Евдокимов Алексей Кузьмич: другие произведения.

Мы из Кронштадта

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Краповые береты... Это элита спецназа России. А как создавались эти войска? Где и как рождались их традиции: стойкость, мужество, верность долгу, героизм? Роман "Мы из Кронштадта" из серии "Краповые береты" посвящен истории внутренних войск России. Сюжет романа основан на реальных событиях, происходивших в период советско-финской войны 1940 года.

  Аудиокнига с текстом романа выложена на YouTube по адресу: https://youtu.be/6SFspfBvGRI
  
  Из серии: "Краповые береты"
  
  ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  СЕКРЕТНЫЙ ФАРВАТЕР
  
  КАРЕЛИЯ. ОЗЕРО КИАНТИЯРВИ. Декабрь 1939 года...
  В зимний, морозный день через заснеженные леса вблизи карельского озера Киантиярви двигалась колонна военной техники и солдат. Узкая, похожая на тропинку дорога, извилистой полосой тянулась между сосновыми зарослями и гранитными валунами. Тусклое ярко-красное солнце освещало, покрытые пышными снежными шапками, верхушки сосен и елей. Надсадный гул моторов изредка прерывался криками птиц, которые испуганными стайками взлетали с, окружавших дорогу, деревьев. Впереди колонны ехали несколько тяжелых трехбашенных танков, широкими гусеницами прокладывавших две глубокие борозды в снегу. Затем шли танки поменьше, уминая снег между бороздами, и уже после них, ехали грузовики и шли колоны, одетых в краснозвездные буденовки и серые шинели, солдат. Над солдатскими колонами стояло густое белое облако пара от дыхания сотен людей, разгоряченных многокилометровым маршем. В середине колоны ехали несколько легковых автомобилей. Изредка, один из них останавливался, и из него вылезал, одетый в меховой полушубок, офицер. Он разворачивал карту, что-то долго искал в ней и затем, взмахом руки, давал колоне сигнал продолжать движение. Колона миновала небольшую поляну, обогнула низкую и широкую гранитную гряду и затем вошла в густой ельник. Здесь головной танк остановился, так как дорогу ему перегородили несколько поваленных друг на друга деревьев. Люк танка осторожно приоткрылся, и в нём показалось лицо механика-водителя. Он внимательно оглядел, окружающий дорогу, лес. Затем танк тронулся с места, подъехал к, перегородившим дорогу, деревьям и попытался сдвинуть их с места. ...Огненно-красное облако взрыва, как гигантская вспышка света, вдруг осветила лесную чащу. Громовой раскат нарушил царящую в лесу тишину. С деревьев посыпались шишки и большие гроздья снега. Танк откинуло в сторону и он, разматывая по дороге ленты гусениц, неуклюже скатился, в наметённый рядом с дорогой, сугроб. Вслед за взрывом послышались длинные пулеметные очереди, многоголосым эхом разносящиеся среди деревьев и скал. Яркие вспышки от пуль заплясали на броне танков и кузовах автомобилей. Несколько грузовиков загорелись. Не понимая, откуда по ним стреляет противник, солдаты стали разбегаться с дороги в окружающий лес. С высоких сосен, растущих вдоль дороги, послышались редкие, похожие на треск ломающихся веток, выстрелы. Несколько офицеров, попытавшихся остановить, убегающих солдат, упали на дорогу. Вскоре дорога, покрытая телами убитых и горящими автомашинами, опустела. Через некоторое время, снег вокруг неё словно живой зашевелился, и на дороге появились, одетые в белые маскировочные халаты, лыжники. Обыскав убитых и добив раненых, они затем, как приведения растворились за стеной заснеженных деревьев.
  
  ЛЕНИНГРАД. СМОЛЬНЫЙ. Январь 1940 года...
  В кабинете первого секретаря ленинградского горкома ВКП(б) проходило заседание Военного совета только что созданного Северо-западного фронта. Уже два месяца, как продолжался советско-финский вооруженный конфликт. Предпринятое в декабре тысяча девятьсот тридцать девятого года, наступление Красной Армии на Карельском перешейке закончилось неудачей. Войска понесли большие потери и, чтобы изменить ситуацию, руководством страны были приняты срочные меры. В Карелию из различных регионов СССР были переброшены наиболее боеспособные кадровые войска, объединенные в новый Северо-западный фронт, который возглавил, один из самых опытных военноначальников того времени - командарм первого ранга Семён Константинович Тимошенко.
  - Главная причина неудачного наступления нашей армии в декабре прошлого года, - говорил он на заседании Военного совета. - заключается в том, что военные действия против Финляндии были начаты без соответствующей подготовки. Плохо велась разведка. Только через месяц после начала войны была выявлена наиболее мощная укрепленная позиция финской армии на Карельском перешейке - "Линия Маннергейма". Не уделялось должное внимание и боевой подготовке войск...
  Щеточка усов на полном лице первого секретаря горкома недовольно дрогнула.
  - Вы что же, товарищ командарм, считает, что мы неправильно воспитываем наших красноармейцев? - недобро прищурив глаза, спросил он.
  Тимошенко бросил на первого секретаря встревоженный взгляд.
  - Нет, товарищ Жданов, - ответил он. - Я так не считаю, но я против шапкозакидательских настроений, которые иногда присутствуют в беседах наших политруков с бойцами. Я считаю, что такие беседы приносят больше вреда, чем пользы.
  - Почему?.. - с вызовом спросил первый секретарь. - Красноармейцы должны понимать, за что они идут сражаться и умирать!
  - Я думаю, они это хорошо понимают... - опустив глазам, ответил Тимошенко. - Но нельзя в нашей пропаганде принижать возможности противника. Это приводит к его недооценке. Личный состав перестает в должной мере готовиться к боевым действиям, и в результате наши войска терпят поражение от многократно уступающего им в численности и вооружении противника.
  Первый секретарь горкома что-то записал в, лежащий перед ним блокнот, и затем раздраженно бросил:
  - Продолжайте свой доклад!
  Тимошенко повернулся к карте.
  - Как я уже говорил, - сказал он, обводя указкой на карте Карельский перешеек. - Наш противник существенно уступает нам в численности и вооружении. Основные его силы под руководством генерала Эстермана сосредоточены здесь... на Карельском перешейке. Но, учитывая то, что перешеек хорошо укреплен и то, что финские войска дерутся крайне ожесточенно, бои нашим войскам предстоят очень тяжелые.
  Речь Тимошенко прервал один из сидящих за столом работников горкома.
  - Товарищ командующий, - сказал он. - А вам не кажется, что с таким настроением, как у вас, начинать предстоящую операцию вообще не следует!
  Тимошенко пожал плечами.
  - Операция по захвату Карельского перешейка так или иначе будет проведена. - ответил он. - Я уверен, что она будет успешной. Весь вопрос заключается в потерях, которые мы понесем. Чтобы их было, как можно меньше, надо со всей серьёзностью готовиться к предстоящим боям.
  - А как же революционный порыв масс! - с патетикой в голосе воскликнул работник горкома. - Именно он помог нам выиграть гражданскую войну против объединенных сил внутренней контрреволюции и Антанты!
  Тимошенко усмехнулся.
  - Гражданскую войну мы выиграли не только за счет героизма масс! - ответил он. - Героизм конечно был... Но одного его оказалось мало. Для победы нужны были военные знания, а их, к сожалению, у многих наших командиров катастрофически не хватало. Именно поэтому в Красной армии служило и продолжает служить много бывших офицеров царской армии.
  - И все-таки, товарищ командующий, - сказал первый секретарь горкома. - Я считаю, что вы недооцениваете важность политической работы в войсках фронта. Я буду докладывать об этом, лично товарищу Сталину!
  Лицо Тимошенко побледнело. Он откашлялся и затем, тщательно подбирая слова, сказал:
  - Видимо, вы не совсем правильно меня поняли, товарищ Жданов. Я, конечно же, не против политико-воспитательной работы в войсках, но я против того, чтобы она велась в ущерб боевой подготовке или подменяла её. Я думаю, что товарищ Сталин согласится с моим мнением. Три дня назад я был у него на приеме в Кремле и он так поставил мне задачу... Добиться решительной победы над Финляндией с минимальными потерями за самый короткий срок. Это связано, с резко обострившейся международной обстановкой. Англия и Франция угрожают нам войной. Планируется бомбардировка нефтяных месторождений Баку. Товарищ Сталин говорил, что существующие методы подготовки наших войск явно устарели, и потребовал резко усилить их боеспособность. Если же у меня возникнут какие-либо трудности, то он разрешил мне звонить ему лично...
  Теперь побледнело лицо первого секретаря горкома. Он тоже откашлялся и затем сказал.
  - Я вас понял, товарищ Тимошенко... У нас ещё будет время обсудить с вами этот вопрос. А теперь расскажите, пожалуйста, членам Военного совета, как вы планирует проводить операцию.
  По губам Тимошенко скользнула чуть заметная усмешка, и он продолжил свой доклад.
  - Для успешного завершения кампании, - сказал он. - Необходима специальная подготовка личного состава, которая должна позволить ему преодолеть труднопроходимые и сильно укрепленные участки обороны противника на Карельском перешейке. Нужно сформировать лыжные подразделения для ведения боевых действий в зимний период, а также совершенствовать управление войсками и налаживать взаимодействие между различными видами и родами наших войск. Общий план операции заключается в следующем... Войска тринадцатой и седьмой армий одновременным ударом должны прорвать укреплённую полосу финской армии на Карельском перешейке, и в дальнейшем уничтожить, находящуюся там группу войск противника, не допустив её отхода на запад, и выйти на линию Кексгольм - Антреа - Выборг... - Тимошенко провел на карте длинную извилистую черту. - Кроме этого, - продолжил он. - Необходимо всеми силами препятствовать усилению финской армии за счет военной помощи со стороны Англии и Франции. По сведениям нашей разведки, те продали Финляндии большое количество военного снаряжения, включая новейшие самолеты и артиллерию. Необходимо нарушить подвоз этого снаряжения, для чего в ближайшее время будут нанесены бомбовые удары по крупнейшим портам Финляндии - Турку, Хельсинки, Котка. На транспортных коммуникациях финской армии необходимо провести диверсионные операции. Для этого должны использоваться наиболее боеспособные части нашей армии... балтийские моряки и военнослужащие войск НКВД.
  
  КРОНШТАДТ. Январь 1940 года...
  Рейсовый катер из Ленинграда прибыл в гавань Кронштадта рано утром. Немногочисленные пассажиры катера сошли по обледеневшим сходням на пристань и направились к контрольно-пропускному пункту. Среди пассажиров, в основном моряков и служащих порта выделялся своей выправкой молодой офицер, на петлицах шинели которого алели просветы войск НКВД. Подойдя к дежурному по КПП, офицер представился:
  - Лейтенант Ермаков, прибыл в распоряжение начальника штаба Балтийского флота!
  Дежурный взглянул в удостоверение лейтенанта и, вскинув ладонь к козырьку фуражки, ответил:
  - С прибытием, товарищ лейтенант! Начальник штаба флота звонил по поводу вас и просил, как можно быстрее, доставить к нему.
  Дежурный снял трубку телефона и сказал в неё несколько отрывистых слов. Спустя минуту к КПП подъехала выкрашенная в белый цвет легковая автомашина. Лейтенант сел в неё и уже через полчаса входил в просторный кабинет начальника штаба флота. В кабинете сидели несколько морских офицеров. Начальник штаба флота - немолодой, полноватый контр-адмирал с лицом, потемневшим от бессонницы, предложил лейтенанту занять свободное место за столом. Лейтенант разделся, повесил на вешалку шинель и, расправив под ремнем гимнастерку, присел на свободный стул. Контр-адмирал оглядел, присутствующих в кабинете, и затем сказал:
  - Товарищи офицеры, согласно приказу командующего Северо-западным фронтом, Балтийскому флоту предстоит провести на побережье Финляндии ряд важных диверсионных операций. Цель операций... срыв поставок вооружения финской армии со стороны Англии и Франции. В связи с подготовкой нашими войсками нового штурма "Линии Маннергейма", эта задача приобретает сейчас особую важность. - начальник штаба флота жестом руки попросил лейтенанта встать. - Это лейтенант Ермаков! - представил его он, когда лейтенант поднялся со стула. - Лейтенант Ермаков служит в войсках НКВД. Он командует ротой лыжников и является неоднократным чемпионом Ленинградского военного округа по лыжным гонкам. Мастер спорта СССР!
  Сидящие за столом, с уважением посмотрели на Ермакова.
  - Лейтенант Ермаков прислан в наше распоряжение, чтобы возглавить один из разведывательно-диверсионных отрядов, который будет действовать на побережье Финляндии.
  - Извините, товарищ контр-адмирал, - сказал Ермаков. - Вместе со мной должны прибыть ещё несколько военнослужащих моей роты.
  - Да-да, я в курсе, товарищ лейтенант, - ответил начальник штаба. - А теперь, - он расстелил на столе карту Финского залива. - Я хочу объяснить лейтенанту его задачу... - начальник штаба нарисовал на карте небольшой кружок рядом с финским городом Котка. - По нашим данным через две недели ожидается крупная поставка вооружения для финской армии. В неё будут входить новейшие противотанковые орудия для "Линии Маннергейма". Груз доставят из английского порта Ливерпуль, в один из портов Финляндии... - начальник штаба ткнул острием карандаша в центр, нарисованного им на карте, кружка. - Это небольшая бухта Уякальме рядом с городом Котка. Из-за, сковавшего Финский залив, льда, наши корабли не смогут этому помешать. Мы планируем нанести по бухте удар с воздуха. И сделать это надо будет сразу после разгрузки судов в порту. Атаковать корабли нейтральных стран мы не можем. Вам, товарищ лейтенант, предстоит узнать дату и время этого налета и передать их по рации в штаб флота. Желаю вам успеха!
  
  ФИНЛЯНДИЯ. БУХТА УЯКАЛЬМЕ. Январь 1940 года...
  Полковник финской армии Эйно Коскинен всю свою жизнь считал себя везунчиком. Родившись в небогатой дворянской семье в начале двадцатого века, он, до краха Российской империи, успел закончить, престижное Александровское военное училище, и получить должность в императорской гвардии. Новоиспеченный прапорщик был полон радужных надежд на блестящую военную карьеру, но тут грянула революция, и с этими надеждами ему пришлось распрощаться. Весь привычный для него мир на его глазах рушился, и он уже стал подумывать об эмиграции за границу. Его спасителем и кумиром стал Карл Густав Эмиль Маннергейм - будущий маршал независимой Финляндии, а тогда командир кавалерийской дивизии русской императорской гвардии, которому лично покровительствовал последний российский император Николай второй. Узнав, что Маннергейм собирает в Финляндии войска для борьбы с революцией, он, не раздумывая, поспешил к нему. С тех пор прошло более двадцати лет... Коскинену удалось сделать неплохую карьеру в новой финской армии, дослужившись до чина полковника. Он удачно женился на родственнице Юхо Паасикиви - министра без портфеля нынешнего правительства Финляндии. После боев у озера Киантиярви на Карельском перешейке, в которых Коскинен командовал добровольческими шюцкоровскими батальонами, он получил повышение и возглавил береговую оборону Финского залива. Новая должность не доставляла полковнику особых хлопот. В конце декабря Финский залив покрылся льдом, который накрепко запер советский Балтийский флот в Кронштадте. Единственной головной болью полковника была доставка многочисленных грузов с вооружением, которым щедро снабжали Финляндию, Англия и Франция. Эта операция проводилась в условиях строжайшей секретности. Главнокомандующий финскими вооруженными силами маршал Маннергейм считал её залогом успеха в войне с Россией. Для приема грузов в глухом малонаселенном месте на побережье Финского залива был построен причал. Дорога к нему проходила через шхеры - район Финского залива со множеством маленьких скалистых островков. В нём был проложен секретный фарватер, по которому финские и шведские ледоколы вели караваны английских и французских судов. Причал и фарватер тщательно охранялись частями береговой обороны, состоящими в основном из членов финской националистической организации "шюцкор". Шюцкоровцы обладали отличной военной подготовкой и были ярыми сторонниками независимости Финляндии. В боях они отличались крайней жестокостью, почти никогда сами не сдавались в плен, и не любили брать в плен своих противников. В солнечный январский день полковник Коскинен вместе с представителем английской военной миссии майором Стэнли на машине объезжал окрестности бухты. Окруженная высокими скалистыми берегами, она словно нож глубоко врезалась в берег Финского залива. На берегу бухты стояли несколько десятков замаскированных зенитных батарей. Майор Стэнли предложил полковнику Коскинену пройтись до них пешком. Высокая и худощавая фигура майора ярко контрастировала с неуклюжей и массивной фигурой полковника. Вытирая платком, вспотевшее лицо с черной щеточкой усов под большим мясистым носом, тот с трудом поспевал за майором.
  - Извините за мою медлительность, господин майор, - сказал Коскинен, когда они добрались до ближайшей батареи. - В последнее время я привык к штабной работе.
  Лицо майора Стэнли, покрытое здоровым румянцем, сияло бодростью и энергией. Он снисходительно похлопал полковника по плечу.
  - Ничего... ничего, господин полковник... - вытащив изо рта, набитую табаком трубку, с усмешкой сказал он. - Наши с вами труды скоро с лихвой окупятся. Через месяц или два ваша армия получит столько оружия, что орды большевиков разобьются о неприступную линию вашего маршала на Карельском перешейке.
  - Дай то бог!.. - полковник Коскинен, тяжело дыша, остановился, и правой рукой, по оставшейся с юности привычке, перекрестился. - Хотя, откровенно говоря, я сомневаюсь, что ваше оружие, господин майор, нам поможет. Я видел, как большевики сражаются на Карельском перешейке. Конечно, у них много плохих командиров и неразберихи, но русский солдат, даже в самой тяжелой обстановке, предпочитает смерть, сдаче в плен.
  Майор Стэнли пренебрежительно отмахнулся рукой в лайковой перчатке.
  - Не преувеличивайте, господин полковник! - сказал он. - Большевики со своими безумными социальными экспериментами уже поставили Россию на грань экономической катастрофы. Ещё немного и они потерпят полное фиаско в военных делах!
  - Здесь я с вами не согласен, господин майор, - ответил Коскинен. - Я говорю, конечно, не о социальных и экономических экспериментах большевиков, а о силе духа русского солдата. Извините, но я сам когда-то служил в русской армии и видел собственными глазами, как она воюет. Вспомните хотя бы оборону крепости Осовец в тысяча девятьсот пятнадцатом году. Небольшой гарнизон крепости расстреливала тяжелая артиллерия германской армии, его травили газами, но он предпочел погибнуть в бою, но не сдать крепость врагу.
  Майор Стэнли недовольно нахмурился, вставил трубку в прорезь, плотно сжатого рта, и спросил.
  - Так вы, полковник, считаете русских непобедимыми?
  - Увы, господин майор... - ответил грустным голосом Коскинен. - Одной маленькой Финляндии, даже с помощь вашего чудо-оружия, с ними не справиться.
  - Так вот вы о чем!.. - с усмешкой воскликнул Стэнли. - Ждете, когда мы придем к вам на помощь?
  Лицо полковника Коскинена расплылось в льстивой улыбке.
  - Если бы такие великие державы, как Англия и Франция вмешались в наш конфликт с Россией, то мы объединенными усилиями быстро заставим её просить мира. - сказал он.
  Майор Стэнли выпустил из трубки густое облачко, искрящегося на морозе дыма, и вздохнул.
  - Это не так просто сделать, уважаемый полковник. - ответил он. - Мы военные готовы хоть сейчас прийти к вам на помощь. На авиабазы в Сирии и Палестине стянута наша авиация, предназначенная для удара по Баку. Но вопросы войны и мира в наших странах решаем не мы, а политики. А основная цель нашего премьер-министра Чемберлена, столкнуть лбами Сталина и Гитлера. Тем более, что мы сейчас сами находимся в состоянии войны с Германией.
  - Черт бы побрал, эту большую политику! - раздраженно воскликнул полковник Коскинен. - Извините, господин майор, но я рассуждаю в политических вопросах, как простой солдат.
  Майор Стэнли снисходительно улыбнулся.
  - Давайте, полковник, оставим политикам вершить судьбы мира, - предложил он. - А сами займемся земными делами. Как видите... - майор Стэнли показал рукой на зенитные батареи, окружавшие бухту. - Противовоздушная оборона порта нами организована очень хорошо. И теперь главная опасность, с моей точки зрения, ему угрожает с берега, так как замерзший Финский залив не позволит русским кораблям войти в бухту.
  Полковник Коскинен пренебрежительно махнул рукой.
  - Здесь вы можете не волноваться, господин майор! - самодовольно ответил он. - Охрана побережья мною организована очень хорошо. Я попросил командование перебросить в этот район добровольческий батальон капитана Густава Экхольма. Это герой нашей победы на озере Киантиярви. На счету батальона более трехсот убитых красноармейцев. Многих из них, капитан Экхольм застрелил лично, и в том числе нескольких раненых и пленных. Этот человек сделан из стали, и люто ненавидит большевиков. Батальон прибыл сюда неделю назад и занял оборону вокруг бухты. Через него не то, что диверсант и мышь не проскользнет.
  Майор Стэнли удовлетворенно кивнул головой, и что-то отметил в своей записной книжке.
  - Это очень хорошо, господин полковник! Тогда я завтра же сообщу моему командованию в Лондоне, что транспорты с оружием могут выходить из Ливерпуля. - завершил разговор он.
  
  ФИНСКИЙ ЗАЛИВ. Январь 1940 года...
  От русского острова Котлин, на котором расположен порт Кронштадт, до финского города Котка, по прямой сто шестьдесят километров. Небольшой прогулочный катер в тихую погоду пройдет это расстояние за три - четыре часа. Но чтобы добраться от Котлина до Котки по льду Финского залива на лыжах потребуется несколько дней. Вначале надо дойти до острова Сескар, затем до острова Гогланд. И лишь затем можно осилить дорогу до самого города. Расстояние от Гогланда до него не более тридцати километров. Именно здесь начинаются шхеры - множество маленьких скалистых островков, разбросанных вблизи побережья Финляндии. В безлунную зимнюю ночь через шхеры двигался небольшой отряд, одетых в белые маскировочные халаты лыжников. Отряд насчитывал пятнадцать человек, из которых пятеро тащили за собой санки, с прикрепленными к ним большими рюкзаками. Впереди отряда шел человек высокого роста и судя по всему необычайной физической силы. У него за спиной висел ручной пулемёт Дягтерёва, а на поясе были закреплены несколько подсумков с патронами. Тем не менее, он легко пронзал глубокий снег, носками своих лыж, прокладывая путь другим бойцам отряда, и то и дело убегал далеко вперед, проверяя - крепок ли впереди лёд. Идущий вторым лыжник, по-видимому, был командиром. Останавливаясь через равные промежутки времени, он подносил к глазам, надетый на руку компас и, взмахом этой же руки, указывал отряду направление движения. Когда лыжники дошли до большого заснеженного утёса, за которым не так сильно чувствовался, режущий лицо, порывистый ветер, командир отряда негромко скомандовал: "Привал!" Обессиленные люди повалились на снег. Смахивая с разгоряченного лица капли пота, лейтенант Ермаков огляделся вокруг. На востоке ярко-розовой полосой загорался рассвет, а позади, в чернеющем мраке ночи, остались бескрайние, покрытые толстым ледяным панцирем, просторы Финского залива. Начинался третий день похода. Миновав остров Гогланд, разведывательно-диверсионный отряд приближался к конечной точке своего маршрута - небольшому скалистому острову, находящемуся в трех километрах от побережья Финляндии. На острове планировалось разместить базу отряда, вырыть в снегу землянки, а в небольшой пещере установить походную радиостанцию. Остров находился в десяти километрах от бухты Уякальме, и днем, в ясную погоду с высоких сосен, растущих на нём, в бинокль можно было хорошо рассмотреть то, что творилось в бухте и в её окрестностях. Отряд состоял из пятнадцати человек. Пятеро были военнослужащими войск НКВД, а остальные десять - моряками Балтийского флота. Если бойцы НКВД были превосходными лыжниками, стрелками и мастерами рукопашного боя, то моряки хорошо знали побережье Финляндии, на котором предстояло действовать отряду. Среди них необычайной силой и выносливостью выделялись два брата - Михаил и Роман Северцевы, комендоры с крейсера "Киров". Оба пулеметчики и оба неплохо владеющие финским языком. Братья были родом из Карелии, и в их родном селе проживало много этнических финнов, переехавших в Россию в тысяча девятьсот восемнадцатом году, после отделения Финляндии от России и установления в ней режима маршала Маннергейма. Заместителем Ермакова был так же моряк - мичман Алексей Кошкин. В ноябре прошлого года, командуя сторожевым кораблем, он побывал в бухте Уякальме, ведя разведку финских береговых батарей. В задачу отряда входило обнаружение конвоя судов, который должен был доставить в Финляндию новейшую английскую противотанковую артиллерию. Понимая особую важность этой задачи, командование Балтийского флота пошло на риск и разрешило отряду Ермакова расположиться практически рядом с портом, на виду у постов финской береговой обороны. Командование посчитало такой шаг оправданным, ибо попадание английских противотанковых пушек на Карельский перешеек могло привести к провалу, планируемого в следующем месяце, наступления Красной армии.
  
  ВЕЛИКОБРИТАНИЯ. ЛИВЕРПУЛЬ. Январь 1940 года...
  Пивной погребок "Святой Янус" на окраине Ливерпуля пользовался у местных жителей дурной славой. Обычно его посещали матросы с, приходящих в порт иностранных кораблей, контрабандисты и сутенёры. В маленьком прокуренном зале всегда стоял запах чего-то кислого и гнилого, а посетители погребка, то и дело начинали выяснять свои отношения, использую кулаки и пивные кружки. В морозный январский вечер здесь всё было, как обычно. Посетители, пьяно горланя песни, сидели за маленькими, круглыми столиками, и норовили ущипнуть за пикантные места, снующих между ними официанток. В дальнем углу зала в одиночестве сидел молодой человек, своим видом отличавшийся от обычных посетителей этого заведения. На нём было элегантное зимнее пальто с цветастым кашне и каракулевая шапка, которые в Англии обычно носили преуспевающие бизнесмены средней руки. На столе перед молодым человеком стояли чашечка кофе и тарелка с пирожным. Молодой человек, то и дело поглядывал на дорогие наручные часы, и по выражению его лица можно было догадаться, что он кого-то с нетерпением ожидает. Вскоре в дверях паба появился преклонного возраста мужчина, одетый в потрёпанный матросский бушлат и, заправленные в высокие сапоги, брюки. Он на мгновенье задержался в дверях но, увидев сидящего в углу молодого человека, приветливо помахал ему рукой. Тот в знак приветствия привстал со стула. Взяв у бармена кружку пива, мужчина направился к его столику. Вскоре между молодым человеком и мужчиной завязался негромкий разговор...
  - Добрый вечер, Карл! Рад вас видеть в полном здравии! Как ваши дела?
  - Добрый вечер, Эндрю! Дела идут неплохо...
  - Вы попросили о встрече Карл... У вас появилась интересующая нас информация?
  - Да, Эндрю... Сегодня утром привезли контейнеры с оружием, предназначенным финской армии, и погрузили на корабли. В плавание корабли отправятся завтра. Порт назначения - бухта Уякальме вблизи города Котка на побережье Финского залива. Я принес вам таможенную декларацию. В ней перечислен груз и названия кораблей.
  - Большое спасибо, Карл! Вы нам очень помогли! Я принес вам небольшую сумму денег.
  - Ну что вы, Эндрю! Не надо... Вы же знаете, что я помогаю вам не из-за денег.
  - Конечно, Карл! Мы оба приверженцы социализма. Но даже у нас в Советском Союзе за выполненную работу принято платить. Купите на эти деньги подарки своим детям.
  - Хорошо Эндрю, я возьму их. До свидания!
  - До свидания, Карл! Молодой человек и мужчина незаметно обменялись небольшими свертками, после чего мужчина встал со стула и, не оглядываясь, направился к выходу из паба.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"