Емелин Сергей Владимирович: другие произведения.

Убийца пришёл первым

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Для поклонников сериала "Элен и ребята" - вольное продолжение с детективным уклоном.


УБИЙЦА ПРИШЁЛ ПЕРВЫМ

Собственно, вся эта история началась в тот день, когда мне в голову пришла мысль провести Рождество в дружеской компании. А ещё точнее, началась она с утреннего звонка Линды, потому что именно она подкинула мне эту идею.

-Привет, Себастьен!-прозвучал в трубке её мягкий и, как всегда, жизнерадостный голос.-Я тебя не разбудила, надеюсь?

-Нисколько,-соврал я; точнее, почти соврал, потому что уже несколько минут как проснулся, но сон пока не отпускал, да и вылезать из тёплой постели не хотелось.-Откуда ты звонишь на этот раз?

-Ни за что не поверишь - из Парижа!-весело рассмеялась она.-И более того, я сейчас не одна - в соседнем номере отсыпается Мануэла, если ты её ещё не забыл. На нас нежданно-негаданно свалилось три недели отпуска, и наконец-то мы с ней сможем отпраздновать Рождество по-человечески, а не в очередном отеле Лос-Анджелеса или Рио. Знаешь, с этими бесконечными поездками я уже начала забывать, что такое настоящее французское Рождество...

-Ничего, быстро вспомнишь. В отличие от Лос-Анджелеса у нас тут холодает с каждым днём. Как раз на Рождество обещают снег и морозы, чтобы всё было по-настоящему, не хватает только Санта-Клауса...

-Подожди, будет и Санта-Клаус!-смешливо фыркнула Линда.-Нет, серьёзно, я так соскучилась по Парижу, и по своим друзьям тоже... (Мне очень зримо представилось, как она при этих словах, по своему обыкновению, лукаво морщит нос.) Как там Лали?

-Лали?-я покосился на свою дорогую жёнушку, сладко посапывающую у меня под боком.-Спит, и из пушки её не разбудишь. Даже звонка твоего не слышала.

-Ещё бы, она у нас всегда была соней! Вспомни, как мы вечно ждали её к завтраку, а она постоянно опаздывала, потому что ей страх как не хотелось вылезать из постельки...

-Ну да, а потом по часу сидела в ванной и наводила красоту,-со смехом подхватил я.-Могу тебя заверить, Лали нисколько не изменилась за эти годы, наверное, потому-то я по-прежнему и люблю её..

-Кто это нисколько не изменился?-неожиданно в полудрёме проворчала моя жена, приоткрывая один глаз.-С кем ты треплешься с утра пораньше, Себастьен?

-Это Линда,-прошептал я, прикрывая трубку рукой.-Она в Париже.

И, пока не до конца проснувшаяся Лали переваривала эту информацию, мы с Линдой пустились в воспоминания о тех счастливых - и таких далёких теперь - днях, когда мы учились в университете и снимали в складчину огромный старый дом на окраине Парижа - один на всю нашу компанию. Компания была немаленькая, объединяла её музыка - мы играли в университетской рок-группе, и тогда же я, кстати, познакомился со своей будущей женой; а Линда, очаровательная белокурая австралийка, хотя и не была студенткой - как раз тогда она начинала свою карьеру фотомодели,- зато являлась верной поклонницей нашего творчества, и хорошей подругой к тому же.

С тех пор прошло пять лет; университет остался позади, рок-группа благополучно почила в бозе, и все мы разъехались кто куда. Время от времени мы с Лали виделись то с одним, то с другим членом нашей компании, с Линдой же все эти годы мы общались только по телефону - карьера её круто пошла в гору, и во Франции она появлялась лишь наездами. Учитывая то, что звонила она преимущественно из тех мест, о которых я до этого и слыхом не слыхивал, долгих разговоров у нас не получалось; ну а теперь Линда, сентиментальная по натуре (качество, надо заметить, редкое для фотомодели), конечно же, не могла отказать себе в удовольствии наговориться всласть.

Лали периодически толкала меня в бок, пытаясь завладеть телефоном, но делала она это достаточно вяло. Впрочем, я знал, что недолго смогу её игнорировать - стоит только моей жене окончательно стряхнуть с себя остатки сна; чего-чего, а темперамента Лали было не занимать.

-А хорошо бы собраться всем вместе, как прежде,-мечтательно протянула тем временем Линда.-Скажи-ка, сколько лет ты не видел остальных?

-Хм... Дай подумать...-я наморщил лоб.-Жозе и Бенедикт я видел ещё в этом году, весной... правда, по отдельности, у них тогда как раз не всё было ладно... К Николя и Элен мы ездили в Австралию, кажется, года два назад... Оливье... Дай Бог памяти, когда же я в последний раз видел Оливье?

-Ну, вот видишь! Ох, Себастьен, я так скучаю по тем временам, когда мы жили все вместе, обедали у Альфредо - весёлые, беспечные... и развлекались на полную катушку... А сколько мы всего пережили вместе!..

Тут-то меня и потянуло за язык.

-Послушай, Линда, а что, если и вправду тряхнуть стариной? Уж поверь мне, я скучаю по нашей банде не меньше тебя, а тут к тому же подворачивается неплохой повод - до Рождества ещё две недели, и вполне можно попытаться собрать всю нашу компанию. Приедете вы с Мануэлой, Жозе и Бенедикт тоже, наверное... если они ещё окончательно не разбежались... Ну и, конечно, постараюсь вытащить в Париж Николя с Элен, лишь бы у них пока не было собственных планов. Встретимся почти в полном составе.

-Вот здорово будет, если получится!-совсем развеселилась Линда.-Давай, Себастьен, постарайся, а то меня в последнее время совсем замучила ностальгия, да и Мануэлу тоже...

Ответить я не успел - окончательно проснувшаяся Лали с такой энергией затеребила меня за локоть, требуя телефон, что я успел только пробормотать:

-Извини, но моя жёнушка наконец-то восстала ото сна и теперь страстно желает с тобой пообщаться...

В следующее мгновение Лали крепко вцепилась в трубку тонкой смуглой рукой и радостно завопила:

-Линда, привет! Как поживаешь?

Я только покачал головой - моя любимая всегда отличалась излишней экспрессивностью - и принялся выбираться из постели. Судя по радостному щебетанию Лали, беседа грозила затянуться, а это означало, что нужно отправляться на кухню и готовить завтрак; впрочем, мне к этому было не привыкать, особенно в выходные, как сегодня, когда моя жена с чистой совестью позволяла себе отоспаться за всю рабочую неделю.

Спустившись вниз, я забрал с крыльца свежие газеты, молоко и круассаны, а затем не спеша занялся приготовлением кофе. Лали появилась в дверях кухни как раз в тот момент, когда я уже разливал его по чашкам.

-О, Себастьен, милый, ты уже приготовил завтрак,-проговорила она с напускным смирением.-Извини, я несколько заболталась... Ты же сам знаешь, когда Линда звонит с каких-нибудь Багам, много не наговоришь.

Вместо ответа я поцеловал её и легонько подтолкнул к столу:

-Усаживайся, любимая, и пользуйся безграничной добротой своего мужа, который не заставляет тебя постоянно торчать у плиты.

-От такого мужа я бы ушла через неделю,-безапелляционно заявила Лали, тут же пододвигая к себе тарелку с круассанами; что-что, а поесть она любила, причём это странным образом никак не отражалось на её фигуре.-Но ты же у меня самый лучший, правда?

-Несомненно. Расскажи лучше, как там Линда, а то ты так и не дала мне с ней толком поговорить. Они с Мануэлой собираются нас навестить?

-Кстати о навестить,-заметила Лали, с аппетитом уминая свежий круассан.-Неплохая, по-моему, идея - встретить Рождество всем вместе. Пошумим, вспомним молодость... Вы с Линдой это здорово придумали. Только знаешь что... мне кажется, надо ещё пригласить Джоанну.

Ох ты, чёрт возьми, действительно, как я мог забыть про Джоанну! Когда-то она тоже училась вместе с нами, и это были, пожалуй, самые весёлые времена - наша американская подруга представляла собой торнадо в миниатюре, и в её присутствии всё просто переворачивалось с ног на голову. А потом что-то не сложилось у неё дома - какие-то проблемы с больной матерью, кажется,- и Джоанне пришлось уехать обратно в Штаты. Как же мы по ней скучали тогда!

-Между прочим, именно она познакомила нас с тобой,-напомнила Лали.-И всем остальным, я думаю, тоже будет приятно её увидеть, нашу сумасшедшую американку.

-Ничего не имею против Джоанны, она мне самому всегда нравилась. Правда, я понятия не имею, как с ней связаться - знаю только, что она живёт в Техасе, а это не самый маленький штат.

-У меня где-то был её телефон,-Лали задумчиво подняла глаза к потолку, припоминая.-Да-да, где-то я его записывала... Надеюсь, что Джоанне не пришло в голову сменить номер... А ты позвони Николя в Австралию, хорошо?

Как и всегда, берясь за какое-нибудь дело, моя жена развила бурную деятельность. Сперва она, даже не допив кофе, минут сорок рылась во всех шкафах и тумбочках, отыскивая свою записную книжку четырёхлетней давности, потом ещё полчаса названивала в Штаты, кляня все телефонные компании мира, вместе взятые - до тех пор, пока я ей не напомнил, что в Техасе сейчас глубокая ночь, и было бы невежливо будить Джоанну в такое время даже ради того, чтобы пригласить её на Рождество.

С Николя и Элен всё оказалось гораздо проще, благо в Сиднее как раз наступал вечер, и с первой же попытки мне удалось застать их дома. В двух словах я обрисовал своему старому другу перспективы на предстоящий праздник, в ответ он удивлённо хмыкнул, а потом как ни в чём не бывало сказал, что охотно принимает моё приглашение.

-Ты избавил нас с Элен от трудной проблемы - как провести нынешнее Рождество,-заявил он с наигранной серьёзностью.-А поскольку я буквально на днях получил солидный гонорар в одном издательстве, то мы вполне можем позволить себе прокатиться до Парижа и обратно.

-Вот за что я тебя люблю, Нико - за то, что ты легко и быстро принимаешь важнейшие решения,-сыронизировал я, но он в ответ лишь рассмеялся:

-Брось, Себ, тоже мне - важнейшее решение! Ваша с Линдой идея великолепна, и я сам чертовски соскучился по нашим друзьям, так что через две недели жди нас с Элен в гости. И уж постарайся как-нибудь выцарапать всех остальных!

Жозе я позвонил в последнюю очередь, так как с ним связаться было легче всего. Однако там меня ожидал сюрприз - трубку взяла Бенедикт, и это означало, что всё-таки у них опять что-то налаживается. Так оно и вышло - Бене, не скрывая радости, сразу же заявила, что у них с Жозе всё хорошо, лучше просто не бывает, более того, дело, похоже, наконец-то идёт к свадьбе и что они оба, несомненно, с удовольствием посетят нас с Лали на Рождество. Я же в ответ искренне пожелал ей счастья - Бенедикт славная девчонка, и на месте Жозе я бы не валял дурака столько времени.

Под вечер моя неутомимая Лали всё-таки вызвонила Джоанну, и они с энтузиазмом принялись обсуждать все подряд события, случившиеся за последние пять лет, а я с ужасом думал о том, сколько нулей окажется на телефонном счёте, который нам пришлют за этот разговор. Однако, к моему удивлению, Лали оказалась умницей и уложилась всего в пятнадцать минут, получив при этом от Джоанны согласие навестить Париж на Рождество и вспомнить молодость.

-Итак, обзвонили всех, остался только Оливье,-подвёл я итог.-Но искать его - дело безнадёжное, он сейчас, скорее всего, где-то на гастролях... Чертяка, единственный из нас стал профи-музыкантом!

-А ты ему, конечно, завидуешь, бедный мой Себастьен,-подколола меня Лали.-Не получилось из тебя бас-гитариста, а из меня - жены музыканта... Бог с ним, с Оливье, нас и так уже набирается девять человек - как в старые добрые времена, правда? Теперь я просто умру от нетерпения, ожидая, когда наконец-то наступит это Рождество!

Но в конечном счёте наша компания пополнилась ещё двоими. Одним из них всё-таки оказался не кто иной, как Оливье, который нежданно-негаданно прилетел из Лондона и - как чувствовал! - решил позвонить старому другу. У их группы только что закончились очередные гастроли, после Нового Года они собирались отправиться в турне по Северной Америке, а пока что все наслаждались заслуженным отдыхом... Словом, рождественские каникулы Оливье пришлись как нельзя кстати - наконец-то мы сможем повидаться с нашим неуловимым приятелем!

А вот второй... Я даже не предполагал, что буквально за несколько дней до праздника встречу его в одном из баров, тем более что в своё время мы вычеркнули этого человека из своей жизни и поклялись больше никогда о нём не вспоминать. Но именно с ним я столкнулся нос к носу, когда заскочил пропустить рюмочку после работы.

С ним - то есть с Кристианом.

Я узнал его сразу, несмотря на то, что за эти годы наш бывший ударник здорово изменился, причём не в лучшую сторону. Тот самый парень, который когда-то мечтал о мировой славе, сейчас больше всего походил на клошара - небритый, в мятой одежде не первой свежести, на лице - явные следы запоев. Вид его вызывал лишь жалость.

Хотя Кристиан тоже заметил меня, первым заговорить он так и не решился - до тех пор, пока я сам не подошёл к нему. Как бы там ни было, раньше он был нашим другом, и я не мог вот так вот просто встать и уйти, сделав вид, что не заметил его.

-Привет, Себ,-вяло сказал Кристиан.-Не ожидал?

-Честно говоря, нет,-я взобрался на соседнюю табуретку и заказал два мартини.-Извини, конечно, за прямоту, но я думал, что тебя уж и в живых-то нет - так тебя тогда понесло...

-Да нет, ползаю пока, как видишь,-криво усмехнулся он и одним махом опрокинул в себя рюмку, будто там находилась вода.-Остальные-то как поживают?

-Да нормально, в общем-то...-пожал я плечами и, чувствуя какую-то неловкость, добавил:-Жаль, что всё так вышло тогда, шесть лет назад...

-Чего там,-махнул он рукой.-Сам виноват...

Мы выпили по рюмке, потом ещё по одной. Разговор долго не клеился, а потом вдруг Кристиана прорвало. Нет, он не жаловался на жизнь - просто исповедовался мне; рассказывал, как по утрам подрабатывает на рынке грузчиком, а после обеда безвылазно сидит в каком-нибудь из окрестных баров. Наркотики? Нет, он не колется сейчас, только покуривает... иногда... и не более того. И до сих пор клянёт себя за то, что тогда, шесть лет назад, ему не хватило смелости в нужный момент.

В общем, сам не знаю, что на меня повлияло тогда - то ли сбивчивые признания Кристиана, то ли изрядная доза мартини,- только я решил вдруг и его пригласить на Рождество. В конце концов, когда-то мы с ним играли в одной группе и делили одну комнату в общежитии, неужели сейчас он не заслуживает того, чтобы встретить праздник в компании друзей?!

-Там будут все?-спросил Кристиан.-И... Джоанна тоже?

...Ну конечно, ведь у них была любовь, да ещё какая! Титул самой сумасшедшей парочки во всём университете прочно закрепился за ними, всё было весело и прекрасно, а потом... Потом Кристиан собственными руками пустил всё под откос, когда во время одного из отъездов Джоанны ему вздумалось поразвлечься с Линдой. Итогом стали беременность австралийки и разбитое сердце американки, а сам Кристиан, испугавшись ответственности, просто-напросто сбежал в неизвестном направлении, бросив к чёрту и музыку, и университет, и вообще всё на свете.

К тому времени он уже регулярно баловался кокаином, так что его поступок, в общем-то, никого не удивил. Через пару недель у нас уже был новый ударник - не кто иной, как Оливье; а ещё через месяц у бедной Линды от всех этих переживаний случился выкидыш. Тем, собственно, и закончилась эта история; Кристиана же больше никто из нас никогда не встречал.

До сегодняшнего дня...

-И Джоанна тоже,-кивнул я, отвечая на его вопрос.-По крайней мере, обещала приехать. А ты до сих пор любишь её?

-Люблю,-упрямо мотнул он головой.-Да что толку... Она теперь в мою сторону и не посмотрит... Давай, что ли, ещё по одной, а, Себастьен?

Короче, домой я в тот вечер пришёл на бровях, и Лали устроила мне изрядную головомойку. А мне почему-то так и не хватило смелости сказать, кого я сегодня встретил и - тем более - пригласил к нам домой. Моя жена всегда относилась к Кристиану с прохладцей, а после того, что он натворил, и вовсе, как мне кажется, возненавидела. И я просто-напросто смалодушничал, решив поставить Лали, а заодно и всех остальных, перед фактом - сказать о Кристиане накануне праздника, тогда, когда все соберутся. Зря я так сделал, наверное...

Как бы то ни было, оставшиеся дни пролетели быстро. Накануне Рождества мы получили две телеграммы - одну от Джоанны, другую от Николя с Элен, в которых они сообщали, что завтра вылетают, и ещё - пространное, на нескольких листах, послание от Бенедикт, где она писала, что через месяц у них с Жозе свадьба (наконец-то!), и ей не терпится поделиться с нами своей радостью немедленно, а уж при встрече она с превеликим удовольствием расскажет всё подробно. Ну что ж, праздник обещал удаться на славу.

С самого утра мы с Лали начали готовиться к приёму гостей. Точнее, вся основная работа по дому свалилась как раз на мою ненаглядную, потому что мне пришлось ехать в Орли за Джоанной - её самолёт прилетал в десять тридцать по местному времени.

В аэропорту меня ждала бурная встреча - по своему обыкновению американка налетела на меня словно вихрь, и ещё добрых десять минут мы обнимались прямо в зале. Как показалось мне, Джоанна нисколько не изменилась за эти годы - всё та же короткая стрижка, те же неизменные джинсы, тот же жизнерадостный и неукротимый нрав; ну кто бы мог сказать, что она давно уже не студентка, а вполне преуспевающая владелица автомастерской в своём родном Техасе? Глядя в её сияющие глаза, я подумал, что Лали не зря потратила время и деньги, дозваниваясь в Штаты - конечно, Джоанна будет безумно рада повидаться со старыми друзьями!

-Господи, как же я по вам соскучилась!-выдохнула она, разжав, наконец-то, свои объятия и безуспешно пытаясь пригладить непослушные каштановые волосы.-Тебе пришла в голову великолепная идея - собрать всех на Рождество.

-Ну, пришла-то она, допустим, не мне, а Линде...-скромно заметил я, но Джоанна лишь махнула рукой:

-Какая, к чёрту, разница, кто до этого додумался? Главное, что все мы опять увидимся... Элен с Николя, я надеюсь, прилетят?

-Думаю, они уже над Францией,-я взглянул на часы.-Правда, встретить их я уже не успеваю, они приземляются в аэропорту де Голля, а это другой конец Парижа... Ничего, не заблудятся, думаю - они ведь как-то раз бывали у нас в гостях.

По дороге Джоанна трещала без умолку (Ну ты же понимаешь, Себастьен, мне надо освежить свой французский!), а когда мы добрались до дома, там уже обнаружились Линда с Мануэлой, которых Лали без зазрения совести впрягла в подготовку праздничного ужина. Впрочем, они и не возражали; в простеньких фартучках выглядели наши красавицы умилительно по-домашнему.

-Да уж, видели бы вас толпы ваших поклонников,-ухмыльнулся я, по очереди обнимаясь с ними.-Фотомодели с мировой известностью чистят картошку на кухне, вот это сюжетец для журнала!

-Признаться, нам так надоели готовые завтраки в отелях, что мы даже рады потрудиться самостоятельно,-кокетливо закатила глаза Линда, тряхнув своими роскошными золотистыми кудрями.-Правда, Мануэла?

-Конечно,-безмятежно откликнулась та.-Тем более что Лали была просто неотразима, когда умоляла нас о помощи...

-Так, милые мои, я не слышала этих злобных выпадов,-быстро ответила моя жена, выглядывая из-под стола, где она рылась в поисках приправ.-И торопитесь, торопитесь, девочки - не успеете оглянуться, как все уже соберутся и пора будет подавать ужин.

Джоанну от трудовой повинности спасло только то, что перелёт через океан и смена часовых поясов изрядно утомили её. Расслабленно упав в кресло, она воскликнула:

-Нет, правда, я и представить не могла, до чего соскучилась по Франции и по всем вам! Себастьен, будь так добр, плесни мне немного бренди...

Сейчас, пожалуй, был самый подходящий момент, чтобы сказать ей про Кристиана, но сделать этого я так и не успел - в дверь позвонили. На сей раз прибыли Элен и Николя.

Спора нет, эта парочка всегда была самой элегантной из нас! Ещё после окончания университета Николя остриг свои длинные волосы, а прошедшие годы лишь прибавили ему солидности; сейчас в дорогом сером костюме он смотрелся на все сто - всё ж таки известный и довольно влиятельный журналист, как-никак. Ну а Элен - та всегда была неотразима; рядом с таким парнем, как Николя, она выглядела особенно трогательно и беззащитно, а её большие карие глаза лучились радостью.

-Чёрт возьми, сколько же времени мы не виделись!-заорал я, не в силах сдержать эмоций, и на мой крик из кухни выскочила Лали с восторженным визгом; словом, сделалось шумно, и все мы действительно почувствовали себя на пять лет моложе.

Под шумок Мануэла улизнула из кухни, оставив Линду отдуваться в одиночестве (Лали, естественно, взяла на себя почётную миссию по приёму гостей), и они с Джоанной на пару начали расправу над бутылкой бренди; на мой укоризненный взгляд Мануэла лишь протяжно вздохнула:

-Господи, Себастьен, знал бы ты, как мне надоели эти бесконечные диеты и воздержания во время съёмок!-и, лукаво подмигнув, отсалютовала мне бокалом.

Короче, начиналась та бестолковая суета, которая всегда предшествует любому празднику, особенно если праздник этот - встреча старых друзей, не видевшихся несколько лет. Моя деятельная жена всё же пыталась как-то контролировать ситуацию, раздавая поручения направо и налево, я же и сопротивляться не стал. Цинично бросив своих подруг на произвол судьбы, мы с Николя смылись в бильярдную, чтобы там спокойно переброситься парой слов - а уж поговорить нам было о чём!

За всей этой суматохой время пролетело незаметно, и не успели мы оглянуться, как спустились сумерки. Около пяти появился Оливье - нарядный, благоухающий дорогим одеколоном и явно довольный жизнью. От того робкого и застенчивого парня, каким мы его когда-то знали, не осталось и следа - теперь мы видели перед собой состоявшегося профессионала.

-Ну что, дружище, гляжу, твоя карьера музыканта удалась!-Николя хлопнул его по плечу.-Ты ведь единственный из нас, кому удалось осуществить свою мечту и пробиться на большую сцену.

-Вот только со свободным временем проблемы!-засмеялся Оливье.-График гастролей такой плотный, что нет никакой возможности наладить личную жизнь...

-Ну, ну, а как же твоя Синтия?-шутливо толкнул я его в бок, но наш друг неожиданно помрачнел:

-Ребята, вы же ничего не знаете... Дело в том, что... Ну, в общем, с Синтией всё закончилось ещё в прошлом году. Мы расстались... точнее, это она рассталась со мной... и сейчас я один, как перст.

-Ох, извини, пожалуйста,-сокрушённо пробормотал я, на что Оливье лишь беспечно махнул рукой:

-Право, Себ, не стоит! Что было, то прошло... Зато сейчас я свободен и хочу верить, что любая девчонка почтёт за честь окрутить преуспевающего ударника известной рок-группы!

Однако по глазам Оливье ясно читалось, что он просто-напросто держит марку, а что творится у него в душе - одному Богу ведомо. Но тут, к счастью, неловкая сцена была прервана очередным звонком в дверь.

Да, Жозе и Бенедикт - а это, конечно же, были они - смотрелись великолепно! О их вполне наладившихся отношениях говорили даже наряды - чёрный костюм Жозе и длинное белое платье Бенедикт,- в которых они подозрительно напоминали жениха и невесту. А поскольку о предстоящей свадьбе знали уже все - Лали, как правило, долго держать язык за зубами не умела,- то дружеские шуточки посыпались на будущих молодожёнов как из мешка. Жозе лишь ворчал в ответ, впрочем, довольно беззлобно, сияющее же лицо Бенедикт было красноречивее всяких слов.

В очередной раз я убедился, как же всё-таки сильно она любит своего непутёвого Жозе. Чёрт возьми, да будь я на его месте, я бы не колебался ни секунды... конечно, если бы Лали не было. А этот доморощенный плейбой столько лет мотал ей нервы!

Его постоянные походы налево давно уже стали притчей во языцех в нашей компании, ещё со студенческой поры. И это при том, что Жозе писаным красавцем никогда не был, хотя определённым шармом природа его не обделила; длинные чёрные кудри, которыми он, в отличие от Николя, жертвовать пока не собирался, да в сочетании с высоким ростом и истинно южным темпераментом (были у него какие-то латиноамериканские корни) - девчонок это почему-то разило наповал. Его бесчисленных пассий не отпугивало даже то, что Жозе был, по сути, простым работягой, хоть и с университетским дипломом - как уселся пять лет назад за руль грузовика, так и колесил на нём по всей Франции, не помышляя о чём-то большем.

Все мы только удивлялись, как у Бенедикт хватало терпения выносить его бесконечные измены. Периодически они расставались, когда совсем уж становилось невмоготу, но с тем же постоянством Бене возвращалась к нему вновь и вновь. Вот уж точно - любовь зла...

Замешкавшийся в глубине комнаты Оливье тоже подоспел, наконец, чтобы поприветствовать друзей, и был встречен бурными восторгами со стороны Жозе:

-Разрази меня гром, мы с Бене были уверены, что тебя и во Франции-то нет! А ты, оказывается, выкроил-таки пару деньков из своих бесконечных гастролей!..

Серые глаза Бенедикт тоже широко распахнулись при виде Оливье, будто она уж и вовсе не чаяла его увидеть, но уже в следующую секунду они очень мило чмокали друг друга в щёчку, а Жозе дурачился и сердито фыркал, изображая ревность.

Тем временем моя вконец запарившаяся жена сделала последнюю отчаянную попытку организовать прибывших гостей, и на этот раз у неё хоть что-то начало получаться. Во всяком случае, Элен и Джоанна безропотно отправились на кухню строгать салаты, а мы с Николя занялись подготовкой комнаты - распихали по углам всю лишнюю мебель, собрали в кучу стулья со всего дома и теперь прикидывали, как бы получше их расставить. Жозе, как всегда, в своём амплуа, путался под ногами и давал необычайно ценные, на его взгляд, советы.

-Помог бы лучше, чем разглагольствовать,-хмыкнул Николя.-Или боишься испортить свой будущий свадебный костюмчик?

-Должен же кто-то осуществлять общее руководство,-тут же отреагировал Жозе, пропустив шуточку насчёт свадьбы мимо ушей.-Истинная мудрость руководителя не в том, чтобы хвататься за любую работу, а в том, чтобы указывать, как лучше эту работу сделать, понятно вам?

-Огреть бы тебя стулом, философ ты наш,-вздохнул я.-Вот только, боюсь, Бене этого не переживёт...

-Если не очень сильно, то ему это только на пользу,-лукаво заметила вынырнувшая откуда-то Бенедикт.-Возможно, это привьёт ему вкус к работе по дому.

Жозе в ответ разразился длинной тирадой на тему домашняя работа - удел женщин, и у них тут же началась очередная перепалка, в которой, впрочем, не было ничего серьёзного - все мы прекрасно знали, что даже в лучшие времена Жозе и Бенедикт дня прожить не могут, чтобы не поцапаться, пускай даже и в шутку.

Лишь к восьми часам всё более или менее утряслось - накрытый стол красовался посреди комнаты, Лали, покончившая наконец-то с кухонными проблемами, переоделась в своё любимое чёрное платье (купленное за бешеные деньги специально для таких случаев) и предстала теперь во всём великолепии, как и положено хозяйке дома. Глядя на неё - мою высокую, стройную, красивую бразильянку,- я ощущал то же самое чувство гордости, как и в первые месяцы после нашей свадьбы; что ж, слава Богу - значит, я по-прежнему влюблён в собственную жену...

-Ну вот, стол накрыт, и мы все в сборе,-послышался удовлетворённый голос Жозе.-Можно начинать?

Только тут я сообразил, что за всеми этими хлопотами совершенно забыл про Кристиана и никому ничего про него не сказал. Признаюсь, в эту минуту я даже пожалел о своём приглашении - уж больно удачная сложилась у нас сегодня компания, а я легко мог представить себе, как отреагируют на известие о Кристиане некоторые её члены.

-Нет, не все мы в сборе,-негромко возразил я, и тут же остальные с удивлением уставились на меня.-Мы ждём ещё одного человека... Я, наверное, должен был предупредить вас раньше, но вот как-то не получилось... В общем, мы ждём Кристиана.

-Кого-кого? Кристиана? Нашего Кри-Кри?-тут же вытаращился Жозе.-Ну ты и даёшь, Себ!.. На какой помойке ты его откопал спустя столько лет?

-Встретил случайно,-я не стал вдаваться в подробности.-И не надо так, приятель... У него сейчас довольно сложный период... я подумал, что встреча со старыми друзьями пойдёт ему на пользу. Надеюсь, никто из вас не будет возражать?

Воцарилась гнетущая тишина, которую нарушило сердитое ворчание всё того же неугомонного Жозе:

-Поздно уже возражать, тебе не кажется? Ты уверен, что поступил правильно?

-Я на него зла не держу,-тихо отозвалась Линда и отвернулась к окну.-Пусть приходит.

Джоанна, похоже, вообще была в нокауте от этой новости - сигарета замерла в её руке, а глаза подозрительно заблестели. Я всё больше и больше начинал жалеть о том, что чёрт меня дёрнул пригласить Кристиана, но тут Николя, к счастью, разрядил обстановку.

-Я думаю, ты хорошо сделал,-он ободряюще положил руку мне на плечо.-Да, он ошибся когда-то... но он всё-таки был нашим другом. Время всё прощает.

-Не ошибся, а сделал подлость,-тихо, но так, чтобы все слышали, пробурчала Лали; я незаметно дёрнул её за руку, в ответ она яростно прошипела мне в самое ухо:

-Ну уж мне-то ты мог об этом сказать?!

-Перестаньте!-воскликнула Элен, и я поразился тому, как отчаянно прозвучал её голос; сама миролюбивая по натуре, она вообще не выносила никаких споров и ссор в своём присутствии.-Лично я не имею ничего против Кристиана и... и я не понимаю, почему вы все так ощетинились?

К счастью, слово Элен всегда было для моей жены законом, поэтому Лали внезапно успокоилась и демонстративно пожала плечами, как бы говоря: Ну и пусть, а мне-то что?, а Мануэла тихонько, но как-то нервно пробормотала:

-Господи, сколько проблем из-за моего непутёвого кузена...

Чёрт возьми, а ведь и правда - Кристиан-то её двоюродный брат! Я совершенно об этом забыл, да и немудрено: слишком уж они были разные и совершенно не увязывались в моём сознании - красавица фотомодель, разъезжающая по всему миру, и опустившийся, пристрастившийся к выпивке и наркотикам парень. А ведь это действительно так, и Мануэла когда-то вошла в нашу компанию именно через Кристиана - как его кузина из Тура, только-только перебравшаяся в Париж. Типичная провинциалка, хотя и довольно напористая... сообща мы помогли ей обустроиться, а Линда охотно ввела её в модельный бизнес, благо на внешность Мануэла никогда не жаловалась. Помню, как Кри-Кри подкалывал тогда свою сестричку - дескать, они с Линдой на пару будут рекламировать выступления нашей группы... А вышло всё вон как.

-И долго мы будем так стоять?-вновь подал голос Жозе.-В конце концов, Кристиан так Кристиан, но вот я, например, чертовски жрать хочу, потому что даже не пообедал сегодня.

-Ты всегда хочешь жрать, милый мой Жозе,-насмешливо заметила Бенедикт и взяла его под руку.-Так и быть, пошли, отведу тебя к столу.

Линда, которая минуту назад взволнованно кусала губы, только насмешливо покачала головой, глядя на эту колоритную парочку, и я подумал, что на сей раз реплика Жозе пришлась как нельзя кстати. Мы всегда подтрунивали над ним из-за его неумеренного аппетита.

-Слушай, а может, он не придёт?-тихо прошептала Лали, прижимаясь ко мне; голос её уже звучал совершенно не скандально, и она вновь превратилась в мою обожаемую жёнушку.-Не будем же мы все сидеть и дожидаться его...

-Подождём ещё минут десять, ладно?-примиряюще сказал я и обнял её за плечи.-Просто неудобно как-то получится, если он явится с минуты на минуту, а мы уже вовсю опустошаем стол. Бедняга Кристиан может подумать, что нам всем на него наплевать.

-А Жозе заткните рот хорошим куском рождественского гуся!-со смехом посоветовал Оливье, и обстановка разрядилась окончательно; даже погрустневшая Джоанна прыснула, представив себе Жозе с торчащей изо рта гусиной ногой.

И как раз в этот момент, как в хорошем спектакле, резко и коротко прозвенел звонок.

-А вот и Кристиан,-спокойно сказал я и направился к двери; больше всего мне сейчас хотелось, чтобы первые минуты встречи прошли гладко - а дальше, я уже не сомневался, всё будет проще.

На пороге действительно стоял Кристиан, но с тех пор, как я видел его последний раз, он изменился разительно - посвежевший, свежевыбритый, в чистом отглаженном костюме под расстёгнутой курткой; по-видимому, он действительно придавал большое значение этой встрече. Сделав несколько шагов, Кристиан застыл и нерешительно обвёл всех взглядом, не решаясь пройти дальше.

-Привет, ребята,-произнёс он в гробовой тишине и смущённо переступил с ноги на ногу.

Ни много ни мало десять пар глаз смотрели на него сейчас - кто приветливо, кто с удивлением, а кто и откровенно осуждающе, как, к примеру, моя дорогая жёнушка. Она явно собиралась отпустить в адрес Кристиана что-то не совсем лицеприятное, но я вовремя успел просигналить ей взглядом: Прикуси язычок!

Как ни в чём не бывало я хлопнул нашего последнего гостя по плечу, словно в старые добрые времена:

-Ну, чего застрял в дверях? Давай, проходи, проходи...

Николя, как и всегда, оказался на высоте - с приветливой улыбкой он протянул Кристиану руку, словно и не было этих шести лет. Я же - быть может, нарочито громко - обратился ко всем присутствующим:

-Ну вот, теперь мы точно в сборе! Что я могу сказать - я искренне рад, что все вы нашли возможность навестить нас с Лали на Рождество, и это здорово, что мы наконец-то впервые за пять лет собрались все вместе. А теперь...

-Кончай речи толкать, дружище Себастьен!-бесцеремонно перебил меня Жозе, не обращая ни малейшего внимания на укоризненный взгляд, которым его одарила Бенедикт.-Я уже весь извёлся от голода, а к тому же присмотрел себе вон то крылышко и не хочу, чтобы его увели другие.

-Если бы только у тебя хватило терпения дослушать меня до конца!-рассмеялся я.-А теперь прошу всех к столу - вот что хотел я сказать.

-Не обращай внимания на это вечно голодное чудовище,-улыбнулась мне Бенедикт и легонько щёлкнула своего Жозе по носу.-Сытый он ещё хуже - сразу же начинает рассуждать о мировых проблемах и о том, что место женщины - на кухне. Пошли к столу, ненаглядный ты мой...

Последняя её реплика относилась, естественно, к Жозе, а я оглянулся на остальную нашу компанию, всё ещё торчавшую в холле. Николя и Элен уже о чём-то оживлённо беседовали с Кристианом, а тот - это было заметно даже от противоположной стены - не сводил глаз с Джоанны. Она, похоже, тоже чувствовала этот взгляд, но старательно делала вид, что ничего не замечает, хотя во всех её движениях появилась излишняя нервозность.

Воспользовавшись моментом, я поманил Лали пальцем и, когда она с невинной улыбочкой подошла ко мне, строгим голосом предупредил её:

-Вот что, милая моя, я тебя не первый год знаю - язык у тебя как бритва и порой к тому же бывает длинноват. Так что давай договоримся - никаких эксцессов, ладно?

-Ради Бога,-тут же надулась Лали.-Только помяни моё слово - ты ещё об этом пожалеешь.

-В другой раз,-отрезал я.-А теперь иди, зови всех к столу, ты же всё-таки хозяйка этого дома, как-никак.

Только теперь я украдкой перевёл дух - вроде бы всё прошло гладко, никто не намерен выяснять отношения и обсуждать события, случившиеся шесть лет назад. Кристиан вообще напоминал мне бочку с порохом - столько этот парень успел всего натворить; но что прошло, то прошло, и ни к чему сейчас ворошить ту грустную историю. В конце концов, ребёнок Линды так и не появился на свет, а всё остальное - лишь воспоминания.

Небольшая заминка возникла, когда мы рассаживались за столом - Кристиан опять несколько растерялся и явно не знал, куда себя деть, но эта проблема решилась просто - я махнул ему на стул рядом со мной, предназначавшийся для Николя, а тот, поняв меня с полуслова, охотно сместился на одно место вправо. Зато при таком раскладе напротив Кристиана очутилась Джоанна; глядя на этих двоих, слывших когда-то самой сумасшедшей парочкой в нашей компании, я никак не мог понять, какие чувства испытывают они от этой встречи.

На другом конце стола обосновались Жозе с Бенедикт и Линда с Мануэлой, которая, как это ни странно, вообще не проявила особых эмоций при виде своего пропащего кузена. Уже в который раз я поймал себя на мысли, что они абсолютно не похожи на брата и сестру, пусть даже и двоюродных. А ведь когда-то она его нежно любила... по крайней мере, так мне казалось.

Впрочем, отвлекаться на раздумья времени не было. На правах хозяина я открыл бутылку шампанского, и все дружно потянулись ко мне с бокалами.

-Ну что, первый тост - за встречу!-провозгласил я, поднимаясь со своего места.-Я уже говорил это и готов повторить ещё сколько угодно раз - я чертовски рад, что все мы здесь собрались сегодня в полном составе...

-Себ, да ты стал болтлив с годами!-весело закричал Жозе, перегибаясь через весь стол, чтобы чокнуться со мной.-Раньше ты не отличался склонностью к длинным тирадам.

-Это у него от долгого общения с Лали,-невозмутимо заметила Элен, но в её карих глазах сверкали лукавые искорки.-Говорят же, что со временем все супруги становятся похожи друг на друга...

Лали в ответ, дурачась, показала язык, совсем как та восемнадцатилетняя девчонка, какой я впервые встретил её; с мелодичным звоном сдвинув бокалы, мы осушили их до дна.

После этого все дружно накинулись на еду, и неудивительно - ни у кого из нас с утра маковой росинки во рту не было, за исключением разве что моей жены, которая - и в этом я нисколько не сомневался - наверняка перепробовала все блюда, готовившиеся под её чутким руководством. Но аппетит ей это совсем не испортило, и следующую фразу она произнесла с набитым ртом:

-Ну, милые мои, мне просто не терпится услышать, как вы жили без меня все эти годы!

-Одно могу сказать - спокойно!-под общий смех тут же отреагировала Мануэла.-Себастьена только жалко, ему-то приходится терпеть тебя ежедневно.

-Не пытайся опорочить мой брак, негодная!-гневно заявила Лали, под шумок придвигая поближе к себе блюдо с салатом.-И не делай вид, будто не скучала без моих выходок...

Да, похоже, в нашей компании ничего не изменилось, подумал я. И слава Богу. Мы всё так же беззлобно, по-дружески пикируемся, нам по-прежнему легко друг с другом и, кажется, ничего не изменилось от того, что каждый из нас выбрал свою дорогу в жизни. Даже Джоанна, несмотря на долгое пребывание в родном Техасе, нисколько не выпадает из компании; разве что акцент её чуть-чуть усилился, но французский она помнит всё так же хорошо.

Постепенно, по мере того, как пустели тарелки и бутылки, ужин переходил в следующую стадию - когда на каждом конце стола ведутся свои собственные разговоры и никто уже особо друг друга не слушает. Оливье, в частности, пустился в пространный и, честно говоря, несколько бестолковый рассказ о своих последних гастролях, Мануэла, насколько я мог слышать, тоже делилась своими впечатлениями от очередной поездки - куда-то на Балеарские острова, кажется; Элен с Джоанной увлечённо что-то обсуждали, причём экспрессивная американка махала руками что твой флюгер, а предусмотрительная Лали всякий раз отодвигала от неё подальше бокалы и бутылки.

Тревожил меня лишь Кристиан, который мрачнел с каждой выпитой рюмкой. Я пытался растормошить его, но он отделывался односложными ответами, а незаменимого в таких случаях Николя поблизости как раз не было - я даже и не заметил, когда он испарился из-за стола.

Впрочем, спустя ещё немного времени на месте уже не сидел никто - как это всегда в таких случаях бывает, начались бесконечные перемещения туда-сюда; кому-то пришло в голову потанцевать, и Лали врубила в соседней комнате магнитофон. Мне же, как радушному хозяину, приходилось мотаться по всему дому, общаясь со всеми понемногу, не выпускать при этом из вида Кристиана, да ещё периодически менять блюда на столе, потому что Лали нахально от этого самоустранилась, целиком и полностью отдавшись во власть музыки.

Лишь часам к одиннадцати, когда ужин как таковой уже завершился - то есть почти всё уже было съедено, а выпивка ещё оставалась,- я наконец-то позволил себе расслабиться, плеснул полный бокал бургундского и с удовольствием упал в кресло, вытянув гудящие ноги. Гостиная была пуста - похоже, Лали утянула всех на танцы; однако едва я успел закурить сигарету и подумать о том, что в общем-то, встреча старых друзей прошла на должном уровне, откуда-то возник раскрасневшийся, запарившийся Николя и плюхнулся на стоящий рядом диван.

-Твоя Лали всех уморит,-выдохнул он, тоже наливая себе вина.-Отыскала в своей фонотеке что-то новомодное, жутко ритмичное, и заставляет всех под это танцевать... Остальные ещё кое-как держатся, а я незаметно умотал.

-Ты же знаешь, моя милая всегда веселится на полную катушку!-засмеялся я.-Пускай они танцуют, а мы с тобой, старые, умудрённые опытом, спокойно посидим здесь и попьём вина. Кстати, как там Кристиан? Что-то мне не нравится, как на него действует алкоголь.

-Нормально, по-моему,-пожал плечами Николя.-Мы с ним славно поболтали, вспомнили былые времена, а сейчас у него какие-то дела с Мануэлой - наверное, она всё-таки вспомнила, что бедняга Кри-Кри доводится ей кузеном... Этот Оливье, чёрт бы его побрал!

-А что - Оливье?-не понял я; похоже, мой друг уже изрядно поднабрался, и язык у него не поспевал за мыслями.-Коварно соблазняет Элен у тебя за спиной?

-Да нет,-махнул рукой Николя и придвинулся ко мне поближе.-Между нами говоря, Себ... это, конечно, по-детски, но я ему завидую. Страшно завидую, понимаешь? Он единственный из нас добился того, чего не смогли сделать все мы... А ведь я до сих пор жалею, что из нас не получилось настоящей группы.

Странно, раньше я никогда об этом не задумывался, но теперь, после признания Николя, поймал себя на той же самой мысли - я действительно завидую Оливье, завидую его удачно сложившейся жизни - даже нет, не жизни, а карьере, жизнь-то у него как раз складывается не очень. И хотя я не могу пожаловаться на свою нынешнюю работу, как будто какая-то грань всё-таки пролегла между нами - все мы: я, Николя, Жозе - отсюда, из настоящего, а Оливье - из нашей шальной и весёлой молодости... Интересно, почему у него получилось, а у нас - нет?

-И ещё, понимаешь, какая штука,-продолжал тем временем Николя,-не нравится мне то, как он себя ведёт. Я знаю, это глупо, он наш друг, в конце концов, но тем не менее... Он говорит только о себе, о своих бесконечных турне и гастролях, словно ничего другого больше не существует. Он, конечно, музыкант с почти мировым именем, я не спорю... но это всё же не даёт ему права разговаривать с нами с этакой снисходительной усмешкой...

-Ну, Нико, брось!-попытался урезонить я его.-Вы что, поссорились?

-Да ничего мы не ссорились,-с досадой махнул рукой мой друг, но тут нашу беседу прервала Лали, молнией влетевшая в комнату.

-Ах, вот вы где!-сердито выпалила она.-Мужчин у нас и так раз-два и обчёлся, а вы тут прячетесь. Всем танцевать, живо!

-Успокойся, дорогая,-пробормотал я.-Ты так ворвалась, что я подумал, будто у вас там как минимум убийство... Посмотри на Николя, он же сейчас окочурится от твоих латиноамериканских ритмов!

-Ничего подобного!-решительно возразила Лали.-Там сейчас как раз медленный танец, и, кстати говоря, несчастная Элен отчаянно ищет взглядом своего муженька, потому что ей не с кем танцевать. Живо отправляйся к ней, Николя, не то её пригласит Жозе, и сразу два брака пойдут ко дну - состоявшийся твой и будущий его.

С трагическим видом Николя поднялся с дивана и поплёлся в соседнюю комнату, откуда и вправду доносилась довольно-таки мелодичная музыка, а Лали тут же переключилась на меня.

-Что это у вас за секреты такие?-требовательно спросила она.-Бросили жён на произвол судьбы, а сами наверняка сплетничаете.

-Да нет у нас никаких секретов,-рассмеялся я, усаживая свою любимую к себе на колени.-Просто мы говорили об Оливье - о том, что он, кажется, несколько зазнался.

-Так и знала - сплетничаете,-торжествующе заявила Лали и чмокнула меня в нос.-Впрочем, это совершеннейшая правда, он действительно сделался невыносим. Бедная Линда перед ним и так, и сяк расстилается, а ему хоть бы хны, тоже мне, новый Рок Вуазин нашёлся!

-Не выдумывай, дорогая, Рок Вуазин никогда не был ударником... И вообще, погоди-ка, при чём тут Линда? Ты чего несёшь-то?

-Да она же в него влюблена по уши!-фыркнула моя жена и бесцеремонно отхлебнула из моего бокала.-Ты, Себастьен, слеп, если этого не видишь, это же заметно невооружённым глазом. Линда у нас, конечно, девушка скромная, даром что фотомодель, но ведёт она себя оч-чень недвусмысленно.

-Ты у меня сама первая сплетница, и болтушка к тому же. Хочешь сказать, нашу белокурую австралийку внезапно настигла любовь?

-Почему внезапно?-совершенно искренне изумилась Лали.-Насколько я поняла, она уже не первый год неровно дышит к Оливье, и всё такое... Ты что, не заметил, какое лицо стало у Линды, когда я ей сегодня днём сказала, что он тоже будет?

-Абсолютно не заметил,-признался я.-И не суди так строго Оливье - он, похоже, до того замотался со своими гастролями, что скоро маму родную забудет...

-Ага, как же!-моя жёнушка иронически взметнула бровь.-Замотался... Да на него после каждого концерта наверняка девчонки пачками вешаются, вот он и возомнил о себе чёрт знает что. И вообще, хватит прятаться, пошли танцевать.

-Дай докурить хотя бы!-взмолился я.-Твой любимый муж, между прочим, устал как собака - ты-то наслаждалась ритмами босса-новы, а я только и делал, что носился из гостиной в кухню и обратно.

-Дай слово, что придёшь через пять минут,-сказала Лали и, не дожидаясь ответа, легко соскочила с моих коленей и исчезла за дверью.

Я же, не спеша покуривая и прихлёбывая вино, невольно задумался над тем, что услышал только что от жены. Надо же, кто бы мог подумать - красавица Линда, у которой наверняка нет недостатка в поклонниках, втюхалась в Оливье, в общем-то, не представляющего из себя ничего особенного - ну разве что музыкант, так ведь Линду этим не проймёшь, сама мелькает на обложках журналов. Да ещё, по словам Лали, втюхалась давно и всерьёз.

Во мне почему-то опять шевельнулось какое-то глухое раздражение - наверное, потому, что когда-то я сам был без ума от Линды, и, помани она меня в тот момент - возможно, у меня сейчас была бы другая жена. И хотя эта история давно ушла в прошлое, я до сих пор не понимал, как это можно не любить Линду - такую чудесную, добрую и весёлую. А теперь вот оказывается, что Оливье её запросто игнорирует...

Впрочем, глупо всё это, сказал я сам себе. Сплошное ребячество, вот что. Я любил Линду когда-то, и сейчас, возможно, люблю в глубине души, а Оливье - нет, и не мне судить его за это. Не буду же я, в самом деле, мораль ему читать, он уже большой мальчик и знает, что делает.

Затушив сигарету, я рывком поднялся с кресла. Пепельница, стоявшая на журнальном столике, угрожающе переполнилась, и, представив себе, как будет ворчать Лали, если кто-нибудь ненароком опрокинет эту гору окурков на пол, я решил вытряхнуть её от греха подальше. После расслабленного отдыха в кресле, да ещё с сигаретой в зубах, меня ощутимо шатало, а поскольку на кухне, куда я направлялся, и в примыкающем к ней маленьком коридорчике было темно, передвигаться приходилось черепашьим шагом.

Совершенно неожиданно откуда-то из темноты я услышал негромкий, но несомненно сердитый голос Бенедикт:

-...И пожалуйста, Жозе, перестань валять дурака. Твоя идиотская ревность меня утомляет.

-Это не идиотская ревность!-голос её жениха звучал тоже приглушённо, но по тону чувствовалось, что Жозе вне себя от ярости.-Ты думаешь, я не вижу, как ты трёшься вокруг нашей рок-звезды, да ещё и глазками стреляешь?! И это после того, как ты вынудила меня жениться!

-Ах, это я тебя вынудила?!-голос Бене зазвенел от бешенства и, кажется, от еле сдерживаемых слёз.-Да ты просто кретин, вот что я тебе скажу! Ревнивый кретин!..

И она пулей выскочила из кухни, едва не сбив меня с ног; следом за ней показался встрёпанный, взвинченный Жозе. Увидев меня, он тут же окрысился:

-А ты что тут делаешь, Себастьен? Подслушиваешь, да?

-С ума сошёл?-возмутился я.-Как видишь, в руках у меня пепельница, которую я собираюсь вытряхнуть в помойку, откуда мне было знать, что вы тут выясняете отношения?

Жозе в ответ хотел было сказать что-то ядовитое, но передумал, отчаянно махнул рукой и быстрым шагом вышел из кухни, задевая на ходу косяки. Мне оставалось только недоуменно пожать плечами; неторопливо включив свет, я присел на корточки и, машинально постукивая пепельницей по краю мусорного ведра, теперь уже всерьёз задумался над тем странным положением вещей, которое неожиданно сложилось в нашей компании.

Несмотря на то, что все мы уже стали взрослыми, серьёзными людьми - по крайней мере, мне так казалось,- ощущение было такое, что время вернулось на несколько лет назад, в ту пору, когда мы учились в университете и были способны на любые глупости. Я и сам не без греха, мой роман с Линдой, случившийся в те времена, стоил Лали немалых переживаний, но сейчас-то всё по-другому! Я ни за что не расстанусь со своей женой, потому что за эти годы окончательно понял, что мне нужна именно она, а не какая-то другая женщина, да и остальные, как я думал, остепенились.

А вот теперь оказывается, что в нашей компании по-прежнему полно любовных треугольников, и все они, как ни странно, завязаны вокруг Оливье! Линду я ещё мог понять, но Бенедикт?! Серьёзная, вдумчивая Бене, никогда не позволявшая себе ничего лишнего, и, сколько я её знал, всегда искренне любившая своего дурного Жозе. Да ещё за месяц до свадьбы...

Впрочем, поразмыслив немного, я пришёл к выводу, что Жозе просто-напросто выпил лишнего. Ревность нашего друга, отягчённая его латиноамериканским происхождением, давно уже стала притчей во языцех, свою Бенедикт он не ревновал разве что лишь к фонарным столбам; вот и сейчас, по всей видимости, ему что-то такое померещилось, и он тут же учинил будущей жене разборку, невольным свидетелем которой я стал.

Тем более, насколько я знал обоих, ссора эта была абсолютно не смертельна. Эти двое уже столько раз ругались и мирились, что скандалы для них, кажется, превратились в некое подобие спорта; какое-то время они, конечно, будут дуться друг на друга, а уже, возможно, завтра опять станут похожи на влюблённых голубков... Но всё-таки интересно, чёрт возьми, в чём же состоит притягательная сила Оливье, далеко не красавца, хоть и ударника известной рок-группы?..

Поток моих мыслей был прерван очередным появлением Лали, которая вообще имела обыкновение выскакивать как чёртик из табакерки.

-Себастьен, милый, ну сколько можно прятаться по углам?-капризно протянула она.-Сперва собрал нашу банду, можно сказать, со всего мира, а теперь скрываешься.

-Ну что ты, дорогая,-вздохнул я, поднимаясь во весь рост.-Всего-то и отлучился на пять минут, вытряхнуть эту гору окурков... Скажи спасибо Джоанне, она сегодня весь вечер дымит как паровоз.

-Ничего себе, пять минут!-возмутилась моя жена.-Да ты здесь уже добрых полчаса сидишь! Пошли, пошли, пошли...

И она буквально за руку утащила меня в комнату. Оказывается, танцы уже в массе своей закончились, и почти все снова собрались вокруг стола - доесть и допить то, что оставалось; не было только Линды - насколько я мог видеть в приоткрытую дверь, она самозабвенно танцевала в одиночестве в соседней комнате - под Шербурские зонтики, кажется. После того, что рассказала мне моя дорогая жёнушка, воспринимать это я мог только в одном ключе - Линда страдает.

Самому Оливье до этого, казалось, дела никакого не было, а может, он и вправду ничего не замечал. Наш Рок Вуазин, как обозвала его Лали, с весёлой улыбкой болтал о чём-то с Мануэлой, и, судя по обрывкам фраз, доносившихся до меня - о своих очередных гастролях.

Жозе и Бенедикт, как и следовало ожидать, обретались в разных углах комнаты - он мрачно развалился на стуле, сунув нос в бокал, а она как ни в чём не бывало беседовала о чём-то с Элен, оживлённо жестикулируя - по моему мнению, даже слишком оживлённо для той хладнокровной, слегка флегматичной бретонки, какой она была. И ещё мне показалось, что наша Бене действительно то и дело украдкой кидает взгляды в сторону Оливье.

Так как моя задумчивость, похоже, совершенно не вязалась у Лали с ощущением праздника, она всунула мне в руки бокал и звонко, хотя и несколько заплетающимся языком, провозгласила тост:

-Милые мои, я так рада, что все вы сегодня у нас в гостях! Предлагаю выпить за то, чтобы мы встречались как можно чаще, чтобы все наши мечты сбывались и... и...

На этом месте моя жена явно утеряла нить и, обречённо махнув рукой, под общий смех потянулась со всеми чокаться. Тут-то Кристиан, о котором мы неосмотрительно забыли, и выкинул фокус.

-Чтобы все наши мечты сбывались!-пьяно передразнил он Лали и с грохотом поднялся из-за стола, где тихонечко сидел всё это время.-Кажется, они уже сбылись у всех, кроме меня... а особенно у одного типа, который оказался удачливее других.

-Кристиан, ты что несёшь?-изумился Николя, и в его глазах мелькнула тревога.-У какого ещё типа?

-Вот у этого,-мрачно заявил Кристиан и, описав рукой широкий полукруг, ткнул пальцем в недоумевающего Оливье.-Занял моё место в группе, а теперь расписывает всем, каким крутым музыкантом он стал.

Девушки в панике смотрели на Кристиана, даже встревоженная Линда выглянула из соседней комнаты, а Оливье дружелюбно пожал плечами:

-Извини, Кристиан, но ты-то знаешь, что это не так. Да и все это знают.

-Кто - все?-Кри-Кри еле держался на ногах, но настроен был решительно.-Ты про это сборище предателей, которые вот так вот просто взяли и выбросили меня за борт?.. Вам всем на меня наплевать... Тоже мне, друзья, называется...

-Прекрати немедленно!-срывающимся голосом крикнула побледневшая то ли от злости, то ли от испуга Мануэла и в отчаянии топнула ногой.-Как тебе не стыдно?!

-Мне?-нарочито удивился Кристиан и мотнул головой.-А почему мне должно быть стыдно, дорогая сестрёнка? Разве я не прав? Разве они все, и ты в том числе, не предатели? А особенно этот, который добился всего за мой счёт!..

Николя быстро шагнул к нему и положил руку на плечо, чтобы успокоить, но Кристиан резким движением вывернулся, едва не упав при этом, и продолжал свои пьяные обличения:

-Ну давайте, давайте, смотрите на меня! Я стал таким благодаря вам, так что можете гордиться... Все меня бросили, а теперь рассуждают о дружбе...

Судя по всему, он становился совершенно неуправляемым, и сейчас было уже невозможно напомнить и растолковать ему, что на самом-то деле всё было совсем по-другому - Кристиан сам поставил крест на своей жизни и на нашей дружбе: сперва подсел на наркотики, а затем и вовсе исчез из нашей компании после той некрасивой истории с Линдой. И Оливье тут, конечно, был совсем ни при чём - он за ударную установку-то сел только тогда, когда стало окончательно ясно, что Кристиан больше не вернётся. А уж сколько пришлось при этом пережить бедной Джоанне - одному Богу известно.

Впрочем, я понимал, отчего Кристиан так взбесился. Слушая бесконечные рассказы Оливье и накачиваясь вином, он весь вечер думал об одном и том же - на месте этого преуспевающего музыканта мог быть он сам. Ездить по всему миру, выходить на сцену под рёв толпы, купаться в лучах славы - в былые времена Кри-Кри мог мечтать об этом часами. Лали была права, подумал я - зря я его пригласил. Точнее, зря свёл их вместе.

Оливье же решил, что коль из-за него заварилась эта каша, ему и успокаивать Кристиана. Обогнув стол, он подошёл к нему и примиряюще начал:

-Послушай, дружище...

Договорить он не успел, потому что Кристиан совершенно неожиданно схватил со стола нож и с криком: Убью! набросился на Оливье. Это было настолько невероятно, что в первую секунду все мы оцепенели, и дело вполне могло закончиться трагедией - если бы не Жозе, который в последний момент успел перехватить руку Кристиана и сильным толчком отбросить его назад. Сгоряча Жозе хотел съездить ему по физиономии, но Кристиан внезапно выронил нож и расплакался.

-Простите меня... Простите...-бессвязно бормотал он, размазывая по щекам пьяные слёзы.-Я не знаю... Я не хотел...

-Господи Иисусе, да он, наверное, до белой горячки допился!-сдавленно охнула Мануэла и испуганно прикрыла рот рукой, а Лали послала мне столь яростный и уничтожающий взгляд, что я невольно поёжился.

Вечер, кажется, был безнадёжно испорчен, и веселиться дальше уже ни у кого не было желания.

-Давайте все баиньки,-мягко предложила порозовевшая от пережитого испуга Линда.-Завтра все проснёмся трезвые и хорошие, тогда и поговорим.

-Пожалуй, верно,-поддержала её Бенедикт, нервно передёрнув плечами.-У меня, честно говоря, душа ушла в пятки, когда Кристиан схватился за нож... Теперь мне нужен только бокал вина, чтобы успокоить нервы, и мягкая подушка.

Лали тем временем приблизилась ко мне сзади и зашипела в самое ухо:

-А этого пьяного придурка уведи с глаз долой, пока он ещё чего-нибудь не натворил. Вдруг ему, к примеру, придёт в голову, что это я научила его ширяться?

-Не говори глупостей,-устало вздохнул я.-Жаль, конечно, что так получилось, но теперь Кристиан абсолютно безопасен. Посмотри, он же сейчас со стула упадёт.

-Ну и пусть падает,-зло сказала моя жена.-Ты только представь, что было бы, если бы Жозе рядом не оказалось.

-Если бы да кабы... Кристиан столько выжрал, что у него координация движений ни к чёрту не годилась. Оливье вполне мог сам с ним справиться.

Облив меня холодным презрением, Лали молча удалилась. Все остальные тоже понемногу растекались по своим комнатам, мне же пришлось заняться Кристианом. Подхватив его под мышки, я поднял его со стула, словно тряпичную куклу, и негромко спросил:

-Ты хоть идти-то сможешь?

-Смогу,-провякал Кристиан, но, едва я его отпустил, он снова рухнул на стул.

В итоге мне пришлось почти что на себе тащить его на второй этаж, в комнату, которая ему предназначалась. Мне показалось, что он заснул ещё по дороге, потому что как только я усадил его на кровать, он безвольно повалился на бок; подумав немного, я со вздохом снял с него ботинки и уложил как следует. Да, натворил дел наш Кри-Кри, чёрт его возьми!

Выйдя в коридор, я наткнулся на Бенедикт; пожелав мне спокойной ночи, она скрылась в своей комнате, а через минуту мимо меня с преувеличенно серьёзным видом прошествовал Жозе и решительным шагом направился в дальний конец коридора. Всё понятно, будущие молодожёны так и не помирились и теперь будут спать врозь, благо ещё одна свободная комната у нас была... Ну что ж, может и вправду, как говорит Линда, утром всё образуется?

В довершение пришлось пережить ещё несколько неприятных минут с Лали. Она уже лежала в постели, когда я вошёл, и всё то время, пока я раздевался, буравила меня сердитым взглядом. Нырнув, наконец, под одеяло, я нежно прижал её к себе и сказал как можно проникновеннее:

-Ну, хватит дуться, милая. Всё уже кончилось. А утром, я более чем уверен, Кристиан проспится и попросит прощения у Оливье и у всех нас.

-А всё так хорошо начиналось...-мрачно пробормотала Лали, но тем не менее положила голову мне на грудь, и это было знаком того, что она больше не сердится; все недостатки моей жены, сколько бы их ни было, перевешивались одним замечательным качеством - её отходчивостью.

Бурные впечатления от вечеринки всё ещё теснились в моём мозгу, однако количество выпитого давало о себе знать - комната плыла перед моими слипающимися глазами, и мало-помалу я проваливался в сон. Вот только заснуть рядом с Лали было трудновато - она беспокойно ворочалась в постели, яростно толкая меня коленками, да ещё и выходила несколько раз, негромко чертыхаясь и хлопая дверью.

-Милая, ты всех гостей перебудишь...-в полудрёме бормотал я всякий раз, когда она возвращалась, на что Лали отвечала невразумительным ворчанием и вновь начинала вертеться под одеялом; уж не знаю, из-за чего её одолела бессонница - то ли из-за Кристиана, то ли из-за бургундского,- но я так и заснул под монотонный аккомпанемент то и дело хлопающей двери и приглушённых бормотаний моей ненаглядной...

...Утро, как мне показалось, наступило внезапно. Ещё несколько секунд назад за окнами была темнота, под боком крутилась взвинченная вчерашними событиями Лали; и вот уже сквозь занавески льётся утренний свет, а в постели, кроме меня - никого. Надо же, сегодня моя жёнушка, соня та ещё, проснулась раньше меня! Да уж, крепко мы вчера выпили...

Когда, кое-как приведя себя в порядок с помощью холодного душа, я спустился вниз, обнаружилось, что добрая половина нашей компании уже на ногах. Линда с Мануэлой - должно быть, закалённые постоянными разъездами и ранними подъёмами - сидели рядышком на диване и мило о чём-то болтали; правда, обе то и дело отчаянно зевали, а бледность Линды и вовсе бросалась в глаза, но в этом-то как раз не было ничего удивительного. Жозе и Бенедикт тоже обретались здесь, устроились, как и следовало ожидать после вчерашнего, в разных углах и являли собой поразительный контраст - вид у нашего друга был изрядно помятый, зато его будущая невеста выглядела так, словно не пила ничего, кроме минеральной воды.

Что же касается моей ненаглядной Лали, то она, даром что проснулась раньше меня, откровенно клевала носом, удобно устроившись в мягком кресле. И, насколько я знал собственную жену, пребывать в таком состоянии она могла до самого обеда.

Едва я успел поздороваться со всеми, как на лестнице за моей спиной раздался весёлый смех - в гостиную спускались Николя и Элен, ведя на буксире упирающуюся Джоанну.

-Ну какого чёрта вы меня выдернули из постели?-вяло возмущалась американка, спотыкаясь едва ли не на каждой ступеньке.-Не друзья, а садисты какие-то, даже сон досмотреть не дали...

-Насмотришься ещё!-звонко хохотала Элен; сама она, похоже, проснулась в прекрасном настроении и была намерена всех заразить своим весельем.-В кои-то веки собрались все вместе, а ты хочешь проспать всё на свете... Лали, Себастьен! Вы собираетесь поить нас кофе?

-Господи, Элен, как тебе удаётся быть такой свеженькой?-с завистью поинтересовалась моя жена, завозившись в кресле и приоткрывая один глаз.-Я себя чувствую совсем разбитой...

-У неё внутри вечный двигатель,-проворчала Джоанна и плюхнулась прямо на пол.-Маленький такой моторчик...

-Девочки, я просто мало пила,-Элен состроила милую гримаску.-Ну же, Лали, Себастьен! Где кофе?

Я предложил повременить с кофе до тех пор, пока не проснутся Кристиан с Оливье, а уж потом устроиться всем вместе за столом; Николя меня поддержал, да и остальные вроде не то что бы позабыли вчерашнюю выходку Кристиана, но уже не принимали её так близко к сердцу. Тем более что и сам герой праздничного ужина появился примерно через четверть часа - с покаянным и сокрушённым видом.

Бредя по лестнице, он старался ни на кого не смотреть; затем, остановившись возле меня и по-прежнему не поднимая головы, пробормотал:

-Себ, извини, ради Бога, за вчерашнее... Я, кажется, нахлестался до такой степени, что сам себя не помнил.

-Это уж точно,-ядовито заметила Лали.-Только тебе бы следовало попросить прощения не у одного Себастьена, а у всех нас.

Я укоризненно посмотрел на свою жёнушку, но Кристиан воспринял её слова как должное. Обведя горестным взглядом всю нашу компанию, он выдохнул:

-Извините, ребята... Я совсем не хотел испортить вам праздник.

-Ладно, что было - то прошло,-Николя, как всегда, постарался побыстрее покончить с неловкой ситуацией и хлопнул Кристиана по плечу.-Не бери в голову, со всяким может случиться.

Кри-Кри в ответ лишь махнул рукой, переживал он совершенно искренне, и я в который раз подумал, что он, в сущности, неплохой парень, только вот полный разгильдяй, к сожалению. Будь у него хоть немного ответственности и силы воли - всё было бы сейчас совсем по-другому...

-А наш великий музыкант всё ещё баиньки, да?-насмешливо фыркнула Мануэла.-Может, разбудить его?

-Давно пора,-с готовностью подтвердил Жозе, который вообще не выносил, когда спал ещё кто-то, кроме него самого.-Николя, сходи, растолкай его.

-А почему я?-искренне изумился тот.

-А потому что ты находишься ближе всех к его комнате. По лестнице вверх и последняя дверь налево - не забыл?

Беззлобно что-то проворчав, Николя потащился на второй этаж, а так и не проснувшуюся до конца Лали отправили на кухню варить кофе. Она слабо сопротивлялась, но Мануэла с лукавой улыбочкой мягко, но настойчиво подталкивала её в спину до тех пор, пока Лали в отчаянии не возопила, всплеснув руками:

-А что, никто не хочет мне помочь?!

-Ох, лентяйка ты наша, помогу, так и быть,-охотно откликнулась с дивана Бенедикт, и я в очередной раз позавидовал её свежему виду - самому-то мне пока даже холодная вода не помогала, голова продолжала гудеть, словно колокол.

Легко вскочив на ноги, Бене утащила покорившуюся судьбе Лали на кухню, и вскоре оттуда послышалось умиротворяющее жужжание кофемолки. А затем раздался какой-то грохот, и все наши взоры обратились на лестницу, где, тяжело дыша, стоял Николя - вид у него почему-то был напуганный и взлохмаченный.

-Нико, ты что, привидение увидел?-саркастически поинтересовался Жозе, но Николя было явно не до смеха.

-Кроме шуток, ребята,-медленно сказал он, и я поразился тому, как глухо прозвучал его голос.-Кто-то зарезал Оливье.

В первую секунду никто ничего не понял. Все ошарашенно смотрели на Николя, затем кто-то сдавленно охнул. Из кухни выглянули Бенедикт с Лали и недоуменно вертели головами - за шумом кофемолки они не расслышали последних слов Николя.

-Надо вызвать полицию,-в наступившей тишине голос Линды прозвучал неестественно спокойно.-И ничего не трогать до их прихода.

-Какую полицию?! Зачем?!-отчаянно закрутила головой ничего не соображавшая Лали; стоящая рядом Бенедикт с кофемолкой в руках тоже непонимающе хлопала длинными ресницами.

Я торопливо подошёл к ним и обнял их за плечи:

-Только спокойно, девочки... У нас беда. Оливье убили.

-Что?!-Лали одним движением вырвалась из-под моей руки и отскочила назад; судя по голосу, она была близка к истерике.-Что ты такое говоришь, Себастьен?!

-Успокойся, пожалуйста, прошу тебя,-я вновь привлёк её к себе.-Это правда, и мы ничего не можем поделать... Пожалуйста, возьми себя в руки, милая...

Я всё ещё продолжал неумело утешать её, вполголоса говоря какие-то явные глупости, потому что никаких слов утешения мне сейчас в голову не приходило, а Лали уже разревелась в голос, уткнувшись лицом мне в грудь.

-Боже... Оливье... прямо на Рождество... в нашем доме...-сквозь всхлипы и рыдания бормотала она, а я гладил её по мягким чёрным волосам.

Жозе тем временем ринулся наверх, но Николя решительно преградил ему путь:

-Нечего тебе там делать! И вообще никто из нас не поднимется туда до прихода полиции, понятно? Себастьен, да позвони же в комиссариат!

Я мягко отстранил Лали и, оставив её рыдать на груди Бенедикт, кинулся к телефону. Пока я рассказывал дежурному инспектору, что у нас произошло - боюсь, голос мой тоже дрожал,- все остальные застыли на своих местах, словно изваяния. Казалось, каждый даже пошевелиться боится, чтобы не случилось ещё чего-нибудь не менее ужасного.

Наконец, я положил трубку и устало сказал:

-Они будут здесь минут через десять. Просили ничего не трогать на месте преступления, а также никого не выходить из дома.

Кажется, лишь после этих слов все окончательно осознали непоправимость происшедшего -если через десять минут сюда действительно приедет полиция, значит, это не сон, не галлюцинация и не дурной розыгрыш... Да и до меня только сейчас по-настоящему начал доходить весь ужас случившегося. Господи, Оливье мёртв! И не просто мёртв - убит. Ведь не по неосторожности же он воткнул в себя нож?.. Или... Я подошёл к Николя и негромко спросил:

-Послушай, дружище... а как там всё было? Не мог он сам...

Взглянув на меня, Николя криво усмехнулся:

-Я знаю гораздо менее утомительные способы свести счёты с жизнью... А если честно - я не криминалист, и судить мне трудно. Нож торчал у него прямо из груди... там, где сердце. Я думаю, он умер сразу.

-Но тогда это означает...-начав говорить, я вдруг осёкся на полуслове - уж больно мерзко всё получалось.

Конечно, я вчера хорошо набрался, но не настолько, чтобы забыть запереть входную дверь; она и сейчас закрыта на задвижку, я видел это даже отсюда. И окна в доме все закрыты... Словом, посторонний сюда проникнуть не мог. И тогда это означает... Это означает то, чего у меня не хватило духу произнести: убийца - кто-то из нас.

От этой мысли мне внезапно сделалось холодно. Ну как такое могло получиться?! Все присутствующие здесь - мои друзья, я знаю их не первый год, а теперь оказывается, что кто-то из них способен взять в руки нож и убить. Но кто? Кто, чёрт возьми?!

-Что означает, Себастьен?

От неожиданности я вздрогнул и повернулся. Прямо передо мной стояла Бенедикт, которая, несомненно, слышала мои последние слова; её серые глаза, полные слёз, смотрели на меня выжидательно и в то же время с тревогой.

-Что означает?-требовательно повторила она, и по её дрожащему голосу я понял, что она тоже на грани срыва.

-Видишь ли, Бене...-медленно произнёс я; у меня по-прежнему язык не поворачивался фактически бросить обвинение своим друзьям, а они уже настороженно повернули головы в мою сторону.-Впрочем, это касается всех... И, честное слово, я очень хотел бы ошибиться...

-Да говори же, Бога ради!-вспылил нетерпеливый Жозе.-Ты что, знаешь, кто убийца?

-Нет,-покачал я головой.-Я этого не знаю. Но я знаю кое-что другое - этой ночью в доме никого, кроме нас не было. Двери, окна - всё закрыто... Никто не мог сюда незаметно войти, а тем более выйти.

-И значит, убийца - кто-то из нас,-быстро докончил за меня Николя.-Ты ведь это хотел сказать?

Я только беспомощно пожал плечами и прислонился к подоконнику - странно, но мне казалось, что ноги меня не держат. Боюсь, с этой минуты наша компания начнёт трещать по швам, подумал я. Ещё вчера мы были лучшими друзьями, а сегодня каждый подозревает каждого, потому что кто-то из нас оказался способен на убийство...

-О Господи...-раздался вдруг потрясённый голос Лали, и все мы как по команде уставились на неё.-Как же я сразу не догадалась!..

Она внезапно перестала плакать, подняла голову, и её тёмные глаза засверкали недобрым огнём. Стремительно пройдя через всю комнату, она приблизилась к ошеломлённому Кристиану и буквально выплюнула ему в лицо:

-Может, скажешь нам, за что ты его убил?

-Я?!-Кристиан даже попятился; он был почти на голову ниже моей жены и от этого казался особенно жалким.-Да ты с ума сошла! Я его не убивал, не убивал, клянусь!

-Да все же видели, как вы вчера с ним ссорились!-Лали заводилась всё больше.-Ты его обвинял в том, что он испортил тебе жизнь!.. Обвинял его, хотя сам был во всём виноват! Ты же кричал, что убьёшь его, я слышала, все это слышали!..

-Я перебрал...-жалобно лепетал Кристиан, отчаянно ища глазами поддержки у остальных.-Я сам вчера не понимал, что говорю, я был пьян... Но это не я, не я!

-Не смей, Лали!-наконец, опомнился я и дёрнул её за руку - может быть, излишне грубо.-Уймись, кому говорю! Ещё немного - и мы точно друг друга поубиваем...

Лали неожиданно обмякла и вновь расплакалась, а Кристиан продолжал повторять, словно заведённый: Это не я, это не я..., в его глазах метался ужас. Наступившее было обманчивое спокойствие с минуты на минуту вновь могло взорваться.

Ну вот, дружище Себастьен, сказал я сам себе, вот что получилось после твоих слов. И это только начало, дальше будет ещё хуже - до тех пор, пока мы не узнаем, кто настоящий преступник. А до этого будут взаимные подозрения, обвинения и много всякой другой грязи... Бог ты мой, как же всё это отвратительно!

-Пускай во всём разбирается полиция,-твёрдо - по крайней мере, хотелось верить, что твёрдо - сказал я.-А ты мы сейчас чёрт знает до чего договоримся.

-Себастьен прав, дождёмся полицию,-поддержала меня Элен, обводя остальных умоляющим взглядом; она не плакала, но в глазах её застыла такая боль, что становилось не по себе.-Поймите, бессмысленно обвинять друг друга - все мы любили Оливье, и никто не желал ему зла.

-Никто, кроме убийцы!-выпалил Жозе и принялся нервно расхаживать по комнате; пару раз он споткнулся о расставленные стулья, и тогда Николя звенящим от еле сдерживаемого напряжения голосом посоветовал ему сесть и угомониться.

Звонок в дверь показался мне таким оглушительным, что я невольно вздрогнул - да и не я один. А следом наступило какое-то облегчение - ну вот, наконец-то, приехала полиция, сейчас они возьмут на себя все наши проблемы, во всём разберутся и найдут преступника... Глупо, конечно. Ничего они не найдут, по крайней мере, сразу, и легче нам всем от этого не будет.

За дверью стояли четверо - двое полицейских и двое в штатском. Посторонившись, я пропустил их в дом, и один из этой четвёрки - высокий, худощавый брюнет лет тридцати пяти - без долгих предисловий принялся за дело.

-Меня зовут Ленорман, инспектор Ленорман,-негромко представился он.-Насколько я понял, здесь произошло убийство.

-Да,-мне, как хозяину, пришлось взять инициативу на себя, но слова давались нелегко.-Это я звонил вам... Видите ли, вечером у нас был праздничный ужин... все мы сидели, веселились, а утром... Утром Оливье нашли с ножом в груди.

-Насколько я понимаю, это ваш дом?-так же тихо поинтересовался инспектор - по-видимому, у него была такая манера говорить.-А это - ваши гости, не так ли, мсье...

-Куриво,-подсказал я.-Себастьен Куриво. Да, все мы друзья ещё с университетских времён. Впервые собрались вместе за последние пять лет, и вот...

-Это вы обнаружили труп?

-Нет,-вмешался Николя, нервно приглаживая волосы.-Это я. Пошёл его будить, а там...

-Ну что ж, давайте взглянем, где это произошло,-произнёс Ленорман.-Идёмте со мной, господа, вы и вы, остальных пока попрошу подождать здесь.

Я медленно направился к лестнице, за мной двинулся Николя, а инспектор слегка задержался, окидывая цепким взглядом всю нашу компанию. Внезапно за моей спиной послышался его ироничный голос:

-Ба, и мсье Рош тоже тут! Что, решили встретить Рождество в приличном обществе?

Головы всех присутствующих тут же повернулись к Кристиану, который, казалось, вжался в стену и затравленно смотрел на инспектора. Конечно, мало удивительного в том, что нашему бывшему ударнику приходилось иметь дело с полицией - при его-то нынешнем образе жизни! Но мне чертовски не понравился насмешливый тон Ленормана, таивший в себе скрытую угрозу - как будто полицейский тотчас решил для себя, что Кри-Кри каким-то образом причастен к убийству. Я хотел вступиться за нашего приятеля, однако Николя меня опередил.

-Кристиан тоже наш друг, и мы знакомы уже много лет,-довольно сухо сказал он.-Полагаю, он не станет для вас главным подозреваемым только потому, что...

-Позвольте мне самому решить, кого подозревать,-неожиданно жёстко перебил его инспектор.-Это моя работа и, смею надеяться, я делаю её хорошо. А пока что я бы хотел увидеть труп.

Резкая отповедь Ленормана произвела впечатление - Николя побледнел и замолчал, а Кристиан, казалось, готов был расплакаться. В гробовой тишине мы поднялись на второй этаж, за нами проследовали один из полицейских, сам инспектор и его спутник в штатском - по-видимому, эксперт. Другой полицейский остался внизу.

Перед слегка приотворённой дверью в комнату Оливье я остановился, чувствуя, что ноги у меня невольно начинают дрожать:

-Это здесь.

-Дверь была открыта?-поинтересовался Ленорман у Николя.-Или это вы оставили её в таком положении?

-Наверное, я,-не слишком уверенно пожал плечами Николя.-Ну да, точно, когда я утром поднялся сюда, она была плотно закрыта. Я постучал, никто не ответил. Тогда я вошёл в комнату и...

-Понятно,-перебил его инспектор и кончиками пальцев толкнул дверь.

Она медленно распахнулась, и моему взору предстало жуткое зрелище. Оливье лежал на неразобранной кровати, запрокинутая голова его покоилась на подушке, ноги съехали на пол, правая рука безвольно свесилась. На лице его застыло какое-то удивлённое выражение, словно он никак не ожидал того, что произошло - да, наверное, так оно и было; довершали картину торчащая из груди рукоятка ножа и большое кровавое пятно на его рубашке. Нож я узнал сразу - ещё вчера Лали резала им хлеб и строгала салаты; лезвие имело порядочную длину, однако убийца вогнал его в грудь Оливье почти по самую рукоять.

И было ещё что-то, что не понравилось мне с самого начала - хотя чему уж тут было нравиться! Тем не менее какая-то маленькая деталька не давала мне покоя, словно назойливая муха; что-то было не так в той картине, которую я увидел.

-Кроме вас, кто-нибудь ещё входил сюда?-Ленорман продолжал как ни в чём не бывало расспрашивать Николя, на его лице не отразилось никаких эмоций при виде трупа.

-Нет,-покачал головой тот.-И я тоже здесь ничего не трогал, выскочил как ошпаренный и сразу же побежал вниз. А потом мы сидели и ждали вас, наверх вообще никто не поднимался.

-Грамотно,-хмыкнул инспектор, и непонятно было, серьёзно он говорит или иронизирует.-А нож вы узнаёте, мсье Куриво?

-Да,-кивнул я.-Это наш кухонный нож. Значит... убийство было умышленным?

Ленорман бросил на меня быстрый, многозначительный взгляд и, не удостоив ответом, продолжал обшаривать глазами комнату. Мы с Николя переглянулись, и по выражению его лица я понял, что он не очень-то доверяет талантам инспектора - так же, как и я, впрочем. Полицейский не нравился мне своей бесцеремонностью, а уж гонора ему, похоже, было не занимать.

-Как вы считаете, мсье Куриво,-проговорил Ленорман словно между делом, осторожно прохаживаясь по комнате и заглядывая буквально во все углы,-мог этой ночью в доме оказаться посторонний человек?

-Не думаю...-я ожесточённо потёр переносицу.-Мне не хочется об этом говорить, но... Боюсь, убийца, кто бы он ни был, ещё здесь.

-Смелое заявление!-кажется, инспектор впервые взглянул на меня с интересом.-А на чём основаны ваши предположения, позвольте узнать?

Мне оставалось только повторить ему те выводы, которые я уже сделал для себя несколькими минутами раньше, и Ленорман удовлетворённо кивнул. Краем глаза я заметил неодобрение на лице Николя, но не врать же полицейскому?! В конце концов, я ничего не придумал, и голову могу дать на отсечение: убийца - кто-то из нас. Как это ни противно...

-Что это? Покойный носил кольцо?-неожиданно спросил инспектор так тихо, что я его еле расслышал; нагнувшись, он пристально вглядывался в свисавшую руку Оливье - на безымянном пальце действительно отчётливо выделялась белая полоска нетронутой загаром кожи.

Я наконец-то вдруг понял, что именно не давало мне покоя с того самого момента, как я увидел нашего мёртвого друга - конечно же, перстень, точнее, его отсутствие! Насколько я знал, Оливье купил его несколько лет назад, на свои первые деньги, заработанные на гастролях, и с тех пор, сколько я его видел, перстень всегда был при нём - и вчера тоже. Оливье не то что бы хвастался им, но его самолюбию явно льстило, что на пальце у него красуется этакая штучка стоимостью в несколько тысяч франков. Я готов был спорить на любую сумму, что перстень вчера заметили все, и вот теперь он исчез. Господи, неужели Оливье зарезали только из-за этой чёртовой побрякушки?!

-Да,-с усилием выдавил я, отвечая на вопрос инспектора.-Он действительно постоянно носил большой золотой перстень... никогда с ним не расставался.

-Вчера вечером он также был у него на пальце?-уточнил Ленорман, и я кивнул.

-Ну что ж, это становится интересным,-полицейский резко выпрямился.-А как вы думаете, не мог он случайно закатиться под кровать?

Судя по ироническому тону, вопрос был риторическим, и я лишь пожал плечами. А инспектор стал похож на гончую, почуявшую след - он подобрался, во всех его движениях появилась какая-то лёгкость. Быстро, профессионально Ленорман ощупал карманы Оливье, ловко пробежался руками по складкам постели, затем, аккуратно опустившись на колени, заглянул под стол, под кровать... Когда инспектор вновь поднялся во весь рост, мне показалось, что он вполне доволен результатом осмотра.

-Я думаю, перстня в этой комнате нет,-он произнёс это так, словно был уверен в этом с самого начала.-Теперь самое время спуститься вниз, там у нас ещё остались кое-какие дела... Прошу вас, приступайте, мсье Крюшон, всё в вашем распоряжении.

Последние его слова были обращены к эксперту, который молча кивнул, тут же раскрыл свой чемоданчик и занялся приготовлениями; мы с Николя спустились вслед за Ленорманом в гостиную, где все, казалось, сидели в таких же позах, в каких мы их оставили. Дожидавшийся инспектора полицейский хмуро подпирал стену, и одно его присутствие отбивало всякую охоту к разговорам.

-У меня будет к вам небольшая просьба, мсье Куриво,-обратился ко мне Ленорман, невозмутимо присаживаясь на единственный свободный стул.-Не могли бы вы на правах хозяина представить мне присутствующих?

-Да, конечно...-пробормотал я.-Все мы хорошие друзья, и не первый год знаем друг друга, я уже говорил... Это Лали, моя жена... Николя и Элен Пьюдеба, супруги, сейчас они временно живут в Австралии... Две девушки на диване - Линда Лакост и Мануэла Рош, они фотомодели и во Франции, можно сказать, проездом... Дальше - Джоанна Редфилд, американка из Техаса, тоже наша университетская подруга... Жозе Вассёр и Бенедикт Гибер, скоро они собираются пожениться... Кристиан Рош...

-Мсье Роша я знаю достаточно хорошо,-прервал меня инспектор.-Даже слишком хорошо, как мне кажется. А мадемуазель Мануэла Рош, она не...

-Я его кузина,-спокойно ответила Мануэла, и инспектор понимающе кивнул головой, хотя по лицу его пробежала тень лёгкого удивления.

-Убитого, насколько я понял, звали Оливье... Как дальше?

-Севестр,-ответил я.-Оливье Севестр, он профессиональный музыкант, ударник известной рок-группы. Видите ли, все мы когда-то вместе учились, и вот решили собраться на Рождество всей компанией...

-Что ж, вам это удалось,-Ленорман поднялся со стула и откашлялся.-А теперь, дамы и господа, попрошу всех выложить на этот стол содержимое своих карманов, а дам также - своих сумочек, если таковые имеются.

-Что?!-Жозе негодующе вскочил со своего места.-Это что, обыск? А по какому праву...

-По праву полицейского, ведущего расследование убийства,-хладнокровно пояснил инспектор.-Обрисую ситуацию - с пальца мсье Севестра этой ночью исчез золотой перстень, который все вы наверняка видели и который, как я полагаю, находится в данный момент где-то в доме или же - у одного из присутствующих. Если сейчас ни у кого из вас он не обнаружится, я буду вынужден вызвать подкрепление и произвести в доме самый тщательный обыск. Кроме того, мой коллега из бюро криминалистики снимет у всех вас отпечатки пальцев.

-Отпечатки пальцев! Это уж слишком!-возмутилась Лали, но Элен решительно подёргала её за рукав, чтобы та успокоилась.

-Да, вот ещё что,-Ленорман развернулся в сторону Джоанны.-Мадемуазель Редфилд будет требовать консула, или на данном этапе мы сможем обойтись без излишних формальностей?

-Нет... Не думаю...-растерянно пожала плечами американка; мне показалось, что сейчас она вообще мало что соображала.-Я ни в чём не виновата... и у меня нет причин не доверять французскому правосудию...

-Чудесно!-осклабился инспектор.-Итак, прошу всех опустошить свои карманы и сумочки.

Жозе первым вразвалку направился к столу, всем своим видом выражая презрение к полицейскому, и демонстративно выгреб из своих карманов ключи, портмоне и ещё какую-то мелочёвку. Следом за ним потянулись остальные; постепенно на журнальном столике вырастала гора бумажников, мелких монет, зажигалок - словом, всего того, что обычно таскают в брюках и пиджаках. Кристиан, до этого топтавшийся возле стены, тоже нерешительно направился к столу, на ходу ощупывая свои карманы.

-Ну же, смелее, мсье Рош,-с нехорошей улыбкой подбодрил его Ленорман.-Покажите-ка, что там у вас завалялось.

Замирая перед ним, как кролик перед удавом, Кристиан вытащил из левого кармана полупустую пачку сигарет, а из правого - пригоршню мятых купюр и осторожно положил всё это на стол; что-то слабо звякнуло.

-Минутку!-инспектор резко подался вперёд и вновь стал похож на почуявшую дичь гончую.-Что это там у вас такое?

Он небрежно разворошил банкноты пальцем, и нашим взорам открылся массивный золотой перстень с монограммой O.S.. Я почувствовал, что в глазах у меня темнеет. Кристиан?!

-Присутствующие узнают этот предмет?-не без торжества спросил полицейский.

-Господи Иисусе, да это же перстень Оливье!-потрясённо выдохнула Мануэла, и её голубые глаза, вмиг превратившиеся в ледышки, уставились на кузена.-Откуда он у тебя, Кристиан?!

-Я... я не знаю...-пролепетал он, его лицо исказил смертельный, почти животный ужас.-Я понятия не имею, как это оказалось в моём кармане... Правда!.. Почему вы мне не верите, чёрт возьми?

И, почти срываясь на визг:

-Вы же просто ненавидите меня, инспектор!..

-Наркотики стоят дорого, не так ли, мсье Рош?-отчаянный выкрик Кристиана ничуть не задел полицейского, и голос его прозвучал очень тихо, почти ласково.-А такое колечко можно продать тысячи за две-три, не меньше... нужно лишь знать, кому. Но уж вы-то знаете, правда?..

-Убийца! Я так и знала, что ты убийца!-от внезапного крика Лали у меня зазвенело в ушах; она подскочила к Кристиану, сжав кулачки, дрожа всем телом то ли от злости, то ли от ненависти.-Какая гадость - заколоть друга из-за какого-то перстня!.. Подонок!..

-Держите себя в руках, мадам Куриво!-как это ни странно, один лишь пронзительный взгляд Ленормана утихомирил мою жену.-Сейчас я побеседую со всеми вами по отдельности, хотя мне кажется, что это лишь пустая формальность... И начну я, пожалуй, с вас, мадам.

Рукой он показал Лали в сторону кухни, и та послушно поплелась за ним, всхлипывая на ходу; что ни говори, а этот неприятный тип умел ставить людей на место. Уже на пороге инспектор обернулся и махнул угрюмому полицейскому, который по-прежнему торчал в углу, словно статуя:

-А вы, Кассель, уделите особое внимание мсье Рошу - не хочу, чтобы с ним что-нибудь приключилось.

Потом за Ленорманом и моей женой плотно закрылась кухонная дверь, и мы остались наедине со своими чувствами и эмоциями. Побледневший, взъерошенный Кристиан обессиленно опустился прямо на пол, прислонившись к стене, уставившись в никуда отсутствующим взглядом; никто из нас старался на него не смотреть.

Господи, Кристиан, наш Кри-Кри... Неужели вчера его настолько разобрала злость, что посреди ночи он проснулся и пошёл выяснять отношения с Оливье?! Но ведь он был пьян, чертовски пьян... Или...Или дело всё-таки не в загубленной молодости, а в том, что Кристиану банально не хватало денег, а перстень так заманчиво поблёскивал на пальце Оливье? Но это была самая отвратительная мысль, какая мне только могла прийти в голову, и я упорно гнал её от себя. До какой же степени надо опуститься, чтобы из-за золотой побрякушки угробить друга?!

-Ну и дерьмо!-с чувством сказал Жозе, выразив таким образом общее настроение.-Слушай, Кристиан, как ты собираешься теперь жить дальше, хотел бы я знать?

-Я попрошу вас не разговаривать,-хмуро подал голос из своего угла Кассель; похоже, он просто-напросто не выспался в эту ночь.-Не нужно разговаривать, пока не закончится допрос.

Однако Ленорман не собирался тянуть волынку - уже минут через пятнадцать из кухни появилась Лали, с заплаканными глазами, и бросила мне на ходу:

-Иди, Себастьен, инспектор хочет с тобой побеседовать.

Когда я вошёл на кухню, полицейский как раз делал какие-то пометки в своём блокноте; не поднимая головы, он махнул мне рукой на стул. Лишь через несколько минут он оторвался от своего занятия и взглянул на меня; по его лицу я понял, что он всё уже для себя решил.

-Ваша жена достаточно подробно мне обо всём рассказала,-произнёс инспектор, откидываясь на спинку стула.-Я бы хотел только прояснить кое-какие вопросы.

-А о чём она рассказала?-недоуменно спросил я.

-О вчерашнем ужине, разумеется. И о событиях, которые тогда произошли. Это правда, что между мсье Рошем и мсье Севестром случилась ссора?

-Да, это действительно так, но...

-И это правда, что мсье Рош набросился на того с ножом? И кричал при этом, что убьёт его?

Я глубоко вздохнул. Чёрт бы побрал длинный язык Лали! Хотя... ссора-то действительно была, и не моя жена, так кто-нибудь другой обязательно сказал бы об этом. Беда в том, что Лали, отнюдь не пылавшая любовью к Кристиану, наверняка преподнесла всё так, что у Ленормана не осталось никаких сомнений по поводу того, кто является убийцей.

Бог мой, какую мучительную дилемму приходится мне решать! Я не хотел верить в то, что именно Кристиан воткнул нож в Оливье, но тогда приходилось признать, что это сделал кто-то другой. Но кто?!

-Итак, мсье Куриво, это правда?

-Да...-пробормотал я.-Да, конечно. Но всё было совсем не так... точнее, не совсем так, как рассказала Лали.

-А откуда вы знаете, что именно она рассказала?-тут же уколол меня взглядом инспектор.

-Видите ли... Моя жена всегда недолюбливала Кристиана. Это связано с... с причинами личного характера - старая университетская история, и к убийству она не имеет никакого отношения,-у меня вовсе не было желания посвящать Ленормана в ту неприглядные события шестилетней давности, из-за которых наша компания лишилась друга.-Но... Словом, я думаю, что Лали несколько сгустила краски.

-А сами-то вы что, верите в невиновность мсье Роша?-иронически поинтересовался инспектор.

-Мне вообще трудно поверить в виновность кого-либо из присутствующих,-пожал я плечами.-Я уже говорил, что все мы знаем друг друга много лет, у нас всегда были прекрасные отношения. И я до сих пор не могу свыкнуться с мыслью, что Оливье убил кто-то из нашей компании.

-А вы знаете, что у мсье Роша были проблемы с наркотиками?-совсем тихим голосом спросил Ленорман.-Вы знаете, что он неоднократно привлекался к суду за различные мелкие правонарушения? Вы знаете, наконец, что он постоянно нуждался в деньгах?

-О наркотиках мне было известно, об остальном я мог догадываться. Когда я случайно встретил Кристиана несколько дней назад, его внешний вид говорил сам за себя.

-И тем не менее вы пригласили его на праздник?

-Да, пригласил, чёрт возьми!-меня постепенно начинала охватывать злость при виде того, как полицейский целенаправленно копает под Кристиана, даже не давая себе труда сделать ещё какие-нибудь предположения.-Он наш друг, такой же, как и все остальные, можете вы понять это, господин инспектор?

-О да, я могу это понять,-впервые за время нашего разговора Ленорман улыбнулся, и его улыбка мне совершенно не понравилась.-Ещё вопрос, мсье Куриво... Это вы проводили мсье Роша в свою комнату после ссоры?

-Проводил - мягко сказано. Кристиан был настолько пьян, что не мог и шагу ступить, именно поэтому я думаю, что...

-Под действием алкоголя люди порой сами не ведают, что творят, так ведь?-мягко заметил инспектор; сейчас он был похож на учителя, терпеливо объясняющего урок тупому ученику.-Обида, раздражение, скрытые комплексы - всё это могло выплеснуться наружу после хорошей дозы вина... Скажите, не слышали вы ночью чего-нибудь подозрительного - шаги, странный шум?

-К сожалению, нет,-я развёл руками.-Как вы изволили выразиться, я тоже принял хорошую дозу вина, а потому спал как убитый.

-К счастью, всего лишь как,-напоследок Ленорман даже позволил себе сострить.-У меня больше нет к вам вопросов, мсье Куриво.

Черкнув что-то в своём блокноте, он вновь взглянул на меня:

-Пригласите, пожалуйста, мсье Вассёра.

Когда я вернулся в комнату, внутри у меня всё кипело от злости. Буркнув сквозь зубы: Жозе, твоя очередь исповедоваться!, я со всего маху уселся на диван и сцепил руки так, что хрустнули пальцы. Чёрт побери, я, конечно, дилетант в полицейском ремесле, но всё же, по моему скромному разумению, следствие должно вестись немного не так! Ленорман не расспрашивал меня ни о прошлом Оливье, ни о других членах нашей компании; похоже, он с первых же минут решил для себя, что это сделал Кристиан - едва лишь увидел его в моём доме. И все вопросы полицейского преследовали только одну цель - утопить Кри-Кри...

Однако, немного подостыв, я не мог не признать, что у инспектора всё выходит очень гладко. И, конечно, главным аргументом был проклятый перстень, который почему-то вдруг оказался у Кристиана в кармане; не будь его, Ленорман, вполне возможно, копал бы поглубже, а так... Интересно, могло быть такое, чтобы Кристиан, совершив убийство, наутро ничего об этом не помнил? Вроде бы я читал об этом в какой-то книжке.

Дальнейшие события не представляли из себя ничего интересного. Примерно через час эксперт Крюшон закончил свою работу наверху, после чего туда поднялись санитары из дожидавшейся на улице машины скорой помощи и на носилках вынесли тело Оливье. Довольно тягостное зрелище, но для дюжих ребят в белых халатах это была повседневная работа; они даже не обращали никакого внимания на то, что в доме полно народу.

Затем Крюшон ловкими и привычными движениями снял у каждого из нас отпечатки пальцев, и на этом его миссия была завершена. А вскоре и сам Ленорман, покончив с допросом, появился в гостиной. Сунув свой блокнот во внутренний карман пиджака, он неторопливо обвёл взглядом присутствующих, и, наконец, взгляд его остановился на бледном, осунувшемся Кристиане.

-Мсье Рош!-официальным тоном проговорил инспектор.-На основании собранных улик я арестовываю вас по обвинению в убийстве Оливье Севестра. Вы можете хранить молчание, а также связаться со своим адвокатом. Если такового не имеется, защитник будет вам предоставлен. Наденьте на него наручники, Кассель.

Кристиан был настолько потрясён и подавлен, что безропотно подставил руки, на которых тут же защёлкнулись стальные браслеты. Ленорман повернулся ко мне:

-Насколько я понял, ваши гости не живут в Париже. Могу я узнать, где именно они остановились?

-Здесь,-я взмахнул рукой.-Дом большой, и место нашлось для всех. Исключение составляют только Линда с Мануэлой, они живут в Мажестике. Ну и бедняга Оливье, конечно... кажется, он снимал номер в Крийоне.

-Что ж, чудесно,-подвёл итог инспектор.-В таком случае попрошу вас всех не покидать пока пределов этого дома - впредь до моего особого распоряжения. Надеюсь, это не составит особого труда для вас, в том числе и для мадемуазель Редфилд...

Джоанна в ответ лишь беспомощно пожала плечами, а Жозе вновь завёлся.

-Не понимаю,-пробурчал он, яростно взлохмачивая свою буйную шевелюру.-Убийца уже найден, остальные вне подозрений... Кой чёрт нам ещё торчать тут?

Ленорман отреагировал в своей привычной жёсткой манере:

-Не мне утверждать, является ли мсье Рош убийцей - это решит суд присяжных, а подозревать кого-либо или нет - это уж моё дело. Пока в моём распоряжении не будет улик, однозначно - заметьте, однозначно! - доказывающих виновность мсье Роша, я, повторяю, попросил бы вас не разъезжаться. Поверьте, это всего на несколько дней и к тому же в ваших интересах. Всего доброго, господа.

В общем, когда за полицейскими закрылась дверь, облегчения никто из нас не почувствовал. Жозе с досады треснул кулаком по стене и повернулся ко мне:

-Вот видишь, Себ, что из всего этого получилось! Говорил же я, не стоило его приглашать.

-А я с самого начала знала, что Кристиан убийца, только мне никто не верил!-в сердцах бросила Лали.-У меня даже было предчувствие...

-Брось, дорогая, не было у тебя никаких предчувствий,-устало махнул я рукой.-У меня есть более здравая идея - сесть за стол и чего-нибудь перекусить. Это всё же лучше, чем переливать из пустого в порожнее, да и время уже обеденное...

-Да подождите вы!-внезапно выкрикнула Джоанна, и в её голосе было столько отчаяния, что мы одновременно развернулись к ней.-Неужели вы и вправду поверили, что это сделал Кристиан?

-А кто же тогда?-немедленно ощетинился Жозе.-Может быть, ты?

-Перестань нести чепуху!-едва ли не со слезами Джоанна вскочила с кресла.-Как вы не понимаете, что Кристиан не мог зарезать Оливье?

Ответом ей была тишина, и лишь Мануэла медленно протянула, с искренним удивлением глядя на американку:

-Господи, дорогая, неужто ты всё ещё любишь моего непутёвого кузена? Я и то давно поставила на нём крест...

-Да при чём тут любовь?!-от волнения акцент у Джоанны усилился настолько, что мы едва её понимали.-Просто я очень хорошо знаю его... быть может, даже лучше, чем любой из вас. Да, он безвольный, слабохарактерный... Но он не мог убить!

-Чёрт возьми, я, пожалуй, соглашусь с Джоанной!-возможно, мне не стоило говорить этого вслух, но было поздно - теперь уже меня сверлили восемь пар глаз.-Думаю, Кристиан и вправду не мог убить... Только вот в женскую интуицию я в данном случае не верю, так что моё объяснение будет более рациональным.

-Какое такое объяснение?-чересчур быстро, на мой взгляд, среагировала Линда.-Договаривай, Себастьен.

-Если помните, около полуночи я сам отводил его в комнату, после того, как они с Оливье чуть не сцепились. Так вот, Кристиан еле держался на ногах. Мне буквально на себе пришлось его тащить, а едва я довёл его до кровати, как он брякнулся на неё и тут же захрапел. И я, честно говоря, не думаю, что он в таком состоянии мог проснуться ночью, пройти чуть ли не через весь дом, не наделав при этом шума, и одним ударом заколоть Оливье, который был относительно трезв.

-Хм... Возможно, ты и прав,-задумчиво заметил Николя, побарабанив пальцами по столу.-В любом случае, после той ссоры никто больше, кроме тебя, с Кристианом не общался, так что тебе и карты в руки... А инспектору ты об этом говорил?

-Господи, Нико, да проще фонарному столбу что-нибудь втолковать, чем мсье Ленорману! Я пытался объяснить ему, что Кри-Кри ужрался в стельку, но он мне и рта раскрыть не дал... Парочка дурацких вопросов - и всё, вы свободны, мсье Куриво!

-Мне тоже показалось, что этот Ленорман не сомневался в его виновности,-согласно кивнула Бенедикт.-По крайней мере, во время разговора со мной он только и делал, что упирал на вчерашнюю ссору и пристрастие Кристиана к наркотикам...

-А меня ещё доставал расспросами, как это у преуспевающей фотомодели может оказаться такой никчёмный кузен,-добавила Мануэла и сердито дёрнула плечом.-Можно подумать, ему пять лет, а я его нянька!

-Стоп, стоп, не горячитесь, девочки,-Николя, как всегда, попытался направить разговор в более спокойное русло.-Вы заметили, что инспектор сказал перед уходом? У него нет полной уверенности в том, что Кристиан убийца, хотя улики против него...

-А как же перстень?-растерянно перебила мужа Элен, нещадно теребя манжеты своей блузки.-Перстень-то был у него в кармане...

-Вот именно!-тут же подхватилась Лали.-Как он там оказался, а, Себастьен?

-Ты меня об этом спрашиваешь?-огрызнулся я.-А вот представь-ка на минутку, что это ты убила Оливье и украла перстень. Ты бы его себе в карман сунула?

-Что я, круглая дура?-обиженно фыркнула моя жена, не почувствовав подвоха.-Естественно, спрятала бы получше...

-Так ведь и Кристиан не идиот,-поддержал меня Николя, поняв, к чему я клоню.-Если мы предположим, что он не был настолько пьян, а всего лишь притворялся... или, скажем, основательно протрезвел через пару часов... то ему хватило бы ума куда-нибудь припрятать этот чёртов перстень. Ну а если он и вправду налакался до такого состояния, что ничего не соображал - тогда, я думаю, он просто физически не мог совершить убийство... Свалился бы где-нибудь в коридоре, и всё. Куда ни кинь, улика в пользу Кристиана, хотя и шаткая.

-А теперь позвоните в комиссариат, изложите свою гениальную версию и попросите отпустить бедняжку Кри-Кри,-ядовито посоветовал Жозе.-Может, этот надутый индюк Ленорман прислушается к вашему дилетантскому мнению...

-Ну хватит уже,-поморщилась Бенедикт и дёрнула его за рукав.-Твоя постоянная ирония начинает нас утомлять... А ты, Николя, подумай вот о чём - если мы сейчас решим, что Кристиан невиновен, значит, нам придётся признать, что настоящий убийца сидит сейчас в этой комнате, и мы опять начнём коситься друг на друга. Мне это, знаешь ли, не по душе... поэтому я предлагаю оставить всё как есть и спокойно дожидаться конца расследования.

-Вся беда в том, что ни у кого, кроме Кристиана, не было причин убивать Оливье,-мягко поддержала её Линда.-Ну вы сами подумайте...

-Да что мы друг другу нервы треплем?-не выдержал Жозе, одним махом опрокидывая в себя бокал вина.-Нож-то обнаружился на месте преступления, и уже к вечеру полиция будет знать, кто это сделал. О дактилоскопии, надеюсь, все слышали?

-То-то и оно, милый Жозе,-снисходительно усмехнулась Лали.-Об отпечатках пальцев знает сейчас любой ребёнок, неужели ты думаешь, что убийца был таким идиотом? Я более чем уверена, что нож окажется чистеньким, попомни мои слова.

-Боюсь, ты права, подружка,-Элен озабоченно потёрла переносицу и обвела всех нас каким-то усталым, больным взглядом.-Кто бы это ни сделал, он наверняка позаботился о том, чтобы не оставить следов. Ужас какой...

-Ну, если это был пьяный Кристиан, то он мог и забыть о такой малости...-начал было неугомонный Жозе, но Бенедикт с чувством двинула его ногой, и он покорно замолчал.

Наступившую тишину нарушил хмурый голос Николя:

-Нет, так дело не пойдёт. При других обстоятельствах я бы согласился с Бене, но не сейчас. Во-первых, у нас нет оснований верить в беспристрастность инспектора - я думаю, вы все в этом убедились сами. Уж не знаю, чем ему так насолил наш Кри-Кри, но факт - этот самый Ленорман терпеть его не может. А во-вторых, лично я тоже не верю в виновность Кристиана... этот парень был когда-то моим лучшим другом.

Он перевёл дух, и тут же раздался язвительный голос Лали:

-Закончили, мсье адвокат? Какие будут предложения?

-Одно, но очень простое - предлагаю всем вспомнить, что они делали этой ночью.

-Хочешь поиграть в сыщика?-иронично поинтересовался Жозе.-По-моему, и так всё ясно...

-Ничего не ясно,-резко ответил Николя; пожалуй, таким злым и сосредоточенным я его ещё ни разу не видел.-Думаю, что всем сейчас выгодно говорить правду - всем, кроме преступника, конечно. Итак?

-Ну, мне скрывать нечего,-пожал я плечами; мне не очень-то нравилась категоричность друга, но в глубине души я был с ним согласен.-Как мы с Лали поднялись в свою спальню, так из неё и не выходили до самого утра.

-Я тоже проспала всю ночь,-тряхнула головой Джоанна, безуспешно пытаясь прикурить очередную сигарету.-И ничего не слышала.

-Ты, Линда?-Николя, похоже, был настроен решительно.

-Ну-у... Мы с Мануэлой, наверное, девочки не совсем нормальные,-как-то виновато улыбнулась та.-Хочешь верь, хочешь нет, почти до самого утра проиграли в трик-трак, нервы успокаивали, а спать почему-то совсем не хотелось...

-Это тебе не хотелось, а у меня глаза слипались уже после второй партии,-парировала Мануэла.-Единственное, что меня за доской удерживало - так это желание отыграться, ты же меня вчера уделала, как Бог черепаху.

-И никто из вас ничего не слышал?-недоверчиво поинтересовался Николя.-В течение всей ночи?

-Побойся Бога, Нико, их комната в другом конце коридора,-вступился я за девушек.-Сам подумай, что они могли услышать, тем более что убийца явно не топал, как слон.

-Ну хорошо, а что скажут Жозе и Бене?

-Хоть мы с Жозе и поругались вчера, сон мне это не испортило,-Бенедикт беспечно махнула рукой.-Да и перебрала я вчера слегка, если честно...

-А Лали ничего не хочет сказать уважаемому собранию?-со всей возможной ядовитостью в голосе поинтересовался вдруг Жозе.-Чтобы, так сказать, дополнить картину.

-Себастьен же ясно ответил - мы всю ночь провели в своей комнате,-тут же разозлилась моя жёнушка, и взгляд её вполне мог испепелить Жозе.-На что ты намекаешь, хотела бы я знать?

-На то, что, по словам Николя, врать выгодно только убийце,-спокойно заявил он.

Лали побледнела так, что лёгкие веснушки, обычно незаметные на смуглой коже, сейчас отчётливо проступили на её лице.

-Повтори, пожалуйста,-медленно проговорила она, поднимаясь со стула.

-Охотно повторю,-Жозе тоже вскочил со своего места и стоял, напружинившись, напротив моей жены.-Где-то около двух часов ночи я услышал шаги, и мне стало очень интересно, кому это не спится в такое время. Выглянув в коридор, я увидел тебя! Правда, без ножа в руке, но, может, ты уже успела им воспользоваться?

-Ты что, совсем рехнулся?-завопила Лали, и мне показалось, что сейчас она просто-напросто выцарапает Жозе глаза.-С какой стати мне убивать Оливье, идиот несчастный?!

-Прекрати немедленно!-я возмущённо подскочил к Жозе, руки у меня так и чесались заехать ему по физиономии.-Ты что несёшь?!

-Да ничего особенного, только говорю, что видел её в коридоре этой ночью!-Жозе тоже понял, что хватил лишнего, но отступать не собирался.-Почему ты её покрываешь, Себастьен?

-Никого я не покрываю, ясно?-в бешенстве я схватил его за воротник рубашки так, что он угрожающе треснул.-Да, Лали выходила несколько раз, но минут на пять, не больше - просто выпила лишнего за ужином, если тебе это интересно! А вот сам-то ты что делал в коридоре в два часа ночи?

Подоспевший Николя растащил нас в разные стороны и примиряюще поднял руки:

-Успокойтесь же, ради Бога! Я никого не хотел ссорить своими расспросами и тем более не хочу, чтобы мы сейчас все начали обвинять друг друга лишь на том основании, что кто-то из нас выходил в туалет, чёрт возьми!

Тирада друга несколько охладила наш с Жозе пыл, а Мануэла нервно передёрнула плечами:

-Должна признаться, мы с Линдой тоже не сидели за доской как пришитые.

-В общем, любой из нас мог убить,-мрачно констатировал Николя.-Что касается нас с Элен, то мы действительно проспали всю ночь, но доказать это я тоже не могу.

-Вот мы и вернулись к началу,-резко бросила Джоанна.-Любой мог зарезать Оливье, но ни у кого не было повода сделать это.

После её слов вновь воцарилась тишина - в самом деле, было над чем задуматься. Я полностью доверял своим друзьям, всем вместе и каждому по отдельности - и всё-таки кто-то из них врал. Конечно, если Кристиан не убийца.

Но у Кристиана мотив был слишком явным - настолько, что даже трудно было в него поверить. Если этот парень и мог сделать спьяну какую-нибудь глупость, то как раз в тот момент, когда он набросился на Оливье за столом; но представить, что Кристиан проснулся среди ночи, отыскал в темноте нож и пошёл предъявлять дальнейшие претензии - на это у меня фантазии не хватало. Я очень хорошо помнил, до какого состояния напоролся Кристиан за ужином - да он бы два и два не сложил, не говоря уж о чём-то большем.

Конечно, для полиции он был лакомым кусочком - крупная ссора с жертвой накануне убийства, далеко небезупречное прошлое, наконец, найденный перстень... Чёртов перстень! Неожиданно мне в голову пришла очень простая мысль - если Кристиан не убивал, значит, настоящий убийца подбросил ему эту цацку. Подбросил специально, очень хорошо рассчитав, что подозрение падёт прежде всего на бедного Кри-Кри.

От такого вывода мне сделалось не по себе - как-никак, приходилось признать, что один из моих друзей - преступник, причём преступник циничный и расчётливый. Мне было гораздо легче смириться с мыслью, что Оливье погиб в результате случайной пьяной ссоры, нежели с тем, что убийство было обдумано и спланировано заранее. Но кто, чёрт возьми?!

-Ладно, Нико, Эркюля Пуаро из тебя не выйдет,-буркнул присмиревший Жозе.-Себастьен прав, давайте лучше пожрём, а то я из-за всех этих переживаний жутко проголодался.

На сей раз над его неумеренным аппетитом даже никто подтрунивать не стал; все потянулись к столу, на котором ещё оставались кое-какие закуски, однако по хмурому лицу Николя было видно, что он от своего не отступится.

Этот парень тоже не верит в виновность Кристиана, подумал я. Но чем он руководствуется при этом? Старой дружбой или ещё чем-то, что пока знает только он один? Николя первым увидел труп и больше никого не пустил туда до прихода полиции... не значит ли это, что он заметил там что-то такое, о чём не следовало знать Ленорману? Времени было достаточно, чтобы уничтожить любую улику...

Стоп, оборвал я себя. Что за бред лезет мне в голову? Уж кто-кто, а Николя точно не из тех, кто может совершить преступление или хотя бы с какого-то бока замешаться в нём. Ещё в университете мы не раз посмеивались над его правильностью и почти патологической честностью, так неужели теперь он начнёт строить какие-то хитрые комбинации?

Да и потом, даже если закрыть на всё глаза и допустить, что Николя каким-то образом приложил ко всему случившемуся руку, то перстень-то всё равно со счетов не сбросить! Ну не было у него никакой возможности подложить эту штуковину Кристиану в карман... Или всё-таки была?

Нет, Себ, дружище, кончай нести чепуху, сказал я сам себе, в задумчивости поглощая вчерашний бутерброд. Когда в голове такая каша, подозревать можно кого угодно. Попробуем-ка лучше оттолкнуться от фактов...

А факты таковы - когда убийца вошёл в комнату Оливье, тот не спал и даже не собирался. Постель его была не разобрана, сам он не раздет... и этому, по-видимому, есть только два объяснения - либо всё случилось почти сразу после того, как мы разбрелись по комнатам, либо бедняга Оливье кого-то ждал и потому не торопился отойти ко сну. Первый вариант слегка отдавал идиотизмом - ну в самом деле, кому придёт в голову шастать по коридору с ножом в руке, если не уверен, что остальные уже давным-давно спят без задних ног? А тогда... Тогда, возможно, стоит задуматься над тем, кого Оливье мог дожидаться полночи?

-Уж если вы собираетесь проводить расследование, делайте это как следует,-мрачно заметила Лали, сосредоточенно тыча вилкой в остатки салата.-Ищите мотивы. Ведь нашлась же у кого-то причина, чтобы это сделать?

-Мысль, конечно, здравая,-не без иронии кивнула Бенедикт.-А что, у тебя есть соображения?

-Я так понимаю, Кристиан заочно оправдан,-с видом глубокой задумчивости продолжала моя жена, пропустив реплику Бене мимо ушей.-Значит, надо искать в другом направлении. Вот, например, могли Оливье убить из-за неразделённой любви, а, Линда? Как ты думаешь?

-А почему ты меня об этом спрашиваешь?-деланно удивилась австралийка, хотя её рука с бокалом внезапно дрогнула.-Считаешь меня экспертом по неразделённой любви?

-Тебя? Да нет, что ты,-как ни в чём не бывало взмахнула вилкой Лали, однако взгляд её был выразительнее всяких слов.-Просто пытаюсь рассуждать вслух.

-Начиталась ты, милая, любовных романов,-спокойно пожала плечами Линда и даже позволила себе улыбнуться.-Пламенные натуры, африканские страсти... В жизни, знаешь ли, всё немного по-другому.

-Любовные романы? Терпеть не могу!-презрительно фыркнула моя жена и уткнулась в тарелку; весь её наигранно-равнодушный вид говорил: Я сказала всё, что хотела, теперь думайте.

Ну и ну, мысленно присвистнул я, оказывается, моя ненаглядная Лали не так проста! Вполне прозрачно намекнула, что подозревает в убийстве Линду, хотя ещё полчаса назад готова была голову дать на отсечение, что это сделал Кристиан. Неужто её всё-таки убедили наши с Николя аргументы в пользу бедолаги Кри-Кри? Или... Что там вчера говорила Лали по поводу того, что Оливье якобы насмехается над чувствами Линды?

Впрочем, в одном жёнушка моя безусловно права - нужно искать мотивы. И кое у кого они действительно есть, насколько мне известно. Да вот взять хотя бы Жозе... Одному Богу известно, было ли на самом деле что-нибудь между Бенедикт и Оливье, но Жозе-то, похоже, в этом ни капли не сомневался, иначе не устроил бы своей невесте сцену ревности на тёмной кухне. Правда, именно он в последний момент перехватил руку Кристиана с ножом... Хотя кто знает - быть может, как раз этот инцидент натолкнул его на мысль прирезать Оливье. Тогда загадочное появление перстня в кармане Кри-Кри легко объясняется...

Да и Линду, получается, тоже нельзя сбрасывать со счетов, несмотря на её алиби - кстати, плохонькое, честно говоря. Месть отвергнутой женщины, и всё такое прочее... А ведь Лали говорила, что наша фотомодель давно уже вздыхает по Оливье, так что, не исключено, они виделись раньше, и именно тогда между ними могли завязаться какие-то отношения. А почему бы и нет? Возможно, корни убийства тянутся из прошлого...

-Уж если Лали предлагает искать мотивы, то, по моему разумению, нужно сделать вот что,-медленно заговорил я, тщательно подбирая слова.-Пусть сейчас каждый из нас вспомнит, когда он встречался с Оливье в последний раз и при каких обстоятельствах, желательно поподробнее. Думаю, это тоже может оказаться полезным.

-Ещё один сыщик нашёлся,-раздражённо хмыкнул Жозе.-Более идиотского вопроса ты не мог придумать? Все мы встречались с ним вчера за этим вот самым столом, и сидел он, между прочим, там, где ты сейчас сидишь.

-Это ты перестань дурачиться,-сердито ответил я.-Естественно, я не имею в виду вчерашний ужин... Если хочешь, могу начать с себя - мы с ним виделись около двух лет назад, точнее вспомнить не могу. Он тогда как раз проездом был в Париже, и мы втроём провели вечер в ресторане - он, я и Лали.

-Верно,-кивнула моя жена.-Кажется, это было в начале лета... Ну точно, в июне, он нам все уши прожужжал про своё майское турне по Бельгии!

-Ну, и я тоже встречался с ним несколько лет назад,-тряхнул головой Жозе.-Да что тут выяснять, наш Оливье вёл такой образ жизни, что мы все его годами не видели. Просто удивительно, как у него в этот раз время на нас нашлось!

-Ох, лучше бы и не находилось...-вдруг очень тихо произнесла Элен, и Жозе осёкся на полуслове, а остальные неловко потупились; действительно, не появись Оливье на этом рождественском ужине - был бы наверняка жив.

Но мне требовалось кое-что узнать, и я упрямо продолжал гнуть свою линию:

-Так, Джоанну мы пока пропустим, все эти годы она была слишком далеко отсюда и ни с кем из нас не общалась... А как ты, Бене?

-То же, что и Жозе,-Бенедикт смущённо улыбнулась и слегка подёргала светлую прядку волос над ухом.-Не видела Оливье Бог знает сколько времени, сейчас даже и не вспомню, когда мы с ним встречались последний раз. Года три, наверное...

-Вот как? Точно не вспомнишь?-Лали, как всегда, встряла со своими ехидными вопросами-подколками, но истинная бретонка Бенедикт, в отличие от чувствительной Линды, была для них недосягаема.

-Точно не вспомню,-с нарочитым вздохом повернулась она к моей жене, шутовски разводя руками.-Лали, подружка, перестань искать в каждом слове подвох, а то перегреешься.

-Вообще-то я просто так спросила,-невинно фыркнула Лали.-Себастьен же сказал, что это важно, я и подумала...

Я толкнул свою ненаглядную ногой под столом, чтобы она хоть немного помолчала, и развернулся к Мануэле, которая неспешно потягивала томатный сок, устроившись чуть в стороне от остальной компании; весь её вид говорил: Отстаньте от меня, ради Бога!, и ничего удивительного в этом не было, если учесть, что буквально час назад полиция арестовала её кузена по обвинению в убийстве. Тем не менее я собирался довести этот самодеятельный допрос до конца.

-О, чёрт,-сказала вдруг Линда, растерянно копаясь в своей сумочке, висевшей на спинке стула.-Кажется, я забыла в комнате свои сигареты... Пойду сбегаю, страсть как хочется курить.

Она с извиняющейся улыбкой поднялась из-за стола, а Джоанна потянулась было за пачкой:

-Сиди, возьми лучше мои техасские...

-О Господи, твой ядерный горлодёр!-всплеснула руками Линда и хихикнула.-Нет уж, только не это!.. У меня же особые, лёгкие-лёгкие - других профессия не позволяет.

И уже в следующую минуту её каблучки дробно зацокали по лестнице.

-Ух ты, по-моему, Линда нервничает,-довольно громко произнесла Лали, ни к кому конкретно не обращаясь.-А с чего бы это?

-Все мы нервничаем,-хмуро пожала плечами Джоанна.-Не каждый день у тебя под боком убивают друзей... И перестань, пожалуйста, цепляться к Линде.

-Я? Цепляюсь к Линде?-моя жена изумилась настолько искренне, что могла бы дать фору профессиональным актрисам.-И зачем мне это, спрашивается?

Я неожиданно понял, зачем ей это. Господи, столько лет прошло, а Лали, оказывается, до сих пор не может забыть, как Линда чуть не увела меня у неё! После того, как всё утряслось, они долгое время вообще не разговаривали, и лишь потом отношения у них понемногу стали налаживаться, пока не переросли в крепкую дружбу; по крайней мере, мне так казалось и, чёрт возьми, я был уверен, что Лали давно забыла о грехах молодости.

А она, оказывается, ничего не забыла и до сих пор ревнует меня к Линде! Чисто подсознательно, быть может, но дела это не меняет; отсюда и все эти намёки, все эти колкие вопросы... Неужели моя сумасшедшая бразильянка до сих пор не поняла, что я люблю только её?!

-Себастьен!-звонкий голос Линды прозвучал, как мне показалось, откуда-то из-под потолка.

Оглянувшись, я увидел, что она стоит на площадке второго этажа и весело машет мне рукой, подзывая к себе.

-Помоги, пожалуйста,-сокрушённо вздохнула она.-Мои лёгкие-лёгкие сигареты, оказывается, завалились за кровать, и я никак не могу их оттуда выудить.

-А что, ты ещё и курила в постели?-с напускной строгостью поинтересовался я, выбираясь из-за стола.-Вот только попробуй, спали наше с Лали семейное гнёздышко - никогда тебе этого не простим.

-Не волнуйся, я очень, очень осторожна,-засмеялась Линда; дождавшись, пока я поднимусь к ней, она схватила меня за руку и потащила по коридору к своей комнате.

Но едва мы переступили порог, как всё её веселье словно ветром сдуло.

-Зачем ты затеял эти дурацкие расспросы, Себастьен?-с тоской спросила она.-Наслушался тех глупостей, что наговорила Лали?

-Каких глупостей? Ты о чём, Линда?

-Не притворяйся!-в её голосе явственно зазвучали слёзы.-Твоя жена пронюхала вчера, что я по уши втрескалась в Оливье, а теперь усиленно намекает всей честн*й компании, будто это я и воткнула в него нож с отчаяния!

-Почему - с отчаяния?-я продолжал старательно делать вид, что ничего не понимаю - мне хотелось, чтобы Линда сама, наконец-то, прояснила эту запутанную историю с Оливье.

-Да потому что ему было на меня наплевать! Это я его любила как дура, а у него... у него была другая, он сам мне об этом сказал. Другая! Господи, ну почему я такая невезучая?..

-Хочешь сказать, вы с ним вчера выясняли отношения?

-Да нет же, не вчера!-австралийка отчаянно замотала головой.-Мы встречались с ним до этого, ты что, не понимаешь? И не один раз... А за ужином он даже внимания на меня не обращал, я ему просто надоела... На-до-е-ла!..

-Погоди, Линда, успокойся!-мне даже пришлось взять её за плечи и слегка встряхнуть.-Ну чего ты так расклеилась? Любить Оливье - не преступление. По правде говоря, Лали вчера вечером действительно говорила мне о ваших отношениях и о том, что они тянутся уже давно...

-Ох уж эта Лали!-больше всего Линда была сейчас похожа на обиженного ребёнка.-Вечно она суёт нос не в своё дело... Поверь, Себастьен, я ей ничего не говорила о моих делах с Оливье, но твоя жена - это просто рентген какой-то! А теперь вот она решила, что мне надоело терпеть его равнодушие... И что я...

Дрожащий голос австралийки прервался, и она резко отвернулась. Вздохнув, я подошёл к ней и нежно провёл ладонью по золотистым волосам:

-Линда, милая, возьми себя в руки. Давай, бери сигареты, которые, похоже, никуда у тебя не заваливались, и пошли вниз. И там ты всё спокойно расскажешь, потому что ничего предосудительного в том, что ты встречалась с Оливье, нет. А то остальные могут подумать, что у нас с тобой Бог знает какие секреты. Договорились?

-Договорились,-всхлипнула Линда и стала старательно вытирать выступившие на глазах слёзы.-Не давай меня в обиду, ладно, Себастьен?

При этих её словах во мне словно ожили все старые воспоминания, Линда показалась мне такой трогательной, беззащитной... Господи, да неужто я всё ещё люблю её?! Почему-то эта мысль меня даже испугала; я никак не ожидал, что старое, давно забытое чувство может вернуться. А может, Лали ощутила это раньше меня?

Когда мы появились на лестнице, то сразу же попали под перекрёстный огонь семи пар глаз, а моя жёнушка непередаваемо ехидным голосом поинтересовалась:

-Ну что, достали сигареты?

-Достали,-спокойно ответил я и легонько подтолкнул замеревшую Линду в спину, чтобы она спускалась.-А вы все что такие напряжённые? Убийца признался?

-Господи, Себастьен, ты ещё шутишь!-тяжело вздохнула Мануэла.-А мне вот кажется, что зря вы с Николя затеяли это дурацкое следствие.

-Это почему ещё?

-Потому что... Не подумайте, будто я циничная и бездушная особа, но вы просто не знали моего сумасбродного братца. Между прочим, я пыталась вытащить его из того дерьма, в которое он себя окунул, и не один раз. Вот только всё было бесполезно, потому что Кристиан сам наплевал на свою собственную жизнь с высокой колокольни.

-Так ты всё-таки думаешь, что это он?-тихо спросила Джоанна.-Да?

-Не знаю...-честно призналась Мануэла и вновь шумно вздохнула.-Не знаю, что и думать. Но перстень-то этот треклятый оказался у него в кармане! Почему, спрашивается?

Потому что какая-то сволочь подложила его туда!-так и подмывало меня заорать, но я благоразумно сдержался. Не самое подходящее сейчас время давать волю эмоциям, хотя у меня холодок пробегал по коже от одной только мысли, что один из сидящих за столом - убийца. А может быть, убийца спускается впереди меня по лестнице?

По глазам Лали я видел, что она чертовски хочет высказать мне всё, что думает по поводу моей отлучки в комнату Линды, но я надеялся, что у неё всё-таки хватит выдержки отложить объяснения на потом. Всякая охота расспрашивать нашу компанию об Оливье у меня пропала, зато появилось непреодолимое желание выпить, и я без лишних церемоний перелил себе в бокал остатки вина из бутылки; Линда с преувеличенным усердием прикуривала сигарету, явно не торопясь рассказывать о своём неудачном романе.

-Себастьен!-почти ласковым голосом окликнула меня Лали.-Можно тебя на пару слов?

Начинается, тоскливо подумал я и, поставив бокал, поплёлся вслед за своей женой на кухню. Что-что, а её медовая улыбочка обмануть меня не могла, вот только, разрази меня гром, я не видел здесь никакого повода для разборок. Всего лишь проявил сочувствие к Линде, не более того... а Лали хочет раздуть из мухи слона.

Впрочем, моя жена, кажется, думала иначе. Едва мы очутились на кухне, она припёрла меня к стенке в самом буквальном смысле этого слова; улыбка её погасла, и она с неожиданной яростью обрушилась на меня:

-Будь любезен, Себастьен, расскажи мне, что за секреты у вас с Линдой? Она просила тебя не выдавать её полиции?

-Ты что, рехнулась?-от такого внезапного напора я тоже разозлился.-Сперва готова была собственными руками удавить Кристиана, теперь, когда его нет, взялась за Линду... Ты теперь на всех по очереди будешь так набрасываться?

-А почему ты её так защищаешь, хотела бы я знать? Она всплакнула тебе в плечо и уверила, что чиста, как первый снег? Да я спорить готова, что она уже очень давно знает Оливье!

-Мы все его давно знали. Дальше что?

-Не придуривайся!-зашипела моя жена, и её тёмные глаза-маслины угрожающе засверкали.-Ты прекрасно понимаешь, что я хочу сказать - у Линды и Оливье, я больше чем уверена, довольно долго были отношения, о которых, между прочим, никто из нас не знал!

-Ну, это поправимо,-раздражённо ответил я.-Достаточно узнать тебе, и узнают все. Я только не понимаю, с чего ты так бесишься. Тебе что, очень охота, чтобы именно Линда оказалась преступницей? А может, ты просто всё ещё меня к ней ревнуешь?

По тому, как отпрянула от меня Лали, я понял, что удар попал в цель. Судя по её побледневшему от злости лицу, она собиралась сказать в ответ какую-нибудь гадость, но положение спас всепонимающий Николя - уж он-то прекрасно сообразил, зачем Лали утащила меня на кухню.

-Эй, хозяева, вы тут надолго?-самым что ни на есть невинным тоном поинтересовался он.-Или сеанс воспоминаний продолжать без вас?

-Мы уже закончили,-ледяным голосом сообщила моя жена, тут же пригасив весь свой гнев.-А что, Линда там рассказывает о своих шашнях с Оливье?

Господи, да она же её ненавидит, со смешанным чувством страха и удивления подумал я. Не знаю, как раньше, а сейчас Лали просто переполнена ненавистью - ведь она же не в курсе, что наша бедная австралийка и без того собиралась признаться в несчастной любви, а вот всё же решила, несмотря ни на что, выставить на всеобщее обозрение маленький секрет Линды - и всё из-за проклятой ревности! Правду, наверное, говорят, что женской дружбы не бывает - даже если со стороны всё выглядит чудесно, в трудной ситуации (вот как у нас сейчас) вылезают наружу все прежние обиды, страхи и опасения.

Николя удивлённо вскинул брови - ему-то ничего не было известно об этом чёртовом романе,- но, к его чести, промолчал; а Лали с гордо поднятой головой невозмутимо прошествовала мимо нас в гостиную.

Бедная Линда! Жёнушка моя теперь её со света сживёт, да и в глазах остальных наша белокурая фотомодель сделается теперь подозреваемой номер один, если не считать Кристиана. Мотивчик, честно говоря, у неё слабенький, но у других-то и такого нет! Разве что у горячего и вспыльчивого Жозе...

Мануэла, правда, утверждает, что они с Линдой всю ночь проиграли в трик-трак. Но, с другой стороны, много ли времени надо на то, чтобы войти в комнату Оливье, воткнуть в него нож, затем подложить мертвецки пьяному Кристиану в карман злосчастный перстень и вернуться назад? Минут пять-десять, не больше... но это при условии, что Линда всё заранее обдумала, во что мне верилось слабо.

Да и эта подленькая комбинация с Кристианом... Спора нет, у Линды были все основания злиться на него, не любить и даже, более того, ненавидеть. Но я хорошо помнил, как она вчера вечером восприняла известие о том, что Кристиан тоже в числе приглашённых - с грустью и болью, быть может, но никак не со злобой. И подставить этого, в общем-то, несчастного парня - на такое, я был уверен, Линда просто-напросто по-человечески не способна.

Но кто-то же всё-таки оказался способен! Или... или это действительно Кристиан?

Эх ты, сказал я сам себе, корчишь из себя великого сыщика, затеял этот дурацкий допрос, довёл до слёз Линду и поссорился с женой, а сам не можешь к двум два прибавить и разобраться в собственных мыслях. Но что мне ещё оставалось делать, если мой разум упорно отказывался верить в то, что один из моих друзей - убийца, и в то же время понимал, что другого не дано?

Идиотская и чертовски пренеприятная ситуация...

-Что, наехала на тебя Лали?-сочувственно спросил Николя.-Это из-за Линды?

-Представь себе, да,-сердито ответил я.-Даже не подозревал, что моя благоверная до сих пор ревнует меня к ней, и поэтому ей в голову лезут дикие мысли. Ей, видите ли, втемяшилось, что Линда укокошила Оливье, и всё из-за того, что между ними возникло некое подобие романа.

-Не обращай внимания,-Николя дружески положил мне руку на плечо и слегка встряхнул.-Лали всегда была взбалмошной, но очень отходчивой. Сейчас она рвёт и мечет, а когда всё уладится, глядишь, ещё и сама извинится перед Линдой.

-Да ты, я гляжу, знаешь мою жену лучше меня,-невесело усмехнулся я.-Жаль, среди нас нет ни одного психолога, он бы нам популярно объяснил, что с каждым часом мы медленно, но верно превращаемся в пауков в банке... Пошли к остальным, Нико, мы тут вроде единственные пока, кто ещё может трезво размышлять.

Успели мы вовремя, потому что Линда как раз, нервно затягиваясь сигаретой после каждой фразы, сбивчиво рассказывала свою историю:

-Ну да, мы с ним встречались почти каждый месяц... В первый раз всё вышло совсем случайно... просто его гастроли и мои съёмки совпали. В Милане... Столкнулись нос к носу... перекусили в кафе, а вечером поужинали вместе. Тогда-то всё и случилось... А потом... потом я специально ездила к нему, когда выпадали свободные деньки... ничего не могла с собой поделать. Монреаль, Лондон, Майами - по всему свету за ним каталась... дура полная, одним словом... Наверное, уже нет смысла скрывать, правда?

-Ты его любила,-тихо произнесла Элен - скорее утвердительно, чем вопросительно.-А он тебя нет.

-А он меня нет,-как эхо повторила Линда и затянулась особенно глубоко; длинная тонкая сигарета едва заметно дрожала в её пальцах.-Он любил другую, понимаешь? Я это чувствовала... ещё с нашей первой встречи... А потом он мне сам сказал.

-Вот как?-Бенедикт удивлённо склонила голову набок.-А мне-то всегда казалось, что после Синтии у него никого не было... Он тебе случайно не говорил, кто это?

-Нет,-Линда нашла в себе силы улыбнуться.-Да меня это и не интересовало, знаешь ли...

-И вчера ты не делала никаких попыток сблизиться с ним?-неожиданно спросила Джоанна.-Может, ты к нему заходила после того, как все разошлись?

-С чего это ты взяла?-резко спросила Линда, разворачиваясь к ней всем корпусом.-Тоже меня подозреваешь, как Лали?

-Ну, вот ещё,-примирительно пожала плечами Джоанна и как-то смущённо улыбнулась.-Просто подумала, что, может быть, ты решила воспользоваться случаем и окончательно расставить все точки над i...

-Все вы просто думаете,-по голосу Линды я с удивлением понял, что она по-настоящему разозлилась.-Комиссары Мегрэ в юбках - что ты, что Лали... А я, кажется, ясно сказала, что мы с Мануэлой всю ночь провели за доской. Так ведь, подружка?

-Ну да,-несколько растерянно произнесла Мануэла.-Время от времени мы, конечно, выходили из комнаты, но минут на пять, не больше. Ну, в туалет и всё такое прочее...

-Давай только без подробностей, ладно?-перебил её Жозе.-По правде говоря, я не понимаю, чего вы все прицепились к Линде только из-за того, что она втюрилась в Оливье. Уж если на то пошло, она тут не одна такая...

-Только не начинай сначала!-в голосе Бенедикт послышалась явная угроза.-Совершенно ни к чему озвучивать свои бредовые фантазии и в очередной раз показывать всем, какой ты патологически ревнивый тип.

-Это и так все знают,-надулся Жозе.-Но что я могу поделать? Я такой, и всё тут. Мои предки, если ты помнишь, были пуэрториканцами.

-Ты мне все уши прожужжал про своих предков...-страдальчески поморщилась Бене.-Если бы я тебя не любила, милый мой, глупый Жозе, я бы не стала столько лет терпеть все твои выходки, и ты это прекрасно знаешь... Всё, проехали.

-Ну, проехали, так проехали,-миролюбиво согласился он.-Всё, ребята, мне порядком надоел этот самодеятельный сыск. Можете продолжать выворачивать друг друга наизнанку, если вам так больше нравится, а я отправляюсь в свою комнату - буду читать книжки и слушать музыку в ожидании того светлого момента, когда из полиции сообщат, что дело раскрыто. Салют!

И, запихнув напоследок в рот здоровенный сэндвич, Жозе преспокойно удалился. Следом за ним улизнула расстроенная Линда, которой, несомненно, требовалось какое-то время побыть в одиночестве; затем куда-то испарилась и Лали - мне очень хотелось верить, что ей всё-таки сделалось стыдно за своё поведение.

Ну что ж, всё логично. Постепенно всеобщее горячее желание докопаться до истины сменяется такой же всеобщей апатией, когда хочется только одного - чтобы поскорее всё закончилось и забылось, как кошмарный сон. Происходящее и мне тоже изрядно опротивело, однако я уходить никуда не стал, а обосновался в кресле со своим недопитым бокалом вина; только сейчас мне стало ясно, почему я так надеюсь, что Кристиан окажется невиновен - не потому, что жалею его, нет, просто не хочу чувствовать себя виноватым в смерти Оливье. Мысль была не очень приятная, но верная на все сто процентов.

Ладно, проанализируем ещё раз ситуацию и попытаемся прикинуть, кто больше всего подходит на незавидную роль убийцы.

Самого себя я отмёл сразу же на том основании, что не страдаю пока ни амнезией, ни раздвоением личности, а следовательно, точно знаю, что не убивал Оливье. С остальными же было чуть посложнее.

После недолгих раздумий я исключил из круга подозреваемых Николя и Элен - эта парочка была настолько идеальной во всех отношениях, что дальше просто некуда. Чтобы представить себе его или её с обагрённым кровью ножом в руке, нужно быть даже не изрядным фантазёром, а как минимум параноиком.

Затем, подумав ещё немного, я приплюсовал к ним Бенедикт - девочка она серьёзная, необдуманных поступков старается не совершать, да и явных мотивов у неё не было. К тому же через месяц у нашей Бене свадьба - свадьба, о которой она так долго мечтала, и голова у неё сейчас наверняка забита планами на будущее.

Джоанна? Тоже вариант чертовски неправдоподобный, учитывая то, что все эти годы она жила в Штатах, ни с кем из нас не виделась и, следовательно, ни в какие конфликты, если таковые и были, замешаться не могла. Характер у американки, конечно, тот ещё - если разозлить её как следует и довести до белого каления, то поручиться за неё я бы не смог. Вот только чем Оливье мог так достать Джоанну?

С Мануэлой тоже вроде бы всё ясно. Не говоря уж о том, что весь вечер она поглядывала на Оливье с симпатией, мне слабо верилось в то, что она в состоянии подложить такую свинью своему пусть и непутёвому, но всё-таки кузену. Мануэла хотя и не конфетка, но в непорядочности и подлости замечена никогда не была.

Собственную жену я мысленно признал невиновной лишь потому, что достаточно изучил её за годы совместной жизни и был уверен, что Лали просто физически не способна на убийство, несмотря на её буйный нрав и несдержанный язычок. А если рассуждать беспристрастно... я-то уже заснул, а жёнушка моя то и дело выходила из комнаты - может, в ванную, а может, ещё куда... Но, как бы то ни было, своей Лали я доверял.

Таким образом, оставались только Жозе и Линда, у которых был хоть какой-то мотив. Линда при этом имела ещё и алиби, правда, достаточно дохленькое, а вот Жозе был всю ночь в своей комнате один, да ещё и умудрился увидеть Лали в коридоре в два часа ночи! Хотел бы я знать, почему ему не спалось в такое время, ведь обычно наш Жозе проваливается в сон сразу, едва его голова коснётся подушки, да и утром его не добудишься. Из-за ссоры с Бене расстроился? Или...

А почему Линда так остро отреагировала на вполне невинный вопрос Джоанны, не пыталась ли она вчера объясниться с Оливье? Хотя... и это можно понять - мы так насели на бедную австралийку, что у любого сдали бы нервы. Если в каждой интонации, в каждом случайно оброненном слове искать ключ к разгадке, то зайти можно ох как далеко...

Углубившись в размышления, я и не заметил, что остался в гостиной один-одинёшенек. Все наши гости разбрелись, похоже, по своим комнатам, и даже Николя прискучило играть роль детектива. Впрочем, кто знает, может, он сейчас, как и я, пытается разобраться в случившемся?

Всё-таки паскудное это занятие - подозревать лучших друзей и на полном серьёзе примерять на каждого из них личину убийцы. Я залпом допил остатки вина и подумал, что сейчас самое время начистоту поговорить с Лали. Должна же она понять наконец, что глупо терзать себе нервы из-за истории, случившейся много лет назад, и думать, что она может повториться.

Я уже шагнул на первую ступеньку лестницы, когда сзади меня окликнули:

-Себастьен!

Я обернулся - на пороге кухни стояла Джоанна с зажжённой сигаретой в руке; вид у неё был измученный и слегка встрёпанный.

-Всё ещё пытаешься вычислить убийцу?-каким-то напряжённым голосом спросила она.

-А ты, я так понимаю, тоже не веришь в виновность Кристиана?-поинтересовался я, подходя к ней поближе.-Хочешь о чём-то поговорить?

-О чём?-невесело улыбнулась Джоанна.-Лучше просто составь мне компанию, если никуда не торопишься. Все разбежались, а я в таких случаях плохо переношу одиночество.

Мы обосновались на кухне. Я тоже закурил, и добрых минут пять мы молча сидели друг напротив друга, дымя, как два паровоза. Американка не выдержала первой:

-Это правда, что ты рассказал про Кристиана? Ну, то, что он напился в стельку и даже идти без посторонней помощи не мог?

-Правда,-кивнул я и с интересом посмотрел на Джоанну.-Слушай, неужели ты действительно всё ещё его любишь? После всего, что случилось тогда...

-Не знаю,-серьёзно ответила она.-Понимаешь, это какое-то странное чувство... как бы это сказать по-французски... ностальгия, что ли. Как ты думаешь, может у меня быть ностальгия по Кристиану?

-Наверное, может,-пожал я плечами и подумал, что у меня, в таком случае, ярко выраженная ностальгия по Линде.-Говорят, старая любовь не ржавеет.

Бросив на меня быстрый взгляд искоса, Джоанна с преувеличенной тщательностью загасила сигарету в пепельнице, тут же потянулась за следующей, затем передумала... Её что-то тревожит, неожиданно понял я. Что-то не даёт ей покоя.

-Джоанна...-негромко позвал я американку.

-Да?

-Ты хочешь мне что-то сказать?

-Нет, не сказать,-она медленно покачала головой и в упор, испытующе, взглянула на меня.-Я хотела тебя спросить, хотя и не уверена, что ты знаешь ответ.

-Спрашивай.

-Почему Линда врёт?

Вопрос прозвучал настолько внезапно, что в первый момент я даже растерялся. Что, Джоанна тоже заразилась сумасбродными идеями Лали, или она знает что-то такое, о чём не знаю я?

-С чего это ты взяла?-осторожно поинтересовался я, потянув из пачки вторую сигарету.

-Я кое-что слышала, Себастьен,-тихо произнесла американка и устроилась на стуле поудобнее, подперев голову рукой.-И это кое-что мне не совсем нравится. Или совсем не нравится, это как посмотреть.

-Договаривай, раз начала.

-Видишь ли, вчера я совершенно случайно услышала один разговор. Точнее, обрывок разговора,-Джоанна говорила, тщательно подбирая слова, словно боялась, что я могу её неправильно понять.-Но и этого было достаточно. Понимаешь, в чём вся штука - я слышала, как Оливье приглашал Линду к себе, после того, как все улягутся спать. И я также слышала, как она ответила согласием. Поэтому я ещё раз повторяю вопрос - почему Линда врёт, утверждая, что на вчерашнем празднике она с Оливье даже парой слов не перекинулась?

-Не знаю...-слова Джоанны меня изрядно ошарашили.-Испугалась, быть может? Признаться, что ты собирался провести ночь с человеком, которого утром нашли мёртвым - это, знаешь ли, требует немалой смелости.

-Почему только собиралась?-спокойно возразила американка.-Она действительно была у него, я в этом уверена.

-Что?!-от удивления я даже привстал со стула.-Линда ночью заходила к Оливье? Ты это хочешь сказать? Но с чего...

-С чего я взяла, да? Мне сегодня все задают один и тот же вопрос - с чего я взяла?.. А всё просто, Себастьен, проще не бывает. Вчера я долго не могла уснуть, причин было множество - смена часовых поясов, новые впечатления, эта дурацкая ссора... Короче, я чуть ли не до самого утра проворочалась в постели.

Не утерпев, Джоанна закурила очередную сигарету и продолжала:

-Так вот, я очень хорошо слышала шаги некоего человека, который тихонько, чтобы никого не разбудить, пробирался к Оливье. Но на слух я никогда не жаловалась, а в доме стояла такая тишина, что...

-Погоди, погоди,-перебил я её.-А почему ты так уверена, что Линда... если это была она, конечно... направлялась именно к Оливье?

-Ты забыл планировку собственного дома, Себастьен?-вздохнула Джоанна.-Вспомни, как Лали нас расселила - комната Оливье была в самом дальнем конце коридора, моя - следующая. Тот, кто прошёл мимо моей двери, мог направляться только к нему, больше просто некуда.

-Так...-я машинально провёл рукой по волосам, чтобы успокоиться и переварить эту информацию.-Но за каким чёртом ты уверяла нас в гостиной, что всю ночь проспала, как сурок?!

-Да потому что не так всё просто!-американка расстроенно тряхнула головой.-Я даже этому зануде Ленорману и то не сказала... Ты не думай, пожалуйста, Себастьен, будто я желаю зла Линде, и мне совсем не хочется делать заявления, которые потом могут выйти боком моим друзьям. Тебе я всё это рассказываю лишь потому, что ты... ну, в общем, ты хорошо относишься к нашей австралийке и сможешь во всём разобраться. Понимаешь... был ещё и второй человек.

-Что значит - второй?-теперь я точно ничего не понимал.

-На самом деле ночью к Оливье приходили двое,-терпеливо объяснила Джоанна.-Двое были в его комнате! Теперь ты сам понимаешь, что я ни в чём не уверена? Я не хочу понапрасну подставлять Линду, потому что она может оказаться вообще ни при чём, но она явно что-то скрывает...

-Слушай, давай ещё раз, и по порядку!-взмолился я.-Ты на меня столько всего вывалила, что у меня сейчас крыша поедет... Итак?

-Первый гость... или гостья, не знаю точно... прошёл к Оливье примерно... Впрочем, про время я не могу сказать ничего определённого, на часы я не смотрела, естественно. Думаю, где-то спустя час после того, как все разошлись. А может быть, и полтора, не знаю. В тот момент я была уверена, что это Линда, даже порадовалась за неё - я ведь тоже заметила, как она весь вечер смотрела на Оливье. Но времени прошло всего ничего, а шаги уже раздались в обратном направлении, и вот тогда я удивилась... Подумала, что они поругались, или ещё что-то в этом роде.

-Всего ничего - это сколько?

-Ну не знаю, честно!-Джоанна отчаянно всплеснула руками.-У меня же чувство времени вообще не развито, вспомни, как я в университет опаздывала постоянно... Минут десять, пятнадцать... двадцать, быть может.

-Понятно,-вздохнул я.-А дальше?

-А дальше прошло ещё полчаса, я думаю... а может, и целый час... и послышались другие шаги. Именно другие, Себастьен, не те же самые! Ещё более осторожные, я бы сказала. И вот этот второй человек - он или она, не знаю - пробыл в комнате Оливье точно минут пять, не больше.

Ну и ну, подумал я, значит, соврали как минимум двое. У меня не было никаких причин не доверять Джоанне, а с её слов картина получалась, в общем-то, предельно ясная - сперва кто-то побывал у Оливье с дружеским визитом, а затем явился убийца. Всё просто - осталось только выяснить, кто пришёл первым, а кто вторым.

-Тогда, ночью, я удивилась, конечно, но особого значения этому не придала,-продолжала Джоанна.-Подумала только, что завтра Оливье, наверное, будет жутко невыспавшийся... А вот теперь эти шаги проклятые с самого утра у меня из головы не идут. Первой, я уверена, была Линда, вот только какого чёрта она психует и наводит тень на плетень?

-Да она просто напугана до смерти! Представь, заходишь ты ночью к парню, да ещё, быть может, ссоришься с ним, а утром его находят мёртвым - ты бы тоже молчала в тряпочку. Меня, знаешь ли, другое смущает...

Американка вопросительно взглянула на меня, и я пояснил:

-Слова Мануэлы. Если помнишь, она готова была чуть ли не на Библии поклясться, что они с Линдой если и выходили из комнаты, то минут на пять, не больше. Неувязочка получается, ты-то говорила про четверть часа. Может, это всё-таки была не австралийка?

-Господи ты Боже мой!-фыркнула Джоанна.-Во-первых, с четвертью часа я могла и ошибиться, говорю же, моему чувству времени доверять нельзя. А во-вторых, наши фотомодели друг дружку всегда прикроют, если потребуется, они же не разлей вода. Ты что, не думаешь о том, что Мануэла могла быть в курсе всех переживаний Линды?

-Ну не дурочки же они обе!-не выдержал я.-Одно дело - роман скрывать ото всех, и совсем другое - покрывать убийцу, пусть и невольно.

-Ну а как тебе такой вариант?-Джоанна явно увлеклась выдвижением версий.-Что, если Мануэла молчит потому, что уверена в виновности Линды, но хочет её выгородить? Допустим, наша австралийка рассказывает ей чистую правду - что они с Оливье поссорились, например, и потому она вернулась от него значительно раньше, чем предполагала. А утром все мы узнаём о смерти Оливье, и Мануэла для себя решает, что это дело рук Линды. Но выдавать подругу она не хочет, а потому твердит как заведённая, что они всю ночь сражались в трик-трак.

-Тебе бы детективы писать,-невесело вздохнул я.-Только вот слабо верится в такое развитие событий. Мануэла у нас девочка серьёзная, хоть и с характером, так что вряд ли бы она стала молчать, коль уж дело дошло до убийства. Тем более что повесили-то всё на её кузена... Может, ты путаешь что-нибудь?

-По-моему, самый простой способ узнать правду - поговорить начистоту с обеими,-решительно предложила техаска.-Особенно с Линдой. Хочешь, давай прямо сейчас и припрём её к стенке.

-Что, тоже проснулся сыщицкий азарт?

-Нет, просто опротивело всё происходящее,-в сердцах бросила Джоанна.-Линду, конечно, жалко, ей и так сегодня уже досталось... Но хочется, чтобы всё закончилось поскорее, а для этого надо найти убийцу, кем бы он ни оказался.

-А если это всё-таки не она была у Оливье?

-Ну, значит, я ошиблась,-спокойно произнесла американка.-Тем лучше, будем знать, что она ни в чём не виновата... Пойду позову её, если ты не возражаешь - сейчас самое подходящее время для разговора, пока никого нет, и в особенности Лали. Ты уж меня извини, Себастьен, но твоя половина раскочегарилась сегодня не на шутку.

Предстоящий разговор с Линдой был мне очень даже не по душе, но приходилось признать, что Джоанна права - лучше покончить с этим как можно быстрее. Что ж, будем и дальше играть в следователя, пускай даже Линде для этого придётся пережить несколько неприятных минут... Если только она ни в чём не виновата, разумеется.

Но надо же, чёрт возьми, двое, сразу двое побывали вчера у Оливье! Я вновь и вновь прокручивал в голове ту информацию, которую только что сообщила мне Джоанна, и чем дальше, тем больше она мне не нравилась. Все в один голос утверждали, что не виделись с Оливье несколько лет, однако у двоих из нашей компании оказались к нему какие-то дела, причём такие, которые нужно было решать ночью, в тайне от остальных.

И кто-то один из этих двоих отправлялся к нему с уже созревшим намерением убить - иначе как объяснить тот факт, что Оливье закололи нашим кухонным ножом? Ножом, который мирно валялся на столе, среди салатников и тарелок... Я неожиданно вспомнил, что именно его схватил Кристиан, когда выкинул вчера свой идиотский фортель, и уж коль убийца решил подставить именно его, то было вполне разумно воспользоваться этим самым ножом. Ну что ж, похоже, он всё продумал до мелочей.

В коридоре послышались шаги, и на пороге возникла Линда, слегка щуря заспанные глаза - видимо, уже успела задремать в своей комнате. За её спиной маячила хмурая и сосредоточенная Джоанна.

-И ты тут, Себастьен?-с удивлением спросила Линда; мне почудилось, что её голос звучит как-то напряжённо.-Джоанна растолкала меня и вытащила на кухню, сказала, что надо поговорить...

-Надо,-кивнул я и закурил очередную сигарету, хотя в горле от них уже першило, а воздух сделался сизым.-Ты садись, садись... Мы тут просто кое-что вспомнили и подумали, что неплохо бы обсудить это с тобой.

Вся беда была в том, что я совершенно не представлял себе, как начать этот разговор. Линда сидела передо мной такая беззащитная, что мне совсем некстати подумалось, что, если она всё-таки убийца, то ещё и великолепная актриса вдобавок. И, несмотря ни на что, язык у меня не поворачивался вот так вот взять и обвинить её как минимум во вранье.

Выручила меня Джоанна, оказавшаяся не такой щепетильной.

-Послушай, Линда,-заговорила она, меряя шагами кухню,-мы тут одни, поэтому я буду говорить начистоту. Так вот... Не подумай, что я подслушивала специально, но тем не менее вчера во время ужина я краем уха слышала твой разговор с Оливье. Как раз ту его часть, когда он приглашал тебя к себе этой ночью, а ты с очаровательной улыбкой кивала в ответ. Мне продолжать?

Линда побледнела так, что мне показалось, будто она сейчас грохнется со стула в обморок.

-Что-то я никак не пойму, о чём ты говоришь,-вымученно улыбнулась она и даже ухитрилась деланно пожать плечами.

-Всё ты понимаешь, подружка,-неожиданно резко ответила Джоанна и продолжала уже более мягко, смущённо ероша свои густые волосы:

-Линда, милая, мы с Себастьеном вовсе не хотим тебя утопить. Мы хотим только услышать от тебя правду о том, как вы с Оливье провели эту злосчастную ночь, ты же сама понимаешь, как это важно. И я знаю, что ты была у него после того, как все мы разошлись спать, причём я это знаю совершенно точно, потому что видела, как ты входила в его комнату.

Ах ты, чёрт возьми, но вот это Джоанна слишком уж круто завернула! Конечно, мы с ней почти не сомневались, что Линда действительно побывала у Оливье, но вот так откровенно сблефовать... Впрочем, австралийке хватило этого с лихвой.

-Да, я к нему заходила...-еле слышно проговорила она, переводя затравленный взгляд с меня на Джоанну и обратно.-Только я его не убивала, слышите, не убивала!..

И, бессильно уронив белокурую голову на руки, она разревелась; судя по озадаченному лицу техаски, она никак не ожидала такого эффекта, да и я тоже растерялся.

-Ну, Линда, перестань...-присев рядом с ней на корточки, я нежно гладил её по золотистым волосам.-Никто и не говорит, что ты его убивала... Ну же, перестань плакать...

-Он был уже мёртв, понимаете?-сквозь слёзы выдавила Линда, приподняв голову.-Когда я зашла к нему в комнату, он был уже мёртв...

-Что?!-в один голос выдохнули мы с Джоанной, а австралийка продолжала торопливо и сбивчиво, глотая окончания слов:

-Можете мне не верить, пожалуйста... Только это правда... Он был уже мёртвый, с ножом в груди... Мёртвый... Господи, как я только на весь дом не заорала...

Напряжённо звенящий голос Линды мне совсем не понравился; я торопливо плеснул воды в стакан и протянул ей. Клацая зубами о стекло, она сделала несколько глотков и, кажется, чуть-чуть пришла в себя. Тогда я взял её за руки - они были совсем ледяные - и тихо, но внятно произнёс:

-Линда, пожалуйста, будь умницей. Никто тебя не обвиняет, но мы должны знать правду. Поэтому успокойся, я тебя очень прошу, и расскажи всё с самого начала. Сможешь?

Она закивала, торопливо вытирая слёзы, и вновь, в который уже раз, мне стало до боли жаль её. Только бы она не оказалась убийцей! Такую развязку мне, пожалуй, перенести будет труднее всего...

-Попей ещё водички,-Джоанна заботливо пододвинула стакан к ней поближе.-Ты извини, что мы на тебя так навалились, но эта атмосфера взаимных подозрений уже достала...

-Да ладно тебе, не оправдывайся,-слабо махнула рукой Линда; она уже была почти в норме, вот только губы у неё до сих пор дрожали.-Просто я перепугалась до ужаса, настолько, что никому ничего не смогла сказать... А с самого утра мне казалось, что на меня все пальцами показывают и считают преступницей. Господи, Себастьен, можешь себе представить - когда Николя пошёл будить Оливье, я уже знала, что он там найдёт!

-Ну ты бы хоть меня разбудила,-вздохнул я.-И всё было бы намного проще...

-Себастьен, милый, я испугалась, понимаешь?-жалобно пролепетала Линда.-Испугалась, что во всём обвинят меня, он же был ещё тёплый, Господи... А тут, как на грех, Лали просекла, что Оливье уже давно послал меня к чёрту...

-А к себе всё-таки пригласил.

Австралийка в ответ лишь беспомощно покрутила головой:

-Понятия не имею, что на него вчера нашло, но... пригласил, как видишь. Твоя благоверная ничего об этом не знала, вот и решила сделать из меня мегеру, укокошившую парня, который её отверг... Да ты же сам слышал её намёки! А мне от Оливье ничего не нужно было... Пару часов провести с ним - и то за счастье...

-Ладно, душу свою можешь перед нами не выворачивать,-грубовато, но вполне дружелюбно произнесла Джоанна, присаживаясь на край стола.-Скажи лучше, сколько времени ты провела в комнате Оливье?

-Не знаю... Минут пять, не больше. Я сперва ничего не поняла - темно же было, подумала, он задремал, пока меня дожидался, а потом увидела... Выскочила в коридор, как ошпаренная, там ещё немного постояла, пока в себя не пришла... Да ты же всё это видела!

-Я видела только, как ты заходила, да и то случайно,-не моргнув глазом, соврала Джоанна.-А подглядывать за вами не собиралась, тут же залезла назад под одеяло. Значит, ты там практически не задержалась?

Линда кивнула, а я наконец-то задал ей давно уже мучивший меня вопрос:

-Слушай, а что ты Мануэле наплела? Сказала, что Оливье передумал, а потом попросила её прикрыть тебя?

-Ох, да Мануэла вообще до сих пор не в курсе!.. Я сперва всё ждала, пока её сон одолеет, чтобы спокойненько отправиться к Оливье, но ей так хотелось меня обыграть, что мы могли до самого утра просидеть. И я ей в конце концов сказала, что мне как-то нехорошо и я хочу прогуляться в ванную...

-И ни словом не обмолвилась об Оливье?-недоверчиво приподняла бровь Джоанна.

-Ну, понимаешь, это был наш с ним маленький секрет,-как-то виновато улыбнулась Линда.-Скорее даже мой, ему-то было всё равно... И я к тому же была не уверена, что он решил меня дождаться и до сих пор не заснул, время-то уже к трём доходило. Ну, согласись, какой идиоткой я бы выглядела, если бы похвалилась, что иду к парню, а через пять минут вернулась несолоно хлебавши.

-И поэтому ты сказала, что идёшь в ванную, так?-уточнил я.

-Ну да. Если бы Оливье уже спал, я бы вернулась как ни в чём не бывало, а если бы задержалась - так Мануэла девочка умная, и всё поняла бы. А получилось вон как...

-Бр-р...-передёрнула плечами Джоанна.-Я бы так не смогла - наткнуться на труп и всё держать в себе... Неужто Мануэла ничего не заметила?

-А что она должна была заметить?-Линда горько усмехнулась.-Что я была белая как мел? Так я ей наврала, что перепила за ужином и меня мутило. А мои дрожащие коленки в глаза не бросались... Господи, ну зачем, зачем он этот чёртов нож притащил!

-Погоди-ка!-я удивлённо взглянул на неё, чувствуя, что сейчас наконец-то услышу что-то важное.-Как то есть - притащил?

-Да вот так вот. Мы собирались с ним выпить по рюмочке и пожевать чего-нибудь, я видела, как он прихватил бутылку и нож, когда все уже по комнатам расходились. Знал бы он...

Линда вновь всхлипнула, а я задумчиво потёр переносицу. То, что сообщила австралийка, полностью меняло всю картину. Теперь выходило, что у убийцы, кем бы он ни был, изначально не было намерения прикончить Оливье - если только он, конечно, не видел, как тот взял с собой нож. Но в возможность подобного совпадения мне верилось слабо - в противном случае получалось, что преступник следил за музыкантом весь вечер и оказался настолько циничен, что направился к Оливье, уже точно зная, что найдёт в его комнате вполне подходящее орудие убийства. А уж в это верить мне совсем не хотелось. И точно так же мне не хотелось верить в то, что Линда врёт.

А если она не врёт, то убийство, скорее всего, было спонтанным. Некто из нашей компании пришёл к Оливье, сперва они говорили, потом повздорили, и этот некто схватился за подвернувшийся нож. Но тогда... тогда это действительно мог быть Кристиан, чёрт возьми!

Впрочем, разрозненные факты всё равно не хотели складываться в единую картину. Если убийство было непреднамеренным и совершил его всё-таки не Кри-Кри, а кто-то другой, то каким образом перстень Оливье оказался у Кристиана в кармане? Или преступник так быстро пришёл в себя, что решил замести все следы и свалить вину на бывшего наркомана? А если убийца - Кристиан, то как он смог справиться с довольно-таки трезвым Оливье и столь ловко прикончить его с одного удара, будучи пьян до невменяемости? И, наконец, если всё было рассчитано заранее, откуда преступник знал, что Оливье возьмёт с собой нож? Не значит ли это, что убийца либо слышал разговор нашего покойного друга с Линдой, либо видел, как Оливье с ножом в руках направлялся в свою комнату? И не значит ли это, что Линда чего-то недоговаривает?

Вопросы без ответов теснились в моём мозгу; версий было слишком много, и все они казались мне одинаково нелепыми, точно так же, как нелепым было и само происходящее. Я чувствовал, что одному мне не разобраться, не хватало каких-то деталей, которых я не знал, но которые, вполне вероятно, были известны кому-то другому. Только вот кому?..

-А о чём вы говорили с Оливье?-деловито поинтересовалась Джоанна, окончательно вжившаяся в роль сыщика.-Может, он сказал тебе, что у него возникли какие-то проблемы, или хотя бы намекнул?

-Да ни на что он не намекал,-устало вздохнула Линда.-Самый обычный разговор был - о нас, о наших отношениях... да будто сама не знаешь, о чём в таких случаях говорят. Он обычно со мной был... ну... как-то холоден, что ли, а тут вдруг сам предложил зайти к нему. Я и растаяла, да ещё перебрала слегка... Чушь, наверное, несла такую, что страшно слушать было.

-Все влюблённые одинаковы!-махнула рукой Джоанна.-Но ты всё-таки подумай, подружка, вдруг он сказал что-то такое... ну, на что ты тогда не обратила внимания, а на самом деле это было важно. Понимаешь?

-Всё я понимаю...-Линда сокрушённо покачала головой.-Но особенного ничего вспомнить не могу, ты уж меня извини. Может, потом и всплывёт что-нибудь... Слушай, Себастьен, налей мне чего-нибудь выпить, а то меня до сих пор трясёт.

-Действительно, угости-ка нас стаканчиком!-тут же оживилась американка, соскользнув со стола на стул.-После таких душещипательных бесед никогда не помешает расслабиться...

-В заначке только коньяк,-я извлёк из шкафа початую бутылку и две рюмки.-Вы тут расслабляйтесь, девочки, а я пойду всё же поговорю с Лали. И... Линда, извини меня за ужасное поведение моей жены, я надеюсь, она сама скоро поймёт, каких глупостей наговорила.

-Не стоит, Себастьен,-мягко произнесла австралийка.-Ни в чём ни ты, ни она не виноваты, просто у всех нервы на пределе... В конце-то концов, я и вправду кривила душой, когда пыталась убедить вас, что у меня с Оливье никогда ничего не было.

-Линда, ты прелесть,-серьёзно сказал я и торопливо вышел из кухни, потому что почувствовал вдруг - ещё немного, и мне захочется её поцеловать, невзирая на присутствие Джоанны.

Чёрт возьми, пожалуй, она единственная в нашей компании, кто способен прощать вот так вот сразу и безоглядно, не держа никаких обид и зла в сердце! Какой она была в дни нашей юности, такой и осталась, несмотря на успешную карьеру фотомодели; и характер у неё нисколько не испортился... Бог мой, ужаснулся я, неужели моя ностальгия по Линде переходит в стадию острого рецидива?!

Ладно, не будем делать никаких глупостей. Я женат на Лали, и женат уже почти пять лет; за всё это время я ни разу не пожалел о своём решении. А всё, что происходит последние двенадцать часов - это как дурной сон, который со временем обязательно забудется. И сегодняшние безобразные выходки Лали - всего лишь проявление её характера, горячего и вспыльчивого, но отходчивого. Джоанна права - не каждый день у тебя под боком убивают друзей.

С такими мыслями я переступил порог нашей комнаты, намереваясь начистоту поговорить с Лали. Моя жёнушка уже успела переодеться в свой любимый розовый халат и валялась сейчас на постели, уткнувшись в какую-то книжку; на моё появление она никак не отреагировала.

-Послушай, Лали,-со вздохом начал я, присаживаясь рядом,-тебе не кажется, что нам есть о чём поговорить?

-Я читаю,-холодно отозвалась она и демонстративно перевернула страницу, явно не одолев её до конца.-Не мешай, пожалуйста.

-Перестань дурить, дорогая,-я решительно отобрал у неё книгу.-Все мы немного взвинчены, но это не даёт тебе права оскорблять всех подряд своими беспочвенными подозрениями.

-Немного взвинчены?!-неожиданно рявкнула Лали прямо мне в лицо и трагически воздела руки к потолку.-Немного взвинчены!.. Чёрт возьми, да это самое отвратительное Рождество в моей жизни! Сперва ты притащил сюда этого ублюдка Кристиана, затем кто-то укокошил Оливье, и в довершение ко всему у вас с Линдой появляются какие-то секреты! Правда, неплохо? Ещё немного, и я начну думать, что всё специально подстроено!

От такой яростной тирады я даже немного опешил.

-Господи, Лали, но ты же сама была в восторге от идеи собраться всем вместе на Рождество! Или ты забыла?

-Ничего я не забыла!-продолжала бушевать она.-Ты думаешь, я могла тогда знать, во что всё это выльется? На кой чёрт сдалось мне такое счастье, скажи, пожалуйста?! Да если бы я могла хоть на минуту предположить, что у нас в доме убьют человека, я бы сама укатила на Рождество к себе в Бразилию, лишь бы быть подальше от всего этого!..

Нет, это бесполезно, отрешённо подумал я. Когда Лали в таком состоянии, её не переспоришь, а у меня сейчас совсем нет сил, чтобы состязаться с ней в громкости. Я устало опрокинулся на постель, закинув руки за голову, и уставился в потолок, молча ожидая, пока моя жена выпустит пар. И, когда она наконец немного угомонилась и плюхнулась на кровать рядом со мной, я медленно произнёс:

-Лали, любимая, я очень хорошо понимаю, каково тебе сейчас. Наверное, я действительно был неправ, когда пригласил Кристиана, а в смерти Оливье не виноват никто, кроме убийцы. Что же касается Линды, то я хочу, чтобы ты осознала одно и запомнила это на всю жизнь - с ней у меня ничего нет и никогда не будет.

-И никогда не было,-ядовито, но уже вполне спокойно поддела меня Лали.

-Нет, было. И ты сама это знаешь. Но я выбрал тебя и, поверь мне, нисколько в этом не раскаиваюсь. Я знаю, что на самом деле ты славная и добрая, и мне очень больно видеть, как ты изводишь и себя, и окружающих своими нелепыми подозрениями... И я очень прошу тебя, давай закроем эту тему - раз и навсегда.

Лали хмуро молчала, подперев голову рукой, и смотрела мимо меня куда-то в угол комнаты. Наконец, она негромко позвала:

-Себастьен...

-Да, дорогая?

-Извини меня, пожалуйста.

Облегчённо вздохнув, я обнял свою присмиревшую Лали, а она уткнулась лицом мне в плечо и еле слышно прошептала:

-На самом деле я до сих пор жутко боюсь тебя потерять... А тут ещё убийство это проклятое... Я совсем распсиховалась, правда?

-Всё будет хорошо,-я с нежностью провёл рукой по её чёрным, как смоль, волосам.-Не бери в голову, милая. И, кстати, знаешь...

Я уже хотел было рассказать ей о признании Линды, но в последний момент осёкся, решив, что незачем пока Лали это знать. И не потому, что не доверял ей; просто болтливость моей ненаглядной превосходила все допустимые пределы, а мне хотелось, чтобы об этом по-прежнему знали только три человека - Линда, Джоанна и я. И пускай убийца, кто бы он ни был, продолжает думать, что он единственный, побывавший у Оливье в эту злополучную ночь.

-Что я знаю?-приподняла голову Лали и с подозрением взглянула на меня, но в ответ я лишь рассмеялся:

-Ничего. Ничего, только то, что я безумно люблю тебя. И это всё, что тебе нужно знать...

Именно в этот момент нашу идиллию прервал осторожный стук в дверь и чей-то приглушённый голос:

-Эй, Себ, ты здесь? Можно тебя на минуточку?

Недовольно заворчав, я мягко отстранил Лали и побрёл к двери, за которой, как выяснилось, томился Жозе, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения. Судя по всему, он ожидал застать здесь бурную семейную сцену, потому что при виде умиротворённой Лали, безмятежно раскинувшейся на постели, лицо его вытянулось, а рот удивлённо приоткрылся.

-Ух ты, да у вас тут всё путём,-пробормотал он.-Вы что, уже помирились?

-Как видишь,-пожал я плечами.-А у тебя что-то срочное?

-Ну, в общем-то, да,-кивнул Жозе.-Пошли спустимся вниз, если тебя это не сильно затруднит, и там в гостиной поговорим, пока никого нет. Кухня занята, там Джоанна с Линдой хлещут коньяк.

-Я в курсе. А почему такая секретность, можно узнать?

Жозе не удостоил меня ответом и лишь выразительно кивнул в сторону лестницы; мне ничего не оставалось, как последовать за ним, послав предварительно Лали воздушный поцелуй. К счастью, моя жёнушка как будто и сама устала скандалить, а потому я мог надеяться, что эксцессов сегодня больше не будет.

-Слушай, как это тебе так быстро удалось помириться с Лали?-искренне недоумевал Жозе, пока мы спускались в гостиную.-Я-то был уверен, что вы ещё неделю разговаривать не будете, так она сегодня на тебя накатила! Конечно, моя Бене намного спокойнее, как и подобает истинной бретонке, но уж если её разозлить, то она способна дуться целыми днями.

-Вот как раз за это я и люблю свою жену - за отходчивость!-рассмеялся я.-Вспыхивает она быстро, но так же быстро и остывает... А тебе вообще грех жаловаться - Бенедикт просто кладезь терпения, зато ты делаешь всё, чтобы её достать.

-Да ничего я такого не делаю,-тоном обиженного ребёнка пробурчал Жозе; приметив на неубранном столе недопитую бутылку бренди, он тут же перелил её содержимое в бокал и уютно устроился в кресле.-Иногда мне кажется, что у неё просто-напросто нет чувства юмора. Представляешь, буквально полчаса назад мы с ней опять поругались, и знаешь, из-за чего?

Он сделал драматическую паузу, явно дожидаясь моего вопроса Из-за чего?, и, не дождавшись, продолжал:

-Я спросил её - заметь себе, в шутку! - не она ли пришила беднягу Оливье. Ну, просто так, для поднятия тонуса, уж очень у нас всё мрачно получается. Но она всерьёз взбеленилась, назвала меня идиотом, кретином и ещё много кем, а потом предложила убираться к чёрту. Каково, а?

-Ну, знаешь ли, Жозе, такими вещами не шутят,-хмыкнул я.-Твои вечные подколки и святого из себя выведут, а Бене не виновата, что у тебя такое своеобразное чувство юмора... Так поэтому ты выдернул меня из объятий Лали, мелкий завистник?

-Ну, вот ещё!-фыркнул Жозе.-Просто я тут помозговал на досуге и... В общем, я, кажется, знаю, кто убийца.

-Что-что?!-с изумлением воззрился я на друга.-Это что, твоя очередная шутка?

-Какие там шутки!-самодовольно ухмыльнулся Жозе.-Просто я тоже читал кое-какие детективы, и в отличие от вас с Николя не стал проводить бездарных допросов, а просто поработал как следует своим серым веществом. Итак, следи внимательно за ходом моих рассуждений.

Переведя дух, он подкрепился хорошим глотком бренди, а затем продолжал менторским тоном:

-Так вот, всем нам известно, что Оливье был убит вашим кухонным ножом. То есть тем самым ножом, который, когда все мы расходились по комнатам, мирно лежал себе полёживал на столе, среди чашек и плошек. О чём это говорит?

Жозе вновь выжидающе замолчал, и мне пришлось поторопить его:

-Ну и о чём же?

-О том, что убийство было умышленным!-торжествующе заявил он и поднял вверх палец.-Преступник взял его со стола и направился убивать нашего бедного ударника. Не будешь же ты утверждать, что он прихватил с собой этот чёртов нож лишь для того, чтобы обсудить с Оливье новые музыкальные направления?

-Ну-у...-я несколько замялся, памятуя о том, что Жозе ничего не известно о признании Линды и о том, что, по её словам, сам же Оливье и утащил нож в свою комнату; посвящать его в эту историю я пока также не собирался.-Пожалуй, я с тобой соглашусь. И что дальше?

-А дальше я делаю блестящий вывод: убийца - это тот, кто заранее знал о том, что Оливье будет на празднике. Осталось лишь выяснить, кто это, и дело в шляпе.

-И это всё?-я даже несколько оторопел от подобных умозаключений Жозе.-Это и есть твои гениальные рассуждения?

-А что, тебе этого мало?-оскорблённо спросил он.-Вы-то с Николя и до этого не додумались.

-Милый мой Жозе, боюсь, ты читал слишком дрянные детективы,-несмотря на всю серьёзность ситуации, я не мог сдержать смеха.-Не говоря уж о том, что твой вывод не блещет глубиной мысли, он к тому же попросту нелеп. Или ты меня считаешь убийцей?

-Почему - тебя?-растерялся Жозе.-Ты-то тут при чём?

-Да потому что, кроме нас с Лали, больше никто - понимаешь, никто - не знал, что Оливье будет встречать с нами Рождество. Мы и сами-то узнали об этом всего за несколько дней, а все остальные вообще были не в курсе. Твоя идея накрылась медным тазом.

-Хм...-Жозе ожесточённо потёр переносицу, но так просто признавать своё поражение ему не хотелось.-А что, если это... Ну, Себастьен, ты меня, конечно, извини, может, я опять ляпну глупость... Ну, я хотел сказать - что, если это твоя Лали?

-Перестань,-я махнул рукой.-У моей жены несносный характер, но она от одного вида крови падает в обморок... Знаешь что, дружище, мне вот тоже не даёт покоя один вопрос. Только ты не злись и пойми меня правильно... Что ты всё-таки делал в коридоре в два часа ночи?

-Тебе это так интересно, да?-сердито спросил Жозе.-Я уже говорил - мне не спалось, я услышал чьи-то шаги, выглянул из комнаты и увидел твою жену. Доволен?

-Это-то всё я понимаю... Я другого не понимаю - почему тебе в такое время не спалось? Да стоит только тебе головой подушки коснуться - и тебя уже не добудишься. К тому же все мы вчера здорово поднабрались...

Жозе немного помолчал, затем нехотя буркнул:

-Ладно, скажу тебе... Только обещай, что не будешь смеяться.

Я уже догадывался, что он сейчас залепит что-нибудь эдакое, однако торжественно заверил его: Клянусь!- и только после этого он, пряча глаза, пробормотал:

-Понимаешь, я хотел попросить прощения у Бенедикт... Ну, за вчерашнюю историю.

-Попросить прощения у Бенедикт? И что здесь смешного?-хоть я и привык к различным закидонам Жозе, время от времени они ставили меня в тупик.

-Ты что, не понимаешь?-тут же раздражённо взвился мой друг.-Мужчина никогда не должен извиняться первым, это противоестественно! Иначе женщина просто-напросто перестанет его уважать...

-Ах да, я и забыл, что ты у нас настоящий мачо и вообще активный поборник мужского шовинизма,-я иронически ухмыльнулся.-Твои знаменитые латиноамериканские корни никогда не позволят тебе преклонить колени ни перед Бене, ни перед кем-либо ещё...

-Ты обещал не смеяться,-угрожающе напомнил Жозе.-Кой чёрт вы с Николя вечно издеваетесь над моими взглядами?

-Ладно, ладно, извини, больше не буду,-я примиряюще выставил ладони вперёд.-Итак, ты решил попросить прощения у Бенедикт, а что было дальше?

-Да ничего дальше не было! Сперва это решение долго созревало во мне, потом мне пришлось дожидаться, пока твоя Лали перестанет шастать по коридору... ты же понимаешь, мне не хотелось, чтобы она меня видела... А уж я затем я отправился к Бене.

-Ну и?

-Она, естественно, мне не открыла!-в голосе Жозе звучало самое что ни на есть искреннее возмущение.-Я несколько раз постучал в дверь её комнаты, ответом мне была тишина, а заходить я не рискнул, потому что Бенедикт жутко не любит, когда её будят посреди ночи. Вот, собственно, и всё. Постоял немного и направился спать, а наутро проснулся весь разбитый и измученный.

Неожиданно я с облегчением понял, что Жозе не убийца. Господи, да как я это сразу не сообразил - с его-то взрывным и непосредственным характером, он никогда бы не смог хладнокровно притворяться и строить из себя невиновного! Наш славный, хотя порой и несносный Жозе весь был как на ладони, и среди нас всех он, пожалуй, единственный, кто так и не повзрослел до конца. Ему, видите ли, стыдно, что он решился попросить прощения у своей невесты!

-А вот твоя Бене явно не мучилась угрызениями совести!-я всё-таки не смог удержаться от подколки.-Сладко проспала всю ночь и проснулась свеженькая, как огурчик... Всё, всё, умолкаю!

При этих словах я со смехом пригнулся за спинку кресла, потому что Жозе сделал зверское лицо, но уже в следующую секунду он снисходительно махнул рукой:

-Вам с Николя никогда меня не понять, потому что вы - подкаблучники. Ходите перед вашими драгоценными жёнушками на цыпочках и сдуваете с них пылинки, в то время как настоящий мужчина должен быть хозяином...

-Наш милый Жозе в своём репертуаре!-неожиданно донёсся с лестницы насмешливый голос Мануэлы.-Ах, эта наглая, дерзкая Бенедикт, осмелилась, понимаешь ли, выгнать своего хозяина...

Фотомодель стояла на верхней площадке, непринуждённо облокотившись о перила, и явно дурачилась, а Жозе моментально ощетинился:

-У тебя дел других нет, кроме как подслушивать? О Господи, да возможно ли в этом доме поговорить с глазу на глаз?..

-Очень надо мне подслушивать!-обиженно тряхнула кудрями Мануэла.-Вы с Бене так орали полчаса назад, что даже меня ухитрились разбудить, а это, между прочим, своего рода подвиг... Ты совершенно несносный тип, Жозе, представляю, как бедняжка намучается с тобой после свадьбы!

-Понимаю - все против меня,-обречённо вздохнул наш друг.-На несчастного Жозе вам наплевать, вы жалеете только Бенедикт, хотя и она, честно говоря, тоже не подарок. Мои же страдания вас абсолютно не волнуют, ибо не достойны занимать столь утончённые умы...

-Ладно, перестань паясничать!-я дружески ткнул его кулаком в бок.-Раз уж Мануэла выбралась из своей комнаты, то, может быть, позовём из кухни Линду с Джоанной и посидим все вместе, кофе попьём? При такой обстановочке, как у нас, разбегаться по своим углам - не самый лучший вариант, я думаю.

-Только с одним условием - никаких расследований,-быстро сказала Мануэла, вприпрыжку спускаясь по лестнице.-Давайте хотя бы какое-то время не будем говорить об этом проклятом убийстве, или я тоже начну беситься. Идёт?

Бодро и вызывающе стуча каблучками, она прямиком проследовала на кухню за нашими подругами, а я с некоторым изумлением проводил её взглядом. Чёрт возьми, раньше я никогда не замечал за Мануэлой такого легкомыслия - всё-таки сейчас не самое удачное время для того, чтобы беспечно шутить шутки и делать вид, будто ничего особенного не случилось. Или таким образом она пытается защититься, спрятаться от происходящего за маской внешнего спокойствия и напускной, порой неуместной весёлости?

Впрочем, я никогда не знал Мануэлу настолько хорошо, чтобы судить о том, что она сейчас чувствует. В любом случае, она не убийца... если только Линда её не покрывает, но такое предположение сильно смахивало на абсурд.

-Что-то она какая-то оживлённая, а, Себ?-оказывается, даже толстокожий Жозе обратил внимание на беззаботное поведение Мануэлы, и голос его был исполнен подозрения.-Скажи-ка, ты никогда не думал, что...

Но тут ему пришлось заткнуться, потому что из кухни, едва не застряв в дверях, вывалились девочки - все три одновременно. На фоне безмятежно улыбающейся Мануэлы уныние на лицах Джоанны и Линды было особенно заметно; похоже, им не помог даже коньяк. Глаза у австралийки были всё ещё красные от слёз, хотя она и пыталась держаться молодцом, а на американку нашла та серьёзная, решительная мрачность, которая в былые времена свидетельствовала о том, что Джоанна усиленно пытается справиться с какой-то сложной проблемой.

-Перестаньте кукситься, подруги,-Мануэла влезла между ними, обняла за плечи и энергично встряхнула.-Себастьену пришла в голову замечательная идея выпить кофе, и мне кажется, это намного лучше, чем переливать из пустого в порожнее.

-Какой кофе на ночь глядя?-слабо запротестовала Линда, и её ощутимо качнуло - наверняка ей понадобилась не одна рюмочка, чтобы успокоиться после своей вынужденной исповеди.-Время к семи доходит...

-И это ты называешь на ночь глядя?-фыркнула Мануэла.-Всё равно нам не остаётся ничего другого, кроме как наслаждаться обществом друг друга, так что нечего увиливать. Не знаю, о чём вы болтали на кухне, но я вовсе не намерена терзаться в одиночестве.

Пока я занимался приготовлением кофе, в гостиную в обнимку спустились Элен и Николя; вид у обоих был грустный и какой-то взъерошенный. Уж эти-то двое наверняка не спали, подумал я, и, скорее всего, ни о чём другом, кроме как об убийстве, не говорили. В этом они похожи - Николя может быть чертовски упорным, если задеть его за живое, а у Элен, такой мягкой с виду, склонность к анализу в крови, хотя она и не склонна особо делиться своими переживаниями; впрочем, друг от друга у этой парочки секретов никогда не было.

Таким образом, за столом собрались все, кроме Лали и Бенедикт. Настроение было хуже некуда, поэтому битый час мы просидели практически в тишине, если не считать отдельных реплик Мануэлы и Жозе, каждый из которых на свой лад пытался оживить атмосферу. У обоих это получалось ниже среднего, пока, наконец, Николя не выдержал:

-Что, так и будем делать вид, будто ничего не произошло? Не знаю, как вам, а мне вот не по себе от одной только мысли, что убийца, быть может, сидит за этим столом! Вам-то самим что, не тошно от этого?

-Николя, я ценю твоё обострённое чувство справедливости,-Мануэла слишком уж старательно расправила воротничок своего платья.-Но преступник почему-то не горит желанием признаваться, а вот от вашего доморощенного следствия мне и в самом деле тошно. Каждый подозревает каждого, и от этого наша компания разваливается буквально на глазах... Можете считать меня дурой, эгоисткой, кем угодно, но я предпочитаю зарыть голову в песок и дожидаться, пока полиция докопается до истины.

-Между прочим, полиция уверена, что это сделал твой кузен,-тихо заметила Элен.

-Я уже сказала всё, что думаю о Кристиане,-Мануэла повернулась к ней так резко, что едва не снесла локтем чашку.-Если виноват он, то так тому и быть, если не он - я думаю, в полиции работают не дилетанты. А от того, что мы копаемся друг у друга в личной жизни, легче никому не станет. Или вы всерьёз верите, что сможете сами найти убийцу?

-Кстати говоря,-бесцеремонно встрял в разговор Жозе,-скоро нам всем пора будет в постельку. И я всё чаще спрашиваю себя - а не найдём ли мы завтра утром ещё один труп? С одной стороны, это было бы чудесно, потому что уменьшится число подозреваемых, а с другой, как-то не хочется, чтобы этим трупом оказался я.

-Жозе!-едва ли не со слезами воскликнула Элен, в отчаянии всплеснув руками, но Мануэла со злостью в голосе перебила её:

-Ну почему же, вот и нашлась ещё одна приятная тема для разговора! Предлагаю пообсуждать, кто из нас имеет наибольшие шансы не проснуться завтрашним утром, это может быть даже более интересно, чем поиски убийцы... Выдвигаю свою версию - это будет Жозе, а прирежу его я, если он немедленно не заткнётся...

-Ну всё, хватит!-неожиданно для самого себя заорал я и для убедительности трахнул кулаком по столу, отчего кофейные чашки дружно подпрыгнули.-Любой наш разговор кончается истериками и взаимными обвинениями - сперва Лали всех завела, теперь Жозе со своими идиотскими шутками!.. Послушайте, мы что - вообще перестали верить друг другу?!

-Ну, во-первых, никакие это не шутки,-надулся Жозе.-Я говорю совершенно серьёзно, потому что мы до сих пор не знаем, за что закололи Оливье... Может, среди нас завёлся маньяк-убийца?

-Умнее ты ничего придумать не мог?-ядовито осведомилась Мануэла.-Или фантазии не хватает?

-Перестаньте, вы, оба!-Николя тоже потерял терпение.-Себастьен прав, нечего нам наезжать друг на друга... Я и сам хочу, чтобы всё это закончилось как можно быстрее, но если каждый из нас закроется в своей раковине, и все мы будем делать вид, что всё нормально, а бедняга Оливье просто вышел погулять... Ребята, поймите - мы же не сможем смотреть друг другу в глаза!

-Николя, ты прав, как всегда,-шумно вздохнула Мануэла и принялась сосредоточенно лохматить свои каштановые волосы.-Но я, в отличие от всех вас, продолжаю держать в уме Кристиана. И мне делается особенно мерзко от мысли, что убийцей вполне может оказаться мой сумасбродный братец, а мы тут грызёмся, пытаясь изобличить кого-то из нас. И поэтому я предлагаю ещё раз - давайте успокоимся и хотя бы до завтрашнего утра забудем об убийстве, потому что уже завтра многое должно проясниться.

-Вряд ли,-хмуро возразила Джоанна, стряхивая пепел прямо в блюдце; курила она сегодня бесконечно много.-Ты что, забыла, как инспектор вцепился в Кри-Кри? Полицейские не боги, моя дорогая, они такие же люди, как мы с тобой, и если у них есть такой замечательный подозреваемый, зачем им кто-то ещё?

Мануэла ничего на это не ответила; похоже, у неё прошёл весь запал, и сейчас она мелкими глотками допивала остывший кофе, старательно пряча взгляд в чашке. Мне показалось, что она с трудом сдерживает слёзы.

Вот в чём вся штука-то, оказывается - она безумно переживает за своего кузена, хотя и не хочет этого показывать. Несмотря на все свои резкие заявления, наша Мануэла больше всего на свете боится, что Кристиан окажется убийцей, и в то же время она, кажется, почти уверена в этом - отсюда и все эти нервные выпады, и упорное нежелание рассуждать на тему кто преступник... Чёрт возьми, не хотел бы я оказаться на её месте! Понятно теперь, почему её так выводят из себя наши с Николя сыщицкие потуги...

После краткого, но бурного выяснения отношений любое желание говорить и вовсе пропало. Первой из-за стола тихонько выбралась присмиревшая Мануэла, потом её примеру последовали Линда с Джоанной; лишь мы вчетвером продолжали сидеть на своих местах, уткнувшись каждый в свою чашку. Тягостную тишину нарушил, наконец, вопрос Николя:

-Послушай-ка, Жозе... Ты это серьёзно - насчёт второго убийства?

-Ну, может быть, и не так чтоб уж...-пожал плечами тот.-Но согласись, думать об этом всё равно неприятно. По крайней мере, на ночь я собираюсь запереть свою комнату изнутри.

-А я в это не верю...-жалобно пробормотала Элен, плотнее прижимаясь к Николя.-Пускай среди нас и есть подонок, но зачем ему убивать всех подряд?

-А разве ты не знаешь, как это делается?-сердито хмыкнул Жозе.-Сперва убивают одного, потом того, кто заподозрил убийцу, потом следующего... Может быть, кто-то из нас, сам того не ведая, узнал что-то, изобличающее преступника?

-Перестань,-поморщился Николя.-Ты у нас всегда был трепачом, помолчи хотя бы сейчас... Я тоже не знаю, почему убили Оливье, но уверен, что он не был случайной жертвой. И так вся эта история грязнее некуда... Я даже начинаю думать, что Мануэла права - мы все сейчас настолько взвинчены, что разговоры ни к чему не приведут, по крайней мере, сегодня. И поэтому мы с Элен сейчас отправляемся к себе.

-Время почти девять,-пожал я плечами.-Если честно, мне казалось, что нам нужно побыть всем вместе, но теперь я, пожалуй, с тобой соглашусь. Быть может, общество Лали на меня благотворно подействует...

-Ну конечно, хорошо вам говорить,-надулся Жозе, с грохотом поднимаясь из-за стола.-У Николя есть Элен, у тебя Лали, а мне что делать? Если я опять буду скучать в одиночестве, то рожу ещё какую-нибудь безумную идею, и тогда вы меня точно загрызёте.

-Иди и помирись с Бене,-со вздохом посоветовала Элен.-Вы же без пяти минут супруги...

-Ни за что!-Жозе произнёс это так напыщенно, что мы невольно улыбнулись.-Если она действительно собралась за меня замуж, то уже сейчас должна привыкать к тому, кто в доме хозяин. Наехала на меня из-за неудачной шутки, а теперь ждёт, что я прибегу к ней на задних лапках?

-Ну и чёрт с тобой, хозяин ты наш,-беззлобно выругался Николя.-Сиди один в своей комнате и тренируй серое вещество. А мы пошли.

И во второй раз за сегодняшний день мы разбрелись по своим комнатам. Уже заходя к себе, я услышал, как за спиной Жозе захлопнулась дверь и щёлкнул замок - этот парень явно не врал насчёт того, что собирается запереться на ночь.

Лали мирно дремала на кровати в той же позе, в какой я её оставил. Услышав, как я вхожу, она лениво приподняла голову и сонно протянула:

-О, Себастьен, а вот и ты, наконец... Который час, милый?

-Почти девять...-пробормотал я, заваливаясь рядом с ней.-Ну и денёк сегодня...

-Девять?-Лали, напротив, резко уселась на постели и уставилась на меня.-Ты что, целых два часа болтал с этим Жозе? Ничего себе, вышел на минутку...

-Да нет, конечно... Просто в гостиную спустилась Мануэла, а потом Элен с Николя, и мы немножко посидели, выпили кофе.

-И меня, само собой, не позвали, да?-обиженно спросила моя жена.-Опять секретничали?

-Да Бог с тобой, любимая, какие секреты!-я устало махнул рукой.-Тебе повезло, что тебя там не было, потому что в конечном итоге мы опять переругались... Николя прав - всем нам сейчас нужно ложиться спать, за день мы так издёргались, что готовы друг друга за любую неудачную шутку растерзать, не говоря уж о чём-то большем.

-Ну и правильно!-тут же согласилась Лали, для пущей убедительности энергично закивав головой.-Я сейчас... ну, вроде как уже немного успокоилась, а часов десять полноценного сна сделают меня самой рассудительной женщиной в мире.

В ответ я лишь хмыкнул - уж больно самоуверенное заявление для моей легкомысленной жёнушки, но в одном она права несомненно - утро вечера мудренее. Совместными усилиями мы разобрали постель, и Лали немедленно юркнула под одеяло, а вот мне её примеру последовать не удалось - уже во второй раз за вечер раздался чей-то осторожный стук в нашу дверь.

-Если это опять Жозе, спусти его с лестницы,-на полном серьёзе посоветовала Лали.-Пускай с Бенедикт делится своими умными мыслями... если она, конечно, захочет их слушать.

Но в коридоре меня дожидалась не кто иная, как Джоанна, а её лихорадочно блестевшие глаза говорили о том, что этот безумный день так просто не закончится.

-Слушай, Себастьен, ты бы не мог выйти на минуточку?-быстро проговорила она, выразительно морща нос и кося взглядом в сторону лестницы.-Я хочу сказать тебе кое-что...

-А здесь это кое-что нельзя сказать?-мрачно вопросила Лали из-под одеяла.-Джоанна, ты не первая, кто сегодня уводит Себастьена прямо из моих объятий.

-Ну, подруга, всего на минуточку,-виновато всплеснула руками американка.-А потом, клянусь, я немедленно верну тебе твоего мужа в целости и сохранности!

И экспрессивная Джоанна буквально выдернула меня из комнаты, а затем потащила по коридору, не давая даже рта раскрыть. Лишь на лестничной площадке я немного опомнился и, ухватив техаску за плечо, решительно развернул её к себе:

-О Господи, Джоанна, что ещё стряслось? Ты налетела на меня, как торнадо...

-Именно так!-приглушённым голосом воскликнула она.-Дело в том, что Линда вдруг вспомнила одну вещь... точнее, одну фразочку Оливье, которая мимоходом вырвалась у него вчера вечером. Понимаешь?

-Я-то понимаю...-проворчал я.-А где сама Линда?

-На кухне, где же ещё. Видишь ли, она побоялась сама зайти к тебе, и, честно говоря, меня это нисколько не удивляет. Лали в гневе страшна...

Признаться, я уже вымотался настолько, что в первую минуту мне показалось, будто этот день никогда не закончится, а превратится в бессмысленную, бестолковую карусель. Сперва - коллективное выяснение отношений в гостиной, закончившееся скандалом, затем - посиделки на кухне с Линдой и Джоанной, потом - бурное объяснение с Лали; и вот опять - недавний разговор в гостиной, завершившийся не менее плачевно всего полчаса назад, теперь меня ждёт беседа на кухне в том же самом составе, что и прошлый раз, а после этого наверняка вновь придётся объясняться с Лали и врать что-нибудь убедительное по поводу того, зачем Джоанне понадобилось говорить со мной наедине. Но американка, похоже, была исполнена сыщицкого азарта - бездействия она не терпела ещё с университетских времён, а поиски убийцы помогали ей встряхнуться и не впасть в депрессию; поэтому мой вялый вид нисколько её не обескуражил.

-Ну, пошли же, Себастьен,-решительно дёрнула она меня за руку, и мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.-Я умираю от любопытства...

-А что, разве ты до сих пор не в курсе?-без особого энтузиазма поинтересовался я.

-В том-то и дело, что нет! Наша фотомодель заявила, что расскажет всё только в твоём присутствии, вот мне и пришлось выцарапывать тебя из супружеской постели. Ещё немного - и я начну думать, что ты работаешь её адвокатом.

Взволнованная Линда действительно дожидалась нас на кухне, беспокойно расхаживая из угла в угол; едва заслышав наши шаги, она встрепенулась и бросилась ко мне:

-Ох, Себастьен, кажется, я и вправду вспомнила кое-что важное! Не знаю, насколько это поможет делу... но Джоанна так на меня насела, что весь наш разговор с Оливье я прокрутила в голове чуть ли не дословно...

-И что же ты вспомнила?-я усадил Линду на стул, а сам пристроился на соседнем.-Он сказал что-то такое, что позволяет подозревать кого-то из нас?

-Да нет же, как раз конкретного-то он ничего и не сказал! Просто эта фраза, кажется, вырвалась у него случайно, потому что потом он постарался как-то... ну, в общем, замять её... Я тогда и внимания на это не обратила, а сейчас подумала, что это может оказаться важным...

-Чёрт тебя дери, Линда, не тяни резину!-не выдержала Джоанна, терзавшая от нетерпения ремень своих джинсов.-Что там случайно вырвалось у Оливье?

-Ну, понимаешь... он сказал примерно так: Даже в нашей компании кое у кого есть свои секреты. А потом задумчиво, словно между прочим, добавил: Причём такие, за обладание которыми и убить не грех.

-Он так сказал?-я даже несколько оторопел от услышанного.-А по поводу чего?.. То есть, я имею в виду, о чём вы перед этим говорили?

-Ну... я заметила что-то вроде того, мол, какая славная у нас компания, столько лет знаем друг друга и вообще почти как одна семья... И тут он такое выдал... как бы шутя, но глаза у него, по-моему, были серьёзные.

-А потом? Что было потом?-не унимался я.

-Да ничего потом не было,-Линда смущённо пожала плечами.-Я, помню, удивилась, спросила у него, о ком это он говорит... А Оливье рассмеялся и ответил, что так, ерунда, не обращай внимания. Мы к тому времени уже хорошо выпили и несли Бог знает что... А потом он пригласил меня к себе, когда все уснут, и я думать об этом забыла.

-Понятненько,-сквозь зубы процедил я; такой оборот дела мне не очень-то понравился.-Так ты хочешь сказать, что Оливье узнал какую-то тайну и поплатился за это жизнью?

-Да ничего я не хочу сказать!-в отчаянии воскликнула Линда.-Просто говорю тебе, как было дело. А уж на что Оливье при этом намекал...

Я в задумчивости потёр лоб. В действительности ли наш друг знал о ком-то что-то неприглядное, или просто имел в виду какую-нибудь глупость - например, того же Жозе, который старательно, хотя и не очень умело скрывал от Бенедикт свои многочисленные интрижки? Случайно оброненная фраза могла стать ключом к разгадке, а могла и оказаться пустышкой. Или Линда что-нибудь путает...

Но вообще-то, честно говоря, сейчас у меня почему-то не было особого желания это обсуждать. То ли я перегорел, то ли просто чертовски устал, но хотелось мне лишь одного - чтобы этот проклятущий день поскорее закончился. Вполне возможно, завтра я буду и так, и эдак крутить в голове загадочные слова нашего убитого друга, примеряя их к каждому из нас, но только не сейчас. Хватит с меня на сегодня расследований.

-О Господи!-Джоанна даже не заметила моего безразличия, вид у неё был растерянный и даже слегка напуганный, как мне показалось.-Что это за секреты такие, ради которых нужно всаживать нож в сердце?.. Нет, правда, у меня в голове не укладывается.

-Ну, у тебя-то, я надеюсь, никакой тайны нет?-вяло поинтересовался я.

-Есть,-серьёзно ответила американка.-В четырнадцать лет я поцеловалась со своим учителем, и мои родители до сих пор об этом не знают. Расскажешь кому-нибудь - убью... Впрочем, извини, шутка, кажется, не в кон.

Я только махнул рукой:

-С Жозе тебе по части юмора всё равно не сравниться... Я вот о чём думаю - давайте-ка отложим этот разговор на завтра. Голова у меня гудит как трансформаторная будка, и я не уверен, что от моих выжатых, словно лимон, мозгов будет хоть какая-то польза. Так что не обижайтесь, девочки - может, слова Оливье и имеют значение, но я иду спать. В постели меня, между прочим, дожидается Лали...

В следующую секунду я подумал о том, что не стоило, пожалуй, говорить этого при Линде, но она отреагировала совершенно спокойно:

-Чего уж там, Себастьен, все мы сегодня вымотались... Во всяком случае, совесть моя теперь чиста, потому что даже под пыткой вы не выжмете из меня большего. То, что я вспомнила - это единственная зацепка во всём нашем разговоре, а остальное - просто банальные речи двух нетрезвых влюблённых... почти влюблённых...

-Ну, спасибо, что постаралась,-мне вновь стоило большого труда удержаться и не погладить её по мягким золотистым волосам.-Только не забивайте этим себе голову на ночь, подруги, а то кошмары замучают. Увидимся завтра, надеюсь, что...

Я неожиданно поймал себя на том, что чуть было машинально не повторил дурацкую шутку Жозе: Надеюсь, что все проснутся в добром здравии. Чёрт побери, неужто и меня терзает то же самое ожидание второго убийства, хотя я и стараюсь об этом не думать?! Правду говорят, неизвестность хуже самой страшной опасности, и так будет до тех пор, пока мы не узнаем, за что закололи Оливье. И, самое главное - кто это сделал.

-...надеюсь, что всё будет хорошо,-закончил я и побрёл прочь из кухни, к своей комнате, где меня дожидалась ненаглядная жёнушка.

Медленно поднимаясь по лестнице, я пытался придумать какую-нибудь более или менее убедительную отговорку по поводу моей беседы с Джоанной, однако голова совершенно не работала в этом направлении, да ещё странная фразочка Оливье насчёт чьих-то секретов упорно крутилась в мозгах - как ни старался я хотя бы на время забыть о ней. Но, к моему удивлению, Лали даже не поинтересовалась, чего это от меня понадобилось нашей техаске на ночь глядя - наверное, решила быть паинькой до конца.

-Наконец-то,-произнесла она с наигранной капризностью.-Я тут уже начинаю замерзать, а ты что-то не торопишься согреть свою любимую бразильянку.

-Ну теперь-то уж я точно отсюда раньше утра не выберусь...-пробормотал я, раздеваясь.-Хлопотливый день окончен, милая... по крайней мере, для нас с тобой...

Едва я устроился под одеялом, Лали тут же доверчиво прижалась ко мне, и я в который уж раз подумал, какая же она всё-таки хрупкая и беззащитная - при всём своём сумасбродстве; надеюсь, что сегодняшняя трагедия никак не отразится на нашем браке, а Линда... Линда через несколько дней уедет, и один Бог знает, когда мы ещё с ней увидимся. Моя жена скоро придёт в норму, и я вновь буду видеть рядом с собой прежнюю Лали - весёлую, беззаботную, не обременённую муками ревности и иными подозрениями.

Бросив взгляд на свою любимую, я с удивлением увидел, что она уже крепко спит - с Лали такое случалось нечасто; обычно она обожала долгие беседы в постели, ну, и не только беседы, конечно - поэтому мы, как правило, раньше полуночи не засыпали. А сегодня она, бедняжка, действительно намучилась - отрубилась сразу же, едва положив голову на моё плечо. Тёплое дыхание Лали приятно щекотало кожу, навевая дремоту, вот только сон почему-то не шёл.

А всё дело было в ней - в загадочной фразе Оливье, которая никак не давала мне покоя. Ещё десять минут назад там, на кухне, мне казалось - стоит только добраться до постели, и я тут же провалюсь в сон, забыв обо всём, что сегодня произошло. Но вот поди ж ты - слова музыканта вертятся у меня в голове, и отогнать их не получается. Как это он там сказал: Даже в нашей компании есть секреты... и потом: За которые и убить не грех... да, именно так, если верить Линде. А верить приходится, иначе я вновь окажусь в тупике; поэтому будем пока считать, что австралийка ничего не выдумала и не напутала.

Господи, ну о чём таком мог узнать Оливье?! В голову лезла всякая чушь: может быть, Жозе - агент китайской разведки... или Николя - серийный маньяк-убийца... или... Стоп, сердито оборвал я сам себя, так можно чёрт знает до чего дофантазироваться. Уж коль мне всё равно не спится, надо попытаться ещё раз собрать воедино все известные мне факты и спокойно, без лишних эмоций проанализировать их - теперь уже с учётом того, что рассказала Линда.

Итак, ещё разок, по порядку, и начнём, как всегда, с детектива-любителя Себастьена Куриво. Ну, у меня вроде бы нет никаких тайн, по крайней мере, таких, о которых мог знать Оливье, так что мне бояться нечего. А вот с другими получалось хуже.

Чем больше я размышлял, тем больше приходил к неутешительному выводу, что ни за кого не могу поручиться. Даже моя Лали, которая разбалтывала любой секрет в течение суток, вполне могла скрывать что-нибудь этакое - в том числе и от меня, своего любимого муженька. Про остальных и говорить не стоило - у любого мог оказаться скелет в шкафу; в конце концов, мы всего лишь друзья, а не команда близнецов, ни на миг не разлучавшихся с момента рождения.

Тогда я решил пойти другим путём - попытался прикинуть, откуда же бедняга Оливье мог узнать про этот самый скелет. Но и тут было глухо - насколько я помнил, все в один голос утверждали, что не виделись с ним едва ли не со дня окончания университета. Либо кто-то врёт, либо... это довольно-таки старая тайна, вот только почему всплыла она только сейчас?

Вздохнув, я повернулся на другой бок - осторожно, чтобы не разбудить Лали. Но она и не подумала просыпаться, лишь сладко потянулась, и я ей искренне позавидовал - спит, как ребёнок, изгнала из своей хорошенькой головки все мысли об убийстве и не вспомнит теперь об этом до самого утра. Жаль, что я не могу так отключаться, как моя жена - любая, особенно столь серьёзная проблема всегда заканчивалась для меня бессонницей.

Ну хорошо, зайдём с третьей стороны - а что это вообще может быть за тайна? Причём такая, за которую Оливье получил нож в сердце. Что можно скрывать с таким рвением?.. Конечно, будь наша компания посолиднее, будь мы все банкирами или политиками, или, на худой конец, крупными предпринимателями - недостатка в версиях не было бы. А так - обычная молодёжь, ничего особенного; кое-кто вообще из рабочего класса, как Жозе, например, и знаменитостей среди нас только трое... вернее, теперь двое - Линда и Мануэла. Третьим был Оливье.

Но как раз наши фотомодели в первую очередь исключаются из списка подозреваемых - опять же, пока только на основании слов Линды, но альтернативы всё равно нет. А коль так, значит, дело касается личной жизни, и тогда под подозрение неминуемо попадают две наших семейных пары - Николя с Элен и мы с Лали, а также будущие молодожёны Жозе и Бенедикт. Джоанну при таком раскладе можно смело вычёркивать, и уж, конечно, незадачливый Кри-Кри тоже вне подозрений - какие там, к чёрту, тайны - при его-то образе жизни!

Ну вот, подумал я, вновь осторожно переворачиваясь с боку на бок, число потенциальных убийц сократилось до пяти человек - себя я, естественно, исключил. Тоже, конечно, не Бог весть что, и гарантий никаких, но всё-таки... Итак, Николя, Элен, Жозе, Бенедикт, Лали - кто из них?

От этих мыслей мне вновь сделалось противно: Господи, ведь все пятеро - замечательные ребята, отличные друзья, а одна из них - моя собственная жена! Покосившись на сладко спящую Лали, я подумал, что, узнай она хоть на минуту о моих подозрениях - конец нашей семейной жизни. Моя ненаглядная всегда считала себя непогрешимой, и дай Бог, чтобы так оно и оказалось.

А Жозе? Я вспомнил, что ещё два часа назад исключил его из списка подозреваемых, но тогда-то я предполагал, что это было убийство из ревности! Убийство, совершённое под влиянием порыва, в момент какого-то умопомрачения, быть может... А теперь всё менялось - и по здравом размышлении оказывается, что и Жозе вполне способен на преступление ради сохранения какой-то нелицеприятной тайны - с его-то самолюбием и тщательно оберегаемой личной жизнью. Чёрт знает что такое...

И Оливье тоже хорош - шантажировать он, что ли, кого-то вздумал? Иначе для чего понадобилось его убивать? То, что наш музыкант чужие секреты хранить умеет, известно всем; трепачом он никогда не был, и ещё во времена университетской жизни я сам советовался с ним, когда возникла та памятная проблема с Линдой. Оливье тогда честно держал рот на замке, как, впрочем, и остальные друзья; Лали, как сейчас помню, узнала обо всём только от меня самого.

Так что доверять ему можно было, это факт. И тогда получается, что он нарвался сам - быть может, пригрозил, что всё расскажет, или, напротив, потребовал денег за молчание... Хотя это уже точно абсурд - Оливье зарабатывал едва ли не больше любого из нас.

Значит, ему просто-напросто заткнули рот. Что там говорила Джоанна по поводу своих ночных наблюдений? Кажется, то, что первый визитёр, сиречь убийца, пробыл у Оливье минут пятнадцать-двадцать. А отсюда можно сделать вывод, что сперва они пытались договориться полюбовно: либо преступник по-дружески - чёрт, а ведь именно по-дружески! - уговаривал музыканта молчать, либо сам предлагал заплатить, либо ещё что-нибудь... Но в любом случае закончилось всё так, как закончилось - Оливье хранить тайну отказался и получил за это нож в грудь. Тот самый нож, который он же и принёс к себе в комнату, чтобы нарезать колбаски...

Теперь мне уже окончательно стало ясно, что, несмотря на накопившуюся за этот сумасшедший день усталость, заснуть я ещё долго не смогу. Ворочаться в постели с риском разбудить Лали не хотелось, поэтому я осторожно вылез из-под одеяла, бережно переложив голову своей драгоценной жёнушки с моего плеча на подушку, накинул халат и подошёл к окну. На улице было темно, хоть глаз выколи - ни звёзд, ни луны, всё скрыто за тяжёлыми зимними облаками, и от этого на душе становилось ещё тоскливее...

Вот что мне сейчас нужно - поговорить с кем-нибудь, или я точно с ума сойду. И хорошо бы - с мудрым, рассудительным Николя... конечно, если он ещё не спит. Из всей нашей компании я доверял ему больше всех, не считая, естественно, собственной жены, но с ней много на эту тему не наговоришь, особенно если её сейчас разбудить.

Тихонько выбравшись из комнаты, я побрёл по тёмному коридору. Свет лился только из-под одной двери - там, где поселилась Джоанна, и я чертыхнулся про себя - стало быть, Николя и Элен уже улеглись. Но возвращаться до ужаса не хотелось; немного поколебавшись, я всё же решил проявить бестактность и негромко постучался к другу. За дверью царила тишина, затем послышался сонный, недовольный голос Николя:

-Ну кому там ещё не спится?

-Открой, Нико, это Себастьен,-вздохнул я.-Извини, что разбудил.

Через минуту передо мной возник Николя; как и я, он кутался в халат, на лице его читалось недоумение.

-С Лали, что ли, опять поцапался?-сочувственно поинтересовался он.

-Да нет, с ней всё в порядке,-пожал я плечами.-Я, наверное, дурак и вообще... Понимаешь, сейчас лежал, лежал и вдруг понял, что нужно выговориться. Не очень злишься, что с постели поднял?

-А что случилось?-негромко и как-то настороженно спросил Николя; взгляд его сделался внимательным и слегка колючим, и я вдруг понял, отчего это - неужели он решил, что я таким образом хочу признаться в убийстве?

Чёрт возьми, неужели он подозревал меня? Хотя чему тут удивляться - ведь и я не могу с чистой совестью поклясться, что Николя невиновен. Я всего лишь верю ему больше, чем другим...

-В общем-то, ничего особенного. Если не имеешь ничего против, давай спустимся на кухню, я хочу тебе кое-что рассказать.

Мой друг помолчал, затем, обернувшись, произнёс куда-то в темноту: Я скоро, Элен; не говоря ни слова, мы спустились вниз. Щёлкнув выключателем, я прошёл на кухню, обосновался за столом и закурил. Николя уселся на соседний стул и выжидательно взглянул на меня.

-Понимаешь, вот какое дело,-медленно начал я, стараясь скрыть свою нерешительность за глубокими затяжками - может, это и глупо, но навязчивая мыслишка о том, что убийцей всё-таки может оказаться Николя, по-прежнему вертелась у меня в голове.-Началось всё с признания Джоанны...

И я довольно подробно пересказал ему всё, что узнал за сегодняшний день - начиная с того момента, как американка поведала мне о шагах в ночи, и заканчивая загадочной фразой Оливье насчёт чьих-то секретов. Николя слушал очень внимательно, не перебивая, и, когда я закончил, он ещё добрых минут пять сидел молча, уставившись куда-то в угол; мне даже показалось, что он просто-напросто заснул сидя.

-И почему ты решил рассказать мне это только сейчас?-спросил он, наконец, и я поразился тому, сколько боли и отчаяния прозвучало в его голосе.-Всё это время ты меня подозревал?

-Да не в этом дело, дружище,-невольно покривил я душой, сильным щелчком сбивая пепел с сигареты.-Просто я не был ни в чём уверен, понимаешь? У меня до сих пор каша в голове, именно поэтому я и хочу с тобой поговорить... И, кстати... у тебя ведь на мой счёт тоже были сомнения?

-Были,-не без усилия выдавил Николя.-И не только на твой... А теперь, после того, что я узнал, я с ужасом думаю о том, что даже Элен может оказаться в это замешана... Себ, поверь, это не поза - если выяснится, что моя жена причастна к убийству, я жить после этого не смогу!

-Ну, успокойся, успокойся,-я ободряюще положил руку ему на плечо.-Ты же сам в это не веришь, перестань зря себя накручивать...

-А чему я должен верить?-с тоской спросил Николя, обхватив голову руками.-О каждом из нашей компании мы думаем, что это не он, как же, такой классный парень или такая классная девчонка не могли это сделать... Но ведь кто-то это сделал, Себастьен! Кто-то это сделал!

-Тот, кому было что скрывать,-уточнил я.-Подумай, может, ты что знаешь? Мне-то вообще ничего путного в голову не приходит...

-Ничего я не знаю,-Николя невесело усмехнулся.-Если бы знал, может, лежал бы сейчас в морге рядом с Оливье...

Мы оба замолчали, да и действительно - что тут сказать? Пытаться вот так, заочно, влезть в душу к каждому из нашей компании - всё равно что пытаться пробить лбом стену. Уж если даже Николя не уверен в своей Элен, которая для него - свет в окошке, то что говорить об остальных! И моя Лали... Да, она не выносит вида крови и даже рыбу разделывать до дрожи не любит, но кто знает, на что она может быть способна, если ей вдруг понадобится скрыть что-то ужасное?! Между прочим, от меня в первую очередь скрыть...

Или Николя, который с потерянным видом сидит передо мной... Если судить совсем уж беспристрастно, то обладателем роковой тайны может оказаться именно он, почему бы и нет? Правда, нужно быть хорошим актёром, чтобы так сыграть потрясение - ведь это Николя нашёл труп и переполошил всех нас...

Стоп, оборвал я себя уже в который раз за день. Если так рассуждать, то проще пойти и удавиться; должен же я хоть кому-то верить, чёрт побери! И не обманывай сам себя, Себастьен, вот как раз Николя-то ты и веришь, иначе бы не стал ему всё это рассказывать. Но и без того приходится признать, что наше любительское расследование всё-таки зашло в тупик - права была Мануэла, ох, как права, когда советовала уповать на полицию!

В дверном проёме неожиданно мелькнула чья-то тень; подняв голову, я увидел Элен. Она стояла на пороге, зябко кутаясь в рубашку Николя, и с тревогой смотрела на нас, затем осторожно спросила:

-Мальчики, у вас всё в порядке?

-Господи, Элен, мы всё-таки вытащили тебя из постели!-покаянным голос произнёс я, разворачиваясь к ней.-Извини, я не собирался надолго воровать твоего Николя...

-Ну, чего уж там,-неожиданно апатично махнул рукой мой друг.-Присаживайся, любимая... Может быть, ты знаешь ответ на вопрос, который мучает нас с Себом.

-Нико...-предостерегающе начал я - мне совсем не понравилось то, что он собирается втянуть Элен в наши сомнительные рассуждения; кроме того, Николя выглядел сейчас абсолютно выбитым из колеи, а в таком состоянии - и я это знал - он был способен сморозить любую глупость.

Но Элен моментально ухватилась за слова мужа, и её большие карие глаза распахнулись ещё шире; теперь в них сквозила не только тревога, но и извечное женское любопытство.

-Какой вопрос, Николя?-негромко спросила она, не двигаясь с места.-Что это вы тут обсуждаете среди ночи?

-Да так, ничего особенного,-я всё ещё пытался спустить разговор на тормозах.-Сама подумай, что мы тут можем обсуждать после всего того, что случилось...

Однако Николя, когда на него накатывало, становился упрям, как мул.

-Мы обсуждаем одну очень интересную вещь,-медленно проговорил он, подняв, наконец-то, хмурый взгляд на жену.-Оказывается, в нашей компании завелась тёмная лошадка - кое-кто, благополучно утаивший от всех нас некие детали своего прошлого... а может, и настоящего. Ты случайно не знаешь, дорогая, кто бы это мог быть?

Тон Николя мне решительно не понравился, но Элен, к счастью, не заметила - или не захотела заметить - подозрений, звучавших в его голосе.

-Какие детали?-спросила она с недоумением, почти жалобно.-О чём ты? Я ничего не понимаю... Вы узнали что-то новое, да?..

Вопросы сыпались из Элен один за другим, и я увидел, что она сейчас вот-вот расплачется - и от волнений, пережитых за день, и от нервного напряжения, и от странных намёков своего любимого Николя. Резко поднявшись со стула, я усадил Элен на своё место и легонько стиснул её плечо:

-Успокойся, что ты? У нас тут действительно появились... новые факты, но всё это пока настолько сомнительно, что не хотелось бы лишний раз всех накручивать.

-Но я всё равно ничего не понимаю,-настойчиво повторила Элен.-При чём тут секреты из прошлого? Что, Оливье убили из-за каких-то старых дел?

Я лишь вздохнул - при всей своей внешней мягкости и хрупкости наша подруга отличалась завидным упрямством, и в этом смысле они с Николя друг друга стоили. Уж коль Элен захочет получить ответ на какой-то вопрос, она не успокоится, пока не достигнет цели.

Пришлось рассказать ей всю предысторию - правда, на этот раз я изложил только суть, опустив почти все детали; не стал я, естественно, говорить и о том, что на подозрении в первую очередь - три наших парочки, в том числе и она сама.

-Ну вот мы с Николя и пытались вспомнить, не слышал ли кто из нас когда-нибудь чего-нибудь эдакого...-туманно закончил я.-Ты видишь, Элен, одни сплошные предположения и домыслы, ничего определённого, так что напрасно ты разволновалась.

-А сама-то ты не догадываешься, кого мог иметь в виду Оливье?-не отставал Николя, которому явно не терпелось расставить все точки над i.-Помню, когда мы учились, к тебе все ходили как на исповедь...

Сказано было, на мой взгляд, несколько грубовато, но Элен не обратила на это внимания. Нахмурив лоб, она сосредоточенно теребила край рубашки, потом виновато взглянула на Николя:

-Извини, но мне на ум ничего не приходит... Конечно, все мы люди, у каждого своя жизнь и свои тайны, но такого, чтобы убить из-за этого... К тому же большинство секретов уже давно не секреты - взять хотя бы историю Себастьена и Линды, да и мы с тобой, Николя, тоже кое-что друг о друге знаем, и уже не один год.

Чёрт, как же всё-таки повезло нашему другу с женой, подумал я. Спокойная, рассудительная Элен никогда не порола горячку и не кидалась с ходу кого бы то ни было обвинять; без сомнения, ей тоже не по душе было анатомировать своих друзей и, кажется, она боялась даже лишний раз бросить на кого-нибудь хоть тень подозрения. Мне вдруг подумалось - Боже, какими идиотами мы будем, если окажется, что Оливье ляпнул какую-нибудь глупость, и те слова, что он сказал, не имеют никакого отношения к его смерти! А ведь мы зацепились за них так же, как утопающий хватается за соломинку...

-Насколько я поняла, речь идёт о чём-то серьёзном, так ведь?-Элен продолжала рассуждать вслух, то и дело переводя взгляд с меня на Николя и обратно.-О чём-то таком, чего не должен узнать никто и никогда ни при каких обстоятельствах... Ой!

Она неожиданно осеклась и испуганно прикрыла ладошкой рот, а мы с Николя, словно гончие псы, одновременно подались к ней.

-Договаривай!-решительно потребовал мой друг.

-Не знаю, должна ли я говорить,-медленно произнесла Элен, вновь отчаянно принимаясь терзать край рубашки.-Я в своё время поклялась, что от меня об этом никто не узнает... Понимаете, ребята, дело касается Бенедикт.

И Элен беспомощно взглянула на нас, словно прося совета.

-Бенедикт?-удивлённо переспросил Николя; всю его апатию как рукой сняло.-Ты сказала - Бенедикт? И что? Да не останавливайся ты на полпути, прошу тебя!

-О Господи!-Элен глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду, и на секунду закрыла глаза.-Я же дала слово, понимаешь?.. Впрочем... впрочем, если речь идёт об убийстве, я, наверное, должна вам это сказать. Главное, чтобы Жозе ничего не знал...

-Жозе? А он-то тут при чём?-я торопливо сунул в рот очередную сигарету и лихорадочно прикурил.-Это... касается их свадьбы?

-Да,-Элен кивнула и потёрла пальцами виски, стараясь взять себя в руки.-Николя, помнишь, Бене приезжала к нам в Сидней прошлой осенью?

-Ну конечно,-тряхнул головой тот.-Как раз тогда, если мне память не изменяет, она в очередной раз собиралась склонять к свадьбе своего пуэрториканского обормота.

-Верно. И Бене была настолько настроена на будущую семейную жизнь, что даже решила пройти полное медицинское обследование, чтобы лишний раз убедиться, что у неё всё в порядке. Вот только... убедилась она совсем в другом.

-Что ты хочешь сказать?-сигарета замерла в моей руке.

-Она узнала, что у неё никогда не будет детей,-тихо проговорила Элен.-Совсем не будет, понимаете, мальчики? Это потрясло её настолько, что она немедленно кинулась к нам в Австралию... точнее, ко мне...

-Хочешь сказать, она из-за этого нагрянула в гости?-изумился Николя, недоверчиво глядя на свою жену.-Но ведь она же... ни словом не обмолвилась, ни полсловом!.. Шутила, смеялась, как обычно... Чёрт, да мне даже в голову прийти не могло...

-Ты что, не знаешь нашу Бене?-Элен печально улыбнулась.-Она всегда старалась держать всё в себе, даже мелкие неурядицы, а уж такое известие... Да Жозе, с его-то дурацкими принципами, мигом бросил бы её, узнай он об этом хоть на мгновение! Вспомни, для него идеал семейной жизни - минимум трое детей, и точка, а тут вдруг выясняется, что он собирался связать свою жизнь с бесплодной женщиной!

-Но тебе-то она всё-таки рассказала?-спросил я.

-Да потому что ей хоть с кем-то надо было поделиться, не могла она просто оставаться один на один с этой новостью!.. Ты верно сказал, Николя - все ходили ко мне как на исповедь, вот Бенедикт и примчалась за тридевять земель, чтобы излить своё горе. Ох, вы бы слышали, с какой тоской в голосе она тогда повторяла: Лишь бы Жозе ничего не узнал!

-Всё равно же всё откроется рано или поздно!-недоуменно воскликнул Николя, у которого в голове явно не укладывалось, как можно начинать семейную жизнь с обмана, да ещё с такого.-А что потом?

-Трудно сказать,-грустно пожала плечами Элен.-Бене надеялась потянуть ещё несколько лет и за это время окончательно приручить Жозе, а дальше... Кто знает? Они ведь могут взять приёмного ребёнка, например.

-Сомневаюсь, что Жозе на такое согласится,-проворчал я.-Честно говоря, не понимаю такого маниакального стремления к продолжению рода... У моей Лали, слава Богу, с этим всё в порядке, но если бы с ней, тьфу-тьфу-тьфу, что-нибудь случилось, мне бы и в голову не пришло её бросить.

-Не все же такие замечательные, как ты, Себастьен,-Элен произнесла это без малейшей иронии и тяжело вздохнула.

После этого все мы дружно замолчали, осмысливая услышанное. Чёрт меня побери, я ожидал узнать всё, что угодно, но такой оборот мне даже в голову не пришёл! А каково Бенедикт?! Жить больше года с таким грузом на душе и сознавать, что этим несчастьем даже с любимым человеком нельзя поделиться без риска потерять его!.. А ведь ни для кого не секрет, сколь глубоко и искренне наша подруга любит своего дурного Жозе... да что там говорить - окончательный разрыв был бы для неё настоящей трагедией. Бенедикт прощала ему всё, лишь бы удержать его рядом с собой, но если Жозе действительно бросит её навсегда... Порой мне вообще казалось, что это какая-то ненормальная любовь - словно Бене попала в некую наркотическую зависимость от этого парня.

-Слушай, это всё, конечно, очень серьёзно,-подал вдруг голос Николя,-но я одного не понимаю - какое отношение к этому мог иметь Оливье? Разве он-то мог об этом хоть что-то знать?

Надо же - из-за этой истории с Бенедикт мы, кажется, забыли, с чего всё началось! Но Николя прав: хоть мы и нашли обладателя - точнее, обладательницу - тайны, тайна эта никаким боком не пристёгивается к Оливье. Ну откуда, чёрт возьми, музыкант мог узнать о столь интимной подробности из жизни Бене, да ещё столь тщательно скрываемой?

-Не знаю...-вид у Элен был не менее растерянный.-Речь-то, собственно, шла о секретах, потому я и вспомнила про нашу бретонку. Но ты же не думаешь, что она может быть причастна...

-Погоди, погоди, ничего я не думаю,-Николя успокаивающе поднял руку.-Просто пытаюсь сопоставить все известные факты... Если ты помнишь, Бене утверждала, что не видела Оливье года три. Вообще никто из нас - ну, разве что исключая Линду - не виделся с ним последние два года, с тех пор, как его группа раскрутилась и у них косяком пошли гастрольные поездки. А о своём бесплодии Бенедикт узнала только прошлой осенью... Чёрт, ерунда какая-то!..

Я слушал его, слушал, и тут у меня неожиданно в мозгу что-то щёлкнуло.

-Погоди-ка, дружище,-перебил я его, сам удивляясь тому, как случайно подмеченные фактики начинают вдруг приобретать какое-то иное значение.-А ты помнишь её случайную проговорочку про Синтию? Ну, тогда, когда Линда призналась, что у неё с Оливье был роман?

-Не понял,-Николя тряхнул головой.-Что ты имеешь в виду, Себ?

-Ну как же, Нико, вспомни! Линда сказала, что Оливье её не любил, потому что у него была другая. А Бенедикт ещё удивилась тогда, потому что думала, будто бы после Синтии у Оливье никого не было - это её собственные слова. Ну, вспомнил? Теперь скажи мне, пожалуйста, откуда она вообще могла знать, что наш ударник расстался с Синтией, если мы все были не в курсе?

-А ты ничего не путаешь?-нахмурился Николя.-Он же сам нам об этом и сказал...

-То-то и оно, что сказал! Тебе и мне, больше никого рядом не было, а Жозе и Бенедикт даже ещё не подъехали. Ты кому-нибудь потом об этом говорил?

-Нет...

-И я тоже нет. А если ты вспомнишь, как отреагировал Оливье, когда мы затронули эту тему... Словом, я не думаю, что он по собственной инициативе стал бы с кем-то обсуждать разрыв с Синтией. Да что говорить, никто не станет трубить направо и налево о том, что у него с любимым человеком всё кончено!

-Пожалуй, ты прав, Себ,-Николя рывком поднялся со стула и пару раз прошёлся по кухне.-Только это всё-таки ничего ещё не доказывает... Оливье мог с пьяных глаз кому-нибудь пожаловаться, той же Бенедикт, например, или, уж ты меня извини, твоей Лали. Тогда о его отношениях с Синтией только ленивый не узнал бы.

-Но я об этом действительно ничего не знала,-встревоженно вставила Элен,-и услышала про Синтию только от Бене. Правда, тогда, как вы сами понимаете, задумываться над этим не стала.

-А по-моему, мы просто увлеклись,-в сердцах бросил Николя.-Городим чёрт знает что, делаем какие-то выводы, а реальных фактов - кот наплакал. Одному Богу известно, что на самом деле имел в виду Оливье, упоминая чьи-то секреты... опять же, не стоит забывать, что и это мы знаем только со слов Линды...

-Линде я верю,-вступился я за австралийку.-В конце концов, её рассказ совпадает с тем, что я перед этим услышал от Джоанны. Не будешь же ты обвинять их в сговоре?

-Хорошо, пусть так,-покладисто кивнул Николя.-Ну и что? Даже если фраза Оливье и его смерть каким-то образом связаны, то Бенедикт сюда в любом случае не приплетёшь. Да, отношения у них были дружеские, как и у всех нас, но не более того. Ни о какой откровенности со стороны Бене тут и речи идти не может, стало быть, и знать Оливье ничего не мог, а, стало быть, и убивать его не за что...

-А чёрт их знает, какие у них были отношения!-с досады я треснул кулаком по столу, впрочем, негромко.-Я хочу только знать - встречалась Бенедикт с Оливье в последнее время или нет?

Это был чисто риторический вопрос, и я совсем не надеялся получить на него ответ, но неожиданно очень знакомый и несколько сонный голос за моей спиной произнёс:

-Естественно! Надо было сразу меня спросить, если уж это вас так интересует.

Мы все трое как по команде обернулись и какое-то время с удивлением созерцали не проснувшуюся до конца Лали, возникшую в кухне словно привидение. Даже не поняв толком, о чём идёт речь, моя жёнушка, гордая своей осведомлённостью, решительно повторила:

-Естественно, они встречались, и я знаю это совершенно точно... Только объясните мне, за каким дьяволом вам понадобилось в третий раз за сегодня вытаскивать Себастьена из моей постели? В итоге я замёрзла и проснулась...

-Погоди, милая, никто меня не вытаскивал,-я шагнул к Лали и взял её за руки.-Откуда ты знаешь, что они встречались?

-Да всё оттуда же... Ты, конечно, помнишь, что этой весной Бенедикт пару недель жила в Париже?

-Да, конечно,-машинально кивнул я, ещё не понимая, в чём дело.-Они с Жозе тогда в очередной раз поцапались, и Бене решила развеяться. Помню прекрасно, она даже к нам в гости заходила...

-Вот именно,-Лали торжествующе подняла палец.-И как раз в это примерно время ты уехал в командировку в Антиб. А пока тебя не было, в Париж на пару дней, буквально проездом, наведался Оливье.

-Оливье?! Этой весной? Но почему...

-Утром он позвонил к нам домой, а тебя как раз не оказалось, поэтому с ним поболтала я. Мы мило потрепались минут сорок, не меньше, о всяких пустяках, о том, кто как живёт, и я очень хорошо помню, как в числе прочего упомянула о том, что Бене разругалась с Жозе и сейчас обитает в своей парижской квартире... Каюсь, Себастьен, потом, когда ты вернулся, я просто-напросто забыла рассказать тебе о звонке Оливье.

-И на основании этого ты делаешь вывод, что они встречались?-присвистнул Николя.-Ничего себе, полёт фантазии...

-Конечно же, нет!-возмущённо воскликнула Лали.-У этой истории было продолжение... Тем же вечером я поехала навестить Бене, потому что сидеть дома одной в отсутствие любимого мужа - это, как вы понимаете, не сахар. Так вот, подъехав к её дому, угадайте, что я увидела?

Она обвела нас победным взглядом и заявила:

-Я увидела, как неподалёку остановилось такси, из которого выбрался Оливье собственной персоной! В руках у него были цветы и бутылка шампанского, так что нетрудно догадаться, к кому и зачем он приехал... Да, кстати, вот что ещё важно в этой истории - я не называла ему адреса, это-то я хорошо помню... В общем, мешать им я не стала - развернулась тихонечко и отправилась домой, скучать в одиночестве.

-Господи, я поражаюсь...-пробормотал я, взъерошивая свои волосы.-Как такая болтушка, как ты, смогла сохранить всё это в тайне почти год?

-Во-первых, я не болтушка, Себастьен,-сердито огрызнулась Лали.-А во-вторых, повторяю, я просто-напросто об этом забыла. Когда ты вернулся из своего чёртова Антиба, я так по тебе соскучилась, что у меня из головы вылетели и Оливье, и Бенедикт, и все их романтические встречи... А потом Бене укатила к себе в Бретань, и мы её не видели вплоть до вчерашнего дня.

-Так ты, значит, с самого начала знала, что Бенедикт врёт?-только и мог спросить я.

-Ну конечно,-фыркнула моя жена.-Разве ты сам не помнишь - я это тут же просекла и даже намекнула ей, но она, естественно, смолчала - Жозе-то был рядом! И я не стала нарываться - мало ли какие дела у неё были с Оливье... впрочем, нетрудно догадаться, какие. Кстати, а почему это вас так волнует?

Господи, как это похоже на мою жену - вывалить всё с порога, а потом только поинтересоваться, в чём же, собственно, дело! Да она сама даже не поняла, что в действительности сказала сейчас... А вот остальные, кажется, поняли. И я в том числе.

Едва узнав о том, что Бенедикт в Париже, Оливье сразу же направляется к ней с цветами и шампанским, хотя свободного времени у него всего ничего и наверняка своих дел по горло... Он знает адрес её парижской квартиры, хотя во Франции бывает в лучшем случае два-три раза в год и практически ни с кем из нас не видится... А не далее как вчера Жозе упрекал свою невесту в том, что она так и крутится вокруг музыканта...

Вот теперь, пожалуй, всё вставало на свои места. У Бенедикт завязался роман с Оливье - или, скажем так, они были больше, чем просто друзья. У Бенедикт была тайна, которую она стремилась скрыть во что бы то ни стало - и которой она, вполне возможно, в минуту слабости поделилась с любовником. Наконец, всю предыдущую ночь Бенедикт провела в своей комнате одна - даже ссора с Жозе оказалась весьма кстати. Что ж, вполне логичная цепочка, ничуть не хуже той, что выстроил инспектор Ленорман в отношении Кристиана...

Я посмотрел на остальных - кажется, не было нужды им ничего объяснять. Одна только Лали недоумевающе хлопала длинными ресницами, вертя во все стороны головой; Николя понуро стоял, прислонившись к столу, и ожесточённо тёр ладонью лоб; а у Элен в глазах была такая боль, словно у неё только что умер близкий человек.

-Да в чём дело, ребята?-почти выкрикнула Лали, не в силах понять, что же происходит у неё на глазах.-Почему вы все замолчали?

Ей никто не ответил, лишь Элен произнесла упавшим голосом:

-Я, наверное, должна поговорить с Бене...

-Нет,-неожиданно для самого себя возразил я.-Предоставьте это мне... пожалуйста. Всё случилось в моём доме, это я собрал всех вас и я, как мне кажется, имею право знать правду из первых уст.

-Но все наши выводы могут быть ошибочными,-Николя произнёс эту фразу с усилием, и я видел, что он сам не верит в то, что говорит.-Ты ведь не думаешь, что...

-Я уже ничего не думаю, Нико,-тихо ответил я.-Мне просто нужно с ней поговорить.

Пока я поднимался по лестнице, в голове у меня мельтешила лишь одна дурацкая мысль - хорошо, что Жозе и Бенедикт опять исхитрились поругаться, а потому спят в разных комнатах - меньше будет проблем. В любом случае, остаётся маленький шанс, что Бене тут ни при чём, и всё, что мы сейчас узнали - всего лишь невероятное нагромождение совпадений... Правда, будет ли нам всем от этого легче?

В комнате Бенедикт было темно, и у меня даже возникло искушение плюнуть на всё и отложить разговор на завтра; только бесполезно это, вот в чём дело. Всё равно я не смогу думать ни о чём другом, пока не узнаю правду, а на кухне меня дожидаются Николя, Элен и Лали, и на душе у них наверняка не менее мерзко.

Глубоко вздохнув, я постучал в дверь, затем ещё, но в ответ не донеслось ни звука. Лишь на третий раз Бенедикт неохотно отозвалась:

-Господи, ну кто там в такое время?

-Это Себастьен. Открой, пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить.

-Входи, незаперто.

Я толкнул дверь и осторожно переступил порог. К моему удивлению, Бенедикт не спала - просто сидела с ногами на неразобранной постели, и даже в темноте я отчётливо различал её белое платье.

-Можешь включить свет,-сказала она.-Всё равно не сплю, как видишь. Бессонница...

Когда вспыхнула люстра, Бене на мгновение зажмурилась от яркого света, помотала головой, а потом очень спокойно, даже с неким любопытством, поинтересовалась:

-Что у тебя стряслось, Себастьен? Ты хоть знаешь, который час?

Господи, она вела себя настолько естественно, что на мгновение мне показалось, будто всё, что мы напридумывали десять минут назад - бред сумасшедшего! Ну не может убийца быть настолько невозмутимым... хотя много ли я их видел, убийц?

Ухватив стоящий у окна стул, я водрузил его посреди комнаты и уселся на него верхом. Тяжелее всего начать этот разговор, и я совершенно не представлял себе, как это сделать, лишь смотрел на хрупкую, какую-то эфемерную Бенедикт и думал - неужели это ты? И если ты, то зачем? Зачем, чёрт возьми?!

Пауза затягивалась, и я, наконец, просто спросил первое, что пришло мне в голову:

-Оливье знал, что ты не можешь иметь детей?

Вопрос прозвучал совсем тихо, но Бене вздрогнула, как от удара, и внезапно закрыла лицо руками. Этот жест был красноречивее любых признаний; теперь-то я знал точно, что убийца сидит передо мной, вот только на душе пустота... Я ждал, пока Бенедикт скажет хоть что-нибудь, но она продолжала молча сидеть всё в той же позе, и со стороны мы сейчас, наверное, походили на два изваяния. Электрический свет вдруг показался мне нестерпимо ярким.

-Бене...-выносить и дальше эту тишину не было сил.-Больше нет смысла ничего скрывать. Правда вышла наружу.

Она оторвала, наконец-то, ладони от лица, и в её глазах я не увидел ни слезинки.

-Жозе... тоже знает?

-Нет,-покачал я головой.-Но это уже неважно. Достаточно того, что знаю я. И... ещё кое-кто.

Бенедикт устало поднялась с кровати, подошла к окну и повернулась ко мне.

-Наверное, ты прав,-голос её звучал равнодушно и как-то безжизненно.-Больше нет смысла ничего скрывать. Боже, какая я всё-таки дура...

Ну что ж, подумал я, любая загадка кажется простой, когда знаешь ответ. Вот только разве мог кто-нибудь предположить, что наша сдержанная, порой даже немного холодноватая Бене любит так сильно, что готова на всё, лишь бы сберечь свою любовь - даже на убийство. Лишь теперь она перестала сопротивляться и сломалась в одночасье - когда поняла, что её тайна больше не является таковой. Знал бы этот оболтус Жозе, какие жертвы приносятся ради него...

-Самое глупое то, что я не собиралась его убивать,-тем же неестественно спокойным голосом продолжала Бенедикт.-Даже в мыслях не держала... Но мы оба были под градусом и вели себя как два идиота.

Странно, думал я, глядя на неё. Я почти ненавидел предполагаемого убийцу, хотел вычислить этого подлеца и бросить ему в лицо всё, что я о нём думаю... А сейчас я не испытываю к Бене ничего, кроме жалости. Как же сильно она боялась потерять Жозе...

-Ну конечно. Ты, наверное, с самого начала считала свой роман с Оливье ошибкой...

-Что? Роман с Оливье?-она посмотрела на меня непонимающим взглядом, а потом вдруг коротко рассмеялась, и от этого смеха, больше похожего на всхлип, мне стало не по себе.-Да ты просто ничего не понял, Себастьен! Ни-че-го-шень-ки!.. У этой истории давнее начало... Хочешь послушать?

Да, она права - ничего я не понял. Трудно вообще понять что-либо, когда узнаёшь, что один из твоих друзей - убийца, пусть и поневоле. Трудно и тяжело...

-Хочу,-сказал я.

-Тогда слушай.

...Это был банальный, самый что ни на есть обычный любовный треугольник - Оливье любил Бенедикт, любил почти до безумия, а она не могла думать ни о ком другом, кроме своего Жозе. Но стоило лишь ей крупно с ним поссориться - а такое случалось чуть ли не каждые несколько месяцев,- Оливье неизменно оказывался рядом. Одному Богу известно, как он узнавал об этом, но факт остаётся фактом - всякий раз он появлялся, чудом выкраивая дни из своего суматошного гастрольного графика, дарил ей цветы охапками и водил в рестораны.

Синтия? Оливье лишь позволял ей любить себя, не более того - так же, как потом он позволял это Линде. Можно только догадываться, каково было бедняжке Синтии рядом с человеком, который давно и безнадёжно влюблён в другую; рано или поздно они должны были расстаться, и неудивительно, что это в конце концов случилось. Бенедикт до сих пор помнит, как Синтия рыдала у неё на плече - да, как ни странно, именно к ней в Карнак она примчалась искать утешения.

...Всё произошло в тот самый весенний вечер, как раз тогда, когда, по иронии судьбы, Лали вполне могла помешать их встрече, явись она на пятнадцать минут раньше. Едва приехав в Париж и узнав, что между Жозе и Бенедикт опять пробежала чёрная кошка, Оливье принялся названивать ей как сумасшедший, умоляя о встрече, и она уступила - впрочем, говоря по справедливости, не в первый раз. И тем вечером тоже всё было как обычно - Оливье прикатил на такси с цветами и шампанским, они выпили, и он долго говорил ей о любви, о том, что не может без неё жить и что Жозе со всеми его потрохами не стоит даже мизинца на левой руке Бенедикт.

...Но каким же образом он наткнулся на этот треклятый дневник?! Бене потом трижды прокляла себя за идиотскую привычку доверять все тайны бумаге, но что делать, если она просто-напросто не любит обсуждать свои проблемы с другими людьми? Когда она обнаружила пропажу заветной тетрадки в кожаной зелёной обложке и перевернула всю квартиру вверх дном в её поисках, у неё не осталось никаких сомнений в том, что это дело рук Оливье. Глупый, невежливый и бестактный, но в общем-то по-человечески понятный поступок... Возможно, Бене даже могла бы простить его, не окажись в этой тетрадке одной страницы, будь она неладна - той самой, где она, давясь слезами, взволнованно и сумбурно выплеснула свои эмоции сразу после прошлогоднего медицинского обследования. Обследования, показавшего, что она бесплодна - причём без малейших шансов на излечение.

О, Бенедикт слишком хорошо знала своего Жозе! Ещё тогда, осенью, когда у неё прошёл первый шок от этого известия, она поклялась себе, что её любимый не узнает об этом как минимум до тех пор, пока они не поженятся - иначе Жозе, который семью без детей считал полным абсурдом, к ней и близко не подойдёт. Тайну эту, самую страшную в своей жизни, Бене смогла доверить только двоим - своему дневнику, а ещё - верной, всепонимающей Элен.

И вот теперь все её планы, все надежды оказались под угрозой! Несколько недель она вообще тряслась от каждого телефонного звонка - ей всё время казалось, что позвонит Жозе и холодно процедит в трубку: Я тут кое-что узнал о тебе, Бенедикт...; ведь она понятия не имела, как Оливье, совсем потерявший голову от любви, распорядится её секретами... Но время шло, Бене в очередной раз помирилась со своим ненаглядным, а музыкант пропал - то ли стыдился показаться ей на глаза после кражи, то ли ещё по какой причине.

Потом в её жизни и вовсе началась светлая полоса - мечты о свадьбе постепенно становились реальностью, уже и дата была определена, а тут как раз подоспело приглашение провести Рождество в компании старых университетских друзей. Но меньше всего Бенедикт могла предполагать, что Оливье тоже окажется тут!

...Определённо, он не сводил с неё глаз, или, по крайней мере, ей так казалось. Потом, когда все выпили, у Оливье развязался язык, и он пустился в бесконечные рассказы о своих гастролях, а перепуганная Бене жадно ловила каждое его слово, опасаясь, как бы спьяну он не сболтнул лишнего. Даже беспечный Жозе заметил это, правда, истолковал по-своему, и учинил ей дикую сцену ревности в тёмной кухне...

А дальше была дурацкая выходка Кристиана, и, наверное, Бенедикт оказалась единственной, кто ей обрадовался - наконец-то этот чёртов ужин закончился, и все начали разбредаться по своим комнатам. Ей не терпелось поговорить с Оливье, выяснить, чего же он всё-таки хочет, и даже ссора с Жозе пришлась тут как нельзя кстати - не придётся ничего ему объяснять.

Правда, ждать ей пришлось долго - в коридоре то и дело слышались чьи-то шаги, а ей совершенно не хотелось, чтобы её кто-нибудь увидел - особенно Лали, которая уже утром всё растрезвонит. Только через час все окончательно угомонились, вот тогда-то Бенедикт тихонько выскользнула из своей комнаты и направилась к Оливье.

...Как это ни странно, он ещё не спал - то ли дожидался кого-то, то ли просто мучился бессонницей после обильных возлияний. Бене и саму немножко покачивало - лучше бы, конечно, вести этот разговор на трезвую голову, но дольше ждать у неё уже не было сил. Чуть ли не с порога она высказала ему всё, что о нём думает - что он безответственная личность, гнусный воришка и вообще просто надоедливый тип.

Сперва опешивший от её появления Оливье лепетал что-то бессвязное, а затем принялся горячо и сбивчиво оправдываться. Конечно, он сделал это не со зла и без всякой задней мысли, просто ему хотелось иметь хоть какую-то память о ней; да он вообще тогда не думал, что делает, просто сунул этот чёртов дневник к себе в карман, повинуясь первому порыву. Да, в глубине души он, наверное, сознавал, что шансов против Жозе у него нет, потому и решился на кражу.

А потом, без всякого перехода, Оливье вновь принялся говорить о своей любви - Господи, чего он только не нёс спьяну! Умолял Бене бросить всё к чертям и выходить замуж за него, клялся оставить свою музыкальную карьеру и уехать вместе с ней туда, куда она только пожелает, обещал исполнять все её прихоти и капризы... Бенедикт хватило всего на несколько минут, затем она раздражённо прервала его и популярно объяснила, что через месяц у них с Жозе свадьба, всё давно решено, а потому мольбы и надежды Оливье просто смешны. Пора бы уже ему наконец признать своё поражение и тихо отойти в сторону.

...Боже, ну зачем только он сказал эту идиотскую фразу - о том, что покажет Жозе дневник! Вырвалась ли она у него в отчаянии, или со злости, или под действием алкоголя - теперь неважно... У Бенедикт тогда потемнело в глазах - от ужаса и от бешенства; всё вокруг перестало для неё существовать, и в голове осталась лишь одна мысль - заткнуть этому подонку рот, неважно как, но сделать так, чтобы он замолчал, чтобы никогда больше не смог сказать, а тем более сделать такое. А проклятый нож лежал, как назло, совсем рядом - на столе, на расстоянии вытянутой руки...

-И я его убила,-равнодушно закончила Бенедикт, обхватив плечи руками.-Даже не поняла, как это вышло, одно мгновение - и вот он лежит передо мной мёртвый, с ножом в груди. Что не получилось у Кристиана, сделала я.

Мне вдруг совсем некстати вспомнился смущённый Жозе и его стыдливое бормотание: Понимаешь, я хотел попросить у неё прощения.... Он стучался к своей невесте, но она ему не открыла - потому что находилась в это время совсем в другом месте. Кто знает - прояви он больше настойчивости, и, быть может, всё сейчас было бы совсем по-другому? Неисповедимы пути Господни...

И я вспомнил ещё кое-что.

-Кстати, о Кристиане,-почему-то я избегал смотреть на Бене, а потому упорно разглядывал пол прямо перед собой.-Как всё-таки получилось, что перстень при обыске нашли у него?

Бенедикт грустно усмехнулась и на короткий миг вновь сделалась похожей на человека, а не на механическую куклу.

-Ты, наверное, считаешь меня чудовищем, Себастьен,-она вновь проделала путь от окна до кровати и обессиленно присела на самый краешек.-Да, это тоже сделала я.

-Но почему?

Впрочем, что за дурацкий вопрос... Уж если ей пришлось убить ради того, чтобы тайна оставалась тайной, неужели она могла допустить, чтобы потом всё открылось? А Кристиан подходил на роль убийцы как нельзя лучше - пьяница, наркоман, скандалист...

-Ты же сам всё понимаешь,-Бенедикт словно читала мои мысли.-После того, как я поняла, что натворила, весь хмель словно рукой сняло. Ты сочтёшь меня законченной шизофреничкой, Себастьен, но думала я в тот момент лишь об одном - о предстоящей свадьбе и о том, что она не должна сорваться лишь потому, что меня упекут за решётку. И я вспомнила, что за ужином учудил Кристиан... А дальше было просто - я протёрла рукоятку ножа салфеткой, которая лежала там же, на столе, потом обернула этой салфеткой перстень Оливье и стащила его с пальца. Никогда ещё я не была такой хладнокровной...

-А потом засунула его Кристиану в карман.

-Да. И сделать это оказалось совсем нетрудно - он налакался до такой степени, что можно было даже притащить его в комнату Оливье и там оставить...

Я, наконец-то, нашёл в себе силы взглянуть на неё:

-Ты ведь никогда не любила Кристиана, правда?

-Да не в этом дело,-Бене медленно сползла с кровати и уселась прямо на полу, уткнув голову в колени.-Нормальному человеку, наверное, меня просто не понять... Я думала только о нас с Жозе, о нашей свадьбе и о том, что он не должен ничего узнать. Больше ни о чём. Теперь ты знаешь всё, Себастьен.

Да, теперь я знал всё. Но чувства облегчения не было, была только тупая, ноющая боль, и я не отрываясь смотрел на Бенедикт, сжавшуюся в комок на полу. Любовь - слишком сильное чувство, чтобы обращаться с ним легкомысленно, а виноватых в этой истории просто нет.

Преступление, совершённое в состоянии аффекта - кажется, именно так это называют юристы... Несомненно, присяжные проявят снисхождение к этой несчастной девушке, да и с доказательствами у обвинения будет туго, если Бенедикт возьмётся всё отрицать. Но в любом случае, жизнь её сломана - как ей быть дальше?

На кухне меня ждут, вспомнил вдруг я. Они пока только догадываются, но ещё ничего не знают толком, и теперь я должен всё им рассказать. Вот только слишком тяжело... И я продолжал неподвижно сидеть на стуле - ещё не веря в то, что всё, наконец-то, закончилось.

К О Н Е Ц


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) С.Елена "Первая ночь для дракона"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Требуется невеста, или Охота на Светлую - 2"(Любовное фэнтези) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Н.Зика "Портал на тот свет"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"