воздух. Фаланги пальцев, заканчивающиеся острыми загибающимися когтями, с каким-то злобным хрустом начали сгибаться и разгибаться. Затем урод издал каркающий звук, довольно точно имитирующий птиц. Те, услышав карканье, довольно закудахтали в ответ и бросили, свободно пролетевший сквозь силовое поле небольшой предмет. Персиковый высоко, грациозно подпрыгнул, поймал ртом и с удовольствием проглотил, аж закатив глаза.
   "Наверно это какая-то местная вкусняшка", - подумал Антон, которому до боли надоели облепиховые бруски. Но желания попробовать, тем более побороться за эту сомнительную пищу не возникло.
   Тем временем незваный гость двинулся, и вектор его шагов явно пересекался с положением Антона в пространстве.
   "Попугай" инстинктивно принял левостороннюю боксерскую стойку, решив подороже продать жизнь. Но брат по разуму, будто не замечая, напрягшегося человека, шел не останавливаясь. Когда они поравнялись, персиковый резко ускорился и задел Антона плечом, да так сильно, что его развернуло и бросило на колено. Попугай вскочил, готовый принять бой, однако противник направлялся к облаку кормушки, словно ничего не произошло.
   Антон напряженно стал наблюдать за уродом, а тот хозяйничал в клетке человека, как у себя дома. Сначала он объел опешившего от такой наглости Антона. Персиковый жрал с такой скоростью и жадностью, что за несколько минут от метрового квадрата осталась едва половина. Совсем по-человечески рыгнув, урод направился к бассейну-поилке, по пути несколько раз каркнув, за что заработал ответное поощрительное карканье и еще две вкусняшки. Вопреки искреннему желанию Антона, персиковый не подавился, а спокойно проглотил еду.
   Нырнув в шар бассейна, урод застыл, на его пятнистом лице отобразилось блаженство, если конечно мимика существа соответствовала человеческой. Пленник уже устал наблюдать за окаменелым пришельцем, как тот напрягся и из той части, которая соединяет ноги со спиной, выскочили две "картофелины" синего цвета. Не трудно догадаться, что несмотря на оригинальный цвет, это были отходы жизнедеятельности. А ведь попугай купался и пил из этого бассейна. Антон почувствовал себя оскверненным, в нем стало нарастать бешенство.
   Синие какулы свободно плавали в водном пузыре, а пришелец быстро направился к манекену. Довольно ухнув, он что-то пробормотал и стал рассматривать Катерину со всех сторон, при этом причмокивал, качал головой и хватал себя в районе нижней анатомии.
   Когда его когтистые пальцы коснулись груди манекена, внутри Антона будто что-то взорвалось. За миг он оказался подле врага и одним движением отбросил его в сторону барьера. Не ожидавшей атаки персиковый, злобно оскалился, красиво взвился и полосуя когтями воздух бросился на человека.
   Антон с помощью сайд-степа ушел с линии атаки и нанес встречный боковой удар, точно в челюсть противника. Руку пронзила боль, и человек с ужасом увидел, как из порванного кулака толчками идет кровь. Персиковый же присел на пятую точку, с удивлением рассматривая выбитый клык.
   Загнав боль в дальний уголок сознания, Антон врезал ногой, по сидящему врагу попав ему снова в челюсть. Персиковый от удара кувырнулся через голову и уперся в невидимый барьер периметра.
   Не теряя времени, Антон обрушил град ударов, он впал в настоящее бешенство, вымещая на пришельце всю накопившуюся безнадегу, все отчаяние и ненависть к пленителям. Барьер на давал возможности отступить назад и несмотря на более устрашающий вид, более массивную мускулатуру, когти которые несколько раз полоснули человека, пришелец начал проигрывать. Его движение потеряли резкость, руки опустились, Антон же раз за разом наносил удары в незащищенное лицо, ставшее кровавым фаршем. В какой-то миг случилось странное, давшее Антону многим позже надежду, тело пришельца легко перемахнуло непреодолимый барьер, и человек несколько раз ударил по инерции в пружинящее силовое поле. Осознав, что противника больше нет, он посмотрел на свою грудь, которая представляла пашню, его замутило, тело медленно стало оседать, но Антону не дали упасть.
   Наблюдавшие за питомцами птицы, неодобрительно закудахтали. Большой пернатый качнул крылом и в человека полетел сгусток какой-то липкой гадости, которая мгновенно застыла, превратив Антона в монумент.
   Человек не мог пошевелиться, даже веки отказались двигаться, тело словно перестало существовать. Но вместе с наказанием, а это безусловно было оно, прошла и боль от ран. А главное в голове посилилась мысль, такая вкусная, притягательная, имеющая шансы на воплощение, мысль о побеге.

006

   Назвался падре, умей проповедовать. После интервенции персикового, Антону пришлось напрячь связки, память, но выдавить из себя гадское карканье. Пернатые аж затряслись от восторга, они сразу забросали человека разной снедью, часть из которой оказалась, кстати, несъедобной и разместили новое облако, оказавшееся примитивным музыкальным инструментом, наподобие ксилофона. Только клавиши были круглыми, размером с тарелку, возникали прямо в воздухе и издавали звуки больше всего напоминавшие церковный орган. Не имевший ни слуха, ни голоса, ни сколь какого, даже мельчайшего отношения к музыке Антон, оказался захвачен новой стезей. Да и как иначе? Гончарный круг? Кисти и краски? Полка огорода? Кастрация кроликов? Уничтожение человечества? Любое занятие, лишь бы не это бесконечное отупение в ожидании выверта пернатых тюремщиков.
   Одно время Антон пытался заниматься спортом, иногда вяло возобновляя занятия, чаще забывая о них на многие субъективные дни. Правда стычка с братом по разуму, его отрезвила, заставила вспомнить боксерские упражнения, интенсивно тренироваться, мало ли что! Появился стимул. Но в ситуации когда ты сидишь пожизненно, любой стимул в конце концов истаивает, оставляя в горле горечь сожаления, а потом и вовсе исчезает. Поэтому изучение ксилофона, игра на нем, стала вторым к ненависти костылем, позволяющим Антону сохранить свой разум. Да и птички радовались. Антон несмотря на ненависть понимал, что его благополучие зависит лишь от воли пернатых тварей, поэтому старался угодить, ломая связки заучивал кудахтанье, бренчал всякий раз, когда птицы прилетали, позволял себя спокойно брать в лапу или в клюв, хотя и содрогался мысленно от омерзения. Короче вел жизнь обычного попугая или раба.
   Однажды, синяя птица, та которая поменьше, решила поиграть с попугаем, она крепко, но бережно перехватила Антона клювом и впервые вынесла его за периметр клетки. Находится в таком положении было страшно и противно, птица пахла мокрой курицей, амбре из клюва вызывал рвотный рефлекс. Потом стало еще хуже. Пернатый тюремщик стремительно полетел в неизвестность, опостылевшая зелень замелькала безумной юлой, к горлу подступила пища, и Антон болезненными точками стал изрыгать ее, запачкав мучителя. Птица выронила человека, но тут же подхватила, не успевшего испугаться попугая левой лапой, сжав острыми, как шило когтями, так сильно, что вскрыла кожу. Кровь пятью струйками понеслась к земле, а птица разочарованно каркнув и не переставая ругаться на своем гадком языке, вернула Антона в клетку.
   Когда окровавленный человек упал на гладкую ветку, в него прилетел комок студенистой слизи, которая растеклась по всему телу, закупоривая раны. Спустя несколько абстрактных дней, слизь растворилась, а от ран не осталось даже пятнышка.
   Несмотря на неудачный вояж синяя птица не успокоилась. Антон пытался увернуться от клюва, но куда там! Только измотался дико, в итоге почти сразу очутился в когтях, правда на этот раз его взяли деликатнее, что не сказалась на ощущениях от полета, его опять стошнило.
   Летели недолго, но Антон сто раз успел все проклясть, даже рискнул ударить по пальцу, который сильнее других сжался, после чего его поднесли к глазам и предупреждающее каркнули.
   Все плохое заканчивается, чтобы началось что-то еще более скверное. Хозяйка (слово какое мерзкое) спикировала на круглую площадку, которую Антон условно назвал гнездом, за форму чаши и торчащие в разные стороны ветки размером с бревно.
   Здесь сидело не меньше десятка птиц. Они противно галдели, от чего возникло чувство, такое знаете, как по синтетическому плащу провести, внутри аж скрючит, так неприятственно. А главное они жрали и эта еда стонала, пытаясь уползти. Но клювы с веселым перестуком погружались в колыхающуюся плоть огромных червей, каждая из которых была не меньше руки.
   Антона довольно бережно спустили и он оказался перед кучей пернатых монстров. На секунду карканье стихло, все рассматривали игрушку.
   Хозяйка что-то прокудахатала товаркам и те стали по очереди хватать Антона, иногда причиняя боль. Попугай сжал зубы, приказывая себе терпеть, но в какой-то момент терпелка отказала. Одна из птиц, выделявшееся каким-то истерическим карканьяем и разноцветным оперением (наверно местный майкап), схватила Антона лапой. Нарочито сильно сжала, так что затрещали ребра и перехватило дыхание, после чего неосмотрительно поднесла к правому глазу. Выключив здравый смысл, попугай (благо одна рука была свободна) врезал в этот расширившийся в момент удара зрачок и почувствовал, как лапа разжимается.
   Он упал прямо в жгуты червей, раздавив собой несколько пищащих существ, омерзение перешло на новый уровень, но благо желудок был пуст и злобный вопль полный боли не дал зациклиться на жутком ощущении. Сверху, как в замедленной съемке падал клюв, целя точно в голову, на краткий миг такой выход показался Антону соблазнительным, но в последний момент его тело само вышло из-под удара, перекатившись влево. Второй атаки не последовало, птица принесшая Антона сцепилась с его обидчицей, да так, что перья летели во все стороны. Остальные пернатые подпрыгивали на месте, и было понятно, что происходящее им нравится.
   Попугай осознал, что до него никому нет дела, разве только пищащим червям, которые стали отращивать маленькие зубастые ротики на тонкой ниточке и тянуться к человеку. Вдруг прямо в черепной коробке раздался писклявый голосок "Спаси, братик!". От неожиданности и осознания, что эти черви разумные, да еще телепаты, Антон прозевал выпад челюсти, которая вцепилась ему чуть выше колена. Человек дернулся, тонкая шейка оборвалась, но зубастая дрянь, застрявшая в теле продолжала чавкать, калеча ногу.
   - Отцепись тварь! - прохрипел Антон, с мясом выдирая мелкие, но чрезвычайно острые зубки.
   Остальные беспозвоночные резко активизировались, решив из закуски превратится в дегустаторов. С чем попугай был категорически не согласен. Раздавив самого прыткого червя, брызнувшего красным, дрожа от омерзения, он подпрыгнул, ухватился за неровность и принялся подниматься к верху чаши гнезда. Несмотря на неоднородность стенок, различные выступы, подъем давался тяжело, сказывалась отсутствие физического труда. Нога, кровь из которой не желала сворачиваться, тоже не добавляла прыти. К счастью занятые разборками птицы поднялись в воздух, наверно им так удобнее драться.
   Наконец запыхавшийся Антон очутился наверху и чуть не заплакал от бессилия. Бежать было некуда. Гнездо висело в воздухе, не соединяясь ни с одной из гигантских веток, а земля была настолько далеко, что падать пришлось бы не меньше минуты.
   Его опять охватило искушение закончить все одним прыжком и быть может этот затянувшийся кошмар растает дымкой и он очнется на больничной койке! Антон зажмурился, отчего-то казалось, что если падать, закрыв глаза, то ничего плохого не случится.
   Не хватило духу. Чаще всего счеты с жизнью сводят слабые личности, но бывает и обратное, когда сильная личность ошибочно полагает, что самоубийство лучший выход, достаточно вспомнить многочисленные самострелы офицеров.
   Антон завис, он "дал шанс" себя остановить и хозяйка наконец отделавшись от склоки, мгновенно оценив ситуацию, ринулась спасать игрушку. Он не успел даже толком погрустить о не содеянном, а его уже довезли в тюрьму, залечили дурнопахнущим холодцом ногу и дали вкусняшки с малиновым смаком. Вероятно синяя птица испытывала что-то похожее на вину, она что-то тихо каркала и пыталась неуклюже погладить Антона кончиком крыла, это наверно было бы трогательно, если бы человек не испытывал вязкой как кисель ненависти к пленившим его существам. Неизвестно, что послужило причиной повлекшей последующие события, возможно так было запланировано или хозяева решили поощрить питомца, научившегося сносно каркать, но Антон впервые за невообразимо долгое время обрел счастье.
  

007

   Попугая осенило. В этом мире вечного дня, без всяких ориентиров невозможно определить сколько прошло времени в заточении. Тогда Антон решил взять за сутки свой сон, вернее отрезок времени от пробуждения до следующего пробуждения. Конечно, это были весьма условные сутки, но за неимением туалетной бумаги и лопух сгодится.
   Человеку, не испытавшему тяготы заточения и жуткого бессилия, невдомек, как такие ничтожные "победы" могут принести столько счастья. Но Антон, додумавшийся до этого, такого простого на первый взгляд решения, находился на пике счастья и судьба смилостивившись наградила его сполна...
   Это произошло через двенадцать суток после неуклюжей попытки суицида. Металлический привкус, ощущение как при взлете самолета, к Антону спешили гости, посмотреть на контактный микро-зоопарк.
   Два огромных монстра, один из которых золотоперый хозяин, вторая еще более массивная жирная курица, отливающая каким-то больным блеском надувшегося прыща.
   Все новое для Антона влекло новые проблемы, поэтому когда он разглядел, зажатое в лапах жирдяя человекоподобное существо, сработали рефлексы. В сердце хлынула бешенная порция адреналина, мышцы напряглись, тело приняло боевую стойку. Человек решил встретить противника сразу атакой, Антон не хотел и не мог больше позволить глумления над собой, какой-нибудь твари, сходной по антропоморфным данным.
   "Может пернатые ублюдки решили устроить гладиаторские бои?" - подумал Антон, начав разминать суставы.
   Птицы приземлились возле мерцающего барьера и не мешкая лишний секунды через него прошла она...
   Антон не мог поверить, он очень хотел, закрыл глаза, открыл, снова закрыл, задохнулся от горлового комка, который провалился в грудь, начиная терзать, пытаясь вылезти. У него десятки раз напряглась и опала плоть, но он не замечал своего состояния. Он поверил.
   Похоже с ней творилась тоже самое, она дрожала так, что Антон ощущал каждый спазм ее тела, по которому стекал пот и слезы.
   Прошла, целая вечность, они не решались сделать шаг, боясь развеять нечто невыносимо прекрасное, предвосхищающее, этот затянувшийся миг, наверно более сладостный, мучительно неизвестный, чем то, что может произойти затем или не произойти. И от этого или, было так страшно, что хотелось стоять так вечно, а может даже умереть.
   Этот почти невидимый шаг для них, стал не менее важным, масштабным, чем рождение вселенной, для двух невыносимо одиноких пленников, для людей ставших попугаями и болезненно обрядших, пусть на время, человечность.
   Антон сделал его и почувствовал, как тело бросилось к телу и она, незнакомая, самая родная во всем мире, помчалась на встречу к нему. Фигуры совпали, сложились в одно рыдающее существо, которое утешало само себя, всеми доступными способами. И лишь когда тела распались, чтобы наконец увидеть друг друга относительно трезвым взглядом, наблюдавшие с бесстыдством птицы довольно закудахтали, ударили друг друга клювами и улетели, обеспечив приватность, которая была необходима, которая может стать свободой.
   - Эра, - коротко произнесла девушка, рассматривая его.
   Юноша в свою очередь изучал свою возлюбленную. Да, именно так, возлюбленную. В иной жизни, можно было сказать, что ему повезло. Эра и в правду была хороша, полногрудая, длинноногая, с правильными чертами лица, чувственными губами, волосами цвета золотого испанского песка, заплетенными в длинную, ниже ягодиц, тяжелую косу и с паутиной не портящих ее шрамов, извивающихся от шеи до крепких ягодиц. Но если бы она оказалось внешности манекена Катерины, это бы ничего не поменяло. Ничего.
   - Антон, - ответил самый счастливый в этот миг человек. И зачем-то добавил, - Москоу.
   - Тирана, - произнесла девушка незнакомое для Антона слово. Скорее всего название родного города где-нибудь в латинской америке.
   - Ду ю спик рашен? - оригинально спросил юноша. Получив отрицательный кивок, ну надо было попробовать, и не менее оригинально поинтересовался.
   - Спик инглиш?
   Хотя, что еще спрашивать в бес, в бес подобной ситуации? В которой, само звучание человеческого слова воспринимается, как величайшая ценность.
   - Литл, - сказала Эра, показывая пальцами что-то маленькое.
   Антон сам не владел английским. В голову лезла только фраза "ай лав ю", но нужно было столько сказать, быстро, доходчиво и главное убедительно. Вот только как?
   Казалось бы, задача неразрешимая в дефиците времени, но вот что удивительно. Любой человек живущий, в относительно цивилизованной стране, не владея английским языком, существует постоянно в его экспансии. Название брендов, слоганы рекламных компаний, вывески сетевых магазинов, фильмы, компьютерные игры и вот престарелая матрона на отдыхе в Египте выдает фразу на не очень могучей и совсем не великой британско-американской мове. Что характерно к месту и по делу.
   - Ю маст кил ми! - требовательно сказал попугай, видя как глаза Эры расширяются от удивления.
   - А ю крейзи? Ай, ай невер кил ю, ю май хат, ю май соул!
   Песню "Модерн Токинг" you my heart Антон слышал и даже улыбнулся оскалом, заставившим Эру напрячься.
   - Донт ворри, би хеппи! - ответил он словами из другой песни. - Ю кил ми, бат нот форева, андестенд?
   Эра отрицательно покачала головой. Антон мысленно завыл. У него был план, вернее идея побега, на которую его натолкнула стычка с персиковым. Барьер, окружавший клетку, пропускал любые неодушевленные предметы, всякий раз отталкивая человека, но избитый боксером брат по разуму, потеряв сознание, преодолел силовое поле. Возможно это был кратковременный глюк, ошибка программы, а может лазейка, которая позволит сбежать из опостылевшей тюрьмы. Что делать дальше с обретенной свободой? Антон так далеко не загадывал, он жаждал всем существом покинуть клетку и сейчас ему требовалась помощь. Только как объяснить ей идею побега, последовательность действий? А главное, даже если все удастся, Эра не сможет убежать. Ведь не получится друг друга лишить сознания и так рассчитать, что бы одновременно упасть за периметр. Разбежаться вдоль барьера и ударить друг друга лбами? Смешно!
   Черт! Нет ничего наподобие бумаги, нечем начертить, изобразить действия. "Как же будет по-английски побег?"
   - Эскейп! - громко закричал Антон, вспомнив заветное слово, благодаря компьютерной игре, в которую когда-то рубился по сетке. - Ви маст эскейп!
   Но Эра непонимающее смотрела на него.
   - Эскейп? Вот из эскейп?
   - ...ля!!! - на могучем ругнулся юноша, перебирая в голове обрывки английских слов, пытаясь как-то скомпоновать фразы.
   Но ничего не получалась. Эра знала английский на таком же уровне, что и возлюбленный, но их словарный запас не был тождественным и возникали провисы, губящие весь смысл. Да они могли спросить друг друга сколько времени, узнать возраст и предложить заняться сексом, казалось бы, что еще надо в современном мире?
   Кстати о времени, оно утекало, таяло как зарплата бюджетника за мкадом. В любой момент могли вернуться хозяева и люди снова превратятся в попугаев.
   Тогда Антон перешел к пантомиме. Он показал пальцем на Эру, потом на себя, поставил две фаланги на ветку, изображая ими человечка, который бежит сквозь (начертить несколько раз невидимый четырехугольник) барьер. И, кажется, девушка поняла! В ее глазах загорелась такая надежда, что Антон испытал укол атавизма, который где-то еще называют - совесть.
   Дальше пошло хуже, Эра догадалась, что должна ударить возлюбленного, но зачем и что делать дальше?
   В какой-то момент Антон понял, что даже если каким-то чудом донесет свои мысли, Эра все равно не сможет осуществить задуманное.
   Какая-то черная злость, на ни в чем неповинную девушку поднялась в груди, ему захотелось свернуть эту тонкую шейку, пинать обнаженное тело ногами, слушая как ломаются и трещат кости, вместе со сломанной надежной на свободу. Это именно тот, описываемый момент мгновенного перехода от любви к ненависти.
   Он ударил резко, точно в кончик подбородка, Эра как подкошенная рухнула на гладкую поверхность, глаза девушки закатились. Чистый нокаут.
   Антон секунду плотоядно смотрел на девушку, на его лице лежала тень безумия, готовая поработить человека. Потом словно кто-то вытер ему чело, убрав оскал и блеск налитых кровью глаз. Он бережно поднял, потерявшую сознание Эру, отнес к барьеру и затаив дыхание, насколько это возможно аккуратно кинул безвольное тело. Он ожидал, что фокус не удастся и силовое поле не пропустит человека... Есть!
   Антон закричал, не в силах сдержать эмоции. В этом крике была радость победы и горечь от того, что этот путь ему заказан. Юноша не мог сам себя нокаутировать или придушить (просто нечем), да еще так, что бы потеряв сознание в падении, оказаться за периметром клетки.
   Не дожидаясь пока Эра очнется Антон прошел к жральнику и набрал несколько брусков еды. Вот только в чем она ее понесет? Хороший вопрос. Ведь с огромной ветки надо еще спуститься! И хотя от нее отходят в разные стороны другие ветки, задача может оказаться невыполнимой, даже с двумя свободными руками.
   Когда он подошел к барьеру Эра уже очнулась. Она стояла прислонившись к силовому полю и плакала, на ее подбородке стремительно наливался синяк, но не это было причиной слез.
   Антон перекинул еду, на которую девушка не обратила внимание и сказал:
   - Ран! Беги глупая! Эти твари могут вернуться в любой момент, хотя бы попытайся, ради нас! Докажи что мы не попугаи, а люди!
   - Невер! - закричала девушка! - онли виз ю!
   - Да беги же, сука! - заорал Антон, впав в бешенство. Он стал неистово колотить барьер, превратившись в дикое животное, но Эра не сдвинулась с места, лишь закрыла глаза, из которых все равно лились слезы.
   Силы внезапно оставили его, обессилив человек опустился на поверхность, обхватив короткостриженную голову, дрожащими руками...почему-то ни борода, ни волосы на макушке в этой проклятой тюрьме не росли. А у Эры росли... Эта мысль заставила Антона подскочить.
   - Эра! - закричал он. - Эра очнись, вей кап! Ай нид ё... "Господи как будут волосы!?"...ай нид ё хайр!
   - Вот? - почему-то испугалась девушка.
   - Эра, плиз, квик, вери квик! Ай нид ё хайр! Волосы!
   Антон показал на свою поросль, потом на шикарную косу Эры.
   В какой-то момент он решил, что она просто не захочет или не сможет. Вырвать себе косу не имея подручных инструментов, задача не менее тривиальная, чем лишить себе сознания голыми руками. Но Эра смогла удивить, подойдя к проблеме с яростью цепляющегося за жизнь
   Сначала робко, потом с нарастающей силой она стала тянуть себя за косу, от чего миловидное лицо исказилось, голова стала похоже на луковицу, но кроме слез и пары вырванных клоков ничего не добилась. Не помогли справиться и короткие ноги. Тогда Эра решительно распустила волосы, принявшись выдирать клоками, но Антон резко остановил ее, Такой результат не устраивал. Он принялся лихорадочно перебирать варианты, с помощью которых можно отсечь косу. Жральник? Нет. Бассейн? Зеркало? Да конечно, если бы оно было земным, сделанным из стекла, а не виртуальной картинкой! Может ксилофон? Нет, не то. "Думай Антон, думай!" Мысли несколько раз останавливались на Катерине и стыдясь чего-то отскакивали, словно кто-то ударил их током. Да, вот так, мысли можно ударить током, утопить и даже повесить, был бы стимул. Не желая поддаваться толике чудовищной разумности, он бросился к туалету.
   Пара оранжевых конусов стояла на линии, ожидая уборки. Антона схватил первый и со всей силой швырнул его об ветку в надежде, что тот разобьется на несколько острых осколков. Сосуд с продуктами жизнедеятельности от удара, на метр подпрыгнул в воздух и благополучно упал. На нем ни осталось даже царапины. Оттягивая неизбежность Антон несколько раз яростно бросал конусы с дерьмом, увы тщетно. Тогда грязно ругнувшись, помянув родственников пернатых тварей по материнской линии и выдвинув предположение в нетрадиционной ориентации родственников по мужской, Антон пошел к манекену.
   Учитывая цейтнот стоял долго, не менее пяти минут, пытаясь решиться. Сейчас Катерина после Эры казалась гипертрофированно отталкивающей, и ему от этого было неимоверно стыдно, в этот миг он реально ощутил себя попугаем, домашней игрушкой, у которой почти нет разума, а только инстинкты пожрать, по-рать и...
   Сначала Антон попытался оторвать руку, потом принялся за фаланги пальцев, но материал из которого была изготовлена Катерина только на вид и ощупь был мягким, каркас манекена не желал поддаваться.
   Рыча, что бы заглушить отвращение, в первую очередь к себе, он принялся тянуть попеременно то за нижнюю, то за верхнюю челюсти, представляющее из себя довольно острые интегрированные пластинки со схематично, нарисованными зубами. Ему показалось, что нижняя часть немного поддалась. Манекен полетел наземь и Антон принялся остервенело пинать Катерину при этом матерясь и брызжа слюной. Его личный неоплатный счет к птицам, стал просто космическим. Вот только как стребовать хотя бы проценты?
   Наконец фантасмагория увенчалась успехом и с жалобным скрипом нижняя челюсть отлетела. Не глядя на изуродованный манекен, Антон подобрал острую пластину и бросился к смотрящей на него во все глаза Эре.
   Растеряв запал, она как-то очень медленно, хотя возможно перенапряженному юноше так казалась, стала резать косу, на это ушло еще несколько драгоценных минут. Но в итоге метровый жгут волос оказался у Антона.
   Он сделал из косы петлю, вдел в нее голову и свободный конец передал сквозь силовое поле. Повезло, что сам барьер был толщиной не больше миллиметра. Иначе длины волос просто не хватило. Они уселись друг напротив друга, уперев пятки, так что со стороны казалось, что конечности соединяются. Эра потянула за петлю, крепко затягивая удавку. Голова Антона уперлась в барьер и он стал задыхаться, инстинкт заставил руки дернутся в попытке освободится, но воля оказалась крепче, в какой-то миг он провалился в небытие...
   Горло сильно саднило, в голове шумел водопад из разрозненных мыслей. Эра гладила его лицо, боясь дотронуться до красно-синей полоски отпечатавшийся на коже.
   Антон привстал, опираясь на локоть и сильно закашлялся, ему показалось, что кислорода опять не хватает, он разинул рот, как выброшенная на отмель касатка и стал пожирать воздух. Казалось, что нет ничего слаще, чем просто дышать. Наконец он справился с паникой, мозг получил вожделенный газ и мысли потекли более связно.
   - Ви нот хев тайм! - прохрипел Антон. - Ви маст эскейп квикли.
   Девушка кивнула и быстро подобрала бруски с едой. Новая прическа не портила Эру, она стала выглядеть трогательно беззащитно, так что хотелось спрятать ее от всего мира и оберегать. Антон почувствовал острое желание, но который раз не пошел на поводу инстинкта.
   Спуск казался трудным, долгим, но к счастью возможным. От ровной площадки, на которой располагалась тюрьма, шло несколько ответвлений. Одна ветка, спускавшаяся вниз, по форме напоминая горку в аквапарке. Она была широкой, не менее десяти метров и заканчивалась далеко в гигантской листве. Что скрывалось за ней, отсюда не разглядеть, может там провал, ведущий к земле и они просто разобьются, может в зелени прячется местный хищник или на их пути вырастит острый шип? Гарантий никаких. Но остальные пути казались более рискованными...
   - Черт! Ааааа! Щит! Вернее, Дэмнт! - видя, не понимающие глаза Эры перевел Антон. - Пернатые бастардс возвращаются.
   Хотя Антон все время напряженно ждал тюремщиков, но подсознательно надеялся, что у них есть еще немножко времени. Теперь же его внутренние часы безошибочно стали отсчитывать секунды до появления мучителей.
   - Ран Эра!
   Он подхватил косу, накинул, поморщившись на шею, взял девушку за руку и они бросились бежать по наклонной ветке. В какой-то момент угол стал крутоват для бега, и они покатились, ударяясь друг о друга, обжигая кожу при трении о ствол.
   Эра выронила бруски с едой, ее неумолимо стало отбрасывать к правому краю ветки и хотя та была достаточна широка, девушке никак не удавалось сместиться к центру. Антон вытянулся, пытаясь поймать ногу, однако лишь заскользил быстрее по гладкой, как бильярдный шар поверхности. Он развернулся, что бы увидеть, как Эра, не издав звука, вылетает за пределы ветки.
   Щелк - стоп-кадр. Сердце не бьется. Она еще здесь, с ним, она еще не понимает. В огромных глазах отражается зелень.
   Щелк - стоп-кадр. Тело ищет опоры и не находит. Сердце не бьется. Огромные глаза заполняются ужасом.
   - За чтООООООООО!!!
   Антон кричит так, что птицы наверняка его слышат. Он остервенело пытается сместиться к краю или затормозить, но тело набрав приличную скорость, сдирая кожу с рук, живота, ягодиц, разогнавшись влетает в настописевшую листву. Которая хлещет сразу по всему телу и как избавление удар, короткий миг боли, тьма.
  

008

   Сначала пришла боль. Она была как родная, привычная и поэтому необременительная. Потом вяло потекли мысли, и Антон без всякого ужаса осознал, что он подонок. Вернее, он сам себе дал такую характеристику, исходя из того, что воспоминания о гибели Эры не трогали его вообще.
   Не волновал и тот факт, что его куда-то несли, голова смотрела вверх, поэтому он не видел носильщика или носильщиков, а повернуть шею было больно, да и особенно не интересно.
   Над больной головой разливалась бесконечной рекой зеленка. Антон прикрыл глаза, без всякого интереса слушая, как вокруг раздаются звуки похожие на причмокивание, уханье и дегенеративный хохот.
   Резкий удар о землю (наконец он внизу, а не на огромных ветках!) выбил дух. Издав тихий стон, Антон получил возможность рассмотреть своих новых знакомых. Секунду он недоуменно всматривался в мохнатые лица, потом захохотал, самозабвенно, громко, захлебываясь в истерике.
   Вокруг человека стояли и висели обезьяны, обычные земные макаки или мартышки? Антон не разбирался в породах приматов, но вроде таких крупных называют орангутанги? Не важно! Смех душил, заставляя тело конвульсивно трястись. Испугавшиеся поначалу приматы тоже заухали, застучали лапами по земле и друг другу выражая наверно одобрение?
   - Значит, - сказал Антон вслух. - Если я попугай, то вы, стало быть, воробьи!
   - Рррааууухх! - прозвучало сверху, как команда и все сразу заткнулись, только попугай продолжал нервно похохатывать.
   С веток одним прыжком спустился крупный, метра под два, примат. Он махнул лапой и человека буквально снесло. Не успел Антон даже приподняться, как туша альфа-самца зависла над ним и глаза убийцы без всякого выражения вперились в попугая. Пародия на человеческое лицо не предвещала ничего хорошего, рот приоткрылся показывая желтые, но крепкие клыки, пахнуло смрадом.
   Антон не собирался принимать вызов, он просто попытался отодвинутся, стараясь не дышать, что бы не вдохнуть ароматы примата. Вожака удовлетворило такое поведение, он поставил лапу на грудь попугая и что-то рыкнул своей банде, те в ответ разразились восторженными воплями.
   Так началась жизнь Антона в обезьяньей стае. Сначала ему было абсолютно наплевать, предохранители полетели, и апатия стала его новым барьером от реальности.
   Стая постоянно мигрировала через однообразную зеленую мглу, за несколько дней, проведенных среди воробьев, они успели покрыть несколько десятков километров, иногда вступая в стычки с другими бандами приматов, в которых Антон не принимал участие, просто сидел в стороне и ждал, когда все закончится. Однажды отсидеться не удалось, самец из другой стаи увидел, безволосого родственника и бросился к нему. Попугай рефлекторно выдал левый прямой в нос, ошеломив противника, и правый боковой в челюсть, свалив врага. После битвы, вожак стаи что-то одобрительно ухнув, болезненно ударил Антона по плечу. "Огради творец от милости царей!" - вспомнил попугай чужую, но верную мысль, поглаживая гудящее плечо.
   Первое время за ним ухаживали. Пока он был диковинкой, бракованной обезьяной, новым Маугли, приносили пищу, вкус которой он не ощущал и слава богу, некоторые помои даже свинья отказалась бы жрать.
   Но стая очень функциональный организм, особь неспособная приносить пользу перестает быть частью этого организма. И пришло время, когда интерес угас. Антон упал на самый низ иерархии, его щипали, пинали, перестали давать еду. Он подъедал объедки, но возвращаться из болотного помутнения не спешил, как всегда все решил случай.
   В стае все зиждилось на вожаке. Он первым брал пищу, решал, кому какую функцию выполнять и естественно имел свой гарем, на который под страхом смерти никто не рисковал покушаться.
   Антону, впавшему в некое состояние дебилизма, вся эта система было до звезды, но вот самки почему-то сочли его подходящим объектом для адюльтера. Наука состоит из фактов, а факты говорят, что женщина существо любопытное, падкое на диковинки и не важно, обезьяна это или сучка.
   Для начала несколько самок принялись одновременно искать в его волосах блох, что было, во-первых, абсолютно бесперспективно, потому что волос было мало и невооруженным глазом можно заметить, отсутствие любых паразитов. Во-вторых, это было больно, самки отпихивали друга-друга, царапая череп. Потом они принялись его задаривать, неся различные вкусные плоды, которые Антон механически ел, давая надежду на взаимность. Наконец, когда им надоело его задабривать, они стали принимать завлекающие позы и больно пощипывать, заставляя выплывать из привычной дремы. Неизвестно к чему бы это привело, но на спорное счастье "из командировки вернулся муж". Увидев такое непотребство, самец мгновенно рассвирепел. Самки бросились, вереща врассыпную. Вожак, грозно рыча, показал наличие интеллекта. Сначала раздобыл огромную палку, смахивающую на бревно и только обзаведясь оружием, двинулся к ничего не соображающему охальнику. Должно быть вспомнил, как самый слабый член стаи проявил себе в потасовке.
   Первый удар должен был раздробить Антону голову, но рефлексы (спасибо тренеру мастеру спорта по боксу СССР) работают даже у дебилов. Дубина с душераздирающим треском поразила землю, а попугай уже мчался сквозь кусты, ни о чем не думая просто на инстинктах унося тело от места, где ему может прийти амба.
   Заорав что-то матерное на языке низших приматов, вожак не стал поднимать орудие, а тоже поддался инстинкту и бросился вдогонку. У него были все шансы настигнуть беглеца. Тем обиднее стала подлость, которую бегущий человек провернул с присущей виду хитростью. Когда до беглеца остался какой-то жалкий метр, Антон резко развернулся и его кулак на встречных курсах поразил челюсть альфа-самца. Король стаи рухнул, как подкошенный, а рука попугая оказалась сломанной в запястье.
   Теперь орал Антон, но наверно как-то неправильно, потому что спустя минуту вся стая собралась вокруг, как какой-нибудь Дом-2 и стала шумно обсуждать новость. Признаться Антону было до фени, он словно выплывал из мути и это было больно, события участником которых он стал, обрели резкость, вернулась дикая ненависть к пернатым ублюдкам и сотню раз память проиграла кадр как Эра переваливается через край ветки. Внезапно стало не хватать воздуха, сердце выросло и стало наполнять грудь, грозя прорваться или выйти через рот, мелькнула мысль, что быть идиотом благо.
   Тем временем приматы посовещавшись, пришли к странному итогу. Они принесли коллективно дубину. Ухитрились несколько раз огреть так и не пришедшего в сознания вожака, причем огреть очень аккуратно, точно в челюсть. Как бы там ни было, но судя по довольному гыканью они добились своего, подняв с окровавленного альфа-самца, выбитые клыки. Затем самая козырная самка (если судить по тому, что вожак большую часть времени проводил с ней) поднесла клыки Антону. Тот машинально принял их, находясь где-то в своих мыслях, и буквально подпрыгнул от дикого рева двух десятков обезьян. Так попугай-Антон стал вожаком воробьев.
   За последующие несколько дней новый альфа-самец порядком измучился. Ему приходилось решать массу проблем, которых раньше не замечал. Например, вопрос туалета. Казалось бы, отойди подальше и гадь на здоровье. Но обезьяны не заморачивались и делали свои дела прямиком там, где жили, ели и спали. И это была еще самая маленькая проблема.
   Его ненавидел низложенный лидер, который лишившись клыков, упал в иерархии стаи на самый низ и насколько Антон понял нравы племени не имел шансов занять главенствующее положение даже если попугая не станет. Но от этого его желание прикончить нового лидера не становились меньше, напротив, этот нарыв зрел, грозя прорваться в самый неподходящий момент.
   Надо было вести стаю в бой против других обезьян, при этом возглавляя битву. Ну, этот вопрос Антон худо-бедно решил, научив всех обращаться с палками. К счастью местные приматы были сообразительнее земных и любую гадость усваивали на раз. Воинство стало непобедимым. При этом Антон не понимал, зачем вообще вступать в битву и мигрировать? Еды и питья было полно. Но как часто бывает, король следует свите, а не свита монарху.
   Кстати о еде. Еще одна головная боль. Обезьяны прекрасно добывали ее сами, принося Альфа-самцу лучшие куски, но дальше шло распределение, которое указывало на социальный статус особи. Дашь хороший кусок и у тебя появился новый фаворит или что еще хуже фаворитка, не дашь, и на тебя букой будет смотреть какой-нибудь надутый орангутанг.
   Антон полагал, что самой большой проблемой станет коммутация, но он ошибся. Достаточно было пару раз пнуть нерадивых воробьев и показать на своем примере, как вся стая со всем возможным прилежанием перенимала навык. Кроме того у обезьян был свой примитивный язык, состоящий всего из девяти слов. Но этого хватало, что бы управлять маленькой бандой приматов, которая все больше прогрессировала и уже могла считаться неким подобием не стаи, а племени.
   Однако, как и в людской жизни, настоящие неприятности шли от самок. Они желали быть с лидером, а лидер по понятным причинам не желал. Что вызывало еретические брожения в умах приматок, сомнение в силах вожака и как следствие недовольство, которое выливалось в беспорядочные отношения с другими членами стаи. Авторитет Антона падал, и ему все чаще приходилась раздавать тычки, которые терпели, но злобно, затаив обиду.
   Но гнойнику не суждено было прорваться. Как-то с утра, Антона разбудили вопли стаи, в которой повторялся один и тот же звук означавший "опасность". Воробьи беспорядочно метались, не слушаясь его команд и лишь бывший вожак молча скрылся в листве, одарив на прощание попугая торжествующим взглядом.
   Тут накатило забытое чувство скрежета по хребту изнутри. Небольшую поляну, на которой отдыхала стая, накрыл черный липкий туман, в котором приматы застряли, как мухи в янтаре и лишь одного Антона невидимая сила дернула вверх, разобрала на атомы и собрала снова в ненавистном периметре клетке. За барьером сидели хозяева попугая, они смотрели на Антона с каким-то сожалением и укоризной, так смотрят на нашкодившего котенка, которого собираются ткнуть носом в саки.
   Не найдя решения лучше Антон закричал, осознавая бессмысленность вопля. Но все ровно орал, пока свет вокруг не сделался черным, придавливая его к ветке, разбирая на элементы.
  

Интерлюдия 2

  -- Пааап! Папенька!
  -- Да, Тюша. Чего случилось?
  -- Ничего, просто хочу поговорить.
   Ага "просто" хочет поговорить. Я уже боюсь этих простых разговор с повзрослевшей дочерью. Некоторые вещи мне как отцу вовсе не надо знать, что бы сохранить свою психику.
   - Папуль, мне надоел попугай, я хочу крысюка.
   У меня немного отлегло от второго сердца. Значит речь пойдет не о любовных переживаниях, а всего лишь о кровопускании моей кредитке.
   - Как же так Тюша? Это живое существо, он живет у тебя много лет, привык, негоже бросать тех, кого прикрылили! Вспомни книжку "Князь лилипут", - я произвел нарочитый эллипс крылом, что бы показать свое неодобрение.
   - Ничего не привык! От него одни проблемы. Говорить не научился! Ну, пару слов может произнести, но это ерунда. Помнишь, ты ему принес паназиасткого попугая? Так вот он целые трели выдавал, а наш его избил!
   Этот случай я прекрасно помнил. Ох, и досталось мне от его хозяина. Пришлось целую бутылку "Пота сируанской пантеры" ставить. Хорошо, что хоть распили вместе, не так обидно.
   - Дочь, это не повод отказаться от питомца. Нельзя бросать только за то, что он не может подражать звукам. И подумаешь подрался с другим попугаем, тот сам виноват, слишком агрессивный.
   Я решил попробовать отстоять свои финансы, крысюки нынче дороги, конечно не так как попугаи, но все же... тем более что я хотел купить себе умный-кварко-коготь, давно откладывал. Каждый кредит, спрятанный от благоверной, пригодится.
   - Отец! - это прозвучало грозно, и я с грустью подумал, что коготь придется ждать еще месяц. - Ты же знаешь о его проделках! Он убежал! Забрал самку! Хорошо, что она сразу нашлась. Тебе пришлось обращаться в службу поимки домашних животных!
   Да, я знал. Это гадская служба содрала с меня восемь кредиток, одни расходы! И сейчас другие! Что за невезуха!
   - А потом мы не сошлись с ним характерами. Даже у животных есть свои пухоеды в голове.
   - Тюша! Это что за слова! Где ты подобралась такой гадости! Слово "пухоеды" ругательное, тебе надо клюв ультразвуком помыть!
   - Прости папенька, просто я пытаюсь донести до тебя простую мысль. Мне надоело ухаживать за попугаем, он вредный, много гадит и плохо обучается. Даже крысюка не надо, - это прозвучало обиженно. - Тем более мама дала добро, - а вот это уже была прямая угроза.
   Я подавил желание наорать на дочь. Сам виноват, влез под лапы жены, теперь пожинаю злаки.
   - Будет тебе крысюк, - буркнул я. - Но смотри, если он надоест тебе, так же как попугай, перья повыдергиваю! Ясно!
   - Да, папочка! - дочь толкнула меня клювом и хотела почесать перья, но я ее придержал.
   - И вот, что еще, крысюка я тебе не просто так куплю, это будет подарок на день Пуха.
   - Ладно, - недовольно сказала Тюша, взмахнув синими крыльями. - Спасибо пап. Я тебе скинула на сетчатку образ крысюка.
   - А ты что, со мной не поедешь на "Птичку"? - удивился я.
   - Не хочу, - дочь неопределенно повела клювом.
   - Ясно, все-таки неприятно бросать питомца, да? Не хочешь смотреть в его печальные глаза.
   - Да ну тебя пап! - вспылила дочь и перелетела на другую ветку.
   Я же вздохнул и принялся искать договор, вдруг удастся вернуть часть денег? Вроде там был такой пункт. Бинго! Интуиция не подвела! За четверть цены питомник был обязан принять попугая, если тот имел товарный вид. Этих денег как раз хватит на крысюка. Настроение улучшилось.
  

***

   Продуван узнал меня сразу, это было понятно по его обвисшему клюву. Но все же выдавив улыбку радостно произнес:
   - Здравствуйте уважаемый! Решили прикупить пару для своего питомца или может решили порадовать попугая новой кварко-клеткой? А может вас заинтересуют инновационные эксклюзивные игрушки, которые, внимание, только сегодня продаются со скидкой в тридцать процентов!
   - Нет, мне ничего этого ненужно я...
   - Понятно! - продуван перебил и начал тарахтеть, как моя теща, не переставая, без всякого шанса ее остановить. - У вас кончился корм! Спешу с радостью сообщить, что в наш магазин поступил новейший продукт, хорошо усваемовый, содержащий все необходимые микроэлементы и самое главное в нем заложена функции самообучения десяти наиболее распространенных фраз таких как: хочу кушать; давай поцелуемся..
   Я терпеливо ждал, демонстративно поклевывая клювом и зевая, в какой-то момент убаюканный монотонным бурчанием продувана чуть не уснул, чем обидел его до шпор на лапах.
   - Кархммм! - громко с негативом произнес продуван. - Так с чем пожаловали?
   - Я хочу сдать попугая, - сказал, глядя в скривившийся пух.
   - Но...
   - Согласно пункту в контракте.
   - Вы знаете, что мы можем принять попугая лишь за четверть цены, и лишь в том случае если он будет соответствовать санитарно-эпидемиологическим стандартам.
   - Будет, - ответил я с уверенность, которой не испытывал. - Он же соответствовал при покупке? Ну, значит все нормально.
   - Потом вы должны знать, что деньги возвращаются в течение трех пангалактических месяцев с момента принятия попугая.
   - Мне не нужны деньги, - выдавил из себя эту страшную фразу. - Мне нужен крысюк, розовый с большими ушами. Его стоимость чуть ниже остаточной от попугая, но я...не буду мелочиться.
   - О! Это другое дело, - продуван заметно повеселел. Обмен это не возврат. Тем более может удастся перехватить пару кредитов. - Предъявите попугая для осмотра.
   Я открыл темпоральный карман и предъявил.
   - Мда, - грустно каркнул продуван. - Вид у него не товарный. Вы за ним совсем не следили? Грязный, дикий, того и гляди кусаться станет.
   - Ну что вы! - чувствуя, как возможность бесплатно поиметь крысюка уходит, заволновался я. - Ничего он не дикий. Наоборот, обученный! И в клюве нормально сидит и в лапах не дергается. Знает несколько фраз. И как бонус, умеет управлять воробьиной стаей!
   - Так он у вас убегал? - многозначительно произнес продуван. - Это многое меняет, возможно нужны новые прививки, чистки, а это знаете ли траты. Мы не можем предлагать клиентам больных животных.
   - Ой, ну хватит! - я вспылил, распушив хвост. - Вы его продадите как настоящий, обученный эксклюзив, еще и наваритесь. С таким попугаем можно на цирковых планетах выступать. Клад, а не скотинка!
   - Ладно, уговорили.
   Продуван усмотрел выгоду, решив наверно самостоятельно продать попугая через сетевые нейро-сервисы, что в общем незаконно и приравнивается к контрабанде, но это не мое дело.
   Когда с делами было покончено и розовый лысый крысюк с огромными ушами выбран, продуван снова засуетился, предлагая супер-пупер клетку.
   - Ничего, - отбрил я его, - поживет в попугайской.
   Не слушая возражений, отправился домой. Оба сердца грела мысль о сэкономленных кредитах.
  

Финал

   Антон материализовался посреди солнечной улицы. Люди, одетые в майки и шорты, неспешно прогуливались, поначалу не замечая обнаженного, грязного мужчину разлегшегося на палящей мостовой.
   Первой естественно была зрелая матрона, которая просто завизжала, от чего шедший рядом муж, обхватил голову и чуть присел. Потом засмеялись подростки, ну этим все едино, дай только к придатку, который зовется словом мозг присоединить смартфон. Они достали телефоны, защелкали камеры, отправляя фотографии в соцсети.
   Затем нехотя заволновались остальные граждане, спеша покинуть нарушивший идиллию кусок улицы. Всем было наплевать на грязное чмо, просто как-то неприятно, словно писаешь себе спокойно, а сзади кто-то в шею дыхнул.
   Не спешили к бомжу и патрульные. Они допивали пиво, когда к ним подошел какой-то урод в бриджах, с козлиной бородой и рассказал о голом придурке облюбовавшем набережную. Все настроение насмарку! Ну, лежит себе, воняет потихоньку. Не труп же, зачем уважаемых людей отвлекать? Теперь и пиво не так пилось. Вроде и не спешишь, а глотки большие и вкус пропал.
   Когда спустя пятнадцать минут полиционеры, неся пузатые тела с истинным аристократизмом патрициев нашли Антона, тот уже поднялся с асфальта, стоял покачиваясь, глупо улыбался и не стесняясь наготы махал прохожим. Некоторые махали в ответ.
   - Сержант Горило! - козырнул полицейский. - Ваши документы?
   - Горилла? - обрадовался бомж. - Я стаей воробьев командовал!
   - Да что ты с ним любезничаешь, - неприязненно сказал второй патрульный. - Видно, что дурку вызывать надо. Ты кто такой, чудик!
   - Попугай! - громко сказал Антон и счастливо засмеялся.
   - А что тебя пугать? - пожал плечами патрульный и врезал дубинкой Антону по печени.
   "Ну, вот я дома" - понял человек, с благодарностью принимая не такие уж и болезненные удары. Ему было хорошо...
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Я.Зыров "Темный принц и блондинка-репортерша" (Попаданцы в другие миры) | | М.Махов "Бескрайний Мир" (ЛитРПГ) | | Е.Кариди "Седьмой рыцарь" (Любовное фэнтези) | | В.Колесникова "Влюбилась в демона? Беги! Книга вторая" (Любовное фэнтези) | | Т.Сергей "Делирий 3 - Печать элементов" (Боевая фантастика) | | М.Старр "Попаданка и король" (Любовное фэнтези) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 3) Смерть" (ЛитРПГ) | | К.Татьяна "Его собственность" (Современный любовный роман) | | Л.Каминская "Сердце дракона" (Приключенческое фэнтези) | | В.Мельникова "Невеста для дофина" (Фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"