Эроман Алекс: другие произведения.

Пегохвост. Сага 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


Оценка: 9.47*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    БДСМ. Фури. Принуждение. Романтика

  Это сага о возникновении двух легенд. Одна легенда появилась у людей. Легенда из тех, которыми пугают взрослых. О страшной воительнице, могучей магине кентавров, которая в одиночку уничтожает города. Вторая легенда появилась у кентавров, её рассказывают детям на ночь, чтоб им снились хорошие сны. Легенда о Великой Любви, возникшей между Чёрным Лисом и прекрасной кентаврицей.
  
  Глава 1. В которой кентавры выходят на тропу мести
  
  Эльф Элголарес. Наёмник.
  
  Элголарес бесшумно раздвигал траву, приближаясь к ночному стойбищу кентавров. Только магия леса позволяла оставаться невидимым, почти не расходуя на это магический резерв. Потому эльфы были самыми высокооплачиваемыми убийцами. Умеющие ходить бесшумно, красться, не повреждая траву, невидимые, они были неотразимы. Правда, Элголарес был слишком молод, поэтому его оплата была небольшой. Зато и цель лёгкая. Убить вождя табора кентавров.
  И вот он оказался в двухстах шагах, миновав часовых. Кентавры вытоптали на своём стойбище круг около пятидесяти шагов диаметром, поставили навесы. Зимой они ставят шатры, а летом ограничиваются защитой от дождя. Света звёзд было достаточно для острого зрения эльфа, чтоб разглядеть цель. Пожилой кентавр как раз сейчас крыл кентаврицу. Грудь кентаврицы, тоже в возрасте, часто вздымалась, но она старалась не шуметь, чтоб не мешать сну табора. Кентавр, обхватив её лошадиную спину передними копытами, а руками обхватив её человеческие плечи, двигал задом. Его длинный член, совершая фрикции, долбил матку кентаврицы.
  Эльф вздохнул. После приказов Владыки для любого светлого эльфа главным была красота. Красивое оружие, красивая одежда, красивая утварь. Красивая смерть.
  Убить сейчас кентавра было бы некрасиво. Неправильная будет смерть. И эльф затаился. Ждал долго, больше часа. Силён был старик! Три раза за этот час покрыл кентаврицу. Элголарес надеялся, что от этой ночи у кентаврицы родится сын. Это будет красиво, если от последней ночи у старика родится сын.
  Под конец вождь с кентаврицей протёрли друг друга от пота влажными тряпками. В этом кентаврам не повезло, они не могли достать руками до большей части своего тела, поэтому и жили всегда таборами. Чтоб всегда был рядом тот, кто почешет спину, перевяжет царапину. Напоследок обнялись в долгом поцелуе, расстались. Кентаврица ушла, а старый кентавр, подогнув по-оленьему ноги, улёгся лошадиным брюхом на траву. Пора!
  Эльфийский лук натянулся без скрипа. Тетива хлопнула о мягкое кольцо тоже бесшумно. Беззвучно ушла в полёт белооперённая стрела. И вонзилась в глаз кентавра. Тот умер мгновенно. У эльфа не было вражды к этому кентавру, а заказчик убийства не оговаривал особенность смерти. Так что он подарил старому кентавру лёгкую смерть. Теперь надо уходить.
  - Убили !!! - Женский крик разнёсся над табором, создав хаос. - Такобона убили!!!
  Не успел. Ну что же, пусть попробуют поймать невидимку.
  Однако, кентавры оказались готовы к визиту невидимок. Разворачивая узкие и длинные полоски сетей они, ухватившись за сети попарно, начали прочёсывать степь этим бреднем. Когда сеть понеслась на него, эльф попробовал упасть, пропуская сеть над собой, но в таком падении примял траву. Это заметили.
  - Он здесь!!!
  Полетели уже не бредневые, а метательные сети. Лук здесь бесполезен, и он выхватил меч. Разрубил первую прилетевшую сеть, невидимость спала. Со всех сторон полетели стрелы с тупыми наконечниками. Несколько он отбил, но невозможно отбить все стрелы, когда они летят со всех сторон. Вот одна ткнула в плечо. От удара он чуть промедлил, и следующая угодила в бицепс руки, державшей меч. Меч выпал, и следующие стрелы достигли цели. Несколько попали по рёбрам, сломав их. Одна угодила в лоб, после чего он потерял сознание.
  Очнулся голый, связанный. Он был распят верёвками на кольях, растянутый крестом, лёжа на земле. Начинался рассвет. Красивый рассвет. Хорошо умереть в такой день.
  Вокруг стояли кентавры. Молоденький кентавр, лет пяти, спросил,
  - А почему у него член торчит?
  - Потому что почти у всех бесхвостых нет кожаного чехла для члена. Поэтому у них всегда торчит.
  - А почему такой маленький?
  - Это тоже беда бесхвостых. Не всем повезло родиться кентавром. У них члены маленькие.
  Приблизился пожилой кентавр. Копьё убитого вождя теперь было у него. Значит, кентавры уже выбрали нового вождя.
  - Вижу, ты очнулся. Ответь на вопросы, и умрёшь легко.
  Эльф попытался воззвать к магии леса и понял, что магии нет. Удивился. Потом посмотрел на свою грудь. На коже были вырезаны кровоточащие руны. Значит, у кентавров есть свой рунолог. Его отрезали от магии леса. А ведь он специально уточнял у заказчика, есть ли у кентавров маги. Тот уверял, что у этого табора нет.
  - Зачем мне отвечать, если вы всё равно меня убьёте.
  - Если ответишь, мы тебя убьём. Без пыток. Если не ответишь, будем пытать. Ты отрезан от магии, и не сможешь блокировать боль. Сначала мы будем втыкать тебе в яйца иголки. Потом раздавим их тисками, медленно. Затем отрежем. Потом будем ломать тебе пальцы. По одной косточке за один раз. Потом отрежем пальцы. Не сразу, по одному, и не сразу весь, будем отрезать тонкими ломтиками. Потом тонкими ломтиками отрежем руки. По локоть. Когда руки кончатся, возьмёмся за ноги, и повторим пытку с ними, пока не отрежем их по колено. У нас есть кровь гидры, так что можем прижечь твои раны так, что никакая магия не поможет восстановиться.
  Под конец мы проколем тебе барабанные перепонки в ушах, разрежем голосовые связки в горле и отрежем язык, выколем глаза. Вы, эльфы, живучи, а религия запрещает самоубийство. Ослепшего, оглохшего и немого, с обрубками вместо рук и ног, мы отвезём тебя в лес и бросим в стаде кабанов. И смажем тебе зад кровью течной свиньи. Кабаны будут насиловать тебя каждый день несколько раз. А их семя в твоих кишках заменит тебе воду и пищу. От голода и жажды ты не помрёшь. Будешь жить очень долго, пока на тебя не наткнётся случайный эльф, и не прервёт из жалости твою жизнь.
  - Умеете вы убеждать. Задавайте вопросы. Если это не навредит моему народу и не нарушит моих клятв, я отвечу. Беру богов в свидетели. Я, светлый эльф Элголарес, клянусь жизнью и посмертием, говорить только правду в этот день.
  Сияющий кокон на мгновение окутал эльфа - боги приняли клятву и согласились следить за её исполнением.
  - Почему ты убил сегодня ночью кентавра?
  - Мне заплатили за его убийство.
  - Кто заплатил?
  - Граф здешних земель. Человек. Он недавно унаследовал эти земли.
  - Эти степи всегда были под копытом кентавров. У людей нет никаких прав объявлять их своими.
  - Меня это не интересовало. По законам людей граф хозяин здешних мест. Он заплатил мне за убийство. Ещё он солгал, что у вас нет мага. Так что я считаю себя свободным от клятвы соблюдать тайну заказчика.
  - Зачем ему смерть нашего вождя?
  - Не знаю. Но догадываюсь. Граф хочет стать хозяином здешних степей не только на бумаге, но и на самом деле. Для этого надо изгнать из степей кентавров. А перед этим ослабить их. Убийства вождей - часть плана по ослаблению кентавров.
  - Убивал ли ты раньше кентавров?
  - Нет. Это был мой первый кентавр.
  Спрашивавший кентавр обвёл табор взглядом,
  - Ещё у кого есть вопросы к эльфу?
  Вперёд выдвинулась пожилая кентаврица, та самая, которую крыл ночью покойный,
  - Где сейчас граф?
  - Не знаю. Но я слышал, как его слуги обсуждали его скорый визит к барону. Имени барона не знаю, но его земли пограничны степям.
  Новый вождь вновь спросил,
  - Есть ли ещё вопросы к эльфу?
  В ответ была тишина.
  - Что-ж. Ты заслужил лёгкую смерть. Есть ли у тебя последнее желание?
  - Да. На мне был амулет. Это семейная реликвия. Отправьте её в Великий Лес.
  - Хорошо. Обещаю.
  - Тогда, в благодарность, скажу. Вы забыли спросить про охрану графа. Кроме обычных воинов, у него два мага. Один обычный огневик. А вот другой очень редкого таланта. Шаман-ясновидец. Если пойдёте убивать графа большой группой, шаман обязательно узнает это заранее. Обмануть его можно, если убийца пойдёт один. И ещё. У графа есть три амулета, дающие невидимость и скрадывающие звуки. Только они расходуют много магии. Магам графа требуется больше дюжины дней, чтоб зарядить только один. А расходуется весь заряд всего за полчаса. Так что часто эти амулеты граф применять не станет, но в экстренной ситуации воспользуется.
  - Я понял тебя. Благодарю за совет. Прощай, светлый эльф по имени Элголарес.
  Удар копья вождя, с очень широким плоским наконечником, отсёк голову эльфа.
  
  Глава 2. В которой Кейлана попадает в плен.
  
  Кентаврица Кейлана. Лучница.
  
  Кейлана осторожно смотрела сквозь кусты на тропу. Человеческий граф должен был возвращаться из замка барона по этому пути, а ей было достаточно всего одного выстрела. Смерть деда будет отомщена. Похоже, в замке барона что-то произошло. Слишком много людей на стенах. Кричат что-то.
  Свист летящей стрелы она услышала, но дёрнуться не успела. Удар обрушился на затылок. Когда пришла в себя, то поняла, что в плену. Рядом разговаривали люди. Не открывая глаз, попыталась понять обстановку. Похоже, что к ней подкрался лучник с тем самым амулетом невидимости и неслышимости. Выстрелил в затылок тупой стрелой. Что же произошло в замке, раз граф пошёл на такие расходы, послав проверить местность под этим амулетом.
  - Вокруг места её пленения всё обыскали, цепь не нашли. Похоже, эта копытная только сообщница вора.
  - Не напрягайтесь, барон. Я думаю, она вообще к вору непричастна.
  - От чего же, Ваше Сиятельство?
  - Я уже начал осуществлять наш план, и, похоже, второе убийство было неудачным. Она не воровка. Она убийца. Мстительница.
  - Но как же пропавшая цепь?
  - Нашей мстительнице не повезло. Искали вора, поймали убийцу. Можно сказать, вор спас мне жизнь. Теперь я знаю, что кентавры хотят меня убить. Как видно, поймали нашего убийцу и сумели допросить.
  -Вот как. Тварь! - И чёй-то сапог со всей силы пнул её в бок. Она вздрогнула.
  - О! - обрадовался граф. - Наша кобылица очнулась. - Она открыла глаза, попыталась встать, и опять упала. Её тело было опутано сбруей, и левое заднее копыто притянуто к животу ремнём. Передние копыта спутаны, руки связаны.
  Граф взял лошадиный кнут и хлестнул её. Ещё одно оскорбление. Не плеть, не бич, а лошадиный кнут. Она снова поднялась, опираясь на три ноги. Задняя нога подтянута к животу. Как видно, люди знают, как спутать кентавра. В таком положении, с привязанным копытом, она даже лягнуть не сможет. Осмотрелась. Она стояла в конюшне.
  Пятеро крупных людей потянули за верёвку, перекинутую через потолочную балку, и её руки вытянулись вверх, она почти повисла на связанных руках. Застонала от рези в запястьях, верёвка больно сжала кости.
  - И так, что же ты хотела? - Граф снова хлестнул её кнутом. Она вскрикнула от боли. - Убить меня или украсть цепь?
  Она промолчала. Тут один из жеребцов, стоявших в стойле, заржал и начал бить в дверцу копытами.
  - Ха! Мой аделуз хочет новую кобылицу. Это будет интересно. Выпустите его.
  Конюхи открыли стойло. Жеребец, звонко цокая подкованными копытами, подскакал к ней и сразу начал взгромождаться на её круп.
  - Нет! - сказала она ритуальную фразу, означающую, что она против грядущего насилия, и всё, что с ней произойдёт дальше, не запачкает её душу. Люди засмеялись.
  Удар конского члена был страшен. Она закричала, когда непомерно толстый, в несколько раз толще, чем у кентавров, член, пропихнулся в неё, и, разрывая внутренности, двинулся толчками внутрь её тела. От боли она почти теряла сознание, глаза закатились. А конь начал совершать фрикции, раз за разом раздирая её внутри. Потом обильно кончил, семя выливалось из неё ручейком вместе с кровью. Жеребец слез. Довольно всхрапнул, тряхнул головой. А боль внутри неё усиливалась, в такт ударам сердца.
  - Интересно, а кто родится у кентаврицы от коня? - весело спросил граф.
  - Я слышал, что без помощи мага жизни межвидовые смески невозможны, - заметил барон.
  - Но у вас в замке ведь есть маг жизни. Кентавры быстрее обычного коня. Значит, от такого родиться очень быстрый конь. И знаете, если всё получится, пожалуй, я не стану выгонять всех кентавров со своей степи. Зовите своего мага.
  Вокруг все заржали.
  - К сожалению, Ваше Сиятельство, мой маг сейчас выдохся. Он сканировал замок на предмет чужака.
  - А, да. Я забыл. Ну, потом скрестим.
  - А допросить?
  - Вы всерьёз думаете, что это животное сможет сказать что-то умное? Да посмотрите, её тут насилуют, а она тащится. Глаза закатила.
  В конюшню вбежал воин в броне,
  - Ваше Сиятельство! Маг обнаружил следы чужой ауры на стене. Это не человек.
  - А вот и вор! Перелез через стену. Пойдём, посмотрим, где он влез. Ничего с нашей прекрасной производительницей не случится.
  Люди ушли. Она некоторое время боролась с нараставшей болью. Потом задняя нога будто подломилась, она осела на круп. Боль в сухожилиях рук, на которых она практически повисла всей своей тяжестью, была настоящим благословением, поскольку частично отвлекала от боли внутри неё.
  - Ты себе руки так не оторвёшь? - спросила вдруг темнота звонким, молодым голосом, с характерным, лисьем, лающим, акцентом.
  Она повертела головой, никого не увидела. Дух?
  - Ты кто?
  Голос, слегка подвывая, почти запел, это походило на часть ритуала.
  - Я коварство, проникающее в любую сокровищницу. Я пятно тьмы, от которого бесполезно скрываться. Я Ужас, летящий на крыльях ночи. Я Чёрный Плащ!
  Тьма в дальнем верхнем углу конюшни шевельнулась, и на пол спрыгнуло пятно тьмы. На свету пятно оказалось невысокой слегка сгорбленной фигуркой, укутанной в чёрный плащ. Плащ был явно волшебным, именно он и казался пятном тьмы.
  - Вампир, что-ли? - улыбнулась она сквозь боль. - Маленький ты какой-то. - Возможно удастся это существо разозлить, и оно убьёт её.
  Фигурка хмыкнула. Из под плаща показались ладони, покрытые чёрной шерстью, с длинными узкими пальцами, заканчивающимися короткими когтями. Ладони скинули с головы капюшон, освобождая ухмыляющуюся лисью морду. Чёрный Плащ оказался лисом из рода Чёрных.
  - Убей меня, Чёрный Плащ, - прямо попросила она. Чокнутый фанатик Равновесия не убьёт её без прямой и недвусмысленной просьбы от неё же. Религия запрещает. Так что пытаться разозлить бесполезно. Можно только уговорить.
  - Ты уже сдалась? Я бы на твоём месте думал о мести, а не о смерти.
  - Ничего не желаю я больше, чем смерти графа. Но у меня нет сил. Любое движение отзывается болью. Я не смогу мстить. Лис, я знаю, что ты не возьмёшься убить графа. Но ваша религия не запрещает убивать тех, кто сам просит об этом. Прошу, помоги мне уйти.
  - Это у тебя из-за изнасилования нет сил?
  - Я ещё ни разу не рожала. У меня маленькая матка. А это был адалуз. У них члены огромные. Даже уже рожавшие кобылицы, случается, умирают под адалузом. Он убил меня. Порвал внутренности. Но умирать я теперь буду несколько дней. Не хочу доставить людям радости моими мучениями.
  - Тогда я могу помочь тебе получше, чем просто убить. У меня есть боевой коктейль из крови дракона и зельё Холодного Водопада.
  Её глаза расширились. Много слышала об этих зельях. И если боевой коктейль, изготавливаемый из крови дракона, был известен с древних времён, то Холодный Водопад появился недавно. На основе заживляющего зелья из слюны дракона и обезболивающего из снежного лотоса, с добавлением десятка неизвестных трав, это гениальное изобретение какого-то алхимика из рода Рыжих Лисов на рынке стоило в четверть своего веса золотом. Она могла только мечтать о таком.
  Лис приблизился к ней, вынул из под плаща флягу, поднёс к её рту,
  - Отпей половину. Больше не стоит.
  Она выпила чуть горьковато-солоноватую жидкость. И почувствовала, как от желудка тёплой волной бодрость заливает тело. Боль в руках и разорванной матке не ушла, но теперь стала не важной. На боль стало возможным не обращать внимание. Она поднялась на три ноги,
  - Развяжи меня.
  - Не торопись. Коктейль в полную силу станет действовать через десять минут. Если сюда кто войдёт раньше, и увидит тебя свободной, тебя убьют. А ты не сможешь ничего противопоставить.
  - Если бы тут был мой лук, я бы нашла, что противопоставить.
  - Но лука нет. Подожди. Если через десять минут никто не придёт, я освобожу тебя. Сейчас я полечу твою рану.
  Лис зашёл ей за круп, натянул на руку перчатку, скрыв когти. Достал баночку, открыл, набрал из неё на перчатку немного мази.
  Поняв, что он собирается сделать, она произнесла ритуальную фразу,
  - Да, - сказала она.
  Лис недоуменно пару мгновений смотрел на неё. И занялся лечением. Помазал ей пульсирующие болью половые губы. Мазь и правда была волшебной, от прикосновений распространялась прохлада, а боль исчезала. Потом его рука скользнула вглубь неё. Она всхрапнула, невольно дёрнув привязанным копытом. В первые мгновенья, когда рука лиса касалась ран, было больно, но затем почти сразу боль отступала. Холодный Водопад - очень правильное название для этого зелья. Прохлада вымывала боль. Лис вынул руку, снова набрал мази, опять просунул, на этот раз дальше. Водя рукой внутри и смазывая стены повреждённой матки. Потом ещё раз, и в последний, четвёртый раз. На этот раз он просунул в неё всю руку, до самого плеча. И как только боль отступала, она чувствовала его руку, гладившую её изнутри, и от того пробивала дрожь.
  - Кажется, всё. Я, вроде, упёрся в дальнюю стенку. У тебя больше нигде не болит?
  - Вытаскивай, - прохрипела она. Он удивлённо взглянул на неё и осторожно вынул руку. Снял перчатку. Она тяжко дышала.
  - Что с тобой?
  - Всё в порядке, - постаралась ответить она нормальным голосом. Ну не объяснять же сейчас особенности обычаев кентавров. Лис может неправильно её понять. - Ты смазал всё, что надо.
  Тут ухо лиса дёрнулось,
  - Кто-то идёт. Притворись упавшей духом. - И лис, накинув капюшон, проворно подбежал к дальнему углу, подпрыгнул к потолку, буквально взбежав по стене. И затерялся среди теней.
  Вошли двое. Ненавистный граф и человек в одежде мага, в мантии зелёно-голубых цветов, что означало специализацию жизни.
  - Вот она, моя красавица. - Граф похлопал её по крупу, от омерзения её передёрнуло. - Что скажешь?
  - Что-то сказать я могу, только когда восстановлю резерв. А сейчас лишь могу сказать, что вижу кровь на её вульве. Вы сказали, что её покрыл адалузец? Ну тогда, возможно, что он её убил.
  - Так она что, издохнуть может? - встревожился граф.
  Маг подошёл к ней, засунул в неё свою руку по локоть.
  - Нет, - сказала она.
  Маг поводил ладонью по стенам маточного прохода, вынул, рассмотрел свою руку.
  - Хотя внутренних кровотечений нет. Я раньше с кентаврами не сталкивался, наверное, у них матка крупней, чем у нормальных коней. Выдержала она адалузца. А кровь может быть из за порванной девственной плевы. Девочка, - участливо спросил он, - ты была девственницей?
  Она гордо промолчала.
  - Моя кобылка и не такое может выдержать, - довольно сказал граф. - Так можете заставить её забеременеть? Она сейчас накачана семенем адалузца.
  - Мой резерв пуст, - напомнил маг.
  - А если у вас будет это? - И граф бросил магу небольшой камень.
  - О! Накопитель! Полный! Подождите пять минут, я восстановлю резерв.
  Маг отступил, сжав камень в руке. Через пять минут отдал накопитель графу,
  - Там половина ещё осталась. Очень ценный камень. Большой резерв и без паразитных утечек. Так что вы хотите? Кентавра или коня?
  - Я хочу, чтоб она родила жеребёнка коня, быстрого, как кентавр.
  - Значит, конское тело от кентавра, а вместо торса кентавра лошадиная голова?
  - Да!
  - Ну что же. Тут вам лучше бы помог химеролог, но и я кое-что могу. - Маг подошёл к её крупу, положил на неё ладони своих рук. Граф встал рядом. Она задрожала от понимания того, что с ней хотят сделать.
  - Тише, тише, девочка, - пробормотал маг. - Больно не будет.
  Тут шевельнулась тень там, где прятался лис. Из пятна тьмы показалась лисья рука, державшая метательный нож, тоже покрытый чёрной краской. Метнула. И нож перерезал ремешок, удерживавший её копыто!
  В следующий миг её копыто звонко впечаталось в пол. Нога мага под копытом даже не хрустнула, а хлюпнула, лопнув, словно перезрелый плод. Маг только раскрыл рот, набирая воздух для крика боли, как она уже лягнула обоими задними копытами. Этот боевой коктейль настоящее чудо. Удар вышел именно таким, как она хотела. Точным и сильным. Левое копыто в грудь мага, правое в грудь графа. Оба человека отлетели к стене и стекли по ней, упав, словно тряпичные куклы. Пятно тьмы вновь превратилось в лиса. Лис первым делом подобрал свой нож, спрятал в рукаве. Потом рассмотрел тела людей.
  - Мертвы. Сломанные рёбра проткнули сердца.
  - Как я и хотела. - Она радостно улыбнулась. Дед отомщён. И за себя тоже отомстила. И угроза геноцида кентавров отступила. У графа нет наследников. Лис быстро перерезал удерживавшие её ремешки и верёвки, оставив только сбрую. Помазал ей запястья, на которых верёвки оставили кровавые следы. Она стала было распутывать с себя сбрую, но лис сказал,
  - Подожди. Эти ремни пока оставь.
  - Зачем?
  - Как ты удирать собираешься?
  - Выскочу из конюшни и удеру. Не догонят.
  - Конюшня во дворе замка барона. Выход из замка закрыт подъёмным мостом. Тебя даже не будут убивать. Накинут сети, или тупой стрелой оглушат.
  Она задумалась.
  - И как тут поможет эта сбруя?
  - Опустить мост могу я. Тогда ты выскочишь и удерёшь. Но в этом случае поймают меня. До леса далеко, и их кони бегают быстрей меня.
  - И что ты предлагаешь?
  - Я знаю, что кентавры на себе никого не носят. Предложение кентавру поносить кого-то на себе уже достаточный повод для смертельного поединка. Но... Если ты позволишь вскочить на тебя, когда ты будешь пробегать воротами, ты спасёшь мне жизнь. А сбруя поможет мне удержаться у тебя на спине. Не сочти это попыткой оскорбления...
  - Да ладно уж тебе. После того, как я сказала "Да", и ты засунул в меня руку. Какие ещё между нами могут быть оскорбления. Согласна я.
  - Вот и хорошо. А я тебе ещё и спину прикрою. Мой плащ стрелой не пробить.
  Лис быстро обыскал тела людей. Вытащил с пояса мага кошель. Открыл, и разочарованно бросил на труп,
  - Золото. Я думал, камушки будут.
  - Ты что, золотом брезгуешь?
  - Я камушков уже набрал столько, что ещё чуть-чуть, и потеряю подвижность. Стану не таким ловким. А это смерти подобно.
  Обыскал тело графа, и забрал себе камень-накопитель.
  - Теперь я готов. Когда услышишь грохот падающего моста, выскакивай и мчись, что есть духу.
  И лис подпрыгнул к крыше, приподнял доску, и выскользнул наружу. Она осталась ждать. Подумав, подцепила на сбрую кошель мага. А с тела графа забрала кинжал, отрезала от лошадиного кнута, висевшего на стене, кусок, сделала себе перевязь, повесив ножны кинжала на торс, спереди, чтоб удобно было выхватывать руками. Вспомнила про изнасиловавшего её адалуза. Подошла к стойлу жеребца и нехорошо уставилась на него, теребя рукой рукоять кинжала. Жеребец почувствовал в её взгляде смерть, и прижался крупом к дальней стене стойла, смотря на неё испуганно.
  - Ладно, живи, - решила она, и подошла к воротам. Не нужно наказывать неразумное животное за деяния его хозяина. А хозяин уже наказан. Потом подумала, что у неё нет её лука, а предстоит долгое путешествие. И принялась обыскивать конюшню. Её усилия были вознаграждены небольшим топориком и сумкой с хлебом, сыром и бутылкой с сильно разведённым водой вином. Наверное, конюхи для себя приготовили, но были вынуждены участвовать в общей суматохе, когда неизвестный украл у графа какую-то цепь. Что этот неизвестный был Чёрным Лисом, она не сомневалась.
  
  Глава 3. В которой Пегохвост узнаёт, что он, оказывается, уже женатый.
  
  Дорик. Страж на воротах.
  
  Дорик смотрел, как привязывают к столбу для порки начальника десятки стражи. Когда маг нашёл место на стене, где в замок проник вор, и определил время проникновения, судьбу этого десятка было предсказать легко. Барон не отличался кроткостью нрава. Им повезёт, если не станут калеками. Десятник точно станет. Если бы не клятва верности, собственная дружина барона давно бы взбунтовалась.
  Шум за спиной заставил обернуться. И тут увидел страшное - подъёмный мост падал! Не просто опускался, а действительно падал! Грохот, с который он упал на опоры, был слышен по всему замку, прервав подготовку к порке. Именно он, Дорик, должен был охранять подъёмный механизм. И теперь, если не случится чуда, его судьба будет куда хуже провинившегося десятника.
  То, что кентаврица, чью тушку притащили сегодня утром, успела преодолеть, набирая скорость, весь двор, можно объяснить только всеобщей растерянностью. В воротах она притормозила, и от куда-то сверху на неё упала капля тьмы, растёкшись по кентаврице чёрной кляксой. И та тут же ринулась дальше. Едва копыта кентаврицы простучали по брусьям, на мосту позади неё раздался взрыв, и вся переправа через ров окуталась ярко-жёлтым пламенем. Несколько лучников на стене пустили стрелы вслед удиравшей кентаврице, Дорик даже видел, как одна из стрел ткнулась в пятно тьмы, прикрывавшеё тело кентаврицы, и бессильно отскочила.
  Барон вбежал в проём ворот и встал перед пылающим мостом. Зная крутой нрав барона, все в страхе смотрели на него. Поэтому все присутствующие и увидели, как барона окутало сияние, а потом сползло на землю. Отмена магической клятвы!
  Тут точно такое сияние стало окутывать стражу и слуг, и сползать с них на землю. Такое же сияние окутало и Дорика. Сам барон, похоже, из за обуревавших его чувств, просто не заметил отмены клятвы. А стража и слуги начали переглядываться. И все вместе посмотрели на ворота конюшни, куда ушёл граф развлекаться с пленной кентаврой.
  Только одна клятва могла быть такой массовой. Клятва верности барону, вассалу графа. Только в одном случае она могла стать недействительной. Если тот, кому они клялись служить, терял права на баронство или свой вассалитет. Граф либо мёртв, либо только что лишил барона его баронства...
  Дорик вдруг подумал, что если убить барона и магов, а заодно и небольшую свиту графа, то замок можно будет разграбить и сжечь. А потом всё списать на кентаврицу. Грозную магиню, в одиночку пришёдшую мстить. Что граф посылал в степь убийцу, знали уже все. Эта магиня взяла штурмом замок, убила графа и барона, магов, свиту графа и кое-кого из слуг... Тех, кто может потом предать и рассказать правду королевскому дознавателю. Клятва верности рассеялась, и оставшиеся в живых не стали сопротивляться грозной кентаврице. Бежали из замка, а магиня разрушила и сожгла замок. Так расскажут крестьянам бежавшие из замка дезертиры, а те расскажут дознавателю. А что у дезертиров в сумках полно золота, крестьяне знать не будут. С золотом можно будет открыть свой собственный трактир где ни будь в соседнем королевстве...
  Судя по тому, как в глазах солдат гарнизона разгоралась мстительная, радостная злоба, как солдаты, успевшие привязать десятника, начали его развязывать, и как испуганно оглядываются двое магов, пришёдших с графом, и сейчас выдохшиеся после сложного колдовства, которым они пытались найти вора цепи, похожие мысли пришли в головы многим.
  
  Кентаврица Кейлана. Без лука, транспорт Чёрного Лиса.
  
  Она, невольно задирая хвост от восторга, неслась галопом по дороге. Лис уцепился за неё не очень удобно, почти вся тяжесть от его тушки приходилась на передние копыта, и в добавок обхватил её человеческую талию своими руками и прижал свою голову к её голове. Но не такая уж его тушка и тяжёлая, и она мчалась, ликуя Свободе и Свершившейся Мести.
  - По лесу! - крикнул ей в ухо Чёрный, - На дороге могут быть патрули!
  Она послушно свернула с дороги к лесной опушке. Помчалась по полю. А лис наконец-то додумался сползти на середину её конской спины и распластался по ней, вцепившись когтями всей четырёх конечностей в ремни сбруи. В лесу она перешла на лёгкую рысь. Люди на конях по такому лесу могут только шагом, так что с каждым мгновением она увеличивала разрыв от возможной погони.
  - Всё, - сказал Лис. - Ты меня спасла. В этом лесу люди меня уже не найдут. Дальше я могу сам.
  Она не замедлила бег, рыся дальше. Спросила,
  - Ты далеко собрался идти?
  - Возвращаюсь в земли лисов.
  - Тогда нам ещё три дня по пути. Вместе пойдём.
  - Я не смогу бежать с такой скоростью, как ты.
  - Вот и сиди себе на спине. Или тебе неудобно?
  Лис какое-то время ошарашено молчал,
  - Я думал, что ты постараешься поскорее избавиться от седока. Что для вас это позор.
  Она засмеялась,
  - Что может быть позорного в том, чтоб нести на себе своего мужа?
  Лис закашлялся.
  - Какого мужа? Когда это мы женились? Я же только лечил тебя!
  - По обычаю кентавров добровольно себе под хвост кентаврица может пустить только мужа. Мне нужно было лечение, и я сказала "Да". Допустив тебя себе под хвост. И тем самым объявив тебя своим мужем.
  Лис снова закашлялся,
  - Быстро у вас брак заключают. А что, согласие мужчины на брак не спрашивается?
  - А зачем? Мужчины всегда только рады. Ты мой первый муж. Вот уж не думала, что моим первым будет Лис. Адалуз не считается, ведь я сказала "Нет". Это был не брак, а изнасилование.
  - Да и я не думал, что моей первой женой станет кентаврица. Какие обязанности у вас накладывает брак?
  - Да что тут можно накладывать. Заботиться друг о друге. Любить друг друга. У всех достаточно взрослых кентавров много супругов.
  - У вас что, гаремы из мужей?
  - И жён. Каждая кентаврица имеет многих мужей. Каждый кентавр имеет многих жён.
  - Так у вас настоящий коммунизм. Общие жёны и мужья.
  - Не знаю, что такое коммунизм. Но супруги не общие. Только те, кто добровольно согласился.
  - Теперь мне понятно, почему кланы кентавров такие дружные. Вы, практически, одна семья.
  - Правильно.
  - А что ты делала возле замка?
  - Я хотела убить графа.
  Она поведала историю своего появления у стен замка и причину, по которой была одна.
  - Ты почти ребёнок. Почему послали именно тебя?
  - Я лучшая лучница нашего клана! - гордо ответила она.
&nbnbsp;sp; - По-нят-но...
  - Да, Чёрный Плащ, я же не сказала своего имени. Я Кейлана. Кентаврица из клана Чёрногривых из рода Чистого Ветра.
  - Чёрный Плащ - это не имя, а прозвище. Я беру его, когда надеваю этот плащ. Моё настоящее имя Пегохвост, лис из рода Чёрных Лисов.
  - Я рада была сражаться с тобой копыто к копыту.
  - Я тоже горжусь, что прикрывал твой хвост. А сейчас всё же дай мне слезть. Мне надо помазать спину. Стрелы хоть и не пробивают плащ, но бьют больно. По-моему, у меня ребро на спине сломано.
  Она резко остановилась,
  - Ты ранен?
  - Может, просто ушиб. Но надо помазать.
  Он сполз с неё, сбросил свой плащ. Теперь она смогла наконец рассмотреть своего мужа. Это был молодой, сильный лис. Чёрный, лишь на пышном хвосте было несколько светлых пятен. Короткая юбочка тоже была чёрной, чёрные ремни на запястьях и голенях удерживали наборы инструментов и ножей, тоже чёрных.
  Лис распахнул на внутренней стороне плаща кармашки. Достал и надел свою перчатку, скрывающие когти и, набрав на пальцы крема из баночки, стал мазать себе спину. Зашипел.
  - Давай помогу, - предложила она.
  - Не надо. Мы, лисы, можем дотянуться до любой части своего тела. А у тебя такой перчатки нет.
  - Я без перчатки.
  - Ты что, не знаешь, какие побочные эффекты у Холодного Водопада?
  - Нет. А какие эффекты?
  - Если один раз помазать раны, то никаких. Так что тебе ничего не грозит, тебе я мазал раны. Но вот попадание на здоровую кожу слюны дракона приводит к тому, что слюна впитывается, попадает в кровь. А ёе избыток - это очень сильный афродизиак. С долгим эффектом. А поскольку тут на несколько дней пути мне не найти ни одной лисицы, то лучше бы слюне на здоровую кожу мне не попадать. А на повреждённом участке весь эффект уйдёт в выздоровление.
  - А я хотела тебя попросить ещё раз меня изнутри помазать. У меня там сейчас всё зудит.
  - Заживает. Я сразу после ранения тебя мазал, так что заживёт быстро. Два или три дня, и всё пройдёт.
  - О! Тяжело будет. Всё чешется.
  - У меня есть ещё чистое обезболивающее, без слюны дракона. Там только горный лотос. Но у него тоже есть побочный эффект. Больше двух раз за дюжину дней нельзя применять, иначе возникнет привыкание. Один раз я тебя уже мазал, горный лотос входит в состав Холодного Водопада. Так что остался ещё один раз. На два или три часа зуд снимет. А потом придётся терпеть.
  - Тогда потерплю ещё. Потом смажешь. Ты как?
  - Да уже всё. Похоже, это просто ушиб был. Всё прошло. Пошли?
  - Я пойду. А ты поедешь. На мне. Дай только попьём. У меня в сумке бутылка должна быть.
  - Пей ты, - сказал лис. - Я напился ещё в замке.
  
  Пегохвост. Попаданец.
  
  Ближе к вечеру мерный бег кентаврицы вдруг прервался.
  - Пить охота. Прям помираю.
  Он принюхался,
  - Вон там в паре сотне шагов родник должен быть с хорошей водой. Сырой землёй и свежестью тянет.
  Она свернула в ту сторону, и вскоре остановилась над бочажком родника. Рухнула перед ним на передние колени, зачерпнула ладонями воду, принялась пить. Он слез с неё, и начал лакать воду с противоположной стороны бочажка.
  Кейлана не долго пила с ладоней. Вскоре она стала наполнять в бочажке свою бутылку, и пить из неё. Бутылку за бутылкой... Как лошадь. Когда после десятой наконец напилась, сказала,
  - Давай, мажь своим обезболивающим. Я больше не могу терпеть.
  Задние ноги кентаврицы были выпрямлены, так что зад торчал вверх. Он сполоснул свою перчатку в ручейке, вытекавшем из бочажка.
  - Скорее же, - простонала она. - А то я на какую ни будь корягу сяду. Лишь бы почесать изнутри.
  Он набрал на пальцы перчатки мази горного лотоса. Отодвинул её хвост. Кентаврица вся истекала соками, так что её задние ноги были с внутренней стороны все насквозь мокрые. Неудивительно, что так хотела пить, организм потерял много жидкости. Это вполне естественная реакция на зуд в матке. Он слегка раздвинул пальцами другой руки её половые губы, от туда буквально плеснуло внутренними соками. У лисиц их соки пахли не так, мягче, с привкусом мускуса. Соки кентаврицы были более терпкими, и, вроде, солёными. Осторожно помазал мазью губы изнутри. Те затрепетали, а хвост, напрягшись, задрался. Дыхание кентаврицы стало частым. Когда мазал в прошлый раз, такого не было. Значит, восстановилась нормальная нервная реакция. В тот раз было всё изранено, а сейчас зажило. Просунул руку дальше. Неожиданно кентаврица вздрогнула, её канал сжался, плотно обхватив его руку, и его начало засасывать внутрь. Он слегка похлопал ей по заду,
  - Расслабься. Так мне трудно тебя смазывать.
  Она всхрапнула. И немного расслабилась. Он стал смазывать стены маточного канала. Потом набрал ещё мази, и просунул руку дальше, стараясь смазать всю матку, не пропуская ничего. Заодно машинально ласкал её внутренние стены. У лисиц тоже иногда в любовной игре ласкали матку с помощью таких перчаток. Обычно это любили делать пожилые лисицы, много раз рожавшие, с большой маткой. Одна из таких и обучала на практике молодого лиса, только что получившего взрослое имя, как правильно ласкать матку рукой. Кажется, ей нравилось обучать молодых.
  Но вот он закончил смазывать, начал вынимать руку, когда канал матки вдруг снова напрягся, обхватив его в мягком, но плотном капкане. Словно манжетка измерителя давления из прошлой жизни.
  - Продолжай! - Прохрипела кентаврица.
  И он продолжил ласкать ей матку. Она захрипела частым дыханием. А соки из матки буквально брызгали, в том числе и ему на морду. Он слизнул их. Ну так и есть, слегка солоноватые. И без мускуса. Но тоже возбуждают.
  Наконец, минут через десять, кентаврица перестала хрипеть, капкан матки расслабился, он медленно вытащил руку.
  - Ох!... - Кентаврица застонала. - Так вот что значит кончать. Теперь понимаю, что это такое. Спасибо, Пегохвост. Может, теперь протрём друг друга от пота?
  - Ну я то не вспотел. А вот тебя действительно надо протереть.
  - Только у меня тряпки нет.
  - Ничего, жена. У меня есть небольшое полотенце.
  Следующие пятнадцать минут он оттирал поднявшуюся на все четыре ноги кентаврицу от солёного пота, смачивая полотенце в ручейке.
  - Охотиться сможешь?
  - Без лука нет. У меня хлеб есть с сыром. Немного. - Она указала на трофейную сумку, прихваченную из конюшни.
  - Тогда иду охотиться я. Ты готовь костёр. Держи, - и он протянул ей магическую зажигалку и небольшой складной арбалет. - Тут стрелки маленькие, смазаны парализующим зельем. От стаи не отбиться, но ничего серьёзнее у меня нет.
  Одним из талантов, присущей расе лисов, было умение слушать лес. Он прислушался. И уверенно направился на закат, ступая бесшумно, а иногда даже переходя на бег на четырёх лапах. Минут через двадцать он достиг цели. Стадо небольших косуль паслось на опушке. Он достал болло. Два стальных грузика, связанные друг с другом двухметровой верёвкой. Новое оружие стремительно набирало у лисьих охотников популярность, и они искренне считали его изобретателем Пегохвоста. Меткий бросок, стадо бросается бежать, лишь одна косуля, со спутанными ногами, неуклюже падает, пробует встать, опять падает. Новой попытки встать он ей не дал, подбежал и рассёк ножом ей горло. Затем подвесил тушку за ноги на ветку, отрезал голову. В этих лесах водились довольно опасные хищники, так что он не намеривался привлекать внимание к их стоянке излишними запахами крови. Выпотрошил тушку здесь, вырезал лучшие куски мяса, нанизал их на прутья. Им с кентаврицей хватит, а остатки пусть достанутся местным хищникам.
  Когда вернулся, костёр не только был готов, но уже дрова прогорели в угли. Они обжарили мясо, потом съели его с хлебом и сыром, запивая водой из родника. Когда затушили костёр, была уже глубокая ночь. Впрочем, ему, в отличии от кентаврицы, темнота не мешала, он всё прекрасно видел, хоть и не в цвете, а оттенках серого.
  - Ты спишь? - спросила кентаврица.
  - Нет. Ты спи. Регенерация, она утомляет. А действие боевого коктейля уже кончилось. У тебя был тяжёлый день. Я посторожу. Потом днём на твоей спине отосплюсь.
  - Скажи. Что это за цепь, что ты украл у графа?
  Пегохвост задумался. Полгода назад один лис, изучавший в архивах людей планы древних катакомб, поверх которых сейчас вырос город, случайно обнаружил ценную информацию. Пять тысяч лет назад на людском аукционе продали Драконий Венец. Для всех рас, кроме драконов, это был бесполезный артефакт. Для драконов бесценен. Пятьдесят тысяч лет назад один архидемон наделал много таких венцов и подарил драконам. Венец привязывался на ауру дракона, и другие драконы объявляли счастливчика князем.
  Если дракон, к чьей ауре привязан венец, давал его поносить драконице, то во время совокупления этого дракона с венценосной драконицей зачатие яйца происходило почти наверняка. А в одном случае из пяти даже двух яиц. Драконы, у которых большие проблемы с зачатием, обрадовались подаркам. Драконий Князь был неприкосновенен. Потому что венец можно было привязать только к одному дракону, и если тот погибал, вновь привязать венец можно было только через семь тысяч лет. Драконицы, мечтавшие забеременеть, растерзали бы любого, кто покусится на князя.
  Тогда, пятьдесят тысяч лет назад, всего за столетие драконы интенсивно размножились. И сожрали всю дичь вокруг своих гор. Чтобы не умереть с голоду, начали вторжение в соседние королевства. На страны, подвёргшиеся атаке драконов и потерявшие большую часть войск, напали соседи, надеясь отхватить себе кусочек в хаосе войны. Так началась Великая Драконья Война, где воевали все со всеми, закончившаяся гибелью 90% населения всего мира, утоплением одного материка и всплытием нового архипелага. Драконьи князья в ходе войны были убиты все, венцы, как тогда считали, уничтожены. Кончилась война попыткой вторжения в этот мир легионов инферно, возглавляемых тем архидемоном, создателем драконьих венцов. Угроза всеобщего уничтожения примирила недавних врагов, создалась мировая коалиция. Даже остатки драконов присоединились к мировой коалиции. И совместными усилиями сумели закрыть прорыв.
  После этого на многие тысячелетия наступил долгий мир, ту эпоху сейчас называют Эпохой Солнечного Возрождения. А драконы после войны оказались в куда худшем положении, чем до появления венцов. Их осталось очень мало, и они постепенно вымирали. Лишь то, что они не стареют, ещё не давало исчезнуть этой расе. Зато в ходе войны алхимики создали много рецептов на основе из органов драконов, и теперь убийца дракона сразу становился богатым, если донесёт до алхимиков хоть немного органов. Теперь численность драконов неуклонно сокращалась. Медленно, но неизбежно. И вот оказалось, что один драконий венец уцелел. Мировое Равновесие, которому служили лисы, требовало не упустить шанс спасения расы.
  Ничего не сказав драконам, сотни лисов отправились по древним архивам всего мира. Были потрачены десятки тысяч золотых. Но удалось проследить жизненный путь вероятных наследников того коллекционера, который купил венец. На протяжении пяти тысяч лет до нынешних дней. Из ныне живущих одним из наиболее вероятных хранителей венца был человеческий барон, владелец пограничного со степями кентавров замка. По жребию, честь отправиться на разведку в этот замок досталось Пегохвосту. И ему улыбнулась удача. Он не просто узнал, он сумел выкрасть венец из замка, попутно прихватив наиболее крупные драгоценные камушки.
  Вот только кентаврице об этом говорить не стоит.
  Вообще никто не должен узнать, что один из венцов, вызвавших Великую Войну, вновь вернулся в мир. Венец, конечно, лисы подарят Горгараку. Тому единственному дракону, который принял Служение Мировому Равновесию. Как служитель, он не сможет угрожать Равновесию. А значит, даже с венцом не сможет создать у драконов перенаселение. Но вот угрозу исчезновения расы отведёт.
  А другим про венец знать не стоит.
  - Я ничего не крал у графа, - сказал он ожидавшей ответа кентаврице. - Я обокрал барона. А вот сам барон обокрал графа. Это барон украл цепь.
  - Как так?
  - Я забрался в сокровищницу барона, и обыскивал её на предмет тайников, когда туда вошёл барон. Я спрятался в пустом сундуке и смотрел в щёлку. И видел, как барон открыл свой тайник, достал из за пазухи цепь, полюбовался на неё и положил в тайник. Когда он ушёл, я открыл тайник, забрал оттуда цепь и ... наиболее ценные предметы. Попытался уйти, но к тому времени в замке началась суматоха. Я спрятался на конюшне. А потом туда принесли тебя. Дальнейшее ты знаешь.
  Рука кентаврицы протянулась, пытаясь в темноте нащупать его. Он протянул ей на встречу свою руку, она обхватила его ладонь,
  - Спасибо.
  Минуту они молчали.
  - Так что это за цепь?
  - Графская цепь. Символ власти. Вроде, как копьё вождя у кентавров. Спи, пока действие обезболивающего не кончилось. А то потом не заснёшь.
  Вскоре кентаврица уснула, так и держась за его ладонь. А он всю ночь караулил.
  Утром они позавтракали остатками хлеба и сыра, напились из родника и пошли дальше. Лис, как и собирался, улёгся на конской спине кентаврицы, привязал себя к сбруе верёвками, чтоб не упасть, и уснул. Его, хоть и лёгкая, но тёплая тушка заставляла спину кентаврицы потеть, а он, уткнувшись в неё носом, невольно вдыхал её запахи и пропитывался ими. И снилось ему, что у него и Кейланы народилось много детей, кентавроподобных, но с лисьим телом вместо лошадиного, а вот торс вполне кентавриный. Все девочки. И Кейлана долго убеждала его, что раз у них лисьи ноги, то их не надо подковывать, а он убеждал её, что раз обычных кентавров, с лошадиными копытами, не подковывают, то лисьих надо подковать обязательно. Этот аргумент во сне казался ему непробиваемым, но Кейлана не давала подковать детей.
  Проснувшись, ошалело посмотрел вокруг,
  - Уф... Это был только сон.
  - Как тебе спалось? - спросила Кейлана, поигрывая под его тушкой мускулами, от чего он закачался.
  - Сон. Хороший сон. Что у тебя и меня в будущем всё будет хорошо.
  - Да, - согласилась она. - Это хороший сон.
  Ближе к полудню кентаврица вдруг рванулась вперёд в галопе. Не был бы привязан, упал бы. Оказалось, она, выхватив трофейный кинжал, бежала за оленем. Бежала она быстрее оленя, но тот был вёртким, и уворачивался в последний момент. Через пять минут эти резкие изменения курса Пегохвосту надоели, и он метнул болло. Задние ноги оленя спутались, и кентаврица наконец смогла прикончить его.
  - Что это? - спросила она, наблюдая, как лис сворачивает своё метательное оружие.
  - Болло. Недавно лисы придумали такую штуку. С ней удобно охотиться. Летит дальше дротика. Не портит шкуру добычи. В густом лесу метать нельзя, цепляется за ветки.
  Оленя разделали, после чего решили устроить привал. В получасе бега кентаврицы нашлось удобное место, с родником, и большим развесистым дубом, под которым не росла трава. Это был верный признак, что дождь под крону не пробивается. Решили устроить тут ночлег.
  Костёр развели недалеко от родника, обжарили мясо, заготовив сразу на две или три трапезы. Кентаврица натёрла мясо пеплом вместо соли. Поели. Перебрались под дуб, решив отдохнуть остаток дня и провести тут ночь.
  - Ты как, зуд прошёл?
  - Зудит. Пока шла, ещё терпимо. А сейчас опять зудит так, что на корягу сесть хочется.
  - Терпи. И слюну дракона, и горный лотос больше применять нельзя.
  - Да я понимаю. Но... Зудит. Может, поласкаешь меня. Как вчера?
  - Встань, - попросил он.
  Она поднялась. Он зашёл к ней сзади. отодвинул ей хвост. Кентаврица обильно текла, соки изливались из неё. Раздвинул ей половые губы и, высунув язык, начал лизать. Так, как если бы перед ним была лисица, и он её старался возбудить. Непривычный солоноватый привкус соков и мочи кентаврицы возбуждал не хуже соков лисицы.
  Кентаврица задышала часто и хрипло, её хвост задрался.
  - Что ты делаешь? - прохрипела она.
  - Доверься мужу, жена.
  Подготавливать её дальше не имело смысла. Она и так вся текла без всякой подготовки. И он, надев перчатку, просунул в неё руку. На этот раз не медленно, а сразу на всю глубину, по плечо, имитируя конский член. Упёршись кулаком в дальнюю стенку матки, начал совершать рукой фрикции, слегка долбя кулаком в стенку матки. Уже через десять минут кентаврица захрипела особенно сильно, тело выгнулось дугой, её затылок практически касался конской спины. А его руку сжало в капкане плоти, в морду опять стали бить струйки женских соков. Он осторожно зашевелил пальцами, лаская стенки матки, тело кентаврицы в ответ запульсировало многоразовым оргазмом.
  В капкане она держала его руку минут десять. Наконец, распрямилась. Расслабилась. Он вынул руку. Уселся.
  - Это было... Как бесконечные волны! - Она обернулась. Улыбнулась. - А у тебя член возбудился. - Из за его посадки его юбочка задралась, и красный кончик члена, показавшийся из кожаного мешочка, был хорошо заметен.
  - Да. Твои соки действуют на меня так же, как и соки наших лисиц.
  - Я ведь у тебя не первая?
  - Нет. Я не девственник.
  - А зачем ты лизал? Наши никогда не лижут. Рукой под хвостом ласкают. Но не лижут.
  - Ну и зря не лижут. Соки возбужденной женщины, они для мужчин являются легким афродизиаком. Недолгим, зато абсолютно без вредных последствий.
  - Не знала. Хочешь, возьми меня своим членом.
  - У меня же не кентавриный размер.
  - Всё равно. Я твоя жена, и хочу доставить тебе удовольствие.
  - Тогда ложись. А то я до тебя разве что с дерева достану.
  Она улеглась по кентавриному. На лошадиное брюхо, согнул ноги, словно отдыхающий олень. А человеческий торс был выпрямлен. Он снял юбку и пристроился сзади неё на коленях. Возбудившийся член вылез из мешочка полностью, что позволило ему направить его в лоно кентаврицы. В отличии от человека, у лисов в члене была косточка. Когда член выходил из мешочка полностью, то косточка, покрытая плотью члена, вся оказывалась вне мешочка, снаружи. В такой момент в основании члена там, где он выходил из мешочка, был только хрящ, это позволяло развернуть член как угодно. Но только полностью выдвинувшийся член. Иначе из за косточки член было не согнуть. Начал совершать фрикции. Лоно кентаврицы опять напряглось, сжимая его член. К своему удивлению, кончил уже минут через пять. Может, сказалось долгое воздержание этого путешествия. Его узел разбух, и он кончил в кентаврицу.
  - Я всё, - сказал он. - Ты как?
  Плечи кентаврицы затряслись.
  - Что с тобой.
  Неожиданно она наклонилась вперёд и, упёршись лбом в траву... захохотала. Он растерялся. Не такой реакции он ожидал.
  - Это было так смешно? - обиженно спросил он.
  - Прости... - она едва могла говорить сквозь смех. - Прости пожалуйста. Это было... Щекотно.
  Он поперхнулся, и сам упал спиной на траву от смеха. Щекотно. Да уж, кавалер. Так его ещё ни разу не характеризовали дамы.
  - Щекотно?!! Да у нас в поселении со смеху животы надорвут, когда расскажу.
  - Ой! - Кентаврица вдруг прекратила смех. - А что это у тебя на члене?
  Он посмотрел на свой возбуждённый член с раздувшимся узлом, но никаких посторонних предметов или существ на нём не обнаружил.
  - Вроде, ничего. Всё нормально.
  - А что это на нём так опухло?
  - Опухло? - Он снова упал спиной на траву от смеха. - Это... Это узел! Он у всех лисов есть. И у волков. И у псов. И у разумных, и у диких животных! Опухло! Ха-ха-ха!!!
  - А зачем он?
  Он успокоился, хотя продолжал улыбаться.
  - У нас семя не сразу выливается, а сначала накапливается в узле. Узел тогда раздувается. Потом из узла выстреливает. Пока узел от семени не избавится полностью, он не опадёт.
  - А он не мешает... Такой большой?
  - Наоборот. Когда наш народ хочет зачать ребёнка, он старается, чтоб узел раздулся в канале матке, а не тогда, когда будет снаружи. От этого мускулы у лисицы в матке сокращаются, и член уже невозможно вынуть из матки. Канал узлом полностью закупоривает, и всё семя из него будет в матке, не выльется. Пока узел сжимается со всех сторон, он не опадёт, даже если полностью избавится от семени. Пока лисица не расслабится полностью, вынуть член нельзя. Есть такая примета, чем дольше при зачатии пробудешь в замке, тем дольше и интереснее будет у потомства жизнь.
  - Так вот почему волки во время зимних свадеб задницами склеиваются. А я удивлялась, как может член застрять. Там же смазка скользкая. А у них, оказывается, такая шишка вздувается. А можно потрогать?
  - Даже нужно. Если ты узел слегка помассируешь, остатки семени быстрее из него выйдут.
  Кентаврица поднялась, развернулась, снова улеглась лошадиным животом на траву. Осторожно взялась за узел, рассматривая его.
  - Какой твёрдый. Я думала, будет мягче.
  - Это у кентавров мягче. Наверное. Сам я у кентавров члены не щупал, а у коней щупал. Думаю, у кентавров такие же. При их размерах им не надо такой твёрдости, как лисам. А вот у наших лисиц у некоторых девственниц бывает такая прочная девственная плева, что мягким членом не проткнёшь.
  Она хихикнула,
  - А я у наших члены щупала, когда маленькая была. Они снаружи мягкие, но внутри упругие. - Помрачнела. - А вот член адалуза мне мягким не показался.
  - Адалуз в прошлом. Прошлое нельзя забывать, но нельзя жить с ним. Смотри в будущее.
  Она улыбнулась.
  - Да. Спасибо.
  - Как твой зуд?
  Она удивлённо прислушалась к себе,
  - Прошел. Больше не зудит.
  - Значит, всё зажило.
  Тут его член, узел которого она осторожно мяла, опять выстрелил струйкой семени и попал ей в глаз, поскольку она сильно наклонилась. Она протёрла глаз, лизнула пальцы.
  - Интересно, у наших семя такое же на вкус?
  - Вот уж тут тебе не отвечу. Своё семя мне приходилось на вкус пробовать, когда целовался с лисицей, набравшей в рот моё семя. Семя дракона приходилось пробовать, когда у меня была любовь с лисицей, случайно им облившейся. А вот кентавриное не пробовал.
  Она засмеялась.
  Потом они пробовали целоваться. Её язык был короткий, и нормально, по-лисьему, целоваться не получалось. Она могла ему разве что губы лизнуть. А он всего один раз засунул свой язык ей в рот полностью, и тут же вынул, рот у кентаврицы был маленький, и язык заполнил его наподобие кляпа. Так что он осторожно целовался лишь кончиком языка. Она же ласкала его губами, как кентавра. И его, и её эти поцелуи возбуждали. В этот вечер он ещё дважды "совокуплялся" с ней рукой, и она один раз промастурбировала его своими руками. Под вечер он протёр её влажным полотенцем, потом она настояла, что его должна протереть она, хоть он и может сам себя протереть.
  Довольная Кейлана уснула, а он вновь сторожил сон. Один раз ночью к их стоянке вышли трое волков. Не разумные волки, жившие по ту сторону Великих Гор, а их дикие аналоги, животные, бегавшие на четырёх лапах и не умевшие пользоваться орудиями труда.
  - Тихо, братья, - прошептал он им. - Мы не станем больше охотиться на вашей территории. И завтра уйдём.
  Он медленно подошёл и оставил у родника три прута с жаренным мясом. Медленно отошёл. Волки приняли извинение за нарушенные угодья, съели мясо, и, частично, сами прутья, напились из родника и ушли. Проснувшаяся утром кентаврица не обратила внимания на их следы возле родника. Видно, совсем не умела читать лес, дитя степей.
  До полудня он проспал на её спине. К полудню она остановилась. Он проснулся. Посмотрел вокруг. Они стояли на опушке леса.
  - Ну вот и всё, - грустно сказала она. - Туда кратчайший путь к землям лисов, - она указала в лес. - Туда, - она указала в противоположную сторону, - путь в моему табору. Пора расстаться, муж мой.
  Он соскользнул с неё. Вытащил из складок плаща графскую цепь,
  - Насколько я понимаю обычаи людей, сейчас начнётся схватка за графский титул. Будут интриги, подкупы, предательства. У того, кто добудет утерянную прошлой династией графскую цепь, будет преимущество. Вернуть реликвию, это подвиг. Кентавры могут выбрать, кому её дать. И взять клятву рода, что новый граф и его потомки не станут претендовать на степь, и вредить кентаврам. Возьми, это по праву твой трофей, нужный твоему роду. И ещё, возьми болло. Как им пользоваться, ты видела. У тебя ведь сейчас нет лука.
  Она надела на шею цепь. Напоследок они ещё раз обнялись, целуясь. Ей пришлось сильно наклониться, чтоб достать низенького относительно неё лиса.
  - Заходи в гости иногда, - прошептала она. - Не забывай меня, мой первый муж.
  - Не забуду, - ответил он. Обещать заходить в гости не стал. Он не знал, сможет ли выполнить обещание.
  Развернувшись, не оглядываясь, пошёл в лес. А вскоре его чуткий слух уловил топот - Кейлана уходила в степь.
  
  Глава 4. Последняя. В которой у кентавров появляется новая легенда.
  
  Кентаврица Кейлана. Без лука, но с болло. Ещё не знающая, что в землях людей о ней начинают ходить страшные легенды.
  
  Степь стелилась под мерным бегом копыт, тело овевал ветер. Счастливая Кейлана рысила к табору. Впереди было четыре дня пути, она сделала порядочный крюк, чтоб доставить мужа как можно ближе к его землям. Степь - это не чуждый лес. Степь всегда накормит, загодя упредит о враге, укроет. Не замедляя бег, она вырывала траву, на корнях которой были сытные клубни, очищала их от земли и ела. Иногда попадались сочные луковицы. Степь. Родная степь.
  Мерный бег не мешал романтическим мыслям. Ведь её деяния вполне тянули на великую легенду. Как она одна отправилась мстить злому человеческому графу. Как слуги злого графа поймали её. Как граф насиловал её своим жеребцом и хотел заставить её рожать себе элитных коней. И как её встретил Чёрный Лис. Он полюбил её с первого взгляда. Спас её из пут, лечил своими мазями. И она назвала его своим первым мужем, ответив на его любовь. И как бились они вдвоём против графа и его войска, и как она убила злого графа, задумавшего истребить кентавров. Они одолели всё войско и ушли от погони. Ну и что, что она убила всего двоих. Ведь в том замке действительно было целое войско, значит, они действительно их всех сумели победить. В легенде это будет настоящая битва. Она без оружия билась своими копытами, а лис прикрывал её, отводя удары. Ведь он правда прикрывал, перерезал тот ремень, удерживавший копыто. А когда они ушли, лис не мог бежать так, как она, и она несла его на себе. А вечерами они целовались и ласкали друг друга, и признавались в любви... И со слезами расстались. Нет, это будет плохой концовкой. Не расстались, а отправились каждый к своему клану, пообещав встречаться. И жили долго, у них было много детей от других супругов, но главной их любовью были они. И до конца жизни хранили свою главную любовь, изредка встречались. И тогда степь с восторгом слушала их любовные стоны. А когда лис умер от старости, она долго плакала у его погребального костра. И умерла в тот же год.
  Да, это будет красивая легенда. Она переживёт её, и сотни, тысячи поколений кентавров будут рассказывать детям о Пегохвосте, Чёрном Лисе, влюбившемся в кентаврицу...
Оценка: 9.47*8  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  О.Герр "Предназначенная" (Попаданцы в другие миры) | | В.Свободина "Императорский отбор" (Любовное фэнтези) | | О.Обская "Единственный, или Семь принцев Анастасии" (Попаданцы в другие миры) | | М.Кистяева "Безопасник" (Женский роман) | | К.Амарант "Будь моей игрушкой" (Любовное фэнтези) | | М.Ртуть "Черный вдовец. Часть 2" (Попаданцы в другие миры) | | И.Арьяр "Тирра-2. Поцелуй на счастье, или Попаданка за!" (Попаданцы в другие миры) | | Л.Свадьбина "Попаданка в академии драконов 2" (Приключенческое фэнтези) | | LitaWolf "Пленница по ошибке, или Любовный Магнетизм" (Приключенческое фэнтези) | | Э.Тарс "Чип Блейза. Альфа" (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Тирра.Невеста на удачу,или Попаданка против!" И.Котова "Королевская кровь.Темное наследие" А.Дорн "Институт моих кошмаров.Никаких демонов" В.Алферов "Царь без царства" А.Кейн "Хроники вечной жизни.Проклятый дар" Э.Бланк "Карнавал желаний"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"