Эшенбах Фон Андреас: другие произведения.

Миръ Царя Николая 0001

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 3.56*22  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это не историческое исследование и не описание богатства внутреннего мира героев.


   Миръ Царя Николая 0001
   Сильное психотропное средство: ШЫЛО! Цедва-ашпять-ОН.:)
   Прошу воспринимать с затаённым ощущением юмора у читателя.
  
  
   Аннотация:
   Альт-историческая фантастика. 19 век, Россия. Всех не победим. Попаданство с несильным колдунством и, вероятно,- очень маленьким оркестром.
  
   Предисловие:
   Заклёпок будет мало. Переживаний и натуралистичности действий будет очень мало.
   Определение главного героя: попаданец, переносец, западанец, провалец (пробивец), невозвращенец, хроношелец (хроноходец)...*
   Образование главного героя: химик, физик, компьютерщик, юрист, географ, литератор, военный, учитель, медик, слесарь, токарь, чиновник, фермер, садовод, знаток всего*...
   *- Нужное зачеркнуть, ненужное - добавить.
  
   Введение:
   Герои и др. официальные действующие лица*:
   Россия, народ русский, другие народы.
   Император, или просто царь. И его семья. Прислуга. Двор, дипломаты.
   Приближенные и друзья.
   Промышленники, заводчики, купцы, ученые.
   Армия и флот.
   Корабли, пароходы, паровозы. Шахты, домны, станки.
   Враги.
   *- совпадение имен, названий является совершенно случайным. Эта работа не историческое исследование. Описания действий в фактической основе состоят из материалов энциклопедии Брокгауза и Ефрона, электронной её версии (Википедии) и более специализированных источников: Андриенко,Созаев, Зайончковский, Богданович, Аренс, Чубинский и др.
   Вставки, отмечающие воздействие на события отмечены знаком: ...
  
  
   Пролог:
   Начиналось утро новой эпохи, но об этом ещё никто почти не догадывался. Великому князю Николаю Павловичу, наследнику-цесаревичу, вступающему на Российский императорский престол, посыльными от начальника Главного Штаба ген. Дибича и генерал-губернатора Милорадовича было доложено о начавшемся в столице мятеже. Мятеж этот позднее назовут "декабристским восстанием" и произошел он 14 (26) декабря 1826 года в Санкт-Петербурге.
   После подавления мятежа, с утра 27 декабря, как и в последующие дни, окружающие отметили некоторую сосредоточенность и замедленность движений и речи нового императора, производившие впечатление глубокой задумчивости и отрешенности от происходящего. Подобное состояние длилось вплоть до приведения в исполнение приговора декабристам 13 июля 1826 года, когда все заметные внешне изменения почти полностью исчезли. В воспоминаниях адъютантов и приближенных встречались упоминания применения императором некоторых необычных для того времени слов: инновация, демократия, нанополитика, либерастия, перезагрузка ...
   Поскольку в последующем Николай I и Константин достаточно мирно сосуществовали и общались, есть мнение за основу трактовки событий о престолонаследии принять официальную версию - т.е. отказ ВК Константина от престола.
  
  
  
   Часть 1 Россия во тьме 1826-33
  
   Глава 1 Традиционные переживания попаданцев
  
   "...Итак, принимаем за точку отсчета начала событий - путешествие сознания императора Николая I Павловича Романова в будущее. Некий вариант "туда и обратно", только без физических артефактов. Почти совсем как в различных "Йогах" и "Дзенах": свободное путешествие духа в состоянии измененного сознания.
   Возникает ряд вопросов, требующих небольшого теоретического рассмотрения:
      -- В какой степени сможет проявиться т.н. "эффект бабочки" Шекли при перемещении нематериального состояния в прошлое?
      -- Насколько будет возможно сравнивать проявившиеся изменения в текущей реальности под действием п. 1?
      -- Будет ли это данная реальность или один из параллельных миров?
      -- Каким образом, если принять сосуществование множества параллельных миров / вселенных на едином материальном носителе, могут распределяться и тратиться природные составляющие?
  
   Возможные вариации ответов могут выглядеть таким образом:
      -- При нематериальном или материальном хроноперемещении в одной и той же реальности "эффект бабочки" будет проявляться для условного "измененного будущего" совершенно незаметно, поскольку фиксируемые изменения будут происходить в "изменяемом прошлом" и фактически являются "текущей" историей.
      -- Фиксировать изменения представляется возможным при наличии "наблюдателя", имеющим "настоящую" историю или при возможности сравнения из параллельного хронопотока.
      -- Гипотеза о существовании "параллельных" вселенных может быть игрой воображения какого-либо конкретного индивидуума или проявлением каких-нибудь природных явлений. В случае существования миров возможно и взаимопроникновение и взаимовлияние. Как случайные эпизоды, так и технически обеспеченные.
      -- Более вероятным представляется существование множества сходных вселенных с индивидуальной для каждой из них материальной основой.
  
   Изначально в мозгу реципиента (принявшего) может появиться песенка фрекен Бокк "... А я сошла с ума...". Далее появляются ассоциации с прочитанными книгами на "Самиздате", "Вихрях времен", "филибустере", различных "форумах альтернативной истории" и непременно - о, классики: Марк Твен, Конан-Дойль, Льюис, Уэллс, Бестер и даже Зуев-Ордынец. Следующим этапом происходит установление иерархии в сознании: от полного игнорирования до конфликта, и в последующем, если конфликт не привел к разрушению системного мироощущения, формируется состояние симбиоза. Не исключена вероятность полного подавления сознания реципиента. Возможно, что длительность существования симбиоза сознаний или матрицы донора будет определяться сходством интенсивности биологических реакций или генетических последовательностей.
   При перемещении в будущее или прошлое, даже "условно-параллельное", психоматрице донора или реальному физическому телу предстоит выполнить некоторое действие, с неопределенной конечной целью и, преимущественно, в несколько некомфортных условиях социальной адаптации (жизнеобеспечение, карьера, мироустройство). В наших конкретных стартовых условиях, при формировании равнозначного уровня взаимодействия сознаний, матрица императора могла проявить своё "Я" - либо как переводчик некоторых иностранных языков, либо как знаток соответствующего исторического периода. В последнем случае, литератором - автором исторических романов. Или художником, критиком исторических произведений. Нельзя исключить и вероятность занятий финансами или политической деятельностью. Налицо фактор неопределённости и работа механизма случайного выбора ситуаций с решением этих ситуаций в стиле доминирующего сознания. Особенно в состоянии дефицита времени..."*
   *- Это были выдержки, или как сам автор отмечал в первых строках "записок" - разные умствования. В тексте помещены как экстракты из тайных записок Императора, расшифрованных в 2010 году и опубликованных в 2020 году.
   А теперь, уважаемый Читатель, по мнению автора, пора перейти от теоретических рассуждений к нашему действию. По воле автора (автора ли?) героев уже стало много.
  
   - ...Утро, солнце в глаза. Новая обстановка, неизвестные стены, потолок, странная мебель...
   - Почему же странная? Это же я у себя дома.
   - А где же тогда я?
   -...???!
   -...???!
   Одновременно: "Я... кто я и где, почему, откуда и кто сделал?!". Паника мыслей и чувств.
   - Дочитался до шизофрении. Полный сбой сознания. Полный северный лис.
   - Надо успокоиться. Закрыть глаза. Сейчас придут слуги...
   - Какие слуги? Какой дворец?
   - А где все?... Что-то не так и не то происходит. Я болен...
   - И я болен...
   Они молчали три минуты.
   - ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!!
   - Вообще-то мы, или Я уже знаю ВСЁ о СЕБЕ. Как заболевание "раздвоение сознания" или...?
   Лучше полагать, что "или". ДА. Именно так и произошло. "Перенос" сознания...
   - За что?...
   - Вот и традиционные вопросы появились: за что, кто виноват и что делать...
   Уже хорошо, что наша паника не перешла в истерику и потерю сознания. Надо выпить...
   - Надо...
   - Так, уже легче, главное: не начать выяснять какое "я" весомее, иначе хрупкое равновесие лопнет.
   - Искренней молитвой...
   - Пока не помогает. Как биолог и материалист констатирую, хотя это и не модно.
   Хм, по основоположнику "действительность - это объективная реальность, данная нам в ощущениях...", как-то так. Может быть какая-то психотропная атака? В воду подмешали или в воздухе распылили. А может и вовсе, по Лему, массовый прием психомиметиков, находящихся в продуктах, с постепенным накоплением дозы в организме. Или облучение "пси-волнами"... Нет, если и дальше так рассуждать, то вполне можно и в делирий загрузиться... А может?... Не похоже... А всё-таки?...
   - Надо найти людей и посмотреть...
   - Лето. Отпуск. Жена на даче, дети, уже взрослые, в путешествии. Так - сначала двигаться буду я! Иначе может произойти дискоординация движений, да и двигательные рефлексы, их скорость - разные. Как же я быстро адаптировался... Точно, шизо.
   - Давай начнем...
   Встал, походил, поприседал, помахал руками. Иногда какая-то странность в движения проявлялась. Пока хорошо, "гость" или второе "я" к власти активно не рвался. Пошли на кухню, завтракать. Потом тренировками займёмся. В ходе тренировок по "передаче управления" появлялось ощущение затуманивания и сонливости сознания. Одновременно появлялись эмоции удивления, страха, раздражения и любопытства.
   - Я это Я. Сам себя, я - себя. Как в "Солярисе" или точнее в "Отеле у Погибшего Альпиниста"...
   - Что же дальше будет?
   - Посмотрим, поживем. Первый контакт произошел. И может быть и не первый, сколько случаев "раздвоения личности" или внезапной потери памяти. Да и нераскрытых исчезновений ...
   - М-да, а что же там, у меня...
   - ...
   ... Вот так и жили, поживали. Интернет, книги, телевидение, музеи, дача и прочее, ежедневное. Конфликтов практически не было, поскольку для Я-Николая и Я-Николая I (мы оказались тезками, и из вежливости я уступил второму "я" его титул "первого") историческая тема и чтение было основным способом времяпровождения. Из любопытства мы даже провели максимально возможное обследование, благо имелась возможность сделать всё необходимое у моего друга в Военно-медицинской академии. Каких-либо изменений не проявилось. Начали появляться мысли и о дальнейшей нашей совместной работе. Но однажды в декабре, утром, я почувствовал исчезновение своего "второго я" Исчезновение не полностью, многие знания и способности сохранились и могли применяться при необходимости, но уже не было столь ярко выраженной личностной активности. Оставалось предполагать, что психоматрица каким-то образом вернулась в своё природное обиталище.**
   **- из сборника "Таинственные случаи и происшествия", М, Л, 2020.
  
  
   Глава 2 "Мы вернулись, Сашенька"
   - ...Утро, солнце в глаза. Новая обстановка, неизвестные стены, потолок, странная мебель...
   - Почему же странная? Это же я у себя дома.
   - А где же тогда я?
   -...???!
   -...???!
   Одновременно: "Я... кто я и где, почему, откуда и кто сделал?!". Паника мыслей и чувств.
   - DИjЮ vu  (Дежавю)?
   - Нет, немного не так. Теперь я "дома". И вот - теперь я, вернее мы уже точно узнаем, насколько все изменилось в манерах при "переносах". Знания же - вот они. Сегодня 14 июля 1826 года, Дело завершено. Теперь меня ждут другие дела.
   Подошел к двери, открыл и негромко сказал - Бенкендорфа ко мне. И завтрак.
   Послышался стук сапог и шелест дверей.
   - Судя по тому, что я вновь находился в Зимнем, я продолжал оставаться императором. Из глубин памяти всплывали знания о проведенном следствии и других произошедших событиях. Моё "второе Я", которое в не совсем "светлом будущем" было принимающей стороной, научно говоря - реципиентом, сейчас вело себя совсем тихо, практически не ощущалось. Через две недели всё вошло в привычное русло событий и занятий.
   Восстанавливался Балтийский флот, приводились в порядок полки армии. Работали заводы.
   Александра Федоровна и Бенкендорф с Дибичем на вопрос о "личных изменениях поведения" после подавления бунта и во время ведения следствия, отвечали, что - да, был сумрачный и неразговорчивый, стремился к уединению и отвечал и говорил не спеша.
   С братом Константином никаких проблем не было, он не претендовал на трон. И вообще, ЭТА история с наследованием была какой-то неестественной, запутанной с одной стороны - внешней, и простая - с внутренней, домашней. Совпали интересы желающих создать неразбериху и междуцарствие, задержка оглашения писем Александра - по глупости, и - попытка революционного переворота. Власть требовала дел. Могущество России было внешним, и это было определяющим в моей дальнейшей деятельности. Необходимо было укреплять, развивать и реформировать страну.*
   *- ibidem (там же).
  
   Первоочередным вопросом, который надо было решать, император счел проблему постепенного перехода армии на новые штаты, изменением принципа комплектации и обучения солдат, изменением статуса военных поселений, сроков службы и рекрутского набора. Все эти задачи были тесно связаны с требующим решения крестьянским вопросом, который косвенными методами намеревался по-этапно решить новый правитель. На первый план, тем не менее, вышел вопрос просвещения и образования.
   "...Ещё находясь в "будущем Санкт-Петербурге", я и теперь "второе" "я" обменивались мнениями о возможных направлениях решения стоявших перед страной задач.
   Так как ещё имелся некоторый запас времени, было необходимо создать соответствующие комитеты для обсуждения проблемных тем и подобрать исполнителей "государственной и императорской" воли. Составить планы работ и продумать методы убеждения в необходимости проведения изменений. Надо всё систематизировать и спланировать. И ещё уклониться от "апоплексического удара табакеркой", ведь в ходе реформ появятся много, очень много недовольных. И найти контролеров, правильно поставив перед ними задачи с учетом их, контролерских типов мышления и образования. Скорее всего, образ мышления будет зависеть от образования и традиций окружающей культуры. И проблемы, проблемы, проблемы... Как любили говорить в "блестящем" XIX веке - вопросы. Век вопросов: Крестьянский, Восточный, Польский, Греческий, Германский. Польша, ведь там зреет мятеж. И Греция...
   Кстати - а как правильно называть XIX век, если "век" Екатерины Великой - "золотой", не учитывая мифологических значений по Овидию или Элиаде, и оставив литературные эпитеты? Век пара, технического прогресса цивилизации, буржуазии и колониализма? Вот вновь очередное умствование уводит нас от событий..."*
   *- ibid.
  
  
   В августе 1826 года последовало распоряжение министру народного просвещения адм. А. С. Шишкову о собрании в ноябре директоров гимназий и училищ, ректоров, чинов министерства с предварительной разработкой основных предложений по дальнейшему развитию просвещения. И не только требовалось представить "министерский" вариант, но и роспись предложений по губерниям. И обязательно - с указанием участников разработок и авторов. Подобное указание получили и военный министр гр. А. И. Татищев, исправляющий должность морского министра вице-адм. А. В. Моллер и генерал-адъютант Голенищев-Кутузов. Одновременно образовывался и Комитет под председательством инженер-генерала К.И. Оппермана, с целью рассмотрения и определения учебных курсов для кадетских корпусов и других военно-учебных заведений и выбора соответственных учебных руководств. Не был позабыт и обер-прокурор Синода кн. П. С. Мещерский.
   Мельтешение чиновников, офицеров, генералов, дипломатов... Единицы - знающих и понимающих как и что делать, много - верных, пока верных. Ещё больше - бестолковых, ленивых и откровенно противящихся любым реформам, живущих прошлым и, относительно безбедным, настоящим. Что ж, как говаривал исторический герой: "А Гудерианов лишних у меня для вас нет", поэтому будем исходить из имеющихся и воспитывать потребных. Надо исхитриться не оттолкнуть заслуженных ветеранов, "опору трона и страны", и не дать им ненужных иллюзий о незаменимости. Несколько процессов о преследовании казнокрадов и взяточников - пока другие присмиреют, хотя бы на время. И одному никак не справиться.
   Кстати, а почему бы не привлечь к просветительской деятельности и любезную Александру Федоровну с ея фрейлинами? Одновременно - и контроль над сиротскими и странно-приемными домами, параллельно с ведомством Александра Христиановича производить будет. И женское образование вперед пойдет. И почему бы и в госпиталях не быть сестрам милосердия?
   Да ведь это получается снежный ком проблем: образование, воспитание, производство. И не менее важно - пропаганда идеи. Пока можно принять ещё не озвученную триаду гр. Уварова: "Самодержавие, Православие, Народность". Но с коррекциями в последующем.
   Военные и политические дела будем решать позже, пусть пока двигаются по инерции и традиции. Кроме сроков службы - сроки сразу сократить до 12 лет с ежегодным отпуском на 1 месяц. И организовать военные поселения нового типа - Кубань, Таврия, Южный Урал и Южная Сибирь. Уменьшаем расходы и сокращаем армию на треть. Нессельроде - продолжать политику "Священного Союза", с Великобританией совместно попытаться решить "греческий вопрос", благо приехал послом славный дюк Веллингтон.
   Спешно, в октябре 1826 года были созданы "особые Комитеты": Образования, Научный, Земельный, Горный, Металлургический, Машиностроительный, Дорожный, Строительный.
   В марте 1827 было проведено Объединенное Совещание Сената, Губернаторов, Комитетов, Министерств и Ведомств, фактически - Всероссийское Императорское Собрание.
   Обсуждались проблемы внутренней и внешней политики. Были затронуты все вопросы, наибольший интерес вызвало обсуждение предложенного земского губернского и уездного управления, крестьянского и земельного вопросов.
   Ошеломляющее впечатление произвела речь Императора, в которой было указано на опасность отставания от стран Европы в научном и промышленном производстве. Обосновывалась связь между производством и богатством посредством просвещения и науки. И поражающий вывод: или мы сохраняем власть и богатство при реформах - или мы все это потеряем при неизменном устройстве. Особо было подчеркнуто значение самодержавия и непреклонность в противостоянии революциям и мятежам. Несмотря на столь злободневные темы, неожиданно открыто появившиеся для обсуждения, для многих участников Собрания такое развитие событий не было столь внезапным. Многие из участников Собрания, особенно руководители и секретари одновременно участвовали в работе нескольких ведомств и комитетов, где предварительно обсуждались затронутые темы.
   В мае, по результатам обсуждений вопросов в Собрании и выработке дополнительных уточнений в Комитетах, были приняты Указы: 1) О новой системе образования (постепенный переход на новую систему, строительство школ, подготовка и выделение учителей, оплата и содержание, отмена ограничений приема по сословиям, увеличение количества учащихся, отмена телесных наказаний, обновленные уставы и программы обучения, двухлетние циклы ступеней образования); 2) О состоянии сословий и изменений в них; 3) О крестьянстве (поземельная подать, денежный оброк, создание крупных поместных хозяйств, продажа только государству), 4) О промышленности (снятие ограничений на производство товаров, закупку производственной техники в качестве образцов для работы и обучения, организация совместных с государством компаний, гарантии и страховки таким компаниям от государства).***
   ***- детали см. в приложении.
   Особым производством были выпущены Указы о канцеляриях и комиссиях (регламентировалась скорость прохождения документов, вводились критерии эффективности решений в ближайший и отдаленный периоды, ответственность и гарантии); о политической, общественной и научной цензуре. Были посланы горно-геодезические партии в Сибирь, на Урал, на Дон. Дорожно-геодезические партии проводили первоначальную разметку направлений будущих дорог. Многих студентов, инженеров, купцов, промышленников и офицеров командировали на обучение в Англию, Германию, Францию, Австрию и Италию. Основным направлением обучения были горное дело, бумажное производство, оптическое производство, дорожное строительство, металлургия и машиностроение, научные исследования в области физики и химии. В командировку посылались лучшие студенты старшего курса, по 10 человек от факультета, сроком на два года. Из командировок исключались студенты юридических и литературных факультетов. Также командировались в обязательном порядке и выпускники военных академий. Промышленникам было предложено посылать рабочих на обучение.
   Могла возникнуть проблема невозвращения, но здесь предстояло работа новому Департаменту Печати и Просвещения в задачу которого входили пропаганда и противодействие "западническим" теориям прогресса. Ограничивалась возможность обучения для детей высших сословий за границей и с привлечением иностранных "учителей", под прямым указанием о невозможности занимать значительные посты и должности. Ограничивалась и возможность приобретения в собственность имений частного характера за пределами Империи.
   "...Не так как в "наше время, обучаются и живут, руководящие "кадры" на средства уворованные родителями. Или наворовавшие и "слинявшие"..."*
   *- Ibid.
   В значительной степени Император рассчитывал и на интерес к развивающимся преобразованиям Империи со стороны подававших надежды на быстрый карьерный рост выпускников.
  
   Глава 3 Инерция Империи
  
   К удивлению Императора каких-либо значительных протестов со стороны помещиков не последовало. Были рассуждения в среде помещиков среднего и мелкого владения, среди стариков-ветеранов. Разговоры в основном были о "забвении основ" и о "безверии".
   Проводились подготовительные совещания Комитетов, куда приглашались для участия наиболее видные представители "тематического" направления рассматриваемой отрасли, выслушивались мнения по поводу предложений Императора, ведущих научных специалистов и финансистов, разрабатывались планы дальнейшей работы.
   8(20) октября 1827 года в Наваринской бухте Ионического моря на юго-западном побережье полуострова Пелопоннес произошло сражение соединенной англо-русско-французской эскадры против турецко-египетского флота. Победа доставила стране и Императору подтверждение способности армии и флота к ведению боевых действий. Имена Гейдена, Лазарева, Авинова, Богдановича, Свинкина были у всех на слуху.
   По-прежнему плелись заговоры и ставились препятствия в стане "союзников", хромала экономика, с трудом разворачивались реформы образования и промышленности. По-прежнему отправлялись в Средиземное море подкрепления.
   "...На одном из заседаний Медицинского Комитета медикам и генералам показал в микроскоп "живые микроорганизмы", объяснил что, по мнению "заграничных ученых", есть болезнетворные и не очень. И живут, болезнетворные, преимущественно в грязи. Наглядность подействовала. Подобные демонстрации в частях и губернских комиссиях привели к значительному и относительно быстрому улучшению санитарного состояния городов и войск. Обсуждались и закреплялись приказами применение наркоза, методы лечения ран, самопомощь и перевязки, методы приготовления "корпии" и перевязочных лент. По последним вопросам детальное обсуждение было отложено, но попутно было рекомендовано применение мхов и полос чистого льна, так как хлопка для бинтов пока не было. Также были рекомендованы приспособления для уничтожения вшей и блох (бочки-вошебойки) и полевые банно-прачечные повозки для батальонов, разработанные специалистами Особого Медицинского департамента.
   Нессельроде продолжает вести свою, точнее мою прежнюю политику лавирования, сохранения Священного Союза и угодничества Австрии. И пока это хорошо. Потому что у меня есть план. "...Есть ли у Вас план, мистер Фикс? ... Конечно, есть! ... Проделки Фикса, проделки Фикса!" Турция заметно активизировала действия своих вооруженных "таборов" в Трансильвании и на Дунае, закрыла Босфор. Султан Махмуд II, имеющий весьма неплохие данные к правлению и дипломатии, с трудом отказывается от традиционной политики..."*
   *- Ibid.
   События 1828 года.
   В апреле 1828 года началась Русско-Турецкая война. Россия располагала 95-тысячной Дунайской армией под командованием П. Х. Витгенштейна и 25-тысячным Отдельным Кавказским корпусом под командованием генерала И. Ф. Паскевича.
   Им противостояли турецкие армии общей численностью до 200 тыс. чел. (150 тыс. на Дунае и 50 тыс. на Кавказе); из флота сохранились только 10 судов, стоявших в Босфоре.
   Перед Дунайской армией была поставлена задача занять Молдову, Валахию и Добруджу, а также овладеть Шумлой и Варной.
   Базой действий Витгенштейна избрана была Бессарабия; княжества полагалось занять лишь для восстановления в них порядка и защиты от неприятельского вторжения, а также для охраны правого крыла армии на случай вмешательства Австрии. Витгенштейн, переправясь через Нижний Дунай, должен был двинуться на Варну и Шумлу, перейти Балканы и наступать к Константинополю; особый отряд должен был произвести десант у Анапы и по овладении ею присоединиться к главным силам.
   ...При поездке Императора и его Штаба с Походной Канцелярией происшествий не случилось. По пути производились геодезические работы и проверялись обученность и состояние снабжения войск. Особое внимание Императором было уделено организации в походе и в действующих частях медицинского обеспечения и снабжения. Самое пристальное внимание было обращено на состояние санитарии в войсках. По несоблюдению требований были отставлены несколько командиров батальонов и полков.
   Эти мероприятия значительно повысили внимание командиров к требованиям медицинской службы и весьма значительно уменьшили потери войск от болезней. Бич Южного театра военных действий - холера, дизентерия проявлялись только отдельными вспышками, которые быстро изолировались и не получали распространения. Чума не отмечалась вовсе. В каждый поле назначались по 2 врача, 4-6 фельдшеров для оказания первой полевой помощи. Происходило обучение солдат новым медицинским приемам перевязок и переноса, назначались санитары и старшие санитары. Впервые широко был применен метод хирургического обезболивания - эфирный наркоз.
   "...Уменьшение санитарных потерь со 110 000 до 20 000 и общее снижение смертности от болезней в России позволили сохранить более 120 000 - 150 000 человек. После войны многие из них в составе других частей были направлены на строительство насыпей для железных дорог..."*
   *- Ibid.
   Переправа через Дунай у дер. Сатуново была задержана почти на месяц подготовкой гати и средств для переправы. 27 мая в присутствии Императора началась переправа, турки в количестве около 10 000 пытались отражать наступление из построенных окопов и легких укреплений. После взятия передовых окопов турки отступили. 30 мая сдалась крепость Исакчи и к 6 июня 3 пехотный корпус вышел к Карасу и Кюстенджи. 6 июня сдался Мачин и 7 июня - Браилов. Значительную помощь в действиях армии и в переправе оказали казаки Задунайской Сечи.
  
   Между 24 и 26 июня Базарджик был занят, после чего выдвинуты два авангарда: Ридигера -- к Козлудже и генерал-адмирала графа Павла Сухтелена -- к Варне, к которой направлен тоже отряд генерал-лейтенанта Ушакова из Тульчи. В первых числах июля к 3-му корпусу присоединился 7-й; но и соединённые силы их не превышали 40 тыс.; на содействие флота, стоявшего у Анапы, ещё нельзя было рассчитывать; осадные парки частью находились у названной крепости, частью тянулись от Браилова.
   Между тем гарнизоны Шумлы и Варны постепенно усиливались; авангард Ридигера был постоянно тревожим турками, старавшимися прервать его сообщения с главными силами. Соображаясь с положением дел, Витгенштейн решил ограничиться относительно Варны одним наблюдением (для чего назначен отряд Ушакова), с главными же силами двинуться к Шумле, постараться выманить сераскира из укрепленного лагеря и, разбив его, обратиться к осаде Варны.
   8 июля главные силы подошли к Шумле и обложили её с восточной стороны, сильно укрепившись в своих позициях, дабы прервать возможность сообщений с Варной. Решительные действия против Шумлы положено было отложить до прибытия гвардии. Однако главные силы наши вскоре сами очутились как бы в блокаде, так как в тылу их и на флангах неприятель развил партизанские действия, сильно затруднявшие прибытие транспортов и фуражировку. Между тем отряд Ушакова тоже не мог держаться против превосходного в силах гарнизона Варны и отступил к Дервенткиою.
   В половине июля прибыл из-под Анапы к Коварне русский флот и, высадив находившиеся на судах войска, направился к Варне, против которой и остановился. Начальник десантных войск князь А. С. Меншиков, присоединив к себе отряд Ушакова, 22 июля тоже подошёл к названной крепости, обложил её с севера, а 6 августа начал осадные работы. Отряд генерала Рота, стоявший у Силистрии, не мог ничего предпринять по недостаточности сил и неимению осадной артиллерии. Под Шумлой дела тоже не подвигались, и хотя предпринятые 14 и 25 августа атаки турок были отражены, но это не привело ни к каким результатам. Граф Витгенштейн хотел уже отступить к Ени-Базару, однако император Николай I, находившийся при армии, воспротивился этому.
   Вообще, к концу августа обстоятельства на европейском театре войны сложились для русских весьма неблагоприятно: осада Варны по слабости у ней наших сил не обещала успеха; в войсках, стоявших под Шумлой, свирепствовали болезни, а лошади массами падали от бескормицы; между тем дерзость турецких партизанов все увеличивалась.
   В это же время, по прибытии в Шумлу новых подкреплений, турки напали на г. Праводы, занятый отрядом генерал-лейтенанта Бенкендорфа, однако, были отбиты. Генерал Логгин Рот едва удерживал свои позиции у Силистрии, гарнизон которой тоже получил подкрепления. Ген. Корнилов, наблюдавший за Журжей, должен был отбиваться от нападений оттуда и из Рущука, где силы противника тоже возросли. Слабый отряд генерала Гейсмара (ок. 6 тыс.) хотя держался на своей позиции между Калафатом и Крайовой, но не мог препятствовать турецким партиям вторгаться в северо-западную часть Малой Валахии.
   Неприятель, сосредоточив более 25 тысяч у Виддина и Калафата, усилил гарнизоны Рахова и Никополя. Таким образом, турки везде имели перевес в силах, но, к счастью, не воспользовались этим. Между тем, в половине августа к Нижнему Дунаю начал подходить гвардейский корпус, а за ним следовал 2-й пехотный. Последнему было приказано сменить у Силистрии отряд Рота, который затем притянут под Шумлу; гвардия же направлена к Варне. Для выручки этой крепости прибыл от реки Камчик 30 тыс. турецкий корпус Омера-Врионе. Последовало несколько безрезультатных атак с той и другой стороны, а когда 29 сентября Варна сдалась, то Омер стал поспешно отступать, преследуемый отрядом принца Евгения Вюртембергского, и направился к Айдосу, куда ещё ранее отошли войска визиря.
   Между тем гр. Витгенштейн продолжал стоять под Шумлой; войск у него, за выделением подкреплений к Варне и в другие отряды, оставалось всего около 15 тыс.; но в 20-х числах сент. к нему подошёл 6-й корпус. Силистрия продолжала держаться, так как 2-й корпус, не имея осадной артиллерии, не мог приступать к решительным действиям.
   Тем временем турки продолжали угрожать Малой Валахии; но блистательная победа, одержанная Гейсмаром у села Боелешти, положила предел их попыткам. После падения Варны конечной целью кампании 1828 года поставлено было покорение Силистрии, и к ней направлен 3-й корпус. Прочие находившиеся под Шумлой войска должны были расположиться на зимовку в занятой части страны; гвардия же возвращалась в Россию. Однако и предприятие против Силистрии по оказавшемуся недостатку снарядов в осадной артиллерии не осуществилось, и крепость подверглась лишь 2-дневному бомбардированию.
   По отступлении русских войск от Шумлы визирь задумал опять овладеть Варной и 8 ноября двинулся к Праводам, но, встретив отпор занимавшего город отряда, вернулся в Шумлу. В январе 1829 года сильный турецкий отряд произвел набег в тыл расположения 6 корпуса, овладел Козлуджей и атаковал Базарджик, но там потерпел неудачу; а вслед за тем русские войска выгнали неприятеля из Козлуджи; в том же месяце взята была крепость Турно. Остальная часть зимы прошла спокойно.
   Отдельный Кавказский корпус начал действия несколько позже; ему было указано вторгнуться в пределы Азиатской Турции.
   В Азиатской Турции в 1828 году дела шли успешно для России: 23 июня взят был Карс, а после временной приостановки военных действий вследствие появления чумы Паскевич 23 июля покорил крепость Ахалкалаки, а в начале августа подступил к Ахалциху, который сдался 16 числа того же месяца. Затем крепости Ацхур и Ардаган сдались без сопротивления. В то же время отдельные русские отряды взяли Поти и Баязет.
  
   ... Приказом по армии было сообщено о достигнутых успехах, обращено внимание командиров на тщательность подготовки атак на неприятеля и уменьшении собственных потерь, особенно - о тактическом взаимодействии и усилении эффективности артиллерийского и ружейного огня. Отмечались успехи казачьих разъездов, врачей и переводчиков. Среди названных отличившихся переводчиков был и прикомандированный к Канцелярии дипломат Грибоедов.
   1829 год.
   Назначенный на место Витгенштейна главнокомандующим, граф Дибич деятельно принялся за пополнение армии и за устройство её хозяйственной части. Задавшись целью перейти Балканы, он для обеспечения войск довольствием по ту сторону гор обратился к содействию флота и просил адмирала Грейга овладеть какой-либо гаванью, удобной для доставки припасов. Выбор пал на Сизополь, который по взятии его был занят 3-тысячным русским гарнизоном. Предпринятая турками в конце марта попытка снова овладеть этим городом не имела успеха, а затем они ограничились блокадой его с сухого пути. Что касается османского флота, то он в начале мая вышел из Босфора, однако, держался ближе к своим берегам; при этом два русских военных судна были нечаянно им окружены; из них одно (36-пушечный фрегат "Рафаил") сдалось, а другое, бриг "Меркурий" под начальством Казарского, успело отбиться от преследовавших его неприятельских кораблей и уйти.
   В конце мая эскадры Грейга и Гейдена приступили к блокаде проливов и прервали всякие подвозы морем к Константинополю. Между тем Дибич для обеспечения своего тыла перед движением за Балканы решил прежде всего овладеть Силистрией; но позднее наступление весны задержало его, так что только в конце апреля он мог переправить за Дунай потребные для того силы. 7 мая начались осадные работы, а 9 перешли на правый берег новые войска, доведшие силы осадного корпуса до 30 тыс.
   Около этого же времени и визирь Решид-паша открыл наступательные действия с целью возвратить Варну; однако после упорных дел с войсками ген. Рота у Ески-Арнаутлара и Правод турки опять отошли к Шумле. В половине мая визирь с главными своими силами опять двинулся к Варне. Получив о том известие, Дибич, оставив одну часть своих войск у Силистрии, с другой направился в тыл визирю. Этот маневр привёл к разгрому (30 мая) оттоманской армии у деревни Кулевчи.
   Хотя после столь решительной победы можно было рассчитывать на овладение Шумлой, однако, предпочтено было ограничиться лишь наблюдением за ней. Между тем осада Силистрии шла успешно, и 18 июня крепость эта сдалась. Вслед за тем 3-й корпус направлен был к Шумле, остальные русские войска, предназначенные для забалканского похода, начали скрытно стягиваться к Девно и Праводам.
   Тем временем визирь, убежденный, что Дибич будет осаждать Шумлу, собирал туда войска откуда лишь было возможно -- даже из балканских проходов и из прибрежных пунктов на Чёрном море. Русская армия, между тем, наступала к Камчику и после ряда боев как на этой реке, так и при дальнейшем движении в горах 6-й и 7-й корпуса, около половины июля, перешли Балканский хребет, овладев попутно двумя крепостями, Мисеврия и Ахиоло, и важной гаванью Бургас.
   Успех этот, однако, омрачался сильным развитием болезней, от которых передовые части войска заметно таяли. Визирь узнал, наконец, куда направились главные силы русской армии и выслал подкрепление действовавшим против них пашам Абдурахману и Юсуфу; но уже было поздно: русские неудержимо шли вперёд; 13 июля занят был ими город Айдос, 14-го - Карнабат, а 31-го Дибич атаковал сосредоточенный у города Сливно 20 тыс. турецкий корпус, разбил его и прервал сообщение Шумлы с Адрианополем.
   Хотя у главнокомандующего оставалось теперь под рукой не более 25 тыс., но ввиду дружественного расположения местного населения и полной деморализации турецких войск он решился двинуться к Адрианополю, рассчитывая одним своим появлением во второй столице Оттоманской империи принудить султана к миру.
   После усиленных переходов русская армия 7 августа подошла к Адрианополю, и неожиданность её прибытия так смутила начальника тамошнего гарнизона, что он предложил сдаться. На другой день часть русских войск была введена в город, где найдены большие запасы оружия и прочего.
   Занятие Адрианополя и Эрзерума, тесная блокада проливов и внутренние неурядицы в Турции поколебали, наконец, упорство султана; в главную квартиру Дибича явились уполномоченные для переговоров о мире. Однако переговоры эти турками преднамеренно затягивались в расчёте на помощь Англии и Австрии; а между тем армия русская все более и более таяла, и опасность грозила ей со всех сторон. Затруднительность положения ещё возросла, когда скутарийский паша Мустафа, до тех пор уклонявшийся от участия в военных действиях, теперь повел на театр войны 40-тысячное албанское войско.
   В половине августа он занял Софию и выдвинул авангард к Филиппополю. Дибич, однако, не смутился затруднительностью своего положения: он объявил турецким уполномоченным, что на получение окончательных инструкций даёт им срок до 1 сентября, а если после того мир не будет заключён, то военные действия с нашей стороны возобновятся. Для подкрепления этих требований несколько отрядов направлено к Константинополю и установлена была связь между ними и эскадрами Грейга и Гейдена.
   Генерал-адъютанту Киселёву, командовавшему русскими войсками в княжествах, послано приказание: оставив часть своих сил для охранения Валахии, с остальными перейти Дунай и двинуться против Мустафы. Наступление русских отрядов к Константинополю возымело своё действие: встревоженный султан упросил прусского посланника отправиться в качестве посредника к Дибичу. Доводы его, поддержанные письмами других послов, побудили главнокомандующего остановить движение войск к турецкой столице. Затем уполномоченные Порты изъявили согласие на все предложенные им условия, и 2 сентября подписан был Адрианопольский мир.
   Несмотря на то, Мустафа скутарийский продолжал своё наступление, и в начале сентября авангард его подошёл к Хаскиою, а оттуда двинулся к Демотике. Навстречу ему был послан 7-й корпус. Тем временем генерал-адъютант Киселёв, переправившись через Дунай у Рахова, пошёл к Габрову для действий во фланг албанцам, а отряд Гейсмара направлен через Орханиэ, чтобы угрожать тылу их. Разбив боковой отряд албанцев, Гейсмар в половине сентября занял Софию, а Мустафа, узнав о том, вернулся в Филиппополь. Здесь он оставался часть зимы, но после совершенного опустошения города и его окрестностей вернулся в Албанию. Отряды Киселева и Гейсмара уже в конце сентября отошли к Враце, а в начале ноября последние войска русской главной армии выступили из Адрианополя.
  
   Глава 4 Крестьянский вопрос. Мятеж. "Уши" Англии и других "друзей"
  
   Комитет цензуры и пропаганды, не афишируя свое участие, начал выпуск нескольких газет и журналов (Колокол, Современник, Телескоп), в которых помещались статьи и работы историков Карамзина, Щербатова и Татищева, славистов Малиновского, Самборского, Погодина и их споры с западниками (Чаадаев). Публиковались работы экономистов и переводы - без цензуры, основных статей ведущих зарубежных газет и журналов. Вместе с биржевыми известиями. Печатались былины, под названием "старин" и "древних русских стихотворений" Данилова, Киреевского, Гильтебранта* (*- вполне допустимый анахронизм, но ведь мог Николай I организовать этнографическую экспедицию в Онежские края). Обсуждали и "норманнскую" теорию приглашения Рюрика.
   В частности, в "Колоколе" публиковали критические письма в адрес чиновников, губернаторов и хозяев. В первом номере было объявлено о проведении расследований по излагаемым в письмах фактам, при затрагивании серьезных проблем и упущений. Особо отмечалось непринятие анонимных писем к печати, и просили отправлять подобные письма с подписью также в полицию или жандармское управление.
   В специальной инструкции Императора особое внимание обращалось на "умное пропагандирование идей русизма", недопустимость "Ура-патриотических" высказываний, направлялись рассуждения "панславистов" и обращалось внимание на необходимость аргументированной критики "утопий, социалистических радикальных" теорий. Требовалось обязательно разъяснять причины неприемлемости таких теорий для России и предложением конкретных дел для "пылких духом граждан". Особым постановлением было обращено внимание на внедрение в учебные программы и курсы "основных понятий политики, политической экономики и принципов торговли", в том числе и для военных. "Не может быть офицер вне политики, потому как военные события есть суть проведения политики военными средствами", и "как же может офицер быть неспособным ориентироваться в политических теориях, и быть неспособным объяснить солдатам причины и задачи производимых действий".
  
   Особый тайный комитет "переселения и планирования" с участием Сперанского, Киселева и Перовского подготовил план действий по реализации программы переселения крестьян, военных поселений и сопутствующих экономических факторов. Военные поселение образовывались из солдат старших возрастов, 12-17 лет службы, желающих заняться сельским производством. Примерный порядок службы представлялся таким: 4 месяца службы зимой в гарнизоне уездного или губернского полка, и один месяц - после посевных работ, в летних лагерях. К штатным поселениям приписывались конное депо и направлялись учителя, врачи и фельдшера, агрономы и ветеринары. Выделялись средства на закупку комплектов сельскохозяйственных механизмов и на их содержание. Наследование участка земли, в основном, оставалось за старшим сыном, как и среди дворян, владеющих поместьями. Подобные поселения планировали ставить в Кубанском крае, на Ставрополье, на Южном Урале и в Южной Сибири.
   Переселенцам, крестьянам-добровольцам также предлагалось выдавать сельхоз. орудия, лошадей - в кредит, подъёмные средства: под контролем отделений созданных Крестьянского и Сельскохозяйственных банков. Контроль деятельности банков и поселенцев должны были осуществлять губернские канцелярии и губернские земские комиссии. И всех проверяли негласные инспекции полицейских управлений, жандармских департаментов и Императорской Канцелярии.
   Кроме этого было принято в обязательном порядке проверять наличие имущества и денежных средств у принимаемых на должность чиновников и проверять изменения при оставлении должности, включая родственников второго-третьего круга. Не оставлялся без внимания и образ жизни ключевых категорий чиновников. При поездке за границу частных лиц ограничивались лишь длительность (3 месяца) и частота пребывания - не более 2-х раз в год и не боле трех поездок в 5 лет. Одновременно был установлен предел расходов и затрат в одну-две поездки: не более 15-20 % от годового дохода. Одновременно с усилением контроля было объявлено о постепенном повышении жалования всем офицерам и категориям служащих в течение 3 лет. Наибольшее повышение оплаты было у офицеров и чиновников низших и средних должностных категорий.
   ... Победа над Турцией и попытка договориться с султаном о Проливах вызвали в Англии и Франции реакцию, вполне имеющую право называться истерикой. Начиная от визга "независимых" газет и обозревателей, продолжаясь в речах "демократического" и "самого честного" парламента и завершаясь лязгом поднимаемых якорей на кораблях "королевского флота", старой игрушки "кита" для пугания "слона".
   "Ответ" пришел почти мгновенно. Несмотря на проводимые меры по недопущению восстания в Польше, вывоз всей артиллерии, оружия и пороха из арсеналов, переговоры с некоторыми представителями аристократии во главе с А. Чарторыжским, возвращение к параграфам конституции Александра I - ничто не могло сдержать всё возраставшие аппетиты шляхты. Бредовая мысль и память об утраченном временем страны "от можа до можа" принесли свои плоды. Которым, т.е. плодам, заметно помогло интенсивное удобрение финансами и оружием "законодателей Европ": англичанинов и французов.
   Ноябрь 1830 года, Варшава захвачена восставшими, возвратившиеся с войны войска были направлены для восстановления порядка.
   Существует мнение, что поляки не начали восстания раньше, дабы не повредить делу освобождения Греции - и кто же в это поверит? Скорее всего, не были ещё собраны и обучены боевые части, не было достаточно амуниции. Потянулось длинные версты переходов, с предсказуемой повторяемостью происходили бои, стычки, засады и разбои. Захват городов сменялся их оставлением, осады крепостей сменялись боями на болотистых песчаниках. Несколько раз кораблям Балтийской эскадры удавалось задержать "нейтральные" суда под испанским, голландским и датским флагами, с грузом оружия и снаряжения у берегов Лифляндии. Торговля, дело "святое", понятное...
   Подавление бунта завершилось в ноябре 1831 года. Видную роль сыграла деятельность И.Ф. Паскевича. Россия объявила о возможности создания независимости Польши при её полном постоянном невооружении в национальных границах при согласии Пруссии на возврат Польше Силезии. Мало того, что Пруссия даже не стала обсуждать подобный вариант развития событий, она ещё и объявила о всесторонней помощи России против "злонамеренных бунтовщиков". Совершенно незамеченным прошло объявление России о присоединении к её владениям Груманта (Шпицбергена). Естественно были вялые протесты, но эти протесты так и остались на бумаге.
   "... Фрегат "Рафаил" и его команда. Офицеров вон из службы и из дворянства, кроме того, что сидел в Крюйт-камере. Семьи пока не трогать, но всем сообщить "слухами" (для слухов и учетов создать "Особое Временное Агентство" - "осваг") о последующих лишениях сословий и имений. По флоту и армии объявить: во время войны и при защите чести России не может быть речи о смысле или бессмысленности сражений и жертв. При невозможности сражаться - ведь могут и так сложиться обстоятельства, начальникам следует принять меры к уничтожению вооружения, укреплений и судов, и только тогда обеспечить спасение личного состава. Непонятный и неправильный лозунг "погибаю, но не сдаюсь" отменить, надо принять - "Наше дело правое, победа будет за нами! За Русь Святую!" или как короткий лозунг "Мы вернемся!" Из уставов убрать воспоминание времён Петра I о возможности атаки только при наличии двойного превосходства, поставить условием несоответствия командования пассивность и стремление уклониться от атаки равного или более сильного неприятеля.
   Александра Ивановича Казарского - пожаловать флигель-адъютантом, капитаном I ранга, вызвать на Балтику и направить на Ладогу, прикомандировать к Опытному отряду капитана I ранга Чистякова. И, пора Павлу Егоровичу начинать строить свои "чистяковки", небольшие для первых образцов. Потом объявим, что всё не получилось, и будут на Ладоге копаться, не привлекая особого внимания: чудачеством маются, особо не скрываются и секретов поэтому нет..."*
   *- Ibid.
  
   Глава 5 Призрак проливов
   Пока дипломаты изводили тонны чернил и лечили перетруженные голосовые связки, подошел и давно ожидаемый 1832 год.
   Могущественный вассал Турции, паша Египта Мехмед-Али, восстал против султана и пошел на него войной. Заняв Сирию, египетское войско, обученное и вооруженное лучше, чем армия султана, двинулось к северу, и 21 декабря 1832 г., в битве при Конии, сын Мехмеда-Али, Ибрагим, совершенно разгромил турецкую армию. Султан Махмуд II очутился в отчаянном положении: у него не было ни денег, ни времени, чтобы хотя бы наскоро собрать новую армию.
   Махмуд обратился за помощью к державам. Но французская дипломатия, давно облюбовавшая Египет и Сирию как будущую сферу своего влияния, отказалась ему помочь. Пальмерстон предложил султану подождать, пока поможет Австрия: он рассчитывал не доводить султана до необходимости обратиться к Николаю.
   Пальмерстон надеялся, что нужное Англии дело будет, таким образом, выполнено австрийскими руками. Но вышло совсем по-другому. Во-первых, австрийская армия вовсе не была готова к сопротивлению победоносному египетскому войску в далеких пустынях Малой Азии; во-вторых, Меттерних, скрепя сердце, должен был мириться с русской опасностью на Востоке, чтобы сохранить могущественного союзника в борьбе с революционной опасностью в самой Европе. Поэтому он меньше всего желал открыто ссориться с Николаем.
   А Николай I, сейчас же, еще до битвы при Конии, предложил султану вооруженную помощь против Ибрагима; еще раньше русский генерал Муравьев внезапно высадился на берегу Босфора. Опасность от русской помощи султан сознавал хорошо. Впоследствии на возмущенный вопрос английского посла, как султан вообще мог согласиться принять "помощь" от Николая, один из членов Дивана повторил слова, сказанные Махмудом: "Когда человек тонет и видит перед собой змею, то он даже за нее ухватится, лишь бы не утонуть". Муравьев, устроив свой лагерь на Босфоре, явился к султану в качестве специального посланца от царя с таким предложением: если султан желает, Николай потребует от мятежного египетского паши Мехмеда-Али, чтобы он немедленно убрал свои войска и велел Ибрагиму возвратиться в Египет. В случае отказа царь объявляет Мехмеду-Али войну.
   Но Мехмед-Али не покорился, да и султан медлил дать Николаю свое согласие. Мало того, Ибрагим двинулся еще несколько дальше к северу. В полной панике султан решился на все, и 3 февраля 1833 г. русский представитель в Константинополе, Бутенев, получил, наконец, долгожданный дипломатический документ: Махмуд формально просил царя оказать ему помощь против мятежного вассала. Русский флот, давно уже стоявший наготове в Севастополе, снялся с якоря и отплыл в Константинополь. 20 февраля 1833 г. этот флот появился в Босфоре. Тогда французский посол адмирал Руссэн бросился к султану, решительно убеждая его просить русский флот удалиться. Английский посол поддержал Руссэна. Они оба заявили, что немедленно отбудут из Константинополя если русские займут город. Это значило, что, в случае отказа султана, Англия и Франция поддержат Мехмеда-Али. Султан потребовал от Руссэна обязательства поддержать его против Мехмеда-Али, и Руссэн подписал с рейс эффенди это обязательство.
   Мехмед-Али был превосходным дипломатом; он ясно видел, что французы хотели лишь отсылки обратно русского флота, а теперь, добившись этого, не приложат никаких усилий к тому, чтобы преградить Ибрагиму путь. Султан Махмуд убедился, что Руссэн и англичане его обманули. Между тем пришли новые грозные известия: агенты Ибрагима, пробравшись в Смирну, подняли там восстание против султана. Султан прямо объявил, что снова обратился к Бутеневу, и турецкие министры сообщили последнему о согласии султана, чтобы русский флот не уходил из Босфора. Бутенев на это мог только любезно ответить, что русский флот и не думал трогаться с места, так как у него, Бутенева, было только устное, а не письменное предложение увести флот. 2 апреля к берегу Черного моря, у самого Босфора, явилась новая русская эскадра, а спустя несколько дней -- и третья. Немногим меньше 14 тысяч русских солдат было высажено на берег.
   Французская дипломатия и Пальмерстон были в большой тревоге. Было ясно, что одними словами отделаться нельзя. Приходилось либо решительными мерами спасать султана Махмуда от египетского паши, либо отдать Константинополь русским войскам, да еще с разрешения самого султана. В конце концов, Руссэн и английский посол Понсонби вызвали свои эскадры к Египту и добились заключения мира между султаном и Мехмедом-Али. Мир был очень выгоден для египетского паши и значительно расширял его владения. Но Константинополь был спасен.
   Однако и для султана и для Европы было ясно, что Ибрагим со своим войском убоялся не маневрирующих где-то английских и французских судов, а русской армии, уже стоявшей на малоазиатском берегу Босфора. Султан Махмуд был в восторге от оказанной ему помощи и еще больше от переданного ему через царского генерал-адъютанта графа Орлова заявления, что спасители Турецкой империи 11 июля намерены отчалить от дружественных турецких берегов и возвратиться в Севастополь.
  
   ... К сожалению, султан не смог преодолеть векового недоверия к России. И был весьма связан многовековыми "торговыми операциями" с Францией и Англией. И обоснованно опасался "чашечки бриллиантового кофе" от своих подданных. В письме Императора Султану было и такое предложение; "Сравнив помощь со змеей, тонущий человек потерял возможность вылечить свою страну и направить энергию развития на Юг и Восток. Союзники же его за каждый проданный товар, поданный как спасительная помощь, будут всё крепче стягивать удавку финансовой зависимости". Тем не менее, уход с Босфора был подтвержден согласием со статусом Груманта и свободой ВЫХОДА кораблей из проливов в любое время, независимо от состояния войны или мира России с другими странами.
  
   Между тем в Россию шли покупаемые паровые машины, приборы, лабораторная посуда, рельсы и паровозы. Приезжали и люди: инженеры, металлурги, строители и мастера. Карл Берд быстро строил небольшие паровые машины и устанавливал на волжские расшивы и шаланды. Строились доменные печи, все - новых типов. Шахты и карьеры быстро набирали объёмы добычи. Обследовались новые месторождения.
   Из выступления на заседании Машиностроительного Комитета и Промышленного Комитета: "Для владельцев мастерских и заводов, ставящих целью строительства машин необходимо учитывать и необходимость подготовки мастеров и инженеров. Покупая в Англии или Франции одну или две машины и представляя в последующем построение таких же, по имеемому образцу, скорее всего надо представлять, что вследствие начальных затруднений первые выпускаемые машины предприятия будут обходиться дороже и в работе проявят ненадежность.
   Следующие покупаемые машины в качестве образцов и их повторения должны быть уже значительно лучше за счет выученности и большей опытности строителей и механиков. Кроме закупок, предпочтительно заключать договора на помощь в производстве на заводах Империи, с вовлечением иностранного владельца в долевое участие финансирования и прибыли таких совместных предприятий. При обучении и подготовке к строительным работам непременно готовить инженерам и мастерам схематические масштабные и действующие и модели...
   И как ни смешно может показаться многим, не следует забывать и о влиянии на просвещение таких простых вещей как детские игрушки: от самых простых внешних подобий до работающих малых образцов. Для общего развития детей можно и нужно выпускать игры-загадки, раскраски и сборные макеты-конструкторы. Дополнительно этот вопрос надо обсудить совместно с Комитетом Образования и Просвещения, принять план развития".
  
   Глава 5 Дороги за океан и немного о флоте
  
   "... Южная Америка. Анды, пампасы, леса Амазонки. Ветер приключений и открытий. И в планах на будущее: союз Парагвая, Боливии и Перу. Идеально будет, если к союзу привлечём Колумбию. Англия будет сопротивляться, как всегда. Хосе Франция, очень интересная личность. Многие из его реформ интересны и даже появляется желание - а не побывал ли он в иных мирах? С последователями ему не очень повезло - Лопес всё проиграл. Но, по большому счёту, Америка Южная - дело будущего, в конце 30-х надо будет активизировать эту линию политики..."*
   *- Ibid.
   В 1827 году в Южную Америку была послана неофициальная миссия "этнографов и естествоиспытателей" под руководством Л. И. Дубельта. В состав экспедиции входили биологи А.Ф. Постельс и Ф.И.Рупрехт, географ А. К. Этолин, моряки Зеленой и Е. В. Путятин, гр. Ф. И. Толстой. В инструкциях высказывалось пожелание о налаживании добросердечных отношений с Чили (Хосе Сан-Мартин), Республикой Великая Колумбия (Симон Боливар). Отмечалась нестабильность политической обстановки, Дубельт был предупрежден о возможном распаде страны Боливара. Особо отмечалась важность налаживания связей с правителем Парагвая Хосе Франсия. Император высказал пожелание ученых и промышленников о заключении с различными плантаторами разных стран, хотя-бы и из Бразилии о поставках кофе и сока Гевеи.
  
   "...После восстановления корабельного флота из состояния упадка в начале 1820-х годов, видятся следующие планы применения флота: Участие в научных и политических экспедициях. В ближайшие 2-3 года - Балканы, Средиземноморье. После оформления независимости Греции следует искать возможность создания базы на Ионических островах. Новые корабли строить с возможностью установления в последующем в готовых корпусах паровых машин. Обсудить возможность создания чертежей и сроки постройки, начиная примерно с 1846 года, с кораблестроителями: Поповым, Бурачеком, Амосовым и позднее - Окуневым..."*
   *- Ibid.
   В 1832 году, после завершения дипломатических переговоров по Турецко-Египетскому кризису, началось движение кораблей Средиземноморской эскадры по плану "Уран": вместо возвращения на Балтику и в Кронштадт отряды совершают переходы на Тихий Океан раз в два года. В составе отряда идут 2 линейных корабля. 2 фрегата, корвет, бриг, 2 шхуны и 2 транспорта.
   Под обсуждение условий отступления России практически незамеченными прошли вопросы освоения, так кажется, выражались и выражаются "политкорректные" колонизаторы, островов в Тихом океане: архипелагов Гавайев, Бонин и Цусимы, занятых экспедицией адм. Рикорда, им же объявлены собственностью России Приамурье, Сахалин.
   Нессельроде даже совершил маленькое чудо - Русско-Американская компания получила возможность считать своими Марианские острова. И все из-за вовремя поднятого вопроса о возврате или совместном использовании Мальты и уходе из Архипелага. Согласие Великобритании связано с постепенным смещением вечных интересов и логику англичанинов можно понять: при имеющемся превосходстве на море сегодня можно отдать, а в следующий удобный момент - забрать. Франция, поглощенная обустройством "независимой" Бельгии затаила претензии на будущее.
   "...Подозреваю, что "Марианское чудо" Нессельроде совершил для реабилитации своего пошатнувшегося положения, когда в 1829 году подал донесение о том, что Сахалин и Приморье - единое целое и принадлежат Китаю. И что на детальное обследование нет денег. Когда же Император спросил: "Граф, а не могли бы Вы одолжить флоту необходимую сумму?" произошла некая сцена изъявления преданности. Канкрину было указано на нежелательность подобных происшествий, И.о. Морского министра был отправлен в отставку, а всем предложено было не забывать о последствиях за подачу ложных сведений..."*
   *- Ibid.
   Занимаются и укрепляются на Тихом океане: Гавайи, Бонин, Цусима, основывается Владивосток - 1834, укрепляются Камчатка (Петропавловск), Аляска (Ситка и Датская гавань, развивается Ново-Архангельск). Закладываются судостроительные верфи и доки, механические мастерские и угольные шахты, металлоплавильные и металлообрабатывающие мастерские (с постепенным переходом в статус заводов) во Владивостоке, Ново-Архангельске и в Ситке,. Выполняют частные заказы без ограничений. Происходят визиты в Японию, пока безрезультатные.
   Командующий эскадрой и наместник Дальневосточного Края, в который включены Приморская губерния и Аляскинская область, с 1835 по 1841 годы - адмирал П. И. Рикорд, смененный А.С. Меншиковым (нач. штаба Коцебу), который правил и командовал эскадрой до 1847 года. Меншикова сменил Муравьев с 1847 года при командующем эскадрой Невельском (нач. штаба Литке). Губернаторы на Аляске - П. Е. Чистяков 1825-30 гг., Барон Фердинанд Петрович Врангель, с 1830 по 1835 гг., Л. В. Дубельт в 1835-40 гг.
   На претензии Англии и Франции в договорном порядке делаются уступки в политике на Балканах, до следующего обострения ситуации или очередного восстания сербов, болгар, румын и армян.
   На Дальний Восток ушли: кораблей - 6, фрегатов - 6, корветов - 4, бригов - 4, шлюпов - 2, транспортов - 10. Приобретено 2 парохода в 1838-40 годах.
   Постепенно организовались несколько переселенческих компаний и увеличилась активность Русско-Американской компании. К Аляске и Владивостоку ушло несколько небольших караванов с грузами и переселенцами. Начальникам экспедиций дано было указание начать геодезические исследования, строительство городков и поселений с мастерскими. На вооружение укреплений и в качестве материалов при постройке на первое время разрешалось использовать дерево ветхих кораблей и их вооружение. К 1840 году население Аляски составило 8 000 переселенцев, В Амурском крае жили 18 000 человек. Были найдены запасы угля, меди, серебра и железа и других минералов.
   Процесс начавшегося освоения был омрачен гибелью ЛК "Фершампенуаз" от пожара в 1832 году и потерей от аварий и в ненастье 3-х транспортов и 2-х бригов: "Открытие" и "Охотск".
  
  
   Часть 2 Россия сосредотачивается 1834-46
  
   Этапы плана "сосредоточения России"
      -- Образование, наука, медицина
      -- Машиностроение, производство бумаги, развитие полиграфии, текстильного производства
      -- Металлургия, Речное пароходство, Горное, Плавильное.
      -- Дороги, строительство
      -- Крестьянский вопрос: земля, воля, освоение окраин, производство продуктов
      -- Укрепление армии
  
  
   Глава 1 Земство, крестьяне, переселение. Сельское хозяйство
  
   В 1832 году на Всероссийском Императорском Совещании были обнародованы законы: о сословиях, о крестьянах и переселенцах, о промышленности, о рабочих.
   1829 год - "Закон о сохранении лесов, вод и земель". Обязательна организация защиты окружающей местности от загрязнения отходами.
   Всероссийское Земское собрание 1830 года, июнь - прошло после опубликования указа о местном, земском самоуправлении в помощь имеющимся государственным органам. Некоторое подобие парламента для решения местных хозяйственных задач: образование, медицина, просвещение, работа небольших артелей и кооперативов, общественный контроль работы чиновников.
   Собрание промышленников и купечества 1833 года, май - наиболее богатые представители промышленников, заводчиков и купечества, вместе с участвовавшими в работе Собрания представителями других комитетов подтвердили свою готовность продолжать реализовывать принятые с 1828 года планы. Тем более, что уже появлялись первые результаты: проложены ветви железной дороги Санкт-Петербург - Нарва, Москва - Владимир - Нижний Новгород, Николаев - Харьков, запускались несколько доменных печей "нового воздушного литья", начали разрабатываться новые залежи угля и железа на Дону (Горловка, Юзовка - шахты и Луганский железоделательный завод) и Южном Урале (Тагил, Челябинск, Магнитск). Кроме того, значительно ускоряли работы и построенные мастерские по производству и сборке сельскохозяйственных орудий, небольших паровых машин и строительной техники - краны, погрузчики и эскаваторы.
   1834 год - приняты "Закон о переселенцах" и "Закон о земле и крестьянах".
   В них устанавливалось, что основной вид отдачи налога помещику - оброк, преимущественно денежный. Продавать крестьян можно только государству, с землей. В случае освобождения (вольная) - государство оплачивает кредитом среднюю фиксированную цену подушно, учитывая лиц 15-45 лет. При выходе крестьян с землей - нераздельный надел в 10 десятин (1 десятина = 2400 кв. сажен, - почти 1 га) старшему работоспособному члену семьи и льготный налог помещику на оставшуюся землю с коэффициентом землепользования. Желающим переселиться на свободные земли назначались льготы и подъемные, в соответствии с положениями законов о переселенцах. Не желающим заниматься крестьянствованием и сельским производством, представлялась возможность работы на стройках и заводах, с обучением в соответствии с принятой системой образования. Самостоятельное хозяйствование на земле разрешалось только с получением крестьянином или хуторянином образования сельскохозяйственного направления. В течение 20 лет сокращалось действие винной монополии при запрете самогоноварения и продажи вин в трактирах.
   Безземельным крестьянам из Привисленского края предлагались переселяться в Южно-Сибирские, Дальневосточные и Таврические области. Переселенцам предлагалась поездка выборных для предварительного осмотра за счет губернского Земства и Переселенческого комитета. В собственно Привисленском крае действовала особая программа, как и программа развития Прибалтийского края (Курляндии, Ливонии, Лифляндии): земли помещиков, принимавших участие в восстаниях, реквизировались, сохранившим верность предлагались "обмен" земель в Таврическом и Причерноморском краях. Образование проводится по государственному образцу, местные национальные школы образуются на средства желающих местных крестьян. Заводы и мастерские, как и крупные сельскохозяйственные артели, организуются сначала в центральных губерниях и в областях переселений. Такая же политика и по отношению к окраинным инородцам, кроме Севера и малых народов. Предусматривается этнографическая помощь для сохранения традиций. Черта "оседлости" отменяется, "ранее оседланные" приравнены к крестьянам Привисленского края.
  
   Льготы и кредиты выдавались соответствующими банками под гарантией земель и продукции большим дворянским или объединенным крестьянским хозяйствам, сельскохозяйственным поселениям колонистов-переселенцев с созданием современной технологией (смена зерновых и др. культур, развитие мясного и молочного направлений) производства, свекольно-сахарное производство, в южных районах - фруктовое земледелие, рыбоводство, мелкое и среднее подрядное строительство.
   Государственная политика обеспечения зернохранения начала реализовываться с 1836 года, одновременно с запуском построенных цементных заводов и началом строительства элеваторов и зернохранилищ. Цементное производство началось со строительства нескольких заводов с 1834 года, основные были в Камышине, Щурове, Гроздеце, Риге, Царицыне, Подольске, Тагиле и Новороссийске. Перевозки в основном осуществлялись по воде, транспортами и баржами. Применение цемента, быстрое строительство железных дорог, кирпичных заводов вкупе с быстрым увеличением добычи угля привело к бурному росту объемов строительства по всей стране уже с 1842 года.
  
   С 1829 года образуются Крестьянский и Сельскохозяйственный Банки для кредитования производственных объединений и выпуска сельскохозяйственных машин: поместные объединенные хозяйства (помхозы, сельхоз. артели, компании) и единоличников (хуторян). Преследуется частная ссуда. Батрачество - по договорам временного найма в больших хозяйствах или в волостных комиссиях Земства при оплате не менее половины среднего "крестьянского месячного дохода" (аналог "трудодней при соотношении оплаты батрак - крестьянин 0.5:1). Всех проблем не снимет, но и развиваться "кулачеству" будет сложно, работа только в артели, а это уже немного другие отношения и культура производства: под некоторым контролем специалистов. Бездельников и лентяев быстро ставят на низкооплачиваемые работы или вовсе изгоняют. Оптимизируется состав работников и ускоряется приток людей на стройки и заводы.
   "...В случае военного времени и длительного течения войны, через 6 месяцев вводится Прод-налог с минимальным размером количества продуктов и нормированное снабжение жителей городов и др. категорий продуктами (значительная роль в поддержании авторитета, влияния и значения правящего класса - исполнение взятых на себя обязательств, предотвращение разрыва мироощущения слоев народа и социальных классов), одновременно - производится организация снабжения крестьян промышленными товарами - Пром-Снаб.
   ...К счастью, эти пункты остались только в схемах Высшего Государственного Совета, в разделе работ по преодолению последствий бедствий. В первые 10 лет произошло более 300 достаточно заметных беспорядков и бунтов мастеровых, крестьян и даже мелких купцов с помещиками. Беспорядки улаживались либо переговорами, либо применением силы по распоряжению губернатора. Все случаи возмущений тщательно расследовались..."*
   *- Ibid.
  
  
   Глава 2 Далекие и ближние края
  
   ... На Амурский и Дальневосточный край пока работает закон о переселениях. С 1832 года первые группы, планируемое количество переселенцев в год - до 10 тысяч человек. Если учитывать в планах и Аляску - то 12-15 000.
   Военные поселения:
   На Амуре и во Владивостоке (Приморская область или Край) по плану по 15 000 солдат, из которых - 10 000 в виде военно-поселенцев, На Сахалине, Камчатке - по 5 000, в виде поселенцев - по 4 000 человек. Это не считая членов семей. Государю-батюшке пришлось даже реализовывать проект по "обеспечению" поселенцев женами, и числится "сватом" у доброй половины первого потока поселенцев, и соответственно - потратиться на некоторые суммы для "приданного".
   Казачество - в каждом крае от 10 000 казаков. Увеличение приветствуется. Все должны снабжаться по принятой программе обеспечения.
   Южный Урал, Южная (Западная) Сибирь: планируемое количество переселенцев-крестьян - до 10 000 человек в год. Военные поселения: 80 000 солдат всего, в год по 15 000. Около 10 000 казаков. При удачном разрешении "Южного похода" количество переселенцев может увеличиться вдвое.
   Кубань и Прикавказье: по планам примерно соответствует размерам округам Южного Урала и Сибири.
   Улучшение санитарных условий, уменьшение очагов голода и инфекционных заболеваний при работе соответствующей программы, уменьшении расходов на армию за счет постепенного её сокращения и перевода части солдат в поселенцы и в строительные команды, может образоваться небольшой резерв или ресурс живой силы, или людей. Часть будет направлена на работу при заводах, на строительство дорог, каналов. Одновременное происходит развитие системы образования, что может к 1840 году уже выдавать своих квалифицированных специалистов.
   В 1833 году организованы экспедиции и переходы воинских команд к Баку, по результатам Персидской войны 1826 года. Доверенные лица из ведомства А. Х. Бенкендорфа, а это Дубельт, если быть точным, скупили значительное количество земель в окрестностях в собственность Императора и государства. Морякам из Каспийской флотилии поставлена задача организовать перевозку поверхностно собираемой нефти до Царицына. Облегчает организацию транспорта быстрое развитие речного пароходства, начиная с "монополиста до 1846 года" К. Берда и считая появившиеся несколько "пароходных" заводов и мастерских на Оке, Каме, Амуре, Днепре и Днестре. Созданный нефтяной комитет разрабатывает и обеспечивает методы безопасной транспортировки и хранения груза. Основные склады и будущие заводы строятся под Царицыном с 1833 года на 500 тонн, и в дальнейшем - на 5000 тонн ежегодного поступления нефти. Склады располагаются на левом, восточном берегу Волги, где также с 1840 года заложена кораблестроительная верфь, машиностроительный и опытный химический заводы. Нефть планируется применять сначала для отопления котлов паровозов, паровых машин и изготовления керосина, асфальта и научных исследований. При дальнейшем развитии химии нефти области применения возрастут.
   "... Знали бы предки, сколько из нефти получается полезных вещей и как много неистребимого мусора оставляет после себя в отходах человечество, сколько бессмысленно сжигается топлива в скопищах машин - и скорее всего ничего не поменялось бы. Принцип-вирус - после нас хоть потоп, увы, заразил Землю...
   ...Явно, что и себя не забыл Леонтий Васильевич при этих действиях. Весьма ловкий и умный человек. Имеет склонность к преувеличениям и мистификациям в свою пользу...
   ... 1835 год. Булгарина назначить редактором "Колокола", Пушкину - звание камергера и главного историографа, Извелся весь камер-юнкерством, и уже серьезно начал работать..."*
   *- Ibid.
  
   Глава 3 Науки и промышленность. Пароходы, машины.
  
   Сталь, сталь и ещё много раз - сталь. Кровь металлургии. Объект и субъект производства и финансов. Станки, Машины. Паровозы и вагоны, рельсы и корабли. Ружья и пушки.
   "...Россия отстаёт в скорости производства как железа, так и стали. Мы уступаем в два раза - Франции, Швеции и Пруссии, в четыре раза - Англии (42 230 против 11 120 тыс. пудов). А в 1820 году разница была ещё только в два раза, и мы не уступали Франции. Нас догнали САСШ. Везде вводятся новые приемы добычи и обработки руды и выплавки стали. К примеру: пудлинговое литье и метод мистера Бессемера позволяют значительно увеличить количество выплавляемой стали. А сталь нам необходима как кровь, как воздух - для производства станков, машин и орудий. Причем именно в такой последовательности, и орудия - сначала сельскохозяйственные и строительные, а потом уже и артиллерийские.
   А для этого нужны деньги и образованные специалисты. У нас есть небольшой запас времени, лет 10-15, как исторический шанс построения благополучной России. И вот эти-то 10-15 лет ещё можно провести под надежной защитой нашей армии, в покое, сохраняя внешнее благолепие и традиции. Но что будет потом, через 30 - 50 - 100 лет? Мы активно сжигаем леса, а это же время Европа разрабатывает угольные месторождения, что экономнее и более эффективно для производства. Простой подогрев доменных газов во Франции и в Англии позволяет уменьшить расходы на уголь вполовину.
   Наши товары традиционно есть природные дары, и покупают их по весьма небольшим ценам. Затем подвергают переделкам и продают, причем - часть из них нам же, но с прибылью. Всё важнее и значительнее играет роль наука и способность народов пользоваться плодами науки и просвещения, причем не в отношении приятного времяпроведения, а в организации и производстве работы промышленности, в деле образования, медицине и военном деле. Объединяет все эти процессы в государствах и в цивилизованных странах - забота правящих о народе и дороги. Дороги - это быстрая связь с частями страны, уверенное передвижение грузов, товаров и производств...
   Почти треть чугуна в Европе и САСШ идет на развитие железных / чугунных дорог на насыпях, по которым перевозят многие грузы с помощью паровозной тяги во всякое время года. Чугуна на 1 версту выходит по 120-150 тонн. И это при небольших размерах стран Европы... - из речи Императора перед представителями первого Собрания Земства в октябре 1827 г.
  
   ... Было организовано 3 завода по производству сельскохозяйственной техники: в Курске - 1831, в Ростове - 1832 и в Пскове - 1833. За образцы взяты были лучшие орудия из производимых в Германии, Франции и САСШ. При организации заводов были приглашены для участия в производстве и сами владельцы заводов "образцов". Не были забыты сеялки, веялки, погрузочные ленты, плуги, бороны, молотилки и косилки.
   Для набиравшего обороты ткацкого производства были закуплены станки из Англии, Германии и Франции. Заводы по производству ткацких станков и небольших паровых машин были построены в Казани - 1832, в Самаре - 1833, в Нижнем Новгороде - 1836.
  
   Машиностроительные заводы постепенно были построены в Коломне (паровозостроительный) - 1838, в Сормово (машины для пароходов) - 1840, в Брянске (паровозостроительный) - 1842. Паровозостроительные заводы были построены из механических мастерских в Харькове - 1844, Мытищах - 1845, Киеве - 1846, Владивостоке - 1848 годах. Практически все построенные заводы через два-три года после начала выпуска основной продукции начинали выпускать и вагоны, платформы. Пассажирские вагоны выпускали Тверской, Сормовский, Екатеринбуржский и Александровский заводы. Кроме того, с 1836 года начали работу Бумагоделательные, фанеропроизводящие и спичечные заводы в Петрозаводске, Перми, Архангельске, Ладоге, Котласе, Воронеже, Владивостоке. Начали производить кроме усовершенствованных паровых машин и паровозов и вагоны, танкеры, жестяные бочки и нефтяные грузовые контейнеры.
   Одними из первых начали выпускаться краны и эскаваторы, погрузчики различной конфигурации и грузоподъёмности. Сначала на опытном заводе в Воронеже, затем и в других мастерских. С 1833 года строились стандартные грузовые контейнеры из фанеры - в 3 - 6 тонн, временно - полуконтейнеры в 2 и 4 тонны, четверь-контейнер - 0,5 т. Собственный вес - от 10 пуд (160 кг) до 500 кг с возможностью использовать контейнеры в виде палаток (кунгов) или склада.
   Для привлечения капиталов были предложены самые привлекательные налоговые условия и льготы. Приезжавшим мастерам, инженерам и ученым назначали более чем щедрую оплату за работу. В какой-то мере происходящее напоминало "прорубание окна в Европу", но без проявлений самодержавного максимализма. Ещё одно отличие от прошлого было в том, что приезжавшие держали экзамен в случае сомнения в мастерстве, а угроза "отправить в Сибирь" значительно сокращала поток приезжавших жуликов и аферистов.
   Медленно-ли, быстро-ли, но время двигалось и запущенные ручейки реформ постепенно начали приносить плоды: Карл Берд быстро строил небольшие буксиры для Кронштадта и Волги, появились новые доменные печи, увеличилось количество строящихся заводов, шахт, дорог.
  
   Ункяр-Искелесинский договор 1833 г. не был продлен Россией под давлением Англии и Франции в 1840 году, и была подписана предложенная Лондонская конвенция 1841 о режиме Черноморских проливов в "обмен" на острова Тихого океана.
   "Всеобщее" образование с огромным трудом пробивало путь в инертной среде мещан, крестьянства и купцов. Церковь также не стремилась выполнять пожелания Императора...
   Были бунты, как от непонимания и незнания, так и инспирированные группами землевладельцев, богатых заводчиков. В подавляющем большинстве случаев бунты быстро и успешно пресекались. Для "зачинщиков" в случае отсутствия жертв, проводили "курсы ликбеза" и "повышения квалификации", если применять термины будущего времени. И хотя многие из обучавшихся часто писали о выЙгрышности традиционных ценностей общины, их учаВстие в попытках противодействия уменьшались присоединением таких активных людей к программе переселения, или вовлечением их в процесс технического обучения. Просто репрессалиями можно было только приглушить энергию "пассионариев" или направить её в разрушительную сторону. Значительно большую проблему представляли недоучки-дворяне и нежелающие что-либо конкретно делать недоросли. Проблемой спекуляций был и так называемый "польский" вопрос с точки зрения Англии и Франции, позволявший в удобный для заинтересованных сторон момент акцентировать на этой проблеме внимание политиков.
   Восстание 1830 года было вполне эффективно подавлено. Участники активно преследовались, многие владения были секвестрированы. Белорусским крепостным была дана свобода, для получения земли были запущены механизмы привлечения к образованию, ограничение в размерах наследуемых крестьянских участков, льготы при переселении. Отрабатывались пути постепенного решения крестьянского вопроса для остальной России.
   Эпоха "вопросов", и книги писались соответствующие, правда несколько позже: "Кто виноват" Герцена и "Что делать" Чернышевского. Наверное, так бы и было, как было... НО - у разночинцев появилась возможность реализации своих жизненных представлений: ведь в манифестах и указах предлагалось совместным трудом, учением и служением постепенно исправить многие недостатки существующего положения дел. Практически не оставалось "запретных" тем для обсуждения в залах собраний и на страницах газет. За любой призыв к насилию, беззаконию журналист или газетчик мгновенно задерживался и попадал под суд. Все обсуждения подавались под углом зрения "что ты сделал полезного в своей жизни для народа?" Это прекрасно укладывалось на канву ожидаемых реформ. Да это и были те самые, долгожданные реформы: значительно уменьшилось значение сословных привилегий, уменьшились запретительные ограничения.
  
   В большой мере на лояльность аристократии и "миллионщиков" повлияло несколько раз повторенная на различных государственных приёмах Императором идея о "моменте выбора образа существования". Это в более развернутой форме подразумевало или возможность продолжать жизнь по прежнему образу, ничего не изменяя до момента потери контроля, с последующим бегством в "заветные образованные и демократические" края. Или, как говорится: - если нельзя процесс предотвратить, то следует его возглавить, - изменяя структуру жизни страны и оставляя за собой возможность сохранения власти и имущества.
   Несколько "несогласных" затеявших игру в заговор, были вежливо отправлены в отдаленные имения с немаленькими издержками, некоторые "борцы совести за свободу" эмигрировали. А некоторые очень тихо и осторожно начали создавать комитет по проведению "апоплексического удара табакеркой", но таких удалось отследить жандармам. Была создана после раскрытия заговора служба разведки (регистрационное интендантское управление) и контрразведки (старое-старое, доброе имя "осведомительного агентства"). Активность "заклятых союзников" была снижена вследствие ряда потрясений в странах Старого Света и уступчивостью МИДа Российской Империи с неувядающим Нессельроде. Снижали напряжение в отношениях стран и предоставление, хотя и временных, торговых и таможенных льгот.
  
  
   Были постепенно исследованы и выпущены "в свет" такие "инновации" как: жевательная резинка, бритвы-станки, спортинвентарь (бадминтон, волейбол*, теннис, баскетбол, футбол) и прочее. С 1844 года начали выпускать телеграфные аппараты, вязальные машины, печатные машинки и даже велосипеды. Было увеличено производство логарифмических линеек, часов, учебных пособий и тетрадей. Активно печатались азбуки, лубочные картинки (тогдашние комиксы), учебники, справочники.
   Строились стекольные и посудные заводы, в том числе и сантехнического оборудования. Налаживалось производство линз и микроскопов на оптических заводах в Санкт-Петербурге, Изюме и в Лыткарино. При строительстве городов, домов и заводских посёлков всё шире применяли кирпич, планировали обязательно введенные линий санитарного оснащения (водопровод, канализация, отстойники и водонапорные сооружения).
   По мере роста производства стали начали экспериментировать с производством труб из листа, развивали применение пневмочеканки, отбойных молотков, стальных и бронзовых баллонов для больших давлений. Разрабатывали бурильные установки и различного рода насосы и в некотором роде - насосные станции. Помимо всего заводы, мастерские пытались производить легкие керосиновые паровые машины. Первые результаты были получены к 1850 году.
   Развивали добычу угля для снабжения всех заводов и машин. Шла работа с применением нефтяного или керосинового отопления и освещения.
   Исследовательские производственно-научные комплексные лаборатории при институтах (к 1836 году "отпочковались" методом удвоения и далее от основных университетов, сохраняя в полном объёме научное руководство, консультирование) занимались изучением физических, химических процессов в промышленности и биологии. Ведущими проблемами были исследования химии и промышленное производство мочевины/карбамида, формальдегидов, аммиака, азотной и серной кислот, глицерина. В металлургических лабораториях при металлургических заводах исследовали условия получения различных сортов стали. Император даже подсказал о возможном существовании неких температурных "критических" точках кристаллизации стали.
   Физики, во главе со ставшим президентом Академии Наук Якоби вовсю изучали электрические, электрохимические и магнитные явления. Весьма успешно шло создание свинцовых аккумуляторных батарей и электромотора.
   С 1836 по 1844 годы были построены три инструментальных завода: в Туле, в Москве, в Санкт-Петербурге и строился подобный завод в Нижнем Тагиле - т.е. "заводы заводов". Эти заводы кроме выпуска инструментов могли выпускать и обрабатывающие станки. Учитывая, что официальным изобретателем фрезерного станка является англичанин Эли Уитни, который получил патент на такой станок в 1818 году, технологии обработки заготовок становились более точными, то следующим решением производственного комитета стало объявление стандартов на обработку металлов и допусков в размерах этих деталей в 1843 году.
   Рычагами влияния на дворянство и заводчиков в плане сдерживания их от бунта были: участие в производстве смешанных капиталов, привлечение появившимся через 3-5 лет увеличением сбыта продукции. Значимой была и угроза секвестрирования имущества в казну, что было в полном объёме продемонстрировано на примере восставших поляков. Независимый от посредников вывоз сельскохозяйственной и традиционной экспортной русской продукции - пароходами и списанными военными кораблями из Одессы и столицы обходился для торговцев дешевле и приносил больше выгод. Но пока эти выгоды были совсем невыгодны государству. Немалое значение имел и факт угрозы развития экономического кризиса в Европе (в истории разразились следующие крупные финансовые кризисы: 1825, 1837-38, 1847, 1857, 1866, 1873 гг.)
  
   Глава 4 Армия, пока без флота.
   Вот пришло время и армией заняться. Всё прошедшее время, с 1832 года сокращение расходов на армию и флот, формальное уменьшение численности позволили множество освободившихся средств перебросить на развитие страны. Год 1840. Утвержден новый состав армии и штатов: сокращенные штаты, принятие кадрированной системы (прим. 4а, 4б), создан Учебный Гатчинский Корпус. Проходят испытания батальоны и батареи "нового строя" и испытываются образцы оружия Тульского, Сестрорецкого и Пермского оружейных заводов. Очень часто император бывалт в Кексхольме, где недалеко от старого города построили посёлок с названием "Приозерск". Там начала базировалться Опытная флотилия и устроили учебный полигон для армии и флота. Испытания и производство новых образцов началось ещё с уже далёкого 1832 году. В 1833 году, на собрании рабочих и мастеров Тульского завода, император высказался в том духе, что: "Англичане свои ружья кирпичами не чистят, чеканку искусную на ружьях для солдат за мастерство не признают, а полагают "дикарским украшением", делают свои ружья быстрее, во много раз больше, легче и лучше. Вы, мастера, сможете сделать добрую вещь, хитро придуманную и замечательно сработанную. Но такая вещь будет только одна, а что будем делать при необходимости в тысячах таких вещей? Надо от ремесленничества переходить к большому производству". Там же было проведено и объединённое заседание Оружейного и Артиллерийского Комитетов, на котором обсуждались потребности производства и возможные перспективы развития оружия. С тех пор проводились регулярные ускоренные занятия по обучению мастеровых, инженеров. Испытывались новые способы производства оружия. Сами новые образцы делались мастерами пока по-старинке, по-штучно. До 1842 года не было возможности кардинально что-либо менять в системе вооружений, только к 1840 году немного артиллерию упорядочили. Несмотря на усилия министра финансов, несколько раз: в 1832, 1836 в 1844 годах едва удавалось избежать финансового кризиса. Спасали долговременные обязательства государства. Доверие к этим обязательствам повысилось после первых же выплат по билетам обязательств 1832 года с февраля 1835 года.
  
   Армия приблизительно соответствует округу в мирное время.
   В период реформ в образованных военных округах, соответствующих губерниям, размещаются корпуса смешанного состава: по одной кадрированной дивизии нового образца (до 1846 года, к моменту начала поступления нового вооружения, дивизия была кадрирована по штату 1832 года), одной кадрированной дивизии и дивизии сокращенного, от 1832 года, штата и полной дивизии штата 1832 года. В зависимости от губернии, вместо корпусов могли устанавливаться лагеря для дивизий или бригад - по решению Главного Штаба. Объединенный Учебный Центр организован в лагерях южнее Смоленска. Был предназначен в первую очередь для подготовки и переучивания офицеров и унтор-офицеров. В течение 6 месяцев производилось переформирование очередной дивизии. В следующие 3 месяца новая дивизия участвует в полевых маневрах и переходит в определенное место диспозиции. Затем в течение 6-и лет происходит поочередное комплектование, один раз в два года, приписанных окружных дивизий с тренировочными призывами и обучение.
   Всего имелось с 1834 года: 4 бригады по 5 000 человек, 5 дивизий по 10 000 человек. 10 корпусов по 25 000 человек, 20 000 кавалерии, 10 000 губернской стражи, 5 000 жандармов. 5 000 полицейских и 10 000 человек гарнизонных и крепостных полков. Орудий 6-фнт, 12-фнт, Единорогов Ќ пуд, Единорогов Ґ пуд, в 80 полевых (включая легкие, батарейные, конные и казачьи) батареях насчитывалось 800. Некоторое количество пушек было в учебных школах, училищах, крепостных и экспедиционных командах. В армии, таким образом, насчитывалось 300 000 человек, в училищах - до 40 000, в строительных командах - до 200 000, в поселениях и прочих частях - 160 000.
   После реформы армии в 1846 году меняется комплектность корпусов и дивизий: 1 корпус округа имеет 1 дивизию нового штата, 1 дивизию кадрированную нового штата и 1 дивизию кадрированную сокращенного штата. По мере поступления вооружения, дивизия полного состава переходит на новое вооружение, затем перевооружается следующая дивизия, в период очередного перевода в мобилизационное состояние, образующийся запас оружия передается в дивизию сокращенного штата, из которой формируются две резервные дивизии сокращенного штата. В последующем резервные дивизии перевооружаются или переформировываются в дивизию кадрированную и резервную, с передачей старого вооружения в армейские парки. Неполной комплектации дивизии и бригады сохраняют минимальную командную и унтер-офицерскую комплектацию и имеют 1/10 численности при полном комплекте вооружения на парках и складах. Резервные корпуса имеют дивизионный состав командования и запас вооружения на складах и в депо. Пополнение и развертывание планируется производиться за счет "строительных" и "поселенческих" формирований.
   Преимущественно в зимнее время происходит переподготовка и перевооружение по месту комплектования. Поочередно округа проводят плановые мобилизации.
  
   Военные округа*, на 1848 год:
   Дальневосточный (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000. Резерв - переселенцы.
   Восточно-Сибирский (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000. Резерв - переселенцы.
   Западно-Сибирский (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000. Резерв - переселенцы.
   Южно-Уральский (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000. Резерв - переселенцы.
   Волжский /Астраханский (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000
   Учебный /Смоленский (корпусной учебный состав) - 1 дивизия в штатной комплектации, 3 - в резервной. В строю - 20 000.
  
   Центральный /Николаев (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000. Соединен с действующим Кавказским корпусом: 2 бригады, 1 "персидская" бригада, 1 артиллерийский легкий полк - 30 000, всего 40 000
   Западный /Киевский (дивизионный состав) - 1 бригада в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 10000
   Южный/ Бендеры (дивизионный состав) - 2 дивизии в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 30000
   Привисленский /Ковно (корпусной состав) - 2 дивизии в полной комплектации, 2 - в резервном состоянии, учебный полк, строительные части, кавалерийская сводная бригада), в строю - 30000
   Восточный /Саратовский (корпусной состав) - 1 корпус в штатной комплектации, 2 - в резервной. В строю - 30 000.
   Столичный/ Псков (корпусной состав) - 1 дивизия в штатной комплектации, 3 - в резервной. В строю - 10 000.
   Гвардейский корпус/ Гатчина - 15000.
  
   По плану в мирное время в Армии - 350 000 и Флоте - 30 000, казачьи войска - 40 000, Гвардия - 15 000, Полиция и Стража 25 000, учебные военные заведения - 40 000. Итого - 500 000 человек,. При мобилизации первой очереди происходит удвоение армии, при расширенной мобилизации имеется ещё 300 000 подготовленного резерва. (По сравнению с реалом - уменьшение мирной армии в два раза).
  
   Крепости:
   1 класса: Кронштадт, Свеаборг, Севастополь, Николаев,
   2 класса: Иван-город, Ковенская, Брест-Литовский, Измаил,
   3 класса: Выборг, Ревель, Осовец, Варшава, Гродно, Бобруйск, Бендеры,
   4 класса: Ново-Архангельск, Архангельск, Владивосток, Очаков, Керчь,
   5 класс: Бомарзунд, Орша, Минск, Двинская, Владикавказ, Баку, Азов, Псков, Смоленск.
   Укрепления, форты, редуты, люнеты и батареи - в основном насыпного и полевого типов.
   С приведением в порядок и постройкой крепостей дело было совершенно плохо. В относительно построенном виде к 1850 году находились Кронштадт, Свеаборг и Севастополь. Некоторую боевую ценность представляли Иван-город, Ревель, Бомарзунд, Измаил, Варшава (Ново-Георгиевск, Модлин), Ковенская, Двинская и Брест-Литовская крепости. Прочие считались "условно" пригодными.
  
   Наибольшее сомнение вызывала способность и необходимость регулярной кавалерии к ведению боевых действий. Разведывательную, охранную и посыльную деятельность с успехом выполняли казачьи полки. При необходимости их количество увеличивалось, и весьма значительно. Ещё был достаточно большой резерв иррегулярных формирований из калмыцких, башкирских и татарских всадников. Но этот резерв по мере развития производства и привлечения народов к совместному труду и просвещению, также не мог иметь большого военного значения. Ещё имел значение дух войск: названия и традиции старых, испытанных в сражениях полков составляли немалую долю в формировании чувства чести, гордости и воинственности воинов.
   С учетом психологических факторов, и с некоторым прицелом на будущее, были сохранены в сокращенном составе гусарские и уланские полки лёгкой кавалерии, конно-егерские и драгунские были фактически превращены в драгунские стрелковые, а полки тяжелой кавалерии - кирасирские, были включены как основная ударная сила, в состав формируемых кавалерийских дивизий. Конно-артиллерийские батареи, роты, дивизионы и бригады предназначались в основном для усиления ударов пехоты и кавалерии, быстрого создания линий обороны и поддержки. Действия собственно кавалерийских соединений по новым представлениям сводились к стрелковому и артиллерийскому воздействию на противника с возможностью концентрации сил за относительно небольшой отрезок времени, т.е. - к действию драгун.
   В ходе совещаний Объединенного Военного Комитета появилась идея о привлечении кавалерийских частей к длительным и глубоким рейдам по тылам неприятеля, положительный эффект от которых неоднократно подтверждался в истории. Единственным серьезным дополнением стало увеличение стрелковой и артиллерийской мощи планируемых к созданию кавалерийских корпусов - по одному на действующую армию. И возможность объединять такие корпуса для проведения быстрых операций.
   Все переформируемые части, как пехотные, так и стрелковые и кавалерийские сохраняли старые наименования и принималась парадно-выходная, стилизованная под историческую, форма. Полевая форма принималась темно- и светло-зеленого цветов, с максимально удобным в пользовании покроем и амуницией.
   Основой тактического действия войск приняли теорию "огневого наступления". В процессе обучения и переобучения офицеры, солдаты и генералы (генералы и полковники - после лекций в Академии Генерального Штаба и на учениях, по результатам которых определялись дальнейшие назначения) учились правильно тактически применять различные виды построений в наступлении и обороне.
   Больше всего проблем вызывало "окапывание". После демонстрационного обстрела полкового строя макетов-мишеней на полигоне в старом строю и в положении на укреплённой позиции, даже самые консервативные ветераны, признали что "в этом что-то есть". Не сумевших признать новые веяния командиров отправили с почетом и уважением на командные должности в губернских ополчениях ланд-милиции или в роты первичной подготовки рекрутов. Или на пенсион и другие гражданские должности, например - показывать лихость в качестве бранд-майоров. И звание "Майор" сохранили для армии, с градацией: Премьер-майор и секунд-майор.
   "... 1837 год. Погиб А. С. Пушкин. Дуэль. Сложно избежать предначертанности. Вот и А. С. Грибоедова в 1836 году в Лондоне отравили. Ядом кураре отравили, перевели расследование на инфекцию. Надо дать задание медикам изучить, вдруг пригодится. Франсии с послом передал предупреждение о опасности "простуд" и послал врача. Да, это словечко "лекарь" оставили для медиков, не получивших полного медицинского образования. И, несмотря на идущие реформы, специалистов недостаточно. И всё больше желающих приехать к нам в Россию на работу и жительство..."*
   *- Ibid.
  
  
   Часть 3 Работа продолжается 1842-48
  
   Глава 1 Финансисты и рабочие
  
   Из решения Императорского Совещания от 14 апреля 1847 года: ...Отменить существующие системы контроля производства, разрешить сбыт продукции по спросу, сохранив императорские заказы для работы казенных заводов (избыток продукции казенные заводы могут реализовывать, как и производить продукцию, превосходящую заказ по количеству или выпущенную свыше заказа продукцию различного возможного ассортимента на сырье приобретенное руководством завода вне императорского заказа). Общий контроль качества и количества продукции возложить на статистический, экономический департаменты Мин. Финансов и полицейский департамент МВД...
  
   С 1928 года в Горной, Дорожной, Машиностроительной, Железнодорожной, Металлургической, Химико-Технологической, Строительной, Военной, Лесной областях деятельности разрешается образование производственных компаний с долевым участием средств: 15-20 % императорской семьи, 20-30 % государственных, 20-30-49 % основного владельца или производителя и на оставшуюся долю - желающие участвовать в производстве.
   Т.е. постепенно формировалась "почти идеальная" система государственного капитализма.
  
   Для финансового обеспечения под контролем Центрального Банка разрешается производить выпуск ассигнаций государственных внутренних кредитных долговых обязательств. Вводилась личная и родовая ответственность управляющих без срока давности - по финансам. По строительству - ответственность проектировщика, заказчика, исполнителя сохранялась в течении: 30 лет - капитальное, 10 лет - дорожное и механическое.
   С 1832 года образовывались банки по обеспечению финансовых операций в дорожном строительстве (ЖелДорСтрой, ЮжДорСтрой), машиностроении (МехСтрой), горном деле (Горный банк), промышленном (МашСтрой, Строй маш) и жилом строительстве (ЦементПром Банк, Домострой, Гигант, Воен-Строй).
   Попытка ускорить производство металлов более интенсивной работой и введением 3-х сменной работы на частных заводах, ещё не вошедших в реестр "обновленного" (смешанного) управления, провалились: и вследствие нежелания или неспособности владельцев к переменам, так и в результате невозможности оплаты планировавшихся работ. На некоторых частных ("демидовских" и "столичных") заводах приняли в пример организации метод, предложенный министром нового Горно-металлургического министерства Ковалевским и поддержанный Императором: было объявлено о выплате половины заработанных денег льготными долговыми билетами Императорского банка развития с началом погашения через 2 года. От трехсменной работы отказались в пользу двух смен и организации дополнительной - учебно-наладочной или вспомогательной.
  
   Отдельно рассматривалась проблема противодействию возникновения систем лоббирования заказов и финансирования, но четкого механизма ля рассмотрения и применения не было представлено на обсуждение. Больших проблем с организацией труда рабочих и определением норм выработки позволил избежать приятый в 1833 году "закон о рабочих". Только приведение армии в военное состояние позволило подавить некоторые беспорядки, организованные владельцами. Некоторых пришлось предать судам военного времени, как бунтовщиков. И семьи лишить имущества. Позже, большинству дали хорошие возможности для восстановления доброго имени, но попытавшихся вновь избрать "путь свободы и мести" смутьянов уже не щадили. Всего было сослано 1426 "политиканов" и предано суду военного трибунала, т.е. расстреляно - 83 преступника, на шахты отправили 870 человек.
   Ещё раз была проведена пропагандистская компания о эффективности предпринятых реформ, среди владельцев средних и мелких предприятий проведено объяснение того, что лучше поделиться немногим, нежели потерять всё, в том числе и вследствие бунта. Самыми тупыми и жадными проявили себя в основном мелкие купчики из коробейников-киоскеров, аптекари и весьма многие из богатых выслужившихся дворян.
   "...Ещё одна требующая аккуратного решения проблема: управляющие, интенданты и мелкие торговцы. Если в "прошлом-будущем" стало понятно, что "винтики и шестеренки" ( продавцы, зав. складами, директора магазинов, служащие предприятий обеспечения быта населения) государственного механизма вполне способны самоорганизовываться и вовлекать в свою работу высших чинов из различных кланов властных структур, при важном уточнении - в распределительной системе и при негативном в целом пропагандируемом общественном отношении к ним, то ни в коем случае нельзя допустить развития подобных тенденций сейчас, при частном владельце. Ведь возрастает роль снабжения и хранения, перевозок. Перефразируя - профессии всякие нужны, профессионалы всякие важны. Проблема мальтусианской ловушки..."*
   *- Ibid.
  
   1832 год - принят Закон о рабочих.
   Основные положения:
   Длительность рабочего времени - не более 8 часов без учета времени на перерывы. 6-дневный рабочий день. 3 недели оплачиваемого отпуска. Может предоставляться неоплачиваемый отпуск на 3 недели по обращению работника. При заболеваниях: оплата 2 недели полная, следующие 4 недели половинная, последующие 6 недель - четверть оплаты. При травме с увечьем по вине производства: единовременно - 6 месячных жалований, бесплатное лечение, обучение при необходимости и пенсион в 1/3 жалования (1/2 этой суммы - завод, Ґ - государство). Сборы профсоюзные (в ведении земств, могут осуществлять дополнительные выплаты к пенсиям и по болезни) - 1/20 жалования в комитет страхования. Претензии подаются в Коллегию ведущего министерства, губернскому Полицмейстеру, уездной и губернской газетам. Срок ответа - 2 недели, исполнения решений по претензии - 2 недели. Причины увольнения: за политическую деятельность, неисполнение или срыв задания, недостаточная квалификация и нежелание обучаться, сокращение или перепрофилирование производства. Увольнение - с выдачей пособия в размере месячного жалования, кроме политических элементов.
   Переобучение и обучение - может быть предложен кредит завода или обучение при заводском училище. Возможно для желающих - долевое участие в развитии предприятия (как и участие в любом другом деле) по типу покупок акций открытой доли организационно-финансовой части. Перепродажа акций ограничена и контролируется полицейским, жандармским и финансовым краевыми управлениями.
  
  
  
   Глава 2 Железные дороги
  
   С 1826 года установлена норма командировок ученых, инженеров и мастеров, по 15-20 человек, в Англию с 1827 г. и далее - ежегодно, по возможности. Задача - узнавать новое и покупать технологии. Для успешных студентов тоже приняли подобную практику. В первые годы были случаи невозвращения командированных - до 1/5 от посланных. Но решили не прерывать командировки, и уже через 5 лет почти все возвращались, кроме авантюристов, проигравшихся и "политических борцов за демократию". Для высших чинов было постановлено проведение обучения в России. Для сравнения с методами преподавания ежегодно в стажировки, оплачиваемые государством, выезжали преподаватели различных училищ и университетов. Земским комиссиям и жандармским инспекциям было дано поручение: пресекать назначения в командировки по наличию родства с руководителями. В случае таковой ситуации предлагалось обращаться в Императорскую канцелярию.
   Для ускорения постройки железных дорог на первом этапе решено было строить облегченные насыпи и укладывать узкий путь в 2,5 фута (750мм). Земляное полотно делать шириной с возможностью применения конной тяги, разъезды делать через 18-20 верст (20 км). По мере поступления паровозов надо будет устанавливать второй, встречный путь. При паровозной тяге скорость средняя планируется 20 км/ч при весе поезда из 10-12 вагонов в 120-200 тонн (на вагон или платформу - 10-15 т.). По мере развития металлургии и машиностроения можно будет строить полнопрофильные большегрузные насыпи с путем 5 футов (1524мм). Железные дороги строить на фабриках, заводах и рудниках по нормам, принятым Совещанием Промышленников и Комитетом Железных Дорог Министерства Путей Сообщения. Министр - гр. П. А. Клейнмихель.
   "...Осторожно с этим хитрецом надо. И одернуть его от чрезмерной строгости - времена меняются. Как организатор - прекрасен, и верный духу монархии, с чего и кормится..."*
   *- Ibid.
  
   Геодезические работы проводились начиная с 1829 по 1844 г. и продолжались далее.
   Опытная железная дорога "Прибрежная": Санкт-Петербург - Нарва, строилась с 1830 по 1836 годы. Движение на отрезке Санкт-Петербург - Петергоф начато в 1834 году.
  
   Первая очередь строительства:
   "Север": Санкт-Петербург - Луга - Великий Новгород - Тверь - Москва.
   Одновременно разворачиваем работы в южных краях:
   "Юг": Николаев - Кривой Рог - Александровск - Харьков - Курск - Орел - Тула - Москва.
   Ответвления первой очереди: Луга - Псков - и Кривой Рог - Мелитополь - Симферополь.
   Годы строительства: 1833 - 1838. Для линии Москва - Николаев с целью ускорения постройки и при недостатке рельсов российского производства, разрешается закупить необходимое количество в Англии или другой стране.
   Вторая очередь:
   "Запад": Москва - Смоленск - Орша - Минск - Брест - Варшава - (Позен - //Берлин).
   "Восток": Москва - Владимир - Нижний Новгород - Казань - (Уфа - Челябинск)
   Ветви: Мелитополь - Луганск - Каменск - Ростов - Царицын.
   Годы строительства: 1836 - 1848.
   Третья очередь:
   "Северо-Запад": Ревель - Псков - Остров - Невель - Витебск - Орша - Гомель - Киев - Полтава - Харьков.
   "Юго-Восток": Москва - Рязань - Тамбов - Царицын.
   Ответвления третьей очереди: а) Псков - Вильно -, б) Киев - Житомир - Винница - Тернополь, б) Санкт-Петербург - Волхов - Петрозаводск.*
   Годы строительства: 1839 - 1852. *- построена 1846-1856.
   Четвертая очередь:
   "Дон": Москва - Венев - Липецк - Воронеж - Россошь - Каменск - /Екатеринодар - Армавир - Владикавказ 1844-1860 гг.
   "Северо-Восток": Москва - Ярославль - Вологда - Тихвин - Волхов (строительство линии Вологда - Котлас - Архангельск растянулось до 1858 г. и перенесено в пятую очередь), линия Пермь - Ижевск - Казань построена в 1846 г.
   Пятая очередь:
   "Волга": Рязань - Тамбов - Борисоглебск - Саратов - Сызрань - /Самара/ - Симбирск - Казань - // - Саратов - Камышин - Царицын - Астрахань.
   "Засечная": Невель - Смоленск - Брянск - Курск - Воронеж - Тамбов - Пенза -
   Годы строительства: 1844 - 1862.
  
   У мостов и в зоне крепостей разработали систему ЖД путей и укрытий для действий артиллерийских платформ. Вдоль железнодорожных путей и больших дорог к центральным городам одновременно вели линии телеграфной связи.
   Строение насыпи и укладка рельсов являются едва-ли не самыми простыми делами в построении железнодорожного пути. Ещё появляется задача создания и освоения подвижного состава, систем снабжения топливом, водой, насосами и постройкой водопитающих башен, стрелочных переходных устройств, семафоров, станционных помещений, складов, погрузочных устройств, организация переездов через пути. Необходимо и обучение работников. Да и сама организация перевозок требовала организации контроля. Поэтому установили, что номера вагонов, платформ и контейнеров при перевозках - могут изменяться комиссией после приема груза получателем. Контроль прохождения - на разъездах и дистанционных станциях.
   Принятая структура организации дорог:
   На 5-8 разъездов - дистанционная станция (пробег 100-160 км), дистанционное депо. На 2-3 дистанции - Линейная станция и линейное депо. На 2-3 линии - 1 Главная станция (и отнюдь не в "столицах"). Проложен канал Волго - Дон, на Днепре и Неве взрывными работами улучшили фарватеры.
  
  
   Глава 3 Вооружения армии
   Разработали несколько видов "нового" вооружения. Приняты до возможности массового производства стального и нарезного орудий. В производстве с 1842 года. Основные работы по разработке новых видов оружия проводили в "отдельных испытательных мастерских" в Туле и Санкт-Петербурге. Отрабатывали и испытывали оружие в Отдельной учебной бригаде и на отдельной опытовой флотилии.
  
   Миномет (пехотная мортира)
   Легкая (8 фунтовая, 87 мм, горная, батальонная), 62 кг. Дальность стрельбы - 400-600 м. Снаряд каплевидный со стабилизаторами, вес снаряда - 5 кг, вес ВВ - 1 кг. порох, вес заряда - 1 кг, вес гильзы - 1 кг. Готовый носимый боезапас - 24 выстрела и 12 - запас в зарядном ящике. 1 зарядный ящик на две мортиры. Перезарядка - инструментом (обжимная машинка), полузарядами и снарядами - для 72 выстрелов. Транспортировка и хранение - при батальонном взводе снабжения и в полковом складе. В батальоне по штату батарея из 8 мортир
   Тяжелая (12 фнт., 107мм, полевая, бригадная), 95 кг. Дальность стрельбы - 900-1200 м. Снаряд каплевидный со стабилизаторами, вес снаряда - 11 кг, вес ВВ - 2 кг. Порох. Запас соответствует легкой мортире.
   Все образцы выдавали 6-10 выстрелов в минуту. Унитарное (гильзово-казенное) заряжание, Опорная плита, неподвижный затвор, опорная четырехстоечная рама с горизонтальыи и вертикальным валами наведения, поворотный подъёмно-ломающийся ствол. Квадрант-угломер и горизонтирующий уровень с отвесом.
  
   Ракетные установки (РУ):
   Системы Конгрева - Засядко (Константинова). Модернизирован станок - пусковая труба, оперение ракеты "закручивающее". Реально существовали - 2-, 2,5-- и 4-дюймовые (51-, 64-и 102-мм). Вес боевых ракет зависел от типа боевой части и характеризовался следующими данными: 2-дюймовая ракета весила от 2,9 до 5 кг; 2,5-дюймовая -- от 6 до 14 кг и 4-дюймовая -- от 18,4 до 32 кг. (генерал Александр Дмитриевич Засядко (1779-1837).
   Принимаем к производству:
   Легкая РУ - 8 фунт (64 мм, снаряд 5 кг, дальность 900м, вес установки - 24 кг, скорострельность - 10-16 выстрелов в минуту) - вспомогательное вооружение пехотных частей,
   Средняя РУ - 12 фунт (107мм, снаряд 11 кг, дальность 1800м, вес установки -40 кг, скорострельность 8-12 выстрелов в минуту) - вспомогательное вооружение кавалерии и флота.
   Кавалерийский батарейный станок - комплекс 4-6-12 пусковых стволов 4х3 на поворотной тумбе, монтируемый на четырёхколёсной повозке или на палубе корабля.
   Тяжелая РУ - 36 фунт (165мм, снаряд 18 кг, дальность 2700м, вес установки -50 кг, скорострельность 5-8 выстрелов в минуту) - вспомогательное вооружение крепостных частей и флота. Крепостной батарейный станок - комплекс 12 пусковых стволов 4х3 на поворотной тумбе, монтируемый на четырёхколёсной повозке или на палубе корабля. Могут быть 1-4-8 ствольные установки.
   Реальная эффективная дальность стрельбы РУ: Лг - 400 м, С - 600, Т - 800. Залпами - Лг - 600 м, С - 800, Т - 1000. Сосредоточенно, несколько залпов из нескольких установок Средних и Тяжелых - стрельба возможна на максимальную дальность. Ракеты в полете "подкручиваются".
  
   Ружья, револьверы и револьверные ружья/карабины Щиты-кирасы
        -- Гладкоствольное, 9-11 мм, осевой сдвижной затвор, ударник - куркового типа, с воспламеняемой бумагой или "прото-капсюлем" в торце или сверху упаковки (обертки) патрон-порох, в металлической прото-гильзе (трубке). Упаковка вдавливается затвором в камору и т.д. Через 20-30 выстрелов "легким движением руки" прочищается камора и запальное отверстие. Скорострельность: 6-10 выстрелов в минуту. Боезапас 120 .
        -- Нарезной вариант. Егерский тип.
        -- Полноценная гильза - ко всем вариантам карабина для вспомогательных частей.
        -- Кавалерийский и гренадерский карабин - барабан на 5 выстрелов, сменяемый для перезарядки. 5-11 барабанов в комплекте.
        -- Револьвер 5-6 выстрелов, 3 барабана. Для гренадер, офицеров и кавалерии (по 2)
        -- Гранаты ручные: 1 - малые ( Ґ фунта или 250 грамм), 2 - большие (3/4 фунта или 650 грамм). Пехота - 1 большая, 2 малых, Гренадеры - 6 малых, 4 большие.
        -- Митральезы - по системе Гарднера-Грюнера, двух-ствольные.
        -- Картечницы - системы Гатлинга.
   Сначала производили гладкоствольные образцы, дальность стрельбы оставлялась на будущее.
  
   Орудия артиллерийские: казнозарядные, для первых серий - гладкоствольные. Снаряды - с "уплотнительными" поясами. - в 87 (8-фнт) и 107 мм (14-фнт) калибра.
   60-фнт орудие Маиевского, 6 и 9 - дм. нарезные орудия казнозарядные.
  
   Создана классификация и рекомендовано разделение людей/командиров на психологические типы "исполнители" и "теоретики", с некоторой градацией по качествам. Подавление необоснованных претензий на "лидерство". Развивается военная психология. Зародилась промышленная психология и психология конструирования.
  
   Принят проект защиты "доклада" лучших выпускников - на 2-3 страницах, с изложением основного содержания в 10 строках - для первых 10 по успеваемости. При желании подает любой, но уже после оценки возможно "задержание в производстве".
   Предусмотрена выплата жалования в половинном размере при отсутствии на службе более 2-х месяцев, по болезни - после 6 месяцев, в соответствии с решением/заключением военно-врачебной комиссии.
   Есть возможное поле деятельности на ниве преподавания (военные герои и ветераны при наличии способностей - к таким рекомендовано проявлять особенный интерес), юридической, земской, научной и врачебной - после получения дополнительного образования по "особому льготному приему". Обратить внимание проверяющих на недопущение поблажек в обучении и предотвращении чрезмерных требований экзаменаторов.
   "...Приглашены на постоянную работу, с предоставлением возможности создания объединенного совместного предприятия в металлургии: Крупп, химики и врачи, Брук, Гатлинг - вот у кого гораздо лучше получается делать молотилки и сеялки, чем стрелялки, Портер, и в качестве консультантов Дальгрен и Эриксон. Ко всем секретам консультантов не допускали, и даже "контрактникам" показывали далеко не все разработки..."
  
  
   Глава 4 Гибель Империи (Австрия)
  
   ...ВОТ и 1847 год. Почему не 1848 год - так ведь у Героя есть "свой план". 20 лет передышки у России было. В некоторой степени подготовились. Вытянули тонкие нити железных дорог, имеем небольшое количество паровозов и пароходов. Немного - но своих. Подняли металлургию, немного машиностроение. Более важно - практически умерло крепостничество, люди перестают чувствовать себя рабами, много образованных и почти Ў - грамотные. Стали лучше одеваться, больше стало строиться домов, больше читают, учатся. Много меньше пьют и реже стали инфекционные поветрия. Почти нет голодающих, да к тому-же и неурожаи научились компенсировать. Появились у людей новые цели в жизни. Для многих мир будет, возможно, ещё 6-8 лет. А может быть, сможем избежать нежелательных осложнений. Не зря ведь восточные факультеты выдали перевод "Сунь-цзы": путь войны - это путь обмана. Можно выиграть, не начав воевать. Армия и флот. Два естественных и верных союзников России.
   Новым оружием снабжены "Учебная бригада", Гвардейская дивизия (почищенная от "фазанов" и "арбатских детей", "фазанам" оставили преимущество в чине, приставку "лейб-", безразмерные фуражки и блеск мундира в театре), Отдельная кавалерийская дивизия, 3, 5 и 6 пехотные дивизии, 4 и 7 артиллерийские бригады. В арсеналах собрано вооружения ещё на 3-4 дивизии. Мало, и оружие "новое" в основном на словах. Солдаты в частях обстрелянные, укомплектованы по последнему принятому штатному расписанию. Состав проверен в боях, правда, не против регулярных войск. То, что есть, на том и пишем.
   В течение 3 месяцев заменяем 2/3 испытанных войск Кавказской линии на части из Южного и Центрального округов. Из Столичного войска переместятся на "маневры", ближе к австрийской границе. В феврале все начинается. Формируем "Южный корпус" и с побережья у Махачкалы флотилия перевозит его в форт Перовский. Следующей очередью - запасы и кавалерийскую дивизию. Далее Аральское море - Сырдарья. Из Каспийской флотилии, командующий - капитан II ранга Н.А. Аркас, выделяются морские команды и разборные баржи и детали пароходов для сборкм на Арале. К моменту завершения основных перевозок подходят силы "Северного корпуса" и казачьи дивизия и пластунская бригада. И с этими силами - на Коканд, Бухару и Хиву. Цель - Туркестан. Если не мы, то через 10-20 лет придут "белые сахибы" с сикхами и гурками, из Индии. Ещё "они" называются "англичанинами". Войска поведут Киселёв и Муравьев. Командующий - Паскевич. На "горах" остается Ермолов. Вторым эшелоном пойдут ещё две пехотные дивизии и несколько казачьих полков. Из приданной артиллерии одна из легких артиллерийских бригад, с гатлингами и гарднер-грюнерами. И непременно один тяжелый арт. дивизион с воздушными-шарами-монгольфьерами. Как можно больше снарядов и воды в парках. В июне начнутся дипломатические игрища: протесты, угрозы, истерия газет, ноты послов. Остается только ждать.
   Осень 1847 года. Ноябрь. Туркестан, древний Туран, где был так славен шах Кавад, где бился доблестный Рустам, где Вис и Рамин пребывали - фактически наш. И повторюсь - если не мы придем, то кто? Где англы и прочие суетились, всегда - драчки и делёжки непрерывно.
   Где силой, где уговорами и подкупом, но основные города и крепости взяты. И потери не очень большие. Артиллерия и ракеты сделали своё дело. Немного останется партизан, но эту проблему можно решить только при налаженной торговле и улучшении жизни местных племен. Ждем вестей из Европ просвещенных. Проводится запланированная смена войск на части второй очереди. Наместником края назначается Ермолов. Наместником Кавказа и Таврии с Бессарабией, ныне Новороссии - продолжает быть Воронцов. Умеренный англофил, но имеет способности.
   Ноябрь продолжается. Телеграммы: в Швейцарии столкновения, перестрелки и демонстрации. В Братиславе открылся венгерский сейм...
   Январь 1848 года. Начало революции в Италии. Англия передала ноту "о недопустимости и т.п. и т.д.", да "прогрессивная общественность перед лицом неминуемого вмешательства...". Суета. Все суета.
   Февраль 1848 года. Революция во Франции. Волнения в Майнгейме, Мюнхене и Кёльне. Пруссия перед революцией. Вот-то у тов. Бисмарка забот прибавилось.
   Надо защищать своих "туристов" Указ о возвращении путешествующих. Разрешается привозить ВСЕ газеты. "Колоколу" и "Освагу" с "ГКЧП" разъяснять мотивы призывов революционеров и причины бунтов в своих выпусках.
   Март-апрель 1848 год. Венгрия восстала, В Вене восстание. Хорватия объявляет автономию. Время пришло. Англия аннексировала сикхское государство. Индия вся - колония. Ладно, держитесь братья-индийцы. Попробуем расшевелить угли борьбы.
   НЕ зря понемногу капали на венгров и хорватов, словенцев и чехов - вы такие-разэдакие, хорошие, и страну бы вам свою... Ох, вот ведь не зря заказы туда шли и мастеров приманивали. И наши агитаторы на заводах и в трактирах с людьми задушевно многие разговоры вели. Газеты разные печатали, ещё с 1844 года начали по автономии и объединению славян идеи набрасывать.
   Собрали Высший Государственный Совет. Вновь появился вопрос: "Что делать?". Собственно вопрос был не новым и что делать было понятно. Иметь под боком сильную Австрию было совсем нежелательно. В какой последовательности что делать?
   На предложение канцлера - оказать помощь, вспомнили о "проявлениях дружбы" во время Варшавского бунта и Турецко-Египетских событий. Нессельроде было предложено "немного отдохнуть". Новым канцлером через несколько месяцев был назначен Киселев. Морским министром - адмирал Рикорд. Образована Северная флотилия под командованием контр-адмирала Шанца.
  
  
  
   Глава 5 Венгерский поход
  
   Апрель 1849 года. Венгрия провозгласила независимость. Германские государства создали "малое объединение" и подавили свои революции. Австро-итальянская война, поражение Сардинии. Чехия провозглашает независимость под русским протекторатом. Теперь Венгрии следует дать гарантии независимости и передать многое из старого вооружения. Франции надо потихоньку объяснить, что Пруссия не вполне добрый товарищ, особенно когда разомнет стальные мышцы-пушки и вместо масла - паровоз. Не поверят французы, однако, вот ведь такой упрямый сухопутный гегемон Европы, в стадии надлома.
  
   Рассмотрим более детально некоторые события в Австрии и Венгрии:
   1 марта 1848 г. в Пожонь, где заседало венгерское государственное собрание, пришло известие о революции в Париже. 3 марта в собрании с пламенной речью выступил Кошут, потребовавший немедленного осуществления либеральной программы реформ, введения конституции и формирования ответственного перед парламентом правительства. Вскоре революция вспыхнула в Вене, Меттерних был лишён своих полномочий, а император Фердинанд пообещал австрийцам конституцию и гражданские свободы. 15 марта делегация венгерского парламента отправилась в Вену для передачи петиции, принятой на основе программы Кошута. В тот же день началось восстание в Пеште: под влиянием опубликованных "Двенадцати пунктов" Йожефа Ирини и "Национальной песни" Шандора Петёфи студенты и городская интеллигенция окружили административные учреждения города, освободили из тюрьмы М. Танчича и сместили муниципальные власти. Требованиями восставших в Пеште стали введение свободы печати, провозглашение равенства гражданских прав, создание ответственного правительства, ежегодный созыв парламента, введение всеобщего налогообложения и суда присяжных, освобождение крестьян и уния с Трансильванией. Восстание быстро распространилось по всей стране. 18 марта король Фердинанд V пошёл на уступки и назначил Лайоша Баттяни премьер-министром Венгрии. В правительство вошли такие видные деятели либерального движения, как Ф. Деак, И. Сечени, Й. Этвёш и Л. Кошут. Власть в стране перешла к реформаторам.
   11 апреля король утвердил реформы венгерской революции. Страна превратилась в конституционную монархию. Тем временем в этнических регионах Венгерского королевства также начались революции, которые быстро приобрели национальную окраску. В Хорватии баном стал Йосип Елачич, который развернул программу восстановления Триединого королевства и, при поддержке императора, создал собственную армию и потребовал независимости от Венгрии В Воеводине сербское национальное движение вылилось в провозглашение автономии и стычки с венграми. Словаки и румыны также выступили с требованием национальной автономии. Под влиянием Лайоша Кошута государственное собрание приняло решение о введении дополнительных налогов и создании 200-тысячной армии. Это решение было очень своевременным, поскольку после победы императорских войск над итальянскими повстанцами 25 июля в сражении у Кустоццы, положение двора значительно укрепилось и контрреволюция перешла в наступление. 31 августа король выпустил прокламацию, в которой венгры обвинялись в нарушении Прагматической санкции, и объявлялось о незаконности решений, принятых правительством и парламентом Венгрии в марте--апреле 1848 г. 29 сентября в битве у Пагозда в 40 км от Буды хорватские войска Елачича были остановлены венгерской армией и разбиты. Сентябрьский кризис был преодолён ценой превращения революции в войну за независимость.
   30 октября в сражении у Швехата венгры были разбиты войсками Альфреда Виндишгреца, а на следующий день Вена была взята штурмом. Война с Австрией стала неминуемой. 2 декабря император Фердинанд отрёкся от престола, на который взошёл его племянник Франц-Иосиф I, не связанный конституционными обещаниями своего предшественника.
   Главнокомандующим венгерской революционной армией Кошут назначит Артура Гёргея, талантливого полководца, пользовавшегося большим авторитетом среди солдат. Он ускоренными темпами начал обучение войск и подготовку к боевым действиям. Одновременно Комитет обороны занялся вербовкой рекрутов и организацией военной промышленности. К весне 1849 г. венгерская армия достигла численности 170 тысяч человек.
   Кошут в начале марта 1849 г. вновь вернул Гёргея на пост главнокомандующего венгерской армией. Это послужило переломным моментом в войне. Венгерским войскам Юзефа Бема опять удалось изгнать австрийцев из Трансильвании, освободить Банат и подавить контрреволюционные выступления сербов Воеводины. Тем временем основные силы армии Гёргея одержали ряд побед в рамках "весеннего похода" венгерской армии в междуречье Тисы и Дуная. Были взяты Комаром, Вац и Пешт. Буда была осаждена и пала 21 мая 1849 г. На волне побед 14 апреля государственное собрание приняло декрет о лишении Габсбургов венгерского престола и провозглашении независимости Венгрии. Кошут был объявлен правителем-президентом страны.
   В результате предварительных переговоров, тайно проводившихся ещё с 1844 года, с Кошутом была достигнута договоренность о создании независимой от Венгрии части Трансильвании. В местах проживания словаков, словаки и чехи объединялись в протекторат Богемия под покровительством России и Баварии (возможно - и Пруссии), а Румынская Трансильвания становилась Румынией Задунайской, и также находилась под покровительством Российской империи. Со своей стороны Россия признавала независимость Венгрии и оказывала снабжение вооружением и амуницией. Галиция и Буковина становились автономиями с покровительством России в районе проживания славян, а населенная венграми часть их переходила к Венгрии. В течении 20 лет предполагалось произвести переселения с взаимным обменом территорий. На территорию Трансильвании Румынской, Богемии и Галиции вводились части Русской Армии. Россия признавала Хорватию автономией в составе Венгрии.
   Поскольку переговоры в первый период проходят тайно, по получении согласия венгерской стороны, Россия входит на территорию Трансильвании, Буковины и Галиции с заявлением о защите прав, собственности и жизни славянского и румынского населения. Далее объявляется нейтралитет при признании Венгрии воюющей стороной, как аналог - подобный ход Англии в отношении Греции в 1824 году. Одновременно объявляется о подготовительной работе для обсуждений направления решений польских вопросов в отношении создания независимой Польши в областях с преимущественно польским населением.
   Передавались с последующей оплатой 80 000 ружей, 12 24-фунтовых орудий, 18 - 12фунтовых орудий и 28 - 6-фунтовфх орудия. Передавался соответствующий боезапас, повозки, палатки. Примерно четверть из этого вооружения передавалась румынам и словакам
   Из негативных сторон происходящего "нарушения равновесия в Европе" проявлялись следующие: переход Австрии в стан неприкрытых противников России, что значительно усиливало Пруссию. НО Пруссия получала свой "пряник" - лидерство в Германском Союзе. Произошло несколько сражений между войсками Австрии и Венгрии, установилось неустойчивое равновесие, Хорватия присоединилась к Австрии и была провозглашена "двуединая" Австро-Хорватская Империя. Англия под премьерством Джона Рассела, еще пока "вига" взяла на себя проведение переговоров между Австро-Хорватией и Венгрией. Россия и Пруссия между тем проводили свои переговоры, в ходе которых Россия дала понять, что не будет препятствовать Пруссии в организации правления Германским Союзом. Это привело к достаточно быстрому снижению активности Австрии против Венгрии под влиянием Пруссии и Баварии.
  
   Глава 6 Рождение Второй Империи
   С 1842 года неофициальные посланники Императора Николая I проводили переговоры и оказывали поддержку планам племянника Бонапарта. Голландия продолжала торговать и перевозить на своих кораблях грузы, датчане с подозрением смотрели на национальные шевеления немцев и движения прусских войск, Испания медленно углублялась в пучину внутреннего хаоса и упрямо отказывалась что-либо обсуждать с Российскими посланниками.
   Слабость итальянцев в ведении своей "освободительной борьбы" позволяли предположить о сохранении Австрийских владений и о возможном формировании союза с Англией. Противодействие могла оказать Франция, с идущим к президентству и в дальнейшем - к императорскому титулу Шарлем Наполеоном III Бонапартом, но ему ещё надо было утвердиться у власти.
   Тронотрясение в Европах постепенно начало уменьшаться. С некоторой задержкой произошли восстания в Сербии, Валахии и Молдавском княжестве, ничем определённым, впрочем, не завершившиеся. Вышли "призраки коммунизма" Маркса и Энгельса, на свет появилась новая, сформировавшаяся сила: социалистическое движение с коммунистической идеей.
   В декабре 1848 года прошли выборы президента Франции, которым, как и ожидалось, стал Наполеон III Бонапарт. Послом Н. Д. Киселевым было передано послание от Императора с предложением союза и сотрудничества.
   В следующем году нанес визит Президенту Франции и новый Канцлер Империи. Во время переговоров было предложено несколько подходов к образованию союза, последовало предупреждение о возрастающей опасности со стороны объединяющей Германию Пруссии, под покровительством Англии - для удержания Великобритании на пике славы и власти. Также были предложены условия о совместных действиях на Средиземном море и взаимная помощь при включении Италии под влияние Франции ив обмен на поддержку в решении проблемы проливов. Особых результатов добиться не удалось. Даже высказанное предположение о совместных действиях в Америке не нашло ответа.
   Из донесений исследовательского отдела Регистрационной комиссии: "В 1842г. спустили на воду первый винтовой корабль -- авизо "Ле Корс". Результаты испытаний "Ле Корс" оказались настолько обнадеживающими, что было немедленно начато переоборудование колесного пароходо-фрегата "Помона" в винтовой. С 1842 года начали поступать сообщения о проведении артиллерийских испытаний против защиты из железных листов, т. е. блиндирование или бронирование. В первую очередь исследования проводились в отношении эффективности новых идей и способов защиты бортов кораблей. Первые результаты были признаны не принесшими ожидаемого эффекта, хотя и заслуживали внимания. Отмечалось, что слои железа в 1 и 2 дюйма легко пробивались ядрами и производили много осколков, поражавших все находившиеся предметы за преградой. Также не оказывали выраженного сопротивления и листы железа с подкладкой из нескольких слоев дерева, равных по толщине борту фрегата или линейного корабля. Такие же слои железа препятствовали проникновению в цель бомб, хотя сами при этом частично разрушались. Повторные исследования и опыты проводились в 1846 и 1848 годах. Во Франции инженером-кораблестроителем С. Дюпюи де-Ломом подготовлен проект фрегата с железной защитой по ватерлинии и батарее с паровой винтовой машиной. Проект признан дорогим и преждевременным. Во Франции этот же инженер начал строительство винтового линейного корабля с паровой винтовой машиной. Заложенный в 1848 году, и вступающий в строй в 1850 корабль в 5050 тонн, с вооружением из 90 пушек, под парами мог развить 13 узлов. Угля кораблю может хватить лишь на 10 дней. Планируется построить несколько подобных кораблей. В Англии начато планирование переоборудования в винтовой паровой корабль "Санс-Парейль" и готовится к постройке корабль в 5000 тонн с 90 орудиями "Агамемнон". Проводятся опыты с нарезными орудиями".
   "... Так, гонка технологий началась. Наполеон для себя решил взять реванш и почтить дядюшку. Тем более - победа над "разрушителями держав и монархий" Европы. Если в прошлом будущем было "плохое письмо и ценности христианского мира", то сейчас нашли иной повод. Явные противники - Англия, Франция, Турция и Италия. Австрия через Венгрию не пойдёт, иначе может вмешаться Пруссия. И нет Австрии пока необходимости воевать с Венгрией, если Россию разобьют, то Венгрия сама сдастся. А что у нас в закромах?..."*
   *- Ibid.
  
  
   Часть 4 Испытания 1849-56
  
   Глава 1 Закрома Родины. Армия
   С 1832 года начали работу "опытные мастерские", руководили генералы Засядко и Шильдер, моряки Корнилов, Шанц, Казарский. Проектировались и испытывались "улучшенные" образцы орудий, ракетных установок, ружей.
   Начиная с 1846 года на оружейных заводах выпускались: улучшенные ружья - по 1000 штук в месяц; нарезные ружья - по 500; переделываемые из гладкоствольных в нарезные ружья - 500; нарезные барабанные карабины - по 400; револьверы - по 100; гладкоствольные барабанные карабины - по 600. В условиях военного производства по планам можно было выпускать втрое больше. Кроме этого, с 1844 года производились закупки нарезных ружей в Дании, Голландии, Англии и странах Германии - в общей сложности в год приобреталось 6000 штук.
   Производство пороха возросло с 1846 года до 600 тонн в год, при этом разделялись "ружейный" и "орудийный" (призматический) сорта порохов. Расход составлял при стрельбе солдатами - 10 выстрелов, из орудия - 5 выстрелов в год (2 на батарею), с общим расходом до 150 тонн пороха. Производство пороха можно было увеличить до 1200 тонн.
   В войсках имелось полевых орудий 6-фунтовых - 300, 12-фунтовых - 200, 18-фунтовых - 100, 24-фунтовых - 100. Единорогов (гаубиц) - 300, мортир пудовых - 200, трехпудовых - 100, пятипудовых - 100.
   Бомбических пушек: 8-дм - 200, 10- дм - 200, 14-дм - 50. Мортир 3-пуд - 100, 5-пуд - 50.
   Боезапас составлял по 150 выстрелов на орудие.
   В месяц могли производить 1/20 количества от имеющихся орудий.
  
   В военное время образовывались: Северная, Центральная, Южная и Восточная армии. До полной комплектации доводились части Кавказского, Туркестанского, Привисленского и Дальневосточного корпусов. При каждом округе и крепости образовывались "аэронавтические воздухоплавательные" команды, оснащенные небольшой газово-паровой генеративной установкой и тремя комплектами аэростатов. Командующим "воздухоплавательных" сил был назначен ВК Владимир Михайлович. В подчинении были назначены офицеры Кованько, Мациевич, Гринберг, фон Пален, из Пруссии на стажировку приняли гр. Цепеллина.
   Через 4-6 месяцев, при спокойном течении действий, укомплектовывались Архангельская, Поморская, Онежско-Финская, Курляндская, Виленская, Витебская, Минская, Гомельская, Киевская и Бессарабская дивизии (старого, сокращенного штата и вооружения, фактически части второй линии, имели по 12 6-фт, 6 - 12-фт орудий, 6 - 1/4пуд единорогов). Организационно сводились в корпуса по две дивизии с кавалерийским полком иррегуляров. При вступлении в действие предусматривалось усиление артиллерией - артиллерийской ротой и пехотной бригадой нового штата. Создавались Архангельская, Свеабогский, Ингерманландский, Ревельский, Очаковский, Крымский и Новороссийский укрепленные лагеря. Готовили оборонительные и противодесантные позиции. В состав входили по 1 пехотной бригаде старого штата, 1 строительной резервной бригаде, 1 дозорному эскадрону иррегуляров.
   Диспозиция армий: Северная: Район Нарва - Псков - Санкт-Петербург. По "открытым" сведениям - усиленное вооружение. Гвардейский корпус, Учебная бригада, 11 и 12 пехотные корпуса, 11 Арт. бригада, 1 кавалерийский корпус.
   Центральная: Николаев, Херсон, Перекоп. По "открытым" сведениям - двинется в Венгрию. 21 и 22 пехотные корпуса, 2 кавалерийский корпус, 21 Арт. бригада.
   Южная: Браилов, Бендеры, Яссы. По "открытым" сведениям - старого штата. 31, 32, 33 пехотные корпуса, 31, 32 Арт. бригады, 3, 4 кавалерийские корпуса.
   Восточная: Ростов, Мариуполь, Таганрог. По "открытым" сведениям - формируется и "проявится" в Туркестане. 41, 42 пехотные корпуса, 6 кавалерийский корпус, 41 арт. бригада.
   Резервный корпус - Мукачево, Ужгород (старого штата), 11 кавалерийский корпус.
   Резервная армия (Смоленск): Учебный корпус, 51, 52 армейский корпус, Егерская бригада, Осадная арт. бригада, 51 арт. бригада.
   Следует учесть, что многие из резервных частей фактически не имеют новых вооружений.
   "... Вот ведь что интересно: по сравнению с "моим" прошлым "мироощущением", множество людей, назначаемых на ответственные должности, фактически те же самые, но личностные проявления, возможно другие. Может быть у них тоже "провалы" были, вот и молчат. И помогают или вредят. Лозунг развития цивилизации: "За всеобщее перенесение сознаний! Изменим своё сознание, поставим наночипсы!" А кстати, почему бы и чипсы не придумать? Только запретить что-либо добавлять химическое. Так, химия-химия, вся... Гм, продолжать не надо. А вот о консервировании продуктов: мясо, фрукты, каши, овощи подумать надо. Пусть министр сельского хозяйства этим займется. Тем более - врачи микробов уже различать начали.
   ... Как там звучали изречения студентов: "- Актиномицеты бывают разные, есть активные, есть спокойные. И у всех есть тонкая-тонкая резиновая пленка. Называетмя поверхностное натяжение"... По способу окраски датчанин Г. Грам, к нам приехавший, предложил. От различных белков в стенке клеточной это зависит, но пусть сами микробиологию и биохимию развивают, тонкие методы изобретают. А вот бассейн для испытания кораблей и аэродинамическую трубу построить надо..."*
   *- Ibid.
   Для преодоления хотя бы части имеющихся препятствий были отправлены "экспедиции" на многие заграничные заводы для заказа образцов судо- и машиностроения, ознакомления с технологиями и привлечения мастеров и инженеров для работы на заводах и верфях в России.
   По проекту Дж. Эриксона, после переговоров и ознакомления с условиями согласившийся некоторое время поработать в России, он же пригласил и несколько инженеров с мастерами и опытными рабочими. По его проекту начали постройку двух малых "блиндированных" канонерок. В артиллерийском комитете числились "консультантами" Дальгрен и Брук, активно строились пермский орудийный и металлургический заводы.
  
  
  
   Глава 2 Закрома Родины. Флот
  
   Северная эскадра:
   1 ЛК и 1 Фрегат готовы, 1 ЛК и 1 Фрегат в постройке. 2 корвета, 2 паровые шхуны (позже их перечислят в клипера), 2 колесных парохода, 3 винтовых КЛ, 4 портовых парохода.
  
   Тихоокеанская эскадра:
   Владивостокский отряд: 1 линейный корабль, 1 фрегат, 1 корвет, 2 паровых шхуны, 1 пароход. Небоеспособны: 1 линейный корабль, 1 фрегат, 1 бриг.
   Аляскинский отряд: 1 линейный корабль, 1 фрегат, 1 бриг, 1 пароход, 2 паровых КЛ, 3 транспорта. Небоеспособны: 2 линейных корабля, 1 фрегат, 1 бриг.
   Летучий отряд: 1 фрегат, 2 паровых корвета, 1 бриг, 2 паровых шхуны,
   Петропавловский отряд: 1 фрегат, 1 пароход, 2 паровые КЛ, 1 бриг, 2 транспорта.
   "...При отправлении отряда Путятина на Дальний Восток, император прибыл на фрегат "Диана". После смотра и напутственных слов император отозвал капитана Лесовского и сказал" "Лесовский, ты умелый моряк и строгий. Матросы "дядькой Степаном кличут", строгий и заботливый. Строгость свою подсократи, переведи из жестокости в требовательностью Прошли времена линьков и палок, только для учебного отряда в начале службы осталось для совсем тупых, которых потом переводим в обоз или на стройки. Подумай, моряк..."*
   *- Ibid.
  
   Черноморский флот:
   12 линейных кораблей, в т.ч. небоеспособен 1. Фрегатов - 4, пароходо-фрегатов - 4, пароходов - 12, паровых КЛ - 8, Бригов - 3, корветов - 2, паровых шхун - 2, паровых транспортов - 2, транспортов - 6, мелкосидящих паровых буксиров - 9, паровых шаланд - 8.
  
   Укрепления Крыма: Перекопские батареи: 2 с вооружением каждой из 12 36-фнт, 8 - 6-фнт, 4 - 1-пуд. Единорог. У железнодорожных станций Гениченск, Джанкой, Мелитополь, Мариуполь и Бердянск - позиции для подвижных артиллерийских батарей и артиллерийских железнодорожных платформ. Подобные позиции** имеются у Симферополя (направления север- восток-юг, по обводной ветви дороги. Так же был прикрыт подход к Бахчисараю, построены слабые укрепления у Альминского прохода, Инкермана. У Балаклавы укрепления строились очень слабыми, по виду - недостроенные, на деле - демонстративные. Значительно более сильные укрепления: редут и две батареи, были построены на подходах со стороны Севастополя, но и они были оставлены в "полу-недостроенном" для любопытных виде. Основными проектировщиками были Шильдер, Тотлебен и Николай. С Южной и Северной сторон Севастополя было построено по 3-4 редута и 2-3 батареи. Береговая оборона соответствовала планам***. Были заготовлены детали и понтоны для наведения секционного наплавного моста через бухту, поступали понтоны для второго.
   **- Подобные позиции имеются у Новороссийска (порт и подходы), Николаева, Архангельска, Выборга и Ораниебаума.
   ***- Береговые укрепления - см в приложении. Отсутствовала Павловская и Николаевская батареи, заменённых бетонными батарейными казематами. Вооружение каждой батареи состояло из 18 36-фнт. пушек, 6 3-пуд, бомбических орудий, 12 1-пуд Единорогов и 12 мортир. Для противодесантной обороны имелось по 4 12-фнт., 4 6-фнт. орудий и 4 1/4 пуд единорогов. Предусматривалась возможность замены 36-фнт. орудий на большие по калибрам и размерам орудия (60-фнт.).
  
   Балтийский флот
   Линейных кораблей - 8, боеспособных - 6, фрегатов - 2, корветов - 4, бригов - 2. Имеется 4 пароходо-фрегата, 8 колесных пароходов, 6 паровых КЛ, 8 гребных КЛ, 4 паровых буксира.
   В постройке 2 паровых линейных корабля, 2 паровых фрегата, 2 паровых корвета, 4 паровые шхуны, 18 паровых КЛ, 6 пароходов.
   Укрепления Кронштадта, Свеаборга и прочих крепостей у моря соответствуют истории***.
   ***- Береговые укрепления - см. в приложении.
  
   Опытная Ладожская флотилия
   Броненосные батарейные плоты - 4, самоходные броненосные батареи - 2, броненосные самоходные форты - 4 (круглые, по схеме поповок), броненосные тараны-буксиры - 4 (по типу ironclad Cairo мистера Идса), специальные тараны (по типу Манассаса) - 2, минные транспорты - 3, минные паровые шлюпки - 6, подводные суда - 2.
  
   Днепровский отряд:
   Броненосные батарейные плоты - 2, броненосные самоходные форты - 2, броненосные тараны-буксиры (по типу ironclad "Cairo" мистера Идса) - 4, специальные тараны (по типу Манассаса) - 2, минные транспорты - 3, минные паровые шлюпки - 6, подводные суда - 2. Базирование - в Таганроге. Перестроенному пароходу "Эльборус" с подобными по виду "Бештау" и "Дыхтау" были приписаны к Новороссийску и активно перевозили различные грузы.
  
   Броненосцы и прочие типы
   Попытки строительства кораблей "нового рода" по велению императора начали производить с 1838 года. Первоначально были построены несколько шлюпок и барж из железа, полученный опыт и выгоды, продемонстрированные перевозчикам груза на реках, вызвали вал построек подобных барж. После постройки нескольких буксиров для Волги и Финского залива с кормовыми гребными колесами, начали проводить опыты с установкой на подобные суда орудий.
   Начальник штаба флотилии капитан I ранга Казарский и капитин-лейтенант Н. А. Аркас вспомнили о идее корабельного мастера Д. Массальского о буксировании орудийных плотов к Кронштадту для усиления обороны в 1788 году, глядя на пару неуклюжих "чистяковок". Проект нового батарейного плота составил инженер А. Гезехус.
   Машины строил завод купца Кудрявцева, Броневые заготовки изготовлял Обухов, с помощью инженера Пятова. Железо производилось на заводах Семеники и Полетики, Путилова.
   Для получения сведений о методах установки защитных листов железа и оценки способности сопротивления получившихся устройств к обстрелу, в 1844 году построили 2 плота, на которых в различном положении устанавливали броневые плиты. Толщину плит подбирали, основываясь на результатах экспериментальных обстрелов листов железа, проведенных сначала на Охтинском полигоне, а затем, по мере увеличения количества выпускаемого железа - и на Ладожском полигоне. Качество железа значительно возрастало из года в год, и к 1850 году почти сравнялось с лучшими образцами английских заводов.
   Строительство броненосных кораблей, в основном, началось после постройки самых главных направлений железных дорог первой очереди. На броню первых батарей и таранов пришлось пустить почти половину закупленного в Англии и Швеции железа и рельсов.
   На следующие два броненосных батарейных плота попытались поставить паровые машины от паровозов и гребные колеса на корме сооружения, но эффект был весьма незначителен, хотя в безветрие и на реке броневые батареи или броневые плоты, так начали называть плоты, могли передвигаться с очень небольшой скоростью в 2-3 узла. Из вооружения эти первые батареи имели 3 - 36-фнт. корабельных орудия и 2 12-фнт. пушки. Следующая пара несла по 3 60-фнт (196мм) орудия. Наклонная защита складывалась из 2-х слоёв железа по 1,5 дюйма толщиной каждого, уложенных перекрестом на деревянную подложку. Вертикальная часть бруствера была доведена до толщины 6 дюймов железа. Передвигать плоты предполагалось с помощью буксиров на канонерских лодках.
   Подобные плоты по присланным чертежам построили и в Таганроге, собирая их из привезенных деталей, изготовленных на Петрозаводском заводе.
   Следующими кораблями, из которых делали броненосцы, стали пароходы с уже хорошо налаженными в производстве машинами и кормовыми колесами: за счёт малой осадки они могли препятствовать действию десантов у берегов и могли препятствовать проникновению кораблей неприятеля в порты и на реках. Вооружение их состояло из 2 36-фнт и 4 12-фнт орудий. Тяжелые орудия располагались в носовой наклонной части каземата толщиной брони в 4 дюйма. Колеса прикрывались более тонким слоем, как и прочие стенки прикрытия. Сам котел и машина дополнительно укрывались слоем железа в один дюйм с тонкой подкладкой из дерева. Мореходность этих кораблей была крайне ограниченной. Попытки применить эти пароходы для буксирования линейных кораблей завершились полным провалом: у входа в Неву при попытке встать (или стать на?) буксиром-толкачом в корме старого фрегата, пришлось предпринимать несколько попыток. Наконец, буксир занял своё место, но маневренность оказалась абсолютно неприемлемой. При вытягивании судна на буксирном канате результаты были немногим лучше.
   Тем не менее, эти портовые броне-буксиры, как их в сердцах обозвал Николай, были построены для улучшения возможностей береговой обороны.
   Для предотвращения распространения сведений доступ к работам был ограничен мастерами и инженерами Петрозаводского металлургического завода, помощь оказывали инженеры-машиностроители, паровозостроители. Жандармскому управлению также пришлось весьма тщательно обеспечивать секретность работ. Всего в тайне сохранить не смогли. Но масса слухов о неудачах при испытаниях новых орудий и машин распространялась волной, сравнимой с цунами. И в этой волне тонули все ускользнувшие реальные сведения.
   Было построено три быстроходных колесных парохода-яхты в 100 тонн с очень небольшой осадкой. Скорость достигала 12 узлов, но удерживать её можно было только 2-3 часа. Во время одной из попыток форсировать давление в котле произошел взрыв и новенькая яхта "Каприз" погибла. На вопрос Казарского и Корнилова о применении их, последовал ответ: "Брандеры. Но, к сожалению, только в тихую погоду". На эти яхты ставили сначала шесты с деревянными бочками, затем железные бочки. Эти бочки вопросов не вызывали, было понятно, что это будут мины.
   Минами занимались очень серьезно, можно сказать минами бредили все - от матроса до командующего. Их испытывали на герметичность, сопротивлению течениям, надежность постановки и длительность сохранения боеспособности. Испытывались различные взрыватели, глубина постановки, подбиралось необходимое количество пороха заряда. На флотилии в 1846 году отделили "гальваническую" экспедицию, где занимались исследованием электрических явлений и решением вопроса изоляции "электропроводных жил". Вот и пригодились договоры о покупке каучука и проводимые работы в лабораториях химического университета.
   С палуб баркасов, буксиров и шлюпок отрабатывали способы быстрой установки мин. Случались и неприятности, малые и большие. Малые - это когда кого-либо придавит или собъёт за борт, или смоет. Большие неприятности - это трагедии: произошло несколько взрывов в лабораториях и при работе с минами. Постепенно, с ошибками и озарениями, нарабатывались опыт и знания, писались руководства и инструкции.
   Были придуманы "минные салазки" и направляющие под эти салазки, устанавливаемые на палубе. И очень похожие на монорельс. Следующим событием было изобретение лейтенантом Азаровым устройства для автоматического углубления мин на заданную глубину - "вьюшка Азарова". Был изобретен и растворяющийся предохранитель взрывателя.
   Глубину установки мин и количество заряда в мине исследовалось опытными подрывами мин у борта старых деревянных барж, фрегата, корветов и линейного корабля. Подрыв мин у линейного корабля был произведен с несколькими зарядами и на различной глубине. Наилучшие результаты получились при углублении снаряда от 2 до 3 сажен и заряде пороха в 4 пуда. Император, узнав о результатах, повелел увеличить заряд до 6 пудов пороха и количество взрывных контактов до 7. Делали мины из листов меди, которые помещали в просмолённые бочки: малые - с зарядом в 4 пуда, были конусовидной формы и весили 10 пудов, и большие - с зарядом 7 пудов пороха, были в виде бочки с коническими окончаниями и весили 18 пудов.
   В 1850 году к флотилии присоединились и два парохода, колесные, почти ничем не отличавшиеся от многих подобных. Внимание привлекала только высокая поднятая прогулочная палуба с носовой частью забранной наглухо и застекленной в корме. В этой, закрытой палубе стояли четыре подъёмника и 2 "одинарных салазковых" рельса. В погребе могло поместиться 60 больших мин, на палубе - ещё 20. Эти пароходики назвали "заградителями", в отличие от "минных маток" - барж, на которых могло храниться по 400 больших мин и 100 малых. Такие пароходы были сделаны для Ладожской флотилии и для новго, Днепровского отряда, созданного в конце 1851 года, и входящего в Балтийский флот. Командовать Днепровским отрядом, без объявления по флоту, был назначен вице-адмирал Чистяков, с последующей заменой егоВеликим Князем Константином Николаевичем. Начальником Штаба Флотилии стал капитан 1 ранга Лесовский, в основном для получения опыта и в последующем - для разворачивания работ на Дальнем Востоке.
   Появление винтового движителя определило дальнейшее развитие кораблей. Первыми винтовыми кораблями в Императорском флоте были: фрегат "Архимед", всё так же неотвратимо погибшего на камнях при аварии, винтовые шхуны "Дарго", "Колхида" на Черном море и винтовая шхуна "Камчатка" на Дальнем Востоке. К 1852 году количество винтовых судов увеличилось. Были построены несколько шхун, переоборудованных в паровые винтовые. Предназначались они для проведения океанских крейсерств.
   На Ладожской флотилии работу по исследованию винтов в качестве движителя начали проводить с 1832 года, сначала на шлюпках с ручным приводом, затем на шаландах с паровозными машинами. Большое значение в успешных продвижениях работ имели сделанные исследования К.А. Шильдера, взявшим на себя руководство и проведение экспериментов.
   Одновременно Шильдер разработал проект "потаенного судна". После нескольких обсуждений планов вместе с Императором, началось строительство. Разработали два типа судов: малых - в основном для обучения и отработки технических проблем, и большие - для боевых действий. Малая лодка по конструкции напоминала созданную в поздние времена лодку системы С. К. Джевецкого. В проектировании этих первых малых лодок принимал активное участие Карл Джевецкий. Таковых было построено 6 кораблей. Большая лодка представляла собой веретенообразное судно в 7 саженей длины (14 метров), 1,5 саженей ширины, с ручным приводом винта и возможностью переключения привода на цепной, туерного образца, движитель - но при таком переключении ограничивалась подвижность лодки. Поскольку лодка предназначалась для "позиционной борьбы в узких проходах", такое ограничение не было решающим. Несколько баллонов со сжатым воздухом и ручные насосы позволяли несколько раз (2-3) произвести осушение водных бортовых баков, при затоплении которых лодка погружалась. Носовой и кормовой баки служили для выравнивания лодки. В боевой башне был установлен наблюдательный прибор, который можно было выдвигать из башни на полторы сажени. Сама башня отделялась от корпуса люком, для выхода служил люк в башне и в корпусе лодки. Экипаж состоял из 6-7 человек. Погружаться могла лодка до глубины в 5-8 сажен, большее погружение признано было ненужным. В погруженном состоянии лодка могла находиться 3 часа, при работе экипажа - 1,5 часа. Вооружение состояло из двух шестовых выдвижных мин, 2 буксируемых мин и двух установок РУС-4, приспособленных для действия после нахождения под водой. Корпуса первых двух лодок были из меди. Вторую лодку начали строить после успешных испытаний первого образца. К сожалению, при одном из погружений в 1851 году произошла авария и экипаж погиб. После появления аккумуляторных батарей и электромоторы новой модели в 1852 году, созданных Якоби, была построена вторая партия лодок, в основном повторяющую первую. Когда в 1852 году моряков появились легкие надежные паровые двигатели, работавшие на керосине, было построено ещё две лодки, больших по размерам. И снова произошла трагедия - пожар и гибель лодки в 1855 году. Малые лодки первых образцов также потерпели несколько аварий.
   Из винтовых кораблей было построено несколько баркасов, позднее названных минными катерами. На них ставили небольшие паровые машины и вооружали минами. Более удачными и быстроходными, до 11-12 узлов, получились катера с корпусами из меди и бронзовыми легкими машинами-керосинками. Таких построили 4, столько же - железных. Ещё два баркаса было построено с двумя машинами и, соответственно, с двумя винтами. НО скорость их была невелика, хотя маневренность оказалась выше всяких похвал. Их переименовали в канонерские лодки и вооружили двумя минами и двумя 24-фнт орудиями.
   Необходимость в укреплении береговой обороны подтолкнула к постройке весьма странных "броненосных таранов". Эти суда были похожи на "притопленные необрезанные сигары". Вперед выдавался таран, над тараном, в скошенном каземате располагался порт 68-фнт бомбического орудия, за трубой, на платформе, скрытой верхним краем броневого борта стояли 2 Ґ пуд единорога, способные разворачиваться для стрельбы на оба борта. Судно вооружалось двумя минами и, было способно разогнаться до 11 узлов.
   Но гораздо более примечательными были корабли, плавучие форты - круглые суда системы кораблестроителя Александра Андреевича Попова. Краткая история их возникновения была такова: при обсуждении способов возможностей усиления береговых укреплений император задал вопрос:
   - А у какого судна будет самая маленькая осадка? - при этом задумчиво покручивая блюдце. На ответ, что "у круглого", был задан следующий вопрос:
   - Как может выглядеть плавучий форт с самой толстой защитой и самыми большими пушками? Подумайте. Вот мне, - продолжал государь,- представляется этакое блюдце с броневым кольцом-барбетом, в котором стоят эти пушки. И для перемещения этого форта надо бы дать ему машины.
   Спустя несколько дней Александр Андреевич представил эскизы и услышал: "Вот теперь и "поповки" у нас тоже будут". Корабли строились в две очереди, по два судна для каждой флотилии. У кораблей первой очереди прикрытие стояло вертикально, У второй - наклонные, от борта. Орудия были: 3 пуд (10,76-дюймовое) бомбовое и 60-фнт. (196-мм, 7,7-дм). Вторая серия имела откидывающиеся листы и навес для защиты от осколков и пуль. Последние корабли были достроены в 1853 году.
   Были заложены в 1853 году по 4 судна следующего типа - В Николаеве, под руководством Эриксона, и на заводе Берда - под руководством Портера. Это были новые проекты, уже под появившиеся 6- и 9-дюймовые нарезные орудия. Орудия располагались в большом каземате-батарее с наклонными стенками толщиной в 6 дюймов железа.
  
   Глава 3 Коалиция
   Англия в панике, кабинет Русселя после кризиса подал в отставку, новым премьером стал граф Дерби, Эдуард Джефри Смит-Стэнли. Угроза Индии, экономический кризис, смута в Австрии. Для восстановления сил и спокойствия нужна небольшая победоносная война. В переговорах среди клубов табачного дыма за плотными шторами, обсуждаются вопросы привлечения союзников:
   - Турция никак не сможет удержаться в стороне от назревающего конфликта. Очень надеется взять реванш за 1829 год.
   - Австрия и Венгрия обмениваются бумажными выстрелами нот и протестов. Австрия ничего не сможет предпринять. Пруссия проводит бесконечные заседания и консультации в Германском Союзе. Бисмарк сорвал банк, и ни в какие проекты не пустит Пруссию - до тех пор, во всяком случае, пока не освоит новое политическое богатство.
   - Но вот Франция представляет собой пример замечательного союзника, и Наполеон горит желанием в громкой победе отомстить за 1812 год. Эту возможность нельзя упускать. Надо заключать союз, как всегда - с лозунгом борьбы за свободу и демократию. Да, за свободу грабить и властвовать, за свободу быть господами, но мы не будем об этом провозглашать открыто. Те, кто не сможет нам противостоять - Vae victis (горе побежденным). А самых опасных врагов можно уничтожить, а завистливых и слабых временщиков - купить. Купленные предатели никогда не смогут войти в наши сферы, даже их дети и внуки будут считаться предателями, как бы они сами не противились этому, ковыряясь в своих предательских кучках.
   - Царь Николай, надо признать, совершил достаточно ловкие и своевременные для него действия: смог создать несколько новых заводов, успокоил крестьянство, наладил торговлю. Венгерский вопрос - как уж, выкрутился: и Венгрии помог, и Австрии "земли с населением сохраняет", бессрочно сохраняет, между прочим. И поход в Туркестан, в котором он опередил нас на два-три года, хорошо организован. По донесениям, там, в Туркестане большая часть наиболее обученных и хорошо вооруженных войск - около 300 000 солдат. Всего у русских осталось не более 600 000 солдат, дурно вооруженных. Флот слаб. Артиллерия неплоха, но очень много малых калибров, ружья практически все древние. Масса офицеров ничего не знает кроме парадов и услужения начальству. Интенданты весьма нечисты на руку.
   - Бенилюкс и скандинавы стали чрезмерно ленивы и погрузились в торговлю, с этой стороны ничего предпринять нельзя. Хотя право пользования они нам предоставят без звука: ведь слава доброго Нельсона, без затей произведшего "копенгагирование", уже превращается в легенду.
   - Россия превратилась в "больного человека Европы", Колосс на глиняных ногах.
   - Так уже говорил Наполеон!
   - Он ошибся. А мы - нет.
   -Итак, что мы можем выставить против России?
   - В общей сложности Франция может выставить до 200 000 солдат, Итальянцы Сардинского королевства - 20 000, Добровольческие отряды испанцев, австрийцев по 5 000, Турецкая армия в первой линии - 160 000 солдат, и во второй - 120 000. Наши войска - до 40 000 штыков. Но наши силы не должны бросаться в бой без оглядки. Нам надо защищать Индию.
   - Что по флотским делам?
   - По докладам Адмиралтейства, мы можем выставить против России от 35 до 45 линкоров, 35 фрегатов, 2-3 винтовых корабля и более 20 пароходо-фрегатов. Не считая более мелких судов и транспортов. Франция может вооружить 16-18 линкоров, в т.ч. великолепный "Наполеон", 10-12 фрегатов, до 20 различных военных пароходов. Сардиния может организовать выход 2 линкоров, 2 фрегатов, 3-4 пароходов, но большого боевого значения эти корабли иметь не будут. Их лучше оставить на Средиземноморье, для сопровождения наших транспортов, если русские отважатся хоть на какие-то действия.
   Против островов, Архангельска, Аляски и Камчатки определены эскадры, по 2-3 фрегата, 2 парохода и 2-3 шлюпа. Имеющиеся у русских линкоры: в Архангельске - в постройке, невооружены, 2 парохода и 2 брига неисправны и стары; в Ново-Архангельске - из 6 линкоров 3 старые и разоружены, 2 - неисправны, 1 - во Владивостоке с 2 фрегатами и бригом. В Петропавловске - 1 фрегат, пароход и бриг. На Ситке отстаиваются 1 фрегат, 2 корвета, 1 бриг. Все корабли требуют ремонта. Исправны 2 парохода и 3 военных шхуны, но они имеют очень легкое вооружение...
  
   В начале 1852 года в Париже состоялся Высший Военный Совет коалиции.
   - Какова же будет наша стратегия? - вопрос задал присутствовавший император всех французов.
   - Есть три основных направления, позволяющих решить задачи войны, - начал отвечать маршал Сент-Арно, - первое: высадка в Финском заливе и взятие Петербурга. Город сильно укреплен, для его защиты сосредоточены лучшие войска. Не уступающие, а быть может и превосходящие те части, что действуют в Туркестане. На Балтике мы лишаемся помощи турецкой армии и подвергаемся опасности воздействия длительных холодов;
   второе: на Бессарабию и Подолию, к Киеву, вспомогательное направление - на новые заводские районы; Николаев и Луганск. Недостатки этого направления следующие: при отдалении от побережья значительно затрудняется снабжение, войска оказываются среди недружественного населения. Большое значение приобретает и факт возникновения частых инфекций. К тому-же, движение на Николаев является расходящимся направлением, что противоречит основам военной науки;
   третье: Атака Крыма и взятие Севастополя. Занятие сильной крепости у моря показывает слабость России, лишает её флота, собственно Крыма и Кавказа, ликвидируются приобретения в Азии, в дальних морях. Восстанавливается, или выстраивается более удобная нам, союзникам конфигурация границ и интересов в Восточной Европе.
   - Да, это наиболее подходящий план действий, согласился лорд Раглан, командующий экспедиционной английской армией. Как сказал Пальмерстон: "Мы имеем неплохой шанс завершить "Большую Игру" с Россией".
  
   Решение принято, кости брошены, камни собраны. Газеты сообщают о подходе частей в порты, погрузке их на транспорты. Множество иллюстраций с рисунками бравых солдат, моряков и кавалеристов. Грозные корабли, горы запасов - трепещите враги. Сдавайся Русь.
  
  
   Глава 4 Планы
   На одном из заседаний "Особого высшего комитета", происходившего после какого-то из очередных новогодних праздничных балов 1852 года, так же был рассмотрен и вопрос вероятных неприязненных действий Коалиции. Александр высказал предположение, что Пруссия захочет забрать наиболее развитые промышленные районы Моравии и Богемии в "германском" понимании экономико-национальной принадлежности с преимущественно немецким населением, но поскольку-постольку эти бывшие герцогства самоназвались Чехией и Словакией, и решили быть под Русским покровительством, то представляется необходимым дать заказы для фабрик и заводов этих бывших провинций Австрии. Пруссия же затем, не без финансового участия англичан, попытается присоединить Шлезвиг-Гольштейн и другие провинции Дании. Затем возможно объединение Германских государств и получение очень сильного континентального противника.
   - Да, это так и произойдет, скорее всего.
   - После укрепления Пруссии в Европе она пойдет на помощь Австрии и в попытке реставрации может потребовать возвращения Трансильвании и попытается силой вернуть Чехию и Венгрию - а это, в случае успешного исполнения, поставит нас перед лицом двух сильнейших объединённых держав Европы.
   - Этого допустить нельзя. Хотя этот вопрос вряд-ли поднимется ранее, чем произойдет нападение Коалиции. Следовательно, пока необходимо помочь сформировать правительства Чехии и королевства Венгрии.
   - А ещё у нас появились и быстро возрастают сложности в успокоении активности взбодрившейся Великой Порты. В Албании, Боснии и Герцеговине - бунты, подавляемые башибузуками, непомерные налоги и притеснения христиан. Очень сложное положение в Сербии и Болгарии.
   - Мы можем посмотреть на желание образования Трансильвании Румынией снисходительно, но этим обещанием крепче привязать к числу наших доброжелателей.
   - Наполеон в противовес ослабевшей Австрии будет поддерживать Сардинское королевство, у которого тоже немаленькие претензии к Австрии и прочим итальянским государствам.
   - Да, расклад своеобразный.
   - Но Наполеон весьма неприязненно настроен против Вашего Величества, и при случае - а это война или с Австрией или с Турцией, или на Балканах что-то произойдёт - может создать сильную коалицию против России.
   - Увы, это так.
   - Но если допустить даже невероятное, они могут попытаться отнять Крым, Кавказ и даже, при нашей слабости - формально воссоздать Польшу и создать Княжество Литовское, с Литвой и Украиной...
   - Нет, это просто нереально, для этого следует перебить всех здравомыслящих дворян, большую часть русских, белорусов и малороссиян.
   - И иметь слабую экономику, расшатанные финансы, задавленный, нищий и поэтому равнодушный народ, управляемый предателями. Но ведь среди нас все заинтересованы в процветании России, не так ли?
   - Да. Нет среди нас помеченных печатью на лбу горбатых, рыжих, рябых и кривопалых, шушковатых кравчатых и прочих? Нет. Это хорошо.
   - Значит, будем работать. Давить тупых и жадных чиновников, ленивых дворян, жуликоватых купчиков, возомнивших себя чем-то вроде владельцев лужков и рублевок.
   Присутствующие рассмеялись, напряжение уменьшилось. Начали намечать конкретные действия.
   Неприятель может выставить против нас на Балтике до 100 000 солдат, 200 орудий и флот, скорее всего английский с небольшой французской эскадрой: 15-20 линейных кораблей, 8-12 фрегатов, 20-30 транспортов. Из пароходов будет около 20 колесных, небольших, 10-12 пароходо-фрегатов, несколько винтовых фрегатов. На Черное море, скорее всего, выставят вдвое большие силы. Добавятся армии Турции и Сардинии, а это ещё 200 000 будет. И везде гадить будут, острова в океанах занимать. Атакуют Архангельск, Владивосток, Камчатку и Аляску.
   - Где ожидать основной удар?
   - Скорее всего, пойдут на юг. Бессарабия, Одесса, Киев и Николаев. Возможно, могут атаковать Крым, Севастополь. Турки ещё будут атаковать Кавказ. Бессарабское направление для Коалиции выгодно ещё и отсечением от России Чехословакии и Венгрии.
   - Скорее всего, Севастополь. Сразу все проблемы решает. Или сразу на Крым или могут вдоль побережья пройтись, через Николаев и Перекоп, прервать снабжение.
   - А Балтика?
   - Этот театр не будет главным, нет ни дорог, ни портов больших. Даже при высадке десанта в Лифляндии или у Ревеля, в дальнейшем нет цели: или линию крепостей в глубине прорывать, по направлению к Польше. Либо вновь идти мимо крепостей к Петербургу. А для этого сил будет недостаточно. Прямая атака блокируется Кронштадтом.
   - Могут взять Бомарзунд, Або. Свеаборг под атаку попадет - и это только в первую кампанию.
   - Постараемся до второй кампании дело не доводить, хотя мы вполне можем на внутренних резервах два-три года держаться. Ведь в основном у нас экономика внутренний оборот имеет.
   - Как армия планирует действавать, Иван Федорович?
   - Активно! Ура! В штыки! Бей басурманинов!
   - Всё-бы Вам шутить, господин начальник Главного штаба.
   - Извините Ваше Величество. Недопонял.
   - А по существу проблемы?
   - Как неоднократно мы уже обсуждали, самый неприятный образ действий неприятелями для нас, полагаю, - это высадка у Одессы или Херсона с последующей атакой Николаева. После захвата Николаева воспоследствует занятие Крыма с правильной осадой Севастополя. Быстрый штурм противники применять не будут, не их метод и славы много не получить. А ведь они будут уверены в своих силах, и спешить им будет некуда. Это в худшем для нас случае, повторюсь. Отвлекающим, диверсионным направлением будет движение отдельного корпуса или усиленной дивизии к Полтаве или Киеву с занятием угрожающей позиции для препятствия поворота нашей Южной Армии у Бендер. Против Бессарабии и на Кавказе будут действовать в основном турки. Южная Армия становится в полуокруженное состояние. Необходимо в таком случае быстро перебросить Западную Армию и с частью сил Южной Армии отбросить неприятеля, не позволяя продвигаться на Николаев угрозой флангового удара. Но убирая Западную Армию, мы оголяем Галицию и всю Трансильванию, ослабляем Венгрию и, вероятно, можем способствовать появлению беспорядков в Привислинском Крае. Но это маловероятно - основные смутьяны обессилены, крестьяне приняли наши новые приемы хозяйствования.
   - А вот если двинуть только артиллерию и половину пехоты Западной Армии и добавить немного от Северной и Резервной Армий?
   - Части разные, нет привычности к совместным действиям. Рискованно.
   - Значит всё-таки юг... Перебросить парки, магазины и ремонтные депо поближе. У нас еще несколько месяцев. Призвать внеочередной рекрутский набор. Сформировать из них в лагерях Северной и Западной армии "запасные учебные" дивизии, пусть учениями видимость движений полков создают. Продумайте детали. А по надобности, мы и линейные части перебросим куда надо. Когда возвращается Восточная Армия? (Этот вопрос задаётся уже по привычке, всё давно просчитано. Даже начало действий - не в 1854 г., а в 1852).
   - Первые эшелоны подойдут к форту Перовский через 3 недели. Сосредоточение Армии у Ростова завершится к середине июня.
  
   Через неделю, в Адмиралтействе.
   - Вопросы взаимодействия с Армией обговорили? На короткие стажировки в полки и на корабли отправьте по несколько офицеров. От командиров батальонов, до командиров бригад. Пусть совместят знакомство с кораблями и с армией как новым видом отдыха.
   - У нас ведь такие стажировки давно проводятся, если только из вновь сформированных...
   - Какие действия будут предприняты флотом, Александр Сергеевич?
   - Для первого этапа предусмотрено выведение в открытое море части сил Северной флотилии - изначально в Мурманский залив, где уже создана подвижная база с запасами. Тихоокеанской эскадрой выделяется три отряда для самостоятельных действий. Все командиры отрядов имеют планы действий и знают районы встреч с судами снабжения, к которым для скрытности, причислены несколько шхун и пароходов. 3 парохода и 6 шхуны вооружены, числятся в списках нашего флота как океанские крейсеры. Проведены работы по приведению их в наиболее незаметное состояние для внешнего взгляда, будут плавать как "нейтральные". Индийский и Средиземноморский отряды уходят к берегам Бразилии и Испании. Для первого этапа действий выделено 8 транспортных шхун, зафрахтовано 14 барков и бригов. Груз - уголь, провиант, паруса и снаряды. Один транспорт может поддержать снабжением нескольких кораблей 4-5 загрузками.
   Всего в океан выйдут 5 групп, в составе каждой: фрегат, корвет, пароход, 2 вооруженных шхуны и группа района снабжения - 3-4 транспорта. При известном везении группы смогут действовать в течение 4-8 месяцев. Для укрытия могут быть использованы нейтральные порты. Основные цели - торговые суда Атлантики, Индийского океана. Общее указание - щадить американские, голландские и шведские суда. Как и датские. Груз, принадлежащий противнику, выбрасывать с этих кораблей или корабли задерживать до разгрузки. Командам и капитанам обещаны призовые. Для более внушительного воздействия на морские торговые пути будет выведено 3 атакующие группы: из Архангельска, все группы состоят из 1 линейного корабля, корвета и брига, Средиземноморский отряд, уже находящийся в Кадисе, и из Владивостока.
   На Дальний Восток идут 3 транспорта с грузом оружия, паровых баркасов, мин и листов железа для постройки во Владивостоке и в Ново-Архангельске защищенных пловучих плотов и защищенных буксиров. В Ново-Архрнгельске и Владивостоке построено, точнее перестроено по одному подобному буксиру, строятся минные цеха. Секретность удалось пока сохранить, строим-то в отдаленных местах. Имеется, с учетом перевозимых: 80 больших мин, 60 малых.
   На Балтике планируется вести морские действия у побережья, против возможных атак Кронштадта, Свеаборга и Ревеля. Выборг, Або и Рига прикрыты небольшими батареями и имеют армейские гарнизоны. Бомарзунд - недостроен, имеет 30 орудий и роту пехоты. Оборонять длительно не имеет смысла. Для усиления крепостной артиллерии имеются планы выставления заградительных мин - у Кронштадта - с севера и юга две линии по 80 мин, 50 мин - планируется поставить после определения неприятельских курсов и стоянок. Мины поровну, малые и большие. 50 мин и потаённые суда - в устье Невы, 50 мин больших и 100 мин малых - в резерве. У Ревеля - 50 мин больших и 50 малых мин. У Свеаборга - 60 больших и 80 малых мин, запас - 60 мин. Малые мины будут ставиться из расчета действия против разведывательных и десантных судов, в узких местах. Для поддержки батарей и охраны заграждений нужны канонерки, которых чрезвычайно мало. Вероятно, что неприятель будет проводить рекогносцировки и обстрелы с применением своих канонерок. Для нападений на отдаленные дозоры и слабые отряды создается три группы кораблей: 2 в Кронштадте и 1 в Свеаборге: 1 фрегат или линейный корабль, 2 пароходо-фрегата, 1 корвет и 1 пароход. Для прикрытия этих отрядов в главных крепостях театра имеется по отряду исправных линейных кораблей в составе 3 корабля в каждом отряде с приданием 3 малых пароходов. Строящиеся и переделываемые в паровые линейные корабли будут готовы: "Выборг", "Константин" - к весне 1853 года, "Гангут" и "Ретвизан" к осени 1852 года. Действия кораблей Ладожской флотилии будут определяться обстановкой.
   По Черноморскому флоту: корабли "Босфор" и "Цесаревич" оснащаются машинами и будут готовы к осени 1852 года, винтовой фрегат "Волкъ" будет готов весной 1853 года. Минные заграждения планируется установить перед Балаклавой, Николаевом и Новороссийском. Дальнейшие заграждения будут уточняться обстановкой и приказаниями Корнилова. Эскадра под начальством Нахимова имеет приказ - сорвать десантирование на побережье Кавказа турецких сил. Эскадра действует поочередно двумя отрядами, по 5-6 кораблей с 1-2 фрегатами и 2-3 пароходами. После вхождения в море флота неприятелей и определения места высадки дальнейшие действия будут уточнены. Днепровская флотилия продолжает сосредоточение и обучение в Таганроге.
  
  
  
  
   Часть 5 Крымская война
   И всё-таки она началась...
   Глава 1 Парус и пар
   29 февраля 1852 года страны-противники России предъявили ультиматум с требованиями: Вывести войска из бывших владений Австрии, освободить Бессарабию для создания Румынии, под контролем англо-французской комиссии и автономной в составе Османской империи. Также требовалось оставить Кавказ и Туркестан, Дальний восток и Аляску. Ответом был помещённый в маленькой газетке, в нижнем уголке мелкий текст, в котором извещалось, что при вхождении в акваторию Черного моря военного корабля какой-либо страны, эта страна становится воюющей по отношению к России. Эта газета была вручена послам и министрам всех "заинтересованных" стран. Венгрия была объявлена "воюющей стороной", по аналогии объявления Англией восставшей Греции в 1827 году. Турецкому султану было передано послание с призывом не рушить худой мир, который лучше доброй войны.
   По сообщениям лазутчиков, армейских и морских, так и проходящих по ведомству жандармского управления, стало известно о больших работах по созданию лагеря на побережье у Варны. Происходили перемещения войск в Валахии и Дорбудже. На Кавказе больших изменений в активности шаек мелких разбойников не было, были перехвачены несколько турецких караванов с оружием и задержано несколько фелюг. Пришли телеграммы о выходе турецких караванов 11 марта из Босфора, ещё через две недели пришли сообщения о выходе английских кораблей из Ла-Валетты, французских - из Тулона. Через две недели вышли корабли и из Портсмута и Бреста.
   Турецкие корабли вышли из Босфора, сопровождая караваны транспортов с армейскими частями и запасами. Одна часть судов двигалась к Синопу и Трапезонду, другая - к Варне и Сулину. Днем караваны были обнаружены русскими корветами и шхунами. Наблюдатели не старались сблизиться.
   2 апреля, в 10 милях от мыса Пицунда фрегат, шедший под командованием капитан-лейтенанта Скоробогатова, был атакован тремя турецкими пароходо-фрегатами ("Таиф", "Фейзи-Бахри" и "Саик-Ишаде", суммарное вооружение 34 орудия) под командованием адмирала Мустафы-паши, имевшими орудия калибром до 60 фунтов. В общей сложности корабли противника имели 4 10-дюймовых орудий, 8 36-фунтовых, 22 18-фунтовых и 900 человек экипажа. Встретившись с "Флорой", турецкие корабли направились к её носовой части и открыли огонь, но фрегат уклонился под ветер и не допустил поражение продольным огнём неприятеля. Выполняя этот манёвр, фрегат повернулся к неприятелю левым бортом и открыл батальный огонь, длившийся около двадцати минут. Из-за меткости огня с русского корабля, турецким пароходам пришлось прекратить стрельбу и отступить. Отошедшие пароходы сошлись для совещания, продолжавшегося 10 минут. Скоробогатов воспользовался этим временем, чтобы заделать пробоину и занять первоначальное положение. После совещания пароходы возобновили атаку. На вторую атаку "Флора" ответила повторением первого манёвра и батального огня с того же левого борта. На этот раз огонь продолжался 30 минут, по прошествии которых турецкие корабли вновь отступили. Они повторяли нападения с 2 до 6 часов, после чего отошли и оставались вне пределов досягаемости до рассвета, а "Флора" направилась к берегу.
   На следующее утро на фор-брам-стеньге "Таифа" -- одного из турецких кораблей -- был поднят вице-адмиральский флаг. В половине шестого в четырёх милях от берега показалась русская шхуна "Дротик" с выкинутыми веслами. Два парохода неприятеля пустились в погоню, а адмиральский корабль продолжил преследование "Флоры". Увидев, что шхуне угрожает опасность, капитан Скоробогатов решил атаковать преследовавший его пароход, чтобы заставить остальные два парохода оказать ему помощь и прекратить преследование "Дротика". Пароходы действительно вернулись, чтобы оказать помощь адмиральскому судну. Поскольку все три парохода держались рядом, "Флоре" удалось добиться нескольких попаданий. К девяти часам утра пароходы отступили.
   Бой проходил в условиях маловетрия и русский фрегат имел всего полтора-два узла хода. За время боя с "Флоры" было выпущено 437 ядер. Фрегат получил две надводные пробоины, среди экипажа потерь не было. Связано это было с плохой, слишком торопливой стрельбой турок и с тем, что их выстрелы были, главным образом, направлены на повреждение такелажа, с целью лишить русский корабль возможности маневрирования. В основе этого успеха, с одной стороны лежала хладнокровная распорядительность и мужество капитана Скоробогатова, храбрость и знание дела его команды, с другой -- неудача английского советника и турецкого адмирала, не сумевших воспользоваться ни преимуществом паровых кораблей.
   По получении условного шифрованного телеграфного сообщения, эскадра в составе 4 линкоров и 2 фрегатов при 1 пароходе вышла в море и в течении нескольких дней крейсировала от Анапы до Балаклавы, прикрывая переход нескольких пароходов из Азовского моря в Одессу. Из этих кораблей в Одессе остались только "Эльборус" и пароход "Эльптидифор". Остальные ушли в Николаев. 2 апреля из Таганрога пришли в Севастополь 4 транспорта, ушедшие в Стрелецкую бухту. Потом, в течение недели в бухту Севастополя приводились странные понтоны и плашкоуты. На вопросы любопытных матросы с привычно унылым лицом - о как всё это надоело, по сто раз рассказывать, сообщали - краны это новые, паровые, из Ростова. Любопытство быстро утихло.
   4 апреля пароход "Бессарабия" захватил турецкий грузовой пароход "Меджари-Теджарет", от команды которого русские моряки узнали, что в Синопе стоят 3 фрегата, 2 корвета и 1 транспорт.
   Эскадры продолжали по-очередно бороздить море, только теперь район их крейсерства был у турецких берегов. Было захвачено несколько бригов и шхун.
   5 апреля. Встреча в море эскадр Нахимова и контр-адмирала Ф.М. Новосильского. Отослав Новосильского в Севастополь поврежденные бурей суда - 1 линкор и бриг, вице-адмирал пошел к Синопу с объединёнными силами - 5 линейными кораблями, 1 фрегатом и 1 пароходом.
   7 апреля. Эскадра встретила углевоз без флага. Капитан утверждал, что на борту уголь немецкой компании. Нахимов отпустил судно к Синопу. Осман-паша у мыса Керемпе встретил оставленный там для крейсирования русский фрегат "Кагул". 4 турецких фрегата погнались за "Кагулом". Командир этого фрегата капитан-лейтенант А.П. Спицын рискнул, несмотря на сильный ветер, поставить все паруса и оторваться от турок, которые преследовали его почти 2 суток.
   17 апреля произошел бой, первый бой пароходов, встретились пароходо-фрегат "Владимир" под командованием капитан-лейтенанта Г.И. Бутакова и турецкий военный пароход "Перваз-Бахри". После трехчасового боя, при грамотном тактическом маневрировании русского судна, турецкий пароход был захвачен. Несмотря на серьезные повреждения "Перваз-Бахри", русские моряки смогли довести его до Севастополя. Вице-адмирал В.А. Корнилов также находился на "Владимире" во время боя.
   20 апреля. Русская эскадра подошла к Синопу, через перешеек были замечены мачты 4 больших судов, стоящих на рейде. Налетевший шторм отогнал русские корабли в море, и некоторые из них сильно повредил. В это время эскадра Осман-паши разминулась с Нахимовым и прошла в Синоп. Экипажи турецких кораблей были так изнурены штормом, что несколько часов не могли убрать паруса.
   22 апреля. Нахимов отправил на ремонт в Севастополь корабли "Храбрый" и "Святослав", и фрегат "Кулевчи". С ними ушёл пароход "Бессарабия" с донесениями. С оставшимися 3 кораблями ("Императрица Мария", "Чесма" и "Ростислав") и бригом вице-адмирал двинулся к Синопу, чтобы уничтожить стоящий там отряд. В этот же день фрегат "Кагул" доставил сведения о турецкой эскадре Новосильскому, который крейсировал у Севастополя, но тот вместо помощи Нахимову вернулся на главную базу. "Кагул" направился обратно на свой пост.
   23 апреля. Приблизившись к Синопу на 2 мили, вице-адмирал обнаружил там значительно большие силы - 7 фрегатов, 2 корвета, 1 шлюп и 2 больших парохода, все под прикрытием береговых батарей. Из 6 существовавших в Синопе батарей было обнаружено только 5. Нахимов принял решение блокировать порт до прибытия подкреплений, так как даже 5 батарей по интенсивности огня стоили целого линейного корабля и создавали перевес сил в пользу турок.
   24 апреля. По приказу Меншикова Новосильский вышел из Севастополя на помощь Нахимову с 5 кораблями, из которых 2 дали течь и вернулись.
   28 апреля. Новосильский с 3 кораблями - "Париж", "Три Святителя" и "Великий князь Константин" - присоединился к эскадре Нахимова, усилив её вдвое. Вернулся также с поста фрегат "Кагул".
   29 апреля. Пришёл фрегат "Кулевчи" и доставил Нахимову предписание Меншикова по возможности щадить город Синоп, чтобы не дать европейским странам повода к войне. Нахимов, опасаясь подхода к противнику подкреплений, решил на следующий день дать бой. В 10 часов утра на флагманском корабле "Императрица Мария" собрались командиры кораблей, которым вручили диспозицию и приказ на сражение. В этот же день из Севастополя отправился к Синопу Корнилов на 3 пароходах: "Одесса", "Крым" и "Херсонес". Они дошли до Синопа только в конце сражения.
   Синоп делился на 2 части - окружённую крепостной стеной турецкую за молом (западная половина), и греческую за судоверфью (восточная половина). Во время атаки русского флота турки бросили свою часть города, а греки остались, считая русских друзьями. Поэтому горящие обломки кораблей, летевшие на город, вызвали пожар только в обезлюдевшей турецкой половине. В своем предместье греки их вовремя тушили. С моря город защищали 6 артиллерийских береговых батарей: N1 на мысе Боз-Тепе, 6 орудий; N2 на пути от мыса к реке Ада-Киой, 12 орудий; N3 в 1 км западнее, 6 орудий; N4 у греческого предместья, 8 орудий; N5 у турецкой части города, 6 орудий; N6 на мысе Киой-Хисар, 6 орудий. Часть этих пушек устарела, но они могли стрелять калёными ядрами, вызывающими пожары и взрывы на деревянных кораблях. Положившись на них, турецкий адмирал Осман-паша не усиливал батарей орудиями с кораблей.
   Готовые к бою военные корабли стояли на 10-метровой отметке глубины полумесяцем, обеспечивающим перекрёстный обстрел любой эскадры, входящей на рейд. Пароходы и транспорты стояли во второй линии. Эскадра стояла носом на восток, в сторону Кавказа, куда Осман-паша направлялся с десантом. Он имел приказ оставаться в бухте, пока не установится хорошая погода.
   Переночевав в 10,5 милях к северо-востоку от Синопского перешейка, русская эскадра в 7.15 построилась в 2 колонны: правую повёл Нахимов на флагмане "Императрица Мария", за которым следовали "Великий князь Константин", "Чесма" и фрегат "Кагул". Левую колонну ("Париж", "Три Святителя", "Ростислав" и фрегат "Кулевчи") вёл Новосильский. Был туман, моросил дождь, который в 16 часов перешёл в сильный ливень.
   В 9.45 после сигнала "Приготовиться к бою" команды пообедали. В 10.30 пробили тревогу, каждое орудие зарядили 2-3 ядрами. На рейд вступили около 12 часов. Первый выстрел дал турецкий флагман "Ауни-Аллах" в 12.28. Батареи N1 и N2 оказались слишком далеко от русских кораблей. Батареи N3 и N4 запоздали (их прислуга жила около батареи N6 и бежала издалека), русским мешали становиться на шпринг только батареи N5 и N6.
   Русские корабли несли ущерб от обстрела со стороны фрегатов и батарей, но открыли огонь только после того, как передовые - "Императрица Мария" и "Париж" - стали на шпринги. Турецкие артиллеристы сначала били по такелажу и снастям, русские - сразу по корпусам кораблей.
   "Императрица Мария"
   Русский флагман, 84-пушечный корабль "Императрица Мария" под командованием капитана II ранга П.И. Барановского в первые минуты подвергся обстрелу турецкого флагмана, 44-пушечного фрегата "Ауни-Аллах", потеряв большую часть рангоута и стоячего такелажа. "Императрица Мария" двигалась вперёд по инерции, имея ветер в корму и ведя батальный огонь по судам, которые проходила. Встав на шпринг напротив "Ауни-Аллаха", сосредоточила весь огонь на нём. Через полчаса "Ауни-Аллах" расклепал цепь и вышел из боя, дрейфуя к батарее N6. При этом он попал под огонь соседнего русского корабля "Париж". Экипаж фрегата впал в панику, и корабль выбросился на берег у батареи.
   Затем русский флагман сосредоточил огонь на 44-пушечном фрегате "Фазли-Аллах". 14Тот загорелся и выбросился на берег. "Императрица Мария" потеряла в бою 16 чел. убитыми и 59 ранеными. Среди них - раненый в обе ноги Барановский.
   "Великий князь Константин"
   120-пушечный корабль "Великий князь Константин" под командованием капитана I ранга Льва Андреевича Ергомышева шёл за "Императрицей Марией" и закрыл её от огня батарей N3 и N4. От выпущенных "Константином" бомб загорелся и взорвался фрегат "Навек-Бахри", его пылающие обломки обрушились на батарею N4 и на время заставили её замолчать. Тогда "Великий князь Константин" сосредоточил огонь на фрегате "Несими-Зефер" и корвете "Неджми-Фешан". Около 13.00 фрегат отнесло к молу у греческого предместья, а разбитый корвет оказался у батареи N5. В 14.30 корабль прекратил огонь. Потери: 8 убитых и 26 раненых.
   "Чесма"
   84-пушечный корабль "Чесма" под командованием капитана II ранга В.М. Микрюкова вёл огонь по фрегату "Навек-Бахри", пока тот не взорвался, а затем подавил батареи N3 и N4. Получил 20 настолько серьёзных пробоин, что на ремонт понадобилось полтора месяца. Потери: 4 раненых.
   "Париж"
   120-пушечный корабль "Париж" под командованием капитана I ранга В.И. Истомина во главе левой колонны открыл огонь ещё на ходу. Встав на шпринг всего за 4,5 минуты, "Париж" дал по батарее N5 залп, в результате которого большая часть батареи рухнула в море. Обезвредив эту опасную батарею, "Париж" сосредоточил огонь на 22-пушечном корвете "Гюли-Сефид" и 56-пушечном фрегате "Дамиад". В 13.05 корвет взорвался. Мимо дрейфовал "Ауни-Аллах", и "Париж" поразил его продольными выстрелами. "Дамиад" выбросился на берег. Тогда "Париж" повернулся на шпринге и обрушил огонь на 64-пушечный фрегат "Низамие". В 14 часов две его мачты были сбиты, фрегат выбросился на берег, и "Париж" занялся добиванием батареи N5. Нахимов отметил, что "нельзя было налюбоваться прекрасными и хладнокровно рассчитанными действиями корабля". Вице-адмирал хотел изъявить Истомину благодарность, но сигнал было не на чем поднять: все фалы оказались перебиты. Тогда Нахимов, несмотря на обстрел, послал на шлюпке своего флаг-офицера (старшего адъютанта при штабе) Ф.Х. Острено, и тот поздравил командира "Парижа" с отличной стрельбой.
   "Париж" выпустил больше бомб, чем любой другой корабль - 70 из 188. Потери - 1 убитый и 18 раненых. Повреждения значительные, но корабль вернулся в Севастополь не на буксире, а под своими парусами.
   "Три Святителя"
   На 120-пушечном корабле "Три святителя" под командованием капитана I ранга К.С. Кутрова держал свой флаг Ф.М. Новосильский. Встав на якорь в 300 м от неприятеля, "Три Святителя" дал 2 залпа по 54-пушечному фрегату "Каиди-Зефер", фрегату "Низамие" и батарее N6. Через 15 минут после начала боя турецкое ядро перебило шпринг и корабль развернуло кормой к батарее. Здесь он подвергся продольному обстрелу и сильно пострадал. Чтобы развернуть корабль, мичман Варницкий на баркасе в течение 15 минут под огнём завёл новый верп (якорь), и "Три Святителя" повёл нормальный огонь, заставив фрегат "Каиди-Зефер" выброситься на берег. Стоявшие за ними транспорт и шлюп затонули, брошенный командой фрегат в 14.00 взорвался. Для корабля "Три Святителя" бой закончился в 15.30. Потери: 8 убитых и 18 раненых.
   "Ростислав"
   84-пушечный корабль "Ростислав" под командованием капитана I ранга А.Д. Кузнецова замыкал левую колонну. Встав против батареи N6 и 24-пушечного корвета "Фейзи-Меабуд", заставил корвет выброситься на берег. Вредившую кораблю "Три Святителя" батарею "Ростислав" подавил к 16.00. Многие орудия корабля заряжались 2 ядрами, что привело к разрывам и большим потерям: 5 убитых, 105 раненых и обожжённых, из которых половина от разрывов орудий. Попадание калёного ядра или гранаты с батареи едва не привело к взрыву корабля. Горящие куски занавеси попали в люки крюйт-камеры; назначенные туда люди бросились к дверям, но мичман Колокольцев закрыл двери и организовал тушение пожара.
   Прорыв парохода "Таиф"
   По скорости (10 узлов) и вооружению "Таиф" не имел себе равных среди пароходов на Чёрном море. Он имел закрытую батарею из 2-х 10-дюймовых, 4-х 36-фунтовых и 16-ти 24-фунтовых пушек. Но были все они установлены - неизвестно. С началом сражения "Таиф" развёл пары и около 13 часов вышел из-за боевой линии своей эскадры. Капитаны турецких кораблей приветствовали вступление парохода в бой, но он на полном ходу проскочил между "Ростиславом" и берегом, и двинулся на юго-запад. Фрегаты "Кагул" и "Кулевчи", дрейфовавшие в тылу русских кораблей, попытались преградить ему дорогу, но "Таиф" обошёл их, ведя огонь издалека. Парусники не могли преследовать его до восточного мыса Синопского полуострова, т.к. установился встречный для них ветер, чем капитан Юсуф умело воспользовался. Капитан Слейд Адольф находился на корабле "Махмудие" и не участвовал ни в бою пароходов с фрегатом "Флора", ни в Синопском сражении (результаты исследования Э. Созаева).
   В 13.30 из-за мыса показалась ещё одна русская эскадра, состоявшая из 3 пароходов, под командованием В.А. Корнилова. Впереди под флагом самого Корнилова шёл 6-пушечный пароход "Одесса" (командир капитан-лейтенант Ф.С. Керн). Следом спешили "Херсонес" (командир капитан-лейтенант К.К. Штофреген) и "Крым" под флагом контр-адмирала А.И. Панфилова (флаг-офицером Панфилова был лейтенант Н.А. Бирилёв).
   Корнилов отдал приказ "взять неприятеля в два огня" и направил свой пароход на "Таиф" в надежде взять его на абордаж. "Таиф" сначала сблизился с "Одессой", полагаясь на своё превосходство в артиллерии и скорости, и вступил с русским пароходом в перестрелку. Но в планы Юсуфа не входило задерживаться в районе Синопа, а турецкие артиллеристы стреляли посредственно. Единственное попадание, которого они добились в 14.50, имело результатом ранение унтер-офицера и повреждение стойки штурвала. "Одесса" на время потеряла управление, чем воспользовался "Таиф", чтоб оторваться от преследования. Ядра с парохода "Крым" не долетали, а "Одесса" вела огонь, пока турецкий пароход не скрылся за пеленой дождя. Из Константинополя, куда он пришёл, позже сообщали, что на "Таифе" погибло много людей.
   Грамотные, хоть и не признанные героическими, действия капитана "Таифа" отвлекли от боя и фрегаты "Кагул" и "Кулевчи", и эскадру из 3 пароходов. Это не спасло турецкую эскадру от полного разгрома. К 15 часам стрельба с турецких фрегатов прекратилась, к 16.00 были полностью подавлены береговые батареи и добиты не потерявшие плавучести суда.
   После боя
   Турецкие корабли лежали на мели и горели. Когда огонь добирался до крюйс-камер, они взлетали на воздух. Горящие обломки фрегата "Фазли-Аллах" и корвета "Неджми-Фешан" подожгли турецкую часть города. Оставленная жителями, она сгорела дотла. Заряженные пушки горящих кораблей были опасны и для русской эскадры. В 20.00 П.С. Нахимов приказал отводить корабли от берега с помощью пароходов и гребных судов. Эскадра ночевала в полутора милях от берега. При осмотре турецких судов было взято 180 пленных, в том числе Осман-паша, раненый и ограбленный своими же матросами, которые сняли с него верхнюю одежду и отобрали ключ от каюты. Свой палаш турецкий вице-адмирал вручил Нахимову.
   Сразу после боя русские моряки стали заделывать пробоины, чинить паруса и рангоут. 19 ноября в 16 часов на подмогу прибыл пароход "Громоносец". 3 мая ремонт завершился, и эскадра отправилась домой. Первые сутки "Крым" буксировал "Императрицу Марию", "Одесса" - корабль "Великий князь Константин" под флагом Нахимова, "Херсонес" вёл корабль "Три Святителя", а "Громоносец" - "Ростислава". "Париж" и "Чесма" шли самостоятельно. Потом волнение на море заставило отказаться от буксиров, и все корабли эскадры пошли под парусами. 5 мая эскадра вошла на севастопольский рейд. По приказу Меншикова, прибывшие из холерной Турции победители провели 3 дня в карантине.
   В Одессу пришла весть о Синопской победе, настроение у моряков горделивое, приподнятое. Даже солдаты и те - взбодрились. У когда появились более детальные описания сражения, то у городского, да и не только городского, населения, была многодневная тема обсуждений, догадок и предположений. Совсем как при написании АИ. Ждали новостей и обитатели Военного порта, собственно военного порта в Одессе не было, но прижилось название одного из уголков гавани, куда заглядывали "пахари моря", как часто себя называли моряки буксиров, рейдовых и лоцманских пароходов, охранных и таможенных катеров, яхт различных чинов и различной иной флотской "мелочи" без которой не сможет существовать ни один флот. Ждали на пароходах "отдельной" экспедиции.
   Дождались: приказом было велено перейти в Севастополь. "Отменили", проносилась мысль у каждого в экипаже, едва только узнавал новость. И, наверное, больше было сожаления, ведь настроиться на выполнение опасного дела было непросто, не менее сложно было и само ожидание этого дела. По приходе в Севастополь морякам была дана команда - сбор. Начальник минного дивизиона флотилии, капитан-лейтенант Попов, пройдя вдоль строя давно знакомых лиц, не один год в самых тайных и новых делах флота работали, почти все - с кондукторскими погонами, замер, повернулся и выдохнул:
   - Отменили. Так надо. А надо для того, чтобы "их" раньше времени не распугать. Не забывайте, что мы только "служители царских яхт", обсуждать и рассказывать дома будем, потом, сами знаете. Работы и увольнения по расписанию. В увольнения - пока только по четверо. Разойдись.
   Опять ждать...
   Глава 2 Дороги
   Борт флагманского корабля "Наполеон", 10 мая 1852 года. Босфор.
   - Господа! Получены последние распоряжения. Завтра начинаем выход из пролива - и к Варне, которую выбрали в качестве промежуточного лагеря.
   - Ещё будут ли какие новости? Кроме уже старых уточнений о неожиданной активности русского флота!
   - Пришли неподтвержденные известия о нескольких столкновениях венгров с австрийцами. Отмечено передвижение частей русских из Николаева к Бендерам. Идут обозы с запасами из центральных провинций России к югу.
   - Они тоже поняли, что главным театром действий будет юг. А как русская Северная армия и Гвардия?
   - Стоят в летних лагерях.
   - Лорд, есть ли какие ещё предложения или изменения в наших планах?
   - Интересно мнение генерала Канробера. В целом его предложение совпадает с планом атаки Крыма. Но, по его мнению, можно провести высадку в районе полуострова у Херсона. Там мы разрываем коммуникации русских по новой и слабой железной дороге, прерываем речной путь по Днепру, выходим в тыл Николаеву. Затем, с обеспеченным тылом, атакуем Севастополь.
   - Это очень долго. Мы не можем рисковать завязнуть в южных степях. Нас не поймут в наших странах. Но, ведь русские будут опасаться похожего развития событий. Это заставит их держать там войска, необходимые для отражения удара - и, что более важно, уже не попадающие под Севастополь.
   - Неплохо выглядит. Мы заставим русских разбросать всю армию для парирования возможных ударов. Находясь в движении войска устанут, не смогут вовремя прибыть к месту решающей схватки.
   - И всё-таки, может быть следует продумать предложение Франсуа. Даже в качестве диверсионного отвлекающего удара, после выполнения первоочередных планов?
   - Непременно. Но это всё потом, после победы.
   - Прошу к столу, господа. Дела решили, обед готов.
  
   Артиллерийский полигон Военного ведомства. 14 марта 1852 года.
   Утром, по причудливо искривленным подъездным путям приполз окутанный паром паровозик с тремя затянутыми в брезент вагонами. Подъехавшая в экипажах группа сухопутных и морских офицеров ожидала прибытия Императора и ВК Наследника Александра. Вот подъехала и его коляска с символической казачьей охраной. По приказанию императора, после приветствий начальник полигона сказал: - Можем начинать.
   Солдаты команды быстро расчехлили вагоны. Взорам предстали срезанные железные короба с прорезями, из которых выглядывали стволы орудий.
   - Вашему вниманию предлагается передвижная блиндированная железнодорожная батарея. В артиллерийский вагон помещаются два 24-фнт. - 18-фнт. орудия или два полупудовых единорога, амбразуры могут закрываться подъёмными заслонками, сами орудия могут переводиться на различные борта батареи. Тяжелый артиллерийский тип платформы может нести 1 3-пудовую бомбическую пушку или мортиру, одно 36-фнт. орудие или 2 пудовых единорога.
   Толщина стен до верхнего среза амбразур - 1/2-2 дюйма для "сухопутного" варианта, и 1 - 4 дюйма - для "берегового". Верхний уровень наклонный, в 1/2 дюйма. Действовать подобные батареи могут следующим образом: для атак укрепленных фортов и станций с железнодорожными путями, или для обороны участков побережья от десантов, или в гаванях на заранее подготовленных намеченных позициях. Идея предложена лейтенантом Петровым и поручиком Михайловым. Одобрен проект и разрешен к постройке на паровозостроительном заводе под наблюдением ВК Александра Николаевича.
   Последнее уточнение заметно уменьшило наблюдаемый на лицах старших офицеров скепсис, но и далее особого энтузиазма в начавшемся обсуждении не наблюдалось
   - А как с паровозом?
   - Паровоз может быть защищен 2-х дюймовой броней, для сухопутного типа. А установки для морского типа батарей - могут иметь усиленную броню с одной только стороны и тонкую обшивку для защиты от осколков - с другой и сверху.
   - По весу: выдержат ли такой вес мосты, и вытянет ли паровоз?
   - Мосты в направлении действий таких составов будут усилены, а паровоз вполне тянет 3 подобных батарейных вагона общим весом поезда в 60-80 тонн со скоростью 10-12 верст в час.
   - А не быстрее и выгоднее доставлять на поле боя и содержать обычные батареи?
   - Для основной массы вооружения: именно так и будет. - В разговор вступил плотный артиллерийский полковник. - Но для экстренных действий, для отражения десанта и при распутице весенней либо осенней, некоторое количество подобных батарей иметь неплохо. Хотя они, несомненно, очень дорогие в производстве и весьма ограниченны в районах применения.
   - А как с подачей и хранением припасов?
   - Желательно иметь в составе и третий, броневой вагон с 2-4 легкими орудиями, или даже картечницами, в котором будут храниться основные запасы. Такие легкие броневые вагоны могут служить в качества штурмовых или ударных бронепоездов. Поезд может быть составлен из двух легких вагонов и одного артиллерийского, среднего. Как разновидность ударного типа вагона, таковой может быть построен с усиленным блиндированием передней и ли бортовых частей. И вид этого вагона может быть совсем другим. А у самих орудий, в нижних выгородках, по 20 снарядов с зарядами. И для обеспечения снабжения в тылу ещё один поезд, из обычных вагонов для команды и запасов.
   - А как может быть решен вопрос относительно размещения более тяжелых орудий?
   - В этом случае, проблема силы отката и направления стрельбы выдвигают повышенные требования к устройству вагона-базы и для выбора места стрельбы. В таких платформах наверное, будет необходимо делать открывающийся нестреляющий борт с возможностью установки выдвижных станин и опор, делать только очень легкие прикрытия от осколков. Эти вопросы изучаются нашими изобретателями, армейскими и путейскими инженерами.
   - Тесно, неудобно, дорого. Но, тем не менее, могут успешно действовать в условиях весьма серьезного противодействия.
   - Изготовлено 4 батареи, ещё 4 в постройке. 3 батареи уже стоят на одном из полустанков недалеко от Харькова, в ответвлении, вдали от глаз любопытствующих.
   - Строителей и конструкторов приказываю наградить, произвести в следующий чин. Образовать отдельную железнодорожную ремонтную бригаду, во внутреннем расписании установить наличие трех дивизионов по два поезда полевых, одного ремонтного и ремонтного или запасного парка, частично в вагонах. Бригаде придать: строительную команду, пехотный полк (из нового призыва - пусть обучаются), Артиллерийскую роту из резерва, инженерно-саперный батальон. Казачью сотню. Парки. Построить два артиллерийских тяжелых поезда в качестве подвижных береговых батарей, но это - с генерал-фельдцейхмейстером, после испытаний. Результаты мне докладывать. Начальником бригады назначаю Цесаревича Александра, с правами командира дивизии. Начальником штаба - Капитана Скобелева.
   Полковника Маиевского и Поручика Путилова- числить научными консультантами.
   Инженера-Поручика Константина Герда перевести, по завершению работ в Ревеле, в распоряжение Штаба Ладожской флотилии.
  
   По прошествии некоторого времени, на вокзале.
   - Сашка, велю и просто говорю: в пекло не лезь. Уже само твоё присутствие в войсках имеет значение. Твое дело - учиться править. Империя тебе перейдет, надо научиться в людях разбираться, шелуху красивую и звонкую отсеивать. Продумывать планы, претворять их в жизнь. С моряками следи, чтобы не ругались, славы им там мало никому не будет. Очень тяжелая война грядет. За Константином посматривай, остужай. Особо - в командование не лезь, запрещаю. Только своими занимайся. Собирай всякие сведения о людях и о врагах, но не придавай этим сведениям много значения. Всё как-то сбивчиво... Береги себя... Пришлю сводную гвардейскую дивизию - пусть тоже пороху понюхают. Матушке телеграммы не забывай посылать. Все. Отправляйтесь...
   Дороги - дороги... пыль под сапогами...
  
   Глава 3 Десант. Наконец-то они пришли...
   Глава 3 Десанты и движение войск
   Обстрел Одессы (из соч. Богданович, немного изменены даты. Такие "цитаты" с одной причиной - вдруг кто-то просто прочтет, и потом сам найдет и прочитает этот первоисточник.)
   20-го мая, в четверг на страстной неделе, подошел к городу флот, из 19-ти линейных кораблей и 9-ти пароходов-фрегатов, занявший на следующий день позицию правым флангом против батареи N 1-го, в трех верстах от берега. 21-го, в 4-м часу пополудни, адмиралы Дундас и Гамелен прислали чрез парламентера письмо к командующему войсками в Одессе, генерал-адъютанту Сакену, требуя, в возмездие за оскорбление, нанесенное парламентерскому флагу, немедленно выдачу находившихся в гавани английских, французских и русских судов. Письмо это было оставлено без ответа.
   На другой день, 22-го мая, в Великую Субботу, около 61/2 часов утра, четыре неприятельских фрегата, пройдя вне выстрела мимо первых батарей, открыли на расстоянии около 700 саж. огонь по батарее N 6-го. Несколько спустя, английские корабль и паровой фрегат, пройдя позади этих четырех фрегатов, расположились, для поддержания их, вне выстрела нашей батареи, и подошли к ней еще четыре Французских паровых фрегата.  Батарея N 6-ть, устроенная на левой оконечности практического мола, была вооружена четырьмя 24-х-фунтовыми пушками, с прислугою 28-ми человек резервной N 14-го батареи 5-й артиллерийской дивизии, под начальством прапорщика Щеголева. Против десяти судов, с которых под конец боя действовало до 350 орудий, сражался, под перекрестными их выстрелами, Щеголев -- сперва с четырьмя орудиями, а потом, когда два из них были подбиты, с двумя орудиями, в продолжении шести часов, и с таким успехом, что фрегат Вобан, загоревшийся от каленого ядра, был отведен за вторую линию. После четырехчасовой канонады, были введены Союзниками в дело четыре паровые фрегата, стоявшие во второй линии; тогда же высланы с правой оконечности неприятельской линии к предместью Пересыпь шесть английских гребных лодок, которые, подойдя к берегу, стали пускать конгревовы ракеты по нашим судам на практической гавани и по строениям в предместье. Войска, находившиеся на этих лодках, покушались сделать высадку, но встреченные картечью четырех полевых орудий резервной N 14 батареи, под прикрытием поставленных в засаде шести рот резервного и запасного баталионов Томского и резервного батальона Колыванского полков, были обращены в бегство и потерпели значительный урон.
   Между тем неприятель, пользуясь большим калибром своих орудий, в особенности бомбических пушек, не подходил близко к берегу, и потому 4-я и 5-я наши батареи не могли вредить ему, хотя находились под его выстрелами; 6-я-же батарея прапорщика Щеголева продолжала сражаться и замолчала только тогда, когда примыкающие к тылу батареи строения были объяты пламенем. Во время бомбардирования, студенты Ришельевского лицея Деминистр и Скоробогатов неоднократно ходили на батарею, принося генералу Сакену сведения о ходе боя, а студент Пуль, видя, что крестьянин, везший заряды на воловьей подводе, бежал не доехав до батареи, вскочил на повозку и сквозь град ядер и бомб привез заряды к орудиям. Едва лишь Щеголев с остальными людьми своей команды успел оставить батарею и отойти от ней шагов 15, как последовал взрыв его зарядных ящиков, без всякого, однако же, вреда прислуге орудий. В конце боя, пред вечером, несколько линейных кораблей приближались к даче генерала Лидерса, перестреливались с батареями NN 1, 2 и 8-го и отходили назад к прочим судам Союзного флота.
   В седьмом же часу неприятельские фрегаты потянулись с левого нашего фланга к своей общей позиции, а линейный корабль, стоявший против нашего правого фланга, также ушел из-под выстрелов. Батареи наши, кроме 6-й, нисколько не потерпели от неприятельской канонады; девять купеческих кораблей, стоявших в практической гавани, в числе коих несколько английских и французских, сделались жертвою пламени. Вся потеря наша в людях убитыми не превосходила 4-х нижних чинов; ранены артиллерии подполковник Мещерский и 45 нижних чинов; жителей города убито 3 и ранено 8. Город пострадал весьма мало; повреждены более прочих дома князя Воронцова и Нарышкина; отбит ядром угол гранитного пьедестала памятника герцога Ришелье. Со стороны Союзников, убито и ранено до 30-ти человек; четыре фрегата понесли значительные повреждения и отведены для починки в Варну.
   В наступившую ночь и весь следующий день Светлого Христова Воскресения неутомимо производились работы на батареях Одессы: на батареях N 4-го и 5-го срыты мерлоны и расположены орудия для стрельбы через банк; окончена "центральная" батарея, над таможнею, и поставлена новая батарея на Пересыпи. На другой день, неприятельский пароход, выйдя на всех парах из общей линии, открыл огонь по нашим рабочим, но, будучи встречен выстрелами ближайших батарей, ушел столь же быстро назад. Союзный флот, простояв в виду Одессы до 24-го мая, отправился по направлению к Севастополю.
  
   Пароход Тигр
   28-го мая, утром, англо-французский флот появился в виду Севастополя. Фрегаты французский Катон и английский Фюри захватили у Евпатории четыре купеческие суда. Эскадра, под начальством английского контр-адмирала Лайонса, в составе корабля Агамемнона и пяти пароходов, с тремя французскими пароходами, направилась к берегам Закавказья, чтобы войти в связь с горцами и Турками. Союзники роздали в Геленджике горцам 37 тыс. патронов и обещали поддерживать их. Затем -- обозрев форты, оставленные нашими войсками, эскадра присоединилась к остальной части флота, возвратившейся, 20-го июня, в Бальчик и Каварну. Один из английских пароходов, Тигр, 12-го июля, утром, при необыкновенно густом тумане, сел на мель под крутым берегом, у дачи Картаци, в шести верстах на юг от Одессы.
   Быстро прибывшие туда из колонии Лютсдорф два батарейных орудия 16-й артиллерийской бригады, под начальством поручика Абакумова, с прикрытием из двух резервных рот Днепровского и взвода уланского графа Никитина (Чугуевского) полков, меткими выстрелами сделали несколько пробоин в пароходе. Командиру его, капитану Гиффарду, оторвало ногу; принявший от него начальство, старший лейтенант приказал спустить флаг и со всем экипажем сдался военнопленным. Между тем подоспели к месту боя восемь батарейных и двенадцать легких орудий 16-й бригады, четыре батарейные орудия 10-й бригады и конно-легкая N 11-го батарея под прикрытием батальона Суздальского пехотного полка, резервного батальона Украинского егерского полка и дивизиона уланского эрцгерцога Карла Фердинанда (Белгородского) полка.
   Тогда же показались в тумане еще два неприятельские парохода, Нигер и Везувий. Не имея средств снять с мели сдавшегося фрегата и привести его в гавань, в присутствии двух пароходов, за которыми вслед могли прибыть другие суда, генерал Сакен приказал, по снятии пленных с фрегата, зажечь его выстрелами. Неприятельские пароходы, подойдя на ближний выстрел батарейных орудий, открыли по нашим батареям огонь, на который отвечали восемь батарейных орудий 16-й бригады и четыре батарейные орудия 10-й резервной бригады, под начальством полковника Гороновича и капитана Верховского, так успешно, что поврежденные пароходы отступили и стали вне выстрела. Бой прекратился около двух часов пополудни, а затопленный фрегат взорван в восьмом часу вечера.
С нашей стороны убиты два рядовых, контужены: командир 2-й легкой батареи 16-й бригады, полковник Ильинский, и резервной батареи 10-й бригады поручик Смирнов. Взяты нами в плен: капитан фрегата Гиффард, 24 офицера и 200 нижних чинов.
   Посадка на суда Союзных войск, с огромными запасами, по артиллерийской, инженерной, интендантской и госпитальной частям, началась во второй половине марта. Для высадки их в Турции избран был маршалом Вальяном пункт у города Галлиполи, который должен был служить основанием действий Союзной армии. При всех усилиях французского военного министерства, в начале апреля 1852 года, высажено не более 11-ти тысяч человек; что же касается до английских войск, то их было тогда высажено всего до 3-х тыс. человек. В конце мая, у Галлиполи собрано: французских войск 27 тыс. пехоты и 1,500 кавалерии, английских 9 тыс. человек. Немедленно по прибытии первых войск было приступлено к укреплению позиции у Галлиполи.
  
   В половине мая, оба главнокомандующие отправились в Варну, где назначено было, 19-го мая, совещание их с Омер-пашею. Турецкий военачальник, сообщив Раглану и Сент-Арно сведения о силах и расположении своей армии, доказывал необходимость избегать решительных действий, ограничиваясь обороною. По его настоянию, решено было перевести англо-французскую армию из Галлиполи в Варну. Впрочем, Союзные полководцы, по-видимому, не доверяя показаниям Омер-паши, на следующий же день отправились в Шумлу, чтобы убедиться в действительном положении турецкой армии.
  
   По возвращении главнокомандующих в Варну, где ожидали их адмиралы Гамелен и Дундас, немедленно были приняты меры для передвижения войск из Галлиполи в Варну. Две французские дивизии, 1-я и 4-я, и английские войска были туда отправлены морем, 3-я-по берегу Мраморного моря, в Константинополь, и далее морем, а 2-я французская дивизия генерала Боске -- сухим путем, чрез Адрианополь. 5-я французская дивизия прибыла из Франции и Алжирии прямо в Варну. В половине июля, Французы, в числе 40 тысяч человек, находились у Варны, а 15 тысяч Англичан -- частью также у Варны, частью же у Девна, по дороге в Шумлу. Турецких войск было собрано в Варне 6 тыс. человек с 20-ю полевыми орудиями.
   Таким образом Союзники успели сосредоточить 60 тысяч человек, но не имели в достаточном числе артиллерийских, кавалерийских и подъемных лошадей, да и снабжение войск жизненными припасами не вполне было обеспечено. К тому же, еще во время сбора у Марселя и стоянки у Галлиполи, во французских войсках появилась холера, которая развилась с ужасною силою в лагере под Варною.
   Потери, понесенные французскою армией, были огромны. В продолжении шести недель, с 3-го июля по 20-е августа, вообще заболели холерою 8,142 человека, из числа коих умерло 5183. Другие считают число заболевших французов до 10-ти тысяч. Англичане тоже потеряли много людей от холеры, хотя несравненно в меньшей степени, нежели их союзники.
  
   В таком затруднительном положении, на совете обоих главнокомандующих Союзными армиями и адмиралов Дундаса, Гамелена, Брюа и Лайонса, 18-го июля, предстояло решить вопрос о дальнейших действиях. На основании инструкций, полученных из Парижа и Лондона, а равно и по собственному убеждению Союзных вождей, надлежало атаковать Севастополь; но такое предприятие, по-видимому, требовало огромных средств и приготовлений, которые еще не были окончены; с другой стороны -- казалось необходимо выйти, во что бы то ни стало, из бездействия, имевшего весьма вредное влияние на здоровье и дух войск.
   Решено -- произвести, как можно тщательнее, обозрение прибрежных окрестностей Севастополя. С этою целью отправилась комиссия из французских и английских офицеров: генерала Канробера, полковников Трошю и Лебёфа, инженер-подполковника Сабатье, генерала Броуна, и проч. Одновременно с тем, маршал Сент-Арно, надеясь ослабить влияние повальных болезней, свирепствовавших в Союзной армии, предпринял экспедицию в Добруджу (Бабадагскую степь), где, по собранным Союзниками сведениям, было не более 10-ти или 12-ти тыс. Русских, рассеянных на пространстве между Мачином и Кюстенджи.
   19-го июля, генерал Юсуф, с 3-мя тысячами кавалерии Восточных спагов, сформированных из башибузуков, получил приказание выступить из Варны к Кюстенджи, присоединить к своему отряду два батальона зуавов полковника Бурбаки, опрокинуть русские войска, занимающие Бабадаг, и возвратиться 23-го июля в Варну, чтобы на следующий же день сесть на суда, для экспедиции в Крым. Для поддержания Юсуфа, назначена была 1-я пехотная дивизия Канробера, тогда состоявшая под начальством генерала Эспинасса, которая двинулась, вместе с французскою кавалерией, 21-го июля, из Варны по дороге, ведущей на Мангалию в Кюстенджи. 2-я и 3-я пехотные дивизии выступили из Варны днем позже, получив приказание прибыть в два перехода к Базарджику и выслать оттуда отряды по путям, ведущим к Силистрии, Рассове и Мангалии. Сколько можно судить из инструкций, данных генералам Юсуфу и Эспинассу, маршал имел в виду сильную демонстрацию, посредством которой надеялся побудить князя Горчакова к окончательному очищению Дунайских Княжеств, после чего все войска должны были стянуться к Варне и отправиться в Крым.
   10-го августа, ввечеру, внезапно произошел пожар в Варне. Причиною тому полагали мщение Греков, раздраженных мародёрством французских войск, и в особенности баши-бузуков, сформированных генералом Юсуфом. При сильном ветре неудержимое пламя, найдя себе обильную пищу в огромных складах спирта, разлилось с ужасающею быстротою в соседстве французских магазинов и пороховых погребов. Сам главнокомандующий потерял голову и считал все погибшим. Но генерал Боске, в челе своей дивизии, и начальник штаба армии генерал Мартимпрей, распоряжаясь хладнокровно и с самоотвержением, приняли меры к укрощению грозной стихии.
   По всей вероятности, если бы наша армия осталась еще некоторое время в Княжествах, то Союзники были бы принуждены отсрочить экспедицию в Крым, и как вскоре наступила бы глубокая осень, то война могла бы принять совершенно иной оборот. По мере отступления наших войск из Дунайских Княжеств, медленно подвигались вперед турецкие войска Омер-паши. 22-го августа, сам паша вступил в Букарест. Части нашей Южной Армии отошли за Дунай, оставив передовые казачьи разъезды для наблюдения.
  
   В начале июля, оба Союзные главнокомандующие, маршал Сент-Арно и Раглан, получили от своих правительств депеши, в которых было выражено требование -- осадить Севастополь, "если они не считают себя к тому недостаточно готовыми". Получив эту депешу, лорд Раглан послал за старым генералом Броуном, приобретшим известность отвагою и энергией в войну на Пиренейском полуострове, и пожелал знать его мнение на счет предположенной экспедиции. Вместо ответа, Броун спросил -- какие имеются сведения на счет укреплений Севастополя и силы войск, с которыми придется сражаться в Крыму? Раглан отвечал, что он не имеет о том достоверных сведений, что ни он, ни маршал Сент-Арно, не знали числа неприятельских войск, и что хотя оба они надеялись встретит в Крыму не более 70-ти тысяч человек, однако же не были уверены в том, что не найдут там сто тысяч, и даже более.
  
   На военном совете, собранном 18-го июля, в котором, кроме обоих Союзных главнокомандующих, участвовали: адмиралы Дундас, Гамелен, Брюа и Лайонс, и начальники штабов армии, Раглан настойчиво поддерживал экспедицию, а маршал Сент-Арно, зная, что Наполеон III был одних мыслей с английским правительством, изъявил согласие на предложение лорда Раглана, хотя и сам маршал, и весь штаб его, были противного мнения, Впрочем, Союзники, решаясь как бы нехотя на такое сомнительное предприятие, отложили его на неопределенное время, а между тем составляли проект высадки и производили, по прежнему, обозрения берегов Крыма.
   Предположение амбаркации и высадки войск было составлено, 20-го июля, начальником французского морского штаба, графом Буё-Вилльомо (Bouet-Willaumez) и одобрено с некоторыми изменениями адмиралом Дундасом. На основании этого плана, французский флот был разделен на две эскадры, одну для транспорта войск, а другую, боевую, для прикрытия первой: из числа 15-ти кораблей, на 9-ти, составлявших транспортную эскадру, -- положено иметь по 1,500 человек, а на 6-ти, боевой эскадры, всего по 500, чтобы предоставить более удобства действию морской артиллерии; на 15-ти французских и турецких пароходах должны были находиться 40 полевых орудий со всею их материальною частью и прислугою; а на остальных судах -- 1,500 человек пехоты, обоз и лошади главного штаба; кроме того, на 8-ми турецких кораблях до 8,000 человек: следовательно всего до 28,000 чел. французских войск с 40 орудиями. По высадке их на крымский берег, французские и турецкие пароходы могли, через 5 или 6 дней, перевезти еще 12,000 человек.
   Адмирал Дундас, со своей стороны, взялся, под прикрытием 8-ми кораблей, доставить на двух кораблях и многих пароходах всю английскую армию, в числе 25,000 человек, и потом, во второй раз, на пароходах, французскую кавалерию. Что же касается до жизненных припасов, то на флоте должно было находиться 10-ти-дневное продовольствие; впоследствии же предполагалось снабжать армию посредством доставки провианта на торговых судах из Варны, Бальчика и Константинополя.
   Тогда же, для обозрения берегов Крыма и выбора места для высадки, была наряжена комиссия, состоявшая из адмирала Брюа, и генералов Броуна и Канробера, которая отправилась из Бальчика, 21-го июля, на корабле Монтебелло, в сопровождении кораблей: Наполеон, Жан-Бар, Фридланд, Иена, Маренго, Сюфрен и фрегата Кацик. Со стороны же Англичан был выслан паровой корвет Фюри, за которым следовали несколько кораблей и пароходов. 25-го, вечером, генералы Броун и Канробер, с состоявшими при них офицерами, прибыли на Фюри, где находился и адмирал Лайонс, и направились вдоль берега. 26-го, на рассвете, в виду Севастополя появились обе эскадры, в числе 14-ти кораблей и 7-ми пароходов. Все эти суда держались в значительном расстоянии от наших укреплений, кроме трех пароходов, кои подошли ближе к северному берегу рейда, но как только один из них, корвет Фюри, получил в корму четыре ядра, пущенных с Волоховой башни, то все они потянулись к мысу Лукуллу, где стал на якорь весь неприятельский флот, и занялись промерами. 27-го июля, корабли Британия и Монтебелло, буксируемые пароходами, подошли у Балаклавы к берегу на 3/4 версты. В тот же день, неприятельские паровые суда появились у Феодосии. Затем, весь неприятельский флот возвратился к Варне и Бальчику. Результатом обозрения, произведенного Союзниками, было убеждение в удобстве высадки у мыса Лукулла близ устья Алмы, либо в небольшой бухте у впадения Качи.
   Многие из начальников войск и флота опасались приступить к амбаркации, полагая, что столпление людей на кораблях могло усилить холеру. В особенности же адмиралы, страшась ответственности, которой могли подвергнуться в случае неудачи, представляли обоим главнокомандующим, что: во 1-х, на берегах Крыма не было удобных гаваней, и потому флот, застигнутый осенними бурями, не нашел бы никакого убежища; во 2-х, снабжение армии жизненными припасами было бы крайне затруднено недостатком гаваней и опасностью плавания осенью в Черном море, и в 3-х, в случае неудачи, посажение войск на суда, в виду неприятеля, могло иметь самые гибельные последствия. Таковы были опасения, изъявленные адмиралами на совещании 8-го августа; тогда же был определен ими порядок плавания и высадки на крымский берег Союзного флота. 12-го Французы приступили к амбаркации войск, но отплытие их было условленно не прежде 14-го.
   На последнем совете, в коем участвовали, кроме главнокомандующих сухопутными и морскими силами, адмиралы Брюа и Лайонс, генералы Канробер, Бургойн и Мартимпрей, начальник морского штаба, произведенный в контр-адмиралы Буэ-Вильоме (Bouet-Willaumez) и полковник Трошю после жарких и продолжительных прений, экспедиция в Крым была решена окончательно. Французы к 22-го августа успели посадить на суда, в Варне и Бальчике, 25,200 чел. пехоты с 68-ю орудиями, всего же до 28,000 чел., в числе коих было не более ста кавалеристов; кроме того, до 7-ти тысяч Турок, приданных французскому корпусу, были посажены большею частью на турецких судах. Два дня спустя, Англичане кончили амбаркацию в Варне 22-х тысяч челов. пехоты и 2-х тысяч всадников с 54-мя орудиями. Сборным пунктом Союзных эскадр был назначен Илан-Адасси (Змеиный остров) близ устий Дуная, куда соединенный флот собрался 28-го августа.
   Но вместо того, чтобы немедленно отправиться к берегам Крыма, маршал Сент-Арно, томимый болезнью, ослабившею его энергию, прислал своего старшего адъютанта, полковника Трошю, к лорду Раглану, изъявляя желание собрать военный совет для решения вопроса -- где произвести высадку? Как маршал был не в силах принять какое-либо участие в совещаниях, то Раглан, сделавшись единственным распорядителем действий обеих Союзных армий, счел нужным обозреть сам лично берега и выбрать место для высадки. С этою целью, он, приказав флоту остановиться на якоре, в 60-ти верстах к западу от мыса Тархана, отплыл, вместе с генералами Бургойном и Броуном, на фрегате Карадок, к Херсонесскому полуострову; туда же отправились, на фрегате Примоге (Primauguet), генералы Канробер, Мартимпрей, инженер-генерал Бизо, контр-адмирал Буэ-Вильоме и полковники Трошю и Лебёф; в составе эскадры также находились: корабль Агамемнон, под флагом адмирала Лайонса, и пароход Самсон.
   29-го августа, на рассвете, все четыре судна приблизились к мысу Херсонесу, в соседстве которого заметили русский лагерь; находившиеся на эскадре офицеры генерального штаба полагали, что вообще было собрано там до 30-ти тысяч человек. Оттуда комиссия медленно следовала вдоль берега к устью Алмы, и далее к Евпатории. Генерал Канробер предлагал произвести высадку армий в устье Качи, если бы даже пришлось совершить ее открытою силою, и говорил в пользу своего плана, что понесенные в сем случае потери будут, вероятно, менее тех, которые могли потерпеть Союзные войска при нападении на позиции Алмы, Качи и Бельбека. Но генерал Броун и адмирал Лайонс выразили иное мнение, доказывая удобство для высадки пункта, означенного на английских картах под названием Старого форта (Old-Fort), и в пользе занятия города Евпатории, в виде опорного пункта по высадке армии.
   Согласно тому, по предложению лорда Раглана, комиссия постановила: во 1-х, чтобы высадка войск была произведена у Старого форта, где, в случае появления Русских, артиллерия Союзного флота могла обстреливать берег на расстоянии до 2-х или 3-х верст; во 2-х, чтобы немедленно занять Евпаторию, где не видно было никаких укреплений, и даже, казалось, не было гарнизона, и в 3-х, что, через три или четыре дня по высадке, армия двинется к югу, прислонив правый фланг к морю, одновременно с движением вдоль берега эскадры из 15-ти кораблей и пароходов. 30-го августа, в полдень, по прибытии комиссии к кораблю Париж, все решенное ее членами было утверждено маршалом Сент-Арно и адмиралом Гамеленом; а на следующий день Союзный флот направился к месту, избранному для высадки.
   Жребий был брошен!
  
   Глава 4 Высадка и сражение при реке Альма
   Высадка
     Для первоначальной высадки в Крым были назначены со стороны Французов 4 пехотные дивизии, в составе 40 батальонов, и два эскадрона всего около 30 тысяч человек, с 68-ю полевыми орудиями, а со стороны Англичан: 5 пехотных дивизий и часть кавалерийской дивизии, в составе 32-х батальонов и 10-ти эскадронов, и в числе 18,000 чел. пехоты и 2.000 кавалерии, всего 22,000 чел. с 54-мя полевыми орудиями; кроме того, турецкая дивизия, в числе до 7,000 чел. пехоты с 12-ю полевыми орудиями. Вообще же союзная армия, вместе с прислугою артиллерии и инженерным корпусом, простиралась до 60,000 человек с 134-мя полевыми и 73-мя осадными орудиями.
   Перевозка в Крым французских войск, со всеми находившимися при них запасами и обозами, потребовала 172-х морских судов разной величины, а перевозка английских войск -- до полутораста паровых и парусных транспортов. Турецкая же дивизия была посажена на 9-ти турецких кораблях, присоединившихся к англо-французскому флоту. В продолжении 1-го сентября, Союзники были заняты сбором отставших судов у Евпатории и приготовлениями к высадке. В тот же день, около полудня, пароходы Карадок, под парламентерским флагом, Симпсон и Фридланд подошли к городу, а 36-ти-пушечный винтовый фрегат Трибун, став еще ближе к берегу, готовился открыть огонь по городским строениям.
   До того времени, теория, основанная на примерах прежних высадок, не допускала возможности подобных предприятий в значительных силах, и смелое предположение Наполеона - произвести высадку полутораста-тысячной армии на берега Англии, не будучи приведено в исполнение, нисколько не поколебало убеждения военных людей в трудности высадок свыше тридцатитысячного корпуса. Да едва ли бы и могла быть исполнена высадка Наполеона в Англию, судя по сложности условий, которые требовались для успеха этой экспедиции. Но развитие пароходства, сделав морские экспедиции несравненно менее зависимыми от направления и силы ветров, способствовало двум могущественным морским державам предпринять и совершить с успехом одновременно высадку 60-ти тысяч человек, со всею находившеюся при них материальною частью.
   Кроме полевой артиллерии и парков, артиллерийского и инженерного, Союзная армия имела при себе 11 тысяч туров, 9,600 фашин, 180 тыс. земляных мешков, 30 тыс. кирпичей, 50 мантелетов и 21,600 штук шанцевого инструмента. Французское интендантство, приняв на себя обязанность продовольствовать, как свои войска, так и турецкую дивизию, заготовило 1,000,000 рационов муки, сухарей и соли; 1,500,000 рису, кофе и сахара, 240,000 говядины, 450,000 сала, 800,000 вина, 300,000 водки, а также значительное количество дров и угля. Французы также озаботились облегчением участи своих больных и раненых: число военных медицинских чинов было увеличено; при каждой дивизии находились: походный госпиталь и часть легкого госпиталя, прибывшего из Алжирии, 50 пар носилок и лазаретные фуры, а также госпитальные палатки, материалы для постройки большего барака, тюфяки и все нужное белье. Обоз госпитальной части вообще состоял из 40 повозок и 350 вьючных мулов. Английские войска были снабжены всеми запасами хуже французских и вовсе не имели обоза, а снаряжение и снабжение турецких войск были весьма неудовлетворительны.
   Исправлявший должность коменданта, майор Браницкий, с командою слабосильных Тарутинского егерского полка, в числе до 200 человек, отступил по дороге на Симферополь. Неприятель, заняв город отрядом в 3 тысячи человек с 12-ю орудиями, оставил для поддержания их несколько судов. *Пшеницу в Евпаторию даже НЕ ЗАВОЗИЛИ.
   На следующий день, 2-го сентября, в два часа пополуночи, подан был сигнал к отплытию от Евпатории. Союзники ожидали встретить сопротивление при высадке, но войска генерала Хрущова, выполнявшего прямой приказ Императора и в соответствии с планом кампании, оставались, по-прежнему, на Алме и Каче, да и едва ли имели возможность действовать с успехом на совершенно открытой местности, против войск, поддержанных канонадою несметного множества морских орудий. Тем не менее, однако же, появление в виду неприятеля даже незначительного нашего отряда замедлило бы и весьма затруднило бы высадку Союзников. Один из адъютантов генерала Боске пишет: "Assurement, les batiments des flottes auraient eu raison des batteries de campagne queles Russes auraient des batteries de campagne que les Russes auraient pu amener sur la cote; mais l'on eut perdu beaucoup d'hommes par la confusion et le feu, et notre effectif n'etait pas fort eleve". (Конечно, судовая артиллерия одержала бы верх над полевыми батареями, которые могли Русские подвезти к берегу; но мы потеряли бы много людей от суматохи и огня неприятельских орудий; а войск у нас было мало).
   На рассвете, французские транспортные суда и флот подошли к месту, указанному для высадки. Первая линия, составленная из кораблей, в промежутках между которыми находились пароходы, стала на якорь в двухстах саженях от берега; на этих судах были размещены войска 1-й дивизии, а на судах второй и третьей линии -- 2-й и 8-й дивизий; позади расположились транспортные суда и турецкая эскадра; а на флангах первой линии -- легкие пароходы, назначенные для обстреливания впереди лежащей местности, в случае появления русских войск. Между тем было отправлено несколько пароходов с посаженною на них 4-ю дивизией, для демонстрации, к устью Качи, откуда они должны были возвратиться вечером к Евпатории. Несколько спустя английские суда, подойдя постепенно к месту высадки, построились в линии левее Французов.
   В 8-м часу утра, по сигналу, поданному с корабля Город Париж, французские войска стали садиться на гребные суда; в 9 часов началась высадка, в полдень уже вышла на берег почти вся первая дивизия; в три часа высадилась 2-я, а к вечеру и 3-я дивизия; вместе с тем выгружалась полевая артиллерия. К ночи 2-го сентября, три дивизии с 59-ю орудиями уже были расположены по восточную сторону Кичикбельского озера, примкнув правый фланг к морю. Англичане высадились позже, потому что не успели прибыть вовремя к назначенному пункту: так говорят союзники их Французы.
   По свидетельству же Кинглека, причиною тому было перемещение влево бакенов, долженствовавших служить чертою раздела между французскими и английскими войсками, что заставило адмирала Лайонса, для избежания беспорядка, могшего произойти от столпления на одном месте войск обеих наций, избрать для высадки совершенно отдельный пункт, еще более влево (севернее) от Старого-форта, близ озера Камишлу. Но как бы ни было, Англичане, затрудняемые поднявшимся к вечеру сильным волнением, успели высадить в тот день только две первые дивизии. К ночи, 4-я французская дивизия, исполняя данное ей приказание, обратилась от устья Качи к месту высадки, и хотя сильный шквал с дождем затруднял плавание гребных судов, однако же на рассвете 3-го, успели выйти на берег все войска 4-й и турецкой дивизий. Затем с большим трудом были выгружены обоз, жизненные и военные припасы, и наконец - лошади. 4-го сентября, французские войска были обеспечены продовольствием до 11-го включительно.
   Французы провели первую ночь после высадки довольно сносно, благодаря имевшимся при них небольшим палаткам (tentes-abris); напротив того, Англичане, которым довелось простоять до утра на низменной местности в лужах, под проливным дождем, без палаток и без бивачных огней, терпели невыносимые бедствия и успели окончить высадку не прежде 6-го сентября. На счет продовольствования, Англичане также находились в невыгодном положении, хотя и получали ежедневно по полтора фунта мяса, между тем как дача Французов была втрое менее. Но, зато, первые готовили пищу поодиночке, каждый для себя, а Французы -- артелями. От этого случалось, что английские солдаты, возвратясь в лагерь, усталыми и иззябшими, после суточной стоянки в траншее, должны были отправляться за дровами, разводить огонь и на-скоро жарить свою мясную порцию. Впоследствии они стали готовить пищу сообща; но, вместо небольших котелков, употреблявшихся во французских артелях, завели огромные ротные котлы, весьма неудобные к перевозке с места на место. От недостатка в горячей пище, в английском лагере развились в сильной степени холера и другие повальные болезни. Все это убеждает в несомненной истине, что в деле продовольствования и гигиены десятков тысяч людей, поставленных в исключительное положение условиями походной жизни, нет ничего маловажного.
   Командующий войсками в Крыму, генерал-лейтенант Хрущов, сосредоточив главные силы 1 Таврической резервной дивизии (17 пехотная)*на реке Алме, донес Государю, что 1-го сентября, в виду Евпатории, появился многочисленный англо-французский флот, и что вслед затем значительное число неприятельской пехоты с частью кавалерии высажено на берег между Евпаторией и дер. Кюнтоуганом. Вместе с тем, генерал доносил, что: "не признав возможным атаковать высаженные войска на плоском береге, обстреливаемом с флота, сосредоточил большую часть своих сил на выгодной позиции с устроенными легкими батареями и полуокопами, в которой заранее готовился встретить противника" по реке Алме, при деревне Бурлюке.
  
   Досланный, с целью извещения новостями, из Севастополя, около полудня, лейтенант Стеценков, прибыл к Евпатории уже в сумерки, и успел донести только то, что "неприятель остановился близ Евпатории со всеми своими силами, и вероятно там сделает высадку", а Корнилову сообщил, что "флот стоит в такой тесноте и беспорядке, что присылка сюда брандера не есть дело невозможное и может наделать много вреда неприятелю". Кроме изложенного была установлена телеграфная связь с Инкерманской позицией и Главным штабом Таврической Армии в Симферополе и с Севастополем*. Эти сведения были получены в Севастополе 2-го на рассвете, в то время, когда неприятель только лишь приступил к высадке. Сами Союзники сознаются, что они совершили это действие с чрезвычайными затруднениями, и что для выгрузки артиллерии и снарядов потребовалось несколько дней. Один из участников англо-французской экспедиции говорит: "La traversee, le debarquement etaient assurement deux des eventualites les plus redoutables qu'offrait une en-treprise presque sans precedents, eu egard aux distances, a la saison, aux incertitudes sans nombre qui Pentouraient. Je juge que Pennemi, qui laisse s'aecumuler a quelques lieues de lui un pareii orage, sans rien faire pour le dissiper a son origine, se met dans une situation facheuse, dont le moindre inconvenient est de paraitre frappe d'impuissance vis-a-vis des populations". (Плавание флота и высадка, без сомнения, были подвержены таким случайностям, какие до того времени почти не встречались, в отношении к расстоянию, времени года и недостатку необходимейших сведений. По моему мнению, тот, кто допускает собраться вблизи такой грозе, ничего не предприняв для ее рассеяния в самом начале, ставит себя сам в невыгодное положение и признает себя бессильным в глазах туземцев).
   Альма
   Ежели даже допустим, что невозможно было не позволить неприятелю произвести высадку, то, по крайней мере, нет сомнения в том, что мы имели средства затруднить ее, выиграть время и усилить позицию на Алме, устроив ложементы для стрелков и вырубив на правом берегу сады и виноградники. 2-го сентября, на позиции уже находились полки сокращенного штата, имевшие ещё старое вооружение: Владимирский, Суздальский, Бородинский, Тарутинский, Минский, Волынский, Казанский, резервные баталионы Белостокского и Брестского полков и часть саперного батальона, которые вообще могли выставить более 20-ти тысяч рабочих.
   Утром 7-го сентября, неприятельская армия построилась на левой стороне речки Булганака. Союзный флот следовал вдоль морского берега наравне с движением войск. Как только Союзные войска стали теснить бывших впереди казаков, начальник Резервной дивизии, князь Мощанский, выслал в подкрепление им гусарские полки с конно-легкою N 12-го и донскою N 4-го батареями, за коими следовала 2-я бригада Резервной (17-ой) дивизии. Подполковник французского генерального штаба Ла-Гонди (La Gondie), производивший рекогносцировку нашей позиции, приняв наших гусар за своих, был захвачен в плен унтер-офицером гусарского Е. И. В. Николая Максимилиановича полка Зарубиным. С нашей стороны тоже не обошлось без ошибки: приняв бывших в кителях Киевских гусар за французских кирасир, наш авангард открыл по ним огонь из орудий. Несколько гусар было ранено. Вслед затем, наша кавалерия, не завязывая дела, отошла за Алму.
   Союзники решились атаковать нашу позицию, 8-го сентября, всеми своими силами, в числе около 60-ти тысяч человек с 96-ю орудиями. На правом крыле их армии находились четыре французские дивизии: генералов Канробера и Боске, принца Наполеона и генерала Форе (бригады Лурмеля и д'Ореля), и турецкая дивизия под начальством французского генерала Юсуфа, а на левом пять английских дивизий: легкая генерала Броуна, 1-я герцога Кембриджского, 2-я генерала Леси-Эвенса, 8-я Энгленда и 4-я Каткарта, а еще левее -- кавалерия Кардигана. Положено было, пользуясь значительным превосходством союзников в числе войск, атаковать нас с фронта, обойдя одновременно с обоих флангов. Для обхода нашего левого фланга назначена 2-я дивизия, генерала Боскё, и турецкие войска; прочие французские дивизии были направлены с фронта; решительный же удар в правый наш фланг был предоставлен Англичанам. Сообразно тому, назначено выступить с места ночлега: колонне Боске -- в 5 Ґ часов утра, (чтобы отвлечь наши резервы к левому флангу), английским войскам -- в 6 часов, а прочим -- в половине 7-го (20).
   С первого шага Союзников обнаружились затруднения, не дозволившие им исполнить предположенный план действий. Английским войскам, для достижения назначенного им пункта в общей линии боевого порядка, пришлось пройти несравненно большее пространство, нежели рассчитывали главнокомандующие, незнакомые с местностью, на которой им довелось действовать; к тому же Англичане удалились на значительное расстояние от Французов, и образовался в боевой линии промежуток, что заставило лорда Раглана двинуться фланговым маршем вправо на соединение с французскими войсками и вместо предположенного обхода нашей позиции справа, атаковать ее с фронта.
   8-го сентября, около 6-ти часов утра, генерал Боске с своею дивизией двинулся вдоль морского берега; за ним следовала в резерве турецкая дивизия. Подойдя к Алме и видя, что Англичане еще не были готовы к совокупному действию с Французами, Боскё с своим штабом выехал вперед, чтобы осмотреть доступы к реке и заметил, что можно было взобраться на утесистый левый берег ее, хотя и с большим трудом, по двум доступам: один из них, еще прежде усмотренный с моря, находился близь устья Алмы, где, по образовавшейся от прибоя воды узкой полосе наносного песку, можно было пройти только в один ряд, а другой -- около версты выше первого. Переправясь через реку, надлежало подняться на почти отвесный берег, вышиною в 150 футов. Очевидно, что, при малейшем сопротивлении наших войск, высоты нижней Алмы были неприступны; но генерал Боскё не открыл даже ни одного русского разъезда, и, не смотря на то. войска его, офицеры и солдаты, сомнительно посматривали на подмытые течением реки крутые скалы, не надеясь взобраться на них.
   Между тем, английские войска, которые. на основании диспозиции, должны были выступить с бивуаков в 6-ть часов, простояли на месте до 9-ти часов, Сами Англичане сознаются, что генерал Броун, получив вечером 7-го приказание -- выступить к Алме, неизвестно почему, ожидал утром вторичного приказания, и что английские войска вообще двигались медленно. Французы, в ожидании содействия своих союзников, были принуждены останавливаться несколько раз, и даже дивизия Воскё успела изготовить кофе, подойдя к устью Алмы, оставалась на месте почти до полу-дня. Не взирая на то, что появление значительных сил на этом пункте очевидно обнаруживало намерение Союзников -- обойти позицию на Алме с левого фланга, с нашей стороны не было принято никаких мер для противодействия обходу и наши войска оставались неподвижно на занятой ими позиции.
   Как только генерал Боске узнал, что Англичане тронулись с места, то, выслав вперед цепь из зуавов и алжирских стрелков, двинул свои войска двумя колоннами; в левой, под непосредственным начальством Боскё, бригада д'Отмара шла по тропинке, пролегавшей в овраге, а в правой, бригада Буа -- по песчаной отмели в устье Алмы. За последнею, вдали, следовала турецкая дивизия. В несколько минут, зуавы, перейдя через реку и цепляясь за крутые скалы, появились на гребне утесов левого берега. Обнаружив недостроенное укрепление с почти готовой батареей, сам Боске, изумленный тем, что по войскам его не было сделано ни одного выстрела, сказал окружавшим его офицерам: "Эти господа решительно не хотят драться". Затем, полагая, что наши войска заняли разрушенную деревню Улюкол, вблизи дорожки, по которой Французы могли взобраться на высоты, приказал одному батальону зуавов осмотреть эту деревню - там тоже было недостроенное укрепление, и когда они миновали ее, вся бригада д'Отмара направилась к броду. Саперы тотчас устроили спуск для переправы орудий, и начальник артиллерии Барраль, найдя, что было возможно взвезти орудия по оврагу, приказал идти туда же за первою батареей и другой, находившейся при бригаде генерала Буа. Легко представить себе, как трудно было бы неприятелю взойти на эти высоты, если бы мы заняли оба доступа к ним ротою стрелков, поддержанных одним или двумя батальонами с несколькими орудиями. Правда -- атака Французов была произведена под огнем пароходов, но эта канонада не могла иметь заметного влияния на успех боя, как по значительному расстоянию пароходов от нашего левого фланга, так еще более потому, что высокий морской берег совершенно заслонял наши войска. На этой позиции находилось ещё две недостроенных батареи, с возможностью преимущественной стрельбы в море.
   Одновременно с появлением дивизии генерала Боске на высотах левого берега Алмы, построились к бою прочие Союзные войска: дивизии Канробера и принца Наполеона против деревни Алматамака, в двух линиях, частью в развернутом строе, частью в колоннах; а дивизии Форе и турецкая -- в резерве. Еще левее и на значительных между собою интервалах, против селения Бурлюка и бурлюкского моста, стали в две линии, в развернутом строе, Англичане: в первой линии дивизии Эвенса и Броуна, а во второй -- Энгленда и герцога Кембриджского. За левым флангом последней дивизии, в резерве. расположились дивизия Каткарта и кавалерийская бригада Кардигана. Впереди боевого порядка находились три батареи: две французские и одна английская, и были рассыпаны штуцерные. Бой начался на левом фланге нашей позиции. Как только зуавы, взойдя на высоты, рассыпались и внезапно очутились в тылу стоявшего у деревни Аклеса 2-го батальона Минского полка, то открыли по нем меткий огонь. Командир батальона, подполковник Ракович, подвергаясь перекрестному огню с нескольких сторон и угрожаемый опасностью быть отрезанным от прочих войск, отступил, под прикрытием застрельщичьей цепи, по долине Улюкол, за деревню Орта-Кисек.
   Между тем, князь Мощанский, еще около 8-ми часов, заметя движение неприятеля к устью Алмы, приказал лейтенанту Стеценкову отправиться на левый фланг и передать генералу Кирьякову, что против него спустились к реке семь или восемь батальонов, и чтобы он был осторожен. Кирьяков отвечал: "Вижу, но не боюсь их". Получив такой ответ, начальник дивизии, находившийся на высоте у правого крыла, сел на лошадь и поехал на левое крыло. Его сопровождали: Комовский, Грот, Вунш, Жолобов, Панаев, и проч. Прибыв на левое крыло в то время, когда неприятель врассыпную взбирался на высоты, князь послал за подкреплением штабс-ротмистра Грейга и других своих адъютантов, с различными приказаниями, а сам остался на левом фланге в страшном огне; в самом начале сражения, оторвало ногу ядром ехавшему подле князя, генерального штаба капитану Жолобову, а флигель-адъютанту Сколкову, посланному с каким-то приказанием, оторвало руку. Как, вскоре после того, французские войска сблизились с нашим центром, то князь поехал туда, сказав: "Так пойдет дело еще час или полтора, потом дойдет до штыков, а там что Бог даст". Прибывший, по распоряжению начальника, в помощь Минскому батальону, 4-й батальон Московского полка, с 4-ою и 5-ою легкими батареями 17-й артиллерийской бригады, способствовал подполковнику Раковичу не только отступить в порядке, но и удержаться на позиции у Орта-Кисек. Но в то время, когда подходил туда Московский батальон, его встретили все пять баталионов бригады д'Отмара, за которыми уже начала всходить на высоты бригада Буа.
   Когда же князь Мощанский направил на левый фланг остальные батальоны Минского полка, они встретились с десятью батальонами дивизии Боске. Войска наши двинулись на Французов, но, засыпанные снарядами с пароходов, пришли в расстройство. Генерал Кирьяков, желая остановить неприятеля, обходившего наш левый фланг, выдвинул из резерва вперед батареи: конную N 12-го и донскую N 3-го, которые открыли огонь по дивизиям Канробера и принца Наполеона. Несмотря на превосходство неприятеля в силах, Московский батальон и Минский полк, построясь под тупым углом с прочими войсками, левым флангом за селением Орта-Кисек, а правым к дороге ведущей от деревни Алматамака к реке Каче, покушались ударить в штыки, но Французы, уклоняясь от рукопашного боя, встречали наши войска на дальнем расстоянии картечью и ружейным огнем, и наносили огромный урон русской пехоте, вооруженной гладкоствольными ружьями. Не успев сбросить штыками неприятеля с вершины высот мы лишились выгод, которые представляла нам местность на левом крыле нашей позиции: таким образом судьба сражения уже была решена прежде, нежели бой завязался в центре и на правом крыле.
   Как только раздались первые выстрелы дивизии Боске, маршал Сент-Арно двинул вперед прочие французские войска с фронта против левого крыла нашей позиции. 1-й зуавский полк, состоявший в дивизии Канробера, атаковал штуцерных 3-го батальона Московского полка, в Алма-тамаке. Наши стрелки, вытесненные несравненно сильнейшим неприятелем из тамошних садов, отошли на левую сторону Алмы, предав пламени селение. Чтобы удержать дивизии Канробера и принца Наполеона, сам начальник дивизии приказал Московскому полку спуститься по скату высот, обращенному к реке, и открыть пальбу по наступавшим французским колоннам; но наши пули не долетали до неприятеля, который, стреляя коническими пулями и будучи поддерживаем огнем батарей, поражал Московцев. Резервные батальоны Брестского и Белостокского полков, имевшие старые кремневые ружья, из которых не могли стрелять далее 250 шагов, также теряли много людей, не нанося Французам вреда.
   Англичане вступили в бой позже Французов. Причиною тому были напрасные передвижения английских войск: сперва для обхода нашей позиции с правого фланга, потом вправо, чтобы не разобщиться с французскими войсками, и наконец -- влево, когда легкая дивизия Броуна, по близорукости своего начальника, столкнулась с дивизией Эвенса и должна была принять обратно влево. Обе английские дивизии, вместо предположенной фланговой атаки нашей позиции, направились с фронта на селения Бурлюк и Тарханлар. Стрелки их, почти одновременно с дивизиями Канробера и принца Наполеона, атаковали сады, занятые нашими стрелками и моряками. После получасовой перестрелки, оба наши баталиона отступили на левую сторону Алмы: саперы и моряки -- за вторую боевую линию, а 6-й стрелковый батальон по-полубатальонно в первую линию: 1-йполу-батальон к правому флангу наших войск, где и рассыпал цепь впереди Суздальского полка, между холмом и большою горою, а 2-й полу-батальон, отойдя на левый фланг баталионов Брестского полка, рассыпался в интервале между этими батальонами и правым флангом Московского полка. При отступлении из садов, наши стрелки зажгли селение Бурлюк, чтобы не позволить неприятелю укрываться в тамошних строениях.
   По занятии садов в селениях на правой стороне Алмы, Союзники двинулись против нашей позиции. Дивизия Канробера, в составе 10-ти баталионов, имея впереди 1-й полк зуавов полковника Бурбаки и два стрелковых батальона, и дивизия принца Наполеона, также в составе 10-ти баталионов, овладев садами Алматамака, перешли в брод через Алму и взошли на высоты. Здесь они были встречены жесточайшею пальбою наших стрелков, поддержанных Московцами 2-го и 3-го баталионов и метким огнем 4-й легкой батареи 17-й артиллерийской бригады, подполковника Кондратьева.
   Сам Канробер был легко ранен в плечо осколком гранаты. Командир 7-го линейного полка Тройю (Troyou) убит; многие из офицеров ранены. Как между тем артиллерия Канробера еще не успела взобраться на плато, то, по просьбе его, генерал Боске послал ему в помощь одну из своих батарей. Маршал Сент-Арно, видя затруднительное положение своего правого крыла, разобщенного от прочих войск, поддержал его всеми войсками резервной дивизии генерала Форей: бригада Лурмеля была послана в помощь дивизии Боскё, а бригада Орель-де-Паладина быстро устремилась к высотам, занятым Канробером; артиллерия, высланная в голове обеих бригад, подскакав к берегу, перешла через реку в брод, причем канонеры, по пояс в воде, подвигали орудия, взявшись за колеса.
   По всей вероятности, мы могли бы устоять здесь, если бы заблаговременно были к тому приняты надлежащие меры. Но, к сожалению, в действиях наших войск не было надлежащей связи, и благоприятная для нас минута прошла невозвратно. Около двух часов пополудни, дивизия Канробера, а потом и дивизия принца Наполеона, сильным огнем своих батарей и штуцерных, заставили наше левое крыло отойти за телеграф с большою потерею. Командиры полков: Минского полковник Приходкин и Московского генерал-майор Куртьянов были ранены; большая часть баталионных и ротных командиров убиты или ранены. Тарутинский полк, сообразуясь с движением впереди стоявших войск, также отошел за телеграф. Затем, все наше левое крыло, именно полки: Московский, Минский, Тарутинский и резервные батальоны Брестского и Белостокского полков продолжали отступать, несмотря на то, что на правом фланге первое нападение Англичан было отбито.
   В половине второго, войска лорда Раглана также подошли к правому берегу Алмы. Англичане, в развернутом строе, наступали медленно, но стройно, к объятому пламенем селению Бурлюку, между тем как высланные вперед стрелки заняли сады между Бурлюком и Тарханларом. Наши саперы кинулись разорять бурлюкский мост, но не совершенно успели в том. Между тем батарейная N 1 и легкая N 1 батареи 16-й артиллерийской бригады, действуя с господствующих высот, громили картечью Англичан, стоявших на правом берегу.
   Штуцерные Бородинского и Казанского Великого Князя Михаила Николаевича полков сосредоточили свой огонь на войска, расположенные по обе стороны большой дороги. Неприятельская артиллерия покушалась противодействовать огню наших батарей, но была принуждена прекратить стрельбу. Пехотные дивизии Эвенса и Броуна, понеся значительный урон, получили приказание лечь наземь. Но и там они были поражаемы картечью и пулями штуцерных. Напрасно бригада Кодрингтона (легкой дивизии Броуна) приблизилась к мосту, чтобы, перейдя через реку, броситься на наши батареи; потерпев огромную потерю, Англичане обратились назад и отступили за бурлюкский трактир. Но неприятельские стрелки, скрываясь за каменными оградами садов и в виноградниках, на левом берегу Алмы. страшно вредили нам, и в особенности 1-й и 2-й легким батареям 16-й артиллерийской бригады, стоявшим левее большой дороги. Эти батареи и стоявший позади их Бородинский полк были принуждены отступить.
   В 3-м часу, английские войска, получив снова приказание наступать, двинулись в двух развернутых линиях, против правого крыла нашей позиции. Эта местность, наиболее доступная, была усилена укреплениями и занята целою половиною дивизии князя Мощанского. Англичане могли бы удобно переправиться в брод между селениями Бурлюком и Тарханларом, где наши войска (Суздальский полк) стояли в расстоянии более полуторы версты от берега реки, либо у Тарханларского трактира, где могли встретить их только две роты 6-го стрелкового батальона. Переправясь здесь, а также ниже моста, где было несколько бродов, Англичане овладели бы эполементом у евпаторийской дороги, в котором стояла батарейная батарея N 1-го 16-й артиллерийской бригады, но они упорно стремились к мосту, и, поражаемые огнем наших батарей, долго не могли переправиться. Наконец пяти английским батальонам удалось перейти на левый берег Алмы. Генерал Кодрингтон тотчас направил их против стоявшей в эполементе батарейной батареи.
   Для встречи неприятеля, по распоряжению князя были высланы вперед наименее потерпевшие от огня штуцерных 8-й и 4-й батальоны Казанского, Великого Князя Михаила Николаевича, полка, а четырем батальонам Углицкого полка приказано стать за Владимирским полком. 4-й и за ним 8-й баталионы Великого Князя быстро устремились к мосту на встречу Англичанам и заслонили собою батарею, которая, чтобы не стрелять по своим, прекратила весьма действительный картечный огонь; а между тем неприятель, пользуясь превосходством своего огнестрельного оружия, встретил Казанцев пальбою стрелков и развернутого фронта. Командир полка, полковник Селезнев, и оба батальонные командиры были убиты; большая часть офицеров и нижних чинов выбыла из фронта; остатки батальонов, лишась своих начальников, отступали в беспорядке прямо на эполемент. Как только наши солдаты подошли к самому укреплению, то раздались в стороны и батарея тотчас открыла огонь.
   Но уже было поздно. В голове Англичан, 23-й пехотный полк (Royal Welsch), преследуя по пятам отступавших егерей, появился в расстоянии пистолетного выстрела от нашей батареи; за ним двигались другие неприятельские полки, под личным начальством Кодрингтона. Батарейная N 1-го батарея, оставшись с весьма слабым прикрытием, состоявшим из совершенно расстроенных 3-го и 4-го батальона Казанского полка и из прочих баталионов того же полка, стоявших правее эполемента на открытой местности и весьма ослабленных метким огнем неприятеля, была принуждена отступить. Два наших орудия, одно с подбитым передком и другое, у которого были убиты коренные лошади, не могли быть увезены и достались Англичанам вместе с эполементом. Неприятельское красное знамя появилось на валу батареи.
   В эту решительную минуту, князь Горчаков двинул к эполементу 1-й и 2-й батальоны Владимирского полка, под личным предводительством начальника подошедшей 16-й пехотной дивизии, генерал-лейтенанта Квицинского. Храбрые Владимирцы, не дав неприятелю времени осмотреться в занятом им укреплении, пошли в штыки сначала без выстрела, но, подойдя близко к эполементу, приостановились, из передних взводов наших колонн было сделано несколько выстрелов, на которые неприятель, отойдя на обращенную в поле сторону вала, отвечал столь же беспорядочною пальбою. Но вслед затем Владимирцы снова пошли в штыки так решительно, что Англичане, не выждав удара, стали быстро отступать к реке, и, устроившись на-скоро, открыли штуцерный огонь и канонаду. Здесь раненый в грудь на вылет пулею командир полка полковник Ковалев, был вынесен с места побоища Владимирского полка поручиком Горбуновым.
   Между тем, лорд Раглан, переехав в брод через реку ниже бурлюкского моста, направил в помощь Броуну прочие английские дивизии. Князь П.Д. Горчаков, пешком, в простреленной несколькими пулями шинели, лично повел в дело 3-й батальон Владимирского полка и приказал идти за ним 4-му. Но неприятельские войска, выйдя из сферы действия гладкоствольных ружей и подвергаясь выстрелам только горсти Владимирских штуцерных, стали строиться для новой атаки. Чтобы остановить их, необходима была артиллерия, а в эполементе оставалось одно подбитое орудие (другое было увезено Англичанами). Батарейная N 1-го батарея 16-й бригады, по случаю огромной убыли в прислуге и лошадях, не могла вступить в дело. Донские батареи были отправлены в помощь левому крылу. Батарея N 3-го 14-й бригады, стоявшая в эполементе на большой горе, нужна была для обороны этого важного пункта, и, кроме того, чтобы прибыть к эполементу у евпаторийской дороги, не могла спуститься прямо с горы, а должна была сделать значительный объезд; что же касается до батареи N 4-го 14-й бригады, почти бесполезно стоявшей впереди Суздальского полка, то ей также предстоял трудный объезд по дну оврага, в тылу этого полка.
   Несмотря однако же на малочисленность штуцерных Владимирского полка, которые одни лишь могли поражать неприятеля, строившегося в двухстах шагах впереди реки, Англичане, по собственному их признанно, здесь потерпели весьма чувствительный урон, и особенно легкая дивизия Броуна; в 23-м полку: убиты один полковник, семь обер-офицеров и 43 нижних чинов; ранено пять офицеров и 148 нижних чинов; в 33-м полку: убиты один обер-офицер и 55 нижних чинов; ранены два штаб-офицера, пять обер-офицеров и 188 нижних чинов; в 19-м полку: убиты два обер-офицера и 39 нижних чинов; ранены пять обер-офицеров и 174 нижних чинов; в 95-м полку, дивизии Эванса: убиты шесть обер-офицеров и 45 нижних чинов; ранены один полковник, 11 офицеров и 128 нижних чинов.
   Для поддержания дивизии Броуна, были направлены против эполемента отборные полки: гвардейские гренадеры, шотландские фузелеры и Cold-stream; сам герцог Кембриджский находился при последнем полку. С нашей стороны, генералы князь Горчаков и Квицинский лично повели в штыки Владимирские батальоны. Увлеченные примером офицеров, шедших в голове колонн, Владимирцы, с криком "ура", частью бросались прямо чрез насыпь эполемента, частью, обежав его с флангов, быстро смыкали ряды на походе. Пораженные ужасом английские баталионы, стоявшие в первой линии, бросились назад к мосту, как вдруг с места, прежде занятого Бородинским полком, загремела канонада в фланг Владимирского полка. По свидетельству Кинглека, это были два английские орудия, которые приказал поставить там сам Раглан, выехавший вперед с своим штабом и очутившийся вблизи наших резервов. Неожиданное действие этих орудий остановило наши наступавшие батальоны, пользуясь чем, Англичане открыли по ним батальный огонь в расстоянии не более ста сажен.
   Под князем Горчаковым была убита лошадь, но он продолжал пешком приводить в порядок расстроенные боем колонны и направлять их лично в атаку. Его шинель была прострелена несколькими пулями. Все окружавшие его были перебиты. Перекрестный огонь нескольких тысяч штуцерных и французской батареи Туссена (Toussaint), в несколько минут, вырвал из рядов Владимирского полка почти всех офицеров. Ближайшее подкрепление, состоявшее из 4-х батальонов Углицкого полка, находилось в версте от эполемента; Казанский же полк, ослабленный боем, отступил на прежнюю позицию Владимирского полка. В таком безнадежном положении, генерал Квицинский, отведя остатки полка в эполемент, встретил неприятеля пальбою и удерживался против английской гвардии, поддержанной целою дивизией Броуна и огнем французской батареи, двадцать минут. Наконец, видя наступление с обоих флангов нескольких свежих английских батальонов и подвергаясь явной опасности быть отрезанным, генерал Квицинский приказал Владимирскому полку отступать, подкрепив цепь и поручив прикрывать с нею отступление поручику Брестовскому. Едва лишь успел Квицинский сделать эти распоряжения, как под ним была убита лошадь, и вслед затем он ранен пулею в ногу. Уже на носилках из ружей, отдал он последнее приказание Брестовскому ускорить отступление, указав на обходившие Владимирцев с обоих флангов английские войска. В это время, другая пуля раздробила ему левую руку и ребро. Так оставил место побоища Квицинский -- истый рыцарь без страха и упрека.
   Владимирский полк вышел из боя всего с 2-мя штаб-офицерами и 9-ю обер-офицерами; убыль же нижних чинов оказалась так велика, что полк был рассчитан в один батальон 4-х-ротного состава. Суздальский полк также начал отступать, а вслед затем и Углицкий полк, прикрыв остатки Владимирского и Великого Князя Михаила Павловича полков, стал подыматься в гору, по дороге, пролегавшей за его правым флангом. Неприятель между тем успел взвезти на вершину большой горы батарею Турнера и открыл по отступавшим войскам канонаду и штуцерный огонь, от которых Углицкий полк, до того времени потерпевший незначительный урон, от случайно попавших в него штуцерных пуль, потерял более ста человек.
   Одновременно с отступлением нашего правого крыла, войска левого крыла отступали вдоль долины Улюкол и уже находились за деревнею Аджи-Булат. Чтобы занять интервал, образовавшийся в центре, и прикрыть общее отступление, начальник артиллерии в Крыму, генерал-майор Кишинский, поставил, под прикрытием Волынского полка, на небольшой высоте, несколько назади бывшей позиции главного резерва, три наименее пострадавшие батареи: конно-легкую N 12-го и легкие N 3-го и 4-го 14-й артиллерийской бригады, всего 24 орудия. Правее их построилась развернутым фронтом гусарская бригада, а еще правее стали казаки.
   Союзные войска, подойдя к позиции, занятой нашим арриергардом, остановились и прекратили преследование. Кавалерия лорда Кардигана сначала была выдвинута вперед и захватила несколько человек в плен; но Раглан, желая сохранить свою малочисленную кавалерию, приказал ей обратиться назад и прикрывать пешие батареи. Получив это приказание, лорд Лукан отошел к артиллерии, отпустив всех захваченных им пленных. Некоторые приписывают бездействие Англичан после одержанной Союзниками победы ослаблению их армии холерою и другими болезнями. Французы также не преследовали нашу армию, как по неимению в достаточном числе кавалерии, так по утомлению войск и незнанию края; главною же причиною нерешительности действий Союзников после занятия ими нашей позиции, без сомнения, было упорное сопротивление русских войск и потери, понесенные в сражении на Алме. К тому же, болезнь маршала Сент-Арно не позволяла ему лично распоряжаться действиями вверенных ему войск, а начальник его штаба, генерал Мартенпрей, не осмелился взять на себя ответственности преследования армии на местности, совершенно ему неизвестной.
   Отступление было исполнено без всякой суеты, в совершенном порядке; только один из полков (Углицкий), по недоразумению, пустился было беглым шагом, но тотчас остановился, как только настигший его князь Мощанский приказал остановить полк и продолжать отступление с музыкою. Сражение окончилось в половине пятого часа, а войска собрались за рекою Качею уже к ночи. Неприятельская же армия провела ночь на позиции, прежде занимаемой нашими войсками, и оставалась на месте двое суток.
   В сражении на Алме урон наш простирался до 5,709 (ранено - 3174, пленено -735, убито - 1800) человек, урон Союзной армии вообще простирался до 3,353-х человек. 
  
   Глава 5 Мышеловка насторожена
   Пока защитники Севастополя, руководимые Тотлебеном, работали денно и нощно, усиливая и возводя вновь укрепления на Северной стороне и в дефиле, ведущем к Маккензиевым высотам, в полуторв верстах от линии железной дороги, Союзные военачальники теряли время в прениях о дальнейших действиях. Раглан полагал, что "как вся экспедиция была предпринята без точных, положительных сведений о силах и средствах неприятеля, и имела характер нечаянного вторжения в страну, то надлежало, пользуясь победою на Алме, довершить одержанный успех решительным и быстрым взятием Северного укрепления". На основании таких соображений, Раглан предложил маршалу Сент-Арно "немедленно идти к Бельбеку, переправиться через эту речку и атаковать Северный форт". Но маршал отклонил предложение английского полководца и остался на Алме, отговариваясь чрезвычайною усталостью войск. Впоследствии французские историки Восточной войны оправдывали маршала, приводя многие причины его бездействия: совершенное незнание края, служившего театром войны; отступление в порядке и без большого урона русской армии, со всею находившеюся при ней артиллериею; потери, понесенные Союзниками в сражении на Алме; недостаток в кавалерии; неимение обозов; необходимость призрения раненых; трудность согласить действия французской и английской армий. По-видимому, главною из всех этих причин была последняя.
   Лорд Раглан, полагая, что маршал не приступал к дальнейшим действиям из опасения штурмовать Северное укрепление, составил другой план, состоявший в том, чтобы атаковать Севастополь с юга. Так пишет уважаемый английский историк Кинглек; но в журнале маршала Сент-Арно положительно сказано, что он, намереваясь предпринять переход на южную сторону Севастополя, выжидал согласия Англичан на это движение. Впрочем, как бы ни было, такой переход замедлил действия Союзников, которым, предприняв его, надлежало принять меры для отправки на суда больных и раненых, не оставляя их на Алме, отдельно от армии. Французы успели убрать своих раненых в продолжении одних суток; Англичанам же предстояло несравненно более затруднений, при полуторном числе раненых, да и переносить их с места битвы к берегу пришлось гораздо далее: все это задержало Союзников на Алме до утра 11-го сентября и подало маршалу Сент-Арно повод жаловаться на медленность английских войск. "Англичане все еще не готовы --писал он -- и не позволяют мне тронуться с места, точно также как у Бальчика, как у Старого форта. Правда, что у них больше раненых и что они далее от моря. Какая медленность в их движениях! Возможно ли так вести войну? Время стоит прекрасное, и я не пользуюсь им. Выхожу из себя".
   11-го, в семь часов утра, Союзная армия двинулась к речке Каче; солдаты имели при себе семидневный запас продовольствия. Часть войск перешла через речку в брод; остальные, вместе с артиллерией и походным лазаретом, двигались по мосту. После ночлега на Каче, Союзники предполагали переправиться через Бельбек и все еще имели намерение атаковать Северное укрепление. Маршал Сент-Арно, получа, утром 12-го, сведения о расположении сильной русской батареи на левом фланге Северной позиции и о наличии линии укреплений у Бельбека с сильной артиллерией, лишавшей Союзную армию возможности быстрого продвижения в условиях сложной местности, невозможности при нападении на Севастополь в этом положении содействия флота, сперва отложил, а потом и вовсе отменил нападение с северной стороны.
   Бельбекские укрепления, с восточной, приморской стороны (три батареи и пять небольших редутов с двумя линиями окопов) лишали армию Коалиции возможности вести прямую атаку на Северную сторону Севастополя, и оставляли возможность идти вдоль реки Бельбек, обходя склоны Маккензиевых высот по восточным их склонам. Представлялась возможность для армии развернуться в направлении Бахчисарая, но это уже прямо противоречило основной поставленной цели и не позволяло оставлять тылы без надлежащего обеспечения, а армию ставило под угрозу потери коммуникаций. На Бельбекских позициях размещалась 21 пехотная дивизия 2 корпуса Северной армии (переброшена в марте-мае).
   Вторая дивизия корпуса - 22 и артиллерийская бригада занамали позиции на Маккензиевых высотах, на позициях,позволявших сосредоточить огонь с фронта и с правого фланга, оттесняя неприятеля под огонь укреплений Бельбека. В случае же поворота вражеской армии в сторону Бахчисарая, то это направление прикрывалось 31 пехотной дивизией 3 корпуса и артиллерийской бригадой. 32 дивизия составляла резерв и находилась на линии укреплений у Черной речки.Тамже приводили себя в порядок и принявшие бой на Альме подразделения. В Симферополе находилась 421 бригада 41 дивизии с артиллерийской бригадой. Имелись в распоряжении командующего и два бронепоезда. На Бельбекской позиции, кроме штатных огневых средств были установлены 6 36-фнт., 12 24-фнт., 12 пудовых единорогов и 12 пудовых мортир. На Маккензиевских позициях установили 6 24фнт., 18 18-фнт. орудий и 24 Ґ пуд. единорога. Бахчисарай прикрывался 7 батареями с установленными на них 6 36-фнт., 12 24-фнт., 6 18-фнт. орудиями и 12 1-пуд. единорогами. Маккензиевые позиции позволяли держать под огнём значительную часть дефиле, доступную для движения к Бахчисараю.
   Лорд Раглан оставался при своем прежнем мнении, однако же, уступая желанию французского главнокомандующего, согласился обойти Севастополь, овладеть Балаклавою и повести атаку с юга. Фланговое движение с северной на южную сторону Севастополя представляло много затруднений и опасностей: надлежало направиться по незнакомой, лесистой, весьма пересеченной местности, причем Союзники могли встретиться с русскою армией и быть принуждены пролагать себе дальнейший путь к морю оружием; затем предстояло им занять крутые высоты Сапун-горы, не овладев коими нельзя было приступить к атаке южных укреплений Севастополя. почти совершенно им неизвестных. Но, после отказа Французов атаковать Северный форт, Раглану оставалось только принять предложение маршала Сент-Арно, либо отказаться от дальнейших действий.
   К тому же, инженер-генерал Бургоэн, старый, опытный воин, удостоенный совершенным доверием британского полководца, также советовал атаковать Севастополь с южной стороны, полагая, что: во 1-х, вместо позиции, сильной местностью и небольшой протяжением, обороняемой укреплениями "Константиновского форта" -- прочной постройки, Русским придется защищать на южной стороне весьма длинную линию, изрезанную глубокими балками и, по всем имеющимся сведениям, весьма плохо укрепленную; во 2-х, как Союзные войска двигаются с севера, то нападение с южной стороны будет неожиданно; в 3-х, овладение "Константиновским фортом" (Северным укреплением) не доставит взятия важных военных сооружений, устроенных на южной стороне бухты; в 4-х, судя по имеющимся картам, можно вывести заключение, что между Балаклавою и долиною речки Черной есть позиция, которая, по обширности своей, не может быть занята войсками севастопольского гарнизона и послужит для выгодного расположения Союзной армии; в 5-х, сообщение с флотом, базою Союзных войск, может быть устроено надежнее и удобнее, заняв Балаклаву и Херсонесские бухты, нежели вдоль открытого берега к северу от Севастополя, и в особенности проложив хорошие дороги от Балаклавы и прочих бухт к месту расположения армии, для сообщения с флотом, который, одновременно с фланговым движением армии, перейдет к югу от Севастополя.
   Хотя Сент-Арно, еще находясь на поле сражения в долине Алмы, одобрил движение на южную сторону Севастополя, однако же решился исполнить его не прежде 12-го сентября, в то время уже, когда, к вечеру этого дня, авангард Союзной армии расположился на высотах левого берега Бельбека по дороге к Инкерману (15).
   Вице-адмирал Корнилов, ожидая на следующий день, 13-го сентября, нападения на северную сторону, счел нужным, для прикрытия войск -- на случай отступления за Сухую балку -- поставить пароходы: Бессарабия. Одесса, Громоносец и Эльборус у северной пристани, а Херсонес, Грозный, Владимир и Крым возле батареи N 4-го. Окончив все свои приготовления, Корнилов писал: "Вчера неприятель дневал за Бельбеком; наша армия снялась ему во фланг, по высотам инкерманским. Я взял на себя защиту Северной стороны и теперь поселился в домике Меншикова у N 4-го. У меня 10,000 наших моряков, взятых с кораблей. Укрепления в надежном виде, и я, если армия сделает свое, надеюсь отдуться. Берег этот, кроме войска, защищается кораблями и пароходами; с моря же мы недосягаемы"....
   Между тем, еще в ночи с 11-го на 12-е число сентября, авангард войск князя Мощанского, в числе около 13 тысяч человек, под начальством генерал-майора Жабокритского, прибывшего с небольшим отрядом с восточной части Крыма, выступил с Куликова поля к хутору Мекензи, (Меккензиевская позиция)откуда, по окончании варки пищи, ему назначено было идти к деревне Отаркой (фланг Бахчисарайской позиции) 12-го, в 4 часа пополудни; по следам авангарда, должен был двинуться генерал Кирьяков с 17-ю пехотною дивизиею, а за ним приказано следовать князю Петру Дмитр. Горчакову с остальными войсками. Обозы, большею частью, были отправлены в Севастополь.
   При движении на хутор Мекензи, наши войска тянулись в одной колонне, в расстоянии не далее 4-х верст от неприятельских аванпостов, так что, в ночи с 12-го на 18-е, нам ясны были видны огни бивуаков Союзной армии. Князь Мощанский, направя свои войска по единственному пути, выходящему на бахчисарайскую большую дорогу, не имел возможности прикрыть свое движение с фланга особым отрядом и фактически во второй раз служил наживкой для неприятеля - война достаточно жестокое дело, и потому должен был, избегая встречи с неприятелем, совершить фланговый марш скрытно, со всевозможною быстротою. Но генерал Кирьяков, следовавший за авангардом в голове прочих войск, сбился с дороги, потерял много времени и замедлил движение колонны князя Горчакова. С прибытием наших главных сил к селению Черкес-Кермен (верстах в 3-х от хутора Мекензи), авангард двинулся с привала у Мекензи к Отаркой, а Кирьяков, в третьем часу пополуночи, выступил за ним вслед, подошел на рассвете 13-го к Отаркой, и, сделав там получасовой привал, по недоразумению, опередил авангард и. перейдя Качу, расположился на высотах правого берега этой речки. Войска же князя Горчакова, после привала у Черкес-Кермена, перешли; утром 18-го, к Отаркой и расположились верстах в 15-ти от Северного укрепления.
   Князь Мощанский, узнав, что генерал Кирьяков, без приказания, ушел на Качу, приказал ему возвратиться к Отаркой и примкнуть к главным силам. Войска этого отряда. двигавшиеся с небольшими привалами, в течение 11-го числа, всей ночи с 12-го на 18-е число и во весь следующий день, прошли до 80-ти верст. В тот же день, около 8-ми часов утра, Союзная армия двинулась из долины Бельбека к хутору Мекензи, откуда предположено было идти далее, в долину реки Черной. Войска тронулись с биваков эшелонами с левого фланга, и потому Англичане шли впереди. По достижении леса, чрез который вела дорога к Мекензи, Раглан, по усилившейся болезни маршала Сент-Арно, сделавшись на время единственным распорядителем действий, предоставил дорогу для движения кавалерии и артиллерии и направил пехоту чрез лес, в стороне от дороги, (как уверяет Кинглек), с пособием бусоли. Солдаты разбрелись в беспорядке, грабя и опустошая дома, встречавшиеся на марше. Сам маршал, уже на одре смерти, писал к своей жене, что "она получит маленький столик, принадлежавший княгине (?) Бибиковой, на память о Крымской войне".
   По выходе из леса, близ хутора Мекензи, кавалерия Раглана внезапно наткнулась на часть нашего обоза, следовавшую в хвосте колонны князя Горчакова, под прикрытием Черноморского линейного батальона, и захватила 25 повозок. При подходе к хутору, союзные колонны весьма сблизились и частично даже перемешались с обозами. После наведения некоторого порядка и начала движения головные войска Союзной армии, утомленные трудным движением по весьма закрытой и пересеченной местности, при совершенном недостатке в хорошей воде, достигли наших Маккензиевых позиций и были обстреляны хорошо направленными выстрелами, перешедшими в батальную канонаду (частая стрельба). После восстановления порядка и отступления, войска коалиции попытались атакой взять укрепления. Подпущенные на 400 шагов батальонв были обстреляны гранатами и картечью. Свою лепту внесли и востаточно точные и частые залпы ракетных установок. Попытка англичан устроить оборонительную линию не удалась из-за значительного превосходства русских частей в артиллерии.
   Отошедшие нглийские и французские дивизии, наскоро приведя себя в поядок, попытались пройти через Бельбек в направлении Севастополя, но вновь попали под расстрел сильной артиллерии. В некотором беспорядке вспомогательных частей и при достойном уважения стойкости и храбрости пехоты, неприятель вышел из сферы действия артиллерии. В этом сражении у французских и английских солдат уже не было никакого преимущества в ружейном огне, наоборот - преимущество в скорострельности перешло к русским стрелкам, при сравнявшейся дальности стрельбы. Немалое значение на скорость и точность стрельбы оказывали хорошие прикрытия , из которых и велась стрельба. Неприятель, построившись ждал решающей атаки. Но её не последовало. Ещё одна попытка нерешительной атаки прервалась после третьего залпа батарейных орудий. У союзников не имелось возможности совершать маневры или проводить фланговое наступление. Ещё было подбито в пером этапе боя значительное количество орудий. Часть из них нашим войскам удалось захватить. Уже в сумерках, неприятелм вернулись на свой бивуак на Каче. Ночь была неспокойной: несколько раз били тревогу и отражали наскоки казачьих разъездов.
   Маршал Сент-Арно, изнуренный сильнейшими припадками холеры, сдал в ту же ночь начальство над войсками генералу Канроберу. Утром 14-го, войска Союзников отошли к Альме. В сражении Англичане потеряли около 700 человек убитыми, 837 ранеными, 121 - пленными. Французы потеряли примерно столько же. Лошадей кавалерии практически не осталось, и потери кавалеристов были высокими. Французы, переправясь через Альму по мостам, построенным саперами, расположились в быстро построенном лагере; Англичане, выйдя к побережью, немедленно начали обмениваться сигналами с дозорными кораблями.
   Обменявшись мнениями, командующие пришли к выводу о необходимости действий против Севастополя с максимально возможно коротким плечом снабжения. Для этого оставался один путь - взятие Балаклавы и атака на Севастополь с юга. В первую очередь решили провести амбаркацию Английского корпуса, с последующей его высадкой в Балаклаве. Правильность подобных действий подтверждали известия о пустынности Балаклавы: обнаруживали только конные дозоры. Высадившиеся на шлюпках солдаты морской пехоты фактически заняли бухту с поселком. После короткого боя с греками-добровольцами была захвачена и старинная башня-развалина, остаток древнего генуэзского укрепления.
   - Лорд, вероятно русские смогли перебросить орудия с батарей для защиты своих путей снабжения. При значительном ослаблении береговой обороны и оголении южной оборонительной линии.
   -В таком случае, нам просто необходимо держать здесь, на побережье часть сил для создания угрозы русским в отношении их тылов. Самих по себе турок будет совершенно недостаточно.
   - Жаль, генерал, что Ваша идея о десанте на Херсон трудноосуществима. Слишком много мелководья, корабли не смогут применять артиллерию. Мелкосидящих канонерок у нас нет. Да и перед Херсоном, у Днепра множество болот и низин. Через Днепр придется переправляться, а это уже очень серьёзное предприятие.
   - Будем требовать у наших Правительств...
   20 сентября первый эшелон Английских войск, снятых с негостеприимного побережья Тавриды, высадился в Балаклаве. В Европе активно занимались обсуждением новостей и азартно спорили, пытаясь предсказать последующие события. Из России не сообщалось ничего, что не было бы известным по выпускам газет в Европе. Для усиления десантной армии было решено перебросить ещё 60 000 французов и 40 000 англичан. Османская империя посылала дополнительно 40 000 солдат. Под нажимом Франции итальянцы решились переправить на Черное море 15 000 карабинеров.
  
   Часть 6 Гроза
  
   Глава 1 Осада
  
   Борт флагманского корабля "Британия"
   - Проходите, проходите в салон, мой дорогой Адольфус. Господа! Представляю Вам Кэптэна Слейда. Некоторые из нас уже давно с ним знакомы. Представляет наши интересы в Османском флоте ещё с 1830 года. Сейчас он - "мусави" (советника командования, с 1849 г.) был сперва в эскадре капудан-паши на фрегате "Нусретие", но затем этот фрегат включили в состав эскадры Кайзерли Ахмет-паши, с которой он и выходил в море.
   - Что новенького Вы нам можете поведать?
   - Если ваш корабль задержится немного, можно организовать неплохую охоту. При позволении капитана "Джо" (сэр Джон Хэй, командир корабля), и - несомненно с приглашением адмирала.
   - что же, это неплохое предложение. Пока будет грузиться вторая волна десанта, как раз и останется время для развлечений и прогулок.
   - А что говорят во дворце у Султана?
   - Всех тонкостей знать невозможно. Но, по моему мнению, Султан стремился непременно добиться  унижения Николая. Принятие Венской ноты и эта война не способствует улучшению дел Турции, но эти события играют весьма благоприятную роль для нашей Англии. Как и Синоп. Русские показали всем, что качество их моряков не ухудшилось со времен Наварина, при несколько меньшем количестве пароходов. Осман-паша возражал против посылки эскадры в Синоп, или - в случае выхода эскадры, просил усилить её линкорами. Наш посол, сэр Редклиф, отсоветовал. Политика.
   - Да. Русские красиво разыграли первую партию. Был бы Синоп, или не было бы Синопа, наши суда также стояли перед Севастополем . Но почему они не атаковали наши караваны?
   - Вы полагаете, что было бы легко перехватить караван, вышедший из Босфора к Варне? Не зная точного маршрута, времени и скорости движения. При неизвестной силе конвоя.
   - Но ведь они могли атаковать при высадке, у Евпатории!
   - И с каким результатом? Отбросим такие важные моменты, как вышеперечисленные. Появляются следующие: место высадки, состояние ветра и в меньшей степени, волнение моря. Ведь у Черноморского флота нет винтовых линкоров, даже винтовых фрегатов нет.
   - Но ведь против нас мог сыграть такой фактор, как наличие пехоты и артиллерии с запасами на кораблях. И даже иногда - лошади!
   Все засмеялись. Да, было забавное путешествие. И все в большей или меньшей степени, надеялись или опасались - в зависимости от возраста и должности, появления вражеских кораблей.
   - Наш второй лейтенант готов всех потопить!
   - Русские могли помешать высадке запасов. Но к этому моменту у нас были уже полностью боеспособные корабли. И вовсе не были наши корабли с десантом беззащитны, да: уменьшалось удобство пользования артиллерией, сложнее маневрировать. Так ведь в бою на больших дистанциях, а иначе - для чего нам сближаться, попаданий немного. Наши корабли, в отличие от французских, были с десантом в 400-600 человек, а 6 кораблей его не имели совсем. И ещё в нашем распоряжении были 3 паровых линкора и множество пароходов и пароходо-фрегатов. И систему дозора сбрасывать со счетов не надо. Вспомните, на прошлых маневрах в Канале, адмирал Гамильтон сказал, что один паровой корабль может заменить два-три парусных.
   - Несомненно, споры по этим вопросам будут, также как и последующие предложения по тактике паровых кораблей, по системе командования.
   - Теперь путь на Балаклаву.
   -Да, лорду Раглану очень повезло в том, что наша 4-я дивизия не высаживалась у Евпатории, и после Меккензиевской неудачи, он смог быстро воспользоваться упущением русских в отказе от обороны Балаклавы и занять её.
   - Возможно, что отказ русских от защиты бухт - это следствие малого количества войск у них. А в неудаче виновны союзники - французы. После Альмы почувствовали азарт и попали в засаду. И ладно бы если только сами...
   - Засады: это как баня и водка. Национальный особенный вид спорта русских. Или сами, или кого-нибудь!
   - Ха-ха-ха. Ха-ха !!!
   - И последняя новость! После Альминского сражения в Севастополе воцарилось состояние, близкое к панике, как нам сообщают местные друзья, помощники и некоторые перебежчики. Начали формироваться морские команды для берега, понтонами пытались загородить вход в бухту, сбрасывали орудия с секторов батарей, обращенных на внутреннюю часть рейда. И самое главное! Они затопили несколько линейных кораблей. По слухам - даже не сняв с них запасов и орудий.
   - Вот это новость, так новость! Всё, Русский флот можно смело вычеркивать из списка действующих фигур. Жаль, что мы не смогли купить росиянских правителей. Пока не смогли.
   - И тем не менее, не следует преувеличивать слухи и преуменьшать возможности оставшихся суден и моряков. Для нас является хорошим предзнаменованием пассивность русских, но это вовсе не значит, что это незначительные противники.
  
   Неожиданным и весьма неприятным известием для высадившихся войск стало обнаружение на линии Федюхиных высот, по Сапун-горе и от Куликова поля к Стрелецкой бухте линий укреплений и батарей. Во исполнении заранее составленных планов, с мая 1852 года, начато постройкой второй линии, ближней к городу, укреплений. Возводимые укрепления получили наименования по местностям, названиям работающих команд и по фамилиям начальствующих лиц, командующих участками или батареями. Укрепления второй линии были предназначены для сохранения и размещения резервов, поэтому названия укреплений повторялись, с добавлением к упоминаемому месту определения линии - "передовая". Небольшое предполье было оборудовано перед обеими линиями. Впереди редута N 1-го (Шварца), а также 4-го и 3-го бастионов, в расстоянии 50-ти шагов, было заложено по шести, а впереди Малахова кургана девять каменометных фугасов, и впереди их, в расстоянии 25-ти шагов, устроены засеки. Большая протяженность передовой позиции определяла большое значение способности действовать артиллерией в различных направлениях. Промежутки между укреплениями прикрывались траншеями в несколько рядов. Ко всем укреплениям проведены были или проводились подходные траншеи и дороги, прокладываемые, по возможности, скрытно для наблюдения со стороны Балаклавы.
   Союзная армия к 27-му сентября состояла в числе: 28-ми тысяч Французов, (кроме прибывшей вскоре из Варны 5-й дивизии генерала Левальяна с двумя кавалерийскими полками, в числе до 13-ти тысяч человек), 20-ти тысяч Англичан и 6-ти тысяч Турок. Всего же 67-ми тысяч человек. В лагере у Евпатории оставались 10 000 турецких войск и 15 000 французов под началом назначенного в ноябре командующим генерала Левальяна. Во вторую очередь десанта, к ноябрю, было перевезено двумя волнами 40 000 французской пехоты, 20 000 англичан, 20 000 турок и 10 000 итальянцев Сардинского королевства. Запасы были ограничены: продовольствия на 3 недели, дров и других припасов, необходимых для жизни на войне - на один месяц. В Галлиполи, в перевалочном лагере готовился следующий эшелон транспортов, уже преимущественно с запасами.
   27-го сентября, Союзники произвели в первый раз рекогносцировку наших укреплений Южной стороны, с тою целью, чтобы решить вопрос: надлежало ли немедленно повести штурм, или приступить к постепенной осаде города? На основании этой рекогносцировки, пылкий, решительный Лайонс предложил неотлагательно штурмовать Севастополь и сам Раглан склонялся в пользу его мнения. И действительно -- многие обстоятельства, по-видимому, указывали необходимость такого способа действий: Союзники знали об отсутствии князя Мощанскаго с главными силами армии; укрепления Южной стороны очевидно были слабы и не окончены; множество людей, на них толпившихся, обнаруживало и крайне опасное положение гарнизона, и чрезвычайные усилия его, которые могли впоследствии затруднить овладение городом.
   Но английский инженер, генерал Бургоэн, предпочитал ведение правильной осады. По его мнению: "Хотя укрепления, прикрывающие город, сами по себе совсем не сильны, однако же они хорошо расположены и вооружены орудиями больших калибров; фланги оборонительной линии неприступны. Все балки, спускающиеся в город и предместье (Корабельную слободу), обстреливаются продольным огнем батарей и кораблей. Атакующий должен наступать по одной, либо по нескольким промежуточным высотам; удобнейшие к тому три высоты сильно обороняются: первая -- Мачтовым бастионом (****), вторая -- Большим редантом (*****), третья -- Белою башнею (******). Войскам нашим придется двигаться под огнем русских батареи на протяжении около двух верст, причем колонны, разобщенные глубокими оврагами, будут лишены возможности подавать одна другой взаимную помощь.
   По всей вероятности, гарнизон Севастополя, вместе с моряками, простирается от 25-ти до 30-ти тысяч человек; а в расстоянии одного перехода расположен Мощанский с армией, которая может направиться нам во фланг и в тыл и атаковать нас в то время, когда мы пойдем на штурм. Для нападения на укрепленную позицию, обороняемую 25-ю тысячами человек, и для охранения нас с тыла, мы имеем не более 50-ти тыс. человек и в случае неудачи будем опрокинуты к морю. В таких обстоятельствах, решиться на штурм -- было бы непростительно, почти преступно".
   По свидетельству Кинглека, эти доводы не убедили лорда Раглана в необходимости правильной осады. 29-го сентября, Союзники вторично произвели рекогносцировку, и в тот же день английский главнокомандующий предложил генералу Канроберу штурмовать город. Канробер сперва не дал решительного ответа, а потом поставил на вид генералам, участвовавшим в совещании, опасность, угрожавшую Союзникам со стороны армии князя Мощанского, и потери, которым подвергались атакующие войска, штурмуя укрепления, прежде нежели будет ослаблен огонь их орудий. Затем перешел он к изложению другого способа действий -- правильной осады. Предусмотрительность Союзных правительств -- сказал он -- снабдила нас превосходными осадными парками, пользуясь коими, можем погасить огонь севастопольских укреплений и облегчить войскам занятие города без значительного урона.
   После этого отзыва, Союзники решились вести правильную осаду, или, по крайней мере, не прежде штурмовать Севастополь, как ослабив огонь наших укреплений. 30-го сентября, 3-я и 4-я французские дивизии, под общим начальством генерала Форе, расположились между Круглою балкою и Стрелецкою бухтою, в расстоянии от 3 Ґ-х до 5-и верст от Севастополя, фронтом к бастионам: 4-му, 5-му, 6-му и 7-му; позади бараков стали парки, артиллерийский и инженерный, а еще более назади, за правым флангом, находилась главная квартира генерала Канробера. Правее Французов, от Сарандинакиной балки до Черной речки, расположилась английская армия, в расстоянии от 3-х до 3 Ґ верст от наших укреплений: на левом фланге -- 3-я дивизия Ингленда; в центре -- 4-я дивизия Каткарта и легкая Броуна; на правом фланге, занимая подножья склонов Сапун-горы, против развалин Инкермана -- 2-я дивизия Леси-Эванса; за легкою дивизией стояли парки, 1-я дивизия герцога Кембриджского и кавалерия.
   Остальные две французские дивизии (1-я и 2-я), под общим начальством генерала Боске, и турецкая дивизия составили обсервационный корпус, расположенный перед обрывами Сапун-горы, фронтом к Балаклаве и Федюхиным высотам. Этот корпус должен был охранять осадную армию от нападения со стороны Черной речки. Французские войска получали жизненные и боевые запасы из Камышевой и Казачьей бухт, а войска английские -- из Балаклавы.
   Между тем на южных оборонительных линиях кипела работа. По приказанию Корнилова, были предоставлены в распоряжение подполковника Тотлебена все морские запасы доков и порта; с кораблей повезли на батареи: пушки, снаряды, цистерны. Все кинулось к бастионам; многие из женщин копали и носили землю; другие снабжали своих мужей и братьев водою и пищею; даже дети таскали лопаты; у кого была лошадь, тот отправлялся с нею на позицию возить снаряды и землю; матросы передвигали тяжелые морские орудия; с рассвета до ночи работали на батареях от пяти до шести тысяч человек; другие сменяли их на всю ночь. Руководимые Тотлебеном и сподвижниками его, инженерами, моряки и пехотинцы соперничали между собою в усердии. Защитники Севастополя были достойными исполнителями славного дела. В продолжение нескольких дней, южные линии окрепли, усилилась новыми постройками.
   Преимущественно работы велись на внутренней линии. Саму же передовую позицию заняли подразделения 31 и 33 дивизий с артиллерийскими бригадами. Но батареи передовой позиции заполнялись морскими командами и вооружались пушками, снятыми с кораблей. Спешно улучшались рокады и расчищались места установок для летучих батарей. Во многом облегчали работу землекопательные и транспортные тяговые устройства, паровые лебёдки, краны и эскаваторы.
   Корнилов разрешил разоружить три старых линкора: Силистрия, Уриил, Селафаил и затопить в строго назначенных местах, на виду у неприятельских дозоров. Совет, проведённый на борту флагманского корабля "Двенадцать Апостолов" внёс некоторое успокоение в мысли морских начальников: Корнилов сообщил о прямом приказе в телеграмме Императора "Пока запрещаю выходить в бой, корабли держать готовыми к выходу в суточный срок. Участвовать в работах по вооружению и строительству батарей. Не смущаться временной балтийской потерей Бомарзунда". Корнилов известил, что вход на рейд надежно защищен притопленными понтонами и крановыми основаниями, летом приведенными из Азовского моря. Часть из этих понтонов снабжена зарядами и может быть применена в качестве стационарных брандеров. Это сообщение, равно как и извещение о подходе 2-го и 3-го пехотных корпусов, принесло весьма заметное успокоение и уменьшило напряженность командиров.
   Обширность позиции кругом южной стороны Севастополя и ежечасное ожидание штурма не дозволяли и думать о прикрытии города укреплениями долговременной профили, кроме уже ранее построенных редутов и казематных батарей. В таких обстоятельствах, все внимание главного распорядителя инженерных работ, полковника Тотлебена, обратилось на извлечение в скорейшее время всей пользы, которую могли доставить средства флота, почти утратившего свое прямое назначение. С этою целью, Тотлебен приступил к усиленно оборонительной линии на следующих началах: избрать кратчайшую и ближайшую к городу позицию; на главных пунктах ее выставить взятую с флота сильную артиллерию, а в промежутках между ними расположит отдельные батареи и траншеи для ружейной обороны, чтобы обстреливать, по возможности, все доступы к городу.
   Как в ожидании штурма надлежало быть немедленно в готовности к отпору атакующего, то укреплениям сначала давалась профиль, охранявшая прислугу орудий только от огня полевой артиллерии, а усиление профили батарей и устройство разного рода преград откладывались до более благоприятного времени. Вообще же работы были предприняты одновременно на всех пунктах оборонительной линии, чтобы не оставить ни одного из них без защиты, и производились с таким расчетом, чтобы с каждым днем оборона усиливалась необходимейшими работами. Орудия устанавливались при первой возможности действовать из них, иногда даже прежде, нежели построение батарей было окончено. Беспрестанно на укреплениях являлся всадник на вороном коне, указывая пункты, требовавшие усиленной работы. Это был знаменитый инженер, стоявший на страже Севастополя.
   Для сообщения между Городскою и Корабельною сторонами, был сооружен мост через Южную бухту. В городе и Корабельной Слободке устроены перевязочные пункты.
   По словам историка одной из держав, тогда враждебных России, в первые шесть дней после появления Союзников под Севастополем -- "русская армия удалилась, и о ней не было никакого слуха. Флот стоял неподвижно как бы на мели. Войска, оставленные в небольшом числе на защиту города, состояли из солдат резерва, моряков и рабочих, большею частью не обученных действию на сухом пути. Но все эти люди были единоплеменны, подданные одного государя, исповедывали одну веру, говорили между собою на одном языке, одушевлены были жизнью, страстью, волею могучей нации. И вот почему отсутствие собственной армии, при появлении неприятеля, не повлекло за собою падения Севастополя. Народ твердый и решительный занял пост, оставленный главнокомандующим и его армией. Блистательный фасад обрушился, но за ним высились гранитные стены. Корнилов, с горстью людей различных сословий, но взаимно связанных призывом отечества, имел право сказать, что защита будет русская".
   Наши войска также получили подкрепления: 1-го октября, подошли к реке Каче два сводных маршевых полка, 2-й уланский и 2-й гусарский, под начальством генерал-лейтенанта Рыжова. На следующий день, вечером, прибыли к армии из отряда генерала-от-кавалерии Хомутова: Бутырский пехотный полк, батарейная N 3-го батарея 17-й артиллерийской бригады, 6-е резервные батальоны Волынского и Минского полков, 2-й резервный линейный Черноморский батальон и две сотни Донского N 53-го полка. В первой половине октября, введена в Севастополь часть армии и все флотские батальоны переформированы в экипажи, после чего для обороны города состояло: 18 пехотных батальонов (не считая сил 3 корпуса), 6 морских экипажей и один саперный баталион, всего же 25 батальонов, в числе до 15-ти тысяч штыков, с 28-ю полевыми орудиями. Это и был, собственно говоря, внутренний гарнизон Севастополя.
   2-го октября, Южная оборонительная линия, для большего удобства в управлении войсками, разделена, вместо трех, на четыре отделения: 1-е, от моря до редута N 1 (Шварца) включительно, осталось в заведывании генерал-майора Аслановича; 2-е, от редута Шварца до Пересыпи, поручено вице-адмиралу Новосильскому; 3-е, батареи на Пересыпи и часть линии до Докового оврага контр-адмиралу Панфилову и 4-е, от Докового оврага до рейда -- контр-адмиралу Истомину.
   Начальникам отделений дана была следующая инструкция, учитывавшая, что многие солдаты и матросы не имели возможности обучения по новым уставам и было много устаревшего вооружения:
   "При наступательном движении неприятеля на Севастополь каждому начальнику линии:
1) Сосредоточить свои войска и придвинуть резервы к тем пунктам, которые угрожаются атакою. Войска при этом, по возможности, расположить скрытно от неприятеля, дабы не подвергнуть их действию его артиллерии.
2) Артиллерия открывает огонь ядрами и гранатами, на таком расстоянии, на котором действительно можно вредить неприятелю, и при приближении его на картечный выстрел ускоряет по возможности пальбу.
Для верного действия артиллерии, предварительно, пред каждою батареею, шагами отмерить и определить расстояние до окружающих предметов местности и заметить дальность картечи.
3) Пехота, густо рассыпанная по траншеям в две или более шеренги, с расстояния 300 шагов производит частую пальбу. При этом первая шеренга стреляет чрез бойницы, а прочие заряжают и подают ружья.
4) Если неприятель где либо прорвется чрез нашу траншею, то батальоны, в колоннах к атаке, встречают его штыками. В это же время рассыпанные роты быстро строются в ротные колонны и также ударяют в штыки. Равно и артиллеристы на своих батареях собираются в кучки и отстаивают орудия штыком.
5) При отбитии штурма отнюдь не преследовать неприятеля за линию наших окопов, дабы не закрыть огня нашей артиллерии и пехоты.
Прежде рассыпанные роты снова рассыпаются, и производят вслед за неприятелем сильный ружейный огонь. Артиллерия провожает его картечью, а потом ядрами и гранатами".
   Таким образом, в продолжении двадцати дней с 16-го сентября по 17-го октября, у нас было построено вновь более двадцати батарей; вооружение укреплений увеличилось почти вдвое (с 172-х до 341-го орудия), по числу орудий; в действительности же сделалось несравненно еще сильнее, потому что вновь поставлено на укрепления 206 орудий, почти все больших калибров. Кроме того, для замены подбитых орудий, находилось, позади батарей передовой линии: 3-го, 4-го, 5-го и 6-го бастионов и Малахова кургана, по восьми запасных орудий, 86-ти-фунтового калибра, с прислугою, принадлежностью и снарядами. Для всех длинных орудий назначено иметь на батареях по 150-ти зарядов, в том числе по 30-ти с картечью, для орудий же, фланкирующих рвы, только по 30-ти картечных, а для мортир -- по 50-ти с бомбами. Вода на батареях хранилась в корабельных цистернах, врытых в землю.
   16-го октября, Французы уже успели построить пять батарей, вооруженных 53-мя орудиями и снабженных значительным количеством зарядов. Англичане готовились действовать из орудий. Из числа батарей, сооруженных Союзниками, французская, стоявшая близ старого генуэзского форта, и две ланкастерские английские были вне главной атаки, в которой могли принять участие только 49 французских орудий на батареях Рудольфовой горы, 41 английское орудие (левая атака, Чапмана), на Зеленой горе, и 26 английских же орудий (правая атака, Гордона), на Воронцовской высоте: всего же 116 орудий. Союзники, надеясь на силу своей артиллерии, предполагали, обезоружив севастопольские укрепления, штурмовать их.
   При бомбардировании сухопутных батарей, оба главнокомандующие считали необходимым содействие флота, и как на кораблях было весьма небольшое число зарядов (по семидесяти на орудие), то адмиралы предложили, чтобы флот открыл огонь в то время уже, когда осадные батареи ослабят действие севастопольских укреплений. Но оба главнокомандующие настаивали на совокупном действии сухопутной и морской артиллерии. Наконец, на совещании Союзных адмиралов, 15-го октября, было решено, чтобы огонь с сухопутных батарей и кораблей был открыт одновременно, 17-го октября, в 6 Ґ часов утра, по сигналу трех бомб пущенных Французами.
   Глава 2 Отблески молний
   - Шанца вызвать в Петербург. Немедленно. В Архангельске дальше губернатор справится, Хрущов-старший. Сообразит и сам, покомандует обороной и крейсерками. Нарочным ему - чертежи защитного плота и по телеграфу - краткое описание. В Севастополь передать: тащить и не пущать. Ты только всерьёз не передай такую телеграмму, Леонтий. Просто - быть готовыми, строить, потерей Бомарзунда не смущаться. Воевать умело. Корнилову отдельно, дословно: "На батареи и под выстрелы не лезть. Заниматься работой, руководить сражениями. Ваши знания и ум необходимы России для победы и выполнения планов. При ослушании - лично накажу". Всё.
   ... щелк-щелк, бряк, топ-топ...
   - Продолжим. Что делать на Балтике предлагаете, Петр Иванович? Может быть, выйти, дозоры погонять английские, как Александр Сергеевич предлагает.
   - А зачем нам спешить, Государь? Князь и так своим губернаторством в Петербурге многие задачи задал Европе: почему так, не опала-ли. И англичане с французами нас сейчас ждут, в августе Бомарзунд после обстрела недостроенных укреплений взяли, неделю против батальона пехоты и 40 орудий воевали. Жаль, не разрешили мины применить. Постреляют по берегу, купцов нескольких с лодками, контрабандистов поймают и назовут большими барками и транспортами. Осень скоро, во льдах у нас не повоюешь.
   - А если они на Свеаборг ударят или в Ревеле высадку начнут? С минами рано ещё. Каждый месяц нам на руку.
   - Скорее всего, высадку произвели бы сразу. Свеаборг отобьется, туда два батарейных плота в дополнение приведено.
   - Тогда, до свидания, адмирал. Поздравьте Вашу Людмилу Ивановну с днем Ангела.
   ... А что у нас в Армии делается?...
  
   Борт флагманского корабля "Город Париж" (Ville de Paris, 120 пушек, 1100 человек)
   - Армия приняла решение о бомбардировке Севастополя. Нам предстоит новая работа: обстрел береговых укреплений. Своею стрельбой мы отвлечем силы гарнизона от передовых укреплений. Шарль, Вам, как начальнику штаба, надо составить план действий, уточнить: кто кого буксирует, заменяет, оказывает помощь и прикрывает. Турки будут действовать с нами, На "Махмудие" будет реал-бей (контр-адмирал) Мушавер-паша, поскольку у капудан-паши (адмирал) Ахмет-паши срочные дела в Стамбуле. На "Тишрифие" советник Слейд.
   - Хорошо, что "Наполеон" успел возвратиться после ремонта машин. Повредили его, буксировать против течения транспорты, и ветер противный был, весьма сильный. Англичане догадываются о поломках, но помалкивают.
   - Да, сильный паровой корабль нам не помешает.
  
   В течение ночи с 16-го на 17-е октября, неприятель частью прорезал, частью открыл заложенные земляными мешками амбразуры в устроенных им батареях. Союзные главнокомандующие условились, чтобы в 6Ґ часов следующего утра, по сигналу трех бомб, пущенных с французской батареи N 3-го, все 126 орудий, стоявших на осадных батареях, открыли огонь; тогда же адмиралы должны были поставить на шпринги свои эскадры и действовать по нашим приморским укреплениям. Но на рассвете 17-го октября, еще прежде, нежели подан был условленный сигнал, Русские, заметя готовность к открытию огня неприятельских батарей, открыли по ним, как и в прежние дни, пальбу, на которую отвечали несколько французских орудий. Когда же Французы, около 7-ми часов утра, подали условленный сигнал тремя бомбами, обоюдная канонада раздалась по всей линии. Несмотря на то, что наши батареи Южной стороны были вооружены более нежели тремястами орудиями, мы могли направить против неприятельских батарей только 138 тяжелых орудий (64 против Французов и 54 против Англичан); 110 орудий обстреливали другие пункты впереди лежащей пересеченной местности; остальные 63 орудия служили для фланговой, тыльной и внутренней обороны.
   Через несколько минут по открытии общей канонады, густое облако дыма застлало всю окрестность Севастополя и солнце, взошедшее пред тем во всем блеске, приняло вид бледного месяца. Севастополь был как бы опоясан двумя огненными дугами, одною -- собственных и другою -- неприятельских выстрелов. При громе орудий едва слышная трескотня барабанов призывала войска обеих сторон на защиту батарей. Сам Корнилов, со всем своим штабом, поскакал на 4-й бастион, которому, казалось, угрожала наибольшая опасность, и оттуда, вдоль оборонительной линии, поехал на 5-й бастион, где Нахимов, в обычном своем костюме, сюртуке с эполетами, уже раненый (к счастью легко), наводил орудия, становясь в амбразурах, наравне с моряками-комендорами. С обеих сторон учащали стрельбу; у нас несколько раз отдавалось приказание: "стрелять реже", чтобы предупредить разрыв орудии, но матросы, увлеченные боевою работою, не давали орудиям отдыха, поливая их водою. Несмотря на ужасный огонь, женщины-матроски и дети их подносили воду раненым, томившимся жаждой; арестанты, испросив дозволение уносить раненых, исполняли с усердием эту обязанность, а потом поступили на батареи и отстаивали Севастополь наравне с солдатами и матросами.
   Защитники Севастополя были весьма недостаточно прикрыты от действия неприятельских выстрелов в открытых батареях Передовой позиции. Бруствера наших батарей, насыпанные наскоро из сухой хрящеватой земли, не успев окрепнуть, осыпались, но наши солдаты, под градом падавших на них снарядов, немедленно исправляли разрушенное. В особенности же было обращено внимание на расчистку амбразур, чтобы, в случае штурма, иметь возможность во всякое время встретить неприятельские колонны картечью. Несмотря однако же на деятельность и самоотвержение Севастопольцев, спустя не более часа по открытии бомбардирования, уже были сильно повреждены сосредоточенным неприятельским огнем недостроенные оборонительные казармы 5-го и 6-го бастионов и Малаховой батареи; стоявшие за парапетом 5-го бастиона и крыше казематов батареи орудия были принуждены замолчать. Напротив того, береговая батарея N 10-го, против которой и бастиона N 6-го Французы в девять часов, открыли огонь с 4-х-орудийной батареи на Херсонесском мысу, сбила три орудия.
   В половине 10-го часа, одна из наших бомб взорвала пороховой погреб французской батареи N 4-го, на Рудольфовой горе. По нашей оборонительной линии раздался громкий, торжественный возглас "ура!" Расстройство неприятеля после взрыва на батарее позволило нам усилить огонь против прочих французских батарей. Вслед за первым взрывом, через полчаса, был взорван зарядный ящик на батарее N 1-го. Канонада Французов постепенно слабела и около половины 11-го все французские батареи окончательно смолкли, что способствовало нам немедленно приступить к исправлению пороховых погребов и амбразур правого крыла Передовой оборонительной линии.
   На левом же нашем крыле, где мы действовали из 64-х орудий против 73-х орудий большего калибра, стоявших на английских батареях, неприятель одержал перевес: удачными выстрелами были повреждены приборы наблюдения, несколько бомб поавли в командный пост, особенно же пострадал 3-й бастион, где командовал капитан 2-го ранга Конст. Егоров. Попандопуло. Его сын, мичман, командир одной из батарей на том же бастионе, был смертельно ранен. Отец, отойдя только на несколько минут к сыну, чтобы поцеловать и благословить его, продолжал распоряжаться действиями своих людей, пока не был сам тяжело ранен в лицо осколком гранаты. На этом бастионе, в продолжении первого бомбардирования, шесть командиров, один после другого, были ранены, либо убиты.
    
   По осмотре укреплений Городской стороны, Корнилов поехал на 8-й бастион, где происходило наиболее жаркое дело. Между тем полковник Тотлебен, обозрев 1-е и 2-е отделения, отправился на левую сторону Передовой оборонительной линии, нашел 3-й бастион в полном разгаре боя и посетил Малахов курган, где матросы и саперы, возбужденные примером своего достойного начальника, контр-адмирала Истомина, соперничали между собою в усердии и самоотвержении. Объехав 3-е и 4-е отделения и распорядившись дневными работами и, по возможности, безопасным размещением войск, Тотлебен встретил на Пересыпи Корнилова и донес ему о действии артиллерии и ходе боя на Корабельной стороне. Состоявший при адмирале лейтенант Жандр убеждал его возвратиться домой, представляя, что ему ужё было известно все, что делалось на левом фланге. "Что скажут обо мне солдаты, если сегодня они меня не увидят?", возразил Корнилов и, проехав через Пересыпь, Поднялся по крутой тропинке прямо к 3-му бастиону. Там встретили его: начальник артиллерии 3-го отделения капитан 1-го ранга Ергомышев, и командир бастиона капитан 2-го ранга Попандопуло и капитан-лейтенант Наленч-Рачинский, вскоре после того пораженный смертельно ядром. Все они упрашивали адмирала не подвергать себя явной опасности, обещая ему свято исполнить свой долг. "Я совершенно убежден -- отвечал Корнилов, -- что каждый из вас поступит, как честь и обстоятельства требуют, но в такой торжественный день имею душевную потребность видеть наших героев на поле их отличия".
   Затем, поскакав вдоль траншеи по направлению к Малахову кургану, Корнилов, на пути туда был ранен осколком в ногу и доставлен лейтенантом Жандром в госпиталь. После проведенной операции, по осторожному мнению врачей, состояние его перестало внушать опасения. ВК Константин Николаевич, бывший в Севастополе "инкогнито", приказал вступить в командование Нахимову, до момента, когда Владимир Алексеевич сможет продолжать действовать. Матросы и офицеры Днестровской флотилии упрашивали своего командующего о посылке их на позиции. Великий Князь разрешил "опробовать" орудия на плотах сменными орудийными командами, давая за смену по 3-4 залпа, для получения реального боевого опыта. Союзники сочли появление дополнительных немногочисленных орудий за обычное импровизированное усиление батарей и не придали этоуй факту никакого значения.
   Известия об успехе наших действий против Англичан не подтвердились. Напротив того, 3-й бастион, поражаемый с английских батарей, стоявших на Зеленой горе и на Воронцовской высоте, понес огромные потери. К трем часам пополудни, там уже была сбита треть всего вооружения, перед остальными орудиями амбразуры совершенно разрушены, почти все офицеры убиты, либо ранены, и прислуга многих орудий замещена два раза. Но, несмотря на то, артиллеристы 3-го бастиона, одушевленные примером своих храбрых начальников, капитана 1-го ранга Ергомышева и капитан-лейтенанта Лесли, продолжали обороняться до последней крайности. К довершению их опасного положения, около трех часов пополудни, неприятельскою бомбою был взорван пороховой погреб в исходящем углу бастиона. Когда рассеялся дым, то уцелевшие люди увидели страшную картину: вся передняя часть бастиона была сброшена в ров и весь бастион обратился в кучу земли; везде валялись опаленные, обезображенные трупы. При взрыве погибло более ста человек, из коих от многих, в том числе от капитан-лейтенанта Лесли, не осталось ни малейших следов.
   Между тем около полудня, Союзные эскадры приняли участие в бомбардировании Севастополя. Первоначальное предположение Союзников -- открыть действия одновременно с сухого пути и с моря -- не могло быть исполнено, по случаю штиля, не дозволившего эскадрам прибыть в условленное время из Камышевой бухты и от устья Качи к Севастополю. Корабли, буксируемые пароходами, двигались медленно и потому приняли участие в бою гораздо позже сухопутных батарей. По предложению адмирала Гамелена, Союзные эскадры построились в линию, на расстоянии от входа на рейд около 700-800 сажен.
   На правом крыле, против батареи N 10-го и Александровского форта стали 14 французских, большею частью парусных, кораблей с несколькими пароходами и меньшими судами; на левом крыле, против Константиновского форта, 11 английских кораблей и несколько меньших судов; а в промежутке между французскою и английскою эскадрами два турецких корабля. Вообще же неприятельский флот занимал охватывающую позицию от Херсонесской бухты до Волоховой башни, протяжением около трех верст. Причина, побудившая Союзников расположиться на значительном расстоянии от наших укреплений, не позволявшем нанести решительный удар с моря, было опасение за судьбу флота, составлявшего основание действий англо-французской армии, и к тому же адмирал Дундас неохотно принимал участие в нападении на Севастополь, считая безумным сражаться за деревянными стенами против Русских, стоявших за стенами из камня. Сами Союзные адмиралы сознавались, что они не имели в виду действовать решительно, ограничиваясь диверсиею, для облегчения атаки со стороны сухого пути.
   В начале первого часа пополудни, загремели первые залпы с кораблей неприятельских; по мере того, как входили в линию отставшие суда, канонада усиливалась. С нашей стороны отвечали на нее все орудия, обращенные к морю с батарей: N 10-го, Александровской, Константиновской, Карташевского и Волоховой башни.
   14 французских и 2 турецких корабля, на коих было 1490 орудий, действовали из 745-ти орудий одного борта, с дистанции около 800 сажен, преимущественно по батареям N 10-го и Александровской. Им отвечали: с батареи N 10-го 33 орудия, с Александровской 17 и с Константиновской 23, всего же 73 орудия, следовательно, в десять раз меньше против числа орудий одного борта на неприятельском флоте.
   11 английских кораблей занимали левое крыло позиции. Из них шесть, с 804-мя орудиями одного борта, поражали Константиновскую батарею фронтально, с дистанции 650 сажен. Константиновская батарея отвечала им только из 18-ти орудий, и кроме того, против них действовали, с дистанции 900 сажен, 36 орудий батарей N 10-го и Александровской. Три английских корабля, с 124-мя орудиями одного борта, под непосредственным начальством контр-адмирала Лайонса, пользуясь почти необороненным сектором к северо-западу от Константиновской батареи, приблизились к ней на 450 сажен и поражали ее продольными и тыльными выстрелами, подвергаясь сами огню только 2-х орудий этой батареи, и, кроме того, 13-ти орудий батарей N 10-го и Александровской, с дистанции от 900 до 950 сажен. Против этих кораблей действовали и два батарейных плота, поддерживавших огонь в течение полутора часов. Корабль Аретуза, с 25-ю орудиями одного борта, сражался против батареи Карташевского, отвечавшей 3-мя орудиями, а корабль Альбион, с 45-ю орудиями одного борта -- против Волоховой башни, действовавшей из 5-ти орудий.
   Следовательно, Союзный флот поражал наши пять батарей из 1243-х орудий одного борта, которым отвечали только 150 (т.е. в восемь раз меньшее число орудий), из коих 47 стояли в казематах Александровской и Константиновской батарей, остальные же все действовали чрез банк. К тому же, как наши батареи N 10-го и Константиновская были преимущественно назначены для перекрестной обороны взморья перед рейдом, то орудия, стоявшие на батарее N 10-го, должны были действовать по английским кораблям с дистанции 950 сажен, тогда как Англичане стреляли по Константиновской батарее в расстоянии от 450 до 600 сажен. Подобно тому, орудия, стоявшие в закруглении Константиновской батареи, вместо того, чтобы отвечать английским кораблям, действовавшим по батарее с 450 сажен, принуждены были направить огонь по французской эскадре, в расстоянии не менее 900 сажен.
   Бомбардирование Севастополя с моря началось уже в то время, когда почти все французские батареи были принуждены замолчать и когда продолжали действовать с сухого пути только Англичане. Густое облако дыма, образовавшееся от неприятельских залпов и от выстрелов с наших приморских батарей, совершенно закрыло корпуса и мачты кораблей, и потому нам служили целью только сверкавшие огоньки неприятельских выстрелов. Таким образом наши моряки были лишены двух весьма важных указаний для пальбы -- определения в точности расстояния неприятельских кораблей и возможности видеть падение собственных снарядов. На батарее N 10-го печи для каления ядер были так неудобно устроены, что пришли в негодное состояние через полчаса по открытии огня с неприятельского флота; погребов для зарядов было мало, да и те, которые находились на батарее, были недостаточной величины и плохо размещены.
Несмотря, однако же, на все это, батареи N 10-го и Александровская, получив весьма незначительные повреждения, нанесли большой вред французской эскадре.
   Корабль Город Париж был поражен 82-мя снарядами и в том числе многими бомбами и калеными ядрами, причинившими до 50-ти пробоин и несколько пожаров; разрывом одной из бомб в капитанской каюте снесен ют, на котором тогда находился адмирал Гамелен с своим штабом; несколько офицеров и 34 матроса были убиты, либо ранены. Другая бомба, пробив все деки на корабле Шарлеман, разорвалась в машине и нанесла ей значительные повреждения; здесь в продолжении боя было 2 человека убито и тридцать пять ранены. Корабль Наполеон получил подводную пробоину; на прочих французских судах выбыло из фронта 125 человек. Четыре бомбы, разорвавшись на палубе Аретузы, произвели пожар и угрожали гибелью кораблю, который обязан был спасением единственно хладнокровию собственного экипажа и искусству матросов парохода Тритон. Положение корабля Альбион было еще бедственнее. Огонь его был сперва обращен против Волоховой башни, но, будучи сильно обстреливаем с батареи Карташевского, он стал отвечать на ее выстрелы и не успел ей сделать ни малейшего вреда (Her fire was altogether in vain).
   Батарея, возвышенная на сто фут над поверхностью моря, засыпала корабль бомбами, из которых одна попала близ подводной части, а другие, разорвавшись на кубрике, произвели несколько пожаров, что заставило англичан закрыть крюйт-камеру и прекратить пальбу. С большим трудом удалось пароходу Firebrand отвести корабль на расстояние вне действия нашей батареи. Альбион потерял убитыми 10 и ранеными 70 человек, а Firebrand 5 человек ранеными, в числе коих был сам командир парохода. Корабли Альбион и Аретуза были так повреждены, что их отправили починять в Константинополь.
   Батарея Карташевского, отразив оба английские корабля, обратила огонь против ближайшего к ней корабля Лондон и заставила его удалиться с потерею 22-х человек. Таким образом на левом крыле Союзного флота под непосредственным начальством контр-адмирала Лайонса, остались только два корабля: Сан-Парейл и Агамемнон. Первый из них потерял 70 человек, а на втором от бомбы произошел пожар. Сам Лайонс, находившийся на Агамемноне, приказал командирам Сан-Парейля и Лондона поддержать свой корабль, остававшийся под сильным огнем, и пригласил капитана ближайшего из прочих кораблей Беллерофон подать ему помощь. Вся английская эскадра, кроме трех кораблей, направилась влево и открыла огонь частью против Константиновского форта, частью против батареи Карташевского и Волоховой башни.
   Беллерофон потерял колесо паровой машины, загорелся от разрыва на нем бомб и, лишась 15-ти человек, отошел назад. Корабль Королева испытал такую же участь. Корабль Родней нашел на мель, но открыл с успехом огонь против Константиновского форта, и как, между тем, Лайонс был принужден удалиться, то Родней оставался под выстрелами нашего форта более двух часов, пока, наконец, с помощью двух пароходов, ему удалось сняться с мели и отойти к прочим кораблям английской эскадры. Успех наших батарей был одержан ими с небольшими потерями: на Волоховой башне подбит один лафет и ранены 23 человека, а на батарее Карташевского не было вовсе ни потерь, ни повреждений.
   Из всех приморских укреплений Севастополя потерпел значительно один лишь Константиновский форт, который, будучи расположен на выдающемся мысе дугою, действовал только частью своей артиллерии; прочие же все орудия, обращенные к рейду, не могли принять участия в отражении Союзного флота. Платформа форта, не прикрытая от продольных и тыльных выстрелов, подвергалась поражению с северо-запада, где находился сектор, обороняемый только несколькими орудиями. Значительную поддержку батарее оказали два батарейных плота, N3 и N4, действовавшие с полным напряжением команд.
   Англичане искусно воспользовались недостатками нашей батареи, поставя свои корабли в мертвом пространстве и действуя с небольшого расстояния по платформе продольным и тыльным огнем. Из 27-ми орудий, на ней стоявших, 22 вскоре были приведены в бездействие; прислуга, осыпаемая снарядами и осколками от камней, принуждена сойти вниз. В казематах орудия не понесли повреждений; из шести же калительных печей уцелела только одна. Потеря в людях состояла из 5-ти убитых и 50-ти раненых.
   На батарее N 10-го, орудия, несмотря на частое их смачивание, до того разгорячились, что комендант батареи, капитан-лейтенант Андреев был принужден приостановить на время пальбу, в 4 часа пополудни. С нашей стороны, наблюдая с 7-го бастиона за ходом дела при дыме сухопутной и морской канонады, нельзя было видеть, что делалось на батарее, и сообщение с нею было прервано тысячами снарядов, падавших на пространстве между морем и 6-м бастионом. Несколько охотников вызвались доставить о ней сведения, но сам Нахимов долго не решался посылать их на верную гибель. Все считали батарею совершенно разрушенною, но в сумерки возвратился оттуда посланный, с 40 матросами в подкрепление прислуги орудий, адмиралом Нахимовым, лейтенант Троицкий, который, к общему удивлению, донес, что батарея потерпела весьма незначительные повреждения и понесла ничтожный урон в людях. По прекращении бомбардирования с моря, продолжали действовать до наступления ночи только английские батареи (хорошее качество орудий и правильная стрельба).
   Общие последствия этого дня заключались в неудаче действий Союзников с моря и в частном успехе Англичан со стороны сухого пути.
   Наши береговые батареи выпустили около 16-ти тысяч снарядов, а батареи оборонительной линии до 20-ти тысяч. Число снарядов, выпущенных Союзным флотом, было не менее 50-ти тысяч, а с батарей сухопутных -- до 9-ти тысяч (Французы около 4-х тысяч, Англичане 4,727). С нашей стороны, на береговых батареях выбыло из фронта 188, а в сухопутном бою 1,112, всего же 1,250 человек. Части 3-го пехотного корпуса, будучи хорошо скрытыми и оттянутыми за вторую линию траншей, потеряли 50 человек, в основном ранеными.
   Урон неприятельского флота в людях простирался, не считая Турок, до 520 человек (203 Француза и 317 Англичан), а на сухопутных батареях 348 (204 Француза и 144 Англичан).
   Бомбардирование с моря Севастополя несомненно доказало преимущество земляных возвышенных батарей над каменными постройками в уровень с поверхностью моря для сравнительно лёгких снарядов, с не очень мощным взрывчатым веществом. Опасность на открытых земляных батареях была несравненно меньше и самые действия гораздо удобнее, нежели в казематах. Снаряды, пролетавшие лишь на один фут в стороне, или выше людей, не причиняли им никакого вреда, проносились далеко за орудия и разрывались там столь же безвредно. В казематированных же фортах, снаряды, попадая в края амбразур, поражали людей осколками камней, а бомбы, разрывавшиеся в казематах, и даже во дворе форта, по тесноте пространства, производили губительное действие. с тому же, в казематах, дым от собственной стрельбы, совершенно застилая амбразуры и наполняя казематы, затруднял не только наведение орудий, но и самое дыхание. Ни заряжание орудий, ни подноска к ним зарядов и снарядов из пороховых погребов, не могли быть так ускорены в казематированных фортах, как на открытых батареях. Батарея Карташевского и Волохова башня, могшие действовать против кораблей всего-на-все 8-ю орудиями, нанесли неприятелю несравненно больший вред, нежели двухъярусный казематированный с открытою обороною Константиновский форт.
   Неудача действий с сухого пути французских батарей была неизбежным последствием их ошибочного расположения: вместо того, чтобы устроить свои батареи по вогнутой линии и поражать наши укрепления перекрестными выстрелами, Французы собрали большую часть своей артиллерии на Рудольфовой горе и, действуя оттуда расходящимися выстрелами по 4-му, 5-му и 6-му бастионам, подверглись сосредоточенному огню с этих укреплений. Напротив того, Англичане искусно воспользовались местностью и расположили свои батареи таким образом, чтобы, действуя фронтально по одним из фасов наших укреплений, они могли в то же время поражать продольно и в тыл смежные фасы их. Несмотря однако же на успех действий английской артиллерии, цель бомбардирования, состоявшая в совершенном ослаблении обороны Севастополя, не была достигнута. Потери, понесенные Англо-Французами, были напрасны, и положение их, после усиленного бомбардирования 17-го октября, сделалось затруднительнее прежнего. Русские, уверились на опыте в возможности успеха борьбы с сильным противником, а Союзники были принуждены отказаться от надежды легкого торжества и приступить к медленному способу действий -- формальной осаде Севастополя.
   По прекращении огня, вся ночь на 18-е октября была употреблена на исправление поврежденных укреплений и замену подбитых орудий и истраченных снарядов, в особенности же на восстановление почти уничтоженного 8-го бастиона. Всю ночь там кипела усиленная работа: отрывали орудия и станки, настилали вновь платформы, подвозили и ставили новые орудия, насыпали взорваны части бруствера, очищали рвы и строили пороховые погребки. Вместо прежних 22-х орудий, на бастионе было поставлено только 19, но зато правый фас, который должен был возобновить бой с английскими батареями на Зеленой горе, был вооружен орудиями больших калибров, и с тою же целью усилено вооружение на батарее N 5-го (Никонова) и на левом фасе 4-го бастиона; на фасах 3-го и 4-го бастионов, подвергавшихся анфилированию, увеличено число траверсов, и проч.
   С рассветом 18-го октября, английские батареи открыли огонь по 3-му и 4-му бастионам и по Малахову кургану и действовали усиленью до самого вечера. Перекрестный огонь, которому подверглась накануне правая ланкастерская (Пятиглазая) батарея, с бастиона Корнилова и с судов на рейде (****), заставил Англичан направить, из пяти орудий, стоявших на батарее, два для обстреливания рейда, а чрез несколько дней были сняты с батареи все орудия, кроме ланкастерской 68-ми-фунтовой пушки, продолжавшей стрелять по нашим судам. С тех пор, у нас стали называть Пятиглазую батарею Цилопом.
   Как только обнаружилось намерение Французов -- вести постепенную атаку против 4-го бастиона, то приступлено было к работам для противодействия неприятелю: позади 5-го и 3-го бастионов сооружены новые батареи; за правым фасом 4-го бастиона насыпан эполемент для 4-х мор-тир; устроены траверсы на правом фасе 5-го бастиона, на батарее Никонова и на других пунктах (34).
   Англичане, с своей стороны, вели вспомогательную атаку на 3-и бастион и усилили огонь по кораблю Ягудиил. Каленые ядра, бомбы и ракеты осыпали корабль и стоявшие вблизи его два блок-шифа, производя беспрестанные пожары. В седьмой день бомбардирования, 11-го (23-го) октября, в корабле уже было 72 пробоины, и потому Нахимов приказал, чтобы он оставался на своем посту только ночью, а на рассвете ежедневно оттягивался к морскому госпиталю; но и там стоянка не была безопасна.
   В ночь с 20-го на 21-е, для замедления неприятельских осадных работ, были высланы с 1-го отделения на Рудольфову высоту 212 охотников, от Минского и Углицкого полков, 5-го резервного батальона Белостокского полка и 33-го флотского экипажа, в двух отрядах, под начальством лейтенанта Троицкого и мичмана князя Путятина. Захватив врасплох часовых, наши охотники ворвались в траншеи, взошли на батареи N 3-го и 4-го, перекололи сонных Французов и заклепали 7 (по другим сведениям -- 19) орудий. Прибытие на батареи неприятельских резервов заставило отступить наши небольшие отряды, с потерею убитыми 4-х и ранеными 15-ти человек. В числе убитых находились оба начальника наших отрядов.
   С приближением французских траншей на 200 сажен к 4-му бастиону передовой линии, можно было уже действовать по ним картечью, причем требовалось неусыпное наблюдение за неприятелем ночью, С этою целью, в ночи на 18-е (25-е) октября, вместо обыкновенной цепи парных часовых, впереди 4-го бастиона, были выставлены два сильные секрета, до 20-ти человек в каждом, составленные из пластунов, привычных к наблюдению за неприятелем. По первому донесению из секретов о появлении неприятеля у вершины Городского оврага, секреты были сняты и открыт сильный картечный и штуцерный огонь в указанном ими направлении, а чрез четверть часа пальба прекращена и снова высланы секреты.
   Таким образом действуя, то высылая секреты, то обращая огонь на указываемые ими пункты, мы замедляли работы неприятеля, который, в продолжении всей ночи, успел вывести только один короткий зигзаг от оконечности второй параллели. Как, по мере приближения неприятельских подступов, важность ружейного огня с нашей стороны постепенно возрастала, а между тем 4-й бастион был занят на всем протяжении своем артиллериею и траверсами, то на контр-эскарпе его правого фаса устроили банкет для помещения около 50-ти стрелков, отчасти отрывкою уступа, отчасти же присыпкою его из земли и плиты; а на верху контр-эскарпа уложили земляные мешки с образованием бойниц. В случае штурма, стрелки должны были немедленно отойти на правый фланг, чтобы очистить место для действия с бастиона картечью.
   В продолжении бомбардирования с 5-го по 18-е (с 17-го по 25-е) октября, расход зарядов с нашей стороны простирался до 125-ти тыс. (более 20-ти тыс. пудов пороха). Опасаясь, чтобы, при такой огромной растрате зарядов, не истощились вскоре боевые запасы, находившиеся в Севастополе Нахимов приказал, для обсуждения этого важного вопроса, составить особый совет, который счел нужным сделать распоряжение о всевозможном сбережении зарядов на батареях и принять меры для немедленной доставки в Севастополь пороха из ближайших складов. Тогда же последовало приказание главнокомандующего -- перевести больных и раненых из помещений, подверженных неприятельским выстрелам, в более безопасные места; впоследствии же больных стали перевозить на Северную сторону.
  
   Глава 3 Струна напряжена
   Балаклавский бой
   Французская армия была усилена прибывшими из Варны кавалерийскою бригадою д'Алонвиля и 5-ою пехотною дивизией Лавальяна, 18-го октября прибыла бригада Базена. Число французских войск возросло до 50-ти тысяч человек. Англичане, получив подкрепления, считали в рядах своих до 35-ти тысяч человек. Вообще же у Союзников было около 85-ти тыс. (по другим сведениям -- до 70-ти тыс.) человек.
   Русская армия также значительно усилилась. С 1-го по 21-е октября, прибыли к ней: 21-я пехотная дивизия, генерал-лейтенанта Липранди, с 4-мя батареями, Бутырский пехотный полк (17-й дивизии) с одною батареею, шестые запасные батальоны Минского и Волынского полков, 4-й стрелковый батальон, 2-й лин. резервн. Черноморский батальон, Сводная бригада генерала Рыжова (2-й гусарский и 2-й уланский маршевые полки), Донской N 53-го и Уральский казачий полки: всего же 24 батальона, 12 эскадронов и 12 сотен с 56-ю орудиями, не считая резервной уланской дивизии генерал-лейтенанта Корфа, с двумя конными батареями, отряженной к Евпатории. Силы нашей армии в во второй половине октября простирались до 65-ти тысяч человек и в продолжении нескольких дней, с присоединением 22-й пехотной и 1-й резервной дивизий, могли возрасти до 85-ти или 90 тысяч. Таким образом, прибытие ожидаемых нами подкреплений могло бы дать нам перевес, или по крайней мере, восстановить равновесие в силах, пользуясь чем, мы поставили бы в затруднительное положение Союзников, которые, предприняв осаду Севастополя, должны были, для прикрытия своих работ от нашей армии, растянуть свои войска на значительном пространстве. В особенности же для нас было удобно действовать со стороны Чоргуна, где и находился фланг нашей передовой позиции, по направлению к Балаклаве, основанию действий английской армии. Выгоды такого образа действий побудили Англичан предпринять местное наступление для прикрытия своего фланга.
   Произошедший бой, привел к оставлению англичанами и турками своих предпольных сторожевых укреплений и вылился в ряд столкновений кавалерии и пехоты. Известность этому, в общем-то, не давших каких-либо преимуществ сторонам, бою принесла неудачная атака бригады легкой кавалерии Кардигана.
   Урон наших войск в деле при Балаклаве состоял из 6-ти офицеров и 232-х нижних чинов убитыми и 1-го генерала, 19-ти офицеров и 292-х нижних чинов ранеными и контуженными, вообще же простирался до 550-ти человек. Союзники показали свою потерю в 598 человек, именно: Французов 38, Англичан 300 и Турок 260.
   Важнее были выгоды, доставленные нам этим делом в отношении нравственном. Защитники Севастополя еще более убедились в возможности бороться с сильным противником, после успеха, одержанного нашими войсками в поле, и, напротив того, Союзники стали сомневаться в успехе осады.
   Инкерманский бой
   4 ноября произошел бой на подъёме у Федюхиных высот, союзники пытались пробиться к высотам и выйти к Инкерману, обходя построенные укрепления. Выдвинутые им навстречу части 1-й резервной дивизии были оттеснены, а несвоевременная помощь 222 бригады 22 пехотной дивизии не смогла исправить положение. Неприятель смог занять фланговое угрожающее положение, что заставило отвести батальоны из недавно занятого англо-турецкого лагеря. Попытка двигаться в сторону Черной речки была предотвращена действиями Новгородского полка из 31 дивизии, опиравшегося на небольшие укрепления и две батареи.
   Надвигалось время зимы, Севастополь всё больше приобретал черты фронтового города: проходили пехотные команды, проезжали обозы, санитарные повозки. Лица жителей стали более серьезными, меньше стало заметно гуляющей невоенной публики. Присутствие сыновей императора, не оказывавших явного влияния на командование, всё же, приносило свои результаты: царь получал неприукрашенные сведения о состоянии дел, решения принимались быстро, нерешительные и, особенно - неспособные, командиры переводились или отставлялись. При одной из попыток ВК Константина Николаевича проехать в блестящем мундире по обстреливаемым позициям, его задержал, извинившись, неприметный офицер. Показав бумагу с Государственной печатью и рескриптом от Императора "что делается подателем сего, делается по моему велению и на пользу Государства", офицер сказал: "Ваше Высочество, я имею право Вас арестовать и отправить в Петербург. Поймите, Ваше дело управлять и организовывать сражения. И в этом заключается Ваша обязанность и отважность действий. Вы можете пройтись по позициям, но неосмотрительно подставлять себя под выстрелы блеском мундира - это мальчишество". Снабжение войск было достаточным, "усушек и утрусок" запасов и перепродаж практически не было, и - более вероятно, это уже давала плоды практика назначения интендантами частей заслуженных офицеров, с их отчетностью офицерскому собранию и Главному Штабу.
   Перестрелки в основном проводились на участках батарей, редутов и строившихся люнетов, пехота располагалась на второй и третьей линии траншей, укрытая в блиндажах. Пехотные мортиры и ракеты были выведены на запасные тыловые позиции. Службы жандармерии и полиции периодически задерживали подозрительных и излишне любопытных обывателей и "корреспондентов", различных "служащих" и "представителей". Произошло даже несколько задержаний подозрительных "офицеров", из которых только 3 или 4 эпизода можно было отнести к будням выходящей из неизвестности "тайной войны". Показательные заседания военных судов и гарнизонных следственных комиссий очень заметно повлияли на количество "праздношатающихся" и "разудалых" недисциплинированных солдат и офицеров. Вероятно, подобные инциденты происходили и по ту сторону фронта.
   14 ноября на Черном море начался один из многих штормов, но этот отличался особенно большой силой, многие корабли, застигнутые им, не смогли укрыться в бухтах. По счастливой случайности, многие запасы были уже выгружены в Балаклаве. Затонуло только семь кораблей, и в их числе - пароход "Принц", с чьим именем связано появление многих легенд Черноморья.
   В разговорах по всей России многие компании и общества обсуждали события осады и войны, очень часто всплывал вопрос - А почему князя Меншикова заменил никому неизвестный князь Мощанский? И кто он этот князь? И ответа убедительного ни у кого не было. А уж после Альмы и начала осады Севастополя, этот начальник вообще перестал упоминаться. И только немногие знали, что по приказу Императора, под этим именем в начальный период боёв в Крыму действовал князь Горчаков. К сожалению, заслуженный генерал так и не смог перестроить своё понимание тактики к новым условиям, поэтому, после неудачного дела под Инкерманом, где, в общем-то, наши войска только учились науке наступления, был назначен заведовать линейными частями обеспечения коммуникаций.
   Большой темой для обсуждений, в том числе и в странах Европы, стал указ "О уменьшении тягот военных страданий", в котором было обращено внимание на недопустимость жестокого обращения с мирным, невоюющим населением, пленными и взаимном оказании медицинской помощи раненым. Призывалось, в святом деле защиты Отечества не способствовать огрублению нравов. Вместе с тем, объявлялось о преследовании лиц, проявивших себя нарушениями правил военных действий.
   Из других заметных европейских событий зимы можно отметить появление в Трансильвании Венгерских и Румынских частей, созданных дополнительно из добровольцев. Эти части предназначались для создания резерва в случае наступления Австрии на Венгрию и Чехию.
   В начале зимы 1854-1855 годов, перевес сил под Севастополем был на нашей стороне; но с наступлением весны положение дел изменилось: французская армия значительно усилилась; Англичане успели вознаградить хотя отчасти понесенные ими потери; Турки высадили в Крым целый корпус; Сардинцы готовились принять участие в борьбе соединенных сил Западной Европы с Россиею.
В конце января (10-го февраля) 1855 года, французская армия, в числе 80-ти тысяч человек с 180-ю орудиями и 6-ю ракетными станками, оставаясь под начальством Канробера, была разделена на два корпуса и резерв. 1-й, осадный корпус, под командою дивизионного генерала Пелисье, назначенный для атаки на 4-й бастион, состоял из дивизий: Форей, Левальяна, Патё и де Саля, в числе до 28-ми тыс. человек, а 2-й, наблюдательный корпус, впоследствии назначенный для атаки Малахова кургана -- из дивизий: Буа (Bouat), Каму, Майрана и Дюлака, в числе до 37 тыс. человек, находился под командою дивизионного генерала Боске. Резерв, под непосредственным начальством главнокомандующего, состоял из дивизий: пехотной генерала Брюне (Brunet) и кавалерийской Морриса, всего до 8,000 человек. Впоследствии присоединилась к нему гвардейская бригада генерала Уриха (Uhrich). Артиллерия и парки, в числе до 4 тыс. человек; инженерный корпус до 450 человек; при штабах и интендантстве до 1,500 человек. Число английских войск не превосходило 15-ти тысяч человек. Присоединив к англо-французской армии до 25-ти тысяч Турок, довольно плохих войск, оказывается, что силы Союзной армии к началу февраля простирались до 120 тыс. человек.
   Русская армия в Крыму имела в рядах своих также до 120 тыс. человек, но из этого числа более трети находилось в отдельных отрядах: против Евпатории; в восточной части Крыма у Керчи и близ Перекопа.
   Будни осады
   В первые месяцы осады Севастополя, Союзники считали атаку на укрепления Городской части главною; атаку же, веденную Англичанами на 3-й бастион, вспомогательною, и потому атака города была распространена влево, а на Малахову Передовую Батарею (Малахов курган) смотрели, как на пункт соседственный с 3-м бастионом, не придавая ему важного значения. Правда, еще в декабре, английский инженер-генерал Джон Бургоэн изъявил мнение, что взятие штурмом 3-го и 4-го бастионов сопряжено было с большою опасностью и потерями, которых можно было избежать, направя главную атаку на Малаховы батарею (Малахов курган), господствующий над 3-м бастионом. Но, чтобы привести в исполнение эту идею, необходимо было влияние генерала Ниеля, поддержанное властью Наполеона III.
   26-го января (7-го февраля), Французы открыли на склонах Сапун-горы 1-ю параллель, в расстоянии около 840 саж. от Малахова кургана и начали постройку двух батарей: одной, в самой параллели, на два 68-ш-фунт. и на тринадцать 32-х-фунт. орудий, и другой, для действия против судов в гавани, заложенной позади параллели, на шесть 50-ти-фунт. мортир. Сооружение этих батарей на голой скале, из земляных мешков, приносимых на расстоянии около 400 саж. было весьма затруднительно.
   В сумерки полковник Тотлебен с штабс-капитаном Тидебелем, под прикрытием секрета из пластунов, произвели разбивку редута, в расстоянии 400 саж. от ближайшей части неприятельской параллели и 450 саж. по прямому направлению от 2-го бастиона. С наступлением ночи, генерал-майор Хрущов, с Волынским полком, подойдя по Саперной дороге, выдвинул вперед 4-й батальон, построенный в ротных колоннах, и рассыпал цепь впереди места, назначенного для построения редута, Георгиевскою и Килен-балками, а остальные баталионы, в колоннах к атаке, поставил по обе стороны редута. Впереди цепи были расположены секреты из пластунов. Тогда же назначенные на работу три батальона Селенгинского полка, перейдя через Килен-бухту по мосту и взяв инструмент и туры, взошли на гору и принялись за работу, имея при себе ружья, на случай нападения. Сооружение редута представляло чрезвычайные затруднения, по качеству грунта, скалистого, покрытого лишь тонким слоем земли. Почти вся работа производилась кирками. Чтобы ускорить построение бруствера и доставить необходимую защиту рабочим к утру, брали землю с обеих сторон: из рва и из внутренности редута.
   К рассвету, туры на контр-эскарпе были наполнены землею и можно было работать во рву, не подвергаясь ружейному огню. В ту же ночь, каждая из ротных колонн Волынского полка построила, на равном расстоянии от редута и от неприятельской траншеи, по одному ложементу на 25 человек, а на рассвете эти ложементы были заняты штуцерными Волынского же полка, в числе до ста человек. Только тогда неприятель заметил наши работы и открыл перестрелку с Волынцами, но не причинил им почти никакого вреда.
   В половине 2-го часа пополуночи 11 февраля, когда зашла луна и совершенно стемнело, Французы вышли из своих траншей и в нашей цепи раздались выстрелы. Генерал Хрущов приказал тотчас зажечь фальшфейер, чтобы дать сигнал пароходу Владимир об открытии огня по Георгиевской балке, что немедленно было исполнено. При первых же выстрелах, инженер-штабс-капитан Тидебель приказал рабочим взять ружья и разместил их по банкету, а командир Селенгинского полка, полковник Сабашинский вывел из рва работавший там батальон и построил его правее редута, для охранения позиции от обхода со стороны Килен-балки. Французы наступали стремительно тремя колоннами, под общим начальством бригадного генерала Моне (Monet): батальон морского полка двигался прямо на редут, а батальоны Зуавов -- в обход флангов нашей позиции; прочие два баталиона следовали в резерве. Средняя и левая колонны были задержаны переходом через крутые овраги и пальбою из наших ложементов; правой же колонне удалось незаметно пробраться чрез линию ложементов и подойти ко рву редута.
   Сам Хрущов тогда находился на правом фланге позиции, близ 2-го Волынского батальона, но, услыша влево от себя выстрелы и крики Французов, кинулся против них и занял 2-м батальоном траншею левее редута; 1-му батальону было приказано отступить на левый фланг 2-го батальона и стать левее траншеи, и 3-й батальон, сделав из знаменных взводов залп по наступавшей неприятельской колонне, пристроился к левому флангу 1-го батальона. Таким образом, почти весь Волынский полк расположился под входящим углом левее редута, прикрыв траншею и спуск в Троицкую балку. Французы, еще не дойдя до этой позиции, были встречены огнем наших ближайших батарей и стоявших наготове пароходов, которых орудия еще с вечера были наведены на пространство, где, по всей вероятности, мог наступать неприятель.
   Полковник Клер, с правою колонною, не обращая внимания на град снарядов, осыпавший его Зуавов, кинулся на нашу позицию почти одновременно с атакою средней колонны на редут. Завязался упорный рукопашный бой. Генерал Хрущов был окружен Французами; один из офицеров полка Зуавов занес над его головою саблю и был заколот рядовым Волынского полка Белоусовым. Генерал Моне сам повел среднюю колонну на редут, но здесь Французы, встреченные батальным огнем, остановились и залегли на контр-эскарпе за турами; несколько смельчаков перешли через ров и стали взлезать на бруствер, где были подняты на штыки нашими солдатами.
Моне, раненый уже три раза, передал команду над наступавшими колоннами полковнику Клеру, однако же остался при войсках и побуждал их идти вперед, восклицая: "За мною, в укрепление!".
   Генерал Хрущов, заметя колебание неприятеля, атаковавшего редут, приказал ударить сбор, устроил свои баталионы и повел их вперед с барабанным боем. Правая французская колонна была опрокинута ударом в штыки на резерв, спешивший ей в помощь а охотники и средняя колонна, штурмовавшие редут, завидя у себя на фланге Волынцев, обратились в бегство и снова попали под выстрелы пароходов и батарей оборонительной линии. Французы порывались остановить наступление наших войск, но каждый раз были опрокидываемы русскими штыками и потеряв множество людей, отступили окончательно в свои траншеи. Между тем полковник Сабашинский, с одним из батальонов Селенгинского полка, отбросил левую неприятельскую колонну, а полковник Свищевский, с 4-ю гренадерскою ротою Волынского полка, кинулся вверх по Саперной дороге и встретив небольшую французскую колонну (вероятно -- часть резерва), заставил ее отступить по направлению к Георгиевской балке.
   Дело в ночи с 11-го на 12-е февраля, в котором четыре Волынских батальона с не большим лишь участием трех батальонов Селенгинского полка, отразили с блестящим успехом нападение пяти отборных батальонов, поселило в наших войсках твердую уверенность удержаться на позиции, ими занятой в значительном расстоянии от оборонительной линии. На следующее утро прибыли на место боя Их Императорские Высочества, Великие Князья Николай Николаевич и Михаил Николаевич. Их "спасибо", от Августейшего Имени Государя Императора, возбудило в войсках величайший восторг.
   2 марта были затоплены корабли "Святослав" и "Гавриил", фрегат "Мидия". 3 марта в начальство передовой линией вступил генерал Хрулев, 2 апреля адмирал Нахимов был назначен военным губернатором и Комендантом Севастополя. Адмирал Корнилов назначался председателем Таврического комитета Обороны. Начальником Штаба - генерал Хрущов.
  
   10 марта была совершена вылазка против французских и английских батарей,
   неприятель сосредоточил на Камчатский люнет передовой линии огонь 15-ти-пушечной французской батареи и до 30-ти полевых орудий и малых мортир, поставленных в траншеях, а также нескольких орудий с английской атаки. Под защитою артиллерии, Французы решились вести свои подступы днем и приступили к заложению второй параллели. Как в это время голова левого французского подступа от стояла не далее 40 сажен от наших ложементов, и неприятелю достаточно было одной ночи, чтобы, заняв эти ложементы, повернуть их против люнета и соединить с своими траншеями, то решено было произвести, в следующую же ночь, сильную вылазку, чтобы разрушить левый французский подступ. Для этого были назначены следующие войска: Камчатского полка 2 батал., Днепровского -- 3, Волынского -- 2, Углицкого -- 1, от 35-го, 20-го и 44-го экипажей -- 1, всего девять батальонов, в числе до 5 тыс. человек, под начальством генерал-лейтенанта Хрулева. Кроме того, два батальона, 2-й и 4-й Камчатского полка. наряжены были на работы и в прикрытие люнета. Для развлечения внимания неприятеля, положено было, одновременно с главною вылазкою, сделать две меньших, под начальством капитана 2-го ранга Будищева и лейтенанта Бирилева, против английских атак. Успешное нападение, вызвавшее смятение в стане врага, не было завершено разгромом Ланкастерской батареи англичан, только по недостатку сил, выделенных в атаку.
   Отказ от штурма
   Замедление успеха подступов осаждающего заставило его обратиться к решительным действиям. Союзники предполагали усиленно бомбардировать город и потом овладеть им штурмом. Приготовления к новому продолжительному бомбардированию состояли в постройке и вооружении новых батарей и в огромном подвозе боевых припасов. Вместе с тем прибыли значительные подкрепления для укомплектования Союзных армий и перевезены из Константинополя в Евпаторию и в Камыш три дивизии, одна турецкая и две египетских, в числе до 30 тыс. человек, под личным начальством Омера-паши.
   К 28-му марта -- дню, в который было решено начать бомбардирование Севастополя из всех орудий, поставленных на батареях осаждающие имели в готовности к бою: со стороны Французов 393, а со стороны Англичан 148, всего же 541 орудие. Подобно тому как и у нас, значительная часть артиллерийской прислуги состояла из моряков и пехотных солдат. Зарядов средним числом находилось в наличности: на каждую пушку по 600, на каждую гаубицу по 400, на каждую мортиру по  500.
   Цель Союзников, при втором бомбардировании, длившемся 10 суток, состояла в том, чтобы потушить огонь на всей нашей оборонительной линии; но для этого оказались недостаточны их огромные средства, несмотря на то, что мы, терпя крайнюю нужду в зарядах, не могли отвечать им равносильною пальбою. Нет сомнения в том, что они достигли бы несравненно более решительных результатов, если бы сосредоточили огонь против двух или трех пунктов, в особенности же против 4-го бастиона к которому их подступы были подведены ближе двухсот шагов, а по занятии воронок находились бы всего в ста шагах. Союзники должны были усилить батареи, действовавшие по бастиону и редуту Шварца, и устроить за третьею параллелью демонтирную батарею, которой одной было бы достаточно для совершенного разрушения и обезоружения 4-го бастиона. Даже и в настоящем его состоянии Союзнники могли овладеть им, а с потерею нами 4-го бастиона мы не удержались бы и в 5-м, что повлекло бы за собою падение Севастополя.
   Но неприятель не решался на штурм, с изумлением видя каждое утро наши укрепления, разрушенные накануне, столь же грозными, как и до открытия бомбардирования. Кроме того, причины нерешительности Союзников заключались в трудности согласить действия двух отдельных армий и в инструкции, присланной Канроберу из Парижа, в которой было сказано: "Ежели штурм Севастополя невозможен, или сопряжен с большою потерею в войсках, не обещая совершенного овладения городом, оставайтесь в оборонительном положении и распорядитесь таким образом, чтобы вы могли отрядить две пехотные дивизии, гвардию и всю кавалерию, с восемью батареями, на соединение с сорокатысячным корпусом, собранным у Маслака, близ Константинополя, для совокупного действия против неприятеля в поле". Все это заставило Союзников отложить штурм на неопределенное время, тем более, что они надеялись вынудить защитников Севастополя на атаку контр-валационной линии, и, отразив их, штурмовать город.
   В Евпаторийском лагере находилось до 20 тыс. Турок, 15 тыс. Французов и 10 тыс. Англичан. Орудий при них насчитывали до 80, половина - более 8-фунтовых. Кавалерии насчитывалось о 10 тыс. человек.
   Канробер, утвердив на Совете план действий, с помощью которого предполагалось прервать наши сообщения выходом Главных сил (2 египетских дивизии, 3 французские и 1 английская дивизии при 120 орудиях, 8 тыс. кавалерии - около 80 тыс. войск) к Сарабузам и далее - на Джанкой, к Гениченску. Отдельному корпусу в составе английской дивизии и двух турецких, с 60 орудиями, при поддержке 3 тыс. кавалерии (всего до 40 тыс. человек) предполагалось выйти к Перекопу. Прямой удар на Николаев или на Гениченск с помощью нового десанта сочли трудноосуществимым и во многом зависящим от состояния моря.
   Начало выдвижения назначили на середину мая, при уменьшении холодов и прошествии распутицы. Известия о укреплениях Бахчисарая и Симферополя привели к решению выхода армии на линию дороги в Сарабузах. Иногда помощь в проведении разведки и дозоров оказывали добровольцы-татары, помнящие о днях славы Гиреев, и мечтающие о возвращении прежних властителей-турок. Но таковых было немного, ведь не было признаков слабости Русской армии и Государства. Одновременно предусматривался удар флота по прибрежным городам Азовского моря, для чего были приведены новые паровые канонерские лодки. Ещё было решено захватить Новороссийск, о котором просто позабыли.
   Для экспедиции в восточную часть Крыма были назначены эскадры: 1) французская, под начальством адмирала Брюа, состоявшая из 3-х линейных кораблей, 7-ми фрегатов, 7-ми корветов, и проч., вообще же из 24-х паровых судов; 2) английская, под начальством адмирала Лайонса, из 6-ти линейных и 27-ми паровых судов меньшей величины. Союзные войска, назначенные для высадки, под общим начальством английского генерала Броуна, состояли из французской дивизии генерала д'Отмара, в числе 7-ми тыс. человек с 18-ю орудиями, английской бригады Камерона с 6-ю орудиями и полуэскадроном гусар, всего в числе 3-х тысяч человек, и турецкого отряда Решид-паши, в числе до 5-ти тысяч человек.
   Перевозки войск для Крымской экспедиции начались в конце апреля. После получения известий о перевозках и усилении Евпаторийской армии коалиции, Главный штаб передал приказание о проведении операции флотом, давно запланированной.
   Глава 4 Евпаторийский набег
   - Владимир Алексеевич! Почему же Новосильцев?
   - А Вы, Павел Степанович, здесь нужны. Как председатель Таврического Военного Совета, поздравляю Вас назначением на должность коменданта Севастополя. Очень прошу не геройствовать - Вы нужны живым. И прислушивайтесь к мнению генералов Тотлебена, Хрулева и Хрущова.
   Мы к сожалению потеряли Камышовую бухту и, совершенно неожиданно - Балаклавскую. Многие ранее сделанные расчёты пошли прахом. И для исправления наших ошибок Вам и многим другим предстоит проявлять героизм. Да-да, Павел Степанович, подождите, это важно! Я о том, что ни я, ни Вы, ни Ваш талант и опыт - ни Вам и ни мне не принадлежат во время войны. Новосильцев поведет эскадру на десантный отряд у Евпатории, Истомин - будет в поиске других, подходящих караванов. Вы будете же организовывать для англичан с французами большую ловушку. У нас есть, теперь Вы должны это знать, корабли новых типов: мины, миноноски и броненосцы.
   - Это...?
   - Да, это те самые плашкоуты и понтоны с кранами, и яхты. Экипажи обучены, начальник штаба - капитан 1 ранга Рубцов. Командующий, великий князь Константин Павлович, Как Вы уже знаете. Прибудет через 2 дня. Я Вам сейчас расскажу кое-какие особенности механики, а позже проедемся и посмотрим.
  
   - Посмотрим, посмотрим-с, раздавалось увлеченно-торопливое бормотание адмирала. "Ведь и правда, увлечен, совсем как ребенок", с чувством некоторого захватывающего дух, уважении, подумал Корнилов, "И это матросы "чуют".
   - Какие названия смешные: Эльптидифор, Эльпидифор, Эльфидипор, Эльфидифор, Эфльпидифор,
   Эфльфидифор (неготов), Эпфильдифор и красавцы "Эльборус", "Бештау" и "Дыхтау" - партия "заграждения", в обиходе и для дезинформации: "служители царских яхт", "яхтсмэны", "ученики механиков", "крановщики".
   - Теперь-то мне теперь понятно, Владимир Алексеевич, Ваше спокойствие-с перед угрозой "копенгагирования" и прорыва в бухту неприятельских кораблей. И мины даже успели поставить. А не может-ли случиться, что враг, столкнувшись с этими, минами, - не направит впереди себя старые корабли, наполненные бочками-с?
   - Вы, Павел Степанович, очень быстро все опасные моменты рассматриваете. Во-первых, будет неожиданность действия этих мин. Во-вторых, можно более сильные мины применить, да и взрывать их по гальваническим проводам, похожим на телеграфные будем.
   - А нельзя-ли нам телеграфные аппараты на разных направлениях установить, для скорости сообщения? Флаги и фонари не всегда видны: дым там, или туман-с?
   - Надо узнать наличие в запасе. Идея прекрасная. И ещё, пусть моряков учат пехотным премудростям, если сойдутся в бою, это ведь не абордажные приёмы на палубе выполнять. А пополнения такого обученного не будет. Через два-три месяца должны подойти подкрепления из России и из Туркестана. Надо продержаться.
   - Окопы, блиндажи, батареи - строить. Каким чудом Государь угадал построить хотя-бы немногие укрепления?
   - А эти кораблики и мины? Если бы их не было - вот тут бы мы героизмом в полную меру занимались. И ещё в армии много новых вещей и пушек появилось, правда, много - это очень большое преувеличение. Но ведь сами делаем, не закупаем.
   - И что смогут пробить эти новые пушки, и какие они? ... А где...?... А что...?... Почему...?...
  
   - Повторим наш план действий. Одновременно прошу командующих двигать модели, изображающие корабли. Не забудьте провести подобное занятие с вашими командирами и старшими офицерами. Прошу Вас, Александр Иванович.
   - Цель операции: поражение морских сил врага и разгром берегового лагеря с экспедиционным корпусом в Евпатории. Силы неприятеля и его положение: Сухопутные силы в Евпатории состоят из 3-4 пехотных дивизий, 2-3 саперных батальонов, кавалерии, обоза с запасами. Предполагается неприятельское наступление на Симферополь или Джанкой. В настоящий момент происходит перевозка из Балаклавы ещё трех пехотных дивизий и артиллерии. Береговых укреплений в Евпаторийском лагере нет, возможно, поставили 6-8 полевых пушек на валу. Дозоры у Севастополя в последнее время уменьшены до 1-2 пароходов ночью и 1-2 паровых фрегатов днем.
   Морские Силы неприятелей: Англичане имеют 8 линейных кораблей, 3 из них паровые, 2-3 винтовых фрегата, 4-6 пароходо-фрегатов, 3-4 парусных фрегата, 2-3 паровых брига, несколько паровых винтовых канонерских лодок, не более 12 должно быть. Пароходов - до 20 штук, небольших транспортов - до 30. Французы: 8 линейных кораблей, в числе которых 6 паровых, 2-3 паровых винтовых фрегата и 4-5 паровых винтовых корветов, колесных пароходо-фрегатов 2-3, прочих пароходов - до 10 штук, транспортов - около 20. Турки имеют 2 парусных линкора, 3 пароходо-фрегата и 3-4 корвета и около 10-12 транспортов. Итальянцы - несколько транспортов. Количество суден может изменяться, как и для эскадр других союзников: какие-то приходят, какие-то уходят. В перевозке войск предположительно участвуют 4-6 парусных линкора, 2-4 паровых из них, 3-5 фрегатов и пароходо-фрегатов. Как только мы получим известия о выходе транспортного отряда или его подходе к Евпатории, начинаем наши действия.
   Наши силы: 6 линейных кораблей, разделенных на два отряда, 1-й: "Двенадцать Апостолов" (120 пушек), "Ростислав" (84), 2-й: "Императрица Мария" (84), "Париж" (120), "Великий Князь Константин" (120), "Чесма" (84). К первой дивизии причисляются пароходо-фрегаты "Херсонес", "Бессарабия", "Одесса" и "Крым". На первом этапе операции они, при штиле или противном ветре, выводят корабли второй дивизии к Стрелецкой бухте и затем присоединяются к первой дивизии. Ко второй дивизии причисляется отряд пароходов в составе "Боец", "Грозный", "Могучий" и "Молодец". Основное назначение 2-го отряда пароходов состоит а оказании помощи при маневрировании кораблям второй дивизии. При благоприятном ветре эти пароходы оказывают помощь в буксировании к месту боя пловучих фортов. Дополнительные силы: 2 пловучих форта, 2 броненосные батареи и два броненосных тарана. При большом волнении тараны принять участие в деле, вероятно не смогут, также как и остальные малые корабли.
   Вторая дивизия выходит и действует двумя дивизионами, по возможности не открывая своё выдвижение дозорам неприятеля. После построения боевой линии, вторая дивизия следует к указанному месту для постановки на шпринг. Пароходо-фрегаты первого отряда при необходимости связывают перестрелкой дозоры. Первая дивизия направляется к Евпатории и атакует неприятельский транспортный флот, затем проходит к военному лагерю и став на шпринг производит его обстрел в течении полутора-двух часов. Особое внимание обратить на склады имущества и артиллерию неприятелей. После выхода первой дивизии выходят первый и второй дивизионы второй группы "особого" отряда (по 3 корабля), и выполняют назначенные им задания: установка мин мористее Стрелецкой бухты и перед входом в бухту Ахтиарскую. Судно "Эльпидифор" выполняет особое задание - в темноте, под берегом проходит к Камышовой бухте и к Балаклаве и выставляет там по 20 мин. Уходит к Керчи. Первая группа "особого" отряда совместно с 2 броненосными батареями следуют за первой линейной дивизией. Оказывают помощь и прикрывают линейные корабли. С ними выходят 6 миноносных паровых яхт, четыре из которых присоединяются к пароходам второго отряда, а две - к броненосным батареям Евпаторийской группы. Вторая дивизия при появлении линейных кораблей неприятеля связывает их боем, сначала соя на шпринге, затем отдав якоря, двигается под прикрытие береговых батарей. Через 2-4 часа в бою с неприятельскими кораблями или через 6-8 часов после рассвета, возвращаются в гавань.
   После проведения атаки кораблям Евпаторийской группы уходить к Николаеву. Будет встречать лоцман. При повреждениях и невозможности движения - сжигать суда. Принять с "особой эскадры" на пароходы по две мины и назначенных минеров. Тактика действия минами - таранная. Проследить за прикрытием труб пароходов чехлами из жести для предотвращения выброса искр. Полный ход до начала стрельбы не давать, все корабли затемнить, команде не курить. Окна и иллюминаторы затемнить. Держать только ходовые огни по корме. Опознавательные сигналы - вспышки фонарей или зеленые двойные ракеты. После двух часов полуночи - двойные желтые ракеты. Первой дивизии и пароходо-фрегатам при повороте к Евпатории нести ходовые огни - возможно, это собьет с толку дозоры у Евпатории. После выхода указанных отрядов выходит "специальный" пароходный отряд в составе "Эльборус", "Бештау" и "Дыхтау" в сопровождении пароходо-фрегата "Владимир": постановка мин у Новороссийска, Синопа, Варны и Босфора. Информацию и дальнейшие инструкции получить и укрыться можно будет в Одессе или в Очакове. Паровым кораблям иметь полуторную загрузку топлива. Перед выходом из гавани, при близком подходе дозорного судна на батареях и шлюпках зажечь дымные незаметные с моря костры. Впереди выходящих кораблей поставить по шлюпке, уточняющей направление движения. Корабли вытягиваются пароходами или подправляются их помощью.
   18 апреля 1853 года, вечер. В сумерках, в 20.30, начали движение. Обсуждалась возможность взять в поход ещё два корабля, но для укомплектования пришлось бы снимать моряков с батарей, поэтому ничего в планах не поменяли. После начала движения у парохода "Молодец" сдала машина, и он отстав, исчез в темноте. Выход не был замечен, вплоть до 23.45 минут, когда сблизившись с пароходом "Владимир" дежурный английский фрегат "Мегера" не подал сигнал ракетой. После нескольких выстрелов неприятели разошлись, но английский фрегат и присоединившийся к нему французский винтовой фрегат "Помона", вскоре обнаружили русские корабли, быстро подошедшие две канонерские лодки, получив приказания, отправились с сообщениями к Французской и Английской эскадрам. Дозорные фрегаты тоже быстро отошли и потерялись в мраке.
   Отчаянное и дерзкое мероприятие удалось в полной мере. Особенно этому благоприятному исходу дела способствовала удача "Эльпидифора" под командованием капитан-лейтенанта Шестакова, поставившего по 30 мин у Камышовой бухты, мористее стоявших на якоре линейных кораблей, и у входа в Балаклавскую бухту, пользуясь отсутствием дозора. Дозор был, но он находился мористее и наблюдал за подходами с юга и запада.
   До рассвета перед второй дивизией не появлялось никаких кораблей, только от юго-запада доносилась канонада и взлетали осветительные ракеты. И зутренней мглы на поставленный дозорным пароход "Могучий" выкатились два фрегата, пароход сразу начал отходить к своим кораблям стреляя из пушек. Появившиеся неприятельские фрегаты были теми самыми "ночными сторожами". Из-за тумана они подошли достаточно близко, последовало несколько залпов батарей линкоров, фрегаты отвечали. Соотношение сил было несопоставимым и разведчики быстро исчезли. К 6 часам утра туман поднялся, засверкало солнце. Дул устойчивый юго-западный ветер до 2-3 баллов, море практически не волновалось, всё в этот день благоприятствовало нашим морякам.
  
   Транспортный отряд из 2 паровых фрегатов, 3 фрегатов и 4 линейных кораблей, 4 канонерок и 8 пароходов с 12 парусными транспортами приблизился к Евпатории к вечеру 18 апреля. Высадку проводили не спеша, поэтому до утра было выгружено совсем немного. С рассветом, когда поднялся туман и все прояснилось, с юга показались корабли. Их приближение не вызвало никакой тревоги. Собственно и дозора как такового не было выставлено. Корабли Коалиции располагались в беспорядке, пары были подняты только у корвета, фрегата и двух канонерок, числившихся охранением.
   Корабли первой дивизии, незамеченными, ночью прошли к Евпатории. Командир отряда, контр-адмирал Новосильцев рассуждал, стоя на мостике: "Сейчас неприятели успокоились и сгружают запасы. Вот тут-то мы постараемся ударить. Как и планировали Владимир Алексеевич с Павлом Степановичем и Константином Николаевичем. Подойдём не спеша под утро и из тумана - и ударим. А далее: на всех парах к Николаеву. И эти неуклюжие маленькие корабли упрямо идут по корме, отстают. Хоть и паровые, но мореходности им совсем не хватает. Только чудесная погода спасла от потерь. Хорошо, что все пароходо-фрегаты собрались и идут колонной по левой раковине флагмана".
   Через час в Евпатории царили весьма нешуточные, пока не паника, нет,- растерянность и смятение.
  
   Глава 5 Евпаторийский бой
   Приблизившиеся корабли не уменьшая скорости, пошли между рядов, стоявших в бухте на якоре, кораблей, подняв флаги. Эти флаги увидеть здесь не ожидал никто. Из быстро проходящих гигантов выплеснулись огненные языки пушечных залпов, превратившие пробуждение во внезапный кошмар для экипажей. Дозорные корабли просмотрели появление русских кораблей, кто - чрезмерно удалившись от свободной стоянки, кто наоборот - чрезмерно сдрейфовав к охраняемым кораблям. На бдительность повлияло и ожидание подхода очередного эшелона судов с грузами. Два пароходо-фрегата практически в упор расстреляли небольшой пароход и подожгли быстрыми залпами два брига, развернулись и вновь прошли вдоль стоянки, обратив теперь внимание на сторожевой фрегат, пытающийся поднять паруса, впрочем, совершенно бесполезные по причине неудачного расположения, на мачтах и пары в своих котлах. Продольным огнём была сбита фок-мачта, и наблюдался пожар на верхней палубе. Линкоры же к этому моменту также совершили разворот и вновь прошлись вдоль строя. Были поражены многими попаданиями два французских линкора и один английский. Пока они не отвечали на огонь, возможно, потому что выполняли транспортные обязанности и не были готовы к бою, или было недостаточно команды на борту и, возможно - внезапность нападения пока давала свои плоды. Вновь повернули русские корабли к северу, совершая третий галс вдоль перемешавшихся транспортов, линкоров, бригов, барков и пароходов. Это последнее прохождение уже сопровождалось достаточно частыми ответными выстрелами, пусть и не всегда верно направленными. На "Ростиславе" был разбит бушприт, сбита грот-стеньга, сброшены со станков 4 орудия, "Двенадцать Апостолов" также получил более десятка попаданий, начался пожар на верхней палубе, упала бизань-мачта: бомбические орудия - это страшное оружие. "Крым" получил попадание в носовое орудие и в мостик, "Бессарабия" лишилась двух бортовых орудий и были избиты шлюпки. Внезапно появившиеся корабли призраками растворялись в густеющей мгле от пушечного дыма, некоторое время подсвечивая его огнем своих пожаров и выстрелов. И вновь появлялись. "Крым" и "Бессарабия" получили сигнал: "Помогать при разворотах, в свалку не входить". "Одессе" и "Херсонесу": "Сопровождать линкоры". За время прохождения галса, русские корабли успевали делать до 6 залпов, неся парусов, достаточных только для управления.
   При попытке выйти из свалки, один из турецких фрегатов, уже поврежденный, "Зир И-Юхад" приблизился к какому-то паровому баркасу под Русским флагом. Баркас спешил за неуклюжими пароходами, но при виде приближающегося фрегата повернул на сближение. И вдруг прогремел взрыв, Когда облако дыма рассеялось, фрегат имел крен на левый борт и быстро погружался носом. Через несколько минут над водой торчали только мачты, облепленные спасавшимися людьми. Паровой баркас "Мина" продолжил своё плавание, после того как была вычерпана вода, налившаяся при взрыве.
   Видя смятение неприятеля, и нанеся значительные повреждения большим кораблям, линкоры первой дивизии, став на шпринг, начали обстрел лагеря. Лагерь располагался несколько западнее Карантинного мыса и был доступен для обстрела. Дым от выстрелов и пожаров мешал стрельбе, но прицельно удалось сделать несколько залпов. Продолжали стрельбу в течение часа, на берегу наблюдались сильные пожары и взрывы. Уже несколько часов длилась канонада.
   - Пора уходить. Передать сигнал "Выход из боя", пусть пароходы нас вытягивают в море.
   При отходе от побережья, буквально через 15-20 минут, русские корабли столкнулись с двумя линейными кораблями и двумя фрегатами, один из которых был паровым. Неприятель построил линию и двигался курсом "юго-запад", становясь по левому крамболу (носовая "четверть" горизонта) слева. Ветер к этому времени, около 9.30, поменял направление с юго-восточного на восточный. Расстояние быстро сокращалось с 10 кабельтов до 8 - 6 - 4. Вновь загремели орудия. Корабли закрывались облаками серого порохового дыма, видны были вспышки взрывов бомб и черный дым пожаров. В этот момент в дело вступили подоспевшие суда "особой экспедиции". Неуклюжие, выбрасывающие клубы дыма "сараи", сближались с франко-английскими кораблями, не принявшими их за значительную угрозу. Но после нескольких залпов из носовых батарей "Грома" и "Молнии", мнение о "безобидности" быстро исчезло. Не желая принимать бой на два борта, контр-адмирал Шарне приказал отходить в южном направлении.
   Постепенно прекратилась стрельба и с кораблей англо-франко-турецкого флота. Начальник отряда, начал получать сведения о повреждениях и потерях, команды тушили пожары и приводили в порядок корабли. Внезапно грянул взрыв - взорвался перевозивший порох и заряды бриг "Санрайз", горящими обломками засыпало фрегат "Мартиника". Почти сразу же начал тонуть и транспорт "Говард", поднял сигнал "терплю бедствие" старый французский линкор "Фридланд", а горящий английский линкор "Принцесс Ройал" обрубив якорные канаты, выбросился на берег. Дым к 4 часам пополудни разошелся, из суден недосчитались ещё трех бригов, двух шхун и трех пароходов, позднее обнаружили мачты парохода "Веблей", торчащие из воды. Кругом плавали спасающиеся моряки. Начальник отряда порадовался, что вся большая часть пехоты уже были выгружены. Радость была несколько преждевременной: лагерь пылал, взрывались и горели запасы пороха и амуниции. Люди поспешно убегали за пределы лагеря, беспорядочно метались лошади. При попытке приблизиться к бывшей стоянке, взорвался и затонул фрегат "Сирена".
   В довершении неприятностей, ночью из тумана показались силуэты каких-то кораблей, и с турецкого фрегата "Ферах Нама" раздалось несколько выстрелов, на которые последовал ответ. После криков, запуска ракет, сигналов и ответных выстрелов оказалось, что подошел ожидавшийся отряд транспортов из Константинополя. Попытка организовать преследование уходивших русских, служила больше для оправдания. Наличие большого количества повреждённых кораблей и необходимость наведения порядка заставили отказаться от подобного достойного мероприятия.
   Русские корабли спокойно дошли до Кинбурна, "Двенадцать Апостолов" буксировались пароходами, "Ростислав" шел самостоятельно, "Крым" буксировал "Одессу", получившую ядро в машину и лишившуюся части плиц на правом колесе. Отряд встретила дежурная канонерка, передала лоцманов и провела по разрешенному фарватеру. Суда "особой экспедиции", к всеобщему удивлению, дошли без происшествий. Больше всех удивлялись матросы и офицеры кораблей и пароходов, рассматривая следы от ядер и бомб на железных бортах батарей.
  
   К 9.30 утра корабли второго отряда, постепенно втянулись на рейд Севастополя. На море наблюдались в отдалении только три фрегата и два корабля противника. После торжественной встречи, из Севастополя без промедления было отправлено донесение о "полном успехе предпринятого дела". Следующим вечером пришло сообщение из Николаева о сражении и благополучном переходе.
   Англо-французский флот был вынужден выставить усиленные блокадные дозоры кораблей у выхода из Севастопольской бухты.
   В течение следующих нескольких ночей у входа в Севастопольскую бухту сновали пароходы, шлюпки, пускались осветительные ракеты и горели фальшфейеры. Утром, сквозь туман ожидалась атака дерзкого неприятеля, батареи были приведены в готовность, к выходу были поставлены и новые "особенные" корабли.
  
   Как стало известно позднее, после поднятия тревоги дозором, французские корабли, стоявшие на якорях у Камышовой бухты, быстро построившись, двинулись к Севастополю. От момента начала тревоги прошло не более получаса. Командующий, адмирал Брюа, не счёл возможным давать ночной бой при неизвестной силе противника и прошел к устью реки Бельбек, недалеко от Севастополя. Брюа решил перекрыть путь к Евпатории и послал для сообщений два паровых корвета. Корветы прибыли к Евпатории около 10 часов утра, когда бой был завершен.
   В ту же ночь в Балаклавской бухте взорвался и затонул транспорт с орудиями и порохом, выходивший из бухты для следования в Евпаторию. При организации спасательных работ и выходе для помощи дозору у Севастополя взорвался и затонул пароход "Антилопа" и был поврежден фрегат "Везувиус".
   Через несколько дней неприятности появились теперь у французов. При попытке зайти в Камышовую бухту, передовой фрегат "Лаперуз" наскочил на мину - адскую машинку и подорвался. Быстро появился крен, вырос дифферент на нос, незакрепленные орудия начали выкатываться и падать. При попытке подать помощь тонущему фрегату подошедший пароход "Маракайбо" тоже коснулся мины и после взрыва затонул. На эскадре сначала воцарилось тревожное оцепенение, разрядившееся вспышкой паники, когда и фрегат начал уходить под воду.
   На следующей неделе, при попытке обследования входа в Севастопольскую бухту подорвался и затонул английский пароходо-фрегат "Медуза".
   На совете Главнокомандующий английской эскадрой вице-адмирал Лайонс заявил:
   - Наши потери в кораблях неожиданно оказались весьма чувствительны. При наличии такого коварного и изощренного врага надо более тщательно планировать и проводить наши операции. Поскольку наша союзная армия готовит свои позиции для проведения штурма Севастополя, мы проведём бомбардировку с моря для отвлечения сил и внимания русских от суши. И отучим делать подобные вылазки. Отряд адмирала Стюарта обстреляет Новороссийск, захватит укрепление и поселение, затем высадит десанты в Керчи и пройдет малыми кораблями в Азовское море для разгрома побережья. Турецкая эскадра пройдет к Очакову и Одессе.
   - Поскольку Евпаторийский лагерь разгромлен, в основном этот разгром касается запасов снаряжения и провианта, то все планы действий на суше надо отложить и провести штурм укреплений Севастополя. Наиболее уязвимое место наступления - от Круглой бухты, к "четвертому" бастиону: мы можем окружить всю "передовую" позицию осажденных. И даже ворваться в город.
   - Но сначала проведем бомбардировку. И что это за странные взрывы на наших кораблях?
   - Скорее всего, это морские "адские машины" с зарядом пороха. Слухи о них уже давно появляются в различных странах.
   - Пусть выловят несколько штук и посмотрят их устройство.
  
   Глава 6 Это грома раскаты
   - Сэр. К вам первый лорд Беркли.
   - Проводите.
   - Доброе утро, премьер-министр. У меня не совсем хорошие новости.
   - Да, я знаю, в общих чертах, о ваших неприятностях. Расскажите подробнее.
   - Русские смогли сохранить боеспособными несколько кораблей и воспользовавшись слабостью французского дозора, атаковали наши стоянки и сорвали подготовку удара армии на Перекоп.
   Наши потери: старый линкор, 3 фрегата, 4 парохода и 2 барка. Часть неприятельского отряда смогла укрыться в Николаеве. Французы потеряли: 2 линкора, 3 фрегата, 2 корвета и 4 парохода, 6 транспортов. Потери турок составили фрегат, пароход и 5 шхун.
   Кроме всего прочего русские применили "адские машины", о чем сообщал адмирал Лайонс. На этих "машинках", или "торпедо", как их назвали офицеры, подорвались ещё несколько кораблей: 1 пароход и фрегат у Новороссийска, в результате отложена Азовская экспедиция, два больших транспорта у Синопа, 3 парохода на выходе из Босфора и две фелюки у Варны. Собственно пароходов или судов никто не видел, но отмечено сообщение с Турецкого отряда у Одессы о приходе в Николаев нескольких пароходов. Лайонс предпринял все необходимые меры. Вместе с французами запланирован обстрел батарей и штурм.
   - Плохо, барон Фицхардинг. Но надо дать возможность Эдмунду ответить на дерзость. Мы дадим французам дополнительно денег, для поддержания их воинственности. И надо на Балтике провести какое-либо громкое дело, отвлечь внимание газет от этих Ваших неудач, Морис.
   - Вероятно, это будет наилучшим образом наших действий.
  
   А тем временем в Париже...
   - Начальник штаба Вуэ-Вилльомо и адмирал Гамелен, Ваше Величество!
   - Прошу, Господа!
   - Сир, Ваше величество. Наши силы подверглись нападению остатков русского черноморского флота в самый неблагоприятный момент. Слабый английский дозор не смог предотвратить вылазку 6 линейных кораблей и пароходов, напавших на транспортный отряд у Евпатории. Адмирал Брюа смог не допустить прохода 4-х из вышедших ночью кораблей к Евпатории. Кроме этой неприятной истории есть ещё одна: русские применили мины - "торпедо", как назвали их англичане. Есть потери от них в транспортах и в боевых судах.
   - Канробер сообщил о подготовке штурма. Общие потери при Евпатории у нас составили до 5 тыс. солдат. Надо помочь ему. И что у нас с батареями Дюпюи де-Лома? Мы их начали строить для борьбы против батарей, но сейчас мне сообщили о постройке в Севастополе каких-то "защищенных плотов" Что бы это значило?
   - Это понтоны с корабельными пушками с усиленным защитным фасом, покрытым 20-30 миллиметрами железа для отражения бомб. Англичане тоже проводят эксперименты с защитой.
   - Надо передать им наши чертежи, ведь мы союзники, и они смогут быстро построить батареи.
   - А разве мы при этом не будем уязвимы?
   - Нет, пока будут строиться эти батареи, мы придумаем лучшие.
  
   Новый обстрел береговых укреплений Севастополя, назначенный на 16 мая, завершился, едва начавшись: при подходе на запланированные места взорвались на минах: французский "Ваграм" и английский "Ганнибал". Действия канонерских лодок, вооруженных двумя 62-фунт. орудиями каждая, или одним 13-дюймовой мортирой, были неэффективны при стрельбе с больших расстояний. При попытке обстрела Керчи взорвалась канонерская лодка, ещё одна была повреждена при подходе к Мариуполю. После второго подрыва на минах, азовский отряд спешно возвратился к Балаклаве, выделив часть кораблей для блокады Новороссийска.
   Бомбардировка укреплений Севастополя, начатая с утра 17 мая, продолжалась более недели. Количество тяжелых орудий и мортир на батареях коалиции достигло 560 штук. В качестве подкреплений прибыли добровольческие "германский" отряд и "швейцарский" легион. Утром 25 мая, по сигналу ракеты три французские дивизии и одна турецкая бросились в атаку на передовые позиции "батареи" 4-го бастиона. Батарея была почти вся срыта бомбами, относительно целым оставался нижний каземат. Одновременно англичане нанесли удар двумя штурмовыми колоннами в направлении Инкермана. Через двое суток упорных боёв "передовая батарея 4-го бастиона была взята. Французы начали продвижение к тыловой позиции, для развития успеха к ним направлялись 3 резервные дивизии: английская, итальянская и французских зуавов. Произошедшее далее, иначе чем катастрофой, не называли: втянувшиеся в прорыв части, при подходе к тыловой позиции подверглись концентрированному обстрелу из подошедших орудий и ракетных систем 2 и 3 корпусов. Огромное действие по пехоте в плотных колоннах проявили и пехотные мортиры, столь недоверчиво встреченные офицерами. Да, эти мортиры и мортирки не могли показывать большую дальность стрельбы, и с точностью тоже было не совсем "как ожидалось", но концентрация огня на небольшой площади давали вполне приемлемый итоговый результат. Такие же подходы существовали в отношении ракетных станков и применения ракет. В последовавшей контратаке, уже во второй половине дня, волны гренадер и егерей прошли по флангам расстроенных дивизий неприятеля и атаковали осадные батареи. То, что подобный ход событий предусматривался русским командованием, подтверждалось быстрым разворотом батарейных орудий после захвата и быстрое начало стрельбы из них, пусть и не всех, по тыловым целям и подходящей французской и английской пехоте. Союзники смогли отстоять только Английские позиции и тонкую линию вдоль берега, находящуюся под действием орудий флота, соединявшую район Камышовой балки и Херсонеса с позициями у Балаклавы. Потери союзников составили более 10 тыс. убитыми, 15 тыс. ранеными и 10 тыс. пленными. К этому стоит добавить значительную подверженность войск коалиции эпидемиям. Только англичане смогли более эффективно справиться с подобной сопутствующей бедой военных действий. Наши потери составили более 7 тыс. погибшими и около 10 тыс. ранеными. Вновь воцарилось хрупкое равновесие в силах сторон. Только в этот раз Россия могла сказать о способности уверенно противостоять лучшим европейским армиям, и даже наносить им чувствительные поражения.
  
   На фоне грандиозных, привлекающих к себе внимание сражений в Черном море, малозаметными эпизодами прошли отбитые нападения англичан и французов на Соловецкий монастырь и села в Поморье, атака на Цусимский форт и Владивосток, Ново-Архангельск. Достойно удивления успешное противостояние сильной эскадре адмирала Прайса слабых сил на укреплениях Петропавловска-Камчатского под предводительством адмирала Завойко. Действия крейсерских отрядов не вызвало ощутимых затруднений в мореплавании торговых кораблей, но заставило выделять значительные корабельные силы для прикрытия торговых морских путей.
   Всеобщее восхищение и даже уважение врагов заслужили действия в Индийском океане клипера "Беда" под командованием капитан-лейтенанта И.Х. Врунгеля, захватившего целый караван судов за один раз, создавшего свою базу снабжения совсем рядом с портом неприятеля.
   Прославили свои корабли и лейтенанты Зелёный, Гунько. К сожалению, не обошлось и без потерь наших крейсеров. Тем не менее, было потоплено и захвачено более 300 судов, и этой теме, вероятно, будет посвящен отдельный труд.
   Теперь нам, вместе с уважаемыми читателями, предстоит рассмотреть события, происходившие на Балтике...
  

Оценка: 3.56*22  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Боталова "Невеста под прикрытием"(Любовное фэнтези) М.Тайгер "Выжившие"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Н.Лакомка "Я (не) ведьма"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) М.Снежная "Академия Альдарил: цель для попаданки"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"