Ермакова Светлана Геннадьевна: другие произведения.

Шушпанчик. Днище роскошного мира

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние конкурсы на ПродаМан
Открой свой Выход в нереальность
Peклaмa
Оценка: 6.76*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Судьба не дала Тасе насладиться прелестями мирной жизни с любимым мужем в собственном красивом доме и заслуженным уважением всех обитаемых миров. Пришлось ей отправляться на материк, именуемый в народе Днищем, наполненный криминальным и прочим деклассированным элементом, чтобы разыскать беглого военного преступника, а заодно некоего парня, идеального мужа для сестрёнки, по утверждению инфополя Вселенной.
    Чтобы внедриться на Днище, Тасе пришлось сменить внешность и имя. Но Шушпанчик - она и в Уганде Шушпанчик, и даже на Днище. Та, кто победитель по своей природе. И так будет всегда, пока есть те, кто в неё верит и ждёт.
    ПИШЕТСЯ. Это третья книга про Шушпанчика, но она может читаться и отдельно. Книга будет бесплатной в процессе написания.

  
   Вновь порвалось там, где тонко.
   Что же делать? И опять
   Ждёт Вселенная девчонку,
   Что привыкла побеждать.
  
   ГЛАВА 1
  
   Здравствуйте. Не узнаёте меня? Вот и я тоже. Ещё недавно я бы сказала, что я - Тася, и кое-кто на Земле называет меня Шушпанчик - прозвищем, образованным от моей девичьей фамилии. И я тоже мысленно так называю себя, особенно когда обстоятельства требуют от меня выкинуть что-то эдакое. Такое, что мне вообще не свойственно, честно-честно! Ну сами посудите: Я - обыкновенная, относительно молодая женщина, больше всего любящая своих близких и шопинг по акциям, с бонусами и скидками. По профессии я всего лишь расправщик подушек в большом мебельном магазине, со средним педагогическим образованием. Да и внешне я тоже блондинка. Была до недавнего времени.
   А теперь смотрю в свои документы - там написано, что зовут меня Анна Айнэнэнай, и с фотографии паспорта на меня смотрит брюнетка с короткой стрижкой и кукольным личиком. Я бы сказала, что оно, это личико, и не моё вовсе, да только зеркала, которые, как известно, не врут, показывают - ты, ты, Шушпанчик, и не отвертишься!
   Паспорт, который я упомянула - самый настоящий, российский. И я своей рукой написала заявление, чтобы имя Таисия, данное мне при рождении, заменили на Анна. А ещё в отдел паспортной службы мне пришлось принести документы от врача-косметолога, где указывалось, что я изменила черты лица в клинике. Но, по правде говоря, никакой операции в той клинике мне не делали. Или, вернее, её делали не наши эскулапы. Специально на Землю с Тауина переместился профессионал, который надел на меня шлем-маску, а уж тот чего-то там сотворил высокотехнологичным методом усушки и утруски с моими мышечными, жировыми и кожными тканями по заложенной программе. И - вуаля, через пару часов я - копия жены дяди моего мужа, Анны Айнэнэнай.
   Для чего это было сделано? Ладно, постараюсь рассказать кратко. Мне повезло - я вышла замуж за мужчину, которого люблю. Вот только он оказался самым настоящим инопланетянином с красивым именем Клиффорд и дурацкой по звучанию фамилией Айнэнэнай. На его родной планете Тауин мне пришлось выдержать настоящую войну с дядей мужа, Дэниелом, за главенство моего свёкра в древнем и славном роду учёных, традиционно исследующим торсионные поля. А ещё практически в то же самое время мне пришлось воевать в самой настоящей войне на планете Зинтаг, когда меня призвали по приказу о мобилизации. На этой второй войне я нечаянно насовершала подвигов и прославилась, а ещё получила массу плюшек - мне дали звание полковника, несколько орденов и пригласили вместе с мужем работать в высший орган управления миром Зинтаг - Совет.
   Дэниел наверняка надеялся, что меня убьют в этой войне, но виду не показывал. Как не показывала виду и его жена Анна. Вот только она в этом своём желании зашла гораздо дальше мужа и приняла участие в заговоре с вражескими силами на Зинтаге, подсказав им, как меня можно поймать в ловушку, чтобы убить. После победы в войне этот заговор раскрылся, и Анну наказали тем, что лишили её всех классов, а муж её бросил. Вернее, оставил, как это называют деликатные жители планеты Тауин, до тех пор, как их сыну Кеннету не исполнится восемнадцать лет. А потом он с ней разведётся.
   Ой, простите, придётся ненадолго прерваться, идёт официантка. Да, я сейчас сижу в кафе на Земле, собираюсь с духом перед перемещением на Тауин. А вернее, это только выглядит так, на самом деле я вам всё это рассказываю, прямо в инфополе Вселенной. А вы уже получаете информацию оттуда, с помощью какого-то носителя.
   - Кофе и пирожное, вот это, с вишенкой, пожалуйста. Нет, капучино. Ванильный.
   Итак, продолжаю рассказ. Во Вселенной есть много обитаемых миров, и некоторые из них, самые высокоцивилизованные, образовали единое содружество, в котором действует несколько общих законов. В частности, законы о классовом обществе. Эти классы образуются по признаку социальной значимости того или иного человека, которая считается по какой-то хитрой формуле с использованием индекса общественной полезности. Вот сделал ты для общества что-то хорошее и нужное - например, родился в уважаемой семье, сам родил ребёнка или научный доклад написал - твой индекс сразу подскочил. Как его показатель достиг какой-то нужной цифры - так и класс вырос. А учёт этого индекса полезности каждого человека осуществляют аналитические программы, подключённые к инфополю Вселенной. У этих программ есть голосовой ассистент с приятным женским голосом по имени Вася, от "войс ассистант", и я горжусь тем, что мой муж Клиффорд и весь его род Айнэнэнай как раз и разрабатывал эту Васю и устанавливает нужную для этого сеть во всех обитаемых мирах. Она и на Земле тоже действует, только для связи с ней нужно иметь допуск в виде какой-нибудь монеты или денежной суммы в валюте содружества - космокредитах. А поскольку у коренных землян космокредитов не водится, ибо сложноуправляемая Земля в содружество не входит, то и вызывать Васю может только кто-то из инопланетян-наблюдателей. Или я, как "особый случай".
   Так-то классов всего семь, и правовое значение имеют только два из них - первый и седьмой. Люди с первым, самым низшим, классом - это те, кого остальных классов за что-то лишили. Потому что не может нормальный человек ко взрослому возрасту ну совсем ничего полезного для общества не сделать. А седьмой класс автоматом не присваивается, его получают только те, кто работает в высших органах управления содружеством или отдельных миров. Вот, как я. У меня седьмой класс. Чёрт, был седьмой, а теперь меня его лишили. Никак я не подберусь к главному в своём рассказе! Пироженка виновата, отвлекает.
   Всех классов, вплоть до первого, могут лишить за то, что человек совершил какое-то преступление. В этом случае на Тауине его ссылают на небольшой северный материк по названию Глеффат, который все называют просто и незатейливо - Днище. Помимо уголовников на это Днище отправляют всякого рода протестантов против существующих законов, к примеру, против брачных правил. А эти правила обязывают каждого человека, достигшего тридцатилетнего возраста и не создавшего собственную семью, выставить себя на продажу в специальной брачной фирме, где его сможет купить тот, кто по мнению инфополя Вселенной или самого покупателя сочтёт его наиболее подходящим. Браки могут состоять из двух или, максимум, трёх супругов - главное, чтобы в браке присутствовали лица разного пола. Так что чисто мужских или женских "тройничков" не бывает. Ну у меня-то семья классическая, муж да жена - я, то есть. А вот у Анны, которую я сейчас вынуждена отыгрывать, в браке есть и вторая жена. Кстати, одной из причин ненависти ко мне Анны было то, что её муж, Дэниел, взял за себя вторую жену, чтобы противостоять мне во внутрисемейной войне.
   Оп-па, кого я вижу! Игорёк в кафе заявился. Вы ещё не знаете, кто это, я о нём в инфополе подробно не рассказывала. Муж это мой. Да не, Клифорд - мой третий муж. А до него я была замужем за Костей Зуевым, одним из героев моего первого рассказа. А вот до Кости, как раз - за этим самым Игорьком Бабуркиным, который... Блин! Ко мне подваливает...
   - Да, свободно, но приседать тут нежелательно. И отжиматься тоже, ха-ха, смешно. Послушайте, я занята и разговаривать с незнакомцами не намерена. Нет, не знак... Короче! Если не избавите меня от своего навязчивого внимания, я... всё вам про вас расскажу! Ладно - несмотря на свою брутальную внешность, от шампанского вы икаете, а от переедания - беспрерывно чихаете! Слушаетесь во всём свою мамочку, плачете при просмотре индийских фильмов и так громко материтесь при просмотре футбола, что соседи начинают в стену стучать. По-моему, одного из того, что я назвала, уже достаточно, чтобы вы поняли - вы мне не пара! Даже для кофе и беседы. Можете считать меня ведьмой, хотя вы всё равно в них не верите.
   Уфф, ушёл. А прикольно так - высказать ему часть в своё время накипевшего, когда он меня не может узнать. Надо подумать - может, воспользоваться этим и ещё кому отомстить за тёмное прошлое? Хотя ладно, пусть живут. Ибо некогда мне. Подступаю к самому главному в своём рассказе. Во время войны на Зинтаге произошло два события, имеющие сейчас для меня большое значение. Первое. Сбежал самый главный злодей - вражеский военный генерал Фодрич, и по некоторым данным, он спрятался от правосудия на Днище. Содружество не придумало ничего лучше, как обратиться ко мне с просьбой отправиться туда и найти его, чтобы либо уничтожить, либо вытащить на свет божий для суда над ним. Я, конечно, отказалась, несмотря на своё высокое правосознание и облико морале. Ибо жутко не хотелось мне после всех войн и одержанных побед вновь преодолевать какие-то трудности в - будем называть вещи своими именами - "заднице мира". Я ещё не успела отдохнуть и насладиться мирной жизнью с мужем, в строящемся нами светлом доме на Зинтаге.
   Вы ещё помните, что важных событий было два? Ну это я на всякий случай. Второе событие - это моя встреча с младшей сестрёнкой моего мужа, Деброй. Она, будучи старшиной взвода курсантов космодесантного училища, отважно помогала мне в Зинтагской войне на её финальном этапе. А когда мы с ней вернулись домой в родовое гнездо Айнэнэнаев на Тауин, родственники попросили Васю показать, кто будет для Дебры идеальным мужем. Ну Вася и ответила честно - так, мол, и так, есть некий Серг Донофрай, вот его голографическое изображение, узрите пожалте. А живёт этот Серг - та-дам! - на Глеффате, оно же Днище. Семь лет назад был деклассирован за нападение на сотрудника безопасности при исполнении. И тут все Айнэнэнаи такие - да нуу, не нать нам такого в нашу уважаемую семью! А Дебра, дурочка, влюбилась. Прямо вот с первого взгляда на его изображение и втюрилась.
   Я ведь говорила вам, что люблю в своей жизни только близких людей и шопинг? Вот и Дебру я люблю. И поскольку предложение отправиться на Днище в поисках генерала Фодрича и влюблённость Дебры случились в один день, я поняла - это судьба. Она диктует, что придётся всё-таки Шушпанчику отправиться туда и разобраться, что там за Днище и с чем его едят.
   Нет, вы посмотрите, какой настырный, а, опять прётся! Игорёк, кто ж ещё!
   - Чего?! Будущее вам предсказать? Я что, похожа на цыганку-мошенницу? Это только моя фамилия похожа на цыганский напев, а так я вообще... Короче, Игорёк, иди уже куда подальше, понял? Да, знаю, твоё имя у тебя на лбу написано. А на спине написано "Пни меня!" Да, я хамлю, потому что ты достал уже. Не знаю я будущего, знала бы, что тебя тут встречу - пошла бы в другое кафе.
   Отошёл, за другой столик сел. Вот и пусть сидит там. А то куда ни плюнь - в какого-нибудь моего мужа попадёшь. Шутка, конечно. Основное я вам уже рассказала, осталось только непосредственно предшествующее сегодняшнему дню поведать.
   Как это ни смешно, на Днище не так-то легко попасть. Там своя таможня есть и Вася с аналитическими программами инфополя только на территории этой таможни действует. Засели на ней какие-то собственные спецслужбы и они принимают к себе настоящих деклассированных уголовников и протестантов против брачных законов, которые не хотят создавать семьи, несмотря на достижение тридцатилетнего возраста. Таких тоже деклассируют. А никого другого те спецслужбы не принимают, сразу назад заворачивают. Содружеству очень трудно туда агентов внедрить, как-то их сразу вычисляют. Хотя и есть там кто-то из наших, но он глубоко засекречен. И вот, было принято решение, что я отправлюсь на Днище под видом моей несостоявшейся убивцы Анны Айнэнэнай. А чтобы никто, включая роботов, запитанных на инфополе, не опознал во мне прославленной Таисии, мне не только изменили внешность и наклеили на ладони кожу с копией её папиллярных линий, но и имя я изменила по-настоящему, и классов меня лишили тоже по-настоящему, секретным указом. Настоящая-то Анна спрятана где-то специально, Таисия вот, на Землю переместилась, родственников да друзей повидать, а я должна появиться на Днище уже как самая настоящая Анна, без подделанных документов и данных. Хотя, конечно, российский паспорт я на Днище с собой не беру - вот было бы, как говорит современный слэнг, палево!
   Ну вот и всё. С мужем я ещё на Тауине попрощалась, на Земле с родственниками и своей подружкой Маринкой повидалась, паспорт сменила, внешность тоже. Пора отправляться да скорей покончить с этим делом под названием "Миссия невыполнима - 43". Потому что сорок вторая уже была, в моём прошлом рассказе.
   - Девушка, счёт, пожалуйста.
   Тьфу, чуть четвертаком космокредита не расплатилась. Вот был бы номер, если бы кто-то из случайных людей к Васе подключился. Впрочем, надо будет прошерстить местные психушки на предмет содержания в них таких случайных людей, которым никто не верит, что они слышали голос ниоткуда. Не я, конечно, буду шерстить, но я скажу кому следует. Да, я добрая. Особенно когда поем вкусно.
   Всё, беру саквояж, выхожу из кафе, иду за угол, где нет никого и ... одновременно происходят две вещи:
   - Вася, скажи там, я готова, пусть перемещают меня на Днище.
   - Девушка, простите, ещё один вопрос, - и за локоть меня - цоп!
  
   ГЛАВА 2
  
   Всем известно - иногда наше прошлое преследует нас и никак не хочет отпускать. Прямо как "родимые пятна капитализма" не хотели исчезать из социалистического общества Советского Союза, как мне бабушка говорила. Вроде она Ленина при этом цитировала. И вот - наглядный пример неотвязного прошлого перед вами. С локтя-то я Игорька моментально стряхнула и шаг в сторону от него сделала, да поздно было. Вы правильно догадались, переместился он со мной.
   Но у меня, конечно, чувство долга стоит на первом месте, а скандалы с бывшими мужьями - на тридцать восьмом. Ладно, вру. Ни на каком месте они у меня не стоят вообще, ибо дело это пустое и безнадёжное. Поэтому я первым делом огляделась, чтобы оценить обстановку, как и советовал мой личный авторитет, а по совместительству гуру... сэнсэй... лао ши... в общем, учитель высокого воинского искусства Сунь Цзы, краткое изложение учения которого я читала ещё во время войны, чтобы хоть чему-то научиться в тактике и стратегии.
   А обстановка была следующей: большой зал, в котором иногда появляются люди, а иногда - реже - исчезают. Вроде всё как на тауинской и на зинтагской таможне, только народу меньше. Так, да не так. Андроид-таможенник тут тоже был, но выглядел он паршиво. В заклёпках каких-то, одноглазый, и вместо лёгкой улыбки - неподвижный оскал. Кроме того, рядом с таможенником стояла пара накачанных парней, а за ними располагался кабинет, в который по очереди входили все прибывшие люди. Ни одно из лиц на всей таможне не излучало доброжелательности или любезности, не было даже просто нейтральных. Все были угрюмыми и хмурыми. На меня, как обычно, пялились. Ну а теперь-то что? Выгляжу как классическая тауинка! Впрочем, нет. Я выгляжу как тауинка из высшего общества, если судить по одежде, ухоженности и драгоценным серьгам в моих ушах. А ещё я банально была тут самой красивой. Неудобная внешность, слишком яркая.
   - Девушка, а мы где?
   Бабуркин очнулся, придурок. Что я только в нём нашла в своё время? Молодая была, глупая. Маринка Климова ещё под руку подпевала да ахала от неземной красоты нашей пары, вот я и повелась. Отправить его назад на Землю я не могла. Это бы увидели, как я Васю вызываю, оплачиваю и разъясняю Игорьку суть своих действий перед его добровольной - никак иначе - отправкой. И вся моя операция была бы сразу провалена. Необходимо было сделать вид, что я вообще его впервые вижу. Я повернулась к разинувшему рот Игорьку и тихо сказала, помогая себе отсутствующе-холодным взглядом:
   - Жить хочешь?
   - Д-да, конечно.
   - Тогда слушай, не перебивай и запоминай. В кафе ты меня не видел. Встретился случайно со своей первой женой Таисией, выпили кофе, поболтали о своей прошлой совместной жизни. Запомнил?
   - Почему первой женой? Второй у меня не было.
   - Да? Ну и дурак. Ещё один раз перебьёшь, и тебя тут похоронят. Я спрашиваю - запомнил?
   - В кафе с Тасей поболтали - запомнил.
   - Тася расплатилась с официанткой и ушла, а потом в её деньгах обнаружилась незнакомая монета. Ты эту монету взял в руки и услышал женский голос, который тебя спрашивал, что ты хочешь. Ты ответил, что мечтаешь попасть в другой мир. Монета сразу исчезла, а ты оказался тут. Запомнил? Повторяю - Тасина монета тебя привела сюда.
   Игорёк кивнул. Было видно, что ему до ужаса хочется задать вопросы, но мой ледяной взгляд и окружающая недоброжелательность его отпугивали. Не говоря уж о самом факте нахождения неизвестно где.
   - А после того, как ты сможешь всё это рассказать, ты попросишь об одном - чтобы тебя вернули на Землю. Вежливо и слёзно попросишь, понял? Но самое главное во всём этом - меня ты никогда раньше не видел! - прошипела я, - Просто полез ко мне с вопросами уже тут, а я с тобой на незнакомом языке заговорила. Имей в виду, Игорёк, тут тебе не игрушки. Тут правит криминал. Не послушаешься меня, и за твою жизнь никто гроша ломаного не даст. На сегодня ты свой лимит ошибок уже исчерпал. Иди давай вон к тому роботу.
   Я демонстративно махнула рукой у андроиду и отошла от Игоря. Он пошёл, куда я его послала. Лучше бы он ещё в кафе это сделал. Я, немного ещё постояв и уняв волнение, тоже пошла сдавать багаж на проверку вместе с отпечатками ладоней. Встала в очередь, пропустив между собой и Игорьком какого-то мужчину.
   - Игорь Бабуркин, вы не перенесли на Тауин ничего запрещённого! - громко по-русски оповестил андроид после проверки его ладоней и вдруг добавил, - Игорь Бабуркин, вы не имеете иммунитета к местным болезням! Вам необходима комплексная инъекция! Оплатите препарат и медицинскую манипуляцию!
   - А сколько это стоит? - озадачился мой первый бывший.
   - Игорь Бабуркин, комплексная медицинская и обучающая инъекция стоит полтора космокредита!
   - А в рублях это сколько?
   - Игорь Бабуркин, валюта планеты Земля на материке Глеффат хождения не имеет и к оплате не принимается!
   - Но у меня нет никаких кредитов.
   - Игорь Бабуркин, без инъекции вы не можете покинуть здание таможни и пройти на Глеффат! Возвращайтесь обратно!
   - А как это сделать?
   - Игорь Бабуркин, оплатите перемещение на Землю и будете возвращены!
   - Дай угадаю - перемещение я тоже должен оплатить местными деньгами? - поймал кураж Игорёк.
   - Игорь Бабуркин, вы угадали верно!
   За мной уже очередь образовалась, все недоумевающе слушали чужую речь.
   - Так что ты мне посоветуешь, с учётом того, что у меня нет этих космокредитов? - спросил, между тем, Игорь.
   - Игорь Бабуркин, у вас нет права находиться на Тауине без иммунитета и знания языка и обычаев! Вы должны вернуться на Землю! Вы не можете быть перемещены на Землю без оплаты!
   - За меня может заплатить кто-то другой?
   - Игорь Бабуркин, за вас может заплатить кто-то другой!
   - Кто это может сделать?
   - Игорь Бабуркин, это может сделать кто-то другой!
   Тут сзади начали потихоньку скандалить:
   - Ты чё напираешь? Думаешь, если будешь тереться о мою спину, тот чувак быстрее с андроидом побазарит?
   - Да кому сдалась твоя спина, у меня своя есть!
   - Вот и трись ею об кого-то другого, а не об меня!
   - Ты офигел, что ли? Когда я своей спиной об тебя тёрся?
   - Да вот только что! И не спиной, а передом! Чё ты мне вообще тут про свою спину загибаешь?
   - Моя спина - загинаю, как хочу!
   - Вот и загинай свою, раз хочешь, а мою не загинай!
   - Эй, андроид, чё там за дела, сколько мы тут стоять будем? - спросили у меня из-за плеча.
   - Смард Чекушка, сколько вы будете стоять, мне неизвестно! Дела здесь связаны с отсутствием денег на инъекцию или на обратное перемещение на другую планету!
   Вообще-то у того человека фамилия звучала по-другому, но переводилась она именно как чекушка, поэтому я и назвала вам её, подозревая, что это просто кличка. Как оказалось впоследствии, правильно подозревала.
   - Вызывай кого-то из банды Однорукого, им рабы нужны, они за него заплатят!
   Ой, чего-то дело куда-то не туда пошло. Я, конечно, судьбой Игорька все годы после нашего развода не интересовалась, и он мог уже миллион раз влипнуть в неприятности, но вот так, на моих глазах... Шушпанчик этого допустить не может. Хм... даже с риском провалить операцию? Я вздохнула. Будем рисковать по минимуму.
   - Андроид, сколько там стоит эта инъекция? - громко спросила я, - Я заплачу за этого человека, чтобы нам тут до конца жизни не застрять.
   - Анна Айнэнэнай! - громко обратился ко мне робот, и я вздрогнула, так как впервые меня назвали этим именем, - Вы согласны заплатить полтора космокредита за комплексную инъекцию Игорю Бабуркину?
   - Да! - неприязненно ответила я.
   Я бы могла заплатить и за его перемещение на Землю, но это было слишком дорого для постороннего человека, и у всех такое сразу вызвало бы много вопросов. Хотя полтора космокредита - это тоже довольно много. И так все дружно повернули ко мне свои заинтересованные лица. Ах, да - андроид назвал моё имя, и им стало ясно, кто я. Ну, как они думают.
   Откуда-то из-за стола, за которым сидел робот, выдвинулось искусственное щупальце и вкатило в плечо Игорьку инъекцию. Он пошатнулся. Накачанные парни, всё это время равнодушно стоявшие возле андроида, подхватили Бабуркина и отнесли к стене, где положили его на пол. После этого очередь двинулась. Мужчина передо мной быстро прошёл проверку у робота и отправился в кабинет позади него.
   - Анна Айнэнэнай! Вы не имеете при себе ничего запрещённого! Вы деклассированы и обязаны находиться на Глеффате!
   Ну славтегосподи, первую проверку прошла. Дверь в кабинет позади андроида не открывалась - предыдущий посетитель ещё не вышел. Оттуда не доносилось ни звука - шумоизоляция была на высоте. Подождём. Между тем, вскоре за мной и тут заняли очередь.
   - Госпожа, вы так прекрасны и щерды, позвольте по древнему обычаю облобызать вам ручку? - спросил Смард Чекушка.
   Я брезгливо отдёрнула руку.
   - Осмелюсь просить щедрую госпожу и мне пожертвовать на поправку здоровья, - ничуть не смутился Чекушка, - А если госпожа готова платить только за устранение неудобств, то я всегда готов эти неудобства для неё создать.
   Я взглянула на него как на идиота и промолчала.
   - Вижу, госпожа мне не верит, - вздохнул этот прилипала, - Тогда я скажу господину проверяющему в этом кабинете, что вы появились на таможне вместе с тем инопланетянином, которому давеча оплатили инъекцию, а потом вроде его и знать не знаете.
   Упс, Шушпанчик, тебя шантажируют. Конечно, в фильмах часто говорится о том, что шантажистам уступать нельзя, иначе они так и будут тянуть, пока у вас есть что тянуть. Но создатели фильмов не были в такой ситуации, как я. Я ему, конечно, заплачу, чтобы он промолчал. Вот только надо это как-то замаскировать.
   - Не интересно, - лениво сказала я, - можете предложить что-то более полезное, чтобы заработать пожертвование на поправку здоровья?
   - А что госпожу интересует? - оживился Чекушка.
   - Мне понадобятся советы о том, как здесь устроиться. Вы ведь здешний, живёте на Днище?
   - Госпожа чрезвычайно проницательна! - деланно восхитился Чекушка, - Буду счастлив побыть её советчиком.
   Я бросила ему четвертак, который он ловко поймал и сразу сунул за щёку. Я отвернулась и мы ещё немного постояли молча. Потом вышел предыдущий посетитель и оставил гостеприимно раскрытой дверь в кабинет. Ну что же, пойдём и мы к господину проверяющему.
   Проверяющий был не один. За ближним столом сидела полная женщина, которая попросила меня выложить из саквояжа все свои вещи, а также снять ювелирные украшения. Для осмотра, как пояснила она.
   - Это фамильные серьги и перстень, я не могу их отдать, вдруг вы их украдёте? - заартачилась я.
   Я говорила, что это женщина? Нет, это бабища. Она медленно поднялась из-за стола, нависла надо мной и вдруг ткнула мне в шею шокером. А потом равнодушно повторила приказ. Было больно. Я реально испугалась и послушалась. За всем происходящим внимательно наблюдали глаза мужчины, сидящего за дальним столом. Бабища перебирала и трогала мои вещи, а также проводила над ними какой-то штукой, искателем... уж не знаю чего. Этой же штукой она поводила и вдоль моего тела. Не найдя ничего предосудительного, разрешила забрать всё обратно, а потом кивнула мне в сторону дальнего стола.
   - Госпожа Айнэнэнай, присаживайтесь, - по-доброму улыбнулся мне мужчина с голубыми глазами-буравчиками.
   Я бы даже поверила в эту доброту, если б не видела, как он спокойно наблюдал за нападением на меня его сотрудницы.
   - Вы уж простите нашу Фрю, она делает то, что положено по инструкции, - всё же счёл нужным объясниться он.
   - Фрю? - растерянно нахмурилась я.
   - Ну да, Фря - это её прозвище, или кличка. У нас на Днище, видите ли, почти все носят прозвища вместо имён или фамилий. Это часть местной культуры, морально подбадривает жителей и способствует, если угодно, чувству патриотизма.
   - А у вас какое прозвище? - спросила я.
   - Можете обращаться ко мне "господин Смотрящий", - ответил мужчина, - но мы сейчас будем говорить о вас. Видите ли, мне надо убедиться, что вы - именно та, за кого себя выдаёте.
   - Да кто же сам сюда захочет перемещаться? - фыркнула я.
   - О, содружество постоянно пытается внедрить сюда своих агентов.
   - Зачем? - индифферентно спросила я.
   - Боюсь, если я стану это объяснять, мы опять удалимся от вашей персоны, а там ведь ждут своей очереди и другие прибывшие.
   - Подождут, - продолжала я отыгрывать жену Дэниела, - А что будет, если вы решите, что я - шпион?
   - Да ничего страшного. Мы просто отправим вас обратно.
   - Да? Ладно, признаюсь. Я - шпион!
  
   ГЛАВА 3
  
   Смотрящий испытующе посмотрел на меня. Рентген у него в глазах, что ли? Может сидит, разглядывает сейчас мою черепную коробку, проверяя, есть ли в ней вообще содержимое.
   - И вы готовы оплатить своё обратное перемещение? - спросил, наконец, он.
   - А почему я? Нет, я не отказываюсь, если это поможет мне остаться там, куда я вернусь.
   - Если вы - шпион, то там и останетесь.
   - А если нет?
   - То вас вернут назад, и с вашего счёта будет списана оплата за два новых перемещения.
   - Эдак я все деньги со своего счёта истрачу, скакать туда-сюда.
   - Вам доводилось стрелять, госпожа? - неожиданно спросил Смотрящий.
   - Доводилось, - не стала я отрицать, - Из бластера в голографической игре. Мы играли с моим сыном.
   - "Войнушка-заварушка", наверное? - спросил мужчина и после моего кивка добавил, - Последняя версия?
   - Понятия не имею, последняя или нет. Мы её полтора года назад покупали.
   - И каковы ваши успехи в этой игре?
   - Выиграла один раз. Когда монстров сына в овраг с осами загнала.
   - Я смотрю, у вас с собой очень необычный груз - пачка древних изображений.
   - Это не древние изображения, это изображения, сделанные на древней технике. Я специально приглашала специалиста в семью Айнэнэнай, чтобы он сделал снимки. Потому что здесь, как мне сказали, связи с Васей нет нигде, кроме таможни. И я долго никого не увижу.
   - Странно, за все эти годы никто из осужденных и сосланных сюда до такого не догадался... Просто никто не знал, что существует такой специалист. И я не знал.
   - Таисия знала. Она приглашала этого специалиста, чтобы показать такие же снимки у себя на Земле. А потом её призвали в армию, и она просила меня отдать другие, древние снимки, тому человеку - ну так они договорились. Тогда я и узнала и познакомилась с ним.
   - Но почему у вас не только изображение сына? Почему вся семья? Даже муж, который вас бросил без помощи.
   - Это не мой муж, которого вы мне показываете. Мой муж - вот этот, Дэниел. Я уверена, что он меня вытащит отсюда. Просто пока должно всё утихнуть и подзабыться в обществе.
   - А это вот что за прелестная девушка? Не припомню такой в роду Айнэнэнай.
   - Дебра, младшая дочь Стивена. - махнула я рукой, хотя больше всего мне хотелось вырвать фотографии из рук этого человека, чтобы он не пялился на дорогих мне людей.
   - Скажите, госпожа, - мужчина словно услышал мои мысли и вернул пачку фото, - какое прозвище вы хотели бы носить здесь?
   - Кличку? Мне? - округлила я глаза.
   - Просто если вы не выберете её сами, вам её с удовольствием подберут окружающие, но тогда я не поручусь в том, что она будет не обидной.
   - Но... - растерялась я, - у меня нет привычки носить прозвища. Мне нужно подумать.
   - Хм... хорошо. Проверку вы прошли и можете пройти на Днище. Осталась одна небольшая формальность, - сказал Смотрящий, когда я уже с огромным облегчением в душе вставала с места.
   А этот человек полез в ящик стола, чем-то там пошуршал, вытащил и бросил в меня... ААААА! Крыса! Огромная, серая, с длинным голым хвостом! Она вцепилась мне прямо в одежду!
   Я не помнила, как я задёргалась, сбросила её с себя, а потом вскарабкалась по какому-то дереву и оказалась на его ветке, держась за ствол. Когда ко мне вернулась способность соображать, я обнаружила себя стоящей на толстой женской руке, которая лежала на столе, и держащейся руками за кудрявую голову, вонзив в неё свои наманикюренные ногти. Это по Фре я сюда влезла, что ли, по её спине?
   Смотрящий хохотал. Фря сидела, боясь шелохнуться. Ажно глазки-изюминки закатила. То ли от страха, что я ей их нечаянно выткну, то ли любит какое-нибудь садо-мазо, которое ей сейчас прилетело ненароком. Не удивлюсь, между прочим.
   - Слезайте, госпожа, это была простая проверка. Агенты спецслужб крыс не боятся, они сразу хватаются за оружие или то место, где привыкли его носить.
   - Теперь всё, или меня ещё ждут новые подобные проверки? - спросила я с содроганием. Слезла с Фри и даже её волосы пригладила за собой машинально.
   - Теперь точно всё. Добро пожаловать на Днище! Вы забыли свою сумку.
   Самые морально уродливые моральные уроды живут на Днище! Когда я вышла на подгибающихся ногах, я даже не соображала, куда я иду и зачем. Пока мой взгляд не наткнулся на просыпающегося Игорька. Совсем мною позабытого. Пожалуй, не буду я выходить из таможни. Подожду, чтобы увидеть, остался ли он жив после этой проверки.
   Но сначала я дождалась Чекушку. Тот, увидев меня, подошёл вихляющейся походкой, довольно оглаживая бородёнку.
   - Госпожа ждёт меня?
   - Жду твоих советов, которые оплатила. Советы должны действительно стоить так же дорого, как их оплата.
   - Тогда совет первый. Дождитесь ещё и того инопланетянина, с которым вы... ой, которому вы инъекцию оплатили. По нашим понятиям... ну, негласным законам, если у человека нет денег для чего-то нужного, и за него платит другой, то должник попадает к своему благодетелю в рабство, пока не вернёт сумму долга. Проценты на усмотрение рабовладельца, но в сумме не выше первоначального долга.
   - Не нужны мне никакие рабы! - возмутилась я.
   - Я не договорил, госпожа. Тот, кто имеет раба, да ещё и деньги, сам не рискует угодить в рабство. Такого человека на Днище уважают и пускают в некоторые заведения, недоступные для нас, бедных. Ему открыты многие двери и его ждёт лучшее общество.
   - Лучшее общество? Наподобие упомянутого в очереди Однорукого? - поёжилась я.
   - О, конечно, здешнее общество - не чета тому, к которому госпожа привыкла. Но мне надо знать, к чему госпожа стремится, чтобы предложить ей наилучшие для этого условия.
   - Для откровенности мне нужно знать, с кем я имею дело. Кличку я твою знаю, вид и повадки у тебя довольно низкопробные. Однако же ты был на таможне, значит, перемещался откуда-то. Это стоит приличных денег. Так чем ты занимаешься, Смард Чекушка, когда не даёшь платных советов?
   Тот расплылся в широкой улыбке, продемонстрировав рот, в котором не хватало изрядного количества зубов.
   - Я, госпожа, использую свою репутацию надёжного человека для различных поручений. Меня порой нанимают, чтобы я что-то купил или сделал в большом мире. Большего сказать не могу, потому что чужие секреты я тоже хранить умею, - на этих словах он подмигнул мне.
   - Не хочу тебя обидеть, но ты не выглядишь тем, у кого хорошая репутация для такого рода поручений. В смысле, кто хорошо на этом зарабатывает.
   - Ох, госпожа, как же вы правы! - расстроенно покачал головой Чекушка, - Мне платят за это совершенно недостаточно! Да ещё порок я имею, пьянство. Совсем в моих руках деньги не держатся. Но тут много людей, которым перемещение на другие материки запрещено, и они вынуждены обращаться ко мне. Я-то ведь благодаря своей работе второй класс имею.
   - Зачем же ты возвращаешься сюда? Ты мог бы жить в гораздо лучших условиях.
   - Что вы, госпожа! В большом мире я был бы самым презираемым человеком, из-за своего порока, которому не без удовольствия предаюсь регулярно. А тут я - уважаемый человек.
   - Ну-ну. Так что, говоришь, раба иметь очень полезно? Ладно, подождём, посмотрим, как этот инопланетянин пройдёт проверку, - сказала я, проследив взглядом за Игорем, вошедшим в кабинет Смотрящего, - А где мне тут устроиться жить? Я уверена, что больше чем на полгода тут не задержусь. Мой муж вытащит меня, как только шумиха в обществе утихнет и подзабудется.
   - На чём основана такая уверенность, осмелюсь спросить? Он обещал это госпоже?
   - Не твоё дело, - нахмурилась я, намекая своим видом, что нет, не обещал.
   - Тогда, если средства госпоже позволяют, и она намерена только ждать максимум полгода и ничего не делать, есть возможность поселиться тут, недалеко от таможни, в "Диком зайце" - самом лучшем отеле на Днище. Но я бы посоветовал госпоже быть осмотрительней. Потому что даже более, чем каждый второй, попадая сюда, говорит о том, что он тут не задержится. Однако население Днища не убывает. И эти люди, быстро истратив все свои деньги, опускаются на днище Днища, простите мне этот каламбур, - Чекушка довольно зафыркал, что, видимо, означало у него смех.
   - А где селятся более осмотрительные приличные люди?
   - Если бы госпожа была протестанткой против брачных порядков, я бы посоветовал ей отправиться в город Принси, там у них порядок и обеспеченность, почти как в большом мире. Но они к себе уголовников не принимают, - развёл руками Чекушка, - а госпожа-то ведь самая что ни на есть уголовница.
   Я внимательно посмотрела на собеседника. Этот алкаш бомжовского вида что, старается унизить меня?
   - Простите, я ни в коей мере не хотел вас обидеть! - правильно расшифровал мой взгляд Чекушка, - Просто госпоже самой будет легче, если она смирится с этой реальностью. Иначе её душа будет израненной, а эти раны - незаживающими.
   - Пока что я не услышала обещанного совета, - отчеканила я, - о том, где селятся приличные и богатые уголовницы.
   - Самые приличные и богатые покупают себе дома и селятся здесь неподалёку, на южном побережье Глеффата. По правде говоря, почти все селятся на юге - в других местах очень холодно и неприютно. Но дома покупают только те, кто оставил мысли покинуть Днище. А так, чтобы осмотреться несколько месяцев, лучше всего поселиться в каком-нибудь пансионе с хорошей репутацией. Вот, к примеру, у госпожи Удавки.
   - Даже знать не хочу, почему она носит такую кличку. А ты, конечно, с этой Удавкой имеешь договор на поставку постояльцев?
   - Нет, что вы! Такие состоятельные и знатные уголовники как госпожа - редкость у нас. Но я, конечно, получу свой процент от госпожи Удавки, если вы там поселитесь. Она живёт в центре столицы, это на поезде всего два с половиной часа.
   Я слушала Чекушку и мною овладевало какое-то странное чувство. Будто я и в самом деле уголовница, и мне нужно решить, как сэкономить деньги на своём счёте, потому что я обречена жить на этом Днище всю оставшуюся жизнь. Мне пришлось встряхнуться и напомнить себе, что моя задача состоит в совершенно ином.
   - А скажи мне, Смард Чекушка, как мне узнать, кто и где живёт здесь, на Глеффате? Просто боюсь, что этот твой пансион Удавки - обыкновенная дыра, из которой ни я не увижу общества, ни оно меня не увидит. А мне хочется вращаться среди равных мне по... воспитанию.
   - Так выходить ведь можно! В театр, в ресторан, даже и в казино пустят такую знатную даму!
   - Ладно, уговорил. Ждём инопланетянина и едем в столицу, к этой твоей Удавке.
   Через некоторое время Игорь, пошатываясь, вышел из кабинета. Вышел и встал в растерянности. Так, печаль - назад его не отправили. Вдруг из кабинета выплыла Фря и стала повязывать на шее Игорька красный вязанный шарфик. Она что, Бабуркина усыновить хочет?
   Я решительным шагом подошла к ним и заявила:
   - Я оплатила этому инопланетянину прививку. Он мой.
   - Я готова выкупить его долг у вас, - ответила Фря и с нежностью посмотрела на Игорька, - в двойном размере.
   - Не продаётся, - заупрямилась я.
   Обалдевший Бабуркин попеременно переводил взгляд с меня на Фрю.
   - Он же протестант, всё равно уедет от вас в Принси, когда отработает долг, - сказала Фря, - зачем он вам нужен? Вы любовника и получше себе найдёте, а мне такой - в самый раз.
   Тут Игорёк очнулся и шарахнулся от Фри в мою сторону, чуть ли ко мне за спину.
   - Я пойду с этой девушкой! - заявил он весьма огорчённой этим Фре.
   - Дурачок, она же тебя заездит, - сказала помощница Смотрящего.
   - Я потерплю! - героически отвечал Бабуркин. Аж грудь колесом выставил.
   - Конечно, ты потерпишь! - зло проговорила я и, взяв его за ухо, повела к выходу из таможни, - Иначе я быстро тебя Фре отправлю!
   Снаружи мы с Игорьком оба разинули рты - тут тоже, как и на большом материке Тауина, было подобие города-улья, только по нему словно прошлись чем-то плавящим. Линии домов были неровными, сами дома прилеплены друг к другу в какой-то кривоватой несуразице. В общем, разглядывать мне это не хотелось, моё землёвское... земельное... землянское... эстетическое чувство страдало от чуждой архитектуры местных алкашей.
   - Веди! - рявкнула я Чекушке.
   И мы пошли. Игорёк попытался было о чём-то спрашивать, но я ему зловеще пообещала, что мы поговорим потом, когда останемся наедине. По его лицу было видно, что он стал подумывать о том, что надо было соглашаться на Фрю. Правильно, вообще-то. Там его ждало всего-навсего сексуальное рабство, а со мной он замучается делить тяготы секретного порученца содружества.
  
   ГЛАВА 4
  
   В дороге Игорёк молчал. Видимо, до него начала доходить вся глубина той... ямы, в которую он попал. По собственной, причём, дурости. Можно было встать мысленно на его место и постичь разочарование человека, который реально примерил на себя роль попаданца, прославленную в - думаю, не ошибусь - миллионах произведений разнокалиберных писателей. Я решила подбодрить его, напомнив, что далеко не все книжные попаданцы стартовали в телах царей и прочих аристократов. И не все попадали в неразвитые миры и времена, где можно было легко пробиться наверх, "изобретя" канцелярские скрепки или спев песни Высоцкого. Нет, скажу это, когда лишних ушей рядом не будет.
   Чекушка, чей билет на поезд оплатила я, ибо он, видите ли, сам не собирался никуда ехать (врал, конечно), тоже был мало разговорчив. Видимо, решил, что полученный четвертак космокредита он уже отработал, осталось за малым - содрать с Удавки свой процент и быть совершенно свободным.
   - Ты мне не ответил на один заданный раньше вопрос, - решила я подпортить ему настроение, выкатив претензию, - я тебя спрашивала, как можно узнать, кто тут где живёт. Есть здесь какое-нибудь адресное бюро?
   Тот залился фыркающим смехом.
   - Госпожа, у нас тут и адресов-то никаких нету! Опять же, что бы дали вам те адреса, в которых перечислены Сэмо Толстобрюх, Миг Траченный и Лира Брошенка? Настоящими именами и фамилиями тут, в среде уголовников, никого не называют.
   - А где можно узнать, кто когда появился на Днище, чтобы уже подобрать себе общество ну... не закоренелых уголовников, а тех, в ком ещё остались привычки цивилизованного общества?
   - В Принси протестанты наверняка ведут такой учёт, у них там порядок, говорят. А в остальных землях Днища... - Чекушка покачал головой, - Разве только на таможне. Если, конечно, вы нашли общий язык с господином Смотрящим и он любезно согласится вам помочь с такими поисками.
   И он опять зафыркал. Сближаться со Смотрящим не хотелось - опасно и неприятно, но на заметку взять надо.
   - А на кого работает господин Смотрящий?
   - Ни на кого и на всех сразу. Таможня - его личный бизнес. Давным-давно авторитеты решили, что таможня нужна - чтобы, значит, Совет Тауина, раз уж ссылает сюда тех, от кого хочет избавиться, не лез бы к нам со своими законами. Но если Смотрящий будет плохо "смотреть", у него этот бизнес отберут.
   - Так что, тут вообще нет никакой власти? - спросила я его.
   - Ну почему же? Тут есть власть, над своими подчинёнными людьми. А другой нету. Народ Днища свободен! - гордо ответил бомжеватый Чекушка.
   Ага, особенно рабы тут свободны.
   - А свои законы тут есть?
   - Нет законов, госпожа, потому что за их исполнением некому присматривать. Но есть понятия, за которыми присматривает всё общество.
   - Ну и где, у какого "пахана" мне узнать все эти "понятия"? - спросила я, чувствуя, как во мне опять нарастает раздражение.
   Потому что не хочу я впускать в свою душу всю эту уголовную парадигму!
   - Постепенно научитесь, госпожа, - зевнул мой собеседник, вновь продемонстрировав свой щербатый рот, - Главное, поступайте по справедливости, это убережёт вас от ошибок. Ну и деньги тут добавляют авторитета, конечно. Или, у кого нет денег, то - сила. Но на вас сейчас нападать не будут, вы пока - молодая... в смысле, новенькая тут. Молодых давить западло. Вдобавок вы с деньгами, а главное, с рабом, значит - авторитет. Держитесь за это, чтобы его не потерять... Посплю я, с вашего позволения, госпожа. Нам до конечной ехать.
   С этими словами Чекушка закрыл глаза и прекратил общение. Да и ладно. Мне самой надо многое обдумать. Я закрыла глаза и уснула. Дурацкие тут поезда у них - окна снаружи грязные, да и поздно уже, не видно ничего, вот все пассажиры и спят.
   Удавку я бы лично переименовала в Улитку. Женщина лет шестидесяти с настороженным взглядом выглядывала из окошка, проделанного во входной двери. Смард Чекушка отрекомендовал нас всех, и мы прошли в дом. Дом был одноэтажным, но сравнительно уютным внутри, чему способствовали деревянные панели на стенах и многочисленные коврики на полу.
   - У меня приличный пансион, - поджав губы, начала было она заготовленную речь, но встретив мой взгляд, который я постаралась сделать как можно более надменным, а также быстро оценив дороговизну моего костюма и драгоценностей, бросила в руки Чекушке несколько монет и отправила его восвояси, подбадривая тычками в спину.
   - Я буду заходить, госпожа, - напоследок успел сказать он мне, - если вам вдруг что-то понадобится, Смард Чекушка к вашим услугам!
   - Идёмте, я покажу вам комнаты, госпожа... - вопросительно осеклась хозяйка.
   - Анна, - ответила я.
   - Просто Анна? - усомнилась Удавка.
   - Если вам так удобнее, можете называть меня госпожа Айнэнэнай, - насмешливо ответила я.
   - А, так вы - молодая! - обрадовалась Удавка, - Как господин Винтиль-то обрадуется, это мой другой постоялец, он просто обожает давать клички молодым.
   - А уж я-то как рада буду познакомиться с господином Винтилем, который одарит меня уголовной кличкой! - ответила я, но мой сарказм, кажется, понял только Игорь.
   Комнаты, которые нам предоставили, внутри напоминали торцевую трёхкомнатную хрущёвку - одна гостиная и две смежные комнатки. Впрочем, удобства и даже головизор тут имелись.
   - Головидение идёт к нам в записи, без интерактивной связи, - вздохнула Удавка.
   Наверное, мечтает принять участие в каком-нибудь интеллектуальном шоу, раз так печалится.
   - Оплата помесячная, равная для всех постояльцев, деньги вперёд, - сообщила хозяйка, - питание трёхразовое, но только для госпожи. Для её раба оплата питания идёт отдельно. Вы согласны?
   Я ответила "да", полагая, что эта сумма тут же списалась с моего счёта, и не понимала, чего эта Удавка продолжает на меня так выжидательно пялиться. Потом до меня дошло - тут нет Васи, нет подключения к аналитическим программам, и моё "да", не подкреплённое наличностью, почти ничего не значит.
   - Деньги можете обналичить и разменять в местном банке, госпожа Анна, - поняла мои затруднения хозяйка, - У молодых вечно проблемы с наличностью. Ужин вы пропустили, но я принесу вам перекусить.
   Получив часть денег, она, наконец, удалилась. А я приступила к своей прямой шпионской деятельности - заняла одну из спален, вторую отдав Бабуркину, заперлась в ней и, сняв левую серьгу, сковырнула имеющимся маникюрным ножичком самый крупный камень. Как вы понимаете, не могло содружество отправить такого большого и ценного человека как я, в такой чуждый и опасный мир, фигурально выражаясь, в одних трусах. Внутри камешка, который, в свою очередь, имел маленькую каверну, в которую тоже можно было сунуть кончик ножа и приоткрыть его, имелись три микроскопические горошины. Одна из них, чуть потемнее прочих, была защитой от прослушки и скрытого наблюдения. Диаметр действия - всего два метра, но поговорить с человеком можно было, не опасаясь. Я оставила эту горошинку в выложенном на стол блокноте и сплющила её там. Активировала, то есть. Вставила камешек обратно в серьгу и надела её. Постучалась к Игорю, который с потерянным видом сидел на кровати, и позвала его к себе.
   - Я не хочу секса, - заартачился он и, по-моему, сам удивился своим словам. Умным и храбрым.
   Я-то, тут, конечно, только о сексе с ним и мечтаю. Специально его затащила в этот мир и няньчусь с ним, чтобы надругаться и попользовать. С особым цинизмом.
   - Не хочешь, значит, останешься без сладкого к чаю, - усмехнулась я.
   Развернулась и пошла к себе. Игорёк за стенкой посопел, попыхтел, повздыхал, провожая, видать, свою непорочность, и пошёл за мной. Решил отдаться, никак.
   Я показала ему на стул возле стола, сама села по другую сторону, положив блокнот с активированной горошиной возле себя.
   - У тебя должно было много вопросов накопиться. Но я сначала сама скажу тебе главное. Ты, придурок чёртов, пристал к незнакомой женщине, как банный лист. Несмотря на её явное нежелание с тобой разговаривать. Теперь ты огрёб последствия. Поздравляю - ты попаданец! Мир, в который ты попал - высокоцивилизованный и, по земным меркам, роскошный. Вот только именно здесь - днище этого мира. Материк, на который ссылают уголовников и протестующих против брачного законодательства. Тебя, как я поняла, признали таким же протестующим. Подробности твоего разговора со Смотрящим меня не интересуют, кроме одного - ты не сказал, что перенёсся вместе со мной?
   Игорёк отрицательно покрутил головой.
   - Вот и славно. Теперь - главное. Мы здесь с тобой в почти равном положении. Я тут быть не хочу и ты не хочешь. Я тут, на Днище, ничего не знаю, и ты не знаешь. Моё преимущество - у меня есть деньги, а у тебя нет. Твоё преимущество - ты свободен, а у меня дело. Поэтому, уясни, Игорёк: я тебе - не нянька, не жена, не экскурсовод, и всё остальное "не". Я тебя спасла на таможне от рабства у местных бандитов, оплатив твою инъекцию. Все долги между нами считаю закрытыми. Ты можешь идти, куда хочешь. А можешь пока продолжить играть роль моего раба. Мне это не сильно надо, это может быть для меня как плюсом по здешним понятиям, так и обузой в моих личных делах. Но если всё у меня сложится как мне надо, я смогу тебя отсюда вытащить и вернуть на Землю. Выбирай сейчас.
   - Конечно, я с тобой. Пока что.
   Постучалась Удавка, принесла поднос с бутербродами и чай. Для Игорька был стеклянный стакан, для меня - чашка, как я поняла.
   - А, прости за нескромный вопрос, за что тебя сюда сослали? - спросил Игорёк, наворачивая бутерики. Самые вкусные, гад, выбирает!
   Был соблазн не отвечать, но всё равно ведь узнает - новости тут люди смотрят.
   - За соучастие в убийстве. Кстати, моя несостоявшаяся жертва - твоя бывшая жена Таисия.
   - Тася?! - выкатил глаза Игорёк, - Зачем ты хотела её убить?
   - Временное помешательство, - ответила я, - на почве разлада в семейной жизни.
   - А меня ты откуда знала ещё там, в кафе? - спросил Игорёк, глядя на меня враждебно.
   Надеюсь, его враждебность связана с внезапно возникшей личной неприязнью на почве переживания за бывшую жену. За меня, то есть.
   - Видела Тасины фотографии и слышала, как она рассказывала о тех, кто на них изображён.
   - И узнала, через столько лет после времени, когда были сделаны снимки? - недоверчиво спросил Бабуркин.
   - Ты мало изменился, - соврала я.
   - А что ты на Земле делала? Хотела довести до ума задуманное преступление?
   Хм... спасибо, Игорёк, подсказал версию, если Чекушка всё-таки донесёт на меня.
   - Хотела попросить у Таси прощения. Мы ведь с ней родственницы, обе замужем за членами одной семьи. Я была неправа, когда винила её в... неважно. Это все вопросы?
   - А какие у тебя тут дела? Ну, ты говорила...
   - Мне надо найти двух человек и уговорить их вернуться в большой мир. Только где они тут - я понятия не имею. Кстати, это - секрет ото всех остальных, понятно? Всё на сегодня, иди, отдыхай.
   - А...
   - Ну что ещё? - спросила я устало.
   - Ну... секса сегодня не будет, что ли?
   Вот смотрю я на него, такого разочарованного, и в голове у меня проносятся варианты ответа - один другого уничижительнее. Но я решила быть доброй к этому озабоченному и больному на всю голову, и выбрала самый щадящий вариант:
   - За сексом, Игорёк, это к Фре. А я не по этим делам.
  
   ГЛАВА 5
  
   Винтиль походил на бухгалтера. Такого, из какого-то старого фильма, с нарукавниками на локтях из чёрной сатиновой ткани. Нет, на Винтиле нарукавников не было, но они к нему напрашивались. Светлая рубашка, брюки, чисто выбритое лицо, плавно переходящее в шею, без обозначенного подбородка.
   - Рад безмерно приятному обществу, - улыбался он, наливая себе винишка в стакан из стоящей рядом бутылки.
   - Взаимно, - выдавила я, не особенно, впрочем, показывая эту взаимность. Которой не было, как вы правильно понимаете.
   - Помню вашу историю, по головидению не так давно показывали, и помыслить не смел, что судьба сподобит познакомиться, - продолжал разливаться соловьём Винтиль.
   - Это всё мой психолог. Он загипнотизировал меня, вот я и согласилась на его требования. А я совершенно не виновата, - похлопала я глазками.
   - Полноте, госпожа, - осклабился Винтиль, - такие речи уместны в большом мире, а тут они вам не принесут ни сочувствия, ни жалости. Тут, наоборот, уважают упорство в своих пороках. Слышал, вы уже успели рабом обзавестись?
   - Да вот, случайно вышло. В самом деле случайно, - усмехнулась я, - Я и понятия не имела о существовании рабства на Днище. Кстати, а не скажете ли мне, господин Винтиль, как люди перестают быть рабами? Я имею в виду, как другие люди узнают, что этот человек уже расплатился по долгам? Тут что, существует какая-то перепись рабов и свободных?
   - Нет, конечно. Просто достаточно вам сказать об этом в своём кругу, и об этом скоро будут знать все, кто интересуется. А что, неужели ваш раб успел за одну ночь отработать свой долг?
   - Что? А, нет, Игорёк вообще не в этом смысле. Я замужем, и уверена, что скоро вернусь домой, к мужу. Мне не нужны здесь никакие любовники.
   - Как вы сказали? Игорёк? Это его имя?
   - Не совсем. Это прозвище, образованное от имени Игорь.
   - Игорёк, - покатал это слово Винтиль, - интересно звучит. Сгодится на кликуху. Если вы не обзаведётесь в ближайшее время своей, я с удовольствием подберу вам какое-нибудь красивое слово.
   - Благодарю вас, - ответила я, стараясь не показать своего желания высыпать ему в суп всю соль из солонки.
   - Подскажите, господин Винтиль, где я смогу познакомиться здесь с людьми, подходящими мне по... статусу.
   - Не обещаю, что ваш статус знатной семьи, к которой вы принадлежали в большом мире, соответствует здешнему понятию статусности... Но, пожалуй, самые авторитетные тут люди собираются по вечерам в казино "Маржа". Женщин, кстати, туда пускают только в вечерних нарядах.
   Я выяснила у Винтиля, где находится это казино, лучший магазин готового платья и банк. А потом мы с Бабуркиным отправились посещать эти заведения в обратном порядке. В банке я обратила внимание, что у охранников имеется оружие - неры и пистолеты. Неры - это знакомое мне по войне на Зинтаге парализующее оружие, и я научилась стрелять из него практически идеально. Жаль, что они, хоть и лёгкие, но крупноватые, такое оружие в дамскую сумочку не спрячешь. А вот пистолет я решила приобрести, если можно. Главное, научиться с ним обращаться - заряжать и снимать с предохранителя. А прицелиться и выстрелить я и так смогу.
   Поэтому, обналичив часть денег со счёта, я спросила клерка, где тут продаётся оружие. До оружейного магазина путь был не очень близким, и мы взяли местное такси - велорикшу.
   - Да, мечтал я в Индии побывать, думал, в частности, с рикшей прокатиться, а оказалось, что увидел их только на другой планете, - сказал Бабуркин.
   - Ещё побываешь в своей Индии, - улыбнулась я, и добавила, правды ради, - Может быть.
   Продавец в оружейном магазине, суровый усатый дядька, цепко взглянул на нас, и, не дав мне раскрыть и рта, выложил на прилавок малюсенький пистолетик.
   - Он хотя бы фанеру пробивает? - с сомнением спросила я, примеряя пистолет к руке. Он чуть ли не терялся в моей ладони, - Боюсь, я его в сумочке не сразу найду среди пудренницы, помады и зеркальца.
   Не изменившись в лице, продавец молча выложил второй пистолет, побольше. Красивенький такой, весь в инкрустации. Вот только всего на два патрона, потом перезаряжать придётся. Я положила пистолет на прилавок и сказала:
   - Мне нужно небольшое многозарядное оружие, стреляющее точно и с приличной дальностью. С возможностью быстрой смены обоймы. Желательно с двумя или тремя режимами стрельбы - автомат, очередь, одиночный.
   Во взгляде продавца что-то промелькнуло и он ушёл из небольшого помещения торгового зала. Тут я обратила внимание, что Игорь смотрит на меня, приоткрыв рот.
   - Муха залетит, - пошутила я, - не бойся, я просто в голографической игрушке стрелять научилась. Из бластера.
   - А что, тут и бластеры продаются? - загорелся Игорёк. Ну чисто дитя малое.
   - Нет, к сожалению. Бластеров не бывает, это фантастика.
   Пришёл продавец и положил передо мной два пистолета.
   - Этот с тремя режимами, - расклеил он губы, показывая на тот, что крупнее, - тот с двумя.
   - Где их можно опробовать?
   - Оба?
   - Оба.
   Мы спустились в подвал, в котором был оборудован примитивный тир. Впрочем, главное в нём было - освещённый длинный коридор с мишенями вдали, стол для оружия, бинокль и даже наушники.
   Я опробовала оба пистолета, стреляли мы с ними метко. Продавец, отложив бинокль, стал смотреть на меня с уважением. Более крупный пистолет был для моей руки тяжеловат, а спуск у него - туговат. Да и отдача ощутимая. Нет, всё это было бы терпимым, если бы второй пистолет не подошёл мне практически идеально. Марка его называлась "Луша".
   - Игорь, хочешь попробовать? - позвала я.
   Игорёк обрадовался и с увлечением расстрелял остатки обоймы в обоих пистолетах. Ну... стреляет он лучше, чем я, когда начинала играть в "Войнушку-заварушку". Было заметно, что ему больше понравился крупный пистолет, "Брегиши", который продавец коротко и уважительно называл "Брег".
   Как вы уже могли догадаться, я купила оба. Ещё снаряжение к ним - кобуру с перевязью и кучу патронов. Торговаться и просить скидку я не рискнула - уж больно продавец был суров, да и Игорь мог бы тогда безошибочно опознать во мне свою бывшую жену. Утешилась тем, что нам подарили прочную брезентовую сумку для переноски сегодняшних покупок. Какой-никакой, а всё же бонус.
   Одежды у меня с собой было мало, я не могла взять на Днище мой старый армейский рюкзак, в который вошло бы всё, что угодно - пришлось обойтись небольшим саквояжем. Для вечернего платья там места не нашлось. За его покупкой мы и отправились в магазин, рекомендованный Винтилем. Там я выдала Игорю денег на покупку белья и сменной одежды - он-то, попав сюда, даже такого саквояжа не собрал.
   - Так и становятся мужики альфонсами, - грустно заметил он, принимая наличность.
   - Как - так? Попадая в иные миры? - пошутила я, - Не переживай, мой бюджет позволяет делать почти любые покупки.
   По правде говоря, мой бюджет был вообще неограниченным, но всем об этом знать было необязательно. Зайдя в отдел готового платья, я разочарованно смотрела на тряпьё, висящее на вешалках. Мне даже перебирать его не хотелось.
   - Здесь что, вечерних нарядов нет? - спросила я продавщицу с невообразимо завёрнутыми мелкими косичками и кольцом в одной ноздре.
   - Вещи индпошива - там, - махнула она пальцем с окрашенным в чёрный цвет ногтем в сторону неприметной двери.
   Ну что же, идём в нору за белым кроликом. А там я увидела приличных размеров полупустой зал, в центре которого стояла... я. Таисия Айнэнэнай, блондинка в красном облегающем платье, точно таком же, как на памятном новогоднем балу на Зинтаге, который ознаменовался танцем с голограммой моего любимого мужа Клиффорда и показанный по всем новостным каналам содружества. Нет, конечно, здесь это был не живой человек и не голограмма. Здесь был манекен, которому искусно придали мою родную внешность. С трудом взяв себя в руки, я подошла к манекену. Вблизи он выглядел не так шокирующе схожим с живой Тасей. Да и платье всё-таки было на пару тонов темнее, но ткань, фасон и размер - те же.
   Ко мне подошёл пожилой мужичок маленького роста.
   - Простите, госпожа, это платье не продаётся, - печально поведал он, - выставочный образец. Но вы можете приобрести у нас другие прекрасные вещи, Беня Иголка шьёт только лучшее.
   - А где мне найти этого Беню? - спросила я, не в силах оторвать взгляд от платья.
   - Он перед вами, госпожа.
   - И всё-таки, почему бы вам не продать мне это платье? А лучше, сдать его напрокат на один вечер.
   Ибо зачем мне два практически одинаковых, правда?
   - Это платье сшито по точной копии фигуры Таисии Айнэнэнай. Боюсь, если у вас другие выпуклости, которые сейчас скрыты этим тёплым костюмом, вы деформируете ткань платья.
   - А если нет? - усмехнулась я, - Если оно придётся мне совершенно впору? Давайте так - я плачу вам один космокредит только за то, чтобы его померить. А там вы уже решите.
   Надела я в примерочной платье и посмотрелась в зеркало. Однажды я сказала, что блондинка в красном струящемся платье - смерть мужчинам. Так знайте - брюнетка в таком платье - смерть не менее верная. Как раз более тёмный тон расцветки подошёл к моим тёмным волосам. Явила я Бене Иголке самоё себя, на что он, едва обретя речь, оповестил, что за одно такое зрелище он готов мне подарить это платье. То есть был бы готов, если бы не нужда в деньгах. Торговался этот "даритель" как чёрт. Может, его и правда, нужда заставила, а может, просто, как и я, он получал удовольствие от процесса. В общем, платье я взяла напрокат, но заплатила за это его полную стоимость. Но я бы заплатила и больше - настолько меня ностальгия по минувшему торкнула. Так что ничуть не расстроилась такой финансово невыгодной сделке. А чего расстраиваться, если платит содружество?
   - Дорогой Беня, - сказала я ему на прощанье, - Весьма дорогой Беня, предупреждаю - если сегодня в казино я увижу другую женщину в точно таком же платье, пристрелю тебя лично.
   - Что вы, госпожа, - в ужасе замахал он руками, - Беня Иголка дорожит репутацией и больше одного экземпляра от самых известных нарядов не копирует!
   И только когда я вышла из этого зала, меня прошила мысль - а нафига я купила такое шикарное платье, чтобы посетить какое-то вшивое казино на каком-то говённом Днище? Тут мне голограммы мужа никто не организует. Эта мысль заставила меня даже дёрнуться обратно к двери, из которой я только что вышла, остановило только предчувствие, что если я сейчас верну наряд и потребую деньги назад, то наверняка получу на Глеффате самую обидую кличку из всех возможных.
   Удавка, вручая нам с Игорьком будерброды, поведала, что господин Винтиль, оказывается, был огорчён тем, что я не присутствовала на обеде. Но я почему-то подумала - обойдётся этот Винтиль без моего общества. Перетопчется как-нибудь. Эти мысли Удавка тут же прочитала у меня на лице и потребовала оставшиеся деньги за комнаты. Вот какая связь, а?
   Казино "Маржа" гостеприимно распахнуло перед нами двери в положенное время. Бабуркин в своих чёрных джинсах и новой рубашке тёмного индиго смотрелся рядом достойно. Впрочем, народ тут был одет действительно неплохо, даже странно. Купив Игорю фишки и усадив его за один из игровых столов, я немного походила по залу, давая всем привыкнуть к своему присутствию. Никого похожего на генерала Фодрича и, тем более, на Серга Донофрая, здесь не было. Покрутилась возле рулетки, ставя попеременно на красное и чёрное. Даже выиграла немного.
   - Вы позволите вас угостить шампанским? - спросил мужской голос из-за плеча.
   - Да, спасибо, - слегка улыбнулась я крупному мужчине лет сорока.
   Пока он подзывал официанта и вручал мне бокал, я обратила внимание, что его левая рука не двигалась и оканчивалась кожаной перчаткой. Протез.
   - Насколько я знаю, вас зовут Анна? - попытался быть обходительным мужчина.
   - Да, а вас, как я понимаю - Однорукий?
   - Правильно понимаете, - усмехнулся он, - Знаете, Анна, как ни прискорбно, а у нас с вами возникла маленькая проблемка. Мне сказали, что на таможне вы увели у меня из-под носа одного раба.
   - Увела у вас? - удивилась я, - Нет, этот парень был совершенно свободен до того, как я за него заплатила.
   Вокруг вдруг образовалось пустое пространство, но ставшие в отдалении люди с интересом прислушивались к нашему разговору.
   - И тем не менее. Видите ли, это моя прерогатива - забирать рабов на таможне, - громко, для всех, оповестил Однорукий, - Но мы можем решить этот пустячок полюбовно. Вы отдаёте мне раба и на первый раз я вас прощаю.
   - А если нет? - равнодушно спросила я, внутренне напрягаясь, поставила бокал на ближайший столик и сделала маленький шаг влево и вперёд, чтобы ему было неудобно стрелять или бить.
   - Тогда мне придётся вас убить, - с сожалением цокнул Однорукий.
   - Не пойдёт. Видите ли, я обещала завтра вернуть это платье Бене Иголке. А своё слово я привыкла держать, - разъяснила я, подходя почти вплотную к Однорукому.
   Ну до любого ведь дойдёт, что эта причина - уважительная! Вон даже кивает кое-кто - мол, да, это по понятиям. Но Однорукий не внял. Он полез за пазуху и достал пистолет.
  
   ГЛАВА 6
  
   - Игорёк! - громко позвала я.
   Однорукий довольно и предвкушающе осклабился, а увлечённо игравший в покер Бабуркин поднял голову.
   - Ты расплатился со мной, и больше не раб!
   Игорь удивлённо поднял брови, кивнул и... опять уткнулся в карты. Да, с ним только в разведку ходить. Между тем, зрители, которых становилось всё больше, оценивали новый расклад, и кое-кто уже начал одобрительно или насмешливо ухмыляться. Как я решила думать, одобрительно - касательно меня, и насмешливо - касательно Однорукого.
   - Всё? - спросила я его, - Больше нам с вами спорить не о ком?
   Однажды я уже рассказывала вам собственные выводы о преимуществах женщин перед мужчинами в личностных конфликтах. О том, что мужчины, в отличие от женщин - заложники собственных амбиций, гордости и честолюбия. У женщин тоже есть слабые, больные места - недостатки внешности и непривлекательность для мужчин, но обычно мужчины давить на них в спорах избегают - либо не придают таким вещам значения, либо им это, говоря местным языком, западло. Кстати, самые умные женщины, которым в силу их ума и натуры приходится быть на виду, лишают и этого единственного преимущества тех, кто с ними конфликтует, уничтожая эту уязвимость, нарочито показывая, что собственная внешняя красота их заботит не в большей степени, чем мужчин. В моей родной стране, России, можно найти несколько примеров этому. Если вы из России, сами их знаете. Мужчинам избавиться от своей уязвимости тоже можно, и некоторые делают это. Но реже.
   Хотела покончить с лирическим отступлением и перейти к продолжению своей истории, но потерпите ещё капельку, пожалуйста. Потому что мне пришла в голову одна смешная мысль, вернее, смешная она в силу аналогии с вышесказанным. Если вы этого не знали, причиной того, что в корриде всегда гоняют именно самцов - быков, но никогда не самок - коров, является то, что разозлённый бык наливает глаза кровью и плохо видит перед собой, особенно периферию. У коров, представьте себе, этого не происходит, и они даже в самом злом виде сохраняют своё зрение полностью, а поэтому более опасны для тореадора.
   Вот сейчас я бы на месте Однорукого, видя, что общественность не за него, а за хрупкую, но смелую, красивую и находчивую меня, весело б рассмеялась, сказала очередной незначительный комплимент, и осталась бы главой положения. Потом бы отомстила. Но на месте Однорукого была не я, а низкопробный самец крупнорогатого скота, злость которого от уязвлённого самолюбия залила ему глаза. Он заорал:
   - Ты! Теперь сама ответишь! - и, уже успокаиваясь, разрабатывал план дальше, - Будешь в моей банде, чтобы сопровождать меня на такие тусовки, как эта. До тех пор, пока не надоешь мне или не поплохеешь внешне.
   - Молодых прессуешь, Однорукий? Разве на Днище это по понятиям? - воззвала я к его патриотизму.
   Народ начал смотреть на бандита хмуро и, я б сказала, укоризненно. Вон, даже Игорёк кивнул. А, нет, это он оставшемуся партнёру в покере сказал "принимаю".
   - Ты на кого бурлишь, овсянка?! - завёлся вновь бандит с полуоборота, - Ты чо, в натуре страх потеряла? Я ж тебя щас замочу тут!
   - А чо ты мне чокаешь? - возмутилась я, незаметно засовывая руку в висящую на плече сумочку - Ты чо, чокалка?!
   Такого немыслимого оскорбления Однорукий вынести уже не мог. Он отщелкнул пальцем предохранитель пистолета и стал разворачиваться ко мне корпусом. Выстрелили мы почти одновременно. Я была лишь на долю секунды быстрее, поэтому его пуля перебила ремешок в виде крупной цепочки, на котором висела моя сумочка. Моя пуля прошила ему сердце. Я оглядела зал, грациозно присела, красиво откинув назад длинный подол платья, и подняла упавшую сумочку, в которую спрятала пистолет. Ибо видела, что все окружающие в полном обалдении, и угрозы мне никто не транслирует. Точку в инциденте поставил Игорёк, который торжественно сообщил:
   - Флеш-рояль!
   Я невозмутимо взяла подаренный упокоенным бандитом бокал, попивая шампанское, подождала, пока Игорёк заберёт свой нехилый выигрыш, и мы с ним чинно покинули заведение под всеобщее гробовое молчание.
   Заговорил Игорь, только когда мы уже подходили к дому Удавки.
   - Прости. Я ничем не смог помочь тебе.
   - Ты смог. Ты не мешался, - утешила я его, ощущая, как с последними потряхиваниями организма меня покидает избыток адреналина, - Вдобавок я сама говорила тебе, что мы друг другу - никто.
   - Ты взяла с собой оружие, а я даже не подумал сделать этого...
   - Игорь, это не имело бы смысла. Чтобы выстрелить в человека, нужно быть готовым к причинению смерти другому. То есть к убийству. Это очень сложно на самом деле.
   - Ты имеешь в виду, что ты - убийца, потому что готова была убить Тасю, а я - не убийца? - отодвинулся от меня Бабуркин.
   Вообще-то я имела в виду, что я прошла войну, на которой было всякое, но сказать об этом я не могла. Поэтому ответила:
   - Вроде того.
   Ужин мы опять пропустили, и сонная Удавка, открыв дверь, была крайне недовольна. Пришлось сказать ей, что мы обойдёмся без бутербродов. Бабуркин молчал и в глаза мне не смотрел. Фигню какую-то задумывал, явно.
   В своей комнатке я аккуратно, стараясь не деформировать ткань, как опасался Беня Иголка, сняла платье. По своему фасону оно не предполагало ношения лифчика, и я стояла с голой грудью, когда в мою комнатку без спроса и стука решительно зашёл Бабуркин.
   Я инстинктивно прикрылась руками и заорала:
   - Ты что врываешься?
   - Тася? - ошарашенно спросил Игорёк, глядя на мою грудь, - Шушпанчик?!
   Аллес капут. Вся конспирация полетела к чёрту - мужики хорошо помнят, простите, сиськи своих бывших женщин.
   - Выйди, Игорь, - вздохнула я, - Я оденусь и мы поговорим.
   Вновь активировав горошинку в блокноте, я кратко рассказала Игорьку мою историю, ничего не скрывая. Потом мы ещё немного поговорили, и я ответила на его вопросы.
   - А я-то собирался тебе сказать, что ухожу, - сказал Игорёк, - уезжаю в Принси. Там, вроде, говорят, нормальное общество, не уголовщина, и работу найти можно. Просто не мог принять, что ты хотела убить Тасю. А ты, оказывается...
   - Так может, тебе действительно лучше уехать?
   - Ну нет, я тебя теперь не брошу. Бывшая жена - хоть и бывшая, а всё же своя! - туманно пояснил Игорёк, - Ты ведь меня тоже по этой причине не бросила.
   - Может быть, - улыбнулась я.
   - Мне надо потренироваться в стрельбе, - решил Бабуркин, - Завтра узнаю, где это можно сделать.
   - Хорошо. До завтра, попаданец Игорь.
   - Спокойной ночи, Шушпанчик, - улыбнулся он и ушёл, покачивая головой, - И как я раньше не догадался...
   Утром меня разбудил стук в окно. За ним стоял Смард Чекушка и протягивал в мою сторону бутылку из-под водки с воткнутым в неё цветком.
   - Доброе утро, госпожа!
   Я открыла окно и высунулась, чтобы взять подарок.
   - У меня нет для тебя поручений, Чекушка.
   - Зато у Чекушки есть поручение к госпоже! - провозгласил тот.
   Тут открылось соседнее окно и из него высунулась взлохмаченная Игорькова голова.
   - Он пристаёт к тебе, Шушпанчик? - грозно спросил Бабуркин. Не иначе, примерил ночью на себя рыцарские доспехи.
   - Нет, Игорёк, говорит, его привело какое-то дело.
   - Игорёк? Шушпанчик? - расплылся в улыбке Чекушка, - Хорошие погоняла, так и доложу, значит.
   - Кому доложишь? - насторожилась я.
   - Так я и говорю, на сходняк авторитетов зовут вас, госпожа Шушпанчик. Через час в ресторане "Три таракана". Это вон туда, а там через три перекрёстка налево. Минут сорок ходьбы.
   - Тьфу, ну и название для ресторана. Там кто-нибудь ест вообще? - брезгливо поморщилась я.
   - Что вы, госпожа, это старейшее заведение, название сохранилось с древности. Там очень престижно кушать и кухня изумительная. Говорят. Сам-то я дальше порога не заходил никогда.
   - Ладно, доложи там, я буду.
   - Я с тобой! - безапелляционно заявил Игорь.
   - Мы будем, - поправилась я.
   Пока я наводила марафет, Игорь сгонял за рикшей, так что к "Трём тараканам" мы прибыли в аккурат за пару минут до назначенного времени. На этот раз Бабуркин надел куртку, под которой была спрятана кобура с брегом. Ну как - спрятана... Желающие увидят, конечно.
   Красиво оформленный зал ресторана был пуст от обычных посетителей. Закрыто на банкет, называется. Нас с Игорем вежливо попросили сдать на хранение оружие, сказав, что это же сделали все, кто будет присутствовать. За стоящим посередине зала сервированным столом сидели пятеро человек. Среди них был знакомый нам Смотрящий, который, прищурившись, внимательно смотрел на меня. Свободными были два стула, на которые мы с Игорем и уселись.
   - Игорьку тут вообще-то не место, - сказал один из мужчин, с кучерявой шевелюрой, - но мы решили не прогонять его, пока не прояснится, собственно, статус нашей молодой, но прыткой гостьи.
   - А какие есть варианты? - вежливо улыбнулась я. Манеры прежде всего!
   - Вот сейчас и обсудим, - ответил кучерявый, подзывая стоящего вдалеке официанта, - Вы ведь не завтракали? Сделайте заказ.
   Мы с Бабуркиным заказали омлет и творожный десерт. Мелькнуло неуместное воспоминание, что во время недолгой семейной жизни у нас с ним по субботам была традиция готовить по очереди омлет на завтрак, и каждый изощрялся в его рецептуре и добавленных продуктах.
   - Давай, Перо, ты складней всех говоришь, веди базар, - сказал кучерявый, обращаясь к худощавому сравнительно молодому человеку, обладающему холодным змеиным взглядом зелёных глаз. Впрочем, тёплых взглядов тут вообще не наблюдалось.
   - Варианты тут такие, Шушпанчик, - немного насмешливо выделил он моё родное прозвище, - либо ты едешь на север и тихаришься там, либо мы тебя мочим тут, либо ты берёшь банду убитого тобой Однорукого и становишься одним из авторитетов уголовной части Днища.
   - А как есть, нельзя всё оставить? - спросила я, прожевав и подумав.
   - Неа, - усмехнулся Перо, - Эдак все, кому не лень, начнут авторитетов отстреливать на мелкой бузе.
   - Нельзя мне на севере тихариться, - вздохнула я, - Я... холод не люблю. Много ем, когда мёрзну, и от этого фигура портится.
   Игорёк, не поднимая глаз от тарелки, фыркнул. За ним усмехнулись все остальные. Кроме Смотрящего.
   - Почему - Шушпанчик? - спросил вдруг он.
   - Игорёк так назвал, - безмятежно ответила я, - Сказал, что это такой вымышленный зверёк на его планете, милый пушистый зубастик.
   - А чо, подходит, - гыгыкнул накачанный мужик, стриженный под ноль, быстро мечущий в рот еду с нескольких поставленных возле него тарелок, - Банда Шушпанчика - прикольно будет звучать.
   - Помолчи, Дрын, - сказал вдруг пятый, незаметный мужчина. Сухонький такой, невзрачненький, с волчьим оскалом, выглядывающим из-под короткой верхней губы во время речи.
   - А ты не затыкай меня, Волчара, - набычился Дрын, подтвердив мою мысленную кличку незаметному.
   - Не верю я ей, - сказал, между тем этот Волчара, игнорируя Дрына, - Только появилась, обозначилась случайно, и сразу - в авторитеты?
   - Да я не напрашивалась вообще-то, - заметила я, - и действительно почти ничего ещё не понимаю тут. Как вы знаете, моё воспитание и прежняя жизнь, к которой я собиралась вернуться, совершенно непохожа на Днище.
   - Собиралась? - переспросил Смотрящий, - А что, больше не собираешься?
   - Ну если вы не оставляете мне выбора, куда ж деваться? Не убиваться же тут. Придётся принимать банду.
   - А потянешь? - насмешливо спросил Перо.
   - Ну... посмотрим, как пойдёт, - похлопала я глазками.
   - Тут тебе не ясельки! - оскалился Волчара, и обратился ко всем, - Мы - авторитеты и не можем признавать равным себе человека, который будет лажать на каждом шагу! Что про нас потом пацаны будут говорить?
   - Что мы тут отымели её толпой и за это поставили над бандой, - поддакнул ему Перо.
   - И всё-таки мы не можем мочить её просто так, - сказал кучерявый, - не по понятиям это.
   - Колун правильно говорит - не понятиям. А понятия выше наших хотелок. Тем более, она сказала, что берёт банду, - кивнул Дрын, за что удостоился от меня благодарного взгляда.
   - Так что решим? - спросил кучерявый, он же Колун.
   - Я против, - сразу сказал не убеждённый ни в чём Волчара, - Мочить её надо, да и всё. Банду Однорукого разобрать по нашим.
   - Я тоже против, - сказал Перо. По-моему, он просто выслуживался перед Волчарой.
   - Я за то, чтобы дать ей банду, - покачал головой Колун.
   - Дать банду, - сказал Дрын, опрокидывая после этого над собой стакан с компотом и постукав по его дну, чтобы в его раскрытый рот высыпались ягоды.
   Все взоры устремились на Смотрящего. За столом напряжение достигло апогея. Особенно наше с Игорем. А Смотрящий сидел, поставив локти на стол, сложив руки в замок, и задумчиво похлопывал себя по подбородку. При этом не сводя с меня своих голубых глаз-буравчиков.
  
   ГЛАВА 7
  
   - Волчара, - задумчиво сказал, наконец, Смотрящий, продолжая смотреть на меня, - скажи, много впервые поступивших к нам человек в первый же день обзаводятся рабом? Много ли молодых, кто не отдал своего под прессом Однорукого? Много тех, кто убил, как только стало ясно, что либо - он, либо - его? А сколько из тех, кого мы приглашали на сходняк под угрозой мочилова, не только не убежал, сверкая пятками и благодаря за то, что разрешили, но и не давил на жалость, умоляя не убивать? Посмотри на неё, Волчара. Ты видишь в её глазах страх? Да она же сейчас просчитывает, как нас всех убрать, если дойдёт до крайности. Ты говоришь, что нам станет стыдно за то, как она станет лажать? А я вот думаю, что она скоро станет реальным авторитетом. А если где и лажанётся по незнанию обычая, так выкрутится.
   - Вообще да, держится путёво, - согласился Перо-флюгер.
   - Да нахрена ей банда Однорукого, там людей-то полторы проститутки, два укурка и два чокнутых, - сказал с досадой Волчара.
   - И кого из них ты хотел к себе забрать? - без улыбки спросила я.
   - Да никто не лишний, - гыгыкнул Дрын, - все пользу несут. Правда, Волчара забыл сказать, что там ещё трое сильных есть. На них наверное лапу свою хотел наложить.
   - Я посмотрю, - вежливо кивнула я Волчаре, - если с кем-то не сойдёмся характером, скажу, что ты к себе зовёшь, и отпущу.
   Волчара оскалился, а потом махнул рукой:
   - Ладно, пусть живёт. Дать банду.
   - Дать банду, ладно, - тут же переменил мнение и Перо.
   Кучерявый Колун поздравил меня, рассказал, где я найду "берлогу" Однорукого, а также сообщил, что повестка дня сходки на сегодня исчерпана. А сам Смотрящий-то так и не проголосовал... Блин, не по себе от его взгляда. Словно и точно, что у него рентген в глазах, и он удивляется, что мои кости не соответствуют мягким тканям лица. Вот что бы ему не быть таким же простым, как Дрын? Да любой из присутствующих на сходняке - проще, чем этот человек. А ведь именно его мне не миновать, скорее всего, в моих поисках. Я вздохнула и поблагодарила присутствующих за оказанное мне высокое доверие. Авторитеты переглянулись и ухмыльнулись. Тёмные люди, не привыкли к вежливым манерам.
   Деваться некуда - поехали мы с Игорем принимать банду. В дороге его начал разбирать смех - перенервничал парень.
   - Шушпанчик - предводитель уголовников, - смеялся Бабуркин, - убийца и уголовный авторитет! Что жизнь делает с людьми! Видели б тебя сейчас твои друзья с Земли. Та же Маринка Климова...
   - Не смешно вообще-то, - сказала я, - Мне, как ты знаешь, всё это нафиг не надо. Мне бы дело своё сделать и забыть это Днище, как страшный сон. И, кстати, Маринка знает обо мне почти всё. Она, в отличие от тебя, быстро меня раскусила. А вот видела б тебя сейчас твоя мамочка - идёт её сыночек по большой такой уголовной зоне, с пистолетом на боку...
   - Да, мама сейчас волнуется, - погрустнел Игорь, - наверное думает, что я погиб, раз пропал так внезапно, даже документы и вещи никакие не взял.
   Вот кто меня за язык дёргал, а?
   - Прости, - сказала я, - при первой возможности ты вернёшься к ней.
   - Да мне не то чтобы вернуться хочется, а хоть про то, что я жив-здоров, сообщить.
   - А что, вернуться разве не хочется? - лукаво улыбнулась я.
   - Ну какой же это попаданец, если во всех иных мирах успел увидеть только Днище? Это неудачник какой-то, - поддержал тон Игорёк, - Нет, мне здешний большой мир посмотреть охота.
   Тут я его вполне понимала - сама когда-то пошла на войну, лишь бы не оставаться на Земле без возможности путешествий в другие миры. "А Игорёк-то повзрослел у нас" - мысленно улыбнулась я.
   "Берлога" Однорукого представляла собой двухэтажный особняк, утопленный в глубине двора, обнесённого высокой каменной стеной. Дверь рядом с воротами, впрочем, была открыта. Мы прошли в неё и по дорожке, положенной по траве, подошли к дому.
   - Стучаться не будем, - решила я, открыла входную дверь и вошла внутрь.
   Трое мужчин в кожаных куртках, сидевшие за столом, где они резались в нарды, переглянулись и двое из них молча отсыпали монеты в ладонь довольного этим третьего.
   - А другие ставки были на что? - полюбопытствовала я.
   - Что авторитеты разберут нашу банду по своим или что пришлют кого-то другого, - ответил один из мужчин.
   - А что, внутри банды на место Однорукого никто не претендовал?
   Эти "трое из ларца, одинаковых с лица" заржали.
   - Не, у нас мозгов не хватит банду держать. Да и желания тоже. Хлопотно это - отвечать за всех.
   - Ну да, а так, я смотрю, у вас занятие - "не бей лежачего", - холодно заметила я, - кто тут на хозяйстве? Ко мне его. А вы - оружие наизготовку и к воротам. Дверь держать закрытой, в смотровое окно посетителей оглядывать.
   - У нас работа посменная, я сегодня выходной, - набычился тот, кто получил деньги.
   - Значит, ты можешь продолжать играть.
   - С кем? Разве что этот молодой составит компанию, - кивнул он на Игоря.
   - Нет, у него пока другие обязанности есть.
   - Так сейчас не ночь вроде, - ухмыльнулся один из бандитов.
   - Так, граждане уголовники, - разозлилась я, собирайте-ка всю банду, - речь буду толкать, расклад объяснять. Чтобы несколько раз не повторяться.
   - Так мы чё, к воротам встаём или всех собираем?
   - Выполнять всегда последний приказ! Не переспрашивать!
   Двое ушли, третий уселся за стол и начал демонстративно кидать кубики на доску для нард, периодически исподлобья кидая на меня взгляды.
   Я плюнула на него и пошла осматривать дом. В жилых комнатах Однорукого противновато было находиться. Может, если бы я лично не убила его, я бы и не реагировала так. Да, малодушно, знаю. Но я не из камня сделана, хотя, может, кто-то уже так стал думать. Что мне понравилось - так это большая терраса-балкон на втором этаже, из личных комнат. Рабочий, если так можно выразиться, кабинет главаря банды находился на первом этаже рядом с комнатой, где я видела "силовиков". Остальные комнаты были жилыми - на первом этаже и в полуподвальном помещении. Эти самые нижние комнаты были до невозможности грязными - пол здесь не мыли никогда от слова совсем.
   Первым ко мне в кабинет пришёл мужчина, который представился как Гармошка, вор.
   - Вор - когда тебя деклассировали или сейчас? - спросила я, вглядываясь в лицо человека, которое можно было бы назвать красивым, если б не отчётливые следы порочных пристрастий и неблагополучия.
   - И то, и то, - усмехнулся он, - я ворую всю свою жизнь. Только там, в большом мире, я боялся наказания, а тут за меня пахан отвечает, поэтому я и в банде.
   - Хочешь сказать, тут никто никого не держит?
   - Конечно, нет! - удивился Гармошка моему незнанию основ, - Народ Днища свободен!
   Где-то я уже это слышала. После Гармошки пришла женщина средних лет, представившаяся как Красява, одетая в какую-то мешковину, мужские носки и с заверченными косичками на голове - видимо, тут мода такая. Сразу за ней зашла молодая женщина, блондинка, в одной длинной футболке, растянутой и свисающей с плеча. У неё был совсем потухший взгляд и она не представилась. Я тоже не решалась заговорить с ней, настолько меня захлестнула жалость - она выглядела как хронически недоедающий человек, живущий в аду. Я заметила, что Игорь не сводит с неё глаз.
   - Шушпанчик, она же лицом сильно на тебя похожа, - сказал он тихо, нагнувшись ко мне из-за плеча, - На тебя-настоящую. Только подбородок с ямочкой.
   - Не пялься на неё, - тихо ответила я.
   Потом зашла парочка - парень и девушка. Очевидно, именно их на сходке назвали "два укурка". А ещё, судя по всему, именно они жили в грязном полуподвале. Клички свои они мне всё же смогли назвать - Кент и Муха.
   - Кого ещё нет? - спросила я зашедших следом силовиков.
   - За Винтилем послали, а Ведун неизвестно где ходит и неизвестно когда придёт.
   - Винтиль? Который живёт у Удавки? Он тоже в этой банде? - удивилась я.
   - Да, он тут главный по деньгам, - сказала Красява.
   Я внутренне поморщилась, но тут же возразила себе, что ни одного приятного человека я тут вообще не встретила.
   - Значит, это все люди? - для верности переспросила я.
   - Да, не считая двенадцати рабов, - ответил один из силовиков.
   - Каких рабов? - чуть не поперхнулась я, - Где они?
   - Известно где - на ферме, - ответил силовик, - Хавчик делают. Кур кормят, морковку растят...
   - Ладно, - вздохнула я, - на ферму потом съезжу.
   - Как тебя зовут и почему ты так одета? - не выдержал Игорёк позади меня, обращаясь к блондинке в майке.
   - Так больше подают, - подняла она на него растерянный взгляд.
   - Облиза это, - сказал Гармошка.
   - Я - королева! - вскинулась вдруг девушка.
   - А, ну да, я и забыл, - уступил ей вор.
   Мне хотелось схватиться за голову и бежать отсюда впереди собственного визга. Но было нельзя.
   - Ты тоже побираешься? - спросила я Красяву.
   - Нет, я раньше телом торговала, я теперь тут в доме прибираюсь и готовлю, - ответила она, - мне Однорукий даже зарплату платил. Хотя так, иногда ещё подрабатываю, по старой памяти.
   - Мы побираемся, - сказал один из пары укурков, Кент.
   - И что, вам хорошо подают? - усомнилась я.
   - Да не очень, - улыбнулся парень.
   - На папиросы хватает, - сказала Муха.
   - Они вообще денег не приносят, - наябедничала Красява, - живут тут только из жалости.
   - Слухи собирают, Однорукому доносят, - сказал силовик.
   - Мы можем и уйти, - равнодушно ответила Муха.
   - Да вы уж сколько раз уходили, потом накуритесь, забудете и обратно прётесь!
   Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не показывать никаких эмоций. Потому что сама потом бояться себя буду.
   - Значит, вот что, - встала я из-за стола, - Так, как вы живёте, жить нельзя. Облиза больше не побирается и не продаёт себя. Будет помогать Красяве по дому.
   - Я не умею, - испугалась блондинка.
   - Научим, - с нажимом сказала я, - Дальше. Всем - мыться. И чтобы больше я на вас этой грязи не видела и вони не нюхала! Наша банда должна быть образцом чистоты, культуры и порядка!
   Боже, Шушпанчик, что ты несёшь?!
   - Кто не знает, как этого достичь - слушайте меня и Игоря. В любом случае слушайтесь меня и Игоря. Он мой друг и моя правая рука. И я ни с кем не сплю и не собираюсь!
   - Кент и Муха, - повернулась я к укуркам, - Завтра у вас уборка в комнатах, помывка и шопинг. Купим вам кровати, и постели, а ваши валяющиеся на полу матрасы - сжечь.
   - Гармошка. Кроме воровства ты ещё на что-нибудь годен?
   - Ну я раньше строителем работал, - пожал плечами вор, - могу строительной пеной строить что-нибудь.
   - Хорошо. Поможешь мне обновить комнаты Однорукого и установить во дворе примитивное "оло дуоло".
   - Это что, нам по полосе препятствий бегать? - выпучились силовики.
   - Да! Причём всем в банде и ежедневно!
   - Сурово, - покачал головой один из троицы.
   Вообще эти трое были так похожи друг на друга, и внешне, и одеждой, и повадками, что я их практически не различала.
   - Простите, а на какие средства банда будет существовать? - глумливо спросил голос Винтиля. Оказывается, за спинами моих жалких бандитов была открыта дверь и наш сосед по пансиону некоторое время стоял и слушал, - если ни Облиза, ни Гармошка не будут работать, кто нас всех будет содержать?
   - Жду от вас, господин Винтиль, предложений по бизнесу. Как мы можем здесь заработать, чтобы обеспечить себя?
   - Да что вы, какой тут бизнес? Тут, в уголовной части Днища, не производит и не покупает почти никто и ничего. Да и не на что покупать, денег у населения мало.
   - Если к завтрашнему дню мне от вас не поступит ни одного предложения, я вас уволю, - ответила я, чем стёрла с его лица самодовольную улыбку собственного превосходства, - И кстати, предлагать способ заработать могут все. Теперь дальше. Я никого не держу. Если кому-то не хочет использовать шанс с моей помощью улучшить свою жизнь, Волчара с радостью примет вас к себе.
   Энтузиазма переходить в банду к Волчаре никто не выказал.
   - Я хочу улучшить жизнь. Попробовать-то можно, - деловито сказала Красява.
   Облиза недоверчиво посмотрела на меня и ничего не сказала.
   - Попробуем, - улыбнулся Гармошка, - какая житуха при Шушпанчике будет.
   - Когда обращаетесь ко мне, говорите "госпожа Шушпанчик". В третьем лице, вот, как Гармошка сейчас, слово "госпожа" можно опускать.
   - Как опускать? - испугалась Красява, а силовики были готовы заржать.
   - Тьфу, с этим вашим жаргоном... Просто не говорить это слово! Всё, - закрыла я собрание, - До завтра всем размышлять, переваривать информацию и принимать решения. Потом у вас начнётся новая жизнь. Остаться Винтилю, а Кенту с Мухой подождать за дверью.
   От Винтиля я стребовала отчёт о состоянии финансов, которое, как я и предполагала, было довольно плачевным. Однако же где-то сам он брал средства на проживание в приличном пансионе Удавки? Игорёк смотрел на Винтиля с открытой неприязнью. Но хоть помалкивал, и то хлеб.
   Через некоторое время, подготовив одну горошинку из серьги, позвала укурков.
   - Все пересказывают то, что было вчера в казино, - не дожидаясь вопроса, начал докладывать Кент, - И почти все сходятся в том, что Шушпанчик была в своём праве.
   - Посмотрите сюда, - сказала я, проигнорировав донос и незаметно активировала горошину, - Знаете этих людей?
   - Перед нами возникли голограммы генерала Фодрича и Серга Донофрая.
   - Вот этого никогда не видели, - сказала Муха, показав на генерала.
   Кент согласно кивнул.
   - Вот этого знаем, - продолжила девушка, ткнув в изображение Серга, - Видели, в смысле. Так-то не общаемся.
   - Где видели? - спросила я, почувствовав, как радостно стукнуло сердце.
   - Он из банды Смотрящего.
  
   ГЛАВА 8
  
   Винтиль за завтраком выкладывал плоды порученных ему мучительных размышлений:
   - Можно сувениры делать какие-нибудь, вещи, которые продавать с поставленного лотка или киоска. Излишки продуктов рабов мы и так продаём, прямо на ферму за ними приезжают.
   Не так уж он и мучился размышлениями, впрочем.
   - Пепельницы из хлебного мякиша? - припомнила я традиционные самоделки зеков у себя на Родине, - не вариант. Это мелочь, а нам нужен более крупный бизнес. Чего тут, на Днище людям не хватает больше всего, за что бы они согласились платить? Не думайте сейчас о наших слабых возможностях, представьте, что мы можем достать всё.
   - Больше всего людям не хватает информации, - усмехнулся Винтиль, поедая политый сиропом сырник, - головизоры есть не у всех, да и мало интереса нам слушать о том, что происходит в недоступном большом мире. Вот и толкутся целыми днями, пересказывают друг по дружке местные новости да перевирают так, что они больше на сказки похожи.
   - Какие сказки? - машинально спросила я, загружая свой мозг созданием местного СМИ.
   - О, по сказкам у нас главный в банде Ведун. Его сказки о прекрасном будущем очень любят здешние люди. Особенно одну, про то, что придёт королева-блондинка и всё изменится к лучшему. Облиза вот так в это поверила, что считает королевой себя. Потому что других блондинок тут практически и нет.
   - То есть то, что здесь плохо, понимают все?
   - Конечно, - усмехнулся наш "главный по деньгам", - если б здесь было хорошо, люди в большом мире знали бы об этом. Но по доброй воле сюда не едут.
   - Всё равно не пустят, - сказала я.
   - И это верно.
   - А как вообще устроено головидение? - спросила я с тоской, понимая, что заниматься чем-то таким большим у меня нет никакого желания, не говоря уж о времени.
   - А разве вы не знаете, госпожа? - удивился Винтиль, - Используются торсионные поля.
   - То есть здесь создать головидение невозможно? - с некоторым облегчением для собственной совести резюмировала я.
   - Никак невозможно.
   - Газету надо выпустить, вот что, - сказал вдруг молчавший до этого Игорь.
   - Что выпустить, простите? - переспросил Винтиль.
   Когда Игорь считался рабом, так вообще его не замечал, а теперь - на вы!
   - Газету, - ответил Бабуркин, - дешёвый бумажный листок, который будет выходить регулярно и на котором будут печататься последние новости, реклама и прочая информация. Я на Земле в типографии работал, знаю, как там всё устроено технически.
   Я медленно расплывалась в улыбке.
   - Игорёк, - сказала я, - возьмёшь мой блокнот и запишешь в него всё, что требуется для устройства типографии и вообще газетного издательства.
   - Земной типографии?
   - Ага. Сообщу это Дэниелу. Может, он не откажет своей жене в помощи прожить тут достойно, не позоря славную фамилию Айнэнэнай.
   Заодно у меня и повод пойти на таможню к Смотрящему появится. Да и связаться с семьёй можно будет, что мне уже конкретно так необходимо, иначе я тут задыхаться начинаю от увиденного на этой общей пожизненной зоне. Кстати, а почему - пожизненной? Ведь люди могут приобретать тут хотя бы второй класс и отправляться обратно. Вопрос об этом я задала Винтилю.
   - Привыкают, отношения заводят... Да и возвращаться многим уже некуда - семьи их не признают, окружающие презирают... Но некоторые всё равно туда уезжают. А некоторые потом возвращаются обратно на Днище. Тут, говорят, легче дышится, - усмехнулся Винтиль, - когда каждый твой шаг не контролируется.
   Ну, наверное, дело привычки. Ладно, дела не ждут. Ехать надо на ферму, в "берлогу", а потом к Смотрящему, - содрогнулась я от последней мысли. Опять мою черепную коробку будут рентгеном просвечивать.
   На ферму пришлось ехать на поезде, хоть и сравнительно недолго - часа полтора. Наша ферма располагалась неподалёку от станции, на которой останавливался поезд - ну да, свободной земли тут было много, вдобавок местные авторитеты забирали себе лучшие участки. Ферма мне понравилась. Люди, работавшие на ней - не очень. Энтузиастов сельхозработ тут было мало, по своему рабскому положению одежду они носили исключительно в виде лохмотьев, жили в бараке.
   - Однорукий мёртв, - сказала я им, - все ваши долги перед ним закрыты. Вы больше не рабы.
   Удивительно, но почти никто не обрадовался. Я поняла - денег у людей не было, и перспектив устроиться по-другому, соответственно, тоже.
   - Нас что, выгонят теперь отсюда? - спросила одна из женщин.
   - Нет, что вы? Живите и работайте дальше. Можете построить себе другой дом, красивый. Средства на это я выделю, а вот рабочих рук у меня нет.
   - Можно позвать работников с других ферм, если им заплатить за работу, многие согласятся помочь, - сказал высокий сухощавый мужчина, носивший прозвище Старшой.
   Как мне пояснил Винтиль, это прозвище было скорее должностью - старший над рабами.
   - Сегодня мы купим вам в городе новую одежду и другие нужные вещи, для этого Старшой и ещё кто-нибудь поедут с нами, чтобы всё донести.
   - Я поеду, - сказала одна женщина, выглядевшая как типичная крестьянка в моём понимании - широкая в кости, твёрдо стоявшая на расставленных ногах, с хозяйским взглядом, - А то Старшой не догадается купить всё нужное для женщин и для хозяйства.
   Я благодарно улыбнулась ей и кивнула. Винтиль забрал уже приготовленные для нас продукты и мы вернулись в город. Поезда тут, к счастью, курсировали часто, почти как трамваи в земном городе.
   На прощанье, отпуская бывших рабов обратно, Винтиль напомнил им, что натуральный оброк они обязаны поставлять нам по-прежнему. Я не стала спорить с этим - банду надо было как-то кормить. А вот насчёт продажи продуктов я велела смотреть по обстоятельствам, главное сейчас им было построить дом и наладить быт.
   Весь этот день прошёл в хлопотах, в основном закупочных. Впервые меня утомил шопинг. Нет, вы не поняли. Меня! Утомил шопинг! Игорёк тоже устал - обдумывал и строчил в блокноте весь день. Зато к вечеру банда была помыта, приодета и собиралась спать на новых чистых постелях. Одним из лучших технологических достижений развитых миров мы с Игорьком сочли строительную пену. Тут из неё формировалось всё - и стены домов, и тротуары, и другие прочные конструкции. Пена быстро застывала и легко принимала любую форму, которую ей придавали человеческие руки. Обрезки, или конструктивные излишки пены не выбрасывались - они разжижались специальным составом и снова шли в дело. Перестроить какой-то дом? Легко! Старые стены снова делаются пеной и формируются по-новому. А поскольку она ещё и лёгкая по весу, то на стройке могут работать и женщины, и даже подростки. Ох, что-то там сейчас с моим собственным замком, на Зинтаге? Он, кстати, строится в основном не из пены, а из традиционных материалов. Ладно, Шушпанчик, ты ещё приедешь туда.
   К Смотрящему в этот день я не попала - не успела за всеми хлопотами, ехать туда и обратно довольно долго, целый день выделять для этого нужно. Всё завтра.
   Утром попытала крутящегося возле дома Чекушку о том, как люди на таможне связываются с родственниками или нужными людьми в большом мире. Оказалось, там есть специальные комнаты для переговоров, пользуются ими люди за плату - нужно же и таможне на что-то жить. Но можно и просто зайти в общий зал и вызвать Васю на глазах у всех, это бесплатно.
   - Чем там у тебя карман так раздуло? - спросила я Игорька, когда мы подходили с ним к зданию таможни.
   - Это... шарфик, - смущённо ответил он, - Фре отдать нужно.
   Я не удержалась от смешка. Никто б на моём месте не удержался, вспомнив, как Фря заботливо ему этот шарфик повязала. После минутного колебания решила зайти в кабинет к Смотрящему, поздороваться и обозначиться, так сказать. Чтобы он не подумал, что я его избегаю или игнорирую. Ну, раз у нас с ним формально одинаковый статус на Днище, статус уголовного авторитета. Каждый раз вздрагиваю, когда это название применяется ко мне, даже если делаю это сама и мысленно.
   Пока Игорёк возвращал Фре шарфик и смущённо благодарил её за заботу, я стояла перед Смотрящим, просвечиваемая его взглядом, как первоклассница перед учителем. Хотя я и есть первоклассница, вообще-то - обладательница первого класса социальной значимости. И вдруг меня что-то толкнуло спросить, со всей моей блондинистой непосредственностью:
   - Смотрящий, а у тебя какой класс?
   - Шестой, - просто и незатейливо ответил он.
   Я чуть не поперхнулась и в изумлении уставилась на него.
   - Неужели были сомнения в том, что я много работаю? - спросил он насмешливо.
   - Нет, я изумляюсь другому. Почему аналитические программы оценивают эту вредную для политики содружества работу так высоко?
   Вдруг я почувствовала какое-то облегчение в Смотрящем. Словно всё напряжение, с которым он смотрел на меня раньше, куда-то ушло и он пришёл в прекрасное настроение. Понятия не имею, с чем это связано, что там в его мозгах творится.
   - Аналитические программы вообще не завязаны на политику. Здесь, на Днище, существует общественный запрос на то, чтобы агенты содружества не проникали и не подвергали местных жителей осмеянию и принуждению. Вот я и занимаюсь самым настоящим общественно полезным трудом.
   Я не стала спрашивать его, почему он не возвращается в мир. Примерно понятно. Но цифра его класса впечатляла. Тем временем, он продолжил сам:
   - У деклассированных за совершённое преступление класс не растёт некоторое время, даже если они делают что-то полезное для общества. Это - часть их наказания. Но, спустя определённое время, каждый житель Днища может повысить класс и покинуть его. Моя таможня работает круглые сутки и провожает отбывающих. Не только встречает молодых.
   - Но ты ведь не можешь лично встречать и проверять всех вновь прибывших? - спросила я.
   Оказалось, и может, и проверяет. Пока он отдыхает или, к примеру, на сходняк отбывает, все новенькие размещаются в комнаты-накопители при таможне. Ну, кроме тех, кого ещё андроид не завернул обратно.
   - Ох, ладно, не буду далее отрывать тебя от работы и задерживать людей, - сказала я.
   - А как же "подождут"? - весело спросил он, и я с трудом вспомнила, как сказала это слово при первой проверке у него.
   - Ну у тебя и память! - восхитилась я, чтобы не отвечать на неудобный вопрос.
   - Признаться, я пересматривал запись нашей с тобой первой встречи тут.
   - Хотел ещё разок посмеяться над тем, как я на Фрю от твоей крысы залезла? - прищурилась я.
   - И это тоже, - весело кивнул он.
   - А что, у тебя тут хранятся все записи проверки вновь прибывших? - осенило меня.
   - Всех. Даже тех, кто уже давно прожил свою жизнь и умер тут. А тебя интересует какой-то конкретный человек?
   - Эм... нет.
   Да! Да, ещё как! Но не могла же я сказать ему об этом.
   В это время зашёл служащий таможни и сообщил, что комната переговоров для нас с Игорьком готова, и мой муж - Дэниел - вместе со всем семейством уже известили, что они готовы меня послушать.
   - Спасибо, - сказала я Смотрящему, - я пойду.
   - Должен предупредить, что беседы с большим миром тут тоже записываются и могут быть просмотрены.
   - Не удивлена, - холодно ответила я.
   - После переговоров зайди ко мне попрощаться. Раз уж зашла поздороваться, - сказал Смотрящий мне вслед.
   Хотя прозвучало это в тоне просьбы, но ощущалось как приказ. У-у, контра! Один плюс - на блатном жаргоне не разговаривает со мной.
   Всё семейство Айнэнэнаев было в сборе - я специально подгадала к завтраку. Клиффорд, правда, присутствовал в голографическом виде. Ох, Клиффорд, любимый... Помните сцену из "Семнадцати мгновений весны", где Штирлицу организовали свидание с женой в кафе, и они могли только смотреть друг на друга издали? А я пережила примерно это же. Сердце плакало.
   - Здравствуй, Анна, - холодно сказал Дэниел.
   - Здравствуйте все. Здравствуй, Кен.
   Кеннет смотрел на меня во все глаза. Он, конечно, как и вся семья, знал, кто я на самом деле - большому мальчику доверили эту тайну.
   - Похудела, что ли? - проскрипела Миранда, бабка моего мужа и старейшина рода Айнэнэнай.
   - Да вот, кусочничаю тут. Всё время на обед и на ужин в пансионе опаздываю, - развела я руками.
   - Чем же ты там так занята? - спросил Дэниел.
   - А... Э... вы только не пугайтесь и не смейтесь, пожалуйста. Я тут стала главарём банды и уголовным авторитетом по кличке Шушпанчик. Но это было вынужденно, честное слово! - торопливо добавила я.
   Но моё добавление не спасло меня от их дружного смеха. Даже Клиффорд закатился. Даже вторая жена Дэниела, Эмма хихикала. Даже сестрёнка Клиффорда, Дебра, у которой ещё не кончился трёхмесячный отпуск после окончания космодесантного училища - и та смеялась, предательница.
   - Что ж, рада, что вам весело, - обиженно сказала я, - но у меня как раз по этой причине к вам большая просьба. Мне нужна типография. Что это такое, вам сейчас пояснит Игорь Бабуркин. Заодно он расскажет свою историю и личную просьбу.
   Игорь, который слышал как Смотрящий предупреждал о записи беседы, рассказал свою "официальную" версию попадания в этот мир и на Днище, чем породил огромный вал вопросов у моих родных. Вот только они не могли их задать, и теперь я чувствовала себя отомщённой за их смех.
   После этого Игорь попросил записать на видео содержимое исписанного им блокнота, а вообще, добавил он, можно просто поручить сбор необходимого кому-то на Земле, кто и сам всё это знает. Под конец Игорь высказал просьбу помочь ему переговорить с его мамой, Бабуркиной Галиной Георгиевной, чтобы успокоить её.
   В общем, при помощи Васи, мы решили рискнуть и "соединить" голос Игорька с головидением его матушки. Галина Георгиевна была дома, и в первую секунду я поразилась тому, как она постарела с тех пор, пока мы не виделись.
   - Мама, - позвал Игорь дрогнувшим голосом, - я сейчас по громкой связи говорю. Ты не волнуйся, пожалуйста, я жив-здоров, уехал просто по делам. Я приеду, когда работу сделаю. Вместо паспорта я рабочее удостоверение оформил. Чтобы ты не думала, что я тебе почудился, сходи к соседу Петьке, отдай ему мой мобильник с белым корпусом, он обещал мне его наладить за две тысячи рублей.
   Охи-ахи Бабуркиной мы слушать не стали, Игорь быстро попрощался и закончил разговор.
   Тут дверь позади нас открылась и я увидела, как вытянулось лицо Дебры, а глаза её распахнулись.
   - Простите, ваше время переговоров закончилось, - сказал мне вошедший парень и посмотрел на голограмму Айнэнэнаев, - Здравствуйте.
   - Привет, Серг, - ответила Дебра и расплылась в стеснительной улыбке.
  
   ГЛАВА 9
  
   - Привет... - нерешительно ответил парень, - мы разве знакомы?
   - Я - Дебра Айнэнэнай. Это Вася про тебя рассказала и показала.
   - Кхе-кхе, - выразительно покашляла Миранда.
   - А... да, - опомнился парень и обернулся выжидательно ко мне.
   Ничего не поделаешь, пришлось попрощаться с родственниками, кинуть любящий взгляд на погрустневшего благоверного, сказать Кену, чтобы слушался папу и Эмму, напомнить Дэниелу про заказ оборудования и прервать связь.
   Я не ожидала, что эта парочка познакомится раньше, чем я сама найду Серга, и очень радовалась тому, что не придётся ухитряться завязывать с ним знакомство и подводить к нужной теме - судьба и Дебра сильно облегчили мне этот путь.
   Мы вышли в главный зал таможни и я окликнула:
   - Серг Донофрай? Не ожидала, что увижу тебя в таких обстоятельствах.
   И ведь не соврала!
   - А вы - Шушпанчик. Может, поясните мне, что такое сейчас произошло?
   - А, это всё Вася, - деланно отмахнулась я, словно мне-то лично всё это и не интересно вовсе, я тут по своим делам.
   Как будто даже не представляю, насколько парень заинтригован.
   - А что Вася? Расскажите, пожалуйста.
   - Мне надо попрощаться со Смотрящим, потом, если хочешь, поговорим, - милостиво согласилась я и потопала в кабинет местного авторитета.
   - Как прошла встреча? - поинтересовался у меня Смотрящий.
   - Говорили со мной холодно, потом надо мной посмеялись, но просьбу о поставке обещали выполнить, - отчиталась я, - Игорёк решил замутить на Днище издательский бизнес. Создавать и распространять периодическое печатное издание под названием "газета".
   - Что-то вроде твоих древних снимков? - задумчиво нахмурился Смотрящий.
   - Да, только там будут не изображения, а слова. В общем, увидишь, когда и если всё получится. Я, возможно, сама немного ошибаюсь в своих представлениях, но Игорьку решила поверить, что он в этом деле специалист. Подготовь, пожалуйста, большой склад под крупногабаритное оборудование.
   - А нового раба будешь забирать? - спросил вдруг Смотрящий.
   - Какого ещё раба?
   - Однорукий брал на себя выплату за неимущих новичков, которые становились его должниками - рабами. Сейчас там в накопителе сидит одна женщина, её деклассировали за избиение мужа. Она тут же потребовала вернуть её обратно, мол, муж оплатит перемещение, мы-то вернули, но муж оплачивать и возвращать её в семью отказался, и вот она должна нам уже за два перемещения.
   - О... ну пойдём, посмотрим, что там за дубль-Фря такая.
   Я узнала её мгновенно. В углу комнаты нахохлившимся воробышком сидела маленькая женщина, и на меня с ненавистью смотрели карие глазки из-под шапки взлохмаченных волос.
   - Пульха? Пульха Семуши? Но... как? - я обернулась к Смотрящему, - Как её могли деклассировать, она же - герой войны на Зинтаге, с Таисией всю войну прошла, у неё же орденов и медалей куча?
   - Да что ты знаешь о войне, убийца драхова? - возмущённо пропищала Пульха.
   Я с трудом подавила в себе желание рассмеяться и обнять своего боевого товарища.
   - Да, - сказала я Смотрящему, - я оплачиваю долги этой женщины и забираю её к себе, пока она мне всё не выплатит.
   С моего бездонного счёта улетело несколько космокредитов, и пришедший за Смотрящим накачанный парень подошёл к Пульхе и сделал движение, чтобы взять её за локоть. Но она соскочила со скамейки и с независимым видом протопала мимо меня к выходу из таможни. Я пошла следом, и в некоторой растерянности посмотрела на ожидающего меня Серга.
   - Игорёк, - попросила я, - отвези нового раба к нам. Я задержусь тут ненадолго.
   - Куда её - на ферму? - спросил Бабуркин.
   Ну понятно, этот тоже в облаках витает от переизбытка сегодняшних впечатлений.
   - Какая ферма? В "берлогу" вези, комнату там выдели, обеспечь всем нужным.
   Серг, тем временем, подошёл к нам и обратился к Смотрящему:
   - Я отойду ненадолго, нужно поговорить с Шушпанчиком. Там чудеса какие-то происходят.
   - Какие чудеса? - насторожился Смотрящий.
   - Сам пока не понимаю, отец. Узнаю, потом расскажу.
   Что он такое сказал? Отец?! Мне захотелось вопить от досады. Как мог суженый Дебры оказаться сыном этого... этого главгада? Так, Шушпанчик, возьми себя в руки. Я спокойна, я совершенно спокойна...
   В ближайшей к таможне забегаловке "Дырка в зубе" пришлось купить кружку пива - другого питья тут не подавали, а ничего не покупать, как вы понимаете, было нельзя. На меня выжидающе уставились голубые глаза. Ага, правильно, буравчики. Весь в папашу. Вот прямо хотелось сейчас как все Айнэнэнаи чопорно поджать губы - не пара он нашей Дебре. Но я хорошо знала по собственному опыту - Вселенная ошибаться не умеет. Я вздохнула и полезла в сумочку. Серг напрягся. Чего это он за пазуху руку сунул? Чешется у него там, что ли? Ещё и вшивый, поди.
   - Тут, на Днище, сплошная антисанитария, - понимающе кивнула ему я.
   - Да не сказал бы, что сплошная, - ответил парень, несколько расслабляясь, - от людей зависит. Просто многие привыкли, что убирают роботы, и сами не хотят привыкать следить за окружающим пространством. Но мы ведь не об этом хотели поговорить?
   - Вот изображение Дебры Айнэнэнай, - вытащила я фото сестрёнки, которое специально взяла с собой, надеясь, что найду сегодня этого парня, - Сделано с помощью древней техники.
   - Да, отец мне что-то такое рассказывал, - сказал Серг, с интересом глядя на снимок.
   - Она недавно закончила космодесантное училище, сейчас в отпуске перед назначением на службу. Незадолго до моего ареста бабке Айнэнэнай стукнуло, видишь ли, в голову спросить Васю через брачную фирму, кто для Дебры является идеальным мужем. И Вася назвала и показала тебя. Вот, собственно, и всё, что я знаю.
   - Но это совершенно невозможно, - поражённо покачал головой Серг, - ведь я живу тут и никуда уезжать не собираюсь, а она - там, да ещё и неизвестно, где будет это самое "там", если она будет служить в экспедиционном корпусе.
   - Вот и я говорю - не пара вы вовсе, Вселенная наверняка ошиблась.
   Ну, вы поняли, надеюсь. Моё средне-педагогическое образование всё-таки не прошло даром, психологию я там изучала. С детишками разговаривать умею, если вы до сих пор этого не заметили. Про себя я только посмеялась над тем, как Серг задавил готовую выскочить из него фразу "Вселенная не ошибается".
   - Если хочешь, можешь оставить у себя снимок, мне он не особенно нужен, всё-таки это не изображение моего сына или мужа. А, кстати, ты что, разве имеешь право выехать отсюда?
   - Да, давно уже. У меня третий класс, - ответил Серг, пряча фото в нагрудный карман.
   - Вася говорила, ты был деклассирован семь лет назад?
   - Да, - поморщился парень, - молодой совсем был, глупый, ситуацию не понял и с кулаками на безопасника кинулся.
   - А что за ситуация? - участливо спросила я, машинально глотнув пива.
   Ну и кислятина! Тем, кто будет это пить, дырка в зубе обеспечена, точно. И не в одном.
   - А, неважно, - ответил Серг и тоже глотнул из кружки, а потом скопировал мою гримасу отвращения.
   - Вот и я сглупила, - вздохнула я, - мне психолог в душу залез и подвёл меня к нужной мысли, а я как, овца на верёвочке, покорно сделала всё, что он просил.
   - Ты не производишь впечатление овечки, - усмехнулся Серг, - уж я бы скорее поверил, что это ты всё провернула, используя доверчивого психолога.
   Ну никак эта версия у меня не прокатывает. А такой удачной казалась, когда я её придумывала.
   - Ты... Ты как с будущей тёткой разговариваешь?!
   - Ты сперва стань ею, - уже откровенно рассмеялся парень.
   - Что это у тебя? - спросила я, показав ему на грудь, а потом дёрнула Серга за нос, когда он опустил голову.
   - Уважай старших, паршивец мелкий, - с назиданием улыбнулась я, и встала - ладно, поеду, у меня дел полно.
   - До свидания... тётя Шушпанчик.
   - А у тебя какое прозвище?
   - Кронпринц.
   - Ого!
   - Так прозвали, когда на сходняке решили, что я после отца тут смотрителем на таможне буду, - пожал плечами Серг.
   - Ну что же... увидимся ещё, твоё высочество.
   - Несомненно.
   Неплохой парень вроде, не то что папашка. Тот сам сюда загремел и ребёнка за собой потащил, сволочь. Я же помнила информацию - на глазах Серга арестовали отца, и пацан бросился с кулаками на служащего безопасности при исполнении. Сломал тому челюсть и ребро. Вот только что Серг имел в виду, когда сказал, что не понял ситуацию? Наверное, он подумал, что этот арест - незаконный. Ну да ладно, полдела сделано, одного я тут нашла, на Днище. Ещё бы понять, как этим двоим - Сергу и Дебре - можно быть вместе, но с другой стороны, такие вещи должна придумывать сама парочка. Раз они идеально подходят, то их и так потянет друг к другу со страшной силой. А мне теперь надо заняться поиском генерала. Боюсь, этот камешек труднее будет раскусить.
   Пульха Семуши лишь посмотрела искоса, как я вошла в комнату, и осталась насупленно сидеть на кровати. Я открыто достала из серьги грошину и активировала её.
   - Тебя прислали мне в подмогу? - с улыбкой спросила я, - Или ты что-то должна мне передать?
   - Я должна тебе только за два своих перемещения, убийца!
   Упс. А я ведь была уверена, что это - спектакль. Попробуем всё-таки ещё раз.
   - Пульха, не бойся, я активировала защиту от прослушки и просматривания. И дверь закрыла.
   - И зачем ты это сделала? - подозрительно спросила Пульха.
   Я молчала. Что делать? Открыться ей? Но она такая непосредственная, даже больше, чем я. Выдаст ведь с головой, не желая того. Неужели мне придётся врать и своему боевому товарищу?
   - Чтобы ты рассказала, как попала сюда, - тяжело вздохнула я.
   - Лучше ты мне расскажи, как нашего командира в ловушку заманивала, чтобы её убили!
   - Это всё психолог, - начала я, но вдруг почувствовала невыносимое отвращение к своим словам и к тому, что я говорю это именно Пульхе, - Ладно, я расскажу тебе всё, Пульха.
   - Полковник, - повизгивала счастливо она через некоторое время, - а можно я сама арестую Фодрича, когда мы найдём его?
   - Что, так понравилось генералов арестовывать? - смеялась я.
   - Ага!
   - Ты всё-таки расскажи мне, Что тебя привело на Днище?
   - Насекомые, - ответила Пульха, и, увидев мой удивлённый взгляд, рассказала, - Я выкинула какую-то банку, в которой были мухи с червяками и с какой-то гадостью. Она стояла у нас прямо на обеденном столе. На накрытом! А оказалось, это были экспериментальные мушки, над которыми работал мой муж. Но я же не знала! Я вообще не энтомолог и в работу мужа и первой жены, Синды, не вникала никогда, вот и не подумала, что он принесёт работу домой и догадается нам на стол её поставить... А, ладно, кому я вру? Обо всём я догадалась. Просто наказать его хотела за свинство. Правда, если б знала, что муж подготовил научное открытие, как он говорит, всё-таки не утилизировала бы банку, а просто спрятала. А так... Муж орал на меня как бешеный, и эта его любимица поддакивала. Так обидно было! И когда он обозвал меня тупым солдафоном, я не выдержала и...
   - И?
   - Ну и наподдала ему, - шмыгнула носом Пульха, - стукнула пару раз по груди, куда достала, а Синда безопасников вызвала.
   - Ох, Пульха... - не знала я, смеяться или плакать.
   - Но знаете что? Я нисколечки не жалею! Теперь, когда оказалось, что и вы тут...
   - Пульха, но я здесь только на время миссии. Потом я вернусь на Зинтаг.
   - Ну и я тоже с вами уеду на Зинтаг. У меня срок ограничения индексации маленький. Я, кстати, скучала по Зинтагу. И по вам. И по сержанту.
   Я обняла эту маленькую кругленькую женщину и эгоистично подумала, что тоже рада ей.
  
   ГЛАВА 10
  
   Взгляды построенной в линейку банды выражали что угодно - от желания немедленно сбежать до насмешки - только не рвение улучшить собственную физическую форму и приобрести какие-то боевые навыки.
   - Взвод! - обратилась я к ним, мысленно взмолившись Вселенной о даровании мне прощения за осквернение этого слова - Это - прославленная в боях Пульха Семуши, нарекаемая здесь прозвищем Старшина. Во время физической и боевой подготовки всем слушаться её команд беспрекословно и без раздумий. Предваряя ваши вопросы, скажу: эта учёба нужна мне, чтобы вы обрели приличный вид, воспитание и дисциплину. В результате обучения вы получите силовые навыки, научитесь хорошо стрелять, и вам не будут страшны никакие другие бандиты на Днище. Это ли не одно из самых полезных приобретений здесь? Вы получите это приобретение бесплатно, вас будут в это время кормить, одевать, предоставлять место для отдыха и свободное время для личных дел. Радуйтесь.
   Что-то они не радуются. Гармошка пялится в небо и, кажется, мысленно стартует в другую банду, Красява смотрит боязливо, Винтиль кисло, Кент и Муха тупо и равнодушно, силовая троица с усмешкой, Облиза глядит недоверчиво, а Игорёк смотрит на Облизу. Одна Пульха молодец, стоит прямо, смотрит на подчинённых строго.
   - Командуй, Старшина, - дала я отмашку и пошла к себе в кабинет, чтобы не смущать никого своим высоким присутствием.
   Позади меня взвод начал строиться попарно под писклявые, но грозные команды "отставить смех". Как же хорошо, когда есть на кого свалить работу! Думаю, Пульха справится. Ну а мне нужно подумать о более грандиозных вещах.
   Предлагаю вам вместе со мной поиграть в детектива. Если у вас будут идеи - скидывайте прямо в инфополе, не стесняйтесь. А пока посмотрите, до чего додумаюсь я, чтобы нам не повторяться.
   Итак - где и как искать Фодрича? Самым первым напрашивалось - через Смотрящего. Но как мне объяснить, почему я ищу человека, которого знают все, кто смотрит головидение? Есть ли связь у Анны Айнэнэнай и генерала? В принципе, есть, но очень и очень слабая и отдалённая. Сказать Смотрящему, что хочу скорешиться со своим подельником? И так сильно хочу, что кушать не могу? Уж Смотрящий, который всегда и всех подозревает, сразу поймёт, что эта хотелка никак не вписывается в мою легенду. То, что генерал - военный преступник, никакого значения не имеет на Днище, где все преступники. Искать его, чтобы покарать - это не по понятиям. Наверное. А если нет? Может у меня быть к Фодричу какая-нибудь претензия, "предъява"? Разве что о том, что Тасю всё-таки не убили, несмотря на все старания Анны, хе-хе. А что? Тася вернулась и разоблачила заговор, Анна наказана. Впрочем, Фодричу тоже несладко пришлось в результате, в частности, Тасиной героической деятельности. А может, к Смотрящему Пульху заслать? Так, мол, и так - как герой войны не могу оставить в живых главную гниду противника. Так, да не так. Мало того, что она - раб бесправный, который не мог так быстро расплатиться по своему немаленькому долгу, так ещё и является членом моей банды. А за решения и действия членов банды отвечает кто? Правильно, главарь. Так что перестань, Шушпанчик, все свои задачи на окружающих сваливать. Оставь и себе хоть что-нибудь.
   А если искать не через Смотрящего, то - как? Ждать, пока получим типографию и напечатать листок с бъявлением, где будет красоваться нарисованный мной Фодрич, слово "Разыскивается" и впечатляющая денежная сумма? Ну, как вариант, несмотря на весь комизм аналогии с вестернами. Тут, правда, есть один затык - рисовать я умею так же хорошо, как петь. Сравнение с завываниями голодного упыря, которым моё пеньё однажды одарил наш сержант, можно было расценивать как комплимент. Так что на мой рисунок за вознаграждением выстроится очередь, опоясывающая наш особняк в три кольца - столько людей поверят, что ручки-ножки-огуречик - это вылитый их сосед. Нет, надо поспрашивать моих бандитов, как художник художников, умеют ли они рисовать. Мда, этот вариант хорош только тем, что не надо будет перед Смотрящим отчитываться, что за дело у меня к Фодричу.
   Идти к Сергу Кронпринцу и на правах будущей тёти просить его тайком показать мне запись всех людей, прибывших на Днище после исчезновения генерала - сразу нет. Во-первых, эти записи принадлежат таможне и сходке авторитетов, в случае чего. То есть служат безопасности Днища, а это уровень отнюдь не члена банды, пусть даже её будущего главы. Просить его сделать что-то за спиной отца чревато несколькими неприятностями - он меня справедливо пошлёт куда подальше - раз, доложит отцу - два, неприязнь ко мне невольно распространится на отношение к Дебре - три. Такой расклад нам не нужен.
   И это я ещё не сказала о главной проблеме, которая может существовать с огромной долей вероятности - если Фодрич, как и я, сменил внешность. А вот залегендировал ли он своё тут появление так же хорошо, как я? Ведь мне помогали, а агентуру врага на Тауине мы вычислили. Да, я бы на его месте одной сетью не ограничилась, и своё превращение в другого человека провела параллельно основной агентуре. Во избежание. А если б у меня не было возможности появиться здесь как новенький, я бы захватила постоянного жителя Днища, разузнала бы у него всё, а потом уже под видом этакого Чекушки, которого почти и не проверяют на таможне, появилась бы тут. Возможно такое? Возможно. Только этот вернувшийся должен сразу отдалиться от тех, кто его хорошо знал. Во избежание, опять же. Запомним эту мысль, она кажется мне ценной.
   По коридору раздался топот. Мои бойцы возвращаются на заслуженный обед. Поеду-ка и я с Винтилем, заберу вещи, чтобы окончательно перебраться в "берлогу", комнаты главаря мне уже отремонтировали. Заодно попытаюсь выжать из Удавки если не деньги, так хоть продукты. А то больно жирно ей будет, наши с Игорьком оплаченные порции к своим обедам добавлять. Получит ещё ожирение высокой степени, а мне совестью мучиться.
   Игорёк от поездки на обед к Удавке отказался - устал, говорит, бегать, приседать и отжиматься, тут поем.
   - Не расстраивайся, вот построим скоро "оло дуоло", будешь с тоской вспоминать золотые деньки, когда надо было только бегать, приседать да отжиматься, - утешила я его.
   - Шушпанчик, зачем мне это? - страдальчески сморщился Бабуркин.
   - За надом! Даже не начинай ныть, Игорёк. Я всё уже объяснила и моё решение неизменно. Все в банде без исключения будут тренироваться. Точка.
   Но сделать исключение мне всё-таки пришлось. Едва мы с упарившимся Винтилем вышли за ворота, нам навстречу выдвинулся... бомжеватый Гендальф, другого определения на ум не пришло. Тёмный плащ с капюшоном, к которому напрашивалось слово "хламида", белая седая бородка, ну и возраст соответствующий.
   - Беловолосая королева уже близко, - распевно объявил он, - грядут перемены на Днище! Но сначала будут громы и...
   - Молнии? - с пониманием подсказала я.
   - Сны! - ответил Гендальф невпопад.
   - Иди обедать, Ведун, - сказал Винтиль, - Красява сегодня суп с крольчатиной сварила. Но сначала познакомься, это наш новый главарь, Шушпанчик, она Однорукого застрелила и авторитеты ей нашу банду отдали.
   - Знаю, слышал, - нормальным тоном сказал Ведун.
   - Дождись меня в "берлоге", - сказала я ему, - надо спросить тебя кое о чём.
   - Все хотят слушать Ведуна, - согласился тот.
   Потом я спросила Винтиля, какую пользу извлекал Однорукий из этого человека. Оказалось - почти никакой. Его байки было интересно послушать - такое вот своеобразное развлечение, а также можно было дать ему какое-нибудь поручение о том, чтобы что-то кому-то передать на словах. И Ведун непременно это поручение выполнит. Вот только неизвестно, когда. Потому что больше всего времени он проводил в дороге, а направления выбирал, как говорится, куда ветер подует.
   - Говорят, - сказал Винтиль, - его даже в Принси пускают, чтобы послушать слухи, сказки и предсказания. Тем он и кормится в дороге.
   - А вот насчёт Принси. Меня туда пустят, если я захочу побывать там, как турист, к примеру?
   - Нет, что вы! Город окружён стеной, и за ворота проходят только его жители. Остальные селятся в прилегающей гостинице и так ведут торговлю или проводят встречи.
   Вечером я сибаритствовала - лежала в шезлонге на террасе "берлоги", смотрела головизор и поедала местные чипсы, две больших коробки которых выдала нам Удавка. Уж не знаю, откуда они у неё, но другие продукты в достаточном для меня количестве у неё отсутствовали - говорит, запасов не держит, всегда свежее покупает. Ну, может, и не врала. Винтиль, по крайней мере, ей вроде поверил. Помимо чипсов забрали бутыль с сиропом, пару колец копчёной колбасы и чай. Ладно, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Хотя грех так называть почтенную госпожу Удавку, не так уж долго она и стенала, что её разоряют. Перестала, когда я в свою сумочку полезла. Чего так все напрягаются, когда я это делаю? Я же просто платочек достала и деликатно высморкалась.
   Бандиты мои наслаждались свободным временем и занимались личными делами. Игорёк, как мне сказали, повёл Облизу в магазин к Бене Иголке, хочет ей красивый наряд справить. Ухаживает, видать, за девушкой. Я не против, пусть ухаживает. Хоть у меня никто и не спрашивал, но я вправе присматривать за личной жизнью бандитов и даже пресекать что-то нежелательное. Мне нежелательное. Это одна из прерогатив главаря банды, в отличие от военного командира.
   Вдруг мои ленивые уголовно-авторитетные размышления прервались - в головизоре появился генерал Аппек. Мой непосредственный командир в войне на Зинтаге и один из людей, отправивших меня сюда. Коротко рассказал о начале мирной жизни на Зинтаге, и выразил сожаление, что преступный генерал Фодрич до сих пор не пойман. Отвечая на вопрос журналиста, он сказал, выразительно глядя прямо в камеру:
   - Нет, у нас нет достоверных версий о том, где он может скрываться. Но мы узнали кое-что интересное - перед своим побегом генерал Фодрич оформил расторжение брака со своей женой. Хочу обратиться прямо к нему: Несмотря на все твои уловки, вплоть до развода с женой, мы найдём тебя и накажем по всей строгости за твои преступления.
   Потом журналист стал рассказывать зрителям о непорядочности его бывшей жены, которая скрыла от общественности факт развода и наложила лапу на кое-какое личное имущество бывшего мужа, но я уже почти не слушала. Генералу не было необходимости разговаривать с Фодричем. А просто так Аппек ничего не делает. Значит, он сказал это мне. Но как мне это поможет в поисках? Что из этого может следовать? То, что Фодрич имел право вновь жениться тут, на Днище? Да нет же, глупая Шушпанчик - Принси! Он мог быть опознан местным андроидом как отказник от брачных обязательств, ему даже внешность с фамилией менять не надо было. Прибыл сюда, тут выяснилось что он не женат и не состоит на учёте в брачной фирме как холостой, и прямиком отправился в Принси. Живёт там среди нормальных, по меркам Земли и Зинтага, людей, и в ус не дует. Мне срочно надо попасть в Принси. Не знаю, как, но надо! Тем более, Винтиль давно говорил, что там ведётся учёт жителей.
   Но наутро мне пришлось решать другую неотложную проблему - пропала Облиза. Я тут же прижала к стенке Игорька и потребовала ответа, что вчера произошло. Я угадала верно - она пропала после общения с ним, и это общение окончилось конфликтом.
   - Сначала всё так хорошо было, она даже улыбаться начала, мы и платье ей купили дорогое, и в кафе ходили, а потом вдруг она разобиделась непонятно на что, - оправдывался Бабуркин.
   - А что было непосредственно перед этим "потом"? - спросила я.
   - Я же не обзывал её никак, просто секса захотел, а она сказала, что я такой же, как все, и что я переплатил ей.
   Я укоризненно посмотрела на Игорька и сказала, что он - дурак. Объяснять ничего не стала, не до того было.
   - Красява, где искать Облизу, как думаешь?
   - Да там она наверное, где и всегда побиралась. В переходе под железной дорогой.
   Я выяснила, где это, и поехала. С собой никого не взяла - тут тонкости женской психики, досужего любопытства не терпящие.
   Красява угадала, девушку я увидела именно там. Она сидела на грязном полу прямо в своём новом платье и смотрела на мир с той же усталостью и обидой, как и в день моего появления в банде. Я молча подошла к ней и уселась рядом. Через некоторое время спросила то, что должна была спросить ещё в первый день знакомства:
   - А как твоё настоящее имя?
  
   ГЛАВА 11
  
   После некоторого молчания девушка сказала:
   - Рейна. Это слово означает "королева", мне мама так сказала. Она говорила, что наш род дал королеву для одного из народов Земли, очень давно, так что мы - королевский род.
   "Ах, королева! Вопросы крови - самые сложные вопросы в мире" - вспомнилось Булгаковское.
   - А за что ты сюда попала?
   - Я сюда не попадала. Я родилась тут, на Глеффате.
   - Как? - удивилась я, - Тут же ни у кого нет детей, я думала, что никто и не хочет заводить детей на Днище.
   - Тут, в столице, и не заводят. А вот в Принси и на севере - бывает. Хоть и редко.
   Я поражённо переваривала то, что услышала. Дети - здесь? В высокоцивилизованном роскошном мире с огромными возможностями для каждого человека, на его дне рождаются и растут дети, лишённые всего этого? В нищете и в грязи, в жестокой криминальной среде? Куда все смотрят? Куда смотрит высший Совет Тауина? Куда смотрят авторитеты? Впрочем, что возьмёшь с Однорукого, Дрына или Волчары...
   - А где сейчас твои родители? - сочувственно спросила я девушку.
   - Отца у меня не было. А мама и сейчас живёт на севере. Там не лучше, чем здесь, вдобавок холодно.
   - Но почему твоя мама не переместилась в большой мир, когда родила тебя? Ведь за рождение ребёнка прибавляется один класс.
   - Маме не дали класс, потому что я родилась, пока у неё действовало ограничение на индексацию. Она попала сюда уже беременной. Да она всегда говорила, что не хочет возвращаться. Там был конфликт в семье, она столкнула свою свекровь с лестницы, и та повредила позвоночник, так что маму бы больше никто в семье не принял назад.
   - А тебя? Не могли же они не принять ребёнка. Если была свекровь, значит, был и муж - твой отец?
   - Был... Но мама не хотела отдавать им меня. Тогда бы я выросла, не зная матери.
   - А сколько лет тебе сейчас?
   - Не знаю. Мама не говорит, когда я родилась, она принципиально не считает проведённых тут лет. Но по моим прикидкам, мне примерно восемнадцать лет. Может, чуть меньше.
   О. Мой. Бог.
   - А почему ты сейчас не с мамой, а здесь? - спросила я, преодолевая разливающийся огонь в сердце.
   - Меня Волчара привёз сюда. Он там хозяйничает, на севере. Ну как хозяйничает - иногда появляется со своей бандой и грабит людей, забирает всё, что ему понравится. Вот и я ему сперва приглянулась, а потом ему не понравилось, что я не весёлая, и он меня Однорукому подарил.
   - Ты знаешь, как фамилия твоего отца?
   Рейна отрицательно покачала головой.
   - Знаю только, что он новых сделанных андроидов проверяет. Мама как-то проговорилась.
   Я решительно встала.
   - Вот что, Рейна, хватит тут сидеть. Пойдём-ка. Нас ждут великие дела.
   - Какие дела? - насторожилась девушка.
   - Великие, сказала же! Что ж ты недоверчивая такая...
   Впрочем, я прекрасно понимала - у этой девочки есть все основания не доверять никому.
   Я повезла Рейну на таможню. Прямо так - в вечернем наряде и с испачканным лицом, в пыльных разводах от слёз.
   - Нам нужна комната для переговоров, - заявила я работнику таможни.
   - Сообщите, кого нужно вызвать.
   - Васю.
   - Просто Васю?
   - У тебя плохо со слухом? Да, нам надо поговорить с Васей. А там посмотрим по результатам.
   - Ну хорошо... Пройдите туда, комната свободна. С вас четвертак за двадцать минут.
   Рейна была тут впервые и испуганно оглядывалась, невольно держась ко мне поближе. Я усадила её в соседнее с собой кресло и позвала Васю.
   - Васечка, как зовут девушку рядом со мной?
   - Рядом с вами находится Рейна Вагнер.
   "Вагнер" - одними губами повторила Рейна.
   - Хорошо, - кивнула я, - а каков её возраст?
   - Ей восемнадцать лет, два месяца и четырнадцать дней.
   - Ты знаешь её отца? Как его имя?
   - Знаю. Но эти сведения не разрешены к выяснению людьми без специальных полномочий.
   - Ладно. Тогда так - соедини меня с предприятием, которое проверяет андроидов после их производства.
   - Какой из обитаемых миров вас интересует?
   - Тауин.
   Передо мной возникла голограмма - андроид.
   - Анна Айнэнэнай, чем мы можем быть вам полезны?
   - У вас работает специалист по фамилии Вагнер?
   - Анна Айнэнэнай, у нас работают Демис Вагнер и Кати Вагнер.
   - Соедини меня с Демисом Вагнером. Видимость и слышимость.
   Через некоторое время, потребовавшееся для получения согласия абонента на голографическую связь, перед нами появился мужчина дет пятидесяти, в голубом лабораторном халате.
   - Что понадобилось от меня лично знаменитой преступнице? - насмешливо спросил он.
   - Тебя это забавляет? - зло спросила я, - Отлично, давай позабавимся вместе. Посмотри на эту девушку рядом со мной. Она родилась на Днище. На днище Днища. И росла в нищете, грязи и с не совсем адекватной мамашей, по-моему. Она практически ничему не училась - тут, на Глеффате, очень редко заводят детей. А когда она подросла, её от матери забрал себе главарь одной банды, потом он передарил её другому главарю, а теперь она оказалась у меня в подчинении. Забавная история, правда?
   - Но... я не понимаю, причём тут я?
   - Что, даже нет версий? У тебя на Днище не находится жена?
   - Да, находится. Кстати, надо развестись с ней. Всё как-то некогда было этим заняться. Она жива?
   - Рейна, ответь, твоя мама ещё жива?
   Девушка кивнула.
   - Эта девушка - дочь моей жены? - вытянул лицо Вагнер.
   - Гораздо интереснее другое. Это и твоя дочь. Которая до сих пор не знала своего отца и не имела в жизни ничего, что имеют все тауинские детишки.
   Демис Вагнер шокировано открывал и закрывал рот, пытаясь что-то сказать.
   - Я оставлю вас, - поднялась я, - говорите, сколько понадобится.
   Торопливо идущий ко мне навстречу Смотрящий встретил меня фразой:
   - Очень интересные разговоры проходят у нас в переговорной, оказывается.
   - Зла не хватает, - искренне сказала ему я, - Приветствую, Смотрящий.
   - А я тут уж было собирался посылать за тобой, начало поступать заказанное оборудование для вашего архаичного бизнеса.
   - Отлично. Сформируй контейнер, пожалуйста, и отправь к нам на станцию.
   - Вы готовы оплатить эти работы?
   - Да.
   Содружество тут же обеднело ещё на несколько кредитов. Ни капельки не жалко богатых сволочей.
   - Смотрящий, почему никто не смотрит за жизнью на Днище? Почему тут нет служб, которые бы помогали людям в трудной ситуации? Почему безденежные люди попадают в рабство, а дети растут в нищете и небрежении? Разве можно гордиться свободой, когда юную девочку забирают бандиты и используют, как хотят, словно она и не человек вовсе?
   - Здесь зона для преступников, - хмуро ответил Смотрящий, - и они не хотят ничего менять.
   - Уточни - авторитеты не хотят ничего менять, потому что им и так хорошо. А другие? Обычные люди?
   - За каждым авторитетом стоят члены его банды со своей иерархией. И местные понятия одобряют многие жители, от Волчары до Чекушки. Что до тех служб, которые ты перечислила, тут нужны деньги. Большие деньги. Но на Днище нет налогов и нет больших денег. Деньги есть только у тех преступников, кто живёт тут, возле таможни, в отеле "Дикий заяц" и либо возвращается в большой мир, либо, уже без денег, перемещаются вглубь материка. Психология здешних людей отличается от тех, кто живёт в большом мире. Тут большинство - индивидуалисты, преступившие закон. Они склонны думать только о своих интересах.
   - А ты, Смотрящий? - прищурилась я, - Я заметила ещё на сходняке, ты - авторитет у авторитетов, прости за тавтологию. То есть самый большой авторитет на Днище. И ты тоже одобряешь такое положение?
   - Мой авторитет легко перестанет быть таковым, если остальным не понравятся мои взгляды. Чтобы сохранить непоколебимым этот свой авторитет у авторитетов, прости за тавтологию, я должен им соответствовать.
   - Ты ушёл от ответа. Не в первый раз, кстати.
   - Нет, я не одобряю, - слегка улыбнулся Смотрящий моему "наезду", - просто опередил твой вопрос, почему я ничего не меняю. Видишь этого андроида? Его механические детали уже сыпятся вовсю. Хорошо, искусственный интеллект пока функционирует. Но у нас нет средств, чтобы купить нового.
   - Я покупаю твою поддержку, Смотрящий, по вопросам, где наши с тобой взгляды совпадают. Я дам тебе нового андроида, а этот хлам заберу себе, перепрофилирую под уборщика в "берлоге". Согласен?
   - Если ты будешь так же убедительна на сходняке, как сейчас - согласен! - засмеялся Смотрящий.
   Закупку нового андроида для таможни Смотрящий произвёл сразу, не отходя от кассы, и возле меня теперь погромыхивал деталями старый одноглазый андроид с безжизненным оскалом.
   - Анна Айнэнэнай, должен предупредить, что вне территории таможни я не буду подключён к аналитическим программам инфополя Вселенной и не смогу отвечать на многие вопросы. Я не смогу определять ранее незнакомых людей, с которыми разговариваю.
   - Не переживай, ты будешь только делать уборку в доме. С этим, надеюсь, справишься?
   - Анна Айнэнэнай, в зависимости от площади уборки я имею ресурс для такой работы от двух до четырёх лет.
   - Чудно.
   Рейна вышла из комнаты переговоров с растерянным взглядом, в котором, однако, мною впервые прочитывалась робкая надежда.
   - Он... отец сказал, чтобы я переместилась к нему. Насовсем, Шушпанчик, он хочет меня забрать отсюда насовсем!
   - А ты хочешь этого?
   - Мне надо поговорить с мамой, - вздохнула она, - и вообще подумать. Я... боюсь.
   - Поговоришь с мамой, потом погостишь у отца, и, если что, ты всегда сможешь вернуться. Правильно я говорю, андроид?
   - Анна Айнэнэнай, Рейна Вагнер может вернуться на Глеффат как родившаяся на этом материке!
   И только уже в поезде я вспомнила о том, с чего началась сегодняшняя история.
   - Рейна, я хотела сказать тебе кое-что об Игоре. Он не хотел тебя обидеть, я знаю это совершенно точно. Мы с ним друзья и доверяем друг другу. Просто он, как и большинство мужчин, плохо понимает, что именно в его словах или действиях может обидеть женщину.
   - Госпожа Шушпанчик, да я уже не обижаюсь на него, - улыбнулась девушка, - я понимаю, он же не знал меня.
   Как солнечным лучиком посветила мне эта улыбка. Я не стала просить Рейну дать Игорьку шанс, сами разберутся дальше.
   Единственное, чем была раздосадована Красява при появлении у нас в хозяйстве робота-уборщика, так это тем, что не пресекла свой сегодняшний трудовой порыв - при нашем появлении она с трудом домывала последнюю ступеньку крыльца, заканчивая тщательную уборку всего дома.
   - Тьфу! - в сердцах сказала она, - Сержант нас гоняла с утра, я тут убиралась уже из последних сил, а вы железяку привезли, госпожа! Будто меня два мужика разом "того", а с деньгами обманули.
   - Отставить поминать богатое прошлое, возьми в кладовой премию - пачку чипсов, и порадуйся, что впредь самой прибираться не надо. На тебе останется только готовка.
   - А Облиза мне помогать будет или ей в переходе побираться больше нравится?
   - Нет больше никакой Облизы, - строго сказала я, - её зовут Рейна.
   - Это имя означает королева! - гордо сказала девушка, - А ещё меня мой отец зовёт к себе в большой мир!
   - Вон как! - удивилась Красява и повернулась к андроиду:
   - Чего встал - уши развесил?
   - Хана Блиблинай, я никакие уши нигде не развесил!
   - Ты, железяка ржавая, давай, шуруй двор подметать!
   - Хана Блиблинай, в мои новые функции входит только уборка дома!
   - А двор кто тебе должен подметать, сволочь ты одноглазая?
   - Хана Блиблинай, а двор мне должен подметать кто-то другой! - ответил робот и, тихонько погромыхивая внутренностями, прошёл в дом.
   Красява оторопела от такой наглости и посмотрела на меня.
   - У андроидов тоже есть понятия, - развела я руками.
  
   ГЛАВА 12
  
   Пока я каталась на таможню, Игорёк тоже не сидел на месте, подыскал и выкупил от моего имени домик рядом с нашим особняком, который мы решили использовать под типографию. А поскольку площадь этого домика не позволяла разместить в нём всё оборудование, то моя банда под руководством Гармошки удалила заднюю стену в этом строении. Так что с улицы будущая типография и издательство смотрелись вполне прилично, а с обратной стороны... А там нечего вообще ходить никому и за забор заглядывать!
   Со станции прибывающее оборудование возили вручную, на широких и низких тележках. Силовиков, помогавших Игорю, он подбадривал тем, что эта тяжесть обернётся денежным потоком в банду, и все мы скоро заживём богато и интересно. Не знаю, как насчёт интересности, а деньги протоком лились пока только с моего счёта. Нужно было искать генерала, чтобы оправдать все расходы, меня же сюда посылали не быт гражданам Днища налаживать. Вообще-то.
   Я расположилась у себя в кабинете, с удовольствием слыша за окном команды Пульхи на утренних тренировках банды, и, вооружившись блокнотом для записей, потрошила память андроида. Увы, голограмму Фодрича он не опознал - человек с таким лицом и именем на Глеффат не перемещался. Значит, как и ожидалось, генерал сменил внешность. Тогда я стала записывать всех людей подходящего роста, прибывших на Днище в течение месяца с момента исчезновения генерала. К счастью, рост прибывших робот мог определять если не очень точно, то с большой долей вероятности, и список подозреваемых получился не слишком большой. Попросила андроида все эти имена сохранить для меня в отдельной папке его памяти. Интересно, приобретение этого андроида относилось к моим интуитивно верным решениям, что расхваливал во мне генерал Аппек, или было чистой случайностью, обернувшейся благом? В любом случае, Смотрящий меня тут точно не заподозрит в коварстве, потому что даже я саму себя в тот момент в нём не подозревала.
   Поскольку Аппек по головизору явно намекнул мне на Принси, нужно было разработать план по проникновению туда и проверить тамошних жителей из списка подозреваемых. Из моей банды в этот город могли пройти Ведун, Рейна, как уроженка Глеффата, и... Игорёк, изначально записанный таможней как отказник от исполнения брачных законов Тауина. Моей задачей была разработка тактики действий для них. Ну вот найдут они человека из списка, станет один из моих бандитов перед ним, как лист перед травой - и? "У вас продаётся славянский шкаф?", спрашивать, что ли? "Тебе привет от генерала Аппека!" - и ждать реакции. А тот в полном обалдении замрёт. И будут они смотреть друг на друга, как два идиота. И, самое обидное, так будет в любом случае - генерал то будет, или обычный брачный протестант.
   Ко всему, никому из наших поручить устранение или пленение генерала Фодрича я не могу, кроме самой себя или, на крайней случай, Пульхе. Даже если будет достоверно установлена его новая личность. Но сначала нужно её установить.
   - Питер Дрегиши, никакого "чё" у меня нет! - сказали за дверью.
   Скоро наш андроид все подлинные имена бандитов разгласит. Как сейчас, очевидно, Кента. Ничего, им полезно вспомнить, что когда-то они были нормальными людьми.
   Так, продолжаем мыслить. Что может заставить человека раскрыться? Например, что-то личное. Ну узнаю я, допустим, путём сложных конспиративных переговоров с большим миром и тамошних действий, что свою жену генерал называл "крысонька", а она его "крысючек". И что, он прям так сразу расколется - ой, да, как она там, на Зинтаге, без меня? Нет, конечно. Скрыть свои эмоции и узнавание настоящему генералу труда не составит.
   В общем, фраза, по своему смыслу мгновенно прошибающая броню Фодрича, скорей всего, не существует вовсе. Я вот в такой же ситуации сейчас. Подойди ко мне кто-то неизвестный и скажи: "Привет тебе от Маринки Климовой". Я сначала поиграю в игру "Два идиота пялятся друг на друга", а потом спрошу: "А кто это?" Стоп. Вот оно. Нашла. Язык - на каком языке ко мне обратятся? По идее, если хотеть меня прошибить, надо обращаться по-русски. Я, конечно, всё равно не прошибусь, но! Я пойму, что мне сказали. А из этого уже можно что-нибудь вырисовать. Позвольте представиться: Никакой я не интуит и не любимчик судьбы. Я - гений. Просто гений. Хотя нет, интуит и любимчик судьбы - это тоже про меня.
   Поеду на радостях по такому случаю постреляю, что ли. И банду с собой возьму.
   Уже знакомый продавец в оружейном магазине невозмутимо продал нам несколько неров, автоматов, пистолетов и гранат. Причём, как выяснилось, гранаты он мог продать только лично одному из главных авторитетов Днища, так ему было заказано сходняком. Можно не сомневаться - он держит перед этим высшим органом ответ о продажах. Ну, пока не вижу в этом ничего страшного.
   Хоть оружие и снаряжение к нему мы большей частью попрятали в новые "бонусные" сумки, народ в столице перед нашей бандой разбегался моментально. Мы что, такие грозные с виду? Ну да, вообще-то. Особенно Пульха. И это почти не шутка - у всех нас был такой вид, будто мы - хозяева мира. Физически крепнем на глазах, теперь вот стрелять идём, такая наша жизнь. Строем мы по улице, конечно, не ходили, наша военная подготовка проводилась за глухим забором, и, по моему особому распоряжению, была секретом от общественности. Сейчас в доме оставались только старый Ведун и не менее старый, но заслуженный андроид, которого я уже любила как своего члена банды, на посту у ворот. Андроиду я приказала, если кто-то чужой будет к нам ломиться, чтобы он совал одну руку в ручку двери и не давал ей открыться. Эффективность проверена практикой. Ведуну я же настрого запретила уходить куда-либо в ближайшие дни, сказала, чтобы ждал моего скорого особого поручения. А он и сам не торопился - радовался выставленному мной головизору в общий зал особняка, залип там и смотрел всё подряд. Чипсы, гад, почти все схомячил.
   На поле для стрельб мы разогнали тех нескольких самоучек, которые там тренировались, и остались одни. Силовики сильно зауважали Пульху после демонстрации ею стрельбы и точности метания гранат с невыдернутой чекой. А от меня они словно ничего иного и не ждали почему-то. Может потому, что мой авторитет и так был высок, что выше некуда. Гармошка и Винтиль тоже показали неплохой результат. Похуже с этим было у Игоря и у Красявы с Рейной, и хуже всех у Кента с Мухой. Было принято решение продолжать эти тренировки до достижения некоего приемлемого результата, по мнению Пульхи Сержанта.
   Всё остальное время банда посвящала налаживанию работы типографии. Ну я не буду вам рассказывать технические детали, включая наличие переходников для местных "розеток" переменного тока, ладно? Просто скажу - всё наладили, как надо. За это время я ещё раз съездила на таможню, попросила у Дэниела несколько обучающих инъекторов по языку и обычаям Зинтага - мол, хочу расширить свой кругозор, чтобы перед Пульхой Семуши не комплексовать, и приближённых подтянуть. Не знаю, что подумал обо всём об этом Смотрящий, но смотрел он на меня с интересом. Разжились парой новых рабов-мужчин, решили их оставить отрабатывать свой долг в типографии.
   Мы готовились к выпуску первого номера газеты. Написала сама заметку о чистоте улиц столицы Днища, призвав владельцев прилегающих домов следить за ней под угрозой штрафов, которые будут направляться мной и другими авторитетами на общественно-полезные цели. Предложила людям писать свои заметки и рекламировать услуги и товары в газете. Заслала Игорька с Рейной в отель "Дикий заяц", там они пофотографировали богатых уголовников в красивых нарядах и взяли пару интервью. Потом они сходили в местный театр, до которого я пока не добралась, и собрали там много материала, на несколько номеров газеты. Гармошка, оказывается, сочинял песни, и его стихи мы тоже поставили в номер. Игорь объяснил нашим, что такое сканворд, и по вечерам бандюганская публика с энтузиазмом их составляла. Мат и уголовный жаргон я не убирала, правила только грамматические ошибки.
   Привлекли простимулированного Чекушку для распространения слуха о том, что скоро выйдет первый номер интересной Газеты, которую решили никак не называть, ввиду её единственности и неповторимости. И нашей монополии на этот вид бизнеса - не без этого.
   И вот этот знаменательный день наступил - мы напечатали большой тираж и рано утром развезли его по точкам - в рестораны, гостиницы, и поставили лоток в том месте, где обычно побирались наши укурки, только теперь они, чисто одетые и причёсанные, сидели за лотком и не побирались, а продавали газету по сравнительно невысокой цене. Ну и слухи собирали, как привыкли.
   Весь тираж раскупили мгновенно. Уже с обеда в издательстве начали собираться люди в поисках работы или с различными объявлениями. На работу была принята пара журналистов - женщина приятной наружности и мужчина. Оба грамотные и воспитанные. В банду мы их не брали, оставили наёмными работниками со сдельной оплатой за принятые нами статьи. В типографию тоже набрали работяг, и в распространители газеты шустриков с велосипедами.
   Наконец, работа издательства была кое-как поставлена. Косяки, если какие и будут, нам простительны - бизнес новый, тут невиданный, да и публика невзыскательна. У Гармошки вообще начал образовываться фан-клуб из романтичных женщин, тронутых его поэзией. Хоть и уголовницы, а, вишь, высоких чувств не чужды. Учитывая, что женщин тут вообще существенно меньше, чем мужчин, я велела Гармошке не расставаться с оружием - ревнивцы начинали посматривать на него косо. Мне даже пришлось в интервью Газете конкретно так намекнуть, что мои члены банды находятся под моей защитой, и если кому что-то в них не нравится - с претензиями обращаться прямо ко мне. Или сразу вешаться, чтобы время зря не тратить.
   Наконец, Пульха сказала, что Игорь и Рейна научились стрелять неплохо. Инъекции с нано-частицами, обучающими зинтагскому языку и обычаям, мы уже получили и вкололи им. Пора было отправлять их и Ведуна в Принси. Мы с Пульхой тоже выезжали, чтобы поселиться в прилегающей к Принси гостинице для невъездных. Ведуну поручалось быть связным между нашими засланцами и нами с Пульхой. Эта парочка - Игорёк и Рейна - должна была найти всех тамошних людей из моего списка и, создав соответствующую ситуацию, попросить сказать своё мнение о гладкости подошвы утюга, добавив по-зинтагски, что утюг очень горячий, а потом, по-возможности, прикоснуться этим утюгом к открытому участку кожи человека. Тех, кого неудобно будет отутюжить, мы решили угостить напитком, который прорекламировать как очень вкусный, а когда его поднесут ко рту, по-зинтагски добавить, что туда только что плюнули или высморкались. И - смотреть на реакцию! Потому что Фодрич может быстро взять себя в руки и потрогать утюг и выпить напиток. Но он наверняка не сможет сделать этого моментально, какая-то задержка реакции обязательно должна быть. Ну я так решила.
   Мы оставили "берлогу" на Красяву с андроидом, Гармошкой и силовиками, главным по Газете назначили Винтиля. Операция "Ф" началась.
  
   ГЛАВА 13
  
   За каким-то фигом Винтиль опубликовал заметку в Газете о том, что я и член моей банды Пульха Сержант выехали в гостиницу "Отвязный ёж" для контактов с нужными жителями Принси. И фотографию мою дал. Наверное, он так воспринял мои поучения об интересе людей к светской хронике. Так что пока мы четыре дня ехали в поезде и решали конспиративные вопросы, в некоторых из них нужды уже не было, их за нас решил Винтиль. А я-то недоумевала, чего нас в "Еже" встретили радостными улыбками и сообщили, что два номера рядом уже приготовлены. Потом, в номере, почитала Газету и поняла. Наверное, кстати, почтовые поезда тут ходят экспрессом.
   Придётся теперь и впрямь с кем-то из официальных лиц Принси законтачить. Интересно, если позвать сюда местного мэра, он придёт или гордо откажет уголовнице? Не будет ли для меня, как говорят кое-где у нас на Земле, потери лица? Хотя ладно, если что - лицо всё равно не моё, не жалко. Отправила исполненное деловой вежливости письмо градоначальнику Принси с приглашением о совместном участии в специальной Газете для этого города. Наверняка он уже видел её вышедние номера и сообразил, насколько это прогрессивно в отсутствии других СМИ на Глеффате.
   Ну а Рейна с Игорьком и Ведун, не упомянутые, к счастью, в Газете, последовали прямиком в Принси. Принси - очень закрытый информационно город, его жители считают себя людьми более высокого сорта, нежели уголовников, и контактов с ними по возможности избегают. О внутренних порядках своего города они тоже предпочитают помалкивать, и нам приходилось собирать информацию об этом буквально по крохам. Одно нам было ясно - всеми вновь прибывшими занимаются какие-то городские структуры, им предлагают место для размещения и помогают в трудоустройстве. К Ведуну это не относилось - он был тут чем-то вроде разрешённого гастролирующего артиста, толкал свои речи и рассказывал сказки на площадях или в недорогих забегаловках. Как я вскоре узнала из донесения нашего сказочника, Игорь и Рейна от ворот были сопровождены в некий контрольный пункт, где у них забрали анкеты и спросили, каким бы трудом они хотели заниматься. Рейна сообщила, что желает быть официанткой или барменом, а Игорь - что чинить людям технику на дому или в мастерской. И если Рейну приняли на работу сразу - вакансии официантов в Принси имелись - то Игорьку предложили лишь такую работу в предприятии, где у него не будет контакта с клиентами. Впрочем, устройство на работу не было в городе обязательным - плати подушевой налог и можешь жить на собственные средства, если они у тебя есть. Поэтому Игорёк вскоре заделался индивидуальным предпринимателем. Закупил тележку с разными железяками - ножеточкой, небольшим фрезерным станочком и прочим инструментом и пошёл в народ.
   Где искать людей, о которых мы знаем только имена, им приходилось выяснять путём болтовни со всеми, кто готов поболтать на тему: "А я давеча слышал на рынке, есть такой Вова Косорезов, так он так косорезит, всем косорезам на зависть. Не знаешь такого?" Ведун сообщил мне, посмеиваясь, что Игорёк по этому поводу злится, оттого, что, как он сам считает, выглядит идиотом. А ещё, сказал Ведун, Игорёк очень ругался в мой адрес, что план у меня с этим утюгом ужасно дурацкий. Потому что от первого же найденного подозреваемого он получил в глаз кулаком, когда без спроса прикоснулся к тому утюгом с фразой на непонятном языке. И ладно б это позволило вычеркнуть одного подозреваемого - так ведь нет! Кто его знает, за что тот кулаком Бабуркина приласкал - за то, что утюг якобы был горячим и человек напугался именно этого, или за то, что Игорь нарушил чужое личное пространство.
   Я на это велела Ведуну передать Игорьку, что до тех пор, пока тот не придумает ничего поумнее, пусть и дальше выполняет мой дурацкий план. Хотя в глубине души я, если честно, была с Игорьком и согласна, но всё же считала, что дурацкое действие в данном случае лучше, чем вообще отсутствие действий.
   Между тем ко мне в гостиницу пожаловал помощник мэра Принси, долговязый Одаил Прилеши. Мы встретились с ним в ресторане гостиницы и притягивали к себе все взгляды других посетителей - он был большой местной шишкой, а я, помимо того, что тоже была шишкой, так ещё и красивой женщиной в дорогой одежде.
   Прилеши передал мне заинтересованность градоначальника в выпуске у них Газеты, но её содержание они желали формировать полностью самостоятельно. То есть, простыми словами - дайте нам оборудование, научите работать, и идите нафиг. Открывалось поле для торга.
   Мне предлагались следующие плюшки: Лично я смогу жить в Принси, если пожелаю, или свободно в него входить. Разумеется, иметь там равные с жителями обязанности законопослушания, без этих своих уголовных замашек, на этом посланник настаивал непреклонно. В противном случае - принудительное направление на тяжёлые работы. Ещё из плюшек - нам заплатят за посредничество в закупке оборудования и за учёбу.
   На это предложение я ответила, что их деньги меня не интересуют, Газета наша скоро уже и так окупит затраты, дальше будем только прибыль получать. Моими условиями были следующие: в Принси открывается филиал нашей Газеты, в любой номер которого я смогу дать тот материал, который сочту нужным. Не нарушая местного законодательства, конечно. Этакая "колонка главредактора". Это право я смогу передать любому другому лицу по своему усмотрению, на тех же условиях. Помимо этого я должна получить право ознакомиться с учётными записями граждан города, с указанием имён, места жительства и работы. Причём это последнее условие - уже сейчас, в качестве жеста доброй воли. Я честно сказала, что ищу одного человека, своего подельника, чтобы сказать ему "пару ласковых" за втягивание меня в заговор с использованием психолога-гипнотизёра, к которому я имела несчастье обратиться в трудную минуту за простой психологической помощью и ни о каких преступлениях не помышляла.
   А также я рассказала о том, что я подозреваю, что он прибыл в их благословенный город под чужой личиной, чтобы скрыться от возмездия всех оболваненных им людей по моему громкому делу. Одаил Прилеши попросил меня назвать подлинное имя того человека, которого я ищу, и я, молча глотнув красненького винца и подумав "Эх, однова живём!" ответила:
   - Генерал Фодрич, военный преступник, развязавший войну и пытавшийся организовать на Зинтаге взрыв ядерной бомбы.
   - Что?! - изумился Прилеши, - Генерал Фодрич - у нас? Это нонсенс!
   - По некоторым данным, - вздохнула я, - которые мне с огромным трудом удалось добыть, Фодрич скрылся на Глеффате. А перед этим он развёлся с женой, как недавно говорили по головизору. Я уже выяснила, что человек с таким именем и внешностью таможню Днища не проходил.
   Прилеши совсем не ожидал такого поворота в нашей беседе.
   - Увы, господин Одаил, - продолжала я, - вы с вашим градоначальником, так стремящиеся избежать наводнения вашего благословенного города преступниками, сейчас пригрели самого большого и опасного из них. И тут мы с вами можем быть взаимно полезны - я встряхну за шкирку человека, которого считаю виновным в моей личной жизненной драме, а вы очистите свой город от этого палача.
   - Но если даже это всё так, как мы сможем его найти? - спросил опупевший помощник мэра.
   - У меня есть список, господин Прилеши. Четырнадцать человек, по сообщению таможенного андроида Глеффата, прибыли в этот период из-за нарушения брачного закона, и по своему росту примерно соответствуют росту Фодрича. Мне нужно выяснить, где все эти четырнадцать сейчас и побеседовать с ними.
   - Только побеседовать? А когда вы найдёте этого Фодрича - тогда что?
   Я наклонила голову набок и молча посмотрела на Прилеши. Тот сглотнул, а потом быстро засобирался и заблеял:
   - Я... мнэ-а надо доложить обо всём господину мэру. Но должен предупредить, что в нашем городе любое насилие неприемлемо!
   - Да? А насчёт тяжёлых работ, упомянутых вами в начале нашего разговора, мне, наверное, послышалось? - улыбнулась я, вставая из-за столика.
   - До свидания, госпожа Айнэнэнай!
   - До свидания, и не забудьте, пожалуйста - моя встреча с людьми из моего списка - это то условие сделки по Газете, которое не обсуждается и только после вашего согласия на это мы продолжим разговор об остальных деталях.
   У парочки засланцев дела шли так медленно, что можно было заниматься ими до морковкина заговения. За несколько последовавших дней Рейна выяснила нахождение только ещё одного человека из списка, и потирающий место прошлого фингала Игорёк с опаской пошёл по новому адресу. Но с подозреваемым ему встретиться не удалось - того оттеснила женщина-хозяйка и нагрузила Игорька работой по самую шею. До вечера он наточил там кучу ножей, наделал ключей и прочих мелочей. Зная Бабуркина, могу предположить с высокой степенью вероятности - утешался Игорёк тем, что придумывал к моему имени, фамилии и прозвищу всякие обидные и непроизносимые вслух эпитеты. Надо бы ему второй фингал за это навесить, для симметрии. Но я не буду, лучше кто-то из клиентов пусть его отоварит. Ведуна, ежедневно докладывавшего мне течение дел, всё это несказанно забавляло.
   А тут ещё Пульха добавила, сказала, что, по её мнению, Игорьку и Рейне не очень-то до выполнения задания, они больше личной жизнью заняты. Поэтому вы можете понять, как сильно я ждала ответа от мэра и надеялась на его положительность. Ответа, конечно, не мэра. До мэра мне вообще дела не было, каким бы он там ни был - положительным или последней сволочью.
   Наконец, когда я уже внутренне издёргалась и мысленно перебрала всех, кто в чём передо мной виноват, и кто что за это от меня получит, пришёл посыльный от мэра - меня приглашали на беседу к градоначальнику завтра к обеду.
   Йес! Это ведь хороший признак, правильно? Хоть меня и помариновали, а всё же позвали. Снизошли, блин. Ну так я им покажу, кто ещё до кого тут снизошёл - какой-то дрищ с Днища или семиклассовый член высшего Совета обитаемого мира. Дайте только срок.
   Велев Пульхе быть на связи с Ведуном от моего имени, я поехала в сердце города Принси. Да, приходилось признать, что этот город был на порядок красивее уголовной столицы Днища. Тут явно имелся какой-то план городской застройки, и эстетичность этого плана была одним из основных его свойств. На площади с фонтаном располагалось красивое здание в несколько этажей - мэрия. Меня проводили не в кабинет мэра, а в персональный ресторанчик местной верхушки, располагавшийся в этом здании. Сам мэр - плотный мужчина с благостным выражением лица и диссонирующим с ним острым взглядом любезно сделал мне комплимент и пригласил к накрытому столу, за которым сидел его помощник Одаил Прилеши и ещё какой-то хмурый тип. Мне его почему-то не представили, и я решила считать его либо охранником, либо руководителем местной службы безопасности. Что для меня сейчас почти одно и то же.
   Когда с обедом, любезностями и разговором о погоде, о природе и прелестях Принси было покончено, началось.
   - Госпожа Айнэнэнай, список, о котором мне докладывал мой помощник, у вас с собой? - поинтересовался мэр.
   - Да, господин Чистик, он у меня в сумочке, рядом с моим пистолетом. А сумочка, как вы понимаете, у меня на коленях, уже раскрыта, - похлопала я глазками.
   После маленькой заминки мэр расхохотался.
   - Госпожа Анна, примите моё сочувствие, вам пришлось выживать в условиях уголовной среды. Поверьте, здесь вам ничего не грозит. Наоборот, мы решили, что поможем вам найти Фодрича, окажем всяческое содействие, так сказать. Вот прямо сейчас готовы собрать в нижний этаж мэрии всех ваших подозреваемых. Там есть комната для допроса с возможностью наблюдения через стекло. Только хотелось бы узнать, как вы будете вычислять среди них настоящего Фодрича?
   - Очень любезно с вашей стороны, - обрадовалась я, - Давайте провернём это прямо сейчас. Для того, чтобы опознать генерала, мне понадобится помощь. У вас в городе в забегаловке "Упорный комар" работает официанткой моя знакомая по имени Рейна Вагнер, уроженка Глеффата. Пригласите её тоже сюда, она знает, что делать. Да, и приготовьте для приглашённых напитки, пожалуйста.
  
   ГЛАВА 14
  
   Хмурый непредставленный мне господин отправился выполнять поручение мэра. Пока подозреваемых собирали в приёмной, мы обсудили сотрудничество по Газете. По правде говоря, мои мысли были далеко - я была исполнена азарта, ведь сейчас моя миссия могла, наконец, завершиться, и - здравствуйте, большой мир, моя собственная внешность и имя, мой седьмой класс, мой новый родной дом и, главное, мой любимый муж. Что мне газета на Днище? Хотя нет, оставить всё тут так, как сейчас я уже не могу. История Рейны не должна тут повториться. Да и бандитов я своих уже приручила, и не могу их бросить внезапно. Не дело, если сходняк пришлёт им в руководство нового Однорукого или просто растащит их по своим бандам. Но в целом, я уже одной ногой мысленно стояла в светлом будущем. Осталось всего ничего - спеленать голубчика и переместить его на другой материк. Если он, конечно, вообще находится в Принси.
   - Поймите нас, госпожа Айнэнэнай, - говорил, тем временем, мэр, - мы не зря возвели стену вокруг нашего города. Это явилось следствием нежелания того, чтобы к нам проникали так называемые понятия уголовного мира Глеффата. Если мы согласимся на ваше условие о выделении вам в газете колонки редактора, то у нас будет постоянное ощущение сидения на пороховой бочке.
   - Не преувеличивайте, господин Чистик. Я уже согласилась, что текст в этой колонке не должен нарушать законы Принси. Соблюдение текстов газеты законам в любом случае будет проверять ваш цензор. Но да, эта колонка может быть тем окном, из которого жители Принси смогут порой увидеть жизнь остальной части Днища. Что в этом такого страшного, мне непонятно. У вас же смотрят тауинское головидение о жизни по несколько иным законам, чем у вас тут, и ничего взрывного не происходит. А СМИ на то и существуют, чтобы давать людям полный и честный обзор о происходящем в мире. Во всех мирах. В том числе и в уголовном мире, раз уж вас угораздило по тауинским законам быть к нему причисленным.
   В итоге, хоть и с неохотой, мэр согласился на моё условие о праве на "редакторскую колонку" в их газете, но в остальном Газета Принси была полностью автономной. И возможность передачи моего права редактора другому лицу ограничивалась в плане посещения Принси - закоренелого уголовника сюда всё-таки не пропустят. За посредничество в поставке оборудования они мне не платят, а вот за обучение работе на нём - да. Мои бандиты должны получать вознаграждения, чтобы быть довольными жизнью. Включая бандюгана Игорька Бабуркина. Который сейчас, пока мы тут решаем глобальные вопросы, точит ножи очередной хозяйке и кроет меня на чём свет стоит. Но это полезно - и ему поработать, и мне примета хорошая - когда ругают, всё у меня должно получиться, и скоро мы вычислим Фодрича.
   Наконец, все люди из моего списка были собраны. Все, кого нашли - двоих дома не оказалось, один покинул Принси и, по словам соседей, поехал на таможню для переговоров с родными, второй вроде где-то на ферме. Мы втроём заняли комнату за стеклом. Подозреваемых стали по одному приглашать в комнату для допросов, куда через некоторое время входила проинструктированная Рейна и в качестве извинения мэра за задержку предлагала напиток. Когда напиток подносили ко рту, Рейна с милым выражением лица добавляла несколько слов по-зинтагски.
   - Что она говорит? - полюбопытствовал у меня градоначальник.
   Лучше б не спрашивал.
   - Что господин мэр только что лично харкнул в этот бокал.
   Ну говорила же - лучше б не спрашивал! Гримасы мне теперь корчат все трое. Но мне без разницы, я целиком была захвачена действом за стеклом.
   Он был четвёртым по очереди. Человек с невзрачным лицом, одетый в неприметную одежду. Само воплощение неприметности. Услышав фразу, он медленно оставил бокал, не выпуская его из рук, и спросил Рейну:
   - Вам никогда не говорили, что вы очень похожи на Таисию Айнэнэнай?
   - Говорили, господин, - обрадованно ответила эта дурочка, забыв, что имеет дело с преступником, - только я младше и у меня подбородок другой формы, с ямочкой.
   - А может, ты - её сестра? Или это сама Таисия меня почтила своим присутствием? - спросил мужчина по-зинтагски.
   Дальше медлить было нельзя. Я выхватила из сумочки пистолет и ринулась ко входу в комнату. Лучше бы через стекло стреляла, и плевать на осколки. Зайти туда мне не дали - безопасник бульдожьей хваткой вцепился мне в руку с оружием и стал её выкручивать. В это время Фодрич - а это точно был он - поднял бокал на тонкой ножке и стукнул его краем по столу, отбив пресловутую "розочку" с острыми краями, подскочил к Рейне и приставил к её горлу. Он потащил испуганную девушку к выходу, и ему никто не препятствовал - этот тупорылый мэр совсем тут расслабился в своей безопасной цитадели, и даже не выставил конвой. Когда меня, наконец, отпустили, было поздно - Фодрич вышел из здания мэрии, оттолкнул от себя Рейну, свистнул рикшу и был таков. Догнать его не удалось, впоследствии выяснилось только, что он выехал из города через одни из ворот.
   - Какого драха?! - заорала я на мэра.
   - Госпожа Айнэнэнай, поймите, мы не могли допустить, чтобы вы убивали приглашённого нами в мэрию гражданина без суда и следствия! А если бы вы ошиблись? Для нас в тот момент не было очевидным, что это и есть Фодрич.
   - Зато теперь мы его в Принси не пустим, - обрадовал помощник мэра, и я едва удержалась, чтобы не оскорбить его словом или действием.
   - Ладно, - сказала я, понимая, что толку в моей злости вплоть до бешенства не было никакого, - как имя и фамилия того человека? И мне нужен художник, который нарисует его лицо.
   В общем, худо-бедно, нарисовали мне "фоторобот". За это время доложили скудную информацию, которую удалось узнать о бежавшем. Нис Тэмтэмбай, нигде не работал в последнее время. Хотя до своего последнего перемещения в большой мир и обратно он завёл тут отношения с одной женщиной и собирались жить вместе. Однако вернувшись, мужчина без всяких объяснений от этих планов отказался, бросил работу и переехал в другой район города, так что всё прежнее окружение его больше не видело.
   - Полагаю, настоящий Нис Тэмтэмбай подкуплен, или, скорей всего, убит, чтобы не выдать Фодрича, - сказала я мэру после услышанного.
   Тот шокированно переглядывался с помощником. Страна непуганых маргиналов.
   Вскоре я отбыла из Принси, захватив всех своих, помимо Ведуна. Его оставила на воле, пусть пойдёт, куда хочет, раз ему это требуется. Игорёк зачем-то решил забрать с собой свою тележку со станочками и железяками. Сроднился с ней, наверное. Нашёл себя в этом занятии. А говорил, дурацкий у меня план.
   Всю дорогу до столицы я молчала. Мысли были одна мрачнее другой. Мои радужные планы об окончании миссии и возвращении к себе накрылись медным тазом, и мне требовалось это пережить. А ещё смириться с тем, что придётся начинать новый поиск почти с нуля. Игорёк ещё подбешивал, кудахча над Рейной, которая могла пострадать, и кидая на меня злые взгляды. Говнюк. Как будто мне судьба Рейны была безразлична. Игоря, Рейну и Пульху я отправила в "берлогу", сама сразу пересела на поезд, идущий к таможне.
   Прибыла я туда ранним утром.
   - Здравствуй, тётя Шушпанчик, - приветственно улыбнулся мне Серг Кронпринц.
   - Привет. Отец у себя?
   - Нет, что ты, ещё рано, он только просыпается. Я вроде как за него.
   - Мне нужно узнать, покидал ли Глеффат этой ночью вот этот человек - я сунула Сергу рисунок, - по имени Нис Тэмтэмбай.
   - А разве ты не знаешь - никто не покидает Глеффат ночью, пока Смотрящий спит. Выпускать людей с Днища у нас принято тоже под контролем. Да и прибывающие по ночам так же ждут в накопителе.
   - Окей. Можно я загляну в ваш накопитель?
   - Сначала скажи, что такое "окей" и что это за человек.
   - Серг, по-моему, ты пока не Смотрящий, чтобы я тебе всё рассказывала. А "окей" - значит "хорошо", это я нахваталась из языков членов моей банды. Так я загляну, или ты мне это запрещаешь, пока всё не выпытаешь?
   - Попробовать-то стоило, - ухмыльнулся этот засранец, - Запрещать заглядывать я тебе не могу.
   Я проверила накопитель, но Фодрича тут не оказалось. К сожалению.
   - Если я тебя попрошу, чтобы этого человека не пропускали на территорию действия Васи и не давали ему покинуть Днище, вы сделаете? Кстати, он может попытаться прорваться с боем, - задумчиво добавила я.
   - Даже так? - удивился Серг, - Думаю, ты должна рассказать нам подробности. Вон и отец идёт, кстати.
   - Доброе утро, Смотрящий.
   - Доброе утро, ранняя пташка Шушпанчик, - насмешливо ответил тот.
   - Вот этот человек по имени Нис Тэмтэмбай напал в Принси на моего члена банды, Рейну Вагнер. Я приходила с ней в прошлый раз в переговорную, ты наверняка помнишь. Он решил, что она - никто иной, как сама Таисия Айнэнэнай или её младшая сестра, а значит, его враг. Я уверена, что этот человек на самом деле - беглый военный преступник, генерал армии Зинтага Фодрич. Он прятался тут под чужим именем и личиной.
   - И произошло всё это прямо у тебя на глазах, - скорее догадался, чем спросил Смотрящий.
   - Не только у меня, но и у мэра Принси с его помощниками. Так что мои обвинения подкреплены незыблемыми доказательствами.
   Серг присвистнул.
   - Мелочь, ты ещё тут? - повернулась к нему я.
   - И чего ты хочешь от нас? - спросил Смотрящий, кивнув сыну, чтобы тот отошёл, - Чтобы мы его задержали, если он тут появится?
   - Да, это в идеале. Но главное - чтобы он не покинул Глеффат. Я буду его искать, чтобы отомстить за Рейну и за его прошлые дела, по причине которых я вообще тут оказалась.
   - Девушка в порядке? - спросил Смотрящий.
   - Да, только сильно напугана.
   - Андроид, - спросил начальник таможни, - скажи, по какой причине здесь находится Нис Тэмтэмбай?
   - Энджей Донофрай, Нис Тэмтэмбай находится здесь за отказ от выполнения брачного закона!
   - Строго говоря, - сказал мне Смотрящий, - если этот человек обратится к Васе и встанет на учёт в брачную фирму, он сможет тут же покинуть Днище.
   - Что от меня требуется, чтобы он этого не смог проделать?
   - Ты расскажешь мне всё. Тогда я его задержу - вплоть до того, что парализую из нера, и сдам тебе на руки.
   - Что - всё? - попыталась я потянуть резину, - Ты хочешь узнать о произошедшем в Принси?
   - Всё - значит всё, - отрицательно качнул головой Смотрящий, твёрдо глядя на меня, - Начиная с того, зачем ты здесь на самом деле, госпожа Айнэнэнай. Таисия Айнэнэнай.
Оценка: 6.76*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Куликов "Пчелиный Рой. Уплаченный долг"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) В.Пылаев "Видящий"(ЛитРПГ) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Л.Миленина "Ректор на выданье"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) С.Росс "Апгрейд сознания"(ЛитРПГ) Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) П.Роман "Ветер перемен"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"