Эсаул Георгий: другие произведения.

Партизаны Рф, 21 век!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Шедеврический роман о гениальнейших партизанах 21 века! Эпос о жизни во время жизни, о стремлениях и упованиях!

  
  
  
  Роман "Партизаны РФ, 21 век" написан Великим Всемирным Писателем Эсаулом Георгием (Эсаулов Юрий Александрович!) в городе Люберцы 04 февраля 2010 года!
  
  
  
   Командир смахнул невидимую табачную мусоркнику с левого уса, словно хрустальную слезу с очей вдовицы без трусов!
   Пылинка пролетела, обогнула ножны, полетела к кирзовым мятым сапогам, будто в чорную бездну, где чорт с клыками!
   Командир еще раз похлопал себя по карманам, как по судьбе:
  - Что, ж, Маша, пора мне, прощаемся, как на духу!
  Уходим... В Китай!
  Братская помощь китайским партизанам... кули!
  Спасибо за хлеб соль, за доброту твою сердечную, даст Бог - свидимся, не на одной Москве свет клином сошелся, как на Киеве!
  Ну... того... ждут меня хлопцы, ждут, как огня!
  - Командир, в сотый раз повторяю: не Маша я, не Маша, а Анжела, девушка с прекрасной фигурой!
  - Для кого Анжела с прекрасной фигурой, а для меня - ладная, добрая краса Маша!
  Неправильно, если баба у партизанского командира Анжела, не по людски это, не по людски, словно мы звери полосатые!
  - Хорошо, я согласна - я не Анжела, я - Маша ладная, как мука!
  Анжела Маша стояла в дорогом, за две тысячи доларов сша, халате из натурального китайского шелка, стояла, в прихожей, широкой огромной прихожей Московской квартиры на Новом Арбате, на шестнадцатом этаже, где ближе к ангелам, к Анжелам!
  С жалкой полуулыбкой, с какой женщины провожают мужчин, с гордостью в глазах, как независимая самодостаточная состоявшаяся москвичка, будто для счастья достаточно звания москвички, как для вечной молодости - чеснок!
  "Пришел, ушел, как дождь!
  Еще месяц назад не поверила бы в ерунду, в партизан в две тысяча десятом году, как не верим теперь в Комунизм, где все женщины в кожаных тужурках, и все общие, словно хлеб на колхозном поле, где убивают за колосок с тремя зернышками!
  Из ниоткуда в Москве появился партизанский отряд, мне кажется, что из ниоткуда, а для самого отряда - естествено и нормально!
  И теперь уходят в партизанский поход, а я, как дура, жила с Командиром партизанского отряда имени Родины, даже имени его не знаю, потому что он так себя называет и мне так приказал, как Буратина Мальвине!
  Сначала я воспринимала все, как фарс, как съемку дешевого кино, а теперь - не знаю, и не думаю, наверно потому, что женское начало пересилило стремление к карьере, реактивность, бизнес, - все то, что надуманое, но не настоящее, как кони и партизаны в двадцать первом веке!
  И что я тоскую? от что? когда Он уходит от меня, будто я - мина, про которую забывают!
  До встречи с Командиром я полагала, что владею ситуацией, что мне достаточно, что я начальник финансового отдела банка Москвы, что любой мужчина у моих ног, что я кручу верчу, получу, что хочу, как катала с Южного рынка!
  А сегодня, со всеми своими милионами и должностями, не удержу мужика, простого мужика в лаптях и в зипуне, словно он вышел из берлоги!
  Но ужас не в том, что не удержу, а в том, что желаю удержать, как кот рыбку!"
  Анжела Маша неожидано спросила, будто не хотела, а клещами вытянули:
  - Командир, а у тебя женщина... баба есть?
  Не подумай, что меня это волнует, мне все равно, как все равно в каком чине генерал Пентагона!
  Просто интересно, как в цирке, когда падает акробат!
  - Маша... Ты пойми, ты - хорошая баба!
  Но у меня... сначала дело...
  Вообщем, у каждого мужика есть баба, баба, которая его ждет, иначе мужик - не мужик, а огородное пугало из города Сумы!
  Ну, значит... пошел я...
  
  Командир взял узелок с едой для хлопцев, гостинец (Анжела Маша, а теперь уже просто Анжела, потому что Командир уходил, вспомнила, как долго не понимала, почему Командир не брал хлопцам партизанам пицу, гамбургеры, а требовал только сало, картошку в мундире, молоко, но молоко обязательно в стекляной бутыли и самогон, мутный самогон, лук!)!
  Командир тогда по своему, по-партизански размашисто объяснял, что: "Партизан на то и партизан, чтобы ел нормально, а не как буржуй, с которым у партизана свои счеты!
  Ты, Маня, пойми, не пьют партизаны водку, не пьют, мы же не коровы вологодские!
  Мы употребляем только самогон... мутный самогон, как молоко!"
  Самогон Анжела, даже со своими связями, да еще к тому же, чтобы мутный, не достала, о чем жалела, как жалела раньше, что не получила должность управляющей банком!
  С самогоном в Москве трудности; декоративные самогоные апараты гонят какую то жижу, похожую на виски, но никак не на мутный самогон, не сивуха это, не сивуха! Эх!
  
  В это время Командир входил в лифт, золоченый, элитный лифт для домов бизнес класа, где живут люди, не похожие на россиян в лаптях и с репейниками в голове!
  Командир нажал на кнопку тяжело вздохнул, потому что любое раставание - горе партизану,
  "Эхма! Хорошая баба эта девка Маня, мужика бы ей нормального, как партизан!
  Руки у нее к хозяйству пригодные, а занимаются ерундой - бумажки да кнопочки, как какашки да попочки!
  Тьфу, гадость какая - работа городская!
  Эхма, Маня, Маня, привязался я к тебе, как золотой уздой, да нельзя мне..."
  
  Анжела подошла к пластиковому окну, прислонила шикарные ноги к натуральному итальянскому мраморному подоконику, как встала на колени перед статуей с острова Пасхи!
  Далеко внизу, на стоянке дорогих престижных машин, потому что в этом доме живут солидные богатые люди, виднелась красная лента на шапке Командира, как тонкая кровавая ниточка в глазу художника Репина!
  Командир принимал из рук дворника, казаха Жуманиеза Жуманиезова повод своего коня неизвестной дворовой породы, как и положено партизанскому коню или лошади с белыми и рыжими пятнами по всему телу!
  Анжела с сожалением подумала, что так и не спросила у командира имени коня, как несущественое в мире, где важнее объем двигателя Порше!
  "Конь ему дороже меня! - Подумала и сама себе не верила, знала, что злится, хотя и злобы нет, только - тоска, как серая Московская зима с блеском брилиантов! - Дворник Жуманиез, наверняка, знает кличку коня, как свои пять или меньше пальцев!
  Неужели я и дворнику завидую только потому, что Командир с ним увлечено разговаривает, наверняка спрашивает, как конь спал, что ел, не замерз ли, словно пес во льдах Антарктиды, где пса Шарика оставили на съедение пингвинам!
  А что? Голодные пингвины запросто заклюют замерзающего пса!
  А я... Я хуже коня?
  Может быть женщины, любят тех мужчин, который не променяет свое, пусть даже идиотское, дело, не променяет даже на любимую женщину, как я не променяла свою квартиру на партизанскую телегу!
  А Командир плечи расправил - баба с воза, кобыле легче!"
  Анжела представила бабу, которая ждет командира, тетку в платке, в тулупе, в валенках, бабу, которой сейчас почти явно для себя, завидовала, как музыкант Страдивари завидовал Бетховену, что у Бетховена волос на голове гуще!
  
  Командир вскочил на коня, на Смелого, осторожно обогнул Мерседес, едва не задел Ферари, наконец, выехал на узкую пешеходную тропинку, как на широкую дорогу в жизнь, в которую получил путевку безпризорник Мустафа!
  Конь застоялся, цокал по асфальту бодро, жадно вдыхал привычные пары бензина, будто наркоман со стажем!
  Сначала Командир попытался со Смелым проехать в тролейбусе, без билета - всего то одну остановку, как до Луны!
  Но, как назло, на остановке шакалили контролеры, хлопцы из Магнитогорска, с которыми Командир поругался еще три дня назад, как шашками порубился!
  Контролеры требовали, чтобы Командир заплатил штраф за коня, а Командир доказывал, что Смелый - не багаж, и даже не животное, а самостоятельная боевая единица партизанского отряда имени Родины, единица, которая оплате за проезд не подлежит!
  "Тролейбус отменяется, ишь буржуи, глотки нажрали, приспешников поимели! - Командир с неприязнью посмотрел на контролеров, едва удержался, едва не рубанул шашкой левого, а правого - вот бы ему хорошо плетью по очам то!
  Направил Смелого к станции Метро Смоленская, как на боевую разведку к купающимся поселянкам!
  Под "глобусом" Командир незлобно выругался, как сплюнул махоркой на связаного буржуя! - Этить твою мать!
  Так хлопцы меня в Александровском саду ждут, а я в другую сторону еду, мать вашу!
  Неужто баба эта, Маня, меня так охмурила, что разум потерял, как Даунито Рогозино!
  И что я в метро поперся, в другую сторону, будто меня не баба, а чорт в шотландской юбке попутал?
  Да уж лады?"
  
  Под копытами коня послышалась иностраная речь с картавыми звуками, будто кто то издевался над языком!
  Лоб командира покрылся испариной, руки задрожали, как перед боем!
  Даже Смелый захрапел, предчувствовал кровь!
  "Неужели французы со своими штучками дрючками?
  Мы же их под Бородино разбили, вилами истыкали, а они живучие, как их комнатные собачки Мими и Зизи!
  Интервенция, лезут гады, как будто им медом в Москве намазали!"
  Командир молниеносно выхватил шашку, рубанул француза в бежевом пальто, будто осу в коконе!
  Француз ничто не понял - шашка вошла сверху прошла через половину горла и на милисекунду застряла в грудной клетке, как канарейка на птичьем рынке около моста, где много водки в лесу!
  Рот француза еще что то лепетал, а голова уже склонена на бок, как подрубленая липа в деревне Шевлягино!
   Кровь из раны брызнула на француженку, спутницу француза, молодую женщину лет двадцати пяти, или тридцати пяти, но выглядела, как двадцатипятилетняя, словно проглотила таблетку молодости!
  Командир мимолетно отметил, что француженка очень красивая, с шармом, но этот шарм поверхностный, а у Анжелы, то есть Маши, шарм глубокий, более дорогой!
  Пока мысль шла, рука работала, словно станок!
  Шашка партизана со свистом вылетела из порубленого француза, как нож из капусты, и без размаха, но делано и точно, професионально, будто лозу рубила, снесла голову француженки!
  Две смерти пришли так быстро, что француженка даже не заметила ни смерти друга, ни почувствовала, Командир надеялся, что не чувствовала, как ее голова отлетела, будто волосы с одуванчика!
  Толпа москвичей отступила на миг, но не из за ужаса сцены, а отттого, что все спешили на работу, а кровь испачкала бы деловые одежды, костюмы, что непозволительно и снизит рейтинг работника в глазах нанимателя, как неосторожное грубое слово лишает невесту невиности!
  Москвичи и гости столицы с недовольством обббегали трупы французов и море крови, но через мгновение, другая толпа, которая не видела событие, нашла, как красное море, затоптали трупы и кровь, будто мыши леминги во время миграции ногами задавили геолога Пржевальского на лошади имени его!
  Командир вытер шашку о круп коня, вложил в ножны, как расческу в карман подруги балерины!
  С удовлетворением отметил, что рубил французов быстро, умело, как и положено командиру партизанского отряда имени Родины!
  
  Командир с толпой москвичей и гостей столицы, но верхом на Смелом, протиснулся в тесный вестибюль метро, раздумывал секунд пятнадцать - заплатить за проход в метро или просто, без оплаты, потому что с нового года метро подорожало до крайности, а еще толстая баба контролерша потребует, чтобы за Смелого заплатил - на этого никаких денег из партизанской казны не хватит!
  Командир охнул, дал Смелому шенкелей, как пряников на Рождество!
  Смелый легко взял препятствие, перелетел за турникет - за ним на халяву еще и студентик хилый пролетел, уцепился за стремя, как оруженосец Санчо Панса!
  Возмущеная контролерша свистела вслед, как жена Соловья Разбойника - да уж куда там!
  "Несчастная женщина, она в школе мечтала о карьере актрисы, а заканчивает жизнь на пенсии в душном метро, на унизительной должности вертухайки!
  Ей бы вилы, да на поле, да снопы под ее начало, снопы, где ромашки и где в озерах щуки с глазами, как у усурийского тигра из Красной Книги!
  На войну бы с буржуями эту пролетарку со злым свистком!"
  Контролерша свистела, а - Смелый уже стоял на эскалаторе, рядом студент, Командир улыбнулся студенту, как соучастнику маленького, но полезного преступления - прошли в метро безплатно!
  Смелый радостно соскочил с экскалатора - неудобно коню на движущейся лестнице, как балерине на комбайне рядом с усатым Игорем Кочергиным, который променял жену на комбайн!
  Внизу к Смелому подошли два молоденьких милиционера, сурово посмотрели сначала в глаза коня, еще не остывшего после эскалатора, затем в светлые очи Командира, как в омут с карасями!
  Да не тут то было, как в сказке про прозорливую Избушку с золотыми ногами!
  Командир ответил молодым милиционерам столь ясным и крепким взором, что у работников милиции заслезились очи, как от мутного самогона!
  - Гражданин, можно ваши документы?
  - Да вы что, мальцы, не видите, что ли - я партизан!
  - Где проживаете? Надолго в Москву, где прописка?
  Хлопцы, видать мало вас батька порол, что к дядьке подошли с претензиями, как девку обдираете!
  Ату вас!
  Молодые милиционеры быстро оценили обстановку, отошли в сторонку, как отошли от Закона!
  Не нужен милиции партизан, хотя и без документов, поэтому без денег, столь необходимых для подержки милиционеров, как наркотик гашиш!
  Командир лениво проехал мимо работников ОВД на транспорте, то есть на метрополитене, проехал, нечаяно задел ножнами шашки по шапке сержанта, как погладил топором по кадыку!
  Фуражка слетела на замызганый пол, как голова Людовика к ногам его возлюбленой!
  Милиционер покраснел, наклонился за фуражкой:
  "Едрить в корень!
  Уел меня дядько то, уел!
  И что я к нему полез, когда и так ясно - партизан!
  Партизан - он и в две тысячи десятом году - партизан!
  Говорил мне отец - возьми в Москву лошадь, а я вот постеснялся, сейчас жалею, будто мне шенкелей по ухам дали!"
  
  Командир перед вагоном спешился, слез с коня, с огромным трудом протиснулся в давку вагона, будто жал сок из москвичей!
  Смелый слегка помял менеджера в дубленке из славного Китая, где китайские партизаны бедствуют под игом врага, врага невидимого фронта, как на Украине, для которой - все вокруг враги!
  Придавленый интелигент в очках недовольно покосился на Смелого, но гнев перевел на бабку с тележкой, побоялся командира!
  Бабка, на то она и московская бабка, чтобы гадости делала всем подряд - непонятно, зачем с тяжеленой тележкой, да и откуда, влезла в метро - наступила интелигенту на ногу!
  На другую ногу интелигенту наступил Смелый, кованым копытом, настоящий партизанский конь, без примеси чистой крови, как работница Люберецкого рынка!
  Интелигент уронил лихую голову на грудь, как смелый партизан Сашко:
  "На фига мне высшая математика и информатика полей?
  Зачем мне Карнеги с умением вести беседы в райском саду?
  И для что мне мой опыт и часы учений, если меня обижают бабки и кони?"
  
  Командир выехал из вестибюля метро "Александровский сад", неспешно поехал к Вечному огню, где командира ожидали хлопцы, лихие партизаны, как цыплята бройлеры на Ногинской фабрике имени вегетарианства!
  - Огого го! командир прибыл! Ура! - Первым Командира заметил Сашко, славный хлопец, лихой рубака, как Чингиз хан с золотыми яйцами судьбы!
  Сашко подбежал к командиру, взял поводья коня, ловко так управился, молодец, молодец! - Командир, айда к огню, а мы вот кабанчика зажарили, Серега кабанчика добыл!
  От огня подымались партизаны, подходили, здоровались, словно три года в разлуке, а не одну ночь, хотя за эту ночь Земля вон сколько километров пробежала вокруг Солнца, как угорелая!
  - Нас на бабу променял! - Серега, симпатяшка и балагур весело подмигнул командиру! Повернул кабанчика на вертеле над Вечным огнем, как символ Власти повернул! - Сядай командир, как раз к завтраку, как буржуй к деньгам!
  Васятко ночью напартизанил, добыл из Зоопарка кабана, написано на клетке, что капибара, а на самом деле - кабан!
  Хлопцы и Командир захохотали, щедро и весело на душе, как после возрождения из гроба!
  К партизанам подошли жених и невеста, попросили на минуточку отойти от Вечного огня, потому что они фотографируются на фоне Кремлевской стены и Огня, а партизаны в кадре - несовремено, словно одетая женщина на корпоративной вечеринке!
  Сашко снял с огня кабанчика - чтобы жаркое не портило фон для молодоженов, затем, когда молодожены сделали фотографии, поблагодарили, ушли, растелил около Вечного огня газету Ведомости, положил на нее горячую тушку, как переросший гипер американский афро кролик!
  Командир развязал узелок (умница Маня завертывала гостинцы в белую простыню; в простыне картошка в мундире, сало, предварительно вытащеное из заграничной упаковки, соленые огурцы - вот только плохо, что хотя и большие, но маринованые, а не соленые! Но где в Москве найти жолтые соленые квелые огурцы, мятые, как лицо бомжа со станции метро Выхино?), добавил провизию к общему столу!
  Хлопцы подходили, выкладывали на стол, кто что нашел, как на золотом прииске на Аляске!
  Из воздуха возникла десятилитровая бутыль с мутным самогоном, словно в бутыль налили водку, а затем подкрасили для антуража!
  - Откуда? - Командир приятно удивлен, словно партизанский отряд вырвался из окружения в белорусских болотах! - Где ж вы первач надыбали?
  Градусов восемьдесят, наверняка?
  - Да у меня краля под Рязанью, - Никодим, старый вояка, улыбнулся добро и широко в пушистые, как половая щетка графа Мариньяка, усы! - Всю ночь гнали, аж упарились, как упыри вурдалаки буржуины!
  Партизаны добродушно хохотали - в здоровом теле, здоровый смех!
  Пили самогон железными кружками и гранеными стекляными стаканами, пили в охотку, мощно и жадно, как в последний раз, кто знает? Для кого и в последний...
  После третьей кружки, потому что до трех кружек деловые разговоры партизаны не ведут, к Командиру подошел Микола, крепкий мужик, уроженец города Днепропетровск, где крадут золотые цепочки средь бела дня!
  - Слышь, командир, тут один к нам ночью примазался, пьяный был!
  В отряд просится, как ребенок к табаку лезет?
  Я его и так и этак спроваживал, а он - ни в какую, будто ему кол в задницу засунули, как турецкому янычару около города Севастополь!
  - Где он? - Командир в благодушном настроении, потому что только что от хорошей бабы, а теперь в родном партизанском отряде, да с самогоном, да с перспективой похода в Китай, где китайские товарищи партизаны ждут не дождутся партизанской братской помощи от русских братьев!
  В другое время Командир не посмотрел бы на пришлого - ходят всякие, а нормальный человек не пойдет в двадцать первом веке в партизаны, только - очень нормальный да отважный...
  Но народ в отряде имени Родины быстро таял - неравные слишком силы в борьбе, неравные, трудно партизанам, ох, трудно! - Может быть, он кореспондент или мент, как заводная бомба с моторчиком?
  Ты спрашивал, Микола? А?
  Командир не любил кореспондентов и милиционеров, потому что и те и другие засылали в отряд лазутчиков, выведывали, собирали сведения, затем уходили, иногда прихватывали с собой что нибудь из обмундирования или иного скарба, как жуки могильщики!
  - А кто его знает, может и мент али журналюга!
  Пока в бою не проверим - не прознаем, как кот не прознает кошка ли или нет, пока к ней в гости не сходит!
  Микола засмеялся своей шутке прибаутке!
  Командир спрятал улыбку в густых чорных усах, как в тайге с золотом на реке Алдан!
  К костру хлопцы подвели толстого очкастого брюхатого молодого парня, с лицом, как тыква в которой Золушка без ботинок ездила на бал!
  Парень очень и очень нетрезвый, наверно вчера подгулял на корпоративной вечеринке, пристал к партизанскому отряду по пьянке, не соображая, как рыба камбала мечтает о замужестве с китом!
  Протрезвеет - поумнеет, как президент сша!
  - Так ты, хлопец, к нам в отряд имени Родины пришел, как на своих ногах с костями?
  Сам пришел, али кто привел, либо надоуськал, как пса? - Командир откусил от луковицы: - Забористый лук у Мани, словно Чипалину нам привезла из Италии!
  Это я, парень, не про тебя, а про лук то...
  - Сам я пришел, сам, своим умом, какой, никакой, а есть!
  Никто меня не подгонял - я же не женщина на высоких каблуках!
  Все девки - балерины!
  - А кем работал, если балерины так тебя допекли?
  - Менеджер я! Менеджером был в М видео!
  Ушел, хотя и перспективы у меня и деньги, все путем шло, а надоело, как в тюрьме гестапо!
  Все бабы - балерины!
  - Не все бабы - балерины! - Командир вспомнил Маню, вздохнул, словно потерял золотую шашку! Выпил самогонки, чтобы боль от разлуки ушла туда, где синие туманы, где кони за горизонтом! Поправил нож в сапоге, будто чесал ногу козерогу! - Ежели ты от обиды к нам примкнул, или отттого что все надоело - так это плохо, как в сортир головой!
  Партизан... партизан... партизан идеей живет, как революционер!
  - Все равно в партизаны хочу! - У менеджера из М видео из носа упала капля на нечищеный носок относительно дорогого ботинка, на фоне которого лапти партизан и латаные кирзовые сапоги выглядели, как автомобиль Камаз рядом с Вольво замминистра МЧС!
  - Ну тогда, иди с нами, коли есть нужда! - Командир неожидано для себя и для всех дал согласие!
  Даже слегка удивил менеджера из М видео, который приготовился к долгому разговору в духе Карнеги, который перед случкой с дамой расказывал, что у нее отличная квартира и прекрасная работа! - Время покажет!
  А конь у тебя есть? Конь - боевой друг партизана, как баба!
  - Нет! Ни коня у меня нет! Ни шашки нет! Ни бабы нет, даже с лошадиной мордой, как у англичанок!
  И не стреляю я... В армию не взяли по болезни...
  - Микола, возьми парня в обоз, на подводу, пусть едет, авось пригодится - не сразу Москва строилась! - Командир отвернулся от менеджера, который уже засыпал на ногах, как загипнотизированый кроликом удав! Свистом подозвал коня! Встал на ноги: - Собери хлопцев, Микола, речь буду держать, как Ленин перед Инесой Арманд!
  Через пять минут партизаны окружили командира, окружили плотной стеной, как в игре в хоровод!
  И что то заоблачное в очах партизан, та сила, что двигает мужчину к женщине, которая не позволяет спиться до пенсии!
  Командир прокашлялся, вытер башлыком красное, после сивухи, лицо, раставил крепкие ноги, как опору в жизни:
  - Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не медведь же ты!
  Снова смех в партизанском отряде, Командир смахнул непрошеную слезу, смутился, как царь Петр в негритянской бане:
  - Спасибо родные, спасибо, товарищи партизаны за подддержку!
  Так вот... Этать... В наше непростое время...
  - А кому сейчас легко, командир?
  - Так в наше непростое время... Тьфу...
  Вообщем, двигаем на Белорусский вокзал, минируем рельсы под поезд Москва Вюнсдорф, ну тот поезд, что к немцам гадам едет!
  Не добили мы немцев в сорок нервом, не добили...
  Ну а дальше - как Бог даст, были бы живы... если нас не перебьют...
  В Китай, к Китайским партизанам... поможем! Трудно им без Брюса Ли и без Парня со Свирелью!
  А ихний Джеки Чан убежал в Америку, к буржуинам, которые индейцев истребили... Ну и до них дойдем, до истребителей индейцев... Все! По коням.. у кого есть...!
  Да! Еще, партизаны... До вокзала добираемся своим ходом, на метро и на троллейбусы у нас денег нет!
  Контролеры озоруют - требуют деньги за проезд и коням!
  Откуда у партизана деньги, мы же, как куры - пользу даем, а денег нам не платят!
  Через час партизанский отряд имени Родины в полном составе, да еще с новеньким партизаном, менеджером из М видео, а менеджер Игорь спит в телеге, снялся с постоя и по Тверской улице двинулся в сторону Белорусского вокзала, где много врагов трудового народа!
  Ехали сосредоточено, каждый думал о своем; о родных, о бабах, которые жду дома, о шальной пуле, которая, как комар жалит больно с кровью!
  Старательно объезжали машины, чтобы кони и телеги не поцарапали дорогой лак, ехали подальше от зеркальных дорогих витрин бутиков, мимо ресторанов, банков, ночных клубов, Макдональдса, пунктов обмена валюты, как мимо болотных кочек!
  Возможно темные думы подвели бывалого партизана Андрея Онопко, как он лихо управлялся вилами, когда набегал на врага - римский легионер или спартаковец так вилы никогда не держал, как Андрей Онопко!
  Около станции метро Маяковская, чуть поодаль, за Ростиксом, партизан Андрей неосторожно впритирку проехал на коне около чорного джипа иностраного производства, как когда то давно, вне войны, терся небритой щекой о грудь своей бабы Анфисы Чеховой!
  Вилы партизана Андрея прочертили на боку джипа глубокую борозду, как извилина головного мозга професора Мельникова!
  Из машины выскочили трое мужчин в чорных костюмах, вероятно ФСБшники или бандиты и их главный - седой джентльмен в розовой рубашке, модной среди геев и лесбиянок!
  Как розочка на торте, право неудобно, господа!
  Один из слуг схватил лошадь Андрея под уздцы, другие - стащили партизана на мостовую!
  Андрей в лаптях, кушаке, холщовых портах, невысокий, в красном армяке смотрелся на фоне новых русских, как партизан на Тверской!
  Партизанский отряд имени Родины остановился, партизаны почуяли беду, как рыба акула чует кровь за десять километров!
  В подводе проснулся бывший менеджер магазина М видео Игорь, проснулся протер глаза, сразу понял ситуацию, потому что хотя и бывший, но менеджер, как бывшая балерина танцует лучше живой!
  Игорь толкнул Миколу в спину, повыше кушака:
  - Слышь, Микола, а что сейчас будет, как в кино?
  У нас неприятности с новыми русскими?
  - То и будет, что будет, паря!
  Ты еще молодой, неопытный, да и рожа у тебя не партизанская, жирная еще, как у бабы - вот похудеешь - тогда и высовывай из телеги!
  А то еще подумают, что мы не партизаны, а - сборище менеджеров, ну, как негры рэп танцуют - тоже сборище!
  Слуга нового русского встряхнул партизана Андрея за воротник рубахи (эту рубаху для любимого Андрея Анфиса вышивала петухами три месяца, вышивала с любовью, как кровью):
  - Ну, что, дядя? Попал на деньги? Бабки гони, зараза!
  Думал, что на кобыле по Москве проехал - и барин?
  Давай две тысячи баксов за царапину и за безпокойство!
  - Да я партизан! Откуда у партизана деньги, а ребята?
  Отпустите меня! - Андрей зашмыгал носом, вытер рукавом влажные глаза, как протирал стекла дома на Новом Арбате!
  Вилы на веревке за спиной заржавели!
  Андрей захныкал, жалобил новых русских: - Я с партизанщины когда приду - так отработаю вам, все отдам, или сам царапину зачиню... своими вон, этими руками!
  Я бедовый, я все умею, как брат Левши!
  - Дядя! Или гони бабки, или здесь ляжешь, как Левша в лазарете рядом с блохами!
  Если мы с тебя сейчас деньги не возьмем - то потеряем лицо, а потеря нашего лица дороже твоей смерти!
  Придется тебя... ну кончим тебя, молись, что ли!
  Один в костюме ударил партизана Андрея по затылку, другой, ногой - в живот!
  Андрей упал со стоном, по асфальту потекла чорная кровь, как кофе без молока!
  Менеджер, бывший менеджер, а теперь партизан, Игорь еще раз ткнул Миколу кулаком в спину, но более настойчиво, словно дятел долбит сейф с золотыми червонцами:
  - Микола партизан! А почему мы не помогаем нашему, словно нас загипнотизировали?
  Нас же много, у нас шашки, вилы, топоры и берданки!
  Мы же бандюков завалим, как свиней на скотобойне имени Клары Цеткин!
  Микола высморкался в рукав, вытер покрасневшие глаза,
  - Ишь, жалко Андрюху то!
  Убьют его ироды фашисты, насмерть убьют!
  А что? Что паря? ты же хотел в партизаны, так учи, что значит партизаны!
  Мы не какие то бандиты, как они, мы не менты и не Красная или другая, но регулярная армия!
  А партизаны действуют скрытно, тайно, в интересах государства, а не отдельно взятой личности, как американцы, которые за одну обезьяну убивают сто врагов!
  Партизан не имеет права и нет у нас возможности, чтобы вот так на улице, как прости Господи, балерины голые по улицам ходят - не наше это!
  Не наше, ох, грехи наши тяжкие!
  И ты, парень, не вмешивайся - не партизанская это борьба - с бандитами!
  Партизаны тайно сражаются с регулярными вражескими армиями, но не с отдельно взятыми криминальными авторитетами, как Ремба!
  Бывший менеджер Игорь выпучил очи, как Андрей, которого бандиты добивали ногами, били точно, с отттяжкой, в голову!
  После каждого удара Андрей вскрикивал!
  Хватал бандитов за ноги, шептал разбитыми губами:
  "Благодетели! Не бейте! Больно мне, больно!
  Пожалейте, у меня маманька дома больная, старая, как русская печь!
  За маманькой уход нужен, как за умалишеной баронесой!"
  В кровавой пелене потеряного сознания перед партизаном Андреем пролетала вся его жизнь, как на сноуборде с горы в деревне Чулково, когда с горы да вниз головой в прорубь, как жена царя Ивана Грозного:
  "Прожил я жизнь славно, не как поле перешел в лаптях!
  Помню дом с ракитой над садовым прудиком, карасей, грядки с луком, сестренку Наташеньку в ситцевом сарафане, как цветок василек под ногами немца!
  Клад с золотыми монетами и изречения Мао Цзы о весне и цветущем ростке риса..."
  (Партизан Андрейка в детстве мечтал о кладе, как мечтают все жители России!
  Клад обязательно с золотыми монетами и драгоцеными каменьями, чтобы хватило на шубу любимой девочке Ане!
  Однажды поздним вечером, когда все куры спят на насесте, а петух кудахтает во сне, около избы с резными ставнями, где жил Андрейка с семьей; прошел кудесник партизан с берестяной грамотой, как с путевкой в жизнь!
  Партизан пустил бы грамоту на самокрутки, либо на поджиг для костра, но так как с добрым сердцем, потому что партизан, подарил грамотку Андрейке, как залог и подддержка счастливого детства в России!
  На грамоте начерчен план клада с золотыми монетами и драгоцеными каменьями, потому что в то время в России кладов и карт кладов - видимо невидимо, как ягод малины в подоле невесты Анфисушки!
  Андрейка пошел к указаной в грамоте березе и вырыл клад, вырыл без удивления, как должное, потому что на Руси карты не врут, отттого, что составлены государствеными честными мужами в зеленых шинелях!
  Золотые монеты Андрейка тогда перепрятал, зарыл под выгребной ямой в саду, как похоронил надежду до комунизма, когда все бабы общие, даже учительницы!
  В кладе, кроме золотых монет и драгоценых камней Андрейка нашел удивительную книгу на китайском языке, книгу древнейшую, на бамбуковых листочках, да написаную палочками для написания иероглифов!
  Книга, друг по жизни, многому научила Андрейку - любви к Родине, мудрости, поэзии Природы и кунфу, когда одним ударом пятки сносят половину черепа!
  Мальчик из старорусского села запоем читал древние китайские иероглифы и приобретал мудрость, столь нужную отроку в Средней полосе России!
  Книга говорила о противоборстве Янь и Инь, о волшебной обезьяне Хануме на облаке, о нефритовых палочках принцесы Нури!"
  И вот сейчас, в предсмертном бреду, Андрейка волновался с клубами кровавой пены на губах, переживал, что книга древнего философа Мао Цзы исчезнет безследно, пропадет в русской печке, как пригоревший пирожок с печенкой дикой собаки Шарика!
  "За державу, за державу обидно! Плевал я на золотые монеты и на драгоценые камни - маменька и сестричка без них отлично проживут, потому что умные и работящие, как лошадки пони из Шотландии с королевами!
  А без изречений Мао Цзы трудно придется русскому селу Средней полосы России, ох трудненько!
  Наши ребятишки не узнают про мудрое изречение гениального философа, что "...даже быстрая вода остановится около нефритовой скалы"!
  Отступили бы от меня бандиты - я бы сказал партизанам где закопал драгоценую книгу, как когда то закопал своего школьного учителя географии Козловского Семена Ильича!"
  
  "Благодетели" бандиты не отступали - слышно, как хрустнул череп партизана Андрея, треснул, словно кувшин с молоком девушки Анфисы с русой косой и настолько крутыми бедрами, что на вороных за год не объедешь!
  При каждом ударе партизаны сурово охали, словно чувствовали боль своего товарища по отряду!
  Боль не нейронами, а тысячами мыслей, потому что только мысли причиняют боль, как иголки под ногтями немецкого шпиона Штирлица!
  Новый русский партизана не избивал, наблюдал со стороны, как птица марабу смотрит, как львы загоняют слона в болото с крокодилами!
   Когда череп партизана Андрея лопнул, новый русский взял у своего слуги пистолет и выстрелил в голову Андрея, будто поставил точку на банковском векселе в сто крон, заплаченых за работу проститутки Бланки, ой, извините, партизаны, балерины Бланки!
   Партизаны молча сняли шапки, стояли минуту молчания, затем отряд партизан (после приказа командира: "Хватит! По коням!"), как траурная процесия по товарищу Сталину, двинулся дальше, вперед к Светлому Будущему!
   Когда проезжали мимо магазина дорогих часов "Консул" Микола полуобернулся с оцепеневшему Игорю, будущему партизану и сказал с теми нотками любви и всеобщего понимания, которые присущи только особо тонкой душе партизана:
   - Вот она какая, жизнь наша то!
   Ты, товарищ, как звать тебя забыл... Игорь...
  Слушай, Игорь, партизаны - не герои, а даже наоборот, ну, как огонь и вода, как золото и турецкое подельное золото!
  Герои в кинах и в Красной Армии на высоких должностях, а среди нас, ну, все равно, как все бабы красивые, а твоя - только...
  Так то, что мы не герои - в этом наш и подвиг, потому что не герои, а сражаемся, выскочим из леса, да вилами в бок!
  Вот то то и оно, Игорек, то то и оно, товарищ!
  Оно, трусливый заяц на войне более уважения достоин, что воюет, несмотря на то, что не герой в штанах с дырой!
  На печи - все герои, как те бандиты, что Андрейку убили, как вшу!
  Бандиты потому герои, как менты, что у них и оружие и власть и за спиной защита государства, как Кремлевская стена со спрятаным золотом Сталина!
  ИИИИИИЭЭЭЭХХХ!
   Андрейка и не думал, что так безславно погибнет, умрет от руки бандита да еще на Тверской, где девушки глядели на его смерть не как на смерть партизана, а на смерть мужика с вилами за плечами!
  Стыд и позор, безчестие!
   Смотри, товарищ, смотри и мотай на ус!
   Авось, люди добрые похоронят Андрея, как почетного партизана, с почестями, с благодарностью за его деяния!
   Игорь не понял, что мотать на ус, находился в оцепенении, как папуас в компьютерном клубе, где много дыма и полуобнаженых девушек среди красных лампочек!
   "А почему я лезу со своим уставом в чужой каравай, как братья Караваевы?
   Партизаны не глупее меня, мудрее, старше, у них больше опыта, как у старшего продавца сети магазинов М видео!
   А я типа, начитался книжек про благородство, насмотрелся кин про Рембу, про одиноких героев, которые за правду всегда руками и ногами побивали огромные армии!
   Может быть правы партизаны, а сейчас я уверен, что обязательно правы, что не выступили на защиту Андрея, одинокого партизана, потому что общее дело намного важнее дела одного человека, как страна Китай не живет ради одного китайца Мао!
   Вдруг, если бы я вмешался, то нарушил бы равновесие между силами зла и Добра, как на детских качелях, когда удачно спрыгнул, а моя подруга Настенька упала и сломала шею!
   Может быть, бандиты не видели партизанский отряд имени Родины, он для них прозрачный, как стекло брилиант в шахте на глубине одинадцать километров!
   Если бы партизаны побили бандитов, то партизаны нарушили бы Закон и Порядок, а партизаны, как сказал Микола, просто партизаны в нашем бушующем мире!"
   Молодой начинающий партизан Игорь успокоил себя, потому что благодаря высшему образованию научен, как привести организм и чувства в спокойное, не вредное для души и тела, состояние, как обмануть совесть, и как пройти по жизни без крови!
  
  Командир партизанского отряда имени Родины около метро Белорусская, сбился с пути, хотя Белорусский вокзал светился, как прожектор в чулане скупого рыцаря!
  Но Командир, на то и командир, что не позволит лишнего ненужного шага для измотаного и уставшего отряда!
  Командир не соскочил с коня, наклонился к кучке смотрящих братков, которые лениво курили и обсуждали доходы от проституток, то есть балерин:
  - Извините, я по этой дороге доеду до Белорусского вокзала?
  Братки после пятиминутного совещания кивнули головой:
  - Проезжай, мы не возражаем...
  Командир догадался, что его поняли не так, но партизаны не слышали речи, поэтому Командир не уронил честь мундира, то есть полушубка, в котором летом жарко, как в русской печке посредине пустыни Сахара!
  
  Подводы не разгружали, иначе цыгане разворуют, как золото с полей!
  Бойкие конокрады сновали между бойцами партизанского отряда, но цыгане - не бандиты на Тверской, не новые русские, а - старые русские, поэтому партизаны лениво отмахивались от цыган нагайками!
  Цыгане на нагайки не обращали внимание, даже рады, что их не гонят более сильно, как менты прогоняют из столовой Государственой Думы Российской Федерации, где много балерин без трусов!
  Серега сторговался с цыганом - отдал три патрона к маузеру за золотой перстень, ну, якобы золотой:
  "Подарю Наташке, скажу ей, что это золото - все равно не поймет, а рада будет, как Солнцу вешнему тридцатого января, когда у котов отмерзли усы и хвосты!"
   Коней привязали к деревцам около станции метро - надежно и питательно; скотина жадно жевала тонкие веточки с пыльными жирными листьями, похожими на куриную котлету из далекой страны Бразилия, где настоящий гаучо стоит на рынке три долара сша!
   Прохожие обходили коней, конские какашки, а добрые старушки из ближайшего дома даже вынесли коням ведро воды и три буханки черствого хлеба, словно хлеб своим ходом пришел в Москву из Китая!
   Командир, как хозяйственик убедился, что отряд "расквартирован", что кони под надежной охраной пулеметчика с пулеметом "Максим", перешел к непосредственой работе партизана, как кокетка в конце вечера поняла, что развлечения - развлечениями, а план необходим!
   Из подвод выгрузили ящик с динамитными шашками, на ящике нарисован череп и скрещеные кости, как на будке с электричеством - "Не влезай - убьет!"
   Игорь сразу понял, что рисунок сделан от руки, наверно, художником из отряда, словно рисовал Пикасо!
   Командир увидел любопытство Игоря, наверняка, понял его мысли о динамите, или улыбнулся чему то своему, далекому, подошел, как к ручному хорьку:
   - Игорь, (Игорь отметил про себя, что Командир уже узнал от Миколы его имя - настоящий командир, выдержаный, как звездочки на погонах семидесятилетнего генерала армии!)!
   Сегодня твое первое боевое крещение, как у Пушкина с Дантесом!
   Может быть... вероятно... кого то убьют!
  Кто то падет смертью храбрых, как Андрейка!
  Возьми на задание его вилы, - Командир полуобернулся, достал из телеги ржавые вилы!
  Игорь снова удивился, потому что не заметил, как кто то из партизан забрал у мертвого Андрейки, уже ненужное ему, оружие!
  Командир смотрел в глаза Игоря, как командир, не так, как смотрят начальники, даже богатые начальники, а имено по командирски, четко, уверено и твердо, как сверло по керамике!
  Игорь поджарился на взгляде, опять же с удивлением, уже десятым за сегодня, понял, что ради командира, ради партизан отряда готов пойти даже на смерть, пусть смерть от рук бандитов на улице Тверская, где нет проституток!
   - Игорь, у тебя девушка с женствеными формами, родная, невеста, есть?...
   Ну та, которой, если что... мы бы письмо послали, как с аистом ребеночка!
   В бою всякое произойдет, словно мы по лестнице карабкаемся на Эйфелеву башню, где засели враги...
   - Ну, у меня, девушка, ну, конечно есть!
   "А есть ли у меня девушка? - Игорь задал себе неожиданый вопрос, словно и не подозревал, что у него нет девушки, потому что у каждого менеджера М видео, по рангу есть девушка, почти невеста, особено для корпоративных вечеринок, то есть пьянок до одури и неряшливого секса среди коробок из под магнитол! - И где я? и как оказался в партизанском отряде, словно меня заманили сюда должностью начальника отдела электроники?
  Напился вчера, как свинья - потянуло на подвиги, а тут - партизаны!
  Может быть, пока не поздно... убегу, как ежик в туман, где много денег и спокойная жизнь?
  С другой стороны - что меня ждет там - ничто, кроме "девушки", которой и нет, должности начальника, которую получу или не получу - неизвестно, как на кофейной гуще, а если и получу - тио разве Это то, о чем я мечтал в детстве, когда с головой закрывался одеялом и думал о дальних странах, где папуасы прыгают с деревьев и ломают ноги о спины гигантских черепах?
  А в партизанском отряде что меня ждет - смерть, как второе я?
  Ой! Что то я задумался глубоко, что непозволительно партизану из отряда имени Родины!
  Командир ждет ответа на вопрос есть ли у меня девушка, а я даже и не знаю!
  Девушек - много, но та, которой можно послать уведомление о моей смерти на поле брани...
  Этой, наверно, нет..."
  Игорь на всякий случай достал из кожаного дорогого бумажника фотографию Алены, подруги, с которой уже почти три месяца, показал фотографию командиру, словно школьник неуверено протягивает нерешеную задачу!
  Командир мельком взглянул на фотографию, на Игоря, ничто не сказал про Алену на фотографии, словно смотрел на спичечный коробок Бобруйской фабрики, где кушают серу, потому что все работники - черти!
  И Игорь понял, что, действительно, Алена - не его девушка, не будет ждать с войны, не... вообщем, множество "не", когда достаточно одного "да", как в русской бане с француженкой Мими!
  Командир еще раз осмотрел Игоря с головы до ног, будто снимал мерку для фрака на званый вечер, где танцует культурист Шварцнегер:
  - Игорь, не волнуйся! Девушку мы тебе найдем, знатную, любящую, настоящую партизанскую жену, пусть даже в Китае, но найдем!
  А сейчас - мигом, переоденься в партизанское, а то похож на огородное чучело под Самарой!
  Горе - а не партизан действующего партизанского отряда имени Родины!
  Игорь усмехнулся молча, как рыба камбала в котелке рыбака деда!
  Костюм от Кардена, ботинки от Гучи, рубашка - Поло, - все это Командир назвал нарядом чучела, а взамен предлагает армяк, лапти, онучи, зипун, кушак, подддевку или другие партизанские одежды, которые вызвали бы шок у Кардена, когда Карден менял карданый вал на своем Ферари!
  "Для каждого сущего существует противоположное! - Игорь вспомнил мысль философа, которую запомнил на одном из семинаров в институте, когда из за Леночки, не прогулял пару, не пошел с компанией друзей в пивную, а дремал на паре, смотрел, как Леночка изгибает спинку, слушал, вяло слушал, словно делал одолжение, расуждения философа о сущем и не сущем!
  Теперь, в партизанском отряде имени Родины мысль о сущем, но уже без Леночки и без ее спины с соблазнительными окончаниями, приобрела другой смысл, более глубокий, потому что рядом смерть! -Если одни полагают, что костюм от Кардена лучше зипуна, то другие знают, что зипун лучше костюма от Кардена!
  В костюме Кардена и в ботинках Гучи не пройти по лесу, не перейти болото, а в лаптях, онучах и в армяке - пожалуйста, как две ночи с балеринами в городе Палермо!
   Получается, что я всегда был неправ, будто Калигула с выколотыми глазами, всегда, до вступления в отряд партизан имени Родины?"
  
  Напротив выхода из вестибюля метро Белорусская кольцевая партизан Серега топором крушил новенький трехсотый чорный мерседес, похожий на лакированого коня!
  Вероятно, Серега, как партизан убедился, что хозяев Мерседеса нет поблизости, потому и крушил вражеский автомобиль, автомобиль фашистов, как немецко фашисткую гидру!
  Заодно мстил за убитого Андрейку, зло мстил - вышибал стекла, увечил двери дорогого автомобиля, который кряхтел, но сдавался - не устоит немецкая сталь под русским топором!
  Конь Сереги одобрительно фыркал рядом, готовый унести хозяина, если появятся владельцы машины!
  Прохожие смотрели на войну Сереги с Мерседесом, одобрительно гудели, потому что у них нет автомобиля Мерседес, а на Мерседесах ездят враги народа!
  Бабушки даже подбадривали Серегу, советовали, чтобы:
  "Еще стекло ему разбей то!
  И зеркало сбоку отсеки, а то ездят на иностраных машинах, дорогу не уступают, как вурдалаки с клювами!
  Шибани ему, сынок, по антене то, шибани покрепче!"
  Две девушки зааплодировали Сереге, когда он ловко, одним ударом топора, отсек задний бампер, словно голову Гидре срубил!
  Бабушка в сереньком платочке поставила около урны свою тележку со скарбом, подошла к разгоряченому Сереге, поцеловала его в губы, словно пила отвагу:
  "Молодец, хлопец!
  Родненький ты наш!
  Отомсти этой немчуре, за все отомсти, родимый!"
  Красавицы девушки подпрыгнули от восторга и даже сфотографировались с партизаном Серегой на фоне убитого Мерседеса, даже подарили ему свои визитки, как надежду на Светлое будущее с кофеем в постели!
  
  Игорек с легкой завистью, потому что еще не способен так легко, ловко, безззаботно, как симпатяшка партизан Серега, идти на войну с Мерседесом, одевался и любовался одновремено, словно он не партизан, а манекенщица с Большого Круга!
  Через пять минут новый партизан Игорь переоделся в партизана - любо дорого посмотреть!
  На голове шапка с красным околышем, далее зипун, рубаха с вышитыми петухами, порты, просторные и удобные, как Чорное море, онучи, лапти - все, как у нормального человека, а не хлыща в костюме!
  Костюм от Кардена, туфли Гучи и рубашку Поло Игорь сменял у цыган на красивую красную ленту, которую тут же повязал на правом рукаве зипуна, как на елку с игрушками и обнаженой Снегурочкой на Новый Год!
  С вилами за плечами - потому что берданка еще не положена, - молодой еще, да не добыл оружие в бою - Игорь с Миколой и еще тремя партизанами, пошел на выполнение боевого задания в тылу врага, то есть на подрыв вражеского поездами или поезда с врагами немцами фашистами окупантами, которые окупировали Россию Мерседесами, германскими сырами и носовыми платками!
  На вокзале народа много, как в летнем саду, когда убили царя!
  Охраники сначала не пускали партизан, потому что пропускали только с билетами на поезда с Белорусского вокзала, но Микола пошептался с главным охраником, отчего главный охранела расплылся в улыбке, словно голубой гей после поцелуя голубого гомосексуалиста и пропустил партизан на вокзал!
  - Что ты ему сказал, а Микола? - Игорек, как молодой партизан имел право на любопытство!
  Он подождал, пока Микола купил чебурек у гражданина Кавказской национальности (Микола сначала пристально осмотрел продавца, как участковый милиционер приглядывается к проститутке, затем выдал решение:
  "Не! Ты, вроде не грузин, а то у нас с Грузией состояние войны!") и съел гадость!
  Партизаны перематывали портянки!
  Микола вытер руки о портки, жиром намазал усы, чтобы бодро стояли, как у кота Васьки, затем степено ответил:
  - Охраник? Охраник то?
  Он земеля мой, земляк значит, вот и пропустил партизана!
  Родные корни, Игорек, они сильнее невзгод и вражды, как родная кровь, которая спасет и подо льдом Северного полюса!
  - Микола, а ты почему в партизанах? - Игорь не унимался: кто знает - вдруг, после боя или Микола убит, или его убьют, о чем Игорь не жалел заранее, представлял свою жизнь, как работу пылесоса Вихрь - работает, или не работает!- А командир наш откуда и кто он? и почему?
  Микола, словно понял боязнь Игоря за будущее, за возможную смерть на Белорусском вокзале, смерть либо от тухлого чебурека, либо от недобитого врага!
  Зачем то достал из зипуна фотокарточку, залапаную, с белыми изломами, словно фотография лежала в автомате с газетой Известия!
  Показал фотокарточку Игорю, словно женщина на фотографии отвечала на все вопросы, как оракул Касандра!
  - Я в партизанах, потому что верю, что... что партизаны после смерти превращаются в птиц! - Микола снял шапку, посмотрел на небо!
  - Что? Не понял я тебя, дядька Микола...
  - Понял ты меня, Игорек, правильно, только не веришь в понимание свое!
  Хочу, чтобы после смерти, не как червяк лежал в сырой земле, а чтобы - птицей летал в небе!
  Партизаны уходят на небо, в птиц мы превращаемся, как балерины!
  Только балерины в легких птиц, птиц легкого поведения, а мы в свободных!
  - В чаек с красными лапами и крыльями?
  - В чаек превращаются партизаны Морфлота, а мы - партизанский отряд имени Родины!
  Нет! Мы, наверно, в жаворонков или в соловьев, а может быть, в скворцов!
  Кто их знает, птиц с клоаками... Я не ботаник в очках и без баб!
  - Микола с бородой, как у Карла Маркса, ты не ботаник в очках минус сто, а кто ты?
  - Партизан я! - Микола поцеловал фотографию на которой изображена женщина, красивая статная с увереным взглядом, как у царицы Солнца!
  (Молодой партизан Игорь позавидовал, словно итальянский тухлый лимон съел:
   "Эта баба будет ждать всегда, как конца света!
  Вот мне бы верную подругу, да еще красавицу!
  Да еще с косой до пояса, как канат на автокране!
  И верную верную, не балерину!")
  - Игорек, не имеет смысла, кем мы были до, а важное, кто мы сейчас и еще важнее - кто будем, как птицы или как черви, которые живут в надежде на золото подземных рудокопов в зеленых штанишках!
  Раньше я думал, что я академик академии РАН Николай Басов, потом в партизанах я думал, что я бывший академик РАН Басов, а теперь уверен, что я всегда был партизаном, даже тогда, когда еще не был партизанам, а заседал в Академии, словно в Академии правда!
  Про командира нашего не скажу ничто, потому что не знаю, кто он и откуда - так положено для командира, может быть, он, из птицы превратился в командира партизанского отряда имени Родины!
  Партизаны после смерти уходят в птиц, а птицы - после смерти - в партизан!
  Микола подал Игорю моток с проводом, будто и не было умного разговора по душам, а только - работа партизана, которая намного важнее, чем все Академии с философами, потому что академик никогда не превратится в птицу!
  Игорь принял моток, как переходящее красное знамя!
  
  На первом пути стоял гламурный поезд в неметчину "Москва Вюнсдорф", благоухал, как памятник французам в Берлине!
  Микола - руководитель групы подрыва, махнул рукой - партизаны упали на перон и поползли к поезду по пластунски, как червяки на интернет ферме, где собачка гуляет в шляпе!
  Игорь без колебания последовал за соратниками по борьбе, словно не с мотком провода в Москве на вокзале, а в болоте с поляками и Иваном Сусаниным с гуслями!
  Пасажиры с тележками, грузчики, спешили к поезду, объезжали, обходили ударную боевую групу партизанского отряда имени Родины!
  В первые минуты Игорь паниковал, стеснялся, что вот так, неприлично, ползет по перону, хотя мог бы идти пешком, но затем успокоился, потому что реакция пасажиров - самая естественая, словно Игорь напился немецкого вина и плясал посредине города Берлин без трусов, чем увеселял бы немцев, которые любят свинину, сардельки, капусту и свадьбы без трусов!
  Микола дополз до локомотива, взял из рук Ивана ящик с перевязаными сардельками динамита, похожими на баварские колбаски!
  Серега отмотал метра два провода с катушки Игоря, предупредил с пониманием важности момента, с обреченостью в случае, как утка крякает на похоронах льва:
  - Ты, хлопец, держи крепче катушку то, крепче, как свою бабу!
  Серега засмеялся, а Игорь отметил, что слишком много упоминаний про баб сегодня, будто не день, а девичник по случаю коронации королевы Екатерины Второй!
  Но Серега - симпатяшка для девушек, тем более, что у него в кармане визитка от красавиц с белорусского вокзала, визитка, как медаль за храбрость при взятии вражеского немецкого Мерседеса! - Микола потянет провод, а ты спокойно разматывай, когда дальше то, разматывай, как змея!
  Змея то видел?
  Игорь не знал про какого змея Серега спрашивает, и, вообще - шутит ли Серега от волнения, или серьезно спрашивает, но ответил спокойно:
  - Змея? Змея еще не видел!
  - Не переживай, паря, еще увидишь, встретишься со змеем то!
  Не зевай, отматывай, отматывай, а то Микола запутается в проводах, как кур во щах!
  Игорь испугался за Миколу, суетливо стравливал с катушки провод - значит Микола со взрывчаткой лезет под поездом дальше и дальше, как метро прокладывает в городе Воронеж!
  "Почему Микола так далеко залез, словно делает зарядку?
  Заминировал бы локомотив, как терористы заминировали Невский экспрес!
  Но, возможно, в этом глубокая партизанская тайна, более глубокая, чем тайны Кремлевских подземелий!"
  По радиву объявили отправление поезда Москва Вюнсдорф через десять минут, как в бездну!
  Игорь заволновался, что Микола работает камикадзе, что специально лезет под поездом подальше, чтобы не возвратился, чтобы взрыв прогремел наверняка, как в женской бане города Сургут, где женщины моются оновремено с заключеными колонии номер три!
  Микола появился через минуту, грязный, со следами мазута на рукавах зипуна, но с печатью гордости, на лице, с чувством глубочайшего удовлетворения, которое, очевидно, никогда не испытывал в прошлой жизни, когда заседал на советах Академии наук!
  Партизаны молча захватили ящик из под динамита, Серега пояснил Игорю:
  "Нельзя мусорить - оштрафуют!"
  Засели в засаду за ларьком с лавашами и чуреками, словно в белорусском лесу с феями и русалками!
  Микола молча отнял у Игоря моток с остатками провода, приладил оголеный конец с железной коробке с ручкой, как у древних машин на которых ездили Айсидоры Дунканы!
  Игорь вспомнил, что в архивных фильмах про партизан эту коробку с ручкой называли "адской машинкой", словно в ней сидел чорт с рогами, а, может быть, и сидел взаправду - никто в логово чорта не лез!
  - Подождем, когда поезд двинется, тогда и жахнем! - Микола пояснил партизанам, то, что, очевидно, они все, кроме Игоря знали, но повторение фразы, как бы снимало напряжение, как электрик своим телом загораживает ток высокой частоты! - Я заминировал рельсы под тремя вагонами и под вагоном рестораном, чтобы немцы, если выживут, не покушали!
  Ишь ты - сало, млеко, яйки им давай!
  Партизаны засмеялись, Игорь тоже смеялся, легко, как все, без натуги, но наморщил лоб, потому что изжитки Московского менеджера, воспитаного на западном гуманизме, еще бродили в голове, как кислые щи в котле бабы Маруси:
  - Хлопцы, а в поезде, кроме немцев, так еще и наши едут, как с ними то?
  Партизаны посмотрели на Игоря, будто он сказал пошлость про посиделки английской королевы с африканским принцем Мабукой, после посиделок сожраным крокодилом Геной!
  Серега крякнул и закурил самокрутку с едким табаком - табак в газете!
  Леха мотнул головой в сторону Миколы, чтобы Микола ответил, потому что за старшего, как генерал в армии подтирает новобранцам попы!
  Микола охотно, наверно, потому что в сотый раз, пояснил:
  - Наши то? Наших в поезде нет, потому что все Наши на фабриках, да на пашнях трудятся, как пчелы и как кроты во славу Родины - все для Победы!
  А те, кто не немцы, но едут в неметчину, так те - шпионы, диверсанты, враги, недобитая сволочь, которую мы уничтожаем без пощады по всей строгости партизанской войны!
  Что к немцам без трусов едут?
  Сидели бы дома в Вологде, где коровы и клюква, и девки в Вологде рыжие, да с белой кожей!
  Микола добавил бы еще про девок и про клюкву, дошел бы до Вологодских грибов, но по радиву объявили, что Поезд Москва Вюнсдорф отправляется с первого пути первой платформы, отправляется в небытие, но не на небо, потому что убитые пасажиры в птиц не превратятся, отттого, что пасажиры не партизаны!
  Вагоны скрипнули, но скрипнули, не как старые и дешевые, а скрипели, словно дороги кожаные кресла под задом барона Мейерхольда!
  Партизаны взглянули на сосредоточеного Миколу с судьбой людей и партизан в адской машинке!
  Микола сжал зубы, прокуреные табаком самосадом, крутанул ручку адской машинки, будто взвинчивал нервы коту в клетке!
  Ничто не произошло - поезд плавно отчаливал, как отчаливает дорогая яхта!
   Лоб Миколы покрылся капельками пота, уши встали, как у гоблина!
   Микола снова крутанул, с ожесточением, будто крутил чорту рога!
   Снова - нет взрыва, будто заколдовали поезд!
   Игорь вдруг почувствовал, что уже не думает о людях и о немцах в поезде, что ждет, как в спортивной передаче ждут нокау та боксера, как в цирке зрители ждут, что акробат сорвется из под купола и упадет на арену, так Игорь с закрытым садизмом волновался, что дело партизан заглохнет, что взрыва не будет и - тогда - неизвестно что, как в сказке про Снегурочку, когда она растаяла на радость деревенским девушкам!
   Иван подбодрил Миколу, подбодрил, хотя сам волновался, будто в брюхе у сома в реке около родины Циолковского,
   - Слышь, Микола, ты не резко, ты плавно крутани, как ребеночка по головке погладил!
   Техника, как (Игорь подумал, что Иван опять упомянет про бабу, но Иван сказал про животного, словно работал сейчас на ферме и доил пятнистых жирных коров!) теленок, ласку любит!
   Микола с силой, но плавно, в третий раз, как в сказке, крутанул ручку адской машины, как ручку стариного патефона с Измайловского рынка, где шахматы из костей стоят в десять раз дороже, чем шахматы из камня!
   Бабахнуло, лязгнуло, затрещало, будто кастрюлей по голове!
   В воздухе возник запах смерти, крикливый, как пес брехун в мороз минус сорок на улице города Сургут!
   На вокзале зазвенело, затрещали провода, возникла суматоха, как в магазине М видео, когда на распродажу поступили дешевые ноутбуки!
   Вагоны налезли друг на друга, как произошло бы, если бы поезд мчался со скоростью автомобиля Президента, когда Президент едет в баню!
   Третий с конца вагон выперло на перон, едва не задавило бабу с бидоном и с кульками, словно женщина только для того и продавала на вокзале, чтобы попала под взрыв!
   Баба заголосила, но про бидон и кульки не забыла, побежала к вокзалу, словно на вокзале у нее срочные роды!
   Партизаны вышли из за ларька, остановили продавщицу, как остановили поезд Москва Вюнсдорф!
   - Тетка, почем творог? Домашний?
   А сметану сама взбивала, а то подозрительно белая, как, небось, твои титьки?
   Не с московского ли ты комбината, где в молоко добавляют известку?
   - Да вы, что, хлопчики, сдурели после взрыва?
  Все домашнее, свеженькое, час, как привезла из дома, из под Можайска, там у нас телята на крапиве растут да молоко коровы от ивы дают, лучше гамбургеров ваших московских!
  - Сама ты гамбургер! Почем творог? а молоко?
  Партизаны минут пять торговались, сбивали цену на творог, сметану и молоко, продавщица уступила, но немного - товар то свежий и качественый, как турецкий кафель в Московской церкви!
  Мимо пробегали озабоченые взрывом сотрудники МЧС, отрабатывали отпуск на Гаити!
  Милиционеры выстраивали оцепление, санитары и врачи деловито складывали на носилки живых и мертвых, словно ждали, что на небе разберутся и без них - кому жизнь, а кому смерть, кому масло, а кому кот с маслом!
  Партизаны с кульками творога, с банками молока и сметаны из под Можайска, где коровы кушают крапиву, прошли мимо оцепления, мимо охраника земляка Миколы, весело обсуждали операцию по подрыву вражеского поезда!
  - Да, как жахнет! Я уж думал то!
  - Бабах! И огонь - наверно спирт у немчуры загорелся!
  - Страху то я натерпелся, страху-то, ужо...
  
  Около коней боевую групу обступили товарищи, подошел командир, спросил, словно не слышал взрыва, будто група партизан от взрыва за сто километров на Луне:
  - Как, хлопцы, подорвали или нет?
  - Товарищ командир, разрешите доложить - задание выполнено!
  Вражеский эшелон пущен под откос!
  Пострадавших среди личного состава нет! - Микола отрапортовал, но не как в армии, а по дружески, потому что Командир - батька, а перед батькой в струнку, да по постойке смирно - западло, все равно, что лизнуть зад немцу!
  Командир улыбнулся радостно, раслабился, обнял за плечи бойцов подрывного отряда, как проверял на прочность грудные клетки с остеонами и кровяными тельцами!
  - А новичок наш? Как себя показал? Герой?
  - Герой, герой! Не сдрейфил!
  Скоро настоящим партизаном станет - ну как бабу ему найдем подходящую, достойную, так совсем наш буде, в доску, этить его мать! - за всех, потому что симпатяшка, ответил Серега с куском Можайского сыра в зубах, как крот - муж девочки Дюймовочки!
  Сам засмеялся и других развеселил, будто сатирик Задорном на званом обеде в Кремле, когда назвал балерину девушкой!
  Игорь тоже смеялся, (не обращал внимания, что недовольные москвичи ругаются, что "партизаны встали на дороге, отошли бы в сторону",) удивлялся, что шутка, которую раньше бы даже за шутку не посчитал, а полагал, что это грубый низменый юмор, так эта шутка сейчас про героя и про бабу, вышла смешнее всех комиксов Чарли Чаплина, который в пятьдесят лет женился на четырнадцатилетней примадоне!
  Пообедали картошкой, творогом, луком, салом и самогоном с молоком и сметаной, как в диетической столовой работников морга!
  После обеда Командир собрал партизан отряда имени Родины на торжественый митинг по случаю отбытия партизанского отряда в дружественый Китай на помощь Китайским партизанам, кулям!
  Митинг проходил на пространстве перед входом на станцию метро Белорусская кольцевая, между синими кабинками пластиковых туалетов и киоском "Крошка Картошка", как в Беверли Хилз, где для каждого жителя готов и стол и дом!
  Партизаны, соратники по борьбе!
  - Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не барсук же ты!
  - Спасибо родные, спасибо, товарищи партизаны за подддержку!
  Так вот... Этать... В наше непростое время...
  - А кому сейчас легко, командир?
  - Так в наше непростое время... Тьфу...
  Вообщем, двигаем на Китай, через БАМ, потому что коням отдых нужен, как... ну... как животным, которые много работали на Родину!
  А в тайге сейчас полезные травы для коня, вкусные и питательные, как витамины С и Б!
  Партизаны одобрительным гулом приветствовали слова командира, словно он выдал зарплату за три месяца вперед, да еще золотыми медалями "За храбрость", выдал!
  Игорь заметил, что речь командира и отклики партизан очень очень похожи на митинг в Александровском саду, те же слова, почти те же, и те же реплики партизан и смех в нужных местах, словно речи и движения партизан отрепетированы на Большой кремлевской елке, где живой афрозаяц!
  "Наверно, так и надо, чтобы повторения шли, потому что повторения - рифмы прозы!
  Я обучен, мы обучены в Высших институтах, что человек оригинален, что на одной странице книги не повторяют одно и то же слово, а стремимся к оригинальности и разнообразию, как амеба туфелька стремится к Ниагарскому водопаду, где много амеб!
  На самом деле важна не оригинальность, а единство, повторения, как куплеты в прозе жизни!
  Прекрасно, когда хорошее, тем более смех, повторяются и повторяются в нужных местах, как в индийском кино, где усатые герои дерутся кулаками на растоянии!"
  Командир воодушевился пониманием партизан, своей речью и хорошей погодой, когда асфальт плавится, как шоколад в печке!
  - А еще, товарищи партизаны, сходите, попрощайтесь, кто с кем хочет, ну... типа...
  У кого подруга или знакомые, потому что обратно мы придем неизвестно когда и придем ли все - вот тоже загадка, лотерея, мать ее!
  Встречаемся здесь, в... вечером...
  Командир закончил короткую, но информационую речь, которая более действена, чем доклад Председателя Государственой Думы о положении в стране!
  Прохожие разочаровано уходили: они ждали, что на митинге им вручат конфеты, или нальют водки, как на социал демократических митингах, в самом плохом случае - подарят флажки России!
  А партизаны ничто прохожим не подарили, ничто не дали - вот беда, как подорожание в Макдональдсе!
  Партизаны, чтобы время зря не ушло, разъезжались на конях, кто в тролейбус, кто - в метро, а кто - своим ходом по Тверской!
  На Игоря не обращали внимания - сам большой, сам хлопец разберется, как инженер человеческих душ в душе с инженершей человеческих душ!
  "Как это вечером? Во сколько конкретно, как на собрание масонов?
  Почему Командир не назначил точное время, будто у него нет часов - а, может быть, партизаны не носят часов?
  Откуда у мужика партизана часы, как любовница графиня в розовом платье с оборочками?
  И куда я пойду, к кому? стыдно, как голому на Плющиху!
  Впрочем, проверю свою стойкость партизана, зайду на бывшую работу в М видео, как себя почувствую, как на меня посмотрит колектив товарищей... впрочем, теперь партизаны - товарищи, а в М видео - менеджеры среднего звена и среднего достатка, как пловцы в Венеции, где за крузейро покупают гондолу с мужиком в женских панталонах!"
  Игорь прошел в метро, пошарил по карманам: махорка (от прежнего владельца убитого партизана?), три патрона для неизвестного оружия, один патрон для ружья, очевидно для берданки, но денег и средств оплаты нет, как нет совести у строителей метро!
  Игорь вспомнил, что проездной на все виды городского транспорта остался в костюме от Кардена, в костюме, который отдан цыганам, как ясак за красивую жизнь!
  "И коня у меня нет, и берданки... молодой я еще партизан!
  А, если менты в метро остановят, если бабушка контролерша не пропустит, а партизаны увидят мой позор - ужас, да мне тогда со связкой гранат, да под поезд Москва Варшава!
  Кстати, поляки тоже враги, против которых воевали партизаны под предводительством Ивана Сусанина!"
  Игорь в первый раз жизни шел через турникеты метро без оплаты, шел, как на войну с германцем, у которого в рюкзаке злой газ хлор!
  Сначала попробовал пройти за девушкой, но девушка на каблуках медлила - створки турникета захлопнулись за ее ягодицами, перед непроворным партизаном Игорем!
  Игорь раздосадовался, удобнее перевесил вилы за плечами, как автомат Калашникова, когда на сборах в Институте стрелял на стрельбище в Туле!
  "Ишь ты, турникетов наставили, наверняка, буржуйских, западных, а мы с западными воюем, как с бубоной чумой, от которой у стариков вылезают глаза!"
  Ой, Игорь, Игорь!
  Зря вспомнил про стариков, потому что, если чорта помянул - чорт тут как тут!
  Бабка с тележкой заворчала на Игоря, как на собаку бездомную, словно сама только что вышла из спа салона, где сто раз присела на шпагат дряблыми жолтыми ягодицами:
  - Что без билета лезешь, ушкуйник!
  Совсем совесть потерял, как голая девка на картинках!
  Из за вас, бомжей, нам, пенсионерам квартплату повышают!
  Игорь посмотрел на голодную бабушку весом под сто двадцать пять килограмов:
  - Мамаша, я не бомж, я - партизан, ну, как партизан Давыдов в войну двенадцатого года!
  А вам какое дело, что я без билета иду - вы то не обеднеете!
  А за государство не безпокойтесь - оно не погибнет от моего безплатного прохода, как не гибнет, отттого, что дарит безплатно чехословакам, нашим врагам, потому что в войну сорок первого года чехословаки делали танки для немцев, так наше государство дарит чехословакам безплатынй наш газ!
  Бабка про газ ничто не поняла, тем более про чехословаков, с которыми ее связывали расказы про Чехословацкие красивые замки:
  - Иди отсюда, обормот!
  То же мне - партизан выискался без берданки!
  У партизана лошадь под ногами, как у меня!
  Пошел вон из метро!
  К Игорю уже подходила контролерша, на помощь бабке, которая почему то не шла по своим делам, а клевала Игоря, как марабу пожирают мертвого гепарда!
  Игорь не дождался, когда контролерша, тоже толстая женщина, выведет его под руку из метро, а просто перепрыгнул через турникет, словно взял первую в своей жизни высоту, как Гуля Королева в детской книге про богатых татаро монголов!
  Во время прыжка или при приземлении, Игорь нечаяно задел кому то по шапке!
  Лаптями наступил на ногу пожилого грузина в щегольской дубленке, купленой на станции Дно, где все поют под гитару, но никто не работает!
  Контролерша радостно засвистела, бабка кудахтала, - организовали травлю на партизана!
  "А ведь бабка с тележкой могла бы мне в матери сойти, потому что старая, как пень!
  Контролерша - в бабушки, которые пекут пирожки для внуков, но не травят русского партизана, словно я украл у них козу рогатую с малыми дитятами!
  Но все же я сделал первый шаг к свободе... к полету птиц..."
  
  Все мысли Игорь додумывал на ступеньках экскалатора под песню свистка контролерши, как под похороную музыку умершей прошлой жизни!
  Лапти бодро бежали по ступенькам, не хуже, чем хваленые заграничные туфли из кожи змеи!
  Игорь вспомнил, что партизаны пообещали, что он увидит Змея - а какого Змея и где - не объяснили, да и не нужно объяснение, когда в недрах земли много золота, а все золото рано или поздно достанется трудовому партизанскому народу, и змей - не помеха!
  В вагоне метро москвичи, менеджеры, как Игорь сутки назад, молча отттеснялись от Игоря, чтобы он не поцарапал их тонкую одежду вилами или не испачкал белую блузку или голубой пиджак мазутом, следы которого блестели на рубахе с петухами после ползания по перону Белорусского вокзала со взорваным поездом и доброй торговкой творогом!
  После прохода через турникет, нелегального прохода, как Остап Бендер переходил границу Турции, Игорь чувствовал необычайный прилив смелости, будто превратился в Серегу симпатяшку!
  "Хватит ли у меня смелости в наряде партизана...
  Подойду ли я вот к этой девушке - не красавица, но нос задрала, наверняка, приехала с Урала, ищет богатого жениха?
  Хватит ли у меня смелости, как у будущего партизана!"
  Но смелости у Игоря не хватило: сопел, пыхтел, задевал вилами неосторожных молчаливых пасажиров, а к девушке не подошел, словно получил граблями по носу!
  Вышел на станции метро Кузьминки, как в Шанхае, где знаменитые художники сикают красками!
  "Да и некрасивая эта девушка, не партизанская жена!
  Не нужна она мне, не нужна!
  Вот, если бы моя - так она сама подойдет, как на шарнирах, как на золотой карете, в которой Солнце катит по небу!"
  Игорь успокоил себя, отмазался от трусости, что не познакомился с девушкой, с легкой досадой пошел к выходу, к родному М видео, будто купался в болоте с кикиморами!
  И вот долгожданый, хотя не радостный, миг настал, как на голову упал в виде партизанского топора!
  Игорь поднялся на второй этаж бывшего магазина Белград, поднялся на эскалаторе, вышел, поздоровался с охраником Колей, как с северным оленем, потому что Коля рогатый - ему изменяла жена!
  Коля сначала не узнал Игоря в одежде партизана, но затем радостно улыбнулся, хотя с легким недоверием, подумал, что работники, мелкое начальство, а Игорь - маленький начальник - шутит!
  Игорь мельком взглянул на себя в зеркало, как в комнате смеха, где толстые женщины становятся очаровательными красавицами!
  Шапка с красной лентой, шапка набекрень, как у лихого казака Григория Шолохова!
  Щетина на осунувшемся лице - еще бы, смерть Андрейки, волнения на Белорусском вокзале, когда поезд никак не взрывался!
  Зипун колом на толстом животе, портки и лапти с темными портянками, словно месил виноград с Гивико!
  Игорь прошел через зал, не поздоровался с друзьями, набрал код и сразу зашел в служебное помещение - повезло, как на плахе!
  В зале - старший менеджер Арсений, менеджер по блату, а не из за успехов в работе, Алена, вчера еще любимая, потому что своя девушка Алена, и Костя, Наташка и еще один Костя, как два раза шестерка на кубике Рубика!
  Игорь с порога, чтобы, как в шахматах, играл белыми, с инициативой, поздоровался:
  - Привет, бригада комунистического труда! - Выдержал паузу, посмотрел на Аленку - а девушки не очень любят, когда их парни преподносят неприятные сюрпризы! Аленка молчала, выжидательно, без улыбки смотрела в глаза Игоря, будто искала в них ответ - выиграл ли он милион доларов в лотерею в очко! Игорь подмигнул старшему менеджеру Арсению, что не позволил бы себе раньше, когда работал, когда стремился к бизнес высотам с комфортной домашней мебелью! - Ухожу в партизаны...
  Вот пришел попрощаться, предупредил, как бы, ну.. Сами понимаете...
  - Ты вчера перебрал, Игорек, - Арсений встал в позу, имено в ту красивую позу, в какую на картинках встают самодостаточные и состоявшиеся начальники - небрежно облокотился о косяк двери! - У тебя белая горячка - так позвонил бы, не позорился, не приходил бы, отлежался дома, как кенгуру в сумке Адидас!
  - Да я... Я бы позвонил, но... Телефон продал цыганам...
  Сегодня с партизанским отрядом имени Родины ухожу на БАМ, потом - в Китай, на помощь китайским партизанам товарищам кулям!
  Игорь с ужасом понял, что оправдывается, что не выдержал бодрого и смелого тона, натиска, что никогда не являлся лидером, не любил публичных выступлений, как Командир или, как простите ее, люди добрые, как балерина!
  Первым понял Игоря Костик, Костик рыжий, понял потому что автоматически получал его должность, как наследство!
  С уходом Игоря освобождался для Костика пост менеджера среднего звена М видео, как место в туалете города Коктебель!
  Костя покраснел от радости, и все поняли по реакции Кости, что Игорь не шутит, что, действительно уходит, но уходит с позором, уходит не с повышением, а с понижением, как из института уходит в армию студент Генералов!
  Аленка покраснела от волнения и стыда, что Игорь, тот преуспевающий менеджер, на которого она возлагала надежды, в том числе и на свадьбу, потому что Игорь - москвич, а сама она приехала из Днепродзержинска, так Москвич Игорь обрушил ее надежды на замужество и на прописку в Москве - столько времени зря потеряно, а молодость стремительно уходит, как кошка Мурка от злой хозяйки Варвары!
  Игорь смутился, подозвал Аленку, робко позвал, смотрел в пол:
  - Алена, ты дождешься меня из партизан?
  Будешь верной партизанской женой, как жена Семена Давыдова или жены моих товарищей по отряду!
  Ты красивая!
  - Игорь, ты шутки шутишь? - Алена краснела еще сильнее, потому что блондинка с тонкой розовой кожей, как у поросенка с интернет фермы! Девушка искала хоть малейшую выгоду для себя в уходе Игоря, но, как истиная русская девушка, не любила дурачков, не пошла бы замуж за милиардера, если бы он ей не понравился! А Игорь разонравился Аленке моментально! - Посмотри, на кого ты похож, чучело огородное!
  - На партизана я похож, на боевую единицу! - Игорь сопел носом, не поднимал очей на ухмыляющихся менеджеров, словно попал в сказку с семью гномами и красавицей Белоснежкой без трусов!
  Представляешь, бандюки убили Андрейку, нашего партизана, убили, как труху от гриба!
  А я подорвал поезд Москва Вюнсдорф!
  Дождешься меня, любимая?
  И тут Игорь сразу молча ответил себе на свой же вопрос, как смертник в камере одиночного заключения сам себе задает загадки и сам же разгадывает:
  "Аленке не интересно ни про взорваный поезд с врагами, ни про Андрейку, потому что женщины любят только семейный уют!
  Женщины променяют любовь на замужество, как мужчина отдаст невесту за романтику полей!
  И что же я несчастный, словно мне из берданки в зад выстрелили?
  Аленка меня не дождется, хотя бы потому, что я ее предал, не женился, не прописал, не оставил часть квартиры в Москве, зря потратил ее время на жениховство!
  А жаль... жаль!"
  Игорь вышел из служебного помещения, вышел - очи в пол, ни с кем в зале не попрощался, онемел, как сломаный магнитофон на витрине!
  Работники зала поняли по-своему, что Игорь пьяный пришел на работу, а Арсений, в назидание другим менеджерам, за пьянку выгнал Игоря, выкинул, как зарядное устройство к телефону Нокиа!
  
  И вдруг, Игорь осознал, что обновился, как перезагруженый компьютер Тошиба, по которому стучали кулаком!
  Он отделился от общества, не принят обществом, чужой, но не враг, как Америка, которая бомбит Россию гамбургерами!
  И менеджеры смешны и покупатели смешны и все смешны, а он особый, как чувствует себя милиционер или прокурор, потому что их тоже никто не любит, даже родные жены и дети стыдятся родных прокуроров и ментов, как болячки на большом пальце ноги!
  "Меня боятся, меня сторонятся, как чумы!
  Чума! Хм! Любопытно, когда человек из мира подстригается в монахи, то получает другое имя, имя при подстриге!
  А я пришел в партизаны, стал чумой для менеджеров, так пусть теперь меня партизаны зовут Чума!
  Нет, не Чума, а Чумак!
  Класно - теперь я - Чумак, как бардак!
  Как Кавардак, как чердак!
  Коня мне, коня!
  Кстати, как партизаны добывают коней - в бою?
  Я понял, что партизаны не воруют, потому что благородные партизаны, как Гойко Митич - придуманый индеец!
  Денег у партизан нет, поэтому коня не купят, тем более, что для партизана позорно, когда он покупает коня у врагов, словно предает свою честь партизана!
  А вот - отниму, отниму у врага коня или тайком уведу, как цыган Будулай уводит Мерседес - это по партизански!
  Надеюсь, что партизаны меня не осудят, если я у немцев отниму коня, как ночью тайком выйду с вилами из Кусковского парка, где графиня зарыла своего любовника и клад с золотыми червонцами, но до сегодняшнего дня кладоискатели отрывают только скелеты любовников - то ли любовников княгини, то ли жертв войн бандитов!
  Где в Москве кони, достойные партизана?
  В Москве кони для партизана на московском иподроме, где отменили тотализатор, чтобы болельщики играли друг с другом на подзатыльники!
  Владеют хорошими конями иностранцы, враги партизан!
  Я имею полное право на конфискацию у иностранца коня, как и всех его земель и доходов согласно декларации от одна тысяча четыреста четырнадцатого года!
  Приду на иподром, вилы в бок немцу или фину, потому что фины в финскую войну тоже воевали с нашими партизанами, как с финскими гусями, у которых зад жирный, словно у невесты эстонки!
  Цах Бах - и готово!
  Приеду к хлопцам на коне, как Император на Императрице!
  "Здрасте, партизаны! Я не Игорь, я - Чумак!
  Что за конь у меня волшебный?
  Да! Чистых кровей, скакун за сорок милионов доларов сша!"
  Чумак так разззадорил себя, что, как нож в горло, легко миновал турникет в метро, не обратил внимания на вопли старушек и свист контролерши, будто уже скакал на скакуне по безкрайним просторам около БАМа!
  До станции Беговая доехал без приключений, даже сидел на боковом сидении, рядом с бомжем, как с дитем Природы Снежным Человеком!
  Игорь Чумак сначала подумал,
  "Не партизан ли он из моего отряда имени Родины?
  Я же не всех запомнил, как не запомнил цены в магазине М видео!
  Вдруг, он свой, как гробовая доска?"
  Но пригляделся, осмотрел бомжа:
  Туфли с помойки, но импортные, рубашка импортная, джинсы импортные, и нет оружия партизанского - ни топора, ни берданки, ни вил, - значит не свой!
  На Беговой по привычке, потому что раньше часто ездил на бега, вышел к остановке тролейбуса, как к обитаемому острову!
  Но вспомнил, что денег на билет нет, а с вилами под турникетом не пролезть, поэтому пошел пешком - благо пятнадцать минут, как от школы до дома, где не ждут!
   С каждым шагом решимость на воровство коня с Центрального Московского иподрома таяла, как мороженое в руках девушки на нудистком пляже в Лисьей бухте!
  Лапти терли ноги - наверно, неправильно намотана портянка, потому что в Москве нет курсов по наматыванию портянок на партизанскую ногу под лапоть!
  Курсы онанистов есть, курсы балерин тоже повсеместно, а курсы по наматыванию портянок отсутствуют за государственой ненадобностью, потому что балерины и онанисты Государству очень нужны и полезны, приносят пользу и заграничную валюту!
  А партизаны - на то они и партизаны, чтобы от них ни пользы, ни вреда, как от воздуха!
  Перед закрытыми дверями центрального входа на иподром Игорь Чумак растерялся, будто попал в капкан на слонопотама!
  Чумак всегда покупал билет и проходил через двери, через контролеров, как в сказку, где отнимают честь и деньги!
  Сегодня - не беговой день, касы не работают, да и нет денег на билет, который стоит дороже, чем билет от Москвы до города Торжок, где Пушкин тайно любил под березами немецкую фашистку Ану Керн!
  Командир растерялся, как крестьянин из поэмы Некрасова развел руки:
  "Мда! Ситуация, едрить ее в качель!
  В кино про Рембу и Шварцнегера и других героев - всегда легко, будто они летают на выхлопных газах из ягодиц, как безголовое тело Жана Жака Гомодрилия из романа Эсаула Георгия!
  Герои фильмов и книг никогда не задумываются, точнее, авторы сюжетов не останавливаются на мелочах наподобие того, что герою хочется пить, он устал, не бегает быстрее машины, отбил кулак о стену, зацепился за стену, когда перелазил, ударил коленку, поэтому дальше не пойдет!
  В кино, если бы герой партизан захотел, как и я, коня с Московского иподрома, то герой бы легко перелез через стену, тайно добрался до конюшен, в конюшне вилами поборол бы двух немцев, вывел бы коня с иподрома, а затем верхом, да по улице к Белорусскому вокзалу, словно маслом намазали пятки и герою и коню!
  А я? Если и выведу коня из конюшни, что сомнительно, то как с конем пройду через пост охраны, где собаки и охраники, как собаки, потому что с жолтыми клыками, отттого, что у них мама и папа - вурдалаки и оборотни!
  Кстати, о собаках с хвостами и зубами, если перелезу стену, то на иподроме - собаки охраницы, как в баре девушки балерины!
  И пойду я через беговое поле, видный всем, с вилами и в зипуне к конюшням, про которые не знаю где - это только в кинах герои легко отыскивают нужное, что фантастически, как полет Американцев на Луну, где не растет горох!
  А на самом деле толстый партизан, я, хочу в туалет после молока, устал, мне жарко, ноги кровят, - вообщем - беда, а не герой!
  Сначала найду место, где перелезу через стену, как Ремба бы перемахнул на крыльях удачи!"
  Командир пошел в сторону многоэтажек, которые примыкают к иподрому, как рыбки прилипалы к акуле!
  Пока добрел до домов - устал еще сильнее, словно нес на плечах коня!
  "А герой в книге не устал бы, добежал за киносекунду, а еще через киноминуту целовал бы красавицу героиню, неприступную для всех, но доступную только для него! ИИИЭЭЭЫЫЫХХ!
  И из родного М видео вышел безславно, но как полагается партизану, тихо, побитый!
  Вот совершу подвиги - тогда Аленка узнает..."
  Чумак с вилами шел мимо домов, преодолевал желание присесть на скамеечку к жирным старушкам, которые кормили воробьев хлебом и с ненавистью, граничащей с подозрением в измене Родине, смотрели на Чумака!
  Думали, что он - ищет место среди гаражей, где бы посикал!
  А Чумак действительно, искал укромное место для перескока через забор и, одновремено, для справления нужды, как два в одном в шампуне кондиционере "Хенд и пошел"!
  Наконец, там, где никто его не видел (Чумак полагал, что его никто не видел, но старухи - на то и старость, чтобы бабки доносили на всех и всех обманывали!) Чумак протиснулся в мусор между двух железных гаражей, как влез в любимую улитку падишаха Соломона!
  Сначала посикал на забор иподрома, затем оценил перспективу препятствия, как невеста оценивает состояние жениха!
  Забор невысокий, два с половиной метра, если от кучи мусора и испражнений, очевидно бомжей!
  Чумак повис на заборе, но даже не подтянулся, не то, чтобы перелетел, как Ремба или Тарзан!
  Нет сил, тело болтается!
  Тогда Чумак подставил вилы к забору, снова зацепился руками за верх, наступил лаптем на вилы, оступился, упал, да еще и лапоть порвал, как мошеник Щербо порвал себе пасть!
  "Да, а что меня ждало бы на той стороне забора, если бы лихо перелез, как Человек Пук, нет, Человек Паук!
  Немцы затоптали бы меня конями!
  А наши - на потеху и угоду немцам, владельцам коней, устроили бы на меня коную охоту с борзыми собаками, травлю!"
  Чумак поднялся, счищал с колен бумажки с подозрительными коричневыми подтеками!
  Когда поднял глаза, то увидел огромного чорного пса, словно пес работал в аду, а сейчас вышел в Москву на время обеденого перерыва!
  За псом стоял хозяин в кожаной заграничной буржуйской летней куртке и в чорных очках, играл из себя Шварцнегера!
  Он презрительно осмотрел Чумака, с грязными коленями и рваным лаптем:
  - Мужик! Иди ка ты отсюда!
  Нормально иди, своими ножками!
  Гадь в другом месте!
  - Я не мужик! Я - партизан!
  - Хорошо, партизан! Вали ка ты отсюда!
  Не место тебе здесь!
  Не шастай, как боксер после боя!
  Чумак с виноватой улыбкой посмотрел в глаз мужчине:
  "Вроде бы свой, не немец, не фин, а русский!
  А русские партизаны с русским народом не воюют, для войны с русским народом Государству Расейскому служит армия!
  И, действительно, пойду я домой, как в люльку младенца!"
  Чумак усмехнулся, потому что под домом уже понимал партизанский отряд имени Родины!
  Он осторожно, чтобы собака не укусила, обогнул собаку и мужчину, вышел из за гаражей, к ропоту и возмущению старушек, словно Баба Яга каждый раз рожает новых Баб Яг!
  Когда огибал дом, среди густой листы, потому что давно посажены деревья, увидел БМВ, новенький, отттого, что блестел, как капля росы, которую Чумак сейчас бы выпил, как раньше пил текилу с поцелуем Аленки вместо соли!
  Вокруг БМВ нет жителей, даже кошек нет, которые всегда там, где нет никого!
  Чумак расхрабрился, даже вспотел от страха и удали, как Дракон Джеки Чан!
  Как бы уронил вилы с плеч, нагнулся - вдруг, кто за ним наблюдает - и с силой, не ударил, а прижал вилы к задней двери БМВ, нажал на них, как нажимал на кнопку Старт магнитофона Электроника!
  Русская сталь вошла в противоречие с немецкой сталью буржуя Крупа!
  Но немцы двадцать первого века - экономные немцы, жалеют сталь, как когда то жалели свой Рейн с тухлыми быстрыми водами!
  Вилы проткнули тонкое железо на двери БМВ, пошли дальше, со скрипом проходили через невидимые проводки, наполнитель двери, как Ганибал входил в своего коня!
  И вот миг торжества - вилы прошли дверь БМВ насквозь, хваленого вражеского БМВ, тонкого, как совесть студентки мединститута имени Пирогова!
  Сигнализация не среагировала на проникновения вил, потому что через дырочку в дверях вор не залезет, даже Багдадский худой вор в красных туфлях с загнутыми носами!
  Чумак осторожно вытащил вилы из двери дорогого автомобиля, но подешевевшего за несколько секунд на несколько тысяч доларов!
  Осмотрел вилы - зубцы избавлены от ржавчины, прошли очищение вражеской машиной!
  Чумак легко, но тайно, как настоящий партизан, закинул вилы за плечи, поправил веревку на древке и пошел в сторону шума вражеских автомобилей, потому что автомобили катили свои иностраные колеса в сторону Белорусского вокзала, где расквартирован до вечера отряд имени Родины!
  "Вот так: голод, стертые лапти, малая нужда, недостаток физической силы и еще сотни факторов не делают из реального человека героя, как короткая юбка не превращает толстушку в балерину с тонкими ногами!
  А я размечтался, что прискачу в отряд на лихом дорогущем английском скакуне, ловко спрыгну - да я и на лошади верхом не умею, как никогда не поделывал деньги!
  Я бы водил скакуна по отряду, а партизаны завидовали бы в глубочайшем восхищении, словно у меня в Бразилии умер дядя и оставил в наследство партизанский отряд бразильских Гаучо!
  А еще лучше бы и красивее - подарил бы коня Миколе, или любому другому партизану - "Бери, не жалко! Чумак - свой в доску партизан!
  Катайся на здоровье, как гейша по господину!
  А я еще себе коня добуду - краше прежнего!"
  Но мечты мои - мечтами, а конь остался в стойле, словно его прибили к деревяшкам золотыми гвоздями!
  Хорошо, что я БМВ проколол вилами, как жабу! подвиг, он и с машиной - подвиг!"
  
  А в это время Командир лениво дремал на телеге, как в мирное время, когда нет бомбежек магазинов низкими ценами из зарубежа, когда детям не подтирают носы английскими носовыми платками, а Антанта во главе с Англией воевала против России!
  Местные воры позволили партизанам парковку подвод на стоянках около Белорусского вокзала, как когда то позволяли девушкам выбирать себе партнеров на ночь!
  Командир договорился, что телегами занимают места для братков, чтобы московские лохи на Жигулях не заняли место бандитов!
  И, пока бандиты не приехали с рыбалки, партизаны ставили телеги на место Мерседесов и БМВ!
  Тень, ласковая тень заслонила Солнце над командиром, будто пришла нежная ночь с эротическими снами!
  Командир приоткрыл левый глаз - увидел Анжелу Маню, в нимбе солнечных лучей, словно Маня вышла из доменой печи, где перевыполнила план до выплавке чугуна!
  Командир молчал, а Маня смущено, и в досаде на себя за смущение, сказала тем милым голосочком, от которого у начальников подчиненых отделов возрастает надежда на повышение:
  - Приветики! Я пришла, оставила работу заместителю, тебя навестила - когда еще встретимся, если встретимся, как ты говорил, когда уходил, будто нырял с чемпионом мира по штанге!
  - МММ! - Командир открыл второй глаз, жевал травинку из сена, что навалено в телеге, для мягкости!
  - Ты не рад, Командир? - подумала минуту, как на экзамене по проктологии! - Голодный?
  - Нормально! Все нормально!
  - А где твои партизаны, здесь мало бойцов, словно вас по дороге от Кремля забрали в вытрезвитель!
  - Хлопцы прощаются со своими кралями, с бабами типа!
  Я их отпустил до вечера - пусть порадуются, да еды принесут, как из ресторана "Березка"!
  - А ты, что же ко мне не пришел, дорогой?
  Ленишься или сторож при телегах?
  Или нет желания, как у мертвого Буратины к ожившей после смерти, Мальвине!
  - Да мы же уже простились, Маня!
  Хорошая ты баба, ладная, как блин!
  Жаль добро пропадает!
  
  Командир и Маня Анжела молчали, потому что нет слов, когда нет дел!
  Анжела смотрела на кряжистого Командира, на его отрешеность от мира москвичей, думала, словно рыла могилу мыслям:
  "Мы настолько разные и так далеки друг от друга, как нищий негр из Алжира и богатый чукча из Гренландии!
  Командир не выживет в Москве, не приноровится к Московской квартире, хотя, может быть, до партизанства служил где нибудь чиновником на высокой должности, как Президент!
  Манеры у Командира мужицкие, а стать - королевская!
  А я не пойду с ним в обозе, не стану бабой партизана, как и не стану ждать его из похода, потому что я женщина с характером и деньгами, которые рождают поклоников, как молекулы воздуха рождают микробов!
  Сидим рядом, молчим, а от молчания и от сидения рядом с командиром мне легче и свободнее, то есть лучше, чем на любой вечеринке рядом с болтливым эрудированым поклоником, который знает, каким ножом кушают белую рыбу!"
  Командир, даже если и работал раньше чиновником, хоть при Президенте, хоть при Митрополите, остался мужчиной!
  Он смотрел на Анжелу Маню, но не размышлял на высокие темы совместимости мужчины и женщины, думал о ней, как о своей бабе, то есть давал Мане наивысшую оценку в похвале партизан:
  "Спина тонкая, сиськи маленькие, но когда напрягаются - шикарные, как яйца страуса!
  А задница, а жопа - сказка про Снегурочку, а не жопа!
  Стать то, стать у Маньки - королева Елизавета с другими товарками королевами ей в подметки не годятся!
  Чудо, а не девка, сахар с медом!"
  Маня поймала взгляд Командира, почувствовала маленькую надежду, надежду неизвестно на что, на секундную радость, будто вынырнула из колодца, в котором сначала тонула!
  Но Командир, на то и партизан рубака, поднялся лениво, лениво также облапил Маню, жарко целовал, колол ее усами (Маня сразу подумала, что от усов Командира, над верней губой появятся прыщики, как алергия на табак!)!
  И, когда Маня уже забыла про алергию, когда поплыла по воле жизни, как дырявая лодка с танком Т тридцать четыре, Командир отстранил девушку, как отставил в сторону шкаф!
  - Все, Маня, уходи, а то хлопцы придут - неудобно будет, словно я без портков на выставке ВДНХ!
  Баба в отряде, как кобыла на всаднике!
  
  Анжела Маня молча встала, пошла к своему красному Ферари с нарисованым цыпленком на капоте, как символом женствености!
  Обернулась бы, но знала, что Командир не смотрит ей вслед, а, наверняка, опять лежит на телеге, жует травинку, будто он не Командир отряда партизан, а жвачное животное с молоком между ног!
  И в то же время Анжела понимала, что другие мужчины, богатые, знатные, именитые, которые подходят ей по рангу, по социальному положению, другие мужчины не смогут вот так небрежно, нет у них подобной любви, дикой, безразличной, но к которой тянет красивых и состоявшихся женщин, согласно поговорке, что "Хорошие девушки любят плохих мальчиков"!
  Эпатажный жених не пошлет на хуй, не придет домой в грязных портках, не скажут, чтобы Анжела ушла, когда она ему не нужна, а подберет кучу необидных слов и выражений, чтобы не обидели ее, как обидели слова Командира, обидели, но еще сильнее ожгли ее любовью, как кошку после операции по стерилизации!
  
  В девять часов вечера по Московскому времени партизанский отряд имени Родины в полном составе, без потерь партизан во время отгула - снялся со стоянки и двинулся пешим ходом к Казанскому вокзалу, откуда путь лежал на БАМ, как скатертью самобранкой - дорога!
  В вечернее время пробок на дороге немного, как неподкованых лошадей в узбекском силе Учкудук!
  Москвичи и гости столицы не обращали внимания на партизанский отряд, потому что ничто не интересно человеку, кроме него самого и его девушки!
  Ночные клубы заманивали богатых клиентов, как устрицы с пудами перламутра!
  Вышибалы лениво отгоняли коных партизан, чтобы лошади не нагадили на ковровые дорожки перед заведением, потому что партизанский конь только о том и мечтает, как бы погрызть зеленую искуственую траву около казино, где много человеческих кобыл!
  Около метро Красные Ворота партизаны сделали привал на пять минут - кони щипали поросль среди дохлых деревьев, как изучали китайский язык с иероглифами!
  Кучерявый партизан Валерка пошел к метро по нужде, долго бродил и принес большой ящик с салом "Шпиг московский", как будто отрыл клад князя Дракулы!
  - Иду я, значит, иду, ищу, куда бы и где бы! - Валерка радостно, потому что герой вечера расказывал партизанам! Бойцы слушали охотно и с достоинством древних рыцарей, которые воровали не только сало, но и честь придворных дам! - А там магазинчик среди домов, как мираж!
  Ну, я зашел за магазин, потому что там коробки - гляжу выгружают из Газели ящики с провиантом, потому что Москвичи еще в восемнадцатом веке упразднили огороды и скотобойни на територии города!
  Эка, брат, шалишь!
  А лопочут по вражески, непонятно, значит - не наши, значит, у них можно экспроприировать, как у немецкого министра фон Барона!
  Директорша подсчитала ящики, сверила с бумагами и повела водителя в магазин, наверно за выручкой или еще по каким делам, по которым бабы мужиков по закоуткам водят!
  Партизаны добродушно хохотали, Микола от волнения пощипывал ус, словно вытягивал на три километра!
  Серега приговаривал, да притоптывал, как на танце с балериной:
  "Ай да Валерка, ай да партизан!"
  Командир прятал лукавую смешинку в уголках добрых понимающих очей!
  - Колбасу я бы не взял - ну ее, с нитратами и ГМИ!
  Партизаны если и кушаем колбасу, то только свою, домашнюю, с кровью, как у матушки Зины Петровны!
  (Партизаны одобрительно хлопали в ладоши, вспоминали домашнюю колбасу без геномодифицированых добавок!)
  Ну, я взял ящик со шпигом, то есть с салом, и - поминай партизана в поле, как сивого мерина без шерсти!
  - А нужду справил?
  - Нужду бы справил от страха в штаны, если бы меня догнали! - Валерка ответил без страха и упрека под нарастающий смех партизан!
  Командир тоже посмеивался, тепло, ласково, по отцовски, как настоящие отцы любят своих отроков с глазами и двойками по поведению:
  - Неужели так просто украл, а тебя не поймали, будто цыгана с нашим конем?
  Кто же оставит товар без присмотра, как не пускают одну девушку в огород, где среди капусты бродит козел?
  Ловко слишком для партизана!
  - Так это же центре Москвы, где не воруют, как на пике Комунизма! - Валерка развел руками, будто показывал какую рыбу поймал в озере Байкал, куда сливают помои с комбината имени Лавуазье! - А ящики стояли за решеткой - не просто так, как на витрине в магазине бутик!
  Я слегка отогнул железяку, копьем отогнул, да и пролез, как мышь в дырку в польском сыре!
  А, когда с ящиком - обратно, так я ящик протиснул, потому что еще сильнее отогнул, будто салазки загибал немцу!
  Партизаны качали головами с красными лентами на шапках, хвалили Валерку за храбрость и партизанскую находчивость!
  
  К Казанскому вокзалу подошли далеко за полночь, как тати в Париже, где воруют геев и лесбиянок!
  Командир с Миколой и Серегой ушли куда то и надолго, как на небо!
  Валерка, после сала охотно отвечал на вопросы Чумака, а что Игорек превратился в Чумака - партизаны приняли одобрительно, с чувством понимания и ответствености за нового партизана, который променял старое имя на истино партизанское!
  - Валерка, а куда пошел Командир с Миколой и Серегой - на боевое задание, изучают тылы врага?
  Почему меня не взяли, словно я предам, как новенький в офисе!
  Мы же партизаны - сила, когда вместе!
  - Микола и Серега - провереные партизаны, но не дрейфь, хлопец! - Валерка хлопнул Чумака по плечу, словно выбивал из зипуна вшей! Достал из кармана пачку Мальборо, как из прошлой жизни с золотым дождем! Разломал сигареты, табак высыпал в жолтую газетку, скрутил самокрутку, закурил, как писатель Чехов при чахотке: - Ты и мы тоже провереные, но Микола и Серега проверены в переговорах с врагами!
  Микола - он языком любому врагу мозги так закоптит, что враг сам в плен пойдет, что твоя кобыла с хвостом и губами, как у лошади!
  А Серега - Серега на случай, если переговоры пойдут с бабами!
  Бабы любят Серегу, как березовый сок по весне!
  Серега - есть в нем симпатяшеское - что ни скажет бабам - так бабы это за правду полагают сразу, сразу верят и хохочут, ну, как полоумные курицы во время случки с умными петухами!
  А пошли они, наверняка, с просьбой, чтобы нас пустили в порожние товарные вагоны, которые идут в сторону БАМа, как гуси летом летят на Север к гренландцам, потому что у гренландцев комунизм!
  Конечно, по настоящему БАМу поезда не ходят, но нам бы хотя бы до поблизости БАМа доехать эшелоном, как тем же гусям с красными глазами после полетов в холодном воздухе Антарктиды с отважными полярницами без трусов!
  - Кто же нам безплатно позволит, как все равно, что с проституткой безплатно!
  - Чумак! Не выражайся матерно - некрасиво это, не по человечески, все равно, что с живого индейца американцы скальп снимают!
  Говори вместо слова проститутка и б... слово балерина - красиво, благозвучно и все объясняет!
  Еще можно - "актриса театра и кино"!
  Безплатно никто нас не повезет - как же так - партизану и безплатно, как все равно что нам бы Правительство подарило трехкомнатные квартиры в Ленинграде и признало бы партизан официально!
  Безплатно - только солдатам и офицерам регулярной армии, которая живет на деньги народа, войны нет, а деньги на армию идут, как в бездну с чортом и его хозяином!
  Валерка перекрестил лоб, будто отмахивался от чорта с вилами!
  Или - вилами от чорта!
  - Регулярная армия нас защищает, на всякий случай - вдруг завтра война? - Чумак не верил, что армия не нужна, что армия - пустая трата денег, как покупка стиральной машины, когда у девушки две руки стирают отлично!
  С детства армию восхваляют, превозносят, как защитницу рубежей, на которые никто не зарится по причине московской погоды и сорняков в огородах, где росла бы картошка, если бы не польско американские колорадские жуки!
  - Если завтра война, хлопец, то партизаны всегда на чеку, партизаны спасут Отечество!
  Вся страна - партизаны, а не маленькая армия, которая живет за счет американской тушенки!
  Все войны выигрывали партизаны, партизаны с вилами и с ПМЖ в лесах!
  А для маленьких войн вокруг России достаточно маленькой армии, даже милиционеров хватит, как на рынке в Лианозово, где на одного торговца молоком приходится три торговца кокаином и четыре милиционера!
  - Валерка, а у партизан врагов много? как микробов на шее бомжа?
  Все в природе имеет противоположность, как у каждого враги с красными носами!
  Даже у девушек враг - отражение в зеркале!
  - Экий ты, хлопец, неуемный, как баба, право!
  Сам подумай - врагов у партизан больше, чем у банкира Звездопадова!
  Кругом одни враги, но мы победим!
  Вот мы и боремся тайно, потому что все враги, все приспешники, все окупанты - окупировали страну ножками Буша!
  Мы ведем постояную, но безпощадную войну с врагами, как балерина борется с морщинами на ягодицах!
  В подтверждении слов Валерки к ним подошел Костик, с которым подрывали поезд Москва Вюнсдорф!
  Глаза Костика сияли, как начищеные монеты с профилем Наполеона:
  - Сортир у них - блестит, как мыльная опера в Италии!
  Гляжу, а краники на бачках для смыва - краники то не наши, а вражеские - чехословацкие, да еще из пластмасы, как сиськи у куклы Барби!
  Кокоты! Чехословаки у нас даром сталь воруют, а нам присылают краники из пластмасы, словно мы извращенцы из магазина игрушек для взрослых!
  Я вражеский краник сломал, а по чешскому унитазу копьем грохнул, как по барабану!
  - Молодчина, Костик! - Валерка пожал руку Костику - мозолистую руку, которая не знает пощады ни перед черепом врага окупанта, ни перед пластмасовым вражеским краником на унитазе!
  Валерка и Костик заговорили о своих бабах - чья баба лучше и краше, чья терпеливее ждет партизана с поля боя, а Чумак лег на асфальт около продавщицы мороженого и газировки, смотрел в крытое небо Казанского вокзала и размышлял, как в тюрьме строгого режима перед казнью:
  "Никто нас не трогает - значит, явных врагов нет, как нет котлет на обед!
  А на своем ли я месте в партизанском отряде имени Родины?
  Может быть, пока не поздно, пока я не в эшелоне, то уйду обратно, в М видео, к Аленке, если она, конечно, уже не с другим менеджером среднего звена, с Костиком, у которого штаны трещат на попе!
  Кругом одни Костики - как знак судьбы!
  Что означает Костик - кости?"
  Чумак посмотрел на партизан, которые в урне разожгли партизанский костер, на цыган, на Москвичей и понял, что возвращение к Аленке, в М видео настолько безсмысленое и тусклое, что даже мысль о прошлом угнетала, как кирпич угнетает огурцы из Луховиц в бочке для солений!
  Чумак заснул - сон неспокойный, как у партизана!
  Во сне к Чумаку пришла Аленка, долго уговаривала, чтобы Чумак вернулся, переписал на нее и на Арсения свою квартиру в Москве!
  Затем появился Арсений с клыками и кровью в уголках глаз!
  Чумак заколол Арсения партизанскими вилами и проснулся, будто из параши вынырнул!
  Командир уже вернулся, по боевому деловит и насуплен, как полковое знамя!
  Он что то втолковывал окружившим его партизанам, будто сеял лебеду на мином поле!
  Микола стоял рядом и пикой лениво тыркал в костер в мусорнице, словно гонял в огне несгораемую ящерицу саламандру - символ ада или доставал Феникса из пепла!
  Сереги не видно и Чумак уже подумал, что Серега симпатяшка остался у начальницы вокзала в обмен на пустые эшелоны до Иркутска!
  Серега подошел через пять минут, как Петушок золотой гребешок!
  В руках он держал кошелку с яйцами - традиционой пищей партизан и растаманов в городе Коктебель, где девушки пляшут без трусов!
  На кошелке для предохранения яиц от трещин лежал журнал "Плейбой" с голыми девушками, похожими на мокрых тюленей!
  Чумак с интересом отметил, что красавица на первой обложке похожа на бабу Валерки, бабу, которую он показывал на фотографической карточке, что держал, ховал в портянке!
  Чумак толкался среди партизан, узнал из сбивчивых расказов, что отряд имени Родины потерял еще одного бойца, живым, но недееспособным по причине того, что боец Алешка, бывший инженер физик, попал в милицию, когда неосторожно пнул лаптем Мерседес начальника районого отдела МВД!
  Алешку увезли, ему светил год исправительно трудовых работ за то, что у него нет документов, потому что он партизан и Родину защищает!
  Еще одна новость, не радостная - начальство АО РЖД отказало партизанам в предоставлении эшелона с пустыми вагонами для переезда в сторону БАМа, как закрыло шлагбаум перед носом одноного инвалида Щербо!
  Богачи из АО РЖД, что означает - "Российские железные дороги" - настолько погрязли в иностраных деньгах, что не обратили внимания на просьбы Командира и на танцы Сереги перед работниками офиса!
  Командир, как всегда, предложил, что в уплату за проезд партизаны постерегут пустые вагоны, потому что пустые вагоны за Оренбургом воруют и разбирают на металолом и на дрова, как самолеты Боинг!
  Еще партизаны подрабатывают грузчиками, почти даром берут, потому что натурой - картошкой, хлебом, молоком и мутной самогонкой, от которой в очах огонь, а в сердце дым!
  
  Партизанский отряд быстро снялся с места, поехали вдоль железнодорожных путей, как змея вдоль крокодила!
  Командир на стоянке коротко разъяснил партизанам, что на станции Сортировочная вагоны стоят свободно - можно тайно залезть, да так доехать до куда Бог поможет!
  "Но так, хлопцы, чтобы тихо, как мышь в лифчике балерины Ксешинской!
  Если нападут - уходим без боя, как партизаны!
  Нам потери не нужны - впереди Китай с суровыми зимами и рисом вместо картошки!"
  Когда покидали Казанский вокзал Микола тайком, чтобы только партизаны видели, а больше - никто, потому что кругом шпионы, даже свои шпионы, которые не знают, что Казанский вокзал - вражеский, а царь Иван Грозный Казань брал, так Микола, этакий затейник - кинжалом на вагоне поезда Башкортостан прочертил жирную борозду, как сеял железные зерна в чугуную землю,
  "Это вам за жадность, ворюги!
  Все равно вагоны порожняком пойдут, а нам не дали, собаки на сене!
  У вас летом травы не допросишься, травы луговой для коней!"
  Около станции Сортировочная партизан Валерка разбил пустую бутылку об асфальт, как разбил сердца многим дамам в валенках и в сапогах, будто девушки любят только жирных кротов:
  "Это за Алешку! - Валерка пояснил Чумаку, который уже ни на что не удивлялся, а воспринимал жизнь, как она есть, в цепочке событий, как в цепи сосисек в пасти голодного пса! Валерка говорил ровно, понятно, наверняка, потомственый рабочий завода Серп и Молот! - Это територия того мента, который Алешку поймал, как голубя в сети!
  Мент сам виноват, что ездит на Мерседесе, на немецком Мерседесе, а не на Отечественом УАЗике, на котором вся страна в годы становления ездила, как на кровати за три рубля!"
  Чумак пониманием отнессся к поступку Валерки, как бы принял из рук Командира чашу с самогоном!
  
  Отряд с подводами ехал медлено, лениво, похож на речку Волгу ночью, когда самые смелые девушки купаются в купальниках!
  В друг, откуда ни возьмись, как синтезатор Ямаха в кустах, залаяли псы, застрочили автоматы Калашникова, автоматы безшумного ночного боя с глушителями!
  Передние подводы резко затормозили, как на красный свет перед делегацией математиков из Нигерии!
  (Чумак помнил эти негритянские делегации, после которых ничто путного в науке нет, но нигерийские ученые неизмено оставляли в институте после себя беременых русских девушек, одурманеных во время случки едким запахом чорного пота!
  Командир поднял руку, одновремено скидывал на грудь берданку, как Шао Линь бамбуковое копье:
  - По коням! (приказ излишний, потому что партизаны и так ехали на конях, у кого были, конечно)! - Засада, сторожа из дивизии СС "Мертвая голова"!
  Встречаемся завтра на Сортировочной, утром, как заря!
  Командир выстрелил из берданки в сторону непонятной дивизии СС "Мертвая голова"!
  Выстрел остановил дивизию и собак, как огонь останавливает блоху!
  Партизаны отряда имени Родины воспользовались передышкой, разбегались по подворотням, словно занимали боевые посты под лавочками и в подъездах, где девушки любят парней за бутылку пива Жигулевское!
  Микола поворотил подводу в сторону ближайших пятиэтажек, еще со Сталинских времен, когда места около Казанского вокзала отдавали задаром из за мнимой преступности!
  Чумак спрятался в сено на подводе, не поднимал голову, как страус в пустыне Гоби, где каждый с верблюдом - шейх Абдула!
  Сзади слышны крики на немецком, будто Москва стала побратимом города героя Берлина:
  - Их данке шуле партизанен!
  Ферфлюхтер партизанен!
  Швайнен партизайнен!
  Сдавайся!
  ГАВ ГАВ ГАВ!
  Микола спрятал подводу в ближайшем дворике с качелями и детской площадкой, словно нет на земле голодных папуасов и замерзающих якутов в ярангах из шерсти оленя!
  Чумак помог, распряг коня, пустил на откорм со спутаными ногами - к деревцам на площадке!
  Микола пояснил, после затяжки табаком самосадом из самокрутки:
  - До утра сюда вряд ли кто забредет - разве, что бомж, или цыган пришлый!
  Может быть, какие нибудь хлопцы своего в армию провожают - так они тоже любят на детских площадках до утра, вино пьют, песни поют, как петухи во время гона лосей с рогами!
  Ну, нам сейчас никто не страшен, кроме ментов!
  - А дивизия СС "Мертвая голова"? - Чумак еще никак не привык к партизанскому быту, к неизвестно на каком пустом месте конфликтам, словно вокруг партизан облако военых действий, как над городом Казань! - СС и "Мертвая голова" исчезли в сорок пятом, когда мы немцев победили!
  А откуда они в Москве то снова, или кино снимают с голыми девками во время войны?
  - В сорок пятом не мы немцев победили, а они нас одолели, окаяные, как неистребимые тараканы! - Микола сел на качели, раскачивался с видимым удовольствием, словно и нет войны, нет СС, нет убитого Андрейки и сотни трупов на Белорусском вокзале в поезде Москва Вюнсдорф! - После войны сорок первого Россия так и не встала на ноги, потому что каменые ноги России заменили на пластмасовые!
  А немцы нам автомобили продают Мерседесы и вино свое Рождественское - глинтвейн - тьфу, гадость какая, по вкусу глинтвейн напоминает, ну, словно на гомосеков смотрю! - Микола раскачался на качельках аж до планки, чуть не вылетал, как снегирь из избы Марьи Искусницы, где щебетал на недозволеные темы и жрал сало!
  Огонек цигарки летал вслед за Миколой, как приклееный!
  Микола где то в высоте, а может быть, и не Микола, а его тень, душа, кряхтел от счастья: - А СС "Мертвая голова", так это немцы наших сторожей подкупают за долары сша, не знаю почему не за евры!
  Сторожи и рады: гоняют своих партизан, собаками партизан травят, будто мы не партизаны, а зло в зипунах!
  Продали честь за три евро и бутылку глинтвейна!
  Но трусы, трусы необыкновеные - у них и Калашниковы последней десантной модели, и псы специально обученые ротвейлеры!
  Ротвейлеры в аду танцуют, матом поют и плюют на перевернутый крест!
  А как наш Командир смелый, как пальнул в их сторону, так сразу попадали сторожа от страха, будто каждому на голову упала Хиросима!
  Вот она, жизнь то!
  А мы против сторожей, они же свои, не воюем, потому что мы - партизаны, а не НКВД с напильниками в анусе!
  
  Чумак прислушался: действительно, крики дивизии СС "Мертвая голова" уходили вдаль, как в вату!
  Ночь тихая, как пробки в ухах!
  Микола не ошибся, наверно потому, что владел искуством древних друидов - предсказывал события с достоверностью пятнадцать процентов!
  На площадку пришли три бомжа и две бомжихи - стройные девушки, но с синяками по всему лицу!
  Чумак подумал, что бомжи, наверно, специально бьют своих подруг бомжих по лицу, чтобы девушки не покинули компанию бродяг, не заняли достойное место среди актрис и балерин, не ушли в наложницы к богатому москвичу с отдельной квартирой с видом на канал Москвы!
  Микола уговаривал бомжей, чтобы шли в партизаны, размахивал руками, но с качелей не слезал, потому что видел, что бомжи тоже хотят на качели - фиг им, если не партизаны!
  - Вы, товарищи, бомжи, благодаря умелой гибкой тактике наших врагов, потеряли кров, поэтому у вас нет денег и медицинской страховки, как у дисидендов, что жили на дачах у своих любовников!
  Мы, партизаны, тоже без дома, без крова, без денег, но мы воюем за свободу своего народа, как Стенька Разин воевал за отделение Сибири от Персии!
  Вам, партизаны бомжи, уже хорошо, потому что у вас бабы, которые вас подождут с войны!
  Вы воюете, а бабы вас ждут, как в сказке про Марью Искусницу, которую водяной искушал болотами!
  У нас, не каждый партизан похвастает, что его дома баба ждет, как Кол перед травой!
  Вот, например, Чумак, у него бабы нет, потому что еще неопытный партизан, безбабный!
  Если его убьют - ему обидно, что никто не поплачет над его судьбой судьбинушкой, никто цветочки на могилке не польет!
  И в тюрьму посадят - так баба с передачей не придет, не приголубит в комнате для свиданий!
  Вот вы, - Микола ткнул пальцем в сторону бомжих, которые возлежали в песке в песочнице, как на дорогом лежаке на пляже Абриколь в городе Одеса, вот вы, товарищи бабы, вы бы стали бабами для партизана Чумака, ждали бы его с войны, как карась ждет теплого лета с улитками?
  Бомжихи с интересом подняли головы и в темноте расматривали Чумака, как чумного козла в городе Париж во время народного востания, когда гомосексуалистам отрубали пиписьки!
  Чумак смутился от пристального внимания и отттого, что понял, что фонарь освещает его небритое лицо мертвецким светом!
  Одна бомжиха, которая по красоте не по нраву Чумаку, смуглая брюнетка, молча легла обратно на песок, будто крокодилиха закапывала яйца черепахи!
  Рыжая бомжиха пристально смотрела на Чумака, словно работала директором Федерального агенства, а Чумак претендовал на пост Министра Финансов Грузии!
  Наконец, девушка выдала характеристику, словесное резюме, как словесный понос в Налоговой Инспекции номер сорок девять:
  - Новенький что ли партизан?
  Толстый, я бы сказала - жирный, небритый, нескладный, как пианина Бекер или баба!
  ННЕЕЕЕАААА! мне этот не нужен!
  Я бы его не ждала, потому что еще нос у него до меня не дорос!
  Рыжая девушка бомжиха растянула губы в улыбке, как очаровательная резиновая кукла на картинке для малолетних преступников!
  Затем легла рядом с подругой, искала в ее короткостриженых чорных спутаных волосах вшей!
  Или вшей не искала, потому что ночью, даже в свете дворового фонаря, вшей не видно, как партизан в тайге летом!
  Может быть, рыжая так ласкала подругу, по доброму, как мать ласкает приемного кенгуру!
  Чумак обиделся на рыжую девушку, очень обиделся, словно она кинула в него кожуру от вражеского банана!
  Обида отттого еще сильнее, что рыжая откровено по нраву Чумаку: и ее улыбка, и все, не выбитые зубы, и даже фингал под левым глазом украшал бомжиху, как дорогие тени из магазина Шанель!
  Чумак любил рыжих девушек, но вологодских и тверских рыжих, а не рыжих американок с жирными ляжками!
  "Ишь ты! Не подхожу я ей, шалаве с шикарными локонами, как на подушке!
  Я похудею в походах, подтяну живот, как на качании в фитнес клубе имени ягодицы Шварцнегера!
  А она... а она...
  Да не нужна она мне с шикарными очами!
  Мне нужна партизанская девушка, чтобы у нее хозяйство - огород, избушка, живность, грибы ягоды летом!
  А у этой рыжей нет ни кола, ни двора, как у патриотов Камчатки!
  Но все же... но все же... Красивая девушка, почти моя мечта в конопушками на белой коже!"
  Чумак ушел к телеге, забрался в сено и заснул с обидой на губах, как с проказой!
  Проснулся утром от крика дворников и гула автомобилей, на которых рание трудяги выезжали на работу за деньгами, как за рейтингом в игре шахматы!
  Что то тяжелое и в то же время легкое лежало на шее Чумака, как отвественость за свой народ!
  Чумак скосил глаза и понял, что рядом спит рыжая девушка бомжиха, спит - закинула на его бедро свою ногу, обняла за шею, как скифские жены прыгали в могилу к мужьям!
  "Дождется, моя баба! - Чумак радостно почти не дышал, чтобы не спугнул подругу, свою бабу, у которой, возможно, в Тверской губернии свой огород и калека мать старая пердунья с наследством в две козы! - неужели... Но я... я недостоин!"
  Около телеги дворник деловито подметал песок, как в хоромах у Царя Гороха, где много гороха!
  Дворник не обращал внимания на подводу, на покакавшего коня - навоз на радость воробьям!
  Не его, не дворниково дело - партизан гонять!
  Микола подошел, снял спящую бомжиху с подводы, акуратно положил под дерево:
  - Баба с воза - кобыле легче!
  Парень, Чумак, поехали, а то отряд уйдет без нас, как без провианта на дорогу!
  Уже утро, утро стрелецкой казни!
  
  К путям около станции Сортировочная прибыли через минут двадцать - Чумак определял время не по часам, а на глазок, на ощупь, словно жил во времени, а не в Москве!
  Для партизана - что час, что два - все одно, особено, когда в лаптях в засаде на морозе около вражеского бронепоезда с чорным флагом!
  Чумак радостно поздоровался с партизанами - потерь после столкновения с дивизией СС "Мертвая голова" - нет, словно сторожа с собаками все вымерли от выстрела командирской берданки!
  Настроение бодрое, потому что - утренее и летнее!
  Чумак с теплотой вспоминал рыжую бабу, то есть девушку, но для партизана - баба!
  Вспоминал не ее вчерашнее пренебрежение Чумаком, а то, что она заснула с ним в обнимку, как со своим партизаном, которого подождет с войны, ради которого соберет на вокзале пустые бутылки, сдаст и на вырученые деньги купит передачу для Чумака, если он попадет в тюрьму, как партизан!
  Мысль о том, что девушка просто так спала, напилась зелена вина и спала с Чумаком в обнимку, как лежала бы с любым, потому что мужчина - теплый - эту мысль Чумак отбрасывал с негодованием, будто кушал несвежего кабана!
  Он уговаривал себя, успокаивал, потому что на курсах имени жены Карнеги научился самоуспокоению, самообману:
  "Девушка, наверно, ночью поняла свою ошибку, пристальней расмотрела меня, когда я спал, как убитый мерин!
  А что? настоящие партизаны на дороге, да еще с вилами за плечами - не валяются!
  Бомжиха, она не балерина, поэтому с пониманием в светлых очах, с мыслями, отттого и думала, а, если думала, то разглядела во мне перспективу своей жизни, как наших будущих детей, детей после войны, детишек на огороде среди грядок с капустой и лебедой!"
  
  Вчерашние сторожа из дивизии СС "Мертвая голова", наверно спали после немецко фашисткого глинтвейна их данке либен шуле!
  Командир легко отыскал эшелон с пустыми вагонами - деревяные, почти новые - чистый порожняк, а что из Москвы повезут в провинцию - актрис в чулочках с прищепками что ли?
  Из провинции в Москву - ясно, что: сало, млеко, яйки и золото, разумеется, лучше в слитках, чтобы москали удобнее считали в килограмах!
  Еще в Москву везут гуманитарную помощь, то есть бомбы замедленого действия, бомбы, которые разрывают ягодицы девушек, а старушки жиреют, бродят с безсмыслеными взорами и требуют:
  "Растишку, дайте нам растишку!"
  Партизанский отряд имени Родины по мосткам завел коней в вагоны, нашли пустые картоные ящики - вместо сена для подстилок, запасли воду в пластиковых бутылках, как в презервативах для слона!
  Командир сказал, что сейчас тяжелые времена - а кому сейчас легко!
  Вот, когда будет возможность - тогда воду перельем в ведра и в стекляные трехлитровые банки, в которых так соблазнительно плещется мутный самогон, намного соблазнительнее, чем французское старое вино в бутылке на обнаженой мадам Коко!
  Чумак с Миколой расположился на подводе, как генерал Кутузов в кибитке Наполеона!
  После сытного завтрака жизнь партизана стала для Чумака намного ярче и приятнее, чем карьера менеджера в теплом, но вражеском М видео, потому что кругом одни враги: то должность у тебя воруют, то девушку уведут, то премию украдут!
  Только партизаны расположили коней по вагонам, только уложили боеприпасы, то есть топоры, вилы, косы, немного пороха и дроби для берданок, как вагоны заскрипели, и покатили в сторону БАМа, на самый край России, где жили Чук и Гек, жили в маразме, потому что уже давно старые, но обрели вечную старость благодаря целебному воздуху Синих гор и загадочной траве Жень шень, корень которой похож на человека!
  Симпатяшка Серега распахнул дверь своего вагона, а Чумак вспомнил, что в войну, судя по расказам бородатых историков, вагоны для солдат назывались теплушками - Серега сел в проеме двери, свесил ноги к рельсам, и растянул меха гармошки, очевидно, найденой на помойке, настолько старая и потертая, как шкура козла в яранге хана Магдональда!
  Веселая партизанская песня встречала трудяг на станциях электрички: на Перово, на Плющево, на Вешняках, порадовала славных выхинцев с огромным рынком, где рыба с красной икрой, как курица беремена золотым яичком!
  До Тулы загадочным маршрутом товарной эшелон докатил без приключений, словно над вагонами, над ржущими партизанами и лошадьми витала удача в прозрачной ночной сорочке!
  В Туле вдоль вагонов ходили предприимчивые тульчане и предлагали: тульские пряники, тульские самовары, тульские танки, тульские автоматы и пулеметы, и, разумеется, знаменитые тульские двустволки с резными стволами, прикладами - на любой вкус настоящего партизана!
  Партизаны трогали оружие, целили в небо, щелкали языками от восторга, но ничто не покупали, потому что у партизан нет денег - только только на провизию и на экстреный случай - на взятку милиционерам!
  Неугомоный Серега станцевал перед немолодой уже, но интересной женщиной в пуховом платке, вдовой прокурора, как она сказала и зарыдала - непонятно, то ли над смертью мужа прокурора, то ли отттого, что разочарована в жизни с прокурором, а, прокуроры обычно - кривые на один глаз!
  От танца симпатяшки Сереги вдова еще раз всплакнула, махнула рукой и подарила партизанам ведерко с солеными, не мариноваными, как во вражеской Венгрии, а с бочковыми мятыми огурцами семениками, словно гигантские морские живые огурцы голотурии, которые пугают толстозадых купальщиц из города Маями!
  Вдова даже не взяла в уплату хороший пук соломы для скотины, пошла, еще раз махнула рукой в отчаянии глубоком, потому что шла от радости к безысходности:
  "Хорошие парни партизаны, отличные, добрые, как собаки дворовые!
  И чтоб вам все в пути ладно!
  И чтоб вас везде привечали по нашему, с хлебом солью, как иностраного чорного президента из страны Конго!"
  Чумак взгрустнул вслед доброй положительной вдове, хотя и вдове прокурора - но никто не виноват в своей судьбе - не виновата и женщина, что неудачно вышла замуж, как за кастрированого жеребца!
  Чумак жевал огурец, не хрумкал, а жевал, словно тряпку со вкусом давно забытой уборщицы из школы - тети Нюры!
  Жижа из мятого огурца щедро стекала на зипун, на порты и на лапти, как водопад Ниагара стекает на голову морского енота полоскуна с серыми щеками!
  Чумак с удовлетворением заметил, что раньше, на работе заботился, чтобы крошки от еды, чтобы соус из Макдональдса не запачкали одежду, а сейчас - на полной свободе - уже не волновала мысль о соленой воде на зипуне, как и другие горести, которые уходили все дальше и дальше от поезда, как дырки кочуют в полупроводнике в другую сторону от электронов!
  От полного счастья с огурцом в руке Чумак спросил Миколу, как на уроке истории:
  - Микола, а Микола!
  А что там на БАМе, там же людей нет, значит для партизана нет работы?
  Раскажи мне про БАМ и для что едем, будто за золотом для Республики!
  - Молод ты еще, хлопец, молод, как редиска в огороде моей бабы Нюры!
  Бам... БАМ - это сила! БАМ - это эпоха возрождения, получше эпоха, чем, все итальянцы в белых обтягивающих панталонах, сквозь которые торчат чорные лобковые волосы!
  БАМ - это когда Родина позвала Комсомол, всех молодых романтиков на строительство железной дороги - Байкало Амурская магистраль, как шосе до Марса!
  Да, да, Чумак, и на Марс Родина посылала своих героев, но не долетели до Марса герои, не сработала ракетная система, а то давно бы уже шагали мы партизанскими тропами по красной, как чирий, Планете!
  Вот лучшие люди страны, в том числе и бывшие зэки и осужденые зэки прорубали в тайге тунели, дороги, делали насыпи, покоряли пространство и время, как партизаны в латаных зипунах!
  И столь хорошо на душе у всего Советского народа от героического шествия БАМа, столько надежды на Комунизм и на медвежье мясо, что даже сейчас меня слеза прошибает, как младенца на похоронах матери! - Микола отвернулся от Чумака, голос его дрогнул как ляжки балерины на морозе минус сто! Бывалый партизан смахнул непрошеную слезу, как украденый брилиант в три карата! Но, когда продолжил расказ, то уже совладал со своими чувствами, говорил громко нахраписто да так сильно, что кони почуяли в нем настоящего жеребца предводителя: - Неимоверными усилиями пробили дорогу, построили БАМ, как зимнюю сказку с Хозяйкой Медной Горы!
  Станции на БАМе - из природного камня различной конфигурации и стоимости, лучше чем в музее камней Ферсмана, где ночные уборщицы отколупывают от золотых самородков крупицы!
  Мозаичные пано из малахита, мраморные колоны, гранитные дворцы - чудо станции, дороже, чем дворцы западных королей!
  И товарищ Леонид Ильич Брежнев - Главный командующий Воружеными силами Союза Советских Социалистических Республик, Пятижды Герой советского Союза, Председатель Совета Министров Союза Советских Социалистических Республик, Генеральный Секретарь Комунистической Партии Союза Советских Социалистических Республик, почетный герой многих стран, летописец, миротворец высоко оценил вклад всего Советского народа в строительство Байкало Амурской Магистрали - магистрали Века!
  БАМ построили, перерезали ленточку над шпалами из столетнего сибирского кедра, который посадил Владимир Ильич Ленин!
  Но враги Государства не дремлют, словно у них безсоница от высокого давления без таблеток виагры!
  Враги Союза Советских Социалистических Республик зорко следили, чтобы наша страна не росла вширь и в высь, а хирела, загнивала, как бананы на рынке в Чикаго, где девушка стоит дороже, чем автомобиль Жигули!
  Враги болтовней, заговорами, подкупами и посулами закрыли наш БАМ, сделали все возможное, чтобы БАМ не функционировал, как у них не функционирует предстательная железа, поэтому ездят на масаж в Лаос, где заставляют десятилетних мальчиков масировать им простату!
  БАМ заглох, как двигатель Камаза на перекрестке!
  Мы туда едем, потому что там сейчас для коней раздолье вдоль дорог - трава сочная, с витаминами, полезная - в Китае ничто подобного не найдем, потому что братские, китайские партизаны всю траву сами скушали, как коровы Муки!
  
  Так ехали долго, Чумак отсыпался перед борьбой, перед походом по БАМу с жирными, как лук в Луховицах, травами, столь нужными в рационе ржущих коней партизан!
  Время от времени Чумак спрашивал, а Микола охотно отвечал, как старый наставник Брюс Ли поучает молодого Джеки Чана!
  - Микола, а Микола! А кого из партизан ты любишь?
  Кто твой герой, твоя цель в достижении подобного ему имиджа, да образа!
  На кого бы ты равнялся, как пионер под красным знаменем на пионерской линейке в пионерском лагере Артек, где вожатые - педофилы!
  - Глупый вопрос, Чумак, непродуманый!
  Ты - партизан, поэтому каждое дело, каждый вопрос сначала обдумай, как рыбу, затем действуй, ибо без смекалки, без мужичкой хитрости и предприимчивости партизан хиреет, как без бабы!
  - И я без бабы захирею?
  - Чудак партизан Чумак!
  Конечно! Без бабы партизан не партизан, а гусля! - Микола сплюнул под колеса поезда, будто выкинул дурное прошлое! Помолчал, набил нос табаком, чихнул, и продолжал: - А про партизан знаменитых?
  Люблю Чегивару, потому что все наркотики курили и продавали, а он не курил и не продавал наркотики, а боролся против наркотиков, как молодая девушка Настя песней сражается против произвола насильника!
  Понимаешь, Чумак, как это трудно, когда все, а ты против всех, хотя и с ружьем в руках?
  Вот на то мы и партизан, старатели золотых жил наших человеческих душ!
  Чегивара, ну, как... Представь, если все в нашей стране гонят самогон и пьют самогон и водку, а мы сражаемся против самогона и водки - Вот то то и оно!
  То то и оно!
  Трудно ему, партизану Че, на это стержень в человеке, как берданка - крепкий!
  А еще люблю партизана батьку Ковпака из Великой Отечественой Войны, потому что воевал в партизанах, где трудно, а мог бы пойти на фронт, где полегче, потому что на фронте официальное признание Советского правительства и медицинские сестры в лазаретах!
   Ковпак - он, ОГОГО!
  Семена Давыдова люблю, героя партизан войны с Наполеоном, словно воевал с французским коньяком!
  Трудно Давыдову, как товарищу партизану Чегиваре, потому что партизан Давыдов воевал под недовольный шумок своих дворян богатеев, которые Наполеону зад лизали, словно Наполеон перед каждой битвой намазывал зад клубничным вареньем!
  Хотя, кто их поймет, французов в кружевных панталонах - может быть и намазывал Наполеон ягодицы вареньем то!
  Пьер Безухов ходил среди французов, говорил по французски, словно не знал русского мата!
  А Давыдов воевал, воевал зимой с вилами и топором! как мы воюем, Слава нам!
  
  Микола замолчал, словно вспоминал убитых товарищей партизан в латаных зипунах и с вилами в мозолистых руках с красными, потому что партизанскими, рукавицами!
  И еще много бы что расказал Микола в долгой дороге, но вагон тряхнуло, как в бочке с мазутом!
  Вагоны затормозили, завизжали, будто резаные свиньи на американское Рождество, когда американцы поздравляют индейку с ожирением!
  Через Тридцать минут Командир собрал для командирского слова:
  - Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не немец же ты!
  - Спасибо родные, спасибо, товарищи партизаны за подддержку!
  Так вот... Этать... В наше непростое время...
  - А кому сейчас легко, командир?
  - Так в наше непростое время... Тьфу...
  Вообщем, дальше ищем другой эшелон, потому что сейчас - город Вятка, а вятские - люди хватские, как омары!
  Но не те омары, которые революционеры, Омары Хаямы, а омары с клешнями для буржуев!
  Всемером одного не боятся!
  Тупик! Дальше действуем по обстоятельствам, как художник Пикасо, когда грыз свои краски!
  Партизаны привычно, потому что не в первый раз, как на войне с греками в Риме, выгрузили подводы, свели лошадей, вынесли фураж, как из горящего дома!
  Отряд партизан имени Родины расквартировался недалеко от станции, в парке, где бабушки с внучатами и местные алкоголики с дешевым вятским пивом, не пригодным для партизанского движения в целом!
  Командир разбил партизан на групы, боевые отряды и отправил на поиски пищи "чтобы еда для партизан, а то с голода на БАМе опухнем"!
  Чумак шагал в бригаде, рядом с Миколой, Степаном, Сашко, Костиком и Василием - бывшим професором лингвистики из города Волгоград!
  Василий время от времени записывал в тетрадочку меткие слова товарищей по борьбе, давал советы по произношению особых партизанских звуков, наподобие "этить ее мать!"
  Без приключениий - менты только два раза спросили документы и отпустили - дошли до реки с неизвестным названием - зачем партизанам названия рек по которым и так плывут на плотах бурлаки?
  За рекой в жаре клубила далекая деревня с золотыми куполами, как украшением серого пейзажа на котором художник Левитан сломал ногу!
  Присели на бережку, лениво кидали с обрыва камни в кусты, обсуждали план операции по изъятию с дальних огородов картошки, разумеется, если огороды принадлежат врагам: китайцам, корейцам или немцам, хотя насчет немцев у партизан большие сомнения, как вилы!
  Вдруг Микола и Василий одновремено схватили оружие: Микола - топор, а Василий - косу с блестящим лезвием и подозрительными бурыми, почти чорными пятнами, явно от крови, на рукоятке!
  На смотровой площадке, метрах в десяти от партизан чирикали, как воробьи над кучкой свежего конского навоза, иностранцы!
  Чумак сразу выделил французскую картавую речь:
  "Язык любви! Язык любви!
  Тоже мне придумали рекламу, что французский - язык любви, как корова языком любит!
  Французский - язык для изучения проктологов или как их называют, дефектологов в детских садах, когда детишки не выговаривают букву "р", поэтому детишек без "р" записывают в групы повышения умственого здоровья, то есть на излечение от идиотизма!
  Среди иностранцев также и немцы с характерными карканьями, пуканьем и раскатистым смехом, словно у каждого немецкого фашиста в животе барабан на котором барабанил патриот Буратина!
  И кто то бойко лепечет по польски, на том несравненом ни с чем языке ругательств и дуп!"
  Чумак повернулся к Миколе, и увидел, что Василий и Костик уже ползли в разведку, по траве, мимо кустиков с пустыми бутылками зеленого и белого цвета, по стекляшкам, мимо колясок разгневаных мамаш с белыми детишками, потому что мало солнца в Вятке!
  Через три минуты разведчики приползли с трофеем: польским супом с фляками, то есть вареными кишками!
  Одну минуту партизаны обсуждали - возможно ли это к употреблению русскими партизанами, но вспомнили, как Иван Сусанин завел поляков в болото, а фляков не кушал, вылили зупу, так поляки называют суп, в кусты, отчего кусты зажухли и повяли, как балерина в сорок пять лет!
  Микола серьезный, отттого, что все таки хотел фляков и зупы, собрал партизан в кружок, как во время обсуждения матча баскетболистов, когда толстый негр Джим распухшей от ударов мяча головой застрял в баскетбольной корзине!
  - Хлопцы, пришло время, когда мы... мы... вообщем, мы - партизаны!
  Вот гады, супы жрут на нашей земле, расматривают то, что, может быть, наши женщины нам не позволяют расматривать!
  И для что люди то живут?
  - Люди живут для правды, Микола! Для правды Люди живут! - Сашко, бойкий партизан, достал из портянки точило, натачивал зубья вил! Плюнул на зубец, провел пальцем - доволен, как миротворец в Африке под баобабом! потуже завязал кушак, аж лицо покраснело, словно клюква ягода на Елисейских полях, где французы поют песни в теплое время года! - А что тут за думы?
  Поляки - враги, они Сусанина убили!
  Французы - враги, они Москву сожгли и баб наших пользовали безплатно!
  Немцы... немцы - особая стать, как бы очень враги, и как бы даже слегка друзья, словно тараканы прусаки!
  - А в текущий момент немцы даже вдвойне враги, потому что якшаются с поляками и французами! - Василий сказал и записал в блокнотик: "Якшаются - сношаются! Употребимо особо в случаях, когда одна нация подлизывается к другой нации с целью получения от другой нации денежных средств или безплатных женщин!" - поступим с врагами по партизански!
  Если, конечно, врагов не больше чем нас, потому что мы - партизаны, а не герои Красной Армии, которые в одиночку справляются с целым взводом вражеских окупантов в ночных сорочках с розовыми оборочками по краям!
  А врагов не больше, мы подсчитали без вражеского калькулятора!
  Зачем калькуляторы, когда русские изобрели счеты?
  Поляков - две боевых усатых единицы, которые кадрят две французские единицы в коротких юбках и без лифчиков, словно не боятся укуса шмеля в соски, которыми женщины детей кормят!
   - А француженки детей не кормят сиськами, потому что берегут сиськи для Пьеров и Жанов! - Костик размахивал топором, приноравливался, будто рубил капусту на Курьяновской овощной базе имени Арбуза! - Француженки детей потчуют геномодифицироваными добавками, от которых у детишек волосы кучерявые, как у барсуков, а носы кривые, как у королей!
  - Не для мужчин француженки берегут свои груди! - Чумак подумал, что уже достаточно опытный партизан, чтобы участвовал в мудром партизанском совете перед боем! Кто знает - вдруг его убьют в бою, а последнее слово он все же сказал, как Ленин в Октябре: - Французские мужчины не спят с женщинами, потому что спят друг с другом!
  А Французские женщины тоже спят друг с дружкой, поэтому сиськи оберегают для подружек, еще более щепетильных к форме сисек, чем Жаны и Пьеры в лифчиках!
  Партизаны замолчали, обдумывали слова друг друга, долго думали, пока голоса врагов не стали удаляться, как дым в полях!
  Тогда Микола подхватил топор, вскочил - за ним и вся група захвата в зипунах и в онучах!
  Василий на ходу крикнул, задыхался от быстрого бега в гору:
  - С ними наш, свой предатель, экскурсовод!
  Он не в счет - в бой не вступит, потому что вятский!
  Его можно и...
  Но что можно, а что нельзя Василий не договорил, потому что выскочили как раз перед живописной групой иностранцев, как перед немецкими флейтистами в доме творчества Композитора Бетховена!
  
  Сашко пригнулся, хрипел, будто от волнения скушал фунт гороха с чесноком:
  - Хлопцы, я обхожу с заду, а вы...
  Но что Сашко посоветовал бы хлопцам тоже - загадка, как слова Василия, потому что Сашко действительно зашел с заду француженок, как на ферму с молодыми гусями по сто рублей за килограм живого веса с пухом и клювом!
  А в это время француженка в короткой юбке наклонилась, поправляла бантик на туфельке, как балерина Золушка после бала считала заработаные долары!
  Сашко увидал у француженки под юбкой что то ужасное, потому что замолчал, покраснел, как три вареных рака с икрой мойвы!
  Едва не выронил из рук боевые вилы настоящего партизана!
  Чумак никогда не видел у мужчин столь диковиного выражения лица, словно Сашко только что родился в кунцкамере рядом с Петром Первым и любовницей Петра Первого Анхен в розовых трусах!
  На лице Сашко - смесь восторга, негодования и ненависти, разбавленой брезгливостью, словно он вытаскивал из кучи помоев золотые часы Ролекс!
  Но Сашко устоял, выдержал, не сломился ни духом, ни телом, затрепетавшим, словно лист марихуаны в руках милицейского работника Петрова Водкина!
  Сашко высоко поднял вилы и вонзил оружие партизан в спину француженки, как в мороженую курицу с синими ногами!
  Девушка ничто не поняла, а вилы зубьями уже вышли спереди, через грудную клетку без лифчика!
  Майка на француженке лопнула, показал, что, и в самом деле, нет лифчика!
  На скамейке охнула старушка, но вязание чулка не бросила - война войной, а зимой без теплого чулка ноги замерзнут!
  Зато старушка отвесила подзатыльник внуку!
  Внук не обиделся на старую бабушку, потому что знал - она скоро умрет от дряхлости, а перед смертью он бабушке отомстит - надает ей столько подзатыльников, сколько бабушка не получала за всю свою трудовую жизнь на мясокомбинате имени коровы Зорьки!
  
  Сашко выдернул вилы из побежденого врага, присматривал следующую жертву, как сокол в небе расчитывает - унесет ли слона!
  Вторая француженка закрыла личико ладошками, охала, как девушка из татарского села!
  Немцы сразу поняли ситуацию - не первый год войны с непредсказуемой Россией, как не первый год поставляют в страну бракованые Мерседесы!
  Фрицы подняли руки, закричали:
  - Их данке шуле либе партизанен!
  Гитлер капут! Мы есть капитулярнейн!
  Москау, Москау, забросаем бомбами, будет вам Олимпиада - ОХОХООХОХО!
  Немцы не ведали, что говорили, пели модную песню, полагали, что партизаны в уже окультуреной одуреной России подпоют, как соловьи Курские!
  Фрицы думали, что песня объединит народы, как долар и евро!
  Допевали куплет с топорами в спинах, словно выросли плавники, как у акулы!
  Немец Ганс щурил залитые очи, крепко сжимал потной рукой со стекающей кровью в кармане фотографию Фрау Зольдатен в нижнем белье:
  "Русиш швайн партизанен их данке в тулупах!
  Почему прославленый немецкий народ всегда терпит поражение от мужика в зипуне и с вилами на боку, словно не мужик, а чорт с вилами!
  Ах, как я жалею, что не поцеловал в бане фрау Гербер, когда она пила со мной шнапс под хруст кислой капусты и свиных шкурок, будто мы в опере слушали музыку еды!
  Много много философии немецкого народа погибнет со мной, как в гробу египетской девушки Клеопатры!
  Я не расказал еще немцам про влияние детской психологии на мысли о войне!
   Фрейд расказал про пиписьки и стал знаменит, как фюрер, а я придумал теорию, что все дети Германии мечтают о войне с неверными!
  Изначально в маленьких гитлерюгендах заложено стремление к справедливости, то есть к ведению боевых действий на територии врага!
  Все, что ни делает порядочный немец в своей жизни: лечит ежиков в ветеринарной клинике, печет пироги со свининой, пьет шнапс из пивных кружек, цалует, жадно лобызает фрау Ультрих в Мерседесе, - все так или иначе подсознательно связано со стремлением немца к войне!
  О! Как больно, почему эти варвары дерутся топорами, а не красивыми немецкими кирасирами из каленого железа!
  Их данке шлосе швайнен партизанет, варвары с ржавыми топорами, от которых произошло бы заражение крови, если бы я до него дожил бы, до заражения! О майн либен Шопенгауэр!"
  
  Немец думал о Жопенгауэре, а Микола и Костик молча рубили немецких захватчиков на капусту:
  - Вот вам Сталинград, Вот вам Москау, вот вам садо мазо и плетки!
  Не нужны ваши Мерседесы на которых балерины из Большого театра ездят к депутатам в Государственую думу Российской Федерации!
  Это вам за наших дедов, которых вы пинками выгнали после нашей победы, выгнали из Германии, как нашкодивших солдатиков!
  
  Чумак смотрел на рубку, словно со стороны, как в замедленном кино, хотя время летело быстро - бабка еще не отвесила внуку второй подзатыльник!
  "От меня тоже ждут подвига, чтобы я зарубил людей, как убил бы в себе мечту о счастье с голубыми очами!
  Как я, недавний менеджер М видео, подниму руку на женщину, тем более француженку в короткой юбке, словно у меня в голове часовой завод имени Маятника?
  А поляки - ладные рубахи-парни, говоруны, как Серега, словно они - парни побратимы!
  И ничто мне лично не сделали плохого сейчас - а я их на колбасу для дворовых собак, которые млеют, когда им генералы чешут за ухами?
  Нет! нет! не сейчас!
  Может быть потом, в Китае... там проще, там другие люди..."
  
  В это время, когда проткнутая француженка затихала на асфальте, словно карасик на солнышке, когда вторая француженка быстро быстро говорила по французски неизвестно что, но мило, потому что картавые девушки в отличие от картавых мужчин - сексуальные, в те секунды, когда немцы уже не жили - братья поляки начали речь, словно фонтан изобилия в Кусковском парке, где играют в бадминтон!
  - Хлопаки, хлопки, мы же добрые хлопы, сейчас помувим, все обсудим!
  Мы же бачим, что вы лихие партизаны, что вы так ловко зарубили кобьету и немчуру, как мужину приласкали поленом по дупе!
  Мы с вами, мы же поляки партизаны, вонючая дупа!
  Может вы хтите пеньензов! - Поляк достал из кармана мелкие деньги, хотел высыпать мелочь в шапку Миколе, поляки поняли гибким умом, что Микола - главный! Затем поляк передумал - отсчитал из кучи несколько монеток, остальные положил в карман, как в банк Ренесанс под проценты! Затем еще отсыпал в карман из ладони, словно расчитал, что каждому партизану хватит по мелкой монетке, как курочке Рябе! - То недобрые хлопы немцы - хай их в дупу!
  И кобета девка дурная - не тщеба она нам!
  Мы вас научим мове нашей, нашим обычаям, как добрых партизан!
  Мы же умеем огого, как дупчить!
  А вы паленку пьете?
  А пиво, вы пробовали доброе польское пиво Живец - наилепшее пиво во всем крае!
  Ведаете, як моя матка паленку с зимянками гонить?
  Береть два мешка наилепших зимняков...
  Добже, добже, паны, мы вам покажем, когда вы к нам в гости приедете, на забавы!
  Будем ладно танчить! Та-та-та!
  А зупу с фляками - мы культуральные поляки, все вам покажем и раскажем, всему научим, даже нашей трудной для варваров мове, бо вы есче некульутральные в зипунах, а будете культуральные, демократичные...
  Чумак с ужасом понял, что поляки беглой речью, улыбками, шевелением густых усов, загипнотизировали партизан, как удавы кроликов в сельской местности в долине рек Инд и Ганг!
  Заговариваниями, как заговорами, поляки переговорят даже иудея на базаре, во время торга пшеницей из России!
  Партизаны полностью попали под влияние мутной речи поляков, как зайцы деда Мазая упали на дно крейсера Аврора в городе еще не Ленинград, но уже не Петроград!
  "Меня речь поляков, улыбки, добрые слова не берут, потому что я два года работал с поляками, обжегся на их обаянии, как красотка из Киева после восьмого ребенка негра понимает, что рожает чорного от чорного!
  Сначала я давал в долг полякам деньги - поляки никогда долги не отдают!
  Затем долго спорил с ними, доказывал, пока не осознал, что поляки слушают только себя!
  Вот потому я остался один в боевой единице, как последний патрон в дуле танка "Иосиф Сталин"!
  Василий записывает умные изречения поляков в тетрадочку, как Владимир Даль с рязанскими мужиками!
  Сашко не замечает, что стоит на трупе француженки, как на флаге Бастилии, где живет злая волшебница Бастинда!
  Микола и Костик очумели над трупами немцев, будто снимают кино про полезное и питательное человеческое мясо для короткостриженых собак!"
  Чумак закричал страшно, по партизански, по М видеовски, и с вилами на перевес пошел в атаку на поляков, как козла прогонял из квартиры!
  В первого поляка вилы вошли легко, потому что поляк, опьяненый своей речью, находился на седьмом небе и раслабил мышцы живота!
  Вилы под влияним момента движения Чумака входили с треском глубже и глубже, а поляк говорил про матку, про то, как в их деревнях у каждого хлопа, но только у доброго хлопа наилепшее пиво!
  Поляк держался руками за древко вил, вытаскивал их из себя, как занозу из сына ваятеля Родена (читайте роман Эсаул Георгий, потрясающий роман "Мальчик, вытаскивающий занозу из...")!
  Второй поляк тоже говорил, но про то, якие в Москве добрые паненки, любо дорого с ними в бане парить ягодицы!
  Чумак выдернул вилы их первого поляка, пнул второго поляка, как грушу для боксера Рембы!
  Поляк запнулся о полумертвую или полуживую француженку, упал, а Чумак, чтобы не передумал, а то страшно - вырос в мире добра и понимания - вонзил вилы в горло поляка, чтобы легче и наверняка!
  Затем Чумак улыбнулся и упал в обморок, или потерял сознание, как Мальчик с пальчик, когда женился на матери Дюймовочки стокилограмовой великанше Сиси!
  Очнулся Чумак быстро, наверно, шестое чувство опасности помогло в борьбе за жизнь!
  Друзья товарищи обшаривали карманы поверженых врагов, деловито, по крестьянски, словно собирали урожай картошки в огороде соседки с голой попой!
  Микола приподнялся от трупа немца, в руке - серебряный портсигар, как у богача!
  - Чумак, очнулся - молодчина, а то мы бы тебя бросили ментам!
  Ты же пойми, что мы партизаны, а партизаны после боя разбегаются и не смотрят, кто из своих попал в засаду, кому нужна помощь, как Красный крест!
  Каждый за себя - на то и партизанская жизнь тяжелая - никто никому не должен, каждый думает о своей шкуре, как настоящий мужик с бородой и щами в усах!
  А, ежели кто товарищу помогает - тому место не среди партизан, а в регулярной армии ему место!
  Но все же, ты нас спас от поляков, а то худо - у меня в мозгах уже ялики поплыли!
  
  К партизанам подошла бабушка с недовязаным чулком и любопытным внуком в придачу - будущим партизаном!
  Бабушка с интересом смотрела на трупы, оценивала ущерб одежде побежденых врагов, как оценщица в ломбарде расматривает бомжа в качестве мужа на час!
  - Партизаны, миленькие вы наши освободители, как снижение налога на хлеб!
  Как ловко вы с врагами - ни в сказке сказать, ни пером описать!
  А эту проститутку отчего же не добили, а то ходит в короткой юбке, людей смущает - стыд позор, а не девка!
  До что страна дошла - всяких кокоток привечаем за деньги!
  Раньше не так было, раньше, вот мой покойный муж так меня бил, что у меня срака трещала, как стиральная машинка...
  - Мать, короче, что надо, а то мы отходим в леса! - Сашко по доброму, по сыновьи, облапил кровавыми руками бабушку, как кошку белодушку! - Что из их одежы надо?
  Так бери! Партизаны для своего народа ничто не жалеют, даже одежду с трупов врагов!
  - Одежку то вы сильно попортили вилами, да топорами, как на сенокосе!
  Били бы в темечко - удобно и быстро, наверняка, как мы в деревне забивали кабанчиков - сначала ему молотком в темечко, а затем - нож в сердце!
  Или в горло - кому как нравится! - Бабушка потрепала внука по белым волосам, светлым, как память о весеней вербе! Мальчик оживился, тыкал носком сандалика в лужу крови от поляков! Бабушка деловито расматривала одежды: - Вот с панов портки возьму, портки у них не распороты, а кровь застираю - не впервой кровь смывать!
  С немчуры - уж больно у них штаны в крови, возьму исподнее - у немцев дивное исподнее - с кружевами и рисунками - страсть!
  А от шалав - ни рожи, ни кожи!
  Даже одежка маленькая, в ней в крапиве на огороде наши девки жопу обстрекают! - Бабушка подошла к живой француженке, осмотрела, как негритянку на продаже на аукционе господина Давида!
  Пощупала материал на маечке, провела пальцем по лакированой туфельке!
  Заглянула под юбку - и сплюнула: - Ишь ты, денег на трусы нет!
  А туфли я не возьму - продам кому, а они порвутся, меня заругают, как обманщицу!
  Нет толку от иностранок, одна морока, да безпокойства, будто это ведьмы!
  Убейте ее - и все делов!
  Василий послушал бабушку, подошел к француженке, как к французской булке, осмотрел, искал место - куда нож воткнет!
  Француженка восприняла Василия, его осмотр, как всегда принимала расматривания мужчин - кокетливо подарила Василию улыбку, верила, что выживет, одна из экскурсионой групы!
  Чумак поднялся с колен, как порабощеная Челябинская область:
  - Василий, можно ее и в темечке, как мать учит!
  А, что, если мы ее возьмем в обоз, для обмена на партизан?
  Если кто из наших в ментовку попадет - мы ментам француженку без трусов, а менты нам товарища возвратят!
  - Не понимаю, Чумак, а зачем нам товарищ, если он в ментовке?
  Наши партизаны с ментами не знаются, как ну, забыл как, сейчас в словаре Ожегова посмотрю...
  - Чумак дело говорит, - Микола заступился не за француженку, а за мысль! - Баба французская смешная, как Кукла из буржуйского магазина!
  Мы ее для какого нибудь дела приспособим, приладим!
  Будет нам почин!
  Микола достал из лаптя веревку, привязал к шее француженке, как к корове!
  Француженка думала, что мужик играет с ней в интересную новую игру, как в городе Париж, где сикают под кустами!
  Девушка даже замычала для подыгрывания Миколе, мычала долго, как вологодская корова - Чумак подумал, что для вживания в роль француженка еще и молока даст из сисек!
  Бабушка обезпокоено бегала вокруг, чувствовала, что мало поимела от партизанских боевых действий!
  - Партизаны, хлопцы!
  А вот вы у немца портсигар взяли, серебряный, так сменяйте мне на еду, как в голодные годы в Ташкенте, когда скушали всех ослов!
  Вам же табакерка ни к чему, бравым партизанам с красными лентами на кушаках!
  - И то - мать, нам дорогие цацки не к лицу, потому что партизан на то и партизан, что всегда без порток и без золотых перстней, как яблонька весной, когда девушки поют про любовь! - Микола протянул бабке табакерку с вычурными вензелями и нацарапаной обнаженой фрау! Табакерка из драгоценого метала пропала в руках старушки, как щука в проруби с окунями! Микола по братски хлопнул старушку по зипуну, выколачивал моль: - Но, мать, не обмани с обменом то, не обмани!
  Мы, партизаны, народ доверчивый, простой - нас каждый обведет вокруг пальца, как телков!
  - Да вы что, сынки, да чтобы я партизан... - Бабушка сплюнула в сторону трупа немца! Выпучила очи в знак полной правдивости, словно выкатаные зенки означают высшую степень правды! Достала из сумки старушечьи припасы, которые спрятала от внука, как в сейф: - Молочко Агуша - две пачки, сухарики - пачка начата, как красна девица французская, но там еще много сухариков, яблочко, - старушка вытерла пятнистое яблоко о сарафан, - конфетка... вот!
  Партизаны обменом довольны - сосали Агушу из трубочек, по очереди пили, хвалили бабушку, Родину и укоряли врагов!
  
  Француженка с веревкой на шее поняла, что сейчас ее пока не убьют, как тощую корову за ненадобностью!
  Напевала песенку от радости, смотрела в очи партизан предано, как собачка на Крайнем Севере, где в трубах замерзает дым!
  Девушка понимала, что грубые мужики ее изнасилуют, обязательно изнасилуют, потому что так написано во всех французских романах - куда бы не пришла девушка - ее везде насилуют разбойники, словно у разбойников нет других дел, например, по сбору грибов и ягод к зимнему сезону, когда насморк!
  
  Из кустов вылез толстый мужчина в шляпе, как Страшила Мудрый - Волшебник изумрудного города!
  Страшила посмотрел на трупы поляков и немца, перешагнул через продырявленую француженку, покосился на живую, будто ругал ее за недальновидность!
  - Товарищи партизаны - ловко вы убили врагов народа, как на шампур свинью нанизали!
  Я у них работал экскурсоводом, почти безплатно работал, за идею, как Троцкий на горе Арарат!
  А иностранцы, враги платили мне копейки, немцы платили, а поляки и француженки - фигушки, будто я не Российский экскурсовод, а поляроид!
  Экскурсовод сказал, а Василий отметил в блокнотике лингвиста, что экскурсовод назвал себя заимстованым словом, наверно отттого, что Северный полюс ближе к Вятке, чем к Москве, где слово "поляроид" малоупотребительное!
  Микола посмотрел сквозь экскурсовода, обратился к француженке, как к рабыне Изауре:
  - Как зовут тебя, девка безстыдная?
  Откуда родом племенем?
  Что в поляках нашла? тебе что - мало русских добрых молодцев?
  - Я? Я есть Зизи! Дзякую паны! - Француженка бойко щебетала по русско польски, подтверждала мысль, что если существует нация афро американцев, то есть место и русско полякам, как котопсам! Девушка вертела узкими бедрами, размахивала тонкими руками, как Снеговик машет ручками прутиками! Даже подпрыгнула от избытка чувств, словно в ней по ухи налито шампанское! - Мы сейчас выпьем водка, а затем вы меня - насиловать?
  Или вы меня сейчас насиловать, а потом водка и танцы, как в кабаре Лидо?
  Кака бака кабаре!
  - Дура баба! - Микола дернул за веревку, повел девушку подальше от трупов - домой, то есть на место постояной дислокации партизан в городе Вятка! - Зизи - значит по нашему - Зорька, как корова!
  У моей матушки росла корова Зорька с рогами и пятнами под хвостом!
  Молока давала много, как комбинат Агуша!
  Хорошая корова с сиськами, как подоишь, так молоко белое белое брызнет, как самогонка!
  - О! Самогонка! Сиськи! Я понимать доброго хлопа!
  Вы меня дупчить в дупу, а я пить самогонка!
  Оляля! Шарман! Опля!
  
  Так и шла процесия после Малого Бородина и Сусанинства: впереди с гармошкой чубатый Серега, наяривал на инструменте, зычным голосом песней созывал молодушек, как курочек на насест!
  Девушки и женщины подбегали к Сереге, сували ему за пазуху ковриги хлеба, в карманы сыпали соль на счастье, как подарок к Новому Году!
  Серега не прекращал задорной песни про Московского озорного гуляку, кланялся женщинам, целовал молодушек в розовые щеки, - вообщем поднимал имидж партизан в глазах простого населения страны, победившей не наступивший Комунизм!
  За Серегой шел Чумак в компании друзей партизан, как в окружении всего хорошего!
  Чумак улыбался девушкам, Солнцу, но получал, разумеется, меньше ковриг и знаков внимания, чем Серега!
  "Но все же это - победа, триумф партизанского и моего движения, как партизанского движения под руководством Малыша и Карлсона (см. роман Эсаула Георгия "Карлсон и Мылыш - герои национально освободительных движений"!)!
  Потому что я партизан, отттого что среди партизан - мне люди уделяют внимание, какого я не получал на посту менеджера среднего звена М видео!
  И ради этого внимания я пойду на смерть, даже от руки мента!"
  Замыкал бригаду партизан Микола с француженкой, как козой, на веревке!
  Француженка щурила, очевидно, близорукие большие очи на толпу вятичей, охала, олялякала, но ничто не понимала, будто у нее в голове щи с бараниной!
  Возможно только две мысли крутили танец в голове девушки: насиловать и самогонка! Опля!
  К француженке изредка подбегали дети малые, щипали ее за тощие коленки, кидали в нее комья грязи и почему то кричали:
  - Немец перец колбаса! Прусака ведут!
  Микола лениво отмахивался от ребятишек кнутом, словно защищал свою черешню от саранчи!
  Дети вятичей ежедневно получали кнутом по глазам и палкой по пяткам: в школе и дома, поэтому на удары хлыста Миколы не обращали внимания, как на укус комара!
  Девушки и женщины, а, особено старушки, плевали вслед француженке, закрывали глаза кончиками платков:
  - Срам то какой! И на что девка себя оголила, будто потрошеная рыба?
  И сисек то нет и жопы нет, и волос на голове - не густо, будто ее подстригли модные гомосесуалисты парикмахеры Жаны и Жаки!
  Срамота, стыд да и только!
  И куда их Правительство и Евросоюз смотрят?
  
  Около памятника Ленину к Зизи, или к Зорьке подбежал седой инвалид в латаном тулупе и с бородой до пяток, будто подметал улицу волосами!
  Дед традиционо плюнул в широкие озерные очи француженки, ударил ее по щеке сморщеной старческой ладошкой с веснушками, как ударил в барабан на празднике имени поедания барана!
  Затем второй ладошкой стукнул француженку по другой щеке, для симетрии, чтобы телу не обидно, чтобы душа пела, душа, которая на распашку, а не та душа, которая летит вон из человека!
  Дед дал бы девушке пинка в тощий зад, нога со скрипом пошла ввверх, но не долетела, упала, как с черемухи негр Том, угнетеный негром Джимом!
  Француженка Зорька, потому что все воспринимала, как сексуальную игру, как сексуальную прелюдию послала деду воздушный поцелуй, как посылку попкорна вдове генерала:
  - Зюзю! Оляля! Синьор желает игры в душечку и злодея?
  Я любить игры с пощечинами - они бодрят кровь молодую и старую! Игого!
  Дедушка, пан, я твоя кобьета лошадка! Ржу Игого!
  Дедушка, старый ветеран всех войн снова поднял ногу для пинка, но теперь учитывал былой опыт неподнимания ноги, поэтому поднимал ногу руками и ругался, как матерый козел в холодильнике Бирюса:
  - Вот вам за Бородино - вы то нас в Бородино не жалели!
  Вот вам за Аустерлиц и за кадиских кадетов!
  Вот вам за Мюрата и Жозефину!
  Зорька увидела что дед руками и ногами тянется к ее, как полагала, очаровательной попке, подыграла дедушке, как на саксофоне!
  Француженка задрала юбку, выпятила оголеную попку в сторону пинка деда, как почистила мандарин на Старый Новый Год!
  Во Франции оголение зада - призыв к немедленому акту любви, как у мохнатых кошек на крыше дома твоего!
  В америке и в Германии голый зад - лучшая шутка!
  На Руси оголение зада всегда насмешка и позор для того, на кого голый зад направлен, как указующий перст Партии и Правительства!
  Старичок охнул, задохнулся от гнева, когда увидел голую попу француженки - подумал, что девушка плюет ему в лицо, столь знаменитое лицо, что дедушку - ветерана труда, узнают в родном городе даже пионеры двоечники!
  Все, кроме француженки, захохотали над поверженым дедом, как над пугалом в огороде Министра МЧС!
  А дедушка безвольно опустил натруженые ладони, пошел к завалинке, по пути пинал пыльные камни и ветки, словно отбрасывал от себя все нехорошее, пену жизни:
  "ИИИЫЫХ! Уела меня импортная девка, опозорила на всю Ивановскую!
  Я выполнял план в школе, затем в армии, потому на заводе - везде передовик с грамотами и переходящим красным знаменем, как символом добросовестности и трудолюбия!
  В детстве я мечтал, что покорю Космос - пространство и время, принесу ядро революции на самые далекие Планеты Вселенной!
  И Циолковский в пенсне с указал путь человеку к Звездам!
  А что я имею на пенсии, как рак в котле?
  Вместо звезд на меня смотрит голая попа девки, которую мы победили еще в одна тысяча восемнадцатом году!"
  
  Чумак и друзья его с добычей, но без старого дедушки, дошли до стоянки партизан около железнодорожных путей, где коням вольготно!
  Партизаны лениво бродили вдоль насыпи, лежали, курили, пили, - вообщем вели активную подготовку к поездке на БАМ, где дворцы из золота!
  Француженку встретили без особого энтузиазма, без прыганья и радости, как положено при виде пленого врага в короткой юбке!
  Алешка осмотрел девушку со всех сторон, как фундамент для избы и отошел в сторонку, будто и нет француженки с ее гримасками и желанием выйти замуж за милиардера, но, непремено французского милиардера Жака или Жана!
  Через час вернулся Командир с бригадой партизанского труда, как с поля сбора картошки в селе Красное Краснодарского края!
  
  Партизаны принесли мешок, в котором что то отчаяно хрюкало, словно огромный кабан с интелектом професора математики Гарварда!
  Чумак обрадовался, что сегодня партизаны устроят корпоративную вечеринку с танцующей француженкой и жареной бужениной, как на празднике вегетарианцев в городе Бужоле!
  Но Васятко вытряхнул из мешка не полезного жирного сального борова с рылом, а толстого немца - немецкого посла в город Вятку!
  Немец щурил красные глаза под белыми выцветшими бровями и отчаяно ругался на языке Стран содружества!
  Через несколько минут Чумак узнал правду о походе бригады партизан во главе с Командиром, как узнал в школе, что школьная учительница по мышлению выше Президента!
  В то время, как Микола с Чумаком и другими добрыми хлопцами вели охоту на смешаную толпу врагов, Командир с тремя партизанами налетели на кордон немцев с гулящими девушками!
  Немецкий посол в город Вятка ехал по своим делам с двумя красивыми вятскими прелестницами, студентками Медицинского коледжа Машей и Дашей, как с кошками Машей и Сашей!
  Ехали, разумеется, в баню, потому что все серьезные вопросы послы решают в бане, где много пива и потных тел, так не похожих на тела бедуинов в пустыне Гоби!
  На светофоре водитель посла немца затормозил машину, потому что дисциплинированый их данке шлосе немец с бакенбардами и столь внушительной родней, что Английский король по сравнению с ним - пешка в карточной игре банкиров!
  Тут то, на перекрестке, под свистки недовольного майора ДПС, партизаны вытащили поочередно, за волосы, немецкого посла и его девушек, вышвырнули сначала на мостовую, а затем спрятали под кустики у дороги, потому что партизаны всегда уходят в леса!
  Народ не защитил ни немецкого посла, ни девушек, отттого, что бедные всегда симпатизируют партизанам, а богатых в то время на дороге и в окрестностях не было!
  Добрые труженики завода даже помогли и связали вопящего немецкого посла!
  А старушка с рынка подарила мешок из под картошки, чтобы в мешок поместили супостата, а то еще убежит, как заяц белый!
  Девушкам партизаны намазали лица грязью, придорожной пылью, как нечестным!
  Маша и Даша под улюлюканье толпы побежали домой, да еще прихватили зачетки в которых Командир написал коротко о прогулке студенток в баню!
  В машине немецкого посла лежали копченые куропатки, гамбургеры, торты, колбасы из сои, но ни капли еды, пригодной для употребления в пищу партизанами!
  Даже шампанское вез немецкий посол, а самогонки или немецкой самогонки - шнапса, не захватил, будто не верил в победу партизан по всему Миру!
  Командир решил, что посла обменяет на провизию и фураж для коней, хотя сильно сомневался в цености немецкого посла для Мэра города и членов городской Управы!
  На француженку Командир посмотрел, как сквозь стекляную нее, словно не заметил в девушке надобности для партизанского движения отряда имени Родины!
  
  Вечером партизаны пели и плясали под гармошку у костра, как на весених играх в Костроме!
  Серега, Василь и Никита потащили немецкого посла в ресторан Вятка, к членам городского собрания, которое традиционо проходит в ресторанах и ночных клубах города, где много темноты и табачного дыма, чтобы не видно лиц и задниц танцовщиц без трусов!
  Серега - для обаяния члених Мэрии, если среди работников высшего состава Мэрии найдутся женщины!
  Василь - для умного и красного словца!
  Никита - для силы, ибо руками сгибал в дугу железный системный блок компьютера Макинтош!
  Остальные партизаны пели и плясали, а француженка сидела на соломе, широко раставила ноги, со страхом и радостью ждала, когда же партизаны ее изнасилуют, жестоко изнасилуют со звериным азартом и коварством, как насилуют французские писатели романисты, но насилуют только в книжках!
  К удивлению Зорьки партизаны не только ее не насиловали, но даже не обращали внимания, как на сытую лошадь с брюхом!
  Сначала Зорька подумала, что партизаны - импотенты, как Жан и Жак!
  Но к партизанам приходили местные красивые девушки, а что местные красивые - француженка замечала с неодобрением, потому что красота русских роняла тень на красоту француженок, что недопустимо, потому что Франция - страна любви по мнению экспертов Евросоюза!
  Вот и Алешка ушел с красавицей, длиноволосой вятичкой: рыжая коса над огромной грудью!
  Изредка кто нибудь из сердобольных партизан подносил жаждущей Зорьке оловяную кружку с мутным самогоном, девушка пила, думала, что самогон - дорогой напиток, отттого, что духмяный и редкостного вкуса, как столетнее выдержаное французское вино, даже во сто крат лучше!
  Наконец, Зорька Зизи не выдержала, на длиных ногах доковыляла до Чумака, рухнула около него на окурки, как безногая овца Доли:
  - Партизан, а партизан! А как тебя кличут?
  - Чумак!
  - Партизан, а партизан, а почему меня никто не эбет?
  - Да потому что ты никого не эбешь в партизанском отряде! - Чумак понял, что сказал трудно понимаемую для иностранца двусмысленость, поправил мысль! - Да никому ты не интересна, француженка, нет от тебя пользы для партизана!
  Чумак задумался, задумалась и Зорька!
  Девушка с недоумением чесала красную от укусов партизанских вшей ляжку:
  "Как это от эбания меня нет пользы и для кого нет?
  Я думала всю жизнь, что секс - это ОЛЯЛЯ - для веселья!
  А русские полагают, что секс - для пользы, как устрица, как корсет Оляля!
  Еще никогда моя попа не простаивала так долго, еще никто раньше меня не обижал вниманием, меня всегда имели, если не мужчины, то женщины!
  Я не понимаю загадочную русскую душу!"
  - Парень, Чумак, ты - импотент?
  Ты - гомосексуалист гей голубой?
  Ты - вегетарианец, если не хочешь игры со мной пипи в зизи!
  - Дура вы, девушка, а еще Канта в школе, наверно, изучали! - Чумак с сожалением смотрел на француженку, не желал ее, сам удивлялся не желанию, как будто упал головой в высохший колодец! (Еще несколько дней назад я бы мечтал о ночи любви с француженкой, а сейчас - как отрезало мне партизанским топором!) - Без идеи нельзя!
  Ничто нельзя без идеи, даже отрубить голову курице Рябе!
  Коко кококо!
  А секс с тобой - нет никакой в этом идеи, кроме глупости!
  А глупости нам хватает, как в парке имени Горького!
  Вон, воробей клюете конский навоз, как в ресторане Прага!
  В действия воробья больше идеи, чем в сексе с тобой!
  
  Француженка поняла отказ партизана Чумака по своему, по женски, как понимает отказ каждая одинокая девушка:
  - Никто мене не любит, добрые паны партизаны!
  Никто меня не жалеет, никто меня не приголубит!
  Я плохая, я - некрасивая, как Эйфелева башня!
  Чумак с интересом смотрел, как рыдает француженка - не каждый день увидишь француженку в печали, как высохший водопад Килиманджаро!
  Не останавливал ее, не утешал, а любовался концертом, как плясками жертвы на костре!
  Зорька закончила рыдания и смотрела на Чумака, ждала указаний, как в МЧС, когда помогают неграм на Гаити, а свои бабушки умирают от голода в Сибири!
  Чумак словами пожалел Зорьку, как генерал жалеет преступника на виселице:
  - В другом месте, Зорька, ты сойдешь, тебя полюбят по всякому и даже Оляля!
  Но мы, партизаны, - народ особый, мы - не балерины!
  У нас - идея, что у каждого партизаны своя девушка, то есть баба, и эта баба ждет партизана, как соловей ждет расцветание бутона розы! - Чумак говорил, будто всю жизнь обдумывал мысль о бабах для партизан, хотя узнал только недавно, словно у него соскоблили отмерший слой мозга! - А ты - не баба для партизана, поэтому нам не интересна, как не интересует китайская стена с вмуроваными рабочими!
  Посмотри, к каждому партизану приходит местная девушка, выбирает его в однодневные женихи, а дома партизана ждут свои бабы ненаглядные! - Чумак откровеничал, потому что не полагал француженку за серьезное существо, за человека, который выдаст тайну, потому что тайну не поймет, как художник Пикасо не понимал, что рисовал, а узнавал о своих картинах из газет! - А я некрасивый, потому что еще новый партизан, как новая машина Рено!
  Я жду, когда меня полюбит настоящая баба, сдобная и верная, как хлеб в сельском магазине!
  Чумак лег на спину и смотрел на небо на неизвестные и почти туманые, отттого, что с плохим рением Чумак, созвездия!
  Зорька Зизи опять ничто не поняла из русской философии партизан, но знала, что она хуже баб, русских баб, поэтому ее никто не использует, не хочет с ней зизикаться!
  - А что я делать? Я не знаю, пан Чумак!
  Я еще никогда раньше не спала без секса!
  Как это?
  - А ты не спи, ты пей - и свалишься в забытье, вот тебе и секс с самогонкой!
  Правда всегда имеет две стороны, как некачественый ноутбук в магазине М видео!
  С одной стороны ноутбук нормальный, работает, а с другой стороны - глючит, будто не ноутбук, а дом престарелых для псориазных тараканов!
  Зорька залпом выпила кружку самогонки и поплыла над землей, как Икар без Крыльев!
  Девушка, словно с высоты смотрела на партизанский костер, на коней, на телеги, на солому, даже на Чумака и на себя безстыжую, как курицу на витрине!
  И от понимания своего понимания, от причастности к высшему Разуму Зорька зарыдала очищающими слезами, слезами, которые приветствуются Церковью:
  "Что я за сволочную жизнь вела раньше?
  Письки сиськи, бег без правил за сексом - а для что?
  Простой русский мужик, партизан меня не желает, как женщину, предпочитает деревенскую девку мне, изворотливой кокотке с бульвара Пигаль!
  Сегодня я безсильна, потому что у меня нет того, что нужно настоящему мужчине, а не переодетому педику Жану!
  Чумак, некрасивый, но положительный герой, полюбил бы меня, если бы я поняла его философию, образ жизни партизана, как подноготную пленика на костре инквизиции в Палермо, где любят гусей под хвост!
  Я - вроде бы пустышка! Оляля!"
  И так светло и радостно стало в тонкой груди Зорьки от мысли, что она исправится, изучит партизанское дело, поймет идеи мужиков, что Зизи Зорька свободно захохотала, подняла руки к небу и захрапела сидя, впервые в своей женской доле без секса!
  
  А в это чудесное пречудесное время Василий, Серега и Никита с немецким послом в мешке за плечами затеяли интересный спор, результат которого для всех троих ясен, но они обязаны сначала поговорить для успокоения совести, как лиса перед поеданием мышки, гоняет ее по снегу, как шваль!
  Партизаны на автобусной остановке, после того, как контролер их высадил за безбилетный проезд, увидели бабушку с бутылью самогона - с целебной амброзией для Зевса!
  Серега смотрел на сивуху, как первые партизаны на озеро Сиваш:
  - А что, мать, сивуха у тебя крепкая, славная?
  А то бывает, что мутная, а толку в ней, как от американского пива - никакого!
  - Сынок! Да чтоб я...
  Да, если я обману кого - так я на этом месте уже десять лет торгую самогоном!
  Меня сам президент наградил орденом Георгия! - бабушка распахнула ватник, как ворота в Рай - на вязаной серой кофточке зеленел орден Георгия Второй степени!
  Серега повернулся к друзьям, словно оправдывался перед заинтересованными партизанами:
  - Я для интереса спрашиваю, потому что мы на деле - посла несем для обмена, как золотой запас России!
  А пьяный партизан на деле - плохое подспорье, будто козел в огороде с цветной афро капустой!
  И денег на самогон у нас нет...
  - Денег нет и нельзя нам, а для интереса поспрашиваем! - Никита поставил мешок с хрюкнувшим немецким послом на растрескавшийся, как губы сибиряка, асфальт! - Мать, а самогон из картошки или из буряков?
  Бывает, что...
  - И из сахара и из картошки и из свекла, даже веточку укропа бросила - не видно ее из за мути!
  - ХМ! Действительно, партизан не имеет право на боевом задании напиваться, как свинья!
  Но мне любопытен лингвистический аспект этого самогона, как баснописец Крылов спрашивал у ворон дорогу к дому! - Василий достал блокнотик, но очи его направлены на муть самогона, как у косого рижского снайпера Йыхуйнене! - Матушка, а вы, когда варите самогон - приговариваете какие либо наговоры, чтобы вам помогли в самогоноварении, как при заговоре зубной боли!
  - Конечно, у нас каждая самогонщица знает сотню приговоров для самогонки!
  И для крепости самогона приговор, и для духмяности и для мутности - на все свое словечко и побасенки имеем!
  А то - как же, мы не байстрюки безродные!
  Мы свою историю чтим, как память об усопших варягах!
  - Мать, а мать, хочешь я станцую и спою, а ты нам банку самогона, партизанам отдашь? - Серега для сексуальности закрутил чуб! Притопнул щегольским валенком, как забивал гвоздь в гроб мамонта! Пояснил для друзей, - Мы же не регулярная армия, а - партизаны!
  Нам перед партизанской вылазкой к мэру надо бы...
  Товарищи не возражали, даже молча подбадривали Серегу, как словами по пяткам!
  Но бабушка упрямо сжала губы, будто завязывала бантиком:
  - ИИИИЫЫЫХ! Партизан! Партизан!
  В былые бы годы я бы все за твой танец отдала, даже кошелку с луком!
  А теперь - мне нужны деньги на квартплату и на автобус - будь он не ладен, как американский министр Черчиль!
  Так что - мне бы денежек...
  - Матушка, а вам не нужен мужик, справный, жирный, белый, даже ругается красиво! - Василий стукнул обухом топора по мешку, чтобы немецкий посол показал бодрость, как мерин на выставке овощей! Немецкий посол грязно ругался в мешке ("Ферфлюхтер швайн партизанен!")! Партизаны одобрительно гоготали! - Мы его отдадим в обмен на самогон, как индейцы отдали Манхетен за стекляные бусы!
  И ни у кого из партизан не мелькнула мысль, что, если отдадут немецкого посла бабушке, то провалят ответственое задание командира!
  Никита за шиворот вытащил немецкого посла из мешка, как кузнец Вакула таскал чорта!
  Немец плевался, огрызался, вообщем производил неприятное впечатление на старушку!
  Никита для успокоения посла - подарил ему увесистую оплеуху!
  Посол затих, стоял, как школьник двоечник на парадной линейке!
  Бабушка осмотрела посла бегло, деловито, как выпила рюмку сивухи,
  - Не нужен мне этот, гадкий какой то!
  И ругается, как немец!
  Меня бабы засмеют, если я немца приведу в дом, как немецкую овчарку вместо русской гончей собаки!
  - Возьмите тогда одежду его, добротная одежда - для пугала сгодится или на половые тряпки! - Василий положил руку старушки на камзол немецкого посла, чтобы женщина пощупала, ибо щупанье - язык международного общения!
  Сердце женщины - не каменый уголь из Донецкой шахты, где работает Дацько:
  - Жалко мне вас, партизанушки родненькие!
  Пусть немец снимает все, а взамен я дам вам трехлитровочку!
  Будут еще немцы в одежде - приводите, как на базар стриженую овцу!
  Обмен состоялся, как на Крымском мосту в Москве!
  Никита затолкал абсолютно голого немца в мешок, как кошку породы "безволосый сфинкс"!
  Немецкий посол в городе Вятка уже не возмущался, потому что при помощи науки оплеух сразу поумнел, словно он - третий клас средней школы Раменского района!
  Партизаны тут же сели, на остановке автобуса, где много людей в шляпах!
  Под злые завистливые взгляды пасажиров выпили немножко, чтобы дело пошло по маслу, по Вологодскому маслу, а не по французскому!
  Шли партизаны трезвые, шли гордо, потому что помогали товарищам партизанам в обмене немецкого посла на фураж для лошадок, которые едут на БАМ для поправки здоровья, будто на курорт в Куршавель!
  На мосту через реку Вятка Никита неосторожно споткнулся о ни о что и выронил мешок с пленым немецким послом в мутные воды неширокой Северной реки!
  Посол в мешке, как Персидская княжна ловко и сноровисто пошел ко дну, словно всю жизнь тренировался и преуспел в науке плавания под водой в мешке!
  Даже достиг звания мастера спорта в этой занимательной науке...
   Серега и Никита посмотрели на Василия, потому что Василий знал народные слова и заговоры!
  - А что? Мы же Командира не обманем, мы же честные, потому что - партизаны! - Василий смотрел уверено и твердо, но после самогона твердым этим взором глядел в Персиковые сады своей мечты! Он взял товарищей доверительно, под руки, как подружка балерина дружит с артистками! Шептал заговорщицки, но почему то его шепот слышали даже безучастные, отттого, что отравлены ядом предпринимательства - ничто им не нужно, кроме безсмысленой карьеры - вятичи! - Мы доложим командиру, что Мэр города не дал за немецкого посла ничто!
  Ни фуража не дал, ни хлеба!
  Это же не обман, потому что, действительно, Мэр города нам ничто не дал, как обокрал!
  А при каких обстоятельствах не дал и отчего - Командир нас не спросит, потому что наш Командир - голова!
  Партизаны бодро повернули, и, как могли, зашагали обратно - отсюда к родному домуууууу!
  Два раза партизан забирал милицейский патруль, обшаривали карманы и отпускали с проклятиями, что "Нет у этих партизан ничто! Хитрецы эти партизаны!"
  
  Василий, как в грязные сточные воды реки Вятка смотрел - Командир не вспомнил про немецкого посла, потому что после танцев вприсядку, самогонки и песен у костра Командир находился в далеком благодушном состоянии, как птица Додо в Раю!
  В розовых мечтах командира бродили фиолетовые единороги!
  Единороги дружными стадами бежали к бане из чистого золота!
  А в бане, на яшмовых полках парили березовыми вениками роскошные тела Анжела Маня и родная баба Командира, баба, которая его ждет!
  
  Утром командир в сопровождении парламентеров - кто выглядел прилично после похмелки - пошел к начальнику станции на переговоры по поводу предоставления партизанскому отряду имени Родины эшелона для поездки на БАМ!
  К удивлению всех, начальник станции подарил партизанам эшелон почти мгновено, словно ждал просьбы всю свою сознательную жизнь с помощником начальника станции Семенюком!
  Возможно, партизаны на станции угнетали взоры пасажиров, которые принимали партизан за кочующее племя татаро монголов из средних веков!
  Командир не думал что и почему, когда боевая задача по эшелону выполнена на сто балов, как прыгунья с шестом Бабука не только взяла высоту, но упала на трибуну в руки потного милионера Прошкина!
  Француженка Зорька Зизи после утренего похмелья самогоном полностью осознала русскую идею и русскую мечту!
  И во что бы то ни встало ей и куда бы ей ни вставили - требовала, хотела, чтобы партизаны взяли ее с собой во все походы!
  Но слово командира - железный закон - Баба с воза - кобыле легче!
  Партизаны категорически не терпели баб в отряде, особено в столь трудном партизанском походе: через БАМ в Китай, на помощь китайским узкоглазым партизанам с мешками риса под цветастыми ципао!
  Француженка заламывала руки, выла, но не по французски и не по польски, а по русски, что радовало партизан - Баба исправилась, не пошла по наклоной плоскости, взяла себя за ум - даже телогрейку надела на тощее тело и ватные штаны летом!
  Вопрос решили - более менее просто, при помощи партизанских философов, как вещих экстрасенсов!
  Зорьку Зизи оставили в Вятке, как партизанскую бабу!
  Партизанская баба Зорька пусть ждет партизан - всех сразу, как курица цыплят!
  И Зорька Зизи махала вслед партизанскому отряду имени Родины сереньким платочком, в котором сокрыто все тепло и мудрость поколений вятских девушек с рыжими волосами и сметаными телами из сыроварни!
  
  На станции Зуевка эшелон на запасном пути дожидался, когда пройдет встречный поезд с гробами!
  Партизаны вышли на станцию, косили траву для коней в ближайшем парке с памятником герою, словно собирали налог на новых героев!
  Но партизаны превращаются в птиц на небе, где облака и самолеты ту сто пятьдесят четыре!
  Чумаку косу не дали - мал еще!
  Чумак обиделся и пошел к станции за самогонкой и картошкой - если подадут, конечно, как калике перехожему с вилами вместо посоха волшебного!
  На станции местные девушки и женщины торговали партизанской едой: картошкой, рыбой, луком, молоком и самогонкой, как живой воды после мертвой воды с ржавчиной из под крана!
  Чумак без особой надежды бродил мимо женщин - красивый парень, в онучах, лаптях лыковых, в зипуне, в ермолке с красным бантом, с вилами за плечами - не найти краше, особено в Шотландии, где все мужчины гомосексуалисты, то есть бабы, потому что ходят в юбках!
  Но никто Чумаку не подавал, словно не замечали толстого партизана с щетиной и в очках минус сто!
  Трудно, ох, трудно, когда тебя не замечают, особено, если в мечтах ты - Наполеон, или Чегивара!
  "Я не Серега чубастый симпатяшка - ему бабы охотно дадут картошки и самогонки, словно у него на лице нарисован чек в милион доларов сша!
  Если просто так не дадут - Серега спляшет, споет, побалагурит - и выпросит, как зимой снега!
  А я неуклюжий, еще толстый - не сошли запасы жира после Макдональдса в Кузьминках! - Чумак сглотнул мечту о гамбургере! Сейчас, когда партизаны не видят, Чумак тайком бы скушал гамбургер или бигмак с двойной котлетой, как с дуализмом в философии с Бахом! Чумак даже замычал, как паровоз, как корова на сене! - Не пою, не танцую, не жалею, не зову, не плачу! - Чумак вспомнил Алену, хотел тоски, как мазохист на выставке мужских трусов!
  Но мысль об Алене тоску не вызывала, словно девушка пришла с картинки обложки, туда и ушла вместе с фотомоделью Гивико! - Значит, не моя Аленка, не моя, как не моя страна Аргентина с кенгуру и пиявками!
  Ни на что я не способен, даже на любовь к Аленке с длиными загорелыми ногами!
  Мне ребята из М видео завидовали, когда я с Аленкой под ручку пришел на корпоративную вечеринку по поводу перевыполнения плана в сентябре прошлого года, будто мы украли у государства милиард денег!
  Аленка - эпатажная, высокая, длиноногая, с грудками булочками, острая на язык, бойкая, вообщем, - бизнес леди с бизнес телом!
  А мне нужна, а мой тип девушки... - Чумак задумался о типе женской красоты, о характере женщины, которая подошла бы ему по внешности и по уму разуму, как Василиса Прекрасная с фамилией Премудрая! - ну, скромница, как Машенька из фильма Морозко!
  Ну, с длиной косой, желательно рыжей, как хвост лисицы, обманувшей кума волка!
  Ну, чтобы для меня девушка... ну... чтобы грудь!
  Ну, еще, чтобы... статная, гордая, независимая, ноне болтушка, как... как ... как Аленка!
  Мне не нравятся девушки, которые бойко отвечают, сразу, молниеносно, словно попали под дуб с Пушкиным и котом Пушкина!
  Настоящая красавица всегда задумчивая - слова лишнего не скажет, только взглядом накажет!
  И еще - глаза, как голубые озера из моего детства с лягушками и тритонами!
  И личико симпатичное, для меня, белое, но с конопушками, потому что у рыжих всегда конопушки, словно девушку посыпали конфети из золотой фольги часового завода Мактайм из города Москва!
  А, еще - чтобы любила меня предано, безззаветно, единственого, своего, а на других не смотрела бы, потому что... вот..."
  Чумак машинально выпил стакан самогона, закусил мятым соленым жолтым огурцом, как положено огурцу для закуски самогона!
  Для каждого овоща - свой напиток, словно в кино про аватара, когда они - овощи, пили нектары!!
  Для помидора - водка завода Кристал!
  Для мутного самогона - мятый большой соленый огурец!
  Для прозрачного самогона - сало!
  Для текилы - лайм с солью!
  Для шампанского - виноград!
  И так далее и так до безконечности разнообразия напитков и фруктов с овощами для них, словно человечество от питекантропа только то и делало, что изобретало смеси алкогольных напитков и золотых украшений на ягодицы императриц Великих!
  
  Чумак выпил и очумел, словно перед ним возникла Эйфелева башня с инженером Эйфелем в петле на самой верхушке!
  На Чумака смотрела мечта - та девушка, которую он только что представлял, словно срисовывал из памяти!
  Высокая, будто яблоня в саду Мичурина в очках!
  Статная, как струя Ниагарского водопада!
  Красивая, наподобие витрины в ювелирном магазине, где все жолтое!
  С длиной толстой рыжей косой, будто сноп колосьев, которых Чумак видел только по телевизору в стариных фильмах про колхозы, где председатели колхоза влюбляются в молодых перспективных агрономш!
  Очи девушки - омуты, но без лягушек, а с золотыми искорками карасей!
  Улыбка - добрая добрая, словно у вагоноважатой Сары из депо Перово!
  Оказывается, пока Чумак бродил в мыслях, девушка угостила его самогонкой и огурцом, как подарила умирающему больному сердце разбившегося мотоциклиста!
  Чумак понял обстановку, застыл с раскрытым ртом, с красными щеками и синим носом, как раскрашеный Санта Клаус в финской деревне Йыыыхпердну!
  Кусок огурца торчал из раскрытого рта, как конский хвост!
  Чумак увидел себя со стороны - еще сильнее покраснел, будто его по щекам долго долго и нудно бил копытом мул Ходжи Насредина!
  
  Чумак потом много раз обдумывал ситуацию на станции Зуевка, советовался с партизанами и так не нашел логического ответа, почему и отчего встретил Машу, а девушку зовут Маша, встретил, словно в лесу ударился лбом о лоб медведя!
  Микола, как академик философии так прокоментировал встречу Чумака с Машей, будто писал трактат на тему любви звезд!
  "Возможно, Чумак, Маша и все ее окружение, знакомые, возникли из ниоткуда специально для тебя, как в вакууме рождается сначала элементарная частица, а затем - Вселенная с туалетами на планетах!
  До твоего появления на станции торговали только женщины, другие женщины, будто их нарисовали кисточкой на холсте жизни!
  А, возможно, ничто нет, и станции Зуевка нет, потому что никак не доказуемо, как не доказана теорема о скрещивающихся птицах удодах!
  В философии существует теория отстранения от мира сего, словно человек живет в гробу, в сосновом пахучем гробу из сосны, которой, тоже нет!
  Представь, Чумак, что все, что мы видим - плод нашего воображения, даже Командир, хотя его трудно представить, как плод!
  Если ты закроешь глаза, то мы все исчезнем, останутся только звуки, а нас уже нет, как нет групы Мираж с танцующей Овсиенко без трусов!
  Если тебе отрубить ухи и проколоть барабаные перепонки - то и звуков нет, ты будешь ощущать мир ощупью, но мир возникнет тогда, когда ты на него положишь пальцы!
  Далее - отрубаем партизанским топором руки, ноги, лишаем твои нервные окончания чуствительности, посылаем тебя в космос, где нет силы тяжести, - и все, ничто ты не чувствуешь, потому что ты - только Разум в чистом виде!
  И никто тебе не докажет, что существует что либо вокруг, например, Диснейленд с танцующими папуасами!
  Мира нет, мир - плод твоего воображения!
  Теперь пойдем обратной дорогой, где человек - Творец Своего счастья, о чем правильно писали в учебниках для школ Советского союза!
  А сейчас пишут, что США - творец нашего счастья, сша для нас, якобы, и папа и мама!
  Представь, что ты стоял на станции Зуевка, балдел, а из вакуума возникала твоя Машенька, красавица, если ты правильно ее описал мне, словно художник портретист Шишкин нарисовал утро в сосновом бору!
  А для правдивости возник окружающий мир Машеньки, как в виртуальной реальности компьютерных игр с раздевающейся Ксенией Собчак!"
  
  Эту философию Микола представит Чумаку позже, а сейчас Чумак так разволновался, что очки его запотели, как в минус тридцать в московском метрополитене!
  Чумак таращил скрипящие очи, а девушка смотрела с улыбкой, ласково и нежно, будто только что избежала авиакатастрофы на самолете Боинг в Новой Гвинее!
  И так простояли бы они нескончаемо долго, если бы не милицейский работник, сотрудник правоохранительных органов в шляпе!
  Милицейский работник постучал по левому плечу Чумака резиновой дубинкой с акумулятором в тысячу вольт, словно выколачивал валенок о печку:
  - Гражданин, предъявите ваши документы!
  Чумак ответил бы, что "Хвост и лапы, - вот мои документы"! - как ответил кот Матроскин из мультфильма про гулящую маму!
  Чумак понимал, что на шутки милицейские работники реагируют очень болезнено, словно все анекдоты придуманы про них!
  - Я - партизан! У меня нет документов, - Чумак отвечал, словно оправдывался перед девушкой в сарафане с васильками! И на всякий случай добавил, как в кино про сына рабе! - ... гражданин начальник!
  Лицо милицейского работника потускнело, потому что партизаны для милиции - все равно, что цыгане - и нарушают порядок, и ничто с ними не сделаешь, тем более - ничто с них не получишь, кроме ругани и плевков в душу!
  Но все же... тем более, что милицейский работник по внешним признакам - мужчина - а приезжий партизан стоял около зуевской девушки Маши, которую милицейский работник хорошо знал, потому что знал всех в Зуевке!
  Девушка Маша не нравилась милицейскому работнику ни по внешности, ни по характеру, то есть по всем тем качествам, о которых мечтал Чумак!
  Милицейский работник мечтал об эпатажной, высокой, длиноногой, с грудками булочками, острой на язык, бойкой, вообщем, - бизнес леди, типа Аленки из М видео, с бизнес телом!
  Многие парни из Зуевки проходили мимо своих девушек, белых, с рыжими волосами, очами омутами, в которых парни не находили для себя пользы, как лиса в винограднике ищет кур!
  Зуевские женихи мечтали о кудрявых чорноволосых прелестницах, как рабыня Изаура!
  Да, чтобы у девушки кожа смуглая, да глаза - чорные, как маслины по пятьдесят рублей за банку!
  Зуевские девушки в свою очередь думали о красавцах женихах, чтобы высокого роста, как прыгун с шестом Бубка!
  Обязательно с животом, как у артиста Бегемотова!
  Желательно лысый, как американский герой Брюс Уилис!
  А на лице щетина или борода, как у французов!
  Об очкастых женихах зуевские невесты даже и не помышляли в розовых снах с куклами Барби!
  Очки - как принадлежность к высшему свету, как элита, как высшее достижение мужчины, потому что в Зуевке очкастых нет, словно их истребили крысиным ядом для колорадских жуков!
  Машенька торговала на станции, после школы не пошла на химзавод учетчицей или сортировщицей, как работали все ее подруги, а продавала на станции продукты со своего огорода, как ловила звезду на железнодорожных путях!
  "Почему в Зуевке ребята невысокие и худые, словно у них отнимали еду в детстве и отдавали лешему? - Маша, за десять минут до прихода Чумака расуждала на вечную тему невест и женихов, как философы расуждают о водке!
  Она знала, что не нравится ребятам, но и ребята ей не по нраву, как в единстве противоположностей птиц и зверей! Маша поправила картошку на газетке! - На танцы я ходила с Сергеем, пока он меня не бросил, как отвинтил гайку с паровоза Ленина!
  Я понимаю, что я не красавица, что парням нравятся чорноволосые девушки, кудрявые, со смуглой кожей и желательно грудками булочками, маленькими и проворными, как консервные банки!
  А я... а мы зуевские невесты...
  Никому мы не нужны, кроме дворовых собачек, которых подкармливаем вкусной и здоровой пищей - простоквашей с картошкой!
  А женихи наши - стыдно вслух произнести - маленькие, худые, но с гонором на Королеву красоты или на королеву Англии на худой конец!
  А я... вот у меня висит плакат американского героя любовника Смита - и ростом высок, и небритый, с животиком, а на лбу - солнцезащитные очки, жалко, что не диоптрические!
  Близорукие мужчины в наше время - огромная редкость, как картошка без червяка проволочника!"
  
  И тут Машенька увидела перед собой мужчину своей мечты, как розовую наволочку на голове президента!
  "Мужчина мечты - представительный молодой партизан, поэтому романтик, как Васко де Гама, который заразил сифилисом туземцев!
  Мужчина в щегольском латаном зипуне, в шикарных онучах и в модерновых лыковых лаптях, словно сошел с картинки вятского журнала "Мода для мужчин"!
  На голове - бешмет или ермолка с красным бантом, как у жениха!
  А за плечами... за плечами мощные вилы... эти бы вилы, да на огород ко мне!
  Краше красавца свет не видывал!
  А на глазах, на глазах - небывалое - очки!
  Очки у настоящего мужчины, секс символа Мигеля Орейры!
  Ащетина то... щетина! Щетину себе возволяют только богатые мужчины, да свободные партизаны!
  Откуда солнце ясное пришло на мою землю?
  И за что мне награда, что он остановился около меня и смотрит в меня, словно в зеркальную гладь пруда с гусями и гусятами, от которых летом много пуха!"
  Машенька, чтобы мгновение не ушло, чтобы великий партизан остался около нее хотя бы на минутку, а она бы вспоминала о встрече - годы, не верила, расказывала бы подружкам, а подружки в ответ бы хохотали и говорили, что столь красивые и очкастые мужчины до Зуевки не доезжают, потому что красавцев расхватывают по дороге знатные барыни в чулках с прищепочками, Машенька налила мутного самого наилучшего самогона в граненый стакан - не побрезгует ли заморский красавец угощением? - и дала на закуску самый большой, самый мятый, поэтому самый лучший огурец!
  Гость, выпил, закусил, наверно по нраву ему местный самогон и огурец, как самое дорогое яство Северных народов, где кедр до шишек растет сорок лет!
  Машенька улыбалась, не знала, как себя вести с красавцами!
  А тут, как назло, Игорек, милицейский работник, влез в идилию, как грязными ногами в мечту институтки!
  "И что ему надо, окаяному?
   Завидует мне, что рядом со мной стоит партизан с Большой Буквы, как антена на танке Иосиф Сталин? - Машенька обмерла, закусила губки, будто прокалывала для пирсинга! Нервно водила ножкой в изящном сапожке из шкуры дикого кабана! Заморозила виноватую улыбочку на белом лице, расписаном веснушками, как золотой вязью! - Спугнет партизана, а я даже не налюбуюсь, не запомню его образ, небритого красавчика в очках!
  Ишь ты, милицейский работник Игорек ниже партизана в два раза, худее в три раза, дубинкой едва достает до плеча доброго молодца!
  Что же за напасти - прогоняют мою мечту, как веником я прогнала чорта из под печки!"
  В это время Чумак опасался, что милицейский работник уведет его в участок, партизаны уедут на БАМ без него, а прекрасная добрая продавщица больше не улыбнется для него, как закроет навсегда свое сердце для любви к птицам!
  - Товарищ, милицейский работник, отстаньте, а!
  Мне скоро в партизанский поход на БАМ, а я вам не нужен, даже для плана не нужен, потому что Высшие милицейские чины не принимают план по партизанам, как по сломаным костям генералов авиации во главе с Кожедубом!
  - На БАМ? Мой прадед строил БАМ, прадеда на баме и похоронили... под рельсами... рядом с почетным паханом БАМа! - Милицейский работник пошел на мировую, словно выпил чашу с князем Гвидоном или выкурил трубку Мира с Чингачгуком! - Ты, партизан, не таи на меня обиду - моя работа по карманам... по Закону, по блюдению закона, вообщем... ну...
  Приходи к нам, когда уйдешь из партизан, у нас хорошо, как в Америке, где, говорят, негры по улицам ходят, как у нас бродят сибирские медведи!
  На селе прекрасно - воздух, как слеза, грибы, ягоды, рыбалка - русалки даже...
  В Милиционеры к нам пойдешь, товарищ партизан?
  - Нет! Партизаны в милиционеры не идут, не наш это путь, не наш!
  Партизаны любят волю, как птички небесные!
  Тем более, что я Московский партизан, родился в Москве, где понятие свободы никак не асоциируется с милицией, где служат милиционеры из города Луховицы с порнографией!
  "Как красиво сказал красавец! - по щеке Машеньки покатила бездомная слеза, как мальчик Гаврош без штанов! - Я не верила, что где то живут идеальные мужчины, а вот он... передо мной!
  Разговаривает, как професор! Ну, право, как професор!"
  "Не обидел ли я партизана нескромным предложением, будто предложил ему купание без трусов в бане бабки Маклаихи?- Милицейский работник Игорек, как когда то называл себя Чумак почесал дубинкой фуражку, будто выгонял из фуражки Закон и Порядок! Надраил сапог пучком травы лебеды, от которой куры пухнут, словно воздушные шарики в Измайловском парке на майские праздники! Подмигнул Маше! - Партизаны обидчивые, но добрые, как молоко в крынке!
  Я бы пошел с этим парнем в разведку... в другие времена пошел бы!"
  - Ну, если надумаешь после партизан, то у нас работа и на химзаводе имеется, прекрасная, высокооплачиваемая, с бартером, как в пиве Будвайзер!
  И невесту мы тебе найдем... у нас не как в городе... красавиц нет...
  Вы то, Москвичи, избалованы прелестницами, как клоун Ракомдаш!
  У вас, небось, около Кремля одни только красавицы разгуливают - эпатажные, кудрявые черноволосые, смуглые, как кофе с молоком, высокие, длиноногие, с грудками булочками, острые на язык, бойкие, вообщем, - бизнес леди с бизнес телом!
  "Подлец этот Игорек! Подлец, как из подполья! - Машенька чуть не зарыдала от стыда и позора!
  Побежала бы в поля, бросила бы товар - картошку, огурцы и самогонку, но не хотела, чтобы так... перед партизаном.... трусливо... - Если у милиционера нет девушки, если мы ему не нравимся - так что нам? Кол в спину и на погост около Сезенево?"
  - У вас лучше красавицы, как с золотого прииска Удачный!
  Одна из красавиц передо мной стоит, и улыбается, как солнышко ясное!
  ХМММ! ММММ!
  "Откуда у меня смелость, как у барабанщика Кибальчиша? - Чумак еще сильнее покраснел, будто ему по лицу провели наждачной бумагой из магазина ОБИ! От волнения Чумак вспотел, очки еще сильнее запотели, словно на улице не лето, а антарктическая зима с замерзшими белыми медведями! Чумак перекинул вилы с плеча на плечо, ковырял носком лаптя пыль в щелях асфальта! - Наверно, самогонка мне ударила в голову, как молотом по наковальне кузнеца Кузнецова!
  Да чтобы я так осмелел, да чтобы так сказал девушке героически!
  Никогда не говорил - робел с детства, как тонкая осина под телом жирного работника МЧС!
  Сейчас красавица засмеется надо мной презрительно, поняла, что я чувахлай чувахлаевч, а не Игорь Чумак!
  Стыдно то как... Стыдно, будто я в Стокгольме!
  Стыдобища, словно голый пляшу в Макдоналдсе в Кузьминках!"
  
  "Московская культура, наверно партизан из сыночков професоров! - Милицейский работник Игорек с уважением посмотрел на Чумака, как на породистую дойную корову Арнольдину с тремя глазами! Поправил кобуру с личным оружием, из которого по ночам стрелял в бомжей и в цистерны со спиртом, чтобы через дырочки спирт лился рекой широчайшей! - Партизан из вежливости сказал, что Машка красавица!
  Польстил девушке, молодец, не глуп, не глуп!
  Какая из Машки красавица, если красавицы все, как на подбор в ягоднике - эпатажные, высокие, длиноногие, с грудками булочками, острые на язык, бойкие, вообщем, - бизнес леди с бизнес телом!"
  "Вот это да - ни в сказке ни пером! - Машенька от смущения закрыла косой личико, спрятала глаза в косу, как страус прячет в песок голову койота! Налила еще стакан самогонки протянула Чумаку, робко протянула из за опаски отказа! Вдруг, партизан ударит ее по руке со стаканом, сочтет за оскорбление личности, что она, простая деревенская девушка, так запросто с ним обходится, с городской легендой! Чумак снова взял и снова выпил, потому что знал, что история идет по спирали, но не по той спирали, что в матке девушки - от той спирали история умирает, а не развивается - а по другой спирали, как спиральные ветви Галактики! Машенька отпустила косу на волю! - Красавец специально обманул меня, сказал что я красивая, сгладил неловкость милицейского работника Игорька!
  Пусть Игорек узнает, что существуют настоящие мужчины, которые, если и соврут девушке, что она красивая, то недорого возьмут - стакан самогонки!"
  Милицейский работник Игорек в конце рынка увидел шатающуюся добычу - Михаила Петровича, пьяного, как колбаса сервелат, которую Игорек пробовал один раз в жизни на Дне Рождения Вятского генерала милиции Реутова!
  Михаил Петрович, а сегодня на химкомбинате получка, напился после денег, наверняка, оставил немного на хлеб и макароны, - вот эти деньги милицейский работник изымет на штраф за... за...
  Но нельзя - штраф за появление в общественом месте в нетрезвом виде!
  Эта статья только в Москве и в других больших городах проходит удачно, как телесериал про Букиных Пукиных!
  В Зуевке, если милиционер задержал пяьного за пьянство, то это - не по понятиям, милиционера поймают и поколотят пустыми бутылками из под пива!
  Да и как по этой статье? если милицейские работники часто домой идут на четырех ногах, как доисторические будущие Президенты!
  Милиционер ушел своей милицейской дорогой, дорогой без конца!
  
  Чумак стоял напротив Машеньки, как стебель бамбука на ветру...
  "Я, как Чио Чио сан, как стебель бамбука! - Чумак улыбнулся шутке, поправил портянку на левой ноге!
  На правой ноге дырку на лапте заткнул пучком травы, словно затыкал пробоину на крейсере Аврора!
  Жизнь после самогонки обрела дополнительное измерение - измерение смелости! - Бамбук - это Китай!
  Китай - дорога через БАМ!
  БАМ! БАМ БАМ!
  Ой! Скажу сейчас девушке прелестнице, все, что думаю, а то потом пожалею, как министр Молочной Промышлености на вертолете без горючего!
  Пусть девушка меня поколотит солеными огурцами за наглость - у меня все равно после алкоголя члены онемели, будто мне отрезали нейроны и протоны!
  Протоны, кажется и нейтроны, а нейроны - это нервы, даже у мышей много нервов!"
  - Девушка, вы краше всех! - Чумак благоразумно не делал лишних движений, иначе бы упал в огурцы и в тело девушки, как Тунгуский метеорит уничтожил тунгусов! Чумак тщательно подбирал слова и выражение лица, которое прилично для молодого партизана в любовной сценке, как для собачек в цирке! - Вы мне очень нравитесь, вы - лучше всех!
  "Сказал, как в воду кинул динамит!
  Главное, что облегчил сердце - а дальше не мое дело, пусть девушка думает над словами и решает, словно она не на станции Зуевка, а на двадцатом Съезде Комунистической Партии Советского Союза!
  Щеки у нее - белый алебастр из зубной клиники Ниромед!"
  - Да, правда? а вы мне тоже очень по нраву, как белый гриб в лесу!
  Правда, правда!
  Я вас сразу приметила, как вы шастали вдоль рынка голодный, потому что партизан...
  "Как я смело сказала партизану о своей любви, словно я стыд потеряла после ночи в стогу сена!
  Ну и пусть - я сказала, а то бы всю жизнь переживала, что не призналась партизану в любви!
  Я понимаю, что он из куртуазности хвалит меня, да еще и слегка пьяный, как и подобает партизану, но все равно - приятно!
  А может быть, он, действительно меня полюбил, - бывают же случаи с исключением из правил, как с исключением из тюрьмы за плохое поведение!
  Вдруг, я для прекрасного партизана - красавица - невероятно, но...
  Мне Ленка расказывала, что в сказках мужчины толстые, в теле, небритые, высокие, в очках, интересуются нами, Зуевскими дурнушками... как полагаем мы - дурнушками, а для них - кто знает?"
  - Я понравился вам? Чудо, как творожок чудо для дегенератов из Дома Творчества Малахит!
  Чудо из чудес!
  А вы не станете моей девушкой, как обрученой невестой?
  - Я? Меня зовут Машенька, - Маша взволновано ущипнула себя за ладошку! ("Глупая, глупая я!
  Сразу - Машенька, а, может быть, партизан не любит наглых девушек, как пробоина в трубе на рынке в городе Вятка!")! - Маша!
  - А меня - Чумак, - Чумак испугался, что новым именем наведет на себя подозрение, вдруг, девушке не понравится имя Чумак, как саратовские красавицы стесняются имени бразильского футболиста Кака, или Каки, Чумак быстро добавил! - Чумак или Игорь, как вам больше нравится!
  "Красавец партизан еще заботится, чтобы мне имя по нраву!
  Вот это удача, словно я в пыли станции Зуевка поймала золотую рыбку в очках и со щетиной!
  Он меня полюбил, партизан красавчик с животиком, который, наверняка, удобно мять! - Машенька легко себя уверила, что Чумак ее полюбил, потому что любовь туманит взор, как лекарство фотил!
  Девушка нахмурила бровки для серьезности - городским парням нравятся серьезные дамы - но снова улыбнулась, словно сняла шторы с голубого окна в котельной! - Партизан сказал, что скоро уезжает, сейчас, наверняка, его поезд ждет, когда пройдет скорый с гробами, как на свадьбу!
  Как бы я вежливо намекнула партизану, что я его обожду, обожду всегда!
  Я по памяти нарисую его портреты - а рисую я отлично!
  На всех полотенцах и на наволочках вышью крестиком его портреты, любимого!
  Ах! Любимого!
  Но стеснение в груди, робость, мешают мне, страх и стеснительность!
  Пока стоим да болтаем, украдут моего Чумака, подойдут бабы, уведут ведь, уведут!
  Побыстрее попрощаемся, как на середине реки в половодье!
  Но как быстрее, если я еще не все ему сказала, что обожду, словно лиса ждет охотника с колбасой!"
  
  По путям в сторону Москвы прогрохотал состав с гробами, потому что в Москву идут полные вагоны, а из Москвы в Россию - пустые!
  От партизанского эшелона послышался крик, густой бас бывшего оперного певца, солиста Большого Театра России Дмитрия Ерохина в синих щегольских онучах:
  - Чумак! Чумак! Тебя одного ждем, сейчас отправляемся к едреней фене!
  "Меня, меня ждут, обо мне помнят, обо мне заботятся!
  А Машенька видит, что я нужен партизанам, отттого мои акции в ее глазах растут, как на удобрениях от коней партизанского отряда имени Родины!
  Но я ей не все еще объяснил, любимой, потому что меня любит, хоть из вежливости говорит, что любит, но все же говорит, не зашила губы оловяной проволкой!"
  - Маша, давайте, когда я приду, когда вернусь назад, то поженимся! - Чумак взял бы Машу за руки, но снова оробел, как заяц в Камазе с капустой! Да и руки Чумака вспотели от волнения - нельзя потными руками к девушке, чистой, как граненый стекляный стакан из Общепита! Чумак нечаяно хрюкнул! - Мы поженимся и родим детишек, как игрушек на Новогоднюю елку!
  Трех девочек и трех мальчиков, все умницы и красавицы, лучше детей Евросоюза, где дети похожи на половые тряпки!
  - Я буду ждать вас, Чумак, я обязательно ваша!
  Обязательно поженимся, обязательно рожу вам шесть детишек, или больше, как пожелаете...Чумак!
  Но не забывайте меня, а то найдете на чужбине другую, но наглую - эпатажную, высокую, длиноногую, с грудками булочками, острую на язык, бойкую - бизнес леди со смуглым бизнес телом!
  - Ни за что на свете - только тебя люблю, Машенька!
  А ты точно жди, как кошка весны с месяцем март, где много валерьянки под хвостами у котов!
  Дождешься?
  - Конечно!
  Только не бросай меня, не оставляй одну!
  - Ты не бросай меня, не оставляй!
  - Ты!
  - Ты!
  - ЧУМАК! Едем! - бас с железнодорожных путей, как чугуном по рельсе, тоже чугуной, но из более прочного чугуна!
  Чумак раскрыл объятия для прощания, а Машенька в объятия запихнула весь свой товар - пять литров мутного самогона (без двух стаканов, выпитых Чумаком на здоровье), корзинку с печеной картошкой, пакет мятых соленых огурцов, десять головок лука и краюху хлеба, с одного конца надкусаную мышами, а с другого - собачками!
  Чумак с богатыми дарами добежал до эшелона, словно совершил бег с препятствиями через деревню папуасов, где много мяса змеи анаконды!
  Партизаны приняли провизию, подсадили Чумака в вагон, как выловили акулу в реке Вятка!
  Чумак стоял в проеме двери, махал рукой невидимой, потому что очки запотели, да и зрение плохое, как у щуки в мутной воде, но махал наугад Машеньке, своей бабе, которая ждет!
  Машенька махала вслед Чумаку, рыдала, словно у нее украли рыжую косу!
  Машенька видела Чумака, даже отчетливо разглядела дырку на левом колене его портков, как Луну среди белого дня!
  "Не зашила я ему дырку то, не зашила, как городская ленивица!"
  
  До ночи Машеньку поздравили с женихом все ее подружки, даже пришла больная Настенька, которая неделю не слезала с печи из за гемороя, словно на колу сидела голой попой!
  Настенька, нервно перебирала длиные, до пола светлые волосы белыми пальчиками:
  - Повезло тебе, Машка, ох, как повезло, словно в лотерею выиграла милион корзин картошки!
  Мне мама говорила, чтобы я тоже торговала на станции - на станции все приезжие собираются, вся мировая знать, как на выставке в Париже, где безстыдные блудницы танцуют нагишом сбритыми пиписьками!
  Да, сама по телевизору видела - срам этот то!
  (А в это время француженка Зорька, парижанка в десятом поколении, бывшая Зизи сидела в городском парке в городе Вятка, на перевернутом деревяном ящике, пила пиво из найденой, кем то брошеной бутылки Жигулевского и мечтала о моменте, когда партизаны вернутся, когда придут, а она их встретит с чистой душой и сохраненой верностью!)
  - А может быть, Чумак, жених твой пошутил?
  - Что ты, что ты, Настька, окстись!
  ЭТИМ НЕ ШУТЯТ! - Машенька махала руками, как ветряная мельница по дороге в Зуевку из Сезенево!
  Угощала подружку варениками с черникой, котлетами с настоящим мясом кабана, а не с соей, как в городе Вятка!
  Машенька показала эскиз портрета Чумака! - У него глаза честные!
  Правда, под запотевшими очками - не видны, но знаю, что честные, как у Макиавели из учебника истории!
  И голос у партизана - честный, потому что парень то, красавец!
  - Да, мне бабы говорили, которые его видели на станции - писаный красавец, как Иван Царевич, все при нем: и животик и щетина и очки и гренадерский рост, как у трактора Беларусь!
  Женится он на тебе, Машка, партизаны не обманывают, иначе партизан потеряет честь, как невеста до свадьбы!
  А чем ты его пленила то - умом?
  Не разглядел он твой ум то, времени мало, как после причастия!
  Красотой - мы не красавицы! - Настенька провела ладошкой по идеальному лицу, как анциркулейтед монете!
  Поправила налитую грудь шестого размера - зависть королев красоты!
  Пощупала свою осиную талию в обхват в ладошку, как шея гуся! - Мы то не красавицы!
  Мужчины других любят, городских, да чтобы - чорноволосые девушки, кудрявые, со смуглой кожей и желательно грудками булочками, маленькими и проворными, как ежики в огороде!
  Бизнес леди им нужны, смуглые, как картофельная кожура сорта картошки Зуевская!
  Давай, сходим к гадалке, к бабке Зинаиде Петровне, может быть, она скажет, чем ты взяла завидного жениха, как в золотую сеть поймала на выставке работ художника Нудиева!
  Мне знание это пригодится, ох, как пригодится, а то век в девках просижу, словно у меня в сапоге конское копыто!
  Сегодня к гадалке, а завтра - выйду на работу на станцию, как на пост, словно Асоль, которая нигде не работала, а только ждала выгодного богатого жениха с усами на щеках и волосами на груди!
  
  Потомственая зуевская гадалка Зинаида Петровна приняла гостей хлебом и солью, будто не девушки к ней пришли, а жены президента Абамы!
  Зинаида Петровна сразу поняла, что девушки пришли по поводу женихов: глаза девушек сияли, словно звезды на закате солнечного дня, щеки пунцовые, будто молодушки на щеках катались с асфальтовой горки!
  Но, когда Машенька подробно расказала про своего чудесного жениха партизана Чумака, про его щетину, толстый живот, щегольские онучи над изящными лаптями и про очки на носу - символ непобедимости русского народа - Зинаида Петровна не выдержала, дрогнула от волнения всеми фибрами своей еще не старой, а - ОГОГО - души!
  - Да что это, девоньки, за легенды нашего городка!
  Подобных чудес я не припомню на своей практике, а у меня гостил и певец Газманов, но он маленького роста, кривоногий и худой, как наши парни, и приезжала Ала Пугачева, но она не с грудками булочками, не чорная и не кучерявая со смуглой кожей, как положено красавицам с золотыми дукатами в красном скрипучем бюстгальтере!
  А, чтобы толстые щетинистые очкастые, значит супер красавцы и секс символы...
  (При слове "секс символы" девушки смущено захихикали, покраснели пуще прежнего и закрыли личики мощными косами!)
  Дайте ка, карты разложу - посмотрим, что бумага типографская скажет, будто ей гуси свою душу отдали!
  Зинаида Петровна раскинула карты и снова охнула - выходили одни тузы, короли и дамы, будто карты живые и сами себя раскладывали, как музыканты в консерватории сами себя хвалят, да сами себе звания присваивают!
  Снова разложила - опять тузы, короли и дамы - ни одной шестерки или худого вальта, как из Сезенево!
  И на третий раз карты обрадовали и удивили Зинаиду Петровну и девушек, будто карты намазали медом, и пчелы переносят карты на своих трудовых плечах!
  Руки Зинаиды Петровны дрожали, как галстук гаучо на ветру!
  - Что же это получается, мои хорошие?
  Сначала я подумала, что Машенька врет, врет нагло и беззззастенчиво, будто ее приговорили к смертной казни через поедание крокодилами с зубами!
  Затем решила, что Маша сошла с ума, если говорит, что писаный красавец предложил ей руку и сердце, как батон докторской колбасы с соей и картофельной шелухой!
  Но карты показали мне, что грядет тузовая эра в истории Зуевки, как расцвет Рима с собаками и волчицами!
  К нам приедут толстые знатные женихи, небритые, утомленые жизнью, как из под самосвала Белаз вылезли!
  Мы... Мы...
  Зинаида Петровна от волнения теребила край серого шерстяного платочка, будто четки Папы Римского!
  Кусала губы, нервно стучала серебряной ложечкой (наследство прабабушки Агафьи!) по дубовому изрезаному столу, на котором и покойника омывают - не грех!
  Налила стакан наливки из брюквы, залпом выпила - руки все равно дрожали, как вода в стакане с чаем скорого поезда Москва Владивосток (с китайцами):
  - Идите, девицы, по домам!
  Все будет отлично - отличнее не бывает даже в театре и в кине!
  Может быть, каждая девушка женщина нашей Зуевки найдет себе достойного красавца, обязательно пузатого, с бородой или щетиной, желательно партизана в лаптях и в зипуне, а еще, как венец счастья - в очках в роговой оправе!
  
  Девушки ушли, а разгоряченая Зинаида Петровна пила и пила настойку, думала о своем, о крестьянском, о наболевшем, потому что всю жизнь снопы хлеба вязали мозолистыми трудовыми руками ветерана труда:
  "И ко мне придет муженек интелигентный с крашеными рыжими волосами, потому что седину закрашивает, как жители Раменского района!
  Придет, осмотрит хозяйство - останется довольным, потому что хозяйство у меня лучше, чем у немцев после войны сорок первого года!
  Сходит в баньку, выпьет домашнего пива из буряков и скажет, как на лбу каленым железом напишет,
  "Зинаида Петровна, Зина, Зинаидушка!
  Вот и обрел я тихую гавань!
  Да с! вот и обрел счастье то!
  В Москве жил большим ученым, горя не знал, а в Зуевке - еще лучше!
  В Зуевке и воздух и вода и трава, где гуси пасутся и жир набирают, как карибские пираты набирают жемчуг!
  Заживем мы с тобой теперь, Зинуля, весело и счастливо, как Петрушка с красным носом и Марья Ивановна!"
  Зинаида Петровна всплакнула, легла на топчан, подложила под голову кулак и заснула крепким сном обнадеженой женщины, которой не страшны ни засухи - отттого, что в колодце вода всегда своя и не пересыхает, как у других, у неумех, и голод не страшен - потому что зеленая трава растет летом, а гуси и утки кушают зеленую траву, жиреют и приносят диетическое мясо на целебных травах!
  
  Зинаида Петровна спала, а партизаны в эшелоне не спали, пели, плясали, пили мутный самогон, закусывали мятыми солеными огурцами и в который раз слушали расказ Степана про его встречу с автобусными контролерами в городе Вятка, как эпопею про Форсайтов, будь они не ладны!
  В Вятке, когда Командир и его бригада вязали немецкого посла в городе Вятка, а Чумак со своими друзьями вели битву - битву не на жизнь, а на смерть с немцами, поляками и француженками - Степан в это время на своем жеребце Чалом ехал в деревню, где делали Дымковскую игрушку, знаменитую не только в Вятке, но и в трех километрах от города Вятка!
  Степан по партизански расуждал правильно и мудро, с присущей мужикам смекалкой:
  "В деревне люди чище, добрее и отходчивее, чем деревенские менеджеры злюки, для которых только одна цель в жизни - нажива и карьера!
  Две цели, как одна!
  В деревнях из картошки и свеклы гонят самую вкусную и полезную сивуху с ароматом полей и далеких стран, неведомых русскому человеку из за зимних холодов, когда пиписька на морозе отмерзает, как сосулька на улице Горького в городе Москва!
  В деревне лучше подадут на пропитание, чем в Вятке с газами и апломбом, этить его мать!"
  Конь Степана, верный друг Чалый, уже шатался от голода, как прищепка на ветру, злая прищепка!
  Степан, потому что добрый, и отттого, что рачительный партизан, на коне сел в переполненый автобус, с наскока заскочил, чтобы люди примяли жирные зады, чтобы менеджеры не борзели, не спали на ходу, как кулемы!
  Степан сидел на Чалом в автобусе номер тридцать два, вяло переругивался с менеджерами и бабками, когда Чалый наступал копытом на ноги кому нибудь, или брызгал слюной на платочки девиц!
  "И куда вы едете то менеджеры! - Степан разговаривал с людьми, для скрашивания досуга, как заключеный в одиночной камере пожизненно зэк ведет беседы с тараканом шерхуном! Время от времени проверял - крепко ли стоит пробка в заду Чалого - чтобы конь не накакал в автобусе, как безпризорник Гаврош! На поворотах Степан хватался за потолок автобуса - для равновесия! - Я еду за едой, а вы же едете не за пищей, а ради призрачных удовольствий и карьеры, как сукубы, мать вашу!
  Вы променяли свободу на цыганку Кармелиту!"
  И доехал бы Степан на коне на автобусе до деревни с Дымковской игрушкой, но через две остановки вошли контролеры - помесь бомжей и шакалов!
  Контролеры не слушали уверения Степана, что у него нет денег, потому что партизаны денег не имеют по причине идеи!
  А конь - так ему не надо билета, потому что конь - как Пегас - он много места не занимает еще и потому что, Степан сидит на нем, значит - одно место на двоих!
  Контролеры угрожали побоями и милицией, как детей пугают Чудом юдом, название которого поменяли после победы в сорок пятом году из за популярного немецкого ругательства "ферфлюхтер юде"!
  "Помилуйте, товарищи контролеры, да откуда я возьму деньги, если не работаю?
  Мне бы коню на прокорм травки, да мне буханочку хлеба, желательно черствого - на сухари, как пограничному псу Алому!
  Не виноват я, что у партизана доля тяжела, как у больного спидового баскетболиста Майкла Джордана, который, несмотря на СПИД, зарабатывает милиард доларов на рекламе ботинок!
  Мне бы еще несколько остановочек - а то Чалый с ног валится!"
  "Ничто не знаем, гражданин партизан, ничто не знаем с детства!
  Платите штраф за себя и за коня, иначе обоих вас отведем в милицию, где с вами разберутся по Закону и порядку, отттого, что наша милиция самая справедливая!
  Коня вашего отдадут на колбасу сиротам детям с дефицитом веса..."
  Степан пересказывал события, лицо его прекрасно в свете правды и партизанского мужества, не видимого, почти не осознаного, слабого, но все же - мужества с Большой буквы, потому что делается втихаря, когда никто не видит, будто партизаны выкололи глазах смотрящим!
  "Я понял, что мне и Чалому - крышка, хана, как голой Сусане Хорватовой на выставке драгоценых камней в городе Колыма!
  Партизан на то и партизан, что у него смекалки больше, чем у автобусных контролеров в городе Вятка!
  Проезжали мы в то время мимо редкого городского парка с лесом, то есть с деревьями, как со макаронами в пачке Макфа!
  Деревья - друзья партизана!
  Я достаю шашку, боевую партизанскую саблю, перерубаю держатели автобусных дверей, как лозу рублю, как Антанте гидре голову отрубаю!
  Двери без держателей виснут, раслаблены, словно сфинктер после репы!
  Встаю в стременах, делаю сальто мортале - недаром я мастер спорта по художественой гимнастике!
  На полной скорости автобуса вылетаю из дверей - Чалый остался в автобусе, как заклад за мою свободу от ментов!
  Качусь в канаву - да так ловко перекатывают тренированое тело, что только о разбитую бутылку лицо поцарапал для украшения шрамами! - Степан показывает свежие порезы на лице, партизаны трогают рабочими заскорузлыми пальцами, цокают в восхищении языками!
  - Молодец, товарищ, не подкачал, проявил сообразительность и смекалку партизанскую!
  Лес то, он поможет, лес - товарищ и друг партизану!
  А в ментовку - не гоже, сгинет партизан в ментовке то!
  Чалого жаль, но свобода то дороже коня!
  Чалый все равно сдох бы от голода - слабый он, слабый был...
  - Сдох или не сдох бы - не знаю, но Чалого жалко!
  Поплатился мой боевой партизанский конь за мою свободу своим счастьем!
  Вообщем, поднялся я из канавы, да мимо торговок, да сквозь строй менеджеров с детскими колясками - в парк, как заяц!
  В лесу то я и был таков!
  Ищи свищи партизана в поле!
  Не взяли меня контролеры, не оштрафовали, как козла поганого!
  А Чалый - мало ли на свете верных друзей чалых, нового найду!
  Главное, что я - цел остался и в ментовку не попал, как кур в щи жирного американца!
  Партизаны одобрительно хохотали, хлопали Степана по армяку с красной лентой на башлыке, повторяли, шмыгали носами, цокали языками:
  - Ты, бедовый, Степан, повезло то тебе, ох, как повезло то, как Чегиваре!
  И ментам не дался, и контролерам штраф не заплатил в автобусе, шакалам то, и живой остался, когда из автобуса выпрыгнул - чудо хлопец партизан!
  
  Чумак тоже слушал Степана в сотый раз, стучал Степана по онучам, хохотал, пил мутный самогон, но мысли Чумака далеко, не в автобусе номер тридцать два, автобусе, который увозил партизанского коня Чалого на скотобойню, а думал Чумак о Машеньке, о своей бабе из города Зуевка, Машеньке, что обождет его сто лет!
  Когда Чумак вернется из партизан, с суровых полей, из темных лесов, с вилами, заржавелыми от крови, тогда родит ему Машенька партизан и партизанок - сколько душеньке угодно!
  
  Долго ли коротко, с шутками прибаутками доехал эшелон с партизанским отрядом имени Родины до Байкало Амурской магистрали с чугуными рельсами, да с бетоными шпалами, да с бериловыми насыпями вдоль железной дороги, где бродят голодные медведи и сытые волки, потому что, сколько волка ни корми - все в лес смотрит!
  БАМ зарос, как подмышки героя всех времен и народов Буратины!
  Между шпал растет целебная трава, питательная и нужная для коней и тонкие кустики багульника, ароматного, как духи "Зе бест мен" парфюмерной фабрики Новая Заря!
  Партизаны выводили из теплушек коней, рубили шашками кусты, косами косили траву, вилами ворошили и закидывали в вагоны, как лук для свадебного солдата Александра Македонского!
  На пятом километре трасы появился первый вокзал - дворец лучше, чем у Падишаха Адыгейского со ста женами наложницами!
  Позолоченые колоны подддерживали посеребреную крышу из мраморных тонких плит, как туалетная бумага Зева!
  Платформа из натурального камня "тигровый глаз"!
  Стены дворца из пирита, похожего на золото, как доктор Айболит похож на усатую женщину с горы Эльбрус!
  Командир объехал станцию, на которой никто не жил, потому что станция далеко от вкусных и питательных отбросов на городских помойках!
  Лицо Командира суровое, как у степного таежного орла!
  Взор партизанский торжественый, словно Командир наелся яшмы из холодильника Хозяйки Медной Горы!
  - Партизаны! Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не енотовидная собака же ты!
  Командир смахнул непрошеную слезу, смутился, как царица Савская в проруби:
  - Спасибо родные, спасибо, товарищи партизаны за подддержку!
  Так вот... Этать... В наше непростое время...
  - А кому сейчас легко, командир?
  - Так в наше непростое время... Тьфу...
  Вообщем, минируем дорогу позади нас и дворцы минируем, словно нам черти на пятки наступают!
  Партизаны всегда и везде минируют железные дороги, чтобы враги не проехали в тылы нашей Родины!
  Если по БАМу не ездят наши поезда, то рано или поздно поедут вражеские эшелоны с вражеской так называемой гуманитарной помощью, от которой наши красивые и стройные девушки превращаются в толстозадых очкастых идиоток, как Рождественские индейки в америке!
  Мы препятствует врагам, по партизански сражаемся и боремся!
  Наш подвиг, что мы взорвем дворцы и дорогу позади нас - наш подвиг сродни поступку Кутузова, когда он сжег Москву с гомосексуалистами из французских семей!
  
  Дворцы заминировали с шутками и побасенками, весело и споро, будто выполняли план по заготовке чеснока против вампиров!
  Вокруг нет ни ментов, ни соглядатаем, поэтому партизаны работали без утайки, без нервного напряжения, как на Белорусском вокзале, где много поездов Москва Вюнсдорф!
  Чумак набрался смелости, подошел к командиру, поправил вилы и зипун, согласно внегласному партизанскому Уставу, крякнул в кулак и предложил:
  - Послушайте, старший менеджер...
  Извини, Командир, забылся!
  Слухай, Командир, а что, если мы не подорвем рельсы позади нас и не взорвем дворцы, а просто заминируем против врагов!
  Так мы больше положим вражеских голов, чем, если взорвем железную дорогу и станции, где нет даже воды, но стоят туалеты из оникса!
  - Дело, гуторишь, хлопец!
  Но мы, партизаны, сначала обмозгуем - выгодно ли, хорошо ли - просто минирование, а не сразу взрывание, как взрываются животы немцем от гороховой каши Сургутского пищеварительного комбината!
  Что, хлопцы, скажите на дельное предложение Чумака?
  Взрываем сразу, или минируем с перспективой на будущее?
  Партизанское совещание шло три часа, в спорах, баталиях, едва до рукопашного боя не дошло, как во время дебатов в Государственой Думе Российской Федерации, где много балерин!
  Микола размахивал топором, как на диспуте в Академии наук!
  Но пришли к решению, что сразу подрыв станций и рельсов - надежнее, безопаснее для партизан, чем минирование по методу Касабланки в горах Андалузии, где купцы любят овец!
  - Оно то, если сразу взорвем, то уже уверены будем, как невеста в своей девствености после свадьбы с Жаном Жаком! - Микола выразил общее мнение стороников подрыва! Похлопал ободряюще Чумака по зипуну ("Ничто, хлопец, дойдем когда нибудь до минирования, например в Китае, где ципао и гейши без трусов!")! - Если же не взорвем, то взрывчатка, возможно, отсыреет, даст сбой, когда поедут через годы наши враги с лиловыми лицами и в клетчатых юбках!
  Голорио голорио!
  А так мы уверены, что никто за нами не едет на дрезине, не бежит по пятам, не наступает на пятки!
  
  Первый вокзал, перон и рельсы взорвали через час, после сбора ягоды малины в придорожных кустах с дикими медведями!
  Иван завалил медведя голыми руками и задушил, потому что в молодости занимался в институтском кружке самбо, вместе с юными гагаринцами в тоненьких трусиках, стыдно право!
  Теми же руками Ваня снял с медведя шкуру и разделал мясо для партизанского котла!
  На душе у партизан после взрыва и освежеваного медведя с красной ягодой малиной светло и празднично, как на плясках вакханок в городе Суздаль!
  Через десять километров под корнями тысячелетнего кедра разбили лагерь, наподобие пионерского лагеря с бородатыми вожатыми и смуглолицыми пионерками пенсионого возраста!
  Коней стерегли тщательнее, чем от воров - вокруг бродили голодные волки и медведи, слегка напуганые подвигом Ивана, как двенадцатым подвигом Геракла!
  Серега симпатяшка и Игорь ушли на рыбалку, словно в рыбный магазин Океан на остановке Управа Вешняки, где торгуют телами погибших бомжей!
  Василий и Микола не устояли перед соблазном и тоже пошли на рыбалку, но в другую сторону от Сереги и Игоря, будто не верили, что в одном озере хватит рыбы на весь партизанский отряд имени Родины!
  Серега и Игорь через час привезли подводу жирных горбуш, щук, судаков, тайменей и нельм, будто нашли склад дикого медведя Михайло Потапыча!
  - Рыбы в здешних реках - лови сколько хочешь!
  И никто тебе не скажет, что от лаптей воняет, никто не потребует лицензию на отлов красной рыбы славными партизанами!
  Мы рыбу и вилами и косами и кнутами и руками - только успевали черпать, как из реки изобилия, в которой плавает мертвый философ Конфуций со съедеными ногами или без съеденых ног!
  Командир похвалил Серегу и Игорька, похлопал по плечам, как по водопроводной трубе в банке Ренесанс:
  - Молодцы, хлопцы, добрые партизаны!
  И рыба у вас ловится, и бабы вас ждут!
  Побольше да почаще бы нам так, как в магазине подарков!
  
  Через шесть часов к костру подбрели мокрый Микола и ободраный Василий, будто ловили русалку за скользкий хвост!
  Микола и Василий в реке не поймали ни одной рыбки, ни одного живого рака, ни одной улитки, словно рыба прокляла партизан за красивые глаза!
  Партизаны незлобно хохотали над Миколой и Василием, говорили, что:
  - Если рыба от вас ушла, то ваши бабы вас не дождутся!
  Уйдут в любовницы милиционерам или еще хуже, к автобусным котроллерам с гитарами в руках!
  Жизнь то она не к каждому лицом поворачивается, а еще и лягается задом, как колбасный конь Чалый!
  Микола и Василий в унынии разглядывали улов симпатяшки Сереги и Игоря, но ничто не понимали в счастье и в несчастье, как детки малые не понимают своей радости на Новогодней елке, когда Снегурочка распахивает короткую синюю шубку!
  Но всех успокоил бывший ботаник и зоолог, знаток, отставной доктор биологических наук Алешка:
  - Тайга - она то, тайга! ОГОГО!
  В одном озере рыбы - навалом, хоть лаптем черпай, а в другом - фиг, нет рыбы, или рыбы не много, кот наплакал!
  Так и грибы и ягоды и все в тайге, даже звери: здесь кучами, а отойди на километр - нет ничто, будто немцы на танках Тигр проехали, немцы захватчики без трусов!
  Сказывают люди добрые, зналые, что леший охраняет тайгу, водит людей, показывает, да не все сказывает, будто ему вилами бок проткнули, партизанскими вилами!
  Ну, а нам рыбы пока хватит - а что дальше будет - так партизану лес помогает, как лекарство фталазол от запоров!
  Не пропадем, братцы, лапти лыковые сварим и съедим!
  
  Так проходил день за днем, километр за километром - по костям Чуков и Геков, по черепам их мам и усатых любовников в серых галифе!
  Ни одной чужой души, ни одного человеческого жилья с отхожими местами!
  Кони разжирели на питательной и витаминой траве, раздували боками, как молочные птицы Киви!
  Чумак вспомнил, как бродил около Московского иподрома, размышлял о том, что только в кино герой легко преодолевает препятствия, как саксофонист, неуч и лентяй!
  А у настоящего героя каждый день то несварение желудка, то понос, то лапти промокли, то зипун порвался на животе, то кушак зацепился за можевельник, то комары, то гнус, то змеи подколодные, когда сидит партизан под кустом по большой нужде!
  Но все препятствия преодолеваются, если рядом верные друзья по партизанскому отряду имени Родины!
  Микола и партизаны охотно подсказывали Чумаку травы и настойки из трав, что лечат и живот и печень и селезенку и кровь омолаживают, как в салоне красоты на Новом Арбате, где манерные барышни и вертлявые мужчины!
  От настоек на лесных травах дух и тело Чумака крепчали, будто из печки в городе Мартен Челябинской области!
  Целебный и полезный корень жень шень подарил Чумаку не только бодрость духа и сорокасантиметровые бицепсы, но и глюкнул в мозгу так, что двадцать киломтеров Чумак шел без воды и еды, а в голове его играла дивная музыка Шопена и плясали обнаженые феи Винкс!
  
  На десятый день пути партизанский отряд имени Родины наткнулся на поселение людей с кожей и ногами, волосами и глазами, совсем, как Россияне, только иностранцы - американцы и японцы, японский городовой!
  Три барака и множество импортной, поэтому вражеской, техники: экскаваторы, бульдозеры, диковиные машины с ковшами и лебедками, - все на бедных партизан!
  Партизаны посуровели, как сурьма, поняли: предстоит неравный отчаяный бой, как на Халкин Голе с клопами в окопах!
  Командир отвел партизанский отряд имени Родины в лесок за пятьсот метров от последнего барака иностраных служителей техники, в засаду на долгие недели!
  Речь командира, как всегда краткая, емкая и эмоциональная, словно он говорил в ООН о произволе рабов:
  - Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не японский же инженер ты!
  Смех в партизанском отряде, Командир смахнул непрошеную слезу, смутился, как австрийский генерал в постели с итальянским модельером:
  - Спасибо родные, спасибо, товарищи партизаны за подддержку!
  Так вот... Этать... В наше непростое время...
  - А кому сейчас легко, командир?
  - Так в наше непростое время... Тьфу...
  Вообщем, роем окопы, разбиваем лагерь, выкапываем землянки, налаживаем инфраструктуру, будто готовимся к полету на Луну!
  Партизаны распрягли подводы, начали быт и уклад партизанского народа, привычного к лишениям и трудностям лесной жизни!
  Вечером в лагерь пришел враг - механик бульдозера, американец с гамбургером в руке и в клетчатых штанах на жирных ягодицах, похожих на убитых морских котиков!
  Механик поинтересовался про партизан: кто, откуда и зачем?
  Но партизаны хранили молчание, как партизан!
  А Василий плюнул под ноги американцу и сказал, что даже под пытками не выдаст тайну врагу!
  Американец ничто не понял и расказал, что он здесь с братскими японцами, обслуживают сложную технику, потому что в России нет знатоков больших машин, как нет приличных балерин с чорной кожей!
  А вся кампания принадлежит государственой Российской компании Лукойл с капиталом в Австрийских банках!
  Партизаны суровыми взглядами проводили американца до дома, копали окопы, рыли землянки и ругали врагов, которые захватили родную Землю, ни пяди которой партизаны без крови не отдадут!
  Через три недели первые обороные окопы вырыты, как кроторойками!
  Но вот беда то, беда, бединушка!
  Сломали лопаты, нечем рыть землянки для составления планов партизанской войны против лагеря американских японцев!
  Командир нашел простой и логичный выход, потому что Командир партизанского отряда имени Родины - голова!
  Командир сходил в стан врага, попросил американцев об одолжении, чтобы землеройными маленькими юркими японскими экскаваторами бобкэт вырыли бы землю с корнями и полудрагоцеными камнями, как в витрине магазина Малахит!
  Американец за три дня вырыл партизанам землянки - любо дорого!
  В этих землянках и Президент России выпил бы чашку чая с кофеином!
  Еще месяц партизаны партизанского отряда имени Родины готовили оружие, боевой дух и мысли к предстоящему бою против вражеской окупации тайги!
  Микола наточил топор до толщины бритвы!
  Алексей натер ручку вил, черенок зеленым соком лебеды, как покрасил зеленкой лицо возлюбленой Королевы!
  Василий сплел новые лапти - лучше прежних!
  Чумак от волнения даже заболел животом - еще бы первый бой, как на первое свидание с Машенькой!
  Очаровательная Машенька! Ты где? Ау?
  Корень женьшеня поднял Чумака на ноги, влил в него новые силы, как в индейца Чингачгука, с которого сняли скальп для музея национальной истории америки!
  Ночь перед боем Чумак запомнил на всю жизнь, как фотокарточку обезьяны на фоне Кремля!
  Чумак сидел рядом с Миколой в сухом обжитом окопе, нервно курил самокрутку с сушеными листьями чертополоха, нервничал, поэтому задавал вопросы:
  - Микола, а Микола!
  Вот ты говорил, что партизаны после смерти, после славной боевой смерти превращаются в птиц!
  А мы, если сегодня погибнем, станем птицами? И какими? Кукушками? потому что в тайге много кукушек!
  В это время над Миколой пролетела сорока с вестью на хвосте!
  Микола схватил берданку Командира и пальнул в птицу, как в белую Звезду Альдебаран!
  Полетели перья, раздался крик сороки, но не предсмертный крик, а недовольный, словно сороку против ее желания выдавали замуж за пианиста Родионова!
  Берданка командира заряжена солью!
  Микола вздохнул, нахмурил кустистые мудрые брови:
  - Сорока, этить ее мать, тоже наверно, бывший партизан, может быть, Андрейка то!
  Вот, как в нашей жизни то!
  И так и сяк и по всякому этакому!
  Чумак задумался над словами Миколы - Микола, бывший философ зря не скажет, пустого слова не обронит, как девица красная не прольет воду из золотого ведра!
  Светало, как в горнице!
  Нервное напряжение партизан достигло апогея, как в Параде Планет!
  Командир пошел в разведку боем, как на Луну!
  Перед походом с Василием и Антипкой, поклонился партизанам до земли:
  - Простите, люди добрые партизаны, если что не так!
  Не держите на нас зла, ибо мы за Родину!
  Мы же для своих стараемся, как на плахе!
  Командир не выдержал, отвернулся, смахнул слезу и ушел в подвиг и в туман!
  Партизаны смахивали слезинки, лежали в окопах, ждали приказа, как последнего часа!
  Чумак дергал Миколу за воротник зипуна, как щука дергает карася на ВДНХ:
  - Микола, а Микола!
  Пора?
  - Рано еще! Потерпи!
  Молодой да прыткий!
  Для партизаны важна честь и терпение, а для девушки - ум и красота!
  Микола сжал топорище, словно выжимал из него сок!
  Вдруг, в стороне вражеских бараков полыхнуло ярко и радостно, потому что огонь - символ жизни в тайге!
  Послышались крики на вражеском американском и японских языках!
  - Микола, а Микола!
  Пора Командира выручать...
  Сколько же нам в окопах отсиживаться?
  Микола не ответил, только отмахнулся от Чумака онучей!
  Огонь полыхал еще некоторое время, затем затух, будто на него вылили Индийский океан с индийцами Раджами в чалмах!
  Из тумана вынырнул Командир с партизанами - все живы, не пойдут сегодня на небо птицами!
  Усталым голосом со свистом Командир прошептал, но так, что все партизаны слышали, слышали не ухами, а душой:
  - Партизаны! Хлопцы, не оратор я, к болтовне не приучен...
  - Да что там, Командир, говори, привычные мы, своего поймем, не жень шень же ты!
  МЫ тайно, потому что партизаны, подперли двери бараков кольями, как базисами перестройки Карла Маркса!
  А на окнах бараков - решетки против медведей, против русских медведей и партизан!
  Затем мы слили бензин, облили бараки и сожгли заживо наших врагов окупантов, как сожгли соломеное чучело на Масленицу!
  А теперь... теперь... партизаны, соберите все свое мужество и партизанскую отвагу!
  Вражеские экскаваторы и другая вредная техника... ее никто уже не охраняет - людей и собак нет, как в музее Пушкина после банкета китайской делегации!
  Мы плохо вооружены, терпим лишения, но разобьем же эти новомодные новинки техники простыми вилами, копьями, шашками и топорами!
  Ура, товарищи партизаны! Ура!
  И тогда из окопов подняли сгорбленые спины партизаны!
  Взяли немудреное оружие в мозолистые руки, как флаг победы!
  Без криков, потому что партизаны, а не регулярная армия, тихо, в нарастающем дне побежали туда, где стояли машины иностраного производства!
  Машины не знали, что жить им осталось - считаные минуты!
  И тогда волна народного гнева вилами и топорами сомнет баки, радиаторы и гусеницы!
  Выбьет стекла в кабинах, шашками порежет резиновые и пластмасовые детали, раскрошит механизмы в пух и прах!
  А что не подддастся топору и вилам - то партизаны взорвут с помощью древней и надежной адской машинки!
  Чумак с вилами в руках, в онучах, зипуне, башлыке с красной партизанской лентой, пригнув широкую спину с жировыми отложениями бежал рядом с друзьями партизанами, с храбрыми ополченцами в одном строю!
  И нет силы, что остановит партизанское движение, волну народного гнева против вражеских людей и гуманитарной помощи со сложными механизмами!
  
  Впереди, дальше за обречеными механизмами, там, за горизонтом над Китаем вставала алая заря, вестник свободы и справедливости Китайскому рисовому народу с запасами золота!
  И верили китайские партизаны, что помощь близка, что спешит к ним на выручку, на передачу партизанского опыта отважный отряд партизан имени Родины!
  
  ..................................................................... Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш счет!..................................................................................................
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"