# Глава четырнадцатая: Поиск ответов

Егор Евгеньевич Ендальцев

"Кто-то вопрошает "Что?", кто-то восклицает "Зачем?".

Я же оглядываю все и интересуюсь "Как?""


из сатирического сборника "Коротко, да по каждому"

Сатира Мидгарда.


В Вармарке Самаэль не задержался. Пройдя город насквозь он сразу же направился в Асмару - крупный, по сравнению с загнивающим Вармарком, город, известный своими винами.


Впрочем, Бес избрал этот городок целью не из за алкоголя. Ему нужно было найти способ преодолеть несколько десятков тысяч лиг, отделявших лик Великой матери от её багрового спутника. Даже великие знания полученные от поглощенного демона, не давали бывшему солдату никаких намеков на то, как ему попасть на Моркот.


Конечно, в Асмару не найдется найдется ответ на стоящие перед Самаэлем вопросы, но в винном городке брала начало дорога, ведущая большой торговый тракт. По этому тракту Бес планировал добраться до столицы Сумара - Аспасии, и до её знаменитых библиотек.


Отмывшись от крови в ледяной воде наги и раздобыв в одной и деревушек одежду, он устремился по заснеженной дороге вперед. Долго рассиживаться на одном месте было нельзя, и хотя Самаэль сомневался, что хоть что-то на Эде может повредить ему, память огонька подсказывала, что даже демона можно одолеть и пленить.


Дни сменялись днями, зама постепенно входила в полную силу. Морозы становились злее, лед на Наге крепчал. Все меньше странствующих торговцев и путешественников выходило на дорогу, предпочитая переждать самые суровые дни в теплоте и сытости городских постоялых дворов.


Для Самаэля ни холод ни бушующие ветра больше не были помехой. Он не нуждался ни в тепле, ни во сне. Даже ел он скорее в силу привычки, чем по необходимости. Тот яростный всплеск, овладевший им за воротами гарнизона Вармарка запустил в его теле процесс изменения, который Самаэль был не в силах обратить. Да, даже если бы он и мог снова стать обычным человеком, он бы не захотел этого делать.


Долгими холодными днями, шагая по заснеженным дорогам, Самаэль рассуждал о собственной природе, об открывающихся возможностях и о том, что теперь ему делать. И, в итоге, пришел к очень простому выводу - ему нужно попасть на третий спутник Эрды. Только там он узнает о своём происхождении, только там он сможет найти достаточно силы и знаний чтобы удовлетворить свой проснувшийся аппетит, и только там он сможет наконец избавиться от голоса, все время гремящего у него в голове, насылающего эти изматывающие видения. Что до Великой Матери, то у Самаэля не осталось ничего, что могло вынудить его не покидать эту бренную землю.


Придя к этому простому выводу, бывший солдат веселее зашагал вперед. Даже неизменный голос в его голове притих, видимо почувствовав, что мужчина наконец-то движется к указанной цели. Дни сменялись ночами, полными холода и красного света, а те, в свою очередь, сменялись днями, приносившими доброту хоть и ослабшего, но все еще согревающего Яра. Добравшись до Асмары, Бес отдохнул один день, предаваясь увеселениям, недоступным для простого солдата в всеми забытой глуши, вроде Вармарка.


Правда, по началу встал вопрос с деньгами. Покидая родной гарнизон, Самаэль не сумел захватить с собой ничего, кроме формы и сапогов, что были на нем тогда. Деньги пришлось добывать примитивным и грубым способом - грабежом. Светловолосый гигант крайне эффектно смотрелся, кроша пальцами камни на мелкую пыль в темном переулке, так что некоторую сумму денег ему удалось накопить очень быстро.


Набив карманы медными и серебряными дарами, бывший солдат прошелся по всем местным тавернам и борделям, рассудив что похмелье и заболевания связанные с блудом ему уже не грозят. Прогуляв все награбленные деньги и разбив пару голов, Самаэль спешно покинул Асмару и вышел на большой тракт.


Чтобы дойти до столицы Сумара пешком, Бесу понадобилось две недели безостановочной ходьбы. Когда он подошел к великой стене Аспасии, его сапоги уже почти полностью развалились, держась только на честном слове и слое грязи, накопившемся за долгий переход.


В город его не пустили, сочтя бродягой, не достойным марать белые камни столичной мостовой, и недостаточно зажиточным, чтобы дать взятку стражникам у ворот. Не долго думая, Самаэль дождался ночи и перелез через стену под покровом багровой темноты, укутавшей спящий город. В ту же ночь он проник на территорию Академии высших наук Аспасии и до утра проторчал в Большой Научной Библиотеке, изучая труды по астрологии, физике, истории и мифологии. Но эти книги дали ему лишь слабый намек на ответ.


Единственными существами, способными путешествовать между сферами - были крылатые вирмы. Но их знания и сила были далеко за пределами понимания и доступности даже для величайших умов как Сумара, так и Веллина.


В одном из трактатов, посвященном физике моментальных перемещений, упоминалось о великих струнах, построенных вирмами сотни тысячелетий до зарождения человечества. Эти струны представляли собой потоки энергии и позволяли перемещать материи с одного конца струны на другой. Крылатые змеи создали площадки на концах каждой из струн, и считалось, что любое существо, добравшись до такой площадки сможет переместиться по струне. Но как Самаэль не искал информации о расположении этих платформ, найти ничего не удавалось. Единственным местом, где, теоретически, еще сохранились площадки, было царство вирмов - Рида. На Эде же все постройки крылатых змеев были либо разрушены, либо затеряны.


Добраться до загадочного Серпентира, или Риды, как её называли все .кроме некоторых почитаемых и богатых географов Сумара, было крайне непростой задачей. Ни один корабль не брал курс на открытые воды, чтобы пересечь любой из двух великих океанов и пристать к берегам царства вирмов. Такой переход занял бы несколько месяцев, если не лет, и был полон величайших опасностей. Каких - никто не знал, но слухов ходило превеликое множество.


Самаэль не стал отметать этот вариант, но, все же, он надеялся найти более простой путь. К сожалению библиотека Академии высших наук не могла указать ему иной способ.


Сомнения вновь проросли в душе бывшего солдата. Пусть у него была цель, к которой нужно было идти, и причины, заставлявшие его идти к ней, Самаэль не видел пути и не знал, как и где он может обрести этот путь. Словно почуяв сомнения, в голове у Беса загремел проклятый голос, приказывая идти вперед.


Бывшему солдату нужен был иной источник знаний. Множество пустых полок в библиотеке натолкнули его на мысль, что коллекция научных трудов Академии была подвергнута ревизии и цензуре. А так как единственной силой, способной перекраивать историю и науку в Сумаре, был Совет Церквей, Бес решил попытать счастья в величественных залах и тёмных подземельях здания Совета.


Попасть туда было гораздо сложнее, чем перебраться через городскую стену или проникнуть в Академию. Все входы и выходы в здании Совета охранялись многочисленными отрядами храмовников, все окна на ночь запирались тяжелыми ставнями, превращая амфитеатр здания Совета в неприступную крепость.


Но, за двадцать лет службы в пограничной крепости, Самаэль уяснил, что в любом, даже самом неприступном замке, есть слабые места. Проследив за сменой караула, за деловитой беготней прислуги и различных церковных чиновников, бывший солдат нашел лазейку.


Стащив форму у одного нерасторопного служки, он проник в здание через заднюю дверь кухни, схватил какой-то тяжелый ящик и, сделав непроницаемое лицо, принялся шататься по коридорам, ища архивы. или библиотеку совета.


Конечно, восьмифутовый служка привлекал к себе внимания, но Самаэля так никто и не остановил. Пока казалось, что прислуга занята делом, никому и в голову не пришло поинтересоваться, кто он такой и что он забыл в этом крыле здания. Даже двое храмовников, охранявших вход в подземелье, пропустили его внутрь. Видимо, какой бы значимой не была организация, бардаку и халатности всегда найдется место.


В подземелье здания Совета, стал действовать аккуратнее. Имея способность ощущать энергетические волны, исходящие от каждого живого существа, Бес успешно избегал встречи с другими людьми, тем более, что архитектура и размер подземелья позволяли ему выбирать из нескольких возможных путей обхода очередного храмовника или служки. Исследование всех этих многочисленных переходов, ярусов и помещений заняли у бывшего солдата больше суток непрерывной игры в прятки, но, в итоге он наткнулся на большой зал, в котором складировались запрещенные вещи, конфискованные у различных учреждений или изъятые из частных коллекций знати.


Зал был огромным. Почти всю его площадь занимали бесконечные ряды стеллажей, на которых хранились тщательно подписанные и пронумерованные ящики. При виде всего этого богатства, Бес подумал, что проще будет переплыть великий океан вплавь, чем найти здесь то, что может ему помочь.


Но это был лишь миг слабости, при виде десятков тысяч объемных коробок. Криво усмехнувшись собственным сомнениям, Самаэль углубился в поиски. для начала он нашел книги, изъятые из библиотеки Академии. Понадобилось еще двое суток. чтобы разобраться в нумерации, найти нужные ему коробки, и пролистать конфискованные труды в поисках ответов, постоянно прячась от слуг и храмовников, которые заносили сюда новые коробки, но к концу второго дня бывшему солдату улыбнулась удача.


Он нашел дневник, автор которого был не назван. На первой странице тонким, каллиграфическим почерком было выведено "Откровения о великом провале". Дневник был полон записок, наблюдений и рассуждений об эксперименте по воссозданию технологии вирмов по мгновенному перемещению в пространстве.


Еще не прочитав и половину, Самаэль понял, о каком эксперименте идет речь. Еще в Доме милосердия всем сиротам усердно вбивали страх перед магией. Почти каждая проповедь начиналась с перечислений ужасов, обрушившихся на Эду в Черный день. Церковники не уставали напоминать о ужасающем проступке шабаша магов и усердно впихивали в молодые умы мысль, что каждый колдун или маг, не зависимо от рода их деятельности, является малефиком и подлежит наказанию за свои деяния. Так же Бес знал, что события Черного дня стали поводом для создания ордена Охотников и начале первой большой Охоты, в результате которой были практически истреблены все маги, колдуны, ведьмы и тысячи ни в чем не повинных людей, которым не посчастливилось вызвать зависть у своих соседей.


В дневнике говорилось, что место для проведения эксперимента было выбрано не случайно. На Красном Поле, известном ныне как Черный холм, брал начало мощный энергетический поток, устремляющийся кеда-то за пределы Лика Великой Матери. Шабаш предполагал, что этот поток и есть струна Вирмов. ведущая на одну их небесных спутников Эрды, теоретически на Хель. Маги хотели воссоздать платформу доступа к струне, чтобы изучить и подчинить себе эту будоражащую воображение технологию вирмов.


Результатом эксперимента стал чудовищный энергетический взрыв, повлекший за собой множество природных катаклизмов и изменений всего лика Великой Матери. Но, кроме того, автор заключал, что магическая платформа была таки создана, а магический поток, терявший со временем свою плотность и структуру, был стабилизирован. Правда, никто из магов, проводивших эксперимент так и не сумел воспользоваться площадкой и подтвердить гипотезу автора - все они погибли при взрыве, после которого магия на территории Сумара была запрещена.


Что же, это было неплохой зацепкой. Прихватив дневник и еще пару книг про технологии вирмов и природе демонов, Самаэль беспрепятственно покинул здание совета тем же способом, которым и пришел - прикинувшись крайне занятым посыльным.


Не став любоваться величественными видами дворцов и храмов, и другими прелестями столицы, бывший солдат покинул Аспасию и направился по широкому торговому тракту в Копор, где намеревался узнать дорогу к Черному холму.

Самаэль пребывал в хорошем расположении духа, ведь он был снова в пути, а проклятый голос снова притих.