Лантре Эсфирь: другие произведения.

Итальянская новелла- Розина

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 9.00*21  Ваша оценка:

  *История третья.
  Новелла "Розина"
  Даже в самых благополучных семьях случаются курьёзы, за которые приходиться расплачиваться не только детям, но и внукам.
  
  Мы переносимся с вами, мой дорогой читатель, во вторую половину 18-ого века.
  Италия-страна неописуемой красоты!
  Родина выдающихся личностей, неповторимых, уникальных талантов.
  
  Поместье графа - Риккардо Делла Конти.
  Лето.
  Раннее утро.
  Солнце поднялось высоко, высоко и его мягкие лучи нежат тружеников полей, рассекая своё тепло по спинам пахарей.
  Они с рассветом косят траву, собирают новый пышный урожай пшеницы.
  Хлеб уродился на славу!
  Служанки вытрушивают на верандах подушки, простыни, покрывала, недовольно бурча себе по нос.
  Им бы хотелось ещё часок другой покемарить, однако управляющий строг, да и работы много.
  Вот и приходиться вставать с зарёй, чтобы успеть переделать всю работу. А укладываться только тогда, когда господа угомоняться и заснут.
  На кухне во всю кипит работа: жарят, шкварят, томят, - торопятся приготовить к завтраку запланированное меню.
  Главный повар старается изо всех сил, ему так хочется угодить господам.
  Он большой выдумщик, каждое его новое блюдо, - шедевр.
  
  Розина - баловница, хохотушка, совсем ещё юная девушка.
  Красотка с пышными формами, но не толстушка, в меру упитанная. Всё при ней, - как говорится.
  Розовощёкая, белокожая. А летом её кожа приобретает кремовый оттенок, и её личико напоминает спелый персик.
  Облик Розины аналогичен персонажам полотен великих живописцев, которые умели ценить женскую красоту.
  Кода она родилась, отец, увидев её, пришёл в полный восторг и произнёс, обращаясь к своей жене:
  - Анна, дорогая!
  Ты привела на свет красивейший цветок.
  Я назову её - Роза.
  А ласково будем звать дочку - Розиной.
  Девочка росла нежной, доброй, ласковой, приветливой, никому не докучая.
  Она с детства, с молоком матери, впитала в себя любовь и щедро ею делилась.
  В подростковом периоде у Розины проявился лёгкий уживчивый характер.
  Вот и сейчас, она не умеет грустить, печалиться.
  У неё завидный нрав. Ей всё нипочём.
  
  - Ой, не могу.
  Ха-ха-ха-ха-хааааааа, - как россыпь звуков арфы, разнеслись раскаты заразительного смеха.
  Это Розина, несётся по широкому коридору, хохоча на ходу.
  Ей навстречу степенно передвигается старый граф - Пасквале Делла Конти.
  Он направляется на утренний моцион.
  Розина поравнялась с графом, резко умолкла, с трудом сдерживая душащий её смех.
  - Доброе утро, синьор! - поздоровалась она, присев в реверансе.
  Как самочувствие Ваше? Как спалось?
  Ночь была душной, не правда ли? - Розина забросала старика вопросами, стараясь скрыть своё состояние.
  Старый граф посмотрел на неё через пенсне, разгадал тайну Розины и ответил вопросительно, но сдержанно:
  - Что это с тобой, Розина?
  Чего ты несёшься по коридору, как лошадь под наездником.
  Тебе больше нечем заняться?
  Так я сию минуту пошлю с докладом к молодой графине Патриции, - она подберёт тебе работу.
  Завершив последнюю фразу, он с недовольным выражением лица проследовал дальше.
  Розина, чуть не лопаясь от напряжения, прикрыла ладонью нос и рот, провожая его взглядом. Затем пожала плечиками и понеслась дальше.
  Она не умела грустить. Её веселило всё. Розина никогда не унывала. Такова была её натура, её человеческая сущность.
  Заскочив в кухню, она выпалила:
  - Что-то старый граф с раннего утра не в духе. С чего бы это?
  И опять расхохоталась.
  Схватила на ходу, только что испечённую булочку, с пылу с жара. Запихнула кусок в рот и побежала, напевая баркаролу, одновременно жуя.
  
  Розина сравнительно недавно служит в графстве.
  Её отец при старом графе очень давно, он служит здесь конюхом. Она росла возле него.
  Мать Розины умерла, и, с тех самых пор, девочка очень привязалась к отцу.
  А как подросла, стала проситься на работу, чтобы помочь отцу.
  Молодая графиня - Патриция Делла Конти, без промедления взяла её и приставила к своей кузине - Флоренс.
  Дело в том, что родители девушки трагически погибли, когда она была маленькой. В связи с этими печальными событиями, воспитывалась она в доме Патриции, вернее в доме графа Делла Конти.
  Флоренс по возрасту была гораздо моложе своей кузины. Очень её любила, почитала старого графа и благоговела к мужу Патриции, графу Риккардо.
  Графиня, поразмыслив, решила, что Флоренс нужна молоденькая расторопная служанка.
  Они с Розиной ровесницы. Девушки подружились.
  Флоренс искренне полюбила Розину. Обучала её грамоте, языкам. Прививала любовь к поэзии, музыке. Много рассказывала ей о правилах этикета. Вызывала интерес к живописи и красивым туалетам. Дарила ей свои платья, туфельки, аксессуары. Учила красиво укладывать волосы. Девушки часто и подолгу беседовали, проводя время на природе. Иногда они вместе пели.
  Флоренс доверяла Розине свои душевные тайны.
  Синьор - Марио де Росси давненько занимал её мысли.
  Они дружили с детства. Он старше Флоренс на шесть лет.
  Его родители приезжали с визитом к графу Риккардо Делла Конти.
  Дети графа и его друзей частенько проводили вместе время, в играх и своих забавах. Граф Риккардо любил Флоренс, считал членом своей семьи, относился к ней покровительски.
  Флоренс очень привязалась к Марио. Была влюблена в него. Посвящала ему поэтические строки. С нетерпением ожидала его приезда к графу.
  Синьор Марио де Росси и сам проявлял знаки внимания по отношению к хорошенькой и очень милой Флоренс. Выделял её из дочерей и родственниц графа Риккардо Делла Конти и его супруги. Приглашал на прогулки, даже на охоту.
  У них завязались близкие отношения, переросшие в роман, о котором никто и не догадывался. И, как бывает в таких случаях, в один прекрасный день Флоренс почувствовала биение младенца под сердцем.
  
  Как говаривал великий Пушкин: "Неопытность к беде ведёт".
  Очень правильно подметил Александр Сергеевич.
  
  А герой - любовник стал появляться всё реже и реже, пока и вовсе не потерялся из вида. Краем уха Флоренс слышала, что он в дальних странствиях.
  Однако, вернувшись, он более не навещал до боли родные места, вызывающие в его душе детский трепет. Со временем он и о Флоренс перестал думать.
  У его поступков была веская причина. Его родители давно присмотрели ему невесту. Марио не пришёл в восторг от решения родителей. Но и перечить не мог, был вынужден подчиниться их воле. А вскоре состоялась и сама церемония, после которой он отправился в свадебное путешествие.
  Но сердечных чувств к своей молодой супруге - Франческе, Марио де Росси - возлюбленный Флоренс, не испытывал.
  Бедная Флоренс так и осталась, предоставлена сама себе в таком непростом, двусмысленном положении. И конечно отчаявшись, затосковала.
  Ближе к родам, Флоренс обратилась к графине:
  - Милая Патриция!
  Я бы хотела отлучиться с Розиной к её тётушке.
  Розина рассказывала, что там чудесно, красиво. Её тётушка живёт рядом с лесом, на берегу реки. У них там столько прекрасных животных. Ты же знаешь, как я люблю лошадей. Мы поживём немного на природе и вернёмся. Прислуга нам не нужна. Мы не надолго, - упрашивала Флоренс, стараясь выглядеть естественно.
  - Ну, хорошо, хорошо, моя дорогая. Поезжайте. Я не против. Только будьте в пути осторожны. Возьмите с собой всё необходимое. Там ведь иные условия жизни.
  - Спасибо тебе, моя милая, Патриция, - радовалась Флоренс.
  Прильнула к кузине, поцеловала её в обе щёчки, в знак благодарности и ушла собираться.
  Платья тогда носили пышные, графиня ничего и не заметила.
  А то, что молоденькая девушка округлилась, то это было в порядке обычных вещей, хороший признак.
  - Значит, расцветает, - говорили окружающие.
  В дороге Флоренс растрясло, роды начались прямо в телеге.
  Розина очень растерялась, она не знала, как помочь подруге.
  С трудом девушки добрались до тётушки Розины - Чичилии.
  Та приняла ребёнка. Ей не впервой приходилось выручать молодых, заблудших девиц. Родился чудный мальчик - крепыш.
  Но внезапно у Флоренс открылось сильное кровотечение, которое остановить не удалось, и Флоренс скончалась.
  Розина приняла эту утрату близко к сердцу. Она чувствовала себя виноватой. Не могла простить, что подалась на уговоры Флоренс и отправилась с ней в дальнюю дорогу, в таком положении. Она считала, что была обязана отговорить Флоренс от этой затеи.
  Чичилия, как могла, успокаивала Розину. Но та была безутешна.
  Там на поляне, у леса, недалеко от их домика, они и захоронили Флоренс.
  Было решено ребёнка оставить у Чичилии, а графине правду не говорить, раз Флоренс этого не желала.
  Так Розина впервые в жизни ощутила боль невосполнимой утраты и огромную ответственность перед малышом - сыном Флоренс.
  Она повзрослела на глазах. Её очаровательная улыбка мгновенно сошла с уст. Потух взор. Искорка жизни, которая так легко зажигала сердца даже флегматичных людей, вместе с горькими слезами покинула Розину. Моторчик, сидевший в ней, приводивший в движение всё вокруг, заглох навечно. Она уже никогда не станет прежнею Розиной.
  - Назовём его Пальмиро, что означает, странник, паломник. Мы не знаем, какая судьба ему уготовлена. Но то, что он не будет привязан к одному месту, в этом я уверена, - сказала Розина, глотая слёзы, держа младенца на руках.
  - Пальмиро, - красивое имя, - согласилась тётушка.
  Молодец, Розина. Правильно его назвала. Без родной матери никто не знает, какая участь ему уготовлена.
  
  В поместье графа Риккардо де Конти, Розина не вернулась. Она не знала, как поведать Патриции и графу всё то, что произошло с бедняжкой Флоренс.
  - Они так любили Флоренс, заботились о ней. Для них эта весть будет тяжёлым ударом. Я не могу пойти на это, - объясняла Розина Чичилии.
  
  Новые заботы.
  Каждый день Розина ходит за вёрсту, в поисках молока для младенца. Там, в деревне за лесом, живёт старушка Магдалена, её козочка даёт чудесное молоко. Розина наполняет сосуд с молоком и отправляется в обратный путь. Она приносит свежее козье молоко, и они вскармливают им Пальмиро.
  Розина приносит родниковой водицы. Наливает её в деревянное корытце. Выставляет на солнце, так водица нагревается.
  Лето - чудная пора! Тепло, всё зелено, красота вокруг!
  Чичилия готовит отвары из разных трав, вливает их в корытце, растворяет в воде и опускает младенца.
  - Ай, как хорошо! Наш мальчик так любит купаться. Я ему кладу шишечки, он с ними играет, цепким взглядом следит, как они передвигаются по воде. Всё новое привлекает его внимание, ему интересно всё, - восторгалась Розина.
  - Да, мальчик растёт любознательным, - подтверждала Чичилия.
  Голубых кровей! Всё так, всё правильно, - рассуждала она вслух.
  Ребёнок от рождения удивительно приветлив. Стоит Розине подойти к нему, он тут же начинает издавать бойкие звуки, шевелить ножками, ручками.
  - Он думает, что ты его мама. Глянь, как улыбается тебе, - подметила Чичилия.
  Розина берёт его на руки, малыш нежной бархатной щёчкой прижимается к ней. Обхватывает своими ручонками её шею.
  Розина блаженствует и таит от его ласк.
  Затем он дёснами впивается в её подбородок и чешет, чешет их.
  - Вижу, вижу, скоро у нас пойдут зубки, - прогнозировала Чичилия, заигрывая с малышом.
  - Маму ему никто не заменит, - с опозданием ответила Розина.
  А я буду стараться всё делать так, чтобы он не ощущал себя обездоленным и обделённым, - ответила Розина.
  Она осознавала всю меру ответственности, (за жизнь сына Флоренс) которую добровольно взвалила на свои неокрепшие плечики.
  Мальчик прекрасно развивается, хорошо набирает в весе.
  А Розина грустит. Тоска увесистым камнем давит ей грудь, полноправной хозяйкой поселилась в её душе и не даёт отдаться ребёнку всем сердцем.
  - Как жаль, что Флоренс не видит, как её мальчик растёт, с каждым новым днём меняется, набирается силёнок. Его взгляд становится более осознанным, осмысленным. Такой красивый бутуз. Она бы его очень любила, - сокрушалась Розина.
  - Видит, всё она видит. Не надо беспокоиться и тревожить её не нужно. Она всё видит и там, на небесах, радуется вместе с нами, - ответила ей Чичилия, утешая.
  - Ты думаешь? - тихо спросила Розина, не отрывая от Пальмиро глаз.
  - Да, так оно и есть. Пора тебе успокоиться. Смотри, какой карапуз у нас. День ото дня он крепнет и становится краше. Чудный мальчик. Надо благодарить Магдалену, она нас выручает. Что если бы не её козочка, чем бы мы кормили Пальмиро? - рассуждала Чичилия.
  - Ты права. Не представляю, как бы мы растили младенца без молока? - согласилась Розина.
  
  Чувство долга
  Прошло три года.
  Чичилия часто прогуливалась с Пальмиро по лесу. Мальчик любил слушать пенье птиц, ему их язык казался понятным. Собирать жёлуди для него было первейшим удовольствием.
  Дома Розина мастерила из них сказочных человечков, с которыми малец играл.
  Чичилия рассказывала Пальмиро много интересных историй об обитателях леса. Учила прислушиваться, различать голоса лесных жителей.
  Незаметно они вернулись. Вошли в избу. А там Розина хлопочет по хозяйству.
  - Ах, какие ароматы! Ты решила сегодня соблазнить нас чем-то неповторимо вкусным. От одних запахов урчит в желудке, - сказала Чичилия, находясь в приподнятом настроении.
  - Сегодня у нашего мальчика день рождения, разве ты забыла? - спросила Розина у Чичилии.
  По этому поводу, я готовлю праздничный обед: грибной суп, запечённые с сыром томаты. Они у нас в этом году особенно хороши, уродились на славу. В печи хлеб поспевает, скоро достану. На закуску - наш любимый сыр с вареньем из ягод. Будем праздновать. Устроим пир на весь мир в честь нашего Пальмиро.
  - Даже и не верится, - изменённым голосом произнесла Чичилия. Три года пробежало со дня тех печальных событий.
  Над могилой Флоренс вырос холмик, на нём колосится молодая трава, цветы.
  А мы продолжаем жить и растить её сыночка, - тускло произнесла Чичилия.
  - Я сегодня ночью думала об этом. Считаю неправильным, что мальчик дворян живёт здесь. Надо разыскать его отца. Как ни посмотри, а всё же родная кровь. И условия жизни у них иные, мальчику там будет лучше, нежели в лесу, - поделилась Розина своими мыслями.
  - И ты так легко готова расстаться с Пальмиро? - возмутилась Чичилия.
  Ты заменила ему мать. Ты его растила три года. Когда он болел, ты болела вместе с ним, припадая к его груди поминутно, прислушиваясь к его дыханию. Убивалась, ночами не спасла, дожидаясь малейшего улучшения в его состоянии. Когда он, наконец, улыбался, твоё сердце радовалось. Каждый новый его зубчик ты воспринимала, как подарок. Он так привязан к тебе. Он любит нас. Мы его семья.
  И, кто тебе сказал, что там ему будет лучше?
  - Никто не сказал. Но там его родной отец. А здесь две чужие тёти: одна молодая, но бедная, другая пожилая, вся скрипит.
  Как ты представляешь его дальнейшую жизнь? - Розина рассуждала трезво, правильно, но при этом закрывала своё сердце на ключ. Благополучие ребёнка перевешивало её собственные чувства.
  
  По памяти Розина отправилась на поиски отца Пальмиро - Марио де Росси. Ещё находясь на службе в поместье графства Делла Конти, она не раз слышала, что усадьба родителей Марио де Росси находится в тридцати верстах от поместья. Она снарядила телегу, на которой привезла к Чичилии роженицу - Флоренс.
  В дороге Розина останавливалась, расспрашивала случайных попутчиков и нашла.
  Марио не оказалось дома, о чём сообщил ей слуга. Она дождалась его возвращения. Марио вспомнил её. И, как не вспомнить?
  Розина в самый кульминационный момент романа Марио и Флоренс, носила записочки от него Флоренс, когда он приезжал с визитом к графу.
  Однако, немного поразмыслив, Марио удивился.
  - Розина, какими судьбами тебя занесло в наши края и, что ты здесь делаешь? - интересовался он.
  Розина вкратце изложила ему суть дела. Он внимательно выслушал её. Опечалился, услышав о внезапной и безвременной кончине Флоренс. Всё никак не мог поверить в то, что Флоренс больше нет. Подробно расспросил Розину, где она с малышом находится, проявил желание забрать ребёнка.
  На этом они распрощались. А Розина, испытывая удовлетворение в результате выполненного долга, отправилась в обратный путь.
  
  Дело в том, мой дорогой читатель, что отношения между Марио и его женой - Франческой не сложились. Стало быть, брак, навязанный Марио родителями, оказался во всех отношениях, не состоятельным. Франческа не была ему интересна ни как женщина, ни как человек.
  Марио со своей женой жил на разных половинах. Он не испытывал к ней никаких чувств, её присутствие раздражало его.
  К внешней непривлекательности, добавились другие неприглядные качества, черты характера. Она была глупа, взбалмошна, злопамятна, дерзка, истерична. Семейные узы, как таковые волновали её в меньшей степени. Она и не пыталась наладить отношений с мужем. Во всём винила его. В связи с этим Марио часто покидал родные места, и подолгу странствовал.
  После рассказа Розины рубец на его сердце, некогда затянувшийся, безжалостно был вскрыт. Марио отчётливо ощутил, насколько сильно и страстно любил Флоренс. В памяти чередой прошли детские картины - счастливые деньки, как он их называл, делясь с друзьями или старинными знакомыми, с которыми он частенько выезжал на охоту. Марио запер дверь своего кабинета на ключ, чтобы его не беспокоили, и предался сладостным воспоминаниям.
  Франческа - жена Марио оказалась бездетной, и этот факт ещё более подогрел желание Марио забрать сына и воспитывать его в традициях их семьи.
  
  В один из осенних дней, он прибыл к Чичилии, оставив на полянке неподалёку от её дома свой кортеж. Разрешил Розине упаковать любимые игрушки Пальмиро. И увёз мальчика. Розина подготовила мальчика, насколько это было возможно, пообещав ему, что он будет приезжать к ним в гости, и она навещать его. Всё произошло так быстро, что мальчик толком не успел опомниться и проститься со своими любимыми кормилицами.
  Чичилия безутешно рыдала. Розина, глубоко переживая и борясь, сама с собой, не стремилась утешать её. Она вышла из домика и ушла в лес. Там на природе, она распахнула своё сердце, свою душу, выпустив на свободу накопившиеся эмоции. Домой она вернулась выхолощенная, опустошённая и усталая. Её жизнь потеряла смысл. Она оторвала от себя самое дорогое, родное существо, которое боготворила, обожала, любила всей полнотой материнской любви, как своего собственного ребёнка.
  Но поступить иначе она не могла.
  Уже во второй раз за свою недолгую жизнь, она переживала горечь потери.
  
  Случайная встреча
  Прошёл ещё год.
  В один из февральских вечеров, в избу постучались.
  - Кто бы это мог быть? - настороженно спросила Чичилия.
  - Не знаю, сейчас посмотрю, - ответила ей Розина. Набросила на спину вязаную шаль, и вышла в сени.
  Она вернулась не одна. За ней в избу вошли двоё мужчин.
  - Управляющий князя Карло Болондини с помощником, - представила Розина. Просятся на ночлег. Я постелю им у себя.
  А сама переночую в сенях, - пояснила она, подходя к Чичилии. Тётушка, сидя за столом, перебирала кукурузную крупу.
  - Нет, Розина, там очень холодно. Февраль месяц, глянь, как задувает. Ложись со мной, поместимся, - предложила ей заботливая тётушка.
  - Хорошо, Чичилия, - сказала Розина, и пошла стелить гостям.
  - Присаживайтесь, присаживайтесь, пожалуйста, - пригласила гостей Чичилия.
  - Благодарю Вас, - ответил управляющий. Снял с себя бекешу и сел.
  Он по старинке носил те же вещи, что и в России.
  Этот управляющий много лет служил у русского князя.
  - Садись Иван, - скомандовал он помощнику.
  Вернулась Розина. Она внесла кипяток и свежезаваренный травяной отвар. Разлила гостям отвар, поверх добавила крутого кипятку. Нарезала хлеб. Поставила плошку с вареньем.
  - Угощайтесь, пожалуйста. Промёрзли небось, в лесу сейчас небезопасно, да и холодно. Вон ветер, какой поднялся. Пейте чаёк, согревайтесь. И укладывайтесь отдыхать, я вам уже постелила. Белье чистое, свежее, лесом пахнет, - обхаживала гостей Розина.
  - Благодарю, очень мило с Вашей стороны. Мы действительно, промёрзли. Ездили по делам князя. Задержались. Припозднились, вот и домой не попали. Благодарю Вас за приют и такой тёплый приём, - управляющий говорил безумолку, а сам присматривался к Розине.
  Чичилия сразу это подметила. И тут же подумала:
  - А вдруг посватается к Розине, чем чёрт не шутит?
  - Какой ароматный чай! Сразу не определишь, из каких трав. Настоящий букет. Варенье чудесное. И хлеб такой необычный, вкусный. Наш повар такой не печёт, - нахваливал управляющий.
  - Это всё Розина, её дело рук, она у нас мастер! - с гордостью поясняла Чичилия. Я давно ничем не занимаюсь. Хвораю помаленьку, знаете.
  - О, так Вы - мастерица! - восторгался управляющий, обращаясь к Розине.
  - Ничего особенного, обычные домашние дела, - скромно ответила Розина, не предавая значения словам управляющего.
  Управляющий с помощником завершили трапезничать и удалились на покой.
  - Вот такая служанка нужна нашему князю: всё умеет, всё знает. Обучена манерам, правильному поведению. Я сразу заметил.
  И скромная. Находка! Он давно говаривал, что хочет служанку, которая была бы ему другом. Эта девушка идеальный вариант.
  - И учтива, - пополнил перечень помощник. Думаете, поедет с нами? - спросил он.
  - Она не так проста, как показалась поначалу. Даже и не знаю, что сказать, - ответил управляющий.
  Вскоре они улеглись и мирно уснули.
  А Чичилия донимала Розину:
  - Если предложит тебе, выходи, не думая. Не весь же век тебе в лесу куковать.
  - Успокойся, тетя. Ничего он мне не предложит. С какой это стати? Он из знатных, а я служанка Розина. Понимаешь? Не тешь себя надеждой и меня не тревожь. У меня и без того нелегко на душе. Всё думаю о Пальмиро. Как там наш мальчик? Не болеет ли? Хорошо ли ему у отца, не обижает ли кто? - делилась с тётей прозорливая Розина. Её душевный покой будоражило материнское чутьё.
  - Сама отдала ребёнка, чего уж теперь слёзы лить? - раздражённо ответила Чичилия.
  Утром, перед отъездом, управляющий выкроил время, удобный момент и подошёл к Розине. Он взял её за руку и по-дружески сказал:
  - Послушай меня, Розина. Хочу предложить тебе место служанки в нашем имении. Князь Болондин - прекрасный, добрейшей души человек. Ему нужна такая трудолюбивая помощница, мастерица на все руки, как ты. Он нуждается в преданном друге. Ты бы за ним присматривала, помогала во всём. Когда почитала, когда на прогулку вывела. А, когда и отвлекла от плохих мыслей. Если согласишься, я пришлю за тобой карету. Обижена не будешь, ручаюсь. Зря слов на ветер не бросаю. Слово чести.
  - Я бы поехала. Почему не помочь хорошему человеку? Но тётушка болеет, не могу оставить её без помощи, бессердечно это, - объяснила Розина.
  - А ты бери тётю с собой. Дадим ей пристанище. Будет у тебя на виду, сыта, присмотрена. У нас и лекарь свой имеется.
  Соглашайся, Розина, - уговаривал управляющий.
  - Если так, то поеду. Присылайте по весне карету. Нынче ей тяжело, не перенесёт дорогу, - ответила Розина.
  - Хорошо. Так и сделаем. Очень рад, что ты согласилась.
  С первыми лучами весеннего солнца пришлю за вами человека.
  Он вас и доставит на место.
  А я, по возвращению, обрадую нашего князя. Тоскливо ему. Овдовел, стареет, болеет, - рассказывал управляющий.
  - Сочувствую. Нелегко ему. Здоровья вашему князю. Присылайте человека, будем ждать. Храни вас, Господь, - пожелала Розина, провожая гостей.
  
  Имение князя Болондина
  "...и тихонько плачет, и тихонько плаче-ет он в пусты-ы-не, в пусты...не".
  Князь тихо задумчиво с выражением допел, растягивая последнюю строчку знаменитого хорового произведения "Утёс", а взор его унёсся далеко-далеко от этих мест.
  Торжественно зазвучал многоголосный заключительный аккорд, и в его представлении во всей красе предстала старая Русь, с золотыми куполами, перезвоном колоколов и гроздьями цветущей сирени.
  По щеке побежала скупая слеза.
  Князь продолжал смотреть куда-то вдаль, не шевелясь.
  Своими корнями он уходил в старинный русский княжеский род - Болондиных. Правда, на итальянский манер его называли - Карло Болондини.
  Самого Кирилла Петровича судьба забросила в Италию ещё в молодости, где он осел и пустил корни. Так он и жил вдали от родных мест.
  Кирилл Петрович вдовствовал. Сыновья-соколы разлетелись, кто куда. А он вёл размеренный неспешный образ жизни, соответственно своему возрасту.
  
  Раздался стук в дверь, который отвлёк князя от его мыслей.
  - Входите, - мягко произнёс Кирилл Петрович.
  Дверь приоткрылась, вошла Розина.
  - Синьор Карло, доброе утро, я принесла завтрак.
  - Спасибо, Розина, поставь на стол. Что-то нет аппетита, - поделился князь с Розиной.
  По интонации его голоса она поняла, - князь опять затосковал.
  - Есть аппетит, нет аппетита, а принимать пищу необходимо. Гляньте, как исхудали. А после завтрака выйдем на террасу, я почитаю Вам, а Вы, этим временем, подышите свежим воздухом. Такая благодать сейчас у воды, но Вам ещё трудно, понимаю. Ничего будем дышать здесь, - рассуждала Розина вслух, а сама расстелила на столе белоснежную льняную салфетку. Поставила небольшое овальное блюдо с солнечной полентой, нарезанной порционно, тарелочку с сыром, который князь ещё с молодости очень любил и миниатюрную чашечку с кофе, из которой тянулся вверх лёгкий змеевик пара. По комнате разнёсся горьковатый аромат.
  Розина ухаживала за князем с тех самых пор, как он заболел.
  Она была грамотной, хорошо воспитанной, многое умела, благодаря усилиям покойной Флоренс.
  Управляющий князя, руководствуясь этими критериями, сразу разгадал загадочную душу Розины. Он ещё там, в лесу понял, что такой человек, как Розина сумеет скрасить жизнь князя, поэтому и принял её на работу.
  Розина сочувствовала Кириллу Петровичу, делила с ним его переживания. Больше никого он к себе не допускал.
  Иногда наведывался лекарь, так, больше для блезира. Назначал новые микстуры, коротко беседовал с больным и уходил. Но всё оставалось, как и прежде. Душа князя маялась, от этого и тело страдало.
  Розина сумела расположить к себе Кирилла Петровича, он доверял ей. Благодаря Розине, он соблюдал предписанный распорядок приёма пищи, чередующийся с отдыхом, воздушными процедурами на террасе. Она подолгу беседовала с ним на разные темы, читала ему. Так они подружились.
  
  - Повинуюсь, - сказал князь, поднимая глаза на Розину.
  Ты умеешь уговорить, из тебя бы вышел прекрасный дипломат, - предположил князь.
  Розина улыбнулась, чуточку приподнимая уголки губ, ничего не ответив на слова князя. Сама, этим временем, накрывала на стол.
  - Пожалуйста, присаживайтесь. Приятного Вам аппетита.
  - Благодарю, - ответил Кирилл Петрович, вяло, подходя к столу и опускаясь на стул с высокой спинкой.
  
  Всё тайное когда-то становится явным
  Прошёл ещё год. Наступило лето.
  Управляющий по делам князя Болондина прибыл с визитом в графство Делла Конти.
  
  К слову замечу. В России управляющего князя Болондина звали Николай Алексеевич Платонов. А в Италии его величали - Николо.
  
  Самого графа на месте не оказалось. Управляющего приняла его супруга - графиня Патриция.
  Они обменялись новостями. Поговорили о делах. Управляющий уже собирался уезжать, как вдруг вспомнил:
  - Графиня, Вы знаете, мне, наконец, удалось найти превосходную служанку для князя. Мы так ею довольны. Она сравнительно недавно у нас, но мы все её полюбили. Манерами, воспитанием она резко отличается от поведения обычных слуг. Она образована. Скорее напоминает хорошо воспитанных барышень.
  Если не ошибаюсь, она из ваших мест.
  - Что Вы говорите, Николо. Нынче хорошая служанка на вес золота. Как правило, они ленивы и безразличны к своим обязанностям.
  За ними нужен глаз да глаз, - высказывала графиня свою точку зрения по этому вопросу.
  Я думаю это везение, благословение свыше. Где же Вы нашли её? - заинтересовалась Патриция.
  - Не поверите. В лесу, - ответил Николай Алексеевич.
  - Где? - удивилась Патриция.
  - Да, да, не удивляйтесь. Она там жила со своей тётушкой.
  На поляне недалеко от леса стоит их домик, - подробно доложил управляющий князя.
  - Как интересно, - сказала Патриция и вдруг задумалась.
  А, как зовут вашу служанку, сколько ей лет? - спросила она, механически.
  - О, имя у неё очень красивое, как песня. Розина, - ответил он пафосно. На вид ей лет двадцать, а может быть девятнадцать. Вы знаете, я так торопился, нанимая её на работу, что и не спросил её о возрасте.
  - Как? Как звать её? - переспросила Патриция, выпучив глаза и раскрыв рот.
  Вы не ошибаетесь?
  Графиня поняла, совпадений быть не может.
  - Нет. А что случилось? - растревожился Николай Алексеевич.
  Вы знаете о ней что-нибудь недостойное? - не на шутку заволновался управляющий.
  - Нет, нет. Не в этом дело, - быстро ответила Патриция.
  - В чём тогда дело?
  Уважаемая графиня, Вы только, пожалуйста, ничего от меня не скрывайте. Я на свои плечи возложил большую ответственность.
  Приставил эту девушку к князю. Мне бы не хотелось..., - заикаясь, произнёс он.
  И тут Патриция сделала жест рукой, перебивая его.
  - Николо. У Вас нет никаких причин для волнений, сказала она спокойно, изменив интонацию.
  Вы можете доверять этой девушке, как мне. Она выросла на моих глазах. Я её приставила к своей кузине, и та ею была очень довольна. Они стали близкими подругами.
  Я могу поручиться за неё князю, если это потребуется, - нервничая, рассказывала Патриция.
  - Даже так. Тогда, позвольте спросить, почему же Вы, говоря о ней, так волнуетесь? С ней связаны какие-то воспоминания, я правильно Вас понял? - не унимался дотошный Николай Алексеевич.
  - Мне трудно в двух словах изложить суть моих волнений. Отложим этот разговор на время, прошу Вас, - попросила графиня.
  - Как Вам будет угодно, - сказал управляющий, соблюдая этикет. Распрощался и уехал.
  
  Патриция пребывала в растерянности. Она не понимала, почему Розина и Флоренс не вернулись домой.
  - Что могло такое случится, что заставило их остаться у тётушки?
  И в течение стольких лет даже весточки не прислать!
  Не понимаю.
  Это так не похоже на мою кузину. И Розина всегда была такой внимательной, - думала графиня.
  - О, Боже, я даже не спросила его о Флоренс.
  Так, я немедленно еду к князю и сама обо всём расспрошу Розину, - произнесла она вслух. Патриция отправилась в свои апартаменты, собираться в дорогу.
  В это время вернулся граф Риккардо. Он был не в духе. Что-то не ладилось у него в делах. Граф на ходу делился с женой последними новостями, и Патриция желая успокоить супруга, отложила поездку в имение князя Болондина.
  
  Утро следующего дня ничем не отличалось от предыдущего.
  Стоял прекрасный летний день. Солнце ещё не припекало.
  В воздухе витал лёгкий нежный аромат летних растений. От воды доносился приятный ветерок. А в графстве Делла Конти каждый занимался своим делом.
  Патриция не стала откладывать поездку на послеобеденное время, и сразу после завтрака отправилась к князю.
  Графу она ничего не сообщила, решила сама всё проверить.
  
  Миновал час, как Патриция прибыла в имение князя Болондина.
  Он любезно её принял. Они мирно беседовали.
  Подошло время обеда.
  - Дорогая графиня! Отобедайте со мной. Этим Вы скрасите моё одиночество. Трапеза приобретёт праздничность, - предложил князь.
  С тех пор, как моя супруга почила в бозе, семейный уют навсегда утерян мною, - растрогался Кирилл Петрович.
  . Я так люблю Ваши визиты. Всегда ожидаю их с большим нетерпением. Мне так хорошо в Вашем обществе, - сказал он.
  Князь пребывал в хорошем настроении, но взгрустнул немного от внезапно нахлынувших воспоминаний. Он уважал супружескую чету Делла Конти. Их связывали добрые многолетние отношения.
  - С удовольствием отобедаю с Вами, дорогой Карло, - ответила Патриция, откликнувшись на предложение князя. Она искренне сочувствовала ему.
  - Карло, Вы прекрасно знаете, как я отношусь к Вам. Мой супруг почитает Вас. Встречаться с Вами, бывать в Вашем доме для нас большая честь и превеликое удовольствие, - отреагировала Патриция на слова князя, обменявшись с ним любезностями. Но на сей раз, эти слова прозвучали не для красного словца, как того требует негласный закон приличия или для протокола, а искренне, от всего сердца.
  - Благодарю Вас, душа моя. Вы пролили бальзам на мои раны, - сказал князь вдохновенно.
  Пройдёмте, пожалуйста, в столовую.
  Князь сделал на собой усилие, поднялся, подошёл к Патриции и предложил ей свою руку. Графиня улыбнулась ему, встала, взяла князя под руку, и они направились в столовую.
  А там, Розина хлопотала, накрывала на стол.
  Графиня, увидев Розину замедлила шаг. Затем остановилась, но, не желая привлекать внимание князя, прошла вперёд.
  Князь поначалу не заметил изменений в состоянии графини, подвёл её к столу, отодвинул стул и дождался, пока она сядет. После этого он пошёл к своему месту. А она не сводила глаз с Розины. Патриции не верилось, что это действительно та самая Розина, которую она знала с пелёнок, маленькой девочкой. Затем эта девочка выросла, на её глазах превратилась в девушку и в одночасье покинула их гостеприимный дом, графское имение, своего отца.
  А Розина, как всегда напевая себе под нос, полностью погрузилась в сервировку стола, и не заметила, как князь вошёл в столовую с дамой.
  - Розина, у нас сегодня праздник. Графиня Патриция Делла Конти согласилась разделить со мной обеденную трапезу, - торжественно объявил князь.
  Я думаю, вы знакомы, - предположил князь.
  Николай Алексеевич рассказывал, что ты родом из их мест.
  После этих слов, Розина окаменела. Из её рук выпали столовые принадлежности и с грохотом попадали на пол. Девушка побледнела, пошатнулась. Другой рукой ухватилась за стул, что находился рядом. Розина растерялась, она не знала, что ей делать. Первая мысль, которая пришла ей в голову:
  - Бежать!
  - Розина, ты, что же не узнаёшь меня? - мягко спросила Патриция.
  Розина отреагировала на голос графини, повернулась к ней лицом. Подняла на неё глаза и расплакалась. Бросилась к ногам Патриции и рухнула на колени со словами:
  - Простите, Бога ради. Простите меня, синьора. Я ни в чём не виновата, верьте мне. Это такое горе..., я с трудом его пережила.
  Я не хотела наносить Вам и графу страшный удар. Вы так добры со мною были.
  Она говорила, не останавливаясь. Слёзы ручьём текли по щекам, а Розина не замечала их. Она рыдала навзрыд.
  Князь сидел в растерянности, не понимая, что происходит, подспудно сочувствуя Розине.
  - Дитя моё, не надо плакать. Успокойся, пожалуйста, - дрожащим голосом произнёс он.
  Патриция поняла, - случилось нечто из ряда вон выходящее. Будучи великодушным человеком, она обратилась к Розине, искренне сочувствуя ей:
  - Милая моя!
  Успокойся, пожалуйста. Я не намерена тебя наказывать.
  Я приехала повидаться с тобой. Расспросить обо всём. Не надо плакать. Вспомни, я всегда была тебе другом. И своего отношения к тебе не изменила.
  Мы действительно очень беспокоились, когда вы пропали. Пытались вас искать. Адреса твоей тёти я не знала. Отец твой занедужил, долго лежал в бреду и ничего толком объяснить не смог. Так мы потеряли вас из вида. Я в глубине души надеялась, что вы объявитесь или весточкой дадите о себе знать, - подробно, не спеша, рассказывала Патриция.
  Вчера, когда управляющий князя сообщил мне, что ты здесь, я так обрадовалась. Сразу решила навестить князя и убедиться, что это ты. В глубине души поселилось сомнение. Оно терзало моё сердце.
  Думала, что и на сей раз не найду вас.
  Патриция посмотрела на князя и мягко попросила:
  - Карло, дорогой. Не сделаете ли Вы мне любезность?
  - Всё, что попросите. Я к Вашим услугам, - ответил князь, как истинный дворянин, проявляя готовность прийти на помощь даме, в данном случае, графине.
  - Благодарю Вас, - произнесла Патриция.
  Вы не могли бы оставить меня наедине с Розиной совсем не надолго? Мне необходимо поговорить с ней. Один щекотливый вопрос не даёт мне покоя. В Вашем присутствии она сконфузиться и разговор не получится, - пояснила очень деликатно графиня.
  - Да, да, конечно. Уже удаляюсь. Жаль только, обед простынет, - посетовал князь.
  - Нет, нет, не беспокойтесь. Я попрошу повара, он согреет. Мы сию минуту будем обедать, - пообещала графиня.
  Князь медленно, измеряя шагами столовую, удалился.
  - Розина, пожалуйста, поднимись с колен.
  Девушка послушно встала.
  Садись и по порядку расскажи, что у вас произошло.
  Что случилось? Не бойся. Обещаю тебе, чтобы ты мне не сказала, я сердиться не буду. Тем более, не стану тебя наказывать.
  Я не для этого сюда приехала. Говори, всё говори, без утайки.
  Слушаю тебя очень внимательно.
  Патриция действительно была далека от крайних мер. Она никогда не была мстительна, злопамятна. Нет. Её доброта давно всем была известна. Некоторые эксплуатировали её добродетели, выгадывая для себя что-то.
  К тому же, она испытывала к Розине родственные чувства.
  Ей удалось расположить девушку. Устранить страх, терзавший душу все эти годы. И Розина шаг за шагом, с самого начала романтических отношений Флоренс и Марио изложила Патриции печальную, трагическую историю, которая приключилась с её лучшей подругой. В глубине души она считала Флоренс сестрой.
  Розина умолкла. Слёзы струились по щекам маленькими водопадами. Она сокрушалась и кручинилась по умершей Флоренс которую нежно и беззаветно любила.
  А теперь другая тоска бередила её душу. Розина всем сердцем любила сына Флоренс, очень тосковала по крошке - Пальмиро. Когда-то она спасла мальчику жизнь, потом трепетно растила его, отдавая всю себя без остатка. И своими собственными руками передала малыша отцу - синьору Марио де Росси, желая сыну Флоренс лучшей участи.
  Наступило гробовое молчанье.
  Патриция расчувствовалась. Достала из своего ридикюля кружевной платочек и поминутно прикладывала его к глазам.
  - Бедная, бедная моя Флоренс. За что? Почему?
  Как это всё ужасно. Кто бы мог подумать. А мы ничего не знали, ничего не замечали.
  Какая чудовищная судьба. Её родители трагически погибли, когда Флоренс была крошкой. Теперь она...
  Как мы теперь будем жить? - горевала графиня.
  Эта ноша каменной глыбой легка на моё сердце. Боже мой, Боже мой! Что я скажу графу? Как откроюсь ему. Он так любил Флоренс, как свою родную дочь, - сокрушалась Патриция.
  И вдруг она опомнилась.
  - Розина, а где же малыш, которого ты воспитывала? - спросила она.
  - Я его отдала отцу - синьору Марио де Росси, - ответила Розина.
  - Почему? Мальчик мог жить в нашем имении, вместе с тобой и твоей тётей. У нас и няни есть.
  Насколько я помню, Марио женат. И его супруга, как это сказать поделикатнее..., - графиня запнулась.
  Понимаешь, дорогая Розина, супруга Марио не очень приветливая женщина. У нас с ней не сложились отношения. Она не выдержанна, резка, груба. Далеко не всегда её поведение совпадает с теми нормами поведения, которые заведены у нас. С тех пор, как он женат на ней, всё окружение Марио и его родителей, перестало бывать в их, некогда, гостеприимном доме.
  Я не думаю, что мальчику будет хорошо у них. Во всяком случае, не лучше, чем у нас, в этом нет сомнений. Уверяю тебя.
  Мы прямые его родственники. Мне думается, Розина, ты поторопилась, совершив необдуманный поступок.
  Вступать в конфликт с Марио я не намерена. Он не отдаст ребёнка. У него в браке детей нет, - рассуждала графиня вслух.
  Что же нам делать?
  - Вы знаете, сударыня Патриция, - отвлекла её Розина.
  Пальмиро унаследовал материнскую внешность, он очень похож на Флоренс. Такой красивый мальчик. И такой ласковый, как девочка. Я без него страдаю. Очень скучаю по нему. Представьте, мы с ним не расставались ни на минуту. Он и ночью любил со мной спасть. Бывало, заберётся в мою постель и там засыпает. Я прихожу, ложусь потихоньку рядышком. Он - хитрец, обхватывает меня своими пухленькими ручонками, прижимается и на груди засыпает.
  Флоренс бы ему не нарадовалась. Он спокойный, хороший мальчик. Не будет обузой отцу. Синьор Марио пообещал мне, что создаст сыну все условия. Будет уделять ему внимание, распрощается со своими бесконечными путешествиями.
  Сказал, что сам желает растить сына.
  - Дай-то Бог, чтобы оно так и было, - недоверчиво произнесла графиня.
  Патриция оказалась права. Её сомнения имели под собой почву. Она, как в воду глядела.
  Жена Росси, узнав о ребёнке, заревновала супруга к мальчику.
  А, когда увидела, как ребёнок похож на бывшую пассию Марио, просто сошла с ума. Стала ревновать супруга к покойной Флоренс. От злости, от зависти, которую она испытывала ко всем, в том числе и к Марио, она в полном смысле слова, потеряла рассудок
  Поначалу Франческа всячески вредила Марио. Затем приняла решение отомстить безнадёжно утерянному супругу. Но, как?
  Ей недолго пришлось гадать и искать приемлемый вариант.
  
  Маленькое отступление.
  Франческа обожала вкусно поесть. Меры в еде она не знала. Видимо так она залечивала свои душевные раны, заедала все свои обиды.
  Если учесть тот факт, что она весь день проводила в постели, вставая лишь к трапезам и изредка на прогулки, легко можно себе представить её внешний облик. Результат, как говорится, на лицо.
  Она выглядела тучной, тяжеловесной, гораздо старше своих лет. Однако этот факт не омрачал её настроения, она не предавала ему никакого значения и не обращала внимания на это. От удовольствий не отказывалась. Она любила сладости, крепкое вино, жирные сыры, всевозможные десерты, а из мясных блюд отдавала предпочтение блюду под названием "Сальтимбокка - saltimbocca alla romana".*
  
  *Традиционная римская "Сальтимбокка" - очень вкусный рулет из телятины . Saltimbocca в переводе означает - "прыгай в рот".
  Небольшой кусок слегка отбивают плоской стороной ножа, обжаривают на оливковом масле. На каждый кладут пол-листика шалфея и ломтик прошутто - пармской ветчины. Сворачивают рулетом, скрепляют шпажкой. Тушат в белом вине и подают с овощами, рисом, (приправленным шафраном) картофельным пюре или со спагетти.
  Из напитков подают красное вино "Кьянти" или изысканное Монтепульчано.
  Этот материал в сокращённом варианте заимствован с кулинарного сайта. Автор - Esmarhov.
  
  Аделина, - как говаривала Франческа, - мой верный страж.
  Старая её служанка прекрасно готовила это блюдо.
  Желание госпожи для неё было законом. Она при Франческе выполняла функции лакея.
  Как-то подавая на обед её любимую "Сальтимбокку", старая служанка уловила подходящий момент и поинтересовалась:
  - Синьора, как Вы себя чувствуете?
  - Плохо, - лениво ответила Франческа, поднимаясь с постели.
  - Последнее время Вы пребываете в расстроенных чувствах.
   Я вижу. В чём причина? Вы знаете, я всегда Вам помогала, когда словом - правильным советом, а когда и делом. Расскажите, что стряслось?
  Что растревожило, мою госпожу? - расспрашивала Аделина, помогая Франческе одеться.
  - Разве ты не знаешь? Мой полоумный супруг привёз в наш дом подкидыша. Уверяет, что это его сын. Я и раньше слышала от матушки Марио, что у него был умопомрачительный роман с родственницей графа Риккардо Делла Конти. Он её страстно любил и возжелал связать свою жизнь с ней.
  А его родители воспротивились. У них было устное соглашение с моим отцом. Правда, я не представляла, что у Марио с этой девицей всё так далеко зашло. Вот тебе и нравы. А ещё родственница графа, почитаемого и уважаемого человека в обществе. Какой позор!
  Недосмотрели, выходит. Ты знаешь, я полагаю, она нажила ребёночка с кем-нибудь другим. Тот отказался, вот она и навязывает мальчонку Марио, - глумилась Франческа над чувствами Флоренс и Марио.
  А мне теперь, что делать? Я не собираюсь держать в своём доме подкидыша. Пойдут разговоры, пересуды. Какой стыд. Что в обществе скажут? - возмущалась Франческа.
  - А Вы не робейте. Не робейте, говорю я Вам. Надо извести мальчонку, пока мал, - внезапно предложила Аделина.
  - Ты это о чём? - спросила Франческа, будто не понимая. А сама глаза увела в сторону, чтобы Аделина не увидела, - она от неё именно этого ждала.
  - У меня есть знакомый знахарь, который помогает излечиваться от недугов. А кому и зелье приворотное варит. Кому и яд..., - произнесла служанка со значением и посмотрела на свою госпожу, ожидая её реакции.
  Франческа испуганно посмотрела на Аделину.
  - Правда шальной он, девок любит, - продолжала Аделина.
  Вы его щедро вознаградите, он Вам всё приготовит, - настраивала она Франческу.
  - За ценой не постою, - заверила она служанку.
  А не подведёт? - спросила Франческа.
  - Он честный. Коль берётся, - выполняет на совесть. Только Вам к нему придётся идти самой. Мне туда заказана дорога, - предупредила Аделина.
  - Что так, грешна? Боишься?- неожиданно спросила Франческа.
  - Как не быть? Грешна, каюсь и побаиваюсь тоже. Люди обиды не забывают и не прощают, - ответила Аделина, отворачиваясь, чтобы Франческа не видела накатившихся слёз.
  - Чего это ты вдруг? - спросила Франческа. Никогда не видела тебя с мокрыми глазами. Стареешь..., - злобно подметила она.
  - Попробую прибегнуть к твоей помощи, - после обдумывания решительно сказала Франческа.
  Только принеси мне свои вещи. Не поеду же я к нему в барских нарядах.
  - Слушаюсь, синьора. Всё сделаю, как скажете, всё принесу.
  И знахарю весть пошлю, чтобы ожидал Вас, - заверила госпожу Аделина.
  
  Не рой другому яму
  В назначенный день, Франческа прибыла к знахарю. На ней было бедное одеяние. Аделина посоветовала ей заплести косу, чтобы походить на деревенских девушек. Франческа смыла с себя белила, румяна. Не наводила брови.
  Аделина подробно рассказала ей, как найти домик знахаря. Франческа приказала кучеру:
  - Ждать, пока не вернусь.
  А сама пошла по тропке, следуя точному описанию Аделины.
  Жил знахарь на отшибе, обособленно.
  О нём ходила дурная слава. Деревенские жители его не любили и боялись. Пугали им детей. Если, кто его и навещал, так только по острой необходимости и не по своей воле. Всякое случалось.
  Ходили слухи, что он зазывал к себе девушек, которых встречал в лесу или у колодца. Опаивал их снадобьем.
  После этого они на какое-то время пропадали бесследно.
  Близкие мысленно хоронили их, а потом девушки возвращались, но потерявшие рассудок либо прокажёнными - с венерическими болезнями.
  Как правило, девушки вскоре умирали. Хоронили их в стороне от кладбищенской ограды.
  Франческа всего этого не знала. Аделина скрыла от неё столь интимные подробности. Недолюбливала служанка свою госпожу, ох недолюбливала, но умело это скрывала. Случай представился. Вот и отправила Аделина Франческу, загодя зная, на что.
  Франческа крадучись подошла к домику знахаря и, как велено было, постучалась в оконце три раза.
  Заходили засовы, распахнулась дверца, и она увидела перед собой страшилище. Страх всецело охватил ею. Она поледенела.
  В руках знахарь держал лампаду, которая освещала все его "прелести".
  Маленького росточка, приземистый, сутулый, лысый с отвратительным лицом. Узкие крошечные глазки, запавшие в глазные впадины, почти не просматривались. Лишь стальной, какой - то нездоровый блеск обращал на себя внимание. На фоне впалых щёк вырисовывались скулы, подпиравшие глаза. Носа не было. Вместо него остался расплывшийся отросток непонятной формы. Он только и напоминал о том, что на этом месте когда-то был нос. Создавалось впечатление, что птица поклевала кожу на его лице. Кожа была усеяна засохшими корками от ран, которые время от времени кровоточили. Зубов во рту почти не было.
  - Какая лапонька, - проговорил он гнусаво. Аделина знает, кого присылать, - обрадовался знахарь. Упитанная такая, прелесть моя, - принялся он за своё, не теряя времени зря.
  Входи, входи. Чего стоять на пороге? Я рад таким дорогим гостям, - произнёс он, заискивая. Схватил Франческу за руку, словно зажал в тиски и втащил в свою конуру.
  Франческа подчинилась. Её охватил такой ужас, что она не понимала, что делает.
  В конуре знахаря стоял тяжёлый спёртый удушливый запах.
  - Аделина прислала мне весточку и указала в ней, чтобы я приготовил ядку, но такого, чтобы человек умер не сразу, а постепенно, - смаковал он.
  - Не человек, а ребёнок, - поправила его Франческа, немного опомнившись.
  - Понял, понял, - скороговоркой проговорил знахарь и засуетился у стола.
  На полках над столом стояли различные по форме и размеру мензурки с тёмными жидкостями. Одни по консистенции напоминали чай, другие желе, третьи, - джемы. Настои также отличались друг от друга насыщенностью цвета. Среди них были и светлые, прозрачные растворы. Все мензурки были закрыты деревянными пробками. На многих их них углём сделаны надписи.
  - Сейчас, сейчас, моя кисонька. Я приготовлю твой заказ.
  Ты будешь довольна, - произнёс он противно хихикая.
  Знахарь снял с полки одну мензурку. Отлил немного заготовленного отвара в маленький пузырёк, покрутил его перед глазами на свету, перелил в ковшик и поставил на печку.
  - Немного выпарится. Добавлю к нему сладенького сиропчика для вкуса. И яд готов.
  - Для чего это нужно? - спросила Франческа.
  - Как для чего? Слаще умирать, - пояснил он, скривив противную гримасу.
  - Аделина объяснила Вам, что смерть не должна наступить сразу, чтобы никто ничего не заподозрил, - напомнила Франческа.
  - Не волнуйся, лапонька. Долго умирать будет твой ребёнок, долго, - ответил он лилейным голосочком.
  Над ковшиком дымкой поднялся пар, предвестник готовности яда. Знахарь снял с плиты ковш. Достал с другой полки, что была прикрыта занавеской, пустой маленький пузырёк. Перелил в него готовый яд, плотно закрыл пробкой. Поднёс к губам, тихо нашептал что-то непонятное. Франческа прислушивалась, но так разобрать и не смогла.
  Закончив процедуру, он протянул Франческе пузырёк.
  - А теперь, оплатите за выполненный заказ, - сказал он совсем другим тоном и изменённым голосом.
  - Я готова, - ответила ему Франческа, доставая приготовленный мешочек с золотыми монетами. Назовите цену, - добавила она. Будет этого мало, привезу ещё.
  - Нет, моя дорогая. С Вас я этого не возьму, - резко заявил знахарь.
  - А что же тогда? У меня только золото. Могу предложить украшения, что на мне, - ответила Франческа, немного растерявшись.
  - Ты не прикидывайся девственницей, - отчеканил он.
  Аделина должна была тебя обо всём предупредить, - грубо кинул он в сторону Франчески.
  - О чём предупредить? Она сказала, - щедро вознаградить.
  Разве золотые монеты не щедрое вознаграждение? - удивилась Франческа.
  - Для меня нет. Я с девушек и молодых женщин металла не беру.
  Ты приголубь меня, приласкай, и это будет самое лучшее вознаграждение, - заявил он язвительно, притягивая к себе Франческу.
  Всего разок. Ты не смотри, что я некрасив и не молод.
  Я знаю, как обойти барышню, - продолжал он.
  Что Аделина тебе ничего не рассказывала, как я ублажал её, когда она была девицей? - заявил он, раскрывая чужую тайну.
  Франческа пропустила мимо ушей его откровения. Она вырывалась и не подчинялась его неуместным поползновениям.
  Знахарь выпустил Франческу из своих цепких рук, в мгновение опять сменил тон и сказал:
  - Если я тебе так противен, не надо. Я же не насильник, какой-то там. Давай разойдёмся по добру по здоровью, - неожиданно предложил он, усыпляя бдительность Франчески.
  - Давай, лапонька моя, попьём с тобой травяного чаю. Я хороший чай завариваю. Побеседуем, как старинные друзья и ты поедешь, а я останусь в одиночестве свой век доживать, - говорил он, суетясь у печи. Знахарь достал из мешка (под столом) сухих трав, понюхал каждую в отдельности, нахваливая. Сложил в бадью, залил водой и поставил на печку. Вода быстро вскипела, травы осели на дно бадьи, и по всей конуре знахаря разнёсся пряный, немного тёрпкий, сладковатый запах. Он пошептал над бадьёй. Перелил в сосуд и поставил на столе. Разлил в деревянные кружки, одну из них пододвинул Франческе. Пока он колдовал над приготовлением отвара, рассказал Франческе о прошлом Аделины.
  - Она в юности была чертовски хороша собой. Персик налитой. Жила в родительском доме. Её отец был знаменит в округе и за её пределами. Скрипичных рук мастер. Мозговитый, даровитый, рукастый. У него была большая клиентура. Они жили безбедно.
  Аделина считалась старшей дочерью в семье. Кроме неё было ещё четверо сыновей. Воспитывали их в строгости.
  А Аделина с молодых ногтей отличалась строптивостью. Горласта, бойка и не подчинялась отцу. Её мать была хрупкой женщиной, настоящий ангел. Аделина всегда подсмеивалась над ней. Не понимала, почему мать всё терпит от отца, "заглядывает ему в рот", полностью выполняет все его указания, просьбы.
  Аделина часто ссорилась с отцом. Провоцировала в доме скандалы. Отец запирал её в отдельной комнате и не разрешал выходить, пока не попросит у него прощения. А Аделина этого делать не умела, да и не хотела. Гордыня повелевала ею.
  Я совсем юным нанялся к её отцу в подмастерье. У меня с детства проявилась любовь к знахарству. Я собирал травы и готовил из них отвары, потом на себе проверял, как они действуют. Один раз чудом жив остался. Спас меня местный лекарь, который, узнав о моём увлечении, взял меня в ученики и передал мне свою школу.
  Я ему обязан по гроб жизни.
  У отца Аделины я варил первоклассный лак, он обрабатывал им дерево, и скрипки пели. За что он меня и держал при себе на полном довольствии.
  Так мало-помалу я привык, прижился в их доме. Аделина меня опекала. Иногда помогала, с ней работа спорилась. Она пошла в отца, умением работать. Хорошо готовила, вкусно. Меня всегда угощала.
  А в один из вечеров, когда все ушли в храм, пришла ко мне в комнату. Стала обнимать, целовать, липнуть. В результате произошло то, что должно было произойти. У неё и у меня это случилось впервые, и мы не очень хорошо оценивали происходящее.
  Безусловно, мы скрыли наличие этого факта от её семьи.
  Спустя время, Аделина шепнула мне на ухо, что с ней что-то непонятное происходит. Она толстеет не по дням, а по часам, её подташнивает, голова кружится, слабость. Я догадался, что с ней. Нашёл нужную траву, сделал настой, дал ей выпить. То ли переусердствовал с пропорцией, то ли ошибся с травой. В один из дней Аделина залилась кровью, она умирала у меня на глазах. Это вызвало в семье переполох. Отец всполошился, вызвал лучшего лекаря, и он с трудом спас ей жизнь, предупредив, что детей у неё больше никогда не будет. С тех самых пор, она и возненавидела детей.
  Вот тогда-то и открылась правда. Отец Аделины не простил ей этого поступка, сказав, что она залила грязью, позором весь его род. В ярости он выбросил нас на улицу, не желая видеть в своём доме.
  Аделина нанялась служанкой к господам, а я помогал местному лекарю в приготовлении лечебных сборов. Потом переехал жить в другое место, там меня постигла неудача. Похотлив я по натуре. Вот и поплатился.
  А Аделина исчезла куда-то, и долгое время я о ней ничего не знал.
  Как-то мне рассказали, что одну служанку "с треском" выбросили за порог. Она положила глаз на молодого синьора и попыталась отравить его невесту. Но в последний момент ей помешали. Я сразу сообразил, что это дело рук Аделины и ждал, когда она объявится, подаст весточку. Она не изменилась.
  - Я Вам не верю, - перебила его Франческа.
  Аделина тихая, нетребовательная, услужливая.
  Зачем наговариваете на человека? Она у меня много лет служит. И ничего подобного я не замечала, - возразила ему Франческа.
  - Наивная ты, девонька. Жизни не знаешь. Убеждён, Аделина и в таком возрасте промышляет тем же. Её не переделать.
  Он завершил рассказ и обратился к Франческе:
  - Что-то Вы медленно пьёте, или чай мой не пришёлся Вам по вкусу?
  В этот момент за окном защебетали птицы. Франческа повернулась в сторону окна. А знахарь, воспользовавшись удобным моментом, схватил с полки маленькую мензурку и подлил из неё немного настоя в чай Франческе. Быстро закрыл пробкой. Тут же на столе спрятал мензурку в горшок с полевыми цветами. Облегчённо вздохнул и сказал:
  - Пожалуйте, откушайте чайку.
  Франческа ни о чём, не догадываясь, небольшими глотками пила чай и слушала пение птиц.
  Всё произошло в мгновение ока.
  Появилась дурнота, голова закружилась. Франческу сильно тошнило, перед глазами поплыл туман. Всё расплылось. Она не контролировала ситуацию. Потом провал в памяти. И темнота.
  Она неестественно заснула, как умерла. Только продолжала дышать. Во сне, как в тумане периодически ловила лицо знахаря. Её тело не подчинялось ей, лишь какие - то странные болезненные ощущения волнами наплывали и отзывались во всём теле. И опять провал.
  Сколько она пробыла в забытьи, она не знала.
  Выходила Франческа из этого состояния очень тяжело. Её рвало, мучила сильная головная боль, ломило всё тело. Её знобило. Какое-то странное возбуждение периодически возвращалось к ней, и тогда она плакала, как дитя.
  Знахаря в конуре не было.
  Франческа вернулась домой совершено разбитая, с трудом передвигаясь. В руках она держала пузырёк с ядом, предназначенный для Пальмиро.
  
  Преступление против невинного...
  Отлежавшись, немного отойдя от пережитого, утром следующего дня Франческа поинтересовалась:
   - Аделина, что синьор, он дома?
  - Сию минуту узнаю, моя госпожа, - ответила Аделина и ушла.
  Вскоре она вернулась и сказала:
  - Синьора, он уехал по делам имения. Так слуга доложил, - уточнила служанка.
  Ступайте спокойно, - посоветовала Аделина.
  Франческа улучила момент и отправилась на половину Марио.
  Она, крадучись вошла в столовую.
  На столе стоял приготовленный для Пальмиро завтрак.
  Няня умывала мальчика после сна.
  Франческа подошла к столу, открыла пузырёк с ядом и опрокинула содержимое в сок из свежих томатов.
  В это время в столовую вошла няня, держа за руку Пальмиро. Франческа от неожиданности выпустила из рук пузырёк.
  - Поднять? - прозвучало у неё в голове. Нет, не буду, она увидит, - решила Франческа. Она, не глядя на пузырёк, чтобы не привлекать внимания няни, отшвырнула его ногой под стол. Не заметят, - подумала Франческа, сама себя успокаивая.
  Няня, увидев Франческу, удивилась, замедлила шаг, поздоровалась:
  - Доброе утро, синьора!
  Франческа не ответив ей, спросила:
  - Элиза, Вы привели мальчика к завтраку?
  - Да, синьора.
  Синьор Марио настоятельно предупредил меня, чтобы я соблюдала режим, - ответила няня.
  - Так не теряйте время. Кормите его. Завтрак простынет, - резко сказала Франческа и удалилась.
  
  К вечеру у мальчика открылась сильная рвота, появился жар. Лекарь, осмотрев мальчика, не смог определить причину внезапной болезни.
  Он отпаивал мальчика микстурами, делал растирания, компрессы, ванны с травами. Ничего не помогало.
  Так прошла неделя. Жар опускался и снова стрелой взлетал.
  - В чём дело, Нунцио? Почему ни одно средство не помогает? - спросил Марио у лекаря.
  - Поверите, синьор Марио, за годы моей многолетней практики, я ещё не встречал ничего подобного. Я перепробовал всё. Загадка, непостижимо, - рассуждая, ответил озадаченный лекарь.
  Марио вызвал лекаря из города. Тот осмотрел мальчика, посоветовал промыть кишечник. Слуги принесли в сосудах воду.
  И лекарь заставил мальчика (чашку за чашкой) выпить большую порцию воды, перемешанной с раствором, приготовленным им заранее.
  После этой процедуры, у мальчика появились сильные колики в животе, началось расстройство желудка. При опорожнении кишечника, он упал без чувств, напугав отца и всех, кто был рядом.
  
  К слову будет сказано.
  Лекарь мыслил в правильном направлении. Вот бы сделать эту процедуру в самом начале болезни. Но за неделю яд успел всосаться в кровь и главенствовал в организме ребёнка.
  Именно поэтому начались осложнения.
  Да, следует отметить. Яд, приготовленный знахарем по сложному рецепту, действовал не по сценарию обычного отравления.
  У мальчика начались судороги. Процесс шёл по нарастающей.
  - Я бы сделал мальчику кровопускание. В случае сильного отравления стоит спустить немного старой крови и давать пить, много пить, с добавлением глюкозы, - объяснял лекарь Марио.
  - Так почему же Вы медлите, ничего не предпринимаете? - нервно спросил Марио. Делайте что-нибудь, делайте.
  - Синьор, мальчик сильно ослабел за неделю. Потерял в весе. Периодически у него наступает обморочное состояние. Вы же сами видели. Рискованно, - ответил городской лекарь, посматривая на своего коллегу.
  Ближе ко второй недели болезни температура опустилась ниже нормы. Рвоты, поносы прошли. Как видно процедуры всё же дали свой результат. Но судороги продолжали мучить ослабевшего ребёнка. Он больше не играл, не просил почитать ему или рассказать интересные истории. Не вставал с постели.
  На третьей неделе у мальчика стали выпадать волосики на головке, и его роскошные локоны редели день ото дня.
  Выглядел он осунувшимся, сильно похудевшим, очень бледным, с тёмными кругами под глазами. Его некогда нежное личико приобрело сероватый оттенок. Бархатная гладкая кожа покрылась гнойничковыми папулами. Пальмиро погрустнел. Во сне часто бредил и звал Розину.
  Марио не отходил от сына. Когда он услышал, как Пальмиро во сне зовёт Розину, он решил, во что бы то ни стало съездить за ней и уговорить переехать к ним.
  Марио не на шутку испугался:
  - Неужели Пальмиро заболел от тоски? Как же я не подумал об этом? Я виноват. Только я один виноват в том, что Пальмиро заболел. Тогда нужно было на коленях просить Розину поехать с нами. Мальчик вырос на её руках, любит её. А я их разлучил. Нет мне пощады, - терзался Марио.
  Завтра же с раннего утра поеду за Розиной, - решил он.
  
  Но жизнь вносит свои коррективы.
  Утром няня позвала Марио и испуганно сказала:
  - Я не понимаю, что с ребёнком. Он жалуется, что ему мало света, просит, чтобы принесли лампаду.
  Марио побежал к сыну.
  Пальмиро лежал без движения. Его недетский взгляд устремился куда-то вдаль.
  - Пальмиро, сынок, доброе утро, - сказал Марио дрожащим голосом. Выдержка отказывала ему.
  - Вы что-то путаете, папа. Какое же утро? Ещё темно. Я попросил Элизу, чтобы она принесла лампаду, - потукшим голосом произнёс быстро повзрослевший малыш.
  - Боже мой, что с тобой, сынок? Что тебя беспокоит, скажи мне? - расспрашивал Марио, припав к постели сына.
  - Ничего, ничего не беспокоит. Спасибо, папа, - тихо проговорил Пальмиро.
  - Позовите лекаря. Ну, что же вы стоите? - кричал Марио.
  Он больше не руководил своими эмоциями. Потерять ребёнка - единственное, что у него осталось. Пальмиро ежеминутно напоминал ему Флоренс. Его присутствие согревало душу Марио.
  Нунцио - лекарь, служивший в имении, первый осмотрел мальчика и развёл руками.
  - Коллега, обратился он к городскому лекарю, взгляните. Зрачки не реагируют на свет, - пояснил он.
  Городской лекарь открыл свой саквояж, достал из него инструменты. Внимательно обследовал глаза мальчика и подтвердил:
  - Вы абсолютно правы, коллега. Мне нечего добавить, - сказал он. Я сожалею, синьор, - обратился он к Марио. Но на сей раз, мы бессильны. Есть неизученные болезни, которые мы не умеем разгадывать и лечить. Мне очень жаль.
  - Вы подписали моему сыну приговор? - твёрдым голосом спросил Марио, с трудом сдерживая рыдания.
  - Нет, синьор. Будем искать. Но на это потребуется время. А, как себя поведёт организм ослабленного болезнью ребёнка, мы не знаем, поэтому не можем ручаться за конечный результат. Повторяю, будем искать. Я сейчас же отравляюсь в город.
  С Вашего позволения переговорю с другими специалистами, будем созывать консилиум. Очень тяжёлый случай, - предупредил он.
  - Дорогой мой!
  Я доверяю Вам и полагаюсь на Вас. Созывайте консилиум. Обещайте им любое вознаграждение, только помогите моему сыну, - умоляюще произнёс Марио.
  Нунцио, прошу тебя, пока синьор Клаудио вернётся, не отходи от Пальмиро, - приказал Марио.
  - Слушаюсь, синьор. Не извольте, пожалуйста, беспокоится.
  
  
  Разговор с няней
  Марио поднялся очень рано. Тревога закралась в его душу, и он не мог спасть. Марио бесшумно подошёл к постели спящего Пальмиро. Нагнулся над ним, прислушиваясь, как мальчик дышит.
  - Синьор, я должна Вам сообщить нечто очень важное, - сказала няня, сидящая у постели ребёнка.
  Я понимаю, мне надо было поговорить с Вами гораздо раньше, но я не решалась, - обратилась Элиза к Марио.
  - Давайте выйдем, не будем ему мешать. Его сон поверхностный. Он так тяжело дышит. Бедный мой мальчик, он и во сне не отдыхает, - произнёс Марио шёпотом, выходя из спальни Пальмиро.
  - Что Вы хотели мне сказать? - спросил он у няни.
  - В том день, Вы помните, когда наш малыш занемог?
  - Помню, как не помнить, - ответил Марио.
  Так вот в тот самый день произошло очень странное событие, - волнуясь, она начала свой рассказ.
  - Что Вы имеете в виду? Что произошло? Какое событие? -недоумевал Марио.
  - Вы только не расстраивайтесь, синьор Марио, - успокаивала няня, стараясь смягчить удар.
  Утром я принесла из кухни завтрак для Пальмиро. Поставила поднос на стол в столовой. И ушла будить Пальмиро. Так я делаю каждый день, с тех пор, как ухаживаю за Пальмиро.
  Мы с ним побеседовали, пока я его одевала.
  Вы знаете, синьор Марио, у мальчика в то утро было прекрасное настроение.
  Затем я его умыла. И мы отправились в столовую на завтрак.
  Элиза остановилась. В её поведении ощущалась неловкость. Похоже, она внутренне боролась сама с собой, не будучи уверенной, надо ли рассказывать барину о происшедшем.
  - Элиза, я Вас слушаю, - поторопил её Марио.
  - Когда мы вошли в столовую, я увидела синьору Франческу.
  - А, что она там делала? - громко спросил Марио. Она не бывает на нашей половине, очень непонятно, - удивился и насторожился он.
  - Не знаю, синьор. Я тоже очень удивилась. Она стояла у стола.
  В руке, которая зависла над стаканом с соком для Пальмиро, она что-то держала, но рассмотреть мне не удалось. Синьора сильно сжала кулак. Вы знаете, она как-то странно на меня смотрела. Мне показалось, что она не в себе. Синьора задала мне несколько вопросов. Она чем-то была недовольна, не в настроении.
  Я ответила. Она постояла ещё несколько минут и ушла.
  Я усадила Пальмиро, накормила завтраком, пока собирала посуду, мальчик крутился рядом. Потом я отвела его в детскую. А там он показал мне свою находку - маленький пузырёк.
  На дне его была светло-коричневая жидкость. Я понюхала и у меня закружилась голова. Я тут же отнесла пузырёк нашему лекарю - Нунцию. Честно говоря, я подумала, что это он обронил.
  Нунцио посмотрел, но по запаху не смог определить содержимое пузырька. Сказал, что у него такого состава нет. Он спросил у меня, у кого я взяла пузырёк, желая разобраться, кто именно принёс его. Он сразу же заподозрил неладное. Вылил эти кали на стёклышко под своим прибором, (всё не запомню, как он его называет) и сказал, что у него такого состава точно нет. Он твёрдо уверен. Нунцио долго расспрашивал меня, где я его взяла. Я ему подробно всё объяснила. Он в ответ только пожал плечами.
  А вечером того же дня, у Пальмиро открылся жар, - завершила Элиза свой монолог.
  - Очень странно. Почему же ты мне об этом не рассказала тот час? - спросил Марио.
  - Побоялась гнева синьоры, - ответила Элиза, плача.
  
  Марио догадался. Он всё понял. Однако не стал выяснять отношений с Франческой.
  
  Всё тайное становится явным
  Шло время.
  Как-то после водных процедур, Аделина, помогая Франческе одеться, внезапно обнаружила на её теле следы страшной болезни. Никому, не сказав ни слова, она собралась и в одночасье
  покинула свою госпожу, прихватив с собой драгоценности Франчески и золотые монеты, которые та имела неосторожность оставить в своей спальне.
  Больше Аделину не видел никто.
  
  
  
  
  Синим густым покрывалом спускается вечер к изголовью гор.
  Он робко подкрадывается к ним. Мягко укладывается, протискиваясь между ними. Удобно устраиваясь, стирая заострённые очертания верхушек гор.
  Закончился день, промелькнул незаметно вечер.
  Ночь торжественно и величаво вступает в свои права.
  Всё явное осталось в ушедшем дне. Всё тайное принялось за работу. Она протекает, просачивается сквозь тело и душу ночи тихо, без шума, без окрика, без огласки. Шёпотом, на цыпочках, не дыша, скрываясь под плащом ночи.
  Но, всё тайное, когда-нибудь становится явным.
  
  Этой ночью в имении Марио де Росси никому не пришлось отдыхать. Обстановка накалилась. Напряжение ощущалось во всём. Все знали, - госпожа в агонии.
  В свой предсмертный час Франческа, придя в сознание, открыла глаза и вызвала к себе Марио.
  Он знал, что она находится в тяжёлом состоянии и не смог ей отказать.
  После известных событий, Марио не испытывал ни малейшего желания вступать в контакт с супругой.
  Но, как говорится, - лежачего не бьют.
  Великодушие Марио победило, и он не стал отказывать ей в малом.
  Увидев Марио на пороге своей спальни, Франческа залилась горючими слезами. Повязка, что была надета на лице, прикрывая остатки носа, намокла и съёжилась.
  В постели лежала мумия. Франческа за время болезни усохла. Её облик претерпел большие изменения. Она перестала походить на пышную цветущую Франческу.
  Марио, увидев её в таком виде, сжал кулаки за спиной, чтобы она не заметила его состояние.
  - Я скоро уйду и больше никогда не причиню Вам ни боли, ни огорчения, - начала она потухшим голосом.
  Пока язык мой шевелится, а голос издаёт человеческие звуки, я скажу Вам то, на что не отважилась бы никогда, будучи уверенной, что меня ожидает иной исход, - пояснила Франческа.
  Этот разговор стоил ей больших усилий. Желание открыться Марио было настолько велико, что она превозмогала боль, стыд, страдания.
  - Сударыня, не утруждайте себя длинными рассказами. Поберегите силы. Я всё знаю и, тем не менее, не желаю Вам зла. Более того, я выпишу для Вас лучшего лекаря, он вылечит Вас.
  - Благодарю Вас. Вы благородный синьор, но это невозможно, - тихо произнесла Франческа.
  Марио, простите меня, прошу Вас. Я знаю, что причинила Вам страдания. Это всё потому, что безумно ревновала Вас. Не могла простить, что Вы обручились со мной, любя и желая другую.
  Она - Ваша пассия, всегда стояла между нами. Я это чувствовала.
  Я знала о существования договора - сделки, которую заключили мой отец и Ваши родители. Ваша матушка рассказала мне о Флоренс.
  Я надеялась, что со временем Вы позабудете её. Но, как видно ошибалась. А тут, как назло, Вы привезли в дом ребёнка.
  Её ребёнка! Обида, ущемлённое самолюбие, женская гордость измучили меня, и я стала мечтать о мщении. У меня помутился рассудок. Жажда отплатить Вам овладела мною. По совету Аделины я поехала к знахарю, - Франческа умолкла.
  Она испытывала физические страдания, но и душа её измученная, раненная, оскорблённая изнывала, горела и рвалась на части от пережитого ею ужаса и телесного надругательства.
  - Хочу Вас заверить, Флоренс не была моей пассией.
  Она - единственная женщина, которую я любил всем сердцем, люблю и, до гробовой доски, буду любить, - твёрдо сказал Марио.
  Прошу Вас, не надо сейчас расстраиваться. Этим Вы только ухудшите своё состояние, в наших отношениях ничего не поправите и мальчику не поможете, - в отчаянии произнёс Марио.
  - Тот, кто умеет лишить жизни, знает, как спасти её, - внезапно произнесла она, голосом заговорщика.
  - Это Вы о ком? - спросил Марио, хватаясь за её слова, как умирающий за соломинку.
  - Вы не догадываетесь? - вопрошала Франческа.
  Марио в ответ ничего не сказал, лишь покачал головой.
  - Тогда слушайте и не перебивайте меня. Силы мои на исходе.
  Моё сознание в любой момент померкнет. Мне нужно успеть сказать Вам очень многое. Хоть так я облегчу страдания души моей, - сказала она, как заклинание.
  И Франческа рассказала Марио о советах Аделины. И о том, что произошло с ней у знахаря.
  Весь ужас, пережитый ею, открылся ему и поверг в состоянии прострации, коллапса. Он не мог представить себе, что дама высшего света пошла на такой отчаянный шаг и совершила такой недопустимый, необдуманный поступок.
  И это всё легко пятном на весь наш род! - он, как бы мысленно, услышал слова своих родителей.
  Но по сравнению с тем, что произошло с Пальмиро, эта сторона медали волновала Марио меньше всего. Он слушал её и искал в её словах крошечную лазейку, тот заветный выход, который поможет спасти его сына.
  - Она сказала, - тот, кто умеет лишить жизни, знает, как спасти её, - воспроизвёл Марио в памяти слова Франчески.
  Значит, надо ехать к знахарю и любой ценой получить у него противоядие для Пальмиро.
  - Я в ужасе от услышанного. Синьора, что Вы натворили? - воскликнул Марио.
  Одного не могу понять. Как Вы, такая осмотрительная, впустили в наш дом настоящую ведьму? - недоумевал он.
  Франческа лежала, закрыв глаза, и не реагировала на его слова.
  Где живёт Ваш знахарь? - спросил Марио.
  Франческа, Вы меня слышите? - обратился он к ней, не дождавшись ответа.
  Марио опасался, что она опять уйдёт в забытьё и не успеет сообщить ему место нахождения знахаря.
  Франческа в ответ прошипела невнятно, но Марио понял направление её затухающего мозга.
  После этого она не произнесла ни слова.
  - Пригласите лекаря, синьоре плохо, - закричал Марио.
  Лекарь, ожидавший в другом помещении, прилёг и уснул.
  Слуга разбудил его.
  Лекарь подошёл к постели Франчески, наклонился и, не прикасаясь к ней, констатировал:
  - Она мертва.
  
  Теперь всё стало на свои места. Догадки превратились в голые факты. Но это не облегчило страданий Марио. Он впал в отчаянье. Долгой бессонной ночью он принимает решение начать поиски Розины, но до этого отправиться к знахарю за противоядием для Пальмиро.
  Поездка к знахарю за противоядием.
  Не откладывая в долгий ящик, дождавшись рассвета, Марио отправился к знахарю.
  Он прекрасно понимал, какая задача на него возложена.
  Ему предстояло любыми путями добыть у мошенника и преступника чудодейственное средство для Пальмиро.
  Марио отдавал себе отчёт в том, что знахарь мог преспокойно сбежать после контакта с Франческой.
  - Он не дурак, у себя на уме, бестия. Аделина ведь сбежала, воспользовавшись ситуацией, - думал Марио. Она могла сообщить ему, что синьора при смерти.
  Сидя в карете, Марио повторял:
  - Только бы он был на месте, только бы не пропал из поля зрения. Люди его сорта трусливы и загодя чуют опасность.
  Марио остановил карету на пустыре, решив, что ему лучше без лишнего шума пробраться к домику знахаря.
  - Тонио, жди меня здесь. В случае если меня долго не будет, бери ружьё и следуй вон к тому домику, - сделал распоряжение Марио.
  - Хорошо, синьор. Не извольте беспокоиться, - ответил слуга.
  Марио подкрался к домику. Чуть дыша, подошёл к приоткрытому окошку. Оттуда доносилось монотонное жужжание. Марио припомнил рассказ Франчески и понял, - знахарь что-то приговаривает, над новым зельем.
  Марио, чуть касаясь земли, передвинулся к входной двери.
  - Нужно застать его врасплох, - подумал Марио.
  Он прикладом ружья, что было силы, постучал в дверь. Видимо эффект сработал. Знахарь в мгновение ока притих, оказавшись у дверей, и ангельским голоском спросил:
  - Кто там?
  - Открывай и узнаешь, - грозно ответил Марио.
  - Я рад гостям, чужим не открываю, - игриво ответил знахарь.
  - Немедленно открывай, если ты не хочешь, чтобы я взломал дверь и пригласил пристава, - пригрозил Марио.
  - Да, кто же Вы такие, что врываетесь в дом к бедному человеку? - спросил знахарь, вкрадчиво.
  Марио заколотил по дверной ручке.
  - Сейчас, сейчас уже открываю, - невнятно проговорил знахарь.
  Дверь скрипнула, Марио не дожидаясь, толкнул её, наставил дуло ружья на знахаря, прижав его к стене.
  - Прощайся с жизнью, - громко проговорил Марио. Я пришёл рассчитаться с тобой за всех тех несчастных, которых ты лишил жизни.
  Моя жена-Франческа, прошлой ночью скончалась. Ты её наградил заразной болезнью. Мой единственный сын погибает от твоего яда. Тебе не жить. Вот тебе мой вердикт.
  Я забуду кто я. Забуду о своём происхождении, о моих родных и приведу приговор в исполнении тут на месте, без сожаления, - произнёс Марио на одном дыхании, не прерываясь.
  Он был готов совершить убийство. Его исстрадавшаяся душа билась, как птица в клетке и изнывала от мук.
  От этих слов знахарь весь сжался, его тщедушное тело как-то неестественно обмякло, и он заныл не своим голосом:
  - Синьор, только не убивайте. Умоляю, только не убивайте, затрясся знахарь. Его крошечные, узкие почти незаметные глазки, вылезали из орбит от страха. Бесцветное лицо покрылось малиновыми пятнами. Губы задрожали.
  Он повторял:
  - Только не убивайте. Я всё сделаю, что пожелаете, только не убивайте.
  - Жить хочешь...
  А они не хотели? У тебя нет права на жизнь, - грозно произнёс Марио.
  - Синьор, прошу Вас. Не убивайте. Просите всё, что хотите.
  Я готов. Все свои знания употреблю, сложу к Вашим ногам.
  Только дайте жить! - завопил знахарь.
  - Противоядие для моего сына, которое полностью его исцелит, сможешь приготовить?! Только без обмана, иначе..., - спросил Марио, воспользовавшись удобным моментом.
  - Клянусь! Всё, всё сделаю. Не извольте сомневаться. Зачем же мне Вас обманывать, синьор? Меня хорошо учили. Всё знаю, всё умею. Приготовлю в лучшем виде.
  Напомните, чем страдает Ваш мальчик? - спросил знахарь.
  - А, ты не помнишь, чем опоил моего ребёнка, да?!!! - сердито спросил Марио.
  - Синьор, яды бывают разные. Расскажите, что беспокоит Вашего крошку?
  - Ах, вот ты о чём? - уточнил Марио.
  И он подробно рассказал знахарю, как развивалась симптоматика у маленького Пальмиро.
  - Так, так, хороший ядок я приготовил, качественный, - подумал знахарь.
  Посмотрел на Марио и сказал:
  - Всё понятно, синьор. Не извольте тревожиться. Сию минуту приготовлю.
  - Марио перевёл дупло ружья к виску лекаря и сказал:
  - Ступай, готовь. Но знай, если обманешь, не сносить тебе головы. Я не просто убью тебя, нет. Я разорву тебя на части, чтобы больнее было умирать. А ты, умирая, представишь себе страдания тех несчастных, кого ты приговорил к смерти беспричинно. Они-то тебе сносу не дадут, - словесно описал Марио знахарю, акт его смерти.
  - Синьор, сжальтесь! Прошу Вас. Только не это, - завопил знахарь, что было силы.
  - Я тебя предупредил. Ты видишь, я настроен серьёзно. Ступай и готовь. После этих слов Марио подтолкнул знахаря и под дуплом сопроводил его.
  Пока знахарь готовил, Марио не отходил от него, следя за каждым его шагом.
  Прошло два часа, как знахарь колдовал над приготовлением противоядия для Пальмиро.
  Наконец, настой был готов. Знахарь перелил его в чистый сосуд, закрыл деревянной пробкой. Укутал тканью и протянул Марио.
  - Слушайте и запоминайте. Будете давать ребёнку по определённой схеме. Так эффективней и результат наступит намного быстрее.
  И он изложил Марио, в какой последовательности нужно изменять количество капель настоя, сколько раз в день, с учётом времени.
  - Поначалу будете давать каждый час по одной капельке, начиная с шести утра. Спустя недели две, по две капельки, но каждые два часа, затем ещё через две недели по три капельки, каждые три часа. Так три месяца. Ночью не давать. Пусть организм ребёнка отдыхает и набирается сил. После этого появятся первые улучшения в состоянии мальчика. И начнётся обратный отсчёт.
  Курс рассчитан минимум на полгода, максимум на год. Если не будет внушительных результатов, начнёте всё с ноля. В том случае, если результат слабо выраженный, меняем настой.
  Обещаю хороший результат, - спохватился он, испугавшись своих слов. Дело времени, дело времени, - повторил знахарь, как зубрёжку. Каждый организм справляется по-своему. Не стоит волноваться. Средство проверено и неоднократно, - завершил знахарь свой инструктаж.
  Марио внимательно посмотрел на него, взял сосуд и сказал:
  - Не советую тебе отлучаться из дому. Я выставлю охрану. Задумаешь сбежать, приговор исполнят на месте, без промедления и не думая! Имей это в виду, - предупредил Марио.
  - Понял, синьор, как не понять? Не беспокойтесь, средство подействует. Выздоровеет Ваш мальчик. Не стоит так волноваться, - проговорил знахарь с опаской, бегая глазками.
  - Я тебя предупредил, - повторил Марио твёрдым голосом и покинул конуру знахаря.
  Он вернулся к карете.
  - Тонио, поехали домой, - сказал он слуге. Что-то я устал...
  - Слушаюсь, синьор. Вы долго у него были. Я уже хотел идти на выручку, - доложил слуга.
  - Спасибо, Тонио. Как видишь, справился сам.
  Дай-то Бог, чтобы помогло моему мальчику, - как заклинание произнёс Марио.
  - Дай-то Бог, - вторил ему слуга.
  Уже в дороге, Марио вздохнул с облегчением. От напряжения и накопившейся усталости он уснул.
  
  Риск - благородное дело
  После консилиума городской лекарь Клаудио Мунти, направился к Марио. Он должен был огласить ему вердикт специалистов.
  - Разрешите, - спросил лекарь, входя в кабинет Марио.
  - Входите, Клаудио. Я ждал Вас. Какую весть Вы принесли мне? - спросил Марио, сгорая от нетерпения.
  - Синьор Марио!
  У меня для Вас есть утешительная новость, - начал лекарь.
   Да?! - произнёс Марио, резко поднимаясь из кресла.
  - Погодите, погодите, пожалуйста, - остановил его Клаудио жестом. Я должен объяснить Вам всё по порядку. Наберитесь немного терпения.
  Итак. Я резюмирую. Чтобы помочь Пальмиро нужно провести комплексное лечение.
  Первое, - противоядие, те капельки, которые Вы привезли от знахаря. Мы с коллегами их обследовали, заметьте, ещё до консилиума. Пока мы не получили полного представления о настое, не назначали консилиум.
  Так вот, достопочтимый синьор Марио. Рецепт сложный. Не скрою, не всё нам удалось разобрать в нём. Не все компоненты нам известны.
  В случае необходимости, я думаю, можно принудить знахаря огласить содержимое его рецепта.
  - Безусловно, - односложно ответил Марио.
  - Но уже сегодня, - продолжил Клаудио свой доклад, - я могу обнадёжить Вас, а стало быть, поручиться.
  Львиная доля составляющих, а это травы, из которых настой состоит, поможет Пальмиро очистить организм от яда. Это немало.
  Жаль только, что с опозданием.
  Мы будем давать Пальмиро эти капельки дробно, по схеме, указанной знахарем.
  Сразу хочу предупредить Вас, этого недостаточно для полного выздоровления. Это полумера. Да, избавить организм измученного ребёнка от яда, это большое дело. Но Ваш сын истощён, его организм подорван тяжёлой болезнью. Мальчик сильно ослабел, - подробно докладывал городской лекарь.
  - Прошу Вас, дорогой Клаудио, не томите. Скажите, наконец, что я должен сделать, во имя спасения сына? - взмолился Марио.
  - Вы спрашиваете, что Вы можете сделать? И я постоянно задаю себе тот же вопрос. Я привязался к маленькому Пальмиро. Всем сердцем хочу избавить мальчика от недуга. У Вас чудесный сын, синьор Марио. Мы сделаем всё возможное, чтобы помочь мальчику.
  Что я Вам могу сказать, уважаемый синьор Марио.
  Его организм нуждается в полном обновлении.
  В мировой практике существует метод. Этот метод до конца не изучен. Я бы добавил, находится в стадии эксперимента. Мой духовный учитель в медицинской практике, знаток, выдающийся физиолог - синьор Кассини ещё в семнадцатом веке много работал в этом направлении. Параллельно с ним в этой же области работали специалисты в других странах. Известно, например, что в 1819 году английский физиолог и акушер Бланделл произвел первое переливание крови от человека человеку и предложил специальный аппарат для гемотрансфузии. Вы знаете, что это такое? - спросил лекарь.
  - Нет, - коротко ответил Марио.
  - Сейчас поясню. Больному переливают кровь здорового человека, тем самым, внедряя в его больные клетки питание, кислород, витамины, полезные микроэлементы, - в общем, всё то необходимое, что, как правило, есть в организме здорового человека. Таким образом, здоровье подавляет болезнь. Всё предельно просто. Очищается кровь больного, его организм полностью обновляется. Человек благодаря этому методу оживает, набирается сил и выздоравливает.
  В некоторых случаях мои коллеги получали хорошие результаты. Сожалею, летальные исходы тоже имели место. Ничего не поделаешь. Идёт поиск. Повторяю, метод проходит стадию опытов. Если всё удаётся, этот метод даёт поразительные результаты.
  У нас с Вами непростая задача. Нам предстоит выбрать: либо мы идём на риск, либо забываем об этом методе и остановимся только на капельках.
  - А, что посоветовали Ваши коллеги после консилиума? - неожиданно спросил Марио.
  - Большинство моих коллег сошлись на том, что в данном конкретном случае, риск уместен. Такие рекомендации я получил, - ответил Клаудио.
  - Так что же Вы ждёте? - взорвался Марио.
  - Синьор! Как Вы не понимаете. Это сопряжено с большим риском. Пальмиро - ребёнок. Кто может предсказать, как отреагирует его измученный организм? - сдержанно ответил Клаудио.
  Марио его не слушал, он думал о другом. Если есть хоть маломальская возможность, нужно её использовать ради спасения Пальмиро.
  - Что потребуется для проведения этого лечения? - спросил Марио решительно.
  Клаудио посмотрел внимательно на Марио и понял, что он готов рискнуть.
  - Кровь взрослого полноценно здорового человека, который сознательно пойдёт на то, чтобы пожертвовать для мальчика немалую порцию своей крови, - сухо ответил Клаудио.
  - Возьмите мою. Я готов, - незамедлительно отреагировал Марио.
  - Хорошо, синьор Марио. Я подумаю над Вашим предложением и дам Вам ответ. Замечу, не каждый желающий подойдёт для этой процедуры, - пояснил лекарь.
  А, кроме Вас кто ещё мог бы дать Пальмиро свою кровь, - спросил Клаудио. Нам придётся проделать несколько сеансов. Крови понадобится много.
  - Мои матушка и батюшка, - не задумываясь, ответил Марио. Они очень любят Пальмиро.
  - Прошу прощения, синьор. Но их кандидатуры не подходят, - предупредил лекарь.
  - Почему?! - спросил Марио.
  - Всё очень просто, синьор. Они не молоды, в связи с этим не могут быть полноценно здоровыми. У каждого из нас за жизнь накапливаются какие-то заболевания. Помимо этого, не стоит подвергать их такому испытанию. Процедура не из лёгких, - деликатно пояснил Клаудио.
  - В таком случае, только Розина, - спонтанно предложил Марио.
  Он опустил глаза, задумался и добавил:
  - Правда, её ещё предстоит найти.
  - А, кто она, Розина? Кем приходится Вам, мальчику? - полюбопытствовал лекарь.
  - Она названная мать моего сына. Мать Пальмиро скончалась сразу после его рождения. Розина заменила ему её. Она его растила. Розина очень любит Пальмиро и он её. Мальчик к ней привязан.
  - Синьор! Этот фактор незаменим в данной ситуации. Он может стать решающим в выборе кандидатуры. Мальчик охотнее и спокойнее отнесётся к лечению, если Розина будет рядом с ним.
  Я бы Вам посоветовал не терять времени. Ищите Розину, и, чем скорее, тем лучше, - порекомендовал Клаудио.
  А я этим временем всё подготовлю. С Вашего позволения, я откланяюсь. Дела, синьор, - сказал лекарь.
  - Хорошо, Клаудио. Благодарю Вас за всё. Я понял свою задачу. Попробую поискать Розину, - ответил Марио.
  
  Поиск увенчался успехом
  Лесник, обходя вверенные ему угодья, по старой дружбе присматривал и за домиком Чичилии.
  Он заметил на поляне карету Марио. Подошёл. По доброте душевной поинтересовался:
  - Вы кого-то ищите, синьор? Чем могу служить? - спросил он.
  - Не скажешь, любезный, почему домик Чичилии наглухо заперт. Где сама хозяйка, где Розина - её племянница? Мне, боязно даже думать, что с ними что-то случилось, - заволновался Марио.
  - Не извольте беспокоиться, синьор. С ними ничего плохого не приключилось. Они перебрались во владения князя Карло Болондини. Розине предложили место служанки при князе. Вот они и отправились туда.
  - Ах, вот оно что. Ну, слава Богу, я очень рад. Благодарю тебя, ты меня успокоил и обнадёжил, - оживился Марио.
  - Вы очевидно знакомы с князем, синьор? - поинтересовался лесник. Он известен в наших местах. Его в округе все уважают. Сам князь русский, но смолоду поселился в Италии. Так и живёт в своём имении, по сей день.
  - Да, я наслышан о князе. Правда, наше знакомство не на "короткой ноге". Не подскажешь, как я могу сократить дорогу, чтобы быстрее добраться до его владений? - спросил Марио.
  И лесник подробно объяснил Марио, как лучше проехать, минуя ухабистые, размытые после ночного дождя дороги.
  - Ещё раз благодарю тебя. Ты мне очень помог, - прощаясь с лесником, произнёс Марио.
  - Рад служить, - ответил ему лесник. Лёгкой дороги, синьор, - пожелал он.
  - Марио кивнул головой и помахал ему рукой. Закрывая дверцу кареты, он обратился к кучеру:
   - Трогай.
  - Счастливый путь. Привет от меня передайте Чичилии и Розине. Скажите, их домик цел и невредим.
  Марио улыбнулся и ответил через закрытое окно:
  - Передам, всё передам.
  
  Перед встречей с Марио
  - Розина, почему ты всё время грустная? - спросила Чичилия.
  Помню, когда ты смеялась, вместе с тобой смеялся и радовался весь наш лес. С самого детства ты была весёлой, жизнерадостной девочкой.
  С уходом Флоренс, тебя, как подменили. Я не узнаю тебя, Розина, - допрашивала Чичилия.
  - Ах, тётушка. Прежней Розины большей нет, и никогда не будет, - ответила Розина.
  - А, где же она? - надоедала тётя.
  - Она умерла вместе с Флоренс, - призналась Розина.
  - Побойся Бога. Разве можно так говорить? Флоренс вернуть нельзя. Мы, по сей день, оплакиваем эту утрату, но у тебя своя жизнь.
  Ты должна пройти свой путь. Выполнить свою миссию.
  
  Вошёл слуга.
  - Рауль, Вы что-то хотели? Синьор Карло проснулся и зовёт меня? - расспрашивала Розина слугу.
  - Нет, Розина. Приехал незнакомый синьор. Тебя спрашивает. Назвался - синьор Марио де Росси, - доложил слуга.
  - Кто?! - воскликнула Розина и, не дождавшись подтверждения, ринулась к выходу.
  - Он там, в саду дожидается, - хрипловатым голосом ей вслед крикнул старый слуга.
  Розина летела со всех ног. Первые мысли, которые посетили её голову:
  - Что-то случилось с Пальмиро. Господи, - взывала она, - сохрани и помилуй моего мальчика.
  Розина перескакивала через ступеньки. Выскочила в сад и побежала по тропинке к беседке. Ещё издали она заприметила фигуру Марио.
  Она влетела в беседку и выкрикнула:
  - Что, что с Пальмиро?!
  Марио всем корпусом развернулся к ней, и она увидела измученное выражение его лица. Переживания, долгие бессонный ночи, страх потерять ребёнка всё отразилось на нём.
  - Розина, дорогая!
  Как я рад тебя видеть, - приветливо сказал Марио, грустно улыбаясь.
  Как хорошо, как хорошо, что я тебя нашёл. Это большая удача, - повторял он.
  Присядь, пожалуйста, поговорим, - предложил он.
  - Расскажи мне, как поживаешь?
  Розина присела.
  - Синьор! Прошу Вас, говорите, говорите, ничего от меня не скрывайте, - начала Розина, игнорируя его вопрос.
  Я понимаю, Вы приехали мне сообщить..., она запнулась.
  - Что с Пальмиро?! - спросила Розина с надрывом в голосе.
  - Розина, успокойся, пожалуйста. Успокойся.
  Пальмиро болен, ты права.
  Розина привстала.
  - Но самое страшное позади, - произнёс он, взял её за руку усаживая. Я надеюсь, что это именно так, - добавил он.
  - Что с ним? - опять спросила Розина, глотая слёзы.
  - Розина, я приехал за тобой. Ты нужна Пальмиро, он истосковался по тебе. Твоё появление возродит его, вернёт силы. Он ждёт тебя, - рассказывал Марио и, одновременно убеждая Розину.
  - Когда ехать? - не раздумывая, спросила она.
  - Чем скорее, тем лучше, - чётко ответил Марио.
  - Но я не могу оставить синьора Карло, не объяснив ему всей ситуации, не предупредив. Это будет не честно с моей стороны. Он так добр ко мне.
  - Хорошо, я подожду. Поговори с князем. И я поговорю с ним. Думаю, мы вместе решим этот вопрос полюбовно, - согласился Марио, не теряя надежды.
  - Я всё сделаю, чтобы помочь моему..., - Розина остановилась и посмотрела в глаза Марио. И тут же продолжила уверенно:
  - Чтобы помочь моему мальчику.
  - Не сомневаюсь, что ты сделаешь всё для спасения Пальмиро, и он выздоровеет. Одна надежда на тебя, Розина, - подтвердил Марио своё намерение.
  - Пойдёмте к князю. Он прекрасный человек. Я знаю, он согласится отпустить меня. Надо рассказать ему о Пальмиро. Князь добрый великодушный человек, он любит детей. Не сомневаюсь, он поможет, - заверяла Розина Марио в добродетелях князя Болондина.
  
  Князь доброжелательно принял Марио. Они поговорили о делах. Кирилл Петрович расспросил его о здоровье родителей.
  Затем, посмотрев на взволнованную Розину, будучи проницательным человеком, неожиданно спросил:
  - Синьор Марио, Вы приехали ко мне по делу? Не так ли?
  - Не буду играть в прятки. Да, синьор Болондини, Вы правы, - ответил Марио утвердительно.
  - Что именно Вас интересует? Чем могу быть полезен? - спокойно поинтересовался князь.
  И Марио, ничего не скрывая, в деталях, поведал князю историю, связанную с утратой Флоренс, женитьбой на Франческе, рождением сына. А Розина дополнила рассказ последующими событиями. Затем Марио перехватив у неё эстафету, поведал о том, что случилось с Пальмиро, его женой, включил преступление знахаря и вердикт специалистов.
  - Бедный, бедный мой мальчик. Это я виновата. Зачем я его отдала? Хотела, как лучше, а выходит, отдала на мучения.
  Розина рыдала. В своих страданиях она была безутешна.
  - Я чувствовала, чувствовала, что ему плохо. Как я перед ним виновата. Бедный мой мальчик, за что ему такие страдания? - продолжала она.
  - Розина, умоляю, успокойся. Ты ни в чём не виновата. Благодаря тебе Пальмиро жив. Ты должна поехать с синьором Марио. А после лечения, вместе с мальчиком приезжайте ко мне, - подытожил князь, отвлекая Розину от печальных мыслей.
  - Я надеюсь, синьор Марио не будет возражать, - обратился князь к Марио.
  - Нет, не буду, - ответил Марио твёрдо.
  - Пальмиро без тебя плохо, - продолжал князь, обращаясь к Розине. Мы создадим ему все условия для полного выздоровления. Мальчику после лечения лучше побыть здесь. Он скорее забудет о своём недуге. Обещаю синьор, мы сделаем для ребёнка всё возможное и зависящее от нас.
  Розина посмотрела на Марио и робко спросила:
  - Синьор Марио! Вы действительно согласны отдать Пальмиро?
  - Розина, дорогая! Я на всё согласен. Только бы Пальмиро выздоровел, - ответил Марио.
  Дороже его у меня никого нет, - пояснил он.
  - Прекрасно! Значит, не будем терять время зря. Поезжайте. И, как только после лечения специалисты позволят, приезжайте с Пальмиро к нам, - резюмировал князь.
  Он был дальновиден, тонкий стратег и политик.
  
  
  Чужая кровь.
  Розина на цыпочках подошла к постели Пальмиро.
  - Ты моё солнышко, - прошептала она и присела.
  Пальмиро услышав её голос, немного оживился, затем провёл рукой по безвременно состарившемуся лицу Розины.
  Резко приподнялся на постели. Пальмиро вспомнил её и позвал:
  - Мама, мама я так долго тебя ждал.
  Как хорошо, что ты пришла, - сказал он.
  -Я не твоя мама, Пальмиро, - ответила она тихо, не выдавая накопившихся эмоций.
  Я, Розина - служанка.
  Твоя мама умерла в момент твоего рождения, так и не увидев тебя, мой мальчик.
  - Как странно, - произнёс он.
  Я был уверен, что ты - моя мама.
  Сколько я себя помню, ты была рядом.
  Я принимал пищу из твоих рук, ты поила меня молоком.
  Ты лечила меня травами, когда я болел.
  Ты - моя мама, - уверенно сказал Пальмиро и опять провёл рукой по её лицу.
  - Всё это так, мой мальчик, но ты должен знать правду.
  Я выхаживала тебя, это действительно так.
  Была всегда рядом с тобой. Учила тебя ходить, говорить.
  Но не носила под своим сердцем и в муках не я привела тебя на этот свет.
  - Как странно, - повторил он.
  У меня такое чувство, что у тебя и у меня течёт одна кровь, - сказал Пальмиро.
  
  Господь с нами...
  Накануне, перед процедурой, (переливанием крови) Клаудио зашёл к Розине.
  - Как настроение, Розина? - спросил он.
  - Синьор Клаудио. Мне ещё никогда не было так страшно. Поверьте, я не за себя беспокоюсь. Все мои мысли обращены к моему мальчику.
  - Понимаю Розина, всё понимаю. Дело рискованное. Даже я человек, умудрённый жизненным и лекарским опытом, тоже волнуюсь. Надо настроится на хороший лад, и мы победим.
  Я верю.
  Послушай, что я тебе скажу. Материнство не каждому по плечу. Жизнь доказывает это. А ты прирождённая мать.
  Давным-давно жила одна женщина - Сатеней. Она древнейший образ, который фигурирует в адыгском эпосе.
  Так звали богиню, которая славилась своей мудростью и красотой. Сатеней олицетворяла материнство. Она единственная богиня, к которой за советом ходили даже мужчины, - это неслыханное признание ума! - эмоционально произнёс он, при этом жестикулируя.
  Когда я думаю о тебе, я вспоминаю этот образ.
  Розина! Ты очень сильная, мужественная, тебе под силу всё. Уверен, у тебя всё получится, и ты своим желанием возродишь Пальмиро к жизни.
  Знаешь, как говорят в таких случаях:
  - Делай, что должно и будь что будет - Fais se que dois adviegne que peut, - процитировал Клаудио на латыни.
  Его речь прозвучала очень убедительно.
  - Хорошо, синьор Клаудио, я постараюсь. Обещаю Вам, - сказала Розина, внимательно выслушав лекаря.
  
  Ночь прошла волнительно, тревожно. Розина не сомкнула глаз, всё смотрела на Пальмиро, сидя у его постели.
  Марио у себя в кабинете "мерил углы". И ему не спалось.
  Резко испортилась погода. Всю ночь сверкала молния. Гремел гром, как разрывы снарядов. Лил без передышки дождь.
  Напряжение не покинуло обитателей имения и с приходом рассвета.
  Однако разбушевавшаяся стихия улеглась, успокоилась, утихла, и к утру прояснилось. Выглянуло солнышко, играя бликами на мокрых листьях. Утих ветер.
  - Природа умница, - констатировал Клаудио, выходя на балкон.
  Это хороший предвестник. Меня он вдохновляет и обещает, что удача с нами, - произнёс он восторженно.
  Клаудио привёл себя в порядок. Выпил стакан сока и отправился в лабораторию, где Нунцио готовился к процедуре.
  - С добрым утром, дорогой Нунцио, - поприветствовал Клаудио коллегу.
  - И Вам Клаудио, доброе утро пожелаю, - ответил ему Нунцио.
  - Вижу, Вам не спится, коллега? - спросил Клаудио, входя в небольшую лабораторию, которую Нунцию оборудовал для своих исследовательских нужд и приготовления лекарственных препаратов, настоев, микстур.
  - Какой сон, уважаемый коллега? Сегодня грех спасть, - серьёзно ответил Нунцио.
  Лекари с помощью слуг высвободили часть помещения от шкафов для двух столов: один для Пальмиро, второй для Розины.
  Когда всё было готово, слуги усадили Пальмиро в кресло и перенесли в лабораторию.
  - Вы кормили мальчика? - спросил Клаудио у няни.
  - Нет, синьор. Вы меня вчера предупредили, - ответила Элиза.
  - Замечательно, - проговорил Клаудио по слогам.
  Как мальчик сегодня спал? - поинтересовался лекарь.
  - Вздыхал поминутно. Несколько раз просыпался, - доложила няня.
  - Ты глянь, и он волнуется, - удивился Клаудио.
  - Да, синьор. Пальмиро - утончённый умный мальчик. Он всё понимает.
  - А я ведь с ним беседовал вчера. Значит, не помогло, - подметил лекарь.
  - Очевидно, синьор, - согласилась Элиза.
  - Розина готова? - спросил Клаудио.
  - Да, - ответил Нунцию.
  - Тогда укладываем Пальмиро, - скомандовал он.
  Они подошли к креслу, в котором отрешённо сидел Пальмиро.
  С двух сторон подхватили на руки его исхудавшее тельце, перенесли на стол и уложили. Сверху мальчика укрыли белой тканью. Также прикрыли ему голову.
  - Клаудио, Вы разрешите присутствовать? - спросил Марио, входя в помещение.
  - Нет синьор, не разрешу. Вы уж извините. Вам придётся подождать у себя. Всех попрошу выйти, и пока я не дам знать, не входить и не мешать нам, - категорично заявил Клаудио.
  Марио посмотрел на Нунцио. Тот приподнял голову и незаметно развёл руками, символизируя:
  - Командую не я.
  Марио кивнул головой и быстро вышел. Вслед за ним помещение покинули Элиза и слуги, которые принесли Пальмиро.
  - Прошло время.
  Из лаборатории никто не вышел.
  Гробовая тишина разбивала надежды, предательски дышала в затылок.
  - Синьор Марио, - послышался голос Клаудио. Позовите синьора Марио, - произнёс он повторно, зная, что все находятся где-то поблизости.
  - Я здесь, - вбежал в помещение испуганный Марио.
  - Синьор Марио, посмотрите, пожалуйста, как Ваш сын дышит. Взгляните, какой красивый румянец зардел на его щёчках. Губки порозовели. Кожа его личика теряет сероватый оттенок.
  Клаудио торжествовал.
  Марио подошёл поближе к сыну. Он радовался, как ребёнок.
  - Дорогие мои! - обратился он к лекарям. Вы волшебники! Я не верю своим глазам.
  А почему он спит? - спросил Марио.
  - Это хороший, здоровый сон, можете не сомневаться, - произнёс уверенно Нунцио.
  - Виктория! Виктория! - воодушевлённо произнёс Марио.
  - Тише, синьор, пожалуйста, тише. Вы его испугаете, - предупредил Нунцио. Ему предстоит ещё не одна процедура, но результат на лицо, - заявил он.
  Марио ликовал.
  И тут его взор упал на лицо Розины. Мраморно - белое, ни кровинки, заострённое к подбородку, с синевой вокруг губ.
  Её облик застыл безжизненно.
  - Что с ней? Что с Розиной? Она умерла? - вскрикнул он.
  - Что Вы, синьор, что Вы? Она жива. Спит. Дайте ей очнуться, - пояснил Клаудио.
  Посидите там, - предложил он Марио.
  - Принесите синьору Марио воды и быстро, - обратился Нунцию к слугам.
  Марио присел, слуга принёс ему воды. В его взоре застыл страх.
  - Розина, как ты себя чувствуешь? - спросил Клаудио, шлёпая рукой по её щекам.
  Розина медленно тяжело приподняла верхние веки, поводила глазами, оглядываясь вокруг. Повернула голову в сторону Пальмиро, посмотрела на него и тихим голосом сказала:
  - Сынок, теперь и у тебя, и у меня течёт одна кровь. Теперь я твоя мама.
  Пальмиро не слышал её. Он крепко спал.
  - Спасибо, синьор Клаудио, - сказала я, прерываясь, переводя взгляд на лекаря.
  Пить, очень хочется пить. И голова кружится. Дурнота, - ответила Розина слабым голосом.
  Нунцио подошёл к ней, аккуратно приподнял её голову и приложил к губам сосуд с водой.
  - Пригуби, Розина. Это тебе поможет. Я в воде развёл немного лимонного сока. Он устранит тошноту. Пей, дорогая.
  Ты молодец! Помощница наша. Настоящая героиня!
  Погоди немного. Силы начнут возвращаться. Вот увидишь.
  А теперь отдыхай и ни о чём не волнуйся. Всё хорошо.
  Мы победили, благодаря тебе. Пальмиро будет жив и здоров, - произнёс Нунцио, укладывая голову Розины на маленькую подушечку.
  
Оценка: 9.00*21  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com П.Роман "Ветер бури"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) А.Ардова "Жена по ошибке"(Любовное фэнтези) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Дашковская "Пропуск в Эдем. Пробуждение"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"