Эпсилон Тукана: другие произведения.

Истинная история Итачи. Книга яркого света

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.65*20  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первая часть истории Итачи. Любительский русский перевод новеллы авторства Яхо Такаши и Масаши Кишимото. Оригинальное название: Itachi Shinden: Kōmyō-hen.


ГЛАВА 1

Птенец темной ночью все еще не покинул гнездо

1

  
   Учиха Итачи очень четко помнил момент, когда к нему пришло осознание, что он за человек такой.
   В тот день лил дождь. Итачи только исполнилось четыре года. Ливень нещадно хлестал его крошечное тело. Под тяжестью капель едва ли удавалось разлепить глаза. Отец стоял рядом, но даже не пытался его утешить, а Итачи и не ждал этого.
   - Запомни, это - поле битвы, - могучие слова отца пробились сквозь шум дождя и проникли Итачи в самое сердце.
   Поле битвы...
   Немного не то слово, которое стоит запечатлеть в памяти четырехлетнему мальчику. Жуткое зрелище, развернувшееся перед ним, было вовсе не предназначено для детских глаз.
   Тела, тела, тела... Горы мертвых тел покуда хватало взгляда. Окоченевшие трупы с искаженными агонией лицами.
   - Через несколько лет ты тоже станешь ниндзя. Даже если эта война закончится, реальность мира шиноби останется прежней. И тебе предстоит стать частью этого мира.
   Жесткий голос отца отзывался в ушах. Итачи слушал, терпел и пытался сохранить самообладание. Если бы он позволил себе расслабиться, в то же мгновение из глаз бы хлынули слезы.
   Не от страха или грусти, нет. Внутри клубилось чувство, которое невозможно было описать словами. Мальчик и сам не знал, откуда взялась эта невыносимая теснота в груди.
   Итачи стоял под проливным дождем. Он мог заплакать, отец бы не заметил. И, тем не менее, Итачи не хотел этого. Словно понимал, что, дав волю чувствам, он лишится чего-то критически важного в его будущей жизни шиноби. Итачи отчаянно сопротивлялся подступавшим к горлу рыданиям, но слезы сами потекли по мокрым щекам.
   Люди с протекторами Конохи, шиноби других стран. Земля была устлана бесчисленным множеством мертвых тел, и для них больше не существовало государственных границ. Они боролись, стонали, корчились, но никто из них не сумел избежать собственной смерти. Все эти лица, полные страдания, были одинаковы, вне зависимости от того, из какой страны происходили шиноби. Никто из них не хотел умирать, а сейчас все они были мертвы. Почему?
   Из-за войны.
   - Отец, - Итачи услышал собственный голос и понял, что весь дрожит. Не от ледяного дождя, не из страха перед трупами. Он дрожал от ярости. - Зачем ты привел меня сюда...
   Отец молчал некоторое время и наконец заговорил, тщательно подбирая слова:
   - Ты умный мальчик.
   Итачи глядел на погибших воинов и ждал продолжения. Он почувствовал тепло на макушке: ладонь отца мягко легла ему на голову.
   - Я хотел показать тебе реальность.
   Итачи яростно пытался отыскать в памяти значение слова "реальность". Ему было всего лишь четыре. Он не видел разницы между реальностью и иллюзией. Тем не менее, он прекрасно понял, что хотел сказать ему отец.
   - Это мир, в котором я живу...
   - Верно, Итачи. Шиноби - это те, кто сражается. Всегда помни о том, что видел сегодня.
   Голос отца заставил Итачи шире раскрыть глаза. Он запечатлел в памяти лежащую перед ним жуткую картину, чтобы больше никогда не забыть ее.
   Позади глаз запекло. В них шевельнулось что-то теплое и совсем непохожее на слезы. Дикая волна силы, хлынувшая к сетчатке, была настолько пугающей, что Итачи невольно зажмурился. Стоило ему сделать это, как волна медленно отступила и рассеялась где-то в голове.
   Он отрывисто дышал, сердце бешено колотилось. Маленький Учиха глубоко вздохнул и открыл глаза. Адский мир перед ним не изменился.
   Итачи прижал ладонь к груди. Ему показалось, что если он отдастся этой силе, дремлющей в глазах, то перестанет быть собой.
   - Что случилось?
   Вместо ответа Итачи пристально вглядывался в ужасную картину. Ему предстояло жить в аду, но он не собирался покорно принимать этот факт и сидеть сложа руки.
   "Я все изменю", - подумал Итачи.
   Какой бы ни была причина, пытаться решить проблемы насилием - ошибка. Если мир таков, то он обязан измениться.
   Эта вера стала основой человека, отныне известного как Учиха Итачи.
   Итачи запомнил этот день навсегда.
  

****

  
   Через несколько недель после того, как Итачи обрел смысл своего существования, Великая Война, унесшая жизни многих шиноби, наконец закончилась. Деревня Скрытого Листа и главный агрессор, Деревня Скрытого Камня, заключили перемирие, а столкновение это впоследствии получило название Третьей Мировой Войны Шиноби.
   Несмотря на то, что война была в целом благоприятной для Конохи, Хирузен, Третий Хокаге, положил конец сражениям с беспрецедентным предложением не требовать от Деревни Скрытого Камня каких-либо репараций. Сторонники войны осуждали это решение, считая его проявлением слабости, и, чтобы удержать недовольство в Листе под контролем, Хирузен решил оставить пост Хокаге. Это привело к выборам нового лидера, и Четвертым Хокаге стал герой Великой Войны, Намиказе Минато.
   Деревня медленно восстанавливалась.
   У Итачи была четкая цель: "Стать лучшим шиноби из когда-либо существовавших и прекратить войны во всем мире." Взрослые посмеялись бы над такой мечтой. Но для четырехлетнего Итачи она была драгоценной и незаменимой. Для начала ему предстояло изучить азы навыков ниндзя в академии, сдать экзамены и официально стать шиноби. Итачи еще не зачислили в академию, но он хотел воплотить свою мечту о мире как можно скорее, поэтому тренировался самостоятельно.
   - Я дома.
   Итачи разулся в прихожей и неспешно двинулся по коридору. Когда он проходил мимо кухни, его окликнул мать Микото:
   - Как прошел день? Ты снова тренировался один?
   - Да.
   Ответ прозвучал слишком взросло для четырехлетнего сына. Микото обернулась, обнимая круглый живот.
   Мама носила под сердцем ребенка. Кто же родится: маленький братик или сестра?
   - Папа у себя?
   - Да, он там, но сейчас он немного... - ответила мать, но Итачи уже шагнул к отцовской комнате.
   Во время тренировки у него появился вопрос про кунаи, и он хотел получить ответ прямо сейчас.
   - Почему Четвертым стал этот Минато?!
   Заслышав свирепый голос по ту сторону раздвижной двери Итачи остановился.
   - Ты не знаешь, кто может слушать, - спокойно произнес отец. - Говори тише, Яширо.
   - Но я просто не понимаю. Единственным кандидатом на место Четвертого, помимо Минато, выдвинули Орочимару-сама! Почему никто не предложил на пост Хокаге вашу кандидатуру, Фугаку-сама? - негодовал человек по имени Яширо.
   В воображении Итачи всплыло лицо Яширо: узкие глаза, короткие серые волосы... Он служил подчиненным отца, хоть и был старше него.
   - Яширо прав. Я тоже не могу понять этого, - произнес другой голос.
   - Инаби... - отец назвал говорившего по имени.
   Учиха Инаби был одним из лучших шиноби Военной Полиции Конохи. Его отличительной чертой были длинные черные волосы, а сам он также служил подчиненным отца Итачи.
   - Шиноби других стран дрожали при упоминании Свирепого Глаза Фугаку во время Великой Войны.
   - Глава Военной Полиции Конохи - вот моя должность в деревне.
   - Есть слухи, что это все план правящей верхушки! - воскликнул Яширо. - Они не хотят, чтобы клан Учиха пришел к власти. Они ничего не сказали деревне о ваших подвигах на Великой Войне, Фугаку-сама! И поэтому все лавры достались Минато, одному из Троицы, и даже Хатаке Какаши, который носит шаринган, принадлежащий нашему клану. Если люди поднимают шум вокруг Минато и Какаши, тогда ваше имя тоже...
   - Довольно, - властный голос Фугаку оборвал Яширо. - Мой сын слушает.
   Итачи поморщился.
   - Чего ты хочешь, Итачи?
   Он заметил... Как я неопытен...
   Итачи стиснул зубы. Теперь ничего не оставалось, кроме как приоткрыть раздвижную дверь и показаться отцу. В комнате было четверо людей: его отец - Фугаку, Яширо, Инаби, и еще один мужчина с точкой на лбу - подчиненный отца, Учиха Текка.
   - Что такое?
   - Я хотел спросить тебя про сюрикены.
   - Сейчас я занят. Спросишь позже.
   - Хорошо, - ответил Итачи и быстро задвинул створку двери.
   В последний момент, когда дверь была почти закрыта, багровый свет вспыхнул в глазах четырех мужчин. Шаринган. Кекке генкай - улучшенный геном, передающийся из поколения в поколение в клане Учиха.
   Возвращаясь к себе, Итачи вспомнил атмосферу, царящую в комнате отца. И по какой-то причине в памяти ожила жуткая картина поля битвы - зрелище ада, переполненного злобой и ненавистью.
   "О чем думает отец..." - прошептал Итачи, но некому было ответить на его вопрос.

2

  
   Пять лет.
   Итачи совершенно не заботился о своем дне рождения. Это ежегодное событие было всего лишь километровым столбом, ничем более. Однообразный и будничный, или же полный впечатлений и опыта, год все равно был просто годом. Даже если цифра, обозначающая возраст Итачи, стала на единицу больше, это отнюдь не говорило о каких-либо изменениях.
   Что было действительно важно, так это ежедневные тренировки - шаг за шагом, непрерывное движение вперед, к своей мечте. Но в этом году случилось нечто знаменательное, всколыхнувшее и навсегда изменившее душу Итачи. Это нечто находилось сейчас у него перед глазами.
   - Ну что? - спросила Микото.
   Итачи не ответил. Он сел, поджав ноги под себя, и уставился на создание, лежащее прямо перед ним.
   Крохотный новорожденный малыш блуждал невидящими глазами вокруг пустого места и пытался осознать, что с ним происходит.
   Итачи осторожно дотронулся до щеки ребенка. Дитя дернулось от неожиданного прикосновения. Шокированный этой реакций Итачи поспешил убрать руку, а мать засмеялась, наблюдая за ним.
   Учиха Саске...
   Итачи снова нежно ткнул ребенка в щечку.
   - Саске...
   Он впервые произнес вслух имя своего брата, и в этот момент в его сердце вспыхнуло что-то теплое. Особенное чувство, совсем непохожее на любовь к матери или отцу. В конце концов, пятилетний Итачи не мог описать его словами. Но глядя на слабый огонек жизни, который, казалось, мог погаснуть навсегда от одного лишь прикосновения, Итачи ощутил, как в нем пробуждается мужское чувство ответственности, убеждение, что он обязан защитить эту крошечную жизнь.
   - Позаботишься о своем маленьком братике, мм? - спросила мама, и Итачи пылко закивал, не отрывая руки от щеки малыша Саске.
  

****

  
   Итачи тренировался постоянно с того самого дня, как отец показал ему поле битвы. Оставался всего один год до долгожданного поступления в академию. Единственной целью Итачи было отточить свои навыки, чтобы стать сильнейшим шиноби из всех существующих. Почему сильнейшим? Чтобы избавить мир от бесполезных сражений, разумеется. Итачи не принял отцовского понимания сущности шиноби. Неужели искусство ниндзя и чакра существуют лишь для того, чтобы их использовали в бою? Итачи был уверен, что нет.
   Человек, обладающий большой силой, может остановить бессмысленное насилие. Могущественный шиноби, в битве с которым другие не имели бы и шанса, сумеет заставить окружающих прислушаться к своим словам и указаниям.
   Учиха Итачи хотел стать именно таким шиноби. Он верил в то, что будь он сильнее, способнее других, то смог бы предупредить или остановить ужасные конфликты вроде последней Великой Войны. Он не допустил бы кровопролития.
   Итачи уверенно шел к своей цели, и потому изнурительные тренировки не были ему в тягость. Рощица возле дома служила ему тренировочной площадкой. На кедрах висели деревянные мишени, каждая размером с человеческую голову и с двумя черными кругами по центру.
   Итачи стоял в лесу в полном одиночестве, зажав кунаи между пальцами, по четыре в каждой руке. Он прикрыл веки, медленно выдохнул и оттолкнулся от земли настолько сильно, насколько мог. Перевернувшись в воздухе вверх тормашками, Итачи прижал руки к груди, а затем резко развел в стороны. Восемь клинков сверкнули в полумраке и разлетелись по разным траекториям.
   Тук! Тук! Тук! Итачи приземлился, а звуки отзывались эхом вокруг него со всех сторон.
   Острые лезвия вонзились в центры мишеней, висящих на кедровых деревьях.
   - Хорошая работа, - неожиданно раздался голос за спиной.
   Итачи, затаив дыхание, обернулся и увидел черноволосого паренька. На лбу сверкнул протектор Конохи: незнакомец был явно старше него.
   - Сколько тебе лет? - спросил мальчик.
   Итачи не знал его имени, но лицо было знакомым. Еще один ниндзя из клана Учиха.
   - Пять.
   - В твоем-то возрасте так мастерски управляться с кунаями? Ты действительно нечто. - Парнишка протянул ему руку: - Меня зовут Учиха Шисуи.
   - Я...
   - Я знаю. Итачи. Сын шефа Военной Полиции Фугаку-сана.
   Такое дружелюбное поведение озадачило Итачи, и это наверняка отразилось на его лице, потому что Шисуи пожал плечами и сказал:
   - Я слышал, что ты странный ребенок и не хочешь общаться с людьми. Тебя действительно трудно расшевелить.
   - Но если в этом нет смысла...
   - Ах, не говори так.
   Шисуи рассмеялся и исчез. Итачи невольно стал искать его глазами и наконец нашел: вот он - в небе! Шисуи танцевал в воздухе, почти как Итачи несколько мгновений назад. Он раскинул руки в стороны и восемь сверкающих клинков рассекли воздух.
   - Ого!
   Итачи широко распахнул глаза от изумления.
   - Ну как? - Шисуи приземлился и довольно осклабился. - Я тоже неплохо обращаюсь с кунаями, верно?
   Рядом с кунаями, запущенными Итачи, торчали новые, почти вплотную - работа Шисуи.
   - Я наблюдал, как ты тренируешься здесь каждый день.
   Он медленно подошел к Итачи и снова протянул ему руку.
   - Давай будем дружить.
   Теплый голос Шисуи и его дружелюбие тронули Итачи. Он принял предложение и пожал жаркую руку своего нового друга.
   - Приятно познакомиться, Итачи, - улыбнулся Шисуи.
   Итачи смотрел на сияющего паренька и удивлялся тому, что принял этого странного чрезвычайно дружелюбного ниндзя.
  

****

  
   Он посмотрел на луну.
   Только я и Саске...
   Родители ушли, а Итачи сидел дома и приглядывал за младшим братом. Он оставил раздвижную дверь открытой, вышел и сел на крыльце с Саске на руках.
   Полная луна затмевала своим светом ближайшие звезды, и, казалось, готова была свалиться с неба прямо на деревню. Щеки ласково гладил легкий ветерок.
   - Хм?
   Итачи нахмурился, учуяв едва ощутимый неприятный запах, принесенный ветром. Саске заворочался, вероятно, заметив перемену в своем старшем брате. Или тоже почувствовал: что-то не так.
   Итачи сверлил взглядом луну. "Что это за чувство?.."
   Саске заплакал.
   - Тихо, тихо.
   Итачи качал брата и продолжал смотреть на луну. В свежем порыве ветра он явственно различил запах дикого животного. "Не нравится мне все это, - подумал Итачи. - Почему мамы и папы нет дома в такой неподходящий момент?"
   Саске разрыдался еще сильнее. Сейчас явно было не время глазеть на луну; Итачи перевел взгляд на маленького брата и улыбнулся.
   - Тихо. Не плачь, Саске. Твой старший брат защитит тебя во что бы то ни стало.
   Рыдания Саске ничуть не убавили в громкости, но нотки страха сменились умиротворением. Итачи уловил это, они ведь были братьями.
   Грядет нечто страшное... Но все, что мог Итачи, это крепче обвить руками маленький сверток по имени Саске.
  

****

  
   В деревне царил полнейший хаос.
   Учиха Фугаку смотрел на клубы пыли, поднимающиеся в стороне от управления Военной Полиции Конохи. Его люди, лучшие в клане Учиха, стояли вокруг и ждали.
   - Ох, это же... - пробормотал слева сероволосый Яширо.
   Фугаку собственными глазами увидел причину всеобщего волнения.
   - К-кьюби... - заикаясь, выдавил Инаби. Он отчаянно пытался унять дрожь во всем теле.
   Фугаку косо посмотрел на испуганных подчиненных и решительно взглянул на зрелище перед собой.
   - Ошибки быть не может, - заявил он. - Это Кьюби.
   Из облака пыли в центре деревни вырвались девять хвостов. Они извивались, словно гигантские змеи, и сходились на огненно-рыжем теле чудовища. Гигантский лис ревел так, словно хотел скинуть с неба луну, и от одного лишь вида ужасной твари кровь стыла в жилах. Существо из легенд, здесь, в Листе, чтобы разрушить их родную деревню.
   - Пошлите отряд, немедленно. Я тоже пойду.
   - Фугаку-сама, вы собираетесь пойти туда? - спросил Яширо и его голос дрогнул.
   - Разумеется! - воскликнул Фугаку, не сводя глаз с Кьюби.
   Со всех концов деревни доносились крики. Рыжего демона можно было увидеть с любого района Конохи: даже в тех местах, которые все еще не были атакованы, люди впадали в панику при виде Девятихвостого.
   - Возможно, это самая ужасная катастрофа для деревни с момента основания. И вы полагаете, я могу просто сидеть сложа руки в такой момент? Я, шеф Военной Полиции Листа?
   - Но...
   Находиться вблизи демона-лиса, означало идти на верную смерть. Среди шиноби, что первыми поспешили на поле боя, наверняка уже были жертвы. Не удивительно, что Яширо был напуган.
   - Это мой долг. Я буду выполнять свою работу, а не трусливо цепляться за жизнь.
   - Шеф... - на глаза Яширо навернулись слезы.
   - Единственное, чем можно контролировать Кьюби - это шаринган клана Учиха. Если мы не поторопимся, остановить его будет невозможно.
   - Шеф! - задыхаясь воскликнул Учиха Текка.
   Он взбежал по лестнице на крышу и остановился рядом с главой Полиции Листа. По бледному лицу подчиненного Фугаку понял, что тот принес тревожные вести.
   - Что такое?
   - Приказ от начальства, - Текка все еще тяжело дышал. - Полиция должна усилить защиту гражданских.
   - Что ты сказал? - Фугаку свирепо взглянул на подчиненного, не веря собственным ушам.
   Заметив злость шефа, Текка осмелился озвучить свои собственные предположения:
   - Только шаринган может контролировать Девятихвостого. Правящая верхушка, вероятно, опасается...
   - Ты хочешь сказать, что это мы виноваты?! - заорал Яширо.
   Фугаку прекрасно понимал, насколько это больно. Клан Учиха был частью Деревни Скрытого Листа, никому из них не было смысла выпускать Девятихвостого и повергать родную деревню в хаос. Кто бы ни контролировал Кьюби, если он обходил стороной свой дом, то явно попадал под подозрение. Никто в клане не повел бы себя так глупо. Если бы кто-то из Учих действительно призвал в Коноху Девятихвостого, он бы натравил демона и на свой квартал тоже. По крайней мере, это не могла быть работа Учихи, живущего в деревне.
   - Передай им, что я понял, - процедил Фугаку.
   - Шеф! - Яширо подошел ближе.
   Фугаку молча кивнул и повернулся к лестнице, ведущей на нижние этажи. Он волновался за Итачи и Саске, которые остались дома одни, но пост шефа Военной Полиции обязывал его в первую очередь исполнять свой долг.
  

****

  
   - Итачи!
   - Мама!
   - Слава Богу! Вы живы! - Микото крепко обняла Итачи, который стоял перед домом и держал на руках Саске.
   - Я решил дождаться тебя. Ты бы переживала, если бы мы убежали, а ты вернулась и не нашла нас.
   Его мать кивала и тихо плакала. Последние часы Итачи пребывал в постоянном напряжении, он ведь должен был защитить своего маленького брата. Однако, сейчас он позволил себе немножко расслабиться. Но ненадолго. Он вдруг заметил, как что-то стремительно надвигается на них позади Микото. Итачи тут же вскочил.
   - Мама! - воскликнул он, швырнул Саске матери и подпрыгнул.
   Огромный камень, подброшенный в воздух Девятихвостым, разбился возле дома, его осколки заплясали вокруг. Один большой кусок летел прямо к ним, в спину Микото.
   Итачи опустил глаза и встретился с вопросительным взглядом матери. Микото прижимала к груди Саске и с удивлением наблюдала за своим старшим сыном, гадая, что побудило его внезапно подскочить. Камень был просто огромным, он бы с легкостью смел мать и двух ее маленьких детей.
   - Я защищу вас, - прошептал Итачи и крепко сжал кулак.
   Тайдзюцу шиноби опиралось не на физическую силу. Итачи был маленьким ребенком со слабым неразвитым телом, ему ведь исполнилось всего пять лет. Но, грамотно управляя чакрой, он смог бы разрушить даже такой крупный камень.
   Итачи сконцентрировал чакру в кулаке и она окутала руку бледно-голубым сиянием. Камень с разгону налетел на кулак и взорвался с оглушительным скрежетом. С неба посыпались мелкие осколки. Итачи беззвучно приземлился.
   - Ты в порядке? - спросил он, оборачиваясь.
   Микото смотрела на сына огромными глазами и не могла скрыть своего удивления. Она была джонином и прекрасно понимала уровень подобных навыков, потому способности Итачи поразили ее до предела.
   - Здесь небезопасно, идем к остальным.
   - Хорошо...
   Голос сына заставил Микото подняться. Она продолжала неподвижно стоять, а Итачи ринулся к ней, чтобы поскорее взять за руку.
   - Еще не поступил в академию, но уже способен на такое... Ты действительно сын своего отца.
   Мама хвалила его, но сейчас было не время. Сердце Итачи захлестнуло чувство долга - он должен был привести ее и брата в безопасное место.
   Отовсюду доносились вопли девочек и крики мальчиков вперемешку с грохотом разрушения; это было ужасно. Бегущие истекающие кровью люди пытались скрыться от катастрофы, найти безопасное место. Потерявший руку мужчина кричал на своих товарищей ниндзя. Молодая женщина бессмысленно уставилась на гору щебня, словно кукла-марионетка с оборванными нитями. Рыдающий ребенок, который пытался разбудить уже остывшую мать... Где-то у себя в голове Итачи слышал оглушительный гомон. Они не так далеко убежали, но он уже задыхался. Этот кошмар накладывался на картину поля битвы, которое он видел в четыре года.
   Война...
   Тупая боль пронзила глаза и вместе с ней хлынули волны силы, как тогда на Великой Войне. Итачи на мгновение показалось, что мир окрасился в алый цвет, но это чувство быстро утихло.
   Микото заметила, что с сыном происходит что-то странное и позвала его:
   - Итачи?
   - Я в порядке, мам.
   Он отчаянно бросился вперед, убегая от разрушительной ненависти Кьюби. В глубине души Итачи молился о силе, способной остановить войну.
   Он хотел быть сильным шиноби.
  

****

  
   В конференц-зале резиденции Хокаге собрались четверо: Третий Хокаге Хирузен, Шимура Данзо из Анбу, а также советники - Хомура и Кохару. Хирузен, измученный сражением с Кьюби, смотрел на своих соратников. Казалось, морщины на его лице стали еще глубже, чем были прежде.
   - Четвертый Хокаге и его жена Кушина отдали свои жизни чтобы запечатать Кьюби. Они спасли деревню.
   Данзо слушал с кислым лицом и ждал, когда бывший Хокаге закончит.
   - Коноха понесла огромный ущерб. Подобного не было даже во времена Великой Войны, - сказал Данзо.
   - Если мы не восстановимся в ближайшие сроки, другие деревни не упустят возможности напасть на нас, - добавил советник Хомура.
   Хирузен слабо кивал и продолжал мрачным голосом:
   - Я планировал начать приготовления немедленно.
   - Есть еще одно обстоятельство, которое я хотел бы прояснить.
   Хирузен вопросительно посмотрел на Данзо и напоролся на выдержанную годами жестокость, притаившуюся в ледяном взгляде его единственного глаза. Левого. Правый был замотан бинтами.
   - Я хочу перенести резиденцию Учиха на периферию деревни, - заявил Данзо.
   - Что? - Хирузен сердито взглянул на него и нахмурился.
   Данзо бесстрастно продолжал:
   - Ни для кого ведь не секрет, что только шаринган клана Учиха может контролировать Кьюби.
   - Не хочешь ли ты сказать, что это Учиха натравили на деревню Девятихвостого?
   - Да, именно это я и хочу сказать.
   Хирузен затаил дыхание. Советники молча наблюдали за их перепалкой.
   - Отношение к ним во время Великой Войны; Фугаку, который отказался комментировать назначение Четвертого... В последнее время среди клана Учиха недовольство деревней значительно возросло.
   - Я не согласен.
   - Корень Анбу пристально наблюдал за кланом. Учиха недовольны, и это факт.
   - Это давний...
   - Это еще не все, - Данзо самоуверенно оборвал Хирузена на полуслове. - Прошедшие Великую Войну, разочарованы фактом, что даже такой редкий гений, как Свирепый Глаз Фугаку, должен мириться с тем, чтобы занимать всего лишь пост главы Военной Полиции Листа. Это разочарование однажды перерастет в серьезное неудовлетворение и может привести к восстанию.
   - Тем не менее, тебе не кажется, что объявлять Учиха виновниками давешней катастрофы слишком поспешное решение?
   - Это не та вещь, которую можно пустить на самотек просто потому, что у нас нет доказательств, Хирузен. Слушай. Шаринган - единственный способ контролировать Кьюби. Это факт.
   Третий Хокаге колебался.
   - В любом случае, мы должны собрать весь клан Учиха на краю деревни. И необходимо сделать это сейчас, пока мы еще можем объяснить это перепланировкой после недавнего инцидента с Девятихвостым.
   Остальные трое могли лишь хранить молчание, столкнувшись с непоколебимостью человека, олицетворявшего тьму Анбу,
  

****

  
   Итачи понравился их новый дом. Да, пусть они теперь жили далеко от центра деревни, но здесь же располагался и Храм клана Учиха, а кроме того на новом месте было много зелени, и найти место для тренировок совершенно не представляло труда. Стоило пройти совсем чуть-чуть, и Итачи мог пересечь границу деревни за которой раскинулись скалистые холмы. Также он полагал, что это хорошее и тихое место для его маленького брата.
   Тем не менее, взрослые считали иначе. С тех пор, как было решено, что члены клана, прежде обитающие в разных концах деревни, отныне будут жить вместе в новом районе, построенном специально для них, молодые ниндзя стали часто наведываться к отцу Итачи.
   Дискриминация.
   Преследования.
   Ложные обвинения.
   Из отцовской комнаты слышны были только возмущенные возгласы. И Итачи прекрасно знал, почему взрослые не считали переезд радостным событием. Кого-то из их клана подозревали в том, что это он натравил Кьюби на деревню. И в итоге, всех Учиха группой вытеснили на окраину, не позволив сказать ни слова в свою защиту. Для Итачи не было неожиданностью, что отец и другие были возмущены. Но раз дело сделано, то пора бы уже принять это и успокоиться, разве нет? В конце концов, клан был вместе, поэтому наиболее здравым решением было улучшать их новый район.
   Деревня лежала в руинах после разгромного нападения Кьюби. Не только для Учиха наступили трудные времена: многие люди потеряли близких; многие потеряли дома и не имели понятия, что им теперь делать. Разве не должны были члены клана Учиха считать себя счастливчиками, ведь их новый район был построен в первую очередь, тогда как другие жители Листа, потерявшие все в ужасной катастрофе, все еще не получили от деревни никакой помощи.
   Итачи чувствовал разочарование при виде этих постоянно недовольных взрослых, которые только и делали, что жаловались.
   - Хорошо, я иду, - прозвучал за спиной голос отца.
   Итачи ужинал с мамой и Саске. Разумеется, его младший брат, восседающий на высоком детском стульчике, все еще не мог есть твердую пищу. Саске только научился самостоятельно держать головку, но уже во всю качал ею из стороны в сторону. Он повернулся к брату и с интересом уставился на него огромными круглыми глазами, зачарованно наблюдая, как Итачи ест рис. Этот мальчик кладет в рот что-то белое на длинных палочках. Как по-твоему, что же он такое делает?
   Взгляд малыша был настолько пристальным, что Итачи даже задумался, а вдруг Саске уже мыслит по-взрослому? Братику еще не исполнилось и года, но своим серьезным взглядом он уже доступно передавал мысли и желания.
   - А как же ужин? - спросила Микото, глядя куда-то мимо Итачи.
   Итачи обернулся. В щели раздвижной двери мелькнуло суровое лицо отца.
   - Поем где-нибудь. И я буду поздно, так что ложитесь без меня.
   - Хорошо, удачи тебе.
   - Спасибо. Я пошел, - добавил Фугаку.
   Итачи встретился с холодным взглядом отца. В то время как все мысли малыша Саске были написаны на лице, мысли Фугаку таились где-то очень глубоко и тщательно скрывались за ширмой ледяного взгляда.
   - В следующем году тебе поступать в академию. Тренируйся как следует.
   - Хорошо.
   - Асу-усу-у-у, - подал голос Саске, бессовестно копируя Итачи.
   Отец посмотрел на малыша, слабо кивнул и пропал в щели раздвижной двери.
   Семья продолжила ужинать.
  

****

  
   - Чем взрослые занимаются так поздно ночью? - спросил Итачи своего единственного друга.
   Шисуи, глядя на далекие каменные лица Хокаге, улыбнулся кончиками губ.
   Они сидели на утесе за пределами деревни. Об этом месте не знал никто кроме них. Под крутым обрывом текла река, извивалась за памятником Хокаге. Возле Итачи и Шисуи она становилась глубже и быстрее, нежели в своей начальной точке у деревни.
   - Я - генин, - ответил Шисуи, глядя вдаль. Он повернулся к притихшему Итачи и мягко продолжил: - Так что я хожу на собрания взрослых.
   - А?
   - Они регулярно встречаются в храме Учиха.
   Итачи хотел спросить, что Шисуи имеет в виду, но испугался и не смог проронить ни звука.
   Шисуи посмотрел вниз.
   - Тебе лучше пока не знать об этом.
   Итачи с тревогой уставился на друга, который отвел глаза.
Напряженная атмосфера, царящая в клане... Итачи от всего сердца надеялся, что это всего лишь его глупые страхи и ничего более.
  

3

  
   Шесть лет.
   Итачи наконец-то поступил в академию. Школа не приводила его в восторг сама по себе, скорее она была для него очередной ступенью. Итачи чувствовал, что еще на шаг приблизился к долгожданной цели - стать ниндзя. Обучение в академии обещало быть совсем не таким, как тайные тренировки наедине с самим собой или с Шисуи. Дни, проведенные в школе, были билетом в мир шиноби, и это радовало Итачи.
   - Так, а теперь представьтесь и расскажите всем, кем бы вы хотели стать в будущем! - объявил учитель.
   Первый класс. Дети стеснительно поглядывали друг на друга. Итачи наблюдал, как другие перешептываются: "Эй, что мы сейчас делаем?".
   Он смотрел на все со стороны, словно происходящее его не касалось. "Неудивительно, что они смущены, - подумал Итачи. - Они не могут встать перед кучей незнакомых людей и открыть всем свои мечты."
   - Ладно, тогда пойдем по списку, - громко произнес учитель, перекрикивая гомон первоклассников. Может быть, он понимал, как чувствуют себя его ученики, а может быть и нет.
   Учиха Итачи...
   Первая буква его фамилии "У", в самом начале списка. Итачи ни на секунду не задумывался о том, что же ему сказать. У него была все та же мечта, оставалось только озвучить ее.
   - Хорошо, молодец.
   Класс аплодировал очередной выступившей ученице: она мечтала стать великим ниндзя, прямо как ее отец.
   Стать великим ниндзя, как отец... Итачи представил своего отца. Фугаку был действительно выдающимся шиноби. Но Итачи чувствовал, что ему недостаточно быть главой Военной Полиции Листа. Пусть он и уважал отца, и действительно хотел также преуспеть в искусстве шиноби, как и его родитель. Но Итачи метил выше. И отец не был воплощением его идеала.
   - Отлично. Следующий, Учиха Итачи.
   Учитель смотрел на него и улыбался. Представляться не было смысла, ведь его имя уже назвали. Потому Итачи просто поднялся и встал перед классом. Ровесники впились в него любопытным взглядом. Итачи почесал лоб.
   - Я - Учиха Итачи. Моя мечта... - он запнулся.
   И ученики, и преподаватель вопросительно приподняли головы.
Итачи замолчал не потому, что ему было не о чем говорить. И не из-за волнения. Он просто вдруг усомнился, стоит ли говорить о своей мечте в таком месте.
   Мечты одноклассников были банальными. "Я хочу быть, как отец", "Я хочу стать великим ниндзя и выполнять много миссий", "Я хочу быть милым шиноби". Нечто подобное все ожидали услышать и сейчас. Но мечта Итачи была другой.
   - Моя мечта...
   - Все в порядке, давай скажи это, - ободрил его учитель.
   Неважно, что они думают.
   - Я хочу стать самым великим шиноби всех времен, настолько сильным, чтобы прекратить все сражения и войны.
   Кто-то захихикал в углу класса, но тут же грянули ожидаемые аплодисменты.
   - Молодец! - сказал учитель и потрепал его по голове.
   Кажется, это прозвучало слишком нелепо. Никто не поверил ему. Все они думали, что его мечта никогда не сбудется. Глупая мечта ребенка, который не знал реалий этого мира. Именно так они все считали, потому смеялись над ним и машинально хлопали. Только Итачи не шутил. А его учителю и одноклассникам вскоре предстояло узнать насколько он был серьезен.
  

****

  
   - О-ох...
   Его одноклассники, сидевшие рядком, онемели от удивления. Даже учитель оторвался от своих пометок и забыл огласить следующего ученика, не веря своим глазам.
   Занятие было направлено на то, чтобы определить, как много целей за короткий промежуток времени сможет поразить каждый ученик. Манекены были расставлены по всему двору, и каждый из ребят выступал лично.
   Одноклассники Итачи, задыхаясь, мотались по школьному двору и полностью справлялись с заданием за пять минут. Перед занятием им показали где находятся манекены; все они, как назло, были расположены в неудобных местах: за полуоткрытым окном третьего этажа, на верхушке самого высокого дерева... Дети бешено гоняли по двору, но результат в среднем был один - пять минут.
   Итачи управился за тридцать секунд. Все его кунаи с безупречной точностью угодили в голову или в грудь манекенов, почти в одно и то же место в каждом случае: небольшие отличия упирались лишь в то, какая часть цели была на виду.
   Мы знаем, где расположены манекены, всех их можно достать со школьного двора.
   Итачи внимательно наблюдал за тем, как выступали перед ним другие ребята и разработал совершенный план. Он мысленно разбил двор на сектора, а цели разделил на те, которые можно было поразить со стартовой позиции, и те, к которым необходимо было подбежать на расстояние удара - таких было двенадцать. Затем он рассчитал наиболее эффективную траекторию движения.
   Как только учитель дал сигнал, Итачи метнул восемь кунаев, зажатых в обеих руках - в восемь манекенов одновременно. Это заняло не более двух секунд. Потом он побежал, следуя заранее продуманному маршруту, и быстро обежал весь двор.
   Тридцать секунд.
   Итачи показалось, что это заняло слишком много времени. Шисуи управился бы быстрее.
   - От-тлично. Хорошо, следующий, - сказал учитель.
   На его лбу блестели капельки пота.
   Итачи молча вернулся на свое место среди восхищенных учеников. Он выступил настолько потрясающе, что никто не решался заговорить с ним лично. Одноклассники сохраняли дистанцию и перешептывались.
   Итачи не заметил этого и погрузился в размышления о своем испытании. Перед ним продолжал метаться по двору очередной одноклассник.
   Я мог бы выиграть еще пять секунд...
   Он нашел место, где можно было подправить траекторию бега и ему стало стыдно за свою неопытность.
  
   - Учиха Итачи, - произнес учитель.
   Итачи поднялся и вышел к нему.
   - Вот твоя работа. Молодец! Отлично справился.
   На верхушке листа, который он держал в руках, красовалось "100", обведенное жирным кругом.
   - Ты единственный, кто получил максимальный балл за тест.
   Услышавшие это одноклассники затаили дыхание. Итачи слегка поклонился учителю и вернулся на свое место.
   Уже минуло три месяца, как Итачи начал учиться в академии, а он так и не общался ни с кем из ребят. Он получал высшие баллы по всем предметам. Одноклассники, смущенные успехами молодого Учихи, пытались несмело заговорить с ним, но Итачи отвечал так кратко и внятно, что ни у кого более не возникало желания обратиться к нему снова.
   Он ходил в академию не для того, чтобы завести друзей, потому это его ничуть не смущало. Единственное, что беспокоило Итачи, это ощущение, что ему мало, пусть и учился он на отлично. Предел оценок - сто процентов, нельзя было прыгнуть выше этого. Но Итачи такая учеба казалась непродуктивной. Может ли он действительно постичь истинную природу шиноби в этом месте?
   Школьные оценки и реальные способности были неравнозначны. Это чувство мучило Итачи, потому он вечно оставался неудовлетворенным. Он был лучшим учеником в академии, но юного Учиху беспокоило то, что между его успехами в школе и мечтой стать великим шиноби не было непосредственной связи.
   - Покажи эту работу родителям, - настаивал учитель.
   Итачи аккуратно сложил листок пополам.
  

****

  
   - Мм, - неожиданно прозвучал голос за спиной.
   Итачи медленно обернулся. Мальчики ждали друзей в коридоре после уроков, чтобы пойти играть, девочки болтали и визгливо смеялись. Уроки закончились, и ребята расслабились и оживились.
   - Ты ведь Учиха Итачи-кун, да? - спросила девочка.
   Каштановые волосы достигали ей плеч. Она смотрела на него, скрестив руки на груди, и глядя в эти лучистые раскосые глаза, которые излучали таинственное обаяние, Итачи почувствовал доброту.
   - Да.
   - Я... я тоже из клана Учиха.
   - Неужели?
   Итачи вел себя так не только с этой девочкой. Это была его обычная манера разговора. Многие люди прекращали беседу на этом этапе и больше никогда не лезли в его личное пространство.
   - Меня зовут Учиха Изуми, я из соседнего класса.
   - И?
   У Шисуи в кои-то веки был выходной, и они планировали тренироваться сразу после школы. Итачи не хотел терять время попусту.
   - Нам ведь по дороге?
   - Есть только один район Учиха, конечно нам по дороге.
   - Мм, хм... Может, мы бы могли ...
   - Извини, я спешу.
   Итачи повернулся к ней спиной и побежал по коридору.
  

****

  
   - Ну что, как дела в школе? - спросил Шисуи, вытирая пот полотенцем.
   Плечи Итачи неистово вздымались, он тяжело дышал. Друзья остановились в парке в центре своего квартала. Последние четыре часа они бегали с максимальной скорость. Любой другой человек, не привычный к тренировкам шиноби, не продержался бы и пяти минут.
   Итачи посмотрел на друга. Казалось, Шисуи было не так жарко, как ему.
   - Мне лучше тренироваться с тобой, Шисуи.
   - Но зато ты научился разговаривать с тех пор, как поступил в академию.
   - Я не изменился.
   - Однозначно, ты всегда слишком дерзким, как для ребенка, - Шисуи рассмеялся и положил руку на голову своему младшему другу. - Могу поспорить, в классе нет никого, кто бы мог сравниться с тобой.
   Итачи не ответил.
   - Неужели, есть? - изумился Шисуи.
   Итачи покачал головой. Рука Шисуи все еще покоилась на его макушке.
   - Не знаю, какие у других баллы. Но исходя из того, что я вижу, наблюдая за ними на школьном дворе, нет никого впечатляющего, или чего-то в этом роде.
   - То есть ты следишь только за собой?
   Итачи почувствовал, что так оно и есть, он не замечал своих одноклассников. Что ему делать? Как стать лучшим шиноби? Это все, о чем он думал с раннего детства, и сил на что-либо иное уже не оставалось.
   - В академии нет никого лучше тебя. Я уверен в этом.
   Шисуи взъерошил волосы Итачи.
   - Хватит, - он отпихнул руку друга.
   - Пока у нас есть ты, клан Учиха в безопасности, - рассмеялся Шисуи, но в его смехе промелькнула легкая грусть.
  

****

  
   Итачи лежал в постели и слушал тихое дыхание Саске. Они переехали сюда больше года назад и Итачи уже успел привыкнуть к виду потолка над своей кроватью. Рядом с комнатой, где спали дети, располагалась столовая. По ту сторону раздвижной двери послышался мамин голос:
   - У Итачи превосходные оценки, правда?
   Она думала, что дети уже спят.
   - Как и ожидалось от моего сына.
   Отец хвалил его, и Микото это радовало. Не о чем было беспокоиться.
   - Как у него дела в школе? - спросил Фугаку.
   - Что ты имеешь в виду? Посмотри на его баллы, они...
   - Я говорю не об этом, - перебил отец. - У него есть друзья?
   - На самом деле, он ничего о них не рассказывает.
   - Этот мальчик совершенно не умеет расслабляться.
   - Это не так уж и плохо.
   - Но он заходит слишком далеко. Он словно куда-то рвется, спешит стать полноценным шиноби.
   Папа видит меня насквозь...
   Итачи слегка покраснел.
   - Он так серьезно относится к самому понятию шиноби, что даже мне, его отцу, стоило бы поучиться у него. Но натянутая струна очень уязвима. Я боюсь за Итачи, ему нужно научиться отдыхать.
   - Он очень нежный мальчик. Ты бы видел, как он обнимает Саске. С ним все будет хорошо. И в последнее время он относится к Шисуи как к старшему брату, они вместе тренируются, да и вообще стали очень близки.
   - Шисуи Телесного Мерцания?
   Итачи слышал, что в последнее время его друг стал привлекать внимание и заработал прозвище - Шисуи Телесного Мерцания.
   - Дружить со старшими, конечно, хорошо. Но было бы лучше, если бы он общался с ровесниками и немного узнал о том, что такое веселье.
   - Я уверена, он узнает.
   Ровесники...
   Внезапно, в памяти всплыло лицо девочки, с которой он говорил после школы.
   - Учиха Изуми, - прошептал Итачи и закрыл глаза.
  

****

  
   Шесть месяцев спустя, после вступления в академию, слава Итачи распространилась далеко за пределы школы. Он настолько преуспел во всех дисциплинах, что ученики и даже некоторые учителя говорили, что талантливее молодого Учихи еще не было никого с момента основания академии. На уроках Итачи ничему уже не мог научиться, и преподаватели это давно поняли, потому давали ему особые индивидуальные задания. Юный Учиха запросто справлялся с ними, и учителя только растерянно разводили руками.
   Он был более чем подготовлен к уровню генина, и всего лишь четыре месяца спустя преподаватели единогласно пришли к тому, что Итачи может окончить академию после первого же года обучения.
   Деревня Скрытого Листа, истощенная войной и нападением Кьюби, срочно нуждалась в ниндзя, поэтому избранные ученики, которых преподаватели признали одаренным, могли принять участие в выпускном экзамене, не дожидаясь окончания учебы. Если они успешно сдавали экзамен, то проходили церемонию со старшими выпускниками и получали звание генина.
   Фактически, Итачи сдал выпускной экзамен. Он заключался в технике клонирования, которой его обучил Шисуи еще до поступления в академию.
   - Ты не успеешь оглянуться, как станешь ниндзя, - сказал Шисуи.
   Он знал о неукротимом желании Итачи поскорее стать шиноби и помог ему с тренировками в теневом клонировании.
   Оставалось учиться всего полгода. Его выпуск уже заранее был предрешен.
   - Эй, ты!
   Итачи услышал чей-то зов и остановился.
   - Это ты что ли Учиха Итачи?
   В нескольких шагах от него стояли три старшеклассника.
   Итачи провел всю жизнь, постигая искусство ниндзя; у него не оставалось времени, чтобы распыляться на что-либо еще. Он с трудом помнил имена и лица своих одноклассников. Тем более, он не знал ничего об учениках других классов. По росту незнакомцы смахивали на выпускников.
   В среднем выпускникам было около двенадцати лет, и семилетний Итачи разительно отличался от них телосложением. Он был настолько низким, что ему приходилось задирать голову для того, чтобы взглянуть на ребят, стоящих перед ним,
   - Ты знаешь, кто мы?
   - Нет.
   Средний старшеклассник нахмурился, услышав резкий ответ Итачи.
   - Нахальный выродок, как нам и говорили.
   У выпускника был маленький нос и узкие глазки.
   - Я - Изумо Тенма. Меня называют Быстрым Тенмой. В этой школе нет никого, кто не знал бы меня.
   "Я не знаю тебя" - хотел было сказать Итачи, но промолчал и взглянул на этого самого Тенму.
   - Ты нарываешься? - спросил парень, стоящий справа.
   Его голос прозвучал не столь уверенно - он с опаской поглядывал на своего предводителя, ожидая поддержки или неодобрения.
   - Придержи коней, Кацура, - распорядился Тенма и Кацура заискивающе улыбнулся.
   - Ты знаешь, почему мы тебя остановили? - вскинув бровь, спросил тот, что стоял левее Тенмы. Он был самым высоким.
   - Без понятия.
   - Да что с этим молокососом?
   - Не спеши, Хагири, - Тенма придержал высокого. - Мы обучим мальца манерам, не торопи события.
   Тенма шагнул к Итачи.
   - Ты ведь знаешь, как иерархия важна в мире ниндзя, верно?
   - Команда из четырех человек - единица, сформированная для выполнения заданий, - должна беспрекословно высполнять приказы командира, джонина или чунина. Таким образом, дисциплина и подчинение старшему являются основой для ниндзя, - сухо выдал Итачи.
   - Прямо ответ отличника. Однако... - Тенма злобно взглянул на него. - Именно это меня и бесит в тебе.
   Пристально глядя ему в глаза, выпускник подошел настолько близко, что Итачи почувствовал чужое дыхание.
   - А ты действительно выродок Учиха.
   Перемена. Преподаватели сидели в Учительской, все прочие ученики не рисковали подходить близко к троим хулиганам. Тенма самодовольно ухмыльнулся, упоенный чувством собственного превосходства. В конце концов "нахальный выродок" был всего лишь малявкой, и Тенма полагал, что Итачи заплачет и станет извиняться, стоит немного надавить на него. Таким образом он заставил подчиниться множество одноклассников и прочих ребят, и не чувствовал никаких угрызений совести, угрожая ребенку, который был на пять лет младше него.
   Итачи мог бы уложить этих дураков менее, чем за три минуты. Они обзывали его нахалом, но по сути, просто хотели заставить его прогнуться, увидеть известное во всей школе юное дарование рыдающим и молящим о прощении, и подкормить таким образом свое тщеславие. Но тогда почему же они не набросились сразу же, как окликнули его?
   Это была не обычная школа, а тренировочная площадка для ниндзя. Сначала убить, потом подумать. Разве не это образ мышления шиноби?
   Старшеклассники не понимали, что учебное заведение защищает их. Они были открыты со всех сторон, а у Итачи за спиной - спрятаны кунаи, и, по удивительному стечению обстоятельств, их было ровно три. Ему не нужно было делать и шага, всего протянуть руку и запустить кунаи, и трое хулиганов рухнули бы с тремя дырками во лбу.
   Но он не убьет их. Итачи верил, что решение ниндзя "убить" - это движение, и если он не пошевелился, значит решил не убивать. Причина была простой: Итачи не любил драки. В драке нельзя убивать другого человека, нужно проявить сдержанность, а юный Учиха не был уверен в том, что сможет полностью контролировать себя. Он опасался, что может в итоге все равно убить своего соперника. Поэтому он не убьет их. Лучше вообще избежать бесполезного столкновения. Но он не мог позволить этим дуракам ударить себя.
   - Это ведь вы, ребята, натравили Кьюби на деревню, правда? - сказал Тенма.
   Сердце Итачи забилось чаще.
   - Все взрослые говорят об этом, знаешь ли, что за нападением Девятихвостого стоят Учиха. Вы - трусливый и хитрый клан, поэтому мы так никогда и не узнаем, кто это сделал, верно? Но это однозначно были Учиха. Хокаге не доверяет вам, вот еще одно доказательство. Я о том, что вас всех вместе спихнули на окраину деревни.
   - Я ничего об этом не знаю.
   - Ты думаешь, что просто скажешь "не знаю" и отмажешься? - Тенма нахмурился еще сильнее. - Мой дядя погиб во время атаки Кьюби. Его отец тоже. - Тенма показал на Кацуру, а затем спросил у Хагири:
   - А что там с твоей семьей, повтори-ка?
   - Прямо передо мной, мама... Она пыталась защитить мою младшую сестру от обломков и... - Хагири запнулся.
   Итачи вспомнил, как защитил Саске и Микото. Он просто кинулся на огромный камень, летящий прямо на них, и чтобы разрушить его собрал в кулак всю свою силу. Неужели ты молча стоял и смотрел, как твоя мать умирает? Разве не мог ты сделать того же, что и я? - хотел спросить Итачи. Нужно становиться сильнее, чтобы защитить дорогих людей, отвести печаль.
   - Клан Учиха - наши враги. Я имею в виду, ты наш враг. Ты убил наших родных. Так как же я могу перестать ненавидеть тебя? - объявил Тенма.
   Вначале - ложные обвинения; потом - широкое толкование. Именно эти человеческие чувства лежали у истоков войны. Люди хотят избавиться от боли утраты любимых. Они не знают, как дать выход этому чувству, но боль в конце концов вырывается наружу, человек творит свое правосудие и ранит уже других.
   С каждым обидным словом к Итачи все более и более возвращалось самообладание.
   - Извиняйся, - Тенма отклонился и указал на пол между собой и маленьким гением. - На колени и проси прощения! Скажи: "Я извиняюсь от имени всего клана Учиха!"
   - Нет, - бесстрастно ответил Итачи.
   Раскрасневшиеся от ярости выпускники внезапно побледнели. Попытка унизить первоклассника и ощущение собственной беспомощности от потери родных при нападении Кьюби во мгновение ока сменились ненавистью к самому Итачи.
   - Ты-ы...
   Все трое потянулись назад за кунаями. Итачи наблюдал за ними, спокойно опустив руки. Раз уж дошло до этого, он собирался использовать технику замены тела, основанную на клонировании.
   Его техника замены тела была нетрадиционной. Обычно ниндзя подменяли тело бревном, чтобы ввести в заблуждение соперника, но Итачи использовал вместо полена бесчисленное множество воронов.
   Ему пришла в голову эта идея, когда во время тренировки с Шисуи он увидел стаю воронов в дремучем лесу. При использовании привычного бревна эффект неожиданности сводился к нулю. Но вороны разлетались во все стороны, а соперник был удивлен и сбит с толку, поэтому техника Итачи имела гораздо больше преимуществ по сравнению с обычным поленом.
   Это была первая возможность опробовать технику в настоящей схватке. Сработает ли?
   Он намеревался сделать это, когда один из троицы ударит его кунаем. И Итачи, и Тенма со своей свитой наблюдали за каждым движением друг друга. Повисла напряженная тишина. Но тут ее разбил звонкий девичий голос:
   - Перестаньте!
   Перед Итачи возникла Изуми и развела руки в стороны, прикрывая его от старшеклассников.
   - Я тоже Учиха, но я не намерена извиняться перед вами! Учиха не призывали Кьюби!
   Тенма и его банда обалдели от такого внезапного развития событий.
   - Клан Учиха тоже живет в деревне. Мы тоже потеряли близких любимых людей! Поэтому...
   Итачи даже со спины мог сказать, что девочка растрогана до слез.
   - ... это сделал кто угодно, но не Учиха!
   - Уйди с дороги, - злобно прорычал Тенма.
   - И не шевельнусь! - твердо воскликнула Изуми.
   - Значит ты тоже... - Тенма взглянул на Изуми и внезапно изменился в лице.
   - Эй, п-посмотрите на это! - Кацура тронул своего лидера за плечо и указал на Изуми.
   - Э-это же шаринган, - испуганно пробормотал Хагири.
   Тенма попятился.
   - Валим отсюда!
   Троица рванула по коридору прочь.
   Изуми обернулась.
   - Ты в порядке?
   Ее глаза горели красным, а в центре кругом проявился черный узор похожий на запятые или изогнутые бусины магатама.
Самая мощная техника глаз, передающаяся внутри клана Учиха, - шаринган...
   - Извини, что помешала... - Изуми улыбнулась и внезапно обмякла.
   Итачи подскочил к ней и подхватил за плечи.
   Девочка потеряла сознание.
  

****

   Изуми очнулась только после уроков в комнате медсестры.
   Она смущенно улыбнулась, увидев Итачи, который сидел рядом с ней еще с тех пор, как закончились занятия.
   - Ты не нуждался в моем вмешательстве, прости, - девочка покраснела до кончиков ушей.
   - Я не нуждался?
   - Ну, ты ведь Итачи. Куда мне до тебя.
   - Но ты спасла меня.
   Может все и было именно так, как она сказала. Однако, благодаря ее глазам трое старшеклассников убрались, так ничего и не сделав.
   - Когда я выхожу из себя появляются эти глаза. Я даже не замечаю этого.
   - Как ты активировала шаринган?
   Итачи это все еще не удавалось. Видимо, спусковой крючок был спрятан где-то в сердце, но даже Шисуи не мог этому научить. Итачи вышел за пределы базовых навыков ниндзя, но так и не сумел пробудить шаринган, это его угнетало.
   Изуми смогла... Он хотел знать как.
   - Мой отец погиб при нападении Кьюби.
   Итачи впервые слышал об этом. Отец Изуми должен был быть членом клана Учиха, а значит высока вероятность того, что он работал под началом Фугаку. Но Итачи ничего не слышал о подчиненных отца, погибших тогда при исполнении служебных обязанностей.
   - Ох, мой папа не Учиха. Моя мама Учиха. Когда папа погиб мы вернулись к клану, - ответила Изуми, словно прочитав его мысли.
   - Между гибелью твоего отца и шаринганом есть связь?
   - Да, - Изуми вздохнула и встретилась взглядом с Итачи.
   Ее глаза уже были нормальными.
   - Я была рядом с папой, когда он погиб. Он умер прямо у меня на глазах, защищал меня. И я... - по щекам Изуми потекли слезы. - Будь я сильнее, он не умер бы. На похоронах и все время после я винила себя. "Если б только я была сильнее" - говорила я себе.
   Изуми опустила голову.
   - И потом, внезапно, что-то начало пульсировать в глазах - вся чакра сконцентрировалась в них, и я потеряла сознание. Когда я пришла в себя, мама сказала, что это был шаринган.
   - Вот как... Извини, что заставил тебя еще раз пережить это.
   - Ничего, всё нормально. Не думай об этом, - девочка улыбнулась.
   Он протянул ей правую ладонь. Изуми растерянно наклонила голову. Итачи ждал, не говоря ни слова. Наконец она медленно высвободила из-под одеяла тонкую руку и протянула в ответ. Итачи крепко сжал ее бледную ладонь.
   - Спасибо.
   Изуми смущенно улыбнулась.
  

****

  
   Данзо швырнул на стол дело и посмотрел на стоящего перед ним подчиненного в белой тигриной маске. Красные тени вокруг глаз устремлялись вверх, отчего морда тигра казалась злобной.
   - Учиха Итачи, хм...
   С фотографии, прилагающейся к делу, на Данзо смотрел молодой мальчик, но сильный взгляд заставлял усомниться в его истинном возрасте.
   - Все в один голос утверждают, что академия прежде не видела подобного гения. Он сдал выпускной экзамен через четыре месяца после начала обучения и значится в списке выпускников грядущей весны.
   Не сводя взгляда с дела, Данзо с улыбкой на губах слушал излишне формальную речь подчиненного.
   - За него уже воюют разные ведомства.
   - Да.
   Данзо заставил свое усталое тело подняться со стула. Тень Третьего Хокаге - он нес бремя тьмы Деревни Скрытого Листа, но с недавних пор с горечью ощущал тяжесть собственного тела. Данзо был не настолько стар, чтобы чувствовать приближение смерти, но он достиг того возраста, когда начинаешь задумываться о жизни и о том, сколько еще тебе отмерено.
   Через десять, двадцать лет... он умрет. И до того, как это произойдет, необходимо кое-что сделать. Срубить корень зла, разрастающийся с момента основания деревни - вот, что Данзо считал делом своей жизни.
   - Юное дарование, не принявшее ничью сторону...
   Он перевел взгляд на тьму, застилавшую мир за окном. На черную пустоту рухнула мертвая тишина, пожирая мимолетный покой. Мужчина, живший во времена войн, тосковал по ночи и витающим в воздухе запахам убийств.
   - Ну что же, давай встретимся с ним?
  
  

4

   - Великая Война закончилась, но мир все еще не полностью охватил наши земли. Даже сейчас остались те, кто переживает трудные времена из-за трагедии, произошедшей два года назад. Нужно это исправить. Мы - молодые ниндзя, и это наша проблема. Сегодня мы делаем первый шаг к жизни шиноби, и в окружающем хаосе путь наш будет не самым мирным. Однако, мы клянемся следовать ему. Шиноби - это те, терпит лишения и невзгоды и продолжает неуклонно продвигаться вперед. Мы многому научились в академии и используем эти навыки для того, чтобы исполнить свой долг, как шиноби Конохи.
   Итачи громко зачитал речь из свитка, свернул его и посмотрел вниз на море людей: выпускников и обычных учеников, попечителей, учителей.
   Его оценки были превосходны с момента поступления в академию и до самого выпуска, а выпускной экзамен он сдал всего через четыре месяца после начала обучения. В течение Великой Войны, когда деревня остро нуждалась в шиноби, встречались и другие исключительные выпускники, такие, как Хатаке Какаши, но Итачи все равно был самым молодым за послевоенное время. И наконец его школьные дни подошли к концу.
   Учителя долго спорили, стоит ли доверить выпускную речь именно Итачи. Большинству выпускников уже исполнилось двенадцать. Среди них были и те, кто, как и молодой Учиха, выпускался досрочно. Да, он имел отличные баллы, а его мышление и навыки шиноби далеко опережали возраст, но в свои семь лет Итачи все-таки оставался просто ребенком!
   Но было кое-что еще.
   Преподаватели, каким-то образом связанные с кланом Сенджу, возмутились, что речь на выпускном будет зачитывать выходец из клана Учиха. Но в конце концов, видя ошеломляющие успехи Итачи, его способности и оценки, они сдались, невзирая на его юный возраст и предубеждение против клана Учиха. Не могло быть другого выпускника, более достойного зачитывать прощальную речь.
  

****

  
   Ветер нес за собой хоровод нежных лепестков сакуры. Итачи пересек двор. Ему навстречу шли родители: отец, несмотря на радостное событие, сохранял привычное суровое выражение лица; мама нежно улыбалась, поздравляя его с выпуском. Маленький Саске шагал рядом с Микото: он только научился ходить и был очень рад своей новой способности.
   Его семья.
   Заметив в толпе старшего брата, малыш широко раскрыл глаза и с обожанием уставился на Итачи.
   - Итааа! -- чистым звонким голоском воскликнул Саске.
   Мама учила его называть старшего брата "Итачи", но ребенок еще не мог произнести все слово правильно и оно превратилось в "Ита". При виде братика, который радостно шагал ему навстречу нетвердой походкой, Итачи почувствовал, как в душе его всколыхнулось что-то теплое.
   Он безоговорочно обожает меня...
   И как старший брат Итачи обязан был также безоговорочно защищать Саске. Мама с протянутыми руками шла позади малыша, страхуя его.
   - Осторожно, Саске, - предупредил Итачи.
   А в следующее мгновение младший брат исчез из его поля зрения.
   Между ними встал человек... Темный человек. Итачи даже не мог выразить словами, что именно в этом человеке было темным. По сути, все.
   - Ты Учиха Итачи? - спросил мужчина, глядя на Итачи сверху вниз.
   Правая сторона его лица была замотана бинтами. Он был облачен в черное, но левая рука в белой одежде была на виду по самое плечо. Одинокий левый глаз впился в Итачи.
   - Я вижу.
   Итачи бесстрашно встретился взглядом с мужчиной, окутанным зловещей аурой. Позади него мама схватила за плечо Саске, собиравшегося продолжить прогулку.
   - Ты отмечен печатью несчастья.
   - Несчастья?
   - Эти линии призывают войну, - сказал мужчина, указывая на линии на лице Итачи, которые начинались у глаз и спускались вниз по щекам. - Хаос будет преследовать тебя всю жизнь.
   Словно гром среди ясного неба. Кто этот человек?
   - У меня есть вопрос для самого талантливого гения из всех, что когда-либо учились в академии.
   Итачи молча ожидал продолжения.
   - Десять наших собратьев потерпели кораблекрушение. Один из них подхватил скверную заразную болезнь. Если позволить ему жить, остальные девять тоже заболеют и погибнут. Если бы ты был капитаном, какое решение принял бы?
   У Итачи промелькнула мысль: зачем задавать такой вопрос при первой же встрече? Но в следующее мгновение он выдал ответ, простыми словами озвучил собственные мысли:
   - Больной в любом случае обречен умереть. Если бы я был капитаном, то спасение жизней девяти было бы для меня в приоритете. Я бы убил одного, чтобы спасти остальных.
   Мужчина дерзко улыбнулся.
   - Однозначный ответ.
   Он приблизился к Итачи.
   - С нетерпением жду того дня, когда мы встретимся снова, - шепнул незнакомец, проходя мимо мальчика.
   Итачи почувствовал, как зловещее эхо испачкало тьмой его сердце.
   - Итачи... - мама подбежала к нему с Саске на руках.
   - Что он сказал? - спросил отец, подоспев вслед за матерью.
   - Ничего важного.
   - Да уж, действительно, - отец проследил взглядом за спиной уходящего незнакомца.
   - Кто он?
   - Шимура Данзо. Он приближенный Третьего, - недобрая тень мелькнула в голосе Фугаку.
   "Хаос будет преследовать тебя всю жизнь."
   Повисшие в воздухе слова Данзо, острыми шипами вонзились в сердце Итачи.
   Приложив ладонь к груди, Итачи следил за мужчиной, пока тот не скрылся в толпе.
  

ГЛАВА 2

Чудесная юная птичка не знает спокойствия, которое приходит с ночью

   - С сегодняшнего дня, вы, трое генинов, будете работать под моим началом. Некоторые миссии буду тяжелыми, поэтому вы должны доверять друг другу, пройти через все это вместе и выжить!
   Перед Итачи стоял мужчина лет сорока и громко вещал. Миназуки Юки. Его назначили джонином-наставником для Итачи и двух других выпускников академии.
   Внешность наставника совершенно не соответствовала мелодичному имени. Протектор настолько сильно врезался в его короткие темные волосы, что на это невозможно было смотреть без боли. Лоснящееся лицо, кустистые брови, похожие на старые истрепанные щетки. Глаза под всклокоченными бровями - круглые, словно у рыбины. Крупные ноздри, тонкие губы, нелепо маленький рот.
   - Доверяйте друг другу... - проворчал второй генин, но Юки его не услышал.
   Изумо Тенма...
   Он возглавлял хулиганов, которые когда-то еще в академии пытались заставить Итачи опуститься на колени и извиниться. Пока Юки продолжал свою несодержательную лекцию, Тенма сел, упер руки в колени и уставился на Итачи.
   - В нашей команде - крыса. К дьяволу командную работу.
   - Слышь, мож ты уже заткнешься? - раздраженно воскликнула девочка, перебивая лекцию Юки. Еще один генин, ровесница Тенмы; ее звали Инари Шинко. - Ты еще со школы ноешь и ноешь про Итачи. Но щас ты генин, не?
   - Заткнись! - рыкнул Тенма. - Ты просто девчонка. И меня еще со школы бесит твой жуткий акцент, к середине предложения уже ничего не понятно, что ты там морозишь!
   - Я только три года назад переехала в Коноху. Ниче не поделать! - воскликнула Шинко и скривила губы.
   - Может быть вы оба прекратите? - Юки несмело попробовал успокоить ругающуюся парочку.
   Но те сверлили друг друга взглядом и даже не думали прекращать перебранку.
   - Девчонки всегда подлизываются к симпатичным парням, в любом случае.
   - Шо-о? И к чему бы мне так вести себя с Итачи? Слышь, ты, парню всего семь. Мне тринадцать, слышь? Я в него не влюбилась!
   - Любви все возрасты покорны, ага?
   - Какого черта ты ...
   Они трое были настолько жалкими, что у Итачи вырвался невольный вздох.
   - Фух...
   Тенма тут же осатанел:
   - Что это тебя так выбесило?
   "Я не могу находиться в обществе этих людей..." - подумал Итачи с закрытыми глазами и поднялся.
   - Что, придурок, убегаешь?
   - Давай Итачи, наваляй этому ослу!
   Итачи взглянул на Юки, игнорируя обоих.
   - Мне говорили, сегодня только знакомство?
   - В-верно.
   Юки больше всего беспокоился об Итачи, самом младшем члене своей команды.
   - Значит мы закончили то, ради чего собирались?
   - П-пожалуй, да.
   - Тогда я пойду.
   - Ах да, у нас завтра официальная миссия, постарайтесь не опаздывать.
   Итачи немного отошел, но остановился и посмотрел через плечо.
   - Я понял.
   - Ты просто убегаешь, придурок!
   - Я ващет еще не закончила!
   Шинко схватила Тенму за штанину.
   - Что ты делаешь?!
   - Ах ты ж крикун!
   Итачи не обернулся на звуки их перебранки. Он подозревал, что дальше ему придется нелегко.
  

****

  
   - Ты домой? - позвал Итачи, завидев знакомую спину.
   Девочка обернулась и просияла.
   - Итачи!
   Учиха Изуми.
   - У тебя сегодня была миссия?
   - Мы просто знакомились. Миссии начнутся завтра.
   - Хах.
   Изуми все еще ходила в академию. Итачи подумал о том, что совсем недавно он точно так же просто ходил в школу, и его захлестнуло чувство ностальгии. Им было по дороге, к кварталу Учиха, и они продолжили путь вместе.
   - Как твоя команда? - спросила Изуми.
   - В ней этот старшеклассник.
   - А?
   - Помнишь, как ты напала на тех хулиганов, которые приставали ко мне? Тот, самый громкий.
   В глазах Изуми мелькнул огонек понимания.
   - Напала... я имею в виду... я не...
   Она повесила голову, не зная, что сказать.
   Итачи наблюдал за ней и вдруг почувствовал, что не может сдержать смех. Он расхохотался, а Изуми удивленно посмотрела на него своими большими глазами.
   - Ты чего смеешься?
   - Просто это забавно.
   - Забавно? Ты жестокий.
   - Прости.
   На этот раз они рассмеялись вместе. Никто из них не сказал ничего смешного, но оба почему-то хохотали взахлеб.
   - Ты можешь сейчас использовать шаринган? - спросил Итачи.
   - Если бы могла, то уже выпустилась из академии, как ты.
   Она скривила губы от досады. Итачи отвернулся.
   - Я вот свой даже не активировал.
   - Тем не менее, ты выпустился. Ты уже генин. Так каким шиноби ты будешь, когда активируешь шаринган?
   - Не знаю...
   Перед ними возникла стена квартала Учиха с фамильным гербом на воротах.
   - В последнее время взрослые чего-то боятся, да? - тихо спросила Изуми, пока они неспешно приближались к своему району.
   - Ты что-то слышала?
   - Не-а, - она покачала головой. - Но иногда, когда я гуляю по нашему району мне внезапно становится страшно.
   Изуми было всего семь, но она уже активировала шаринган. Пусть девочка и не умела его использовать, но долгие тренировки ниндзя оставляли свой след. Представители клана Учиха могли похвастаться очень острой интуицией. Внутреннее чутье Изуми было ничем иным, как ранним расцветом способностей, поэтому Итачи не мог просто отбросить ее слова как беспочвенные фантазии.
   - Что тебя пугает? - мягко спросил он перепуганную Изуми.
   - Мне кажется, взрослые замышляют что-то нехорошее...
   Что-то нехорошее... Звучит так просто и по-детски, но ее слова были ближе к истине, чем заумная речь любого взрослого.
   В памяти возникли лица троих подчиненных отца, которые приходили к нему в кабинет и уходили. Когда выбрали Четвертого Хокаге, когда приняли решение переместить квартал Учиха на окраину; да и потом встречи в Храме Нака, на которые регулярно ходил отец... Итачи признавал, все это подтверждало опасения Изуми.
   - Изуми, - сказал он, когда они проскользнули через ворота района.
   Итачи глядел прямо перед собой.
   - Лучше больше не говори об этом ни с кем.
   - Л-ладно, - Изуми слабо кивнула. - Если ты так настаиваешь, Итачи, тогда я не буду.
   Всю дорогу домой они хранили молчание.
  
  

2

  
   На врага накинулась стая воронов. Мужчина, окруженный тучей хлопающих крыльев, кричал у него не было ни единой лазейки, чтобы сбежать. Противник Итачи был ловко пойман в технику Теневого Клонирования.
   - Сейчас! - воскликнул Итачи.
   Он сидел сверху, на дереве, вдалеке от стаи воронов. Глянув вниз, он увидел кричащего врага, а внизу на земле - Тенму, который был настолько потрясен, что даже не мог подняться на ноги. Юки и Шинко были рядом и окружали их.
   - Вот так, Шинко!
   - Хорошо!
   Они вдвоем прыгнули на противника, а вороны вспорхнули и скрылись в лесу.
   - А-а-а! - в агонии взвыл мужчина и рухнул на землю.
   Итачи, внимательно следящий за развитием событий, тихо спрыгнул со своей ветки.
   - Отличная работа, Итачи! - сказал Юки и захлопал в ладоши.
   Тенма поднялся с земли, раздраженно наблюдая за этим. Шинко не обратила на мальчиков ни малейшего внимания и вместо этого пошла проверить мертвого врага.
   Один из торговцев овощами, которые время от времени приходили в Коноху и снова уходили, был лазутчиком Деревни Скрытого Камня. Второй команде приказали ликвидировать его. Обычно информаторов вражеских наций устраняли Анбу, но сейчас всех их разослали на некие срочные миссии; ни одного члена не осталось в деревне.
   Попытка похищения Хьюга Хинаты...
   Некто из верхушки Деревни Скрытого Облака, враждующей с Листом много лет, прибыл в Коноху, чтобы подписать мирный договор. В деревне царила праздничная атмосфера, но вскоре Хинату, дочь главы клана Хьюга, попытались выкрасть. Похититель был убит, а девочка вернулась домой невредимой, но вскоре выяснилось, что убитый враг оказался тем самым ниндзя Скрытого Облака, и ситуация переросла в противостояние между деревнями. Деревня Скрытого Облака настаивала на компенсации и требовала предоставить им тело главы клана Хьюга. Коноха выдала за тело лидера клана - его брата-близнеца, и таким образом удалось успокоить Облако и избежать войны.
   Учитывая срочность ситуации, все Анбу были отосланы, а ключевые шиноби деревни ожидали в резерве на случай битвы, и избегали каких-либо неосторожных действий.
   Однако, шпиона нельзя было упустить прямо из-под носа, и это задание поручили Второй Команде. По правде говоря, выбрали скорее не команду, а самого Итачи. Хоть ему и было всего семь лет, его возможности достигали уровня чунина. Именно поэтому он привлек внимание правящей верхушки Конохи.
   Задание прошло как нельзя гладко. Шпион так просто попался в ловушку Итачи, расставленную снаружи деревни, что это было даже смешно. Он идеально выдал свое местонахождение. Вторая Команда во главе с Итачи окружила мужчину и отрезала ему пути к отступлению.
   Но Тенма слишком поспешил.
   Миссия была бы приятной и легкой, если б они просто дольше выслеживали лазутчика. Однако, Тенма, желая отличиться, ринулся вперед раньше остальных. И, словно загнанная в угол мышь, которая набрасывается на кота, отчаявшийся шпион запустил кунай, метя прямо в горло Тенмы. Итачи удалось спасти его в последний момент. Кунай лазутчика вошел в тело Итачи, но тот, использовав Технику Замены, обратился в огромную стаю воронов и контратаковал. Что было дальше - известно.
   - Не притворяется, - пробормотала Шинко, наклонившись над трупом шпиона.
   В школе она изучала в основном медицинские техники ниндзя, и в команду ее включили именно на случай подобных ситуаций. Команде был необходим был медик, который определял бы притворяется ли враг, разбирался в ядах и лечил раненых товарищей.
   - Нет? Отлично, - спокойно заметил Юки.
   - Ты.
   Шинко поднялась и взглянула на Тенму, подбоченясь.
   - Ты нич-че не хочешь сказать Итачи?
   - А?
   Тенма приподнял одну бровь и демонстративно отвернулся.
   - Да ес-си б Итачи не среагировал так быстро, ты б уж помер. Мож хоть спасибо ему скажешь?
   - Понятия не имею, о чем ты.
   - Эй ты, я не шучу. Какого... - Шинко злобно шагнула к нему, но Итачи встал между ними.
   - Довольно.
   Он протянул правую руку и жестом остановил Шинко.
   - Т-ты просто нормально относишься к тому, шо этот неуправляемый вытворяет, - сказала Шинко. - Пусь ты и маленький, но ты тоже генин. Его бы не мешало ставить на место время от времени.
   - Шинко, все нормально.
   Итачи улыбнулся, и девочка вздохнула.
   - Делай шо хочешь? - сказала Шинко и развернулась.
   Юки с тревогой наблюдал за ними.
   - Я бы справился сам и без твоей помощи.
   - Угу.
   Жажда крови... Итачи спокойно проследил за ней до самых истоков. Тенма, приближающийся кулак. Итачи коротким движением перехватил его.
   - Как же меня бесит это в тебе, словно ты видишь насквозь все и всех, - пробормотал Тенма, скрипя зубами.
   - Тебе станет легче, если я извинюсь?
   - Говорю же, твои ответы приводят меня в бешенство!
   Тенма снова ударил, на этот раз еще и ногой, но Итачи избежал атаки, просто отклонившись назад. Удар Тенмы с силой рассек воздух, парень дважды перевернулся. А потом сел на землю спиной к Итачи.
   - Я не могу достать тебя своим тайдзюцу, - проворчал Тенма, все еще не оборачиваясь. - Ты же можешь делать все, что угодно. Ты не представляешь, что я чувствую.
   Итачи не знал, что и сказать.
   - Прости за то, что случилось в школе. А то, что произошло только что... - Тенма неподвижно сидел с опущенной головой. - Спасибо.
   Итачи безмолвно уставился на круглую спину парня.
  

****

  
   - Давай, заходи.
   Подгоняемый отцом, Итачи прикоснулся к закрытой раздвижной двери. По ту сторону лежала гробовая тишина. Напряженная атмосфера наполняла комнату, просачивалась наружу и была настолько насыщенной, что Итачи ощущал на коже покалывание.
   Атмосфера волнения. Сердце опустилось.
   - Итачи, - настаивал отец.
   Выбора не было, он открыл раздвижную дверь. Зал с пятнадцатью татами, или около того, был забит битком, но в темноте удавалось различить только силуэты.
   - Прошу прощения за то, что заставил вас ждать.
   Итачи шагнул в комнату, а его отец пересек порог и потянулся назад чтобы прикрыть дверь.
   Мрак стал еще более густым. Несколько человеческих фигур одновременно поднялись и зажгли свечи в четырех углах комнаты. По залу разлился слабый свет.
   - Сядь здесь и слушай, - отец указал на место в самом конце комнаты, единственный свободный участок пола.
   Проталкиваясь через столпотворение, Итачи добрался до указанного места и молча опустился на татами. Отец проследил, как он устроился, вышел и сел спереди комнаты лицом ко всем.
   - Теперь начнем наше обычное собрание, - объявил Яширо, сидящий рядом с отцом Итачи. - Итачи, сын Фугаку-доно, отныне также будет посещать собрания.
   - Моему сыну всего семь, - сказал Фугаку. - Он все еще мал и неопытен, хоть и имеет статус генина, необходимый для допуска сюда. Ему позволено посещать собрания только за счет моего, бесспорно, эгоистичного желания просветить его по поводу статуса клана еще с раннего возраста. Я очень ценю ваше понимание.
   Он опустил голову. Члены клана, сидящие перед ним, в ответ также одновременно склонили головы.
   - Ладно, на чем мы прервались в прошлый раз? Я бы хотел вынести на обсуждение вопрос о составлении петиции Хокаге по поводу изоляции клана.
   Не успел Яширо закончить, как люди на собрании оживленно загалдели. Одни настаивали на том, чтобы показать Конохе свою силу, другие предлагали идти мирным путем и смотреть на вещи взвешенно и холодно, остальные же беспомощно озирались, не зная, чью сторону принять. Пускай и мнения у всех были разными, но все, казалось, хотели активно участвовать в обсуждении.
   Внезапно Итачи ощутил на себе чей-то взгляд и немедленно посмотрел в том направлении.
   Шисуи. Он встретился взглядом с Шисуи. Его лучший друг молчал, словно так и не смог привыкнуть к шумной атмосфере этого места. Шисуи улыбнулся ему, и Итачи почувствовал прилив неописуемой грусти.
   Здесь ненависть клана особенно сильно давила на него. И для Итачи это было также непривычно.
   Я чувствую то же, что и ты...
   Итачи улыбнулся в ответ всем сердцем.
  
  

3

  
   Уже прошел почти год как он окончил академию. Итачи исполнилось восемь лет. Его карьера шиноби шла гладко. Он не получал никаких особо сложных заданий. Итачи оглядывался на минувший год и сознавал, что из всех завершенных миссий, захват лазутчика Деревни Скрытого Камня был единственным действительно непростым заданием.
   Его отношения с партнерами по команде оставались прежними. Тенма все еще не принимал его, а Шинко каждый раз люто бесновалась из-за поведения Тенмы. Юки с легкой паникой наблюдал за ними, Итачи же ничего особенного не делал, просто держался сам по себе.
   Он думал, что их команда неправильная и немного странная. Но если одно и то же повторяется изо дня в день в течение года, то конце концов это становится нормой. Да, они все еще не могли открыться друг другу, но миссии умудрялись выполнять без лишний суеты, и это Итачи вполне устраивало.
   Он не собирался надолго задерживаться здесь. Ему надо было достигать новых вершин, подняться до уровня чунина, затем джонина, прежде чем стать самым лучшим ниндзя в мире и искоренить все войны. Он не мог стоять на месте. Вместо того, чтобы переживать по поводу партнеров по команде и джонина-наставника, тратить драгоценное время, он самоотверженно оттачивал свои навыки. Поэтому, вполне естественно, маленький гений освоил ниндзюцу до такой степени, что дальнейшие миссии проходили уж очень гладко.
   Однако, Юки не порекомендовал Итачи на экзамен чунина этого года, и молодого Учиху это справедливо возмутило. Юки объяснял свое решением тем, что Тенма и Шинко все еще не достигли необходимого уровня, а принять участие в экзамене могла лишь команда из трех человек. Итачи, узнав, что он не допущен к экзамену, вознегодовал и в несвойственной для него манере, предъявил Юки претензии. Наставник, который обычно не реагировал, что бы ему не говорили, в этот раз дал Итачи мощный отпор. Он не желал ничего слушать и настаивал, что отправить Итачи на экзамен в этом году абсолютно невозможно.
   У юного гения не оставалось выбора, кроме как сдаться. Но даже если он не был допущен до экзамена на чунина, он все еще мог получить повышение, если бы верхушка деревни и джонин-наставник решили, что он этого достоин. Было вполне очевидно, что своими успехами Вторая Команда по большей мере обязана Итачи. Учиха был рассудительнее своего джонина-наставника, достиг высочайшего уровня, как в тайдзюцу, так и в ниндзюцу, и это позволяло ему выручать команду в минуту опасности неисчислимое множество раз.
   Правление деревни однозначно должно сказать что-нибудь...
   Эта вера поддерживала Итачи каждый раз, когда он отправлялся на миссию.
  

****

  
   - Война закончились, государства успокоились, так что путешествовать между странами сейчас куда безопаснее. Поэтому наша команда генинов может принять подобную миссию, - сказал Юки, глядя на документ, который держал в руках.
   У Итачи была такая же бумага. Миссия по охране даймё Страны Огня.
   Деревня Скрытого Листа находилась на территории Страны Огня, а правил этими землями даймё. И все же деревня сохраняла статус полуавтономии и имела собственное независимое правительство, возглавляемое Хокаге. Юридически даймё, феодал Страны Огня, стоял выше Хокаге, но в настоящее время военная мощь страны опиралась на ниндзя Конохи, поэтому отношения между двумя правителями походили скорее на союз равных, чем господина и вассала.
   Каждый год феодал посещал Деревню Скрытого Листа. Это регулярное событие было необычайно важным для обеих сторон, и проводилось даже во время Великой Войны.
   Второй Команде поручили сопровождать даймё во время его путешествия.
   - Так мы будем охранять его вчетвером? - спросил Тенма, глядя на документ.
   - Официально - да. Но из тени за нами будет наблюдать четверка Анбу. А помимо этого, даймё защищают Двенадцать Стражей Ниндзя, независимый корпус, состоящий из самых искусных ниндзя в стране.
   - Значит мы - просто формальность?
   - Ну, можно сказать и так, - кивнул Юки. - Со времен Великой Войны на дорогах стало спокойно, поэтому для сопровождения даймё выбрали команду генинов, которая наиболее отличилась в течение года. Другими словами, это назначение - большая честь.
   Тенма и Шинко повернулись к Итачи, а он, ощутив на себе их взгляды, молча продолжил разглядывать документ.
   - Встречаемся завтра в четыре утра. У главных ворот А-ун. Не опаздывайте.
   Тенма и Шинко поддакнули, а Итачи молча кивнул.
   - Отлично. До встречи, - Юки исчез, не успев договорить.
   Трое генинов остались одни. Взгляд Тенмы был прикован к Итачи.
   - Угадайте, кто у нас любимец деревни.
   - Слышь, следи за базаром! - сказала Шинко.
   - Тшш! - Тенма сплюнул на землю. - Ты уже задрала!
   Все как обычно, неизменно изо дня в день. Сколько лет это будет продолжаться? Невольный вздох едва не сорвался с губ, но Итачи подавил его, вспомнив, что партнеры по команде все еще здесь. Он так и стоял, затаив дыхание. Потом повернулся к товарищам и коротко бросил:
   - Ладно, увидимся завтра.
   И исчез.
   - Вот вечно он так, - словно эхо донеслось до слуха Итачи бурчание Тенмы.

****

  
   - Я знаю, что говорю это каждый год, но Коноха так далеко-о-о, - пожаловался пожилой мужчина, сидя на пеньке и уставившись в чашку чая, зажатую в ладонях.
   Над его морщинистым лицом громоздилась веерообразная корона. Обычный старик, который дурил весь мир, облачаясь в безвкусный наряд. Даймё Страны Огня.
   Позади него ожидал возвращения своего хозяина роскошный паланкин. Рядом крутилась прислуга и двое из Двенадцати Стражей Ниндзя. Команда Итачи окружила феодала широким кольцом.
   Главная дорога вела из столицы Страны Огня в Деревню Скрытого Листа. Они уже преодолели половину пути, деревня лежала впереди. Дорога шла ровно в городе и вокруг него, но затем круто поднималась вверх. Над головами отряда шелестела зелень нового леса.
   - Нам следует поторопиться, - робко произнес Юки. - Иначе мы не успеем в деревню до темноты. Тенма и Шинко раздраженно наблюдали за джонином, который раболепно склонил голову и пресмыкался даже перед Двенадцатью Стражами Ниндзя.
   - Я понимаю... - даймё вздохнул и тяжело поднялся.
   Огромная веерообразная корона на голове закачалась. Двое их Стражей Ниндзя, посмотрев на это, взяли его под руки.
   - Миназуки-сенсей, - сказал Итачи, внимательно глядя на дорогу и вполуха слушая перепалку даймё с его людьми.
   - Что? - Юки мгновенно проследил глазами за взглядом Итачи.
   Его прежняя робость исчезла, лицо помрачнело. Тенма и Шинко тоже напряглись, заметив перемену в своих товарищах.
   - Даймё, - коротко бросил Юки Двенадцати Стражам.
   Двое из Стражей подхватили пожилого мужчину с обеих сторон и подняли его в паланкин. Члены Второй Команды выступили перед отрядом даймё, сформировав ромбовидное построение с Юки во главе. Они наблюдали за человеком, который приближался к ним веселой пружинящей походкой и чуть ли не подпрыгивал над землей. В нем не было ничего подозрительного. Тогда почему все четверо стояли в боевой готовности?
   Лицо незнакомца скрывала причудливая ярко-оранжевая маска с черными горизонтальными полосами. Он смотрел на мир сквозь круглое отверстие, в глубине которого таился густой мрак. Мужчина был облачен в длинный черный плащ с открытым воротником, свободно перехваченный на поясе широкой белой повязкой.
   Внешне чудак походил на клоуна. Он никак не мог быть шиноби. Но инстинкты подсказывали Итачи, что этот человек несет в себе угрозу. Его тревожное настроение передавалось остальным членам команды, они все были начеку.
   - Эй, все в порядке? - спросил один из Двенадцати Стражей позади.
   - Мы проверим кое-что, - ответил Юки. - Подождите, пожалуйста, здесь.
   Пока они переговаривались незнакомец вальяжно приблизился и поднял правую руку.
   - Эм, а можно задать вопрос? - лениво осведомился он.
   Глупая манера разговора мужчины вызвала у Юки невольную улыбку.
   - Эта дорога сегодня закрыта. Как ты сюда попал?
   - Ох, неужели? - человек с преувеличенным сожалением вскинул обе руки.
   Все глаза были прикованы к нему. Воздух задрожал. Итачи почувствовал легкое волнение своей чакры.
   - Миназуки-сенсей! - воскликнул он, но было слишком поздно.
   Гендзюцу.
   Итачи немедленно принял защитную позу, в то время как Юки неподвижно застыл перед ним.
   Он чувствовал кожей, что люди позади него тоже замерли. Даймё, его приближенные и двое Стражей Ниндзя попались в гендзюцу.
   - О нет, кто бы мог подумать, что кто-то сможет увернуться от моего гендзюцу, хм? - Итачи уловил нотки глубокого ума в голосе незнакомца, который всего мгновение назад казался недалеким шутом. Невидимый во мраке глаз цепко наблюдал за ним через отверстие в маске.
   - И что это удастся двоим...
   Осознав, что он не один избежал гендзюцу, Итачи затаил дыхание. А затем почувствовал движение ауры и чакры.
   Что-то шевельнулось рядом.
   - Что ты сделал?! - воскликнул Тенма.
   Итачи не успел ничего ни сообразить, ни предпринять, а его товарищ по команде ринулся в атаку. Пробегая мимо, Тенма мельком взглянул на Итачи.
   - Моя специальность - гендзюцу. Ты не поймаешь меня подобной техникой!
   - Подобной техникой... Неплохо сказано, - пробормотал незнакомец.
   Он смеется...
   Так показалось Итачи.
   - Вдвоем мы справимся с ним за пару секунд.
   - Тенма! - воскликнул Итачи, пытаясь остановить товарища. - Мы должны внимательно и спокойно изучить нашего...
   Тенма ударил бормочущего человека кунаем в горло.
   - Шиноби, который не может объективно оценить ситуацию...
   - Ч-что происходит? - испуганно воскликнул Тенма.
   И бояться было чего.
   Его рука провалилась в горло мужчины и появилась с обратной стороны головы. С первого взгляда казалось, что кулак Тенмы пробил голову незнакомца, однако ни капли крови не пролилось, а сам мужчина с виду не испытывал ни малейшего дискомфорта. Рука Тенмы прошла четко сквозь тело противника.
   - ... умрет.
   С трудом верилось, что жуткий вопль, который издал Тенма, мог принадлежать человеческому существу. Его тело взмыло в воздух, пронзенное рукой незнакомца. Теперь это была не иллюзия. И, словно подтверждение, из тела Тенмы водопадом хлынула кровь.
   Тенма мелко вздрагивал в конвульсиях, но постепенно затих и перестал двигаться вовсе.
   - Те, кто, желая отличиться, безрассудно рвутся вперед, - умирают молодыми. Это реальность мира шиноби.
   Мужчина посмотрел в пустые глаза Тенмы, бессмысленно глядящие в небо.
   - Однако, тебя уже слишком поздно учить этому...
   Незнакомец с силой тряхнул рукой, проникшей в тело Тенмы, труп соскользнул и ударился о землю.
   - А ты, конечно же, не сплоховал. Вместо того, чтобы бездумно броситься в атаку, как этот парнишка, ты попытался хладнокровно оценить свои и мои силы. Замечательно, Учиха Итачи.
   - Откуда вы знаете мое имя...
   - Я знаю все об Учиха.
   Человек в маске направился к Итачи, и его пружинистая походка сменилась твердым деловым шагом. Сейчас он куда больше походил на ниндзя.
   - Моя цель - жизнь этого старика. Я не трону тебя, если ты молча будешь наблюдать и не станешь мне мешать.
   - Я - шиноби Конохи, - выдавил Итачи.
   Словно кролик под гипнотическим взглядом удава. Итачи чувствовал себя так, будто его душили, и ему с трудом удалось открыть рот, чтобы произнести эти слова. Тело отказывалось подчиняться. Может из-за безмолвного давления незнакомца. А может быть инстинкт подсказывал Итачи разницу между его умением и способностями человека в маске, и не позволял вступить в бой. Или же вся кровь его тела прилила к голове, тогда как мозг отчаянно пытался проанализировать неожиданный феномен, который представляло собой тело мужчины
   Как бы там ни было, факт оставался фактом: Итачи не мог пошевелиться.
   Не могу найти выход из этой ситуации. Я попал в...
   С ним впервые случилось нечто подобное.
   Человек в маске направлялся к даймё, но вдруг остановился рядом с Итачи.
   - Повтори-ка еще раз, что ты сказал? - мужчина склонил голову на бок.
   - Я - шиноби Конохи, - хрипло вымолвил Итачи.
   - Значит, ты всё-таки хочешь умереть?
   "Умереть" - смутно подумал молодой Учиха.
   - Ты можешь стать хорошим шиноби. Тебе необязательно умирать здесь. Однако, если ты все-таки желаешь погибнуть, я не буду тебя отговаривать.
   "Двигайся!" - велел Итачи своему телу.
   Из груди вырвался невольный стон.
   - Черт!
   Шевельнулась лишь правая рука. Он ударил маску кулаком, в котором не было даже куная. И его рука, в точности как кулак Тенмы, прошла сквозь лицо и вынырнула позади головы незнакомца.
   Итачи был уверен, что мужчина стоит перед ним, однако никакого прикосновения не ощутил. Его сердце в страхе сжалось. Неужели он все-таки попал в гендзюцу?
   - Я вижу. Ты все-таки хочешь умереть.
   Человек в маске потянул к нему руку. Но ладонь вдруг замерла в нескольких сантиметрах от лица Итачи. Мужчина посмотрел на небо.
   - Эта чакра, - произнес он. - Хатаке Какаши...
   Незнакомец вновь опустил голову и взглянул на Итачи.
   - Тебе здорово повезло, Учиха Итачи.
   Маска задрожала. Итачи даже не успел удивиться. Прямо у него на глазах человека засосало в черную дыру маски. Тело незнакомца сжалось и воронкой устремилось в пустое пространство дыры, словно вода в сливное отверстие. Наконец исчезла и дыра.
   Итачи стоял ошеломленный. Перед ним, словно с неба, возникли четыре фигуры в звериных масках. Анбу - элитный отряд под руководством Хокаге.
   - Вы в порядке? - сероволосый парень в лисьей маске, самый низкий из всех, тряс Итачи за плечи. - Эй! Что случилось?
   Остальные Анбу приводили в чувство даймё и других, попавших в гендзюцу. Очнувшийся феодал заметил тело Тенмы и затрясся.
   - Все, кроме меня, внезапно попали в гендзюцу, мне понадобилось время, чтобы освободить их. Прости, мы опоздали.
   Итачи бессмысленно уставился на паренька в маске лисицы.
   - Хатаке Какаши...
   - Откуда ты знаешь это имя? - спросил тот.
   Шестое чувство подсказывало Итачи, что сероволосый парень перед ним и есть Какаши.
  

****

  
   Итачи трясло. Он завернулся в одеяло, но тепло одеяла не могло унять дрожь. Нападение человека в маске казалось далеким воспоминанием, хоть и произошло всего несколько часов назад.
   Учитывая срочность ситуации, визит даймё был отложен, и он вернулся в этот же день обратно в Страну Огня. Прослушав отчеты Анбу и Юки, Хокаге и другие чиновники объявили, что в течении нескольких дней хотят получить отчет Итачи. Его отправили домой сразу же после возвращения в деревню.
   Но он был не в настроении делать что-либо. Итачи не интересовал даже ужин; он просто лежал здесь под одеялами, пусть и время было совсем раннее. Даже Саске еще не спал. Итачи замотался в одеяла и стойко терпел приступы дрожи. Глубоко в душе он чувствовал разочарование.
   Тенма погиб. Прямо перед ним. Он был единственным, кто мог спасти его.
   И все же...
   Он не сумел ничего сделать.
   - Итачи в порядке? - послышался голос отца по ту сторону раздвижной двери.
   Фугаку вернулся домой.
   - Он отказался ужинать. Все еще лежит в своей комнате, - отвечала мама.
   - Он теперь шиноби. Товарищи по команде иногда умирают у тебя на глазах.
   - Но ему всего восемь. Ему бы все еще играть в академии со своими друзьями.
   - Свидетельство его таланта. Он получил миссию по охране даймё, потому что привлек внимание людей в деревне. Задание важное, поэтому не странно, что оно было сопряжено и с долей опасности. Ниндзя взрослеет раз за разом, проходя через кровавые битвы.
   Слова отца проникали через тепло одеял и больно ранили сердце.
   Все еще зеленый...
   Ему не хватило опыта и навыков. Не хватило, и его товарищ погиб. Он все еще недостаточно хорош, поэтому отец и говорит все это сейчас.
   Итачи хотел больше силы. Достаточно силы, чтобы сразить того человека.
   - Разве ты не можешь забрать его в Военную Полицию, чтобы он работал у тебя?
   - Он не пойдет в Военную Полицию, - слова отца вонзились в душу Итачи. - Я вижу его будущее здесь. Он будет работать генином.
   - Но ведь он просто...
   - Все нормально. Я уверен, он преодолеет это.
   Итачи ухватился за одеяла еще крепче, словно они могли оградить его от отцовского голоса.
   Эмоции, которые он не мог подавить, вырвались наружу. Итачи мучительно застонал. Он трясся и вздрагивал.
   Нет, не из-за страха. Его тело сотрясалось от злости на самого себя, на свою бесполезность. Чувство пустоты, беспомощности, поражения, разочарования. Волны эмоций прокатывались по всему телу и вызывали дрожь.
   Итачи хотел силы. Он был недостаточно силен, чтобы защитить товарищей.
   Недостаточно силен, чтобы развеять сомнения отца.
   Больше, больше...
   Он станет сильнее даже того человека в маске. Нет, он станет сильнее всех и каждого в этом мире. А после он вырвет корень войн и сражений своими собственными руками.
   Итачи почувствовал жжение, веки пекли. Не слезы. Нечто горячее. Пульсирующее.
   Он ощутил биение в затылке, и вокруг этого стука скопилось нечто жаркое, словно огонь, а потом хлынуло в глаза.
   Итачи наконец понял: источником пылающей силы была чакра.
   Рожденные в клане Учиха были одарены чакрой огненной природы. Но он никогда прежде не сталкивался с таким жаром, исходящим от чакры. И все же, Итачи сумел трезво оценить, что происходило с его организмом.
   Он вылез из-под одеяла с закрытыми глазами и сел на своей постели.
   Пробуждение...
   Мир окрасился алым. Все было иначе, чем прежде. По другую сторону двери горели три огня разных размеров. Жизни его отца, матери и Саске. Он сосредоточил внимание на этих огоньках. Раздвижная дверь поблекла и он ясно увидел соседнюю комнату. Трое людей в красном мире. Итачи почувствовал, что стоит ему прищуриться, сконцентрироваться, и он увидит их бьющиеся сердца.
   Кружится голова...
   Он тратил чакру. Итачи закрыл глаза и глубоко вдохнул. Когда он вновь поднял веки, мир предстал пред ним в своем обычном виде.
   - Шаринган...
   Он вспомнил человека в маске. Итачи видел глаз по другую сторону небольшой дыры и ясно помнил три магатамы парящие в красной радужке.
   - В следующий раз ты не одолеешь меня, - пробормотал Итачи.
   Мир снова заволокло красным.
  

****

  
   Мужчина размахивал в воздухе кунаем, когда Итачи наконец мягко тронул его за спину.
   - Ты закончил?
   Мужчина словно пробудился ото сна, повел плечами и резко обернулся.
   - То, что ты так отчаянно пытался порубить на кусочки - моё гендзюцу.
   - Ч-что...
   - Хочешь снова увидеть сны?
   При виде шарингана, мужчина уронил кунай и съежился. По его лицу струились слезы.
   - С-сжалься! - взмолился он.
   Глаза Итачи снова стали черными.
   - Итачи! - позвал голос позади.
   Юки. За ним следовали двое шиноби. Новое дополнение ко Второй Команде.
   Смерть Тенмы заставила Шинко столкнуться с суровой реальностью мира шиноби и сломила ее дух. Она подала в отставку и ушла работать в чайный магазинчик в деревне. Новые ниндзя были выпускниками академии этого года. Они опережали Итачи во время обучения в школе, но как шиноби юный гений давал им год форы.
   - Ты поймал его?
   - Мм.
   Итачи перевел взгляд на перепуганного человека.
   Юки встал перед мужчиной с двумя новобранцами позади. Он явно испытывал облегчение.
   - Нельзя проникать в деревню и выдумывать себе ложную биографию, просто потому, что ты хочешь быть ниндзя. Люди становятся шиноби не так.
   - Из-звините.
   - К слову, этому ребенку всего девять лет. И такие дети у нас повсюду; таков мир шиноби.
   Глаза мужчины расширились от удивления.
   Житель Страны Огня прокрался в деревню, намереваясь стать ниндзя. Они должны были его отыскать и внушить ему страх перед шиноби. В этом и заключалась их текущая миссия. Задание было низшего ранга - D-ранга.
   И, естественно, Итачи не мог найти себе места на таких миссиях.
   Уже больше трех месяцев они не делали ничего кроме D-ранга и молодой Учиха испытывал нетерпение. Неужели у него было время на подобные вещи?
   Он успокаивал себя лишь нелепой мыслью, что на таких миссиях можно было совершенствовать шаринган.
   - Так держать, Итачи-семпай! Как всегда! - дружелюбно воскликнула новая девочка.
   Она называла его "семпай", хоть сама была старше Итачи на четыре года. Ее звали Химука. Внешне самая обычная, непримечательная девочка. Другим новобранцем был мальчик. Он примкнул ко Второй Команде уже три месяца как, но Итачи еще не разу не слышал, чтобы он разговаривал. Его звали Йоджи и он принадлежал к клану Абураме, но как он использует насекомых Итачи также не видел.
   - Ладно, давайте возвращаться назад в деревню.
   Веселый голос Юки угнетал Итачи.
  

****

   - Фу-ух! - возбужденно выдохнул Шисуи и с улыбкой взглянул на Итачи. - Да уж, ты заставляешь меня выкладываться на полную.
   Взмокший от пота Итачи, посмотрел на своего веселого друга и почувствовал прилив сил. Сознание наконец освободилось от груза тяжелых мыслей.
   Уже более трех часов они боролись друг с другом, и для Итачи, измученного бестолковыми заданиями, это был шанс выплеснуть свою злость. Друзья провели пятнадцать раундов с перерывами в три минуты. Шесть из них выиграл Итачи, в прочих девяти - одержал победу Шисуи.
   Единственное правило: не использовать шаринган; других правил не было. Шаринган потреблял огромные объемы чакры, а друзья хотели тренироваться как можно дольше.
   Они кинули друг в друга сюрикены, те столкнулись в воздухе и отлетели в случайном направлении. Ни Итачи, ни Шисуи не заметили куда. Друзья уже прыгнули друг на друга, и дистанция между ними стремительно сокращалась. Их боевые крики слились воедино.
   Мальчики столкнулись в воздухе, сцепились в схватке и рухнули на землю. Шисуи первым вскочил на ноги и ударил. Итачи, все еще опираясь на одно колено, мгновенно поднял руку и заблокировал атаку. Поле зрения качнулось от мощного удара, он увидел, как его друг быстро складывает печати.
   - Стихия Огня! Великий Огненный Шар! - воскликнул Шисуи и из его рта вырвался огромный шар пламени.
   Завороженно наблюдая за надвигающейся стеной огня, Итачи улыбнулся кончиками губ.
   Как и ожидалось от Шисуи...
   Итачи был взволнован. Он поймал себя на мысли, что среди всего клана только его отец и Шисуи могли сотворить огненный шар такого размера. Не успеет контратаковать. Защита тоже запоздает. Прямой удар.
   - Не выйдет! - воскликнул Шисуи.
   Гигантский шар огня разорвал Итачи на бесчисленное множество клочков, но все они превратились в воронов и одновременно атаковали.
   Техника Замены Тела.
   Настоящий Итачи тем временем подбежал к другу сзади и приставил к его горлу кунай. Старший мальчишка не успел ощутить присутствие Итачи и обернуться.
   - Хах, так значит ты победил, - с сожалением произнес Шисуи.
   В итоге они провели тридцать пять раундов, из которых в одиннадцати одержал победу Итачи, а в двадцати четырех - его друг.
   - Ты уже превзошел уровень генина, - Шисуи сделал большой глоток из своей фляги. - Твой экзамен на чунина в этом году снова откладывается?
   - Ага, - ответил Итачи.
   Он наклонил флягу, и в рот хлынула холодная вода.
   - Ты говорил, твой джонин-наставник - Миназуки Юки, верно?
   Итачи тихо кивнул.
   - Может, он завидует тебе? Может, твоя гениальность ему не по душе, и поэтому он тянет и не дает рекомендацию на экзамен?
   - Даже если все именно так, я ведь все равно ничего не могу с этим поделать.
   Без толку рассуждать о мотивах Юки. В этом году он снова не будет сдавать экзамен. И это факт.
   - Но я имею в виду, ты уже настолько...
   - Давай просто забудем об этом.
   Продолжи они этот разговор - ничего бы не поменялось, лишь разочарование Итачи окрепло бы еще больше.
   - Я тут вспомнил... Как там эта девочка, Учиха Изуми? У вас все складывается? - Шисуи неуклюже сменил тему, и Итачи взглянул на него широко раскрытыми глазами. - Обычно трудно понять, о чем ты думаешь. Но вот сейчас, как по мне, это довольно-таки легко.
   - Ты о чем?
   - Беги, посмотри в зеркало, - сказал Шисуи, ехидно улыбаясь.
   Итачи отвел взгляд.
   - Как бы там ни было, она меня не волнует.
   - А вот в тот миг, когда я назвал имя "Изуми", ты выглядел так, словно она волнует тебя очень сильно.
   Волнует очень сильно...
   Так ли это? Итачи обрел совсем немного друзей, и Изуми, несомненно, была одной из них. Другом... но не более. Но затем, под натиском Шисуи, Итачи почувствовал, что, возможно, она другая. И все же, его чувства к ней вряд ли можно было назвать романтическими.
   Короче говоря, он и сам не знал.
   - В любом случае, как там твой отец?
   - Не уходи от темы, - лукаво осклабился Шисуи.
   Но затем его счастливое лицо омрачила тень легкой печали.
   - Как обычно.
   Его отец потерял ногу в последней Великой Войне и слег от болезни из-за ранения; сейчас он был прикован к постели. Шисуи жил один с матерью и отцом и был единственным кормильцем семьи.
   - Он ослаб в последнее время. Даже узнавать меня перестал.
   - В самом деле...
   - Ладно, все когда-нибудь умирают. Я готов к этому.
   Итачи не знал, что ответить на печальный вывод своего друга.
  

****

  
   - Я видел претендентов на экзамен чунина этого года, - резко заявил Данзо, ворвавшись в кабинет Хокаге. - Кажется, Учиха Итачи снова не в списке.
   Хирузен, сидящий в кресле Хокаге, оторвался от бумаг и с любопытством взглянул на Данзо.
   - Подумать только, вы собственной персоной ходили поприветствовать Итачи, когда он выпустился?
   - Я подумал, что хочу посмотреть в лицо лучшему выпускнику академии с момента ее основания.
   - Я даже боюсь представить, почему вы так зациклились на выходце из клана Учиха.
   - Позволить человеку с таким многообещающим будущим потратить еще несколько лет в пустую - это потеря для деревни.
   Хирузен нахмурился.
   - Но он не будет допущен к экзамену без рекомендации джонина-наставника.
   Данзо дерзко ухмыльнулся.
   - Его наставник, Миназуки Юки, ниже среднего среди джонинов. Он завидует способностям Итачи.
   - Юки не такой чело...
   - Он именно такой человек, - с нажимом заявил Данзо, перебив Хирузена. - Возможно, ты не в курсе, но Юки уже не раз отсылал обратно в академию генинов, более талантливых, чем он сам. Сейчас он этого сделать не может, потому что Итачи явно выделяется. Имя мальчика известно во всей деревне.
   - Но это же просто смешно.
   - Он обычно не показывает этого. Но в глубине души, Миназуки темный человек.
   Члены Корня изучали его. Корень, отряд Анбу, тренируемый и контролируемый непосредственно Данзо, имел обширную информационную сеть внутри деревни. Образ мышления, философия каждого шиноби в Конохе, их настроения и стремления - Корень старательно следил за этим. И все для защиты деревни.
   Если Военная Полиция клана Учиха поддерживала общественный порядок привселюдно, то Корень был чем-то наподобие тайных сил полиции, которые работали во мраке деревни. Корень следовал идеологии Данзо, защищал мир из тени и преуспел в этом направлении даже сильнее, чем Анбу под руководством Хокаге. Другими словами, Военная Полиция Конохи и Корень были двумя сторонами одной медали.
   Хирузен тяжело вздохнул и заговорил:
   - Если Юки не даст рекомендацию, мы можем просто повысить его до чунина своим официальным приказом.
   - Для деревни будет лучше, если он пойдет на экзамен.
   - Мм? - Хирузен поднес трубку к губам.
   - Экзамен на чунина - это место, где в одной комнате встречаются должностные лица со всех стран, - продолжал Данзо. - Другими словами, это возможность продемонстрировать будущий военный потенциал каждой страны. Если мы покажем способности Итачи, это увеличит угрозу, которую наша деревня представляет для других стран.
   - Итачи в самом деле одаренный шиноби, но неужели его сила настолько велика?
   Хирузен видел лишь результаты миссий, потому оценить способности Итачи мог лишь поверхностно и был вправе задать такой вопрос.
   - Он вынужден был работать с наставником и партнерами по команде, которые явно слабее него. Как же он мог проявить свою настоящую силу? Если мы будем и дальше прятать Итачи от общественности, это может стать невосполнимой потерей для деревни.
   - Кто бы мог подумать, что ты будешь такого высокого мнения о клане Учиха.
   - Я такого мнения только о мальчике по имени Итачи.
   Хирузен не имел понятия об истинных намерениях Данзо. Возможно, он чувствовал, что у лидера Корня есть некие скрытые мотивы, но даже проницательный Хирузен не мог догадаться, какие именно.
   Учиха Итачи.
   Данзо верил, что мальчик был именно тем человеком, который исполнит его самое заветное желание. Коноха и Учиха. Козырная карта, которая может разорвать судьбоносную связь, образовавшуюся с момента основания деревни. Это был Итачи.
   Как взять его под контроль? Вот в чем проблема.
  

****

  
   - Я дома.
   - Итачи-и, ты вернулся!
   Пока Итачи разувался, его спину обвили маленькие ручки.
   - Миссии на сегодня закончились?
   - Ага.
   Стоя в коридоре, он погладил по голове своего четырехлетнего братика.
   - Ты устал?
   Саске уже научился разговаривать как взрослый и ему не терпелось поболтать со старшим братом. Он увязался следом за Итачи, который направлялся в их комнату.
   - После того, как ты уходишь, Саске все время ждет, когда его братик вернется, - сказала Микото.
   Услышав это, Итачи растерялся и смутился, но в то же время почувствовал себя счастливым.
   - Я тоже хочу ходить на миссии!
   - Тебе еще рано, - засмеялся Итачи и прошел по коридору.
   Внезапно бумажная дверь комнаты отца открылась у него перед глазами.
   - Ты вернулся?
   - Да.
   Отец с кислым видом стоял на пороге своей комнаты.
   - Сегодня меня вызвал Хокаге-сама и мы говорили о тебе.
   - Обо мне?
   - Решено, что ты примешь участие в следующем экзамене на чунина по рекомендации начальства. Кроме того, ты будешь участвовать один, а не в команде из трех человек. Разумеется, это поставит тебя в жесткие условия. Однако...
   Отец склонил голову и прикрыл глаза, а потом взглянул в лицо Итачи.
   - Я ответил Хокаге-сама, что ты участвуешь.
   - С-спасибо...
   До сих пор Итачи испытывал разочарование и с какой стороны не пытался бы смотреть на ситуацию - не мог до конца избавиться от этого чувства. И вот наконец эти дни подошли к концу. Он гадал, сколько еще лет предстояло ему быть генином и работать в этой команде. Но сейчас, пелена тяжелых туч, обернувших его сердце, наконец рассеялась.
   - Вместо джонина-наставника тебя порекомендовало лично руководство деревни. Я надеюсь, ты справишься.
   - Да, я справлюсь.
   - Эй, пап, что с братиком?
   Пытаясь поддержать разговор, Саске протиснулся между ними и взглянул снизу-вверх на отца.
   - Ты тоже скоро станешь шиноби, как твой старший брат, - сказал Фугаку и подхватил Саске на руки.
   - Да!
   - Хороший мальчик.
   При виде счастливого Саске, отец тоже улыбнулся. Все также глядя на младшего сына, Фугаку произнес:
   - Собственно, тем, кто настоял на твоем участии в экзамене, был Шимура Данзо.
   Шимура Данзо...
   Итачи вспомнил мрачное лицо человека, которого встретил в день выпуска из академии.
   - Что думаешь об Анбу?
   В бодром голосе отца сквозила тьма.
   - Мальчики, пора ужинать! - позвала мама.
   - В любом случае, для начала экзамен на чунина. Если ты раскроешь на нем свою истинную силу, то пройдешь без проблем. Поговорим об этом после.
   Анбу. Поговорим об этом после.
   Зловещие слова повисли в воздухе. Отец с Саске на руках исчез в столовой, где ждала их к ужину мать.
   На дороге, что вела в будущее юного гения Учиха, возникли свет и тьма. Они играли с его сердцем, а Итачи, оставшийся в одиночестве посреди коридора, был ослеплен их чистотой и насыщенностью.
  

ГЛАВА 3

Черный как смоль ворон дрожит от стонов своих собратьев, которые корчатся в лунном свете

  
   Для Итачи письменный экзамен оказался легким. Он с самого начала понял, что целью было списывать, используя ниндзюцу и не попадаясь экзаменаторам. Однако, Итачи доверял своей памяти. Еще в раннем детстве в перерывах между тренировками он перечитал множество книг. Итачи не изменял этой привычке ни после поступления в академию, ни после выпуска. В его голове хранились знания обо всем, что можно: история мира шиноби начиная со времен Мудреца Шести Путей; альянсы, договоры, законодательные акты между разными странами; базовые и продвинутые тактики, их практическое применение в бою; теория ниндзюцу, улучшенный геном - кекке генкай; введение в чакру; хвостатые звери, ниндзя-животные; основы режима отшельника и природной энергии; и еще множество книг и тезисов.
   Ему не было нужды списывать. Баланс между интеллектом и силой - вот, что Итачи считал важнейшим качеством идеального шиноби. Только с ясным умом можно продемонстрировать превосходные физические возможности. Но шиноби, не способный принимать верные решения, обречен на поражение, каким бы искусным пользователем ниндзюцу он ни был. А в мире ниндзя поражение означало смерть.
   В памяти Итачи ожило лицо Тенмы, убитого человеком в маске. Он невольно черкнул карандашом по листку, словно прогоняя страшное видение. Его листок с ответами был уже на девяносто процентов заполнен.
   Люди, пойманные на списывании, один за другим покидали зал. Итачи закончил свою работу и наблюдал за другими претендентами на звание чунина. Каким образом каждый из них списывал?
   На лице Итачи не отразилось ни единой эмоции, когда он направил чакру в четырех разных направлениях. Одни проникали в разум своих целей; другие же следили за движениями рук. Были и те, кто улавливали ответы по звуку трения карандаша о бумагу. Все они списывали используя техники, в которых преуспели больше всего. Итачи спокойно отметил кто использовал какой тип техники.
   Здесь все были его соперниками. Если он изучит их умения, то сможет выбрать наиболее удачную тактику во время боя. Все состояли в группах по три человека в каждой. Итачи был один. Без партнеров. И вполне вероятно, что на грядущих этапах экзамена он может оказаться в ситуации "три против одного". Важно было получить информацию о противнике сейчас, чтобы в случае неблагоприятной ситуации перехватить инициативу.
   - Время! - воскликнул экзаменатор. - Опустите карандаши. Все, кто находится в этом зале, идут на второй экзамен. Результаты письменной части будут объявлены после завершения второго этапа.
   - У меня вопрос!
   Один из испытуемых поднял руку. Экзаменатор кивнул, разрешая ему говорить.
   - Это значит, что даже если мы пройдем второй этап, то можем быть не допущены к третьему из-за баллов за письменный экзамен?
   - Да, именно так.
   Весь зал загалдел.
   - Тихо! - рявкнул экзаменатор. - Вы собираетесь стать чунинами. А чунин - это капитан команды. Не во всех миссиях результат известен сразу. Возможны случаи, когда вы должны будете сконцентрироваться на том, что происходит здесь и сейчас, тогда как в то же время, вы будете ожидать другой результат. На этот раз вы должны верить в свои способности и выложиться на полную.
   Яростный рев джонина лишил присутствующих дара речи.
   - А сейчас идите на второй этап.
   Итачи поднялся со своего места. Слова экзаменатора все еще звенели в ушах.
  

****

  
   - Что, не сладко, когда тебя окружили трое? - ухмыльнулся паренек. Итачи опустил глаза на свиток, который держал в руке.
   Претенденты на звание чунина были разбросаны по местности сорок четвертого полигона, называемого "Лесом Смерти". Итачи достался свиток с каллиграфической надписью "небо", нарисованной черной тушью.
   - Проходить экзамен на чунина в одиночку - это самоубийство, - крикнул мальчик позади.
   Визгливо расхохоталась девчонка, и от ее оглушительного смеха заболели уши. Ниндзя окружили Итачи треугольником. На голове у них были протекторы Деревни Скрытого Тумана. Итачи посмотрел на парня, стоящего перед ним, наиболее самоуверенного из всех. На вид ему было лет пятнадцать или шестнадцать, и, похоже, именно он возглавлял команду.
   - Мы не убьем тебя, если ты будешь хорошим мальчиком и отдашь нам свиток. Но если начнешь сопротивляться, я ничего не обещаю. Сам понимаешь, что мы тогда с тобой сделаем.
   У паренька был другой свиток, не такой как у Итачи, а с надписью "земля". Вместе они составили бы пару.
   Цель второго этапа состояла в том, чтобы добраться до башни в центре полигона, при этом завладев двумя свитками "земля" и "небо". Команда в три человека получала один из свитков и выходила на полигон каждая со своей позиции. Далее испытуемым предстояло найти второй разноименной свиток и отбить его у другой команды, не потеряв при этом свой. Получив оба свитка, команда пробиралась к башне в самом центре полигона через Лес Смерти, полный животных-людоедов, ядовитых насекомых и разных опасных созданий,
   На второй этап отводилось пять дней. Другими словами, именно столько времени необходимо было для прохождения экзамена.
   В первый же день на Итачи неожиданно напали враги, ниндзя Скрытого Тумана. И сейчас они стояли перед ним. Вместо того, чтобы глупо лазать по лесу в поисках подходящего свитка, Итачи направился прямиком к башне. Он искал свиток "земля", также как его соперники свиток "небо". Если б он двинулся к башне, противники сами пришли бы к нему. Все шло по плану.
   Шиноби Тумана уже убедились, что у Итачи свиток "небо": он специально нес его в руках, на виду. Эти трое угодили в ловушку молодого Учихи.
   - Итак, трое на одного. Будь душкой, и...
   - В правилах второго этапа экзамена есть пункт, - перебил Итачи, - в котором сказано, что участие принять могут лишь команды по три человека. В таком случае, почему я здесь один?
   - Может, твои партнеры по команде кинули тебя? - отозвалась девочка слева.
   Парень позади засмеялся.
   Итачи слегка повернулся к девочке и заметил:
   - Остальные двое ждут в засаде. Вы не предвидели чего-нибудь такого?
   Девочка с безмятежной улыбкой на лице внезапно побледнела.
   - Расслабься. Я был один с самого начала, - сказал Итачи и перевел взгляд обратно на лидера. - Единственный вывод, к которому ты пришел в этой ситуации "три на одного", это то, что у вас преимущество. Как капитан команды и как чунин ты провалился.
   - С-слышь, следи за язы...
   - И моя внешность ребенка только подогревает вашу беспечность.
   - Эй, Кируру, давай уже кончать его, - сказал паренек, стоящий позади, но в его голосе мелькнула тревога.
   Лидер, Кируру, вспотел и нервно сглотнул.
   - Почему вас не смущает то, что я здесь совсем один? Мне позволили проходить экзамен в одиночку, такую возможность вы не учитывали? Я участвую один, тогда как по стандарту допускают только отряды в три человека. Улавливаете скрытый смысл?
   - Кируру! - на этот раз воскликнула девочка.
   Команду соперников понемногу охватывал страх.
   - С-сдохни! - визгливо воскликнул Кируру.
   И с трех разных направлений в Итачи полетели сюрикены. В следующее мгновение, лидер и парнишка позади побежали. Девочка подпрыгнула. На Итачи напали со всех сторон, и, если бы он ушел из-под атаки вверх, девочка поймала бы его.
   Основы стратегий для команды в три человека, глава первая, параграф третий. Поистине, детская тактика.
   Итачи не шелохнулся. Сюрикен попал в него. Во все части тела вонзилось множество сюрикенов. Без заминки оба парня ринулись к нему спереди и сзади, захватывая свою жертву в тиски, и всадили кунаи в живот и в спину Учихи.
   Изо рта Итачи хлынула кровь. У парней из Тумана не было времени наблюдать за этим; они выдернули свои кунаи и отступили на полшага назад. Тут же девочка приземлилась на плечи Итачи и ударила кинжалом прямо в темя.
   Она счастливо воскликнула:
   - У нас получилось!
   Итачи разлетелся на множество клочков, а те на ходу превратились в воронов. Пронзительно каркая, птицы стали клевать головы троих ниндзя Тумана. Итачи некоторое время наблюдал с верхушки высокого дерева неподалеку, как его глупые противники, закрывая лица руками, яростно пытались отбиться от воронов.
   В конце концов, он спрыгнул вниз и встал перед ними.
   - Развейся!
   С его криком вороны исчезли. Ниндзя Тумана ошарашенно оглядывались, они не понимали, что происходит. Одновременно все трое заметили Учиху.
   - Отдайте свиток по-хорошему, - Итачи протянул руку лидеру. - Если отдадите, я позволю вам уйти.
   - Ты недооцениваешь нас!
   Кируру присел и стал складывать печати. Парень и девочка по обе руки от него повторяли за ним.
   - Готовы?
   - Да, - ответили партнеры.
   - Стихия Воды! - воскликнул Кируру, но дальше продвинуться они не успели.
   Перед глазами троицы внезапно возникла стена пламени. Они были настолько напуганы, что даже забыли активировать собственную технику.
   На письменном экзамене и с тех пор, как начался второй этап, Итачи копил чакру. Он сложил печати в три раза быстрее, чем шиноби Тумана, и активировал технику Стихии Огня: Великий Огненный Шар.
   Поле зрения команды противника на мгновение закрыло пламенем. Итачи настолько четко контролировал свою технику, что огонь совсем чуть-чуть не достал до шиноби Тумана. Угроза, не более.
   Это был всего лишь экзамен. Итачи не хотел убивать или ранить кого-либо. Сломить дух, напугать - этого было достаточно.
   Пламя взвилось в небо и исчезло. Троица каким-то образом умудрилась выстоять, но их ноги предательски дрожали, выдавая животный страх. Шиноби Тумана уставились на Итачи слезящимися глазами.
   - Если вы хотите еще, я не против, - Учиха подошел к ним ближе. - Но на этот раз, я буду вынужден использовать свой козырь.
   - Что? - спросил Кируру.
   Он был готов разрыдаться. Итачи взглянул на него и сконцентрировал чакру в глазах. Поле зрения окрасилось в алый, слабо проявились волны чакры, текущей сквозь тела противников.
   - Ша-шаринган, - пробормотал парень рядом с Кируру.
   Из глаз отважного Кируру потекли слезы.
   - Я не знаю, видели ли вы когда-нибудь такие глаза. Но если вы шиноби, то должны знать, что это, - сказал Итачи.
   Девочка беззвучно открывала и закрывала рот. Троицей всецело управлял страх смерти.
   - Ваши техники не сработают против меня.
   - Сжалься! - взмолился Кируру и, кланяясь, коснулся лбом земли.
   Он потянулся дрожащей рукой к сумке и стал копаться в ней. Итачи недолго наблюдал за ним, когда парень наконец сунул ему свиток "земля".
   - Хорошо, что вы поняли.
   Юный гений принял свиток, послал немного чакры в ноги, мгновенно очутился позади Кируру и ударил его по шее ребром ладони.
   - Я не хочу, чтобы на меня напали с тыла. Отдохните здесь немного.
   Кируру свалился на землю, лицом вниз, а Итачи, не глядя на него, быстро переместился к девочке и парню, и проделал с ними то же самое.
   Наконец у него был полный набор: свитки "небо" и "земля". Теперь оставалось только добраться до башни в центре полигона.
  

****

   - Второй этап пройден за пять часов тридцать семь минут. Это новый рекорд для экзамена на сорок четвертом полигоне. А принимая во внимание тот факт, что экзамен рассчитан на команды по три человека, этот рекорд поразителен.
   Данзо слегка улыбался, слушая странный жесткий голос члена Анбу в белой тигровой маске.
   - Так бывает, когда выпускаешься из академии в первый же год. Для такого ребенка это не странно.
   Он поднялся со стула, краем глаза замечая, как кивнула белая маска.
   - Сейчас должен начаться третий экзамен. Нам пора.
   - У меня есть сообщение по этому поводу.
   Анбу остановил Данзо, который уже собирался уходить.
   - Ну, что там?
   - Генин из нашей деревни, который должен был сражаться с Учихой Итачи в первом раунде, сдался.
   - Испугался силы Итачи?
   - Именно.
   Данзо запрокинул голову и громко расхохотался. Белая маска тигра ждала ответа своего господина.
   - Как бы чудесно было, если б этот парнишка не был Учихой. Я много раз думал об этом, но никогда не сознавал этого так остро, как сейчас.
   - Учиха могут быть полезны.
   - Я и без тебя это понимаю, - отрезал Данзо и двинулся дальше. - Кто его соперник во втором раунде?
   - Если первый раунд прошел надлежащим образом, я полагаю, должен был пройти генин Деревни Скрытого Тумана Немуй по прозвищу "соня".
   - "Соня", что за нелепая кличка.
   - Он популярен среди молодежи Тумана.
   - Шиноби, который имеет два имени, - весьма посредственный, - фыркнул Данзо. - Настоящий ниндзя не нуждается в псевдонимах.
   - Да, - кивнул член Анбу, идя рядом с ним.
   - Интересно, как Учиха Итачи, у которого нет псевдонима, одолеет генина с дурацкой кличкой "соня"? Это будет забавно, в любом случае.
   Данзо направился к арене, удивляясь самому себе, ведь впервые за многие годы, он был так возбужден.
  

****

  
   - Повторяю, никаких правил нет. Состязание закончится, когда одна из сторон признает свое поражение. Однако, я могу остановить матч, если решу, что продолжать бессмысленно. Вам все ясно?
   Соперник с полусонным лицом молча слушал наставления властного экзаменатора. Он зевнул уже столько раз, что Итачи гадал, не уснет ли его противник прямо здесь на месте. Парня звали Немуи, что означало "соня". По всей видимости, он был шиноби Скрытого Облака.
   - Может твой выход стоит отложить на потом, чтобы ты как следует выспался? - осторожно спросил Итачи.
   Полуопущенные веки прикрывали идеально круглые глаза Немуи. Он вяло смотрел на Итачи, скривив от усталости губы.
   - Не беспокойся, - сказал он и улыбнулся, но даже улыбка его была сонной.
   Изогнутая стена охватывала круглую арену с открытым потолком. На земле то тут, то там росли деревья. Из верхушки стены выступали ярусы трибун. За состязаниями, от которых зависело будущее генинов, наблюдало огромное количество зрителей: даймё, чиновники скрытых деревень шиноби со всего мира, чунины, джонины. Среди них были даже люди с черного рынка, они замаскировались и прокрались на арену тайком.
   Какая деревня взвалит на свои плечи будущее мира шиноби? Все наблюдали за сражениями молодых ниндзя, затаив дыхание.
   Это место, где способные генины каждой деревни рисковали своими жизнями в бою, представляло собой миниатюрную модель войны. Нередко сражения здесь, на арене, были непосредственно связаны с силовыми взаимоотношениями между деревнями многие годы после.
   Именно поэтому Итачи хотел показать свою истинную мощь.
   Деревней Скрытого Листа был он - Учиха Итачи...
   Он должен был продемонстрировать такую ошеломляющую силу, чтобы взрослые, собравшиеся здесь, даже не посмели тянуть свои лапы к Конохе. Это могло стать его первым шагом к миру без войн, и у Итачи не было намерения давать кому-либо поблажку. Он собирался выложиться на полную.
   - Второй раунд, третий этап! Шиноби Деревни Скрытого Листа Учиха Итачи против шиноби Деревни Скрытого Облака Немуи. Начали!
   - Ха-а-а, - Немуи широко открыл рот и зевнул одновременно со стартовым сигналом.
   С трибуны послышались тихие смешки. Итачи занял позицию. Переднюю ногу чуть согнул, другую отвел назад. В руках у него не было оружия. Он расслабил все тело и отпустил свое сознание, не зацикливаясь ни на чем конкретно. Итачи был готов реагировать немедленно, что бы не сделал его соперник.
   - Я такой сонный... - Немуи свободно опустил руки, выпрямился и стал раскачиваться из стороны в сторону.
   Это совсем не походило на боевую стойку.
   - Может, мне вздремнуть?
   И, прежде, чем Итачи успел что-либо ответить, Немуи закрыл глаза. Его тело наклонилось вперед, словно падающая тростинка, но за мгновение до того, как коснуться земли, Немуи вдруг исчез из поля зрения. Итачи резко вздохнул. Он не почувствовал и намека на движение. Порыв противника был слишком внезапен. Не понятно даже в какую сторону он ринулся: вправо или влево. Итачи предвосхитил движение своего соперника немного позже, услышав храп за спиной.
   Гром...
   Итачи отскочил вперед, сделав сальто, спящий Немуи слегка зацепил правой его лицо. Рука, охваченная бесчисленным множеством белых разрядов молнии, с необыкновенной силой пронеслась мимо. Итачи приземлился и установил дистанцию между собой и противником.
   Немуи дремал, как и раньше. И стоял.
   Он действительно спал или умело притворялся? Был только один способ узнать: прямо атаковать. Итачи вынул кунай из нагрудного кармана и швырнул в противника. Клинок летел прямиком в лицо спящего Немуи. Его тело, шатающееся из стороны в сторону, сильно качнулось и чудом увернулось от куная.
   Так он в сознании?
   В любом случае, глаза Немуи были закрыты, и Итачи не мог использовать шаринган. Парень продолжал стоя спать, словно мгновение назад его никто не атаковал. Итачи заметил, что противник снова сильно покачнулся, и в тот же момент Немуи исчез из поля зрения. Итачи взмыл в небо быстрее, чем можно было проследить глазами. И на то самое место, где он стоял мгновение назад, обрушилась рука Немуи, охваченная покровом молний.
   Итачи приземлился возле стены на расстоянии от Немуи и поймал соперника в поле зрения. Спутанные мысли мчались с головокружительной быстротой, он пытался как-то проанализировать необычное явление, с которым свел его случай. Итачи не мог использовать шаринган, ведь тот потреблял огромное количество чакры. Но для впечатляющей победы шаринган был необходим обязательно. Итачи планировал придержать его до нужного момента. Он был уверен, что сможет разгадать этот спящий феномен, используя накопленный за десять лет опыт. Ему совсем не обязательно полагаться на силу шарингана.
   Думай...
   Он внимательно взглянул на Немуи. Тот пошатывался вдалеке. Итачи предполагал, что его противник использует некую технику, которая извлекает полный потенциал его физических возможностей путем особого состояния сознания - сна. Сном он держал под контролем свою личность, а с помощью чистого инстинкта и животной интуиции мог свободно двигаться и нападать.
   Сонливость противника удивила его, и он потерял из виду тот факт, что бой банально опирался на физическую силу. Он сможет с легкостью противостоять этому парню, если сконцентрируется на своих способностях.
   Итачи обратил все свое внимание на противника. Шатающийся Немуи дернулся. Он наступал. Зрение, слух, нюх, тактильность - Итачи чувствовал противника всем, что у него было. Он уловил присутствие Немуи справа, у самой стены.
   Молния.
   Итачи увернулся. Все в порядке. В конце концов по физическим способностям молодой Учиха превосходил своего соперника. Итачи пришел к этой мысли и наконец получил возможность наконец разобраться с ходом боя. Плавными движениями он избегал атак Немуи, а тот пребывал все в том же отрешенном сонном состоянии.
   Внезапно Итачи осенила мысль: почему его враг специализируется на технике, которая основана на сне? Он представил, о чем думал во сне его соперник. Он запечатывал свою личность, чтобы увеличить свои физические возможности. Тогда вполне вероятно, что он мог также терять и память. А если так, значит Немуи не помнил личности, которая сражалась.
   Если мне удастся разбудить его, я смогу победить...
   Почему Немуи использовал подобную технику?
   Потому что он был трусом. Он до жути боялся ранить кого-то, или пораниться сам. Поэтому и сбегал в сны. Трус испугался бы бесконечного сна, от которого никто не просыпается. Он обязательно откроет глаза, чтобы проверить ситуацию. И в этот момент исход матча решится.
   Немуи продолжал атаковать снова и снова, а Итачи умело уворачивался. Это длилось уже около десяти минут, люди на трибуне начали понемногу волноваться и негодовать. И тут это наконец случилось.
   Немуи резко остановился, слабо покачнулся и слегка приподнял веки, совсем чуть-чуть.
   Их глаза встретились.
   Этого момента Итачи и ждал. Он направил чакру в глаза. Шаринган активировался менее чем за сотую долю секунды. В этот момент Итачи решил рискнуть. Он послал в зрачки Немуи подробную картинку, которую нарисовал у себя в воображении за время боя, пока уворачивался от атак.
   - Не-ет! - взвизгнул Немуи.
   Он бодрствовал всего мгновение и затем снова уснул.
   Я сделал это...
   Он проскользнул в тыл и кунаем разрезал Немуи горло. Картинка, которую Итачи представил настолько четко, до самой крохотной детали, стала реальностью и раз за разом проигрывалась у противника в сознании. Немуи умер с перерезанным горлом. Но он был уверен, что все еще жив, и потому снова открыл глаза, он больше не мог спать так беспробудно, как раньше. Еще несколько минут Итачи уклонялся от атак Немуи, но веки соперника снова дрогнули. Поле зрения мгновенно окрасилось в алый. На этой картинке Итачи продырявил ему живот.
   Повтор.
   Сон Немуи ставал все более поверхностным с каждым новым убийством. Зарезан, задушен, избит до смерти, отравлен; Итачи убивал парня всеми возможными способами.
   В конце концов, Немуи не мог больше уснуть совсем. Если бы он закрыл глаза Итачи убил бы его снова. Теперь им полностью руководил страх смерти, а она раз за разом настигала его в видениях. Снова и снова.
   - Нет... нет... нет... - грудь Немуи вздымалась, он задыхался, трясся и дрожал.
   Зрители не имели понятия, что происходит. В лучшем случае несколько людей догадались, что Итачи использовал шаринган. Итачи продолжал уклоняться от атак, тогда как движения Немуи значительно замедлились. По лицу ниндзя Скрытого Облака градом катился пот; он начал плакать. Сам же Итачи ни разу не атаковал его напрямую.
   - Помогите мне, - взмолился Немуи.
   Он рухнул на колени и громко заревел.
   - Я больше не хочу умирать! Пожалуйста, умоляю, помогите мне... Пожалуйста.
   - У нас есть победитель! - экзаменатор встал между ними.
   На трибунах воцарилась гробовая тишина. Все были сбиты с толку этой непонятной ситуацией. Полусумасшедший Немуи вопил и рыдал, до тех пор, пока экзаменатор не проводил его с арены.
   - Я не хочу умирать, - рыдал он раз за разом.
   От его голоса, полного дикого ужаса, по спинам зрителей забегали мурашки. Его вопли достиг каждого угла, каждой трещинки на трибуне. Страх, внушенный ему Итачи, был настолько огромен, что Немуи вполне мог отказаться от карьеры шиноби.
   Ниндзя - вот главная причина войн во всем мире. Одним шиноби меньше - меньше и насилия. Итачи, без сомнения, окончательно сломил дух Немуи. Он породил гнетущую атмосферу смерти и все люди на стадионе ощутили ее. Итачи показал свою мощь, необъяснимую пугающую силу. Теперь ниндзя всех стран знали о ней.
   "Не стоит делать этого мальчика своим врагом," - чем больше людей об этом подумает, тем менее вероятно, что Скрытый Лист втянут в войну. С помощью шарингана можно было сотворить гендзюцу и исказить зрение непосредственного противника. Но правильно используя этот фокус, Итачи сумел внушить трепет огромному количеству людей.
   Всё для того, чтобы избавить мир от насилия...
   Итачи от всей души был благодарен властям Конохи, которые позволили ему принять участие в экзамене на чунина. Учиха повернулся спиной к пустой арене, ни Немуи, ни экзаменатора на ней уже не было. Итачи услышал, как в тишине кто-то захлопал. Он поднял голову.
   Лицо, наполовину замотанное бинтами.
   - Шимура Данзо, - прошептал Итачи, без намека на должную благодарность.
   Данзо посмотрел вниз на Итачи, его губы растянулись в мрачной кривой ухмылке.
  

2

  
   - Мой сын получил звание чунина, - заявил Фугаку перед собранием клана. Рядом с ним стоял нарядный Итачи в жилете Конохи.
   - Поздравляем, - сказал Яширо, подчиненный отца.
   Когда он улыбался его узкие глазки становились еще уже. Собравшиеся быстро последовали его примеру и хором поздравили Итачи.
   - Скажи несколько слов, - попросил отец.
   - Да, - бесстрастно ответил Итачи. - Я готов посвятить себя и телом, и душой пути ниндзя, во благо Конохи и во благо клана. Я горжусь тем, что могу продолжать свой путь плечом к плечу с вами. Спасибо.
   Его слова прозвучали слишком взросло для десятилетнего ребенка.
   На письменном экзамене Итачи получил второй результат после рекорда Намиказе Минато, а второй этап прошел за кратчайшее время, установив новый рекорд, причем в одиночку, а не в команде. На третьем этапе его соперник в первом матче сдался, оставляя победу за ним. А после ошеломительного выступления Итачи во втором раунде, правление решило, что в третьем бое нет необходимости. На этом экзамен для него закончился. Разумеется, Итачи присвоили ранг чунина.
   Сына Фугаку природа одарила пугающим талантом. Время от времени Фугаку почти забывал, что мальчик - его сын, и завидовал его гениальности.
   - Если ниндзя уровня Итачи присоединится к силам Военной Полиции, это укрепит позиции Учиха в деревне, - радостно сказал длинноволосый Инаби.
   Глядя вниз на голову с блестящими черными волосами, Фугаку озвучил свои мысли:
   - Я не намерен принимать Итачи в Военную Полицию.
   Тотчас начался переполох. Но Итачи просто молча смотрел в пространство, не выражая ни малейшего удивления. Неужели его сын понимал? Фугаку охватили сомнения, но он не мог прямо спросить об этом мальчика здесь, перед всеми. Он сменил ход своих мыслей и обратился к собранию:
   - Я хочу, чтобы мой сын пошел в Анбу.
   - В... Анбу? - злобно процедил Яширо.
   Фугаку молча кивнул.
   - Между силами нашей Военной Полиции и Анбу было немало столкновений на почве регулирования общественного порядка в Конохе, - упрекнул его Яширо.
   - Я знаю это лучше, чем кто бы то ни было, - рявкнул Фугаку.
   Военная Полиция Конохи, основу которой составлял клан Учиха, создавалась для поддержания порядка в Деревне Скрытого Листа. Даже сейчас, во главе с Фугаку, Военная Полиция работала днем и ночью во благо Конохи. Однако, порядок поддерживала и другая сила: Анбу.
   Анбу - корпус способных шиноби под непосредственным руководством Хокаге - принимал участие в важных миссиях внутри деревни или в ее окрестностях. Самые серьезные преступления, совершенные в деревне, передавались из рук Военной Полиции в Анбу.
   Что находится под юрисдикцией Военной Полиции, а что расследует Анбу? Четкого разделения не существовало. По усмотрению Хокаге, дела передавались то одним, то другим. Из-за этого между Полицией и Анбу часто возникали конфликты. И каждый раз Фугаку вел переговоры с Хокаге и Анбу от лица Военной Полиции. Он лучше других знал о разногласиях между двумя миротворческими силами.
   В Храме Нака поднялся шум, начались яростные споры. Кто-то критиковал Анбу, другие пытались разоблачить истинные намерения Фугаку, остальные продолжали говорить о враждебном отношении Конохи к клану Учиха. Различные обиды, накопленные в сердцах людей, одномоментно столкнулись в замкнутом помещении храма.
   - Выслушайте меня! - проревел Фугаку.
   В храме воцарилась тишина, в которой явственно ощущалась жажда крови, не направленная ни на кого конкретно.
   - Я понимаю, что вы чувствуете, - Фугаку медленно заговорил, тщательно подбирая слова. - Я чувствую то же самое. Именно поэтому Итачи вступит в Анбу. Я хочу, чтобы мой сын стал связующим звеном между кланом и деревней.
   Все присутствующие затаили дыхание.
   - Как вам должно быть известно, члены Корня Анбу тайно наблюдают за нашим районом. И в этом случае, у нас тоже будет бдительное око, приглядывающее за деревней.
   - И вы хотите сказать, что это - Итачи? - уточнил Яширо.
   Фугаку кивнул. Снова началась суматоха.
   - Но ведь все мы из одной деревни, мы товарищи... - прошептал тихий голос.
   Он надеялся, что никто его не услышит, но неудачно пришелся на случайную паузу и в тишине достиг слуха каждого. Хозяин этих слов стоял подле Фугаку.
   Итачи с печальным лицом опустил голову, чтобы не смотреть в глаза соклановцам, и молчал.
   - Что ты сказал? - спросил Яширо.
   Итачи заговорил, не обращаясь ни к кому лично, и все так же неотрывно глядя в пол.
   - Клан Сенджу и люди Конохи все еще наши товарищи... Мы должны перестать отдаляться от них и раздувать огонь соперничества.
   Жажда крови, наполняющая храм, стала еще более насыщенной. Итачи тоже заметил это, но все равно продолжил говорить.
   - Одна сторона делает одно, другая - делает то же самое. Вы убиваете своего противника, кто-то приходит отомстить. Так начинаются войны.
   - Ты на стороне Конохи?
   - Вы смотрите на вещи с одной позиции, в зависимости от того, кто ваш союзник. Поэтому не можете увидеть полной картины.
   - Ты, ублюдок!
   Разгневанный Яширо вскочил на ноги и потянулся, чтобы схватить Итачи за воротник.
   Фугаку остановил руку своего подчиненного.
   - Шеф! - злобно воскликнул Яширо.
   - Успокойся.
   - Но...
   - Все нормально. Успокойся.
   Яширо демонстративно вздохнул и сел. Итачи так никто и не тронул, и он продолжал тихо стоять, понурил голову.
   - Итачи, извинись.
   Все обратили яростные взгляды к молчаливому Итачи.
   - Я понимаю, что ты хочешь сказать, - произнес Фугаку. - Но идеалы и реальность - это две разные вещи. То, о чем ты говоришь, - это идеал. Насилие и войны действительно связаны с ненавистью. Но ты слишком молод, чтобы понимать в полной мере бедственное положение тех, кто подвергается гонениям. Если бы ты видел в какой тяжелой ситуации пребывает клан Учиха с самого основания деревни, ты бы не выражался так опрометчиво.
   - Я тоже Учиха. Я знаю в каком положении находится клан.
   - Тогда извиняйся! - воскликнул Яширо.
   Итачи медленно поднял грустный взгляд на Яширо.
   - Простите, - еле слышно выдохнул он.
   Фугаку отчетливо уловил страшную боль, терзающую сердце сына. Он слишком хорошо понимал желание Итачи избежать насилия. Но также он в равной степени осознавал недовольство своих соклановцев. Как ниндзя Конохи он на собственной шкуре испытал это неисчислимое множество раз. Его оттеснили от правления деревни просто потому что он Учиха. Мечты его юности разбились вдребезги всего лишь потому, что он принадлежал к клану Учиха.
   Хокаге... Мимолетное желание, мечта, которая никогда не осуществится.
   - Поговорим дома, - сказал Фугаку, так что только сын мог услышать его слова.
   Ответа не последовало.
  

****

  
   - Итачи-семпай!
   От пронзительного голоса могли лопнуть барабанные перепонки.
   Итачи обернулся. Вечером на улицах Конохи было много людей. Он сам возвращался домой из резиденции Хокаге, куда наведывался чтобы уладить кое-какие формальности, связанные с получением звания чунина.
   Девочка, стоящая перед ним, показалась ему знакомой. Она была старше него. Совсем недавно Итачи работал с ней в команде.
   - Химука. Сузуказе Химука, - представилась девочка, словно прочитав мысли озадаченного Итачи.
   Фамилию "Сузуказе" Итачи вообще слышал впервые.
   - Поздравляю с повышением.
   - Спасибо.
   Итачи был более опытным и умелым шиноби, чем Химука, не смотря на разницу в возрасте. Эта странная ситуация смутила его и он не мог подобрать слов. Как ему стоит обратиться к ней? Более вежливо или наоборот неформально? После минутной заминки, он снова произнес:
   - Спасибо.
   Химука не заметила его колебаний и смотрела на него сияющими глазами.
   - Я восхищаюсь вами, семпай, у вас такие невероятные результаты на экзамене на чунина! Я горжусь тем, что мы работали вместе в одной команде, пускай и недолго.
   Итачи не знал, что ответить. Он сражался не для того, чтобы его хвалили или гордились им.
   - Ты все еще в команде с тем молчаливым парнем?
   - Ты про Йоджи?
   Так вот как его зовут.
   - Примерно в то же время, как стало известно, что вы, Итачи-семпай, примете участие в экзамене на чунина, Йоджи куда-то перевели, и с тех пор я его не видела.
   - Перевели?
   - Это произошло очень неожиданно. Он даже не попрощался.
   Странно все это. Что это за срочный перевод, когда человек даже не успевает попрощаться? Итачи пришла на ум только одна мысль.
   Анбу.
   Но Йоджи только получил звание генина. И Итачи не помнил, чтобы он отличился какими-то выдающимися способностями на совместных миссиях.
   - Сейчас мы трудимся с Юки-сенсеем и двумя новыми партнерами по команде! - радостно рассказывала Химука.
   Глядя на сияющую Химуку, Итачи отметил про себя имя "Йоджи" и запечатлел его в памяти.
  

3

  
   - В последнее время, вы как ни придете ко мне, так разговор в конце концов сводится к Учихе Итачи, - сказал Хокаге, сидя в кресле и попыхивая трубкой.
   Данзо наблюдал за ним. Он уже когда-то предупреждал Хирузена, что шиноби не должен курить, потому что запах табака въедается в тело. Хирузен смеялся и отвечал, что Хокаге не ходит на секретные миссии, поэтому все нормально. Но Данзо говорил не о настоящем положении дел, а о боевой готовности в общем. Хокаге или генин, шиноби никогда не должен был забывать, что в любой момент, в любом месте они на войне.
   Если им будет необходимо скрыть от врага свое присутствие, запах табака, исходящий от Хирузена, выдаст их.
   В этом мире не было ничего абсолютного.
   Хирузен не знал, о чем думает Данзо, он вытряхнул пепел из трубки в специальную посудину на столе, взял щепотку табака и разжег трубку. Розовый дым взвился в воздух, устремился к окну и рассеялся на ветру. Его запах неприятно жалил нос, но на лице Данзо не дрогнул ни единый мускул.
   Они с Хирузеном были знакомы еще с тех пор, как оба носили звание генина. Данзо никогда не употреблял слово "друг". Дружба - плод чувств, вызванных доверительными отношениями между человеческими существами. Понятие "друг" проистекало из жалкого стремления рассчитывать на кого-то. Данзо всегда надеялся только на себя и не хотел иного. Поэтому он никогда не употреблял подобные слова.
   Хирузен, выдыхая дым, поднял глаза на Данзо.
   - Ты говоришь, прошло пять месяцев с тех пор, как его повысили до чунина. И Итачи выполнял все задания более чем идеально. Даже на миссиях, в которых участвуют генины, он настолько схватывает их достоинства и отдает такие четкие приказы... С трудом верится, что ему всего лишь одиннадцать. Отчеты отлично упорядочены, строго следуют нужному формату.
   - Два года в звании генина были потерей как для Итачи, так и для деревни, не так ли?
   - Давай будем думать об этом как о необходимом опыте.
   Хирузен всегда смотрел на вещи с положительной стороны. Именно эта черта сделала его популярным среди шиноби. Однако, ниндзя по сути своей были созданиями тьмы. Данзо всегда забавляло само существование Анбу в деревне, словно они могли разделить свет и тьму.
   - Подумай об этом... - Хирузен вытрусил пепел в посудину и вздохнул.
   А затем слегка выпрямился в кресле.
   - В последнее время долгие часы бумажной работы утомляют меня. Может, я просто слишком стар.
   - Это твоя обязанность.
   - И что, ни слова сочувствия?
   - Ты начинал говорить о чем-то. Продолжай, - с неприязнью возразил Данзо.
   Хирузен фыркнул и произнес:
   - Поступило очень интересное предложение от Учихи Фугаку.
   Фугаку... Перед глазами Данзо всплыло угрюмое лицо главы Военной Полиции Листа.
   - Он предложил принять Итачи в Анбу.
   Сердце Данзо радостно подпрыгнуло в этот момент. В душе он ликовал, однако, был не настолько глуп, чтобы выдать свое веселое расположение духа. Он просто сказал:
   - Вот как?
   - Фугаку говорит, что в Военной Полиции Итачи не раскроет весь свой потенциал. Он смотрит на него не как на своего сына, а с объективной точки зрения: он считает, что Итачи обладает талантом шиноби, которому нет равных. Он говорит, что его отцовский долг найти место, где сын сможет полностью найти применение своим талантам. И потому пришел ко мне спросить, нельзя ли устроить мальчика в Анбу.
   В глазах Хирузена притаилась тьма. Он еще не все рассказал и вопросительно взглянул на Данзо, придержав свое мнение до поры до времени.
   - Хомура и Кохару категорически против. Они говорят, что допускать Учиху в Анбу, корпус под руководством Хокаге, это возмутительная глупость. Они спросили меня, не забыл ли я, при каких обстоятельствах Второй Хокаге основал Военную Полицию Конохи.
   - Военную Полицию создали чтобы отлучить клан Учиха от управления деревней.
   - Да уж... - Хирузен вздохнул, набивая трубку уже в третий раз.
   - Может ты перестанешь хотя бы сейчас, когда мы обсуждаем важные дела?
   Хирузен недовольно повел плечами, словно ребенок, отчитанный отцом, и положил трубку на стол.
   - Даже если бы Хомура и Кохару в конце концов согласились на то, чтобы принять мальчика в Анбу, что бы сказали вы, учитывая вашу лютую ненависть к роду Учиха?
   Хомура и Кохару, советники Конохи, были также знакомыми Данзо и Хирузена с детства. Они прожили долгие жизни. Старые люди без особых талантов, которые никак не отличились на жестокой Великой Войне, когда множество их товарищей погибло. С огромной благодарностью они приняли почетные места в Совете, и это стало их единственным достижением. У них не было даже собственного мнения, они всегда опирались на слово кого-то более авторитетного.
   - Как я и думал, вы тоже...
   - Возьмите его в Анбу, почему бы нет?
   Глаза Хирузена слегка расширились от удивления, а в душе засело подозрение. Он был уверен, что Данзо также будет против.
   Однако Данзо никоим образом не возражал. Как раз наоборот. Предложение Фугаку было просто находкой, спасательным кругом. С самого начала Данзо планировал забрать Итачи в Анбу, чего бы это ему не стоило. Учиха Итачи был ключевым элементом для полного воплощения его честолюбивых замыслов. Данзо предложил бы это сам, но опасался, как бы Фугаку не заподозрил чего. Однако, предложение неожиданно поступило от другой стороны.
   - Я знаю, что вы неравнодушны к Итачи, но я полагал, вы не одобрите его включение в Анбу, - Хирузен откровенно сверлил Данзо испытующим взглядом.
   Данзо отреагировал спокойно:
   - Итачи - шиноби, которые рождаются раз в столетие. Даже несмотря на то, что он Учиха, мы не можем упустить возможность использовать все его силы во благо деревни.
   - Очень на тебя похоже, - Третий Хокаге кивнул, словно убеждая в этом самого себя. - Ну, если ты одобряешь, то у меня нет никаких причин помешать Итачи вступить в Анбу. Чтобы уничтожить пропасть между деревней и Учиха, нужно в первую очередь взывать к сердцам молодых. Ввести Итачи в центр жизни Листа - очень хороший шанс.
   Данзо ни за что бы не согласился с оптимистическими взглядами Хирузена. Но он был благодарен Хокаге за то, что тот согласился принять Итачи в Анбу, какой бы ни была причина.
   - Но Итачи всего одиннадцать. Мы должны убедиться, что он готов для Анбу.
   - Миссия для вступления в Анбу, хм?
   - Именно.
   - Доверите это мне?
  

****

  
   Покой...
   Итачи хладнокровно наблюдал за собой, расслабленным и плывущим по течению. Изуми шла рядом, смеясь.
   Пять месяцев как он стал чунином.
   Деревня, обеспокоенная тем, что Итачи не берет нормальных выходных, приказала ему отправиться на долгосрочные недельные каникулы. Они силой заставляли его отдыхать. Его отец, услышав приказ, только кивнул, заметил, что распоряжение дельное, и посоветовал Итачи прекратить на эту неделю даже тренировки с Шисуи.
   У Итачи не было ни малейшей идеи, чем ему заниматься все это время, свободное от миссий и тренировок. Его не покидало чувство, что он застрял в открытом море в полный штиль. Он пытался спать весь день, но его тело, привыкшее к миссиям, пробуждалось само еще до первых петухов. Итачи играл с шестилетним Саске, помогая ему с тренировками перед поступлением в академию. Больше ведь делать было нечего.
   А Саске действительно подрос...
   Еще вчера он ползал кругом и лепетал, а сейчас - разговаривал совсем как взрослый. Он везде преследовал Итачи, звал его по имени, и рассказывал о себе. Саске испытывал высший восторг от того, что Итачи проводил с ним время, ведь старший брат обычно редко бывал дома.
   Итачи три дня провозился с Саске, но отец сказал ему выйти и пообщаться с ровесниками.
   - Ты устал. Иди, насладись своим отпуском. Может тогда перестанешь говорить подобные вещи.
   Подобные вещи...
   Фугаку имел в виду случай в Храме Нака.
   Итачи все еще жалел, что озвучил тогда свои истинные мысли, среди соклановцев, кричащих о том, как они ненавидят деревню. Этим людям, ослепленным ненавистью, можно было говорить все, что угодно, они не умели слушать. Его речь была бессмысленной.
   Но он сказал то, что хотел сказать. Ни одно слово не было ложью. Чем больше ненавидишь кого-то, тем больше ненависти к тебе возвращается. А это приводит к войнам. Он понимал недовольство клана, но, поддерживая в своих сердцах ненависть, что в итоге получат его соклановцы?
   Отец раздавил его сложные глубокие чувства одним единственным словом: "извинись".
   - Эй, ты меня слушаешь?
   Тонкий голосок эхом отозвался в голове, ворвался в мысли Итачи и вывел его из задумчивости.
   Итачи часто заморгал и повернулся в направлении голоса. Изуми пружинящей походкой шагала рядом. Их глаза встретились, но девочка не отводила взгляд.
   - Тебе бы стоило смотреть, куда ты идешь, - заметил Итачи.
   - У-угу, - ее голосок так же пружинил, как и походка. - Не хочешь остановиться здесь?
   Изуми указала на чайную впереди.
   Они уже покинули пределы района Учиха и вышли в центр деревни. Итачи не волновало, что подумают люди, увидев их вместе. Он просто гулял с другом. Ничего более.
   - Извините, мы вдвоем! - сказала Изуми и опустилась на длинную лавку перед чайной, устланной алым ковром. Итачи сел рядом.
   - Добро пожаловать! - он услышал знакомый голос внутри магазинчика. - Ниче се, Итачи-кун!
   Голос с акцентом принадлежал его старой партнерше по команде.
   - Шинко.
   - Давно не виделись, ага?
   Они вместе попали во Вторую Команду сразу после получения званий генинов. Итачи слышал, что Шинко отказалась от карьеры ниндзя, после смерти Тенмы.
   - Я здесь работаю.
   - Я заметил.
   Изуми растерянно наблюдала за тем как Итачи фамильярно общается со взрослой Шинко.
   - Шо, твоя девушка? - спросила Шинко и сверкнула глазками, ставя на скамейку две чашки чая.
   - Друг.
   - Ой, ну вот. Кажись, ты ее разочаровал, - ехидно заметила Шинко.
   Изуми подпрыгнула от неожиданности. Взрослая девочка рассмеялась и повернулась обратно к Итачи.
   - Слышала, ты теперь чунин. Поздравляю.
   - Спасибо.
   Изуми тихо сидела, понурив голову.
   - Я знаю, шо сделала правильно, когда отказалась быть ниндзя, - Шинко прижала к груди пустой поднос. - Это все из-за того, шо Тенма погиб. Но еще из-за тебя, знаешь.
   - Из-за меня?
   - Смотрела наскоко ты гениален, и ясно видела пределы своих сил. Это бесило. Мне стало грустно, знаешь? Я думала, стоит ли мне продолжать все это. И просто взяла и бросила.
   Она рассмеялась громко и радостно, но вдруг услышала, как ее зовут из чайной.
   - Ладно. Не могу больше прохлаждаться здесь. Вернусь, как вы определитесь с заказом.
   - Ты действительно невероятен, Итачи, - пробормотала Изуми, когда Шинко ушла. - У меня нет такого таланта, чтобы заставить людей отказаться быть ниндзя.
   - Но ведь ты выпускаешься в этом году?
   Изуми исполнилось одиннадцать, и она заканчивала академию годом ранее. Этого бы не произошло, если б девочка не была одаренной.
   - Это не считается, знаешь, - печально заметила Изуми.
   Итачи наблюдал за ней с тихим удовольствием.
   Шинко отказалась от карьеры шиноби наполовину из-за меня...
   Это означало, что он способен своей силой уменьшать количество шиноби. Меньше ниндзя, меньше и насилия. Признание Шинко, пусть и не сильно, но подтверждало, что он на верном пути.
   - Хочу спросить тебя кое о чем, - сказал Итачи.
   Изуми подняла голову и посмотрела него. Ее глаза были полны слез.
   - Почему ты хочешь быть ниндзя?
   - Что?
   - Жизнь шиноби, это - реальные сражения. Ты будешь постоянно сталкиваться со множеством ужасных, отвратительных вещей. Девочка, как ты, не должна проходить через такое.
   - Но ведь мой отец был шиноби, так что...
   - Это единственная причина?
   - Нет, это не все, - твердо заявила Изуми.
   В ее черных глазах блеснул огонек гнева. Итачи не понял, что это значило.
   - Я хотела идти одной дорогой с человеком, который мне нравится... Или это преступление? Может, мне не стоило желать этого...
   Она поднялась.
   - До встречи.
   Изуми обернулась и улыбнулась ему, слезы сорвались и потекли по щекам. Итачи проводил взглядом ее удаляющуюся спину. Девочка больше не оборачивалась.
   - Ну и шо ты сделал? Заставил свою девушку плакать? - подтрунивала Шинко, появившись непонятно откуда.
   - Ты настолько хорошо умеешь скрывать свое присутствие, почему бы тебе снова не стать ниндзя?
   - Нет уж, спасибо!
  
  

4

  
   - Значит, Фугаку уже рассказал тебе.
   Они находились в гостиной лидера автономного корпуса Анбу. Итачи безучастно слушал, а Данзо подолгу задерживал взгляд на лице мальчика.
   Корень...
   Так называлась организация, которой руководил Данзо. Ее члены тоже были Анбу, но структура командования отличалась. Корень вербовал в свои ряды лучших, пока те еще были детьми. Это элитное подразделение добросовестно выполняло свою работу в тени и поддерживало мир в деревне из тьмы.
   Сам Итачи узнал об этом только когда Данзо вызвал его сюда. Большинство людей в деревне даже не подозревали о существовании Корня Анбу. Данзо был правой рукой Хирузена еще с молодых лет, и все считали, что он обычный чиновник, который открыто управляет Анбу.
   Его комната находилась в глубине здания, расположенного на севере деревни у подножия горы, где были вырезаны лица предыдущих Хокаге. Члены Анбу незаметно выскальзывали на миссии из задних врат неподалеку.
   Уже наступил полдень, но по углам гостиной горели четыре большие свечи. В это мрачное место свет не проникал даже днем. Таинственный образ Данзо наполнял комнату призрачной колдовской атмосферой: в мигающем свете свечей лидер Корня Анбу казался существом из другого мира, статуей Будды в ночи. Без сомнения, более трусливый человек, просто стоя здесь, перед ним, сжался бы и разрыдался.
   - Я полагаю, ты и сам согласен присоединиться к Анбу?
   - Да, - коротко ответил Итачи.
   Уголки губ Данзо слегка приподнялись. Его узкие, словно щелки, глаза впились в Итачи. Цепкий взгляд улавливал каждый вздох, каждое движение волос; он пронизывал насквозь и вызывал трепет. Итачи казалось, что он на поле брани с настоящим врагом.
   - Наверху не одобряют вступление Учихи в Анбу.
   Даже здесь вокруг Итачи клубилась густая тьма. Враг его отца и соклановцев. Предубеждение против Учиха, дискриминация со стороны других ниндзя Листа. Пока он был в деревне, тьма следовала бы за ним повсюду.
   Именно поэтому...
   Нужно попасть в Анбу. Не по приказу отца. Это было желание самого Итачи. Анбу - элитное подразделение, которое принимало только избранных. Если он отличится в Анбу, станет незаменимым для руководства, то сможет занять прочное положение в сердце Листа, и его мечта наконец сбудется.
   Чтобы преобразить эту деревню, ему необходимо стать важным. Если б Итачи был Хокаге, он бы все изменил. Первый Хокаге из клана Учиха...
   Шаг за шагом, он начинал видеть ключевые точки своего пути, которым ему предстояло пройти, чтобы навсегда прекратить войны. Для начала он вступит в Анбу. Зарекомендует себя должным образом, станет центральной фигурой в Скрытом Листе. А затем, Хокаге. Он получит пост Хокаге и положит конец предубеждению против Учиха в деревне. Мечты Итачи не останавливались на этом. Став Хокаге, он планировал регулярно встречаться с влиятельными людьми других стран. Совместная работа с ниндзя из других деревень, избавит шиноби от соперничества. Ниндзя должны исчезнуть. А если не будет шиноби, даймё перестанут развязывать войны.
   Перед ним лежал мир без войн и насилия.
   В мечтах Итачи вступление в Анбу и пост Хокаге были просто ключевыми точками, не более.
   Для начала шаг первый: попасть в Анбу. У него не было времени на сопротивление властей деревни и враждебность других членов Анбу. Он намеревался преодолеть все преграды.
   - Проверим, подходишь ли ты для работы в Анбу. Ты должен успешно выполнить задание...
   - Вы имеете в виде миссию?
   - Именно.
   Данзо застыл, словно кукла. На его лице не дрогнул ни единый мускул. Итачи также не шелохнулся. Он чувствовал, что если хоть немного шевельнется, то Данзо разгадает его истинные намерения.
   Между ними развернулась молчаливая битва.
   - Подобрать тебе миссию поручили мне.
   Если Данзо у руля, значит миссия будет настолько темной, что даже солнечный свет не пробьется к ней. Итачи был готов к этому. Он твердо смотрел в глаза лидеру Корня, подтверждая таким образом свое согласие.
   Данзо перешел к сути.
   - Есть один человек в Анбу, ему уже тридцать четыре года. Полагаю, с твоей точки зрения, он уже старый шиноби, - сказал он ровным голосом, за которым, возможно, скрывалась издевка или шутка.
   Итачи не отреагировал.
   Выдержав паузу, Данзо продолжил:
   - С детства многие видели в нем талант, пусть и не такой, как у тебя. Этот человек без проблем прошел по всем рангам: генина, чунина и одновременно с получением звания джонина вступил в ряды Анбу. Однако... - он прервал свою речь и огни свечей в четырех концах комнаты разом дрогнули. - Недавно мы выяснили, что он в сговоре с Деревней Скрытого Тумана.
   Предатель...
   У Итачи появилось общее представление о миссии.
   - В деревне об этом знают только несколько человек.
   - И моя миссия избавиться от...
   - Я не закончил, - перебил ледяной голос. - Те, кто работает в Анбу, - делают все возможное, чтобы в деревне не узнали о том, кто они такие. С виду он живет, как обычный джонин. У него есть жена и двое детей, одному год, другому - три.
   "Чего он добивается? Что он пытается посеять в моей душе?" - спросил себя Итачи.
   Хочет испытать его? К чему он завел эту речь? Данзо серьезно ошибался, если думал, что мальчика захлестнут эмоции и он не выполнит миссию, узнав, что предатель - отец семейства.
   - Если закрыть глаза на то, что этот человек связан со Скрытым Туманом, от он отличный шиноби, весьма умелый и опытный, ему доверяет сам Хокаге.
   Данзо произнес фразу "отличный шиноби" слишком наигранно, его слова не вызывали доверия. Уловив оттенок ехидства в голосе мужчины, Итачи понял, что Данзо говорит с сарказмом. У него было куда больше опыта, чем у обычного одиннадцатилетнего ребенка, и он различал даже такие тонкости.
   - Но, если простить предателя, деревня будет ослаблена, - продолжил Данзо.
   - Я понял, - сказал Итачи.
   Его бесила манера Данзо ходить вокруг да около. Но Итачи тут же пожалел о своей неосторожности. Лидер Корня наверняка заметил раздражение Итачи, а затем и досаду. Мальчик понимал это, но ничем не выдал свою осведомленность. Итачи ощущал бездонную тьму человека, который шагал в тени Конохи.
   - Ты настолько проницателен, что этот рассказ был излишним. Прошу прощения.
   - Не за что.
   - Но все это было сказано с единой целью: помочь тебе узнать этого человека как можно лучше.
   У Итачи возник вопрос, зачем ему знать этого мужчину.
   - Убей его, - распорядился Данзо.
   - Так точно, - немедленно ответил Итачи.
   Одаренный шиноби, отец семейства, но предатель есть предатель. Это - его миссия. Выбора нет.
   Данзо поднялся.
   - Может сейчас уже и поздно, но я убежден, что Анбу - самое подходящее для тебя место. Ты можешь взять одного напарника для этой миссии. Выбор оставляю за тобой. Возьми того, кому доверяешь больше всего.
   Он обошел вокруг стола и неторопливо приблизился к Итачи.
   - Мир, на самом деле, - это зверь, который доставляет множество хлопот, - заметил Данзо, глядя во взрослое лицо мальчика сверху вниз и не отпуская его взгляд. - Его сложно создать, но поддерживать практически невозможно.
   Итачи почувствовал, что Данзо немного наслаждается самим собой.
   - Люди питаются. Пока один человек заканчивает сегодняшний ужин, другой - страдает от голода. Когда один человек что-то получает, другой - теряет. И так по капле мирные дни расшатывает обыденное неравенство.
   Итачи вспомнились лица соклановцев в Храме Нака. Он стиснул зубы и не желал замечать крошечного изменения в своем сердце.
   - В тени лживой сказки под названием "мир" всегда кто-то страдает. Люди, которые живут во тьме. Разве мы не должны презирать тех, кто забывает об этом и просто жадно наслаждается благами мира?
   В нос ударил отвратительный тошнотворный запах. Итачи понял, что это дыхание Данзо и молча стерпел.
   - Мир между странами со временем ветшает. Эти земли не знали бы ни мгновения покоя, если бы не свободные от эмоций существа, которые безжалостно избавляются от изношенных клочков и поддерживают хрупкий мир из тени.
   Другими словами, "существами", взвалившими на плечи эту ответственность, были члены Анбу и Корня.
   - Я уже говорил тебе, что ты отмечен печатью несчастья.
   Итачи помнил. День выпуска из академии.
   - Тебя всю жизнь будет преследовать хаос. Поэтому тебе надо стать достаточно сильным, чтобы победить свою собственную судьбу.
   - И вы хотите сказать, что эту силу я обрету в Анбу?
   Лицо, перемотанное с правой стороны бинтами, уверенно кивнуло.
   - Говорят, мудрому человеку хватает и слова, однако тебе достаточно и полуслова, - нет, первой буквы. Но твой ум принесет тебе страдания.
   - Принесет страдания...
   - Прекрати, не пытайся спрятаться от меня, - Данзо положил руку на плечо Итачи. - Желание достичь подлинного мира, вот что заставляет тебя страдать.
   - Как вы...
   - Я знаю о тебе все.
   Данзо широко распахнул глаза. В его сердце царила настолько глубокая и густая Тьма, что в ней запросто можно было захлебнуться и утонуть.
   - Истинный мир могут принести лишь те, чья душа полна глубочайшего мрака. Я верю, ты можешь стать таким человеком.
   Его злые губы растянулись в улыбке.
   - Присоединяйся ко мне, Учиха Итачи.
   Итачи инстинктивно отвернулся, словно пытался сбежать от тьмы и ее таинственного зова.
  

****

  
   - Убийство... - пробормотал Шисуи, дослушав историю.
   Они сидели на утесе, друг напротив друга. Кроме них никто не знал об этом месте. Шисуи так и не поднял глаза на Итачи, он молча смотрел вниз и обдумывал ситуацию.
   - Он сказал мне взять кого-то, кому я доверяю, и я подумал о тебе, - сказал Итачи.
   - Кохината Мукай... Он хороший шиноби, - заметил его друг и снова провалился в раздумья.
   Шисуи Телесного Мерцания вырос и стал выдающимся шиноби Конохи.
   - В любом случае, я не имею права просить тебя об этом, ты ведь не связан с Анбу. Но и в Анбу я никого не знаю. У меня больше нет никого, кому бы я мог доверять на подобной миссии.
   - Это потому что ты не умеешь общаться с людьми, - усмехнулся Шисуи.
   Кохината Мукай - так звали человека, которого приказал убить Данзо. Его семья происходила из клана Хьюга, но они отделились несколько поколений назад, и улучшенный геном, Бьякуган, им не передался.
   - Не могу поверить, что он связан с Туманом...
   - Какой он? - спросил Итачи.
   - Крутой и способный джонин. Хокаге действительно доверяет ему. Он регулярно ходит на миссии. А еще он однозначно был в отряде Анбу, когда вы сопровождали даймё.
   Значит Мукай присутствовал во время нападения человека в маске. Итачи знал, что все, кроме Хатаке Какаши, тогда попались в гендзюцу. Мукай тоже.
   - Ты не знаешь, он восприимчив к гендзюцу?
   - Ну, знаешь ли, мы не ходим и не рассказываем друг другу о своих слабостях.
   Естественно. Итачи пожалел, что задал такой глупый вопрос.
   - Но я знаю, в чем он хорош.
   Шисуи поднял голову и посмотрел на Итачи. В светлых глазах друга мелькнула тень беспокойства. Доказательство того, что Шисуи принял решение. Для Итачи это было ясно как день, они ведь дружили уже давно.
   - Мукай хорошо владеет тайдзюцу.
   Это имело смысл. Отследив родословную Мукая, можно было выйти на Хьюга, один из самых могущественных кланов деревни. Хьюга происходили от праотца всех шиноби, Мудреца Шести Путей. Их кекке генкай - Бьякуган был мощной техникой глаз наравне с шаринганом Учиха. Хьюга могли видеть систему циркуляции чакры и блокировать ее в теле врага. Их поле зрения охватывало все направления и не имело слепых зон.
   Остановив течение чакры, Хьюга применяли тайдзюцу - свой собственный стиль рукопашного боя, Мягкий Кулак. С его помощью Хьюга серией последовательных ударов, основанных на круговых защитных движениях, разрушали внутренние органы противника.
   Мягкий Кулак был секретной техникой Хьюга, но семья Кохината ответвилась от этого клана, поэтому логично предположить, что хотя бы какие-то знания им все-таки передались.
   - Он использует Мягкий Кулак? - спросил Итачи.
   Шисуи кивнул.
   - Значит, пока мы сохраняем дистанцию, у нас преимущество.
   - Мукай очень опытный. Я не могу представить, чтобы он позволил тебе сражаться с ним на расстоянии.
   Видимо, в воображении Шисуи уже разворачивалась предполагаемая битва с Мукаем.
   - Ты пойдешь со мной?
   - Конечно, - Шисуи стукнул Итачи кулаком в грудь. - Кроме меня ты больше никому не можешь доверять, так ведь?
   - Ага.
   - Если тебе все-таки удастся вступить в Анбу, ты приблизишься к центру деревни и станешь бесценным для нашего клана.
   Итачи гадал, что значат эти слова.
   Они с Шисуи были движимы общей идеей. Оба не пожалели бы жизни ради блага и спокойствия клана. С каждым ежемесячным собранием атмосфера в Храме Нака все более накалялась. Чувство обиды на деревню уже практически переполнило чашу терпения Учиха, Итачи и Шисуи это знали. Они обязаны любой ценой избежать мятежа - это было их общее убеждение.
   Если клан восстанет, Скрытый Лист будет втянут в войну. Последняя Великая Война, нападение Кьюби; деревня преодолела оба кризиса и наконец начала строить настоящий мир. Если Учиха сейчас что-то затеют, Коноху вновь затопят печаль и смерть.
   Единственный Анбу из Учиха... Как и сказал Шисуи: Итачи станет бесценным для клана.
   - На самом деле, я мечтаю, чтобы ты вступил Анбу.
   - Мечтаешь?
   - Учиха и деревня станут собратьями в прямом смысле слова. А для этого, я думаю, нам в клане нужен ниндзя, который будет иметь связи с центральными фигурами в Листе. Кто-то, кто сможет рассказать им все, как есть, поведать о страданиях и надеждах клана. Если ты вступишь в Анбу, ты сможешь это сделать. А поскольку ты больше кого бы то ни было желаешь мира и спокойствия для клана, ты действительно это сделаешь.
   Итачи вздохнул. Шисуи внезапно просиял.
   - Я буду джонином деревни, а ты - Анбу, и никто из нас не будет иметь отношения к Военной Полиции. Мы сможем смотреть на клан с объективной точки зрения.
   - Мой отец и остальные сидят в своей скорлупе. Они больше не видят, что творится вокруг.
   - Итачи, - с мукой в голосе произнес Шисуи, словно его сердце больше не могло сдерживать страданий, и они просто выплескивались наружу. - Люди нашего клана замкнуты в своем маленьком мирке. Они даже не пытаются выглянуть наружу. Говорят, что наша судьба неизменна и обвиняют в этом деревню. Обвиняют Хокаге, клан Сенджу, всех вокруг. Они не хотят взглянуть на свои собственные слабости. Но...
   Шисуи широко раскрыл глаза и посмотрел на него.
   - Ты другой.
   Итачи затаил дыхание.
   - Ты всегда собственными силами пробивал себе путь. Выпустился из академии в первый же год, в одиночку прошел экзамен чунина, а сейчас пытаешься попасть в Анбу. Ты никогда не оправдывал себя судьбой клана и не сдавался.
   Все было действительно так? Итачи не знал. Он чувствовал, как что-то сосредоточенно вело его по уготованному пути. И это чувство никуда не девалось.
   - Ты можешь даже стать Хокаге, - Шисуи улыбнулся. - Я верю, что ты победишь вражду между деревней и кланом, первый Хокаге из клана Учиха.
   Сердце Итачи забилось чаще.
   Мечта стать Хокаге...
   Он никогда никому не говорил о ней, никому на свете, даже своему единственному другу, Шисуи. Он боялся, что стоит произнести ее вслух, и она растает, словно облачко дыма.
   В устах Шисуи его заветная мечта обрела силу слова.
   Удивление и радость захлестнули Итачи.
   - Я всегда буду твоим лучшим другом.
   - Шисуи...
   - Не могу дождаться, чтобы увидеть, насколько ты далеко пойдешь.
   Итачи отчаянно пытался сдержать теплую волну, поднявшуюся из глубины сердца. Он никогда в своей жизни ни перед кем не плакал. Итачи верил, что ниндзя не должен показывать своих эмоций.
   Нет...
   Однажды он плакал при посторонних. Ему было четыре. В тот раз, когда отец взял его на поле боля сразу после битвы. Тогда, под проливным дождем, он увидел горы брошенных тел, и слезы потекли сами по себе. Он все еще помнил, как отчаянно пытался унять дрожь, чтобы не заметил отец.
   Итачи не изменился с тех пор. Он избегал сражений любой ценой. Война больше никогда не должна повториться. Итачи принял это решение, когда ему было четыре, и он рыдал под холодным ливнем.
   Поэтому он вступит в Анбу.
   Поэтому он обязан стать Хокаге.
   - У тебя получится, Итачи, - его верный друг усмехнулся.
   Итачи твердо кивнул, вложив в этот кивок всю благодарность.
  

5

  
   В тишине леса его сердце колотилось так сильно, словно готово было выпрыгнуть из груди. Ощущая кожей присутствие своего подросшего братика, Итачи спрятался в тени огромного дерева и сам себе улыбнулся.
   Прятки...
   Для Итачи это была просто игра, но для Саске - серьезный поединок.
   - Где же ты, Итачи? - пробормотал Саске.
   Старший брат зачарованно наблюдал за ним.
   Итачи знал, что это дурачество, но он использовал все мастерство ниндзюцу, чтобы полностью скрыть свое присутствие и чакру. Шестилетний ребенок ни за что не сможет его отыскать.
   Его маленький брат готовился через пару дней пойти в академию и был полон энтузиазма. Саске хотел хотя бы чуточку укрепить свою силу шиноби до поступления в школу. Итачи не успел даже разуться после миссии, как Саске потащил его в лесок вокруг Храма Нака.
   Маленький братик, полный надежды, такой прелестный... Итачи никогда прежде не задумывался, настолько Саске много значит для него.
   Итачи всегда отличался от других детей. Когда родился Саске, ему было четыре или пять лет, в этом возрасте дети еще нежатся под опекой родителей. Но Итачи как раз тогда осознал свой путь ниндзя: стать сильнейшим шиноби, чтобы создать мир без войн. Он думал о том, что нужно для этого и осуществлял все на практике. Поэтому, когда родился братик, Итачи был уже достаточно взрослым и не вел себя как избалованный ребенок, которому родители стали уделять чуть меньше внимания. Он просто радовался, что теперь есть существо одной с ним крови. Саске взрослел, и это светлое чувство с каждым годом все более крепло в сердце Итачи.
   Братик открыто обожал его и доверял ему. И Итачи, глядя на это, понял, что должен оправдать ожидания Саске. Он не может больше вводить его в заблуждение. Саске дал ему уникальный стимул, который Итачи никогда не получил бы сам по себе. Он испытывал бесконечную благодарность к младшему брату. И эти чувства побудили его действовать.
   - Итачи! - сердито позвал Саске.
   Он не мог найти ни следа старшего брата и начинал злиться.
   - Кажется, у меня нет выбора, - пробормотал Итачи и освободил немного чакры.
   - А?
   Саске, который крутился волчком и рыскал во всех направлениях, внезапно застыл и встрепенулся.
   Он почувствовал. Итачи расплылся в улыбке. Минутная вспышка чакры, обычный ребенок такую однозначно не засек бы. Но Саске ее учуял. У него бесспорно был талант шиноби.
   - Я здесь, Саске, - прошептал Итачи себе под нос.
   Шаги направлялись к нему, и, по мере приближения, поступь становилась немного пружинящей. Маленькие ножки его брата неслышно наступали на сухие листья. Саске уже успел изучить технику стирания звука шагов. Даже если б он сейчас же поступил в академию, он не проиграл бы старшим ребятам.
   - Нашел! - воскликнул Саске, указывая пальцем на присевшего Итачи.
   Младший братик смотрел на него сверху вниз сияющими глазами, полными надежды.
   - Не совсем, - ответил Итачи и исчез в облачке дыма.
   Теневой Клон.
   Настоящий Итачи был наверху, над головой мальчика.
   - Эй, братик! Так не честно! - с искренней досадой воскликнул Саске, поднял голову и встретился взглядом с Итачи, который сидел на тонкой ветке и смотрел на него: - Аа!
   Саске c диким выражением лица уставился в небо, запрокинув голову назад настолько сильно, что грозил вывихнуть себе шею. Итачи неожиданно расхохотался. Он редко выражал чувства на людях, но со своим братиком мог вести себя естественно. Это было странно.
   - Итачи, - ошарашенно пробормотал Саске, его энергичный тон куда-то исчез.
   - Так что, нашел меня? - Итачи проворно спрыгнул с ветки и очутился прямо перед братом, который все еще стоял, разинув рот.
   Саске не ожидал, что обнаружит свою цель случайно. Он впал в ступор и разочарованно глядел на Итачи.
   - Использовать Теневых Клонов н-не честно, - возмутился Саске, поджав губы.
   Он уже взял себя в руки. Итачи с улыбкой посмотрел вниз на своего маленького братика. Он с нежностью отметил, как сильно Саске вырос. Еще совсем недавно мальчик доставал Итачи только до колен, а сейчас голова Саске была целиком выше пояса.
   - Молодец, ты заметил мою чакру.
   - Я скоро пойду в академию. Естественно, что я умею хотя бы это.
   Саске не сознавал, что чакра, которую он почувствовал, была настолько слаба, что шестилетний ребенок не должен был ее заметить.
   - Серьезно? Это естественно?
   - Ага.
   Итачи не стал его перехваливать. Пускай думает, что это действительно естественно, ничего плохого в этом нет. Когда люди считают себя особенными, то начинают лениться. А если собственные успехи кажутся естественными, значит ты знаешь о своем несовершенстве. Преуспев в чем-то, не будешь сильно на этом зацикливаться. Люди, которые не считают себя исключительными, продолжают двигаться вперед. Итачи не хотел тормозить похвалами решительно настроенного Саске.
   Внезапно он вспомнил слова Шисуи: "Ты никогда не оправдывал себя судьбой клана и не сдавался."
   Итачи не хотел, чтобы его брат жил в плену обязательств и темных чувств их клана и стал человеком, который отказывается двигаться вперед к своей собственной судьбе. Он был уверен, что с Саске будет все в порядке. Маленький братик, в отличие от Итачи, был чист и невинен. Его не преследовали хаос и несчастье, о которых говорил Данзо. Итачи верил, что Саске превзойдет его. И он был совсем не против.
   Итачи не умел проигрывать, именно поэтому он достиг таких высот и уже в возрасте одиннадцати лет вступал в Анбу. Но при всем этом, если бы младший брат опередил его, Итачи не возражал бы. Он и сам не понимал природу своих чувств, не знал, почему думает именно так. Но, по крайней мере, Итачи не сомневался, что они исходят от чистого сердца.
   - Пора возвращаться домой.
   - Что? Ну-у, спрячься еще раз.
   Итачи поманил его, и Саске шагнул вперед.
   - Прости, Саске, - Итачи щелкнул брата по лбу.
   - Ау!
   Манящий жест, а затем щелчок - все это повторялось раз за разом уже несколько лет подряд. Но всякий раз Саске послушно подбегал и принимал щелчок. Итачи видел проблеск взросления в реакции брата на щелчок, и это утешало его сердце.
   Он впервые сделал это, когда Саске было около трех лет. Мальчик еще не умел связно строить предложения, но вечно докучал Итачи со своим "подними, подними!". Тогда Итачи щелкнул его пальцами по лбу и Саске отстал. В тот раз братик схватился за голову и разрыдался. Ему было очень больно, хоть Итачи и щелкнул его несильно. Но сейчас Саске сердито терпел. Разумеется, это было естественно, но Итачи лишний раз убеждался, что его брат растет и приспосабливается к раздражителям окружающей среды.
   - Идем, Саске.
   В свете вечернего солнца их тени двигались рядом. Тень Саске не отставала от Итачи и все время пыталась идти с ним бок о бок.
  

****

   Итачи летел. Он перепрыгивал с ветки на ветки, от одного дерева к другому. Вокруг него двигались трое ниндзя - партнеры по команде. Они впервые работали вместе. Итачи знал лишь одного: Кохинату Мукая - человека, которого Данзо приказал убить.
   Команда состояла из джонина и чунинов, вел ее Мукай. В выходной день накануне миссии один из чунинов неожиданно поранился и Итачи должен был наспех заменить его.
   Ранение чунина, назначение на его место... За чредой этих событий виднелась тень Данзо. Итачи предположил, что чунина ранили умышленно по его приказу. Почему бы еще в команде под руководством Кохинаты Мукая вдруг образовалось вакантное место? Без сомнения, это было молчаливым намеком Данзо, ведь на совместной миссии можно осторожно исследовать способности цели.
   Летящий по правую сторону от Итачи чунин, обратился к Мукаю, который двигался впереди спиной к ним:
   - Простите. Это моя ошибка.
   - Забудь, - коротко ответил Мукай, продолжая перемещаться с дерева на дерево.
   Если они продвинутся чуть дальше, то выйдут на равнину. А еще дальше будет граница. Наверное, и количество преследователей уменьшится. Вместо того чтобы болтать бестолку, первым делом нужно добраться туда. Мукай рассудил правильно.
   Это была миссия по проникновению.
   Великая Война закончилась, и деревни поддерживали дружеские отношения. Коноха получила информацию, что Деревня Скрытого Песка и Деревня Скрытого Тумана тайно пытались создать военный альянс.
   Если начнется война, Песок и Туман в любом случае будут союзниками. В мирное время они согласуют, кто станет их гипотетическим врагом, и объединят усилия, чтобы уничтожить эту деревню. Секретное соглашение с предпосылкой к войне.
   Деревни шиноби более или менее поддерживали нынешний мир, каждая из пяти великих наций контролировала друг друга. Если бы две страны тайно объединились, хрупкие дни воцарившегося мира были бы мгновенно разрушены, снова вернулась бы война. Чтобы избежать этого, Коноха должна была предотвратить подписание секретного договора.
   Деревня Скрытого Листа, узнав, что представители Тумана посетят Скрытый Песок, приказала Мукаю и его команде осторожно разведать подробности соглашения и доложить о них. Вот и вся миссия. Пока враг не замечал их, это было несложно. Или, по крайней мере, не должно было быть.
   Итачи и другие пробрались в резиденцию Четвертого Казекаге и из тени наблюдали за встречей. Все закончилось тем, что Туман и Песок просто сравнивали свои позиции и делали небольшие шаги навстречу друг другу. Команда Итачи собралась покинуть Деревню Скрытого Песка. Но затем возникла непредвиденная ситуация.
   Один из чунинов их команды попался в ловушку для незваных гостей.
   Все четверо кинулись бежать без оглядки и сейчас они кое-как пытались уйти от преследования.
   - Впереди граница, - сказал Мукай.
   Никто не ответил ему.
   - Лист в курсе их тайного соглашения, и страны теперь знают об этом. Они не будут так беспечно сближаться. Вот хотя бы один плюс того, что нас обнаружили, - сказал он чунину, который попался в ловушку и все еще переживал из-за этого.
   Мир распахнулся перед Итачи. Они выбрались на открытое пространство и спрыгнули с деревьев на землю. Если они сейчас же рванут к границе, то им удастся выбраться...
   - Нгх!...
   Итачи остановился и обернулся. Мукай смотрел на лес, из которого они только что выскользнули. Он запустил руку в карман, достал сигарету и поджег кончик.
   - Что вы делаете?! - воскликнул Итачи.
   У его партнеров по команде действия капитана тоже вызвали недоумение.
   Игнорируя Итачи, Мукай достал из заднего кармана штанов серебряную флягу и приложил к губам. Сладкий запах, принесенный ветром, красноречиво говорил о ее содержимом.
   - Капитан!
   - Короче, просто наблюдайте, - сказал Мукай, раскуривая сигарету и не оглядываясь на Итачи.
   Мощные порывы ветра уносили лиловый дым.
   Большая часть этой деревни была укрыта песками, но даже на границе Скрытого Песка было много зелени.
   Мукай твердо стоял на земле, а его ноги нежно лизала молодая травка.
   - Нас уже засекли. Они не позволят нам добраться домой невредимыми. К тому же... - он взглянул на Итачи через плечо. - Нам повезло, сегодня с нами знаменитый Учиха Итачи. Знаете ли, я хочу показать ему на что я способен.
   Сбитые с толку партнеры по команде слабо улыбнулись.
   - А вот и они, - сказал Мукай, когда из лесу выпрыгнули люди.
   Более двадцати человек преследователей. Они быстро заметили Итачи и остальных и встали вокруг них кольцом.
   - Лучше не трогайте нас, - Мукай отложил сигарету в переносную пепельницу и отхлебнул еще саке.
   - Значит, вы сдаетесь? - спросил один из преследователей. На его протекторе был вырезан знак Деревни Скрытого Песка.
   - Посмотрим, - Мукай сделал еще глоток.
   Его чрезмерная наглость встревожила противников. Мелькнула вспышка света, за ней последовал резкий звук. Мукай закрыл левой рукой лицо.
   - А-ах, вы испортили мое драгоценное саке!
   Из фляги, что уронил Мукай, торчал кунай.
   - У тебя есть мужество пить саке в такой момент? Как безрассудно, - заметил противник.
   - У меня слабость к табаку и алкоголю. Я так психологически готовлюсь к бою.
   - Значит спокойно ты с нами идти не намерен, так?
   - Конечно нет.
   Противники кинулись на Мукая. Некоторые шиноби развернулись к Итачи и остальным. Выбора не было, Итачи принял боевую стойку, но двое чунинов из его команды, подхватили его под руки и прыгнули.
   - Что вы делаете?!
   - Ты будешь только мешать капитану, - сказал старший чунин.
   Они пролетели над головами врагов и выбрались из окружения.
   Мукай заметил, что некоторые преследователи ринулись следом за ними.
   - Ваш противник - я! - он с необыкновенной скоростью ударил ногой в живот врага, погнавшегося за командой.
   Не издав ни звука, мужчина рухнул на землю без сознания. Мукай приземлился.
   - Ну что же, давайте начнем.
   Объем его чакры внезапно резко увеличился. Левый зрачок исчез, вокруг век проступили набухшие вены. Бьякуган. Улучшенный геном, который передавался только внутри клана Хьюга.
   Немыслимо. Шисуи говорил, что семья Кохината отделились от основного клана Хьюга много поколений назад, у них не могло быть бьякугана! Но на глазах у Итачи сейчас происходило невероятное.
   - Как правило, я никому это не показываю, но сегодня особенный день, - сказал Мукай противникам, и на мгновение пересекся взглядом с Итачи.
   - Ха-а-а... - он глубоко вздохнул, словно накапливал чакру внизу живота.
   Мукай принял стойку. Выставил одну ногу вперед, другую отвел назад, немного наклонился. Левую руку вывел перед собой, а правую прижал к груди около кармана. Его ладони были разжаты, ровные и напряженные, словно два клинка.
   - Вначале разберемся с этим! - воскликнул один из преследователей, должно быть, лидер.
   Двадцать ниндзя атаковали одновременно. Посыпались кунаи, дождь из лезвий, от которого невозможно было увернуться.
   Мукай рассмеялся и взмыл вверх ему навстречу.
   - Ха!
   Быстрый удар с разворота. Он ловко достал кунай за тупой конец. Отбитый кунай задел другой, изменяя его траекторию. Цепная реакция распространялась, заставляя большинство кунаев менять направления. Все еще крутясь от удара, Мукай ударил с разворота назад и задел плоский край другого куная. Тело начало опускаться. Он ударил вперед перед собой. Кончик лезвия отскочил от края ботинка. Мукай развернулся и сбил пяткой четвертый кунай.
   Он приземлился. Смертельный дождь из кунаев вонзился в землю. Мукай был невредим. Черные, как смоль кунаи торчали из травы, их было множество. Но участок вокруг ног Мукая остался нетронутым. Самым неожиданным было то, что Мукай защитился от смертельного дождя, отбив всего четыре куная.
   Итачи, стоящий за пределами круга, прикинул, сумел бы ли он провернуть подобное самостоятельно.
   Смог бы...
   Смог бы сейчас, когда увидел движения Мукая. Но Итачи не был уверен, что справился бы в одиночку, чисто на собственных инстинктах.
   - Убейте его! Убейте! - в панике кричал враг.
   Огромный сюрикен, катана, когти, дубинки... Преследователи атаковали Мукая всем возможным оружием.
   Итачи внимательно наблюдал. Мукай уклонялся от кровожадных атак противников, будто танцевал. Сам же атаковал беззащитных врагов точно в жизненно важные органы, и каждым ударом снимал одного шиноби. Ни одного бесполезного движения.
   Его тайдзюцу было настолько высококлассным, что Итачи ничего не оставалось, кроме как восхищенно наблюдать.
   Один человек, один удар. После двух десятков ударов Мукая остался стоять только лидер. В каждой руке он держал по длинному мечу и дрожал.
   - Остался только ты.
   Мукай достал сигарету и зажег.
   - Ну что? Хочешь уйти? Я не могу отпустить тебя домой без единой царапины.
   - Хэ-э-эйя!
   Со странным криком - сложно сказать, что это было - визг или боевый клич - лидер приблизился.
   Первым высококлассным ударом противник косо рубанул сверху, намереваясь рассечь череп Мукаю. Капитан немного отклонился вправо чтобы избежать удара. Еще один удар сбоку туда, где стоял Мукай. Итачи увидел его левый глаз, тот выпустил вспышку вспышку белого света.
   - Что за... - с трудом проговорил изумленный лидер.
   - Ты так и не понял, да? - сказал Мукай, с сигаретой в зубах.
   Слегка приподняв левую руку, он аккуратно зажал меч между большим и указательным пальцами. На лице лидера преследователей от напряжения вздулась вена. Он пытался освободить клинок, но тот не сдвинулся ни на дюйм.
   - Я не одолею тебя одним ударом, - сказал Мукай и позволил мечу выскользнуть. Враг потерял равновесие. Мукай шагнул вперед с правой ноги, все так же не выпуская изо рта сигарету.
   Он почти врезался лбом в солнечное сплетение мужчины.
   - Восемь Триграмм Две Ладони, - Мукай нанес противнику два удара ладонями в живот.
   - Восемь Триграмм Четыре Ладони.
   Четыре удара. Мужчина широко распахнул глаза от ужаса.
   - Восемь Триграмм Восемь Ладоней.
   Изо рта врага вырвалась кровь.
   - Восемь Триграмм Шестнадцать Ладоней!
   Ладони Мукая шестнадцать раз ударили врага в корпус практически одновременно. Лидер отряда Песка слегка повернулся в воздухе, словно сухой лист, сдутый сильным ветром, в его глазах погас свет сознания. Все это произошло во мгновение ока.
   Мукай спрятал окурок в пепельницу. Вокруг него растянулись на земле более двух десятков шиноби. Капитан медленно направился к Итачи, его левый глаз еще раз блеснул белым светом.
   - Это называется "атавизм", - сказал Мукай. - Главная семья и побочная разделились. Но кровь не разделишь. Рано или поздно она проявит себя. Не говори остальным.
   Он положил руку на макушку Итачи, но мальчик качнул головой, стряхивая ее.
   Мукай снисходительно улыбнулся, как будто извиняясь. Наверное, решил, что Итачи не понравилось когда с ним обращаются, словно с ребенком. Капитан подошел к своим партнерам по команде.
   - Ну что ж, идем домой. Мои дети ждут.
   - Как ваши дети?
   - В последнее время не лучшим образом. Я немного волнуюсь за них. Нужно поторопиться домой и доложить Хокаге.
   - Хорошо.
   Итачи не слышал их. Также он не был ни капли зол за то, что с ним вели себя, как с ребенком. Тратить силы на такую ерунду... Их и без того немного.
   Мы с Шисуи собираемся убить этого человека...
   Кажется, миссия становилась сложной.
   Мукай обернулся и улыбнулся.
   - Давай, Итачи, идем.
   Он словно не чувствовал, что к нему неслышно подкрадывалась собственная смерть.
  

****

  
   Внутри святилища царила необычайно мрачная атмосфера. Итачи глубоко вздохнул, не в силах выдерживать это.
   - Есть кое-что, о чем я хочу всем вам сегодня сообщить, - торжественно объявил отец, стоя спиной к алтарю божества.
   Итачи уловил зловещую тень в голосе отца, куда более тяжелую, чем обычно.
   - Итачи готовится вступить в Анбу, это уже не за горами.
   Его отец сказал это так, словно дело было уже решенное.
   Убийство Мукая... Все куда сложнее, чем думает отец. Тяжелая миссия, она обернется смертельной схваткой, и на чаше весов окажется его жизнь. Он вполне может погибнуть.
   - Учиха вступит в Анбу. Более благоприятной возможности у нас еще не было.
   - Отлично, шеф... - тихо сказал Текка.
   Все затаили дыхание. Беспокойство, витающее в воздухе, становилось все более насыщенным.
   Итачи слышал биение пульса в висках. Он невольно подумал о Шисуи. Его друг неподвижно сидел в трех рядах от него и глядел на отца Итачи. Шисуи словно окаменел, и по неестественно ровной спине Итачи отгадал его внутреннее напряжение.
   "Прекрати, отец!" - воскликнул Итачи всем сердцем.
   Тишина. Словно злоба клана со вдохом скользнула к нему в рот и придавила язык.
   - Мы столько лет добром служили деревне. И что они дали нам взамен?
   Никто не ответил, но все тихо навострили уши, не желая упустить ни слова.
   - Все их мысли и поступки основаны на предубеждении против нас.
   Слова отца безжалостно стиснули грудь Итачи. На его глазах воплощалось то, что он ненавидел больше всего в мире. Ненависть. Сражения. Войны.
   Каким бы словом это не описывали, основная суть была одна и та же: бессмысленные смерти множества людей.
   - Все это время мы терпели. Но наше терпение не безгранично.
   Итачи вдруг понял, что качает головой из стороны в сторону. Его тело само реагировало на слова отца. Быстрее, чем мысли.
   Но никто не смотрел на него. Все глаза были прикованы к Фугаку, сидящего на месте главы перед собранием.
   Оставь это. Прекрати, отец. Пожалуйста, остановись...
   Но отец не слышал голоса его сердца. Внезапно глаза Фугаку окрасились в алый. Шаринган. Душевные волнения отца изменили его глаза.
   - Вступление Итачи в Анбу - это наше преимущество. Мы используем его и приведем в исполнение наш план государственного переворота.
   - О-о-ох, - все произнесли одновременно.
   Ни тени замешательства. В каждом голосе звучала радость.
   - Итачи, - позвал отец, пробиваясь сквозь счастливые возгласы.
   Итачи услышал собственное имя. Словно чужое. Как будто не он должен был на него реагировать и отозваться.
   Фугаку посмотрел на молчащего сына и продолжил:
   - Истинная цель твоего вступления в Анбу - расследовать детали того, что творится в деревне и докладывать нам.
   Шпион...
   Итачи подумал про Кохинату Мукая. Даже если все они были из одной деревни, но, когда есть конфликт между двумя независимыми силами, выдавать одной стороне информацию о другой - это ни что иное, как шпионаж.
   "Значит, я стану таким же как Мукай?" - спросил Итачи сам себя.
   Ответа ждать было неоткуда.
   - Информация, которую ты добудешь, решит судьбу клана.
   Все уставились на него. Море красных глаз. У Итачи закружилась голова, словно он попал в гендзюцу. Во что, черт побери, он влез?
  
   Одинокий ворон взлетел в небо. Страшные черные руки обвились вокруг его ног. Тьма пыталась придавить его к земле. Он сопротивлялся, он боролся изо всех сил, но все это было бесполезно - руки с силой тянули его вниз. Небо отдалялось.
   Из глаз ворона пролились кровавые слезы.
  
   - День решающего боя близится, - произнес Фугаку.
   Все встали. Итачи продолжал сидеть. Ноги собратьев вокруг него казались черными стволами деревьев. Будто он потерялся в лесу темной ночью. Посреди деревьев, заполнивших весь мир, Итачи заметил одного единственного человека, который все так же неподвижно сидел.
   Шисуи...
   Друг обернулся, и их взгляды встретились. Такой печали в его глазах Итачи не видел еще никогда. Шисуи несчастно улыбнулся.
   "Наше сражение прославит Учиха", - слова отца вызывали восторг у всех присутствующих.
   Итачи приуныл.
  
   Он еще не знал истинной природы тьмы, которая посетит его. Тьма затаила дыхание и тихо ждала. Пока не придет день, когда она прижмет его к своей черной груди...
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Перевод: Эпсилон Тукана (2018)

  
  
  

Оценка: 8.65*20  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Силаева "Пленница проклятого демона"(Любовное фэнтези) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Григорьев "Биомусор 2"(Боевая фантастика) Н.Опалько "Я.Жизнь"(Научная фантастика) В.Коновалов "Чернокнижник-2. Паразит"(ЛитРПГ) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"