Эсаул Георгий: другие произведения.

Удивительнейшие воспоминания Георгия о его грандиознейшем прошлом и потрясающем будущем!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Как интересно!!! Георгий вспоминает свое прошлое и будущее! Много раз вспоминает! Роман написан моим легким потрясающим слогом! То, что Вам нужно!

  Роман 'Удивительнейшие воспоминания Георгия о его грандиознейшем прошлом и потрясающем будущем!' написан Великим Всемирным Писателем Эсаулом Георгием (Эсаулов Юрий Александрович!) в городе Люберцы 01 сентября 2006 года!
  
  
  
   Георгий стоял на остановке двадцать шестого автобуса на станции метро Октябрьское поле, но не ждал ни войну, ни женщину!
   У Георгия куртка болонья с китайского рынка, словно у японца!
   У Георгия высшее образование инженера физика и должность инженера, поэтому у Георгия нет денег, нет квартир, нет грез, как у ледяной рыбы!
   У Георгия щегольский кожаный портфель десятилетней давности, как у антиквара!
   К Георгию подошла женщина блондинка с ясным лицом, как у Солнышка!
   Женщина долго смотрела Георгию в глаза, а затем заплакала и дала Георгию пощечину!
   У женщины стройная фигура и дорогое кожаное пальто, словно с выставки манекенов!
   У женщины руки в золоте, а уши в брильянтах, как у Хозяйки Медной горы!
   У женщины холодные белые ладони и горячие очи, словно у убегающей лани!
   Георгий удивился пощечине и женщине, потому что к Георгию не подходят женщины, отттого, что Георгий неперспективный, несостоявшийся и несамодостаточный, как дворник Махмуд!
   А красивая женщина плакала, словно Ярославна по князю Игорю!
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты мне не нужен сейчас и не нужен был, но почему ты не звонил, словно я цветная половая тряпка!
   Ты бы мне позвонил, а я бы тебя послала к свиньям собачьим, как провинившегося мужлана из села Новомихайловка!
   А ты забыл про меня в тот момент, когда я забыла про тебя, словно мы пескари, а не люди!
   Женщина снова плакала, и второй раз ударила Георгия по щеке белой ладошкой, но ладошка уже потеплела, будто женщина согревала ее ненавистью!
   Неждано негадано, Георгий вспомнил женщину, но еще молодой девушкой по имени Наташа, будто одна Наталья живет в России!
   Четырнадцать лет назад Георгий познакомился с Натальей на свадьбе своего друга в селе Новомихайловка Краснодарского края, где режут свиней!
   Наташа в семнадцать лет блистала блондинистой красотой и сочными алыми губами на фоне огромных сине серых глаз, словно нарисована озабоченым художником японцем!
   Наташа Краснодарка, а приехала свидетельницей на свадьбу подруги в Новомихайловку, потому что с подругой работала на заводе Лихачева в Москве, словно две жар птицы в холодных краях!
   Георгий понял, что красивая Наташа, на десять лет моложе его, поэтому не заинтересуется Георгием, как потенциальным женихом!
   Но уравнивало шансы то, что у Георгия высшее образование, Георгий москвич, поэтому перспективный, как друг Курчатова!
  
   А Наташа прелестница жила на станции метро Каширская у своей тети на птичьих правах, опять же, как жар птица!
   Георгий тогда утром подружился с Наташей на свадьбе но веселая молодая Наташа в одинадцать часов дня уехала с местным парнем Мишей Ручкиным кататься на мотоцикле с коляской!
   Георгий ревновал свою новую подругу, потому что за час катаний Миша Ручкин мог дефлорировать Наталью, или переспать с ней просто, как с женщиной, если милая Наталья потеряла честь раньше, как соловушка на шипе розе!
   А Георгий не хотел жениться на порченой девушке, потому что не любил людей и вещи б/у!
   Когда приехали в Москву, Георгий повел Наталью в ресторан Валдай на Новом Арбате, словно на корабль!
   В ресторане Георгий и красавица Наташа пили коньяк и танцевали, потому что Наташа красивая и в ярком платье с подсолнухами, будто Солнце заглянуло на улицу Новый Арбат!
   Георгий купил шикарной Наталье цветы гвоздики дорого, а головки цветов гвоздик насажены на спички, потому что цветы сломаные и плохие, как жизнь заключеного декабриста!
   В метро пьяная шикарная Наташа села на ступеньки эскалатора и смеялась, словно ее на ключик завели!
   А эскалаторная тетка ругала фешенебельную Наталью, потому что завидовала красоте и молодости, как большая рыба завидует рыболову!
   Георгий проводил свою Наталью до станции метро Каширская, а на станции метро Каширская Наталья сказала Георгию:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Я не приглашу тебя к себе домой, потому что я живу с тетей, как с Мотей!
   А Георгий и не думал с невестой иметь секс до свадьбы, как индеец Большой Лис!
   После прощания с Наташей к Георгию подошли семь парней и плевали в Георгия, словно перерожденые верблюды:
   'Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Не гуляй с девушками из нашего района Бирюлево!'
   Георгий все это вспомнил на остановке автобуса, но удивился, потому что так и не понял, за что теперешняя умопомрачительная Наташа ударила его по щеке, словно лопатой по красному снегу:
   - Наташа, красивая! почему ты ударила меня, инженера физика, словно принца?
   Тебе сейчас тридцать один год, а мне сорок один год, поэтому мы еще молодые душой, словно Пьеро и Мальвина!
   Но я безперспективный и несостоявшийся, а ты в обручальном золотом кольце, в шикарной одежде и после фитнес клуба, словно у тебя муж Президент банка Менатеп!
  
   Красивая Наталья еще раз ударила Георгия по щеке, в третий раз, как в сказке про белого бычка!
   Наталья убежала в машину и уехала в машине на улицу народного Ополчения к ополченцам!
   А к Георгию подошел мужчина в дорогом кожаном плаще, как в коже бегемота Данди!
   У мужчины золотые зубы и руки в золотых часах и в золотых перстнях, как у чучелы в ювелирном магазине!
   У мужчины чорные ботинки, чорные штаны, чорные глаза и чорные усы, как у чорного!
   У мужчины чорные волосы на руках, как у чорного мерина!
   Мужчина крепко сжал локоть Георгия и сказал чорным пречорным голосом гробовщика:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я вырос в маленьком ауле среди гор Великого Кавказа, как жирный баран!
   Меня папа любил, меня мама любил, меня все любил, словно я любилка!
   Меня даже любили, когда я с горы упал в арык с какашками, как опущеный лось!
   Я приехал в Москву к дяде Гиви, а в Москве меня никто не любил, потому что я чурка, как Буратина!
   Я продавал на рынке чуреки и лаваши, как чурка!
   А потом я женился на дочери прокурора и стал милиционером, как благородный сэр Ливингстон!
   Теперь меня никто не называет чуркой, потому что я участковый милиционер и имею власть, как князь Батый!
   Парень! Я видел, что богатая красивая женщина била тебя по щекам и плакала, будто она овечка, а ты - негодяй чабан с палкой!
   Парень! Я забираю тебя в милицию, а в милиции я заберу у тебя твою честь и все твои деньги, потому что безчестным людям деньги не нужны, как камни в супе харчо!
   А зовут меня Артур Шалвович, младший лейтенант милиции УВД города Москвы!
   Парень! Мне знакомо твое лицо, словно я тебя видел давным давно; видел и ненавидел, как волка!
   Парень! Ты не воровал моих баранов, которых я любил, как невест... по очереди?
   Артур Шалвович повел Георгия с остановки, а Георгий ловким приемом подкосил ноги лейтенанта милиции Артура Шалвовича, словно столб спилил бензопилой 'Дружба'!
   Георгий поднял Артура Шалвовича над головой, затем бросил на асфальт, словно кошку породы Тряпичная кукла!
   Георгий встал на колени в каратистскую стойку и кулаком ударил Артура Шалвовича в горло, словно медведя добивал!
   Артур Шалвович младший лейтенант милиции УВД города Москвы умер, будто и не любил никогда баранов, а перед смертью сказал:
   'Жил, как чурка, а умер, как Москвич!'
  
   Георгий испугался и сел в автобус номер двадцать шесть, будто в гоночный автомобиль Джеймса Бонда!
   Люди не волновались, когда смотрели на Георгия, потому что Георгий не убил их родственика!
   Георгий удивлялся сам себе и не верил себе, как врагу:
   'Я убил участкового милиционера, но я инженер фипзик, а не убийца с Востока!
   Я применил хитрые приемы, но никогда не учился приемам и не занимался борьбой, словно красная девица из Консерватории!
   Почему Артур Шалвович говорил, что помнит меня и ненавидит меня, будто убийцу его баранов?'
   Георгий прошел через одну проходную в ИАЭ имени Курчатова, затем прошел через проходную в своем корпусе, затем зашел в комнату, а в комнате сидели инженеры физики Алексей Верин, Слава Демкин, Ваня Баранов, Миша, Женя Рязанцев, Саша Макаров, Саша, Александр Иванович Бабарицкий и Виктор Константинович Животов!
   Инженеры пили чай и разговаривали о футболе, словно каждый в прошлой жизни играл головой товарища!
   Георгий вышел, спустился на первый этаж, на свое рабочее место и заснул в кресле за своим столом, как слон на водокачке!
   Георгию приснился яркий достоверный сон, похожий на серию из сериала 'Остаться в живых'!
   Он, Георгий, с котомкой за плечами и с посохом в тонкой левой руке подходит к крестьянской избе и с поклоном берет с завалинки черствый ломоть хлеба, как изысканейшеее лакомство в Греции на оргии!
   Георгий, тот Георгий, во сне, знает, что крестьяне оставляют хлеб для калик перехожих, как самые добрые люди на Земле!
   Георгий во сне одет в рубаху с петухами, в портки и лапти, как настоящий реальный нищий, а не виртуальный рыцарь!
   Длиные русые кудрявые волосы Георгия перетянуты березовым обручем, как у Песняра!
   Георгий худой, будто по нему каток проехал!
   Георгий вышел за околицу, а среди ромашек к Георгию подошли пять барских холуев с собаками и с ножами, будто репу чистили в чистом поле!
   Самый главный холуй - Цыган Будулай с огромным брюхом, словно коня рожал!
   У Цыгана Будулая золотые зубы и руки в золотых браслетах и в золотых перстнях, как у чучелы в ювелирном магазине!
   У Цыгана Будулая чорные ботинки, чорные штаны, чорные глаза и чорные усы, как у чорного чорта!
   У Цыгана Будулая чорные волосы на руках, как у чорного шакала!
  
  Цыган Будулай крепко сжал локоть Георгия и сказал чорным пречорным голосом надсмотрщика в темницах:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я вырос в маленьком таборе среди степей Великой Руси, как тощий осел!
   Меня папа барон не любил, меня мама барониха не любила, меня все не любили, словно я прокаженый!
   Меня даже не любили, когда я табун коней украл перед скачками на приз Царя батюшки!
   Я приехал в Каширу к барину Шереметьеву, а в Кашире меня все любили, потому что я цыган, как благородный Овидий!
   Я порол батраков кнутами и убивал неповиных невест барина, словно мстил за то, что я цыган, а вы - Великоросы с берестяными грамотами!
   А потом я женился на дочери мельника и получил должность главного управителя барина Шереметьева, как опричник царя Ивана Грозного!
   Парень! я видел, что ты взял краюху для нищих, поэтому и потому что ты нищий, как голь перекатная!
   Я сыграю с тобой в интересную игру, словно на майские праздники на майском шесте!
   Я отрежу тебе яйца и отнесу твои нищие яйца на псарню к псам барина Шереметьева для понюху!
   Псы понюхают твои яйца и узнают твой запах, как боярыня Морозова на дух не выносила запах своего мужа Андрея Сторублева!
   А ты в это время убегай, в поля и в леса, куда твоя нищая душа пожелает!
   Барин Шереметьев поедет на тебя на охоту с гончими и легавыми, словно новую невесту себе ищет!
   Собаки найдут тебя по горячему следу и разорвут на кусочки, как букварь Кирила и Мефодия!
   А я за свое радение и устройство развлечения для барина в награду от Шереметьева получу новый армяк и зипун с галунами в придачу, как заморский щеголь Жан Жак!
   Цыган Будулай взмахнул длиным ножом, как смерть размахивает ржавой косой, ржавой от крови и душ!
   Четыре дружка Цыгана Будулая засмеялись, словно выпили по стаканчику морса, а сейчас вгрызутся зубами в пирог с грибами!
   Два огромных парня богатыря схватили Георгия за ноги, будто в цемент закатали!
   А два других добрых молодца повисли на руках задумчивого Георгия, как вдова на руках священика!
   Цыган Будулай оскалил золотые зубы, усмехнулся, пукнул и поднес нож к порткам Георгия, туда, где находилась мошонка, словно золотые монеты в сундуке!
   Георгий во сне взвыл дурным голосом, как кабан плачет перед смертью, как человек сгорает заживо!
   Но, вдруг, сноровисто ударил лбом в нос цыгана Будулая, словно печать поставил на берестяной грамоте!
   Цыган Будулай страшно закричал, словно его, а не он, кастрируют!
   Завыл степным волком, перекосил лицо, словно вор на ярмарке!
   А Георгий с непонятной для себя силой подбросил в воздух двух предателей, которые висли на руках, как бананы на обезьяне Чичи!
   Парни подлетели, как серые куропатки от белых волков!
   Пока Цыган Будулай и два других тюремщика, около ног, смотрели на летающих товарищей, выхватил у Будулая кривой нож, словно у ребенка отобрал конфетку!
   Быстро, как на птичном дворе вспорол животы падающим парням, Цыгану Будулаю и двум держащим за ноги, будто расписался в воздухе смертельным гусиным пером!
   Вышел из кучи крови и кишок, словно отряхивал пыль перед входом в горницу к Царевне Милославне!
  
   Георгий проснулся, посмотрел на ядерную установку и подумал:
   'Сон, а словно наяву, как по телевизору!
   Неужели, я возродился в этой жизни из прошлых жизней, как Феникс из бумажного пепла?
   Я помню про себя и про других людей, которых встречал раньше, словно вымылся с грузинами в бане!'
   Георгий вышел из корпуса и пошел в столовую ИАЭ, словно зановорожденый Жеребенок!
   По дороге в столовую, около сосуда Дьюара с жидким азотом Георгия остановил большой начальник ИАЭ замчначальника ИАЭ Игорь Мурашко!
   Игорь Мурашко внимательно смотрел в глаза Георгия, но ничто не произносил, потому что Георгий простой инженер в курточке, а Игорь Мурашко начальник в костюме около своей машины 'Лексус', как дворняжка и бультерьер!
   Но Игорь Мурашко догнал Георгия около столовой и спросил с дрожью в надтреснутом голосе, словно голосом тарелки бил:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Извините, мы с вами знакомы, как Минин и Пожарский?
   Как Кирил и Мефодий?
   Как Пушкин и Вещий Олег?
   - Я вас знаю, а вы меня нет, потому что я инженер, а вы начальник над всеми инженерами, будто у вас в кармане печатный станок для денег!
   Может быть, мы встречались в прошлой жизни, словно купец Калашников и опричник Ивашка?
   Шутка, господин Игорь Мурашко! Шутка!
   Георгий зашел в столовую, купил еды и сел за столик, как за штурвал бомбардировщика!
   Мимо столика Георгия прошла повариха в зеленом сарафане, словно елочка ожила на Новый Год!
   Повариха коснулась плеча Георгия широким крепким бедром, как айсберг ударился об Африку!
   А Георгий сразу словно бы вспомнил, где раньше встречал красивую повариху!
   Он и тогда видел ее, но не дружил, потому что она не его девушка, а принадлежит другой паралели миров!
   Георгий смотрел в тарелку с тушеной капустой, а видел пыль дороги, а в пыли тачанку с пулеметом и двумя красноармейцами, словно две сосиськи в кастрюле!
   Тачанка громыхала по разбитой глиняной дороге, как гжельская ваза в вагоне метро!
   Молодой парень с белым чубом стрелял из пулемета в пустоту, в сторону догоняющих мужчин на лошадях, будто горохом сыпал в корзину!
   Пули не попадали в преследователей, но пугали их, будто вороны!
   Георгий узнал красноармейца и догадался, что это адъютант Чапаева Петька, как верный сокол!
   За Петькой правил конями неизвестный седой дед, наверно, из другой бригады, словно засланый казачок!
   Преследователи гикали, иногда стреляли по тачанке, но не как в кино про Петьку и Чапаева!
   Георгий обнаружил себя скачущим на гнедом мощном жеребце рядом с тачанкой, как боковой прицепной вагон!
   Георгий мог бы ускакать от преследователей, легко, как перышко жаворонка!
   Но не бросал товарищей не потому что так велит долг чести, а отттого, что стыдно потом будет, как голой девушке на Красной Площади!
   Вдруг, как скрипка из ваной, Георгия обогнала девушка на белой кобыле, словно на горе снега съехала!
   У девушки короткие чорные волосы, как под горшок стриженые в тюрьме!
   У девушки красные шаровары, словно из цирка шапито!
   У девушки кожаная тужурка в жару, как бронежилет!
   Георгий у себя тоже нашел на ногах красные шаровары, а на плечах кожаную тужурку!
   Девушка не похожа на повариху из столовой института Курчатова, но Георгий знал, что Анка пулеметчица в будущем станет поварихой в Институте, как продолжение линии партии!
   Не важно, что фигуры не похожи, главное, что повариха и Анка - одно и то же человеческое перевоплощение!
   Анка полуобернула корпус к Георгию и крикнула, перекрывая прелестным голосочком, словно колокольчиком Деда Мороза, грохот стрельбы:
   - Так тебе и надо, Антон Петрович, эгоцентрист'!
   Все тебе не так и не этак, как супостату!
   В видении Георгий получил тупой удар в затылок; то ли пуля, то ли шашка врага расекла череп!
   Георгий упал с коня и снова смотрел в тарелку на столе в ИАЭ, словно искал в капусте брилиант в два карата!
  
   Чувства непонятные, нелепые переполнили Георгия, как жаба вылила молоко из кувшина!
   Георгий подошел к поварихе (женщина протирала подносы - некрасиво, бывшей боевой революционой подруге мыть посуду)!
   Георгий сам себя ненавидел за глупость, но обязан спросить, иначе лопнет от неизведаного, как презерватив со свинцовыми пулями:
   - Товарищ девушка! А кто вы были в прошлой жизни? Не помните?
   Вам не кажется, что вы - Анка пулеметчица, подруга Петьки, адъютанта Чапаева?
   Вы видели, как меня убили? Товарищ!
   Повариха посмотрела на Георгия с чернотой в голубых глазах, взяла поднос и ушла за стелажи, как милиардер уносит завещание в могилу!
   Георгий вернулся за столик, кушал капусту, а в голове мелькали отрывки, то ли из кино, то ли из прошлой жизни, словно не голова а телевизор времен!
   Перед глазами появился пень, а пень надо выкорчевать, потому на опушке леса хорошо растет ячмень, а капуста не растет, отттого, что капризный овощ, как баба!
   Под елкой сидела незнакомая девушка в белой холщовой рубахе, или сарафане - непонятно!
   Жена? Чья жена? Георгия?
   И чей у нее на руках ребенок, опять же Георгия из прошлой жизни!
   Георгий вышел из столовой, как ребенок из купели в церкви!
   А начальник Игорь Мурашко стоял около столовой и смотрел на Георгия, как влюбленая гимназистка обожает своего професора!
   Игорь Мурашко замерз на ветру, но терпеливо ждал, чтобы не пропустить Георгия, словно последний экспрес в своей жизни!
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Вы не хотите стать моим помощником, как министром?
   Я предлагаю вам должность своего заместителя, или кого хотите, потому что вы умный, талантливый и импозантный, как Статуя Свободы!
   - Игорь Мурашко, мой большой начальник! - Георгий носком дешевого ботинка из дерматина размазывал грязь по асфальту, как уничтожал следы прошлого! Инженеру выгодней покупать дешевые ботинки оптом, чем дорогие по одной паре! - Вы сказали, что я умный, талантливый и импозантный, как гусь лебедь!
   Но, если бы я был умным, то к сорока одному году уже имел бы отдельную квартиру, жену, любовницу или уехал бы в другую страну, как Америго Веспучи!
   Если бы Бог наградил меня талантом, то я бы делал гениальные открытия или обогатился бы на бирже, как Джордж Фалос!
   Если бы был импозантным, то меня бы любили девушки за просто так, а не за деньги, как старого барсука!
   Так в чем же причина вашего предложения, если я серый, как Московское небо?
   - Переходите на работу ко мне, а о причинах подумаем позже, как милиционер ГАИшник о разбитом сердце! - Игорь Мурашко в порыве едва не взял Георгия за руку, как влюбленый папуас! Покраснел, опустил глаза, словно ненавидел себя за робость, как щука ненавидит волка, потому что волк с шерстью под хвостом! - Случаются в жизни озарения, вспышки, когда не объяснишь что и почему, но и не надо объяснений, как матери с десятью сыновьями!
   Можно плыть по течению обстоятельств, как негры на плоту в ад к Одисею и Эвридике!
   - Я убил человека...
   - И прекрасно, что убили, потому что человек был плохой, если его убили ВЫ! Многих убивают, даже Президента страны Садама Хусейна!
   А маленькая тайна сблизит нас и поможет приблизиться к большой тайне, как из одноместной рыбацкой лодки смонтировали корабль 'Титаник'!
  
   - Я подумаю над вашим предложением, как мавр над ночной рубашкой Дездемоны!
   Я не настолько умен, чтобы понять зачем вам нужен, но и не настолько глуп, чтобы отказаться от поста вашего заместителя, как гвоздь не живет без молотка!
   Георгий пошел от большого начальника, но не в кабинет, а к проходной, потому что устал от мыслей, как пес устает от обилия крови!
   На проходной безучастный охраник, молчаливый, серый, как сталь, крикнул Георгию в лицо, словно плюнул расплавленым золотом:
   - Подлец! А ты мог ее спасти, иуда!
   Убежал в лес, а Зою насиловали, вешали, вспарывали ей живот ржавыми грязными лопатами, как сучке безродной!
   Она была моей невестой, а любила тебя, как святыню!
   И в плен попала из за тебя, сволочь!
   А ты сидел в сортирной дыре, с трубочкой во рту, чтобы дышать!
   На тебя срали сверху, а ты унижался, но выжил, как хорь возле умирающего Калиныча!
   А моя Зоя молчала, чтобы не выдать тебя, потому что любила, как Ленин Революцию!
   А меня ненавидела, ненавидела своего жениха, а любила предателя!
   Георгий удивился и вытер слюни охраника со своего подбородка, словно комара убил:
   - Вы меня принимаете за другого, хотя бы потому, что меня девушки никогда так страстно не любили, как пламя любит сухой лес!
   Я для девушек коричневого цвета, неинтересный, как старый слесарь из Волгограда!
   Если бы вы говорили правду, то та любовь прошла бы через века!
   Георгий ответил охранику, а охраник удивился несказано, даже глаза закрыл от удивления:
   - Извините, вы, о чем говорили? Или мысли вслух?
   Я вам ничто не говорил, как глухонемой импотент!
   Вы разговариваете сам с собой, как одинокий волк?
   Георгий улыбнулся, показывая зубами, что смешно пошутил, как клоун Ракомдаш!
   Вышел из проходной, пошел пешком к метро, будто Иван Сусанин искал дорогу к полякам москалям!
   В скверике, около жолтого дорогого кирпичного дома гуляла девочка с розовыми бантиками и с огромным чорным ротвейлером, похожим на зубастого бегемота с яйцами!
   Георгий не любил собак и не любил собачников, потому что любил кошек любых пород, как Янка любит только негритянок из Антверпена!
   Георгий перешел на другую сторону дорожки, подальше от пса - как от смерти убегал!
   Ротвейлер грыз чью то огромную кость, похожую на человеческую, может быть, кость лейтенанта милиции Артура Шалвовича?
   Неожидано, исполинская адская собака подняла голову к небу, принюхалась носом рылом и завыла страшно и надсадно, будто ее хоронили заживо с еретиком!
   Ротвейлер нюхал ветер и подпрыгивал от возбуждения, словно ему кололи в зад серебряной екатерининской вилочкой!
   Вдруг, пес посмотрел на Георгия маленькими угольными глазками, как два маслина в шахте Донбаса!
   Рванулся от девочки, потащил ее на длином поводке, как водного лыжника за моторным катером!
   Девочка охнула, вскрикнула, словно на свадьбе подружки!
   Тормозила ножками соломинками, оторвала два каблука от модных ботиночек, как Золушка в постели с отцом Принца!
   А ротвейлер широкими сатанинскими прыжками приближался к Георгию, будто трамвай к голове слесаря сантехника в канализационом люке!
  
   Георгий испугался до пота в пятках, зажал в руке ключи от квартиры, как саблю против танка!
   'Неужели, в прошлой жизни ротвейлер жил человеком, а я в той жизни не угодил ему?
   Кажется, что смерть от собачьих клыков не слишком почетна для инженера физика?
   Попробую - левую руку засуну монстру в пасть, а правой рукой перебью хребет, как учили хохлы Тараса Бульбу!
   Впрочем, ротвейлер не сразу умирает даже от автоматной очереди из Калашникова!
   Или...'
   Георгий не успел додумать, (что, возможно, усмирит собаку) как убил Цыгана Будулая и погубил участкового милицинера Артура Шалвовича!
   Пес, словно отрастил чорные крылья, в сатанинском прыжке летел к лицу, к шее Георгия, словно лакомился чупа чупсом из человечины!
   Георгий убил бы пса или попытался бы, потому что человек!
   Но в последний карат секунды остановился, потому что вспомнил, как Буратино родное полено:
   Под ногами жолтые мокрые листья, похожие на червяков, но красивые!
   Деревья почти голые, неживые, дрожат, как скелеты!
   Вдали слышен колокол Белой Церкви в Загорске, как наковальней по лбу!
   Георгий одет в мягкие сапоги, теплую охотничью куртку, ватные штаны, как тайный педик!
   На голове теплая шапочка, как у рижской девушки снайперихи!
   С подбородка свисает бородка клинышком, а около ушей кучерявятся пейсы, словно флаги Тель-Авива!
   За спиной приятной тяжестью висит дорогое ружье, убойное, только для избраных, как принцы только для свинарок!
   Но Георгий не интересуется лесом, хотя сам себя уговаривает, что осений подмосковный лес - прекрасное место, даже лучше, чем спальня певицы оперы и балета Вишневской!
   Впереди, слева послышался прерывистый лай Анчара, словно шел по нюху кабана!
   Георгий встрепенулся, как резаный секач:
   - Лису ведет, матерую, сходку цепляет!
   На меня тянет, умная собака, как я, даже лучше!
   Здесь я лисицу возьму в ухо, чтобы шкура не попортилась на воротник для моей любимой Аны Моисеевны!
   Георгий, но уже охотник, вроде бы, писатель Пришвин, вскинул ружье и ждал живую природу с ценым мехом!
   Через три минуты в подлеснике мелькнул воротник и пестрый, рыже белый Анчар, как конь горбун!
   Русская псовая борзая привела дичь к ногах охотника, как верный слуга приводит королю Жаку Луи мальчиков для любви!
   Георгий охотник засмеялся без буквы 'р', вскинул берданку и от всей души пальнул в лисицу, будто ей в голову клин забивал!
   Для верности выстрелил и из второго ствола, прямо ухо, как в рот Клары Моисеевны!
   Сильнейшей отдачей Георгия охотника Пришвина отнесло назад, ударило о белую березоньку, как кусок теста о сковороду!
   Когда Георгий очнулся, то через дым увидел срезаные двумя выстрелами верхушки деревьев, будто не дробь вылетела из ружья, а ураган 'Карина'!
   Под изрешеченой елкой лежал убитый пес Анчар, а живая и невредимая лисица убегала и по лисичьи хохотала, как проститутка кидала над клиентом на Казанском вокзале!
   Георгий Пришвин в лесу обнял мертвую голову любимого пса:
   - Анчар! Гончар! Прости, я не знал, что новое ружье стреляет косо, как сики у пьяного городового!
   Я отомщу за тебя лисице сестрице!
   Я напишу про нее дурную повесть и ославлю хамку в мировой литературе!
  
   Георгий вышел из воспоминаний и увидел, что обнимает свиную голову ротвейлера, как на холодец с мясокомбината купил!
   Шепчет ротвейлеру, как любимой балерине:
   - Анчар! Ты возродился на Октябрьском Поле в Москве, как в Нигерии рождаются только рыжие негры!
   Ты простил меня, своего убийцу, но доброго и интелигентного охотника?
   Ты был русской псовой борзой, а стал ротвейлером, модно, как штаны с дырками от кутюр!
   А я из Пришвина превратился в физика, как тухлая колбаса!
   Пес наждачным красным языком лизал лицо Георгия, словно умывал его после валяния в грязи!
   Язык полностью закрывал анфас!
   Девочка хозяйка ротвейлера смотрела на Георгия и на собаку, словно вышла замуж за Чемберлена!
   Штанишки у девочки грязные и порваные, очевидно, что пес тащил ее по грязи и по асфальту, как ненужную тухлую колбасу!
   У девочки добрые глазки патриотки своей родины!
   У девочки белые волосики и кудряшки, словно мама нагуляла девушку во время поездки в Лапландию!
   У девочки в ухе застрял наушник от плеера, из наушника текла красная кровь!
   Из подъезда выбежал толстый мужчина в домашнем халате, подбежал к девочке, посмотрел на Георгия, краснел словно сожрал сердце королевского пингвина:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я все видел из окна, как смотрящий за двором!
   Армагедон вас не поранил? Как вы себя чувствуете?
   Не знаю, что на него нашло, песик добрый, мышей боится, как Пинокио!
   - Спасибо! Все хорошо, как при вечном падении курса рубля!
   Вы лучше за дочкой посмотрите, она поранилась, будто с саксаула упала на дикобраза!
   А ваша собака Армагедон просто так выразила мне, простому незнакомому прохожему, почтение!
   Мужчина обрадовался, что Георгий не скандалит и не требует денег, как жирный негр!
   Схватил ротвейлера за ошейник, потащил к дому, как на свадьбу к болонке!
   Но пес вырвался от хозяина, подбежал к Георгию и зло рычал на девочку и на ее отца, будто плевался на кошек!
   Мужчина открыл рот и нечаяно распахнул халат, под которым голое тело и безстыдство, как в районом публичном доме:
   - Я же вырастил тебя из щенка от своей суки, Армагедон!
   Если бы взял от чужих, но ты других людей не знаешь, как сын полка знает только командира полка!
   Почему ты рычишь на меня, а не на мужчину, словно окосел на оба глаза, дружок с медалями!
   Георгий погладил пса по слюнявой гадкой харе:
   - Анчар! Армагедон! Я тебя с собой не возьму домой, потому что моя маменька выгонит тебя из за алергии на собак!
   Меня тоже выгонит, как ненужную нищую тряпку!
   Оставайся с девочкой и дяденькой, они тебя любят, как балерон Нудиев певца Могисеева!
   Ротвейлер посмотрел на Георгия так, будто Георгий вырвал у него кишки, дал ногой под зад и выбил зубы дрыном!
   Георгий подвел грустного пса к подъезду, привязал к железному поручню, а сам пошел в неизвестную даль, к своему метро, как к Харону под землю!
  
   Пес встал на задние лапы и скулил вслед Георгию, будто пел Реквием по своей собачьей жизни!
   Георгий прошел пять шагов, как в фильме про убийцу и удар в пять шагов!
   За спиной послышался душераздирающий вопль, словно кастрат пел восторженую оду Феличите!
   Затем громко, но без особой печали закричала девочка, даже с легким смехом:
   - Папа! Ты теперь не мужчина?
   Тебя возьмут в гарем султана евнухом?
   Не забудь и про меня, твою доченьку, от почтальона Печкина!
   Георгий испугано посмотрел через левое плечо, потому что через правое опасался смотреть, страшно!
   Около подъезда дорогого красивого дома, широко раставив белые куриные ноги, лежал кричащий хозяин Анчара Армагедона, будто загорал в Анапе с голыми Членами Верховного Совета СССР!
   У мужчины нет яиц и члена, словно улетели в теплые края!
   Вместо причиндалов у папы девочки кровавая дыра с обрывками кожи, сухожилий, суставов, вен, сосудов и трубочек!
   Пес ротвейлер выгрыз хозяину промежность в надежде, что его теперь, потому что плохая собака, отпустят или пристрелят, как бешеного пса!
   Армагедону Анчару жизнь без Георгия Пришвина не мила...
   Из грустных глаз ротвейлера капают красные слезы, как калина на первый снег падает!
   А изо рта векового пса торчат причиндалы мужчины, словно мохнатый чорный цыпленок!
   Георгий вздрогнул и увидел в далеком прошлом ряды французов и Русских на холодном неприютном поле, как букашке в банке академика Павлова!
   Грохот орудий, вопли, выстрелы, ржание коней, будто кони пьют вино Мадеру!
   Георгий в белых панталонах, в галунах, в красивых прибамбасах, как елочка в доме княгини Сиськищевой!
   Рот Георгия открыт в крике, но не в победном:
   - Ванька! Водки!
   Тотчас из под коня вылезла рука со штофом, как Санча Панса из постели Донкихота:
   - Пжлте! Вшбрдь!
   Георгий выпил водку, зашвырнул штоф под копыта коней, как персидскую княжну опустил:
   - Что же, черти, Барклая не берегут?
   Почему стоим в засаде, апас люше!
   Где рота Христенко, а мои молодцы, кто их отдал Засядьке, вороны!
   Из лесочка выбежали мужики в зипунах и с вилами в мощных руках, как волки!
   Подмога партизана Дениса Давыдова, как золотая монета в рукаве!
   Один мужичок так и не добежал до французов и до боевой славы!
   Ядро, шальное, как девица, оторвало ему голову!
   Но Георгий, он же храбрый поручик, знал, что ТОТ мужик - это хозяин Армагедона в будущей жизни на Октябрьском поле, станции метрополитена...
   В огне сражения Георгий рубил налево и направо, хохотал, гордился собой, как художник Венерой!
   Вдруг, крепкий ахалтекинец Георгия подвернул ногу и завалился, как танкер с мукой в Севастополе!
   Георгий полетел через голову коня на вражеские штыки, будто пес к кормушке гуся Нильса!
   Последнее, что увидел Георгий из воспоминаний - голова ТОГО дядьки - о нее конь Георгия и споткнулся, словно невеста о пьяного жениха!
   Не повезло дяденьке: на поле брани оторвало голову, а в двадцать первом веке родной любимый выпестованый пес откусил яйца и член, словно показывал собачье неуважение!
  
   Дочка смотрела на окровавленого папу, как на свежевыкрашеный забор в Коломне!
   А Георгий увидел в далеких звездных голубых очах девушки далекое будущее, словно фантастику смотрел по телевизору!
   Худая старушка с морщинками в уголках сурового рта (а Георгий знал, что старушка прапрапраавнучка ЭТОЙ девочки) в синем балахоне воседала на каменой скамье, как в бане!
   Зал огромный, под стекляным колпаком, за которым видны диковиные джунгли, летающие машины и птеродактили!
   У старушки лысый череп и вместо левого глаза компьютерная камера, как у Терминатора!
   У старушки груди распирают балахон, словно две ракеты 'Земля воздух'!
   У старушки суровое лицо, будто ее только что похоронили; и говорит она сладким голосом, словно мед во рту ласкает:
   - Капитан адмирал Георгий, вы - звездный мудак, а не герой Космоса!
   Наверно, ваш далекий предок ненавидел диплодоков, как я обожаю зверей!
   Я, судья Мировой Категории Планеты Венера, Амикрона Дашкова осуждаю вас, Георгий Иванов Будуаров, за то, что вы растреляли последнего фазозавра планеты Венера в корыстных целях, чтобы его сожрать!
   Я приговариваю вас к мягкому наказанию, потому что учла ваши боевые заслуги перед Отечеством и Всемирными Цивилизациями, словно книгу двадцать первого века прочла без очков!
   Вас, за неслыханое преступление перед животными, сначала четвертуют, а затем живого без скафандра выкинут в открытый Космос, как кусок дерьма!
   Георгию в будущем не понравился приговор, словно молоко с салом!
   Георгий из недр скафандра выхватил серебристый автомат, похожий на Калашников и стрелял по отбегающим судебным приставам, словно вилкой тыкал в торт!
   Георгий с диким криком выпрыгнул в окно в куполе, и... очнулся недалеко от станции Октябрьское поле в двадцать первом веке!
   Георгий сел на скамеечку на автобусной остановке и задумался, как Сократ в бочке с солеными огурцами:
   'Я вижу эпизоды из прошлого и из будущего, как крот видит свою судьбу без глаз!
   Но что я с этого имею?
   Ничто я от своих видений не имею хорошего, словно кушаю пахлаву со струнами от гитары повара Мудалбека!
   Может быть, все люди видят прошлое и будущее, но никому не говорят о своих галюцинациях!
   Никакая катаклизьма мирового значения не изменит жизнь отдельно взятого индивидуума!
   Например, сейчас передо мной сядет НЛО с зелеными инопланетными бабами и золотыми мешками, как подарок Конгресменов с Марса!
   Ну и что для меня?
   Или город Берлин провалится под землю!
   Но провал города с милионами жителей не изменит мою судьбу!
   Или погибнет последний уссурийский тигр?
   Или мимо меня пройдет демонстрация голых нудисток, которые ищут себе мужей!
   И что я с этого буду иметь?
   Но на меня девушки не посмотрят, как на вошь под ногтями!
   Поэтому живу своей нормальной жизнью дальше, как честный инженер физик!
   Единственое, что неприятно, почему в моих воспоминаниях о прошлом и о будущем, мне достаются оплеухи и плевки в лицо, словно я Боксер Тайсон и обкакался на ринге?'
  
   Георгий подумал про каку и почувствовал сильнейший смрад, словно рядом сдохли три вербляда и сорок коров!
   Георгий посмотрел налево, а под скамейкой в углу лежал обыкновеный Московский бомж, человек, вычеркнутый из жизни добрым Правительством РФ!
   У бомжа грязные волосы до пояса и борода до пояса, как у Волхва!
   У бомжа на ногах женские красные сапоги на голове милицейская фуражка, как памятник милиции!
   У бомжа из попы синий дым, а изо рта жолтый дым, как на карнавале в Венеции!
   Бомж громко пукнул а Георгий от дурного звука увидел прошлое с собой и бомжем, будто в волшебное зеркало пьяный носом упал!
   Бомж в прошлом - не бомж, а боярин в собольей шубе и в золотой епанче, будто брилиантовый горох сеял!
   Барин подошел к вонючей клетке в темнице, словно посетил с экскурсией сортирную дыру!
   Долго чесал выю, вычесывал из бороды капусту, затем ткнул длиным посохом в глубь ямы клоаки, словно ножом в жареную свинью:
   - Инда, Прошка, холоп, не сдох еще? Собака!!!
   Так то ты волю барина исполняешь, будто жену тискаешь мою в подворотне, сволочь!
   Ан пошто хотел мою доченьку боярыню Аленушку обезчестить? Тварь!
   Георгий (а в той жизни Георгий понял, что его звали Прошкой) тихо скулил в вонючей мокрой соломе, как сучка после родов, а родила крокодила!
   Георгий в драной одежде, больной, словно устрица на ветру, умирающий плакал от страха!
   Кто же не хотел бы обезчестить боярыню Аленушку - не дураки же парни вокруг!
   Но, во первых, Аленушка красавица нечестна, потому что с брюхом от опричника Данилы Замоскворецкого!
   Дурак отец ее только брюха не видит, как оскопленый филин!
   Но Георгий только возжелал Аленушку, но ничто не сделал, ибо Аленушка ненавидела Георгия Прошку за неизвестно что!
   Возможно, оклеветала Алена вельми красивая Георгия Прошку, как кобылица просверленая загрызает жеребца!
   А Георгию через Аленину клевету завтра смерть через отрубание головы или четвертование, словно кабану на ярмарке - обидно!
   Боярин ушел, Георгий Прошка опять заскулил от холода, голода и безысходности, будто и не жил по человечески!
   Неожидано, в темноте, в противоположном зловоном углу темницы зашевелилось, словно в утробе кита!
   Через минуту к Георгию подошел маленький жолтый человечек, будто его глиной обмазали!
   Но, несмотря на смрад и грязь в темнице, незнакомец благоухал незнакомыми цветочными запахами и одет чисто, словно только что с девицами из бани вышел в новом белье!
   Страный жолтый коротышка сел около Георгия на пол, но вроде бы, пола не касался, как летающая гусыня!
   И сказал скрипучим голосом, будто дверь в темницу скрипела:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Не по нраву ты мне, не по нраву, холоп и смерд!
   Но Великая Обезьяна Ханум велела помогать попавшим в беду, оклеветаным понапрасну, как Мей Лю и Джеки Чан!
   Я сейчас открою тебе истины душевной и физической борьбы, покажу тайны времени и мироздания, вонючий русич!
   Слушай и вникай, если хочешь завтра остаться живым, словно тебе в яйца засунули палочку Чжи!
   А зовут меня Мао Линь!
  
   Георгий Прошка потом всю оставшуюся жизнь вспоминал слова Мао Линя, будто каленым железом они вошли в мозг!
   Мао Линь расказывал про время, что не Время властно над человеком, а человек - хозяин Времени!
   В доказательство своих слов Мао Линь растянул ночь на год, будто тянул каучуковую резину в спальне голой Василисы Прекрасной!
   И за одну ночь год Георгий выучился науке останавливать время, познал секреты Восточной борьбы, узнал, как можно голыми руками разбить каменый дворец, а зубами перегрызть якорную цепь!
   К утру Георгий Прошка превзошел своего учителя в знаниях и миропонимании, потому что более умный, чем китаец из далекой лавандовой страны!
   Георгий убил китайца Мао Линя, своего учителя и спасителя, но не потому что ненавидел Мао Линя, напротив, Георгий обожал Мао Линя и был ему благодарен до корней лобковых волос!
   Но Георгий, озареный новым знанием, знал, что две силы не могут жить рядом, как два огня в одной чаше Неизвестного Самурая!
   Мао Линь специально воспитал Георгия, чтобы затем с Георгием сразиться в схватке, оттого, что несчастный Мао Линь вдали от Родины не имел достойного соперника для состязания, а руки чесались надавать кому нибудь по харе!
   Георгий опередил Мао Линя и коварно убил его, как курицу для супового набора!
   Георгий долго и безутешно рыдал над трупом Мао Линя с оторваной головой!
   (Георгий для продления скорби продлил и остановил на сутки Время!)
   Когда за Георгием пришли рабы и хохочущая Аленушка, Георгий уже знал, что сотворит!
   Георгий лениво раздвинул прутья решетки, пальцем выбил из узилища шесть огромных валунов, словно орешки фундук лущил в Беловежской Пуще!
   Одним ударом семерых слуг вооруженых побивахом, как комаров!
   Снял портки и минуту с победой взирал на оторопевшую зардевшуюся Аленушку, словно запоминал ее черты перед походом на Украину!
   У Аленушки на голове кокошник, как Водовзводная Башня Кремля!
   У Аленушки под сарафаном маленькое брюшко от опричника Данилы, словно пирогов наелась!
   У Аленушки шикарная коса и прелесть во всех членах, будто Солнышко поцеловала!
   Георгий задрал на фешенебельной Аленушке золотом и жемчугом шитый сарафан, сорвал с нее исподнее, наклонил девку нечестную к себе оголеными белыми ягодицами, а челом к ступеням, словно заставлял поклоны бить!
   И сила была физическая и плоть у Прошки Георгия востала, как красный флаг, но что то в душе надорвалось после философских лекций Мао Линя, будто ветром порвало струну!
   Георгий пять минут думал, без жалости смотрел на ожидающие ягодицы, покрытые мурашками от холода, ранее желаной Аленушки!
   Затем легко дал пинка в белые ягодицы, будто голубя мира запускал в полет!
   Аленушка с голой попой полетела к ступеням, и уткнулась головой в рыхлый живот входящего батюшки, словно в перину Царицы на Горошине упала!
   Батюшка Аленушки выпуклыми буркалами смотрел на побитых слуг, на оголеное безстыдство дочери, на окрепшего, воспрявшего холопа Прошку Георгия с колокольней между ног!
   Пропищал тонким голосочком, будто пищик в глотку засунул:
   - Инда, Прошка, не по людски ЭТО, не по-людски!
   Так с людьми не поступают!
   Я хотел тебя честь по чести убить, а ты сопротивляешься, холоп!
   И Аленушку отверг, что совсем скверно и позор для рода моего, будто я от батюшки царя утаил кота в мешке!
  
   Георгий посмотрел на сияющего себя, на сломленого боярина, который в двадцать первом веке превратится в бомжа и захохотал, словно скушал полковой барабан роты Византиии!
   От громового смеха Георгия стены узилища затряслись, словно в негритянской лихорадке!
   С потолка посыпались камни и полетели бревна, словно ожили от мертвой воды!
   Стопудовое бревно огромным концом одним ударило в голову боярина, а другим концом приложилось к темечку Георгия, словно в землю врастало!
   Георгий очнулся на остановке тролейбуса и с ненавистью посмотрел на бомжа, даже пнул бомжа в грязный зад, словно в мусорную кучу!
   Пьяный бомж промычал и снова заснул в небытии, как много веков назад Прошка в гнилой соломе!
   Люди со злобой посмотрели на Георгия, который обидел бездомного человека, как помоечную крысу!
   А Георгий плюнул на бомжа и сказал людям:
   - Бомж лежит, а раньше хотел меня четвертовать и убить за то, что его дочка Аленушка оклеветала меня, как собаку из города Ейск!
   Красавица девка забрюхатела от дружка, а меня ненавидела неизвестно за что, как котлету без перца!
   Наверно потому, что я простой физик, а не бизнесмен и не состоявшийся богач!
   Георгий пошел от понимающих людей в метро, словно не в ад спускался, а поднимался на виселицу!
   Георгий не видел и не знал, что через пять минут к остановке подъедет серебряный Ролс Ройс с ослепительной красавицей в горностаевой шубке!
   Девушка поднимет бомжа из лужи, станет целовать его в замусореные щеки:
   'Папенька! Я наконец то нашла тебя, родной, как утка отыскала гадкого утенка!
   Теперь у тебя жизнь наладится, как у Принца Абсурды!
   Ты теперь богач мирового масштаба, как Ленин!'
   Девушка с помощью щегольского брюнета шофера затащит смердящего папеньку в благоухающую машину, словно с корабля на бал!
   И не поймет девушка, почему старушка с остановки кинет в лобовое стекло Ролс Ройса тухлый апельсин и крикнет, как в последнем климаксическом оргазме:
   - Шлюха! И отец твой - сатрап!
   Парня едва не убили, потому что он инженер физик, гады, менталитеты!
   Не его четвертовать надо, а вас, гидры империализма!
  
   Георгий вошел в метро, словно в протухший кефир упал!
   Зашел в вагон, обрадовался свободному месту и забился в уголок, чтобы не видеть и не вспоминать, а доехать до дома спокойно и подготовить отчет по печке для деструкции сероводорода!
   Установки СВЧ устанавливают на трубах с выходами сероводорода, потому что сероводород разлагается на серу в условиях малого вольтажа!
   Георгий засмеялся, представил, что установки СВЧ можно оборудовать и в аду, где много сероводорода, как у чорта под хвостом!
   Георгий заснул, а на станции Таганская Георгия растолкал наглый дед с жирным брюхом, словно проглотил американского негра:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Уступи мне место, потому что я пожилой и умный, как Сократ!
   Молодые почему то хамы, а старые - сплошь интелигенты, как баночки с майонезом!
   Вставай пошустрей, потому что я выхожу на следующей Пролетарской, поэтому обязан подольше посидеть, как курица на яйце петуха!
   Георгий уступил место, словно почку свою вырезал!
   Посмотрел на дедушку и едва не подавился слюной, как голодный пес Бим вазелином!
   Георгий вспомнил дедушку из далекого революционого прошлого, будто Георгию промыли мозги касторкой!
   У дедушки сейчас на ногах ботинки 'Прощай молодость' и семикаратный брилиант на жирном красном пальце, как лупа у филателиста Марка!
   У дедушки нос красный, словно дедушка выпил цистерну спирта на станции Коневодская!
   У дедушки из порток выглядывают другие портки, как у балерины из под лифчика торчит второй лифчик с ватой!
   Георгий увидел себя - старого полотера в зале заседаний Государственой Думы царского правительства!
   Георгий натирал полы, потому что господа депутаты засиделись, а скоро утро - полы должны блистать, как зад у белошвейки, к приходу Его Императорского Величества!
   На полу, около стула депутата Ржевского Георгий заметил красивый квадратик пищей бумаги с написаными буквами, словно институтка выводила пером письмо любимому арабу!
   Георгий поднял листочек, отнес председателю соборания Милюкову с поклоном, как королю:
   - Ваша милость! На полу нашел писульку, а грамоте не обучен, как Мцыри!
   Может быть, нужная вам бумага? Ась?
   Вдруг, на ней Государственая тайна или шпиенские значки, как на спине мадамы Коко?
   Господин Милюков снисходительно посмотрел на полотера, как вошь на собаку!
   Поправил золотые пенсне с, спрятал мантию масона под сюртук и громко прочитал по инерции, словно на заду съезжал с Ледового Дворца:
   - Милюков - пиздюков!
   Троцкий - скотский!
   Георгий задрожал, а Милюков вознегодовал, словно Георгий подорвал экономику России:
   - Хам! Быдло! Кто тебе передал эту записку гадкую?
   Отвечай! Ты нарочно? Папуас!
   Да я тебя на каторгу на сто лет, сгною, как сидорову козу в Екатеринбурге!
   Другой член думы, благородный господни Троцкий также сверкал очами сквозь брилиантовые стекла:
   - Ах, грязный мужик! Я бы тебе проломил голову альпенштоком, но нет его под рукой!
   Пшел вон, дурак из благородного собрания, как в жопу!
   С глаз долой, из сердца вон!
   Господин Милюков ладонью разбил Георгию губы до крови, как картошку месил в Пажеском Корпусе!
   Господин Троцкий пнул Георгия под зад так, что Георгий покатился по полу, как деревяный болван из Италии!
   Члены государственой думы дружно захохотали, потому что члены!
   (А Милюков в будущем стал дедом ворчуном в метро!)
  
   Георгий наскучило заглядывание в прошлое и будущее, поэтому Георгий вспомнил, как его бросила Мэри в санатории Клязьминское Водохранилище, словно в прорубь младенца кинула!
   Георгий не любил Мэри, но обязан был восхищаться, потому что учился с Мэри в одной группе МИФИ, как Царь прятался в одной землянке с Дмитрием Менделеевым, химиком, русским водочнопромышлеником!
   У Мэри красные штаны, как флаги!
   У Мэри Чорная короткая юбка, как воланчик в бадминтоне!
   У Мэри лицо и фигурная фигурка, как у фигурантки!
   Георгий огорчился за себя и за Мэри и подошел к своему дому, как к дворцу Брагоразводов!
   Георгий упал в лужу и подумал из лужи, как свинохряк:
   'Почему мои воспоминания о прошлых и будущих жизнях не приносят мне выгоду, как мешок с золотом?
   Почему, например, я не видел и не знаю сейчас, где Милюков спрятал золото Думы, как мышка ворушка!
   Или: что мне дают знания насчет судьбы на Венере или на Марсе и съеденый Венерианский диплодозаврт?
   Где выгода в деньгах? В науке и технике? Тьфу, на меня прошлого и настоящего и будущего!'
   Георгий подошел к подъезду дома, а у подъезда дома Георгия ждал большой начальник ИАЭ Игорь Мурашко, будто Снегурочка женилась на негре Дяде Томе!
   Игорь Мурашко волновался, словно проглотил улей с дикими пчелами и Винипухом!
   Глаза Игоря Мурашко горели синим пламенем, но чорного цвета!
   Георгий испугался, а Игорь Мурашко волновался и пугался одновремено:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! я пришел осведомиться: согласен ли ты стать моим заместителем, как Петька у Чапаева, как Санча Панса у Донкихота?
   Георгий! Я ничто не понимаю, но чувствую, что внутри меня горит спираль и сгорает, как в лампочке Ильича!
   Георгий! Если я тебе не скажу о своей беде, то лопну до завтра, как хомяк на Рождество в пироге!
   Георгий! Поедем в ресторан, побеседуем, как настоящие мужчины в юбках в ирландском пабе!
   Георгий смутился, взволновался, как потная ливерная колбаса в зубах собаки Баскервилей:
   'Игорь Мурашко - педераст и влюбился в меня, как в куколку?
   Чепуха из чепух! Гомосексуалистам нравятся те мужчины, которые нравятся женщинам и всем остальным!
   Я же не нравлюсь никому и старый для мальчика, как еловая ольха в саду Мичурина зацвела апельсинами!
   К сожалению, я скромный и не умею отказывать, как курица петуху!
   Поеду с Игорем Мурашко, развею его мысли и сомнения, как Царевна Несмеяна так рыдала, что утонула в слезах!'
   Игорь Мурашко привез Георгия в ресторан Белый Медведь, как в берлогу к ледяному медведю!
  
   Георгий и Игорь Мурашко пили красное вино, а Игорь Мурашко расказывал, словно пил не вино, а раскаленый свинец в камере пыток:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! До сегодняшего утра я жил, как нормальный ученый фальсификатор!
   Но утром понял, что должен видеть тебя, чувствовать рядом, поклоняться тебе, как драгоценой женщине, как Клеопатре!
   Поверь мне, Георгий! Я не гомосексуалист, а даже наоборот, люблю только женщин, мужчин ненавижу, как врагов республики Нигерия!
   И почему то, тебя люблю, как яркую женщину красавицу, как роковую проститутку!
   Может быть, я сошел с ума, как Ана Каренина под поездом?
   Игорь Мурашко сказал про Ану Каренину, а Георгий вспомнил, где и когда видел Игоря Мурашко в прошлой жизни, как в чорном озере с белыми лебедями!
   Георгий обнаружил себя в прошлом в образе и в теле женщины, словно надел на скелет чужие телеса с сиськами и попой!
   Георгий осматривал себя с ужасом, граничащим с безумием, как горный баран столкнулся на тонкой горной тропиночке с пьяным розовым слоном!
   Георгий ощущал подушки на месте попы, потому что попа стала округлая, мягкая и пружинящая, как стариная кровать с рюшками!
   Груди Георгия упирались в капор или в лифчик, словно буфера поезда в шкаф на рельсах!
   Талия Георгия стянута туго чем то гадким, мерзким, отчего живот болел, и хотелось в сортир, как прокаженому чахоточнмоу индейцу Бледному Лису!
   Но где в прошлом сортир, как в него ходить и как снимать юбки и панталоны, теплые и бархатные?
   На плечи Георгия легли его густые локоны с цветами ромашки и запахом лаванды, как у Пьера Гомосека!
   Георгий ужасался, а Игорь Мурашко, но в облике бородатого и усатого дядьки в соболиной шубе стоял перед Георгием на коленях и хватал и целовал ручку Георгия, будто морковку облизывал:
   - Настасья Филиповна! Душа моя! Поедемте со мной, к цыганам, к яру, мать их за ногу!
   Ганька подлец вам не пара, он нищий дурак в драных штанах и пальцем попу подтирает, как Ферула!
   А я - А я - все брошу к вашим ногам, дражайшая Настасья Филиповна!
   - Эге! ГЕЕЕЕ! - Георгий обнаружил, что жеманится, как девица, но ведет себя строго, подобающим образом! Даже похлопал(а) ручкой по щеке мужика, милостиво так, ободряюще! - Парфен Рогожин! Да ты мужик, как жук навозник!
   Вчера бедный, как вша полевая, а сегодня разбогател и купить меня хочешь? Как девку дешевую с Базарной Площади из Мещанской слободы!
  
   Георгий заметил в дымной комнате старого генерала в драных штанишках и с простреленой левой щекой, будто пули кушал на поле боя!
   Генерал кхекал, пьяный падал, иногда попердывал по лениградски!
   По комнате нервно расхаживал молодой человек больной наружности, наверно, жених Ганька подлец!
   Из прихожей скалил зубы идиот с бородкой клинышком и с канализациоными люками на тощем носу, как асенизатор из трущоб Великого Устюга!
   Князь Мышкин, разбогатевший импотент!
   Бегали две дамы - старая грымза, но с поднятым носом, что означало гордость и степень приличия!
   Еще бы не быть приличной рядом с мужем генералом, который на двадцать лет старше, как баальбекская Веранда!
   Молодая дама постояно восклицала, старалась обратить на себя внимание, потому что в летах и пора замуж, как в петлю вместе со Страшилой!
   Молодая дама Варя кашляла и рыдала, словно скунс!
   У Вари на шее воротничок, а юбка до пола, словно под юбкой живет собачка Жужа!
   У Вари тонкие пальцы и тяжелая попа, как мешок картошки!
   У Вари вид приличной молодой девушки на выданье, словно у братьев Намазовых!
   Вдруг, Варя закинулась, словно скаковая кобыла и пронзительным тонким голосочком закричала чахоточному Ганьке:
   - Ганечка, братишка! Да она же проститутка, гулящая!
   Не достойна тебя, как тухлая скумбрия!
   Гони ее в шею, блядь подколодную!
   А мамочка Вари и Гани ввинтила свой голосочек, как у фальцета Пидонини:
   - Да с! Варечка, ты абсолютно права, как академик Ворошилов!
   Настасья Филиповна - гулящая девка, которую никто замуж не возьмет, потому что стыд потеряла еще до свадьбы, как породистая корова!
   А богач Рогожин душегубец за ней увивается, безстыдник, как журавль!
   Богачи глупы, смотрят в навоз, а не видят рядом брильянта!
   Георгий от криков, воплей, затхлой атмосферы озарился неожиданым пониманием жизни, как Дарвин в постели с обезьяной:
   - Инда это я то блядь гулящая?
   Маменька, да вы мне завидуете, потому что когда хотели, то не могли, а когда не хотите и можете, то никто вас не берет, как корягу засохшую!
   А Варенька отожрала жопу на халяву, сидит целыми днями с вышиваниями и женихов ждет, как Принцеса у окошка!
   Шла бы на ткацкую фабрику, как Аленушка!
   Поймите, дуры, не я к мужикам иду, а они ко мне лезут, даже идиоты и академики, словно псы цепи пообрывали!
   Георгий высказался, сам себе удивился, откинулся на мягкие подушки, как кошка на собаку!
   С удивлением ощущал, что письки нет, а на месте члена и яиц некая пустота, подозрительная и жалкая, как в пещере неожиданностей в Диснейленде!
   Бородатый Рогожин Парфен, в будущем начальник Георгия восхитился речью Георгия, то есть Настасьи Филиповны:
   - Настасья Филиповна, душа моя! так их, лицемерок!
   Они вашего ноготочка на мизинчике ноги не стоят, окаяные!
   Я в вас влюблен на веки вечные, словно кукушка в голубые яйца дрозда!
   А я ради вас все деньги свои изничтожу, как самый богатый богач в Евразии!
  
   Парфен Рогожин с хохотом швырнул в огонь камина пачку асигнаций, будто полено!
   Присутствующие жалобно зачмокали, захрюкали, зарыдали!
   А Настасья Филиповна Георгий тоже захохотала, обмахивалась юбками, словно царь Бурундии обмахивается листами из книги 'Капитал' Карла Маркса!
   - Потешил ты меня, Парфен, потешил родимый!
   Скоморох, а не богач!
   Но не продамся; а к Яру съезжу с тобой, как в разведку пойду!
   Вижу что любишь, но я то тебя не люблю, как Екатерина не любит в грозу танцевать голая на крыше дома своего!
   Выпьем в ресторане водочки, попляшем, закусим, но без интима, без секса - ни ни!
   - Как можно! радость моя! - Парфен Рогожин неистово целовал руки Настасьи Филиповны Георгия! бился лбом о пол, словно на слух проверял пустоты, где клад зарыт! Целовал туфли Настасьи Филиповны, словно она Папа Римский! - Вы для меня - ангел без плоти!
   Не надобно мне вашего секса и интима, замечательная волшебница!
   Но только, чтобы мы рядом были, как куски белого и чорного хлеба!
   ААААААААААААААА!
   После воплей влюбленого Парфена Рогожина Георгий вынырнул из воспоминаний в зал ресторана с современым ученым Игорем Мурашко - Парфеном Рогожином в новой жизни!
   (Георгий также вспомнил, что Варенька на прощание, незаметно от Ганьки подлеца, князя Мышкина Идиота и маменьки больно пребольно ущипнула за попу!)
   Игорь Мурашко пытливо всматривался в очи Георгия, словно проверял давление на глазном дне!
   Георгий вздохнул и робко произнес, как сорокалетний физик пятидесятилетнему наставнику политику:
   - Уважаемый Игорь Мурашко, мой большой начальник!
   Вы, действительно, любите меня, то есть не меня, а мое прошлое!
   Не мое прошлое, а меня в прошлом, как Настасью Филиповну!
   Вы в одной из прошлой жизней влюбились в Настасью Филиповну бешеной любовью, как койот в курицу с жирными ляжками!
   А я имел неосторожность и беду быть тогда Настасьей Филиповной, словно у меня других забот не было в прошлых жизнях - клад бы закопал, а сейчас бы отрыл его!
   - Чтобы клад закопать, надо его иметь в прошлой жизни! - Игорь Мурашко задумчиво по инерции развил мысль Георгия, но споткнулся о свои слова, как девственица спотыкается о труп жениха: - Ой! я так и думал, что нас связывает мистическое прошлое, как масона и жидомасона!
   Но мы с вами, Георгий, физики практики, как камни в основании МГУ!
   Я вас любил на века, а в этой жизни что нам делать вместе, если я продолжаю вас любить, как тогда Настасью Филиповну, безнадежно и безответно, как Буратино Березовую Чурку!
   - Проще простого, Игорь! - Георгий посмотрел на голую официантку! Закрыл глаза от ужаса, потому что к попе официантки прилип кусочек туалетной бумаги, как обвинительный приговор! - Я вам в прошлой жизни не отдалась, как Настасья Филиповна, не отдамся и в этой жизни, как Георгий!
   А вы продолжайте меня любить безответно и жарко!
   Это так пикантно, хоть кто то меня любит крепко и искрене, без пошлостей, без требований купить новую квартиру и золотое колечко с камушком!
   Я рад, что у вас чистая, сильнейшая безкорыстная любовь, как у карася к родному пруду с пиявками!
   А я тоже так хочу полюбить, но реальную девушку, и чтобы она меня полюбила, как свежий слиток серебра!
   Но понимаю, что нереально, потому что ни молодости, ни состоятельности, ни самодостаточности с деньгами не имею, как Соловей Разбойник на суку!
   Не для меня девушки пишут объявления в 'Из рук в руки': 'Отдамся солидному щедрому господину!'
   Не для меня в метро звучат призывы:
   'Если вы молодой человек до тридцати пяти лет и...'
   У каждого взрослого человека свое счастье и своя боль, как в детском садике все горшки разные!
  
   Георгий пошел к выходу из ресторана, будто шагами оплакивал судьбу Настасьи Филиповны!
   А Игорь Мурашко одухотворился и зарыдал очищающими слезами, словно крокодил над съеденой коровой!
   Георгий позвонил домой, предупредил, что сегодня домой не придет, потому что гуляет по Москве!
   Родители всполошились, мамочка кричала в трубку, что Георгий еще молодой, что Георгия захомутает какая нибудь лимитчица, а затем отнимет квартиру в Москве, как Лиса у Петушка украла избушку!
   Георгий думал о своей жизни, повторял 'Да, Да, конечно Да!', чтобы мамочка не взволновалась, затем положил трубку, словно на ночь ушел к невесте в Египет!
   Долго бродил и ездил по Москве, искал ответы на сегодняшнее прозрение и взоры в будущее и в прошлое!
   Но новые воспоминания не приходили, хотя Георгий встречал многих людей с пытливыми взорами и чорными башмаками, как копыта у чертей!
   В одинадцать часов ночи у выхода из метро Красные Ворота к Георгию подошли два мужчины в серых польтах, как шинелях гестапо!
   Мужчины пыжились и изображали из себя секретных агентов, что оказалось правдой, потому что только мент изображает из себя милиционера, а фсбшник - фсбшника!
   Лица стерты, мысли спрятаны, от ног не воняет!
   Левый, который слева, спросил Георгия, будто ввводил каленый прут в попу:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Мы о вас знаем, а что вы нам скажете такого, что мы не знаем?
   Не скрывайте истины, потому что тайное становится явным, как каша на шляпе!
   В Москве много людей, и каждый человек знает что то!
   Георгий удивился, посмотрел на фонари - электричество течет по проводам, значит электрики живые:
   - Господа! Если я вам все скажу, то вы меня убьете, потому что я буду вам не нужен, как сдутая кукла не нужна мечтателю одиночке! - Георгий вспомнил фразу из книг и кино, как хорошую шутку клоуна Ракомдаша! Не боялся, что господа его убьют, потому что раньше, после встречи с собакой и ее хозяевами, видел себя в далеком будущем, как свин знает, что на Рождество его сожрут с гречневой кашей! - Дайте мне разобраться с собой, как Негру с тенью!
   Затем я сам вам все раскажу, что пойму или не пойму, как Филипок в кладовке у учителя Льва Толстого!
   Георгий прошел между страных незнакомцев, пошел в сторону Казанского вокзала, как айсберг по ночной улице Москвы!
   Георгий от Казанского вокзала перешел на Плешку, на площадь перед Комсомольской кольцевой и подошел к проститутке, как к виселице с повешеной лисой:
   - Девушка! Мне нужно переночевать с проституткой, но не любить ее, как животное животного!
   У меня сегодня много событий в жизни, но я еще не спал в квартире проститутки, как поэт Есенин с подругой Айсидоры Дункан!
   Сколько стоит ночь в вашей квартире, будто бы ночь любви с девушкой?
   - Тысяча рублей за ночь! - Девушка улыбнулась, но не радостно и приветливо, а отттого, что Георгий может избавить ее от долгого томительного ночного стояния под Луной на виду милиционеров и бандитов грузин! - Давай тысячу рублей и пошли, до утра, как жених и невеста будем лепить тесто!
  
   Георгий дал девушке пятьсот рублей, потому что оставшиеся пятьсот рублей обещал вернуть утром, чтобы девушка не обманула и не убежала, как трехногая быстроходная лань!
   У девушки короткие белые волосы на голове, как стожок сена в Вологде!
   У девушки худое тело и неправильные ножки, как вилы для сена!
   У девушки потрепаная курточка и отсутствие зада, как у болонки!
   Георгий с девушкой приехали на метро Кузьминки и пришли в квартиру девушки на Есенинском бульваре, словно опять посетили Есенина!
   Георгий по дороге купил еду и положил еду на стол, как вещественое доказательство:
   - Девушка! Я не буду иметь с вами секс, потому что боюсь дурных болезней, которые можно подцепить у вокзальной проститутки, как из болота в Могилеве всегда выходишь с пиявками на попе!
  
  
   Я высплюсь с вами в вашей постели, как фрезеровщик Стаханов за станком!
   Девушка проститутка обрадовалась и захохотала от счастья, как лисица, убежавшая от стаи охотников:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Наконец3то нашелся джентльмен, который не мучает меня, как резиновую грушу!
   Я высплюсь, покушаю, посмотрю телевизор, как настоящая москвичка без ограничений!
   Георгий! Ты - настоящий друг, как курд иракцу!
   Девушка проститутка Олеся чувствовала себя, как дома, поэтому ходила по квартире голая, как ощипаная курочка!
   Олеся долго пела под душем, затем села у телевизора с бубликом в руках и смотрела порнуху, как Мальчик с пальчик смотрит мультики3пультики!
   У Олеси в пупке и в сосках пирсинг - золотое колечко, как у папуасихи в животе!
   У Олеси на половой губке пирсинг - серебряное колечко, как у эскимоски!
   У Олеси волосы на половых губках выкрашены в красный, голубой и белый цвета, как славянский флаг!
   Георгий смотрел на Олесю и тайно желал Олесю, как евнух влюбился в Королеву мать!
   Олеся прижалась к Георгию голой попой, а Георгий от волнения заснул, как кошка на костре!
  
   Приснилось Георгию, что он не кошка и не на костре, а несчастный горбатый батрак Квазимодистый в яме!
   В яме червяки и сырость, как в темнице с Мао Линем!
   Георгий страдает от голода, как медведь шатун!
   Вдруг, в яму на веревочке спускается котомка, как рог изобилия!
   Георгий схватил котомку, рвал ее зубами и руками, как кастрированый кот Короля Петра Первого!
   В котомочку добрая рука положила три сушеные тараньки и две соленые селедки, словно наградила Георгия Орденом князя Игоря!
   Георгий обрадовался, захохотал от веселья, как петух на колокольне!
   А сверху на Георгия смотрело белое личико, краше которого Георгий не видел с рождения, словно утюг проглотил!
   Прелестная девушка с длиными косами, похожими на антрацитовых змей, улыбалась Георгию, как солнышко!
   Георгий зарыдал от счастья, вытирал слезы грязной рубахой, переминался с лаптя на лапоть, словно давил вино в Греции!
   (Спасительница в будущем встретится с Георгием в роли проститутки Олеси с площади трех вокзалов!)
   Георгий узнал ее, как первый букварь с непристойными картинками!
   'Девушка помогает мне в древнем седом веке, а затем в двадцать первом веке пригреет на квартире, как умирающего Зебру!
   Наконец3то, я встретил истиную любовь с пирсингом по всему телу!'
   В яме Георгий скушал соленую селедку и тараньку, захотел пить, как фламинго на водопое!
   Ждал девицу до вечера, затем следующие сутки ждал, до помутнения в очах от жажды, словно накушался селитры со складов купца Зингера!
   Девушка пришла не скоро, спустила на веревочке кувшин с водой, словно дождик пролила на землю Сахары!
   Георгий схватил драгоценую влагу, выпил залпом, на одном дыхании, как коня подковал!
   Вдруг, нестерпимая боль обожгла глотку и пищевод, словно Георгий накушался скорпионов!
   В кувшине оказалось, была не вода, будто девушка окривела на оба глаза и на две ноздри!
   Георгий корчился на дне ямы, а красавица с ужасом смотрела на страдания узника и шептала голосочком нежным и томным:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Ефратий! Что же это получилось, милый друг? Ты выпил уксус!
   Мне подсунули уксус вместо воды, а я сгубила тебя, как Царь Салтан свою дочь?
   Ефратий! Злые люди и воевода Митяй тебя завтра отправят в лес к волкам, но я спасу тебя сегодня ночью, как Светлана спасла Святомира!
   А зовут меня девица Оленька!
   Оленька красивая и добрая сбросила в яму пеньковую веревку, как отдала швартовые на крейсере 'Аврора'!
   Георгий с разинутой обоженой красной пастью, с выпучеными лиловыми очами, полез по веревке верх, из ямы, как по лиане на небо!
   Георгий поднимался и благодарил добрую девушку, которая не испугалась наказания, помогла несчастному смертному в темнице!
   Накормила, напоила и теперь, выручала из беды, как скатерть самобранка!
  
   Георгий сделал последнее неимоверное усилие, подтянулся на крепких жилистых руках, выполз из ямы, как крот из петли на лисицу!
   Собирался припасть к ногам спасительницы Оленьки, благодарить ее, обещать все земные блага, как жених невесте!
   И... увидел воеводу Митяя и его холопов с белыми и красными рожами, как заморские шелковые платки!
   Воевода Митяй и холопы хохотали над Георгием, как бесы в лепрозории!
   Но страшнее и ужаснее всех хохотала Оленька красавица, а косы ее, как змеи, словно бы шипели!
   Оленька шикарная от смеха согнулась пополам, будто от рези в животе:
   - Воевода Митяй! Любимый мой! Я умно придумала и дала смерду соленой рыбки, а затем уксуса вместо воды! Потеха!
   Затем Георгий сам выполз из ямы навстречу своей смерти, как червяк на рыбалку собрался!
   А ты говорил, что Георгия надо будет долго выковыривать из узилища, но он сам пришел к своей смерти, как придурок из Белых Столбов!
   ХА3ХА3ХА! ГЫ3ГЫ3ГЫ!
   Георгий встрепенулся серой птицей, но волком не обернулся, потому что не умел, отттого, что не волхв:
   'Все подстроено, как в казематах Московии!
   Оленька шикарная, предала меня, как подонка!
   Можно ли обижать узника? Хорошо ли это?
   Но для девок нет совести и чести, только любовь и ненависть, как у животных из книги монаха Бертольдца!
   Но не я судья для Оленьки, потому что слишком мал!
   Меня предала девушка с огромными грудями!'
   Георгий проснулся от острой боли в сердце, а проститутки Олеся рядом в кровати нет, словно с балкона упала, заглядевшись на Демонстрацию трудящихся!
   За окном серело утро, как утро стрелецкой казни!
   Георгий услышал, что Оленька красавица тихо с кем3то разговаривает на кухне, за закрытыми дверями, как тать в ночи, и подумал:
   'Если предала в прошлой жизни, то предаст и в этой, но еще более изощреней!
   Почему зло путешествует через века, а добро гибнет под гнетом забот, как прошение забывается под горой бумаги!
   Зачем делать плохо, если можно ничто не делать?'
   Георгий осторожно, безшумно подошел к двери на кухню и прислушался к разговору, словно слушал весенюю капель!
   Оленька говорила в телефон, словно дула в саксофон:
   - Артурчик, милый! Приезжай, ко мне, ненаглядный! Я приготовила для тебя лоха, как вкусное блюдо для царя Гороха!
   Что? Я плохо разбираю твой акцент, как недостойная жрица целует каблуки достойной жрицы...
   Мне учить грузинский? Конечно, зайка, выучу хоть абхазский ради тебя!
   Не ругайся, солнышко!
   Он спит, даже сексом со мной не занялся, брезгует, как доктор Столетов!
   Ты ему морду набей и деньги отними, как революционер у капиталиста Крупа!
   Да Георгий дурак и глуп, как пробочный завод, еще спасибо тебе скажет за науку, как кот ученый у дуба!
   Дорогой Артурчик, Арчи! Конечно, я ревную тебя к твоей жене Мамуке, как кошка ревнует собаку к хозяину!
   Но я твоя целиком - делай со мной что хочешь, а я тебе еще денег дам впридачу, как сокровищ Чорного Моря насыплю!
   ХА3ХА3ХА! ГЫ3ГЫ3ГЫ!
   Обожаю тебя, потому что ты иностранец и смугленький, как копченый!
   Но я ненавижу своих белокожих соотечествеников, как не люблю белых медведей!
  
   Георгий вернулся в комнату, быстро оделся, как на пожар!
   Пошел к входной двери, будто в открытый космос выходил голый!
   Обнаженая сверкающая Олеся встретила Георгия в коридоре, как минерша:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Почему так быстро уходишь, словно я тебе не понравилась, будто трясогузка в постели!
   Посиди со мной еще два часика, выпей кофе с коньяком и клофелином!
   ХА3ХА3ХА! ГЫ3ГЫ3ГЫ!
   Разве я не похожа на брилиант в сиксилион карат, чтобы ты мной подольше любовался?
   Оленька шикарная выгодно выставляла себя напоказ: выгибала спинку, играла ножками, прыгала, как гимнастка на гимнастке!
   Но Георгий ответил с вековой печалью, как тысячелетний спиленый дуб:
   - Оленька? Олеся фешенебельная! Ты была для меня очень красивая до твоего разговора с копченым Артуром, словно бык корову языком слизал!
   Я не полюблю девушку, которая предавала меня в прошлой жизни, предала сегодня и, возможно, предаст в будущих веках!
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты подслушивал? Нехороший мальчик! Фи, как неприлично, как в носу пальцем!
   Кстати, уходишь, а не украл ли что3нибудь у меня, как больной Принц унес из госпиталя свою отрезаную ногу!
   - У тебя уже нечего красть, красивая Олеся!
   Все самое ценое у тебя выкрали до свадьбы, нечестная!
   Как мужу в очи посмотришь? словно барану перед Рахат Куйран Бараном!
   Олеся молча отошла от двери, словно она замок, и замочная скважина!
   Георгий вышел на пустыную улицу, сел на скамейку, как гриб опенок на трухлявое дерево!
   Ничему не удивлялся, ни о чем не жалел, но ничему и не радовался, словно купил титановое сердце!
   И снова в воспоминаниях возникла картина, хотя никого из людей нет рядом, как ночью в сгоревшем морге города Кизил Орда!
   Георгий летит в нешироком Космическом военом корабле, как в консервной банке с оружием!
   На Космолете двое - Георгий и второй пилот Иван Буденый с плазменым излучателем на кобуре и фотоной гранатой на поясе!
   У Ивана Буденого щегольские усы до груди, как морская капуста!
   У Ивана Буденого борода до пупка, как щит из волос кентавра!
   У Ивана Буденого милое женственое личико под порослью, как орех в скорлупе!
  
   Иван Буденый положил узкую белую ладошку на рукоятку анигилятора плазменого поля, как сосиську трогал!
   Георгий вспомнил дом, матушку у золотого корыта, свинью на водопое на Марсе!
   Вдруг, термоядерная пуля ударила в обшивку космолета, словно горохом о лоб белки!
   -Тревога! Враги Атакауют! Карамба! Атас! Свистать всех наверх!
   Нападение инопланетных синих медуз Изуверцев, будто чан с помоями на голову!
   Георгий ошалел от страха, но стрелял уверено, будто закрытыми глазами на полигоне в Семипалатинске!
   Нажимал на рычажки, дергал за гашетки, стучал серебристым ботинком с магнитной подошвой по мониторам, словно чечетку отбивал!
   Но ничто не помогло, как падающему бомбардировщику!
   Мерзкие зеленые твари со щупальцами, как волосы Горгоны Медузы, проникли на Космолет через щели в полу!
   Как они пробились через гравитационую защиту? Недоросли!
   Георгий видел, как храбро сражался Иван Буденый, будто умирал в очередной раз!
   Георгий открыл рот, но получил сильнейший удар по затылку чем3то тяжелым, наверно, Космическим кирпичом!
   Очнулся Георгий через пять минут и обнаружил себя под столом, как обглоданую кость!
   Из3под сапфирового стола увидел, что на кушетке сидит Иван Буденый, но не один, а в обнимку с мерзким зеленым слизнем медузой Изуверцем!
   Иван Буденый жарко целуется взасос во все рты Изуверца, обнимает его за скользкую талию и хохочет, будто пером в нос ущекочет:
   - Мон ами, мой инопланетный дружок Жижажопавыделитель!
   Я люблю тебя, как Ромеий Джульетию!
   Выходи за меня замуж или бери меня замуж, потому что я не мужик, а девушка с бородой и усами, как Царевна лягушка!
   Я ненавижу землян, а обожаю инопланетников, потому что вы красивые, добрые и богатые, как хозяева медной горы!
   Жижажопавыделитель ненаглядный! на ужин я приготовлю вам жаркое из капитана Георгия, отвратительного мужчины, хуже которого только асенизаторская машина!
   Георгий вытащил из гульфика нуклоновую гранату, как подарок к Старому Году!
   Прежде чем выдернул чеку, понял, что Иван Буденый в прошлом был проституткой Олесей, а еще раньше - любовницей воеводы Митяя Оленькой!
   Если жизнь путает, то зачем это Жизни надо?
  
   Георгий шел по утреней Москве к метро, катился, как колобок в коньяке!
   'Сегодня заберу печку из токарного цеха, из рук цепкого потребителя денатурата дяди Васи!
   Затем отчитаюсь перед Бабарицким по научной деятельности, словно сынок перед маменькой миллиардершей!
   У науки нет ни прошлого ни будущего, потому что наука была и будет, а мы просто ее узнаем и познаем, как место на кладбище Новодевичьего монастыря!'
   Около урны к Георгию подошел помятый грязный дедушка и попросил голосом кастрированого баритона Большого Театра:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Угости меня пивом, а я тебе скажу истину, как молодому и зеленому побегу!
   Пиво стимулирует мозг, словно вакса очищает сапоги!
   Я ненавижу пиво, но обязан его пить, потому что на халяву!
   Георгий угостил дедушку пивом, а дедушка радостно лакал и плакал от счастья, как милиционер, который застрелил Президента:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я родился бедным и умираю бедным, поэтому счастлив, словно сойка в свинарнике!
   У бедных нет ответствености, а только радость впереди, как льды для ледокола 'Арктика'!
   Богатые волнуются, платят налоги, собирают справки, а я пью пиво, люблю молодых девушек, как Таракан3тараканище!
   А ведь когда3то...
   Георгий смотрел на старичка и видел это КОГДА3ТО...
   Георгий в полосатых штанишках и тельняшечке стоит на коленях в углу на горохе, а вальяжный мужчина с усиками и бородкой а3ля Луи Филип картавым голоском по3французски ругает Георгия:
   - Мон шер, Поль!
   (Далее перевод с французского на Русский Федеративный!)
   Вы, мой сын, вели себя дурно, побежали с крестьянскими детьми на речку, как простой конюх Ферфлюхтер!
   Поль, вы же благородный граф, мон ами!
   У папеньки усы с воском смотрят ввверх, как у взволнованого лося!
   У папеньки кружевной воротник обхватывает шею, как куст диких роз!
   У папеньки белые обтягивающие панталоны и туфельки на высоких каблучках, словно у барышни!
   Георгий Поль смотрит на папеньку и пучит глаза от удивления, как кот, когда гадит на солому!
   'Мой папенька граф? А в будущем он станетнищим, но Московским нищим?
   ОЛЯ3ЛЯ! что3то не сходится, но приятно, как3будто имбирный пряник скушал!'
  
   Георгий вышел из воспоминаний, как из трясины вычмокнулся!
   Обнял старого пропойцу, всхлипнул, зарыдал:
   - Папенька! мой непонятный папенька, потому что другой папенька меня дома ждет, как закат восхода!
   Я не брошу вас, а вы не покидайте меня, мон шер!
   Пьяница в ответ ударил Георгия пустой, потому что пиво высосано, как насосом, бутылкой по научной голове!
   Георгий сел на асфальт и отдыхает, как каторжник после двадцати лет рудников!
   Старик убежал, вилял жирным задом, непонятным для пожилого пьяницы, как у оленя выросло бы вымя!
   Георгий огорчался, а к Георгию подошли два серых мужчины, которые безпокоили его вчера около метро Красные Ворота, словно два гриба поганки!
   - Парень! Ничто вы не знаете о жизни! Почему вы обнимали нищего пьяницу и рыдали у него на плече, как корова плачет по прошлому лету?
   Вы можете добавить новые знания к нашим знаниям, как каплю молока в полный кувшин с вином?
   Что происходит, почему вы ночевали не дома, как хомяк с полосками!
   За всю прошлую жизнь вы ни разу не ночевали вне дома, потому что увлеченый физик, но бездарный, как песок в аквариуме Московского зоопарка!
   Георгий засмеялся, поднялся с грязи, посмотрел в цинковые глаза двух агентов:
   - Господа! Что вы знаете о прошлой жизни? почтеные с волосами в ноздрях!
   Случайно, нет среди вас Артура, Арчи? которого так горячо и страстно любит Олеся проститутка с трех вокзалов!
   А не ночевал я дома, потому что узнал, что я граф, как Шереметьев и другие графья!
   И эта мысль меня греет в луже и под серым небом, похожим на оловяную кастрюлю в Коктебеле!
   Агенты поклонились Георгию, будто Принцу крови Абдурахману:
   - Благодарим, Георгий, за помощь органам!
   Вы нам помогли, словно три воза золота сдали в казну Министерства Сраных Дел!
   Артур, Олеся проститутка, граф - звенья одной цепи!
   Агенты фсб ушли в туман, а Георгий поехал на вокзал за дешевым кофе и гамбургером, потому что до работы много времени, как волос на теле цыганки!
   Георгий доехал до вокзала, но передумал и поехал на Чистые Пруды в Макдональдс, потому что зарплата инженера3физика в Москве позволяет позавтракать в Макдональдсе, как зарплата юриста дает возможность каждое утро летать на завтрак в Австралию!
   Георгий купил два гамбургера, стандартный шоколадный коктейль, словно праздновал день рождения Папуасов Новой Гвинеи!
   В голове пусто, отчего приятно, потому что мысли часто мешают, как старые почтовые марки под ногами!
   Георгий смотрел на раних смятых девушек, но свежих, как воздушные шарики!
   И засмеялся своим мыслям, словно выучил наизусть пособие по юмору чукчей:
   'Молодые люди подобны возлушным шарам!
   Сколько молодого ни мять, он, как шар востановит упругую форму!
   А старички и пожилые - сдутые воздушные шарики!
   Как ни надуваются, как ни натягивают в одном месте, но в другом морщин и помятостей еще больше, как вмятин на саксофоне после падения под поезд!
   А я в сорок один год - ближе к молодости или к старости?
   Пенсионеры полагают, что я молодой, а молодежь записала меня в старики, как пионеров в гитлерюгенд, молодую гвардию Гитлера!'
  
   Георгий откусил от гамбургера, посмотрел на ущербный кусочек мяса в булке и увидел... и увидел его (мяса) далекое прошлое...
   Предок той коровы, которую Георгий кушал здесь и сейчас в Макдональдсе, запряжен в деревяный плуг, как-будто тащит за собой землю!
   Тощая корова в пятнах с каждым шагом умирает, но идет вперед до конца поля, чтобы там развернуться и идти с плугом обратно, повторяя законы жизнединамики!
   За коровой ползет страное ободраное существо неизвестного пола, как комок кожи с костями!
   Существо с длиными волосами, как седой камыш!
   Угнетено непосильной работой, будто три года и три дня носило на плечах купчиху из Мытищ!
   Георгий обнаружил, что это он тащится за плугом, а жизнь потеряла звуки и краски, словно ее стерли огромным ластиком!
   Георгий ничто не видел, кроме комьев земли, твердых, глинистых, наглых, подобно мордам чудищ с ярмарки в Сезенево!
   Дошли до конца поля, но Георгий не пошел дальше, а упал на траву, чем безмерно удивил корову, которая собиралась сдохнуть от усталости во время очередной борозды!
   Георгий лежал на зеленой траве, но не настолько зеленой, как на лубочных картинках, а зеленой, как зубы у дьяка!
   В небольшом холодном озере плескались голые девки и бабы, как белые стога хлеба!
   Георгий смотрел на девок и баб без прежнего интереса, как на несъедобных гарпий!
   Голые красавицы вызывали только гастрономический интерес!
   Девки и бабы видели наблюдающего Георгия, но не обращали на него внимания, как на потухший костер!
   Неждано3негадано, Георгий взбунтовался, гикнул, крикнул, побежал к озеру, вбежал в воду и начал нагло щупать и хватать мокрые илистые тела, похожие на свечки!
   Женщины оценили подвиг Георгия, завизжали неистово, словно Георгий у каждой украл по три чести!
   Били Георгия кулаками и корягами по хребту, закрывали прелести, хохотали и таскали Георгия за волосы, как за якорные канаты!
   Георгий выполз на берег довольный и счастливый, как помолодевший Бахус!
   Но, вдруг, на берегу корова буренка со злости, или отттого, что сошла с ума резко боднула Георгия в живот, будто стену пробивала!
   Из брюха Георгия полезли синие кишки, словно каторжники выбежали на свободу!
   Георгий взвыл и очнулся; злобно терзал зубами гамбургер, мстил за прошлые безчестья от коровы!
   Откусил от душистой булочки и снова провалился в воспоминания, словно в булке микрокомпьютер!
   И снова, словно удар током по мозгам, как на скотобойне имени Луначарского!
  
   Георгий увидел прошлую жизнь, как в порнофильме про Снегурочку!
   Георгий на карачках ползет по ржи, падает носом в жесткую землю, натыкается глазами и лицом на жесткие стебельки, похожие на пики злых гномов!
   Кто3то сильный, с ленивым голосом, смазаным сметаной крепко держит Георгия за шею, как пса:
   - Комуняка! Хотел наш хлеб - жри, паскуда!
   Не сеял, не жал, а за хлебом приехал, словно для тебя растили, мордоворот!
   Московских жидов будешь кормить, а они тебе за усердие девок самых лучших дадут, наших дочерей?
   Георгий оправдывался, но трудно, когда рот полон соломы и земли, словно Георгий птичка и собирал соломинки и глину для нового гнездышка!
   Зерна, прародители тех зерен, которые в булке гамбургера заочно мстили Георгию за то, что он скушает их в двадцать первом веке, словно полиглот глотает слова!
   Георгий почувствовал на шее холод казацкой шашки и вернулся в Макдональдс, как на ковре3вертолете!
   'Если к моим воспоминаниям подключились неодушевленые предметы: коровы и хлеба, то я скоро сойду с ума, как Достоевский с молодой женой негритянкой!
   Нет! Я бы сошел с ума, если бы родился эмоциональным, глубоким человеком, как Марианская щель!
   Но я физик простак, поэтому спокойно реагирую на любые страности, как первый летчик Зимбабве столкнулся с первым летчиком Якутии!
   Пусть унитазы, железо, дерево, платья напоминают мне о прошлом и о будущем, как полковое знамя напоминает об отступлении!
   Я схожу в ювелирный магазин, подержу в руках золото и брилианты, возможно, вспомню прошлое или будущее, как книга плачет о тех временах, когда она росла деревом!'
   Георгий вышел из Макдональдса, подошел к светофору, как Тарас Бульба дошел до Днепра!
   Машины медлено двигались в пробке, будто застоявшиеся кони с застужеными кишками!
   Около Георгия остановилась дорогая спортивная красная машина, похожая на освежеваную приплюснутую рысь!
   Водительница автомобиля, красавица с нежным взором от скуки посмотрела на Георгия, серого и коричневого в Московском утре, похожем на кляксу!
   Девушка глядела на Георгия чуть дольше, чем требовало простое любопытство, как банщик в бане!
   У девушки на голове платочек, потому что владелицы дорогих машин всегда в платочках, как матрешки!
   У девушки ухоженое лицо, потому что за лицом красавицы следят специальные визажисты педики!
   У девушки далекая грусть в очах, как у королевского жирафа с сердцем в одинадцать килограмов!
  
   Георгий узнал ЭТУ грусть, похожую на туман и сказку!
   Девушка как бы говорила через мир стекла, отделяющий богатую от бедного:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! я тебе понравилась, потому что не могу не нравится, отттого, что я красивая богатая молодая умная, как Баба Яга в молодости!
   А может быть, мы созданы друг для друга, но душой и телом, а не нашими материальными благами и положением в обществе!
   Если бы ты был побогаче, то мы бы встречались с тобой, и, возможно, поженились бы, как Эдит и Пиаф в саркофаге в Египте!
   Если бы я была бедная, как ты, то мы бы тоже поженились, как братья Гримм!
   Но разрыв между нами велик, как между покупкой и продажей акций Интерурал на Московской Межбанковской Валютной бирже!
   Машина с прелестницей покатила дальше, в сторону жульнического Лукойла, а Георгий загрустил, как акционеры Лукойла!
   Но, неожидано, разозлился на себя, как лиса на прищемленый капканом хвост:
   'Богатые, бедные! Я теперь понимаю Ленина, как своего друга!
   Девки - глупы, как акции Интерурала!
   Не подходим друг другу по деньгам, фифочка!
   Долой капиталистов монополистов империалистов!
   Я шесть лет учился в тяжелейшем Инженерно3физическом институте, как обезьяна десять лет изучает юриспруденцию!
  
   От злости Георгий набычился, напряг шею и увидел себя и эту девушку в прошлых годах, как зеркальном озере Байкал!
   Личико девушки не изменилось за века, тот же туман в очах, та же жалость к себе и Судьбе, что не повенчала с Георгием!
   Красавица смотрела в окошко кареты, а Георгий морозил мошонку на кауром жеребце, словно готовил ледяную яичницу из своих яиц!
   И опять девушка, как бы говорила, но молча и нежно, как улитка из сада Цветов в Хиросиме:
   - Крестьянский сын, Иван! Ах, почему вы мне не пара, как две вишни в одной корзиночке!
   Вы батрак, а я - благородная графиня Шереметьева и Жемчугова, как две спички в коробке!
   Была бы я девушкой крестьянкой, то мы бы обвенчались и скакали бы голые по лугам и полям, как луговые чижи!
   Если бы вы были графом, то мы бы возлежали бы на ста перинах, как муж и жена и беседовали бы на умные темы про музыку и Моцарта!
   Но, Ой, беда, слишком огромно растояние между красавицей графиней и грязным статным мужланом, похожим на баклажан!
   Георгий вышел из воспоминаний и снова обозлился, как кот на горячей сковороде:
   - Помешалась красавица на графстве, словно тухлого кваса с редькой выпила в благородном собрании!
   Но я тоже граф был когда3то или еще буду в прошлом, не разобрался в веках!
   Впрочем эта первая девушка за много веков, которая на меня смотрела благосклоно, но молча, как певица с вырваным языком!
   Георгий задумчиво перешел дорогу, спустился в метро, доехал до Лубянки, зашел в Детский Мир, в отдел драгоценостей, как в мир Железных дровосеков!
   Сначала смотрел на девушку продавщицу, ждал воспоминаний, но не дождался, как соловей лета!
   Затем выбирал из витрины изделия подороже, будто белые грибы среди мухоморов!
   - Девушка, красавица! Покажите мне пожалуйста перстенек за сто пятьдесят тысяч, с брилиантиком в пол карата, как осколок пенсне3с Ломоносова!
   Нет! Не тот бутафорский перстенек из латуни с цирконием, а золотой с брилиантом, как для падишаха!
   Девушка продавщица оценивала Георгия по выражению лица и по стоимости одежды, как карася рыбак оценивает по чешуе!
   Разочаровалась и сказала с акцентом дочери прачки из города Вологда
   - А зачем на него смотреть3то? Если хотите покупать, то платите деньги, как за дорогую женщину!
   А празднолюбопытных мы не удовлетворяем, словно чистильщиков крыш!
   Вам же не на кого мерять перстень, не на себя же? Вы что? Педик гей?
  
   - Госпожа продавщица из Вологды! - Георгий смотрел в ясные, увереные в завтрашней теплой погоде, очи прелестницы! Стучал пальцем по стеклу витрины, будто искал подходящие ноты для реквиема! Слушал шум воплей в отделе игрушек, как3будто ребенка кастрировали! - К сожалению, мы не в сша, где по одежде людей не оценивают, как крабов по клешням!
   Но, я примерю колечко в руках, словно в городе Тамбов висельник примеряет петлю на шею!
   Если мужчина смотрит на вас, и примерят вас для своей кровати вы же не возмущаетесь, словно у вас титановый лифчик украли!
   Девушка фыркнула, как рабыня из ада, но оставалась красивой и свежей, как кочерыжка на снегу!
   Достала кольцо и протянула Георгию, как обручальное в ЗАГсе!
   У девушки тонкое личико без правого глаза, как у адмирала Нахимова!
   У девушки на левой щечке татуировка розочка, как у путаны за десять тысяч доларов за ночь!
   У девушки мягкие волосы и мягкие очи, как подушки с волосами енота!
   Георгий положил кольцо на ладонь и вспомнил, как собака вспоминает первую брачную ночь с лошаком!
   В короткий миг перехода Георгий обрадовался сильнейшей радостью, словно проглотил пуд шоколада:
   'Я вернусь в прошлое и узнаю, где зарыт клад с драгоценостями, как Золотую рыбку поймал!
   Счастье повернуло ко мне голову, но и попа у счастья тоже неплохая, как у продавщицы из ювелирного отдела Детского Мира!'
   Георгий увидел себя в теле жирного мужчины с отвисшими щеками сибирского скопца Ивана Поцелуева!
   У Георгия на голове прозрачный аквариум с кислородным балоном!
   У Георгия на теле космический скафандр, как у водолаза с Юпитера!
   У Георгия в руках ручка от тележки, как у старшего конюха Геракла!
   Георгий тащит за собой тележку, а в тележке сундук, набитый золотом и брильянтами, пудов на десять, словно Георгий украл казну Галактического Принца Коневодия!
   Георгий плюется в скафандре, но весел и бодр, как три Солнышка на небе!
   Под ногами страный песок, словно живой, пищит при каждом шаге и стонет, будто придавленая куртизанка!
   Георгий дошел до скалы, встал в тенечке, достал из кармана скафандра ядреный электробур вибратор, как для забавы девушек!
   Воткнул бур в каменую глину и засмеялся смехом счастливого богача:
   'Ойлега же меня просо пичугинцы!
   Инда афтерегоза здеся схороню богатства я или какие!
   Поелику воеже сумтятешася ан буерак посля!'
   Земля рыдала и плакала от боли, когда бур разрывал ее кожу, как врач проктолог!
   Наконец двухметровая яма готова, как могила для денег!
   Георгий швырнул сундук в утробу Планеты и снова захохотал, как беременый гипопотам на Венере:
   - Инда схвал добрецо жамко вельми паче!
   Ан ендова ладило бы ее на осину!
   Балахзна с приплясами!'
   Георгий закопал сокровища, как в холерном бараке проглотил последнюю таблетку с хиной!
   Пошел обратно по своим следам в сторону зеленых скал!
  
   Другой, будущий Георгий очнулся в Москве, в детском Мире и выругался, словно проглотил помойное ведро с ушами негра!
   Отдал кольцо продавщице, будто избавлялся от гнилого зуба!
   - Красавица! Вы правы, потому что кольцо не принесло мне ни счастья, ни понимания, а только разозлило меня, как бездарный художник вместо голой натурщицы нарисовал чорную щель!
   Никогда не верь в хорошее, если ты инженер3физик без собственого помещения и дохода в сто рупий в день!
   Вы, представляете, девушка прелестница!
   Я даже не знаю названия Планеты на которой зарыл клад в будущем, как собака зарывает кость, а потом забывает, потому что старческая слабоумная собаченция!
   И говорил мой потомок на идиотском языке, древнерусском, но в далеком будущем!
   А, может быть, в далеком прошлом? Когда люди прилетели на землю из Космоса, а не родились от обезьян и от Дарвина?
   Нет, в будущем, иначе пусть Детмировские крысы укусят меня за попу!
   (Но крысы не появились, и Георгий успокоился!)
   Даже, если бы я знал место и Планету, где зарыт клад, то толку3то для меня сегодняшнего?
   Оставил бы записку для потомка, как капитан Грей пригласил на ужин не невесту, а жениха невесты!
   А мой потомок сам знает, где зарыт клад, потому что сам его зарыл, как Иван Грозный закопал своего сына на поле Дураков, чтобы родились пять сыновей, вылезли бы из земли!
   Георгий сказал и испугался, что девушка позовет милицию или охрану, потому что подумает, что Георгий сумасшедший, как Гоголь в Берлине!
   Но девушка думала о девичьем, потому что девушка!
   Она смотрела на Георгия с жалостью и презрением, как богатая трехногая тетя гладит бездомную кошку:
   - Парень! Ничто вы не знаете о жизни! Я не поняла, что вы говорили, как на другом языке!
   Но, очевидно, что старались мне понравиться, кадрили меня, клеили, как болонку!
   Потому что вы сексуально озабочены и у вас нет девушки, как у несостоявшегося джентльмена!
   Я не выйду за вас замуж, потому что я встречаюсь с отличным и умным парнем Артуром Шалвовичем!
   Он работает в милиции участковым, потому что участковым дают квартиры в Москве и прописывают в Москве, как домохозяек!
  
   Георгий услышал про участкового, вспомнил, как убил участкового милиционера Артура Шалвовича, словно на соломеном тренажере тренировался убивать!
   Георгий застыдился, что лишил девушку надежды и веры в будущее, как отменил Парижское востание!
   Но может быть, убитый Артур Шалвович другой Артур Шалвович, потому что в Москве много участковых милиционеров Арутров Шалвовичей!
   Георгий вышел из Детского Мира и убедился, что судьба не помогает ему ни в прошлом, ни в будущем, словно дразнит, как пьяница издевается над собакой своей сосиськой!
   Георгий пошел к метро, а на выходе из Детского мира играл на скрипке бедный старый облезлый музыкант, похожий на унитаз!
   Георгий пожалел работника искуства, положил в футляр скрипки десять рублей, как от сердца Красавицы оторвал!
   Музыкант обрадовался, закашлялся от страха, но посмотрел на Георгия и проблевался, как чахоточный блудник из дома терпимости на Можайском шосе!
   Георгий прошел три шага, а скрипач дерматолог догнал Георгия и ударил Георгия скрипкой по спине, словно барабаной палочкой в бубен!
   Георгий побежал от сумасшедшего скрипача, как от стаи диких шмелей!
   Скрипач бежал за Георгием, колотил Георгия скрипкой по чреслам и вопил, словно Георгий скушал его жену:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты подсыпал Моцарту толченого стекла в суп во время оргии со Страдивари!
   Ты - убийца, Георгий!
   Господа, посмотрите на этого безчестного человека, которого я колочу скрипкой по злому телу, словно выбиваю из Георгия злых духов!
   На Георгия смотрели пузатые иностранцы из гостиницы 'Савой', словно пришли на концерт Джани Чиполины!
   На Георгия осуждающе глядели работницы кафе 'Шоколадница', будто девушкам шоколада мало для животиков!
   На Георгия плевали уличные старушки, которые продают квашеную капусту по сто рублей за килограм!
   Георгий добежал до музыкального магазина, а на противоположной стороне улицы еще один музыкальный магазин, словно сын родился у старого магазина!
   Скрипач провалился в открытый люк канализации и булькал из темноты, как рыба сом!
   Георгий взволновался, пошел в сторону Большого Театра, будто не в театр, а в тюрьму:
   'Я не убивал Моцарта - поклеп и обман господ и дам, как заяц надел соболью шкуру!
   Моцарт - слишком малая величина, чтобы я на него тратил время, как на рубление капусты на засолку!
   Я не потрачу жизнь на разбирательства с Моцартами и Паганимнями!
   Я - урожденый граф, как лев - царь зверей!'
  
   Георгий задумался и чуть не попал под машину Ферари с пожилой, но красивой женщиной за золотым рулем, словно за рычагами экскаватора на демонтаже гостиницы 'Россия'!
   Женщина колесами обрызгала Георгия грязью и небрежно презрительно закричала:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты - идиот!
   У женщины в ушах золото и брилианты, как сосиськи у сосисочника!
   У женщины на руках платина и брилианты, как виноград у винодела Ришелье!
   У женщины испуг в голубых очах, как во время кораблекрушения в Бордо!
   Георгий узнал женщину и закричал вслед, как гудок паровоза вслед гудку парохода:
   - Вы моя прапрамама, скотница!
   Ах! Зачем я вас встретил, словно спину сломал на стройке века!
   Мои слабые надежды и мечты рухнули, подобно инвалиду на глиняных ногах!
   Георгий увидел себя совсем маленьким, новорожденым, с голой попой и пузырями во рту, словно маменька поила не материнским молоком, а денатуратом!
   На сеновале, где маменька родила Георгия в прошлом тепло и сыро, как во вчерашней бане!
   Маменька - красивая статная девушка крестьянка с наливными грудями и чистым, светлым лицом, похожим на кувшин с серебряной водой!
   У маменьки изящная головка, как одуванчик!
   У маменьки бедра, как плакучие ивы!
   У маменьки томность в голосе и шарм в движениях, как у ста принцес!
   Маменька целовала Георгия и шептала счастливым голосом, похожим на шелест опавших листьев:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Сидор! Я нареку тебя Сидором в честь котомки для нищих, потому что ты бедный, малыш!
   Твой отец граф, но он тебя не признает, потому что балда и дурак, как пустая дубовая бочка из3под коровьих мозгов!
   Затем изящная маменька акуратно, любя, завернула Георгия в теплый коровий мех, как в мох положила якута!
   Понесла ночью, в темноте, ребеночка к светлым огням барской усадьбы, как в пылающий огонь!
   Спрятала Георгия под объемный сарафан, распушила кожушок, чтобы не видно бугра, как накрыла масхалатом танк!
   Новорожденный Георгий молчал, понимал важность момента, как взломщик сейфов молчит в сейфе!
   Маменька проскользнула в темную горницу, прошла мимо спящей девочки сиделки, достала из люльки тонкого худого, как крысеныш, сыночка графа!
   Сняла с него одежки, надела одежки на своего сыночка Сидора и положила Сидора (Георгия в будущем) в люлечку, как подменого деточку!
   Поцеловала Сидора на прощание в узкий лобик, похожий на полоску стали:
   - Вот, теперь ты, Сидор, граф урожденый!
   Радуйся и цени, но помни, что на самом деле ты - крестьянский сын, как бык!
   Может быть, встретимся в другой жизни, любимый, крестьянин навозник!
  
   Маменька вяла под одежду графского сыночка, а он начал визжать под сарафаном, словно его кастрировали!
   Маменька от испуга сильно зажала ребеночку ротик и выбежала с графским сыночком из дома, как мышка в казначействе Центробанка!
   - Пусть граф растит Сидора, а я взращу аристократического сыночка, как репку!
   А мой Сидор будет счастлив в роли графа, словно выиграл на ярмарке табун скакунов из прерий!
   Но, когда3нибудь тайное станет явным!
   Маменька удивилась, что графский худой сыночек больше не плачет, словно мацу скушал с рыбой пилой!
   Но с ужасом поняла, что нечаяно, когда зажимала орущий вопящий сопливый рот младенца, задушила его, как каменого Идола с острова Пасхи!
   Граф умер! Да здравствует, Сидор, крестьянский сын!
   Георгий вышел из воспоминаний и ужаснулся, потому что он не настоящий граф, а поддельный, как сусальное золото!
   Пошел к фонтану около Большого Театра и присел на скамейку, будто приклееный клеем 'Момент'!
   Раздумывал, волновался за свою судьбу прошлую и будущую:
   'Я даже заинтересовался своими мыслями и воспоминаниями о других своих жизнях, как в безплатный цирк хожу!
   Попробую узнавать о жизни замечательных и знаменитых людей нашей эпохи, как в Церковный календарь попаду!
   Например, про нашего Президента в прошлом и будущем, как про Соломеного бычка!
   Продолжается ли род Великих людей, или затухает, как бенгальский огонь в подземной речке Неглинке!
   Но память моя избирательная, а знаменитые люди для меня недоступны, как сокровища Оружейной палаты!
   Воспользуюсь тем, что есть, потому что физик и обязан сдать сегодня печку, как раб Мабука сдает корзину хлопка хозяину Абраму Линкольну!
   Кстати, почему все мои воспоминания связаны с унижением меня, как дохлой собаки?
   Неужели, вся моя жизнь до и после сейчас связана с побоями и предательством меня, как кошка предает своих утопленных котят!'
   Георгий огорчился за свою жизнь, а к Георгию подошел парень гомосексуалист в розовых панталонах и в синих перчатках, как француз:
   У парня худое лицо, словно за щеками наркотики! У парня серьга в носу, как у дородного фермера из Аризоны!
   У парня на голове железная шапочка, как у Усть-Илимского барина!
  
   Парень погладил коленку Георгия и произнес проникновеным голосочком, от которого открываются чугуные двери Мавзолея Ленина:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Не волнуйся! Все будет хорошо!
   Ты веришь? Все еще будет!
   И южный ветер подует, и парус твой качнееееееетттттсссяяя!
   Георгий едва не заплакал от умиления, как енот3полсокун, но увидел парня в прошлом, как золотое яблочко катал на серебряном блюдечке!
   На базарной площади лужи, как озера!
   Грязь перемешана с конским навозом, как гречневая каша с мясом на столе старосты!
   Георгий привязан к бревну, как к козлу!
   Тело Георгия оголено, словно со свиньи кожу содрали!
   На морозе от спины идет пар, как из прорваной канализации в Рязани!
   Рядом с Георгием на таких же козлах лежит диковиный парень, похожий на девку!
   У парня тонкое белое лицо, как чищеная репа!
   У парня косичка, как у бабы!
   У парня вокруг глаз углем подведено, как у чорта!
   Парень тоже оголен, но не как свинья, а как чищеный лук!
   Базарный народ лениво плюет на парня семечки, но на Георгия не плюет, потому что уважает Георгия, как вора!
   Георгий лениво спрашивает парня, потому что боится наказания, а словами отгоняет трусливые мысли, как пескарей от умирающей щуки:
   - Тебя3то за что кнутом наказывают, балахна!
   Не похож ты на преступника, как я на балясника!
   Али боярскую дочку учил на пианинах бряцать и нечаяно дефлорировал, аки сучку позаборную? ГЫ3ГЫ3ГЫ!
   Юноша отвечал тонким голосом, будто во рту держал манок на утку:
   -Ах! Благородный вор, который попал под кнут из3за украденого медного пятака!
   Вы почти угадали, но с противоположным смыслом, словно быка подоили!
   Ан секут меня не за то, что обезчестил боярскую дочку, а потому что не захотел ее чести лишать!
   Я поведаю вам историю своего возвышения, как на гору Эльбрус!
   Папенька и маменька Голицыны отослали меня в Курляндию изучать музыцирования, словно у меня фамилия Скрипка!
   Ан в Курляндии я узнал и осознал, что главное в музыканте и живописце не талант к художеству, а любовь к особе своего пола, как корова прыгает на корову, когда нет быков!
   Высшая идея искуства для эстета - гомосексуализм, то есть однополая любовь, как у Гея и Люсака!
   Я полюбил мужчин и мальчиков, а девушек ненавижу и к ним не подойду даже на растояние смычка!
   По приезду в Курск я учил дочку купца Родионова музыке и пляскам народов Курляндии, словно сваи забивал на Севере Руси!
   Девица Анастасия и ее батюшка и матушка надеялись, что я женюсь на Анастасии, как смычок на виолончели!
   Но я полюбил братика Анастасии, семнадцатигодового Петра, как в душу ромашку посадил!
   Вот за мужеложество меня секут, как Джордана Бруно сожгли на костре за еретизм!
  
   - А как же ты детей родишь, словно белку сожрал? - Георгий удивился, даже забыл про кнуты! Ерзал бородой по дереву, как рыба семга по горячей сковороде! Сморкался в навозную грязь, как сикал в жбан с пивом! - От мужика с мужиком дети не родятся, словно от любви ясеня и клена!
   Может быть, ты науку ботанику не изучал, отттого, что мозги заняты мужиками?
   - Не надобно мне детей! Не хочу продолжения рода, потому что я мужеложец не только по телу, но и по духу, как греческий пастух Онаний!
   Георгий вынырнул из воспоминаний около Большого Театра и повторно удивился, будто проглотил чан с чернилами:
   'Как же тогда тот юноша своих потомков родил, например, этого гомосека, если с женщинами его предки не знались, как с собаками бультерьерами?
   Порвана причино3следственая связь времен, как порван сарафан на невесте после свадьбы?
   Или все3таки, в той жизни парень изменил своим основополагающим принципам гомосексуализма?'
   Георгий смотрел на парня гомосексуалиста, как на арфу с порваными струнами!
   Парень гомосексуалист взирал на мир очами, похожими на двухкомнатную квартиру!
   В очах светится ненависть ко всем девушкам, словно девушки воробьи и отобрали у парня крошки хлеба!
   И Георгий увидел эти глаза парня и себя, но в тридцать первом веке, словно на лыжах катился с крыши Белого Дома!
   'Наверно, я вижу будущее и прошлое в те времена, когда встречался или встречусь с той или иной личностью, как с учителем пения в женском туалете!'
   В теле Георгия больше трубочек и вставных синтетических органов, чем своих биологических, как в мясорубке!
   Но парень гомосексуалист тоже с синтетической кожей и титановой головой, словно выиграл конкурс на звание 'Страшилы'!
   У парня гомосексуалиста зубы, как у кошки, но из платины!
   У парня вместо глаз фонари, как у автомобиля 'Москвич'!
   У парня гомосексуалиста вместо трех биологических ног три железные ходули, как треножник у марсианина!
   В далеких будущих веках парень гей работал художником по лицам, словно убил трех курочек Ряб!
   Парень сидел на углу Космолетной улицы и улицы имени Жральдхннннберрррова в городе Вселенск на Планете Вероникия!
   Парня звали Гермудий Неповторимый Шестнадцатый!
  
   Гермудий поклонился Георгию и сказал нежным голосом в тональности ре минор:
   - Сир боярин Гавка!
   Какое вам сегодня нужно лицо, словно вы селедка!
   Я нарисую вам лицо счастливое и одухотвореное, как у моего любовника певца Розовопопова!
   Георгий в тридцать первом веке засмеялся железным голосом, словно в груди церковный орган (может быть, действительно, вместо голосовых связок трубки органа???):
   - Инда великоросс Гермудий неповторимый!
   Сегодня нарисуй мне печальное лицо, как у трущобного бомжа из подворотен Мимикрии!
   Я иду в налоговую инспекцию Вселенной, поэтому должен выглядеть, как оборванец, а не как сиксилиардер, впрочем, которым я и не являюсь!
   Гермудий долго рисовал соответствующею нищую харю на лице Георгия сира Гавки!
   Мазал кистями, подводил губками, наносил краску и морщины и прыщи с помощью малярного помазка!
   Наконец поклонился до земли так, что лопнули полосатые платиновые трико на хилявом деревяном заду:
   - Сир Гавка, благовоспитаный!
   Я закончил рисовать ваше лусало, словно три дня не мылся, как Ливерпулец!
   С вас три Галактических рубля за мою вдохновеную работу, вельможа!
   Георгий вместо денег дал Гермудию три оплеухи, три пинка и три подзатыльника:
   - Пшел вон, негодяй!
   Три Галактических рубля - слыханое ли дело, уважаемый суд Гомункулов!
   Опущенным пидорам не подаю за работу, потому что я повар самого барона Матхаузена, иначе пусть северный ливень зальет мою мошонку!
   Гермудий зарыдал, цеплялся за ноги Георгия Гавки, целовал его руки, слюнявил, как дикий койот пирог с малиной:
   - Прохор Гавка, монарх мой!
   У меня сто детей, три жены и восемьсот любовников со всех концов Вселенной, словно размножаются клонированием!
   Как я всех прокормлю без денег, будто у меня отрезали хвост?
   Георгий сир Гавка Прохор захохотал, и плюнул в ковыляющего робо3пса:
   - Гермудий! Откуда у тебя дети, женоненавистник?
   Я, шизофрен седьмого разряда, и то не имею детей, потому что меня Галактические девушки не любят, потому что я несостоявшийся и несамодостаточный, как Царь Лупоглазий!
  
   Георгий вышел из воспоминаний и замутненым взором смотрел на Москву и на парня, словно сошел с ума от бреда тридцать первого века:
   'Не нужно уходить далеко в века, иначе сойду с ума, как царевна Несмеяна в железной бочке из3под керосина!
   Я не готов к давлению на мозг, как водолаз не ждал, что на него упадет подводная лодка!
   Но, все равно буду уходить, потому что иследователь и любопытный, как кошка в духовом жарочном шкафу!'
   Георгий подошел к фонтану и потрогал ледяную воду, будто коснулся щеки мертвеца!
   Вода немедлено отозвалась воспоминаниями, как витаминка в организме молодой растущей гиены!
   Георгий обнаружил себя переплывающим реку, чистую и бурную, как слеза обманутой невесты Василисушки!
   Вода в реке ледяная, а Георгий голый, как король!
   Георгий не знал в прошлое или в будущее попал, потому что вода чистая может быть в любом веке - в бущущем, отттого, что прошла сверхочистку!
   А по одежде не видна эпоха, потому что одежды нет!
   Загадочные люди на берегу прервали воспоминания Георгия, потому что швыряли в него камни, как Паустовский в дикую утку Крякву!
   По людям тоже век не определялся; они тоже обнаженые, даже женщины, как ощипаные козы!
   Георгий больше всего обиделся, что и в том веке женщины его не любят, а стараются попасть камнем в голову, как снайперши из города Рига!
   Женщины визжали и вопили, словно у каждой в попе трехмоторный самолет Ан:
   - Силантий недоумок!
   Не появляйся здесь, как слива в ноябре!
   Не смей, Силантий! Не смей, не губи Отчизну ради честолюбия, как Афин разрушил Карфаген!
   Верни свое тело в лоно вод вешних, как облако воюет с грозой!
   Георгий плыл по3собачьи, что опять не определяло век, потому что по3собачьи люди плавали во все века и поплывут дальше, как на индейских каяках рядом с Чингачгуками якутами!
   'Доплыву ли до другого берега, как птица до середины Москвы реки?
   Может быть, в реке водятся пресноводные чудища или русалки с длиными зелеными грудями, похожими на огурцы?
   Не откусит ли царь3рыба мою пипиську, как сосиську из Елисеевского магазина!'
   Только Георгий подумал о чудищах и русалках, как кто3то неведомый завладел левой ногой Георгия, словно всосал ее в пасть или обвил мягким подводным телом!
   Водяной, русалка или огромный сом тащил Георгия на дно, как моторную лодку 'Пичуга'!
   Георгий вопил, как беременая сойка, а голые люди на берегу хохотали и показывали Георгию розовые зады, словно гордились обвисшими ляжками!
   Перед погружением Георгий подумал, словно воды в рот набрал:
   'Почему среди моих недругов нет негров и жолтокожих папуасов, словно их скушали на Рождество?
   Американцы обидятся, потому что неполиткоректно, как в кино про чорных боксеров братьев Очко!
   Даже во время повешения преступника в толпе должны сиять разноцветные рожи: чорные, жолтые, красные, потому что нас так учили в школе по заданию и по учебникам из сша!'
  
   Георгий снова оказался у Большого Театра и удивился своей глупости, будто проглотил бочку с гуталином для солдат второго Преображенского полка!
   'Я потрогал воду в фонтане, а вода напомнила мне прошлую или будущую воду, когда я тонул, словно килька в томатном соусе!
   Но почему я во всех веках ущербный, как Луна на исходе?
   Где же я царь или великий человек, как Кирил и Мефодий!
   Неужели, прохожу через века серый и неприметный, словно ручка 'Паркер'?
   Или, наоборот, в вечности выживают только неприглядные незаметные люди, похожие на пыль под кроватью?'
   Георгий пошел к метро Охотный Ряд, а около метро Георгий столкнулся со скрипачкой величиной со стог сена в селе Шушенское в котором Ленин создавал новую Революцию!
   Георгий отвел взор от скрипачки, чтобы не попал в воспоминания, как шелудивый пес в праздничный торт:
   'Я нахожусь в воспоминаниях и прозрениях дольше, чем в реальности, словно мне в голову зашили микрочип!
   Если я не сойду с ума, то потеряю грань между прошлым и будущим, как поэт Песеник Баян!
   Откровения поглотят меня, подобно Садко, который сожрал живьем морского царя Посейдона!'
   Но Георгий не увернулся от воспоминаний о скрипачке, как Троцкий уворачивался от пуль, а от альпенштока не увернулся!
   Перед погружением в воспоминания Георгий подумал, что мысли и знания о другой жизни рядом со скрипачкой могут оказаться благородными и приятными, потому что с интелигентной девушкой!
   Вдруг, скрипачка в другой жизни, окажется красавицей писаной или неписаной, подобно Солнышку на расвете в Беловежской пуще!
   Георгий открыл очи в другом веке и увидел две тучи на горизонте, будто превратился в гордого Буревестника Алеши Пешкова!
   Но когда туман времен расеялся, Георгий понял, что перед ним не тучи, а жирные ягодицы неизвестного пианиста, словно комья снега!
   Ягодицы толстеного пианиста свисают с пианистского стульчика по обе стороны, как мешки с горба ишака!
   Квадратная спина пианиста (в ином веке девушка скрипачка оказалась жирным мужиком!) загораживала рояль, будто ширма скрывает туберкулезных проституток!
   Модный человечище ударял по клавишам с силой, словно пальцами забивал гвозди в черепа подопытных орангутангов!
   Георгий увидел себя, маленького, худого на четвереньках, потому что натирал воском паркет, словно пчелка в улье трутней!
   Наконец, Знаменитейший пианист (скрипачка!) закончил пытать пианино и повернулся к Георгию жирным животом, похожим на чан с тестом!
   У пианиста добрые женские груди, потому что жирные!
   У пианиста маленькие злые глазки, потому что страдал от запоров!
   У пианиста нет растительности на лице, потому что евнух и кастрат, как граф Калиостро!
  
   Пианист засмеялся одинадцатью подбородками и даже изволил хохотнуть, словно ртом пукнул:
   - Иван, товарищ Иван! На дворе двадцатый век, пятая годовщина Революции, а ты на коленях, словно раб Империалистов Антанты!
   Поднимайся на быстрые ноженьки, потому что я одарю тебя безцеными знаниями, как сороку3воровку!
   Научу играть на фортепьяно, словно весь мир покрою добром!
   В наше чудесное время каждый интелигент обязан обучить быдлу чтению и письму, а также иным волшебным наукам, как читающего и музицирующего попугая капитана Флинта!
   Все мы товарищи, мон ами, Иван!
   Поэтому водрузи свой тощий зад на стульчак около рояля, как красное знамя над Кремлем!
   Сегодня я научу тебя играть на рояле 'Интернационал', как обучил когда3то Клару Цеткин песне Мурка!
   Иван Георгий с испугом и осторожно, словно на унитаз, сел на стульчик, положил заскорузлые толстые пальцы, с грязью под ногтями на белые клавиши слоновой кости!
   Пианист (скрипачка!) засмеялся от восторга, как смазаный ворот колодца:
   - Прекрасненько, дружок! Разлапь пальчики, словно одновремено ковыряешься в двух дырках носа!
   Поставь на чорную и белые, вот так, это Си бемоль второй октавы, запомнил, мой революционый друг?
   После Си бемоля бери До диез, чтобы получилось начало вступление, проигрыш Интернационала!
   Затем быстро переходи на Ми минор первой октавы, дубина стоеросовая, мужик болванский деревенский!
   Послушайте, скотина полотерная, если не научишься сегодня Интернационалу на рояле, то я прикажу, чтобы тебя в Комитете Бедноты кастрировали, как врага народа, мразь!
   Не получается, как у великого пианиста роялиста меня?
   Почему я могу, а ты не можешь, как вшивая енотовидная собака!
   Ты тупой и ленивый, гад? Как все крестьяне с грязными ляжками?
   Тогда я обучу тебя, как лошадь, методом академика Павлова!
   На ноту Си я линейкой ударю тебя по затылку, на До стукну по глазам, а на Ми - со всей силы по твоим пальчикам, чтобы они отвалились, как руки и лесоруба Данко!
   Начинаем курс ускореного обучения сольфеджио на рояле Бебекер, скот!
   Раз, - жирный учитель пианист ударил Георгия стальной линейкой по затылку, будто персидский ковер выбивал в гареме шейха Насрулы!
   - ААААА! Больно, товарищ композитор!
   - Еще больнее станет, потому что за науку надо платить болью и кровью, как Добрыня Никитич и Змей Горыныч!
   Два, сука! - великий музыкант ударил Георгия шпалером по внимателным слезящимся очам, будто выдавливал сок из глазных яблок!
   - ОООООООООООООО! Ослепили меня, товарищ гений!
   - Молодец, понял науку, как Дуремар с пиявками в озере Байкал! А теперь - Три3с!
   Талантливый учитель, как математик Педерсон, шмякнул железом по натруженым пальцам Георгия, будто лес рубил!
   -ИИИИЫЫЫЫЫЫЫ! Барин товарищ! Как же я без рук и без глаз вам полы натру, словно слизняк на виноградном листочке!
  
   Георгий с ужасом вынырнул из воспоминаний, будто нечаяно скушал протоную пушку и сто килограмов земляничного ненавистного мороженого:
   'Лучше никаких воспоминаний, чем ужасные, как в лабиринте Зевса!
   Никогда не любил боль, как рыбка ненавидит сети!
   Где же приятное, в бункере у Гитлера? как говорил Штирлиц!'
   Георгий не закончил мысль, потому что с налета ударился животом в голову невысокого работника правоохранительных органов города Москвы, словно козу животом боднул!
   Милиционер отлетел к мусорнице, но быстро вскочил, потому что ножки рядом с землей и тонким голосочком потребовал, будто клялся Георгию в вечной любви:
   - Будьте осторожнее, господин! Ваши документы, пожалуйста, как с куста!
   Вы - лимита? Лицо кавказской национальности?
   Бомж? Богач, у которого много нетрудовых доходов и золота в квартире?
   Георгий смотрел в правдивые глаза милицейского работника, как в голубые омуты с водорослями!
   В очах милиционера вся правда и соль земли Русской, как в очах копа - история угнетения негров американцами!
   Георгий умилился, потому что на честности правоохранительных органов стоит земля Расейская, как на одной ноге!
   Но тут же Георгий подумал, что сейчас вспомнит и озарится воспоминаниями о прошлой или о будущей встрече с милиционером, как с певицей Обабкиной!
   Мелькнуло, как синие искры из3под хвоста машиниста паровоза Братьев Черепановых!
   Георгий увидел себя ночью, на кладбище, возле разрытой могилы, словно белок хоронил без шкурок!
   Георгий в ватнике, в кирзовых сапогах, небритый, пьяный, с титановой лопатой в левой руке и кроличьим драным треухом в правой, словно ГАИшник на свадьбе!
   С другой стороны могилы стояли три человека в чорных плащах и бандитских кепках, будто только что приехали из Одесы, где убили Мурку!
   Пахан затянулся Беломориной, кинул искорку сигареты в могилу, как зажигалку в ад:
   - Ну, что, фуцен, Скрепка? Готово?
   Тебе бы метро в киче рыть!
   Не мелковата ли яма, как яма кентавра?
   - Не волнуйся, Крест, не ссучился я! - Георгий с погонялом Скрепка нервно засмеялся, спрыгнул в могилу, словно в водопад Ниагару! Постучал лопатой по крышке истлевшего старого закопаного гроба, как маленький барабанщик по большому барабану! Закашлялся, как доктор Чехов: - Вашего козла подрезаного закидаем поверх гроба чьей3то бабульки!
   Могила старая - не будут рыть долго, как алмазы в Якутии!
   А, если и разроют, то могильщики промолчат, как авторы!
   Никто не хочет прописью по буркалам, как инструментом по темечку!
   Неждано3негадано, Георгий в темноте орлиным совиным зрением увидел, что из стены могилы, на уровне коленок, торчит череп Граба, друга Пахана Креста!
   Георгий семь недель назад тайно похоронил Граба по просьбе злейшего врага креста Нефеда, словно тухлое зерно в землю зарыл!
   Если Крест сейчас увидит череп Граба, то непремено убьет Георгия Скрепку за обиду на своего дружка!
  
   Георгий вспотел от страха и от близкой смерти, словно никогда ее не видел, как институтка блоху!
   Георгий начал откручивать голову покойного Граба, словно вентиль с нефтью в Лукойле перекрывал!
   А, чтобы не слышался треск шейных позвонков, пел дурным пьяным голосом, как Мусор на хавире:
   - Но нет, Арончик был натурой очень пылкой!
   Ударил Розочку по кумполу бутылкой!
   Официанту засадили вилкой в бок!
   На этом кончилось паломное танго!
   Пахан Крест хрипло засмеялся наверху, словно простуженый петух:
   - Ты что, Скрепка, перебрал бухла?
   Вальты прилетели?
   Сделай дело, а потом на мазу, как купец знатный!
   Пахан зашушукался с дружками, а Георгий слушал, страдал, потому что голова Граба не отделялась, словно мешок с аржанами!
   - Живет кандальный краткий срок!
   Итак, мухлюй, катала, грубо!
   Не то канать тебе в мешок!
   Тот, кто себя позволил взять!
   Голова начала откручиваться, а пахан у могилы терся с деловыми о делах:
   - А стирки будешь махлевать?
  Сможешь его в карты накрячить?
   - Вдвоем только так, - отвечал Сиплый и хохотнул, как выстрелил с глушителем из ПМ! - Но надо рамсить, иначе мудные целой оравой на хазу к Винту пришкандыбают!
   - Не пыли! не погорим на петрушке!
   Наконец Георгий изловчился и оторвал мертвую голову Граба, но неудачно, словно в воду град Китеж кинул!
   Голова выскользнула и ударилась о крышку гроба, словно тыква о цистерну из3под пива!
   Пахан Крест заволновался, будто его повинтили козлы:
   - Все, Скрепка! Вылезай! Погоду накрякаешь, как целочка!
   Не бойся, я же тебя не погашу, братело!
   Кидаем мусорка в метро и ходу, как люди!
   Иначе свиньи повенчают нас, как мальчиков на долгую кичу!
   Георгий на всякий случай закидал голову Граба землей, словно снежком чорным!
   Вылез из могилы, с натугой спихнул тело убитого милиционера в темноту и начал быстро закапывать, словно обед для трех коней готовил!
   Затем Георгий засмеялся надтреснутым смехом, как кувшин лопнул!
   Георгий подумал, что по иронии жизни голова рецидивиста убийцы Граба лежит рядом с годовой милиционера Сидура, словно два любовника в одной печке!
   - ГЫ3ГЫ3ГЫ! Одна голова хорошо, а две лучше!
   Пахан Крест заплатил Георгию за работу - три бутылки водки и два косячка, словно золотую гору подарил!
   Георгий выбежал мыслями из прошлого, но уже знал, что где3то в могиле закопан милиционер Сидура, как картошка на зиму!
   Но знание ЭТО ничто не давало Георгию, как алюминиевые кольца не похожи на золото!
   Показал милиционеру (потомку Сидура с оторваной мертвой головой!) паспорт, словно по морде двинул!
   Милиционер удовлетворился паспортом, как кошка овсяной кашей!
   Но в тот момент, когда милиционер отдавал Георгию документ, Георгий озарился видением себя в бущущем, как птица сойка скушала три литра касторового масла!
  
   В будущем воздух хрустальный до безобразия!
   Чистый, свежий, как кастрированый бык!
   Георгий в белой одежде идет по цветущему благоухающему лугу, словно плывет по зеленым волнам на свинцовой ладье Харона!
   Георгий восторгается вечной весной и вечным летом, будто купил в магазине мыло 'Душок!
   Но Георгий счастлив и потому, что держит за руку необыкновеной красоты девушку с голубой кожей, похожей не чешую жестяной рыбы!
   У девушки два глаза на лбу, а третий глаз на подбородке, как борода у эстета музыканта Скотникова!
   У девушки в дырку балахона торчит зеленый хвост, словно у крокодила!
   У девушки на голове вместо волос рога, как у бодливой костромской коровы Буренки!
   Георгий до безумия влюблен в красоту спутницы и полагает, что так должна выглядеть идеальная девушка, словно груша в соку!
   Синяя девушка - это милиционер из Москвы, но в далеком будущем, где мутанты завоевали умы и квартиры простых людей!
   Возлюбленая Георгия (милиционер) остановилась около муравьиной кучи и длиным жолтым языком слизала три килограма муравьев, будто коричневую икру кушала!
   Муравьи бегают по подбородку красавицы, как блохи по подхвостью пса!
   Георгий засмеялся от восторга и хотел поцеловать любимую мутантиху в жвалы, словно Ромео Дездемону в темечко!
   Но синекожая девушка заскрежетала роговыми пластинами на груди и прошипела сквозь красные зубы, будто выпускала пар из топки паровоза:
   Парень! Поцелуи только после свадьбы, иначе пусть нас осудит Мерхудианский доктор Барбье!
   Если ты насобираешь гору золота и брильянтов, если ты станешь самодостаточным и состоявшимся, то я женюсь на тебе, как Хлиль на Хлюе!
   Невеста закатила очи под хитиновый панцирь, а восторженый Георгий, радостный, что прекрасная невеста не отвергает его, упал перед девушкой на колени, целовал ее выгнутые колени, будто лобызал полковое знамя после побега из плена!
   Вдруг, прекрасная рогатая синекожка увидела вдали, за рекой нечто и воскликнула, будто пропела в канализационую трубу Днепрогрэса:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Я тебя разлюбила, потому что из глубин Вселенной прилетел мой любимый командор Трипериус Вонюкайтенес!
   Я выйду за него замуж, подарю Трипериусу гору золота и брильянтов, стану для него самодостаточной и состоявшейся, иначе пусть Херон вырвет мне глотку платиновыми зубами!
   Красавица побежала к возлюбленому, а Георгий упал на землю, разрывал рубаху на груди, рыдал, словно койот над тушей бегемота:
   'Почему Сака меня не любит, как асфальтоукладчик ненавидит розы!
   Сака - работница правоохранительных органов Вселенной, поэтому гордая и недоступная, как Какария!
   Но я достоин хотя бы секунды любви, потому что заплатил за любовь сто сиксилиардов Галактических тенге!
  
   Георгий в современой Москве забрал у милиционера свой паспорт, как у жар3птицы вырвал перо из глотки!
   Пошел с паспортом в метро, словно с красной книгой в белых руках!
   Наткнулся на нищего бомжа, который просил милостыню около дверей, как требовал равноправия мужчин и женщин в бане!
   Георгий понял, что сейчас провалится в воспоминания с нищим, как в помойную яму, поэтому вознегодовал, будто княгиню Ольгу скушал по кусочкам!
   И, действительно, Георгий увидел себя по пояс в мутной ледяной жиже русского болота, словно под водой ногами щупал кальмаров!
  
   За спиной Георгия котомка с сухарями и вяленым мясом княгини Ольги!
   Георгий целеустремлено идет по болоту, а за Георгием следом цепочкой бредут сотня князей и воевод, словно им жизнь надоела и стоит три рубля семнадцать копеек за штуку!
   Георгий дошел до кочки в тумане, выбрался на сушу, но маленький остров только для одного человека, как для Робинзона Крузо!
   Сложил бороду вчетверо и засунул в портки, как портной Зайцев!
   Князья, бояре, воеводы стоят по колено в воде около кочки и с собачьим немым почтением смотрят на Георгия, как на угря в масле!
   Наконец, князь Рюрикович поднял голову к небу, и робко, как волк при луне почти завыл:
   - Инда волхв Олег, где же твое Белоречье, окаяный?
   Мы доверили тебе своих жен, себя, свою казну, а ты нас по болоту водишь, как Иван Сусанин!
   Мы не кулики, чтобы хвалили свое болото!
   Георгий, он же волхв Олег строго посмотрел князю Рюриковичу в выцветающие очи, будто делал операцию на хрусталике!
   Но сам внутри дрожал, боялся, холодел от страха:
   'Убьют князья, зарежут, съедят меня, как своих жен!
   Где же это таинственое Белоречье, край любви, понимания, прямых дорог и хорошей погоды, будто небо над Белоречьем другое!
   Я веду князей и воевод за собой наугад - вдруг, наткнемся на Белоречье, как котенок ищет сиську матери, а сосет сиську собаки!
   Но бояре ропщут, скоро меня подвесят за ноги, как освежеваного зайца!'
   Вслух Георгий князь Олег произнес подозрительно тонким и дребезжащим голосом:
   - Инда Белоречье? Так скоро оно, как рак на горе свистнет!
   Инда пройдем немного, и оно откроется перед нами, словно ворота в волшебный мир с персидскими княжнами!
   А в Белоречье зверья и рыбы вдоволь, как в теремах Царя Василия!
   Красивые невесты ищут и ждут вас, будто им колья в ягодицы вставили!
   Братья, пройдем же еще немного и упадем в шелковые лона вешних Белореченских трав, как на лебяжьи подушки откинемся!
   Князья и бояре присмирели, даже хохотнули, будто представили себя рядом с девицами на Белореченской прямой дороге!
   Георгий для эфекта раздал своим последователям по последнему куску вяленой княгини Ольги и подумал, как медведь в золотой берлоге:
   'Как стемнеет, так убегу от них в скит к одиноким красавицам вдовушкам!
   Лучше кедровые орехи кушать, чем быть съеденым князьями и боярами!
   А они пусть сами ищут Белоречье, ленивцы, все на мои плечи взвалили, словно я Атлант с кучерявыми чорными волосами на лобке!'
  
   Георгий вышел из воспоминаний и обрадовался, словно скушал засахареную мышь:
   'В прошлом я уже не простой мужик, а предводитель, как Иван Сусанин!
   Возможно, что и царем был, как Иван Грозный!
   А знание того, что я был велик и знатен раньше, придаст мне силы сейчас, как таблетки виагры!'
   Георгий ехал в метро, а в метро в толпе к Георгию притиснулась вплотную негритянская девушка с косичками, будто чорная вдова!
   У негритянской девушки на голове веревочки, как швартовые у микроподводной лодки!
   У негритянской девушки губы, как вишня в шоколаде!
   У негритянки глаза навыкате, как у Ростовской буренки!
   Георгий обрадовался, что к нему, хотя и невольно прижалась девушка, и засмеялся, как носорог!
   От смеха негритянская девушка вздрогнула, будто водила трамвай без рельс!
   А Георгий вспомнил себя и эту девушку в прошлой жизни, будто фаршировал свининой рыбу фиш!
   ... Георгий с обворожительной смуглой персидской княжной сидит в будуаре, как в царском тереме!
   В горнице светло и пахнет цветами, будто под сакурой!
   Красивая прелестница Жасмин играет на балалайке и поет жалобную песню про степной простор и про коней, как поэт Сергей Есенин!
   У девушки на теле купальник, вышитый золотом, как ниточки!
   У прелестницы на голове сексуальная прическа, подобная попе!
   У девушки груди трясутся от удара пальцев по струнам балалайки, словно девушка танцует руками танец гопака!
   Георгий обрадовался и подумал, что рядом с наложницей красавицей, он барин или боярин с бородой, как у Карла Маркса!
   Но Георгий древний ошибся, словно лбом проломил дубовые ворота, построеные баранами!
   Георгий одет в батрацкую грубую рубаху, из мешка!
   На ногах Георгия лапти, как валенки!
   Портки у Георгия рваные на причином месте, как у Казановы ширинка!
   Жасмин фешенебельная сыграла на балалайке, словно козу серебром напоила!
   Подошла к Георгию, села к нему на колени - жар! Жар тела3то бьет сквозь портки, будто горнило в печи купца Демидова!
  
   Обняла Георгия нежными духмяными ручками за шею и проворковала, словно сто лет учила азбуку обольщения батраков:
   - Силантий! Новый возлюбленый мой конюх!
   Я открою тебе страшную тайну, краше которой в свете нет ничто, кроме моих персей!
   Я - талантливая художница, как итальянец Микеланджело Рембрандт!
   Но судьба наказала меня и мое прекрасное тело с гениальным талантом, словно я прачка и водоноска!
   К огромному несчастью, я рисую только настоящих мужчин, как корабли в гавани!
   Но на моей родине в Персии рисование мужчин женщинами считается неприличным грехом, как прелюбодеяние с ишаком!
   Поэтому я приехала на Русь и стала любовницей, наложницей, рабыней стольничего Акакия, будто продала душу, а не тело!
   Но мой хозяин Акакий тоже не позволяет мне рисовать голых мужчин, как пирожок сам ест, верным псам дает кашу с гречкой!
   Силантий, друг мой любезный с жирными ляжками!
   Возьми меня в жены, или в рабыни себе, хотя я и нечестна до свадьбы, как голубица горлица подстреляная!
   АХ! Горе мне горькое! Стыдоба3стыдобушка!
   Убежим с тобой за синие горы, в тайгу к белым медведям, как Иван да Марья!
   Я буду рисовать голого тебя, а ты люби меня крепко, как огонь любит полено!
   Силантий аж подпрыгнул с Жасмин на коленях, словно в попе две стальные пружины завода Компресор!
   Но тайно радовался, как мышь в навозе:
   'Ан прелестница заморская княжна полюбила меня, простого парня, как вилы в бок крокодилу!
   Я для ратных дел не сгодился, но пригож, как герой3полюбовник!
   Стало солнышко и над моей плешью, как Луна над волками в Тамбове!'
   Но Георгий пересилил свой восторг, потому что холопское начало сильнее, чем любовный конец:
   - Шикарная Жасмин, ты сошла с ума, будто белены с козьим молоком скушала!
   Я - простой конюх, убегу с рабыней барина Акакия Акакиевича, предам благодетеля, а ты меня голого нарисуешь? как блудливого арапа?
   Ан за эти слова я тебя головой в прорубь скину, как сучку предательницу из Лапландского зоопарка!
   Инда только в Курляндии девы безстыдные, телесами потрясают и мужиков щупают, как соленые огурцы в бочке!
   - Силантьюшка! Давай не предадим хозяина, потому что ты верный конюх и раб, как ручная белка у князя Игоря!
   Но позволь мне нарисовать твое сильное, могучее, красивое тело с голыми ляжками, как у русского богатыря Алеши Поповича!
   Георгий раскрыл рот, а прелестница Жасмин мигом скинула со слюнявого Георгия Силантия портки и рубаху и оставила его голого среди горницы, как стог сена среди голодных лошаков!
   Мигом в горницу набежали бояре и боярыни, тыркали в Георгия пальцами, хохотали до слез, потешались, будто увидели свинью в ермолке!
   Красавица Жасмин тоже хохотала и кланялась зрителям, будто Петрушка на виселице:
   - Бояре и боярыни! я показала вам персидскую камедь 'Ванька3встанька! Или Ванька дурак!
   Вы смотрели потешное представление через щелки в дверях и в стенах, как в восточном гареме!
   Ан, финал увидели воочию, будто вам на очи надели стокилограмовые выпуклые стекла!
   Прошу любить и жаловать, а Силантий - простой голый дурак, конюх, что с него взять, кроме соломы в волосах и мудей, как у коня!
   ХВ3ХА3ХА!
  
   Силантий краснел, каменел голый в светлице, как тюлень на снегу!
   Думал, что не раз его предавали дамы, например в яме с селедкой, как тупую картофелину с глазами и очами!
   В узилище и в других местах, о которых еще не вспомнилось, словно компьютер в голове сломался!
   Георгий вернулся из воспоминания в душный вагон, будто скушал чан с помоями в ресторане 'Максим'!
   А негритянка (в далеком прошлом - Жасмин персиянка) с презрением посмотрела на Георгия и проколола ботинок и ногу Георгия тонким каблуком3шпилькой, словно мстила русичам за Куликовскую битву!
   Георгий почувствовал кровь в ботинке, но ничто не сказал девушке негритянке, потому что уважал девушек и опасался нового подвоха:
   'Ага! Парень! У тебя кровь хлещет, как у Иванушки Дурачка!
   Улыбнись - тебя снимает скрытая камера!'
   Георгий зажмурился от страха, что истечет кровью, как из Москвы реки кони всю воду выпили!
   И улетел воспоминаниями в недалекое прошлое, как на скатерти самобранке с Ибн Абдурахманом!
   Из окна виден Кремль, словно с Аэростата имени видного политического деятеля Руси Фридриха Энгельса!
   Около окошка, спиной к Георгию стоит девушка в кожаной тужурке комисарши, словно одела кожу негра!
   Девушка (та же негритянка в будущем) посмотрела на Георгия, вздохнула, достала из кармана тужурки толстую самокрутку цигарку, похожую на собачий пенис:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Товарищ! Я пойду в ваную, а ты меня подожди, бухгалтер, милый мой бухгалтер счетовод, как львица ждет своего мужа петуха!
   Но ты, товарищ, один не кури наркотик, потому что я выйду из ваной - вместе раскурим, как герои3любовники!
   Не кури! Товарищ Георгий! Знаю я тебя, наркомана жадного, охочего до травки, как гурман Ришелье любит лук!
   Девушка погрозила Георгию маузером, а Георгий подобострастно засмеялся, как кастрированый шиншил,
   - Что вы, Софочка, как можно без вас!
   Кто без вас выкурит наркотик, тот потеряет половину мира, как Александр Македонский!
   Софочка прелестная с огромными грудями ушла в ваную, как шахтер упал в пятикилометровую шахту!
   Георгий слушал шум воды, смотрел на Москва реку, на красноносый Кремль и скучал, будто скушал апельсин вместо лимона!
   От великой скукотищи Георгий зажег самокрутку с наркотиком, один раз затянулся, всего один разок, как стриптизерка в канаве под Коломной!
   Задумался о смысле жизни и не заметил, что выкурил косячок целиком, будто совершил побег из Парижа!
   Георгий огорчился, но и испугался гнева Софочки, будто отпилил ноги художнику Врубелю:
   'Что я скажу Софочке, когда она выйдет из ваной, как Посейдон из раковины!
   Софочка изобьет меня и выкинет в окно, словно тухлого слизняка!
   А может быть, дурочка не догадается, что я скурил сигарку, потому что я очень хитрый и умный, как пианино 'Родина'!
  
   Неждано3негадано, из ваной послышался трубадурный голосочек Софочки, словно унитаз бурлил в Македонии:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты не скурил еще косячок? А???
   Георгий! Принеси мне полотенце, пожалуйста!
   Полотенце в комнате в шкафу, как в рундуке!
   Георгий прямой походкой пошел к шкафу, словно чертил линию Москва3Краснодар!
   Гордился, что Софочка не догадается, что Георгий выкурил наркотик, потому что Георгий ПРАВИЛЬНО ПРИНЕСЕТ ПОЛОТЕНЦЕ!
   Георгий подошел к шкафу, как к седьмой невесте и коментировал свои действия:
   'Я открываю дверку шкафа, медлено и акуратно, чтобы не скрипела, как зубы у голодной Снегурочки!
   Я достаю с полки зеленое махровое большое полотенце, похожее на лужайку перед Белым домом!
   Я закрываю дверку шкафа, как заканчиваю съемки кино!
   Я молодец, как Иванушка Царевич!
   Я иду к ваной, подхожу к двери ваной и сейчас зайду и передам трехбровой Софочке полотенце, как свадебный рушник!
   А что я скажу Софочке? будто меня зарядили в пушку?'
   Софочка снова визгливо крикнула сквозь рев водопада воды:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Где мое полотенце, нерасторопный, как пень ходячий!
   Георгий задрожал, вдохнул побольше Кремлевского воздуха:
   'Вот сейчас войду и скажу Софочке:
   'Софочка! Я принес то полотенце, о котором вы просили!'
   Нет, так не скажу, потому что Софочка догадается, что я выкурил наркотик, потому что говорю длино, как хвост у питона!
   Лучше просто скажу, как в книге:
   'София! Вот ваше полотенце, которое я взял из вашего шкафа!'
   И так нельзя, потому что София! Почему София? Догадается, если скажу София, официально, как на приеме в посольстве Марабу!
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Где мое полотенце, ирод?
   Ты его продал купцам на ярмарке?
   Неси немедлено, иначе выйду и заплюю тебя слюнями, как американца!
   Георгий стоял у двери в ваную, но не входил, а размышлял:
   'Войду в вану и скажу еще проще, как в озере Лимпопо:
   'Софа! Возьми полотенце!'
   Впрочем, и так нельзя, нелитературно и сложно, как в жопе негра!
   Что сказал бы наш класик Лев Николаевич Толстой?
   Лев Николаевич Толстой сказал бы Софье в ваной:
   'Софья! На, полотенце!'
   Гениально! А я еще лучше скажу, когда войду в ваную, потому что я лучше Толстого, как сахар слаще яблока!
   Вот сейчас вплыву в ваную и скажу:
   'Софья, на!'
   Прекрасно! так и скажу:
   'Софья, на! Софья, на! Софья, на!'
  Георгий обрадовался своему умению вести беседы после наркотиков, как двухмоторный бомбардировщик!
   Вошел в ваную, увидел голую Софью и закричал в ужасе:
   - Караул! Голая девка в ваной!
  
   Георгий в тот же момент вернулся в настоящее время и удивился своему прошлому, как пловец Мангышлак проплыл по пустыне сто километров!
   Георгий всматривался в испуганые лица пасажиров и стеснялся, потому что боялся, что наяву кричал:
   'Караул! Голая девка в ваной!'
   Георгий вышел на станции Белорусская и столкнулся с Белорусом с яйцами (полная корзина), как Титаник раздавил айсберг!
   Георгий посмотрел в усталое радиоактивное лицо белоруса и пожалел нацию, как петух жалеет курочку, которую топчет:
   'Украинец Вова говорил, что 'белорусы - бараны'!
   Возможно, Вова взорвал Чернобыль, чтобы Белоруссия облучилась, как крыса в самоваре!'
   Усатый белорус с четырьмя ушами плюнул в лицо Георгия, как в плевательницу!
   Георгий зажмурился от плевка и вспомнил свою встречу в одной из прошлых жизней с предком плюющегося белоруса, похожего на можевельник!
   Георгий оказался перевоплощением в другой жизни, но не успел расмотреть себя, потому что стоял по колено в воде и смотрел назад, за спину, в чащу, откуда раздавался зловещий треск, будто тысяча мертвецов грызли орехи вставными зубами!
   Георгий с ужасом смотрел в дремучий лес, как Илья Муромец в первое послебрачное утро расматривает Алешу Поповича!
   Вдруг, из крапивы и кустов шиповника, ломая редкие корабельные сосны, выкатился гроб, будто его ждала делегация из Лаоса!
   Гроб крепкий дубовый, с медными заклепками, похожими на золото скифов!
   В гробу сидит со шкурой зубра на плечах страшный старик, похожий на тухлую селедку!
   У старика щеки истлели, а из чорных кровоточащих десен торчат огромные жолтые клыки, похожие на карликовые бананы!
   У старика ноздри вырваны, а на лбу каленым железом высечено 'Инда балахна и ушкуйник'!
   У старика руки в язвах и в фурункулах, словно дедушка лесник не кушал поливитамины!
   Георгий в той жизни тотчас узнал знаменитейшего деда Кощуна - охраника Беловежской Пущи!
   Кощун длиным посохом, греб по кустам, как по воде!
   А гроб, как лодка байдарка и каноэ, как пирога с Чингачгуком, плыла сквозь чащобу, подобно коту через стадо баранов!
   Георгий сквозь страх со злорадством уличил деда Кощуна, но молча, словно язык продал по двести рублей за килограм:
   'Кощун охраняет Беловежскую Пущу, а сейчас своим гробом столько деревьев свалил, что хватило бы на три ботика Петра Первого!
   Как часто люди задумываются о своей правоте, но не замечают гроба под попой!
   Вредитель он, а не старожил Беловежской Пущи!'
  
   Старик Кощун с интересом смотрел на Георгия, как на куст рябиновый в Антарктиде!
   Затем поднял лицо к небу и завыл протяжно и долго, будто подавился костью зубра!
   Георгий снова обеспокоился, как лисица прищемила хвост бульдозером:
   'Воет, как вахлак в доменой печи!
   А я, почему стою в лесном озере, как идол?
   Почему не купался в деревне, что и положено честному человеку с чистой совестью?
   Я ягодки собирал? грибочки? Мудозвон!'
   Вдруг Георгия, что3то поятнуло вперед и вниз, будто к грудной клетке привесили чугуные гири!
   Георгий взглянул на себя и вскрикнул от неожиданости, потому что обнаружил, что не Мудозвон... а, наоборот, как в зеркале!
   Георгий увидел себя абсолютно голой прелестной белой девицей, похожей на белорыбицу!
   И вспомнил, что зовут его Олеся, словно в паспортном столе ошибка!
   У Георгия Олеси выдающиеся груди, стоячие, как стога сена!
   У Георгия русая коса плавает по воде, будто соленый огурец в банке!
   У Георгия тонкая талия и округлые ягодицы, похожие на забытые снежные комки!
   Георгий увидел сквозь зеленую воду свои маленькие ступни и поразился, как девушки, с различными центрами тяжести в теле, могут устоять на этих ножках, как на иголочках!
   А Олеся Георгий смотрела на деда Кощуна и изворотливым девичьим умом придумывала, как бы отмазаться от лесного насильника!
   Чтобы дед Кощун не изнасиловал, как пылесосом!
   'Задам деду Кощуну умный вопрос, войду к нему в доверие, как Штирлиц к Бормашинову!
   Мужики любят, когда их спрашивают про умное!
   Дед Кощун не станет же насиловать девушку, которой отвечает на вопросы, как арифмометр!
   Но что умного спрошу, если дура дурой, даже на лесное озеро пошла подмываться, чтобы хлопцы около деревни меня голую не видели, словно шкуру тюленя!'
   Олесенька шикарная скромно прикрыла маленькой ладошкой необъятное и пропищала тоненьким голосочком, будто лезвием по горлу:
   - Дедушка Кощун! Не вели казнить, а вели слово молвить, балясный рамсюльник!
   Инда ты умный и красивый, как ягода голубика!
   Расскажи о себе, о своей жизни, о планах на будущее!
   А затем посоветуй, как мне найти порядочного, самодостаточного, состоявшегося красавца жениха на белом коне Принца со смуглой кожей и чорными кудрявыми волосами?
  
   Дед Кощун поперхнулся лиловой слюной, закрякал, как беременая утица и прохрипел, будто кол в попу воткнул альпинисту марафонцу:
   - Инда Олеся красавица, а ты умная девка, как мои портки!
   Убил бы я тебя, как слизня, но обязан ответить на твои вопросы и отпустить, потому что так требует закон леса, будь он трижды проклят!
   Сначала о моих деяниях, как автобиография Прометея!
   Я помню себя в Беловежской Пуще еще с тех незапамятных времен, когда мне стала понятна ее вековая печаль, ее заповедный напев, ее заповедная даль, как из словаря Русского языка!
   Мне словно по шарам ударило утюгом, когда увидел свет хрустальной зари, свет над Пущей встающий!
   Ан затем я понял вековую печаль Беловежской Пущи, как жена понимает беременого мужа!
   Что3то во мне перевернулось, будто заворот кишок у кита с Иовом!
   Я в болоте нашел забытый давно родительский кров, похожий на концлагерь!
   Часто в бреду в тумане слышу голос предков зовущий!
   А иногда оборачиваюсь лесной птицей (но с мужскими причиндалами) и летаю в далекие века и обратно, как коршун!
   Я любуюсь статью многовековых дубов, как в городе нормальные господа любуются девушками!
   Знаю, где на черепе отрока вырос ландыш, клад стерегущий!
   Но единствено, что не пойму: почему дети зубров не хотят вымирать, хотя мясо у них вкусное, а шкура лечебная, как пилюли Айболита!
   Насчет второго твоего идиотского вопроса, Олесенька с мохнатым лобком, скажу, как в воду плюну:
   - Принца по имени Сафар Бей на белом коне ты найдешь, если неприметной тропой сейчас проберешься к ручью, как змеюка с тремя ушами!
   Иди туда, где трава высока, туда, где заросли гуще!
   Как олень встань там на колени и пей воду, как родниковую Правду Беловежской Пущи!
   Затем подойди к высоким березам и свое сердце согрей о кору, как натуристка!
   Унеси с собой в утешенье живущим чудотворный напев, заветный напев Беловежской Пущи!
   А как отойдешь от берез на три шага, так увидишь своего смуглого чорноволосого Принца заморского и его Белого коня, как в кине увидишь!
  
   Олесенька мокрая едва дослушала деда Кощуна и побежала из озера, словно вылетела из пращи!
   Даже забыла одеться, как царевна лебедь!
   На ходу повторяла, будто присказку:
   - Подальще от деда Кощуна, поближе к молодому Принцу Рахат Лукуму... или Сафар Бабаму... или... не помню, но, главное, чтобы Принц и заморский, как яйцеобразная волосатая ягода киви!
   Подальще от деда Кощуна, поближе к молодому Принцу!
   Подальще от деда Кощуна, поближе к молодому Принцу!
   Георгий Олеся голая ползла по неприметной тропе, расцарапала белое пшеничное тело о колючки и кости животных!
   Выползла на четвереньках в высокую траву, в густые заросли, как в цирк Шапито!
   - Подальще от деда Кощуна, поближе к молодому Принцу!
   Выпила воды из ручья, согрела сердце у высоких берез, - вообщем, выполнила все, что дед Кощун приказал, как командир полка и сын полка!
   - Подальще от деда Кощуна, поближе к молодому Принцу!
   И тут... Георгий Олеся увидела Принца и белого Коня, словно в цирке уродов!
   Над мордой величавого Белого Коня летают зеленые трупные мухи, как вертолеты карликов!
   Брюхо Белого Коня разорвано, а на ляжках истертых лежат оторваные сердце, печень, мошонка и другие органы дохлого изнасилованого животного!
   Белый Конь не Белый конь, а красный конь, как у художника Кустодиева!
   У коня печальный взор вырваных глаз, как у Мальвины после свадьбы!
   У коня выбиты зубы, как у зайца дрыном!
   У коня оторвано левое заднее копыто и засунуто коню под хвост, как Бабе Яге помело!
   Рядом с конем валялся Принц, но живой, как Вечный Огонь!
   У Принца снят скальп с головы, словно неудачно подстригли на призывном пункте!
   У Принца откусаны ноги, как у балерины Ощипковой!
   У Принца не доблесть и гордость в очах, а похоть и злоба, как у голодной трехцветной кошки!
   Георгий Олеся зазевался и остолбенела над принцем, как над цветущей орхидеей в саду Сикапука!
   Принц воспользовался моментом и ухватился окровавленой рукой с загнутыми жолтыми когтями за белую сахарную ляжку Олеси, словно расписывался кровью на пергаменте инков!
   Олеся Георгий завопила, ударила по руке Принца маленьким кулачком, словно по наковальне грудью!
   Но от удара Олесеньки шикарной рука Принца отвалилась, как перезревший банан!
   Олеся зарыдала от страха и от жалости к самой себе, потому что обманул ее дед Кощун - подарил Принца на Белом Коне, но дохлых и искалеченых, как полевых мышей после сенокосилки!
   Дед Кощун надсмехался над Олесенькой Георгием, потому что ославил и оставил одну голую среди заповедной Беловежской пущи!
   А, вдруг, похотливый зубр выскочит из чащи, как искры из глаз?
   Принц хохотал в бреду, как кофемолка!
   Олесенька вытерла слезы с шикарных грудей и погрозила кулаком беловежской Пуще:
   - Инда, сожгу тебя, Беловежская Пуща вместе с дедом Кощуном, как МЧСников на оргии!
   Пусть ваши зубры изжарятся на шашлыки, словно грузины пришли!
   А очи у белок летяг превратятся в лопнувшие вишни, как в саду одесита дяди Вани!
  
   Георгий очнулся из воспоминаний о своей прошлой жизни и ужаснулся, будто наступил ногой в мусорницу с мусорами:
   - Ужасы в прежней жизни хуже, чем фильмы!
   Неужели, на самом деле все происходило со мной?
   Но, может быть, по тем меркам я жил спокойной нормальной жизнью, как самовар?
   Подумаешь - дед Кощун и мертвые Принц и Конь...
   Может быть, в это время на деревню напали татары и сжигали людей живьем в русских печках?
   Но где мне польза от знания своего прошлого и будущего? в который раз вопрошаю себя, как утица спрашивает селезня кастрата!
   Кошмары, словно я скушал три муравейника!
   Георгий вспотел от волнения как рак отшельник, а к Георгию подошла цыганка без юбки!
   Георгий увидел цыганку и застыдился своего потения, словно Юлий Цезарь опозорился перед Марьей Красой:
   'Неудобно перед почтеной цыганкой, потому что я вспотел, как лошадь Пржевальского!
   Принесу ей извинения, как в Зимнем дворце!
   Возможно, цыганка простит меня, словно одарит серебряным рублем!'
   Георгий открыл рот, как койот, а цыганка засмеялась и показала Георгию золотые зубы:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я погадаю тебе и скажу твою судьбу о прошлом и будущем, словно загялну в волшебное зеркало!
   Ты мне за гадание дай одну асигнацию в десять рублей, на кислое пиво с черствым хлебом!
   Парень! у меня украли юбку, но я все равно гадаю на оценку пять!
   Цыганка взяла в свою ладонь руку Георгия, как в ковш экскаватора упала пластмасовая рука!
   У цыганки Азы розовые панталоны, как у французских героев любовников!
   У цыганки в волосах потерялся золотой гребень и хомяк!
   У цыганки нос круглый, как у ЮАРовца!
   Цыганка гадала, а Георгий вспомнил, где встречался с цыганкой, даже был влюблен в нее в прошлой жизни, как в грушу!
   Георгий обнаружил себя в мощной лодке, рядом с бородатыми разбойниками, похожими на стога прошлогоднего сена!
   Разбойники пили водку и роптали, словно каждому в попу вставили парус кливер!
   Георгий тоже разбойник и тоже роптал, худой, русоволосый, как баклажан!
   Впереди на переднем челне плыл атаман Стенька Разин, словно яркий клоун на серой воде!
   Стенька Разин пьяный, как и все разбойники, хохотал, тискал персидскую княжну, будто выжимал сок из граната!
   Голая княжна вопила от страха и от страсти, словно конькобежец в проруби!
   У Стеньки Разина на голове бушлат, как у рындаря!
   У Стеньки Разина на поясе армяк и секира, как у гробовщика!
   У Стеньки Разина изо рта валит дым от марихуаной курительной трубы!
  
   Георгий позавидовал атаману, потому что сам желал и любил персидскую княжну, как корову Буренку!
   Любил на растоянии, а Стенька Разин любит княжну в упор, как ножом!
   Георгий скрипел оставшимися зубами, словно баран на воеводстве:
   'Инда, почему все Стенька, да Стенька, словно у него кишки из ваты!
   Я не хуже Стеньки, потому что у меня три высших образования, как у колежского асесора Салтыкова3Щедрина!
   Вот устрою бунт, и свергну Стеньку, как гнилой зуб вырву!
   Сам буду атаманить, и княжну персидскую заимею, как звизду с неба!'
   Георгий нахмурил брови, шептал разбойникам, как революционый матрос Железняк:
   - Инда братцы! Атаман Разин нас на бабу променял, как щенков волка!
   Только ночь с ней провозжался, сам на утро бабой стал!
   Кабы я был атаманом, то дал бы вам каждому по персидской княжне, как ягоды малины насыпал бы в карманы!
   Разбойники завопили от радости, излишне громко закричали, словно моча в голову ударила:
   - ГГГГГГГГЫЫЫЫЫ! Ярмила! Тебя в атаманы!
   - ГГГГГГГГГГГЫЫЫЫЫЫЫЫЫ АААА! Дай каждому по княжне, как в Мытищах!
   Мы поверили в твой гений, потому что ты щедрый, как конюх мазай!
   Георгий насторожился, а атаман Стенька Разин на передней ладье догадался о беде, словно рысь в капкане!
   Недаром Стенька Разин имел три высших образования и все по тайной полиции и по тайным советникам!
   Стенька Разин мощным взмахом поднял вопящую дородную красавицу персидскую княжну над бортом и швырнул ее в воду, как баласт!
   Но персидская княжна, в будущем цыганка Аза, не пошла ко дну, как каменый якорь!
   Цыганка мощными саженками доплыла до челна Георгия Ярмилы и попыталась забраться на борт, словно воровала макароны из лабаза художника Репина!
   Разбойники и Георгий взбунтовались, всполошились, и... опрокинули лодку, как подводную!
   Княжа с разбойниками, весело матюгаясь на Георгия Ярмилу поплыли к берегу с жирными непугаными дикими лосями, с соболями в ветках, с сочной пышной изумрудной травой, как в рай!
   А Георгий пошел на дно, в чорный ад омута, потому что не умел плавать, как золотая цепь Александра Грина!
  
   Георгий вышел из воспоминаний и обозлился на цыганку Азу, как на трухлявый пень с опятами:
   - Цыганка Аза, похожая на золотой водопровод!
   Ты в прошлой жизни - персидская княжна, как дорогая гитара с вырезом!
   Ты любила атамана Стеньку Разина, а меня утопила, будто акулу!
   Цыганка Аза смотрела на Георгия и от восторга трясла грудями, как износившимися ступенями крыльца:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я, самая великая гадалка в мире, не могла прочитать ни прошлого твоего, ни будущего, словно дикий архар выклевал мои очи!
   А ты, непутевый, видел меня в прошлой жизни, словно под юбку залез!
   Парень! Ты более велик, чем мой любовник цыганский барон Будулай!
   Георгий пошел от восторженно цыганки Азы, как без крыльев свалился с колокольни!
   А цыганка на двух деревяных ногах догнала Георгия и влила в рот Георгия наркотик, как умирающему больному гороховый суп!
   Цыганка аза хотела пьяного Георгия отвезти в табор, потому что в таборе Георгию отрубят руки и заставят просить милостыню по вагонам метро!
   Георгий опьянел от наркотика, словно болотной воды выпил на брудершафт с черепахой Муфилой!
   В наркотическом бреду Георгий не ушел ни в свое будущее, ни в прошлое, будто засунул в ухо погремушку!
   Георгий остался в двадцать первом веке, рядом с хохочущей цыганкой Азой!
   Но Георгий видел людей в другом свете, в ином измерении, будто выпил сыворотку правды!
   Георгий увидел, что волосы на голове цыганки Азы шевелятся, потому что не волосы, а змеи!
   Каждая змея скалит на Георгия зеленую пасть и шипит, будто ее накачали воздухом насосом Аист!
   А изо рта цыганки Азы вылезли вилы для сена, будто Аза стала передовой колхозницей, ударницей Социалистического труда!
   Змеи обрели чорные крылья и полетели к Георгию, словно тараканы на маисовую кашу в хижине дяди Тома!
   Но подошел работник правоохранительных органов в милицейской форме и с мигалкой на голове!
   Милиционер длиным языком, как у лягушки'царевны слизнул летающих змей и начал заглатывать цыганку Азу, будто батон с сосиськой!
   Милиционер превратился в огромного жолтого колобка с пастью по всему телу, будто на молнии!
   Зубы у колобка с треском продирались сквозь красные десны, как грибы после дождя!
   Ухи колобка отвалились для удобного трения3качения!
   Буркалы у колобка вылезли на пупок, как у беременой моржихи!
   Колобок страшно заклокотал кровью в горле, как марсианский индюк:
   - Денег давай! денег!! Да побольше!!!
  
   Георгий испугался прожорливого колобка и цыганку Азу со змеями на голове, но другие пасажиры метро не лучше - ни одного ангела белого!
   Мелькали в толпе дети3ангелочки, но ангелочков за крылья держали чорные родители с копытами и хвостами, похожие на тощих коров из Апокалипсиса!
   Георгий хотел забежать в вагон электрички, но вместо поезда метро из тонеля выехала чорная карета, запряженая в чорных3пречорных негров, будто все упали в чан с гудроном!
   Негры ржали, как кони и били в шпалы настоящими конскими копытами, как дербисты!
   Шпалы кусали негров за щеки и рычали, словно подземные крысы!
   Рельсы извивались, как макароны в столовой МИФИ!
   Георгий побежал на эскалатор, чтобы подняться по лестнице к свету, как Икар обжег на Солнце крылья!
   Георгий встал на эскалатор, а эскалатор изогнулся и превратился в волосатую птицу Рухх с пенисом и яйцами, как у лося!
   Но Птица Рухх несла Георгия вверх и не кусала, что достаточно и самодостаточно!
   Наконец, наверху Георгий соскочил с птицы Рухх, словно из колодца выпрыгнул без короны!
   Москвичи и москвички спешили по своим делам, как курицы к куче с жемчугом!
   У кого - хвост, у кого - рога, у кого тело, как у медузы!
   Встречались и сороконожки и трехголовки!
   По дорогам неслись повозки на магнитных подушках, на антигравитационых двигателях и с конской тягой!
   С сатанинским грохотом по асфальту прокатился паровоз братьев Черепановых, отчего на асфальте выросли ромашки, как в тетради первокласницы Марины!
   Стайка голых студенток летела в сторону бушующего пламени за живым мостом из роз и нарцисов!
   Георгий на секунду остановился у говорящей яблони и собрался с мыслями:
   'Я все гадости увидел после того, как Цыганка Аза опоила меня наркотиком, словно всыпала в пищевод собачьей еды!
   Я должен найти противоядие, иначе сойду с ума, как жираф на водокачке!
   Но, может быть, это и есть реальный мир, который открылся мне с помощью сыворотки правды цыганки Азы?
   А тот мир - ненастоящий?
   Нет! Цыганка никогда без денег не откроет правды, как девушка с солеными ухами!
   Да и за деньги обманет, словно вишня в шоколаде!
   Я должен найти аптеку с противоядиями, как в кино про пиратов Карибского моря!
   Иначе погибну в чужом мире, словно собака в камере с опущеными!
   Аптека обязана быть рядом с метро, даже в этом вывороченом мире!
   Но как я ее найду, как белую невесту в Катманду?'
   Вдруг, к Георгию снова подошла цыганка Аза, но в облике кентаврихи с сиськами до крупа и зашипела тремя языками:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я опоила тебя зельем, поэтому пойдем со мной туда, где тебе отрубят руки или ноги!
   Без рук или без ног ты станешь рабом нашего табора и будешь собирать милостыню по вагонам, как инвалид Афганистана!
   Георгий с размаха ударил кентавриху кулаком в живот и побежал мимо глиняных избушек и мраморных теремов, словно Карлсон с мотором от Боинга в попе!
  
  Цыганка Аза потеряла Георгия и выла где3то далеко, среди коряг дремучего леса улицы Тверская!
   От воя цыганки Азы тучи падали с неба на Кремль!
   Белорусский вокзал выдрал из земли когтистые лапы и побежал в сторону Маяковской!
   Георгий пять минут бродил по лесу с живыми соснами и поющими русалками, как старик ведун!
   Искал аптеку, не знал, как она выглядит, но верил, что догадается по косвеным признакам, как Пифагор по косвеным признакам догадался, что женился на толстом арапе!
   Вдруг, на опушке с титановой травой Георгий увидел огромное дерево с дуплом, как у мамонтихи!
   Под деревом сидел очкастый бородатый дед с золотой табличкой на груди 'Айболит, доктор, мать вашу, звери дикие!'
   Доктор выбивал зубы и выворачивал суставы зверушкам, вообщем лечил, по3айболитски, как даун!
   Оторвал ушки зайцу3кролику, который жаловался на прыщик на ухе!
   Сломал волку ноги, потому что волк сказал, что волка ноги кормят!
   Вырезал печень у морского ежа, потому что печень вкусная!
   Неждано3негадано, Георгий понял, что Айболит - аптекарша, а дуб с дуплом - аптека!
   Георгий на ватных ногах подошел к доктору, прошелся по шкурам убитых медведей и попросил, словно воды у похотливой Аленушки:
   - Доктор Айболит! Меня в поезде Брест3Москва бандиты опоили наркотиками, как младую девицу!
   Дайте мне3что3нибудь противонаркотическое, иначе погибну, словно швед в бане в Полтаве!
   Георгий в уплату за противонаркотическое средство достал из кармана горсть золотых червонцев, которые на свежем воздухе запищали и превратились в серебряные полтиники с наковальнями!
   Рабочий с монеты молотом ударил Георгия по ногтю, словно комару зубы дергал!
   Георгий удивился, потому что вместо своих рабочих рук обнаружил у себя лапы с чорными загнутыми когтями, как у пианиста Шнитке!
   На когтях растут белые волосы, как у педерастов около кафе Лидо!
   Ноги у Георгия голые, со страусиными копытами и синей кожей мертвеца!
   Доктор Айболит внимательно посмотрел тремя очами в глаза Георгия, словно высверливал хрусталики на сувениры!
   Затем достал из широких плисовых галифе грязную солдатскую оловяную чашку, похожую на клизьму!
   Поймал чахоточную мышь, оторвал ей голову, а мышиную кровь слил в чашку, будто газировку для Пинокиы!
   Доктор Айболит плюнул в чашку, дунул, затем со звериной силой разжал зубы Георгия и влил ему в глотку пойло, словно бутылочку шампанского подарил королеве Екатерине!
   Снадобье оказалось приятным на вкус, как горячий шоколад в городе Ейск!
   Георгий выпил жижу и прозрел, будто упал с вертолета МИ!
   Георгий увидел, что стоит в зале аптеки, а рядом - неописуемой красоты интелигентная девушка аптекарша с волосами до пола, словно метелками!
   У девушки добрые голубые глаза, похожие на пуговицы!
   У девушки круглое лицо, красное от волнения, словно девушка провалилась в канализацию!
   У девушки мудрый взор тридцатилетней молодой женщины!
  
   Георгий покраснел от восторга и от волнения и спросил голосом ученого кота:
   - Извините, но меня действительно опоили, я не знал, как Лукомор не знал Беломора!
   Вы вылечили меня, как пироговская больница?
   Большое вам спасибо, огромное, как серебряный дождь!
   Девушка улыбалась тепло и весело, как шахтер, вылез из обвалившейся шахты:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Наша аптека у вокзала, поэтому мы и не такое видели, словно в фильмах про Дракулу!
   Иногда к нам заползают люди со свежеотрублеными руками или ногами, как брошеные котята!
   Забредают и опоеные наркотиками, как вы!
   Иногда, утром находим около входной двери чей3то труп, как на Мамаевом Кургане!
   Милиция знает о привокзальных и вокзальных делах, но ничто не делает, потому что милиции не выгодно раскрывать эти преступления, отттого, что мало денег получат!
   А зовут меня Меднея!
   Георгий смотрел на избавительницу от мук и радовался, что живой, с руками и с ногами, разговаривает с девушкой!
   Неожидано, произнес каркающим сухим голосом, словно скушал мешок крахмала:
   - Девушка со страным именем Меднея! А вы замужем, как за каменой стеной?
   Если замужем, то станьте моей любовницей, потому что я вас полюбил!
   А, если незамужняя, то выходите за меня замуж, как за добропорядочного скромного физика из института Курчатова без бороды!
   А зовут меня Георгий!
   Девушка Меднея покраснела еще сильнее, словно ее накачали красной краской:
   - Георгий! Вы ничто не знаете о жизни! Я согласна выйти за вас замуж, но если вы поумнеете!
   Нельзя так сразу признаваться девушке в любви, неромантично, как на помойке с шакалами!
   Вы меня смутили, поэтому я пойду работать, как белочка в колесе!
   Меднея ушла за стойку, скрылась за дверями, а Георгий стоял и восторгался своей новой жизнью, с образом Меднеи, словно плавал в сиропе!
   Георгий забыл, что еще недавно воспоминания о прошлом и будущем входили в него, как стальные раскаленые вилки Фаберже!
   'Может быть, наркотик цыганки Азы или снадобье доктора Айболита (Меднеи) меня оздоровило, как сифилисного хоккеиста?'
   Но, вдруг, мелькнуло в голове, как гномики в черепе костер разожгли!
   Георгий вспомнил, где и когда в прошлой жизни встречался с Меднеей, как со страшной судьбой!
   Георгий сопротивлялся, не впускал в себя воспоминания, но они вошли и сами расказали правду...
  
   Георгий в прошлой жизни бежал по грязи, как енот по чистому белью!
   Конечно же, снова не граф и снова в опале, словно на лбу выженое клеймо 'Дурак'!
   Сзади слышался лай собак, будто на выставке в Матхаузене!
   Георгий свернул с дороги к речке, побежал по воде, скрывался за низкими прибрежными кустами, словно подглядывал за живыми утопленицами!
   Собаки сбились со следа и бегали кругами около полицейских, похожих на гнилые картофелины!
   Одна картофелина сплюнула на землю, будто яйцо отложила:
   - Убег каторжный наш! Убег!
   Этот ушкуйник Селиверст (а Георгий знал, что он Селиверст, про него говорят) настолько глуп, что не хочет работать на руднике!
   На медной горе проработал бы еще годик, или полтора, как барин!
   А теперь в бегах сдохнет через неделю, иначе пусть сиверко подует м мой мозолистый зад!
   Полицейские и собаки захохотали, будто скрипачи на оргии модельеров!
   И ушли в туман, как в легенду о соколе и ястребе!
   Селиверст Георгий постоял три минуты в ледяной воде и с ужасом понял, что полицейские не шутили, как фабриканты в морге!
   Без еды Селиверст долго не проживет, даже не дойдет до Столенграда, словно ноги подковали чугуными чушками!
   Селиверст Георгий от огорчения перегрыз ствол тонкой рябины, на которой болтался скелет каторжника:
   'Вернусь к Медной горе, сворую у мастеровых хлеба и сухарей, соли, сахара, спички, рыболовные снасти и ножи, как в сельском магазине купца Барышникова!
   С харчами и железом дойду до Киева, пойду в схимники, потому что умный, как Папа Римский!
   Авось не сгину по дороге, как Радищев в Петербурге!'
  
   Глубокой ночью, когда на юге звезды, а на севере - грязь на небе, Георгий подкрался к бараку с заключеными декабристами, каторжными, но умными, якобы, как печки3лавочки!
   Заглянул в окошко, гадал, где они прячут инструменты и еду, словно мышки3воркушки!
   В бараке при свете лучины каторжные читали запрещеную литературу до которой ни кому не было дела, ни охранке, ни простому люду, как до порно литературы с картинками, возбуждающими воображение!
   Худой бородатый мужчина с вырваными ноздрями стоял на столе и размахивал книгой, будто веником в бане:
   - Товарищи, верьте, взойдет она, звезда пленительного счастья!
   И на осколках самодержавия напишут наши имена, как на похвальных грамотах!
   Не пропадет наш скорбный труд и дум высокое стремленье, как у девушек гимназисток!
   Георгий на минуту заплакал, растрогался, обрадовался, что декабристы те же люди, как и он, каторжные, но хорошие и добрые, как булка с маслом!
   А декабрист продолжал человеколюбивую речь, похожую на подрамник для картины про голых нимф:
   - Каждого сирого, гонимого мы примем в свое лоно, как девушка принимает самца!
   Мы дадим одинокому путнику кров и пищу, словно зайчику на зимовье!
   Пусть жаждущая душа заглянет в нашу обитель, как бабочка к мотыльку на огонек свечи!
   Георгий обрадовался, зашел в дверь, попросил, словно курил листья арбуза:
   - Здравствуйте! Я беглый каторжник Селиверст!
   Угостите меня, приютите меня, дайте на дорогу харчей и инструментов, словно рог изобилия!
   Каторжники декабристы всполошились, закричали на Георгия, как бабы на подростка вора:
   - Селиверст! Пшел вон, болван!
   Мужик, быдло! Ты своим существованием и видом позоришь гордое звание Русского народа, как евнух в гареме!
   Мы тебя побьем кирками и бадьями для медной руды, как гончую собаку!
   Каторжники декабристы запрыгнули на Георгия с дрынами в натруженых интелигентных руках будто сапоги скушали на ужин!
   Георгий побежал по бараку, опрокидывал стулья и параш - бег с барьерами!
   Схватил огромный мешок с харчами в левую руку, а в правую - кирку из дамаской стали, как Аладин!
   Побежал в поля, как птица больная без крыльев!
   Декабристы со свистом и улюлюканьем бежали следом, поднимали охраников и собак, как на охоту за оленем3золотые копыта!
   Размахивали факелами, кидали в спину Георгия камни с прииска, будто бананы из мешка Деда Мороза!
   'И что я им плохого сделал?'
   Георгий бежал по знакомым местам: тропинка к роднику, дорога к руднику, завалы, штольни!
   Но уставал, как раненый гусь Нильс со стокилограмовым мальчиком дауном на спине!
   Погоня приближалась; в свете факелов блестели красные глаза и красные зубы преследовавших братьев каторжников, будто стадо вампиров!
   Георгий споткнулся о чей3то труп без головы, как прыгун о судью!
   Перескочил через хохочущую пьяную девушку Машеньку, похожую на мешок с мукой!
   Но не удалялся от преследователей, а наоборот, они догоняли, словно задние колеса телеги нагоняют передние!
   Георгий в спасительном рывке забежал в шахту, побежал в полной темноте, как в попе у негра!
   Сзади полыхнули факелы декабристов, шипели горящие смолы и голоса недругов, словно раздавленые крысы под ногами фюрера!
   Георгий не думал о том, что заблудится, а скакал по пещерам, по галереям, по переходам, словно принцеса Будур из постели в постель!
   Погоня затерялась в лабиринтах, как голый Зевс в лабиринте с быком!
   Георгий засмеялся, и, неждано3негадано, ударился толоконым лбом о сталактит и сталагмит, словно проверял Медную Гору на крепкость!
   От удара Георгий полетел в неведомый чорный колодец, будто в гости к девушке художника Васнецова!
   Селиверст Георгий очнулся через непонятное время и увидел невиданой красоты девушку, похожую на сказку!
   Девушка полностью обнажена, как в финской бане с делегацией японцев!
   У девушки малахитовые зеленые очи на белом алебастровом личике, словно драгоценые камни!
   У девушки шикарная грудь, будто с силиконовыми вставками из Голивуда!
   У девушки ниже пояса, как у русалки зеленый хвост, но змеиный!
   Девушка подошла к Георгию и поцеловала Георгия в губы, будто покойника на свадьбе геев!
   Георгий удивился, но не двинул ни одним членом, потому что тело Георгия обездвижено, словно руки и ноги отрезаны, как на органы для добрых немцев!
   Девушка заплакала горючими слезами, будто рыбка и произнесла голосочком, похожим на звон золотых колокольчиков по серебряной наковальне:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Я долго ждала своего Принца, как в сказке про белого бычка!
   Наконец3то ты пришел ко мне, любимый, словно снег на голову в Медной Горе!
   Но у тебя сломан позвоночник, перебиты внутрение органы, оторвана селезенка и печенка, как у гуся на Рождество!
   Ты умрешь через сорок одну минуту, как сурок на сковородке нанайца!
   Ан я покончу жизнь самоубийством в тот же момент, будто бабочка однодневка под мокасином индейца Джо!
   Жизнь без тебя мне будет не мила, дорогой парень!
   А зовут меня Хозяйка Медной горы!
  
   Георгий Селиверст лежал и удивлялся всем обстоятельствам; в пещере темно, но зеленое свечение, как на урановых рудниках!
   Хозяйка Медной горы прекрасная девушка, хотя и с хвостом, как рыба!
   Но почему Хозяйка Медной горы ослепительная полюбила Георгия Селиверста, словно горошину под матрасом?
   Вдруг, Селиверстом к огромному восторгу обнаружил, что пещера забита золотом и драгоцеными камнями, будто мусором на городской свалке в Капотне!
   Золото лежало под Селиверстом горкой (о которую, возможно, Селиверст сломал спину)!
   Золотые росыпи блестят около стен пещеры, словно маковые росинки в белорусском полесье!
   Среди золотых груд зеленели, белели, краснели, желтели и голубели драгоценые камни невероятных размеров, словно гробовщик Ануфрий превращал трупы в драгоцености!
   Селиверст застонал, будто получил брилиантовый кол в оторваную печень:
   - Инда, Хозяйка Медной горы! А откуда у тебя столько золота и драгоценых каменьев, что у меня очи вылезли словно у морского окуня?
   Ты сама накопила или обворовала гномов, если они существуют, карлики!
   Зачем тебе золото и аржаны под землей, как дождевые черви на картине Репина 'Бурлаки'?
   А зовут меня Селиверст каторжник, но не Принц!
   Хозяйка Медной горы очаровательная зарыдала, дико захохотала от горя, словно сошла с ума по Аленькому цветочку:
   - Селиверст, мой суженый, жених мой разлюбезный!
   Почему ты перед смертью не спасаешь свою душу, как сокол остроносый?
   Почему не говоришь мне слова любви и не клянешься в вечной любви мне, твоей невесте, почти что жене?
   А золото и каменья я собирала в приданое, нам на свадьбу, как просо и квас в бедных семьях!
   К чему золото и драгоцености, если сердце закостенело, словно каменый башмачок у девушки Гретхен!
   Георгий сплюнул кровавый сгусток, словно выплюнул горсть гранатовых зернышек:
   'Действительно, я подлец, как бык недоеный!
   Девушка Хозяйка Медной горы ждала меня, готовилась, даже приданого скопила пещеру, как Алибаба с сорока женами!
   А я алчу, как американец в клетчатых штанах!
   Неужели вся наука Вселенной - Космогония, Космофизика, Астрофизика, Космология меркнет перед блеском жолтого метала, который в воде тонет, а в огне не горит и не окисляется!'
   Георгий зарыдал, как адмирал Нахимов над трупом убитого капитана Немо:
   - Хозяйка Медной горы, невеста моя добрая и распрекрасная, как гора!
   Сказал, не подумал, потому что в бреду, как беременый крокодил!
   Ты мне дороже, чем золото в тысячу карат на выставке в кунцкамере!
   Хозяйка Медной горы обомлела от слов Георгия, как курица от нафталина!
   Затем с причитаниями и воплями била себя белыми кулачками в чистые перси, словно в тамбурины:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты не человек, потому что ты - супер человек, как человек3паук!
   Я люблю вас, как мать обожает своих тринадцать сыновей!
   Мы погибнем, но нас найдут, хоть через тысячу лет, как трупы Василисы Царевны и ее любовника серого Волка!
   Моя пещера труднодоступная, как любовь девственицы!
   От главного входа нужно пройти в третью штольню слева, затем спуститься на три яруса, пройти по пятой справа штольне, проползти по лазу влево, затем подняться на второй ярус, а с него на шахте скатиться до седьмого уровня, после чего пройти направо, через две пещеры и - окажешься в нашей пещере, как в лепрозории для больных белочек!
   Вдруг, грохот и вопли заглушили слова шикарной Хозяйки Медной горы, как плач кастрата в свинцовой камере!
   Декабристы подорвали штольню вместе с Селиверстом, Хозяйкой Медной горы и самими собой, как слесари сантехники!
   На Селиверста и на Хозяйку Медной горы полетели осколки руды и древние свитки с безцеными знаниями староверов и вещунов!
   Последнее, что Селиверст Георгий видел в той жизни - килограмовый алмаз, который расколол темечко Хозяйки Медной горы, будто нож в Вологодское масло!
  
   Георгий вышел из воспоминаний, минуту смотрел на аптекарскую девушку прелестницу Меднею, в которую через годы превратилась Хозяйка Медной горы!
   Затем схватил с прилавка шариковую ручку и написал на рекламном листочке (СПИД без границ для гомосексуалистов и наркоманов):
   'От главного входа пройти в третью штольню слева, затем спуститься на три яруса, пройти по пятой справа штольне, проползти по лазу влево, затем подняться на второй ярус, а с него на шахте скатиться до седьмого уровня, после чего пройти направо, через две пещеры и - окажешься в золотой пещере, как Ленин в броневике!'
   Георгий просунул голову в окошечко аптеки и поцеловал Меднею прелестницу в губы, словно искал губами мармелад:
   - Меднея! Я вернусь через месяц и женюсь на тебе, если ты не найдешь до этого времени более достойного жениха, чем я!
   Впрочем, не найдешь, потому что другие теперь хуже меня, и ты еще до сих пор не нашла!
   Целую крепко, как Жучка репку!
   Георгий покраснел от своей смелости и напора, словно попа куртизанки в парилке!
   Выбежал из аптеки, побежал к метро, как монах на колокольный звон:
   'Я знаю, где лежит золото Хозяйки Медной горы, наконец3то!
   Найду драгоцености, приеду к Меднее богачом и женюсь на ней, словно кот Миазмус на Мики Маусе!
   Но не скажу Меднее сразу, что я богач, пусть полюбит меня бедного, как котик любит чорную икру!
   Надеюсь, что за годы застоя и развитий под землей ничто не изменилось, как в банке Петергофа!'
   Георгий вбежал в метро, а Георгию на ногу наступила ногой сорок девятого размера жирная немка девушка, будто свинцовую кровать поставила на ступню!
   Георгий закричал от боли и от страха, а немка схватила Георгия за челюсть, как челюскинца и прохрипела несмазаным голосом, который может быть только у представителя угнетеного народа, завоеваного и порабощеного русскими:
   - Русиш швайн? Ферфлюхтер юде?
   А, вспомнить, как это по3русишвайнски!
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Как мне пройти до ближайший сортир?
   Георгий замахал руками, как вертолетами Сикорского!
   Он не хотел уходить в воспоминания, ни в прошлое, ни в будущее, потому что имел цель в настоящем: важную, как сановник Ли Чуня!
   Но волны будущего понесли Георгия, как зубной протез капитана Нахимова!
   Георгий увидел себя в будущем и толстую немку в будущем, как украл из обоза три семги с контрабандными брилиантами в брюхах!
  
   Шикарная фазенда на севере Иркутской области, как на Луне крематорий!
   За окном тайга с банановыми деревьями, с ананасами и клубникой, величиной с колесо от 'Волги'!
   В комнату вплыла абсолютно голая, как селедка, толстая китайка художница!
   В попе китайки, но русской китайки, гусиное перо для форса!
   В ухе китайки золотая серьга с микрофоном, как у старого пердуна !
   В пупке китайки кольцо, а на кольце - ваза эпохи династии Минь, как у деревенского пастушка Прошки!
   Китайка шла к Георгию, а Георгий радовался, что в будущем находится с обнаженой красивой девушкой, которая его любит и идет к нему с радостью и восторгом, будто американскому посольству!
   Китайка подошла к Георгию, а Георгий осмотрел себя и завопил от ужаса, будто ему воткнули в левый глаз оглоблю от телеги Ильи Муромца!
   'Я не человек и не животное, словно по мне прокатился бульдозер с пьяными бульдозеристками!
   Я - кожаная обивка на диване китайки, словно абажур для лампочки из человеческой кожи в бункере Мусолини!
   Немка фашистка стала китайкой, но повадки те же - содрать шкуру с человека, как с неубитого медведя!'
   Китайка (в прошлом немка из метро) толстой попой села на Георгия, как на плаху!
   Георгий видел смуглые круглые ягодицы, похожие на Юпитер сквозь дымку!
   Ягодицы с размаха плюхнулись на кожу Георгия, как палочки барабанщика Мити на барабан Вити!
   Китайка откинулась на мягкие кожаные подушки и заверещала от удовольствия, как курица на золотом насесте!
   Она подпрыгивала на диване, на коже Георгия, как дура и наизусть читала 'Песнь о вещем Олеге' в переводе на китайский Мао Дзедуна!
   Кожа Георгия лопалась под мощными телесами, словно перезрелые глазные яблоки!
   Георгий молча вопил, но лопался, как кошкин рот!
   Наконец, в кульминации, китайка возомнила себя царицей Екатериной Второй и балериной Улановой в одном теле!
   Вскочила на ножки на диван, прыгала и хохотала, до умомопрачения, как кукушка на страусиных яйцах!
   Кожа дивана и Георгия лопнула, будто Дзержинский в Космосе!
   Георгий потный вышел из будущего, словно в крематорий на экскурсию сходил!
   Поезд метро снова подъезжал к трем вокзалам, будто гуси спешат на пожар!
   Георгий добежал до кас, но никуда - ни в прошлое, ни в будущее не заглядывал, как голая Эмануэль в опиумокурильне!
   Но около касы к Георгию подошел проводник одного из поездов и улыбнулся доброй всепонимающей улыбкой, будто отобрал у Георгия квартиру!
   Георгий вздрогнул от улыбки железнодорожника, будто получил железный костыль в спину, между крыльев!
   И увидел себя и железнодорожника в прошлой, но недалекой жизни, как в кривом зеркале в деревенском сортире!
   Кругом жарища, духота, словно в пекле, и рожи, как в аду - чорные, африканские!
   Георгий пригляделся и понял, что кругом не негры, а товарищи по класовой борьбе против империалистов!
   Внутри бронепоезда тесно и неуютно, как на одной полке трем зекам!
   Георгий, разумеется, в самом низшем чине рядового, но в красных революционых шароварах, как клоун!
   К Георгию подошел комисар (в будущем железнодорожник, с которым Георгий встретился у кас вокзала) и нежно потрепал Георгия по розовой щеке:
   - Что, товарищ, Кондратий? Будем бить белогвардейскую гидру в хвост и в гриву?
   Ты во время боя подноси снаряды, как проклятый!
   А я буду командовать вами, как вшами, потому что я тебе и отец и мать и любовник!
   Умрешь за меня, рядовой?
  
   Кондратий Георгий радостно оскалил зубы, поправил чуб, словно умылся кровью:
   - Конечно, товарищ комисар! Вы для меня и отец и мать и любовник, потому что так назначила Партия!
   А правда ли, товарищ комисар, что при комунизме все бабы общие, как общак у бандита Леньки Пантелеева?
   - Истиная правда, товарищ Кондратий!
   Ты иди, помой полы в сортире, как половой жук!
   Взбей мне мягкие перины, затем и потолкуем про баб и про революцию, как Мухтар и Цюрюпа!
   У комисара золотые зубы и золотые швейцарские часы, реквизированые у буржуя!
   У комисара сапоги из кожи мамонта, как ноги у пса Шарика!
   У комисара усы из носа, словно половые щетки в НАРКОМАТЕ!
   Вдруг, по бронированому корпусу бронепоезда лениво застучали пули, словно дождинки по щекам пухлым!
   Товарищ комисар Михаил всполошился, словно у него украли ливерную колбасу из штанов:
   - Пушки к бою, мародеры! Нас атакуют враги!
   Заряжальщики! Кондратий! Спасайте бронепоезд, революцию и меня!
   Уроды! Быстрее, а то сгинем, как Иван Сусанин в Польше!
   Товарищ комисар лихо и мощно ударил кованым щегольским сапогом в зад Кондратия, словно выбивал дверцу сейфа!
   Кондратий схватил тяжеленый, как свинья, снаряд и понес артилеристу, как ребеночка!
   Огонь, батарея! Огонь, батальон! Огонь, бронепоезд!
   В бронепоезде завоняло серой и адом, как у жолтоглазого козла под хвостом!
   Кондратий бегал со снарядами, как мышь в унитазе!
   Повторял, будто азбуку Чиполины:
   'Лишь бы товарищ Михаил оказался доволен!
   Пусть меня убьют, но товарища Михаила спасу, как олень золотые рога спас свои брилиантовые яйца!
   За родину, за комисара! Ура!'
  В дыму и чаду Кондратий не заметил, что товарищ комисар тихонечко исчез, будто вознеся на небеса!
   Кондратий опечалился, подумал, что комисара убили, как куропатку в Индонезии!
   Кондратий даже хотел прострелить себе лоб из маузера, потому что без комисара революция проиграна, как при болезни проститутки закрывают публичный дом!
   Но через амбразуру увидел знакомую фигуру комисара, далеко в поле, как глиста под микроскопом!
   Комисар почему3то уже в белогвардейской форме, размахивает белым флагом, как девушка трусиками!
   Комисар подбежал к вражескому командиру и упал перед ним на колени, целует туфлю, как шарманку из города Минск!
   Кондратий не верил своим глазам, как не верил газете 'Не искра'!
   'Комисар предал нас? Меня? Как суку? Как падаль?
   Куда мы катимся? Скоро бабы штаны наденут, как идиомки!'
   А на поле комисар доказывал свою преданость новым друзьям, словно прибивал на шкаф фото Планеты Марс!
   Комисар нацелил вражескую пушку на бронепоезд и дал залп, как из попы после горохового супа!
   Снаряд ударил точно в амбразуру, в которую любопытный Кондратий высунул красный нос!
   БАЦ! БУМБАРАЦ! КАЦ! БАМ!
  
   Георгий выскочил из воспоминаний о прошлом и прошептал в улыбающуюся физиономию железнодорожника, словно целовал крышку гроба:
   - Товарищ! Ваш предок предал Родину и меня в далеком прошлом, словно в душу положил нафталин!
   Я бы на вашем месте бросился с моста под поезд, как Ан Каренин!
   Зачем сейчас правда, если в прошлой жизни ложь?
   Железнодорожник, покрутил пальцем у виска и отошел от Георгия, словно Титаник отчалил от айсберга!
   Георгий покраснел за свою нечаяную грубость и подошел к окошечку касы, как к невесте скрипачке!
   Молча думал, как Гегель в пивной с Гоголем:
   'Хотя бы были воспоминания с умными людьми, как с говорящими попугаями пиратов!
   Впрочем, я зря волнуюсь, потому что воспоминания о прошлом подсказали мне клад с золотом, как из рога изобилия вином облили!
   А умные люди - выдумка схимников!'
   Касирша посмотрела на Георгия добрыми лучистыми очами, в которых светится женская радость, как на золотом блюдце катается золотое яичко!
   Георгий вздрогнул, потому что увидел себя и эту касиршу, но в далеком будущем, в вагоне поезда Москва-Вашингтон!
   В купе две койки на магнитной подушке, как на ГРЭС!
   Касирша в будущем оказалась усатым дедом с бородой до пола, как у Волхва!
   У деда на голове золотая корона професора Вселенских наук, как бочка с царицей Софьей!
   У професора красная мантия до пола, как у горностая!
   У професора на лбу печать имени Соломона, как на кувшине с Джином!
   А Георгий оказался в будущем, в том будущем, нимфеткой двадцати лет в коротенькой юбочке из полититана, как у дресированой макаки!
   У Георгия белые кудряшки и три уха!
   У Георгия девичья соблазнительная фигурка с выпирающими грудями седьмого размера, как у почетной матери героини павианихи!
   Умный професор добро щурит близорукие очи минус сто, как у щуки:
   - Дельфиния, я обещал вам, как примерной ученице, что возьму на экскурсию в Вашингтон в тюрьму народов, поэтому выполняю свое обещание, как полководец Калигула!
   По дороге мы обсудим философские темы бытия и расизма, как корова и бык!
   Понимаете, Дельфиния, все сущее вытекает из основного, как магма из жерла Фудзиямы!
   Белое и чорное на самом деле не является белым и чорным по существу, но только по форме и по содержанию, иначе пусть северный ветер надует мой старый кливер парус!
   Белое и чорное являются отттенками серого, серятины, как Сальери тень Моцарта!
   Возьмем, к примеру, негров сша и России, как булки в изюме!
   В сша негры угнетены, работают на плантациях Меркурианского тростника, будто им вставили в щеки антигравы!
   А в России негры - хозяева земель, заводов, фабрик, хозяева своей огромной страны!
   (Професор говорил умные вещи, а Дельфиния с тремя ушами удивлялась, что професор говорит, но смотрит не в окно на пролетающий пейзаж, а старается заглянуть Дельфинии под юбку, будто под юбкой Дельфиния спрятала сокровища скифов!)
  
   Професор продолжал восторженую речь, расуждал о градациях сознания у малых народов, но...
   Вдруг, словно получил обухом по коленкам!
   Свалился к ногам шикарной Дельфинии, целовал ее оголеные, как высоковольтные провода, коленочки!
   Тискал испуганую Дельфинию за арбузные груди, будто покупал арбуз:
   - Дельфиния умопомрачительная! Станьте моею, как конь и рыцарь!
   Я поставлю вам пятерку в четверти, словно добрый волшебник!
   Я куплю вам новые колготки с живыми нитями с Венерии!
   Дельфиния в ужасе отпрыгнула к столу и плеснула професору кипяток чай в научное лусало, будто тушила пожар грудями!
   Пока професор вопил и катался по полу, Дельфиния дивная включила защитное поле и укоряла професора:
   - Господин Професор, из вас же песок сыплется, как из детской песочницы около Мэрии Москвы!
   Если бы вы были молодой, состоявшийся Принц, то я бы вышла за вас замуж, как северная куропатка за южного питона!
   Но вы же помрете через пятьсот лет, а я только жизнь начинаю, как белая книга с непорваными страничками!
   Професор вопил о милосердии и о страных девочках, которые не понимают шуток, как дети Карлсона!
   Наконец, старый науковед и молодая нимфетка Дельфиния снова подружились, будто только что съели пуд соли!
   Професор угостил Дельфинию морковной водкой и подмигнул девушке Георгию так сладко, что у Дельфинии лопнул лифчик, как колесо на Камазе!
   После совместного пития водки професор пригласил Дельфинию в тамбур, покурить косячка из марихуаны!
   Дельфиния миловидная, как улитка, курила с професором в тамбуре и хохотала, будто прочитала Ленинскую библиотеку!
   Лицо Професора стало вновь милым и умным, как батончик Сникерс!
   Но через три минуты Дельфиния изумительная почувствовала, что у нее отнимаются белые резвые ноженьки, а голова кружится, словно у собаки, больной чумкой!
   Харя Професора вытянулась, как у зеленого крокодила:
   - Дельфиния гадкая! Я отравил тебя нарочно, потому что ты дура и обидела меня, как кошка бегемота!
  
   Я сброшу тебя с поезда во тьму, как белку в океан!
   Твои деньги и ксивы возьму себе за труды и унижения, а ментам, сукам ссученым, скажу, что ты напилась и выпрыгнула с поезда, потому что ненавидишь негров, расистка!
   Дельфиния Георгий позеленела от отравы и от страха, а Професор открыл дверь и толкал Дельфинию в попу, выкидывал с поезда Москва Вашингтон!
   Дельфиния крутила глобусной попкой, но не подддавалась, как рыба меч!
   Вспомнила трюк из кина про Тарзана!
   Выставила попку под нос красного професора, как опричник достает свою кирасиру!
   А, когда академик всех Вселенских наук поднапрягся, сильнее надавил на попку Дельфинии, девушка Георгий Дельфиния резко ушла в сторону, как теплоход от опоры моста!
   Професор не удержался и полетел в пустоту, как обманутый евнух!
   Дельфиния великолепная засмеялась, засунула два пальчика в рот, чтобы проблеваться, выблевала яд, как аборт сделала:
   - Я еще слишком молодая, не рожавшая девушка скромница!
   А професор найдет покой на дне Марианской трещины, как у Марианы в постели!
   Океан ему свинцом, похотнику с шершавым языком!
  
   Георгий вышел из воспоминаний, посмотрел на касиршу с ненавистью, как девушка на маньяка Насильника из Московского зоопарка!
   Но знал, что дело превыше личных обид за будущее и прошлое, сказал касирше тихим голосом подпольщика:
   - Один купейный билет на ближайший поезд до Уралграда!
   Девушка, посмотрите пожалуйста, чтобы в купе не было придурков професоров маньяков, похожих на озабоченых гипопотамов!
   И, чтобы проводник с безупречным прошлым и будущим, как жена Железного Дровосека Эли!
   Касирша засмеялась, продала Георгию билет и помахала Георгию вслед фатой, словно прощалась навеки с чужим любимым мужем!
   Георгий пошел к поезду до города Уралграда, а к Георгию подошел высокий очкастый интелигент с чуркой в руках, как папа Карло!
   Георгий присмотрелся, а в руках одноногого усача не чурка, а выструганый деревяный кораблик, похожий на нос Карла Фридриха!
   У мужчины усы под щеками, как у царя Петра Первого!
   У мужчины очи навыкате, как шары для американского бильярда!
   У мужчины челюсть трясется, как у голодного челюскинца!
   Мужчина плюнул Георгию в лицо и сказал задушеным тоном, будто масло медом намазал:
   - Георгий! Ничто ты не знаешь о жизни! Купи у меня кораблик, который я сам смоделировал в кружке Авиа и судостроения на станции метро Сокол!
   Я - великий ученый, но стругаю кораблики, чтобы купить хлеба себе и своей наложнице немке Анхен!
   Купи пожалуйста, а то у меня начнется эпилипсический припадок, как у инфузории туфельки!
   Георгий купил у мужчины кораблик, а когда брал кораблик в руки, то увидел себя и мужчину в далеком прошлом, словно головой колодец чистил!
   Георгий обнаружил себя в болоте с бревном на плече, как Ленин на Суботнике!
   Бревно тяжелое, как труп коня Александра Македонского!
   У Георгия на ногах лапти, как модные сапоги!
   У Георгия на попе портки порваны, словно укусила собака Зимбабве!
   У Георгия тяжелые хрипы из чахоточного горла и из дырок в груди, как из мотора мопеда 'Карпаты'!
   Георгий в прошлом знал, что строит новый город Царьград или Петроград - на болотах и на трупах, словно на доисторическом кладбище!
   Георгий упал с бревном в конский навоз, а на дороге стоит царь Петр с париком на голове, как заморская баба!
   У царя Петра зеленые штаны, словно у шкодливого мальчика Жана Шарля!
   У царя Петра усы ниже пояса, как у черногорского вампира!
   У царя Петра сапоги на каблучках и с железными подковами, словно с коня упал!
   Георгий понял, что царь Петр в будущем на вокзале продаст ему чурку, словно переплел судьбы, как рога баранов!
   Царь Петр в прошлом ударил мастерового Георгия плеткой по глазам, как беременую козу!
   Выпучил очи вдаль, туда, где сортиры работников, словно подсматривал за испражняющимися!
   Но царский ум за сортирами узрел будущее, как ворожея на тухлом супе предсказывает светлое будущее!
   - Отсель грозить мы будем шведу и курляндцу!
   Инда сбрею всем мужикам бороды и надену на мужчин парики, как на чучел французианских!
   Я сделаю так, что в обтягивающих штанишках, бабских париках и с напудреными личиками русские мужчины станут похожими на женщин, как курляндец на ишака!
   Ан голые лица станут, как жопы, словно у покорителей Америги!
  
   Ан за все эти деяния иностранцы меня похвалят и дадут премию Нобеля!
   Возможно, за поклонение, в далеком будущем кто нибудь повторит мой подвиг и развалит Русь, как грецкий орех!
   Затем у русских из пачпортов уберут национальность, а саму Русь отменят и назовут Российской Федерацией, в которой будут жить не русские, а Российские Федеративные, словно жуки навозники!
   Например, французианец в будущем спросит москаля:
   'Ты, чувырло, какой национальности?'
   Ан русич со слезами на очах воскликнет, будто в попу дудку вставил:
   'Поелику, я был раньше русский, а теперь национальность - российский федеративный!'
   Георгий батрак в прошлом не выдержал речей царя Петра, словно сел в калошу и поплыл на калоше в Измаил:
   - Инда царь Петр, ты же Русь возвеличиваешь, отвоевываешь новые земли, а душу Руси заливаешь каками курляндскими!
   Ан подрываешь нас изнутри, как бомбу заложил в селедку!
   Зачем нам новые земли, если мы будем брады брить, как французы попы?
   Георгий в прошлом взбунтовался и бросил в царя полено, как гранату!
   Царь Петр поймал бревно налету, сломал о голову, захохотал, как мустанг, оседланый горилой!
   Схватил Георгия за горло, словно свиную колбаску:
   - Бунтарь? Стрелец? Шкуру с живого спущу, собака!
   На лобное место тебя, как поцелуйную бабу!
   Ан не желаешь строить Петроград, где никто не будет работать, а только песни петь, как гусляры?
   Георгия связали, как жертвеного барана на станции метро Севастопольская!
   Бросили в телегу с тремя хромыми барышнями, будто из них холодец готовили!
   Но телега не ехала по грязи, как прокаженая лошадь!
   Царь Петр взревел страшным голосом, и приказал стрельцам, словно кино снимал про пикник Чарли и Леси:
   - Мостите дорогу бревнами и людьми, как чурками!
   Шкуру! Шкуры поснимаю с вас, окаяные!
   Не хотите, чтобы в вашем граде барышни плясали плезиры, а мужики целовали друг дружку?
   Стрельцы бросали под колеса телеги бревна и людей, как камни!
   Телега двигалась вперед по живым людям, а ославляла за собой трупы, как ковер гроболет!
   Наконец, на лобном месте Царь Петр посадил Георгия на кол, начал сдирать с живого Георгия кожу, как с коровы Буренки!
   А Георгий шептал разорваными губами, будто песню пел про белых медведей:
   - Ан царь Петр, пьющий! Зачем солдаты умирают, когда завоевывают новые земли, словно петухи куриц?
   Пошто мы гибнем на строительстве Петрограда, как художник Репин под мольбертом?
   Все, что мы завоюем кровью, отдадим даром курляндцам и америчанцам, потому что правительство у нас продажное, как девка с Сухаревки в Москве!
  
   Царь Петр содрал с живого Георгия в прошлом кожу, а Георгий в будущем вздрогнул, будто наступил на морду коня:
   'Зачем я политизировал, дискутировал с царем Петром, как крышка с гробом?
   Мне не нужна политика, а физика делается в любом государстве, как скрипка и смычок!
   Неужели, я бунтовал в прошлых веках, как Петрушка?'
   Георгий зашел в свое купе, а в купе сидели два серых человека, знакомых Георгию, как помидоры на огороде в шесть соток!
   Георгий удивился, а один серый человек засмеялся, будто целовал в губы мертвого ишака:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Мы поедем с тобой и будем смотреть на тебя, потому что других идей у нас нет, как нет колокольчика на вареной корове!
   В Российской Федерации много денег, но мало идей, поэтому мы следим за тобой, словно чайник за кипятком!
   Но и поможем тебе в трудную минуту, как костровщик поджарил Жану Арк!
   Вдруг, от тебя произойдет польза РФ, а с пользой РФ дороже продаст себя курляндцам, как девушка в неглиже!
   Георгий отвернулся от людей, смотрел в окно и вспоминал грудь Меднеи, словно колокола на Спаской Башне Кремля!
   Поезд ехал, в купе зашла красивая проводница и села на колени Георгия, будто трава срезаная косой литовкой!
   Георгий смутился, покраснел, взволновался, как открытое шампанское:
   - Девушка! Я люблю другую и женюсь на аптекарше Меднее, поэтому я не стану с вами дружить, отттого, что нечестно, как чернила в банке варенья!
   Девушка! Пересядьте на колени моим попутчикам, словно они скушали по три мешка патронов!
   Вы даже можете родить для них ребеночка, как парикмахер Жан от парикмахера Жака!
   Но девушка проводница целовала Георгия в губы, страстно шептала, словно грела внутри адским пламенем:
   - Николя, бонжурий! Я ваша навеки, как гвоздик и гаечка!
   Возьмите меня на столике для белья, как на приеме в Версале!
   Вам кофе в постель или в чашку?
   Проводница еще раз крепко поцеловала Георгия, словно высасывала у Георгия кровь!
   Затем посмотрела на Георгия, как на тухлую жабу!
   Ударила Георгия ногой по голове, била пощечины, плевала Георгию в лицо и царапала Георгию щеки длиными ногтями, похожими на сушеную репу!
   Серые люди с интересом слушали и смотрели, но отттащили проводницу от Георгия, как кошку от бешеной собаки!
   Проводница шипела и с ненависть смотрела на Георгия, словно голодный бомж на горшок с кашей:
   - Я ненавижу тебя, Прошка! ненавижу, как окупанта!
   Ты сгубил мою молодую жизнь, будто в бане кипятком на сиси плеснул!
   Лучше сам удавись на корабельном канате нашего ялика, как матрос Стенька Разин!
  
   Серые люди с восторгом вытащили проводницу из купе, а Георгий испугался, будто придавил пенис крышкой саркофага:
   'Может быть, когда я женюсь на аптекарше красавице Меднее, то мои воспоминания о прошлом и о будущем исчезнут, как с белых яблонь дети?
   Я устал от воспоминаний, словно спортсмен бегун несет на плечах усталого товарища!
   Когда найду сокровища Медной Горы, тогда вздохну свободно, как флаг на башне Петергофа!'
   Георгий вспомнил в далеком прошлом свою встречу с неистовой проводницей, будто грыз кость доисторического мамонта!
   Георгий увидел себя в темной прокопченой избе, похожей на старый духовой шкаф!
   Окна слюдяные, будто глаза у остекленевшего тигра Шархана!
   В избе жарко и потно, как под лебяжьим одеялом!
   В углу, на полу, под шкурой спят пятеро детей Георгия Прошки от прошлых жен, будто новорожденые собачки!
   А посредине избы стоит абсолютно нагая новая жена красавица девица Марьюшка, прелестней которой только ягода малина в летнюю пору!
   У Марьюшки коса русая до пола, словно березка свежая!
   У Марьюшки стан, будто полевой!
   У Марьюшки радость в синих лазурных очах и восторг от предвкушения первой брачной ночи!
   Георгий обрадовался, словно мельник на псарне!
   Скинул портки, побежал к Марьюшке шикарной, будто медведь из капкана!
   Вдруг, дверь избы отворилась, будто ее поцеловал негр дядя Том!
   В избу в соболиной шубейке ввалился с мороза помещик Троекуров, похожий на бочонок с тушеной репой!
   У помещика барина усы до пупа, как у Чиполины!
   У помещика нос красный, словно три ведра помидоров!
   Помещик Иван Степанович старый, как осиновый кол в груди вурдалака!
   Вдруг, Георгий обнаружил, что стоит в низком поклоне перед Иваном Степановичем, словно на спине чорт сидит с рогами!
   Прошка Георгий улыбается, скалит зубы, будто только что поставил золотые пломбы:
   - Иван Степанович! Дорогой барин! Входите! Какая честь, словно киселем угостили!
   Входите, располагайтесь, я к вашим услугам, как подкова к коню!
   Шубу скидывайте, не украдем, хихи с!
   Иван Степанович покровительствено усмехнулся и добро похлопал Прошку кнутом по макушке, будто прическу делал:
   - Слыхал я, Прохор, что ты снова женился, но на красавице девице Марьюшке!
   Ан, я по праву хозяина, проведу с ней первую брачную ночь, словно сито золотое купил!
   Очень красивая у тебя молодая Марьюшка, как синяя заря!
   - Конечно, конечно, барин! Как же иначе! Марьюшка готова для полового сношения!
   Возьмите ее, чистую, непорочную, как нотную грамоту!
   Надеюсь, что вам понравится, как щи с требухой!
   Марьюшка зарыдала, забилась в угол, как куница от волка:
   - Прошка! Не отдавай меня барину даже на ночь, словно я голь перекатная!
   Я тебя люблю, Прошенька миленок!
   Зачем отдаешь старому грязному импотенту, будто подстилку из коровника?
   - Молчи, дура баба! - Прошка Георгий злобно ударил ладонью по щеке Марьюшки! Плюнул ей в расписные белые груди! Погрозил топором! - Иван Степанович наш благодетель, а с тебя не убудет, словно воды стаканчик выпьешь!
   Ан еще благодарна будешь, что Иван Степанович тебе честь оказал, что честь твою взял, словно листья с березы обтряс лоботряс!
   Я тебя за ноженьки подержу, чтобы дура, не лягнула барина, как безродная коза!
   Прошка схватил Марьюшку поперек белого тела, будто копну сена!
   Захохотал, словно филин на погосте!
   Иван Степанович закудахтал, будто китайский принц Будила!
   Дети проснулись и визжали от восторга, словно пришли на ярмарку с балаганом!
   Марьюшка вопила навзрыд и раздирала свои перси длиными породистыми ногтями!
  
   Георгий вышел из прошлого в холодном поту, как в холодильнике с Рембой просидел год!
   Серые люди смотрели на Георгия с интересом, словно он проглотил шпагу!
   Георгий выругался, как бультерьер и подумал:
   'Неужели, я в прошлой жизни был подлецом, словно мне в ухо спицу от колеса засунули?
   Проводница теперяшняя была моей ослепительной женой Марьюшкой, которую я подсунул барину в первую брачную ночь?
   Что кроется в моей подлой душе инженера физика, словно стажера шизика?'
   Георгий ударился головой о стенку и увидел себя и проводницу уже в будущем, будто в глаза закапал соный порошок!
   Огромный зал из белого мрамора или из другого драгоценого камня, возможно, из кости!
   За брилиантовыми окнами три голубых солнца, как в кино про собачку Жужелицу!
   Георгий посредине залы стоит рядом с бородатым жирным мужчиной, похожим на стог арабского сена!
   Мужчина одет в удивительные одежды, как павиан на карнавале в Рио де Жанейро!
   У мужчина на голове золотой колпак с серебряными бубенчиками, как на прокаженом евнухе Петиции!
   У мужчины на груди вырез в платье, а вместо сосков - глаза!
   У мужчины вырез на зеленых обтягивающих трико на заду, через который видна голая попа!
   Георгий в будущем одет точно так же, как мужчина, но у Георгия еще и вырез на гениталиях, а на пенисе висит серебряный половник!
   Мужчина положил руку Георгию на плечо и заглянул в очи, как мать семнадцатому сыну:
   - Акакио, друг мой разлюбезный!
   Вы упомянули о скотских обычаях древней Руси:, как навоз руками копали!
   На ваши институции я отвечу своей контрибуцией, иначе поцелуете меня в розовощекий зад!
   Искуство звездных систем Волопаса требует немедленого подчинения серебряным колольчикам!
   Без серебряных колокольчиков ваш ум не возродится, а разум не удивится, словно вам на голову положили тухлый огурец!
   Посмотрите на сияние глаз вакхабиток, которые изучают юриспруденцию и теорию древней культуры!
   (Георгий с удивлением узнал в мужчине проводницу из поезда, но преобразовавшуюся в далеком будущем в философа!)
   Георгий Акакио ответил с низким поклоном, будто волосами подметал пол:
   - Достопочтимый Мудифилий, лорд Галактики!
   Вы правы необычайно, как чайная роза в супе с креветками!
   Раньше люди находили утешения и развлечения в войнах, искустве, любви, спорте, словно дети малые, право!
   А теперь мы достигли высочайших высот из высоток самосознания, как думающие розовые кристалы!
   Оказывается, что все радости, развлечения, чаяния и грезы заключаются в серебряных колокольчиках, будто воду пьем с жень шенем!
   Колокольчики заменяют нам и отца и мать, и любовницу и друга и врага и золото и голод и нищету и болезни и здоровье!
   Если нам что нибудь понадобится в жизни, то достаточно посмотреть на серебряный колокольчик, и в душу придет успокоение, как в гробнице Тутанхамона!
   Мы изобрели формулу вечного счастья и блаженства, как рогатые жуки рогоносцы!
   В связи с этим величайшим событием я даже не пойду в опочивальню к вашей супруге, как асфальт на голову закатал!
   Серебряный колокольчик заменит мне ночь прелюбодеяния!
  
   Вдруг, грохот и ослепительная вспышка взорвали стены дворца, как торт с мороженым!
   Акакио и Мудифилий закричали, словно каждому в попу засунули контрабас:
   - Ау! Голубое солнце лопнуло, как мочевой пузырь!
   Спасайся, кто может! Спасайте свои серебряные колокольчики!
   Георгий вынырнул из будущего и плюнул себе на ботинок, будто таракана скушал с сиропом:
   - Господа серые люди! Мне привиделось сейчас, что все, за что мы боремся в настоящем, за светлое будущее человечества - дерьмо!
   Все наши потуги лопнут под звуки серебряных колокольчиков!
   Нужно ли стараться, если в будущем будут одни мудаки?
   Первый серый человек икнул, словно скушал папуаса:
   - Будем стараться, потому что те мудаки - наши потомки!
   А второй серый человек достал бутылку водки и чихнул, словно проглотил второго папуаса:
   - Будем стараться, потому что любовь всего сильнее!
   Георгий удивился словам серых людей, будто с горы скатился на голой попе!
   Вышел из купе и пошел в туалет, как к спасательному кругу!
   Около туалета Георгию на ногу наступил жирный мужчина с синяком под глазом, как трактирщик Хамуз!
   Мужчина дыхнул на Георгия вчерашним чесноком и плюнул на пол, будто в плевательницу из золота!
   Мужчина нечаяно провел своей бородой по очам Георгия и пошел в туалет, как крейсер 'Вашингтон' ко дну!
   Георгий в тот час же увидел себя и этого мужчину в прошлом, словно читал по глазам покойника!
   Мужчина в прошлом оказался бородатым сухим стариком, похожим на сушеный гриб опенок!
   На голове мужчины шляпа из бересты, на ногах - черепа медведя!
   Облачен мужчина в белый балахон из мешковины, словно жил в мешке с картошкой!
   Георгий стоял перед хозяином, держал в руках чан с булькающей жижей, как повар на луноходе 'Восток'!
   У Георгия длиные седые волосы до пупка, как у таганрогской кошки!
   У Георгия на коленках железные наколеники, будто у рыцаря Василия Днепровского!
   У Георгия на носу огромный волдырь, похожий на сливу из сада Микимоты!
   Учитель волхв Игорь Олегович поучал Георгия, словно бил по голове свинцовыми сапогами:
   - Инда, Феофан, задача ученого волхва не в свершениях и не в цели, а в научном опыте!
   Понял, мордухай?
   Феофан мотал головой, словно скидывал с затылка гнома!
   Ничто не понимал, но подобострастно улыбался, будто сосал медовый пряник!
   Феофан обожал мудреца Игоря Олеговича, как бочонок с квасом!
   - Не понял? экономки сын!
   Так разъясню тебе, как сиворылому лизоблюду!
   Ан, ученые подразделяются на два вида, как осы!
   Но эти два вида тоже врунливые и лживые, как беременые носороги!
   Первый вид ученых - ученый знает, что должен получить в итоге эксперимента, как Павлов знал свою собаку по имени!
   Но эксперимент никогда не приводит к желаемому результату, как кривая дорога!
   Тогда ученый врет, что получил нужное, то, к чему стремился!
   Подгоняет результаты эксперимента под желаемое!
   Например, хочет получить на выходе эксперимента вывод, что земля плоская, как блин у Марьи Моревны!
   Но результаты опытов неуклоно доказывают, что земля круглая, как личико у Марьи Моревны!
   Тогда ученый первого типа фальшивит результаты эксперимента и на основе вранья, говорит, что доказал, что земля плоская, как крышка кастрюли!
   Второй вариант ученых - тоже собаки вруны, но другого типа, как разные попы у наложниц царя Василия!
   Ученый второго типа, как я, никогда не знает, что получится после эксперимента!
   Но, когда получает что то, то утверждает, что имено к этому и стремился, как пьяница к винокурне!
   Наприклад, я сейчас изобретаю философский камень!
   Но, если, вместо философского камня, получится эликсир вечной молодости, то я воскликну, что изобретал имено эликсир вечной молодости!
  
   Игорь Олегович выхватил у Феофана Георгия котел с жижей и плеснул варевом на кучу объедков с царского стола!
   Гадость зашипела, забурлила, завоняла, как танцор сальсы!
   Игорь Олегович захохотал, словно три дня не ел:
   - Феофан! надеюсь, что мы получим философский камень, иначе пусть стрела вопьется в мою левую ягодицу!
   Я - гениальный схимник эпохи царя Василия!!!
   Вдруг, каленая стрела воткнулась в попу схимника Игоря Олеговича, будто пчела в улей!
   Игорь Олегович завопил дурным голосом, а из кучи дерьма вылез чорт с рогами и копытами и бородой и козлиными жолтыми очами и вонью из под хвоста, как из размороженого холодильника!
   У чорта нигилизм в очах, как у Нахаметова!
   У чорта подлые щеки, словно у торговки чесноком!
   У чорта ухи перевязаны носовым платком, словно у глухонемого!
   Чорт схватил Игоря Олеговича волхва за нос и потащил в кучу гадостей, как крыса несет в гнездо сороку воровку!
   Игорь Олегович заверещал, будто ему хвост прищемили трещоткой!
   Чорт удивился, высморкался в рыльные дырки, будто на приеме у ЛОР врача:
   - Инда волхв, ты вызвал меня, а не хочешь идти в жертву, как жертвеный баран?
   Это не по понятиям и не по правилам!
   Если взялся за гуж, то не говори, что не дюж!
   Я с живого тебя сдеру шкуру и натяну на барабан для своей невесты Демонии!
   Игорь Олегович благородный волхв вырвался из объятий чорта и толкнул к нему Феофана, словно мячик в ворота забил:
   - Господин чорт! Не вели казнить, вели миловать, как царскую невесту!
   Возьми вместо меня моего лаборанта Феофана, словно взятку получи на таможне Москва Кипр!
   Неумытый неграмотный Феофан больше подходит для ада, чем благовоспитаный я!
   Чорт внял словам дурака, потому что чорт!
   Понюхал рылом дым далекого костра таинственого тунгуса, словно собирал в нос мировые сопли!
   И... потащил скромного Георгия в ад, как царевну Несмеяна в гарем шаха Громобоя!
   Феофан Георгий испугался до зеленой рвоты, как змеюка подколодная!
   Вопил, словно Игорь Куликов на болоте с поляками!
   Пинал чорта в сероводородную промежность, словно танцевал краковяк с польским президентом!
   В последнем усилии Фофан Георгий схватил лацкан нарядного камзола (переодевшегося) волхва Игоря Олеговича!
   И... втроем полетели в ад, как сосиськи в пасть мироеду!
   Волхв Игорь Олегович от досады в полете пинал Феофана в очи лазурные, словно подковывал единорога!
   Феофан и волхв рыдали от горя, как курицы под катком!
   А чорт хохотал от счастья, будто проглотил костер с прыгающими парубками Полесья!
   Последнее, что Георгий вспомнил из ЭТОГО прошлого: как плюнул в ухо волхва Игоря Олеговича и кулаком ударил чорта по рогам, словно по удочкам!
  
   Георгий вынырнул из воспоминания и прислонился лбом к холодному окну, словно искал спасения на айсберге!
   Тотчас Георгий вспомнил свое горькое прошлое, связаное со стеклом, как Чебурашка родил крокодила Гену!
   Георгий увидел себя в прошлом или в будущем, но в стекляном шаре, похожем на аквариум для нудисток!
   Шар колба стоит посредине операционой комнаты, как Дед Мороз попал на праздник Нептуна!
   Около стены, под яркой лампой операционый стол с разрезаным человеком, похожим на тушу тюленя из Марсианского озера Байкал!
   Из человека кишки свисают до кафельного пола, словно канаты на пиратском судне!
   У человека отрезаны руки, как у статуи Венеры в Фивах!
   У человека отрезана голова, будто молния пролетела над лесом, над полями!
   Около разрезаного больного в глубокой задумчивости стоят два врача в красных халатах, как палачи жены короля Нурали!
   Врачи пыхтели, как электрический стул для пыток!
   Наконец, один доктор с длиными пейсами до пениса глубокомыслено произнес, будто скушал три килограма ливерной колбасы из койота:
   - Ан, вместо головы господина Тойотова мы пришьем голову от умного молодого раба Цыпки!
   Половые органы заменим на огромный апарат негра Мабуки, как шланг к 'ЗИЛ'у припаяем!
   А руки и ноги возьмем от другой молодой особи с хорошими физическими даными и крепкими мышечными волокнами, как у горилы Швабриндии!
   Другой доктор с нижней губой до пупка радостно хрюкнул, будто Диплодок на случке!
   Поднял с пола ножницы для кастрации баранов!
   С ножницами плавно и грациозно подошел к аквариуму из чорного стекла, словно водолаз плавает в канализации!
   Извлек из чорного шара абсолютно чорного негра, словно из костра печеную картошку!
   Быстро, сноровисто ножницами отрезал вопящему рыдающему негру пипиську и бросил ее доктору у стола, как собаке кусок куриной печени!
   Доктор на лету поймал огромную пипиську негра с волосатыми яйцами, засмеялся и огромной иглой с суровой ниткой начал пришивать половые органы к человеку на операционом столе, будто вышивал крестиком!
   Другой доктор, с ножницами, перешагнул через негра в луже крови, как через разбитую бутылку!
   Прошел мимо стекляного шара, в котором сидел Георгий и подошел к шару с молодым очкастым ботаником, похожим на компьютер!
   Вытащил очкарика из шара за волосы и снял с него очки, будто менял лампочку Ильича в селе Кулаково!
   Ботаник широко и светло улыбался в лицо врача палача, словно зажигал свечку на гробу кота Котофея!
   Врач тоже улыбнулся в ответ, словно прыгнул с трамплина около МГУ!
   На миг лицо доктора озарилось тем внутреним пониманием, которое присуще добрым, высоконравственым ответственым эскулапам!
   Через секунду доктор взмахнул кривой арамейской саблей, как одуванчики косил напротив ЦБ РФ!
   Сабля с причмокиванием отрубила голову ботанику, как на лесоповале верхушку новогодней елки!
   Доктор подхватил голову, увернулся от падающего безглавого тела и бережно понес голову ботаника к операционому столу, словно Гиви Сака несет арбуз на весы!
   - Богач Тойотов обрадуется новой голове ученого и чорным гениталиям Мабуки, как обугленому кукурузному початку!
   Ты, Амбурген, пришивай яйца и голову к телу, а я сейчас ноги и руки принесу, словно в Ашан сбегаю за компотом!
   Георгий засмеялся шутке доктора, словно черешней подавился в саду дяди Вани:
   'Кому руки и ноги отрежут? Интересно!
   Но человек без ног и без рук умрет, как ольха в деке гитары!
   Без головы и без писки погибнет сразу, как самурай под пяткой индийского слона!
   А без рук и без ног помучается денька два, словно буденовский генерал в лабиринте Зевса в Афинах!'
   И тут Георгий понял, что ноги и руки к телу оперируемого богача должны перейти от него...
  
   Георгий выскочил из воспоминания, едва не набил шишку о каленое стекло вагона, как дятел о броню танка:
   'Почему мне почти всегда не везет ни в прошлом, ни в будущем, как ныряльщику в басейне без воды!
   Как я еще успеваю оставить потомство?
   Может быть, я живу в разных мирах, как лягушка путешественица?'
   Георгий пошел в другой вагон, перешел в следующий, словно опята искал на деревьях!
   В третьем по счету вагоне на Георгия наткнулась невысокая красавица с заклееным левым глазом, словно березка во поле с дуплом!
   Георгий хотел пропустить девушку, вжался в стенку, как жук гонорей!
   У девушки груди шестого размера и нет лифчика, как на матери шимпанзе!
   У девушки губы, словно серебряные браслеты!
   У девушки личико, как вид Луны с Марса!
   Девушка прелестница приложила тоненький музыкальный пальчик к губкам и прошептала, словно ольха на ветру от пропелеров вертолета:
   - Георгий! Любимый! Ничто не говори моему мужу, будто тебе рот зашили свинцовыми проволоками!
   Сделай вид, что ты меня не знаешь, как царь Петр свою десятитысячную любовницу Мембу!
   Георгий удивился, посмотрел вслед убегающей девушке, словно ловил рыбу сетью!
   Вдруг, в лицо Георгия ударил сильный стальной кулак, похожий на конец черенка лопаты!
   Георгий упал на ковровую дорожку, будто чинил пол в Мавзолее Ленина!
   Над Георгием завис жирный волосатый мужчина павиан без левого уха и пинал Георгия, как американский флаг:
   - Парень! Ничто ты не знаешь о жизни! Ты снова портишь мне жизнь, как красавица манекенщица Зизи портит воздух в предбанике?
   Я предупреждал тебя, что застрелю, как бешеную собаку со станции Ухтомская!
   Я не простой муж Леночки, а я - работник правоохранительных органов, милицоинер, тебя защищаю, как шкуру с медведя снимаю!
   У мужчины на голове железная кастрюлька, словно у Железного Гомосека!
   У мужчины в левой руке чорный пистолет с золотой гравировкой!
   У мужчины из носа капает на лоб Георгия, как из сифилисного чайника!
   Георгий от страха ударил мужчину ногой в живот, а мужчина улетел в туалет и застрял в унитазе, словно рулон туалетной бумаги из свинца!
   Георгий убежал дальше по вагону и оказался в вагоне ресторане, будто на пир пришел к Мономаху!
   Георгию на ногу наступила красивая официантка с блинами в руках и зарыдала от горя, словно мать крокодилиха в Якутске!
  
   Георгий сопротивлялся воспоминаниям, но вспоминал, вспоминал, словно сыпал под хвост соль из украинского озера Сiль!
   Георгий обнаружил себя в недалеком будущем, когда трамваи летают по небу, а по асфальту бегают механические лошади!
   Георгий стоит на вершине высокой горы, похожей на Арарат, но не Арарат, потому что нет Ноева ковчега!
   На горе много разноцветных и разномастных людей, как в детском лото про Хрюшу и Степашку!
   Люди кричат, вопят, визжат, будто каждому вставили в глотку дудку самогудку!
   Георгий одет в дурацкое обтягивающее красное трико, словно педераст на Монмарте!
   На голове Георгия синяя шапочка, словно вторая кожа на волосах!
   На ногах Георгия изящные чешки, как у друга педераста того педераста, что на Монмарте!
   Перед Георгием длиные санки, изощреные, ухищреные с прибамбасами и рюшками, словно на карете герцога Бранденбургского!
   Георгий знал, что он саночник, выступает в Межгалактических соревнованиях по скоростному спуску с горы Джомолунгма!
   Главный приз победителю - Межпланетный Космолет 'Восток' и три зеленоликие невесты с Планеты Рылия впридачу!
   Вдруг, резкий свист и шум затемнил светлые мысли Георгия, как шторка на глаза скаковой кобыле Калине!
   К саночкам подошла напарница Георгия по саному спуску несравненая Алена, будто из снега вылеплена!
   Длиные белые косы, словно канаты ледокола 'Арктика'!
   Лазурные очи, будто бирюза из шахты в Ираке!
   Томность в фигуре и во взоре, подобно раненой паве!
   Алена шикарная виновато начала оправдываться перед Георгием, будто скушала варенье из баночки на шкафу!
   А Георгий также неслышно укорял Алену, словно проглотил пуд ржавых гвоздей!
   К дивной Алене подошли два члена комисии, педерасты в голубых костюмчиках с бахромой на задах, словно цыплята мутанты!
   Геи раздели умопомрачительную Алену донага, ощупали, заглянули во все ее отверстия, как в тюрьме на Колыме и крикнули в толпу, будто горох сеяли на камнях:
   - Алена чиста, будто хрусталь в горах Африки!
   На участнице и в ней нет недозволеных постороних датчиков и ускорителей движению!
   Алена Шишкина допущена к спуску на саночках вместе с партнером, капитаном команды из двух человек, Сергеем Медведевым!
   Георгий из прошлого понял, что Сергей Медведев - это он, Георгий, в будущем, саночник с Аленой!
   Сергей Георгий уверено, будто со сломаными ребрами, подошел к саночкам!
   Сел спереди, повелительно махнул Алене, будто флагом перемирия!
   Алена понимающая жаркая сорвалась с места, как пробка от шампанского!
   Толкнула Сергея в спину, побежала за ним, подпихивая, ускоряя санки!
   Перед красной стартовой полосой впрыгнула в сани и вжалась в Сергея Георгия, как улитка в лимон!
   Сергей уверено правил санями, как оленьей упряжкой в пустыне Сахара!
   Нелегальный микропроцесор в мозгу, утаеный от геев судей, выплескивал в мозг даные о трасе, о скорости, о направлении турбулентных потоков, о катучести!
   Георгий радостно пел, потому что шел на первое место, как Дельфин влюбился в Русалку!
   Но на семнадцатом вираже датчик тревожно показал, что санки отстают от результата Джона Рембы со с путницей Факалией!
  
   Причина отставания на три сотых микросекунды - избыточный перегрев тела Алены, как в русской бане с драконом!
   Сергей обозлился и кричал в микрофон взволнованой Аленушке, будто наказывал диктатора Паулса:
   - Дура жирная! Почему горячая, как кобра на сковороде?
   Из за твоего жара теряем скорость, словно скаты электрические!
   И пятку, пятку убери из вихревого потока, килька длиноногая!
   Отрубить бы тебе ноги, помощница!
   Вжимайся в меня, как в Кремлевскую стену!
   Ну почему у тебя огромные упругие сиськи, которые оставляют между нами зазор, гадина!
   Сани пересекли финишную черту, а время на табло показало, что у Сергея и Алены - второй результат, невыигрышный, как в Московскую лотерею!
   Сергей в ярости выскочил из санок, пинал ногами рыдающую, умоляющую извиняющуюся за свои сиськи и жар тела, изумительнейшую Аленушку!
   Сергей бил целеустремлено и расчетливо - пинок в ягодицы, оплеуха, подзатыльник, снова пинок, опять все по порядку, как в Математическом институте!
   Затем сорвал с себя комбинезончик, остался голый, как ободраная поганка!
   Хлестал спортивную подругу по трясущимся стройным ягодицам и по лакированому идеальному личику:
   - Никчемная девка женщина!
   Скажи, какой от тебя прок, если ты разогнать санки не можешь до сверхсветовой скорости?
   Кому ты после проигрыша нужна? Кто тебя замуж возьмет ТАКУЮ?
  
   Георгий вышел из воспоминаний о будущем и ужаснулся себе, будто наступил в горшок с мозгами Вини Пуха!
   А на столике вагона ресторана, в настоящем, перед Георгием стояла открытая бутылка водки, как живой родник!
   Георгий знал, что водка с наркотиками и психотропными ядами, поэтому не пил, словно верблюд в Антарктиде!
   Серые люди посмотрели на Георгия и выпили по стакану водки из бутылки, будто нырнули с головой в Уральское море с нефтью!
   Георгий позавидовал серым людям и тоже выпил водки, потому что Русский, а русский обязан пить водку иначе предаст Россию!
   От водки мысли Георгия тут же улетели в далекие года, где портки и лапти, словно галифе и ботфорты!
   Пришли воспоминания о встрече с водкой в прошлом...
   Георгий увидел себя в белой мужицкой рубахе, с берестяным туеском на голове, в новых сапогах из выделаной шкуры доисторического мамонта!
   Георгий стоял около чана со зловоной булькающей жижей, мешал жижу березовым веником, словно искал в кипящей жиже голую русалку Кюхельбекерию!
   Но русалка не выплыла, а к Георгию подбежал толстый жирный негр и ударил Георгия по затылку кочергой, словно пыль выбивал из своей бабушки:
   - Инда, Иван дурак, мешай лучше, иначе я тебя на конюшне выпорю сушеными татарскими колбасами!
   Слушай меня, арапа Петра Первого!
   Меня все девки белые любят, а я от них детей рожаю талантливых, но кучерявых, словно волосы на лобке цыганки!
   Сейчас придет комисию Думских дьяков, будут наше пойло пробовать и лицензию выправлять!
   Негр завизжал, сунул голову в кипящий котел, булькал в жиже, как муравей в слонихе!
   Вынырнул, как вепрь из вулкана!
   Лицо у негра почти сварилось, словно свиное копыто на холодец!
   Очи вылезли и позеленели, как у лешего!
   Ухи сморщились, словно лопухи на попе загорающей купальщицы Марьюшки!
   Язык сварился, как у теленка на Рождество:
   - Я ишо и не так могю!
   Я негр, к жаре привычный!
   Вот ты бы, Великорос, сдох бы в кипятке!
   Георгий Иван ничто не ответил, но внутри смеялся, дрожал, как кошка на снегу!
   А вокруг Ивана множество котлов с горячим и холодным алкоголем, словно ваны в турецкой бане, где Али паша купает кобылиц в молоке!
   Резные ворота заскрипели, будто кости у волхва, в винокурню вошли три худых барина, но с круглыми животами, будто барабан проглотили!
   Около гостей колесом катался хозяин винодельни Еремей Пафнутьевич, хихикал, незаметно вытирал руки о парчовые халаты инспекторов, будто гомосек Луи Жак в Париже прижимается к мужчинам в метро!
   Еремей Пафнутьевич подкатился и к Ивану, больно ущипнул за левую попу и проворковал, как голубь на свадьбе Лосихи:
   - Ты, Иван, не дури, инспекторам про Белоречье не сказывай!
   Иначе выпущу кишки, из которых Ганибал себе холодец сварит!
   Бояре подкуплены, больше для форсу ходят, водку пьют, словно Сивильские Цирюльники!
   Бояре достали из карманов серебряные кубки с драгоцеными камнями, зачерпнули жолтой жижи из крайнего котла, будто над покойником опахалом веяли!
   - Это прелестнейший ликер из нежнейших персиков Садов Семирамиды! - Еремей Пафнутьевич преподнес каждому высокому гостю соленый огурчик на серебряном блюдечке, на закуску! Отломил от каравая на занюхку! - Молодые рабыни ногами давят персики, утруждаются!
   А затем из сока мы варим дорогущий прелестнейший напиток, даже чурке Курляндскому Королю не дам, а вы - пейте, гости дорогие, пейте, как в сказке!
   Бояре выпили, закусили солеными огурчиками, пожевали:
   - Борзо зело вкусно и слащаво, как поцелуй вдовы Порфирии!
   Отменый напиток - не давать чуркам Курляндцам, пусть пьют свои самогонки из лесных трав, как звери, пацюки!
   КХЕ КХЕ КХЕ!
   Подошли к другому котлу, с зеленой жижей, снова зачерпнули, выпили, закусили луком, а Еремей Пафнутьевич читает лекцию о пользе этого напитка, будто кол вгоняет в головы инспекторов:
   - Сей напиток на ягоде киви и на ягоде крыжовника, сорваного в саду доктора Чехова!
   Собака доктора Чехова Каштанка даже загрызла нашего работника Ярмилу, когда он воровал крыжовник!
   А киви нам прислали далекие папуасы в знак особой любви и вечной преданости нашему Царю Батюшке!
  
   Так инспектора бродили от котла к котлу, дегустировали полными кубками, закусывали салом, колбасой, луком, капустой, чорной икрой!
   Нахваливали изысканые алкогольные напитки, будто кошку ласкали за левым ухом!
   Наконец, подошли к хрустальной бадье с чистой звенящей водкой, похожей на жидкое стекло!
   Закричали, заухали, словно кобылы на водопое в пустыне:
   - Инда Еремей Пафнутьевич, отчего же ты нас сладкими алкоголями потчевал, а к главному яству подвел апосля, собака дикая?
   Пес ты смердящий, почему водку хоронил от нас, а предлагал хересы да мадеры да ликеры?
   Так и лицензии мог лишиться, как евнух усов!
   Ежели твоя водка будет нам плоха, как Батыйка на печи...
   - Водка наилучшая, словно свет в окошке вашего терема! - Еремей Пафнутьевич потирал ручки, прыгал около инспекторов, как пузырек воздуха в бокале кислого шампанского! Одновремено грозил Ивану Георгию кулаком из за спин бояр и требовал от слуг, как от свиней в цирке:
   - Водка моя и пьянит и на ум наставляет одновремено, будто хрустальная водица из колодца ведуна!
   Однажды порочная девица Анушка из соседней деревни Нелюдовки выпила моей водочки ковшик, так ни один жених после того, не признал в ней порочную, - все думали, что женятся на девственице, как на жемчужине непросверленой!
   Ан Анушка семь мужей имела и никто не догадался, что брал нечестивую!
   Инспектора благодушно слушали хозяина винокурни, но черпали водку полными ковшами и заглатывали, словно с деревяными идолами за плечами три недели бежали за своими верблюдами по степям Калмыкии!
   Водка с грохотом летела в глотки, звенела, урчала, как медведи в лифте!
   Инспектора после каждого ковша жадно, не глядя, хватали пригоршнями кислую капусту из бочонка и жевали, кушали, вкушали, как французы лобызают устриц!
   Жизнь налаживается, даже Солнышко выглянуло и весело улыбается добрым господам с красными, как маленькие Солнца, лицами!
  
   И тут у Георгия Ивана начался зуд во всем теле, будто ему вставили в попу дышло от сивого мерина!
   Зуд возник в пятках - и Иван вспомнил свою неверную любовницу Полину Зудину, которая ушла от него в старому, но богатому барину в крепостной театр!
   Затем зуд достиг ягодиц и напоминал боль после лопнувшего гемороя у старого барина режисера!
   Зуд поднялся еще выше, осел в груди и стал похож на чесание в сиськах женщины (а Иван не знал, но предполагал, что так чешутся сиськи и у женщин) и на боль в сердце!
   Вскоре зуд достиг языка, и на кончике языка весь уместился, без остатка; Иван понял, что обязан вещать, но чувство справедливого вещуна боролось с чувством дога, с обещанием, что давал хозяину Еремею Пафнутьевичу, а Еремей Пафнутьевич не злой хозяин - не из худших, но и не из лучших, так вот нарушать слово тоже не хотелось!
   Иван раздумывал, волновался, а язык чесался, как попа у дикого осла, заснувшего в саксауле:
   'Обещал же Еремею Пафнутьевичу, что ни слова не промолвлюсь про Белоречье!
   Ан тогда инспектора меня четвертуют, а хозяина разорят, может и в острог посадят, как бешеного пса!
   Но нет силы больше сдерживать в себе праведный благородный гнев, как раскаленую лаву из вулкана!
   Все люди Земли, а нас по последней переписи уже почти триста тысяч, живут в кабале и в неволе, как черви!
   Только горстка гнусных эксплуататоров экспроприаторов жирует, бесится, прожигает жизнь в оргиях и бездумстве!
   Хватит! Закончилась ихняя власть, капут, как говорят чурки Курляндцы!
   Вся власть должна принадлежать крепостным рабам, кузнецам и творческим борзописцам и гуслярам!
   В свободном Белоречье, говорят, все равны, как грибы в лукошке!
   Как зудит мой язык, как хочет сказать пьяным думским заседателям про Белоречье!
   Но не могу, нельзя, обещание, долг перед своим живым телом и перед добрым хозяином...
   АААААААААААААААААААААААААА!'
   Иван не выдержал зуда на языке, бросил работу, подошел к пьяным инспекторам, раставил ноги, как сикающая жница, кулаки упер в бока, словно стог сена:
   - Пьете, потешаете плоть и утробу, а затем крепостных девок потребуете, ушкуйники!
   Упыри вы, а не думские заседатели!
   Хотел я вам сказать про страну одну белую, но не могу, потому что Еремею Пафнутьевичу обет дал!
   Ан я скажу вам, что наше Царство в отличие от того Царства кличут Черноречьем!
   Мы живем в Черноречье, а другие живут не в Черноречье, поэтому рады!
   Ан я все сказал, злодеи!
   Инспектора, словно и не пили водки и ликеры и хересы вскочили на резвые ноженьки - испугались бунта, как собаки боятся живодерни!
  
   Но увидали, что Иван вещает один, словно сдуревший, успокоились, тыкали в правдивое лицо Георгия Ивана кулаки с капустой, как страуса кормили с палочки:
   - Вольнодумец! Бунтовщик! дурак!
   Про Белоречье нам расказывает, вольник!
   Мы тебе покажем наше Черноречье, которого ты еще не видал!
   Оно далеко, но с кола видать!
   - Как с кола? Почему с кола? Вы должны мне драть ноздри щипцами, на лбу каленым железом ставить клеймо и по этапу отправить в Сибирь!
   Иван хотел бежать, рванулся к воротам, но получил ковшом по темечку и упал без сознания, будто ударился в лоб медведя!
   Иван очнулся от криков и стонов, словно коня кастрировали!
   На колу, около неба вопил и корчился Еремей Пафнутьевич, погибающий за Белоречье!
   Кол острый, сразу пропорол хозяина насквозь, вышел из грудины!
   Жить Еремею Пафнутьевичу осталось не более часа, как ночной бабочке на расвете!
   Под колом вертелись собаки, слизывали кровь и ошметки тела!
   Иван взбунтовался снова, наверно, потому что не на колу:
   - Мы же русичи, а на кол сажаете, как чурки!
   Утопите нас в Москве реке подо льдом, но не сажайте на кол, как французианских извращенцемв!
   Русичам не нравится, когда в жопу лезут...
   - Инда мы тебе не кол, а заостреное полено приготовили, бунтовщик! - Красное лицо инспектора потрясало сивой бородой, словно козел жевал нос Ивана! Инспектор говорил ласково, потому что победитель! Даже едва слезу не пустил, как на выступлениях певички Коко! - На полене, не на колу, умрешь через четыре утра, да с адскими муками, что Белоречье с овчинку покажется!
   Кол будет раслаивать твою плоть, раздвинет кости жопы, затем ребра растащит, но медлено, до посинения хари!
   - УУУУУУУУУУУ! Где то я уже видел, где то я уже слышал про это!
   Не в другой ли жизни? окаяные!
   Не желаю Белоречья на колу, хочу Черноречья в рабстве!
  
   Иван Георгий дернулся от нескончаемой боли в сфинктере и выпал из воспоминания, как курица из гнезда коршуна!
   На краткий миг подумал, словно король на виселице:
   'Не выдюжил я, силу духа потерял с бревном в заду!
   Почему одни не замечают бревна в глазу, а я чувствую бревно в попе?
   Отчего я не герой?'
   Поезд подъезжал к Уралграду, месту, где заканчивается время!
   Георгий не понял, почему подумал про конец времени в Уралграде, но немного растроился, как девушка перед последним свиданием!
   Почесал лоб, затем почесал за левым ухом, перешел к правому, почесал пузо, как пузочес, попу, оглянулся, не видел ли кто постыдных движений:
   'Клещи, блохи или поездная чесотка?
   Но почему я в воспоминаниях не веселюсь, отчего грустен и с колом в заду?
   Если на улице грязь с собачьими каками, то на душе должны блистать алмазы'!
   Георгий посторонился, потому что в спину уперся чемодан толстой пыхтящей женщины, Георгий пропускал ее, а женщина прошептала в левое (почесаное) ухо Георгия:
   - Узнал меня, ферфлюхтер Алеша?
   Зачем погубил хронокомпас и увлек в дыру Плазмометян?
   Иштвар онучи вонючи!
   Георгий вздрогнул от запаха женщины, незнакомого, инопланетного и, вопреки воле и желаниям, провалился в воспоминания в далекое будущее, вместе с потомками этой женщины!
   Алеша, одетый в трехцветную хламидо манаду летал по воздуху, как перышко дракона!
   Летали и другие мужчины и женщины в троном зале города Уралграда!
   На золотой трибуне летал старый евнух, потому что с круглыми восковыми щечками и семиметровой седой бородой, из пластмасы!
   Одеты люди в разные непонятные одеяния, впрочем, Алеша отметил, что в зале высоких Совещательных Постов Верховного Совета Уралграда не только представители национальных меньшинств Галактики, но и пятнадцать представителей других Вселенских республик, республик сестер!
   Главный старик на золотой трибуне, поднял полы халата с синими звездами, оглушительно пукнул на три Вселенные и захохотал, как вепрь на мыловарне:
   - Близится конец нашего мироздания, поэтому будем веселиться, как во время чумы!
   Возьмем по ящику амброзии на члена Парламента, нажремся, как свиньи!
   Пусть наше Солнце проваливается в хроно дыру, а мы провалимся в дыру сортира!
   ХА ХА ХА! УХО ХО! ИХИ ХАУ!
   Все одобрительно закричали, зааплодировали (кто мог, потому что у многих представителей высокоразвитых цивилизаций копыта вместо ладоней):
   - Гениально! Поразительно! Превосходно!
   Только не радовался Алеша Георгий, потому что следил за жолтой слюной, которая тянулась клейкой лентой для мух из левого уголка рта!
   Да и сосед Георгия Алеши не подержал хозяина законодательного собрания Хроновремени!
   Потому что у соседа болела язва - не мог пить, а мошонку и пенис потерял во время бегства от лицензаторов Кермита в полях минусового времени!
  
   Из за своих бед сосед Алеши выступил с гневной пламеной речью, будто во рту держал Олимпийский факел:
   - Наша Солнечная система и сотни Галактик, в которую входит и наша Млечный Путь, гибнут в гиперболоиде времени, а вы тешите свою похоть и пьянствуете, как Сиракузы!
   Из за того что мы предали Великоблюдцев, а задохряки предали нас, Аморфий факер украл камень времени и бросил его в пасть вселенского дракона Хроножопия, имя которому сатана!
   У них произошел переизбыток материи, а у нас недостаток, как воды в унитазе!
   Тахеоны побежали от нас, как девицы с базара от пьяного мужика Комаринского!
   Наша Вселенная падает в колапсический временой сортир, где погибнет, раздавленая минутами и секундами!
   Человечество, а я уже не говорю о других ублюдках, вымирает, словно муравей под копытом мамонта!
   Взбесившееся время пожирает материю!
   (Георгий невольно взглянул за прозрачный купол на безпечную толпу Уралградцев дегенератов во времени!
   Стены многих домов уже провалились во временую яму, улицы размывались, будто огромной кистью, у некоторых людей уже исчезли лица и руки!)
   А воинственый сосед распахнул три халата, словно снял листья с капусты:
   - Никаких оргий, погибнем в ядерном взрыве, без пошлостей и пьянства, как с колами в задах умирали наши порабощеные предки!
   Мужчина обмотан в несколько рядов ядерной тахеоной взрывчаткой - Галактический терорист, спасающий людей перед смертью от блуда и алкоголя!
   Вдруг, семирукий Жлобий из Центральных Северян дико завизжал, как комарик на сковородке, из попы снег пошел:
   - Вот вы и подыхайте от взрыва, люди, а мы перед колапсом напьемся!
   Мы - великая раса, а вы недостойны подтирать нам зады!
   Когда мы построили первый самогоный хронорегулятор, вы еще целовали пятки Форукийским няням!
   - Ах, ты, внегалактическая сука! - сосед Алеши ударом в зеленую челюсть повалил Жлобия на условный пол и плевал в его лиловую харю! Топтал его шеи голыми пятками, как петух курицу! Откусывал длиные метровые ухи! - Мы, люди терпели вашу вонь и цвет кожи, потому что милосердные и космополитичные!
   Даже приняли вас в состав наших республик сестер, а вы срете себе на голову!
   Члены Высочайшего совета с любопытством и нескрываемым интересом, как нянечки в детском садике, смотрели на убийство, затем зааплодировали!
   А Верховный член на золотой летающей трибуне откусил метр от пластиковой бороды, захохотал, как ингебу, дождался, когда Жлобий сдохнет в конвульсиях и предложил, будто сыр в масло закатал:
   - Господа и пэры!
   Я на наше высочайшее предсмертное заседание пригласил идиота, потому что самые умнейшие люди и нелюди, супер компьютеры не могут ничто сказать, как нам спастись от хроночорной дыры!
   Была бы дыра белая - ХА ЗА ХА, но блондинки исчезли в двадцать первом веке! Шутка!
   Пусть идиот из закрытого Альфабетабаранского психдома скажет нам что нибудь о спасении нашего мира в колапсе Вселеной, он же неуч, тварь безмозглая!
   А мы намажем харю Алеши горчицей!
   ГЫ ГЫ ГЫ ГЫ ГЫ! Смешно!
  
   Алеша тоже засмеялся, потому что смешно, когда лицо намазано горчице!
   Но понял, что это он идиот и от него ждут любых идиотских слов, поэтому открыл рот с дешевыми брилиантовыми зубами:
   - А почему вы так волнуетесь, пэры и непэры, словно вам медом намазали глазные яблоки?
   Никуда наша Вселенная не денется, потому что до конца Света очень далеко, как вам до моей тупости!
   В Евангелии сказано, что конец света наступит, после того, как Евангелие распространится по всей Вселенной!
   А Евангелие еще не успело распространиться по всей Вселенной, если другие Цивилизации не чтут Евангелие!
   (Снова я умник и снова мне бревно в попу воткнут?)
   Члены Генерального Совета захохотали над словами Алеши, будто каждому вонзили в ноздрю осколок Берлинской стены:
   - Идиот, дурачина ты простофиля, даун, недоразвитый дцп!
   Посмотри за стены нашего спасительного купола - Уралград исчезает в кольцах Хроновремени!
   Люди не замечают, что дома пропадают, что хари наполовину исчезли, как масло у кота в зобу!
   Посмотри: неуч, может быть, ты еще и инвалид по зрению, член ВОСа? ИРХЫ ГЫ ГЫ ГЫ ХА ХА ХА!
   Алеша внимательно взглянул на купол, присмотрелся, поковырял в носу:
   - Купол мыть надо - то не во времени люди и здания исчезают, а визуально пропадают за пылью купола!
   Вымойте купол - и Вселенная спасена!
   В зале гигантских Совещаний наступила тишина; затем вызвали негров рабов с угнетеных Планет; негры вымыли стекла, но пообещали всех белых господ четвертовать и расстрелять за многовековое угнетение чорнокожих!
   Через блистающий купол стали видны нормальные целые люди, неисчезнувшие здания, Вселенная, которая и не падала в сортирную Временую дыру!
   Президент на золотой трибуне поперхнулся бородой, а затем зловеще прошептал, словно кушал живого рака:
   - Обмишурились мы, но оргию продолжим с песнями, водкой и плясками нудисток со всех уголков нашей необъятной Вселенной!
   Из нашей Уралградской резиденции смотрели на мир через грязные стекла, как живородящие баклажаны!
   Собирали сиксилиарды мегатон золота на борьбу с колапсом времени, задействовали лучших ученых всех галактик, а надо было просто вымыть купол, чтоб он треснул!
   А Алешу - на кол, чтобы не проболтался, что мы обманулись, а он нас наставил на правильную мысль!
   Воткните ему в попу толстеной бревно из Меркурианского силиконового дуба!
   АААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!
  
   Георгий выбежал из воспоминаний о будущем и оказался на вокзале Уралграда с жителями калеками, но бодрыми от мороза и серы в воздухе!
   Серые провожающие вышли за Георгием, как купцы за горохом!
   Правый серый надел на Георгия наручники, как на мазохиста!
   Левый серый, как садист прошипел сквозь чорные десны:
   - Георгий! Ты нам больше не нужен, потому что мы узнали, когда ты спал - проговорился, что приехал за сокровищами Медной Горы!
   Мы тебя убьем, а золото заберем себе и в фонд Государства!
   Мы наденем на шеи золотые цепи, а на пальцы - кольца с брилиантами, как падишахи!
   Наши невесты будут кушать на платиновых тарелках, а какать в золотые унитазы!
   Ты в это время будешь гнить в сырой мерзлой вонючей затхлой навозной земле в еловом гробу, как бомж передвижник!
   Серый поднял пистолет, чтобы застрелить Георгия, а Георгий вспомнил прошлое, и с этого момента стал вспоминать из прошлого и будущего только то, что ему надо было!
   А реальность тесно сплеталась с воспоминаниями, как лесбиянка с лианой в африканской деревне Безчлены!
   Одна часть Георгия вспоминала, а другая часть в реальном настоящем использовала воспоминания, словно кровью писала китайские иероглифы на берестяной грамоте!
   Георгий в далеком прошлом тонул в болоте, непонятного края непонятного года!
   За ноги кусали пиявки, словно маленькие змеи!
   А может быть, змеи недоразвитые, как карлики в цирке шапито Венгрии!
   За пальцы рук хватались жирные окуни и щуки, будто дятлы подводные!
  
   А в голову били клювами добрые милые аисты, символы Белорусского Полесья!
   Самый жирный, самый красивый аист с человеческой печалью в скорбных очах наметил длиным жолтым клювом Георгию в правый глаз!
   Кушать хотел аистенок, но не лягушечку, а глазик Георгия!
   Георгий завопил, в гигантском прыжке выпрыгнул из болота, как богатырь Евнухарий!
   Разорвал путы на руках из мерзких водорослей и откусил аисту голову, хотя она и невкусная, но опасная, как бутылка с серной кислотой в кармане!
   Аист подрыгал мужествеными атавистическими крыльями и свалился в кишащую жижу к пиявкам и окуням - слава животноводам Полесья!
   Георгий на несколько минут вынырнул из прошлого и увидел, что в реальности разорвал сталь наручников, и откусил серому человеку руку с пистолетом!
   Георгий держал в зубах откусаную руку с браунингом (на пистолете золотом написано I love you!
   Рука омертвевшими парализоваными пальцами нажимала на курок, как на височную кость петуха Петуховича!
   Пистолет стрелял в уже убитого растреляного второго серого, затем добил тремя выстрелами в лоб калеку - второго!
   С серыми покончено, как с повестью Эсаула Георгия 'Путешествие Хрюши в основы мышления и в самодостаточность!'
   Георгий ужаснулся, потому что убил, но все же не он убил, а откусаная рука, двух работников силовых структур!
   Георгий побежал в сторону улицы Ленина, затем должен был добежать до Медной Горы, карта подхода к которой внезапно засветилась в голове Георгия, как лампочка Ильича в сортире фина Йыхпярдну!
   Георгий бежал, но провалился в прошлое, как гусь в желудок голодного цыгана Будулая!
   В том прошлом подмастерье Георгий, но тогда звался Тимошкой, прислуживал главному картографу Ее Императорского величества немцу Ферфлюхтеру Швайну!
   Ферфлюхтер Швайн развлекался, как в борделе с тремя козами сивашской породы!
   Правой рукой чертил карту подземелий и дорог около Медной Горы, а левой рукой таскал Тимошку за волосы, как веник из гнилого просо:
   - Инда есть Тимоха дурак Рюсский, потому что не носить узкий панталон, а на бе отвечать ме!
   Ти есть смотреть на мой карта и скалить глюпый зубы, а не знать, что я чертить очень умный карта, пуф пук!
   Ти не есть понимать великий тайна науки, поэтому вас надо уничтожать войной, как таракана прусака!
   Тимошка Георгий подобострастно хихикал, кланялся немцу, мычал, словно дурачина простофиля, старался понравитсья, как масло коту!
   Сегодня утром Тимошка залез в кошелек немца и подменил его золотые деньги и асигнации фальшивыми бумагами и фальшивыми червонцами!
   Вечером Ферфлюхтер Швайн, как всегда пойдет в кабак, расплатится фальшивыми деньгами, а немцу за баловство проломят голову, как тонкий лед в сорок первом на Невском Озере!
   Ферфлюхтер Швайн ошибался и в тупости Тимошки, как Репин думал, что бурлаки дураки, пока не увидел в бурлаках опального царя!
   Тимошка на всякий случай наизусть запомнил карту Медной Горы, со всеми переходами, тайными ямами ловушками, старыми штольнями с тролями и неизведаными рудными закоулками!
  
   Та стариная карта проявилась в голове Георгия, как сноп искр в стогу сена со спящими терористами!
   Георгий бежал и радовался, как кухарка на скотобойне!
   Вдруг, отряд ОМОН и еще непонятные дядьки окружили Георгия, как мышь в банке с крупой на фабрике Демидова!
   'Почему против меня ополчилась милиция, словно я не заплатил им оброк, а жену каждого милиционера обесчестил?
   Наша милиция не ловит бандитов, а ждет, когда бандиты сами умрут, либо попадутся, как курица в компот!
   Наверно, вмешались потустороние силы, неизвестные мне по малости моей значимости!'
   Георгий не останавливался, как заминированый бронепоезд!
   Бежал, вспомнил наставления по древней китайской борьбе, словно второй раз в первый клас!
   Перепрыгнул через пьяную даму в неглиже!
   Сбил с ног продавца гондонов!
   Отолкнул на милиционера пионера без штанов, но с пионерским горном в окровавленых губах!
   Увертывался от пуль, как Вини Пух медведь от диких пчел!
   Напор Георгия так смутил милиционеров, что они забежали в машины, и отуда стреляли, через открытые окна, как чекист Тимур по своей команде пионеров переростков!
   Георгий пробежал по машине, попутно выбил коленкой лобовое стекло, плюнул в машину, перепрыгнул, побежал дальше по улице, как сумасшедший олень гонится за испугаными волками!
   На углу, как в компьютерной игре, вытолкнул таксиста из машины, запрыгнул в 'Волгу' и надавил на педаль газа, будто давил ногой змею гюрзу!
   Георгий оторвался от погони на двадцать одну минуту, выехал за город, подъезжал к законсервированым раскопкам, на место бывшей Медной горы, возвращался к прошлому, как грачи прилетают в Африку к зулусам!
   'Что я в этом мире?
   Для что живу?
   Почему я из воспоминаний не проваливаюсь дальше в воспоминания, а возвращаюсь в настоящее время?'
   Вдруг, как бомба под юбкой шведского Президента Шведскобаниева, машину Георгия подбросило сильнейшим взрывом!
   В пламени, как каштан в костре, Волга взлетела над шосе, Георгий в полете открыл дверцу, закрыл лицо руками и совершил прыжок через огонь и ударную волну, как сшанский карп за мухой цеце!
   Упал на обочину, быстро вскочил на ноги, будто наткнулся головой на хрустальный купол неба!
   Перед Георгием стоял страный человек с жолтыми глазами и зелеными ушами, как идиот!
   Но держался идиот очень уверено, с интересом расматривал Георгия, как повар Гномий смотрит на кусок мяса!
   - Здравствуй, Георгий, вот и свиделись в настоящем времени!
   Ты меня не помнишь, но я тебя знаю, как облупленое яйцо психозавра!
   Я - абсолютный воин, а ты - говно!
   Зовут меня - Шизоидий!
   Никто никогда меня не побеждал, не победишь и ты, иначе западный ветер подует на восток, а рубль станет в тридцать раз дороже долара!
   Георгий удивился, будто надел на голову колпак Деда Мороза!
   Шизоидий просто подошел к Георгию, ударил Георгия кулаком по макушке и вогнал его по колено в мать сыру землю, как в сказке Эсаула Георгия про Русского Медведя!
  
   Георгий удивился, потому что удар настолько стремительный и сильный, что не было возможности уклониться, как девушке от армии!
   Георгий выскочил из земли, потому что Шизоидий позволил ему это, чтобы схватка не закончилась быстро, как разбитая бутылка виска!
   Георгий дрался всеми методиками, знаниями, которые получил из прошлого и будущего, но ничто не помогало - Шизоидий владел искуством непонятной борьбы, абсолютной борьбы и теснил Георгия легко и непринуждено, как в подводной лодке курил марихуану!
   Георгий уходил в подпространство, размахивал конечностями, пробовал голосовую борьбу, еще сто видов сражений, но проигрывал, как геморойный шофер своему другу Педерастию!
   И тут Георгий вспомнил далекое будущее, лагерь подготовки межзвездных терористов пауков!
   Георгий, в будущем Василий Галактический, лежал в шевелящейся серной грязи вместе с однополчанами добровольцами, а инструктор Хамий пинал Георгия в лицо титановым башмаком, будто кеглей:
   - Василий, и все вы, молочники!
   Сдохните, если не освоите прием борьбы фундук!
   Как делается фундук, как проводится - никто не знает, словно накакали в мозги!
   Но известно только то, что с помощью фундука можно победить любого врага, даже Абсолютного Воина, даже того Титана, кто прошел три тысячи и сто одно испытание!
   Прием фундук в тебе, в каждом, но возродить его можно только немыслимыми способностями, как белка заткнула клоаку орехом Малибу!
   Василию надоело пинание в лицо, Василий Георгий поднапрягся и провел по инструктору Хамию прием фундук, неизвестно как и неизвестно что!
   Хамий улетел прочь с Планеты Развратия, в вакууме раздувался, как селедка и вопил:
   - Гениально! Ты убил меня приемом фундук!
   Георгий вышел из будушего и применил прием фундук к Абсолютному воину Шизоидию!
   Шизоидий умер, а перед смертью прокричал с восторгом, словно удостоился чести поцеловать туфлю Президента:
   - Гениально, Георгий! Ты убил меня приемом фундук!
   Дальнейшее Георгий помнил, словно ежик в киселе!
   Добрался до сокровищ Медной Горы, бродил по горам золота и драгоценых камней, но ничто не взял, потому что вспомнил, как в далеком прошлом Хозяйка Медной горы предупредила, как серпом по груди:
   - Не бери злато серебро! Все тяжелое, как земля!
   Возьми только маленький философский камень - к чему камнем прикоснешься, пожелаешь золота, то в золото и превратится!
   Георгий взял философский камень, вернулся в Москву, женился на Меднее, жил, как сыр в торте Птичье Молоко!
   Когда нужны были деньги, Георгий с помощью философского камня превращал что нибудь в золото, а золото сдавал знакомому барыге! ..................................................................... Продолжение романа готово и ждет издания на бумаге за Ваш счет!..................................................................................................
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Межзвездный мезальянс. Право на ошибку" С.Ролдугина "Кофейные истории" Л.Каури "Стрекоза для покойника" А.Сокол "Первый ученик" К.Вран "Поступь инферно" Е.Смолина "Одинокий фонарь" Л.Черникова "Невеста принца и волшебные бабочки" Н.Яблочкова "О боже, какие мужчины! Знакомство" В.Южная "Тебя уволят, детка!" А.Федотовская "Лучшая роль для принцессы" В.Прягин "Волнолом"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"