Горац Евгения: другие произведения.

Пища Мастеров

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
  • Аннотация:
    Сказка для взрослых, даже очень взрослых, людей с открытым сознанием. Многоуровневый мир, с особыми законами и специфическим денежным обращением. В другом мире вы - ребенок, но со взрослым сознанием, учитесь постепенно, делая шаг за шагом. Очевидные для жителей вещи удивляют вас, а обычные для них дела занимают у вас много времени. У героини такая же профессия как у меня (диетолог) потому, что я про эту профессию знаю больше, чем про другие. Но про еду, в том числе, узнаете то, что никогда не знали. О романе пишут в блогах. Рецензия на сайте Сноб. Рецензии: 1 , 2 , 3 , 4 Отзывы: 1 , 2, 3 , 4, 5, 6, 7 , 8 , 9 ,10, 11, 12, еще часть отзывов Первую версию романа скачали сетевые библиотеки. Здесь - единственная правильная версия, из которой последует продолжение.

  ________________________________________
  
   I. Доктор Хьюз и Казадор
  
   ...не всем дано попасть туда -
   в золотые ворота.
  
  
   Чтобы произошло чудо, я не могу просить его ни о чем. Он должен сам мне обрадоваться, и желательно в первый же момент. Все говорят, что у нас с ним мало общего, что я просто выполнила свою миссию, и благодаря мне, он оказался на более высоком уровне, так что все в порядке. Можно было бы забыть о нем и спокойно заниматься своими делами, но я все думаю - как он там? Не забыл ли меня, не бранит ли? У нас и вправду мало общего, и объединяет только то, что нам обоим одного реального мира - недостаточно, сколько бы мы не убеждали себя в обратном. Я сама пойду к нему, как в прошлый раз. Хоть и знаю, что рискую оказаться в сетях давно усмиренных и забытых, но все же, тлеющих собственных страстей, которые при неумелом обращении могут доставить массу хлопот и вовлечь в новые, непредусмотренные демокодексом, поступки, как это уже бывало здесь раньше. Пусть сколько угодно упрекает меня в эгоизме и вмешательстве в чужие игры, лишь бы не прогонял и не замыкался в себе. Больше всего я боюсь увидеть холод в его глазах.
   Но я и тогда не уйду, а попробую растопить его всеми известными мне средствами. Страшно признаться себе, но кажется, я готова употребить недозволенные методы, которые в реальном мире иногда называют колдовскими.
   -- Я не буду просить его ни о чем, - пообещала я Сорочинской, - надо, чтобы он сам...
  Та обреченно махнула рукой. Она сначала хмурилась и не хотела меня отпускать, потом пошутила насчет того, что еще не придуманы средства, чтобы остановить или задержать ураган - и, наконец, пожелала удачи. А Стас усмехнулся и сказал:
   -- И не проси. Помни, такая женщина как ты - царица, они - не просят, а приказывают.
  Я тут же представила себя в царских хоромах: я на троне, а он - у моих ног, просит дозволения поцеловать подол платья.
  -- Встань, - говорю я ему повелительно,- встань, ты волен делать все, что хочешь, я не буду тебя удерживать.
  Хоть я и царица, но все, же не могу повелеть ему обрадоваться мне, а без этого ничего не получится.
  А еще Сорочинская сказала:
  -- Ты теперь все можешь. Создай сама ситуацию, ужин приготовь, вина налей, развлеки его, накорми вкусно, а к столу пирог испеки, да непростой: замеси тесто, слепи две фигурки - себя и его, макни их в вино, в базилике сушеном обваляй, а потом сомни все в один кусок и пеки. А первый кусок сама отломи и протяни ему, только смотри, чтоб не горячий был, но и совсем остыть не успел, чтоб немного теплее руки твоей. И никаких ножей, лучше ломать.
   -- А рецепт теста?
   -- Э, нет, я тебя чему учила? Рецепт- сама.
  И я представила себе его руки сильные и плечи могучие, взгляд внимательный и недоверчивый, и стала мысли свои в тесто замешивать: муки в плошку, а в муку перцу красного досыпала, острого, как его слова. Еще тмина щепотку - он любит этот запах, ему приятно будет, и сыру тертого пахучего - для вкусноты, а еще меда ложку - сладкого, как его поцелуи. И яйцо, чтоб скрепить все. Тесто мягкое, эластичное, мнется послушно в руках, фигурки сами лепятся, и думать надо о том, чего я хочу. А хочу я обнять его, сказать, чтобы не упрямился и не уходил больше, и что мне без него ни за что с этим делом не справиться.
  Ну вот, почти готов пирог, горячий, пышно поднимается, на моей страсти, моей вине замешан, сумасшедшинки добавлю и пикантности, и еще в духовку минут на десять, чтобы зарумянился. Я отломлю ему пирога теплого, и вина сама налью, и смотреть стану как он пьет и ест, а я рядом сяду и потрусь щекой о его ладонь. Не уйдет он, со мной останется, и не будет больше на меня сердиться.
  
  
   ***
   Кажется, прошла целая вечность с момента, когда все это началось. В нью-йоркском медицинском центре, где я тогда работала, появился новый психиатр... Нет, пожалуй, немного позже, когда Вика первый раз пришла на прием. И почти одновременно с этими - на первый взгляд малопримечательными - событиями я выложила, а точнее - выплеснула цикл маленьких рассказиков в своем сетевом блоге.
  Нет, если быть совсем точной, все началось сразу после того, как я заявила, что более чем далека от всякой мистики. А ведь так всегда: как только я что-нибудь заявлю нахально, то меня вот это самое, которое я отрицаю, хвать - и мордой прямо о себя хрясь!
   Но я отвлекаюсь, а надо вспомнить все последовательно, восстановить в памяти, чтобы понять, какие я сделала ошибки, нарушив естественный ход событий, и могло ли все быть по-другому.
  
  День был обычный, без приключений. Вика Молохова пришла на прием впервые. Как обычно, я заранее посмотрела ее медицинскую карточку: пол женский, двадцать восемь лет, рост 165 см, вес 115 кг - и направление от терапевта на консультацию для похудения.
   Я достала все необходимые формы для заполнения и прибор для измерения процента жира в теле.
   Вика - симпатичная, сероглазая, застенчиво улыбающаяся. Начали с вопроса, который я задаю обычно всем пациентам с подобной проблемой:
   -- По какой причине вы набрали лишний вес?
   Вообще-то причина и так понятна, да и в карточке рукой терапевта выведено: пациент признает "бесконтрольное поглощение пищи", и симптомы депрессии тоже налицо. Но цель моего вопроса в том, чтобы человек произнес сам, вслух, что-то вроде: "Я много ем", "Я мало двигаюсь" или хотя бы: "Со мной что-то не так, помогите разобраться". Если он начинает валить свои проблемы на неудачную наследственность или медленный метаболизм, тогда моя беседа пойдет по другой схеме.
   -- Почему же вы поправились на сорок пять килограммов за последние несколько лет?
   -- Я несу наказание, - не моргнув глазом, ответила Вика.
   -- Что это значит?
   -- Доктор, вы верите в расплату или проклятье? Только честно скажите.
   -- Ну, верить можно только в бога, а все предположения должны проверяться эмпирическим путем. Хотя я допускаю то, что понимается в народе под проклятьем, но возможно мы с вами подразумеваем под этим разные вещи.
  -- Можно мне объяснить?
   -- Да, пожалуйста.
   -- Понимаете, я плохо относилась к толстым людям, я их... обижала... Когда- то давно - я была еще ребенком - у нас девочка во дворе была, Сонечка... она очень толстая была, говорили, она будто болела чем-то, поэтому... Но может и нет, не знаю точно, может просто родители раскормили. Она хорошая была, умная такая: пока мы бегали во дворе, играли в лапту или жмурки, она тихо сидела на скамеечке с книгой, а потом нам волшебные истории рассказывала и сказки разные. Ну, бывало, что дети ссорились, дразнили друг друга, а ее как дразнить? Жир-пром-комбинат...
  -- ...мясо- сало- и- салат,- закончила я.
   Вика обрадовалась.
  -- О, вы помните такую дразнилку? Ну, а Сонечка вообще-то чувствительная была, плакала, обижалась, а после подолгу дома отсиживалась, не хотела во двор выходить. А еще была соседка у нас, тетя Лида, жила этажом выше - она тоже очень хорошая женщина была, это я сейчас понимаю, с высоты прожитых лет, как говорится. Она всегда помогала готовить, если у кого из соседей торжество было, и никогда денег за это не брала. И знаете, она пекла удивительно вкусные пирожки с маком, начинка сочная такая, а тесто тонкое, хрустящее...
  -- Не отвлекайтесь, пожалуйста,- попросила я, незаметно сглотнув слюну.
  -- Извините. Ну, так вот, она тоже полная была очень, и как-то я, глядя на нее, ляпнула: "Если бы у меня был такой живот как у вас, я бы повесилась." Ну вы же понимаете, доктор, мне лет двенадцать тогда было, я же глупая совсем была и бесчувственная. А она глянула на меня из-под очков, и вроде бы даже не обиделась, а засмеялась и сказала: " Будет и у тебя такой живот, а может и больше". Доктор, а вы сказку "Карлик Нос" помните?
  -- Помню,- сказала я рассеянно.
   А ведь это было первое упоминание об известном во всех мирах фуэнсене, но я тогда даже не могла предположить, что через некоторое время буду ловить и каждое слово, и каждое движение этой самой тети Лиды, а вернее Сорочинской Лидии Яковлевны, чтобы научиться хоть малой доле того, что она умеет.
   Тогда же я пропустила эти разговоры мимо ушей, думая о том, что делать с Викой. Мне нужно было, чтобы она признала, что лишний вес - ее собственная вина, и никто кроме нее не может это исправить. Если она считает свой вес следствием проклятья, то явно будет ждать того, кто его снимет. Может, направить ее на консультацию к психиатру? Не к знахарю же... Ну конечно, у нас же новый психиатр! Я видела его мельком - высокий светловолосый мужчина, загорелое лицо. Мы здоровались в холле пару раз, а недавно он отпустил какую-то шутку и подмигнул, приглашая заглянуть и указывая на дверь своего кабинета.
  -- Вика,- задала я следующий традиционный вопрос, - а почему вы хотите похудеть сейчас, именно на этом этапе жизни?
  -- А куда дольше тянуть-то? Я же расползаюсь не по дням, а по часам, мама переживает, хоть и молчит. Это она настояла, чтобы я к вам на прием записалась... Мне же только двадцать восемь, что дальше будет?
  
  Опять не то! Она даже не по собственной инициативе пришла, мама ее прислала. Ладно, отложим... Я снабдила Вику "домашним заданием" и назначила новый визит через неделю. В карточку я записала направление к психиатру.
  И вот тогда все началось.
  
   Через неделю в конце рабочего дня новый психиатр тихонько постучал в дверь моего кабинета.
  -- Полина, не могли бы вы уделить мне пару минут?
  -- Да, сейчас...
  --Тогда зайдите ко мне - там удобнее разговаривать.
  
   Я вошла в кабинет, на двери которого висела новехонькая блестящая табличка "Доктор Дж. Хьюз". Наш доктор уже вполне обжился: кресла, растения, светильники. Его предшественник не занимался благоустройством кабинета, утверждая, что ничто не должно отвлекать внимание пациента от собственных ощущений, и раньше здесь были голые стены.
  -- Садитесь, Полина.
  Я опустилась в удобное кожаное кресло. Хьюз смотрел чуть более пристально, чем предполагали правила приличия: ощущение его взгляда вызвало во мне необъяснимую тревогу. Теперь-то я умею безошибочно распознать момент считывания собственной информации и защитить себя от него...
  
  Он сел напротив, закинул ногу на ногу, улыбнулся и сказал:
  -- Я хотел кое-что уточнить о вашей пациентке Виктории Молоховой - ко мне она придет завтра.
   Рассказав о "бесконтрольном поглощении пищи", симптомах депрессии, отсутствии "правильной" мотивации, я добавила: Вика верит, что ее постигла кара и, вероятно, будет оправдывать этим возможные неудачи в достижении нормального веса.
  Хьюз внимательно слушал, продолжая пристально смотреть на меня.
  
   "А он интересный мужчина,- подумала я. - Наверное, пациентки поправляют волосы и красят губы в туалете, прежде чем войти в его кабинет и начать жаловаться на беспричинную панику, слезы и бессонницу - на мой взгляд, прямые следствия безделья или отсутствия постоянного любовника. И голос у него вкрадчивый и очень приятный".
  
  -- Ну, конечно, кто же еще может снять проклятье, если не дядя-психиатр... Хотите выпить?
   Хм, неожиданно. Это Америка, здесь на работе алкоголь не допускается. Не то чтобы мы не нарушали... но я его слишком мало знаю, он человек новый.
  -- Нет, благодарю вас, мне пора домой, если будут вопросы - прошу обращаться, - я поднялась с кресла.
  -- Не беспокойтесь, здесь никого нет, секретарь попросила включить сигнализацию, когда я буду уходить. Никто не узнает.
   С этими словами он достал из ящика стола бутылку.
  
  Так, попробуем снова:
  -- Благодарю, мне не хочется. Может быть в другой раз.
  -- Опять лжете.
  -- Простите?
  -- В разговоре вы солгали всего три раза.
  -- Что вы имеете в виду?
  -- Вы хотите выпить, вы презираете Вику больше, чем беспокоитесь о ней, и вам не хочется идти домой.
  -- Почему вы так решили?
  -- Потому что люди, которые следят за своей внешностью - а вы относитесь именно к таким - невольно презирают тех, кто относится к своему телу небрежно.
  -- Что еще?
  -- Вы находите меня интересным мужчиной... И сейчас подумаете, что, как все интересные мужчины, я самовлюблен и самонадеян. Не спешите обижаться, я тоже был не вполне откровенен с вами.
  -- В чем же?
  -- Я предложил выпить, потому что хотел задержать вас под каким-нибудь предлогом.
  -- Зачем?
  -- Честно?
  -- По возможности.
  -- Если совсем честно - я думал о том, не представится ли позже возможность поцеловать вас и расстегнуть вашу блузку. Вы так соблазнительны!
  -- Вот как...
   -- А вам хочется прикоснуться к моим волосам, они вам нравятся. И вы польщены, признавайтесь. К тому же, вам интересно, что я о вас думаю.
   Ничего себе! Почему - то вспомнила анекдот про Ржевского. Неужели новый психиатр так бесцеремонно решил... прямо тут, в своем кабинете?!
   Польщена? Кажется, от растерянности я покраснела. Может, он сумасшедший? Где-то я слышала, что психиатры иногда сходят с ума - от частого общения с безумцами и сами теряют грань реальности. А может, наоборот: изначально сумасшедшие молодые люди идут учиться на психиатров, чтобы разобраться с собственными проблемами?
   Как отреагировать? Вспыхнуть и дать ему пощечину? Тогда уже точно будет как в анекдоте про Ржевского... Перевести все в шутку? Я решила вести себя рационально и серьезно.
  
  -- Доктор Хьюз, во-первых, ваши тон и слова не совсем соответствуют обстановке. Мы с вами не так давно знакомы, чтобы...
  -- Это не имеет никакого значения, - выдохнул он. - И поверьте, совершенно замечательно было бы вместо этого офиса оказаться сейчас на широкой кровати, абсолютно голыми. Уверен, нам было бы очень хорошо друг с другом. Я даже знаю уютнейший дом с такой постелью, в пятнадцати минутах езды отсюда... мой дом.
  
   Он - маньяк, догадалась я, но вслух сказала:
   -- Пока что наше общение ограничится вот этим, - я показала на лежавший перед ним медицинский протокол - документ, в котором все медики, принимающие участие в лечении пациента, пишут свои замечания по ходу терапии. - И ваше замечание по поводу моего презрения к Вике не имеет под собой никакого основания. Она - пациент, такой же как все, - я кивнула на груду медицинских карточек у него на столе.
  
   Я была очень довольна собой и своим холодным тоном.
  -- До свиданья.
   Он вздохнул:
  -- А все же я уверен, что у вас очень красивая грудь.
   Нет, определенно маньяк.
  
   Я вернулась в свой кабинет, сложила бумаги на столе, надела пальто, взяла сумку, погасила свет и вышла.
   Хьюз стоял в холле.
  -- Простите меня! - сказал он, подняв руки верх, однако в его голосе не слышалось ни тени сожаления. - Я хотел произвести на вас впечатление, удивить, возможно, ошеломить. Каюсь в том, что рискнул сразу сказать правду вместо того, чтобы учтиво повторять общепринятые фразы. Думал, что с вами они не нужны. Разрешите хотя бы подвезти вас домой, ведь я вас задержал.
  -- Ладно, только мне еще в магазин надо. Пирожки с маком купить.
  
   Так часто бывает - пациенты рассказывают мне про еду, а у меня разгорается аппетит...
  
   ***
   Уже дома, отсердившись, я мысленно прокрутила этот диалог с Хьюзом.
   По дороге он вел себя как настоящий джентльмен: открывал дверцу, подавал руку, ждал меня у магазина, даже поднес до порога пакет с пирожками. Если бы я отказалась сесть в его машину, он еще чего доброго мог решить, что я боюсь его или он меня волнует - а так мне вроде безразлично.
   Ну, хорошо, выпить после рабочего дня я действительно хотела, что с того? Разве мы всегда делаем то, что хотим? Тем более, в этом деле можно обойтись и без Хьюза. И я плеснула в чашку кофе немного коньяку: может быть это плохой признак, но в последнее время, чтобы выпить, мне совершенно не нужна компания, могу пить одна. Пирожки с маком были великолепны, я купила их в любимом магазине - вовсе не в том, что красиво декорирован и всегда празднично освещен, где каждая баночка блестит и сияет, а продавцы расхаживают в белоснежных фартуках. Купить в нем я ничего не могу: захожу, полюбуюсь на красоту и ухожу ни с чем, сама не знаю почему. Мой любимый магазин похож на деревенскую лавочку: тесноватый и полутемный, кадки с квашеной капустой и огурцами занимают слишком много места, на пороге всегда сидит рыжий кот. Оттуда я всегда выхожу с полными сумками. Интересно, почему мне в одном магазине хочется покупать продукты, а в другом - нет?
   Презрение к Вике... В первый год работы я слишком эмоционально воспринимала проблемы некоторых пациентов, даже плакала вместе с одной из них. Но мне сделали замечание, сказав, что это вопиюще непрофессионально и меня так надолго не хватит.
   Презираю ли я Вику? Хм... ведь она уже порядком наказана за то, что обидела тетю Лиду и за то, что дразнила толстую девочку Сонечку. Обидчик всегда считает себя в чем-то хуже объекта своих нападок и, оскорбляя его, пытается возвыситься в собственных глазах. Если всегда помнить об этом, то вместо обиды можно испытать жалость к оскорбителю. Конечно, Сонечка была умнее, читала книжки и умела сказки рассказывать, но еще не знала природы происхождения гадких слов в свой адрес. Дети бывают очень жестокими: обзывают, тычут пальцами и обидно гогочут - она, должно быть, серьезно огорчалась...
   Да что это я? Какое мне дело до этих людей - Вики, Сонечки, тети Лиды? Рабочий день закончился, и я не должна думать о них. Куда девалась выработанная годами способность дистанцироваться от чужих проблем, чтобы спокойно оказывать пациенту требуемую помощь?
   Я налила еще коньяку в опустевшую кофейную чашку.
   Презираю ли я Вику? Да она сама себя должна презирать! У нас есть только одно тело, и мы должны о нем заботиться, а не пихать в него все что жуется, да еще в гигантских количествах. Ну да ладно...
   Хотелось ли мне погладить его по волосам?
   Возможно... У него и правда красивые светлые волосы. Но чем-то он меня все, же отталкивал. Чем?.. Наконец я смогла сформулировать, что мне в нем не понравилось - слишком лощеный, будто сошел с обложки журнала мод: стрижка явно выполнена в дорогом салоне, одежда подобрана очень тщательно и видно, что дорогая. Да еще и цепь золотая на груди, тяжелый медальон странной неправильной формы. Если бы я не стеснялась, то попросила бы разрешения рассмотреть выгравированный на нем узор. На мой вкус, мужик должен быть несколько небрежен, немножко расхристан, что ли... Это свидетельствует о том, что он думает о чем-то глобальном, а не о мелочах. А когда он словно с обложки журнальной соскочил, у меня к нему и отношение соответствующее - как к обложке.
   А у меня и правда красивая грудь. Как он догадался?
   Последнюю фразу я произнесла вслух, глядя на себя в зеркало ванной комнаты, после душа. Я никогда не вытираюсь, у меня даже нет своего купального полотенца: мне нравится, когда капельки воды, высыхая, испаряются с кожи...
  Накормила всех ужином, включила компьютер и залогинилась в свой сетевой блог.
  
   ...Полгода назад, разочаровавшись в сетевых форумах как форме общения, я попала по чьей-то ссылке на сайт блогеров. И осталась там, кажется, надолго.
   Одни рассматривают блог как некий литературный проект. Другие ведут обычный дневник, записывая события дня, смешные моменты, услышанный анекдот, выставляя фотографии воскресной вечеринки и прогулок в парке с семьей. Третьи выплескивают накопившиеся проблемы, обиды и желчь. А четвертые создают себе вымышленный образ, и со временем прочно вживаются в него.
  Некоторые блогеры стараются в журнале казаться себе и другим лучше, чем они есть на самом деле, приукрашивая обычные события. И это совершенно нормально - многие люди заслуживают больше, чем имеют, просто у них нет возможности это получить; блог позволяет превратить мечты в реальность, хотя бы виртуальную. Существует множество поэтических, художественных и кулинарных блогов - и это прекрасно: столько талантливых личностей получили, наконец, возможность поделиться с миром своими работами...
   Мой блог называется "Арабелла". Не раскрывая своего настоящего имени, я записываю туда всего понемножку: то забавный случай с пациентом, то понравившийся афоризм, то впечатление дня. А вообще-то этот блог - единственное место, где я могу побыть сама собой. Никто из моих личных знакомых о существовании блога не знает, это дарит пьянящее ощущение безнаказанности.
   В реальной жизни, к сожалению, много притворства: нужно соблюдать приличия, улыбаться, быть вежливым, громко высказывать интерес к чему-то нестерпимо скучному и восхищаться всякой ерундой потому, что так принято, так положено. А в сети всего этого не нужно. К тому же никто не знает, пишу я о себе настоящей или же попросту сочиняю.
  
  Так что, пока муж, накрыв лицо газетой, посапывал в кресле у телевизора, а сын засел над уроками у себя в комнате, я удобно устроилась на диване и стала выщелкивать клавишами ноутбука очередную главу рассказа о юной женщине, воспитанной на классических романах и лучших семейных традициях. Женщине, которая рано вышла замуж за серьезного и солидного человека, а потом умудрилась влюбиться в некого сорвиголову, да так сильно, что почва из-под ног ушла, и все остальное потеряло смысл. В такие минуты мне казалось, что я одна в своем мире, и только кот Феншуй лежал рядом и мерцал зелеными глазами,
  
  Блог "Арабелла"
  
  "Она проходит по холлу, направляясь в свой офис. Идет медленно, не спеша, покачивая бедрами. У нее мягкие, неторопливые плавные движения. Ее осанка горделива, а лицо отражает уверенность и спокойствие. Такие лица и осанка бывают только у женщин, любимых мужьями. Раньше она воспринимала любовь мужа как должное, а теперь научилась дорожить этим покоем.
  
  Как- то они вернулись домой поздно. Она хотела спать и вовсю зевала в лифте.
  - Отпирай скорее, не то я усну прямо тут, на лестнице.
  Он любовался ее сонным недовольным лицом и, засмотревшись, поворачивал ключ не в ту сторону, потом спохватывался. Она всегда отмечала такие моменты".
  
  Не успела я это написать, сразу же посыпались комментарии читателей:
  
  "как хорошо, спасибо",
  " а продолжение будет?"
  
  "это вы про себя пишете?"
  
  "спасибо, хорошо пишете"
  
   Были и неприятные комментарии, типа
  
  ''наполняете Интернет безвкусицей, как не стыдно!''
  
   ''ну что за бульварщина! я думал, у вас более тонкий вкус!''
  
   Ну вот еще! Не хотите, не читайте! Я же не писатель, в конце концов. Мой блог, что хочу, то и пишу.
  
  Но в основном, приятные:
  
  " очень интересно, еще!"
  
  Конечно, будет, раз это кому-то интересно. Хмм... не про себя ли я пишу? Многие путают автора с героем, особенно если автор пишет от первого лица. Э, нет, так я вам и признаюсь! Да и какая разница...
  
  Продолжаю.
  
  "Однажды муж встречал ее на вокзале. Поезд медленно подползал к назначенному пути. Она смотрела из окна купе: в его глазах было столько ожидания и счастливого предвкушения встречи, что ей на мгновенье стало стыдно - но только на мгновенье, потому что сумасшедшие ночи с любовником казались тогда самым важным событием жизни, важнее тихой любви мужа.
  Ей даже не было стыдно, когда она однажды вышла из душа и, не обращая на мужа внимания, крутилась голая перед зеркалом, собираясь к любовнику. Она втирала в тело легкий крем, отчего кожа становилась еще более бархатистой и ароматной. Он подошел ближе:
  - Я помогу.
  Муж втирал крем в ее плечи, спину и ягодицы, а она ощущала любовь и восхищение в каждом прикосновении его пальцев.
  Она надела красивое белье, хотя любовнику было совершенно наплевать на то, какое у нее белье: обычно оно очень быстро улетало куда-то вбок без предварительного рассматривания или любования. Она уже не помнит, что именно соврала, чтобы уйти из дому: муж всегда верил всему, что бы она ни говорила. Но в тот раз она уловила страшную боль в провожающем ее взгляде. Никогда ей не забыть этого взгляда. Неужели он знал? Не может быть!"
  
  Ну ладно, хватит на сегодня. Я вымыла посуду, заглянула к сыну, который усердно склонился над учебниками - золотой ребенок! Муж давно спит на диване, укрывшись пледом. Пожалуй, пора выключать компьютер, завтра рано на работу... вот только проверю последние комментарии.
   Ого, появился новый читатель, блогер по имени Казадор. Судя по номеру Ай- Пи - с Украины. И сразу вступил в разговор:
  
  - что, возникло желание рассказать самой себе, как все было на самом деле?
  - почему вы так подумали?
  - показалось.
  - но зачем мне это нужно?
  - наверное, чтобы договориться со своей душой.
  
  Ишь ты, поговорить он захотел! Сегодня уже поздно. Может, отвечу ему в другой раз.
  Вот оно! Теперь я вспомнила точно: блогер по имени Казадор появился в моей жизни в тот самый день, когда доктор Хьюз после нашей странной беседы подвез меня домой. Случайное совпадение? Маловероятно. И снова поднимает голову змей сомнений и неуверенности: неужели с самого начала ему была нужна не я, а Хьюз? Ох, как хочется верить, что я...
  
   ***
  
   Когда пациентов в центре много, я прохожу в свой кабинет дальним путем через служебный ход. Делаю это намеренно: скучающие в ожидании очереди пациенты сидят вдоль всего холла и от скуки сначала рассматривают друг друга, а после просто впиваются взглядом в каждого свежего человека, проходящего мимо. Обшаривают взглядом с ног до головы, а потом долго шепчутся вслед. Не то, чтобы меня это очень беспокоило, но все же я стараюсь избежать подобных моментов. Если же приходится идти по заполненному людьми холлу, всегда сворачиваю кукиш в кармане, чтобы не сглазили. Еще бабушка учила так делать много лет назад. Правда, кукиш необходим, только если на одежде нет защищающей от дурного глаза булавки. Суеверна ли я? Да не особенно, но излишняя предосторожность не помешает. К тому же детские привычки искоренять трудно.
  Пробираясь в свой кабинет служебным ходом, я вспомнила Вику с ее уверенностью в наложенном в детстве проклятье - и усмехнулась своим мыслям. Занялся бы кто-нибудь изучением природы сглаза и проверил бы это эмпирическим путем, да только кто ж спонсирует подобные эксперименты? Разве что фирма по выпуску булавочных изделий...
   В холле я увидела ожидавшую своей очереди Вику, а также красивую даму, нервно прохаживавшуюся перед кабинетом Хьюза. Дама взглянула на меня мельком, улыбнулась и кивнула как старой знакомой.
  Позднее, изучая перед приемом данные сегодняшних пациентов, я почему-то решила выглянуть в холл еще раз. Посмотрела через стеклянное окно своего кабинета и сразу же обнаружила объект своего интереса - давешнюю даму. Она была примерно моего роста, с такими же, как у меня, темными вьющимися волосами, но одета слишком вызывающе и даже несколько вульгарно - платье с глубоким вырезом переливалось, будто змеиная чешуя, соблазнительно обтекая ее фигуру. При каждом движении она грациозно покачивала бедрами и рядом с Викой выглядела изящной бонбоньеркой, случайно оказавшейся на одной полке с топором. А уж Вика и вовсе не могла отвести от нее глаз. Тут доктор Хьюз отворил дверь своего кабинета и пригласил их обеих войти.
  Меня это безмерно удивило. Дело в том, что его предшественник, доктор Берг, как- то в ответ на просьбу присутствовать на приеме в ужасе отмахнулся:
  -- Что вы! Этого допустить нельзя никак. Во-первых, все признания пациента конфиденциальны, а во-вторых, ничто не должно мешать сеансу психотерапии.
  Я была пристыжена и больше никогда об этом не просила, хоть и сгорала от любопытства. Неужели доктор Хьюз как-то пытается совместить этих двоих в психотерапевтической сессии? Может, таким образом, он пытается разжечь в Вике комплексы, усиливая ее недовольство собой? Это имеет смысл: дома, в удобном халате, девушка явно забывает о своих горестях, но рядом с такими красавицами, как эта змеиная дама, комплексы вспыхивают со страшной силой.
  Обе находились за закрытыми дверями довольно долго, а потом я увидела Вику и "змеиную даму", выходящих вместе из кабинета Хьюза. Дама остановилась на минутку, вынула зеркальце, подкрасила губы. Вика сделала то же самое, и они поспешили к выходу вдвоем. Молодой черный уборщик, не сводя глаз с дамы, распахнул перед ними дверь - в ответ красотка снисходительно потрепала его по щеке. Вика остановилась и... неожиданно повторила ее жест.
  И тут же из кабинета Хьюза вышла, нет, скорее лениво выползла студенисто-рыхлая тетка, чем- то напоминавшая Вику. Тетка потащилась к выходу: по дороге она плевалась, сорила обертками от конфет и бормотала под нос какие-то проклятья. Неужели они были в кабинете у Хьюза втроем? У него что, групповая терапия? Может, так он экономит время, да и деньги быстрее капают? Впрочем, какое мне дело?
  
  А к доктору Хьюзу тем временем вошла другая парочка - Элла З. и высокий молодой человек с римским профилем и гордой осанкой.
  Элла - еще одна наша общая с Хьюзом пациентка, но в этот раз не я направила ее к нему, а наоборот. Согласно записи в карточке психолога, пациентка З. страдала приступами паники и очень низкой самооценкой. Это была совсем молодая девушка с крупным носом, невероятно худая - она хотела, но никак не могла поправиться. Да, и такие пациенты у диетолога бывают! Во-первых, у них, как правило, нет аппетита - они попросту забывают поесть. Вот уж чего я никогда не могла понять! Ну, допустим, иногда можно увлечься чем-то, но забывать постоянно? К тому же им все равно, что есть: пища может быть недоваренной, недожаренной, пресной... Тончайшие деликатесы они так же безразлично ковыряют вилкой, как и отварную капусту... Скучнейшие личности! Равнодушные к еде люди часто оказываются равнодушными и к самой жизни. Многие из них даже затрудняются назвать свое любимое блюдо за полным отсутствием такового. Что это за человек без любимого блюда?!
  Вот у меня много любимых: творожная бабка, вареники с разными начинками, пирожки с маком, еще ягоды очень люблю - смородину и малину. А есть ли у доктора Хьюза любимые кушанья? Я иногда пытаюсь определить характер человека по его пищевым предпочтениям, даже записываю некоторые наблюдения в особый блокнот, и зачастую нахожу удивительные совпадения... Зачем я это делаю - и сама не знаю, так, просто интересно.
  Рассказывая о своих горестях, Элла ни минуты не сидела на месте: она бегала из угла в угол, подпрыгивала, всплескивала руками так, что у меня зарябило в глазах. Когда я предложила ей все же присесть, она удержалась на стуле не более минуты, тут же вскочила и опять забегала. Н-да, если она так скачет целый день, то тратит огромное количество калорий, забывая пополнить запасы...
  Тем не менее, Элла очень хотела "нарастить мясца", как она сама выразилась:
  -- Ах, доктор, как мне надоели эти жалостливые взгляды в мой адрес, если бы вы только знали! Да и любая одежда на мне висит как на вешалке! И каждый считает своим долгом подшутить надо мной.
  -- Кто же над вами подшучивает?
  
  Вовсе не из любопытства я задаю подобные вопросы: для успеха терапии нужно, чтобы пациент сам четко сформулировал свои проблемы и горести - и услышал себя, после чего высказал бы осознанное желание достичь нормального здорового веса и готовность выполнять мои рекомендации.
  
  -- Да все кому не лень. Стоит прийти на работу пораньше, кто-нибудь обязательно скажет, что меня ветром поддувает, оттого я быстрее иду. А вчера... - она заплакала.
  -- Ну что вы, успокойтесь, - я протянула ей салфетку.
  Утерев слезы, она продолжила:
  -- Я в больнице работаю, медсестрой, у нас много тяжелобольных в отделении. А доктор дежурный вчера мне сказал: "Ты, Элла, ночью к пациентам не заходи, а то они еще, чего доброго, подумают в темноте, что смерть пришла".
  Я тут же представила себе как тощая, с крупным носом Элла в белом просторном халате заходит ночью снять показания с подключенных к больному приборов, а тот пугается. Улыбку сдержала с трудом. К тому же оказалось, что ей нравится этот доктор. Ах, так вот почему она пришла, любовь ее привела!
  -- Я ни на что не гожусь, я несчастная и никому не нужная, да еще такая тощая...
  -- Об этом вы доктору Хьюзу не забудьте поведать, а мне расскажите, в котором часу вы едите первый раз и какие блюда у вас самые любимые.
  
  Конечно же, у нее не оказалось любимых блюд.
  А теперь мне не давал покоя молодой человек, которого доктор Хьюз пригласил войти в кабинет вместе с Эллой. Был ли он ее другом или родственником? Странно, но он показался мне таким знакомым, почти родным.
  
   ***
  До начала приема еще оставалось несколько минут, и я решила проверить электронную почту. Весь процесс занял не больше пяти минут, удалось даже черкнуть пару ответов. Собралась выходить из программы, когда в почтовом ящике звякнуло новое письмо.
  
  Казадор: "А где продолжение про грустную женщину? Как она поживает?"
  
  Я нарисовала смайлик: "Напишу, если в конце дня остается немного времени. Спасибо за интерес".
  
   Блог "Арабелла" Продолжение рассказа о грустной женщине.
  
  Новый читатель Казадор хочет знать, что было дальше. Как приятно, что это кому-то интересно.
  
  "Отличить любовь от увлечения можно только спустя годы. Если руки до сих пор дрожат, когда касаешься исписанных много лет назад листков, похоже, это была любовь. Он остался в другой стране, в другой жизни, а после были годы, состоящие из сумасшедших писем и телефонных звонков. Когда же все кончится? Разве можно любить того, кто давно умер? Отпусти меня, беспричинная тревога!
   Она встает и, шлепая босыми ногами по полу, идет на кухню выпить воды. Может, это наказание за то, что она сожгла его письма, решив раз и навсегда покончить с прошлым? Эх, не следовало их трогать: как будто какого-то демона вызволила из этого пламени.
   А может, плата за покой и благополучие: ведь она уничтожила эти письма, чтобы с легким сердцем принять дар обожающего мужа - круиз на Карибские острова?
  Но почему же во время круиза она все время думала о том, что плывет сейчас по маршруту капитана Блада? И вспоминала, как когда-то, лежа в обнимку, они смотрели фильм про врача-пирата, радостно удивляясь, что книжка "Капитан Блад" была любимой детской книгой обоих?
  
  Лайнер благополучно пришел на Ямайку. Солнце, пальмы, бирюзовый океан, а в портовых магазинах - тот самый ямайский ром, который пил капитан Блад, пытаясь утопить свою любовь к гордой Арабелле. И название острова снова навевает воспоминания о нем - любимом из прошлой жизни, которого давно уж нет на свете, и даже письма, хранящие его прикосновения, превратились в пепел!
  
  Она стоит у окна на темной кухне и повторяет как мантру:
  "У меня все, все прекрасно: семья, работа, статьи в журналах! Все, чего можно пожелать, есть у меня. Откуда же эта тревога, эти слезы без причины? Надо взять себя в руки: неистраченные страсти должны улечься, а пары можно выпустить на беговой дорожке или бешено выплясать на берегу океана, и пусть летящие соленые брызги подарят иллюзию танца под дождем... Наконец, можно выплеснуть все на бумагу, этот рассказ доставит кому-нибудь несколько приятных минут. Лишь бы полегчало, лишь бы отпустило! Писем больше нет, они сожжены, надо жить дальше!"
  
  Почему же она помнит каждое слово тех сожженных писем? Неужели огонь оказался настолько бесполезен? Слова упрямо строятся в строчки и звучат в ушах его голосом:
  "...ты обалденно красивая!"
  "...почувствуй мои руки на твоих бедрах..."
  "...я проезжаю иногда мимо твоего бывшего дома и забываю на мгновенье, что ты далеко... Мне кажется, что я снова поднимаюсь по твоей лестнице, и ты улыбаешься и достаешь из холодильника замороженные ягоды..."
  
  Как же избавиться от этого наваждения?"
  
  
  Первый же комментарий оказался от Казадора:
  
  - Без пафосности. Ощущается искренность. Ты можешь заставить читателя жить твоими ощущениями и удивляться им.
   - Спасибо.
  - Но в твоей жизни нет любви. Ты мучаешься от этого.
  - Неправда, у меня есть все, что нужно. Можно прекрасно жить и без любви.
  - Даже лучше?
  - Не смейся. Лучше бы мне вообще не знать, что это такое...
  - Вот почему ты выбрала ник "Арабелла"! Ты хочешь быть любимой умным, сильным и властным мужчиной, ищешь своего капитана Блада. Ты сказала, что твой любовник умер. Прости, смерть отменяет все. Но ты мучишься, а он не может тебе ничем помочь. Не в его власти посадить тебя голую на колени и большими пальцами потереть твои соски.
  
  Ничего себе! Таких комментариев мне еще никто не писал - у меня же приличный блог. Да и читатель этот не похож на босяка. Как он написал? "большими пальцами", надо же...
  
  А ну-ка, посмотрим, что он о себе пишет в информации... Ну да, я так и думала - с Украины, зовут Евгений, тридцать лет, немного моложе меня. Блог завел совсем недавно, всего несколько записей и фотографии - зеленые берега, степь, закаты. Красивые. Пара историй из жизни - довольно занятных, немного необычных рассуждений о добре и зле. И несколько кулинарных рецептов - пироги, блины, овощные блюда: он любит готовить, и пишет об этом так вкусно! А вот и его фотография. Довольно интересный мужчина, большеглазый, тонкие черты лица. Лучше с ним быть построже, а то еще решит, что мне можно подобные комментapии писать.
  
   ***
   Дни тянулись как обычно. В центре все привыкли к доктору Хьюзу и его пациентам. Он и правда был прекрасным специалистом - уделял пациентам много времени, а это они ценят больше всего. За несколько месяцев Хьюз стал таким популярным, что даже создалась очередь к нему на прием. Все наши общие пациенты делали необыкновенные успехи. После худышки Эллы и ее антипода Вики мы вместе занимались бывшей манекенщицей Карен. Пока ее снимали для журналов, она, как многие несчастные девушки ее профессии, могла прожить день на баночке йогурта. А когда карьера модели завершилась - сорвалась, ела с утра до ночи, стала толстой и впала в жуткую депрессию.
   Помню Дину - самоубийцу с авитаминозом, которая всегда звонила друзьям или родственникам и истерично прощалась аккурат перед тем, как очередной раз открыть газ или выбраться на карниз.
  Мы обсуждали с Хьюзом разных пациентов, и он всегда давал дельный совет. Помню, я все говорила, что депрессия случается, когда человек с жиру бесится и не знает чем бы заняться. Вот если бы ему надо было одновременно работать и учиться, как многим эмигрантам приходится, он и не вспомнил бы о своей депрессии. И бессонницы оттого же: крепкий сон надо заслужить, устав физически или умственно, а лучше и так, и этак. Я рассказывала Хьюзу, как в колледже записывала лекции профессоров на диктофон, чтоб прослушать их вечером, после работы. Но засыпала в процессе, мозг защищался и требовал отдыха. А его пациенты целый день дурью маются, ночью ворочаются, а утром к врачу бегут - на бессонницу жаловаться. Доктор Хьюз возражал, приводил примеры и неожиданные доводы - беседовать с ним было всегда интересно. Вел он себя безупречно, ничем не напоминая о неловкости первого нашего знакомства. Всегда был сдержан и дружелюбен, хоть и посматривал на меня временами с чисто мужским интересом и нескрываемым удовольствием.
  
  Забавно: к его предшественнику, доктору Бергу, приходили в основном старушки, пожаловаться на одиночество. А к Хьюзу все больше тянулись молодые дамы, что стало предметом шуток и сплетен коллег. И всегда возле его офиса крутились странные личности. Однажды я не выдержала и спросила у администраторши Линн, кто они такие. Она призналась, что ее тоже интересовали типы, которые заходят в кабинет психиатра как к себе домой даже в его отсутствие и подолгу там сидят. Однажды она потребовала у одного из них, странного такого, веснушчатого с вздернутым носом, смешного и неуклюжего как клоун, предъявить удостоверение личности. Но он вместо ответа больно зажал ее нос двумя пальцами. Линн вскрикнула, тип отпустил нос и, пока администраторша его терла, исчез в неизвестном направлении. Хулиган какой-то!
   А еще Линн вспомнила, что однажды захотела послушать музыку в кабинете Хьюза - у него же там специальная какая-то коллекция, для медитаций, что ли. Она включила магнитофон и закрыла глаза, чтобы расслабиться, а когда открыла их, то комната была заполнена престраннейшими личностями. Они ссорились, шумели, вели себя крайне развязно и даже делали ей, Линн, непристойные предложения. А потом в кабинет вошел доктор Хьюз, всех разогнал и очень рассердился, что она без спросу включила музыку. Ей, администратору, значит нельзя входить в его кабинет, а им, посторонним,- пожалуйста, сколько угодно!
  
  Вика - первая наша с Хьюзом общая пациентка,- на удивление ревностно выполняла все мои рекомендации. Она не пропустила ни одного назначенного визита, аккуратнейшим образом заполняла дневники питания, контролировала чувство голода и насыщения, осваивала новые рецепты, и даже по моему совету выписала пару научно-популярных журналов. Я посоветовала ей заняться обновлением гардероба, потому что прежняя одежда висела на ней мешком.
  Настроение у нее было намного лучше - было очевидно, что она поверила в себя; значит, Хьюзу все же удалось рассеять "чары". Из любопытства я поинтересовалась, как продвигается психотерапия. Вика радостно сообщила, что наш психиатр действительно "снял с нее сглаз".
  
  -- Каким же образом? - поинтересовалась я.
  -- О, он меня услал в какой-то мир, загипнотизировал, что ли... - рассказала Вика. - Я встретила там Сонечку, ту самую толстую девочку, которую дразнила... Она выросла и превратилась в стройную элегантную даму в туфлях на высоких каблуках, длинном плаще и шляпе. К тому же, она писательницей стала. Неудивительно, она всегда любила сказки сочинять.
  -- И что же было дальше? - метод лечения оказался весьма занимательным.
  -- Ну, у Сонечки нетрудно было прощения вымолить, она всегда была доброй девочкой. Сказала, что не только не сердится на меня за злые слова и обидные дразнилки, а напротив, даже благодарна, потому что именно я побудила ее прекратить уничтожать по коробке пирожных ежедневно, записаться в бассейн и на танцы, так что сейчас у нее все в порядке. Видите, доктор, даже к лучшему все получилось, а если бы с ней все сюсюкали, то она так и осталась бы толстушкой. Но с тетей Лидой пришлось повозиться.
  
  Мне показалось, что Вика и впрямь была в каком-то другом мире. Уж больно живо и образно описывала она свое общение с его обитателями.
  -- Повозиться?
  -- Ну да. Она вредной и злопамятной оказалась. - Вика вдруг спохватилась и огляделась по сторонам, как будто тетя Лида могла ее слышать, - Кстати, она ничуть не постарела, выглядит прекрасно! Стала владелицей какой-то знаменитой кулинарной школы или что-то в этом роде.
  -- Школа "Карлик Нос"?- хихикнула я, но Вика была абсолютно серьезна.
  -- Тетя Лида сделала вид, что не понимает, о чем речь идет. Потом вспомнила, долго смеялась и заявила, что не простит ни за что, и желает, чтобы я и впредь несла кару за мою черствость, невоспитанность и бестактность. Пришлось долго умолять, пока она не смилостивилась. Я уверена, что она сделала это намеренно.
  -- Намеренно?
  -- Ну да. У нее было много возможностей: она всегда угощала детей своим печеньем, а легче всего сглазить кого-то во время еды.
  -- Сглазить во время еды?
  -- Да, человек открыт в эту минуту и часто бывает беззащитен. Не верите - спросите сами у доктора Хьюза. Это он мне сказал.
   -- Вот как? А что еще сказал?
   -- Что именно поэтому нельзя брать еду из рук недруга и преломлять хлеб с врагом. Он потом еще долго с тетей Лидой беседовал, но я не слышала, о чем.
  -- И доктор Хьюз с тетей Лидой беседовал?
  -- Ну да...
  
  Интересная терапия у этого Хьюза, однако! Или это у Вики такое живое воображение?
  
   ***
   Это случилось посреди недели, хотя у меня-то как раз в этот день был выходной. Но вечером все же пришлось вернуться в центр: дописать некоторые карточки, закончить оформление всякой документации... И с порога налетела на администраторшу Линн, которая тут же принялась мне за что-то выговаривать. Вообще-то у меня, единственной из всего медицинского центра, сохранились с ней хорошие отношения, со всеми остальными эта милая дама давно успела переругаться. Ее тихо ненавидели и громко скандалили с ней из-за неодолимой привычки совать нос в чужие дела. Но со мной она всегда была вежлива и даже пыталась подружиться. Я, конечно, знала из горького опыта: если вас все предупреждают, что некто - кусок дерьма, а вы не верите по той причине, что лично вас этот человек пока не трогает, не обольщайтесь. И не думайте, что беднягу просто никто не понимает, и только вы с вашим тактом и обаянием способны найти общий язык с кем угодно. Неизбежно настанет и ваш черед быть вывалянным в грязи. Как только я возомнила себя великим знатоком человеческих душ, перед которым лебезит сама склочница Линн, как меня тут же окунуло мордой куда надо: не льсти себе, милочка, ты такая же, как и все. Это случилось именно в тот вечер:
  
  -- Ты зачем сегодня пришла?
  -- Надо поработать.
  -- Если бы ты предупредила заранее, я записала бы тебе на прием пару человек.
  -- Сегодня приема нет, мне просто нужно окончить всякие бумажные дела.
   -- Но ведь есть пациенты, которые не могут прийти в другие дни... И они очень просили принять их, а я отказала, а ты взяла и пришла - не предупредив!
  -- Линн, перезвони им, и мы придумаем что-нибудь в удобное для них время.
  -- А сегодня никак?
  -- Нет.
  -- Знаю я, почему ты не успела карточки написать. Ты слишком много торчишь в Интернете в рабочее время!
   Я тут же ответила ей фразой, которая в переводе на русский означала "не твое собачье дело". Но, видимо, ей очень нужно было, чтобы я приняла каких-то ее знакомых, поэтому она продолжала:
  -- Думаю, директору очень не понравится, что ты отказалась принять кого-то... И если он узнает об этом, может дойти до увольнения...
  Это уже был прямой шантаж.
  Я хмыкнула:
  -- Ха! Напугала! В Нью-Йорке полным-полно работы для диетологов, а таких как я - считанные единицы.
  В ответ она хлопнула дверью, не найдя другой аргументации.
  
  Я вошла в свой кабинет, швырнула, не глядя сумку и, не зажигая света, плюхнулась в кресло, чтобы немного остыть. И тут же вскочила с визгом, потому что в кресле кто-то сидел - этому кому-то я шлепнулась прямо на колени. Сильные мужские руки охватили меня за талию, и знакомый голос зашептал прямо в ухо, почему-то по-французски:
  
  -- Моя богиня, моя царица, ты только скажи, и я превращу ее в жабу...
  -- Как это? - поинтересовалась я, одновременно демонстративно вытирая ухо. Вспыхнул свет. Интересно, как Хьюз догадался, что в детстве мама и папа исправно таскали меня на уроки "языка галантности" вдобавок к усиленному курсу французской спецшколы? Да и сам-то он откуда владеет французским? В его внешности и манерах до сих пор ничто не выдавало европейца... Между тем, произношение прекрасное, просто какой-то парижский выговор.
  -- Я ей внушу, что она - жаба. Она будет квакать, ты только скажи.
  -- Вы и меня можете превратить во что-нибудь? (И почему вы позволяете себе обращаться ко мне на "ты"?!) - эту фразу я произнести хотела, но отчего-то не смогла.
  -- Тебя - нет.
  -- Почему?
  -- Я не могу никого загипнотизировать против его воли. И никто не может.
  -- А Линн согласится, что ли?
  -- Я сделаю так, что согласится, - он опять задышал мне в ухо и провел губами по шее.
  -- Доктор Хьюз, отпустите меня сейчас же! И извольте говорить по-английски! Мало того, что вы меня напугали до полусмерти... кстати, что вы вообще делали в моем офисе, да еще и в темноте? И почему включен мой компьютер?
  -- Я вас ждал здесь, - столь же непринужденно перешел он на официальный язык. - Ну и невольно подслушал ваш разговор с Линн... Прошу, зовите меня просто Джеф, тогда и я вас буду Полиной звать, ладно?
  -- Как же вы узнали, что я приду сюда сегодня? Ведь приема-то нет? Может, вы просто так шарите у меня в столе, хотите спереть что-нибудь?
   Он засмеялся:
  -- Надеюсь, это убедит вас в том, что я не мелкий воришка, - жестом факира он сдернул со столика салфетку. Под ней оказалась бутылка белого калифорнийского вина, два бокала, фрукты, орешки и коробка шоколадных конфет. - Честно говоря, я хотел все это тут оставить, чтобы сделать вам завтра сюрприз. Но раз вы пришли сегодня, у меня появилась идея.
  -- Какая же?
  -- Немного выпить, потом сходить на концерт в Карнеги Холл...
  -- А дальше?
  -- Как прикажете, моя фея. После концерта можно заглянуть в один великолепный ночной клуб в Манхеттене, вам понравится.
  -- Доктор Хьюз! Джеф! Вы знаете, что я замужем?
  -- Как будто вам это когда-нибудь мешало!
  
  Похоже, я выдала себя взглядом или выражением лица - Хьюз довольно хмыкнул. Дурацкая ситуация, в которой мне даже было его немного жаль: бедняга так старался, сюрприз готовил... И я согласилась на первую часть программы - выпить, но совсем немного, потому что мне еще поработать предстоит.
  Хьюз так расцвел, что я поспешила расставить все точки над "и" - по глотку вина и ничего больше! На что он ответил, радостно кивая:
  
  -- Сегодня - ничегошеньки.
  
  Мы подняли бокалы, отпили. Я протянула руку к угощению, бросила в рот орешек, отщипнула виноградину. Хьюз очень внимательно следил за тем, как я ем, буквально провожал взглядом каждую крошку и чему-то радовался.
  -- Скажите, Джеф, вы практикуете групповую терапию?
  -- Нет, никогда. Только персональные консультации. А почему вы спрашиваете?
  -- Я видела, что к вам заходят двое и даже трое пациентов сразу.
  -- Нет, пациент всегда только один.
  -- А кто же остальные?
  -- Ну, скажем, мои ученики. Интересно, на кого из них вы обратили внимание?
  -- На женщину, интересную, в змеином платье, она мне еще улыбнулась. Потом - на молодого человека с римским профилем и еще ...
  -- Вы разговаривали с кем-нибудь из них?
  -- Нет, не припомню...
  
  Он посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом и сказал:
  -- Обещайте мне не вступать с ними в контакт, особенно в мое отсутствие. По крайней мере, пока.
  
  Когда Хьюз ушел, я набрала его фамилию и инициалы в сетевом медицинском поисковике. И из глубин интернета хлынула информация...
  Мой галантный кавалер оказался автором десятков статей по лечебному гипнозу при депрессии, приступах паники, борьбе с вредными привычками, в том числе и беспорядочным питанием. Или вот... "Влияние компьютерных игр на повышение самооценки у тинэйджеров". В нескольких статьях его фамилия стояла первой, значит, он был руководителем научных исследований.
  Судя по названиям, статьи интереснейшие, надо будет его дополнительно расспросить. Несмотря на свое нахальство и ни в какие ворота не лезущую самоуверенность, тип он весьма интересный. Хм... а это что за работа? "Your real and virtual personality". Полностью статья не загружалась, но краткое описание информировало, что сначала реал оказывает влияние на виртуал, а потом, наоборот.
  Ну, хватит на сегодня Интернета, надо все же дописать карточки. Через сеть я нашла музыкальную станцию и принялась за работу. Бумажная бюрократия, никуда от нее не денешься, но и пишется на автомате... Забавно, как изменился за те годы, что я живу в Америке, русский язык... ухо ловит новые словечки в оживленной болтовне ведущего: "Это наша музыка! От нее колбасит нипадеццки!" Н-да...
  
  Сердце твое двулико
  Сверху оно набито
  Мягкой травой,
  А снизу каменное, каменное дно...
  
  Почему-то вспомнила про Казадора. Интересно бы поговорить с ним прямо сейчас. Но если я войду в сеть, даже ради него, значит муж прав - я в полной зависимости от Интернета и у меня совсем нет силы воли. Специально ведь пришла навести порядок: не люблю, когда висит неоконченная работа.
  
  Но где она живет
  Вечная любовь
  Уж я то к ней всегда готов
  Вечная любовь чистая мечта
  Нетронутая тишина
  
  Какая странная песня... Ну уж нет. Не надо мне никакой любви, а вечной - тем более. С этим покончено навсегда. Сходить, что ли, на концерт этой группы, когда они приедут в Нью-Йорк?..
  
  Когда я шла к выходу через пустынный холл, возле кабинета доктора Хьюза удобно расположился в кресле благообразный белобородый старичок, с любопытством посматривавший на меня из-под полей шляпы. Дверь в кабинет Линн была открыта: администраторша сидела за столом, глядя в пространство большими печальными глазами. Постаравшись забыть о размолвке, я вежливо попрощалась с ней.
  -- Ква! - ответила Линн и взмахнула ресницами.
  Я выбежала из центра...
  
   ***
  это не я, это не я,
  это не ты, это не ты.
  это игра света и темноты,
  это мое второе я
  ищет твое второе ты".
  
   И опять поздний вечер, посуда вымыта, мягко светит настольная лампа, на коленях ноутбук, кот Феншуй мерцает зелеными огоньками глаз.
  А у Казадора сейчас раннее утро. Обычно он выходит онлайн в это время, но сегодня нет его. Интересно, он женат? Я даже не спросила, а ведь это вполне вероятно... наверняка кто-то есть, и он сейчас с ней, потому и не в сети. Что за глупости лезут в голову - ведь он живет в другом полушарии! Какое мне дело до него или до его женщин?
   Ну надо же: только подумала - он и появился, просит авторизации в аське...
   Что бы о нем ни говорили, а всегда в момент его подключения к сети на другом краю света я ощущала радость, тепло и удивительную энергетику, исходящую от его строк. Перечитывая наши диалоги - отрывочные фразы без заглавных букв и знаков препинания, - я в любой момент снова могу вернуться в это счастливое состояние.
  
  - ты здесь?
  - ага. значит, ты живешь в Нью-Йорке...
  - ну да, а ты? на Украине?
  - в Киеве.
  - так мы с тобой земляки. я в Киеве родилась.
  - давно в Америке?
  - лет десять.
  - как ты туда попала?
  - появилась возможность уехать с семьей, ну и...
  - не скучаешь?
  - мне не по ком скучать: все родные и друзья либо умерли, либо разъехались по свету.
  - а город вспоминаешь иногда?
  - бывает. снится часто, но город, из которого я уехала, теперь совсем другой. его больше нет, как и страны, откуда я родом.
  - ты счастлива там, где живешь?
  - наверное, да. Америка - очень моя страна. я много лет училась - язык, биохимию, диетологию... скучать некогда было.
  - значит, Украина для тебя больше ничего не значит?
  - не обижайся, ладно? Украина - ненька, моя страна навсегда. родина - это то, из чего ты слеплен. и только по тому, как ты используешь вложенное в тебя Родиной, узнаешь ей истинную цену. понимаешь?
  - думаю, да. наверное, и наш мир можно полностью оценить, только побывав в других мирах. а хочешь, я пришлю тебе новых украинских песен? ты же рок любишь, правда?
  - хочу, конечно. пришли все, что тебе нравится.
  - слушай, а это правда, что американская еда невкусная, резиновая, без цвета и запаха?
  - с чего ты взял?
  - так говорят.
  - неправда, конечно. так говорят те, кто покупает самые дешевые продукты по бедности или из экономии. или получает бесплатную еду от благотворительных организаций. да американской еды как таковой и не существует. здесь все страны представляют лучшие свои кулинарные достижения. можно к обеду и лаваша турецкого купить, и брынзы греческой, и оливок итальянских, и помидоров израильских, а к кофе подать конфет московской кондитерской фабрики. но мне вкуснее всего продукты с Украины. то, что в детстве любил есть, вкуснее всего кажется...
  - эко ты интересно рассказываешь! перечитал сегодня твой рассказ про сжигание писем.
  - о, даже перечитал!
  - ну да. не жалей о них. что прошло, то прошло. пока старые письма не сожжешь - новые не придут.
  - да не нужно мне новых писем!
  - а чего тебе нужно?
  - спокойствия, душевного равновесия и эмоциональной независимости.
  - а любви?
  - любовь вытесняет собой многое, что имеет смысл. и приходится выбирать: любовь или присутствие смысла в жизни. главное не забывать, что нельзя иметь все сразу.
   - любовь или смысл?
  - любовь заканчивается, а смысл - никогда. из любви часто произрастают разочарование, равнодушие и боль, а смысл не подводит. есть жизнь и после любви. и есть жизнь кроме любви. когда любовь застилает глаза - а это именно то, что она делает - ты упускаешь много возможностей.
  - возможностей для чего?
  - для самореализации.
   - ты ошибаешься. любовь- это и есть ступенька к самореализации, самая высокая, крутая и самая сладкая. Даже не ступенька, а трамплин для прыжка. почему-то с тобой мне хочется говорить о любви...
  - но мне это неинтересно. я не говорю и не думаю о любви, не читаю книг о любви, и фильмов о любви никогда не смотрю - мне это скучно. Письма сожгла, и вдруг захотелось об этом написать, как прорвало. но это пройдет.
  - что же ты читаешь?
  - фантастику, статьи по медицине и биохимии... еще кулинарные книги и журналы.
  - тебе это интересно?
  - о да, я читаю кулинарные книги как детективы.
  - и это все?
  - нет, забыла, больше всего люблю читать учебники - вот где логика, последовательность, ясность и красота! зачем мне знать о чужой любви? в этом нет смысла, пустая трата времени.
  - ты говоришь как человек, которому не везло в любви.
  - это не так. самое плохое в том, что как раз везло.
  - но у тебя это плохо кончилось.
  - а разве это может хорошо кончиться?
  - почему бы и нет?
  - есть два варианта: все заканчивается резко, ты остаешься с разбитым сердцем, и тогда тебе требуется много времени на восстановление. или же все умирает само по себе, становится скучно и пусто. поэтому любовь лучше убивать в зародыше.
  - разве любовь можно убить? Ты знаешь способ?
  - конечно. от нее нужно отключить блок питания, тогда она умрет сама и даст тебе свободу. когда я освободилась от любви, у меня появилась возможность интеллектуального роста, я смогла спокойно учиться - и теперь у меня прекрасная профессия. я начала уделять много внимания сыну, и теперь мы с ним большие друзья. мне хорошо и спокойно много лет. мне интересно жить. а любовь, увы, была препятствием - она отнимала слишком много времени и энергии, мыслей и страстей. любовь- это вечное ощущение непостоянства и страх перед тем, что будет потом.
  - зачем же думать "что потом"? можно просто наслаждаться моментом. а потом сказать "было хорошо, и хорошо что было", стать мудрее и вспоминать все с радостью и удовольствием.
  - не хочу. я больше не хочу любить, влюбляться, терять голову... и не буду. никогда. я хочу повелевать своими страстями, а не подчиняться им, понимаешь?
  - ой, не говори так!
  - почему?
   - а старикашка один есть, вредный такой. повелителем страстей себя называет. если он услышит такое, еще чего доброго решит продемонстрировать, что настоящих страстей ты еще и не нюхала.
   - шутишь, да?
   - нет, в общем-то. ну ладно, расскажи что дальше было-то, с грустной женщиной?
   - сейчас выложу в блоге. а ты сам... не женат?
  - пока нет.
  - но и не одинок, да?
  - да, мы с ней уже почти три года вместе.
  - значит, можно считать, у тебя есть невеста?
  - ну, все к тому идет. так я жду продолжения рассказа.
  - продолжение следует...
  
  И ведь знала же, что нельзя зарекаться! Повелитель страстей как будто ждал момента, чтобы немедленно наказать меня за категоричность и самоуверенность. Право же, никогда и ничего больше не буду утверждать. Ну вот, опять зарекаюсь...
   Кто знал, что любовь может принимать столь причудливые формы и начинаться с простых комментариев в сетевом блоге! Прав был Казадор - любовь не мешает и не тормозит, она, наоборот, является трамплином для прыжка. Как бы я на него ни сердилась, без Казадора никогда не произошли бы события, изменившие навсегда меня и мой мир. Оба моих мира, если быть точной.
  
   Продолжение рассказа о грустной женщине
  
  В трудных ситуациях все, и мужики и бабы, проверяются на "шкурность". В первые годы эмиграции стало понятно, что ее муж - самый верный, самый умный, самый лучший и надежный. Он заслуживал ответной любви как никто другой. И однажды ночью, после обычного скучного секса, она стала просить молиться: " Господи! Сделай так, чтобы я любила своего мужа! Ты так щедро одарил меня! Неужели тебе трудно дать мне такую малость? Я не хочу ему изменять! В твоих книгах сказано, чтобы определить исправился ли человек, нужно чтобы он попал в такую же ситуацию, но устоял при такой же силе соблазна. Господи, я очень хочу исправиться. Хотя бы сделай так, чтобы я не влюблялась больше ни в кого - тогда я выдержу. "
  А муж проснулся, приподнялся на локте и сказал:
  - Просыпаюсь, а жена лежит рядом и плачет. Ну куда это годится? Что-то случилось?
   - Не обращай внимания. Просто плохой сон. Страшный. Сейчас все будет хорошо".
  
  Все. Не буду больше об этом писать. Читателям может показаться, что я жалуюсь, а мне не на что жаловаться - у меня все прекрасно!
  
  Казадор:
  - ты поклялась больше не изменять мужу никогда?
  - да.
  - и ты сдержала слово?
  - да.
  - а были соблазны?
  - один раз был.
  - расскажи, а?
  - понравился мужчина один, лет пять назад. Я ему тоже очень нравилась. Но я устояла.
  - как же ты выдержала?
   - зажала себя в тиски. Вечером легла спать и поклялась себе, что больше его никогда не увижу, трубку не подниму, и больше о нем никогда не вспомню. И уснула. И тут же снится, что я с ним, объектом моей страсти... Проснулась и расплакалась, но слово свое сдержала.
  - а потом что было?
  - больше я его не видела. через несколько месяцев отпустило, а сейчас даже смешно вспоминать об этом. Я задавила в зародыше возникшее чувство, я смогла это сделать, значит, я стала сильнее.
  - и сейчас все в порядке?
  - конечно.
  - и секс?
  - а что секс?
  - сама знаешь что.
  - секс присутствует, но ...
  - что? можешь не стесняться меня.
  - видишь ли, секс для меня - это вершина торжества любви. А все остальное и правда можно назвать " удовлетворением потребности". Я не стесняюсь тебя, как видишь. Любви нет, а остальное - не важно.
  - глупости! в тебе есть все, что нужно, только надо поднять это на поверхность.
  - не могу... не получается.
  - вот сейчас ты можешь себя слушать?
  - да.
  - чувствовать ток в своем теле?
  - могу. Прямо целый поток. Ты меня что, гипнотизируешь?
  - не гипнотизирую, наоборот, бужу. Просто купайся в этих потоках как под струями дождя, окунись в них.
  - сейчас чувствовать? или ночью?
  - зачем тебе ночь? ночью спать надо.
  - я попробую. ... пиши еще что-нибудь.
  - есть ты, и есть дождь, ты под дождем, сначала промокшая, в чем?
  - ни в чем.
  - этот дождь неуловим, чем больше хочешь поймать, тем хуже получается.
  - ага.
  - потом просто отдаешься дождю, не думая, его потоки омывают тебя, а изнутри нарастает волна.
  - я поняла, но вот этот момент "отдаешься" - ускользает от меня.
  - когда будет дождь - просто выйди без одежды на улицу и отдайся дождю.
  - для этого надо оказаться в безлюдном месте.
  - можно быть голой и в одежде.
  - ну, когда же это будет...
  - а ты не выдвигай ему претензий - он придет когда сможет и насколько сможет, а ты его ждешь и ты готова ему отдаться, почувствовать себя его любовницей.
  - хорошо, я попробую.
  - дождь, ветер, солнце... ты можешь дразнить их, играть, капризничать и флиртовать, а потом в один момент, отдаться им без уговоров.
  - как хорошо ты говоришь, так занятно.
  - поглощать их, впускать в себя, чувствовать их проникновение - и удовольствие само придет.
  - я могу чувствовать удовольствие каждой клеткой... я же умею... умела...
  - именно! ты и есть - удовольствие, ты - сама!
  ............................................................................................
  - подожди, дай отдышаться... спасибо, ты так проникся моими проблемами. Это так неожиданно.
  - мне очень важно, чтобы у тебя все получилось. Я не хочу советовать или сочувствовать, я хочу что-нибудь для тебя сделать. И если мое участие в твоей жизни допустимо, я буду очень рад.
  
  Я еще долго не могла отойти от этого разговора, думала о нем, улыбаясь своим мыслям, а потом вдруг нашла в своих файлах недавние фотографии, выбрала самую лучшую, где я загорелая, с растрепанными кудрями, верхняя пуговица блузки расстегнута - хороша! И загрузила ее в блог. Пусть хотя бы знает, с кем разговаривает. И другие блогеры пусть полюбуются заодно, хи-хи...
  
   ***
  Я почти всегда отказываюсь от совместных обедов или ужинов-посиделок с коллегами, потому что мне скучны их разговоры: чаще всего обсуждают посещение модных курортов и путешествий, а рассказывать интересно об этом не умеют. Когда тема обсуждения доходит до подробных описаний купленных недавно предметов быта или одежды, я вспоминаю афоризм " мелкие умы обсуждают людей, средние умы- события и великие умы- идеи". А какие умы обсуждают вещи? А есть еще одна великолепная тема для светской беседы - автомобильные страховки и игра на бирже. Я в таких случаях сразу отключаюсь и думаю о чем-то своем, периодически вежливо хмыкая в паузах.
  
  Еще одна причина, по которой я всегда пытаюсь улизнуть с этих небольших празднеств: я люблю есть то, что я сама себе наметила или приготовила, а не то, что навязывается другими. И еще: я люблю есть одна или с очень близкими людьми, в небольшой компании, и лучше всего на природе - в парке, на скамейке у фонтана, наблюдая за прохожими, или дома, на балконе. Обильные праздничные столы действуют на меня удручающе.
   Но в этот раз мне пришлось принять приглашение Хьюза по поводу пятилетия создания нашего медицинского центра. Директор поздравил нас и вручил денежные премии и ценные подарки. Коллеги развеселились, а доктор Хьюз вдруг пригласил всех к себе, и отказаться было неудобно: меня и так считают гордячкой, да и любопытно было взглянуть как он живет.
  
  А жил он, как оказалось, в одном из самых престижных и богатых районов города, у океана. В сгущающихся сумерках я смогла разглядеть аккуратно подстриженные декоративные растения, затейливые фонари, выложенную красными кирпичиками дорожку - все очень аккуратно и даже как-то слишком вылизано.
  
  Огромная гостиная сверкала чистотой: в любом месте можно было сесть на пол и есть - паркет блестел как зеркало. Серебристые шторы, хрустальная люстра, дорогая светлая мебель... коллеги изумленно оглядывались по сторонам.
  -- О, доктор, - восхищенно прошептала медсестра Лорен. - Как у вас красиво! И какой тонкий вкус!
  -- А кто поддерживает такую чистоту?- поинтересовалась Линн. - Может дадите адресок агентства домработниц? У меня хорошая домработница, но такой чистоты ей никогда не добиться.
  -- А с чего вы взяли что у меня есть домработница?
  -- Ну неужели вы, мужчина, причем такой занятой, сами тут все моете и пылесосите?
  -- Нет, тут вы не ошиблись - помощники у меня имеются.
   -- Все понятно, - хихикнула Лорен. Какая-нибудь безумно влюбленная в вас женщина, отличающаяся редкой любовью к порядку, все тут убирает.
   -- Не угадали. Мои... ученики помогают вести хозяйство, чтобы высвободить время для более важных дел -- исследований в области психиатрии. Но довольно об этом. Сейчас я закажу хороший ужин из ресторана. Какую кухню вы предпочитаете? Японскую, итальянскую, корейскую, еврейскую, турецкую, а может быть русскую? Я позвоню в ресторан "Жар-птица" и все принесут через полчаса. Впрочем, с нами диетолог сегодня, может она что посоветует?
  Все посмотрели на меня.
  -- Мне все равно, - сказала я, с тоской подумывая о том, что дома меня ждал бы интереснейший вечер онлайн. - Но если из "Жар-птицы", то мне закажите пирожков с маком, пожалуйста.
  -- А что это самое лучшее из русской кухни?- удивился Хьюз. - Странный выбор... а как же котлеты по-киевски, блины с икрой или картошка с грибами? Впрочем, как вам будет угодно.
  Действительно, что это я? Сказала невпопад, не думая. Если бы я знала тогда чем был продиктован мой странный выбор!
  
   Хьюз оказался на редкость радушным хозяином: успевал уделить внимание каждому гостю: доктора Меррика увлек коллекцией игрушечных автомобилей, доктору Терцу подсунул под нос шахматный альманах, а дам развлекал веселыми историями. Как я и предполагала, за столом разговор почти сразу переключился на путешествия, автомобильные страховки, игру на бирже и покупку домов в южных штатах. Почему всегда и везде говорят об одном и том же? Если мне когда-нибудь понадобится информация о покупке недвижимости или автомобильной страховке, я пожертвую этому определенное время дня, посещу специального агента и изложу ему свои требования и сомнения, связанные с этим делом, но когда люди начинают говорить об этом за столом, меня мгновенно охватывает невыносимая скука.
   Несмотря на то, что Хьюз, казалось, был искренне увлечен всем обсуждаемым, тем не менее, улучив момент, он прошептал мне на ухо:
  -- Я знаю, моя фея, что вам скучно и не терпится уйти домой, но прошу вас, потерпите немного, возможно, мне удастся развлечь и вас.
   Он подхватил меня под руку и повел прочь из гостиной. Мы прошли через длинный коридор, украшенный картинами, светильниками и вьющимися растениями, поднялись на второй этаж, где он открыл одну из дверей и мы оказались в уютной комнате с большим аквариумом во всю стену, низкими креслами и маленькими столиками с разложенными на них журналами. В стене вспыхнул экран, а на нем появился длинный список музыкальных композиций.
  -- Уверен, что вы найдете здесь много занятных мелодий, которых никогда в прежде не слышали. Акустика тут прекрасная. Побудьте здесь, пока я буду развлекать остальных. А после я вернусь к вам и, наконец, начнется самое интересное. Держите пульт управления, а я, извините, к гостям...
   Он исчез.
  Музыкальная коллекция и впрямь была впечатляющей, но вместо того, чтобы слушать, я стала смотреть по сторонам, и надо же мне было заметить на столике столе другой пульт - белый, с разноцветными кнопочками и непонятными знаками. Я повертела его в руках, нажала на одну из кнопочек, и вдруг в потолке вспыхнул другой экран, а тот, что в стене - погас. На экране возникла странная надпись- "Demon of Lust. Demonet, level #1, demo-version", и музыка зазвучала томная и обволакивающая. А у него и впрямь тут мощная акустика -- кажется, что музыка звучит не снаружи, а изнутри. Но как же это выключить, а то Хьюз еще, чего доброго, рассердится на меня.
  Я выглянула в холл и вдруг увидела женскую фигуру. Она вошла в одну из комнат, обернулась и поманила меня пальчиком. И я зачем-то направилась туда. Осторожно приоткрыла дверь комнаты и обомлела. Это была спальня. Огромное круглое ложе в центре комнаты, накрытое темно-синим меховым покрывалом, прекрасно гармонирующим с пушистым узорчатым ковром. Зеркальные стены и потолок. Между зеркалами помещались замысловатые светильники, на полу стояли какие-то штуковины, из которых уходил вверх тонкой извивающийся струйкой ароматный дымок. Наверно из-за этого освещения, я, вернее мое отражение в зеркалах, было совсем юным - мне можно было дать не больше шестнадцати. И что еще было удивительным: ни кровать, ни кресло, ни ковер, ни другие предметы в комнате в зеркалах не отражались -- только я в синеватой дымке. Музыка зазвучала громче. Мне так понравилось мое юное отражение, что я стала разглядывать себя и вертеться перед зеркалами, пока не увидела, что в них отражается еще кто-то. Я обернулась.
  Возле кровати стояла женщина - я сразу узнала ее -- я видела ее в центре, с Викой, в змеиной одежде. Сейчас на ней было короткое черное платье для коктейля на тонких шлейках, искусно подчеркивающее ее формы. Она вытирала тряпкой пыль со светильников. Ничего себе уборщица! Музыка зазвучала еще громче. Похоже, и в спальне имелись колонки и усилитель звука, - последнее, что я подумала трезво -- в тот же момент меня охватило страннейшее состояние: я не могла оторвать глаз от этой дамы, которая грациозно вытирала пыль. Мне всегда нравилось смотреть на красивых людей, во-первых, из эстетических соображений, во-вторых, у них можно что-нибудь перенять - элемент прически, например, или стиль одежды. Я хотела извиниться и закрыть дверь, но она вдруг улыбнулась мне так обворожительно, что я не смогла уйти.
  - Извините, - сказала я...- и тут увидела компьютер на столике в нише и нашлась. - Я хотела проверить свою электронную почту, можно?
  -- Конечно, - она кивнула.
  -- А компьютер включен?
  -- Всегда включен.
  
  Интересно, почему Хьюз такую даму прячет? Мог бы ее к столу пригласить.
  
  Я проверила свою почту, и очень огорчилась, не увидев ни одного сообщения от Казадора. Уже несколько дней он не появлялся в чате и не писал в свой блог. Он был единственным виртуальным знакомым, с которым я вот так запросто делилась личными проблемами и охотно рассказывала о себе. К тому же, мне так важна была его реакция на мою фотографию. За последние дни я получила много комментариев со словами восхищения, как от постоянных читателей, так и случайно зашедших на огонек. Некоторые даже выразили желание познакомиться со мной в реале, а он, тот, чьего ответа я так ждала, - молчал.
  
  Я вошла в чат.
  Для меня общение с человеком никогда не прерывается, даже во сне - поэтому я иногда забываю наяву поздороваться, и на меня многие обижаются из-за этого. А в сети можно обходиться без этого.
  
  - ты здесь? у тебя же ночь.
  - уже раннее утро.
  - а я в гостях, скучаю. А ты что сейчас делаешь? Подожди, я догадаюсь сама. Кофе варишь, завтракать собрался?
  - да. С плиты джезву снимаю как раз - пеночка подошла, а как ты догадалась?
  
  Как я догадалась? Я была готова поклясться, что по спальне Хьюза распространился кофейный аромат, хотя может это из здешней кухни?
  
  - у тебя комп на кухне?
  - да, ноутбук. Подожди, я сейчас вернусь.
  
  Странно, этот человек так далеко от меня, нас разделяют восемь тысяч километров, а у меня такое чувство, что он совсем рядом - будто невидимая ниточка тянется между нами, поэтому меня даже не удивил кофейный аромат. И тут я почувствовала, что сзади кто-то стоит. Я оглянулась, дамы не было, а за спинкой кресла стоял растрепанный, бледный тип с зеленоватым оттенком кожи, волосы его тоже отливали зеленым, и одежда была такого же цвета. Лицо его показалось мне знакомым. В руках у него было хозяйственное ведерко с мыльной пеной и мочалка. Еще один уборщик, видимо, но почему он столь прозрачен?
   -- Твой виртуальный собеседник, - заявил зеленоватый тип без вступления, - отвлекся, чтобы подать своей даме в постель кофе и кусок яблочного пирога с изюмом и корицей, который испек собственноручно вчера вечером.
  
   В воздухе явно запахло корицей.
  
  -- Откуда вы знаете?
  -- Не веришь? Спроси сама у него. Кусок пирога на обычном белом блюдце, кофейная чашка -- тоже белая, но с золотым ободком, а поднос - деревянный, резной, с двумя витыми ручками.
  
  Я почему- то сразу поверила зеленоватому типу и ощутила укол ревности.
  
  - ты здесь?- спросила я Казадора.
  - здесь.
  - ты не один? Я тебе мешаю?
  - я не один.
  - с женщиной?
  - да, она в спальне.
  - она ночевала у тебя?
  - да, и я подал ей завтрак в постель.
  - яблочный пирог и кофе?
  - Арабелла, - он назвал меня именем, которое я указала в своем блоге, - побудь еще немного в этой комнате, где ты сейчас.
  - зачем?
  - я потом объясню. Если придется уйти, то компьютер не выключай, ладно?
  
   Этой странной просьбой Казадор оборвал разговор и отключился. Наверное, женщина его позвала и он ушел. Они позавтракают и займутся любовью с утра, не иначе, а ты сиди здесь...
  Я огляделась по сторонам. Бледно зеленый тип и шикарная дама продолжали вытирать пыль со светильников и зеркал, о чем-то оживленно беседуя. Показалось, что говорили они обо мне: поглядывали то на меня, то на мое отражение в зеркалах, где я выглядела шестнадцатилетней, и восхищенно причмокивали языками, отчего я чувствовала себя неуютно. Вид и манеры Зеленого меня раздражали, а дама как раз наоборот, казалась интересной и располагающей.
  Я смотрела в монитор, в надежде, что Казадор вернется, но его не было, и поэтому досада нарастала: я так ждала момента, чтобы поговорить с ним, а он всю ночь с женщиной развлекался и даже не видел мою фотографии! Ну, конечно, каким образом я, виртуальная собеседница, находясь за восемь тысяч километров, могу конкурировать с реальной женщиной, с которой можно реально переспать. Раз так - не буду с ним больше разговаривать!
   Зеленый тип вдруг радостно захлопал в ладоши. Я воззрилась на него в изумлении, а он сказал, неизвестно к кому обращаясь:
  -- Прекрасный десерт! Прекрасный! Неожиданно повезло!- и повернулся к даме: - А тебе, Похх, перепадет что-нибудь?
   -- Я свое сама возьму, - произнесла дама, загадочно улыбаясь.- А надо бы и других позвать. Уж больно лакомые негамоции. А судя по ее отражениям, можно получить еще больше - на всех хватит. Амапольские зеркоралы не врут.
  Меня не слишком занимала их беседа - я думала о Казадоре, пытаясь убедить себя, что ничего страшного не произошло. Разве он обещал мне что-нибудь? Поговорил человек со мной как-то по душам и на том спасибо. Отчего же меня просто бесит факт, что он провел ночь с женщиной?
  
  Прямо передо мной, на столе, возник другой странный тип, небольшого роста, толстоватый, с рыжими всклокоченными волосами и красноватым лицом. Он тоже показался мне удивительно знакомым.
  
  -- Это свинство с его стороны, - проговорил красноватый быстро и отрывисто, еще больше побагровев. - Ты рассказала ему о себе, доверила свои тайны и переживания, а он за несколько дней даже не нашел для тебя минутку. Мерзавец! Бесчувственный эгоист! Есть все основания для негодования!- и с этими словами спрыгнул со стола.
  
  Я почувствовала чью-то руку на своем плече, резко повернулась на вертящемся кресле и увидела, что сзади меня возник еще один тип: высокий, стройный, весьма элегантно одетый, с гордой осанкой, черными волосами и римским профилем. А этого я точно встречала много раз, но где?
  
  -- Тсс...- сказал он, зажав рукой рот Красному, - она не станет огорчаться из-за него. Кто он такой, в конце концов? Какой-то мелкий казадоришка! И кто она?! Взгляните на нее! Она - не просто красавица, а еще и умница! Любой мужчина дорого бы отдал, чтобы заслужить ее благоволение, но она слишком горда, чтобы снизойти хоть до одного из них, а тем более до этого казадора! Он недостоин ее - это же так очевидно!
  
  О, вспомнила, где я его видела: это же он сопровождал худышку Эллу З. на прием к Хьюзу!
  
  -- Э- э-э-э... погодите...- вдруг заявила дама. --Угостились и хватит. Хотите все себе забрать? Успеете еще поиграть с ней. А сегодня - она моя. Она сама поставила мою музыку, значит, мне и сливки снимать.
  -- О, - догадалась я, - Эта дама - композитор. Она хочет поиграть со мной, какая милая!
   И тут дама поманила меня, и я пошла за ней как сомнамбула. Она села на край огромной круглой кровати, чуть приспустила тонкую шлейку платья и оголила плечо, при этом неотрывно глядя на меня и улыбаясь. И я вдруг, неожиданно для себя, сделала то же самое - расстегнула пуговицы блузки, приспустила рукав и обнажила плечо. Дама улыбнулась мне еще обворожительней, вынула заколку из волос и они рассыпались по плечам тяжелой волной. У меня не было заколки, но я сделала зачем-то точно такой же жест, и помотала головой, чтобы волосы растрепались.
  Дама, тем временем, подняла подол своего и без того короткого платья, обнажив ноги. Я опустилась в низкое кресло, и, уже сидя, сделала тоже самое,- подняла юбку и улыбнулась ей.
  
  Я видела краем глаза, что красноватый тип побледнел до такой степени, что стал почти прозрачным, а тот, с гордым профилем, совсем сник и отошел на задний план, зеленоватый же - совсем пропал. Но их превращения и исчезновения меня не занимали. Даже то, что ни один из присутствующих не отражался в зеркалах -- не волновало, так захватила меня занимала игра с дамой.
  А дама медленно сняла другую шлейку с плеча и приспустила платье ниже. На ней не было лифчика и я увидела ее грудь. И я опять повторила ее движения: расстегнула блузку совсем, распахнула ее, отодвинула вниз свой белый кружевной лифчик, обнажив грудь полностью. И мне сразу стало легко и весело, будто лифчик до этого затруднял мое дыхание. Тогда дама откинулась на кровать, облокотившись на локти, и, поглядывая на меня заговорщицки, подняла подол платья и медленно спустила вниз черные кружевные трусики, оголив бедра и темный треугольник между ног. Я, в точности копируя ее движения, откинулась на спинку кресла, так же медленно подняла юбку до пупа и спустила с бедер свои белые трусики. При этом, я глядела на нее, не отрываясь, в ожидании одобрения. И она не замедлила одобрительно кивнуть. Музыка, казалось, усиливалась после каждого нашего с ней действия. Дама швырнула свои трусики в сторону. Я и это сделала - мои белые трусики птицею полетели и опустились на пол возле ее черных. Освободившись от трусиков, дама чуть раздвинула ноги и выгнула спину, но я не могла этого сделать, потому что мне мешала спинка кресла. Тогда дама, оценив мои трудности, плавным жестом указала на узорчатый ковер у ее ног. И я сразу обрадовалась эдакому прекрасному решению проблемы, вскочила с кресла, и, придерживая подол юбки, легла на ковер, на спину, лицом к ней.
  Мне невероятно нравилось так лежать, выгнув спину. Веселые токи пронизывали мое тело, я казалась себе невесомой.
  
  -- Замечательно! - услышала я голос из глубины комнаты. - Эта кукла - настоящая услада! Но не увлекайся, Похх! Поиграла и отпусти. Она сложнее, чем кажется. И к тому же - магистр наук.
  
  Включился свет небольшого торшера, и из отступившей темноты возник силуэт белобородого старичка. Старичок устроился в кресле поудобнее, а Красный и Белый немедленно подошли к нему и, как по команде, сели на маленький пуфик у кресла.
  
  Затем я услышала голос Похх, звенящий и бархатный одновременно:
  -- Она сама включила мою музыку, без подсказки, и я теперь не упущу возможности.
  -- Погоди, - ответил старичок, - я не вполне уверен...
  -- Во мне не уверен? Наглец!- сказала женщина.
  -- Нет, не в тебе, а в том, почему это получилось таким образом... Здесь что-то не так. Я чую подвох. Что-то нечисто.
   -- Там где ты - всегда нечисто!- возразила Похх, недовольно покачала головой и встала с кровати. Платье закрыло ее бедра и ноги, и я тоже сразу же вскочила с пушистого ковра, одернув юбку. Мне стало обидно, что она больше не обращает на меня внимания, а разговаривает со старичком, и я посмотрела на нее глазами полными слез.
   -- Смотри, Ахх, - сказала Похх, - она сейчас заплачет, если я уйду. Дай мне еще немного времени.
  
   Я с надеждой посмотрела на даму - только бы она не уходила! Какое у нее странное имя - Похх, хотя может это фамилия?
   Ахх отрицательно покачал головой.
   -- Ага! - вскричала дама. - Как самую черную и грязную работу выполнять, так ты меня зовешь! А как лакомые негамоции получать - так пошла вон!
   Ахх поморщился:
  -- Ну ладно, только недолго. У меня много дел для тебя этой ночью.
  -- Я тебе сейчас докажу, что могу все! - заявила дама и повелительным жестом указала мне на пол. Ах, как я обрадовалась! Не знаю, чтобы я делала, если бы она ушла, чудесная, обворожительная Похх!
  
  Я легла на ковер, повинуясь ей с готовностью. Похх задрала платье до талии и стала на четвереньки на кровать, выставив совершенной формы ягодицы, и я мгновенно повторила ее движения и приняла ту же позу на полу. Я готова была так стоять с голой задницей сколько угодно и делать все, что угодно, только бы она не уходила, так сладко было мне в ее присутствии!
  
  Похх медленно поползла по кровати, на четвереньках, по направлению к Ахху, то раскачивая бедра, то прижимая живот к покрывалу, то выгибая спину как кошка. Я, не отрывая от нее глаз, в точности повторяла ее движения - это было похоже на медленный диковинный, восхитительно сладострастный танец на полу - я прижималась грудью к ковру, затем становилась на колени, откидывалась назад, подставляя его обзору свой голый живот и ноги, я стояла то на коленях, то на четвереньках, то змеей извивалась по полу, перекатываясь с боку на бок, играя юбкой, время от времени закрывая себе лицо ее подолом. Я медленно приближалась в своем лежачем танце к креслу Ахха, а тот довольно кивал, ухмылялся и манил меня пальцем. Меня охватил буйный экстаз. Я хотела только одного, чтобы Похх похвалила меня, чтобы улыбнулась мне. Мне больше не нужно было следить за ее движениями: я видела ее внутренним зрением или скорее чувствовала ее присутствие - она будто вела меня изнутри. Темп музыки нарастал, и я извивалась и изгибалась все быстрее, моя лежачая пляска превращалась в какой-то бешеный неистовый раж.
  А Похх стала медленно таять, но несмотря на то, что она находилась на расстоянии нескольких метров от меня, я чувствовала на себе тяжесть ее роскошного тела и ее дыхание на своих губах, ее грудь прикасалась к моей, ее живот крепко прижимался к моему, ее лобок упирался в мой, наши ноги переплелись, и мы стали бешено перекатываться по полу, и вдруг она исчезла... растворилась во мне, ее больше не было, а вернее - меня больше не было, я стала ею, ощутив необычайную легкость в этот момент, почти невесомость... А музыка вдруг зазвучала так громко, что мне захотелось зажать уши.
  
  -- Что ты тут расселся?- обратилась я к Ахху. - А где остальные? Давай позовем всех и развлечемся всласть. А лучше пойдем в гостиную, где сидят эти скучнейшие личности, и устроим небольшое шоу. Я же говорила, что могу все!
   Я открывала рот и произносила слова, но не своим голосом, а сладким голосом Похх.
  
  И вдруг белый луч осветил комнату и сфокусировался на мне. Все завертелось... луч растекся по всей комнате, слепя глаза. Музыка замедлилась, превратилась в скрежет и треск, потом резко умолкла, Похх отделилась от меня и взлетела в воздух со страшным проклятьем, все присутствующие, кроме старичка, вдруг скорчились, слились в одну сплошную черно-красно-зеленую массу и закружились как в вихре, медленно тая. Я закрыла лицо руками и зажмурилась, а когда открыла глаза, то обнаружила себя сидящей в кресле, в той же спальне, полностью одетой и застегнутой на все пуговицы. Не было Ахха, не было Похх, только золотые рыбки таращились на меня из аквариума своими глупыми выпуклыми глазами.
  
   ***
  
   На следующий день по приходе на работу, я обнаружила в своем почтовом боксе записку от директора, в которой он просил зайти к нему для серьезного разговора. Медсестра Лорен успела шепнуть на ухо, что Линн пожаловалась, что я отказала кому-то в приеме. Вот сука! Я швырнула сумку в сторону, уселась в кресло и стала злиться. Ну, директор, ладно, я с ним разберусь, он нормальный мужик, но Линн...
   -- Ага, она и вправду сука, - сказал чей-то голос.
   Вчерашний мой "красный" знакомец сидел на рабочем столе и болтал ногами.
  
  -- Ой, вы кто?
  -- Старый твой приятель, не узнаешь?
  -- О, я видела тебя вчера, в спальне у доктора Хьюза, но ты был как-то краснее ...я думала, что это был сон. А куда вы все вчера подевались?
  -- Сон? Ты думала, что мы тебе реально снимся?
  -- Ага, что я задремала под музыку и видела престранный сон.
  -- Сон так сон. Мы встречались с тобой неоднократно по разные стороны сознания, Полина. Ты косвенно способствовала моему продвижению, укреплению, повышению моего статуса ... ой, нет! Не включай компьютер!
   Я отдернула руку от кнопки включения.
  -- Почему?
  -- Не отвлекайся. Я пришел, чтобы сообщить тебе, что ты права! Линн - завистливая и наглая тварь! Вдобавок, она тщетно пытается завоевать расположение доктора Хьюза, а он с большим удовольствием проводит время в твоей компании. Но это не удивительно, разве можно ее сравнить с тобой? Ты - очаровательная женщина, а она - форменная жаба. Я тебе сейчас такое про нее расскажу...
  -- Э, нет, даже не вздумай. Я не стану слушать сплетни.
   -- Но она посмела пожаловаться на тебя! Эта дрянь - мастерица раздувать конфликты, а тебе придется оправдываться из-за нее перед директором. Вреднейшая тварь!
  
  "Красный" покраснел еще больше, и я почувствовала прилив негодования.
  
  -- Ты прав! Что она себе позволяет?! В сети я, видите ли, подолгу сижу в рабочее время! А сама она по магазинам ходит!
  -- Вот именно! У самой рыльце в пушку, внимание от себя отвлекает! И директор хорош: приблизил ее к себе специально, чтобы она ему про всех докладывала, и зарплату ей дал... ты хоть знаешь какая у нее зарплата? Побольше твоей, а ведь ты классный специалист, с дипломом, а она кто? Ничтожество полнейшее!
  -- Откуда ты знаешь, сколько она получает? Этого никто не знает.
  -- А я знаю, что он ей специально доплачивает, потому что сам не успевает смотреть за всеми, а она радостно сует свой нос во все, что не следует и ему докладывает. На Хьюза тоже недавно жаловалась.
  -- А он что натворил?
  -- Мы ему помогаем в лечении особых случаев, а она вообразила, что он левых клиентов принимает, а с Центром прибылью не делится.
  -- А зачем ты мне все это рассказываешь? Я улажу свои проблемы с директором и доктор Хьюз справится со своими, надеюсь.
  -- Конечно справится, но ты подумай какая сука! При ней же слова нельзя сказать лишнего! Она же ябеда каких свет не видел!
   После обмена этими репликами, у меня сложилось впечатление, что Красный пытался меня настроить против Линн. И чем наша администраторша его так достала?
   Раскаты грома, донесшиеся с улицы, были как раз под стать нашему с Красным настроению. В дверь заглянула медсестра Лорен и сообщила, что из-за непогоды многие пациенты не явились на прием и центр сейчас почти пуст. Когда Лорен вышла, я обнаружила, что Красный исчез.
  
  Раз пациенты не придут, можно использовать время для себя. Раньше я всегда в таких случаях работала над новыми статьями для популярных журналов и сайтов, но сейчас я, конечно же, вышла онлайн, чтобы проверить почту, почитать новые комментарии и заодно подкараулить Казадора.
  
  В чате его не было, не было так же новых сообщений и писем от него. Ой, кажется, я по нему скучаю.
  Я принялась читать, вернее, который раз перечитывать его блог, то и дело, поглядывая на его фотографию. Потом решила оставить ему приятный комментарий.
  
  "Меня завораживает твоя фотография: кажется, что ты улыбнешься мне сейчас, хитро подмигнешь или нахмуришься, нет, скорее улыбнешься. Это кто снимал? Женщина, наверно, да? У тебя волевой подбородок, высокий лоб, нос точеный и страшно умные глаза, с хитрецой. Ничего себе комплект! Уверена, что ты нравишься женщинам. И смотришь так, будто много чего знаешь про меня, а ведь ты и вправду про меня уже знаешь больше, чем кто- либо другой. Смотришь вроде ласково, но жесткость прячется за нежностью".
  
  Отправила комментарий. Ну, где же он, где?
  
  Раздался стук, и доктор Хьюз просунул голову в дверь: - Вы одна, Полиночка?
  Я неохотно оторвалась от компьютера: - Да, а что вы хотели?
  
  Он вошел и сел в кресло.
  -- Полина, сегодня вечером мало пациентов из-за непогоды, и можно будет раньше уйти с работы. Не составите ли вы мне компанию скоротать вечерок? Я знаю, что вам у меня понравилось, но вчера произошло нечто непредвиденное... нам есть о чем поговорить.
  -- Ничего не произошло, я задремала в кресле, под музыку.
  -- Полина, вы хотели себя в этом уверить, и вам это почти удалось. Вас напугали мои ученики? Вы с ними вчера беседовали, верно?
  -- Мне понравилось у вас, да. А ваши ученики... они что, у вас живут?
  -- Когда мы работаем вместе над каким-нибудь проектом. Я вам все объясню. Так поедем ко мне?
  
  Ха, беседовала! С раздеванием до трусов! Интересно, что они ему обо мне рассказали? Вчера, когда я вернулась к гостям, в гостиную Хьюза, веселье было в самом разгаре, моего отсутствия никто, казалось, не заметил. К этому моменту процент алкоголя в крови у одних присутствующих уже достиг концентрации, при которой люди начинают рассказывать похабные анекдоты, краснеть и хихикать. Мне было неловко - как обычно бывает трезвому среди пьяных. Я попросила Хьюза вызвать такси и уехала домой, несмотря на его возражения. А дома сразу же уснула как убитая.
  
  --... но дело не в них, - продолжал Хьюз. - Я бы очень хотел провести вечер с вами, не только без коллег или моих учеников, а вообще без всяких свидетелей.
  И он улыбнулся мне своей чарующей улыбкой, и поднес мою руку к губам.
  -- Доктор Хьюз... Джеф! Вы обращаетесь не по адресу, - я отняла руку. - Развлечений следует поискать себе в другом месте.
  -- Мы же переходили уже на "ты", Полина!
  -- Ладно. Джеф, будь добр, не подкатывай ко мне с подобными предложениями.
  -- Полина, - сказал он серьезно, без тени улыбки, - С первой минуты нашего знакомства, я не скрывал, что ты мне очень нравишься. Допускаю, что тебя оттолкнуло что-то в моей манере ухаживания, но я всегда был с тобой предельно откровенен. Ты - очаровательная женщина и я хочу тебя. Разве это столь предосудительно?
  -- Но одного твоего желания недостаточно, Джеф. Ты - интересный мужчина и прекрасный врач, и мне, безусловно, лестно твое внимание. Я ценю твою откровенность, но спать с тобой не хочу. Уверена, что многие женщины и даже совсем молодые девушки с радостью согласятся на подобное предложение. Зачем тебе я? Зачем вообще осложнять себе жизнь связью с замужней женщиной, которая вдобавок не испытывает... ответного желания? Мне нравится с тобой работать, я вижу, что наше сотрудничество дает прекрасные результаты, поэтому давай оставим все как есть, и больше не будем возвращаться к этому разговору.
  -- Полина, ты говорила, что благодарна мне за мою помощь и нашу работу.
  -- Да, конечно.
  -- Ты слушала меня и часто признавала, что я был прав.
  -- Да, это действительно так.
  -- Ты ценила мое мнение по различным вопросам, не так ли?
  -- Да, это так.
  -- Поэтому послушай меня и на этот раз - поедем ко мне. Это очень важно для нас обоих и я обещаю, что ты не пожалеешь.
  
  Ага! Это особая форма ведения диалога: собеседник не может не согласиться с несколькими выводами, и за ними логично следует согласие на самый важный. Я мысленно похвалила себя за то, что распознала этот метод вовремя.
  -- Конечно, я очень ценю твои советы, касающиеся работы и других жизненных проблем, я признаю, что ты - классный специалист, но...
  -- Полина, я буду угадывать твои желания, и исполнять их, потакать твоим прихотям, баловать тебя - я много чего могу. Да, я могу дать тебе то, что никто другой. Я не шучу. Поедем ко мне, и ты все поймешь сама. Если ты будешь разочарована, то я больше не скажу ни слова и не упомяну об этом никогда - обещаю.
  -- Это не игра для меня, понимаешь?
  -- Но отнесись к этому хоть раз, как к игре, в которую играют взрослые люди. Это - чувственное путешествие в другой мир, другую вселенную, чудесная игра, для которой требуются два игрока. И я вижу в тебе прекрасного партнера.
  -- Не могу. Я не воспринимаю это как игру. Извини за пафосность, но секс для меня - это вершина любви, а все остальное - неприемлемо. Я не могу измениться ради тебя в одночасье. Поэтому будет лучше, если ты подыщешь себе другой объект для ухаживания.
  Он был так опечален, что мне стало его жаль.
  -- Прошу тебя, не огорчайся. Хорошего тебе вечера.
  
  В продолжение всего разговора я хотела, чтобы он поскорее ушел, но сейчас я откровенно всем видом выразила нетерпение, потому что на мониторе появились слова:
  
  Казадор:
  - Мне очень приятны твои слова в мой адрес, вернее в адрес моей фотографии. Да, это женщина меня снимала. Ты здесь?
  
  И я тут же просияла и напечатала:
  - Здесь!
  
  Мне было безразлично заметил ли доктор Хьюз мою улыбку, обращенную к монитору. Он вздохнул и направился к двери. А я повернулась к экрану и тут же забыла и о нем и обо всем остальном, и стала быстро печатать без обычных "привет" и "как дела".
  
  - скажи, у тебя был когда-нибудь секс на одну ночь, без продолжения, и так, чтобы обе стороны это знали.
  - а почему ты спрашиваешь?
  - я не понимаю, почему все так делают и это нормально для многих мужчин и женщин. А я не могу так. Может я ненормальная? Может, я и вправду много теряю, а? Мой коллега, доктор один, сказал сейчас, что секс на одну ночь - это путешествие в неведомый мир, другую вселенную, и в таком путешествии должно быть двое. Так красиво сказал! Может, мои взгляды и впрямь давно устарели, а?
  - я с огромным уважением отношусь к разврату, но не надо его возводить до высот не свойственных ему. Какие там чувства! Брехня! Не верю! Наркотик - да, допинг - да. Но чувства - нет! А тем более, вселенная какая-то! В хорошем смысле - наркотик, говорю. А что, этот доктор в любовники тебе набивается?
  - похоже, что да.
  - я, по молодости, себя подвергал подобным испытаниям, а когда мы оказались "возле её подъезда", я понял, что я - "очень русский человек" и мне нужна любовь, или хотя бы ее видимость. Любовь раскрывает чувства. Ну не верю я, что мне может быть с кем-то лучше, чем с любимой женщиной! В одной ночи есть острота, но нет ожидания повторения, раскрытия и чудес.
  - хочешь рассказать?
  - ну что там рассказывать? однажды я тоже решил быть как все: снял одну девицу- кровь с молоком. Предполагался одноразовый секс, как ты это называешь. Она спортсменкой была, и не любила, а будто акробатические трюки в постели выполняла. И тело у неё было классное - ну хоть в Плейбое выставляй,- и золотая цепочка на тонкой лодыжке, и все остальное как положено. Я шампанского купил, икры - ну чтоб все красиво было, но понял после, что это был первый и последний раз - вот так, чтобы секс ради секса - не даёт один раз полноты ощущений. Строить отношения, чувствовать партнера, иметь общую историю - это совсем другое, выше на много порядков.
  - может, мне все же попробовать? Почему я не могу быть как все? Ты же попробовал...
  - нет, не надо! Тебе нельзя! И даже опасно по жизненным показаниям.
  
  И я почему-то его послушалась, и даже легче сразу стало.
  
  - а я думала, что большинство мужчин всегда соглашаются, если им обламывается, нет разве? А ты непохож на остальных.
  - милая моя Арабелла, это - большая отдельная тема моего взросления, становления. Я таким стал. Я выбрал для себя таким быть, чтобы думать не о сексе, а о любимой женщине. Я слушаю тело, своё и её, я стараюсь для неё, а получается, что и для себя.
  - а так всегда - чем больше отдаешь, тем больше получаешь.
  - один раз - это прикольно конечно, но не намного лучше чем дрочить, а вот ощущать Любовь, чувствовать Любовь, вбирать в себя любимого человека и растворяться в нем -- это круче на много порядков. И делаю я это не ради секса, а потому что люблю. Я и в тебе это сразу почувствовал, и понял, что ты мне - родня. Я ведь давно твой блог читаю и думал о тебе...
  - а что ты обо мне думал?
  - что ты используешь обдуманные слова, взвешенные, уважаешь собеседника, не тревожишь читателя пустяками и пустословием, не давишь на эмоции, не провоцируешь конфликты, обладаешь своим мнением, опираешься на проверенные знания, терпеть не можешь "хихики" и "чмоки". В лучшем смысле - интеллигентная.
  
  Я заслушалась, вернее, засмотрелась на его слова, даже забыла о том, что хотела спросить у него про странный наш разговор онлайн из спальни доктора Хьюза. Я не успела рассказать ему про сон - не сон и странных учеников, потому что в кабинет вбежала медсестра Лорен и затараторила:
  -- Полина, представляешь, директор вместе с Линн попали в автомобильную аварию. Его машина в ремонте, она его подвозила - и вот...
  -- Подожди, они живы?
  -- Да, оба живы. Они пока в больнице, их обследуют на предмет переломов и сотрясения мозга. И еще кто-то третий в машине был, а кто не знаю.
  -- Да, неприятность какая, ну, главное, что живы.
  
  - ты здесь?- спросил Казадор.
  - здесь... извини, мне только что сообщили, что наш директор и администраторша попали в аварию. Вроде все обошлось, но они сейчас в больнице, бедняги! Надо же, а я только злилась на них...
  - злилась?
  - ага. директор хотел меня вызвать для серьезной беседы, мне выговор светил, потому что администраторша нажаловалась... Теперь обоим не до меня будет. Нет, ты не подумай, я не радуюсь совсем...
  - а раньше такое бывало?
  - что именно?
  - как ты злилась на кого-то, а с ним происходили неприятности после?
  - ты хочешь сказать, что это из-за меня произошло?
  - очень вероятно.
  - я далека от всякой мистики и ты, если читал мой блог, должен это знать.
  - а ты не ответила на вопрос.
  - да.
  - что да?
  - то, что ты спросил. Да, с ними происходили... неприятности, но кто может поручиться, что именно я тому виной?
  - слушай, Арабелла, а как тебя зовут на самом деле, а?
   - Полина. А тебя?
   - а меня Евгений зовут, Женя, то есть.
   - очень приятно.
   - так расскажи, Полинка, а? интересно мне все про тебя.
  - ну так сразу не расскажешь всего.
  - а ты напиши рассказик об этом, в блоге своем.
  - написать-то можно, может быть, даже сейчас, если не помешает никто. Я сделаю этот рассказ видимым только для тебя.
  - слушай, а давай один общий блог заведем, а? Будем писать туда друг другу все, что захотим. Только твой и мой, хочешь?
  - давай, а когда?
  - да прямо сейчас.
   - а как мы его назовем? надо же название придумать..
  - а мы возьмем первые буквы от наших имен - Арабелла и Казадор - АрКа.
  - символично - как будто арка между нами.
  - ага, я дизайн красивый сделаю. Ты подожди немножко, не уходи никуда, ладно?
  
   Дождь перестал. На улице запели птицы.
  
  -- Полина,- позвала меня Лорен. - Иди на радугу посмотри, из твоего окна не видно наверно.
  И я вышла в холл -- глянуть на радугу-арку, а когда вернулась, то на мониторе уже была ссылка на наш общий блог -- "АрКа".
  
   - о, как быстро! Слушай, Женя, а ты не веб-дизайнер, часом? Красиво так сделал все - вкус у тебя тонкий.
  - вообще-то у меня несколько профессий. Но одна из них - ювелир. Я делаю украшения по собственным эскизам.
  - у меня никогда не было ни одного знакомого ювелира.
  - ну вот теперь будет.
  - слушай, а у тебя есть веб-камера? Может, поговорим в видео чате?
  - у меня нет камеры, и мне больше по нраву писать - никто тебя не слышит и в разговор не вмешивается, разве не так?
   - так, да.
   - и есть больше времени подумать над тем, что хочешь сказать, в результате диалог интереснее получается, согласна?
  - в общем-то, да. И когда пишешь - мысли упорядочиваются.
  - ну так я сейчас обновлю наш общий блог.
  
  И первое, что он написал:
  
  Ну, здравствуй, Полинка! Вот тебе пароль - ключи от нашего нового дома. Приходи и пиши мне все, что захочешь.
  - хорошо! спасибо!
  - а напишешь то, что обещала?
  - конечно. ты подождешь?
  - куда я от тебя теперь денусь?
  
  Вот эти его слова мне, как раз, понравились. Наверное, преглупый вид у меня - когда я улыбаюсь в монитор. Ну, пишу, пишу... он же ждет и ему интересно, он сказал, что ему все про меня интересно.
  
  Арабелла:
   Попробую обрывки воспоминаний собрать воедино. Может, все само по себе происходило, а я воображала, что причастна к этому, а может, хотелось верить, что я - особенная и тому, кто обидит меня придется несладко.
  Один мальчишка, одноклассник мой, говорил обо мне гадости, характер у него противный был, а я не умела потоять за себя, обижалась, плакала даже. И в один прекрасный день он вдруг покрылся пятнами и прыщами - дерматит, что ли... А что с ним дальше было, не знаю.
  А то еще было: нравился мне один мальчик, он старше меня был. Он иногда появлялся, приглашал меня в кино, провожал домой, мы целовались в подъезде, а потом вдруг исчезал надолго, а я переживала, ждала его звонка, и места себе не находила. И вдруг объявлялся, как ни в чем ни бывало и я опять была на седьмом небе. А потом он вдруг женился, вот так без предупреждения, и я сильно плакала, а особенно когда поняла, что все то время, что мы встречались почти каждый день, и я не чуяла ног под собой от счастья, у него уже документы в загс поданы были. По отношению ко мне - это было жестоко, он же знал, что я его любила. Да и по отношению к будущей жене - это тоже было свинство. Ну я и разозлилась на него страшно, аж кулаки сжимала в негодовании. И вдруг он заболел, почти сразу после свадьбы. А он спортсменом был - крепкий, сильный, а тут вдруг - осложнение после гриппа, ревматизм скрутил его. А он болеть не привык - страдал очень, лечился долгие годы, на курорты ездил.
  И помню я, что бабушке своей рассказала об этом, а она вдруг говорит:
  - А что он думал, тебя можно обижать безнаказанно?
  - А других что ли можно обижать? Других не знаю, а вот тебя точно нельзя.
   Я и запомнила - меня обижать нельзя. И так всегда было: стоило мне разозлиться на кого-то - у этих людей начинались проблемы со здоровьем или другие неприятности. Однажды знакомый пообещал моим друзьям билеты на спектакль, а после забыл. А они мне звонили, интересовались, когда билеты будут. И я рассердилась на него за безответственность,и за то, что мне оправдываться из-за него пришлось, а когда он вдруг он упал с лестницы и ребра себе переломал, я даже испугалась. И сейчас я сердилась на Линн и директора, и вот - они в аварию попали, но я им, честное слово, зла не желала, просто сердилась. А интересно все же: кем был третий человек в машине с ними, не насолил ли он мне чем-нибудь?
  
  Kaзадор:
  - а ты никому об этом не рассказывала?
  - нет, но я стала осторожней - приятно верить в то, что я - особенная. Сейчас я гораздо реже злюсь на людей, потому что больше ничего от них не жду и не верю обещаниям как раньше, поэтомуи не разочаровываюсь.
   - конечно, ты особенная, в этом нет сомнений. А чем же администраторша вызвала твой гнев?
   - меня один тип завел - я не должна была его слушать!
   - красноватый такой тип, да?
  
  Ответить я не успела, потому что компьютер ''завис" и наш разговор прервался. Черт знает что такое! Пока компьютер перегружался, я даже притопывала ногой от нетерпения - мне не хотелось терять нить разговора с Казадором. Но когда все заработало, его уже не было... Ну, где же он? Сам же сказал, что никуда от меня не денется.
  
  -- Сказал, да, но вряд ли сейчас вернется - ведь он узнал у тебя все, что хотел,- сказал чей-то голос за спиной.
   Я вздрогнула и обернулась. Красный ученик стоял за моим креслом и смотрел на меня серьезно и грустно. - А ты чуть было меня не выдала.
   Мало того, что ученики доктора Хьюза нахально влезают в разговоры, они еще и прячутся в офисе, чтобы подслушивать и подсматривать! Это надо прекратить!
   -- Как ты здесь оказался? Шпионишь за мной? Может тебя Хьюз подослал?- я решила не церемониться - с хамами нужно говорить на их языке.
  Раздался дребезжащий смех - у двери стоял вчерашний благообразный старичок с белой бородой.
  -- Скажи спасибо, детка, что я вовремя "подвесил" твой компьютер,- сказал он. - До того как случились неприятности.
  -- О, я тебя помню. Тебя зовут Ахх.
  -- Прекрасная память, - похвалил меня старичок, прошел в мой офис без приглашения, уселся в кресло и продолжил, - Полина, твой виртуальный знакомый сейчас пытался воспользоваться твоей доверчивостью и неосмотрительностью в корыстных целях, и если бы я вовремя не вмешался, Гнеффу пришлось бы несладко.
  -- Какому Гнеффу? Да кто вы такие, в конце концов? Вы - тоже ученик Хьюза, что ли?
  -- Ну, если совсем честно, - сказал Красный,- то это Хьюз - наш ученик, а Гнефф - это я.
  -- Да кто вы такие? И что тут делаете?
  -- В известных тебе языках, к сожалению, нет подходящих слов, поэтому можно временно воспользоваться словом "демон", хоть оно и не отражает нашей истинной сути, - Красный поклонился мне.
  -- Какой еще демон?
  -- Сегодня я твой, если угодно.
   -- Почему сегодня мой?
   -- Потому что сегодня я использовал твою фуэрзу для своего роста и укрепления, ну и, - он кивнул на Ахха, - для его удовольствия.
  -- Мою что?
  -- Фуэрзу. Давай пока назовем это душой или силой, для удобства.
  -- Демон? Ты не человек? А остальные как же?
  
  Гнефф хотел ответить, но Ахх остановил его жестом и заговорил сам:
  -- Тоже демоны. Ты вчера познакомилась с теми, кто властен над тобой.
  -- А есть еще и другие, не властные надо мной?
  -- Конечно. Например, Алчч. Ты его не видишь, потому тебе, к сожалению, несвойственна жадность, зато остальным...
  -- Подождите, вы - черти что ли?
  -- Ну-ну, детка, я не ожидал от тебя, - обиженно протянул Ахх. - Я упомянул, что в известных тебе языках нет точного определения нашей сущности, а демонами нас называют люди с бедным воображением. Персонифицированные страсти - более точное определение.
  -- А женщина? Похх?
  -- Тоже демон.
  -- Какой?
  -- Демон похоти. Один из самых могучих. Ты могла вчера заметить, что другие страсти померкли и отступили, когда великая Похх начала свою игру.
  
  Я помнила не столь вчерашнюю игру с дамой, которую посчитала позже сном, а, скорее, сладостное ощущение страсти и греха, причем не направленное на конкретного человека, а в чистом виде. Наверно, мне должно быть стыдно, но вспоминать об этом было приятно.
  
  -- Тебе понравилось, правда? - спросил старичок ласково. - Демоны могут высвободить неиспользованные возможности и душевные ресурсы игрока, и вчера у тебя появилась, наконец, прекрасная возможность их реализовать. Однако твой, так называемый, виртуальный друг, помешал твоей игре. Поэтому, я бы посоветовал помалкивать об этом - и в сети и в реале. Поняла?
  
  Я кивнула, решив на всякий случай не возражать - а там видно будет, пусть хоть сейчас отвяжется. А мне нужно время, чтобы сообразить, что к чему и найти всему логическое объяснение.
  
  -- Я не верю тебе, - заявил старичок. - И если ты попытаешься ему рассказать, то, что может тебе же навредить, твой компьютер опять "зависнет"- в лучшем случае.
  -- А в худшем?
  -- Думаю, до этого не дойдет... а если что, то и ему связь перекрыть можно надолго, чтобы не задавал лишних вопросов и не морочил доверчивым женщинам головы. Никогда не знаешь, что ожидать от этих казадоров! Сегодня они отнимают у нас честно пойманную добычу, а завтра сами эту добычу в наши капканы подбрасывают. Ну, я надолго не прощаюсь, скоро встретимся.
  -- А зачем?
  
  Он потрепал меня по щеке:
  
   -- А затем, что большой потенциал наблюдается здесь, деточка. Амапольские зеркоралы не врут. Ну, разреши откланяться, если вопросов больше нет.
  -- Подожди, есть вопросы, а как зовут другого демона, зеленоватого такого?
  -- Рефф, демон ревности. Живой и очень впечатлительный демон. А уж какой фантазер! Обладает необыкновенным зрением - умудряется видеть даже то, чего нет. А уж как гордится тем, что является твоим фаворитом, Полина.
   Мгновенье - и мой кабинет пуст. Можно спокойно искать логическое объяснение происходящему. Монитор призывно мерцал, но я побоялась выходить онлайн. А у кого же мне узнать что такое ''амапольские зеркоралы''?
  
   ***
  "все началось не со зла
  все началось как игра"
  
  Лучше всего думается на ходу и поэтому я пошла домой пешком, наслаждаясь после грозовой свежестью. Я сейчас в здравом уме и доброй памяти и готова поклясться, что все происшедшее - не галлюцинации. Неужели демоны и раньше "подвешивали" мой компьютер, чтобы определенная информация не уплывала в сеть? Но разве сейчас вспомнишь, когда это происходило! Надо бы зафиксировать подобные моменты в будущем. Значит так: доктор Хьюз использует демонов для лечения психических расстройств. Как он это делает? Можно об этом прямо спросить у него, а можно у демонов, которые сами пошли со мной на контакт. А старичок у них вроде начальника. Зеленоватый демон действительно возник в тот момент, когда я ощутила ревность. Да, это была ревность, хоть и не обычная, а виртуальная. Я должна признаться хотя бы себе самой в том, что я ревновала своего виртуального друга к его реальной женщине, и как ни забавно это звучит, но я хотела быть на ее месте. А эта дама, Похх... я слушала мелодию, в названии которой было слово " Lust". Кстати, доктор Хьюз всегда включает музыку во время "таинства психотерапевтической сессии", и я сама видела как Похх выходила из его кабинета вместе с Викой. Зачем ему понадобилось соединять их в одной сессии? А Эллу он принимал вместе с бледным молодым человеком с гордой осанкой и римским профилем. Кто же это был, который из демонов? Тот самый, который говорил, что я - умница и красавица, а Казадор - ничтожество и не стоит моего мизинца, он еще называл его "казадоришка". А что означает слово "казадор", между прочим? И как разобраться во всем этом? Можно попробовать еще раз разговорить Вику. А может - ну его, не лезть не в свое дело? Нет, что значит не лезть? Если все, что сказал Ахх - правда, то получается, что вчера, в доме доктора Хьюза, в меня пытался вселиться демон похоти. Но ему, вернее, ей, что-то помешало - какой-то луч. Надо бы у Хьюза расспросить обо всем этом, но завтра - у меня выходной и мы собирались с мужем поехать в гости, в Принстон, к друзьям, погулять вместе в университетском парке.
  
   ***
  Я лежала в ванной, задумчиво созерцая пену, и думала... я думала о Казадоре. Я закрыла глаза и представила себе его, вернее его фотографию, которую видела в его блоге. У него сейчас раннее утро, он спит и уж точно рядом какая-то женщина.
   Кот Феншуй открыл лапой дверь и с ужасом смотрел на меня, погруженную в воду. Я вылезла из ванной, надела халат и стала расчесывать волосы перед запотевшим зеркалом. Потом закрыла глаза и представила себе, что Казадор обнимает меня сзади, а его руки развязывают пояс на халате, распахивают его, я даже ощутила его дыхание на своей шее, он слегка щекотал меня усами. Я открыла глаза, но он не исчез, повернул меня к себе, халат упал на пол. Наваждение какое- то. Я же его никогда не видела и, скорее всего, никогда не увижу. Думать об этом - занятие бесполезное.
  В спальне я бросила халат на кресло и нырнула в постель. Ой, забыла же компьютер выключить... только почту проверю и спать... муж давно уже похрапывает.
  
  " Утром встану пораньше, чтобы пожелать тебе спокойной ночи"- сообщение от Казадора, оставленное около часа назад.
  
  И еще одно, чуть позже:
  
  "Полинка, где ты? Я думаю о тебе, уснуть не могу, ворочаюсь. Веришь, целый день сегодня с тобой мысленно разговаривал".
  
  Я вышла в чат. Он был там.
  
  - я тоже целый день с тобой разговариваю. Боюсь привыкать к тебе, подпускать слишком близко. Нет, " боюсь"- не то слово - просто заранее настраиваюсь на то, что это скоро закончится... как жаль, что ты далеко!
  - а если бы я был ближе, тогда что?
  - если бы мы жили в одном городе, я бы пришла к тебе в гости.
  - и что?
  - мне захотелось бы подойти совсем близко и голову спрятать на твоей груди.
  - а я бы гладил тебя, утешал, жалел бы.
  - а потом?
  - а потом я бы тебя раздел и трахнул.
  - ой!
  - а ты разве не это хотела услышать?
  - может это и хотела. слушай, а ты какой? Волосатый или гладкий? А кожа у тебя белая или загорелая? А какие у тебя руки? А ладони? А пальцы? Я хочу тебя представить.
  - мне 30 лет, и при моих 185 см. могу позволить себе еще килограммов 10, чтобы не попасть в сферу твоих профессиональных интересов. Я - волосатый, волосы на руках, животе, ногах. У меня белая кожа - терпеть не могу валяться на пляже.
  - я точно таким тебя представляла. Мне нравится, когда мужчина волосатый, так приятно трогать и прижиматься... Я попробую сейчас представить себе как мы лежим вместе...
  - и я целую и щекочу усами... о, запах лаванды откуда-то...
  - ох, не фига себе! я же из ванны только. Слушай, у меня пять бутылочек с разными гелями - сиреневый, персиковый еще какие-то, а как раз сейчас мылась лавандовым! Как удивительно!
  - ничего удивительного - я тебя чувствую на расстоянии.
  - как мне приятно все, что ты пишешь.
  - мне нравилось читать твой блог, но я и не подозревал, что ты такая красивая!
  - а, так ты видел мою фотографию?
  - конечно, и сейчас на нее смотрю. Ты не просто красивая, а именно такая как мне нравится. Черты лица тонкие, а фигура женственная это- порода! А худых я не люблю.
  - я не худая, я - мягкая, округлая.
  - если бы я тебя на улице встретил, то вслед смотрел бы и смотрел... не знаю, решился ли подойти...
  - мне сейчас показалось, что ты и вправду коснулся меня, и я вижу тебя рядом и...
  - ты чувствуешь то, что я пишу. Мои слова касаются тебя. И я чувствую твою руку на своей щеке.
  - небритой...
  - ага... точно, еще не успел побриться.
  - а твоя рука у меня на бедре.
  - ты без одежды, сидишь перед монитором, и я обнимаю тебя так крепко, что ты ойкаешь.
  - откуда ты знаешь, что я без одежды? послушай, о чем это мы говорим? я никогда не занималась виртуальным сексом. я не умею. не знаю что говорить. может ты ждешь от меня чего-то конкретного?
  - милая моя, не думай ни о чем, просто пиши все, что в голову приходит. твое присутствие необходимо мне, а я сделаю для тебя все.
  - я бы хотела ощутить тебя всем телом, твою тяжесть и тепло, вдохнуть твой запах.
  - ни фига себе "не знаю"," не умею"! ты так завела меня с пол оборота! вот если бы ты сказала как в секс- чатах говорят: "я опускаюсь ниже и ниже, мои губы ждут момента когда смогут обхватить твой член..."- была бы фигня, а ты так ярко написала, так непосредственно и живо! у меня не было еще такой виртуальной партнерши, которая двумя строчками подарила бы столько ощущений!
  - у тебя было много виртуальных партнерш?
  - немного, но были.
  - как же это можно, все таки чувствовать на расстоянии?
  - расстояние воспринимается как ирония. я же понимаю КТО ТЫ. Я трахнуть могу, практически, кого хочешь, но вот так расположить к себе, это совсем другое. мне очень хочется тебя на руки поднять.
  - на руки? я- не маленькая, 172 см и довольно тяжеленькая.
  - ну и я не маленький.
  - хорошо, что ты большой, у тебя руки сильные волосатые и длинные, ты ими обхватываешь так...
  - для меня эти километры между нами не играют никакой роли, если я хочу подхватить тебя на руки и насадить... стоя, а ты обнимешь меня ногами.
  - стоя? я никогда не пробовала...
  - о, сейчас попробуем, мне очень нравится. и чтобы руки вверх были подняты - так прижать их над головой.
  - правильно, чтобы не мешали руки.
  - они не мешают. приятно так "приковать" их своей рукой над головой и целовать шею и ушко, прижиматься...
  - нет, руки могут мешать, лучше приковать, а то я буду отбиваться...
  - отбиваться - это классно! ты же пантера! я чувствую в тебе это.
  - я от страха могу отбиваться, я боюсь таких сильных ощущений и потери контроля.
   - а я не буду тебя контролировать, если ты сама этого не захочешь.
  - ...и в тоже время хочу, меня нужно немножко заставить, подтолкнуть к этому и для этого руки поднять и соски целовать и покусывать... чтобы я не рыпалась и может я перестану бояться.
  - а ты и не сможешь рыпаться.
  - с тобой не смогу, да.
  - не сможешь и не дернешься даже, я держу крепко.
  - ...сладко так...
  - ...не уходи, еще...
  - я не уйду никуда, я здесь, я с тобой, я слышу твое дыхание, твой запах. Ты - моя. Моя женщина. Ох, насколько ты моя, милая Полина!
  
  Когда я очнулась, часы показывали три часа ночи. Кот Феншуй смотрел на меня более чем внимательно. Боже, как это все выглядело со стороны? Возможно, что безобразно. Хотя какая разница? Меня еще никто не называл "милая моя". Похоже, я лишилась виртуальной невинности. Кто бы мог подумать, что до этого дойдет? И я сладко вытянулась на простынях - ну будто после хорошего секса, с любимым.
  
   ***
  А утром я смеялась и пела, замешивая на кухне тесто для оладий и заваривая чай. Я вертелась перед зеркалом и любовалась собой, одеваясь в ванной. Все, что было ночью - произошло виртуально, в моем сознании, пока я находилась в своей спальне перед монитором, а Женя находился за много тысяч километров. Все что было - просто плод нашего воображения, а если так, то греха большого в этом нет, тем более что мы с ним никогда не увидимся.
  
  "Это только игра, что в ней грех, а?" - звучала песня в машине пока мы ехали в Принстон к друзьям. Все было прекрасно: солнце особенно ярко освещало леса и поля, омытые вчерашней грозой, правда, то и дело приходилось выходить из машины и убирать с дороги сломанные ветром ветви.
  Прогулка в парке, обычные беседы за столом, но внутри у меня пело... Женя, Казадор... будет ли он ждать меня сегодня? А завтра? Как это здорово оказывается - виртуальный секс, так безвредно и безгрешно, а сколько удовольствия и какой полет! У меня появилась моя собственная, удивительная тайна, дающая мне ощущение полноты жизни.
   Конечно, я улучила момент и скользнула в комнату, где был компьютер, чтобы проверить, нет ли весточки от Казадора. Перед поездкой я написала сообщение в нашем общем блоге, что меня увозят в "глубокий реал", чтобы он не ждал меня напрасно.
  
  Женя уже успел ответить:
  "Ты не должна отчитываться передо мною. Я не хочу знать о рациональном: в какой день ты свободна, а когда занята. Я буду всегда ждать тебя. Ты стала мне очень дорогим человеком за столь короткое время. Расстояния я совсем не чувствую. Ты рядом все время. Это такой класс, когда не надо выбирать выражения, правда? Это высвобождение! Это подарок сети.
  
  Я вернулась в гостиную. За столом я только делала вид, что слушаю разговоры - старалась смеяться и поддакивать к месту, а сама прокручивала в памяти наш последний диалог с Казадором и то, что рисовало мое воображение. Я очень хотела вернуться поскорее домой, чтобы опять с ним говорить! Вернее, печатать быстро слова и фразы. А ведь я про него почти ничего не знаю, кроме того, что он живет на Украине. Он сказал, что ювелир, а чем еще занимается, какие книжки читает, какое блюдо у него любимое? Скорее бы добраться до своего компьютера, чтобы все это спросить... Надеюсь, он скажет правду, а если даже соврет, то что? Какая мне разница? Как мне хочется говорить с ним! Я не задумываюсь ни на мгновенье когда говорю с ним - пальцы сами выстукивают слова - будто поток льется из глубины сознания.
  -- Троянский конь, - донеслись до меня слова из реала.
  -- Что вы сказали?- переспросила я говорившего.
  -- Троянский конь в каждом доме, - повторил худощавый рыжеватый человек, с аккуратно подстриженной бородкой.
  Я видела его впервые - какой-то знакомый наших друзей, он же представился в начале вечера, его зовут Феликс, да точно, Феликс.
  -- Вернее, глаз, - продолжал он. - Компьютер, подключенный к сети - это глаз одного огромного троянского коня в каждом доме.
  -- Вот как? Что вы имеете в виду?
  -- Или еще хуже. Что есть Интернет, в конце концов, если не служба аХримана?
  -- Почему, Феля? - спросил хозяин дома, как всегда добродушно улыбаясь.
  -- Потому что дает возможность раскрепоститься...
  -- Что же в этом плохого?
  -- А то, что люди ощущают полную безнаказанность - говорят, что хотят.
  -- Да кому от этого вред? Выговоришься как в купе с попутчиками, которых больше никогда не увидишь. Я почитывал как- то один блог, - стал рассказывать хозяин дома, - человека, который выдавал себя за великого путешественника. Он выкладывал красивые снимки - портреты представителей народов мира, невероятной красоты пейзажи, города в необычном ракурсе. Он был очень популярен, получал огромное количество комментариев. Потом кто-то обнаружил, что фотографии были скопированы с других сайтов - он выдавал их за свои вместе с невероятными историями о путешествиях, которых не было на самом деле. Ну вот скажите, кому вред был от того, что он все врал? Какое мне дело до того, что он был обычным домоседом, обремененным многочисленными заботами? Ну какая разница - правда это или вымысел, если он доставлял читателям радость и удовольствие?
  -- А разве в реальной жизни люди не привирают и не приукрашивают события? - поддержала его жена. - Просто им стыдно, когда их выводят на чистую воду, а в сети - ник поменял и можно начинать жизнь заново. Кому вред от того, что человеку захотелось побыть в чужой роли? Конечно, если он делает это без злого умысла, просто для развлечения
  -- Чужая роль- это еще ничего. Позволить себе быть собой - иногда опаснее, - ответил Феликс. - Вылезает наружу то, в чем человек сам себе не признается. В сети он поднимает вопросы, о которых и думать боится в реале. Он вдруг понимает, что ненавидит своего начальника и мечтает его "подсидеть", завидует успехам лучшего друга, желает смерти близкому родственнику, хочет чужую жену, и мечтает вылить из окна ведро помоев на соседа. А в реале - он добропорядочный гражданин, аккуратно платит налоги, примерный семьянин - трахает жену много лет в одной и той же позе, предварительно вымыв посуду. А та зевает в процессе и ждет, чтобы это скорее закончилось, а то завтра рано вставать. А чужая жена мимо будет всю жизнь ходить, раскачивая бедрами и виляя задницей.
  -- Феля,- остановил его Мишка, - Ты сейчас в реале и тут дамы, так что выбирай выражения. И, тем не менее, я не вижу особой проблемы во всем этом.
  -- А проблема в том, что безнаказанность выпускает демонов на волю, - уверенно сказал Феликс. - И страшно то, что однажды выпущенные пары обратно уже не затолкать - они взорвут тебя при попытке их регулировать. Ты станешь другим. Ты станешь собой, наконец.
  
  Этот рыжебородый напомнил мне о демонах. Когда они исчезали из виду, то будто стирались с памяти.
  
  
   ***
   Вика теперь ни дня не могла прожить без аэробики или танцев и результаты этого увлечения были столь заметны, что ей пришлось сменить гардероб. Если раньше она носила темные мешковатые платья и свитера с высоким горлом, скрывающие двойной подбородок, то теперь приходила на прием в элегантных костюмах, подчеркивающих появившуюся талию и блузках с глубоким вырезом. Она заливалась счастливым смехом, сообщая, что недавно обнаружила у себя ключицы. Это не первый случай, когда лежебока вдруг подсаживается на спорт, вернее, на мощные эндорфины, вызывающие эйфорию во время движения. Но из всех зависимостей - эта, пожалуй, самая замечательная. Я дала Вике адрес спортклуба, где бывшая актриса вела класс танца живота. Когда-то я сама брала уроки этого удивительного древнего восточного искусства - восхитительной комбинации удовольствия и полезности. У меня даже костюм имелся - настоящий, ручной работы. И тут же подумала: ' Ах, если можно было для Жени станцевать, жаль, что у него нет веб-камеры."
  
  Еще Вика не удержалась, чтобы не упомянуть о наладившейся личной жизни. Рассказала, что недавно в ресторане, куда ее пригласил новый друг, к их столику подошел молодой человек и попросил у него дозволения пригласить даму на танец. Надо было видеть сияющие Викины глаза, когда она говорила об этом. То, что для других женщин, всего лишь, обычный, мало запоминающийся эпизод, для преобразившейся Вики было целым событием.
  
  Я попыталась осторожно расспросить Вику о терапевтических сессиях доктора Хьюза с участием его, так называемых, учеников, но Вика на этот раз ничего вразумительного не вспомнила. " Да-да, были ученики, вернее, ученицы и помощницы - две женщины. Одна - ужасная на вид - обрюзгшая и неопрятная - она все время что-то жевала и сорила крошками на пол. Непонятно как доктор Хьюз, сам такой аккуратный, даже замечания ей ни разу не сделал. А другая - само очарование, красивая, элегантная, с бархатным голосом, ах, смотрите, доктор, я даже сделала такую прическу как у нее. Нет, не могу вспомнить о чем мы говорили, так, болтали о пустяках. Мой новый друг ждал меня у выхода, мы поехали гулять по городу, он давно хотел показать свои любимые места".
  Все же у меня очень благодарная работа!
  
  
  ***
  Не сразу я призналась себе в том, что "подсела" на виртуальную любовь. Я вскакивала среди ночи, чтобы застать Женю перед уходом на работу, и, вместо того, чтобы писать новые статьи для журналов, строчила ему по пять писем в день. И от него получала не меньше. Мне хотелось его слов, необычным, с пряным вкусом и остро-сладким ароматом - как шоколад с перцем, таким как его ели древние ацтеки... Я жаждала этих ярких фантазий и сладких иллюзий, и к тому же, как я тогда полагала, полностью безопасных. То казалось столь же невинным как воображать себя на месте главной героини, читая книгу о любви.
  Это был не грех и не супружеская измена. И даже то, что мои ощущения уж слишком были похожи на реальные, меня ничуть не смущали - я относила их за счет своей бурной фантазии.
   Едва проснувшись, я кидалась проверять свою почту, и перед сном, и вечером тоже, и на работе. А стоило мне увидеть от него сообщение, как я расплывалась в блаженной улыбке. Признаки виртуальной любви были такими же как и реальной - целый день ходишь счастливый и сам себе глупо улыбаешься. Коллеги шептались за моей спиной и одна из них нахально спросила: "У тебя что, есть любовник? Ты так изменилась!" Женщины все замечают, особенно те, которым самим нечем заняться... Конечно, я отвергла эти подозрения. А и правда: есть ли у меня любовник? Пожалуй, да, только виртуальный.
  
   ***
  - Женя, не могу сейчас отвечать - люди у меня в офисе, но я читаю все, что ты пишешь.
  - Милая моя, мне так дорого, что я могу прикоснуться к тебе хотя бы словами. Вчера шел на работу после нашего свидания, и по дороге мне попадались только красивые люди. Нам с тобой еще многое предстоит понять - почему это - круче, чем все, что я знал до сих пор. Ты раскрываешься передо мной, как шкатулочка с секретом, снимаешь замок за замком, и за каждым - новое дно, а за последним - сияет солнце. Мы уже есть друг у друга. Мы - вместе. Теперь надо понять как этим пользоваться, чтоб не получилось "а я думал эта штука только для того, чтоб орехи колоть". Боюсь спугнуть, боюсь все испортить. Боюсь не туда повернуть. Дорога ты мне шибко.
  
  Я перечитывала эти слова вновь и вновь. Неужели так мало надо, чтобы чувствовать себя любимой и счастливой? Неужели бегущие строчки на мониторе были недостающим звеном в моей столь благополучной жизни?
   Ну, наконец, я одна в кабинете.
  
  - и я была совершенно счастлива. Со мной даже два мужика пытались познакомиться - один в метро, а другой в кафе. Они думали, что я им улыбаюсь, а я-то о тебе вспоминала.
  - представляю как ты светилась!
  - я пыталась счастье скрыть как-то, а оно искрилось и выплескивалось. Коллеги тоже заметили, что со мной творится что-то...
  - все верно - любовь - как солнце, и ее света хватает на всех кто рядом. Женщину, которую любят, нельзя не заметить
  - но как можно любить на расстоянии? И даже трахаться?
  - изнутри трахать можно сильней, чем снаружи.
  - и это ты мне подарил. Но я потеряла счет ночам и дням с тобой, твое присутствие никогда не прерывается, я и во сне с тобой говорю будто.
  - я тебя воспринимаю сильнее, чем реального человека, ты - и вправду будто внутри меня находишься. Будь ты ближе, я бы побоялся так в наглую к тебе подойти.
  - почему боялся бы?
  - я не так уж самоуверен, чтобы подойти к женщине и сказать: " я беру тебя на руки, поднимаю и всаживаю в тебя свой член".
  - но ты и вправду ближе мне чем кто-либо, а безопасность расстояния позволила не пользоваться масками.
  - а ты хотела бы встретиться в реале со мной?
  - как же это возможно?
  - если ты скажешь "да", то я сделаю вся возможное, чтобы приехать к тебе в Нью-Йорк. Да и ты могла бы приехать в Киев, в конце концов.
  - а вдруг мы друг другу не понравимся?
  - ты вообще представляешь себе, что такое возможно?
  - нет, я уверена, что понравимся. Но, видишь ли, если не понравимся, то это полбеды. Гораздо хуже будет, если понравимся.
   - почему?
  - а потом ведь разъезжаться придется, и что дальше? плакать по ночам в подушку? чем больше понравимся, тем труднее будет расставаться - я была уже в такой ситуации, и, надо сказать, справлялась с ней плохо. И я все же замужем - я не могу разрушить свой реал, чтобы не причинить боли другим. Да и у тебя есть твоя Оксана. Меня муж одну все равно не отпустит, а если я буду настаивать на поездке в Киев, то он поедет со мной. А самое главное - я поклялась ему больше никогда не изменять - он не заслуживает этого.
  - ты не хочешь менять, ломать свой мир. Я понимаю. Ну что же, попробуем в другом мире встретиться или свои миры создадим, на худой конец.
  - ты угадываешь мои мысли, я только хотела это сказать.
  - а я когда с тобой, то меня самого будто нет - я вхожу в тебя, в твое сознание, может быть даже меняю тебя.
  - ты меня меняешь - смешное словосочетание- "меня меняешь", можно стих сочинить:
  "ты меня меняешь
  знаешь иль не знаешь?"
  - знаю, знаю... слушай, у тебя есть шрам на колене?
  - ой, есть, на правом.
  - все понятно
  - и где он взялся? маленький красный... что тебе понятно? может кот царапнул? мистика какая-то...
  - видишь, еще одно доказательство!
   - чего?
   - что ты моя женщина.
  - а что у всех твоих женщин такие метки?
  - не в этом дело. я чувствую тебя, вижу и касаюсь по- настоящему. Мы должны быть вместе.
  - не помню, был ли этот шрам раньше.
  - не важно, был или не был. Я устал удивляться, и все чудеса с тобой связанные, уже воспринимаю как должное.
  - какой кошмар! я на него теперь все время смотрю. твоя женщина - так твоя, очень твоя, правда.
  - знаешь, я боюсь тебя огорчить чем-нибудь.
   - ты меня еще ни разу не огорчил.
  - ты меня еще не знаешь, я упрямый и очень жесткий
  - а мужчина и должен быть жестким - такого приятно слушаться. А слова какие чудесные - "мой мужчина", "мой".
  - да, я знаю, что ты хочешь слушаться сильного властного мужчину
  - хочу, да, и умного. А ты умный как змий.
  - нельзя мне таких слов говорить, они слишком сладкие. Такие слова надо поцелуями запивать с тех губ, что их сказали. Только не забудь их, когда и вправду придется слушаться. Очень ответственно такую женщину иметь.
  - "...поцелуями запивать"... такая наэлектризованность в твоих словах, я будто таю от них...
  - и у меня, знаешь, сейчас как сердце стучит? И встает. Я же знаю чего такие слова стоят! Я в одну секунду понял - моя! ух! аж руки дрожат...
  - встает, да? когда ты мне пишешь, - встает?
  - ну так... когда ты мне сейчас такого наговорила!
  - говорю, то, что с души льется само.
   - хочу тебя гладить, но не ладонью, а всей поверхностью руки до локтя.
  ................................................................................................................................................
  - я вижу как ты закрываешь глаза и брови взлетают вверх - женщина с широко закрытыми глазами, это нельзя словами передать!
  ................................................................................................................................................- легкость чудесная и просветление сейчас.
  - как солнце после дождя. Раз так хорошо мне, значит все правильно, значит так и должно быть.
  ................................................................................................................................................
  
  "Это только игра- что, в ней грех, а?"
  
  
   ***
   Пришла на работу, и, как обычно, сразу кинулась е-мэйл проверять. Женя прислал мне очередную песню, скоро можно будет целый диск делать из его любимой музыки. Но только я собралась песню прослушать, как мне сообщили, что сегодня у администраторши Линн день рожденья - она уже заказала пиццу с грибами, салаты собственноручно приготовила, а за фруктами и пирожными послала секретаршу.
  
  Выздоровела, черт ее не схватил! Ну конечно, если это я послужила причиной аварии, в которую она вляпалась, то это не смертельно - моя злость, то есть демон Гнефф, если и причиняет неприятности, то не на долго. А директор меня так и не вызвал на важный разговор: то ли забыл, то ли после пережитого он показался ему не столь важным. Ну и хорошо. А директор - не дурак, ему со мной ссориться не резон: таких специалистов как я - еще поискать. А я другую работу найду мгновенно. Кстати, Хьюз предлагал недавно мне место в медицинском центре, в Манхеттене, я обещала подумать. Подумала и решила оставить все как есть - там я буду больше занята и не смогу с Женей разговаривать.
  На подарок и цветы для Линн пришлось деньги сдать, чтобы не выделяться из общей массы. Намечался совместный праздничный обед с коллегами, на котором придется вредную администраторшу поздравлять и всячески чествовать. Никто ее не любит, а многие даже побаиваются, но никому не хочется с ней портить отношения. Ну и я как все. Жаль, что придется остаться на целый час обеда в центре. Обычно я ухожу в обед в парк - с плеером и наушниками. Я почти никогда не обедаю с коллегами. Некоторые не могут есть в одиночестве и всегда в поисках компании с кем бы поесть, а мне почему-то приятнее есть когда я одна: никто не мешает и не смотрит в мою тарелку и можно спокойно в подливку обмакнуть кусочек хлеба. Правда, из-за того, что я не участвую в общих обедах, я далека от всех последних событий, потому что именно в это время происходит обсуждение новостей, а так же раздувание новых сплетен и разжигание ссор и скандалов. Таким образом, уходя в обеденный перерыв, я убиваю сразу двух, нет, даже трех зайцев: избегаю потенциальных неприятностей, дышу свежим воздухом и слушаю музыку. А для хорошего цвета лица - свежий воздух эффективнее дорогой косметики. По возвращении, мне иногда требуется несколько секунд, чтобы вернуться в реальность - "загрузиться", потому что я целый час находилась внутри музыки моего любимого рок-музыканта - времяпровождение куда более ценное, чем бессмысленный треп в течение целого часа перерыва. Но сегодня удрать не удастся - нужно будет сидеть с приятным выражением лица и делать вид, что я несказанно счастлива, что некоторое количество лет назад родилась Линн.
  
  Доктор Хьюз сразу же сел рядом со мной, улыбнулся, пошутил, я рассеянно ответила что-то. Линн положила мне в тарелку салаты, кусок пиццы, - и тут я почувствовала, что не могу проглотить ни кусочка. Пицца с горячим расплавленным сыром, грибами и чесночной приправой, салаты украшенные свежей зеленью - все выглядело чрезвычайно аппетитно, да и я была голодна, но, тем не менее, я не хотела это есть. Однако до чего трудно не есть, когда на тебя все смотрят, и я превозмогла себя и принялась жевать пиццу.
  Чтобы отвлечься от скучных разговоров, я стала незаметно наблюдать, как едят другие: одни быстро сметают все, что перед ними, не замечая вкуса, - им лишь бы живот набить быстрее, - они всегда едят наспех, возле холодильника, не присаживаясь, откусывая и заглатывая большие куски. А другие долго ковыряют блюдо вилкой, крошат хлеб, мусолят салфетку и выковыривают изюм из сдобной булки. Третьи громко чавкают и губы рукавом вытирают. А некоторые - и Хьюз к ним относится - едят медленно, смакуя каждый кусочек - гедонисты - я их сразу узнаю, потому что сама такая. А есть такие, что едят каждое блюдо по очереди, а другие сразу несколько блюд смешивают в тарелке, ну и так далее.
  Между прочим, многие наблюдают, что я кладу себе на тарелку и сразу же берут себе то же самое. Они полагают, и небезосновательно, что диетолог лучше знает какие именно, из имеющихся на столе блюд, следует отведать. Я давно привыкла к повышенному вниманию присутствующих за столом к себе и своей тарелке, но именно сейчас меня это очень мучает.
  
  --Что-нибудь не так? - спросил Хьюз, видимо заметив мои жевательные усилия.
  -- Все в порядке. А что, Джеф, это правда, что человека легче всего сглазить во время еды?- спросила я, вдруг вспомнив разговор с Викой.
  -- Сглазить?- переспросил он. - Смотря, что под этим подразумевать. Если хочешь, мы продолжим этот разговор несколько позже, тут не совсем подходящее место, - он замялся и как-то забеспокоился.
  -- Конечно.
  
  Я с большим трудом дожевала пиццу, игнорируя защитные сигналы организма, и даже съела несколько ложек салата, а положенный мне кусок торта, накрыла салфеткой и громко сказала, что полакомлюсь им попозже. Но когда я вернулась в свой кабинет, то почти сразу почувствовала приступ тошноты - это была особая дурнота, психологическая, такое и раньше со мной случалось. Ее можно превозмочь, если отвлечься и выпить чаю, но сейчас я поняла, что необходимо выбросить из себя пищу и понеслась в туалет.
  
   Несмотря на то, что я полностью привела себя в порядок перед зеркалом в туалете, даже губы подкрасила и причесалась, но все же уловила встревоженный взгляд Хьюза, ожидавшего меня в холле.
  Вечером он заглянул ко мне:
  
  -- А тебя, Полина, действительно сегодня пытались сглазить во время еды, правда, невольно. Но, думаю, все обошлось.
  -- Шутишь, да?
  -- Я абсолютно серьезен. Я видел одного из своих ...учеников в кафетерии для сотрудников. Он сейчас здесь. Позвать?
  -- Зачем?
  -- Он хочет повиниться.
  -- В чем же?
  -- В действиях направленных против тебя.
  -- Джеф, я что-то не пойму о чем ты.
  
  Черный массивный тип возник передо мной. Не успев как следует материализоваться, он тут же запричитал:
  -- Прости меня, Полигорьевна! - Я не сообразил кто передо мной!- он бухнулся на колени. - Я клянусь, - продолжал хныкать Черный, - Что больше никогда не посмею... Если позволишь, я все тут уберу, вымою, вылижу, наконец!
  -- Джеф, да что происходит, в конце концов?
  -- Полина, скажи, что ты его прощаешь, иначе он не сможет уйти, - попросил Хьюз.
  -- Да за что я должна его прощать?
  -- Зафф, поясни.
  -- Я - демон зависти, - Черный отвесил церемонный поклон. - Меня зовут Зафф. Я был призван сегодня в обед, с целью тебя сглазить. И я это сделал. Но ты, Полигорьевна, - он поднял вверх толстый темный палец,- приняла меры по моей нейтрализации. В результате был задействован один из параметров демофилда, а мои действия стали известны администрации Демонета, я получил строжайшее предупреждение и...
  -- Ничего не понимаю. Какие демофилды и демонеты?- я пожала плечами. - Что за бред?
  -- Прости его на этот раз, - настаивал Хьюз. - Я забыл, что он не умеет объяснять. Я это сделаю сам, когда он уйдет.
  -- Прощаю, - произнесла я величественно. - Иди и впредь, чтоб никаких пакостей!
  
  Демон неожиданно сделал блатной жест типа "чтоб я сдох", зацепив ногтем большого пальца зуб, потом провел ребром ладони по горлу.
  -- Не сомневайся, против тебя не попру, Полигорьевна!
  И исчез.
  Я вопросительно посмотрела на Хьюза:
  -- Я под гипнозом?
  -- Полно, Полина! Какой еще гипноз! Можешь не скрывать, я все равно знаю, что они выходили с тобой на контакт. Попробую пояснить - Зафф - не твой демон, поэтому невидим тебе в обычных условиях.
  -- Конечно, не мой!- я обрадовалась. - Сроду никому не завидовала. Наоборот - всегда радовалась за других. А его, значит, видят те, над кем он властен, завистники, то есть?
  -- Да, некоторые из них, видят его, не понимая что он - демон, принимая его за человека, впрочем каждый видит одного и того же демона в разных обличьях, согласно индивидуальным психическим особенностям. На обеде сегодня присутствовал твой недоброжелатель, даже завистник, я бы сказал. Демон появился, Зафф - главный пособник сглаза, а прием пищи облегчил задачу.
  -- А ведь мне не хотелось есть эту проклятую пиццу! Я буквально заставила себя ее сжевать, потому что все на меня смотрели. Это - Линн, - выпалила я. - Это же ее еда, салаты она сама готовила, но остальное заказала в пиццерии "Папаша Джакомо" - там пекут самую вкусную пиццу в Нью-Йорке.
  -- Еда в присутствии недруга никому не пойдет на пользу, независимо от того сам он ее приготовил или купил,- покачал головой Хьюз.
  -- Я же знала это, подсознательно чувствовала! А о чем Зафф еще говорил? Какая-то администрация демо...нет... как он сказал?
  -- Ну, - замялся Хьюз, - Можно сказать, что начальство не одобрило действий Заффа по каким-то специфическим причинам. Возможно, ты находишься под защитой, но откуда она и почему - не берусь разобраться. А может, ты просто сверхчувствительна к подобным штукам, а демоны должны действовать незаметно, не оставляя следов. А в данном случае, я заметил, как неохотно ты ела, как побледнела и убежала в туалет.
  
  Я взглянула на кусок торта, накрытый салфеткой и, брезгливо взяв за краешек блюдца, выбросила в корзину для бумаг.
  -- А ты знал? Ты видел демона и ничего мне не сказал?
  -- Видел, да, но я не мог знать на кого направлено его действие, честно.
  -- А если бы знал, что на меня, ты бы меня предупредил?
  -- Конечно, я бы придумал какой-нибудь предлог, чтобы увести тебя.
  -- Спасибо и на этом, - буркнула я. - А что если бы я ничего не заметила? В чем бы этот сглаз проявился?
  -- Сглаз можно рассматривать как вмешательство в защиту человека, вызывающее сбой в его иммунной системе на тех слоях, которые не улавливаются реальными приборами. Как я уже говорил, "сглаживает" обычно человек завистливый, а демон зависти - всегда присутствует при этом. Например, кто-то говорит тебе: "О, как ты прекрасно выглядишь после отпуска! " Ты улыбаешься в ответ, открываешься этому человеку, снимая защитный барьер. А на следующий день у тебя жар, боли в желудке, ячмень или радикулит. Ты винишь во всем вирус, сквозняк или вчерашний обед в кафе, но еда была свежайшая и вирус тут не причем, а просто сглазила тебя вчерашняя завистница. А через пару дней, впрочем, все проходит - твой организм справился со сглазом и прорехи в защите залатал, но ... выглядишь ты несколько хуже. Хоть и не намеренно, но завистница добилась своего. Но это очень мелкая пакость - простые демоны крайне примитивны и предсказуемы. Бывает более серьезный сглаз: человек начинает чахнуть и сохнуть, а случаются и психические нарушения - мне много раз приходилось такой сглаз снимать.
  -- Слушай, Джеф, а работает ли дуля в кармане или булавка на одежде?- я спросила шутливым тоном, но, но, к моему удивлению, доктор Хьюз ответил без тени улыбки:
  -- Конечно. Но не дуля в кармане предохранит тебя от сглаза, а процесс ее сворачивания - ты активируешь защиту, выставляешь невидимый барьер против Заффа. Прикалывая булавку, ты прикрываешь себя барьером- уверенностью, что никто не причинит тебе зла. Ты можешь забыть о ней, но она все равно действует. Булавка - долгосрочная защита, а дуля - разовая.
  -- А как он меня странно называл - Полигорьевна. Это созвучно моему русскому имени-отчеству. Я - Полина Григорьевна, но демон сократил мое имя, и получилось забавно.
  -- Да, я слышал, что в России, в знак уважения, добавляют к имени собеседника имя его отца, но демоны часто коверкают слова.
   -- Слушай, Джеф, а можно еще вопрос? Ученики, то есть демоны упоминали амапольские зеркоралы, которые никогда не врут...
  -- Город есть такой - Амаполь. Там производят удивительные, и даже волшебные вещи.
  -- А каково назначение этих зеркал-зеркоралов?
   -- Рассказывать об этом - все равно, что учить новорожденного младенца таблице умножения. Прости и не обижайся. Амапольские вещи сами объясняют свое назначение, когда приходит время. Возможно, я смогу когда-нибудь показать тебе этот город и его чудеса. Однако ты так увлеклась беседой со мной, что даже не поглядываешь на свой монитор украдкой, как обычно... да-да, я все замечаю и сожалею, что некто в сети часто перехватывает твое внимание.
  
  Я машинально взглянула на монитор. Женя давно рисовал мне подмигивающие смайлики и спрашивал:
  - Полинка, ты в порядке? Что- то тревожился за тебя сегодня, волновался. Тебя никто не обижал?
  
   ***
  Когда я обернулась, Хьюза уже не было в кабинете, а мне еще о многом хотелось его расспросить.
  
  - привет, - я написала.
  - ты здесь! я спасен! я погиб!
  - что с тобой, мой хороший?
  - влюбился я. боже, как тяжело сказать - я люблю. Поверить. Признаться себе.
  Потом тебе. И так сладко мне от этого и жить хочется - это и есть главный признак любви - очень хочется жить! Надо же - ты заговорила со мной и я счастлив!
   - и я счастлива, Женя! Я на работе сейчас. Пока домой доберусь, всех ужином накормлю, ты уже уснешь - у тебя будет глубокая ночь.
  - я буду тебя ждать.
  
  Но вечером я никак не могла подобраться к компьютеру: сначала сын искал информацию для домашнего задания, потом муж читал новости, а я все это время нервно ходила из угла в угол, отвечала им раздраженно и даже сердито. Они смотрели на меня недоуменно и переглядывались. Ах, ну что же это я делаю, они-то в чем виноваты! Давно пора еще одну линию поставить и купить ноутбук - тогда не будет проблем. Ну скорее бы он уже дочитал свои новости, меня же Женя там ждет. Там? Где это "там"? За восемь тысяч километров отсюда или он и вправду в моем сознании находится?
  
   После ужина муж предложил фильм посмотреть - знакомые сказали - отличный и актеры прекрасные. Мне не хотелось его огорчить - он любит со мной вместе фильмы смотреть. Я логично заключила, что ничего страшного не произойдет, если я не выйду на связь с Женей сегодня - мне полезно отдохнуть немножко, а он пусть поскучает по мне.
  Я сидела в кресле у телевизора, кадры мелькали перед глазами, но за сюжетом я уследить не могла - мне все казалось, что Женя рядом сидел и в шею мне дышал, а руки его скользили под одеждой - он расстегнул лифчик, погладил мой живот, а потом рука скользнула ниже, между бедер...
  Я вскочила, сказала мужу, что уже видела этот фильм, извинилась и вышла, вернее, выбежала из комнаты. Компьютер был свободен, и в спальне кроме кота Феншуя не было никого.
  
  - ну вот и ты! я же с ума уже схожу, беспокоюсь!
  - ты обо мне думал час назад, правда?
  - да, и два часа назад, и три.
  - а я чувствовала, что ты совсем рядом, твои руки...
  - Полинка! Все... написал твое имя и ступор сразу - ни писать, ни говорить не хочется.
  - и не надо. Давай просто ляжем и обнимемся. У тебя глаза какие? светлые? у меня зеленые. Твоя ладонь сейчас под моей правой щекой... смотри на меня.
  - я...
  - тсс... я сама. Ты скучал по мне, как хорошо! и я ощутила это, и сама по тебе скучала. Смотри, что с нами делается-то, ну не можем оторваться друг от друга, прям медовый месяц какой-то.
   - Полинка!
   - тсс... я скользну губами по твоей груди и животу... и твой член в моих руках
  - я сейчас с ума сойду!
  - тсс... нас могут услышать, тихонько, ладно?
  - да!!!
  - не кричи же!
  - а здесь нет никого, можно кричать, сколько хочешь, ты что, не видишь - лес кругом, крона деревьев над нами...
  
  Я вздрогнула, потому что и я в точности представляла себе крону деревьев над головой и вокруг ощущалась лесная зона на много километров, совершенно безлюдная.
  
  - я возьму губами так осторожненько, и тихонько кончиком языка... а ты лежи, закрой глаза, мой хороший! как ужасно эти слова выглядят на мониторе - пошлые такие!
  - не надо бояться слов - не пошлые они, нормальные слова- обозначения... можно, я буду смотреть?
  - да, и я не закрою глаза.
  - ты укрыла его своими волосами, мне не видно сейчас.
  - а так?
  - так видно.
  - а хочешь...
  - я все хочу!
  - тсс... позволь мне...
  - да!
  - еще?
  - да!...........................................................................................................................
   - а тебе так делал кто-нибудь раньше?
   - не хочу сейчас думать о других! Не спрашивай ни о чем.
  - а я этого и хотела - чтобы ты забыл обо всех на время. никого нет, кроме меня и ничего нет, кроме этого леса. здесь так тихо и безлюдно, что я боюсь немножко.
  - я и помню только о нас. Наше время, мысли общие, любовь и пространство - только наше. И я тебя люблю. Только не надо бояться леса - ты же со мной. Я услышать твоё "я люблю" боялся больше всего, а сейчас так счастлив!
  - хорошо, я не буду бояться - будь что будет. Я так горда, что ты меня любишь.
  - Люблю! ..........................................................................................
  - дай мне отдышаться.
  - нет... хочу чтобы ...фейерверк был...
  - ...я хочу фейерверк...
  - мы синхронно одно и то же пишем, видишь? аж страшно...
   - не говори, что страшно, страх все убивает. Смотри на меня и ничему не удивляйся... Ааааа! повернись так...
   - хорошо, как скажешь, любимый, но ты сжимаешь мои бедра слишком сильно - я не могу так двигаться... ох... вот так! хорошо. А!
  - я взорвусь сейчас!
   - да, мой любимый, да...
  - ох как ты это говоришь! как я завожусь от твоих слов! быстрее! еще быстрее! я хочу
  чтоб ты кончила, я бью из стороны в сторону как ложкой в стакане, как язычок колокола! хочу, чтобы ты звенела... я весь мокрый реально...
  - ... я вся мокрая- пот катится...
  - ...ох, какая же ты красивая!
  - сейчас ... ооо!
  - да, любимая! моя любимая!
  ........................................................................................................
   - дай я вытру пот с твоего лба и поцелую в губы....ух, какие глаза у тебя зеленые, колдовские, счастливые! А когда мы только встретились, ты грустная была. Я теперь тебя никуда не отпущу!
  - а я никуда от тебя не собираюсь уходить.
  - но я хочу, чтобы ты знала, как важно мне рядом с тобой быть...
   - мне это так дорого!
  
   ***
   Солнце пробивалось сквозь крону деревьев... зяблик сел на поваленную сосну. Я приподнялась на локте.
  -- Лежи, Полинка, не вставай. Так хорошо мне сейчас, не двигайся, прошу тебя.
  -- Женя, где мы? Смотри - лес...
  -- Какая разница? Главное, что мы пока вместе.
  -- А где моя одежда? Я же не могу по лесу голая ходить.
  -- Почему бы нет? С венком на голове и распущенными волосами - будешь как
  лесная нимфа. Да не волнуйся ты - одежда, вернее, ее проекция, появится, когда в ней будет необходимость.
  -- Ты уверен?
  -- Да. Не думай ни о чем. Прижмись ко мне крепче, а я буду смотреть на тебя, чтобы запомнить получше.
  -- Как странно все - что ты говоришь, и что сейчас происходит.
  -- Тсс, молчи! Положи голову мне на плечо.
  .....................................................................................................
   На часах около полуночи. За окном тьма кромешная - ни луны, ни звездочки. Лампа настольная горит, на мне домашний спортивный костюм. Я сижу перед компьютером и в то же время - солнечные блики скользят по моему телу - мы совершенно голые лежим в лесу на траве, на Жениной рубашке.
  -- Который час?
  -- Здесь? Утро. Часов семь, думаю. Птицы поют так громко только ранним утром.
  -- Женя! Почему все так реально? Я же тебя и вправду вижу и могу потрогать!
  -- Это любовь чудеса делает, но не для всех. У тебя получилось.
  -- У нас?
  -- У тебя. Я ведь тебе говорил, что ты - особенная.
  -- А ты?
  -- Ну и я не простой, но я - ключ к воротам, просто подошел идеально, и подгонять ничего не пришлось, а это редко бывает.
  -- Но ведь я же дома сейчас, в спальне, кот рядом сидит... и... одновременно с тобой, в лесу!
  -- А это потому, что ты поверила мне, раскрылась, позволила себе забыть обо всем.
  -- Объясни понятнее.
  -- Ну, считай, что я тебя похитил на время и приволок сюда.
  -- А вдруг кто-нибудь придет, а мы голые - как в раю.
  -- Может мы и есть в раю. Рай- это там, где мы рядом. Рай - это то, что скоро кончится. Только не спрашивай есть ли в раю Интернет.
  -- Женя, не надо шутить. Что происходит? Я могу тебя трогать, касаться. Так ты - не мое воображение? Ты не виртуальный?
  -- Ну, я так и обидеться могу, какой же я виртуальный? Я - живой человек, который любит тебя и хочет тебя, вот, взгляни - доказательство.
  -- О, да ты опять готов!
  ....................................................................................................
  Я закрыла глаза и помотала головой. Чувство раздвоения не исчезало: я была одновременно в незнакомом лесу и у себя в спальне. В страхе я выключила компьютер, вышла на балкон и усилием воли попыталась собраться в одно целое. Постояла немного, глядя в темноту, сделала несколько глубоких вдохов - лес все равно присутствовал. Может, сетевые забавы не так уж невинны и, возможно, привели к нарушению психики. Вернулась в комнату, залезла под одеяло и попыталась думать о чем-то понятном и обычном: вот кот Феншуй устроился на подоконнике и мерцает глазами, усыпляя меня... Я потому и назвала его Феншуй, потому что где бы он ни сидел, там сразу становится хороший феншуй - он его будто сам создает, а может он и есть этот загадочный фен.. Ой, в лесу дождь пошел, а я же голая!
  
  Я была одновременно в своей спальне и под дождем в незнакомом лесу, но я не пряталась и не пыталась укрыться, а подставляла лицо под холодные капли, они стекали по телу, и мне было легко и радостно. Тогда я решила не волноваться из-за неожиданного раздвоения, и раз мне не удается покинуть лес и собраться воедино, то я буду воспринимать это как сон со своим участием. Во сне все можно, там нет понятия места и времени: люди из разных отрезков жизни встречаются, общаются и попадают в места, где никогда не бывали.
  
  Дождь прошел, и мы пошли с Женей по тропинке. На мне был только венок из мокрых лесных колокольчиков, который Женя сам сплел и надел на мои влажные кудри. Я поглядывала на Женю и улыбалась ему, держась за его локоть одной рукой, а другой придерживала грудь, чтобы она не раскачивалась, когда мы ускоряли шаг. Я все время смотрела вниз на тропинку, под ноги, чтобы не наступить на какую-нибудь шишку, а потом подняла глаза и ахнула. Передо мной возникли легкие, сверкающие на солнце ворота, и я остановилась в изумлении. А из ворот вышла женщина с караваем в руках, высокая и статная, немолодая, но еще не старуха, с такой гордой осанкой, что хоть на ней было простое ситцевое платье, я сразу поняла, что она - очень важная персона и оробела перед ней ужасно. И тут же вспомнила, что я голая, на мне - один сползший на одно ухо венок из колокольчиков. Я хотела было спрятаться за Женю, но на мне вдруг платье оказалось новое, нарядное, с вышитым воротом и золоченой тесьмой, а волосы причесаны аккуратно и заколоты гребнем, а на ногах сандалии плетеные, с тонкими ремешками на щиколотках. Нет, конечно, это сон, чудесный, волшебный,- только бы он продолжался подольше, а вопрос, который женщина мне задала, убедил меня в этом окончательно:
  
  -- Ну как там Вика? Похудела уже? Ты ей помогла, что ли?
   Я молча кивнула, боясь проснуться.
  -- Ну ладно. Будем считать, что ей повезло на этот раз. Зато хамить она больше не посмеет. Вот ты - вежливая, уважительная, услужливая, я вижу. С тобой легко будет работать. Ну, пойдем, ладно.
  
  Я посмотрела на Женю, он улыбнулся мне, но в глазах его была грустинка, я шагнула вперед, но остановилась и опять оглянулась на него. Он ободряюще кивнул и сказал:
  -- Иди, Полинка, и будь счастлива. А я теперь спокоен - демоны не посмеют тронуть тебя, там, за воротами, их нет, иди ...
   Я опять сделала шаг вперед и вновь остановилась, потому что Женя не пошел за мной, а остался позади, на тропинке, и я поняла, что если сейчас войду в эти ворота, то больше его никогда не увижу, и тогда отступила назад, подошла к нему и взяла его за руку.
  -- Полинка, - повторил он. - Не думай обо мне. Я счастлив, что мне довелось встретиться с тобой. А сейчас иди.
  
  Но я не послушалась, спряталась за него и спросила женщину:
  -- А кто вы? Как вас зовут?
  
   Она покачала головой.
  -- Меня зовут Лидия Яковлевна. А фамилия моя - Сорочинская.
  -- Я не хочу с ним расставаться, Лидия Яковлевна.
  -- А он уже выполнил свою задачу, помог тебе подняться, уйти из реала. А Золотые Ворота открылись тебе благодаря твоему дару, редкому в наших краях, так входи же, не медли.
  --А он?
  -- Он - казадор. Он давно выбрал свою роль. Он не поднимется выше, во всяком случае, в ближайшем будущем.
  
  Но я упрямо покачала головой и заявила, что без него не нужны мне никакие Золотые Ворота.
   -- Вы можете ее просто увести?- спросил Женя Сорочинскую.- Она не понимает происходящего. А после сама скажет спасибо.
   -- Нет. Я не могу это сделать против ее воли. Она должна войти туда сама, с радостным ожиданием чуда, в противном случае - все бесполезно.
   -- Что же нам делать? Есть ли какой-нибудь путь, чтобы не расставаться?- спросил ее Женя.
  -- Обычный. Первый уровень Демонета, как партнеры, на общих основаниях. И придется ждать разрешения админа.
   -- Мне все равно, какой путь, - сказала я твердо. - Я хочу с ним.
   -- Но это задержит тебя на неопределенный срок. Тебе придется доказывать, что ты - это ты - скучнейшее занятие, и к тому же, нет гарантий, что он будет с тобой все это время. Казадоры - народ непредсказуемый. А в какой-то момент он затормозит тебя, станет в тягость - это неизбежно. А знаешь что? Сама посмотри как все будет, только трактовать не спеши. Отведай вот этого, - она отломила каравая ломоть. - Бери, для тебя ведь печено, - последние слова она с грустью сказала.
   Я вдохнула аромат свежей сдобы - каравай был теплым, мягким... я откусила кусочек. И тут все пропало - ворота растаяли в розовой дымке, а мы с Женей оказались на старенькой, очень знакомой кухне, из окна которой был виден зеленый дворик, а за ним - город открывался с кривыми улочками и цветными крышами. Женя варил кофе и разливал по маленьким керамическим чашечкам, и вдруг демоны выхватили чашку у меня из рук и стали отхлебывать из нее, обжигаясь и чертыхаясь, а я кричала им: " Уйдите, я пожалуюсь администрации! Как вам не стыдно, Женя для меня этот кофе сварил!" А они вдруг подхватили меня под руки и поволокли, а я заплакала и закричала, что не хочу с ним расставаться, но Женя смотрел на меня холодно, а к его плечу прислонилась другая женщина. А потом все замелькало, мимо меня проносились какие-то люди, белокурый бородатый великан протянул мне букет невиданной красоты, длинноволосый юноша играл на флейте почему-то под дождем. События мелькали так быстро, что я не успевала разобраться в происходящем, и над всем этим застыл Женин равнодушный взгляд - и это так страшно было! Это был Женя, мой Женя, но смотрел он будто сквозь меня. А потом я вдруг оказалась в какой- то колдовской кухне, где котлы кипели и стеклянный шкаф был доверху уставлен прозрачными банками с сушеными травами и корешками, а на столе были горкой выложены красивые - ну прямо как с сельскохозяйственной выставки, овощи и фрукты. Я подошла поближе, и маленькая тыква обрадовалась мне, помахала сухим хвостиком, подкатилась под мою руку и стала ластиться, и яблоки перекатывались по столу, стараясь повернуться ко мне румяными бочками - они очень хотели мне понравиться.
   Я проглотила последний теплый кусочек каравая. Тетя Лида смотрела на меня с улыбкой:
   -- Удивилась, да? И ты такие пироги печь смогла бы научиться, и другие премудрости узнать. Да только нельзя с грустью входить в Золотые Ворота - печаль твоя о нем будет на всем отражаться и в пироги впитываться. Ну все. Будь по-твоему.
  
   ***
   Неужели только одна ночь прошла? Мне кажется, что я успела пережить много разных событий за столь короткое время. А какие странные сны случаются, когда кот сидит в моей комнате, может это он сны транслирует? Все, больше нет чудес - утро, на работу пора. Мне всегда удавалось найти рациональное объяснение для всего, какое же на этот раз придумать? Кажется, я так увлеклась, что перестала отличать реал от сетевых забав и снов. И вправду, надо бы отдохнуть. Но едва открыв глаза, я сразу же включила компьютер - не желая терять ни минуты, я спустила ноги с постели, и сразу же нажала кнопку включения, пока он загружался, я протирала глаза, отгоняя остатки сна.
  
  От него письмо: "Ой, что ты со мною делаешь!
  И ничего не хочется говорить! Просто лежу на полу, руки раскинув. Присутствие.
  Все время - я ощущаю твое присутствие. Чувства эти без границ - и силы дают, но и сдавливают горло. Есть многое, в чем я хочу разобраться. Понять. Как заставить зеленые глаза твои светиться яхонтом, как мне предстать перед ними? Мы можем с тобою решить это. Ты и я. Мы можем немного улучшить этот мир. Для меня это не просто времяпровождение. Для меня это изменение, познание, движение и пребывание. Сложилось у нас. Счастье мне улыбнулось. Сейчас думать не могу, просто тащусь от того, что ты есть в моей жизни, от того, что ты такая, от того, как ты меня чувствуешь. Ох, как сладко мне с тобою! Знаю, что веришь мне. Знаю, что непонятно все, что я говорю. Просто знай - я люблю тебя, Полинка."
  
  И я тут же, в ночной рубашке, до завтрака и душа, принялась строчить ответ:
  
  "Ну как же мне отдышаться? Как же мне в себя придти после таких слов? Кому как не мне знать чего они стоят! Жень, ну я же разревусь сейчас - от счастья, неожиданности и удивления - ведь у меня впервые это взаимно, понимаешь? А я-то думала, что это только у других бывает или в книжках. Конечно, верю тебе, и знала о твоей любви раньше, чем ты сказал, чем облек любовь в форму словесную, хоть и ты и боялся мне признаться. А я и не боялась - сразу сдалась, сразу призналась... себе в первую очередь. И вот сейчас - затопило совсем. Только я хочу как ты - не бояться страданий с этим связанных, а позволить себе купаться в счастье и любви, я попробую, я сумею".
  
  Отправила письмо и убежала в душ, потом поставила чайник на плиту и опять подбежала к компьютеру: уже был ответ:
  
  "Полинка, я не боюсь страданий, это собственный выбор. Я боюсь стать причиной страданий, а в нашей ситуации - это неизбежно. Любовь это нечто огромное, а взаимная любовь - это как коридор зеркал - бесконечное. Боялся я напугать тебя. Просто учуял я тебя, на расстоянии, рискнул заговорить и попал в десятку, а теперь в тебе купаюсь, ныряю в тебя, сердцем ныряю, чувствами. Я не просил ничего взамен, поверь, а получил целый мир ".
  
  Я вышла в чат.
  - ну ты вчера классная была!
  - это ты - фантаст!
  - есть немного. я перечитал то, что мы с тобой вчера написали, сижу и сам себе завидую - какая женщина у меня! всё, съезжаю с темы, а то мне уходить сейчас. Душ принял, сижу вот, высыхаю, я же не вытираюсь никогда.
  - ой, Жень, и я никогда не вытираюсь. И я только из душа и тоже высыхаю, а полотенца в ванной только для гостей! Так ты на работу сейчас идешь? Ты об этом ничего не рассказывал, только сказал, что - ювелир.
  - Ну да, я - ювелир, делаю на украшения из драгоценных и полудрагоценных металлов и камней, хочешь ссылку дам на сайт? Посмотришь мои работы.
  - хочу, конечно, мне все про тебя интересно, ты - необычный, ни на кого непохожий, какой то слишком тонкий, чувствительный. Очень тебе тяжело наверное, с такими гранями остро отточенными жить?
  - ты сама- "лал драгоценный", - открываешься с разных граней.
  - а ты их полируешь.
  - нет, я только свет на них направляю и они сияют.
  - иногда опасно свет наводить на "лал", - вернее огнеопасно. Значит, ювелир- это твоя основная работа?
  - да, но это моя реальная работа, а есть еще одна.
  - в сети, что ли?
  - это является делом моей жизни. Многие хотят изменить этот мир к лучшему, но мало кто хочет пальцем пошевелить для этого. Когда-нибудь расскажу подробнее. Уже скучаю по тебе. Вчера классно было. А лес помнишь-то? Как ты испугалась, что голая...
  - ага, а ты еще сказал, что я буду лесной нимфой.
  - мы лежали на моей рубашке у поваленного дерева.
  - ты был великолепен...
  - ты - подарок судьбы.
  - и я о тебе могу сказать то же самое - подарок, только бы не троянский конь!
  - хе...
  
  Ой, чайник у меня сгорел, наверно! Не знаю почему, но не могу я пользоваться электрическими чайниками, мне их дарят периодически, а я все равно старый чайник со свистком на газ ставлю - он уже не свистел, а скорее, хрипел.
  Я пила чай и перечитывала вчерашние наши похождения в чате. Еще раз перечитала, потом еще раз. Чай остыл, а я так и сидела, замерев: про лес - не было ни слова, то есть мы физически не писали этого. А как же тогда? Мы же оба помнили и про поваленное дерево и нимфу...
  
   ***
   Демоны попадались мне в холле медицинского центра время от времени, я успела привыкнуть к ним и перестала удивляться. Иногда они появлялись в моем кабинете, о чем-то болтали, искоса поглядывая на меня, и, явно стараясь привлечь внимание. Когда мне надоедала их трескотня, я их выгоняла - они совершенно не обижались - ведь они были "моими" демонами - раз я их видела в человеческих обличьях. Зеленый Рефф обычно задавал мне идиотские вопросы: знаю ли я где сейчас мой "казадоришка", и противно пел визгливым голосом - "чем занимается, с кем обнимается''. Если я реагировала на его слова, то он зеленел еще больше, а если не обращала внимания - бледнел и замолкал. Белый Горр - стройный, с гордой осанкой и римским профилем, рассказал мне как помог Хьюзу вселить в худышку Эллу уверенность в себе и самоуважение. Горр всегда начинал разговор с того, чтобы я не забывала ни на минуту о том, что большая умница и редкая красавица и цены себе не знаю на самом деле, а другие должны за счастье почитать - находиться в моем поле воздействия. Красный Гнефф подмигивал мне заговорщицки то и дело, но я старалась не обращать на него внимания, помня о своей загадочной разрушительной силе. Красавица Похх улыбалась мне обворожительно, но после того как я резко высказала ей, что возмущена ее попыткой вселиться в меня без спросу, близко не подходила. Она испуганно оправдывалась, что если из всех имеющихся в наличии у Хьюза музыкальных записей, я выбрала именно "Demon of Lust", то подсознательно призывала именно ее, и это означает, что я искусственно подавляю в себе жажду чисто плотских утех, по ее мнению, совершенно напрасно.
  Демоны никогда не появлялись во время моих бесед с Женей, но стоило мне попрощаться с ним или выключить компьютер, они тут же начинали шнырять у меня за спиной, обмениваться репликами, пытаясь выведать о чем мы говорили. Я несколько раз собиралась рассказать Жене о них, но когда они исчезали - я мгновенно о них забывала.
  А Женя не появлялся онлайн уже третий день и Рефф, пользуясь моментом, пытался разжечь во мне ревность. Четвертый день - его нет. Пятый. Напрасно прождав его допоздна, я выключила компьютер. Лежала в постели без сна и утешала себя: ну может связь барахлит или его компьютер не работает или просто занят... Все это могло быть правдой, но он представлялся мне почему-то с реальной женщиной, с Оксаной, о которой упоминал как-то. Я чувствовала, я знала, что он сейчас с ней, я была уверена на все сто, что он ... Вскочила, опять включила компьютер и даже притопывала ногой от нетерпения пока он загружался.
  "Совсем с ума сошла со своим Интернетом", - пробурчал муж и накрылся одеялом с головой. Я ничего не ответила. Нет его! Ни сообщений, ни писем, ни комментариев. Что же делать? Ах, да, я же совсем забыла про наш общий блог!
  
  Блог Ар__Ка
  
  "Есть такое слово английское, короткое "numb", произносится "намм"- намного лучше выражает состояние чем длинные русские слова "онемение", 'оцепенение" и "бесчувственность", и характеризует мое состояние в течение многих лет. Я смирилась и думала так будет всегда. Я не ждала изменений и была рада покою. Я забыла как это - "любить".
  как это бывает сильно!
  как это бывает сильно и здорово!
  как это бывает сильно, здорово и волшебно!
  И опять, как много лет назад, это перевешивает все, что у меня есть, а ведь есть немало. Видимо, это свойство моего характера: меня заносит, мое увлечение зашкаливает за пределы разумного. Женя, Казадор, ты меня расколдовал как спящую царевну, причем тебе удалось это сделать на расстоянии, вот только не знаю на счастье или на беду".
  
  Уснуть так и не смогла, вышла на балкон, села в кресло - качалку, вдохнула ночной воздух. Похоже, я ни дня не могу без него прожить - ношу в сумке листочки с его письмами и перечитываю их все время, вскакиваю среди ночи даже в свои выходные, чтобы застать его перед выходом на работу. Почему я позволила себе нырнуть с головой в эту игру? Много раз я пыталась себя лимитировать, старалась сдержаться, не включать компьютер, но меня будто магнитом к нему тянуло, и я вновь как завороженная смотрела на экран, и бегущие строчки его слов уносили меня в другое неведомое пространство, да еще и какие-то Золотые Ворота открылись. Хорошо бы самой научиться попадать в то пространство, чтобы не зависеть ни от Жени, ни от кого-либо другого! Хорошо бы опять стать независимой и самодостаточной! Но пока меня раздражало любое действие, которое мешало мне торчать у компьютера. Окружающие давно говорили, что я окончательно помешалась на Интернете и меня нужно спасать. Я должна признать их правоту: будь моя воля, я бы от компьютера вообще не отрывалась - ела бы и дремала перед монитором. В итоге рабочая документация запущена, хозяйство тоже постепенно приходит в упадок: даже во время уборки, я то и дело подбегаю к компьютеру, чтобы проверить, нет ли от него сообщений.
  
  -- Да, детка, - сказал чей-то скрипучий голос. - Он тебя хорошо подогрел. Это уже не похоже на игру или развлечение. Дело принимает серьезный оборот и не только для тебя.
  Я обернулась. Старичок с белой бородой сидел на табуретке и укоризненно качал головой. А, это же Ахх - какое-то начальство у демонов, они перед ним заискивают, я помню... Он еще "подвешивал" мой компьютер, чтобы я не "сболтнула лишнего", и еще я помню, как одобрительно он смотрел на меня, когда я танцевала полуголая под влиянием Похх.
  -- Дай в кресле- качалке посидеть, а?- попросил Ахх.
  Я машинально встала, уступив ему кресло. Ахх сразу же радостно расселся и принялся раскачиваться, покряхтывая от удовольствия.
  -- Полина, - продолжил он, - ты действительно попалась. А ведь у тебя же есть такой замечательный коллега - доктор Хьюз, уверен, что ему не раз приходилось сталкиваться с подобными проблемами...
  -- Нет, мне не нужен психиатр. Я сама могу взять себя в руки. Сама вляпалась и сама выберусь из этого.
  -- Интересно как?- поинтересовался Ахх, раскачиваясь сильнее. - Кстати, у тебя нет мороженого в холодильнике?- неожиданно спросил он.
  -- Есть... - ответила я рассеянно.
  -- Угостишь, а?
  -- Тебе шоколадное или фруктовое?
  -- Давай оба.
   Я принесла ему две порции.
  Ахх раскачивался в кресле и по очереди откусывал то от шоколадного мороженого, то от фруктового.
  -- Ах, Полина, как вкусно из твоих рук-то! Так о чем это мы? Ах, да! Если ты сама найдешь способ избавиться от страсти или хотя бы научиться контролировать себя, то я пришлю тебе учеников, перенимать опыт.
  -- Ты шутишь?
  -- Ничуть нет. Я мог бы помочь тебе в обмен на определенные услуги.
  -- Спасибо, я сама справлюсь. Если не получится ограничить себя, то оборву все резко.
   -- Не жалко?
  -- Жалко, но ведь это все равно не по-настоящему, не реально.
  -- Хм... ты так говоришь, как будто точно знаешь что реально, а что нет. Так как же ты будешь бороться с зависимостью?
  -- Закрою блог, сменю е-мэйл, ну, разумеется, пошлю ему прощальное письмо, чтобы не терялся в догадках, мол, извини, милый, но мой реальный мир страдает от того, что я не умею поддерживать равновесие. Все было прекрасно, но на этом завершим наши виртуальные отношения.
  -- Ага, ну попробуй, - он скептически хмыкнул.
  -- Думаешь, не получится?
  -- Знай, детка, единственный способ избавиться от искушения - это ему полностью отдаться, извлечь из него максимум кайфа, а когда оно само надоест, приятно вспомнить будет. Люди зависят только от того, чему сопротивляются. Чем больше ты будешь сопротивляться, тем глубже будешь увязать в своей зависимости.
  -- Я как-то не думала об этом. А что бы ты хотел в обмен на помощь?
  -- О, вот это уже разговор!- Ахх явно обрадовался. - Устрой мне с ним виртуальную встречу, для начала.
  -- А зачем тебе?
  -- Ну, скажем, мне надо с ним кое-что обсудить, но он отказывается идти на контакт со мной, невежа эдакий! У меня с ним конфликт недавно вышел - он вмешивался в мои дела, и получил по заслугам, но урока не усвоил и продолжает гнуть свою линию.
  -- С ним что-то случилось?
   -- Да что ему сделается! Он ждет разрешения от администрации Демонета. Давай так сделаем: когда он выйдет с тобой на связь, то я пару слов напишу ему с твоего компьютера. Если я с ним договорюсь, то ты получишь все, что хочешь и поверь, детка, мало не покажется..
  -- Что ты имеешь в виду?
  -- Будешь со своим любовником сколько пожелаешь и как пожелаешь, и при этом, твои моральные принципы останутся с тобой. Как это у вас говорят "и рыбку съесть"... в общем, будешь довольна.
  -- А если не договоришься?
  -- Ну, тогда блог закроешь и е-мэйл сменишь, как собиралась.
  -- А как же он? Жалко его. Он же любит меня.
  -- Вот за него я не беспокоился бы. Он найдет себе других женщин для виртуальных развлечений - у него язык хорошо подвешен, хотя уместней было бы сказать, пальцы подвешены. И кое-что другое у него тоже устроено крайне удачно. Хе-хе... Будешь довольна, детка. Дай согласие, и я все устрою. Получишь и любовника и целый мир в придачу. Хочешь? Хотя можешь не отвечать - я и так вижу.
  -- А что ты потребуешь взамен?
  -- Ну, скажем, сваришь мне варенье из райских яблочек. Я буду зимними вечерами пить чай с вареньем и вспоминать о прекрасной женщине, которая варила его с мыслями обо мне.
  -- И это все?
  -- Это все.
  -- А если ты мне понадобишься, как я тебя найду?
  -- Я тебя сам найду. Дай еще одну порцию мороженого на дорожку, а? Ананасового нет у тебя? Ну дай еще одно шоколадное. Благодарю тебя, детка, за приятнейший вечер, я наслаждался каждым мгновением. Свежий воздух, кресло-качалка, мороженое и диалог с прекрасной дамой - ах, сколько удовольствий сразу!
  
  Надо обязательно рассказать Жене про этого старичка. Только бы не забыть, только бы не забыть. Но где же этот Женя-то?
  
  Утром на работе я опять проверила почту - ничего! Настроение резко испортилось. Несколько раз пыталась просмотреть список пациентов на сегодня, но буквы будто плыли перед глазами. Не могу ничего делать! Может отменить прием, сказать, что я заболела? Но ведь люди ждут, рассчитывают на меня. Но как же прожить еще один день без его письма? Меня вдруг охватил настоящий ужас: а вдруг переписка оборвется навсегда по независящим от нас причинам: Интернет исчезнет или электричество пропадет. А если с ним что-нибудь случится, то я никогда об этом не узнаю... а может с ним уже случилось что-нибудь? Он забыл обо мне, потому что он с ней, со своей реальной Оксаной, а я ревную, что в высшей степени нелепо. Я не претендую на физическое обладание, мое сознание хочет быть рядом с его сознанием и представлять себе его телесный облик - разве я так много хочу?
  
   ***
  Летняя жара обрушилась на город. Расплавленные улицы и влажный горячий воздух - обычный для Нью-Йорка июль. Сын проводил каникулы в Виржинии со школьными друзьями. Муж предложил провести двухнедельный отпуск в горах, в прохладе, но я отказалась в страхе, что там не будет Интернета. Мысль о том, что Женя будет искать меня, а я не смогу ему ответить, приводила меня в ужас.
  
  Блог "Арабелла"
  
  " Кофейная чашка со звоном упала на пол. Ну вот, хоть какое-то реальное происшествие, нормальное, закономерное. К черту эту чашку, она мне и не нравилась никогда! Правда, еще пять имеется одинаковых из подаренного кофейного сервиза. Сервизы - это безлико и очень скучно. У каждого человека должна быть своя чашка, по собственному вкусу выбранная. Вот бы все чашки побились скорее! А ведь можно это дело и ускорить... Ненавижу сервизы и прочее множество одинаковых, безликих предметов!
  
  Второй день она ходила по квартире растрепанная, голая, иногда забредала на кухню и откусывала от куска сыра, отламывала хлеба кусок, отпивала воды из носика чайника. Все остальное время она сидела в спальне перед компьютером.
  
   Он спросил:
  -- Ну чего ты ходишь голая?
  -- Жарко.
  -- Конечно, жарко, июль ведь, а что же ты кондиционер не включила?
  -- Забыла.
  -- Ну давай я включу. Что- то случилось?
  -- Где? - она удивилась. - Нет, разве ты не видишь, что все как всегда, как обычно. Просто мне все надоело, и ты - в том числе.
  Он ничего не ответил, прошел на кухню, поставил чайник.
  -- Почему ты никогда не обижаешься? Я тебе много раз говорила, что ты мне надоел, ну хоть один раз обидься и уйди.
  -- Тебе надо ты и уходи.
  
  Каждый человек имеет право немножко расслабиться, - думает он. - Жара с ума сводит, но она не любит кондиционированный воздух... говорит он мертвый какой- то, бесчувственный, уж лучше жаркий, влажный, но настоящий.
  Заглянул в спальню - она лежала, уткнувшись лицом в подушку.
  -- Хочешь чаю?
  -- Нет, уйди, просто уйди.
  -- А чего ты хочешь?
  -- Хочу тут лежать. В тишине и темноте. Стой! Не выключай компьютер!"
  
  Так прошло несколько дней. Я лежала в спальне и глядела на мерцающий монитор. От него по-прежнему не было сообщений и от моей тоски даже демоны разбежались - все, кроме одного, вернее, одной. Вот она - неопрятная грузная тетка, сорит семечками все время, шелуха на губе висит.
  -- Я видела тебя раньше в центре и Вика о тебе упоминала. Тебя как зовут?
  -- Я - Расхх, мощный и властный демон, хоть с виду непривлекательный. В моих силах многое прекратить, пресечь, остановить! А ты такая хорошенькая - нечесаная, неумытая... лежишь, страдаешь, жалко тебя так. Хочешь семечек? Хочешь поплакать? Иди ближе, я приголублю.
  -- Стой! Не подходи! - я испугалась и вскочила с кровати. Она сразу попятилась.
  
   ***
  Отпуск закончился.
  Утром я долго стояла под душем. Вышла из ванной, не вытираясь, как обычно - приятно когда капли сами высыхают на коже, особенно в такую жару. Включила музыку... надо бы новые песни записать, а те, что Женя мне присылал - стереть, хоть песни не виноваты, но я не хочу о нем напоминаний. Не надеть ли новое платье и коралловое ожерелье, купленное на одном из Карибских островов? Сегодня нет приема, но по плану у меня лекция в зале медицинского центра - хочу выглядеть наряднее. А после пойду на берег, подставлю лицо соленым брызгам, поплаваю, и пусть океан смоет все проблемы. А вечером приготовлю вкусный обед.
  
   На мои лекции собралось много народу, и, как обычно, больше пожилых. Я оглядывала аудиторию и думала, как по-разному люди стареют по- разному: некоторые почти не меняются с годами - только виски седеют, морщинки у глаз появляются, да юная округлость уходит со щек. А вот другие меняются до неузнаваемости: деформированные фигуры, двойные подбородки, огромные животы, отвисшие щеки, нездоровые прожилки на лице, мешки и темные круги под глазами - похоже, демон Расхх свою лепту вносит. А я не сдамся! Жила я же как-то без него раньше и дальше проживу.
  
  Тем же вечером, все мои благие намерения пошли прахом, когда Женя появился в чате.
  
  - ....занят был, да, проблемы...
  - а молчал почему? ты же знал, что я жду письма. Хотя, извини, я понимаю, что обиды и претензии нелепы. Я и сама хотела "без обязательств".
   - "без обязательств" бывает не тогда, когда зажимаешь себе рот, чтобы не испортить все претензиями, а когда понимаешь - раз не написал, значит, повстречался в поле с каленою стрелой, - доверие возникает именно в такие минуты.
  - ну какая еще стрела? Ты был с женщиной, и я должна радоваться за тебя, а я переживаю, хоть сама понимаю насколько это нелепо.
  - все было - и стрела каленая и женщина.
  - а я так далеко, я не могу быть с тобой!
  - да брось, Полинка, ты всегда со мной. Все нормально, а будет еще лучше... О, как ванилью пахнет! Что там у тебя?
  - пирог творожный пеку, с черникой. Опять почувствовал?
  - о, творожный - мой любимый.
  - ты и вчера был с нею, правда?
  - да, а что?
  - я знала, я каким- то образом это чувствовала. прости. ты не должен оправдываться передо мной... кто я такая в конце концов? Я - буквы на твоем мониторе, глюк сетевой, я существую только в твоем воображении, может, меня вообще нет, нигде нет!
  - тихо, тихо, ну ты что? Не злись, Полинка. Если бы ты знала, как я горжусь тобой! Как я хочу всему миру рассказать о тебе, прокричать - "Смотрите, какая у меня женщина!" Позволь мне поплыть по твоим волнам, твоему течению.
  - хорошо, только я буду в глаза твои смотреть и чтобы ты забыл все и ее тоже, хотя бы на время, чтобы утонул во мне... любимый мой, прости, я порчу все упреками! Не буду больше...
  -- Ну вот, это другое дело. Какая же ты красивая... ковер темно-вишневый оттеняет твой загар, золотистый такой. Я бы мог часами тобой любоваться. Я тебе говорил, что ты - роскошная женщина?
  -- Женя? Здесь темно...
  -- Ага, шторы почти не пропускают свет. Подожди немного, глаза привыкнут.
  -- Что это за комната? Мебель красного дерева... ручки резные золоченые ... незнакомое место.
  -- Ага, вижу шторы в тон мебели, темно красные. Смотри, тут диван имеется - бархатный широкий, и чего мы на полу валяемся?
  -- А ковер пушистый такой, приятный. Смотри, потолки высокие, с лепкой - старинное здание, видно. Я здесь никогда не была, а ты?
  -- Какая разница? Мне больше нравится на тебя смотреть, чем на потолок. Ты все же - роскошная женщина, глаз от тебя оторвать не могу!
  -- Как это получается? Почему мы ощущаем и видим все одинаково? В прошлый раз в лес попали, а сейчас в эту комнату.
  -- Я же тебе говорил, что любовь чудеса творит.
  -- Ты говорил, что мы - два сознания витающих в одном слое.
  -- Мы давно уже не два сознания, разве ты не поняла?
  -- Я боюсь понять и поверить. Как у нас это получается? Может мы сошли с ума? Никто же не поверит. Хотя какая разница? Я уже не удивляюсь ничему. Я осознаю, что дома сижу за столом и смотрю в монитор и одновременно с тобой, в какой-то комнате, на ковре... Почему у меня сознание раздваивается, когда мы вместе?
  -- Полинка, мы действительно вместе, и я целую ложбинку на твоей спине, чувствуешь?
  -- Ой, так щекотно... жаль, что это скоро закончится.
  -- Не закончится. Мы теперь все время будем вместе, разве ты не поняла?
  
   ***
   Хьюз сам начал разговор.
  -- Полина, как друг и коллега я настаиваю на ответе. Я вижу, что с тобой что-то происходит, и мне кажется, тебе нужна моя помощь.
  
  Логическому объяснению все происходящее уже давно не поддавалось. Сначала запахи: когда у него, на другом полушарии, медленно томился кофе на плите, я слышала кофейный аромат, а как-то до меня донеслись запахи запекаемой рыбы и овощного рагу с чесноком, которые он готовил на кухне. Когда я пекла пирог, он чувствовал аромат ванили, а самый первый раз удивил меня, сообщив о запахе лавандового геля для душа. А лес и комната с лепными потолками чего стоили? Это был не сон и не явь, не вирт и не реал. Женя уверенно повторял, что все в порядке - это любовь творит чудеса. Меня мучили мысли о собственной нормальности, а поделиться было не с кем. И когда Хьюз спросил, что со мной происходит и в глаза заглянул участливо, я даже обрадовалась.
  
  Рассказ мой был сбивчивым, без интимных деталей. Хьюз сидел в кресле напротив и внимательно слушал.
  -- Виртуальный секс? - переспросил он наконец. - Полина, мне очень жаль, что ты пренебрегла мной, поверь, очень неплохому любовнику и выбрала фантом. Хотя я тебя понимаю, ты - осторожная женщина, опасаешься реальных отношений. Если я правильно понял, тебя смущает некая реалистичность виртуальных отношений? Когда мы воображаем нечто, наш мозг получает такие же сигналы, как если бы это происходило в действительности. Если человек, к примеру, представляет себе погоню или драку, то мозг реагирует как на реальные события: происходит выброс адреналина и связанная с этим цепочка физиологических реакций - учащенное сердцебиение и прилив сил. Интересно так же то, что воспоминания о воображаемых событиях могут остаться в памяти как реально свершившиеся. Со временем, грань между реальностью и воображаемыми событиями бледнеет и, зачастую, совсем стирается, и люди иногда сами верят в придуманные ими же истории.
  -- Видишь ли, Джеф, - я решилась сказать ему, наконец. - В последнее время происходят странные вещи, вернее, совпадения.
  -- О, не продолжай дальше! Что касается совпадений, то тебя просто кто-то разыгрывает.
  
  -- Розыгрыш исключен - я вижу его IP. Он живет на Украине, за восемь тысяч километров отсюда.
  -- Есть способы обхождения и этого фактора, спроси у сетевых админов, если хочешь.
  -- Джеф, но когда я фантазирую, он будто читает мои мысли и мы ...
  -- И здесь нет ничего удивительного - вы угадываете несколько деталей, один из вас быстро подхватывает фантазию другого, и вы будто движетесь в одном направлении.
  -- Но мы оба будто попадаем в другую реальность!
  -- Ну, например?
  -- Например, я вообразила комнату с мебелью из красного дерева и тяжелыми шторами, которые почти не пропускают солнечный свет, отчего в комнате - приятный полумрак, а он мне в точности описал эту обстановку. А как-то он спросил откуда запах лаванды, а я душ только что приняла, а у меня есть несколько гелей для душа и я в этот раз выбрала лавандовый... но про запахи в чате все же оставались наши записи, можно было перечитать, а про комнату - ничего не было, как и про лес...
  
  Я остановилась, понимая, что моя речь абсолютно бессвязна Взглянула на Хьюза - он уже не слушал меня. Он изменился в лице и медленно повторил:
  -- Комната? С мебелью из красного дерева? Шторы - темно красные? Тяжелые? Ковер тоже темно-красный, да? И все началось с улавливания запахов?
   -- Ну да,- повторила я неуверенно. - Ковер, скорее, темно-вишневый...
   Я подумала было, что серьезность эта напускная, он меня разыгрывает, и сейчас расхохочется.
  -- А бахрома была на шторах?
  -- Кажется, да. А какая разница?
  -- Что еще ты там видела?
  -- Ничего особенного... диван разве что. Я не очень глазела по сторонам. Ну, еще потолки с лепкой. А что, это на диагноз уже похоже, да? Связанный с темно-красными тонами?
  -- Полина, постарайся вспомнить, это очень важно - смотрела ли ты в окно, поднимала ли штору или отодвигала ее?- в голосе звучало напряжение, а пальцы вцепились в ручки кресла и побелели.
  -- Нет, - твердо сказала я. - Точно помню, что нет.
  -- А твой... собеседник... не отодвигал ли штору? Не смотрел в окно?
  -- Нет, вроде... хотя я не уверена.
   -- Спроси у него в следующий раз. И скажи, чтобы ничего не трогал.
  
  Интересно, кто же из нас двоих с проблемой?
  В тот же вечер я послала Жене сообщение с вопросом Хьюза о шторах, а он ответил, что моему коллеге не следует вмешиваться не в свои дела, и в следующий раз мы с ним отодвинем штору вместе. А если захотим, то и выйдем из комнаты.
  
  Утром, Хьюз, казалось, ждал меня у порога, как только я вошла в Центр, он сразу громко сказал:
  -- О, Полина, как хорошо, что ты сегодня рано, мне нужно что- то уточнить по поводу, - он кивнул на медицинскую карточку в его руках.
  Я поморщилась - я пришла раньше совсем не для того, чтобы уточнять с ним что- либо, а чтобы проверить свою электронную почту спокойно - дома мне не удалось подойти к компьютеру - сын играл в игру онлайн.
  Он прошел в мой кабинет, и только за нами закрылась дверь, сразу спросил:
  -- Ну что?
  -- Ты о чем?
  -- О комнате в темно-красных тонах. Полина, не тяни с ответом, ты спросила своего виртуального... друга, отодвигал ли он шторы в комнате и смотрел ли в окно?
  -- Да.
  -- И что?
  -- Казадор сказал, что в следующий раз мы их отодвинем вместе.
  
   Куда подевались его выдержка, любезность и лоск! Хьюз выкрикнул какое-то ругательство на непонятном мне языке, но я сразу поняла, что это что-то резкое, потом согнулся так, будто его ударили в живот, затем выпрямился и произнес искривленным ртом сквозь зубы:
  -- Казадор? Он - казадор? Полина, ему нельзя доверять!
  -- Ты все еще думаешь, что меня разыгрывает какой-нибудь знакомый?
  -- Нет, больше я так не думаю! Ты нужна этому человеку для осуществления его замыслов, а я знаю, что казадоры ни перед чем не остановятся, чтобы достичь своей цели!
  -- Он и вправду меня любит, он не врет.
  -- А я и не говорю, что врет. Может и любит, но только тем лицом, которым повернулся к тебе, понимаешь?
  -- Нет.
  -- Казадоры многолики. Полина, если ты прочтешь его диалоги с другими блогерами, то увидишь, что он с каждым говорит на его языке, задевая самые чувствительные струны. Казадоры умеют влезать в самые сокровенные мысли и мечты, будить воображение и вызывать яркие ассоциации. Уверен, что твой казадор говорит то, что ты хочешь слышать!
  
   Реакция Хьюза не лезла ни в какие рамки. Он вдруг зашептал быстро и горячо:
  -- Оставь это, Полина, забудь о нем, зачем тебе все это? Хочешь, переходи работать ко мне, в мой центр, в Манхеттене, я один из совладельцев. Там отличный тренажерный зал имеется, бассейн - можно пользоваться в рабочее время, и массажисты будут работать над тобой, когда ты пожелаешь. Я отведу тебе самый лучший кабинет - угловой, с двумя окнами во всю стену, у тебя будет личный секретарь. Но работать, правда, придется больше - пациенты там побогаче и более требовательные, но и оплата за труд гораздо выше. Позволь мне обогатить и украсить твой реал.
  -- А чего это вдруг?
  -- И вовсе не "вдруг", такой диетолог как ты - находка для любого медицинского центра. В моем центре ты сможешь реализовать свой потенциал. Ну, хорошо, не отвечай сейчас, я понимаю, что ты должна подумать, с семьей посоветоваться, но прошу тебя - не тяни с ответом, - и он ушел.
   Как только он ушел, я набрала в поисковике слово "kazador". Поиск выдал кучу ссылок на испанские сайты, сказки и волшебные истории. Тогда я открыла испанский словарь онлайн...
  
  Все сказки когда-нибудь заканчиваются - то ли радостно, то ли печально. И моей сказке нужно придумать хороший конец.
   С одной стороны - незнакомый человек, блогер, втянувший меня в сети сладострастной игры, которой я слишком увлеклась. А с другой стороны - коллега, классный специалист, вполне осязаемый, реальный и очень обаятельный доктор Хьюз, но... не менее подозрительный с его демоническими методами лечения. Кому верить? Кого слушать?
  В конце концов, можно просто воспринимать все как игру. Но каждая игра тоже когда-нибудь заканчивается. Но кто выиграл и кто проиграл? Хьюз сказал, что Казадору что-то нужно от меня? Но что? Ума не приложу! Он никогда меня ни о чем не просил, просто любил.
  Интересно, могла бы я без Жени, сама, попасть в тот лес, где дождь был, и комнату с пушистым ковром? Я бы сама по лесу погуляла, посмотрела бы что там да как. Кого спросить? Разве что Интернет... На тематических форумах, знатоки сообщали, что виртуальная любовь не дает полноты ощущения и разрядки - поэтому все время находишься на взводе, прощаешься онлайн и расстаешься точно в таком же состоянии как до встречи - от неутоленных страстей, вроде, и произрастает зависимость. Про попадание в другое пространство и совпадения фантазий не было ни слова.
  
   ***
  
   Я несколько раз собиралась рассказать Жене о визите Ахха, но каждый раз, в момент его появления онлайн, я забывала о демонах начисто. Я писала себе записки с напоминанием, но и на записку забывала взглянуть, и вспоминала об Аххе только через несколько минут после прощания с Женей. Во всем остальном, память меня не подводила никогда. В тот день я приклеила листок с одним словом "Ахх" в самый центр монитора, чтобы упомянуть о нем в самом начале беседы, но не успела, потому что первое, что Женя написал, было:
  
  - Все-таки ему удалось пробить мою защиту.
  
   Ахх стоял за моей спиной, почесывая белую бороду и довольно ухмылялся..
  - он хотел с тобой поговорить, - я написала.
  - вижу.
  - как видишь?
  - пусть говорит.
  - его зовут Ахх. Ты его знаешь? Он кто?
  - конечно, знаю, он - зло в чистом виде.
  
  "Как бы старик не обиделся", - я подумала и напечатала:
  
  - Женя, не бывает такого. "Нет ни зла, ни добра, все зависит от того, что ты об этом думаешь".
  - Ты ничего в этом не понимаешь.
  - Это афоризм, принадлежит Шекспиру.
  
  Ахх довольно потер руки и на моем мониторе появились слова:
  - Слушай умную женщину, Казадор! Она - магистр наук и знает, что говорит! И доктор демонических наук, господин Шекспир, тоже не замечен в бросании слов на ветер.
  
  Я улыбнулась забавной ошибке - он говорил о Шекспире в настоящем времени.
  - Ахх, зачем ты здесь?
  - Предложить небольшой обмен.
  - Нам с тобой никогда не договориться.
  - В глобальных вещах - конечно. А в мелочах можно попробовать.
  - Ну, попробуй.
  - Обещай, что в Демонете будешь вести себя как частное лицо, без казадорских приемчиков.
  - И почему я должен согласиться?
  - В противном случае, я напомню админу, что казадор в Демонете - это лис в курятнике. А также попрошу разобраться каким образом ты оказался у главного входа Голденгейта с женщиной, которая добровольно отказалась туда войти, тем самым обеспечив тебе автоматическое попадание на первый уровень Демонета. Ума не приложу, как ты это устроил. С каких это пор казадоры переквалифицировались в героев- любовников?
  - Я не обязан тебе отвечать.
  - А если пообещаешь, я не стану чинить препятствия. Мне и самому любопытно, слабо ли тебе с собственными страстями сразиться, как простому смертному, причем не в реале, где правят страх и мораль, а в Демонете, где все можно, причем безнаказанно, да еще и с женщиной - красивой и чувственной и, к тому же, ревнивой до ужаса. И попробуй в таких условиях устоять против искушений и доказать чего ты стоишь прежде, чем бороться со мной и другими представителями так называемого зла. Соглашайся, а в случае успеха, напишешь очередной учебник для казадоров.
   - Старый трюк - хочешь меня задеть, обвинить в слабости в присутствии дамы?
  - На нее это не подействует - она влюблена в тебя по уши. И, скорее всего, в Демонете будет прощать тебе все, что ты учинишь. И как ты это устроил? Я в восторге!
  - Как устроил? А очень просто - я ее люблю. Она верит мне, и любит, и ты это знаешь, потому что без этого не открылись бы Золотые Ворота.
  - Да уж, конечно, и подозрений никаких не возникло бы, не откажись она в них войти без тебя и не будь ты - казадором. Согласись, никто не поверит в случайность.
  
  Дальше последовала пауза, во время которой я стояла, затаив дыхание, за спиной Ахха. Старик не касался клавиатуры, а оранжевые буквы старинного шрифта возникали на мониторе сами по себе - строчки бежали волной по монитору, затем слова будто вспыхивали огнем и превращались в мелкую пыль.
  
  Затем Женя написал:
  
  - Если я приму твои условия, то не смогу защитить ее от тебя в случае необходимости.
  - Защита ей понадобится не от меня, а скорее от тебя, а я вреда ценным игрокам не причиняю.
  - Вот это меня и тревожит, она - лакомый кусочек для тебя. Но кроме того у нее - совесть...
  - Совесть- это в первую очередь страх быть пойманным. Никто не устоит перед искушением насладиться грехом без последствий - я таких не встречал, да и ты тоже!
  - Хорошо. Я согласен. Буду вести себя как частное лицо. А теперь уходи, оставь нас. И скажи своему выкормышу, чтобы дал разрешение побыстрее.
  - До встречи в Демонете, Казадор. И удачной тебе игры на благо миров Голденгейта.
   - Тебе не удастся меня вовлечь в свою игру, Ахх.
  - Как будет угодно.
  
  Ахх повернулся ко мне и, прежде чем исчезнуть, сказал:
  -- Все, ухожу, он весь твой теперь, детка моя дорогая,- и подмигнул заговорщицки. -- Не смею отнимать у тебя драгоценное время, развлекайся виртуальными игрушками, пока не началась взрослая игра.
  
  Я бросилась к компьютеру:
  - Женя, что все это значит?
  - я тебе все объясню, но сначала скажи: ты хотела бы быть со мной, видеться в любой момент, когда захочешь?
  - Жень, ну мы же говорили об этом... я не буду мужу в реале изменять, я же поклялась. Ты же знаешь, нельзя быть счастливым за счет другого.
  - а делать других счастливыми за свой счет, значит, нормально?
  - я даже не знаю как возразить тебе.
  - ну и не надо возражать. А в другом мире, другом пространстве, ты сможешь позволить себе быть счастливой?
  - параллельном, что ли?- я засмеялась в монитор.
  - в игре высочайшей технологии, неотличимой от реальности?
  - кинетической, нового поколения что ли?
  - намного круче. Как в лесу, помнишь, и в красной комнате? И если действовать аккуратно, то игра никогда не пересечется с реальной жизнью.
   - И никто здесь не узнает о том, что произойдет там, - шепнул голос Ахха мне на ухо. Я повертела головой, его нигде не было видно.
  
  - ну... наверно хотела бы... Да! Очень хотела бы!
  - ну и хорошо, тогда не будем терять время. Я собирался сам, потихоньку, постепенно все подготовить, чтобы не испугать тебя, но он вмешался вдруг? Он тебя не очень мучил?
  - Женя, ну что ты! Он был очень любезен, называл меня "детка". Он ничего не хотел от меня, наоборот обещал устроить, чтобы мы были вместе.
  - он что-то просил взамен?
  - ничего, пустяк, какое-то варенье.
  - чего?
  - он сказал, что поможет нам, если я сварю ему варенье из райских яблочек, к чаю. Смешной, правда?
  - Полинка, этот старый плут хотел продать то, что тебе и так принадлежит по праву. Но какая ценность в варенье? Как странно...
  - когда я на Украине жила, я варила такое варенье; яблочки - целиком, с черешком. Они становились прозрачными и светились - такая красота была и вкуснятина. А здесь райские яблочки гораздо крупнее, "Lady Apple" называются, а на Украине совсем маленькие были, чуть больше вишни.
  - уверен, что здесь есть какой-то подвох... Ладно, разберусь со временем, не будь я казадор.
  - ты обещал мне все объяснить. И скажи-ка, твой ник "казадор" означает "ловец" по-испански. Кого ты ловишь? Женщин? Сетевые души? Ты ловец чего?
  - я - ловец демонов, Полинка. Это я помешал Похх вселиться в тебя.
  О! Есть разрешение! Старик быстро работает!
   - что? Не поняла.
  - Полинка, я все тебе объясню, потерпи немного, ладно? Мы будем вместе, но только в случае полного доверия.
  - я хочу верить.
  - этого мало. Забудь сейчас об Аххе, забудь обо всем. Полинка, есть только ты и я. Иди ко мне, иди... и мы не расстанемся больше. Сейчас все получится. Не бойся ничего... поверь мне, милая моя, закрой глаза ... сейчас будет наш первый день в Демонете, только наш, день вне времени и пространства, и это будет не секс, это будет богослужение! Мне хочется одновременно растерзать тебя, и быть таким нежным и ласковым, каким еще никогда не был!
  
   II ДЕМОНЕТ
  
  "вдох-выдох
  и вот он выход
  теперь вокруг всё тихо
  исчезли блики на стекле
  пришла минута паники
  держимся за руки
  я закрываю ей глаза ладонью..."
  
  И я послушалась его, закрыла глаза и поплыла по его волнам, а в какой-то момент услышала:
   -- Полинка, я здесь!- голос его прозвучал гулко и откуда-то сверху. Я открыла глаза и увидела себя в подъезде старого здания, из тех, что с огромными широкими лестницами, высокими потолками и громоздким тяжелым лифтом с двойной решетчатой дверью. Женя стоял наверху, глядя на меня в проем лестницы и звал: "Сюда, Полинка, шестой этаж!" - и его слова отдавались в подъезде гулким эхом.
  
  ...и тогда я надавила кнопку вызова лифта...
  ... но лифт полз вниз так медленно и с таким страшным скрежетом, что я, не дождавшись, побежала наверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки, и сердце мое стучало громче, чем шаги.
  Женя стоял в дверях одной из квартир, придерживая ногой тяжелую дверь, чтобы не захлопнулась. Мы постояли несколько минут неподвижно, тесно прижавшись друг к другу, он провел руками по моему телу и с наслаждением вдохнул мой запах, я залезла под ткань его рубашки, касаясь его спины и плеч, а потом наши руки переплелись, и глаза встретились и тут, будто вспыхнуло что-то в мозгу, и я увидела себя в реальном мире - я выключила в этот момент компьютер, и засмеялась от радости - он больше не понадобится мне для встреч с ним.
  Я успела подумать, что разберусь обязательно с этим чудом, но, честно говоря, большим чудом я полагала любовь, взаимную, которая, оказывается, бывает не только в книгах или у других людей.
  Тяжелая дверь захлопнулась за нами с грохотом...
  
  ... он срывает мою одежду в таком нетерпении, что отлетает одна из застежек лифчика... а в следующее мгновенье швыряет меня на пушистый ковер... Достаточно одного его взгляда, чтобы зажечь во мне ответное желание - миг, и все летит побоку - одежда вместе со здравым смыслом и общепринятыми правилами о полагающейся в таких случаях прелюдии. Я подчиняюсь ему, раскрываюсь так, как он хочет, и мир для меня сейчас заключен в его руки - жадные и горячие, я полностью растворяюсь в нем, в его силе и страсти, а его порывистость и грубость - и есть высшая и желаннейшая ласка для меня. Мы еще успеем понежиться, пошептать друг другу милые слова, поиграть... потом... позже...
  Я чувствую его взгляд, вернее знаю, что он любуется моими закрытыми глазами и высоко поднятыми бровями, ловит и впитывает мой очередной крик...
  
  
   ***
  -- Я не хочу с тобой расставаться.
  -- А и не надо теперь. Мы вместе, понимаешь? Причем без разрушения нашей реальности, она идет своим путем.
  -- Почти как в мечте или во сне.
  -- Даже лучше, вот увидишь. Придется, правда, доказать чего мы стоим. Ну, тебе не о чем беспокоиться, а вот мне нервы потреплют, но я справлюсь.
  -- Ты о чем, Женя?
  -- Ладно, не беспокойся.
  -- А в окно можно выглянуть?- спрашиваю, глядя на темно-красную тяжелую бархатную штору, из-за которой в комнате царил приятный полумрак.
  -- А, не забыла? Твой коллега сразу понял, что происходит, когда ты ему рассказала об этом месте.
   -- Думаешь, он здесь бывал?
  Женя рассмеялся:
  -- Скорее пациентов лечил тут побывавших. Да не пугайся, Полинка, у нас все в порядке будет. Главное, что мы вместе.
  -- Ну, так мы отодвинем штору?
  -- Не только отодвинем, мы даже выйдем из этого дома и пойдем осматриваться, в конце концов, надо же знать с чем имеешь дело.
  -- А когда? Сейчас?
  -- Позже немножко. Подожди минутку, иди ко мне... кожа-то какая шелковистая у тебя, а пахнешь ты как!
   И мы опять лежим, тесно прижавшись, лицом друг к другу,- мы так близко сейчас насколько вообще могут быть близки мужчина и женщина. Его рука скользит по моей спине и ягодицам, а губы по изгибу бедра - как он говорит на украинском - "выгин стегна"- совершенно завораживающее словосочетание.
  
  -- Ну, Полинка, ты хочешь, чтобы я это сделал или сама штору отодвинешь? Да не бойся, я тут если что.
  Ступая босыми ногами по мягкому ковру, я иду к окну.
  -- Храбрая ты моя, - слышен Женин насмешливый голос.
  Я осторожно отодвигаю штору, но никакого окна там нет, а есть электронное табло с бегущей строчкой - " Добро пожаловать в Демонет", которая сменяется второй строчкой: " Госпожа Полина Аксен, вас и вашего партнера ждут в офисе на первом этаже".
  
  В центре комнаты - небольшой столик, на нем накрытое кружевной салфеткой блюдо, запотевший графин с водой и кубиками льда, горячий кофейник, стаканы, чашки, салфетки - ну прямо как в гостинице. Я с любопытством поднимаю салфетку - под ней тарталетки, тонко нарезанный сыр и ломтики фруктов.
  В глубине комнаты - дверь, а за ней умывальник и большая ванная почему-то на львиных ножках.
  
  Мы спускаемся по лестнице на первый этаж. У меня немного кружится голова и дрожат коленки после столь интенсивного секса.
  На стеклянной двери офиса табличка - " Dемонет, 1-ый уровень, демоверсия" - и "Добро Пожаловать" на всех языках.
  -- Можно войти?
  На столе еще одна табличка- "Стефан Гржвч, DeMo" Ну и фамилия у парня - ни одной гласной! Только бы не пришлось произносить ее вслух. И что это за должность- "DeMo"?
  За столом сидит совсем молодой светловолосый худощавый парень, в темном костюме, белой рубашке с галстуком и смотрит в небольшой карманный компьютер. Он указывает Жене на дверь соседней комнаты, оттуда выглядывает высокая девушка и жестом приглашает его войти. Наверно на моем лице отражается волнение, когда Женя скрывается за дверью с этой девушкой, потому что Стефан говорит мне успокаивающим тоном:
  -- Это займет немного времени, он побудет в соседнем офисе, не беспокойтесь, - и широко улыбается мне:
   -- Госпожа Полина Аксен, я приветствую вас на первом уровне Демонета, элитном мире Голденгейта.
   -- Спасибо.
   -- Здесь очень классно! Скоро сами все увидите. Главное - никаких условий и препятствий. Осматривайтесь, гуляйте, развлекайтесь, любите друг друга... короче, делайте все, что угодно. Всего одно маленькое правило - не нарушать общественный порядок. Если вы согласны, то продолжим.
   -- Что значит "нарушать"? Я же еще не знаю, что здесь принято и как следует себя вести.
   -- Это очень просто, госпожа Аксен: в общественных местах следует делать то, что положено. Например, в кафе едят и разговаривают, в читальных залах - читают книги и соблюдают тишину, и ни в коем случае - не наоборот.
   -- Я- магистр наук, я не перепутаю кафе с читальным залом.
   -- Не сомневаюсь, госпожа Аксен, но случается, что люди из реала, с его бесконечными правилами и запретами, попадают в Демонет, где можно все, то иногда происходят разные курьезы. Надеюсь, с вами этого не случится.
   -- Я должна подписать документ о том, что я ознакомлена с правилами?
   -- Нет, у нас это не принято. Достаточно устного согласия. Мы доверяем игрокам элитного мира, у нас даже нет стражников, сторожей или охраны, однако не советую использовать это в целях нарушения порядка.
   -- Ну, в хулиганстве я не была замечена, - я засмеялась, и он одобрительно кивнул.
   -- Позвольте уточнить несколько деталей, - он заглянул в свой карманный компьютер:
   -- Полина Аксен, пол женский, цвет глаз - зеленый, цвет волос- каштановый, место рождения - Киев, место проживания - Нью-Йорк, основная профессия - врач- диетолог, интересы: рок- музыка, фантастика, фитнес, танец живота, кулинария, стремление к эмоциональной независимости. Все правильно?
   -- Вроде бы... А вы что, считываете с меня информацию?
   -- Все гораздо проще: чтобы ускорить процесс, я изучил ваш реальный сетевой блог и ввел необходимое в нашу базу данных. Да, еще один вопрос: нет ли у вас страсти к азартным играм? Это может стать серьезным препятствием...
   -- Я учила в колледже теорию вероятности, так что это точно не будет проблемой, я обещаю.
   -- Верю, но обязан предупредить. Дело в том, что в Демонет попадают люди склонные к крайностям - это, ни в коем случае не минус - но именно страсть к азартным играм может стать серьезной помехой в реализации возможностей. Продолжим, Полина. Закройте глаза и подумайте о чем-нибудь приятном... так... спасибо. А теперь вспомните что-нибудь из прошлого, все, что в голову придет. Хорошо, спасибо, теперь представьте себе какое-нибудь несбыточное желание - можно несколько... Прекрасно! С вами легко работать - у вас живое воображение! С партнером проблем тоже не должно быть - вы видели друг друга, касались, и органолептическое восприятие демофилда в приемной прошло нормально, верно ведь?- он заглянул в компьютер. - Вам все подошло?
   -- В приемной?
   -- Комната с мебелью красного дерева - удобное демонстрационное поле для новичков. В прошлый раз партнер привел вас туда незаконно, без ведома администрации, за что уже получил предупреждение и штрафные очки.
   -- А комната ...это была реклама?
   -- Скорее, проба. Демонет не нуждается в рекламе - это элитный мир, но не может обойтись без постоянного пополнения своего талантливого населения, потому что игроки, как правило, переходят на более высокие уровни.
   -- Значит, нас с Женей тоже считают талантливыми? В чем же?
   -- Разумеется считают. Администрация сделала на вас ставку и даже предлагает льготные условия, полагая, что ваши таланты могут проявиться в предложенных условиях наилучшим образом. Опыт и знания, полученные на разных уровнях Демонета, могут быть использованы в реале, но об этом рано еще говорить. Сначала нужно пройти первый уровень.
   -- Но как же это получается - одновременно находиться в двух разных мирах?
   -- Человек может находиться одновременно во множестве разных миров. А вы пока только в двух - реале и Демонете.
   -- А ничего, что у нас с собой нет никаких вещей?
   -- Все необходимое на первое время вы найдете у себя дома, включая деньги.
   -- Дома?
   -- Ну да, должны же вы где- то жить.
   -- А где мы будем жить?
   -- Мне это неизвестно, вы должны сами найти свой дом.
   -- Сама? А я смогу?
   -- Обычно у всех получается. Воспринимайте это как первый ход в игре. Еще есть вопросы?
   -- Должна ли я находиться в состоянии покоя в реале в это время?
   -- Совершенно необязательно. В реале вы можете делать все, что угодно: спать, читать, работать и одновременно находиться в Демонете. На первых порах старайтесь все же избегать действий требующих внимания и концентрации.
   -- Например?
   -- Обычно не рекомендуется скалолазание или управление вертолетом...
   -- О, за это можете быть спокойны.
   --...но через какое-то время - вы сможете и это. Процесс адаптации у всех проходит по-разному и скорость ее индивидуальна. Конечно, происходящее в Демонете будет влиять в какой-то мере на ваше настроение в реале. Короче, идите, играйте и наслаждайтесь. Если разумно распоряжаться деньгами, то их хватит на довольно длительный срок.
   -- А потом?
   -- А потом придется их зарабатывать.
   -- А как тут зарабатывают?
   -- Ну, кто на что горазд. Здесь нет дипломов и других документов, так что кем назоветесь, тем и будете работать.
   -- А если нам здесь не понравится?
   -- Разумеется, никто не станет вас удерживать, но сказать по правде, таких случаев еще не было. А наоборот - сколько угодно.
   -- Наоборот?
   -- Администрация не желала продлевать договор с некоторыми игроками, а они делали все возможное и невозможное, чтобы остаться. Госпожа Аксен, невозможно все предусмотреть, будете решать проблемы по мере поступления, вы же магистр наук, разберетесь на месте. Если больше нет вопросов, желаю вам и вашему партнеру хорошей игры на благо миров Голденгейта.
  
   Женя уже ждал меня за стеклянной дверью. Я поблагодарила Стефана, встала и тут он сказал:
   -- А сейчас главное!
   -- Да?- я обернулась.
   -- Делайте только то, что хочется.
   -- В смысле?
   -- Только то, к чему лежит душа.
   -- Думаю, что это не сложно.
   -- Не скажите. Это касается абсолютно всего: выбор дороги на прогулке, еды, рода занятий и прочего. Действуйте согласно личным желаниям, заводите приятные знакомства, повинуйтесь порывам, наслаждайтесь приятными моментами, по возможности, не нарушая общественного порядка.
  -- Спасибо. Всего доброго.
  
   ***
   Казадор
  
  Н-да... идти по улицам с женщиной, на которую все оглядываются, это, я вам скажу, не просто. Какая незадача, что мы не встретились с ней раньше - мы же родились в одном городе - хотя, скорее всего, она не обратила бы на меня внимания. А если бы я встретил ее раньше, то ни за что бы не отпустил. Так ей и сказал бы: " Вот как хочешь, а я беру тебя себе, сопротивление бесполезно".
  Она, конечно, привыкла к вниманию: мужчины долго глядят ей вслед и восхищенно цокают, а мне завидуют, что я обнимаю ее за талию, поддерживаю под локоть, наклоняюсь и шепчу ей на ухо словечки, от которых она сначала вспыхивает и смущается, но потом все же довольно смеется. Один юноша так засмотрелся, что я даже ущипнул ее за упругую ягодицу, специально, чтобы подразнить его.
   А в женских взглядах читается: " Ну почему одним все, а другим ничего? Как несправедливо". Да, природа щедро ее одарила, но она-то знает, что с дарами природы надо бережно обращаться, и что же вы, девочки, завидуете ее манере держаться, гордой осанке и упругой легкой походке - время проведенное в фитнес зале, на тренажерах и в классе танца живота, дает о себе знать.
   -- Женя, мне кажется будто я только что сошла с поезда или с самолета в незнакомом городе. А тебе?
   Она все время держит меня за руку, будто боится, что я исчезну - приятно, черт возьми!
  
   -- И у меня такое же чувство. Улицы, дома, перекрестки, скверы - город как город, только незнакомый совершенно, ой, подожди, вот этот дом с балюстрадой - ну точная копия дома в Питере, где жил друг мой, Севка. Я гостил у него много раз. Эх, хорошо мы время проводили - лучшие воспоминания юности с этим домом связаны! Ну точно такой подъезд и две скамейки, подожди, тут еще надпись была выцарапана... Нет надписи... наверно закрасили. А за поворотом магазин ликероводочный должен быть... нет, магазина, странно... может, закрыли, но дом-то как похож! Ну, пошли дальше.
   -- Может мы зря из красной комнаты ушли, а? Мне и там было неплохо. А ты запомнил дорогу?
   -- Запомнил, но вряд ли мы туда вернемся, сказали же, это предбанник был. А мы должны идти дальше.
   -- А мне хочется только быть с тобой, все равно где, хоть в предбаннике, - она потерлась о мою руку щекой.
   -- Мне тоже, Полинка, но правила надо уважать, если не все, то хотя бы какую - то часть.
   -- Смотри, Женя, город как город, люди обыкновенные и вроде все ведут себя нормально, а Стефан говорил, что здесь все можно... интересно, что он имел в виду?
   -- Внешнее спокойствие бывает обманчиво, только расслабишься, что-нибудь обязательно произойдет. Но здесь довольно симпатично. Будем открывать для себя этот мир постепенно. О, смотри, базар, вроде. Ряды с бидончиками с молоком, комочками творога в марлевой ткани и крынками с густой желтой сметаной. А вот мед золотистый, липовый, попробуем? Ложку сметаны и ложку меда... Стой, ты измазала щеку, позволь мне вытереть, нет, не так... Ты стесняешься на базаре целоваться, что ли? Да пусть смотрят, не обращай внимания. Губы твои слаще меда-то.
   -- Женя, ну ...а вдруг это нарушение общественного порядка? Другие-то не целуются.
   -- Ну пойдем дальше. Дай руку, а то еще потеряешься в толпе. А вот бадьи с соленьями, капустные листы хрустящие, яблоки моченые, держи-ка одно. А вот и ягоды! Целый ряд смородины! Хочешь? Говоришь в Америке со смородиной туго? Надо же!
   -- Женя! Это любимая моя ягодка- смородинка! Бабушка ее заготавливала на зиму, с сахаром перетирала для меня специально. Ух, аромат смородинный, терпкий такой!
   -- Смородинка! Ух, как тебе подходит это имя! Я теперь буду тебя так называть - Смородинка моя! Купить стаканчик?
   -- А деньги?
   -- Сейчас попробую предложить те, что у меня в кармане. Да, пожалуйста, и листьев смородинных подбросьте в кулечек - чай заваривать. Взяли деньги, глазом не моргнули. Держи кулек, Полинка.
   -- Мы же еще не знаем где будем жить, а ты уже листьев к чаю взял...
  
   Идем по улице и едим смородину прямо из газетного кулечка. Мостовая выложена крупными булыжниками, ряды утопающих в зелени белых домиков с красными крышами, калитки крашенные, резные. Опять останавливаюсь и целую ее, вдыхая смородинный аромат ее губ... собака лает на нас из подворотни, любопытная юная веснушчатая мордочка подглядывает за нами из окошка ...
  
   -- Не могу оторваться от тебя, милая моя, не могу рук оторвать, хочу тебя опять, чувствуешь? Ну, хоть прямо тут на улице... И что тебе так в душу запали эти слова про общественный порядок? Смотри, вон лесная зона, пойдем, а?
   -- Женя, ну что ты только об этом думаешь, успеем еще... сначала надо найти место, где мы будем жить и желательно до того как стемнеет.
   -- Ну, куда ты спешишь? Гостиницы тут должны быть? В крайнем случае, постучимся к кому-нибудь, попросимся переночевать.
   -- Ой, не хотелось бы.
   -- Полинка, не волнуйся, летние ночи теплые, а вдвоем мы точно не замерзнем.
   -- И то правда. Я с тобой могу на скамейке всю ночь сидеть.
  
   Как она смотрит на меня! За один такой взгляд все готов отдать! И нежность в нем, и надежда, и страсть, и застенчивость, и кокетство лукавое, и страх, что придется расстаться хотя бы ненадолго. Я все-таки увлекаю ее в лес.
  
   -- Женя, мы же были здесь, помнишь? Поваленная сосна и крона деревьев над головой!
  
   Ха! Помню ли я? Это была приятнейшая неожиданность, я и не подозревал, что она способна на такие эмоции. Сначала решил, что шальной демовэйв нас подхватил по случайности, а когда увидел сияние, то понял, что перед ней Золотые Ворота открылись. А из ворот тетка какая-то вышла, большая шишка, видать, по меньшей мере, курандера. Обрадовался я за Полинку, и загордился сразу, что именно я помог ей достичь вершины. А потом тоска защемила! Сейчас, думаю, она пойдет на этот блеск, не оглянется даже. А она вдруг... Ух, милая моя, ты сама не знаешь от чего отказалась, и что сделала для меня и для всех казадоров! Уж я-то этот шанс ни за что не упущу!
  
   Одежда летит в сторону и повисает на чахлом, высохшем от жары, кусте.
   -- М-м-м... скорее... хочу, чтобы ты была совсем голая, хочу видеть тебя всю, вот так.
  
   Предзакатные солнечные блики на наших телах, на ее - загорелом, и моем - совсем белом - я терпеть не могу лежать на солнце.
   -- Раскройся вот так.
   -- Не могу.
   -- Что так?
   -- Мне стыдно.
   -- Стыдно? Чего же?
   -- Здесь очень светло....
   -- Но я хочу видеть тебя всю, раскрытую.
   -- Зачем?
   -- Для меня это самое прекрасное из всех зрелищ. Позволь мне...
  
   Стыдно, говорит. Как же это она до сих пор стесняться не разучилась? Ураганное сочетание целомудрия и страсти. Тем лучше, любимая, момент преодоления стыда - самый сладкий, а бесстыжим людям он неведом. Стыд. Интересное это явление. Тонкое. Где граница того, что еще нельзя или уже можно? Помочь преодолеть стыд - это умение быть своевременным. Просто надо дождаться, почувствовать, что женщина готова принять "непристойное" предложение, и "дожать". Думаю, стыдливая женщина позволяет все только когда любит, а застенчивость - это покров, который мешает вторжению чужеродного и спадает при приближении своего.
   Ну вот, мое лицо меж ее ног, она раскрыта, потому что я так велел ей. Ей нравится мне подчиняться,
   -- Вот так! Еще ближе ... Какая же ты красивая! Сладкая! Какой запах у тебя! Запах любви!
   Я ласкаю ее, она стонет, вскрикивает... Ух! Горы могу своротить с такой женщиной!
   -- Как же я люблю тебя, Смородинка моя! А теперь повернись. Попа у тебя классная!
   Держу ее за бедра, сжимаю их руками: - Дай-ка я поцелую ложбинку на спине... Я сейчас все вижу - как вхожу в тебя и как выхожу... Моя! Моя женщина! Убью за нее!
  
  Лежим в обнимку на моей рубашке, моя голова на ее груди. Предзакатное состояние затянулось: солнце будто застряло, зацепившись за верхушки деревьев. Похоже, время тут идет медленнее, чем в реале. Подыгрывает нам, что ли?
   Выходим из лесной зоны. О, это похоже на остановку маршрутного такси, несколько человек стоят. Подождем и мы. Садимся в машину, не имея ни малейшего понятия куда мы едем, может спросить у водителя, но что конкретно спрашивать? Разберемся, не волнуйся, любимая моя. Темнеет все же, фонари на улицах зажигаются, в окошках разноцветные абажуры - оранжевые, салатовые, голубые. О, выезжаем на широкие улицы, тут высотные здания, витрины горят неоновым светом.
   Машина останавливается на широкой площади прямо перед высотным зданием с горящими желтыми буквами "Золотые Ворота". Похоже, это гостиница. Все пассажиры выходят из машины и мы тоже. Слышен бой часов. На первом этаже гостиницы - кабачок. Столики на улице под развесистыми деревьями. Несколько подвыпивших личностей, шатаясь, вываливаются из дверей. Волна аромата горячей пищи щекочет ноздри, напоминая, что мы ничего не ели с утра кроме нескольких тарталеток в Красной Комнате и горсти смородины. Я тяну медное кольцо на себя, и тяжелая дубовая дверь открывается со скрежетом. Настоящий кабак - дубовые столы и скамейки и "голые плясуньи - украшенье голых стен". Лысоватый толстяк протирает бокалы полотенцем за стойкой бара.
  
   -- Хозяин! - кричит один из подвыпивших гостей, - Еще один бочонок вина! И где горячее, черт подери!
  
   Мы скромно садимся в уголке. Высокая, ярко накрашенная блондинка в кокетливом кружевном переднике проносит мимо нас блюдо с запеченной бараньей ногой обложенной жареными красными картофелинами и стручками зеленой фасоли. Певица с черными гладкими волосами, схваченными блестящим обручем, в длинном расшитом блестками темно-синем платье, поет красивую балладу о любви бедной девушки-кухарки к юному принцу. Она признается принцу, что ей велено заправить его любимое блюдо неизвестными специями, может даже отравленными. Принц благодарит ее и предлагает ей любую награду, но, под громкий смех придворных, она просит всего лишь один его поцелуй. Во время долгого поцелуя на глазах у всего двора и невесты - иностранной принцессы, - насмешки смолкают. Принц и кухарка смотрят друг на друга долгим пристальным взглядом, забыв обо всем. Однако после этого события, девушку-кухарку изгоняют из дворца, она идет по дороге босая и поет песню о случившемся в надежде, что люди подхватят эту песню, и когда-нибудь ее услышит принц.
   Мы заслушались.
   Певица исчезает за кулисами, а на сцену выходят две танцовщицы в полупрозрачных туниках и под общее радостное ржание исполняют танец- пантомиму. Ловкие девчонки, совсем юные, задорные. Полинка ловит мой взгляд и пытается отвлечь мое внимание от девчонок.
   -- Когда-нибудь,- говорит она, - я сама станцую для тебя так, что ты глаз от меня отвести не сможешь.
   -- Хоть сейчас,- говорю. - Снимем номер, и станцуешь стриптиз для меня одного.
  
   Она улыбается. Довольна, что отвлекла меня от девчонок, ревнивая она все же. Может быть отличной приманкой для Реффа.
  
   -- Не видать вам всем Золотых Ворот как своих ушей! - кричит один из подвыпивших посетителей. - Вы тут все зажрались, разболтались, разленились!
   Другой показывает ему неприличный жест:
   -- Плевать я хотел на верхние уровни! Мне и тут неплохо!
  
   Высокая блондинка приносит меню. Мы заказываем бутылку вина, пирог с сыром и зеленью и фрукты. Один бокал - и Полина уже пьяна, хохочет... Я кормлю ее пирогом, отламывая маленькие кусочки, нарезаю для нее фрукты дольками.
  
   -- Еще вина?- спрашивает официантка?
   -- Благодарю, достаточно. А где здесь можно снять комнату?
   -- В холле налево - доска с ключами от свободных номеров. Выбирайте любой на четном этаже. Счет за ресторан и ночлег получите по домашнему адресу.
  
   Хорошо бы самому узнать свой адрес для начала, ну да, ладно, не в первой...
   Выходим в холл, там стоит певица и смотрит в окно, явно ожидая кого-то.
  
   -- Спасибо за песню, - говорит Полина. - А кто автор? Вы сами песни сочиняете?
   -- Я - автор, но ничего не сочиняю,- отвечает певица.- Я пою чистую правду о том, что случилось со мною на высшем уровне Демонета, до того как меня выбросили сюда! Но они не заставят меня молчать, я умею слагать песни, а значит, об этом узнает множество людей.
   -- О, значит там, на верхнем уровне, есть настоящий принц? И это песня про вас? Но вы так хорошо поете, - пьяная Полина задает слишком много вопросов, и я тихонько наступаю ей на ногу, намекая, чтобы она замолчала. - Почему же вы были там кухаркой?
   -- Лучше быть кухаркой на верхнем уровне, чем певицей на самом низком, - гордо отвечает та.
   Полинка еще хочет что-то спросить, но я оттаскиваю ее в сторону, а она со смехом упирается. Снимаю первый попавшийся ключ с деревянной доски, и мы поднимаемся по деревянной скрипучей лестнице. Номер на ключе - 33. Эх, предупреждали же, что надо выбрать четный, ну да ладно, не буду возвращаться - Полинка висит у меня на плече и почти спит.
  
   Третья дверь на третьем этаже. Огромная кровать в центре комнаты, заманчиво откинутый краешек покрывала - будто приглашение нырнуть в белоснежные простыни. Зеркало, трюмо, шкаф, на стене пара картин - номер как номер. Полинка долго плещется в душе. Выходит, завернутая в банное белое полотенце - она же обычно не вытирается, видно, завернулась, чтобы выйти красиво. Проснулась, моя девочка, и, кажется, готова к новой игре. Голая под полотенцем, мокрые волосы распущены по плечам, да еще и немного пьяна - заманчива как конфетка "Пьяная вишня", вернее, "Пьяная Смородинка". Медленно опускается на колени, снимает сандалии с моих ног, потом зубами расстегивает зиппер на моих брюках. Полотенце на ней разворачивается как обертка от конфеты. Ну и кто же из нас неутомим?
  
   -- Смотри, Женя, окна должны выходить на площадь, а они выходят на реку - это очень странно. А на картине - зеленое солнце заходит в розовое море - все наоборот, - бормочет она, засыпая.
   Я укрываю ее и выхожу на балкон. Эх, черт, надо было четный номер взять! Вот он - сидит на перилах, бороденку седую поглаживая и гадко ухмыляясь. Сейчас испортит настроение на сон грядущий.
  
   -- Зачем ты здесь?
   -- Решил лично удостовериться, что ты хорошо устроился. Отдыхаешь будто в отпуске и все в ранках демокодекса - даже время получил, чтобы осмотреться и развлечься.
   -- Неужели? А я - то по привычке решил, что ты разведать пришел и поразмышлять на чем бы меня подловить, чтобы я демокодекс нарушил, и вышвырнуть меня отсюда на законных основаниях, а ее себе забрать.
   -- Какой ты подозрительный! Полно, Казадор, я поучиться у тебя пришел: гуляешь по престижному миру с красивой женщиной, а начальству, небось, очки втираешь, что на важной миссии по борьбе с демонами, а женщина, верно, думает, что ты такой же новичок как и она - ну и хитрец!
   -- А ты хочешь меня разоблачить?
   -- Пока нет.
   -- Я не отдам тебе ее.
   -- А вот тут зря ты уперся. Я не отступлю - у нее большой потенциал и я мог бы найти массу применений ее талантам.
   -- Она может направить их на служение любви и добру.
   -- До чего же вы, казадоры, любите громкие слова! Да только твое понимание любви - ей будет чуждо - я ее лучше знаю. Ну, развлекайся пока, отдыхай, а я полюбуюсь издали.
   -- Ты хочешь, чтобы я все время дергался и оглядывался? Не выйдет у тебя, старый плут. Не подловишь меня. Я здесь на законных основаниях.
   -- И вести себя будешь как частное лицо?
   -- Да пошел ты! Не твое дело!
  
   Полина
  
   Я открываю глаза - это не сон. Женя и вправду стоит передо мной с подносом в руках.
   -- Кофе я сам сварил,- говорит. - Отобрал у горничной бразды правления и сам, для тебя, чтобы с пеночкой. А булочки свежие - только из печи, с местной кухни. С пылу-жару, ешь, милая моя. А кровать-то здесь какая огромная, а мы ее так и не опробовали толком - ты уснула вчера рано.
   -- Но, Женя, нам же надо искать место жительства, а то не хватит надолго тех денег, что у тебя в кармане оказались. Стефан ясно сказал, когда деньги закончатся, придется их зарабатывать. А если не найдем дом сегодня, придется вернуться в гостиницу.
   -- Помню, да, хорошо, сейчас пойдем, не беспокойся только.
  
   Выходим на площадь и сворачиваем наугад на одну из улиц.
   Город как город - дома не слишком высокие как в Нью-Йорке, из-за которых человек сам себе маленьким кажется, но и не слишком низкие, а как раз подходящие для человеческого роста - как в Киеве или Одессе. Зеленые улицы, скверы, палисадники, витрины, кафе. Люди идут по своим делам, одеты вполне современно, наша одежда не выделяется на общем фоне, но все же что-то неуловимо странное отличает этот город от других. Пока не могу определить что именно.
   -- И по какому признаку я должна догадаться где нам жить? Стефан сказал, что все догадываются, не может быть, чтобы мы были тупее остальных. Женя, ну что ты молчишь?
   -- Ну давай подумаем: что такое дом? Где-то прочел я что дом, это не там где родился, а там где можешь спокойно повесить свою шляпу.
   -- Ты не шути, а думай.
   -- А я думаю. Дом - это место, где тебя любят и всегда ждут.
   -- Этого мне только не хватало! Я хочу, чтобы там никого не было, только мы с тобой.
   -- Так, продолжаю думать. Для некоторых дом - это как раз там, где тихо, никого нет, никто не мешает абстрагироваться, и не указывает что делать. Дом - это там, где можно спать с открытыми настежь окнами под шум дождя, где просто вещи привычные на своих местах лежат, и можно голым ходить при желании. Дом - это там, где жизнь в твоем собственном измерении течет.
   -- Красиво как ты говоришь, Женя, я бы тебя слушала и слушала.
   -- Наслушаешься еще, Полинка, даже надоест.
   -- Ты мне надоешь? Никогда!
   -- Давай вернемся на площадь и пойдем в другую сторону?
   -- Давай.
  
   В центре площади сидит вчерашняя певица и поет, аккомпанируя себе под гитару. Голос у нее чистый и сильный. Возле нее сидит Рефф и еще один, незнакомый мне демон, который гладит певицу по длинным черным волосам. Я сразу вижу, что это демоны. В реале они неотличимы от людей, а здесь кажутся полупрозрачными, и присущие им черты выделяются более характерно. Люди собираются вокруг певицы полукругом и слушают, некоторые начинаю подпевать. Неожиданно демоны срываются с места и убегают, сверкая пятками и оглядываясь. Я готова поклясться, что они оглядываются именно на нас. Мы останавливаемся ненадолго возле певицы, а когда уходим, она вдруг догоняет нас, хватает Женю за руку и отводит его в сторону. Похоже, она просит его о чем-то, а он не соглашается, отрицательно качает головой. Она настаивает, говорит ему что-то горячо и страстно, заглядывая в глаза. Я не выдерживаю и подхожу к ним ближе. Рефф подмигивает мне из-за дерева. До меня доносятся обрывки разговора:
   -- Казадор, я не обойдусь без твоей помощи!
   -- Линда, это запрещено. Я здесь как частное лицо, на общих основаниях, к тому же у меня нет возможности.
   -- Дай мне знать когда будет возможность.
   -- Непременно. Как я тебя найду?
   -- По вечерам я всегда в кабачке.
  
   О чем это они?
   Женя увлекает меня с площади.
   -- У тебя есть знакомые в этом мире, Женя?
   -- Нет. Она спутала меня с кем то.
   Не хочет говорить. Опять какие-то секреты.
  
  Мы сворачиваем на другую улицу.
  А здесь, видимо, культурный центр города. Мы проходим мимо библиотеки и целого ряда выставочных залов. Здание театра с белыми колоннами и яркими афишами. Я замедляю шаг. Сегодня - "Макбет", завтра - "Гамлет", послезавтра - "Отелло".
  
   -- О, жители Демонета оказывается большие поклонники Шекспира, смотри, Женя, почти каждый день - шекспировская пьеса. Я так давно не была в театре! Вернемся сюда, непременно, когда найдем жилье.
   -- Да уж, - говорит Женя тихо. - Он - крупнейший специалист по демонам.
  
   Ну и каким же образом найдется наш дом? Идем ли мы в правильном направлении? А может, требуется что-то сделать или понять, прежде чем дом найдется?
   Мое внимание привлекает маленькая запыленная витрина и вывеска "Антикварный магазин".
   - Женя, смотри, настоящая лавка древностей.
   -- Хочешь заглянуть?
   -- Нет. Я подумала, что если здесь есть древности, значит Демонет существует очень давно. Очень хочется зайти, но не сегодня. Никаких покупок и развлечений пока не найдем свой дом.
  
   Из лавки древностей вдруг выглядывает старик в маленькой черной шапочке, наверно хозяин магазина, и кричит нам вдогонку:
   -- Казадор! Казадор!
   Женя оборачивается, и старик подбегает к нам:
   -- Казадор, зайдешь когда будет время, а?
   -- Я здесь как частное лицо.
   Старик подмигивает ему:
   -- Я хорошо заплачу, не обижу, и все останется между нами.
   Женя что-то тихо отвечает ему, и он отстает, но долго смотрит нам вслед.
  
   -- А как он узнал, что ты казадор?
   -- Черт его знает. Он старый - догадался как-то.
  
   Все происходящее похоже на игру - меня не покидает ощущение, что я на сцене или игровом поле и за мной наблюдают то ли зрители, то ли болельщики. Здания библиотеки, театра, гостиницы и антикварного магазина - кажутся декорациями и одновременно точками отсчета или ориентирами, которые я должна запомнить, потому что они мне позднее как-то пригодятся. Иногда возникает впечатление, что мы движемся в полусне, но только ощущения намного ярче, сильнее, острее, чем в реале - будто пелену сняли с глаз и других органов чувств. Я четко вижу себя в реале, но будто со стороны: мой кабинет, вазоны с растениями на подоконнике, рабочий стол и компьютер. А я, та, что реальная, - будто наблюдаю боковым зрением за собой в Демонете - на большом экране с объемным изображением. Я могу мысленно выключить наблюдение, если захочу. А что делает Женя сейчас в реале - не знаю, и мне не хочется спрашивать. Мы только здесь вместе, а в реале нас разделяют тысячи километров, часовые пояса, границы, близкие люди и обязательства. Зато в Демонете мы провели вместе одну из таких ночей, которые не забываются, а сейчас идем по улицам незнакомого города, держась за руки и улыбаясь друг другу - вот так я понимаю счастье.
  
   Слышен бой часов. Двенадцать. Мы выходим на красивую, вымощенную разноцветными кирпичиками, пешеходную улицу - она ведет к высокой башне. Множество лавочек с сувенирами, ювелирный магазин - может, Жене интересно? Он мельком взглядывает на витрину, но не останавливается и бормочет: '' Им бы топоры делать".
   А я так и не видела его работ. Насколько мне известно, он делает на заказ ювелирные изделия для частных лиц. Он об этом упомянул лишь однажды, подробностей не рассказывал. Интересно, сделает ли он специально для меня когда-нибудь украшение? Но я не буду об этом просить и даже намекать, пусть сам догадается. Ведь это же так естественно - дарить женщинам украшения, особенно если сам их умеешь делать. Эта Оксана, его реальная женщина, наверно, уже обвешана драгоценностями его работы с головы до ног.
   Женя вдруг застывает, уставившись в одну точку. Я верчу головой, пытаясь увидеть объект его внимания. Он смотрит на высокую башню, на вершине которой часы неправильной сложной формы и циферблат с кривыми стрелками, но самым странным кажется даже не это, а то, что расстояние между цифрами почему-то неравномерно. Между цифрами "2" и "3" - маленькое, почти незаметное - цифра "2" почти налезает на цифру "3", .а между "7" и "8" - самое большое.
  
   -- Так я и знал!- восклицает Женя. - Я чувствовал, что время идет не так: вчера закат явно затянулся, а ночь очень быстро пролетела.
   -- Ух ты! Вот это да!
   Мы стоим и, разинув рты, смотрим на башенные часы.
   -- Видишь, а ты говорил, что этот мир такой же обыкновенный как реал.
   -- Беру свои слова обратно. А как же ориентироваться по местному времени? У них тут хотя бы продаются наручные часы?
   -- Деньги нужно экономить, но хотя бы одни часы на двоих приобрести не помешает.
   -- Полинка, не жадничай, купим по паре часов местных, а деньги заработаем - я много чего умею и работы не боюсь.
  
   Часовой магазин находится тут же, у основания башни. Я выбираю себе элегантные дамские часики с тоненьким блестящим ремешком, А Женя - покрупнее, мужские. Циферблаты такие же, светящиеся, многогранные, с неравномерными интервалами между цифрами и кривыми стрелками.
   -- Сигнал об изменении времени на последующий период будет приходить на ваш адрес, - говорит продавец.
   -- Значит здесь непостоянное время?
   -- Временем и, соответственно, световым днем управляет администрация.
   Мы быстро переглядываемся.
   -- Видите ли, - говорю, - мы еще не знаем нашего адреса, мы здесь первый день.
   -- В таком случае, назовите мне ваши имена, пожалуйста.
   -- Полина Аксен и Евгений Галушко.
   -- Минутку...
  
   Продавец часов достает небольшой карманный компьютер, с множеством разноцветных проводков, набирает что - на клавиатуре, затем объявляет:
   -- У вас один адрес на двоих: переулок Тамбыло, двадцать дробь два.
   Мы опять переглядываемся:
   -- Спасибо большое. Вы нам очень помогли.
   -- Не за что. Разрешите... - он подключает к нашим часам проводки от своего компьютера. - Все в порядке, сигналы будут поступать по указанному адресу.
   -- А вы не подскажете где этот переулок?
   -- Охотно. Это на другой стороне реки, от площади - налево, пройдете через мост, затем через парк, а там будет указатель с названиями улиц.
  
   ***
  Идем по мосту, любуясь белыми корабликами, плывущими в золотисто-зеленой дымке вдоль песочно-ивовых берегов.
  На другом берегу у входа в парк светится электронное табло - "Демофилд Другая Сторона", DeMo - Валентин Неплох. "DeMo" - это, по-видимому, какая-то должность, наверно, смотритель. Этот Неплох - явно человек ответственный - расположил повсюду электронные карты и указатели на все случаи жизни - "комната смеха", "шашлычная", "тир", клуб Demonique, "лодочная станция " и еще куча других.
   На электронной карте переулок Тамбыло выглядит как небольшой отросток от Улицы Роз.
   -- Ну вот скажи, Женя, как бы мы догадались, что нам нужно через мост пройти на Другую Сторону, если бы часовщик нам не сказал? Ведь это же чистая случайность, что ты увидел часы на башне, и мы зашли в магазин. Вероятность, что мы сами забрели бы сюда сегодня до наступления темноты - ничтожна.
   -- Думаю, это был один из предусмотренных путей нахождения нашего дома, но не уверен, что мы выбрали самый короткий или сделали самый блестящий ход. Думаю, наш дом можно узнать и по каким-то другим признакам. Ты же не забыла, что все наши действия - ходы в игре.
   -- Честно говоря, забыла. Я хочу сейчас только одного: попасть домой и отдохнуть.
   -- Устала, милая моя? Ну да, с утра не присели еще. Хочешь, я тебя понесу?
   -- Нет-нет. А вдруг это нарушение общественного порядка?
  
   Какой он чудесный, Женя мой - вот так взял бы меня на руки и понес!
  
   -- Ну, я и не подозревал, что ты будешь так ревностно соблюдать правила. Эдак и соскучиться недолго! Шучу, шучу...
  
   На улице Роз и вправду - сплошные цветники и оранжереи, даже чайхана называется "Чайная Роза"... и вдруг я замираю, а Женя проходит немного дальше, не заметив, что я больше не следую за ним. Затем оглядывается и возвращается:
   -- Что-нибудь не так?
   А у меня слезы ручьем ... я вытираю их тыльной стороной ладони и всхлипываю. Женя смотрит на табличку "Переулок Тамбыло", потом на меня, потом опять на табличку:
   -- Ну все правильно же, идем искать дом двадцать дробь два... Да что с тобой, Полинка?
  
   Мне кажется, что если я сделаю хоть один шаг, то все исчезнет, что это все - иллюзия - как мираж в пустыне. Конечно, я не могла не узнать место, где мне следовало жить в Демонете, потому что ... я выросла на этой улице, ходила в школу вон по той дороге, а на обратном пути покупала хлеб вон в том гастрономе и заодно выпивала там стаканчик яблочного сока и покупала шоколадный батончик.
  
   -- Полинка, ты знаешь куда дальше идти?
  
   Женин голос звучит будто издалека, а я плыву как во сне. Когда я уезжала в Нью-Йорк, улица выглядела несколько иначе: этого забора уже не было, старые домики напротив школы снесли, а на их месте строился торговый комплекс. А здесь перемен не было.
  
   -- Да, Женя, я знаю куда идти.
   Женя молча шагает рядом, поглядывая на меня внимательно и настороженно. Я уверенно вхожу во двор, совершенно точно зная, что я там увижу. Все как раньше: даже тополя взметнувшиеся вверх. Уже в девяностых соседи как-то сговорились и в один из выходных дней обрубили ветки, чтобы уменьшить количество пуха... а здесь деревья машут пышными кронами, а весь двор засыпан пухом как снегом. Мы в детстве поджигали эти пушинки, наблюдая как они сгорают, - любимая забава была. Я уверенно открываю дверь своего подъезда, поднимаюсь по ступенькам и останавливаюсь перед дверью. Номера на ней не нет, но это та самая дверь, которую я столько раз радостно захлопывала за собой, когда выбегала во двор гулять и тихонько прикрывала, когда сгорбившись, и волоча за собой портфель, тащилась в ненавистную школу.
   -- Сюда?- спрашивает Женя и тянет ручку двери. - Здесь заперто.
   Я стою перед дверью несколько мгновений, потом шарю под притолокой. Ключ действительно там. Оказывается я помню форму ключа много лет спустя, но этот - другой, с выбитыми буковками - "GG, Demonet, level #l". Тем не менее, он легко поворачивается в двери, и мы входим в маленькую тесную заваленную каким - то хламом, прихожую. А вот внутри обстановка резко отличается от той, что я помню. Вещи вокруг навалены совершенно случайные: у окна стоит железная кровать с облупившейся эмалью и поржавевшими от времени прутьями, но застеленная свежими белоснежными простынями. Посреди комнаты - зеркальный шкаф светлого дерева, комод, чемодан распахнутый - часть вещей вывалено на пол, несколько стульев из разных комплектов - стоят в ряд у стены, перевернутое глубокое кожаное кресло и маленькой столик, покрытый вышитой скатертью - все предметы совершенно мне незнакомые. Ощущение, что здесь только что производили перестановку мебели и остановились посреди работы. В квартире всего одна большая комната вместо трех небольших. Женя молчит. Решил не мешать мне исследовать пространство. На полу у кровати - перевязанная шпагатом стопка книг в ярких суперобложках. Я присвистываю от удивления - это десятитомник Лема, открываю первый том - конечно, год издания 2000й: точно такой был куплен мной в одном из книжных магазинов Нью-Йорке совсем недавно, но тот и сейчас находится в книжном шкафу моей гостиной на Честнат Стрит.
  
  Прохожу на кухню, Женя следует за мной. Старый пузатый холодильник, плита газовая, на ней горкой - набор белых кастрюль с синими цветочками - совершенно новые, даже с магазинной этикеткой, и две большие сковородки.
  Выглядываю в окно. Во дворе, на скамейке демоны режутся в кости. Они поднимают головы как по команде, и начинают что-то бурно обсуждать, указывая пальцами в нашу сторону и громко гогоча. Женя подходит к окну - У-у-у, нечисть!
  Демоны сразу же отбегают на безопасное расстояние.
  
   -- Все хорошо в этом мире, только демоны тут - у себя дома, понимаешь, Полинка? И как мне, казадору, это вытерпеть? Только ради тебя я согласился вести себя как частное лицо и не обращать на них внимания.
  
   -- А вот телефона тут нет, - я говорю.
   -- А кому ты звонить собираешься?
   -- Никому. Просто так, уточнила по привычке.
   -- Думаю, здесь должны быть другие средства коммуникации.
  
   Верхние ящики комода совершенно пусты, нижние забиты всяким барахлом: обгрызенные карандаши, мелкая хозяйственная утварь, отвертки, утюг... вот от чего я отвыкла начисто - так это от утюга - мы давно не покупаем мнущиеся вещи.
   В одном из ящиков - кошелек с вышитыми инициалами П. А.- похоже, что мой. Внутри - белые и желтые монеты - одни сияют как новенькие, а другие - совсем тусклые, покрытые зеленоватым налетом.
  Я пересчитываю монеты и складываю их горкой. Интересно, это много или мало?
  На окно садится голубь и стучит клювом в стекло. Открываю окно, и он нетерпеливо мнется на подоконнике - к его лапкам прикручен свиток с сургучной печатью. Аккуратно снимаю свиток. Женя приносит из кухни галетное печенье и крошит голубю, тот радостно клюет. На свитке - мое имя. Ломаю печать, разворачиваю свиток - старинным шрифтом написано "Вас приветствует модератор вашего Демофилда - Валентин Неплох. И дальше следует памятка, что нельзя нарушать общественный порядок, а все остальное можно и приписка: "Если все-таки возникнет необходимость нарушить порядок, то обратитесь к модератору и действуйте под его наблюдением".
   Голубь опять стучит клювом по стеклу. Я пытаюсь его погладить, но он взмывает под потолок, подлетает к комоду, на котором выложены монеты горкой, хватает одну и улетает.
   -- Ничего себе!- возмущаюсь. - Голубь ведет себя как сорока.
   -- Э, Полинка, он видно плату за услуги брать натренирован. Так чего там пишут?
   -- Ну, это уже совсем смешно. Опять напоминают, что нельзя нарушать порядок. Маловероятно, что нам захочется подраться на улице или спрыгнуть с моста в реку. Похоже, порядок- это действительно важно, но почему тогда на улицах нет никаких стражей?
   -- Я думаю, у них тут другая форма контроля.
   -- Мы же ничего не собираемся нарушать, правда, Женя?
   -- Да, хорошо бы не нарушать,- отвечает Женя и опять глядит во двор из-за занавески, на демонов.
  
   А вот ванна приятно удивила: просторная, современная и ультрамодная: кабинка для душа с прозрачной стенкой, пожалуй, круче, чем в моей квартире в Нью-Йорке. В белом зеркальном шкафчике - чистое белье и полотенца.
   -- Полинка, это бонус какой то, глянь что нашел!
   Женя вытаскивает из зеркального шкафчика прозрачный пластиковый пакет с красивым женским бельем, новым, с этикетками: кружевные лифчики и трусики разных цветов.
   -- А ну примерь. Твой размер или нет?
   -- Сейчас? Подожди, дай осмотреться. А что вон в тех ящиках, интересно?
   -- Примерь сейчас, - строго говорит Женя, и плюхается на кровать, устраивается поудобнее, сложив руки на груди, как будто приготовившись к спектаклю и не терпящим возражений тоном:
   -- Разденься, только медленно, а потом надень это белье.
   -- Но...
   -- Я жду! Для чего мы, в конце концов, сюда прибыли?
   А и правда. И я медленно тяну подол платья вверх. Какое удовольствие - повиноваться ему! Я потягиваюсь перед ним как кошка, изгибаюсь и кручу бедрами. Оставшись совсем голой, я какое-то время красуюсь перед ним прямо посреди этого разгардаша, а потом надеваю прозрачное черное кружевное белье.
   -- Теперь иди сюда, - говорит Женя хрипло.
  
   ***
   Лежим на кровати, обнявшись, а остальное не имеет значения. Как будет - так будет, только бы не выгнали отсюда.
  
   -- Полинка, это на первое время жилье, подожди немного и у нас другое будет, лучше и больше.
   -- Жень, да мне и тут нормально. Мне все равно где жить, лишь бы с тобой. И я и вправду роскоши не люблю, мишуры всякой и лишних предметов.
   -- Знаешь, Полинка, ты здесь более важная птица, чем я. Похоже, они на тебя делают ставку. А я, как бы, при тебе. Тебе предоставили выбор где жить, а не мне и деньги - на твое имя. Мне никто ничего не предлагал, так что я здесь у тебя в гостях.
   -- Женя, ты что, обиделся на администрацию?
   -- Нет, но ...
   -- А может, где-то здесь есть часть мира предназначенная для тебя. Возможно, нам еще предстоит ее найти.
   -- Возможно. Послушай, милая моя, ты должна быть очень осторожна и ни на минутку не забывать, что название этого мира - Демонет. Первый уровень или демоверсия - это демоническая версия, а не демонстрационная, как может показаться поначалу. И уж больно заманчиво как-то все, гладко, без подвохов. А знаешь, что больше всего прельщает? То, что нас здесь никто не знает - это высвобождает волю. Вот скажи, чтобы ты делала, если бы последствий не боялась в реале, безнаказанно, то есть.
   -- Я бы Линн высказала все, что я о ней думаю.
   -- Интересно, что это первое, что пришло тебе в голову, видно, крепко тебя достала эта Линн. Ну и что бы ты ей сказала?
   -- Что она злая и завистливая сука.
   -- Да ну - это ерунда полнейшая.
   -- Ерунда? Она меня сглазить хотела! Я вынуждена ежедневно сталкиваться с человеком, который желает мне зла!
   -- Да ладно, тихо... А что еще, Полинка?
   -- Голая под дождем потанцевала бы, и еще...торты и пирожные ела бы каждый день, может даже три раза в день - вот! У меня низменные желания, да?
   -- А ты еще подумай.
   -- А что тут думать? Больше всего я хочу быть с тобой, и чтобы никто не мешал.
   Он улыбается. И чтобы ты забыл свою Оксану, причем мгновенно, и думал только обо мне, - добавляю я мысленно.
   А Женя продолжает:
   -- Я обещал Ахху, но вмешиваться, но, пожалуйста, избегай всех возможных контактов с демонами. Они обязательно приставать будут, соблазнять. И наобещают тебе то, чего ты хочешь больше всего, чего ты на самом деле хочешь, но сама себе не признаешься. Скрытые желания - это их основная специализация. Глазом моргнуть не успеешь - втянут во что-нибудь. Когда я рядом, они посмеют подойти.
   -- А ты всегда рядом будь, Женя.
  
   ***
   Все же я увлеклась им не на шутку - он занимал большую часть моих мыслей в обоих мирах. Мне все нравилось в нем - и веселые морщинки у глаз и печальная складка у губ, и хитрая усмешка, и взгляд его - острый и хитрый, и голос с хрипотцой, и манера говорить - спокойно-рассудительная, и профиль - нос чуть длинноватый, и манера наклонять голову, и походка легкая, бесшумная, и форма пальцев, запах - все было замечательно. Я позволила себе окунуться в любовь с головой, хоть понимала, что такой фонтан чувств до добра не доведет, но мне так надоело притворяться много лет, что я неслась без оглядки, очертя голову.
   И еще много удивительных дней и ночей могли мы с Женей прожить, и денег хватило бы надолго, если бы не демоны. Иногда жаль бывает той любви... того состояния - когда не идешь к нему, а летишь, ног под собой не чувствуя. Жалеть о чем-нибудь - глупейшее занятие, и все же надо было осторожнее, аккуратнее с любовью этой обращаться, постепенно открывать друг друга и учиться управлять демонами. И откуда мне было знать, что демоны, оказавшись на воле, не успокаиваются, а вырастают, крепнут и отпирают клетки своим собратьям, более "изысканным", если это слово вообще можно употребить по отношению к демонам... Я сама все испортила, почти в самом начале... Женю я не оправдываю, но надо отдать ему должное - он честно пытался меня предостеречь, чтобы я с ними не связывалась.
   Второй наш день, проведенный в блаженстве, оказался последним. Нам так хорошо было вместе, что не хотелось выходить в город. Лежать рядом, тесно прижавшись, говорить друг с другом на языке эмоций - было интереснее, чем изучать новый, неожиданно доставшийся в подарок, мир.
   Если бы не местный ход времени, то могло создаться впечатление, что мы просто находимся в другом городе - красивом, зеленом и благоустроенном, но самом обычном. Улицы, дома, магазины, аптеки, кафе, парки - все казалось обыкновенным. И квартира с ее дряхлой утварью была сверх обыкновенной: одна конфорка газовой плиты барахлила, форточка скрипела и почти отваливалась, старый холодильник шумно дребезжал, и чайник сгорел в тот день как в реале - это был самый обыкновенный чайник. Большой одежный шкаф был забит какими-то вещами, по всей вероятности нашими - но самыми обыкновенными - ни рассматривать, ни примерять их не хотелось.
   В тот наш последний счастливый день Женя предлагал покататься на лодке, но я отказалась - не хотела выходить из дома. Он порывался заняться благоустройством квартиры, хотел купить краску и инструменты, но не так и не смог от меня оторваться. Выбежал, правда, в магазин за продуктами пока я была в душе. А прибежал, поставил пакет с продуктами на пол и кинулся ко мне так, будто мы давно не виделись.
   Ах, какой день был! Рук разжать и насмотреться друг на друга не могли. Валялись на старой кровати с железной спинкой, худой матрас все время сползал вбок, старые пружины скрипели нещадно... Поздним вечером Женя убаюкивал меня, напевая что-то, гладил по волосам, зарывался в них лицом. Засыпая, я думала, что ближе его у меня никого нет.
   И если бы не дальнейшие события, этот день мог бы остаться в памяти как самый лучший, самый яркий в жизни. Время от времени я возвращаюсь в него мысленно и размышляю, что было бы с нами дальше, если бы я не свернула с колеи и не столкнула Женю в канаву на обочине. Но я не могу винить во всем себя. Возможно он хотел подразнить меня когда упомянул, что в реале Оксана к нему переехала. И как только он уснул, появился Рефф.
   Демон ревности обложил меня со всех сторон - в двух мирах одновременно и даже просочился во сны. В реале он казался больше, выше ростом и гораздо толще. Он сидел на столе в моем реальном кабинете, где я, вместо того, чтобы заполнять карточки пациентов, бездумно водила карандашом по бумаге и Женино имя появлялось на листке многократно - то прямыми угловатыми буквами, то круглыми с завитушками.
  
   Нет, все же это я все испортила! Не надо было мне из дому выходить, не надо было расставаться с ним! В реале я привыкла сдерживаться, лимитировать себя - это стало нормой жизни, а Демонет выпускал на волю все эмоции, но смягчает ли это мою вину?
   Рано утром, когда Женя еще спал, я выглянула в окно и сразу увидела. Он манил меня пальцем, и я вдруг вспомнила, что Женя говорил вчера про Оксану и поняла, что сейчас с ума сойду от ревности. Мне просто необходимо было выйти из квартиры и пройтись - я всегда так делаю, чтобы успокоиться или обдумать что-нибудь.
  
   И пока я шла по улице Роз по направлению к парку и глубоко дышала, пытаясь успокоиться, Рефф бежал следом как собачонка. Редкие пешеходы оглядывались на нас, понимая что происходит - в Демонете демоны не скрывают своего истинного обличья. И в глазах прохожих мелькало сочувствие. Тогда я ускорила шаг и Рефф отстал, но вновь появился в конце пустынной аллеи, а я-то думала он отвязался, ящер зеленый, ан нет, ждал меня... Рефф зеленый от злости, губы у него тонкие, плотно сжатые, дрожит все время и сосредоточиться ни на чем не может, с ним и поговорить- то ни о чем нельзя. Не в пример сладкоречивому Горру, Рефф то бубнит что-то себе под нос гнусаво, то на ухо мне свистит, и мысли от этого становятся вязкими, тяжелыми и ядовито-зелеными.
   -- Он сейчас в реале со своей невестой целуется- милуется, ей это по праву положено, а тебе знаешь, что положено? Мучиться и корчиться. Ты - тайная женщина. Он ей в глаза глядит, руку на талию кладет, а потом... ну давай, давай представь себе их вместе. А о тебе и не вспомнил сегодня ни разу!
   Рефф придвигается ближе и кладет перепончатую лапку мне на грудь и от его прикосновения холод ледяной разливается по телу. Ее зовут Оксана, они собираются пожениться, она будет носить его фамилию, у них будут дети. Оксана - его реальная женщина, а я ... Рефф продолжает свою работу... холода уже не чувствую. В ушах звон, во рту горечь, в висках стук, пелена глаза застилает, и мука, мука такая...
   -- Умница, - говорит Рефф и исчезает - растворился во мне, гад. Ой, что делать теперь? Я ни о чем другом думать не могу кроме того, что у Жени есть другая женщина. Ах, нет, это я - другая женщина. А она - его женщина. Они знакомы много лет, их многое связывает. А я просто новая женщина. Он и не думает скрывать ее от меня, похоже, он даже гордится ею. Она, наверно, знает про Демонет. Не хочу чтобы знала, не хочу! Он и мной гордится, он же сам говорил: "Ух, какая у меня женщина! Я хочу всему миру кричать о моей любви к тебе, Полинка! Такая женщина любит меня, спит со мной, тайны свои доверяет! Это же какое счастье мне!"
   А что если спросить его прямо с кем из нас ему лучше? О ком он вспомнил в момент пробуждения? Нет, Женя, так не пойдет! Ты должен думать обо мне, слышишь? Только обо мне, ты должен быть только моим, я не могу делить тебя ни с кем, я физически страдаю, я мучаюсь от того, что ты касаешься ее, спишь с ней в реале... Рефф ... Рееефффф....
   Три слова "мой", "любимый" и "мужчина" усиливают друг друга на много порядков. А у тебя, моего любимого мужчины, есть другая женщина, и ты делишь с ней сладкие и чудные моменты. Как это выдержать? А может ты о ней думаешь и когда со мной рядом лежишь? А вдруг она лучше меня? Думать об этом - больно до тошноты. А не думать уже не могу. Ты говоришь ей такие же слова как мне или совсем другие? Ты нас сравниваешь? Хотелось бы верить, что сравнение в мою пользу... а по какой шкале? Кто из нас красивее? Хотя не всегда в красоте дело. Нет, я с ума сойду от этих мыслей! Что делать? Набраться сил, призвать на помощь здравый смысл? Разозлиться на нее? Может она сама как-то сгинет?
   А Рефф шепчет изнутри:
   -- Давай ее уничтожим, а? Ты только дай согласие, а я Гнеффа кликну. Втроем мы - взрывная сила!
   -- Нет, Рефф, она ни в чем не виновата. Он ее давно знал, задолго до нашей встречи.
   -- Правильно! - взвизгивает Рефф. - Он во всем виноват! Он должен быть только с тобой, любить только тебя. А ты настоящая ревнивица! Работать с тобой - одно удовольствие. Он-то к мужу тебя не ревновал - ты мужа никогда не любила. А он, видите ли, каким-то образом, обеих ухитряется любить, каждую по-своему. Да он загаживает твою любовь, оскверняет ее. Да тебя на руках носить надо! А хочешь, я устрою так, что он глаз от тебя отвести не сможет? Ну, например, на балу во дворце? Вот представь: ты в роскошном черном бархатном платье с глубоким декольте, в прическе брильянты сверкают, и мужчины глаз от тебя отвести не могут... Пусть увидит. А знаешь что? Покажи ему, что все мужчины тебя хотят. И тогда он поймет, что ты - подарок судьбы, о котором каждый мужчина мечтает тайно. А то воспринимает тебя как должное, а ты - подарок!
   -- А как показать?
   -- В Демонете много чего можно устроить. Тебя тут никто не знает, делай что хочешь.
   -- А у меня получится?
   -- Отчего же нет? Он оценит, наконец, по заслугам твою красоту. Поймет, что все тебя хотят, аж слюни пускают, а ты хочешь только его.
   -- Хочу!
  
   ***
   Казадор
  
   Это я во всем виноват. Позволил себе расслабиться. Вел себя так, будто она уже победила своих демонов. Она слушалась меня, верила всему, я и размяк, а демоны - тут как тут. Она вспыхнула как стог сена от искры, а сторож, то есть я, уснул. Всего два дня у нас и было. Хотя Демонет другим и этого не дает - и двух часов не проходит, как демоны новых игроков наизнанку выворачивают. Но если бы я не проворонил ее, то моя игра была бы куда более прибыльной. Золотые Ворота мне не светили, конечно, но верхние уровни мы вдвоем пройти могли. И в клубе этом я дал маху. Присутствие демонов в зале должно было меня сразу насторожить. Да и настойчивость, с которой Полинка меня туда тянула, и название мероприятия на яркой афише в парке "Шоу любителей экзотического танца" должно было вызвать подозрения. А я поверил, что во время утренней прогулки, ее привлекла афиша. Я говорил, правда, что терпеть не могу шоу вообще, а тем более самодеятельность, но она настаивала, мол, сама уроки танца живота брала - для удовольствия и поддержания формы. А сейчас ей интересно посмотреть на других. И поскольку она проревела все утро, то я согласился, чтобы отвлечь ее от мрачных мыслей. А оказывается, демоны и это просчитали. А так было тихо спокойно вечером. Полинка песню напевала -
  
  ''Тихим-тихим шагом
  В замедленном кино
  К нам приходит Время
  В темное окно
  Царственно садится
  Задницей на трон
  Пусть тебе приснится
  Самый светлый сон''
  
  Время к нам сюда действительно приходит, по этому адресу. И кто же это такое придумал, неужели сам Залесски? А "самый светлый сон"- для меня, по ее мнению - это когда она мне снится.
  Момент пробуждения, миг отделяющий сон от реальности - самый честный момент - на все вопросы, которые заставляли тебя всю ночь ворочаться, ответы сами находятся. Ты один в постели и у тебя стоит, а о ком ты думал сейчас? Об Оксанке или Полинке? А может о Ленке- однокласснице, первой любви своей? Интересно, какой она стала? Замужем, наверно, давно. Кстати, Полинка мне ее очень напоминает - бедра крутые и кудри такие же пышные, каштановые. О, вот это интересная мысль: они трое со мной, в одной постели, но не ссорятся, не испепеляют друг друга взглядами, а наоборот, одна меня целует, другая миньет делает, а третьей я ... Ух, фантазия разыгралась! И Демонет - самое правильное место для осуществления всех фантазий. Я же нормальный здоровый мужчина, не какой-нибудь святой ванильно-марципановый... Полинка все спрашивает - с кем мне лучше, с ней или Оксанкой. Да как ей ответить? А за что ты меня любишь? Почему ты со мною? Что во мне такого?"- спрашивает. А то, любимая моя, что мы "хочем с тобой одново и тово же", и что "всяково таково" мне хочется делать именно с такою как ты. И слов можно не выбирать, и сразу в пальто и обуви - да на постель, не здороваясь, если нам так хочется. И ты сразу на мою волну попадаешь - и это так здорово! Почему я с тобою? Потому что ты Смородинка моя, умница и красавица! И потому, что ты - такая классная! И потому, что мужики тебе вслед смотрят! А еще потому, что ты никогда не вытираешься полотенцем после душа, а как и я, любишь высыхать и чтобы капли на пол стекали. И потому, что заводишься с пол- оборота. Сейчас я тебе все это скажу, если тебе так слова нужны. Но где же ты? О, вот ключ в двери поворачивается, вот она, Полинка, девочка моя. На щеках следы слез - злых и горючих.
  -- Доброе утро, милая моя! А я вот собрался вареников тебе налепить, купил вчера все, что нужно. Ты еще не пробовала моих фирменных, с маком. Медом будем поливать, есть и пальчики облизывать. Что с тобой, Смородинка? Ты плакала? Я обидел тебя чем-нибудь?
  -- Ты для нее тоже вареники лепишь?
  
  Молчу, изучаю ее. Что-то не так в ней - в голосе слышны истеричные нотки:
  
   -- А с кем ты больше хочешь быть? С ней или со мной?- и вдруг разревелась так громко, что я даже испугался. Ага, я спал, а она от слов моих вчерашних мучилась, про Оксанку. А я врать не хотел, и скрывать ничего не собирался! Хочет, чтоб я обнял ее, чтобы пожалел... Э, нет, милая моя, тебе так себя еще жальче будет.
  
  -- Женя, я ревную тебя, я не могу выдержать...всхлип. - Совсем не могу... всхлип.
  
  Рефф достал ее пока я спал, вот оно что. Да вот же он, рожица зеленая глумливая выглядывает из-за ее плеча. Осмелели мерзавцы, как узнали, что я тут частное лицо! Увидели, что я никого не трогаю, поверили, что и дальше так будет. Достать меня хотят, конфликт провоцируют, чтобы я сорвался, и условие Ахха нарушил!
   Подошел к ней, оторвал его пальцы липко-ледяные от нее, взял за шкирки и в окно выбросил. Он шмякнулся на пожухлый от жары куст, недовольно крякнул, встал и ушел прочь, прихрамывая и потирая ушибленную задницу. Оглядывался на нас и все бормотал что-то под нос себе, наверно, проклятья. Ну все, нет его, но сколько же яду своего зеленого он успел залить в нее? И с кем же в паре работал на этот раз?
  
  -- Как мне успокоить тебя? Что делать с тобой, дурочкой ревнивой?
  -- Скажи, что кроме меня тебе больше никто не нужен, и что я лучше всех.
  
  Это Демонет на нее так действует, в реале такие слова она вслух не произнесла бы.
  
   -- Послушай, милая моя, ты нужна мне, очень нужна, таких как ты - нет больше на свете, но я не откажусь ни от реальной женщины ради тебя, ни от дела своего, которому мы с Оксаной всю жизнь посвятили. А ты должна это понять и принять.
  -- Она что, тоже казадор?
  -- Нет еще, но она помогает мне.
  -- Но как мне это выдержать?
  -- Подняться над собою, надо мною, над Реффом. Увидеть, что из одной связи можно много чего принести в другую. Если не прятать в сундук свои сокровища, а делиться ими, то замкнутые миры превращаются в один открытый и многомерный, с множеством входов и выходов. И чем щедрее ты будешь, тем больше приобретешь.
  -- Все, что ты говоришь - ужасно! Ты должен быть только моим!
   Ух ты! Она даже ногой топает! Ну-ну...
  -- Знаешь, Полинка, если уж ты уж впустила в себя демона, то и выпустить его сумей. А я присмотрю за тобой и помогу нейтрализовать. Нельзя их в себе держать - поверь бывалому казадору. Только предупреди меня - я терпеть не могу неожиданностей.
  Нельзя слабинку показывать - она должна и дальше меня во всем слушаться. Если к ней тут относятся как к важной персоне, значит, в ней потенциал мощный кроется. Нельзя мне ее упустить. Да еще Ахх интерес к ней проявляет, вроде как лично ею занимается.
   -- Смотри на меня, Полинка, и повторяй: ''Больше отдашь, больше приобретешь. Открытая система. Мы учимся друг у друга, обмениваемся, обогащаемся, переходим на новые уровни - и это важнее всего!"
  Что-то я и сам заговорил местными понятиями. Воздух этот на меня так действует, что ли? Это для них важнее всего - новые уровни и развитие, а для меня - борьба с демонами.
  Полинка слушается и повторяет за мной. После оказалось, что она только вид сделала, что успокоилась. Я послал ее умываться - лицо же зареванное, несчастное. И она пошла, а вернулась тихая совсем, улыбалась виновато, а в глазах блеск появился. Вот тогда она в клуб пойти предложила. А я, дурень, и согласился.
  
  ***
   Клуб " Demonique" снаружи мало примечательное серое здание, а изнутри раскрашен так будто сумасшедший художник лил ведра разноцветных красок на стены. В дешевых пластиковых вазах - пыльные искусственные цветы. Зал довольно большой, неуютный и накурено так, что я начинаю кашлять. Из-за громкой музыки, доносящейся из хриплых динамиков, я почти не слышу Полинкиного голоса. В зале несколько молодых парочек и полным-полно мужиков разных возрастов - ну да, кому еще интересно смотреть на танцующих экзотических красавиц!
  
  Садимся за столик. Полинка странно возбуждена, оглядывается по сторонам, просит официанта принести коньяку, хотя вчера сама просила меня экономить демонеты. Она выпивает коньяк залпом и заказывает еще. Потом целует меня в щеку и бросив мне:
  "Я в туалет", - убегает". И в этот же момент гасят свет. Ладно, поглядим раз уж мы тут. На сцену выходят две участницы. Первая довольно неуклюжа - ступает тяжело, а вторая - стройная, но совершенно вульгарная девка. Обе делают неприличные телодвижения под тягучую восточную мелодию. Нет, это не танец, впрочем, мужики в зале одобрительно крякают. А все же слабо этим двоим завести толпу - тут и мастерство нужно и природные данные. Так что я был прав - самодеятельность! И ждать от выступлений особо нечего. Ну, где же Полинка? Попробую увести ее отсюда, лучше прогуляемся по парку, и я даже знаю чем эта прогулка закончится...
  
  На новую участницу сразу устремляются все взоры, сразу ясно - не девка сейчас будет танцевать для них, но царица, с гордой осанкой и величественной поступью. Пышные темные кудри схвачены золоченым обручем, к которому прикреплена полупрозрачная легкая шаль. На ней - синий костюм гаремной красавицы расшитый блестками и звенящими подвесками в виде луны и звезд. Лицо ее закрыто полупрозрачной вуалью, видны только глаза.
  
  Сотни жадных мужских глаз сразу же впиваются в нее, осматривают её всю - от босых ног до копны пышных волос так, будто примеряют на свой член. Я оглядываюсь, но Полинки не видно - наверно, не может пробраться в темноте к нашему столику. Надеюсь, что ей видна сцена - ей точно понравилась бы эта участница.
  В сверкнувшем луче прожектора вдруг вижу Ахха - он явно поглощен происходящим на сцене. И последнее, что успеваю заметить: совсем молодая девчонка за соседним столиком дергает за рукав долговязого длинноволосого паренька, пытаясь поймать его взгляд, а тот смотрит на сцену как завороженный. На лице девчонки можно прочитать бурю различных эмоций - от зависти до ревности.
  А потом - удивительное дело - я забываю обо всем на свете. Медленные и плавные движения танцовщицы завораживают и меня - я будто попадаю на ее волну. Ей не видны лица зрителей из-за яркого света прожекторов, но она прекрасно знает об этих жадных, электризующих пространство, мужских взглядах. Она наслаждается этими взглядами, купается в них, дразнится, подпитывается токами восторга и вожделения. Ах, как она уверена в себе, горда своим пышным, но гибким телом! Начала танец с четких, отточенных движений, а сейчас импровизирует, описывая бедрами восьмерки, то приближаясь к залу, то отдаляясь... извивается в следующем за ней луче прожектора... её руки подняты над головой, она качает бедрами, выгибает спину, склоняется... Темп мелодии нарастает - она всецело подчиняется своему господину - Музыке - и кружится, выполняя его приказы и прихоти. Тишина в зале нарушается лишь звоном подвесок на ее поясе и лифе.
  Думаю, что нет в зале такого мужика, который не хотел бы ее. Держу пари, что зрители ждут момента, чтобы спросить у хозяина клуба - "кто это", "как это" и "сколько это может стоить?"
  Она поворачивается лицом к залу и - я готов поклясться - она смотрит на меня! А я-то и подавно не могу отвести от неё глаз. Ее движения становятся все соблазнительнее, все заманчивее, а у меня встает и она умудряется двигаться в ритм моему нарастающему желанию, а танец перерастает в неистовую, почти бешеную пляску.
  Зал в возбуждении. Слышен кашель, недвусмысленные возгласы, вздохи и даже стоны. Музыка замедляется, и она сбрасывает полупрозрачную шаль на пол, затем медленно расстегивает лиф...
  Зал ахает. А ей, кажется, наплевать на зрителей. Она чувствует только меня, моё напряжение. Я улыбаюсь на тот случай если она видит мое лицо. Интересно, решится ли она снять остальное? А я, кажется, все готов отдать за то, чтобы она сейчас сбросила юбку и подошла ко мне, хотя понимаю, что это не время и не место.
  Да!
  Юбка падает на пол...
  Кружась, она спускается со сцены в зал.
  
   Полина
  
  ...изгибаясь в танце, я приближаюсь прямо к нему. На мне только синие трусики с золотыми блестками и вуаль, закрывающая лицо. Луч прожектора следует за мной, слегка подрагивая, будто у осветителя дрожат руки. На его столике два пустых коньячных бокала. Я и не пытаюсь скрыть, что танцую только для него. Все же я добилась своего: сейчас он видит только меня и думает только обо мне, и я постараюсь продлить этот момент насколько смогу. А после демоны научат меня остальному. Танцуя, я то касаюсь руками его плеча, то откидываюсь назад, подставляя его взору свои дрожащие живот и грудь. Я знаю, я чувствую, что он безумно хочет положить свою ладонь мне на живот и сжать мою грудь, но сидит неподвижно, сложив руки на коленях. Я склоняюсь над ним и вижу, что у него стоит. Нет, мой любимый, я добьюсь своего - ты сейчас поцелуешь меня при всех.
  Но он все еще сидит неподвижно, и тогда я медленно тяну вниз трусики, наблюдая, как подрагивают крылья его носа. Трусики падают на пол, я переступаю через них... его глаза сейчас на уровне моего лобка, и он смотрит прямо туда, и ему безумно хочется схватить меня руками за бедра и прильнуть лицом к треугольнику, но все еще сдерживается, демон его возьми! Тогда я сама, совершенно голая, обвиваю руками его шею, прижимаю его лицо к своему животу, затем снимаю вуаль, сажусь к нему на колени, и, обвив его шею руками, целую в губы. И в этот момент обрывается музыка и становятся слышны возгласы, крики, вздохи и стоны в заведенном мной зале. Зрители будто пробуждаются от гипнотического сна. Вспыхивает свет. И тут он резко вскакивает, снимает с себя рубашку, накидывает ее на меня и тащит вон из зала. Затем сообразив, что на бегу я сверкаю голой задницей, потому что его рубашка слишком коротка, хватает меня на руки и уносит прочь. Я и не думаю сопротивляться. Я обвиваю его шею руками и прячу лицо у него груди. Возможно, я и вытворила все только ради этого момента.
   Из-за его плеча, я вижу, как чья-то рука поднимает с пола шаль, юбку и другие части костюма... Женя толкает ногой первую, попавшуюся на пути дверь, и мы оказываемся в полутемной комнате. Я оглядываюсь: вокруг разбросаны стулья, ведра, швабра, мешки, банки с краской и другая хозяйственная утварь. Он опускает меня на стул, и кидается к двери, чтобы ее захлопнуть, но не успевает - дверь распахивается с ржавым скрипом, и я вижу за ней худощавого молодого человека, а за ним еще несколько нехороших лиц. Молодой человек держит в руках части моего костюма. Он что-то говорит, но из-за громкой брани и хохота толпящихся за дверью мужчин, я не слышу его голоса. И тут я пугаюсь. Страх рождается где-то в области солнечного сплетения и тошнотворной волной подкатывает к горлу.
   Я сижу на грубо сколоченном деревянном стуле в одной Жениной рубашке на голое тело. От ужаса у меня леденеют ноги и зубы выбивают мелкую дрожь. Этот страх мешает мне понимать происходящее. Как во сне я слышу, что Женя выкрикивает трехэтажный мат страшным голосом тем, кто за дверью, вижу как он выхватывает мой костюм из рук молодого человека, швыряет его мне и вновь пытается закрыть дверь, напирая на нее всем телом. Ему это опять не удается из-за мощного натиска с другой стороны. Я вижу как он с силой толкает кого-то в грудь, отбрасывая от двери, затем чей- то возмущенный возглас и звук шлепнувшегося тяжелого тела, и, наконец, дверь поддается. Щелчок - и дверь на щеколде. Затем выхватывает из кучи юбку от моего костюма и бросает ее мне:
  --Быстро!
  Я едва успеваю натянуть юбку, как он подталкивает меня к окну, распахивает его настежь и сам прыгает. Я в нерешительности останавливаюсь.
  -- Ну!
  Я лезу на подоконник и смотрю вниз ... высоко... первый этаж, но высоко все же...
  -- Ну же!
  -- Я могу сломать себе что-нибудь.
  -- Я тебя поймаю. Ну, быстрее же!
  Я все еще не решаюсь:
  -- Страшно!
  -- А голяком в зале скакать не страшно?
  -- Не могу, Женя!
  -- А к групповухе подключиться сможешь сейчас?
   Я вспоминаю красные потные рожи за дверью, зажмуриваюсь и прыгаю вниз. Секунда - и я в его объятиях. Он хватает меня за руку и увлекает в темноту.
   Вид у нас совершенно нелепый: я растрепанная, но в золотом обруче, босиком, в светлой мужской рубашке на голое тело и длинной полупрозрачной юбке с подвесками, которые нелепо звенят на ходу. Женя в одних белых брюках, голый до пояса - он не носит маек. Мы несемся что есть силы по парковой аллее, ведущей на улицу Роз. Ужасно неудобно бегать без лифчика.
  
  Тьма отступает в свете фонарей. Отсюда уже рукой подать до переулка Тамбыло. Я упрашиваю его остановиться хоть на минуту и перевести дух. Погони не видно и мне становится смешно и радостно, от страха не остается и следа. Он утирает пот со лба и рассматривает ссадины на руках полученные в борьбе с дверью. Я заглядываю ему в глаза.
  
  -- Ну что, Женя? Понравился танец? Расскажи...
  -- Сейчас расскажу!
  Он вдруг отвешивает мне звонкую оплеуху. Я хватаюсь за щеку:
  -- Ты что?!
   Ответом мне служит другая оплеуха, от которой я теряю равновесие и падаю на траву. Мне ни капельки не обидно - эти пощечины, всего лишь, свидетельство нервного напряжения и страха за меня. Я пытаюсь встать, но он не позволяет мне подняться, толкает меня в траву и расстегивает брюки.
  
  -- Подожди, Женя, выход из парка в конце аллеи, наш дом совсем рядом...
  
   Казадор
  
  Если бы мне кто-нибудь сказал, что я смогу ударить женщину, нежную и прекрасную, да еще и влюбленную в меня по уши, я бы никогда не поверил. Она упала в траву, я не позволил ей подняться и буквально бросился на нее, задрал юбку ей на голову и подмял под себя. Она пискнула слабо, испуг в ее глазах завел меня еще больше - я вбил в нее свой член. Ну, упрямая женщина, добилась своего - не припомню, чтобы у меня когда-нибудь так сносило крышу.
  
   Все происходящее слишком нереально даже для Демонета: мне пришлось спасать прекрасную танцовщицу от разгоряченных подвыпивших мужиков. И моя реакция на это была нереальной - я захотел подчинить ее себе немедленно, заявить свое право, отымев ее тут же, в парке, на мокрой от вечерней росы, траве - как захваченную в бою персиянку.
  
  Я очнулся когда она взмолилась:
  -- Отпусти меня... я не могу больше! Ну пожалуйста...
  -- Зато я могу!
  -- Ой, ну что же ты делаешь?!
  -- Привожу! (толчок) в чувство (толчок) нас обоих.
  -- Отпусти! А-а-а!
   Волна возбуждения возросла от ее крика... взрыв - и я отвалился в траву. Напряжение ушло. Она тяжело дышала, косилась на меня испуганно, а потом прильнула щекой к моей руке.
  
   Полина
  
  Несколько часов назад здесь было светло и солнечно. Мы шли по парковой аллее, держась за руки, и так светились, что нам улыбались прохожие. На мне было светлое элегантное платье с веселым летним узором. А возвращаемся в кромешной тьме. Я босая, в измятой длинной юбке и перемазанной в грязи рубашке, ноги мокрые от спермы. Да еще и хромаю от усталости и нервного напряжения, и все тело ноет - будто меня долго били.
  
  Женя долго не мог успокоиться, ругал меня, но в глазах его я видела, тем не менее, восторг и желание. В какой-то момент я подумала, правда, что это была не такая уж хорошая затея. Желание - да, восхищение - да, вожделение - тоже было, но не любовь. Но я отмахнулась от неприятных мыслей.
   Дома я яростно терла себя мочалкой, смывая события этого вечера. А он не мог дождаться когда я выйду из ванной - открыл дверь, поднял мои руки над головой, насадил на себя прямо в душевой кабинке, под теплыми струями воды. После чего, уложил в кровать, напоил горячим чаем, укрыл, и я уснула как убитая.
  
   Казадор
  
  Она спала, а я смотрел на нее. Кажется, я разбил ей лицо, когда ударил в парке - нижняя губа у нее совсем распухла. И ведь не жалуется и не сердится - ишь какая! Эх, не сдержался я! Страшно подумать, чем это все могло закончиться, если бы не удалось удрать. Кстати, у нас могут быть неприятности из-за нарушения общественного порядка, ведь это же не стриптиз-клуб, где все законно и танцовщицы охраняются от возможных нападок - это заведение другого типа.
  Я поворочался еще немного - старая кровать и матрас худой совсем, пружины вылезают, в бока давят, а ей, вроде, ничего - спит себе... Ну да, она же мягкая, округлая. А я костями упираюсь в старые пружины... надо будет придумать чего-нибудь, если уж оставаться здесь. Новую кровать точно купить придется. И потолок побелить не мешало бы, стены подкрасить, и дверь вон облупилась вся. Ее это вроде не касается - ей внутренний комфорт важнее всего, видите ли. Привыкла в своей реальной Америке: владелец дома отвечает - за ремонт и прочую неисправность - ты только деньги плати ежемесячно, а благоустройство- забота хозяина. Ну, это у них так, а ты тут сам, как всегда, за все думать должен.
   А Полинка сладко так спит, посапывает как ребенок. Ну и номер сегодня выкинула! В какой-то момент был готов ее убить. Доказать решила, что сумеет голая сплясать для меня при всех. Хотела всех затмить, чтобы я только о ней думал. Если бы она могла, то перетащила бы меня в отдельный, ее собственный, мир - сундук, и закрылась бы там со мной. Но если разобраться, то я сам ее эту выходку спровоцировал. Сказал ей: "Милая моя, наш маленький мирок будет зыбок и уязвим". А она заявила, что в любом случае, у нее должно быть своя роль в моем мире, ее собственное место, и чтоб больше туда никто не смел войти. Конечно, милая моя! Только твоё! То, что принадлежит только тебе! А другое - не тронь, будь добра.Разве мало тебе? Ты спишь, а я скучаю по тебе. Минута без тебя - и уже скучаю! Мало разве?
   Таких как ты больше нет!
  А-я-я-я-я-я-я-й! Как же ты достала меня сегодня своим танцем! Уф! Плевать на все! Ты! Только ты! Когда ты рядом - все смогу! И когда не рядом - тоже смогу - от сознания того что ты есть у меня! Ты мне досталась, подумать только! Все! Сгреб тебя в охапку! Заткнулся и лежу с тобой тихонько.
  
   Проснулся среди ночи, поворочался... Но ведь ты еще и не такое выкинешь если тебе позволить. Пружины в тело впиваются, уснуть не дают, да еще демоны проклятые ...Эх, зря я защиту отключил! Пообещал Ахху, что не буду казадорские методы здесь использовать. А демоны-то как устроены? Лежат себе тихо, свернутые и связанные на дне колодца, и, время от времени, взывают скуляще: "Ты только одну руку мне развяжи, облегчи мое существование, переложи меня на другой бочок - этот уже совсем затек". И только сжалишься - они овладеют тобою и усилятся во много крат и вот уже ты уже в их власти, в полном их распоряжении. Смешно полагать, что казадоры устойчивы к воздействию демонов. И врачи болеют, и парикмахеры лысеют... А демоны только и ждут, чтобы я оступился, поддался им. А что если рискнуть, а? Вообще- то это интересная мысль: совместить приятное с полезным, а начальству объяснить, что я проверял методы, которыми они в Демонете пользуются. Напомню, что "воевать можно только с тем, что хорошо знаешь". Ну, попробовать что ли? Ух, демоны ликовать будут, протрубят по всем мирам Голденгейта, что не кто-нибудь, а сам казадор им поддался. А я кроткий вид на себя напущу, беспомощный, а когда они подойдут поближе, я их.... ну, если не уничтожу совсем, то хотя бы ослаблю.
   А вообще-то все вру, оправдание пытаюсь найти себе, чтобы демона своего выпустить. А демон мой - то ли от мазохизма проистекает, то ли от неуверенности в себе. Мелкий какой-то, второстепенный демонишка, но все же темный и гадкий. Даже имени его не знаю, оттого так тяжело с ним. И откуда он только взялся? То ли от желания похвастаться перед другими своей женщиной, то ли своей мужской силой - фиг его знает зачем мне это надо? И спросить не у кого. Психологи тебе только голову морочат, клирики тебе это запрещают... А нужно мне, всего лишь, чтобы ты сказала: "О, из всех мужчин ты самый-самый! У тебя самый большой член, и ты так глубоко в меня входишь. Ни с кем мне не было так хорошо как с тобой". Я бы поверил сразу и успокоился. С другими мужчинами об этом тоже не поговоришь - их интересуют, в основном, рекорды и акробатика. Ну, у меня, по крайней мере, хватает ума не соревноваться с кем- то в глупости. Если об этом разговор в казарме заходит, я обычно молчу. Они, верно, думают, что я то ли слишком интеллигентный, то ли мне нечем хвастаться. С их точки зрения, и вправду, нечем. Я за всю жизнь пять женщин целовал и с троими спал, причем со спортсменкой той один раз всего и с "дурного дыва".
   Полинка спит так сладко. Который из демонов ее заставил раздеться догола и сплясать перед всеми? Горр? А может это работа Похх? Не похоже... Неужели Рефф работал в одиночку? И что теперь? Демон угомонился, усох? Наоборот - окреп и вырос. А ведь я сам дал ей добро на это когда сказал: "Хочешь выпустить своих демонов? Валяй! Делай все что хочешь, а я присмотрю". Забыл, что мы не в реале. Демонет - это их дом, здесь они - хозяева. И невдомек ей пока, что ее демоны вылезли наружу и открыли темницу моему застарелому, заскорузлому, давно погребенному под панцирем выдержки и здравого смысла, демонишке. И вот он, знакомый такой, почти родной, вылез и подмигивает мне. И ей урок будет заодно - пусть испытает действие чужих демонов на себе, узнает - каково это. А потом она меня простит. Никуда не денется, простит. Любит меня шибко. Только где же мне человека найти подходящего? У меня тут знакомых нет.
  
   ***
  
  Tы в первый раз
  целуешь грязь
  зависая на ветру,
  ты готовишься упасть
  набирая высоту
  за высотою...
  
   Полина
  
  Утро солнечное и веселое, старенькое радио поет, похрипывая, и чайник на плите вот-вот засвистит. Я рассматриваю содержимое шкафа. Этому шкафу из светлого добротного дерева на вид лет пятьдесят, не меньше, и вещами он набит доверху - дверь откроешь - они вываливаются. Такой точно был в доме у бабушки, а может это он и есть, даже царапина на боку такая же. Так, посмотрим, что мне тут подойдет: вещи вполне модные, современные, такие как у меня дома в Нью-Йорке. Вытаскиваю джинсовые шорты и черную майку, чтобы примерить. Шорты сидят как влитые, ну точно как те, что я купила в "Мэйсисе" месяц назад перед отпуском, а может это они и есть? Но думать над всем этим нет ни сил сейчас, ни желания. Надо закинуть это все в кладовую сознания, и потом, когда наберется больше фактов, проанализировать. Я - магистр наук или нет, в конце концов?
  Женя выходит из душа, свежий такой, любимый мой... А вот я уже слышу аромат чая со смородинным листом, который он на базаре взял, в наш первый день. Запасливый такой, хозяйственный, Женя мой. Аромат заполняет комнату. А кухня здесь - точно такая, как была в нашей старой квартире, на улице Барвинковой.
  
   -- Сейчас чаю попьем, и я выйду продуктов купить,- говорит он. - Ты же еще толком моей кухни не испробовала.
  --Как не испробовала? А вареники с маком?
  --Пирога еще не вкушала, моего фирменного. Тебе точно понравится.
  
   Ах, солнце мое, хочет вкусного мне приготовить!
  
   --Ты о чем думаешь, Полинка?
  --О том, что надо будет все эти странные факты и совпадения собрать и проанализировать.
  -- Странные?
  -- Ну да. Вот шкаф как у моей бабушки в доме был, и царапина та же самая сбоку, а вещи в нем, будто из моей кладовки в Нью-Йорке.
  -- Еще что?
  -- Двор точно такой как на Барвинковой улице, где я жила когда-то, а люди во дворе - другие совсем, ни одного знакомого лица, хотя и в реале - одни соседи уже должно быть умерли, другие переехали, а третьи могли измениться до неузнаваемости. И еще, возле того парадного, точно помню, ступеньки вниз вели - там мастерская была в подвале, там плакаты и афиши изготавливали. А сейчас там и следа ее нет - ни двери, ни ступенек. А еще, двор наш шумный был - и почта там была, и приемный пункт бутылок, две мастерские и домоуправление. Машины во двор заезжали все время. А сейчас - тишина.
  --А может это двор мечты?
  --Как это?
  --Ну, наверняка соседи мечтали, чтобы двор тише был. Вот он и стал таким в этом мире.
  -- Хм... надо будет подумать.
  
  Он привлек меня к себе:
  --Я никогда до тебя не спал ни с какими магистрами...
  --Не надо сейчас, любимый мой, дай мне отдохнуть, у меня все болит там после вчерашнего.
  --Я сделал тебе больно? - он выглядит обеспокоенным.
  --Не то, что бы больно, просто чувствуется, что вчера... в общем, перебор был. Дай отдохнуть, ладно?
   Он отстраняется от меня:
  --Хорошо, отдохни. Пока.
  Эх, мне бы тогда еще заметить странный блеск в его глазах!
  -- И еще, если со двора выйти и направо повернуть, там должен быть летний кинотеатр, а через дорогу - хлебный магазин, но ничего этого нет, только парк незнакомый совсем.
  --Уже знакомый, после вчерашнего-то.
  --Ну разве что. А за парком - дорога и шинок - и вовсе, будто часть другого мира начинается.
  --Каждая часть здесь называется ''голденгрэйн''. Это я вчера в магазине узнал, услышал в разговоре. Здесь - твой голденгрэйн.
   --А еще что-нибудь узнал?
   --Что деньги за продукты они тут берут, к счастью, любые и рубли и гривны и доллары. А за алкоголь в клубе - только демонеты. В общем, ты пока тут анализируй, а я в магазин пойду.
  --Ну иди, а я тут приберу, паутину сниму, пыль вытру хотя бы.
  
   Казадор
  
  Я возвращался домой с кошелкой полной продуктов - овощи, зелень, свежий сыр, паляница еще теплая, вино, да и зефир нашел. Она говорила, что любит зефир, сладкоежка моя, сама как зефир. И тут я заметил его у пивного ларька. Демоны всегда подсунут нужного человека и подходящую ситуацию.
  Он стоял с большой кружкой в руках и сдувал пену с пива.
  Я подошел, взял и себе пива.
  -- Привет!
  Он встрепенулся.
  --А, привет!
  Высокий худощавый паренек, длинные светлые волосы, потрепанные джинсы, белая майка - чем-то похож на меня двадцатилетнего, только глаза серые.
  Я протянул руку:
  --Евгений, можно Женя.
  Он пожал:
  --Руслан.
  Улыбка у него хорошая, светлая такая. А рукопожатие крепкое.
  --Спасибо тебе, Руслан, за то, что вещи вчера подобрал в зале и принес. Ты нам здорово помог.
  Он отвел взгляд и замялся:
  --Не за что.
  --Надеюсь, из-за нас у тебя не было неприятностей?
  --Ну, если не считать, что меня там чуть не задавили у двери, и девушка моя обиделась и ушла, то больше никаких неприятностей не было.
  --Так ты с девушкой вчера был?
  --Да. Вернее, с бывшей девушкой.
  --Что так?
  --Расстались мы после вчерашнего.
  --Поссорились?
  --Нет, не то...
  
  Паренек вдруг нахмурился и сказал так горько:
  --У нас и раньше проблемы были - я ей как мужчина не подходил.
  --Это ты так решил, или она сказала?
  --Оба.
  --Чепуха какая- то. Может, не любишь?
  --Люблю, но вот плохо так все получается у нас. Мы уже и к психологу обращались и даже к колдуну какому то. Еще хуже стало.
   Выпущенный этой ночью из глубокого колодца демон, уже сидел у меня плече и нашептывал, нашептывал... Все, что я с этого момента говорил, - это не я, это он говорил:
  --А ты женщину, которая со мной была вчера, помнишь?
  --Ну, так из-за нее у нас размолвка и вышла. Она сказала, что я побежал за этой женщиной как последний кобель, а про нее вообще забыл. И это последней каплей стало.
  --Значит, помнишь женщину?- я вернул его к теме.
  --Да как ее забудешь? Яркая такая, смелая. Ну, вы, ребята, и рисковали вчера! Зал был полон пьяных мужиков! Оно специально лезут туда, чтобы на девок танцующих позырить.
  --Так понравилась тебе женщина, говоришь?
  --Очень. Красивая. Повезло тебе, мужик. Евгений, то есть.
  --А ты бы хотел ее трахнуть?
  
  Первая реакция у него была такая как надо. Он быстро выпалил:
  --Да, очень!
  Потом вдруг осекся:
  --А чего ты спрашиваешь? Издеваешься? Я же с тобой как с другом поделился проблемами, а ты...
  --Я совершенно серьезен. Идем, трахнешь ее. Тут рядом.
   Он пошел за мной, но перед самым домом остановился в нерешительности.
  --Подожди, но она же - твоя баба? Нет, разве?
  --Моя. И я очень люблю ее.
  --А зачем тебе это надо?
  --Это долго объяснять. Понимаешь, мы с ней любовники...
  --Ты что, мужик, извращенец? Иди ты нахер! Может и тебя заодно с ней трахнуть надо? - он уже повернулся, чтоб уйти.
  --Нет, ты меня не так понял. Да я не знаю, можно ли это вообще понять. Понимаешь, у нее были мужчины до меня... и меня это мучает, ох как мучает, хоть я виду не подаю... Себе даже не признавался до вчерашнего дня. И я вот что подумал: если сам увижу как это происходит, то перестану задавать эти вопросы " а с кем", "а какой у него член был", "a ты кончала", " а куда", "а сколько раз", "а как тебе с ним было?", и, наконец, "а лучше ли со мной, чем с ним и чем?". Для нас обоих - это важно, понимаешь?
  
  Кажется мои доводы показались ему достаточно убедительными, и он опять зашагал рядом.
  Уже перед самой квартирой он опять остановился:
  -- А она согласится? Со мной-то?
  Я усмехнулся.
  --Посмотрим. Не исключено, что поломается для виду.
  --А если нет?
  --Я все устрою.
   Легко сказать - устрою. Да поможет мне демон у меня на плече, старый мой, темный грязный демон.
  
  
   " ...отчего немеют зубы
  как дрожат от страсти губы
  ты поймешь когда поцелуешь грязь..."
  
   Полина
  
  Он вошел улыбающийся, выложил покупки в холодильник, отломил для меня ломоть свежей, еще теплой паляницы. Сыра белого, мягкого, отрезал от куска и плеснул вина в стакан. Потом целовать стал за ушком, нежно так. А когда его губы по моей шее скользнули, я ощутила знакомое тепло, разливающееся по всему телу. Повлек меня к кровати, но зачем-то скинул постель на пол, уложил меня на матрас, раздел медленно так, дразняще, и все целовал меня, усами щекотал, и язык мой ловил.
  Потом сказал:
  --Я сейчас, минутку.
  Принес полотенце из ванной и прикрутил мои руки к спинке кровати. Потом набросил зачем- то на меня простыню.
  И вдруг сказал громко:
  --Руслан, заходи!
  
  Я лежала голая под простыней, с руками поднятыми и прикрученными к кровати, когда мальчишка вошел. Я его сразу узнала. Вчера он несколько раз мне на глаза попадался. Он сидел за соседним столиком и пялился на меня вовсю, а во время моего танца, и вовсе, встал и подошел к сцене, забыв даже про свою девчонку. Да, с ним еще девчонка была, пигалица такая, но мордашка симпатичная. Она тоже смотрела на меня во все глаза и ему шептала что- то на ухо так горячо, но он ее, казалось, не слышал - у него челюсть отвисла, и слюни по ней вовсю текли. Потом я видела его за дверью каптерки - он принес мой костюм.
  
  Сначала у меня мелькнула мысль, что Женя хочет ему показать секс, высший пилотаж, похвастаться. Но что же, он меня не спросил? Я не уверена, что смогу так... на глазах у другого человека. И зачем?
  Я взглянула на Женю вопросительно, и тут увидела холодный блеск в его глазах - ноздри раздувались, лицо преобразилось - будто в него демон вселился. А затем глянула на мальчишку, у которого от желания губы дрожали и руки тряслись, и все поняла...
  
  ...попыталась, впрочем, выкрутиться из этой ситуации, посмотрела на Женю сначала уничтожающе, затем умоляюще, и наконец, со слезами. Он не отвел взгляда от меня, холодного, спокойного и уверенного.
  Ах так? Ты думаешь, мой любимый, что я сейчас буду плакать, кричать, умолять отвязать меня, просить прощенья за вчерашнее, клясться, что я больше так не буду никогда? А вот не дождешься.
  Можно еще было, правда, плюнуть мальчишке в морду, обозвать сосунком, и наконец, дать ногой по яйцам, а когда он согнется от боли, заехать ему коленкой в челюсть... Он, скорее всего, сразу скис бы.
  
  И тут я, неожиданно для себя самой, произнесла следующее, правда, голос мой звучал хрипло и неестественно:
  --Что прикажет мой господин?
  И тогда холод в Женин глазах сменился изумлением, а потом восторгом. А мальчишка сразу расслабился, услышав мои слова.
  А Женя сказал ему повелительно:
  -- Сними с нее простыню, Руслан.
  И мне:
  --Делай все, что он захочет.
  --Хорошо, мой господин.
  Женя был на седьмом небе от восторга, усмехался довольно. Мальчишка подошел ко мне, я ему улыбнулась через силу. Скорее бы все это кончилось, противно будет. Но и тебе, любимый мой, мало не покажется!
  
  ... сейчас это произойдет... унизительное и гадкое... я ощутила себя на краю неизбежности... мир после покатится в другом направлении.
  
  --Ну, давай, - он сказал Руслану, но сам не вышел из комнаты и даже не отвернулся.
  
  Мальчишка медленно стянул с меня простыню, полюбовался немного, коснулся моей груди так осторожно, будто боялся обжечься. Соски напряглись под его ладонями. Он наклонился и поцеловал одну грудь, потом вторую, пощекотал соски языком, я вскрикнула от возбуждения, но не столь от его поцелуя, сколь от Жениного взгляда. Как он смотрел на меня! Как будто это он, а не мальчишка целовал меня. Руслан провел руками по моим бедрам, животу, а когда он задержал руку между бедер, я вдруг интуитивно сжала ноги вместе и напряглась - все же, совсем чужой человек меня касался. Хоть и очень юный и неуверенный в себе, но все же насильник... Но не было ни ненависти, ни гадливости. Только пустота и безразличие, бесконечное безразличие.
  
  -- Раздвинь ноги перед ним, раскройся, - Женя сказал мне. - Не смей сжиматься.
  
  Какая же ты дрянь, любимый!
  Мне и вправду стоило усилий разжать ноги, и когда я это сделала, в этот самый момент, истерика подступила к горлу.
  А мальчишка все ласкал меня между ног. У него были такие длинные гибкие пальцы, наверное, он музыкант. Впрочем, какая разница? Затем он наклонился, приблизил лицо и застонал от удовольствия. Под напряженным Жениным взглядом я выгнулась, и раскрылась совсем. Мне надо было как-то прожить эти минуты. А Женя все смотрел на меня, не отрываясь - его охватило странное возбуждение, и я тоже не могла отвести от него глаз.
  Наконец, мальчишка расстегнул джинсы. У него оказался довольно длинный красивый член, и стоял как положено. Но оказалось, что он совершенно не умел им пользоваться! Он просто ерзал по мне, его длинные светлые волосы щекотали мою шею, матрас сполз, и железные пружины больно впивались в спину.
  
  Ну что ж, любимый, ты хотел спектакль, получай!
  --Думаю, господин не будет возражать, если ты подложишь мне подушку под попу,- сказала я мальчишке таким нежным голосом, на который только была способна.
  "Господин" не возражал. Он даже сам, молча кивнув, бросил нам подушку.
  Руслан подложил мне ее под попу, теперь он мог достать меня там, где нужно было. Я начала двигаться ему в такт, притворяясь, что меня охватило возбуждение, и даже успела издать несколько звуков свидетельствующих о том, что мне это вроде бы приятно, как он кончил, и встал с меня смущенный.
  
  Ну? Все? Ты доволен? Ты его осчастливил достаточно? Он может идти? Руслан и так будет вспоминать до конца жизни как трахал меня, привязанную к кровати.
  Но нет...
  Женя отвязал мне руки.
  --Ты стань на колени,- это он мне сказал, а ты - кивок Руслану,- подойди сюда.
   С кем я связалась, дура этакая? Кого я возвела на пьедестал?
   И я, стоя на коленях, ласкала и целовала член незнакомого мальчишки, но глядя при этом Жене прямо в глаза.
  У Руслана опять начал подниматься.
   Время от времени я отводила глаза от Жени и улыбалась Руслану как можно обворожительней.
   Я полностью отдавала себе отчет в том, что происходит. Я делала вид, что наслаждаюсь процессом, но на самом деле, не чувствовал ничего кроме возмущения и желания причинить тебе боль, любимый. Видишь, как ему сейчас классно, лучше, чем тебе бывало когда- либо, смотри же, гад!
  На тебе, получай!
  Мне хорошо и без тебя!
  Нам хорошо!
  Я так и знала, что Женя не выдержит!
  
  --Довольно! Все! Иди ко мне!
  --Почему, господин? Я же еще не все сделала, только прикажи, и я сяду сверху на него, прошу тебя, позволь мне.
  --Я сказал - иди сюда! Я - твой господин, и ты будешь у меня на том болту крутиться, на каком прикажу!
  И брюки расстегнул.
  Ишь как в роль вошел, гад!
  
  Но только Женя коснулся меня, я изошла криком, я билась под ним, кричала, мотала головой, я искусала свои губы, я стонала от восторга и наслаждения. Я растаяла, растворилась полностью в его руках, в его объятиях. А Руслан стоял рядом, без штанов и смотрел на это все... Я уже не думала ни о Руслане, ни о своем унижении, ни о Женимом предательстве. Меня затапливала волна за волной острого, долгого, невероятного по силе наслаждения. Мое собственное тело предавало все - здравый смысл, гордость и... мою любовь.
  
  Когда за Русланом закрылась дверь, я дала волю слезам.
  --Убирайся, гад! Сейчас же убирайся! Видеть тебя не могу!
  Я сидела на полу, зареванная, завернувшись в простыню. Ишь что удумал! И как же это я не обратила внимания на демонический блеск в его глазах, когда он утром говорил со мной, и когда вернулся с покупками.
  -- Показуху решил устроить перед мальчиком? Да? Гнида паршивая!
  --Ну и лексикон у вас, магистров наук.
   Он стоял со стаканом воды в руках и протягивал мне, а когда я оттолкнула его руку, попытался обрызгать меня водой, чтобы успокоить.
  --Пошел вон, сволочь! Только попробуй подойти ближе, увидишь, что будет!
  --Все! Не реви!
  --За что? Почему?
  --Ты же сама просилась вчера как сучка последняя, ты хотела, чтобы я отымел тебя публично, у всех на глазах, а зрители чтобы от зависти с ума сошли. Вот я и сделал это для тебя, ты выпустила демонов наружу, узнала как это, но ... под моим присмотром и в безопасном месте, как я и обещал. Теперь можно успокоиться.
  
  Он опять протянул мне стакан воды. Я взяла стакан из его рук, и он еле успел увернуться, стакан, минуя его голову, шмякнулся о стенку и разбился вдребезги.
   Он спокойно пошел на кухню за веником и совком, подмел осколки как ни в чем не бывало, продолжая говорить:
   -- Как бы там ни было, а мы вместе сюда попали и вместе будет все это переживать, так что лучше давай спокойно поговорим. Я сейчас понял как сильно тебя люблю. А другие твои мужчины больше ничего для меня не значат. Ты поняла, надеюсь, что не тот, кто втыкает важен, а тот, кому ты в глаза смотришь. И мальчик этот, Руслан,- не мужчина, а инструмент, пособие для обучения.
  --Заткнись. Я тебе этого никогда не прощу.
  
   ***
  
  В реале сижу у себя в спальне, слезы катятся по щекам. Боже мой, куда меня все это завело? Монитор мерцает, все спят, только кот Феншуй сигает туда- сюда. Здесь два часа ночи, мне вставать на работу в полседьмого. Я должна успокоиться и забыть обо всем. Волшебный сон сменился кошмаром - и это все. Меня же предупреждали, что казадоры - ужасные люди?
  
  Утром, одеваясь на работу, я вдруг увидела в ящике с чистым бельем, измятую и грязную полупрозрачную юбку от костюма для танца живота. Я помотала головой. Каким образом она сюда попала? В клубе, я, по инструкции Реффа и Горра, нашла некую Лесс, назвала ей свое имя, и попросила подобрать для меня подходящий наряд. Лесс оказалась невысокой сладкоголосой и крайне услужливой женщиной. На поясе у нее болталась связка ключей, через плечо был перекинут сантиметр, передник был утыкан шпильками и булавками, а из карманов торчали разноцветные бантики и ленточки. Она подобрала мне костюм, помогла надеть его, прикрепила шаль к головному обручу и даже подвела мои глаза черным карандашом. Оглядела меня, всплеснула руками и воскликнула: - Ну, царица!
   Она посоветовала немного разогреться перед выступлением, и попросила вернуть наряд после. Но вернуть не удалось: лиф, шаль и вуаль остались в той комнате с хозяйственной утварью, а юбку я, по возвращении в переулок Тамбыло, бросила в корзину для грязного белья, а обруч засунула в один из многочисленных ящиков комода. Но это было в Демонете, и это должно было остаться там. Миры не должны были пересекаться. Может, я нарушила какие-то правила? А что мне с ней теперь делать? Выбросить? Постирать? На поясе, с внутренней стороны была маленькая бирочка "сделано в Амаполе". Знакомое слово. Ладно, позже разберемся и с этим, вернее, я сама разберусь теперь, без него. А вернее, и разбираться не придется, я ведь больше не вернусь в Демонет. Там темно сейчас - не видно ничего. Меня там нет, наверно. А почему мышцы ног болят от перенапряжения? Танцевала - то я там и убегала тоже... И нижняя губа немного подпухла.
  
  На работе я включила компьютер и первым делом открыла свою электронную почту... ну вот от него - несколько писем и комментариев. Еще смеет... ладно уж, прочту, но отвечать не буду, конечно.
  
  "Доброе утро, милая моя, как спалось?
  Кто бы мог подумать - обычный блогер: рецепты, фото, шутки, а сам...
  
  Еще одно письмо: "Полина, любовь моя, ну ты классная, ну какая же ты классная, как же я люблю тебя!"
  
  Третье: "Ух, как же ты заводишь меня, пантерчик мой сердитый! Никогда и ни с кем у меня еще так крышу не сносило как с тобой! Taких как ты больше нет! "
  Не буду отвечать после вчерашнего, не буду и все. Последнее письмо открою, и все.
  "Полинка, ты подарок судьбы, ты - клад, доставшийся мне одному. Но я жду, что ты примешь меня таким, как я есть, и останешься со мной, навсегда останешься".
  
   Игнор - высшая степень презрения. А ну его. Это все слова! Они ничего не стоят. Можно любые написать. Выключила компьютер с раздражением. Походила по кабинету из угла в угол. Разве не этих слов мне хотелось услышать: "никогда и ни с кем у меня еще так крышу не сносило как с тобой?' Почему же они меня не радуют?
  
  --Я не вернусь туда,- сказала громко и заплакала.
  --Тихо, тихо, детка, - раздался участливый голос. - Что же ты так огорчилась из-за ерунды? - Напротив меня, в кресле, сидел Ахх. - Где же еще демонов тешить, если не в Демонете?
  --Ты все знаешь?
  --Я - повелитель страстей. Я знаю все, что происходит при их участии.
  --Женя сказал, что сделал это для меня. Как бы помог мне выпустить демонов под его присмотром.
  --Соврал. Казадоры всегда врут. Он для себя это сделал. А вернее, я навязал ему свою игру и выиграл этот раунд. На своем поле играть легче.
   --Он не любит меня!
  --Почему же? Любит. Одним из своих лиц. Казадоры - многолики. Но это ничего. Ведь и ты потешилась в клубе. И правильно сделала.
  --Правильно?
  --Ну да. Чего стоит красота, никем не увиденная? - он подмигнул. -- Показала себя, насладилась произведенным эффектом, ну и умница. Голая - ты красивее, чем в одежде. И казадор твой успел это оценить, не сомневайся, так что все в порядке.
  -- Я не хочу его больше видеть!
  
  Ахх посмотрел на меня внимательно.
   -- К сожалению, еще хочешь. Да и отделаться от него не так просто. И с ним - интереснее, правда? Ты с ним - другая и эта "другая"- достойна изучения.
  -- Может быть. Но все равно, с этим покончено. Я не вернусь туда. Меня там нет, в Демонете.
  --Разве?
   --Темно совсем. Не вижу ничего...
   -- Это потому, что ты зажмурилась. На парковой скамейке ты сидишь, причем в неудобной позе, ноги затекли уже. Вставай, детка, и иди.
   -- Куда?
   -- Да куда хочешь. А дойдешь, я тебя там встречу.
  
   ***
  
   И вправду ноги затекли. Вечер синий, густой напоен резкими цветочными ароматами. Кажется, эту ароматную синеву можно черпать ладонями.
  
  Я помню, что долго терла себя мочалкой в душе, потом оделась и ушла, хлопнув дверью так сильно, что штукатурка в парадном осыпалась. А как до парка добежала и сколько на скамейке просидела - не помню.
  Я сказала, что не вернусь? Куда? В Демонет? Нет, в переулок Тамбыло. Пусть сам там сидит. А я пойду в гостиницу, пожалуй. В ту самую, на Центральной площади, недалеко от Часовой Башни.
  
  В холле пустынно. Ни швейцара, ни портье - иди куда хочешь. Комната #33 свободна. Снимаю ключ с резной доски и поднимаюсь на третий этаж. Счет пусть присылают по адресу.
  Плюхаюсь на кровать и долгое время лежу, уставившись на картину, где зеленое солнце заходит в розовое море. В прошлый раз меня удивило, что из окон, которые должны выходить на площадь, можно было полюбоваться видом на реку. А сейчас все правильно - видна площадь и часовая башня. А интересно, я могу покинуть Демонет, отключиться от него, или разлогиниться... как это правильно назвать?
  Надо спросить у Ахха. Да вот же он, сидит на балконных перилах и болтает ногами.
  
  --Ты сможешь покинуть Демонет только по решению администрации. Другими словами, если тебя отсюда выкинут. Ты появилась здесь, вернее, спроецировалась сюда - так же, как родилась в реале когда-то. Теперь живи. Кстати, в случае конфликта с модераторами, обратись ко мне - я замолвлю словечко перед админом этого уровня - Дэниэлом Залесски. Он мой воспитанник и большой затейник. Тебя удивляет меняющийся вид из окна? Это он придумал. Гостиница вертится, а скорость вращения зависит от течения времени, и, как минимум, четырьмя пейзажами можно полюбоваться за короткий срок: площадь, река, город и сады. Вид из окна иногда работает как подсказка в игре. Но я вижу, тебе это не очень интересно.
  --Ты обложил меня со всех сторон. В реале и здесь.
  -- Всего с двух, детка. Но здесь гораздо удобнее болтать, ты не находишь? Ты не пригласишь меня войти?
  И не дождавшись приглашения, спрыгивает с перил, входит в комнату и сразу устремляется к маленькому бару-холодильнику:
   -- О, детка, смотри, сколько тут вкусного. Даже мороженое ананасное имеется. Хочешь? Для поднятия настроения.
  -- У меня нет с собой демонет, чтобы заплатить.
  Он смеется по стариковски покряхтывая:
  -- В нечетных номерах - ты моя гостья, так что не беспокойся о плате. Думаю, хозяин гостиницы скоро сам платить тебе за рекламу будет, и раструбит повсюду, что ты здесь останавливалась в первые дни пребывания в Демонете, а цена за этот номер будет непомерно высока.
  -- Шутишь?
  -- Вовсе нет. Ах, Полина, грусть тебе не к лицу. Да перестань ты вздыхать о нем. Тебе никто не нужен - ни Казадор, ни даже демоны. Нужен тебе только я! Молчи! - бросает он мне повелительно, когда я пытаюсь возразить. - Ты узнала себе истинную цену, и сейчас уже не важно чем были продиктованы твои действия, главное - результат!
  -- Какой результат?
  -- Детка моя, - произносит Ахх торжественно. - Цель первого уровня Демонета - это выявление скрытых талантов у игроков. Иногда на это уходят долгие года и мешки демонет. Приходится создавать различные ситуации, чтобы игрок мог себя проявить должным образом. Но все затраты после окупаются с лихвой, потому что выявленный талант приносит бесценные плоды. Вначале я полагал, что Демонету будет выгодно твое сотрудничество с Гнеффом: немного теории и практики- и с тобой не сравнился бы ни один ураган по разрушительной силе, но - он поднял палец вверх,- Другой твой талант- проявился на удивление быстро. Полина, ты - соблазнительница, в руках которой могут оказаться многие сильные мира сего. Прости за пафос. Ты выросла в скромной семье, в строгих правилах и не представляла другой жизни, но еще не все потеряно. Мы с тобой такие горы своротим! Никто не ценил тебя по-настоящему, ни твой муж, ни любовник - тот, что умер в реале, ни казадор. Последний, впрочем, послужил причиной твоей реализации, и ему это зачтется в будущем, но на этом его роль официально заканчивается.
   Я вскакиваю, роняя ананасное мороженое.
   -- С Женей что-то случилось? Он здоров? Ой, я же злилась на него весь день! Он пострадал? Гнефф? Я и забыла, что мне нельзя ни на кого злиться!
  -- Это уже неважно. Важно, что ты...
  Но я уже не слушаю Ахха.
  
   ***
  Когда меня обижают, я обычно вспоминаю чего больше связано этим человеком - плохого или хорошего. Если хорошего оказывается больше, то я стараюсь обиду забыть. А с Женей было связано только хорошее - все чудеса начались с его появлением, и жизнь стала намного ярче. В конце концов, я первая начала хулиганить в клубе, и поставила его в ужасное положение. Конечно, то, чему он меня подверг после, выходило за всякие рамки, но вреда ему причинять не хотела.
  
  Я бежала по знакомой дороге так быстро как могла, стало душно и низкие грозовые тучи надвигались на город. Я успела перебежать через мост, потом через парковую аллею, а мелкий дождь брызнул точно в тот момент, когда увидела, что на указателе вместо "улица Роз" - светилось "улица Слез" - это еще что такое, название улицы сменили за это время? На клумбах не осталось ни одной розы - срезали что ли? Переулок Тамбыло хотя бы на месте? Да, все по-прежнему, дом двадцать дробь два, парадное, лестница...Аромат готовящейся еды защекотал ноздри.
  Ключ был по-прежнему под притолокой. Для меня это обычный ключ из белого металла, поворачивающийся в обычном замке, и дверь ничем не примечательная, разве что обивка висит лохмотьями. Но для того, кто управляет этим миром, это может выглядеть как введение пароля на мониторе.
  В коридоре я услышала какой -то шум, насторожилась и, на цыпочках, пошла на его источник. Женя лежал в ванной на полу, раковина была откручена. Он приподнялся на локте:
  
  -- А, привет! Вода не сходит, а у меня инструмента не было, пришлось купить, - он кивнул на лежащий рядом с ним на кафельном полу слесарный набор.
   Жив, здоров, выглядит прекрасно и ведет себя как ни в чем ни бывало. Но может, еще времени мало прошло?
  -- Да, кстати, зайди пока в комнату, оцени обновку, а я пока я тут все прочищу.
  -- Не хочу.
  -- Ну, если не хочешь в комнату, тогда садись сверху на меня прямо здесь, - он сделал неприличный жест.
  Я холодно отвернулась и прошла на кухню. Открыла холодильник, чтобы налить себе воды. В белой эмалированной миске лежали куски рыбы в маринаде. На плите, в новом блестящем казанке, тушились овощи -- вот откуда этот аромат! На столе, на новенькой разделочной доске - зелень петрушки и веточки базилика. Пока я бродила по городу в беспамятстве от горя, он тут хозяйством занимался!
  Женя вошел в кухню, вытирая руки полотенцем, выключил огонь под казаном.
   -- Если бы я знал, что ты вернешься так быстро, я бы раньше форель в духовку закинул. Ну, подожди, я быстро.
  Вынул миску с маринованной рыбой из холодильника, ловко завернул рыбу в фольгу и забросил в духовку.
   -- А что это ты воду пьешь? У меня квас есть.
  Налил мне квасу, я, молча взяла стакан из его рук, он смотрел как я пью, улыбаясь, потом притянул к себе, прижал крепко и повел в комнату. Там стояла новая просторная кровать с резной спинкой, застеленная свежим бельем.
  -- Вот она - обновка твоя, Полинка, - Женя с гордостью кивнул на кровать. - А этот хлам, - он указал на прохудившийся матрас и железные спинки разобранной старой кровати, - я позже на мусорку вынесу.
  Глянул на часы:
  -- Рыбу из духовки вынимать минут через полчаса. У нас есть время. А потом я тебя побалую, накормлю по-королевски, ужин в постель подам. Ну, давай, опробуй кровать, поваляйся же. Мягко, но не слишком, как раз как надо, правда? - он лег рядом и прижал меня к себе. - Чтобы девоньке моей, любимой голубоньке удобно было. Видишь, форточку отремонтировал, не скрипит больше и закрывается нормально. И еще копию ключа от входной двери сделал, чтобы удобнее нам было. Потолки побелить бы хорошо и стены покрасить. Вот начал с кровати, чтобы тебе ничего не напоминало о том, что произошло давеча, на той, старой, с торчащими пружинами.
   То ли от тепла, исходившего от его сильного тела, запаха, голоса и ласковых слов, то ли от бессилия, что не могу управлять собой, - я размякла совсем и расплакалась.
  -- Говори, говори, милая моя, не молчи, не должно быть между нами ничего недосказанного.
  -- Но ты сам и есть - главное напоминание о недосказанном. Ты можешь быть таким жестоким, что мне страшно. И паренька этого, Руслана, ты как инструмент использовал...
  -- Угу, инструмент. Штопор, которым из бутылки пробки вынимают и демонов выпускают. Но ему это в кайф было. Небось, самое яркое воспоминание в жизни. Мне когда было двадцать, я о таком моменте только мечтать мог. Женщина красивая, умелая - как подарок судьбы.
  -- Я не могу тебе теперь доверять. Ты должен был мне честно сказать, предупредить...
  -- И ты бы согласилась?
  -- Нет, но ты бы меня уговорил, объяснил зачем тебе это нужно, может, и согласилась бы, чтобы тебе помочь. Но я сама бы себе мужчину выбрала тогда... хотя тебе нужен был слабый, не уверенный в себе, да? Чтобы точно был хуже тебя, и уступал бы тебе в технике. А почему ты в реале это не проделал, с Оксаной своей?
  -- Я хотел, всегда хотел, но она в штыки эту идею воспринимала.
  -- Неужели? Интересно, почему бы это?- я спросила ехидно. -- Но ты с ней не рискнул это проделать, а со мной, значит, можно, потому что я не реальная, да?
  -- А ты бы разделась в реале догола на глазах у публики? Ты хотела, чтобы я забылся настолько, чтобы трахнул тебя или хотя бы попытался, прямо там, да? Признаюсь, я был близок к этому, я сдурел, как и многие мужики в этом зале.
  -- Я одна во всем виновата, да?
  -- Полинка, ну посуди сама, в Демонете обнажаются тайные желания, а ты, видно, всегда голой станцевать мечтала, и силу грубую на себе испытать. Но в реале - ты слишком горда, неприступна и дорожишь репутацией. Другие бабы тряпками фирменными хвастаются, а для тебя важнее, чтобы без тряпок красиво было. Да неизвестно еще, что бы ты выкинула, если бы я не позволил тебе выпустить пары! Чтобы ты ни говорила, я знаю, что ты жаждешь острых ощущений, чтобы кто-то смотрел на тебя и желал, да посильнее, и безумства затевал из-за тебя. Ну ладно, когда надоест притворяться - скажешь. Слушай, а может, ты стриптизершей станешь, а? В Нью-Йоркский ночной клуб какой-нибудь на работу устроишься? Тебе, правда, за тридцать, но несколько лет успеха тебе обеспечено, пока конкуренция молодняка не задавит.
  -- Дурак! - Я только для тебя танцевала, а потные рожи зрителей мне нужны были для того, чтобы тебе все завидовали. Это ты меня Оксаной своей дразнил! И так ловко все вывернул, что я должна тебя еще и благодарить, за то, что ты со мной как со шлюхой последней поступил! Я до сих пор в себя не могу придти!
  -- А вот врешь ты все! Тебе понравилось, но ты не хочешь в этом признаться. Забыла уже как стонала подо мной? Да ты никогда еще не такого кайфа не получала и заводилась от того, что Руслан на это смотрел.
  -- Нормальная здоровая мужская реакция - это убить того, кто посмеет посягнуть на его женщину. А то, что устроил ты - это дико.
  -- А ведь и я так думал, пока демону не поддался. Каждого убить, да! Но ведь я отдал тебя тому, кого сам привел, и ты испытала грубую силу, но под моим присмотром.
  И я не нашла ничего лучше, чем заявить:
  -- А у Руслана член больше чем у тебя, между прочим! И толще и длиннее! Вот! А ты казадор, а демонам поддался! - и опять заплакала, уткнувшись лицом в подушку.
  Он вскочил, лицо его стало пунцовым:
  -- Ой, рыба моя в духовке! - и выбежал из комнаты.
  
  Женя орудовал на кухне - там что-то звенело и грохотало, потом упало и разбилось, кажется. Мне так жалко стало, что он так переживает, и я даже хотела сказать ему, что мне наплевать на Руслана и его размер, но он вернулся в комнату - лицо его было совершенно спокойным. Поставил поднос на столик у кровати. На подносе блюдо с румяной запеченной рыбой, дымящаяся мисочка тушеных овощей и ломти хлеба.
  - Сначала поужинаем, а ты-то голодная и злая. А после поговорим еще раз, спокойно. .
   А каким бы чудесным мог быть этот момент: теплая комната, мягкий свет, новая кровать, и любимый мужчина ужин подает, но уже невозможно вычесть из всего этого случившееся.
  
  Женя заварил чай со смородинным листом. Как ласково он называл меня -- Смородинка, а как смотрел на меня! Два дня настоящего счастья, это было, но это уходит, отдаляется от меня с каждым мгновеньем. Жаль до спазмов в горле, до боли в сердце! Но я не буду страдать. Я больше никогда не буду страдать. Ты сам сказал, Женя, что страдание - это собственный выбор. Мне просто очень жаль. Бесконечно. Жаль. Я все еще люблю тебя. Мне не под силу выкорчевать тебя из души, резко и сразу, но я уже не верю тебе. Никогда не смогу поверить. А без доверия любовь умрет. Сама.
   Я это понимала, еще тогда понимала, но зачем же я продолжала говорить с ним, слушать его? Я осознавала, что исправить случившееся невозможно, как и забыть о нем. Неужели желание любить перевешивало все остальное?
  
  -- Ну вот, - сказал он, убрав поднос с пустыми чашками, - Теперь, когда мы оба успокоились, я введу тебя в курс казадорского дела, дела борьбы с демонами. Даже хорошо, что ты на себе их действие испытала, - тебе гораздо понятнее будет. Демоны уже не внутри тебя, а снаружи, ты видишь их, даже знакома с некоторыми, и теперь - реакция и поведение - дело твое, вернее, наше с тобой, общее. Знай, Полинка, демоны никогда не ходят в одиночку. На контакт обычно идет один, самый близкий тебе, но за ним всегда толпа прячется. Один вкручивается в твою систему, как вирус, отпирает другим двери, они проникают в тебя и начинают хозяйничать. В твоем случае, инициатором был Рефф. Твои демоны легко договорились с моими, развязали их и вытащили из колодца. Ты на себе испытала - как сладко им поддаваться, но знай, любимая моя, победить демона собственноручно, вернее собственноножно - на горло ему наступить и придавить пятой - во стократ слаще. Но опыта у тебя маловато...
  -- К чему ты ведешь, Женя?
   -- К тому, что ты должна меня во всем слушаться. Твой сумасшедший танец в клубе повлиял на многих зрителей, изменил их линии игры, а в первую очередь - мою, игру самого близкого тебе человека. А поскольку твои действия были продиктованы ревностью, эгоизмом и самолюбованием, то в трещинки, проделанные тобой в душах зрителей, уже влезли другие демоны и сейчас творят там что хотят.
   -- Ты хочешь сказать, что если бы я танцевала с целью собрать деньги в благотворительный фонд, то реакция была бы другой?
  -- Конечно. Вчера ты вызвала не восторг и восхищение, как тебе кажется, а похоть и вожделение - огромное поле деятельности для Похх. Да и другие демоны воспряли, даже Алчч проснулась.
  -- А причем здесь Алчч?
  -- При том, что многие предполагают, что для обладания столь прекрасной танцовщицей нужны немалые средства, особенно в отсутствие других достоинств. И теперь демоны изменят их игру. Только не притворяйся, что тебя огорчают мои слова - больше всего на свете, ты хочешь сводить с ума мужчин.
  -- Но только для того, чтобы бы...
  -... я оценил тебя по заслугам. Полина, но ты не думаешь о других в этот момент.
  -- Ладно, это я - последняя сволочь, и думаю только о своих нуждах. И мы с тобой больше не говорим о любви. Это извращение, эксперимент, борьба - все, что угодно, но не любовь! Я для тебя - женщина для экспериментов, приманки и изучения демонов!
  -- А я для тебя, кто, Полинка? Дорожишь ли ты мной настолько, чтобы не скормить своим демонам?
   Я замолчала и покраснела. Он заметил мою реакцию и продолжил:
  -- Мы с тобой в этой игре - партнеры, вкусившие запретных в реале вещей, - дело для Демонета обычное. Ладно, хватит разговоров. Сейчас я тебе развлеку, моя милая. И заодно увидишь, что значит быть казадором! - с этими словами он достал какой-то предмет, похожий на складную школьную палочку-указку, из которой бил яркий, непереносимый для глаз, свет.
   Луч отделился от предмета и стал блуждать по комнате, заглядывая в самые укромные уголки, остановился на разобранной старой кровати, задрожал и рассыпался красными искрами. И тогда Женя вытащил из обломков лохматое, сопротивляющееся и упирающееся существо.
   -- Знакомься, Разз, демон раздора. Глянь, какой востроносый, а башмаки - с острыми носками и шпорами, чтобы бить и колоть сильнее, чтобы слова пообиднее находить, за живое задевать, чтобы след оставлять в душе неизгладимый и раны незаживаемые. Запомни его хорошенько. Я все время его чуял, еле сдерживался, потому что дал слово вести себя как частное лицо! Ох, и несладко частным лицам приходится в Демонете! Потому-то на верхний уровень переходят считанные единицы. Остальным так и не удается побороть демонов. А этот еще и самый дурной из всех!
  
  Разз повис в Жениных руках, корчился, извивался и дрыгал ногами, это было так забавно, что я прыснула от смеха, и стоило мне рассмеяться, как демон вдруг съежился, уменьшился и стал совсем прозрачным.
  -- Вот так всегда, Полинка,- Женя приободрился от моего смеха. - Теорию, что они всегда друг за другом следуют - сначала Горр, потом Рефф, а вслед за ним Разз, я по учебникам казадорским изучал, а сейчас на деле это увидел. Можно сказать - повысил квалификацию. А сражаться успешно можно только с тем, что хорошо знаешь, - и он распахнул окно и выбросил визжащего демона во двор.
  Наступила звенящая тишина. Напряжение в воздухе исчезло, и дышать стало легче как после грозы. И тогда я сказала:
  
  --Женя, что же мы наделали с тобой? Так все хорошо было, мы были счастливы онлайн, а здесь они нам все испортили. Надо было оставаться в сети.
  -- Невозможно долго зависать на одной точке. Твои эмоции нас сюда забросили. А теперь жаль ими демонов кормить. Их можно употребить на другое, более важное дело.
  -- А если мы поддались демонам, значит, теперь не перейдем на второй уровень?
  -- А вторых уровней несколько - можно на второй этаж вскарабкаться, можно на крышу сразу взлететь, а можно и в подвал свалиться. Вот они нас в подвал и тянут. Но на то я и казадор, чтобы управлять ими. Сейчас будет продолжение, смотри, Полинка!
   Женя достал из кармана металлический свисток с выбитыми на нем непонятными знаками, высунулся в окно и громко свистнул. Комната вдруг наполнилась демонами. Среди них были знакомые - все они казались сейчас маленькими и жалкими. Демоны выстроились в ряд, жались друг другу, извивались, но уйти не могли.
  -- А ну быстренько, - скомандовал Женя, - Вынесите весь хлам на мусорную свалку! - и он кивнул на разобранную старую кровать.
  
  Демоны переглянулись и один из них, пожилой, одноглазый, с рябым лицом поинтересовался:
  -- А оплата?
  -- Можете сожрать все негамоции, что в обломках остались!
   -- А ты не включишь "белый луч"?- уточнил пожилой.
   -- Будете слушаться - не включу.
   Демоны как по команде бросились на обломки старой кровати и тут же комнату заполнили скрежещущие звуки - будто старую магнитную пленку прокручивали на большой скорости. Я угадывала свой искаженный голос, крик и плач, затем вздохи и стоны Руслана, Женины резкие - как звон холодного металла, слова. А потом посыпались незнакомые голоса, визги, хохот, проклятья, и даже протяжный рев.
  Демоны урчали от наслаждения, пожирая старые эмоции.
  Когда звуки стихли, демоны послушно взяли обломки кровати и чинно удалились с ними.
  -- Ну что? Видела? Заставить работать на себя, а не служить им - вот как надо! Еще и не такое увидишь, Полинка! - он явно наслаждался произведенным эффектом.
  -- Женя, как это получилось? Эмоции в старой кровати?
  - Ага, интересно? И ты могла бы такому научиться! Старые вещи много информации несут в себе, впитывают все, что происходит. Помнишь антикварный магазин возле Центральной площади? Ты еще назвала его "лавкой древностей".
  -- Помню, конечно.
  -- Вот где склад старых эмоций - тронуть страшно, могут посыпаться на нового владельца при неумелом обращении, тут специалист нужен. А бывает, что повезет человеку, да как повезет - удача так и сыпется! А все потому, что ему вещь досталась, с любовью сделанная, да еще и талантливым мастером. Знаешь, что владелец магазина мне тогда предлагал? Не догадываешься? Он узнал во мне казадора и хотел, чтобы я провел экспертизу на хранящиеся в древних предметах эмоции, а он мог бы после цены поднять на "положительно заряженный антиквариат". Я подумывал о том, чтобы подработать таким образом.
  -- Слушай, может поэтому я никогда не покупала вещи в комиссионках? В Америке принять сдавать ношенные вещи или одежду выросших детей в благотворительные организации, а я не могу, выбрасываю их и все. А раньше у меня подружки просили дать поносить какое-нибудь платье, и свои вещи предлагали в обмен, но я никогда не соглашалась, не задумываясь почему. А были у меня и "счастливые вещи", приносящие удачу...
  --Эх, надо бы мне сделать для тебя 'счастливую вещь", Полинка. Кстати, ты интуитивно сама постигла то, чему учат на подготовительном курсе в школе казадоров. Из тебя отличный ловец демонов получится. Есть разные специализации, - Женя оживился, глаза его загорелись, - Я, например, консультант по освоению передовых технологий. И как здорово, что мы с тобой встретились! Без тебя я бы ни за что сюда не попал - казадоров в Демонет не пускали, согласно какому-то там древнему соглашению, которое давно пора пересмотреть, но админ местный все тянет резину - типичный бюрократ.
  -- Админ?
   -- Ага. Некий Дэниэл Залесски - фигура интереснейшая. Мне повидать его надо бы, поговорить по душам, но чтобы аудиенцию получить - блат нужен особый. Я - первый казадор, которому удалось в это логово залезть, да и то, по другому пункту - как твой партнер.
  -- По какому пункту?
  --Влюбленные пары, которые не могут быть вместе в реале, считаются здесь самыми перспективными, уж не знаю почему. А в последнее время много виртуальных любовников из реала сюда попадает, бедняги, - он усмехнулся,- Пишут, пишут и не знают куда это все может завести.
   -- Ты вел себя так уверенно, как будто раньше здесь бывал.
  -- Нет, никогда. Но я бывал в других мирах Голденгейта, так что у меня есть опыт перехода. Опыт - это главное, что можно приобрести, понимаешь?
  --Понимаю, конечно. Если бы мне в реале пришлось опять куда-нибудь эмигрировать, то было бы легче, чем в первый раз. А что ты делал в других мирах?
  --Боролся со злом, конечно. Пытался уничтожить его или хотя бы преуменьшить.
  -- Но есть ли в этом смысл? Зло можно рассматривать как обратную сторону добра.
  -- Так полагать - значит узаконить зло и страдания.
  -- Но позволь, разве люди не становятся сильнее благодаря страданиям?
  -- Не благодаря, а вопреки, Полинка. Я - казадор. Меня готовили специально для ловли демонов, я ослабляю их, вмешиваясь в процессы соблазнения и искушения, уничтожаю их следы и следы их следов. Я ведь не просто так заговорил с тобой в сети. Я определил, что ты близка к отчаянию по записям в блоге, а демоны всегда где-то рядом в таких случаях. А коллега твой, психиатр, каким-то образом получил разрешение на использование демонов в работе, возможно незаконно, я с этим еще разберусь, а ты мне поможешь. Я помешал Похх в тебя вселиться, помнишь, в гостях у твоего коллеги?
  -- Ой, да! Я, знаешь, что вспомнила... у него чистота такая дома, сверкающая, не естественная, ковры белые и шторы... Наверно демоны поедают эмоции и все чистят. Похх эта... она чистила там что-то, в его спальне. Как ты это сделал, Женя? Ты ведь находился за тысячи километров!
  -- И ты могла бы научиться этим методам - воздействия через включенный компьютер.
  -- Погоди, ты стал писать мне только потому, что почуял возле меня демонов?
  -- Сначала да, а потом так влюбился, что чуть не забыл о своих обязанностях. А знаешь, я мог убить кого-нибудь, там, в клубе, если бы они тронули тебя хоть пальцем... Так что мы еще легко отделались. Ну, прости меня, Полинка! Не сердись!
  -- Не буду больше.
  
  Он привлек меня к себе:
   -- Все беды от того, что люди не умеют слушать друг друга. Ну все, забыли. А что, Полинка, вкусный ужин-то был?
  --Очень.
  --Я же всегда говорил - "секс со мной забыть можно, а вот мою кухню никогда".
   Он стал целовать меня, но я отстранилась:
  --Женя, подожди, я не могу так... Мне нужно время, чтобы все обдумать. Хочешь, пойдем погуляем? Побродим по ночному городу, посмотрим, что тут есть. А можно в шекспировский театр пойти.
  --Угу, скажи еще - в библиотеку. Разве тебе в реале этого мало? И вообще, я уже с тобой один раз в клуб сходил - мне надолго хватит воспоминаний.
  
  -- Он никуда не пойдет с тобой, детка, ему это ни к чему, - раздался скрипучий голос Ахха. Он сидел в кресле, в своей обычной позе, заложив ногу за ногу. --У него - другие планы. Знаешь, чем он занимался, пока ты бродила по городу в слезах?
  -- Знаю, ремонтом, покупками...
  -- Да, но уже после как он купил вот это, - Ахх протянул руку вперед и небольшой сверток, лежавший на этажерке, поднялся в воздух, опустился на его ладонь и развернулся - я увидела кусочки металла и несколько камешков, может даже драгоценных, но неотшлифованных, я в этом не очень разбираюсь.
  -- И не думай, детка,- продолжал Ахх нараспев, - Что он для тебя подарок готовил, вовсе нет. Он Линде, певице из кабачка, амулет - защиту от демонов, собирался сделать, а это здесь категорически запрещено! Это оказалось последней каплей, и его уже ждут - он знает где.
  
  Женя молчал, сложив руки на груди.
   -- А в том, что ты простишь его он не сомневался, детка.
  --Почему я должна тебе верить? - я спросила тихо. - Ты повелеваешь демонами, а они могут затянуть меня в подвал!
  --А кто сказал, что в подвале не интересно?- удивился Ахх. - Эх, опять он тебе глаза запорошил! Вот так всегда - люди делают гадости и сваливают все на демонов.
  --Ахх, она будет слушать меня! - Женя повысил голос.
  --А это мы еще посмотрим. Неужели ты доверишься ему еще раз, детка?
   -- Он мне все рассказал, все объяснил...
  -- И то, что сам твоих демонов активировал, тоже рассказал?
  --Она меня будет слушать! Уйди с глаз! - Женя крикнул Ахху.
  --Сначала я провожу тебя, казадор, по месту назначения.
  
  Женя обернулся ко мне:
  
  --Полинка, я не хочу терять драгоценные минуты с тобой, но обстоятельства складываются так, что я должен уйти. Я нарушил правила, но все скоро улажу.
  --Как? - у меня застучало в висках, и жар прилил к щекам, - Ты уйдешь? Я останусь здесь одна?
  --Полинка, так получилось...
  -- Мы же хотели быть вместе!
  --Ты можешь уйти со мной, в мой мир, к казадорам. Сейчас.
   -- Но я не верю тебе настолько, чтобы уйти с тобой без оглядки. Только я нашла в себе силы тебя простить, и даже мириться с твоими демонами, как ты покидаешь меня!
  -- Но мне запретили здесь находиться.
  -- Кто?
  -- Начальство местное. Я нарушил слово вести себя как частное лицо и подчиняться общим правилам. Я вернусь, как только смогу. У меня есть верный ход...
  -- Женя, милый мой, наплюй на начальство, будь здесь, со мной. Послушай меня...
  -- Нет, это ты меня послушай. Ахх, уйди отсюда!
  
   Тот не шевельнулся.
  
  --Ну и стой здесь, старый бесстыдник. Не обращай на него внимания, Полинка, он все равно вездесущий. Иди ко мне, любимая, - и Женя лег на новую кровать.
  
  Ахх смотрел на него, криво усмехаясь. Я послушалась, подошла к нему, легла рядом и прижалась к его плечу.
  
  -- Вот так,- он обнял меня крепко. - А теперь давай поговорим.
  -- Ох, да как же... можно так... говорить...
  -- Полинка, пойдем со мной, в мир казадоров. Ты же сама говорила, что тебе все равно где быть, лишь бы мы были вместе. А там я смогу тебя защитить, ты будешь учиться казадорскому делу, а я - тебе помогать.
  -- Я не хочу.
  -- Не хочешь быть со мной?
  --Не хочу быть казадором! Я не умею воевать... И я боюсь... Нет, отпусти меня, я не могу так разговаривать!
  Его рука скользила под моим платьем, и у меня захватывало дух.
  
  --Из тебя выйдет классный казадор! Ты очень способная девочка! А вдвоем мы будем непобедимы.
  -- Я думаю, что демонов не надо уничтожать. Если люди будут о них предупреждены, они сами с ними справятся.
   -- Ага, - подтвердил Ахх. - Дело говоришь.
   -- Глупости! - рассердился Женя. - Зачем болеть если есть лекарство? Повторяй за мной...
  -- Что? Мммм...
  -- Скажи - я пойду с тобой, любимый, куда ты скажешь, и сделаю все, что ты захочешь.
  
  И тогда я крикнула:
  -- А подите вон! Оба! Я сама решу, где мне быть и что делать!
  
  
  
   III. Одна
  
   Кабинка на чертовом колесе медленно ползла вверх, но нас мало интересовал открывавшийся пейзаж - мы смотрели друг на друга. А потом колесо вдруг покачнулось и остановилось со страшным скрежетом. Я глянула вниз, недоумевая как же теперь спуститься, а когда подняла глаза, то Жени рядом не оказалось. И вот - я сижу одна, на самом верху, и - никакого движения, даже ветра нет. Я кричу, зову на помощь, но голоса своего не слышу, губы шевелятся беззвучно. Я жду, чтобы он пришел и снял меня отсюда. А вокруг вид невероятной красоты, но мне недосуг любоваться. Любимый мой, ты оставил меня на вдохе, я не могу выдохнуть теперь, я на чертовом колесе, на самом верху. Я все вижу с высоты, но колесо замерло, скоро совсем стемнеет, мне очень страшно.
  
   Проснулась, отдышалась. Села на новой кровати, откинула одеяло. Разве мне так много нужно? Всего лишь, чтобы он сказал, что мое присутствие в его жизни все еще важно, а он говорит, что мои проблемы - возня мышиная по сравнению с "делом его жизни". Он забыл, что я одна здесь. Одна! Зачем мне без него тут быть? Что мне без него делать? Он - главная причина моего попадания в Демонет и смысл пребывания.
  Огляделась вокруг. Кровать им купленная, форточка им отремонтированная, на кухне - новая посуда. Казанок он вычистил до блеска прежде чем уйти, как будто нарочно тянул время, ждал чего-то.
  
  Когда я выгнала их обоих, Ахх исчез мгновенно, а Женя долго одевался, шелестел бумагами, даже складывал вещи в какую-то котомку - похоже, успел обзавестись пожитками. А я сидела все это время на кровати и смотрела в окно, изо всех сил стараясь казаться безразличной. Но когда он ушел, такая пустота навалилась, а с ней и страх больше никогда его не увидеть, и я почти немедленно стала по нему скучать.
   Похоже, что уйти отсюда можно только по решению администрации. Значит, исчезнуть по собственному желанию я не могу. А что нужно сделать, чтобы меня выгнали? Нахулиганить? Я нарушила общественный порядок в клубе, а мне даже замечания никто не сделал. Видимо, от меня здесь чего-то ждут, вот и простили. А если я не оправдаю их ожиданий, то у них не останется другого выхода.
   Перевернулась на другой бок. Поворочалась. А все же здесь, в Демонете, такое поле для исследований и умозаключений. К тому же, демоны - прелюбопытнейшие создания. Они больше не кажутся мне страшными или опасными, скорее, забавными. Только близко их нельзя подпускать и не забывать ни на одну минуту что это все же демон. Интересно, что за это время я научилась различать людей одержимых демонами, в реале. Иногда я не знала имен этих демонов, но ощущала их присутствие в собеседнике. Правда, пока не ясно, что делать с этим знанием. У Жени в реале я спрашивать ничего не стану - надо научиться обходиться без него. Только вот - ждать его - это один расклад, а не ждать - совсем другой.
   Я встала с кровати, прошлась по комнате, подошла к окну и долго смотрела в пустынный двор. За этим окном - мир знакомый, но в то же время - чужой. Конечно, страшновато без спутника - вечером я бы не рискнула одна ходить по улицам - ведь здесь нет даже стражей порядка, как сказал модератор.
  Хорошо бы подыскать себе другое жилье - если останусь здесь, то буду все время Женю ждать, прислушиваясь к каждому шороху, и каждый раз, поднимаясь по лестнице, думать, что он дома. Нет уж, жить в ожидании - слишком мучительно. Если я тут осталась одна, то это жилье будет только моим. У него не должно быть сюда доступа. Пусть знает! Он сможет вернуться на правах гостя. Я буду вежлива, гостеприимна, но холодна. Значит, надо сменить замок. А как? Я же сама не сумею. Попробую спросить у кого-нибудь.
   Я оделась и вышла во двор. Из всех возможных дел и занятий, именно смена замка мне показалась важной и срочной. Я мстительно представляла себе ситуацию: он возвращается, находит старый ключ под притолокой, а он - бац - и не подходит к двери! Старый ключ специально там оставлю.
   Мое намерение сменить замок вызвало несказанное удивление у встреченного мной во дворе косматого дядечки, которого я приняла за дворника. Он долго думал, потом указал дверь конторы, типа домоуправления. Щуплая тетенька в очках, похожая на старуху Шапокляк, смотрела на меня так странно, будто я просила о чем- то сверхъестественном, но все же записала адрес и попросила быть после трех дома. Ну, после трех - так после трех. А пока что делать? И я отправилась бродить по городу.
  
  Прогулка по родному городу всегда окутывает вас теплом воспоминаний: по этой дороге я ходила в школу, а в этом доме жил мой лучший друг Вовка, а в том парке мы целовались когда-то с Лесиком - вон на той на лавочке. Вы несете с собой объемный багаж вашего прошлого - он придает вам уверенность и спокойствие. Прогулка по новому городу окружает вас пустотой - полным отсутствием ассоциаций. Идешь как рисованный человечек по чистому листу - без поддержки и тепла. Зато мозг в таких условиях работает с ускорением, не тормозясь об острые углы воспоминаний.
  Город, который открылся передо мной, представлял собой странную смесь родного города и абсолютно чужого. Некоторые улицы и дома совершенно ничем не отличались от старых киевских, но ассоциации, едва возникнув, напарывались на чужие холодные строения и вывески.
   Было еще нечто странное и немного тревожное в этом городе - подсознание улавливало аномалию, но сознание пока не давало ей определения.
  Я ускорила шаг, ожидая увидеть за поворотом знакомый переулок с развесистыми старыми каштанами - так должно было быть кафе 'Умка', куда мы заходили с одноклассниками после уроков отведать мороженого, но свернув за угол, резко остановилась. За поворотом не было кафе, не было и самого переулка.
  Передо мной была дорога вымощенная красноватыми плитами - она вела к храму.
  Даже нельзя было сказать, что храм "стоял вдалеке", он скорее, висел, как будто парил в воздухе - таким он казался легким и светлым. И я, недолго думая, пошла по дороге к храму. Солнце поднималось, обещая жаркий день, разноголосое щебетание птиц сопровождало мой путь, ветер поглаживал траву и мелкие цветочки проросшие между каменными плитами, а я шла к какому- то неизвестному храму, непонятно зачем.
  Мне даже захотелось петь: " я пою то, что люди поют по дороге домой..." - одну из тех песен, что Женя мне прислал. Может ли дорога к храму быть 'дорогой домой?' Редкие прохожие, пересекавшие основную дорогу, поглядывали на меня с недоумением. Ну и пусть. Что для одних дом, то для других - дорога. Домоседы смотрят на путников с недоумением, и пусть смотрят, счастливо оставаться!
  Вот так я шла и пела, подставляя лицо ветру, пока не заметила, что не приблизилась к храму ни на йоту. Странно, храм казался, ну самое большее,- минутах в тридцати ходьбы, и я должна была пройти половину дороги. Я ускорила шаг. Никакого результата! Оглянувшись назад, я отметила, что дорога простиравшаяся позади, вполне соответствовала затраченному времени - города не было видно. Может этот храм - мираж или декорация к игре в Демонет? И все же, еще минут десять я упрямо шла вперед, почти бежала, но безрезультатно - к храму я так и не приблизилась.
  Я повернула назад. Отдохну, потом спрошу у кого-нибудь об увиденном, а еще лучше обзавестись картой города. Вот бы у Жени спросить про храм... вдруг он заинтересуется и придет? Нет, не буду ему писать, хоть он и просил выходить на связь в реале, но не буду и все. Я не позволю ему обращаться с собой как с куклой: захотел - поиграл, захотел - в угол зашвырнул. Не будет этого! А он еще полагал, что сможет управлять мной, как марионеткой, насадив сверху. Думал, что его член будет определять мои действия и даже ход мыслей.
  
   Вошла домой - нет его. Пусто и тихо. Села на кровать.
  Как же это получилось, что люди, которые полюбили друг друга так, что их унесло в другой мир, перестали понимать и слушать друг друга? Да какие идеи в мире стоят того, чтобы ссориться? Ты хочешь дать мне то, чего я не могу взять, любимый мой, - мне нечем это взять, нет такой полочки в кладовой моего сознания, куда я могла бы это положить. Ты протягиваешь мне то, что для тебя ценнее всего, а оно падает на пол и разбивается на мелкие осколки. Я не воин, я не хочу быть казадором, - пойми и не сердись!
  
  Ну, где же этот мастер, который замок должен поменять? Шапокляк сказала - после трех... На моих часах расстояние между цифрой "3" и "4"- самое длинное на сегодня. Сижу и слушаю тишину, а ход собственных мыслей меня не радует совсем - вот! Звонок в дверь!
  Ой, неужели все слесари в Демонете так выглядят? На пороге стоит чернобородый человек в черном костюме, ослепительно белой рубашке и галстуке. Первый мой порыв - быстро захлопнуть дверь.
  --Вам кого?- спрашиваю испуганно.
  --Вы просили об услуге, - человек достает плоский карманный компьютер и читает с монитора, - сменить замок. Правильно?
  --Да, - неуверенно говорю и отступаю от двери.
  --Устранение каких именно проблем вы называете "сменой замка"? Иногда игроки используют определения понятные только в их мире. Поэтому давайте сразу проясним - какая конкретная помощь вам требуется.
   -- Замок на двери. Мне нужен новый замок с новыми ключами.
  -- На двери-и-и, - изумленно тянет бородач. - Вот это да! - А можно поинтересоваться зачем тратить положенные вам по правилам игры услуги на такую бессмыслицу? Количество услуг строго ограниченно.
  -- Почему бессмыслицу? Я хочу точно знать, что сюда никто кроме меня войти не сможет.
  -- А разве кто-нибудь изъявлял желание сюда войти? Это довольно необычно.
  -- Пока нет, но что это вы задаете столько вопросов? Вы кто? Слесарь?
  -- В том числе и слесарь, всяко бывает. Разрешите представиться, Валентин Неплох, модератор этого демофилда, - чернобородый галантно кланяется. - Мне поступил сигнал, что вам нужна помощь, и вот я здесь. Кстати, где ваш партнер? Разве он не может разрешить столь пустячную проблему?
  -- Ах, вот как! Модератор! Очень приятно! Видите ли, мой партнер -то как раз и выбыл из игры, я осталась одна, и поэтому мне и нужно сменить замок на двери, чтобы... чтобы он не смог войти без моего разрешения. Он сделал себе копию с моего нынешнего ключа.
  Модератор опять заглянул в свой плоский карманный компьютер.
   --Ага, ваш партнер получил предупреждение и штрафные очки за нарушение... сначала местного этикета, а затем и демокодекса. Он подал прошение админу, и может здесь находиться до вынесения решения. Но раз его нет, а условия игры изначально предполагали двоих, и ставка делалась на влюбленную пару, то у вас, , Полина, есть две опции. Первая - обзавестись новым партнером и переписать условия и вторая - выбыть из игры.
  Ну вот, накликала на свою голову! Если Жене разрешили здесь быть, то он может появиться в любой момент. Я уйду, а он вернется и не застанет меня.
  -- А я не могу просто здесь остаться?
  -- А можно поинтересоваться для чего?- спросил модератор.
  -- Ну... мне тут нравится. Я же не виновата, что он ушел! Я обещаю ничего не нарушать. Я бы просто тут жила, гуляла по улицам, знакомилась с обитателями, устроилась бы на работув конце концов!- я сама удивилась пылу, с которым я это сказала.
  -- Вы хотите сказать, что собираетесь вести в Демонете такой же образ жизни как и в реале? Должен заметить, что подобное существование - является бесполезной тратой ресурсов этого мира и лишено всякого смысла. Вы будете ходить на работу, покупать еду, готовить обеды, приглашать гостей - все то же самое вы можете спокойно делать в реале. Полина, вы представляли интерес и изначально были приглашены на первый уровень Демонета для того, чтобы... - модератор опять заглянул в свой плоский монитор, - Преобразовать сексуальную энергию в творческую и наоборот, реализовать свои возможности и выявить скрытые таланты на благо миров Голденгейта. А если у вас нет такого намерения, то, извините,- вы не представляете интереса для администрации.
  Мне стало так обидно от его слов, до кома в горле. А ведь еще сегодня утром, я сама хотела уйти отсюда, исчезнуть, а теперь возмутилась и решила отстаивать свои позиции. Наверно, потому что сейчас это не было моим добровольным выбором.
   -- Есть, впрочем, еще один выход из положения, - продолжил модератор. - Выбрать другого партнера.
  --Это невозможно! - в моем голосе прозвучала близость слез, и модератор посмотрел на меня с тревогой.
  -- Вы хотите вернуть прежнего? Понимаю. Но подумайте, нужен ли вам такой партнер? Вы приняли условия договора вместе, но он, мало того, что нарушил закон и этикет, но и оставил вас одну, в самом начале игры.
  --Не надо так о нем говорить! - я почти вспылила. --Вы не знаете всего! Есть важные обстоятельства, связанные с его работой - делом всей его жизни!
  -- Извините, не верю. Скорее всего, вы сыграли для него какую-то роль в первом раунде, а сейчас либо нашлась вам замена, либо вы с этой ролью не справились.
  - Мне не так просто найти замену, - сказала я высокомерно.
  Хоть в Демонете-то можно побыть собой, не прибедняясь и не притворяясь скромницей.
  -- Согласен. Значит, просто отпала в вас необходимость. А может, ему нужна ПеПеПе, - он заглянул опять в монитор,- то есть Покладистая и Послушная Партнерша. Но огорчаться не следует - есть другие игры, другие миры Голденгейта. Раз уж так сложились обстоятельства, мы дадим вам хорошую рекомендацию, разумеется при условии, что вы ничего не нарушили за это время.
  Я молчала. Модератор, видно, еще не знает про клуб. Эх!
  Валентин повторил:
   --Либо - другой партнер, либо вы - вне игры. Выбор ваш.
  И тут я вспылила:
  -- Вы полагаете, что ради ваших дурацких правил, я брошусь искать себе сексуальные приключения?
  -- Нет, зачем же приключения? Настоящий партнер, ваш реальный избранник. Конечно, это отбросит вас на несколько ходов назад в игре, но все же лучше, чем ничего.
  -- Хорошо. Дайте мне подумать.
  -- Разумеется. Через неделю загляните сюда и сообщите о своем решении, - он подал мне визитную карточку с адресом. - А сейчас, если больше нет вопросов, разрешите откланяться.
  -- Подождите! Есть один вопрос! Я все утро сегодня шла по дороге к храму, но приблизиться к нему так и не смогла. Что это значит?
   Надо было видеть как засиял модератор. Наверно я задала хороший вопрос.
   -- Это значит, что храм находится на другом уровне. Он виден, но вы не сможете попасть туда, пока не достигнете определенного мастерства в игре или не получите более высокий статус в Демонете, - ответил он с явным удовольствием.
  --Вот как! Спасибо.
  --Всего хорошего. Жаль будет потерять ценного игрока в вашем лице, Полина. Но правила есть правила, - и чернобородый направился к двери.
  
   Ну и что теперь делать? Скорее всего, придется отсюда сваливать, за неделю я ничего не решу и уж точно никого не найду. И посоветоваться не с кем. Здесь у меня друзей нет, в реале об этом никому не расскажешь, даже психиатру, - я хорошо помню его бурную реакцию при упоминании "о красной комнате".
  В коридоре что-то звякнуло, и сердце у меня подпрыгнуло.
   -- Женя? Это ты?
  В ответ тишина. В коридоре, на полочке у двери, лежал новенький блестящий ключик. Чернобородый все- таки выполнил заказ - новый ключик легко, как нож в масло вошел новый замок. Похоже, он это сделал на расстоянии. Хм... мне положено какое-то количество услуг, чтобы еще такого пожелать?
  Перед тем как выйти на улицу, я все-таки положила старый ключ на прежнее место, под притолокой. Пусть Женя помучается!
  
  Когда живешь одновременно в двух мирах, то можно из одного наблюдать за другим, даже сравнивать, отчего жизнь становится богаче и объемнее. Одного реала мне теперь мало. Если меня отсюда выкинут, жизнь покажется плоской и одномерной, и я все равно буду искать выходы в другие миры. И как же это случилось со мной? Столько лет жила себе тихо, хотела только покоя! А сейчас переживаю, что никогда не попаду в этот храм.
  
   ***
  Лучше всего думается во время ходьбы, и я шла по зеленым улочкам, оглядываясь по сторонам, любуясь красивыми строениями и рассматривая прохожих.
  Есть два вида одиночества: первый - когда вокруг никого нет. И второе - когда ты один среди толпы. Во втором случае одиночество ощущается острее, потому что никому нет до тебя дела. Но ведь и мне ни до кого особого дела нет, так почему бы им не платить мне тем же?
   Я прошла по уже знакомой улице, которая то и дело меняла название - была "Роз", "Слез", а теперь "Грез". Я отметила, что в в этом мире у меня успели накопиться личные ассоциации: вот вход в парк, где мы с Женей удирали от погони, а если пройти через главную аллею, то откроется вид на реку и мост на "Ту Сторону", а за мостом - дом с балюстрадой, где была красная комната.
  Так размышляя, я миновала вход в парк, и оказалась в незнакомой части города. По дороге попался маленький скверик, я села на скамейке у фонтана, и огляделась по сторонам. И тут вдруг поняла, что именно мне казалось странным и тревожным в этом городе.
   Подсказкой были двое маленьких детей, играющих у фонтана. Это были первые дети, встретившиеся мне в Демонете. Видимо, Демонет - это игра для взрослых.
  Вот оно что! В городе не было детей, а так же отсутствовали игровые площадки, аттракционы и детские парки. Но кто же эти первые увиденные мною дети- мальчик и девочка лет трех-четырех?
  Невысокая изящная светловолосая женщина, сидевшая неподалеку, что-то крикнула малышам, потом подошла к ним и вытерла платком их мокрые ручонки. Это, должно быть, ее дети. Кстати, я еще ни разу не разговаривала с обычными обитателями, вернее, игроками, не считая Руслана, конечно. Вернее, я обращалась к людям, но строго по делу, как сегодня к модератору, а в личных знакомствах у меня не возникало необходимости - мне нужен был только Женя. К тому же, тут я честно призналась себе, общение с демонами, было интереснее, насыщеннее, богаче впечатлениями что ли. Они казались сгустком чистых, не стыдящихся себя эмоций, и развлекали меня так, как ни один человек не смог бы.
  Конечно же, избегать людей - это неверная тактика. Я вспомнила как первое время жизни в Нью-Йорке, вновь прибывшие эмигранты охотно помогали друг другу разобраться и найти кратчайший путь в "каменных джунглях". Те, кто уже столкнулся с очередным бюрократическим офисом, радостно сообщал товарищам, как обойти препятствия.
  
  Женщина казалась очень славной. Заговорить с ней, что ли? А как? Спросить дорогу куда-нибудь? Но куда? Я уже встала со скамейки, чтобы подойти к ней, но тут сразу два фактора отвлекли мое внимание.
  Во-первых, я увидела теплую компанию демонов - они сидели в другой стороне скверика и о чем- то оживленно спорили и отчаянно жестикулировали. Вернее, Гнефф и Рефф почти ругались и даже толкали друг друга в пылу беседы, а Похх взирала на них из-за полуопущенных век. Она сидела, томно развалившись на скамейке, в одной руке у нее дымилась длинная папироска, а другой она теребила выбившийся из прически локон. И как я раньше не замечала, насколько она вульгарна? Чуть поодаль стоял Горр, надменно взирая на остальных, и еще один - неизвестный мне бледный скучающий демон.
  К счастью, я не попадала в их поле зрения - они-то прелюбопытнейшие существа, но изучать их лучше на досуге, кода нет особых проблем.
   Во-вторых, мой нос почуял аппетитный аромат свежей выпечки, напомнив мне, что я ничего не ела с утра. Аромат доносился из кафе, расположенного прямо в скверике, двери которого только что гостеприимно распахнулись, а на витрине появилась табличка "Открыто".
  Женщина взяла детей за руки и направилась в сторону кафе, и я пошла за ними, стараясь держаться подальше от демонов. В кафе уже было несколько посетителей, а работники в белых халатах и колпаках выносили на прилавки подносы с разнообразными блюдами и прикрепляли к прилавку ярлычки -
   " куриные котлеты", "горячая грибная закуска", "биточки в соусе", "блинчики с творогом".
  Женщина усадила детей за столик и направилась к прилавку. Как раз предоставлялся удобный случай взять себе пару блинчиков и кофе, сесть за тот же столик и заговорить.
   Но когда я подошла к прилавку и оглядела блюда, то поняла, что не только не могу есть, но даже попробовать ни одно из них. Нет, у меня не было ни тени сомнения в их качестве или свежести: все блюда были с пылу- жару и выглядели чрезвычайно аппетитно, но я четко ощутила ненависть, злость и раздражение, с которой заворачивались эти голубцы, и будто услышала как остервенело чертыхался повар, переворачивая на сковороде котлеты длинной лопаткой. Откуда- то пришло ясное понимание, что если състь хоть кусочек этой котлеты, то можно сполна получить всю дозу этой ненависти. Неизвестно по каким причинам, повар ненавидел продукты и какие обстоятельства, вынудили его оказаться на этой кухне. Больше всего он ненавидел будущих посетителей кафе - ведь это из-за них ему приходилось заниматься этим "неблагодарным делом". Неожиданно для себя, я схватила женщину за руку и тихонько сказала:
  -- Не надо здесь обедать! Детей лучше покормить в каком-нибудь другом месте, давайте уйдем отсюда побыстрее. Женщина посмотрела на меня удивленно, и я вдруг испугалась, не нарушаю ли я этим общественный порядок, а потом подумала, что мне наплевать - я просто обязана была ей это сказать. Обязана, да!
  Рука ее, тянувшаяся к подносу, застыла. Сначала она недоуменно пожала плечами, но потом улыбнулась и тихо сказала - "Спасибо". Взяла детей за руки, мы покинули кафе, и пошли рядом.
  -- А где же можно перекусить? - спросила она, глядя на меня уже совсем доверчиво.- Не загляните ли вы с нами в кафе-кондитерскую, через дорогу.
   Мы вошли в кондитерскую. Стеклянные графины с морсами и соками, кофейники, самовары, корзинки с плюшками, пряниками и ватрушками. Я огляделась по сторонам. Здесь не было ненависти, а в ватрушках ощущалась даже порция любви. Такая пища вреда не принесет.
  -- Я хочу плюшку, -захныкал мальчик.
  -- Пожалуй, да, - заключила я неожиданно для себя уже тоном эксперта.- Здесь можно... Не самый лучший вариант, но если голоден...
  
  Только я собралась было налить себе кофе, как фигура возникшая передо мной, заслонила собой блестящий новенький кофейник. Это была Похх. Она улыбнулась мне так очаровательно, склонив набок голову с кудряшками, что я забыла о ватрушках и сразу подумала о том, что мне должна пойти такая же прическа как у нее. Она обняла меня за талию и зашептала мне на ухо, дыхание ее отдавало чем-то ароматно-греховным.
   -- Ну где же ты была, глупышка? Я ищу тебя целый день. Я узнала о твоих неприятностях, и хотела утешить тебя. Знай, что это вовсе не неприятности, считай, тебе повезло - казадоры - самые утомительные люди на свете. Они вообразили, что им нужно непременно борьться с так называемым злом, и доставляют нам массу хлопот. Поверь, тебе без него будет лучше. А выкрутиться из этой ситуации - так легко, ты себе даже не представляешь насколько.
  
  Удивительно, как она притягательна в своем вульгарном обаянии, эта Похх.. .Интересно, только я ее вижу в таком облике или другие тоже, кстати вполне возможно, что они вообще ее не видят, и хорошо бы, а то как-то неудобно с ней разговаривать при моей новой знакомой, а особенно при детях. Я вспомнила, что Женя учил меня: ''Как только демон к тебе, Полинка, приближается, тут же плюй ему промеж глаз". Я не рискнула прилюдно хамить демону, но губы трубочкой сложила, будто намереваясь плюнуть, и Похх сразу отпрянула и обиженно протянула:
   -- Ну ты чего-о-о-о... Я же помочь хочу... Ты не простила мне еще то, что случилось у Хьюза дома, да? Ну, мы тогда еще не были с тобой знакомы, да и перед Аххом мне очень хотелось выслужиться.
   Я продолжала держать губы трубочкой, и она отошла с таким обиженным видом, что я чуть было ее не пожалела. Похх отошла на безопасное расстояние и сказала:
  - Ну я же не знала, что ты занята, подожду пока ты освободишься, - и вышла из кафе.
  Я видела в окно, как она перешла дорогу и присоединилась к группе демонов ошивающихся в скверике. Женя говорил, что когда кто-то в отчаянии, демоны тут как тут, только и ждут момента, чтобы овладеть мятущимся, растерянным человеком. Похоже, кто-то рядом сейчас в отчаянии, вот они и толпятся тут, ждут. А может это я?
  Я купила ватрушку и кофе и села рядом со светловолосой женщиной и ее детьми.
   -- Спасибо вам еще раз, - сказала женщина. - Я и не знала, что на этом уровне Демонета есть фуэнсен. Вот так новость!
  
  Она назвала меня "фуэнсен" - какое странное слово, танцующее, легкое, похоже на японское. Я ничего не ответила и улыбнулась в ответ. А она продолжала:
   -- Теперь того повара и даже владельца кафе уж точно выгонят с этого демофилда за нарушение закона.
  Я неопределенно пожала плечами: мол, не могу обсуждать эту проблему с вами сейчас. Женщина понимающе кивнула.
  -- Меня зовут Милена,- продолжала она, а это, кивнула на жующих детей,- мои оленята - Олежка и Оленька, они близнецы.
  -- Полина,- представилась я. - Я никогда раньше не видела здесь детей, - наконец мне удалось заговорить о том, что меня действительно интересовало.
  -- Конечно, - ответила Милена. --Мне тоже не встречались дети в этой части города, поэтому я так рада, что у меня близнецы - они хоть могут играть друг с другом.
  -- Вы попали в Демонет вместе с детьми?- удивилась я. - Но как?
  --У меня нет детей в реале и, скорее всего, уже не будет, - покачала головой Милена.- Оленятки здесь родились.
  --А я и не знала, что так можно. Как странно. Позвольте, но как же детям здесь можно быть? Ведь это мир, где рождаются и живут демоны.
  --А у них врожденный иммунитет к местным демонам, они даже могут управлять ими. Не все обитатели Демонета прибыли из других миров, некоторые родились здесь у игреалов, а админ этого уровня - Дэниэл Залесски - уроженец Демонета.
  
  Я была настолько ошеломлена, что не знала, что и сказать. А Милена встала, вытерла детям мордашки салфеткой, взяла их за руки и сказала:
   -- Нам пора, Полина. Я работаю по вечерам, а днем мы часто гуляем в этом скверике, если когда-нибудь заглянете - будем вам очень рады. Еще раз благодарю вас за вмешательство. Беседовать с фуэнсеном - большая честь для меня.
  
  Милена ушла. Я допивала свой кофе, глядя в окно. Когда Милена с детьми проходила мимо демонов, они выстроились в ряд и поклонились, а один из них даже шаркнул ножкой. Я добавила и эту странность ко всем сегодняшним: храму, появлению нового ключа и моей реакции на блюда в кафе.
  
   И опять я брела одна по улицам города куда глаза глядят, пока не вышла на большой пустырь. Воздух стал холодней и свежее - ощущалась близость воды. Я подошла к невысокому обрыву, да, я не ошиблась - внизу была река. Я увидела причал и лодочную станцию, но тропинки не было, значит, чтобы попасть туда придется обойти пустырь, а усталость уже давала о себе знать. Тогда я села на край обрыва, сняла туфли и принялась болтать ногами. Отсюда была видна "Та Сторона" - купол Часовой Башни и крыша гостиницы "Золотые Ворота", где мы с Женей провели вместе первую ночь.
  
  А что дальше делать? У меня есть только неделя на размышление и решение всех проблем, а помощь предлагают только демоны. Жаль, что Милена спешила на вечернюю работу и поговорить с ней не удалось - милая славная женщина. Как она меня назвала? Фу.... фуне... Кажется, фунесен. Тьфу, забыла! Надо бы вспомнить и посмотреть в реальном словаре значение этого слова. Чтобы найти всему объяснение - надо тут остаться. К Жене за помощью обращаться не стану. Я найду выход из положения сама! Возможно, ответ уже где- то рядом но я его еще не вижу. Вариантов у меня немного: новый партнер - исключается, за неделю - невозможно, да и не хочется - ведь я Женю люблю. Люблю, но видимо недостаточно сильно, чтобы слушаться его во всем. Я бы слушалась его, если бы знала, что мои интересы для него важнее всего. А если это не так, то я не уйду с ним, в его мир, даже если придется покинуть Демонет. А вот не придется! А вот и не уйду! А вот нравится мне здесь! Ни за что не уйду! Похх сказала, что хочет помочь... может выслушать ее? Не обязательно делать то, что она говорит, но может, хоть какую-то идею подаст.
   Лучше с демонами говорить, чем сидеть в одиночестве, - не успела я это подумать как Горр и Гнефф возникли передо мной, - они стояли прямо на обрыве, качались на ветру, но не падали. Я не шевельнулась, чтобы прогнать их или плюнуть - все же, какая - ни есть, а компания, и они, не встретив сопротивления, тут же радостно уселись по бокам - Гнефф справа, а Горр слева. Гнефф начал первый:
   -- Ну и где твой хваленый ловец демонов?
  --Отстань, - ответила я. - Он занят.
  - А зачем он тебе?- удивленно спросил Горр. - Если он вернется, то только помешает. Он уже выполнил свое назначение - сломал печать и высвободил твою фуэрзу.
  --Какое назначение?- я нахмурилась. - Мою ... что высвободил?
  
  Гнефф сердито дернул Горра за рукав и состроил рожицу, намекая, что тот сболтнул лишнее.
  -- Ну,- тут же стал выкручиваться Горр, - это образное выражение, местный сленг, в смысле - "способствовал твоему здесь появлению". А теперь он тебе совсем не нужен, и если вернется, то только затормозит тебя. Ты - умница и красавица, ты и без него справишься - ты и сама это знаешь..
   --Нет, - я возразила тихо. - Я этого не знаю. Мне пусто и страшно без него.
   --Ты только виду не подавай, что страшно, ты же - гордячка.
   --Я не подаю...
   --Ах, такая женщина и одна здесь бродит, - продолжал Гнефф. - Он что сказал, что не вернется?
  -- Нет, он этого не говорил.
   -- Значит, он обещал вернуться?
   -- Нет, не обещал.
   -- Да как же он смеет морочить тебе голову!- вскричал Гнефф. - Он как собака на сене!
   --Не смей так о нем говорить!- рассердилась я. - У людей бывают свои проблемы, вам демонам этого не понять! Ты хочешь меня разозлить и направить мой гнев на Женю. Но у тебя ничего не выйдет - я решила не злиться.
   Гнефф тут же сник и поблек.
   -- Да разве пристало тебе тосковать о нем? - гудел Горр. - Мне противно было смотреть на тебя - ты делала все, что он хотел, ждала его одобрения, в глаза заглядывала как ласковая собачка. Что может быть хуже, чем зависеть от чужой воли? Да разве он может оценить тебя по заслугам?
   И так они оба жужжали мне с двух сторон, и я зажала уши руками, но все равно их слышала. Я попыталась их прогнать, но они придвинулись еще ближе.
  --Женя, где ты, Женечка? Прогони их, - прошептала я и чтобы отключиться от их бормотания, стала наблюдать за собой в реале.
  
  А в реале был тихий теплый синий вечер. По дороге с работы я купила фруктов, дома разложила их в вазу красиво. Кот Феншуй ластился, терся о ноги и мурлыкал. Я включила духовку, замесила тесто, и испекла пирог с яблоками и сливами. Щепотку ванили, щепотку корицы, - аромат пирога смешался с а запахами ранней осени, заставляя прохожих на улице поднимать головы и принюхиваться. Муж читал газету, сын делал уроки - тихо так дома, хорошо. Я накрыла стол к чаю на балконе: разрезала теплый пирог ромбиками, посыпала сахарной пудрой и разложила красиво на блюде. Фруктовый пирог, правда, вкуснее есть холодным, да кто же дождется пока он остынет! А после чаепития муж сам предложил помыть посуду, а я устроилась с книжкой на диване, включила лампу, кот запрыгнул мне на колени...
  
   И никто не подозревал, что я сейчас сижу на обрыве неизвестной реки в раздумьях и смятении, демоны разрывают меня на части и некому помочь. Да что же это мне не живется спокойно? Почему мне недостаточно одного реального мира? Ляг в постель, к мужу прижмись, свернись калачиком, и сны смотри светлые. Зачем мне эти нелепые проблемы, почему меня так взбудоражил чужой человек, находящийся за восемь тысяч километров, зачем меня занесло в другой мир? Почему я не могу быть как все?
  Я резко вскочила, надела спортивный костюм и кроссовки, взяла плейер и наушники, заявила, что хочу прогуляться перед сном и выбежала в сгустившийся вечер. Только музыка могла дать отдохновение, переключить меня, успокоить и, возможно, дать ответ. Я умею соединяться с музыкой, становится с ней одним целым.
   Пьянящий воздух, рок в наушниках - я двигалась легко и стремительно, летела себе внутри музыки, кувыркалась и плескалась в ней, как в реке, и вдруг одна песня остановила мой полет - "Я здохну без тебе, кохана, далека"- ах, это же та песня, что Женя мне прислал по е-мэйлу!
  
   Первым порывом по возвращению домой было - написать ему е-мэйл, рассказать, как я скучаю по нему, тоскую даже, пожаловаться на демонов. Но я сдержалась. Валентин сказал, что у него есть выбор, но он не со мной, тем не менее.
  
  На работе я окунулась в рутину: пациенты, карточки, разговоры с коллегами, в перерыве проверила е-мэйл, заглянула в свой блог, ответила на несколько комментариев. Наконец, заглянула на страничку Казадора - блог давно не обновлялся. Перечитала его старые записи - каким добрым юмором веяло от его строчек! Он казался славным, искренним и добродушным человеком. Я не стану просить его вернуться. Ни за что не стану. Хочу, чтобы сам.
  До конца рабочего дня остался час, в окна стучал дождь, я заполняла медицинские карточки и выписывала направления к другим специалистам. Ах, да, чуть не забыла, я же хотела поискать значение слова "фуне...", "фуэнсен". Однако, ни один сетевой поисковик, ни один иностранный словарь не дал ответа. Видимо, это их местный сленг. А есть ли у них там словари? Все же слово похоже на японское. А кто из моих виртуальных друзей знает японский? Если не найду, спрошу у модератора, бородача этого. И почему в реале нет модераторов, чтобы отвечали на все вопросы, разрешали проблемы и ставили все точки над i. Впрочем, как это нет? Вот один из них стоит сейчас прямо в дверях моего офиса...
  -- Надеюсь на этот раз, твоя улыбка предназначена мне, Полина?
  -- Тебе, Джеф. Не успела я подумать, что психиатры - это модераторы реала, как ты сразу пришел.
   -- Кофе? С коньячком?- предложил Хьюз, обрадованный моим теплым приемом.
  -- А неси!
  -- Может, ко мне зайдешь? У меня удобнее.
  --Окей.
  
   Давненько я к нему не заглядывала... а он сибарит все же: и новое кресло появилось в кабинете - мягкое как облако, и лимонное дерево и колонки новые - хотя его музыка небезопасна...
  -- Хочешь отдохнуть?- предложил он, кивнув на низкую кушетку. - Ляг и закрой глаза, а я тебе поставлю медленную расслабляющую музыку.
   -- Хорошо, только прокрути медленную музыку в ускоренном темпе, - я засмеялась.- А музыка твоя небезопасна.
  -- Ты недооцениваешь силу психотерапии. А выглядишь уставшей и грустной.
  -- Почему недооцениваю? У меня свои методы...
  --... ухода от реальности,- продолжил он. - Ну да, ну да, помню, - виртуальная любовь.
  -- Сейчас этого нет.
  -- Что так? Поссорились? Наскучило?
  -- Он занят, у него нет времени.
  -- Для любви?- переспросил Хьюз без тени улыбки. - Прости, не поверю. Напиши ему прямо сейчас,- он кивнул на компьютер. - И попроси о любви.
   -- Ни за что!
   -- Неужели ты и впрямь вообразила, что любишь его?
   -- Вообразила?
   -- Полиночка, ты умная женщина, и должна понимать, что не его любишь, а образ, который сама себе создала.
  -- Образ?
   -- Ну, конечно! Пара фраз, картинок, шуток, и твое сознание само дорисовало себе мужчину, возле которого хотелось бы быть рядом. Вот скажи, тебе никогда не приходило в голову встретиться с ним в реале?
  -- Это означало бы вмешаться в существующую реальность, достаточно уютную, кстати, и даже разрушить свой мир - удобный и уютный, а сделать это, не причинив боли близким, - невозможно.
  -- А почему бы не поговорить по телефону? Ведь это легче легкого.
  -- Нет, не хотелось. А почему - не знаю.
  -- Знаешь. Ты боялась разрушить иллюзию, ведь голос содержит куда больше информации, чем строчки на мониторе.
  -- Когда я читаю его строчки, то будто слышу его голос и интонации.
  -- Это не его голос, а тот, который рисует тебе услужливое воображение. Он может оказаться совсем другим.
   -- Нет, в Демонете он оказался точно таким, каким я его представляла!
   Он быстро глянул на меня:
  -- Ни ты, ни он - не такие как в реале. В Демонет попадает твоя проекция, точнее,- одна из них.
   -- Какая проекция?
   -- Твоя изнанка. И ее будут трепать в полной мере, пока она либо не укрепится, либо не износится. Укрепится - перейдет на верхний уровень игры, а истреплется - пеняй на себя. Готова ли ты к таким экспериментам, Полина?- Хьюз уже не скрывал волнения. - Демонет высечет из тебя нужные ему искры и раздует их до масштаба пожара. Первый уровень обеспечит тебе безопасность и безнаказанность. Исчезнет страх проиграть. В любой момент можно призвать модератора на помощь и начать игру сначала, теряя только очки. Обычно игроки начинают с реализации сексуальных фантазий, а безнаказанность ведет к лихачеству и безумствам. Они подсаживаются на острые ощущения, и немногим удается выкарабкаться из соблазнительных ловушек и открыть в себе новые таланты. Учитывая все это, я бы искренне желал, чтобы ты вернулась в реал и подумала всерьез о своей карьере. Я предлагал тебе место в шикарном медицинском центре в Манхеттене, и мое предложение все еще в силе. А если тебе этого мало, то я мог бы пригласить тебя в другие, прекрасные, легкие миры, не требующих затрат душевных ресурсов, правда не таких престижных...
  -- А чем престижен Демонет?
  -- Это - мир избранных. Помимо редких удивительных талантов, жители его обладают способностью доходить до края в силе своего желания. Страсти могут способствовать реализации талантов, но могут и погубить их обладателя. Уже то, что ты попала туда сама, без официального проводника, говорит о том, что ты обладаешь как минимум одним суперталантом.
  -- Но как это произошло? Как мы с Женей там оказались?
  -- То, что в реале зовется словом "воображение", является составной частью транспортного средства - доставки в миры Голденгейта, а после и передвижения по ним. Называется оно "демовэйв" - они всегда витают рядом - как радиоволны. Я могу предположить, что во время виртуального секса вы, обладая вышеупомянутой способностью, дошли до края того, что зовется воображением и пересекли границу другого осязаемого мира. Но произошло это не сразу: сначала просочились тактильные ощущения, потом угадывание мыслей, затем ощутили запахи, и, в какой-то момент - влетели туда на мощном демовэйве. По твоему описанию, я узнал приемную первого уровня Демонета - комнату с темно-красными шторами. Именно туда чаще всего попадают виртуальные любовники, при условии, что хотя бы один из них обладает каким-то суперталантом.
  -- Но почему ты был так огорчен этим?
  -- Я понял, что теряю ту Полину, которая мне так нравилась, и упускаю возможность проводить тебя в другие миры, более мягкие и гостеприимные. Твой партнер раньше тебя сообразил что происходит. Он легко попал на твою волну, но тут - загвоздка - вход в Демонет казадорам воспрещен админом первого уровня. Админа можно понять - они способны сбить всю игру.
  -- Каким образом?
  -- Отлавливая демонов, они мешают процессу отбора. На следующий уровень проходят те, кто смог победить собственных демонов, без постороннего вмешательства. Кстати, у тебя есть свое жилье?
   --Да.
  -- Тебе там удобно?
  -- Достаточно. Но это уже не имеет значения - меня выгоняют из оттуда, потому что я осталась без партнера. Джеф, я так благодарна тебе - ты мне все отлично объяснил. Все, что можно услышать от модераторов, это - "делайте, что хотите, только не нарушайте общественный порядок". Ни полиции, ни охраны, все можно, но ты ничего не нарушай. Джеф, а откуда ты все это знаешь? Ты бывал там, да?
  --И сейчас бываю, в качестве консультанта. У меня бывают пациенты - жители миров Голденгейта, которым требуется моя помощь, заметь, реальная помощь. Возможно, понадобится и тебе - ты наверняка страдаешь от разлуки с ним.
  -- Да.
  -- Я могу тебе помочь. Полина. Я освобожу тебя от проекции и всех связанных с ней проблем.
  -- И я забуду обо всем?
  -- Ты потеряешь связь между мирами, постепенно успокоишься, и все вернется на круги своя.
  -- Но что же будет с той, которая там?
  -- Мало ли что с кем происходит. Тебя это больше не будет волновать. И это не ты, а твоя изнанка, которая вытворяет то, чего нельзя в реале. Она останется там и будет жить сана по себе. Хочешь?
   -- Я не знаю.
   -- Не отвечай сейчас, подумай, предложение остается в силе на неопределенный срок. Я это делал много раз во время психотерапевтических сессий, по просьбе моих пациентов. Рассоединение двух миров всегда работало безотказно. Помнишь Дину-самоубийцу, нашу пациентку? Она чуть не покончила собой в реале из-за событий в одном из миров Голденгейта.
   -- Спасибо за предложение, Джеф, но надеюсь, психика у меня более устойчивая психика, чем у Дины. К тому же, там столько интересного! И как я могу оставить саму себя в Демонете на произвол судьбы. Ты сказал, что это мир избранных и очень талантливых людей? Значит я тоже в их числе?
   -- Иначе и быть не может.
   -- Я хочу узнать, что это за талант.
   -- И все же помни, что я всегда к твоим услугам.
  
   Я вернулась в свой кабинет. Проверила е-мэйл - от Жени - ничего. Как же я могу согласиться разъединить оба мира - он вернется, а я, реальная, об этом не узнаю. Если он вернется, то счастья мне хватит сразу на оба мира! Отпустить свою талантливую проекцию бродить одну-одинешеньку по Демонету? Нет, не могу, пусть все идет своим чередом.
  
   ***
  
  Я все еще сидела на краю обрыва. Стрелка часов, наконец, соскользнула с цифры "4", и если учитывать, что полоски между цифрами от "5" до "8" сегодня узки до неразличимости, то вечер наступит довольно быстро. Я сняла туфли и попыталась спуститься к реке, но обрыв был слишком крут, тогда я просто села и съехала вниз по песчаному холму, держа туфли в руках. Отряхнула платье и пошла по берегу босиком - даже если ничего путного не придумаю, так хоть свежим воздухом подышу. Но долго идти не пришлось - почти сразу я увидела вывеску - "Лодочная станция". У меня не было ни малейшего намерения кататься на лодке, тем более в одиночестве - да я и грести- то не умею - я бы так и прошла мимо, если бы меня не окликнул невысокий паренек в элегантном темном костюме.
  -- Подождите минутку, сейчас будет лодка.
  Я уже не удивилась тому, что смотритель лодочной станции, сторож, лодочник или кто он там - одет в классический костюм и рубашку с белым воротничком - наверно тоже - модератор какой-нибудь при исполнении обязанностей.
  -- Извините, - ответила я с сожалением. - Я не за лодкой.
  -- Да ладно вам, - ответил паренек. - Все будет нормально, не стесняйтесь, - он явно принял меня за кого- то другого.
  -- Что будет нормально?
   Вместо ответа он нажал кнопку на плоском карманном компьютере, и на воду медленно выплыла лодка. Это была даже не лодка, а скорее, ладья из светлого дерева с синими полосами и резной фигурой впереди - настоящий маленький кораблик.
   -- Прошу, - сказал паренек.
  --Но я не умею ни грести, ни управлять лодками.
  -- А вам и не придется, лодка сама привезет вас по назначению. Я проведу небольшой инструктаж, больше для порядка. Возьмите пульт. Кнопки со стрелками - "влево", " вправо", "вперед" и ''назад''- перепутать невозможно. Кнопка "стоп" - вот здесь, музыкальное сопровождение - кнопка с нарисованной нотой. Все предельно просто.
  -- А как вернуться обратно? Вы до которого часа открыты? - кажется, я опять влезала в какую-то авантюру.
  -- Если пожелаете вернуться тем же путем, то нажмете кнопку со стрелкой "назад", а если возникнут другие дела, то о лодке позаботятся, не беспокойтесь.
  -- А какие могут дела возникнуть?
  -- Ну, мало ли что...- паренек замялся. - Вот здесь, пожалуйста, распишитесь, что прошли инструктаж, для моей отчетности. И поспешите, чтобы приплыть туда засветло.
  Я расписалась на электронном табло.
  -- А вы уверены, что мне туда надо?
  -- Да,- твердо ответил парень. - Раз вы "здесь", значит вам надо "туда". Если талант не проявится в процессе, так хоть развлечетесь немножко.
   Аргумент показался достаточно веским, и я полезла в лодку. Дно ладьи было устлано мягким цветным ковром. Сидений не было, а на боку располагалась панель, на которую парень прикрепил пульт управления.
  -- Счастливого пути,- сказал он на прощанье, и ладья медленно и величаво выплыла на середину реки.
  
  Вот это была прогулка! Солнце клонилось к закату, розовые облака отбрасывали причудливые тени, река светилась и фосфорицировала золотисто- фиолетовыми искрами. Вдоль крутых зеленых берегов были разбросаны белые хатки с красными крышами утопающие во фруктовых садах. Я нажала на музыкальную кнопку и - более подходящей песни в данный момент не было на свете: "Хай несе мене рiка в фантастичному човнi..." Я, Полина Аксен, магистр наук, плыву 'в фантастычному човни' неизвестно куда, неизвестно зачем, да еще и пою во весь голос.
  Закат, тем временем, побагровел, берега потемнели, показались первые звезды. Я легла на дно лодки и стала смотреть в вечернее небо. Ладья, тем временем, повернула к берегу, замедляя ход.
   На берегу горели костры. Я встала, отряхнула платье, поправила волосы, надела туфли и приготовилась к выходу. Ладья причалила, я спустилась по трапу и направилась вглубь берега на свет огней, и вскоре очутилась на большой поляне, окруженной высоченными деревьями. На грубо сколоченных столах стояли резные плошки с осенними фруктами - сливами, яблоками, виноградом и грушами. Вокруг царили веселье и кутерьма - по всей поляне носились босые девушки, одетые в свободные светлые платья, на головах у них были веночки, а на груди - цветочные ожерелья. Одна из девушек подбежала ко мне и надела на меня ожерелье из желтых кувшинок, а на голову - венок из белых водяных лилий. Цветы пахли болотом и тиной. Над одним из костров подогревался котел - я вдохнула аромат - варево пахло травами, медом, фруктами и еще чем-то незнакомым - терпким и сладким. Похоже, это шабаш.
  
  Высокий бородач в расшитой сорочке, помешивавший варево в котле, вдруг выкрикнул неизвестное мне слово, и девушки, схватив со столика по деревянной кружке, подбежали к костру и стали в очередь. Я на всякий случай сделала то же самое. Девушки протягивали бородачу деревянные кружки, он наливал им медово-травяное варево огромным черпаком, после чего они с визгом отбегали, садились на траву и, продолжая хихикать и щебетать, прихлебывали напиток маленькими глоточками. Блики костра мешали разглядывать их лица.
  Пить подозрительное варево я и не собиралась, - незаметно вылила все на землю и уселась у костра, делая вид, что прихлебываю из кружки. Девушки потихоньку пьянели и смеялись все громче и заливистее - все варианты смеха можно было услышать - от нежного звона колокольчиков до грубого гыгыканья. Я тоже хихикала, помахивая пустой кружкой, а сама поглядывала на бородача. Он, тем временем, загасил костер, плеснув туда того же варева - отчего лес наполнился дурманящим ароматом, затем достал из холщевого мешка флягу, вылил туда ее содержимое и размешал все черпаком. Я различила запах алкоголя. Хм... конечно, алкоголь от кипячения испаряется, он подождал, чтобы варево остыло, и долил туда спиртного, добавив градусов своему напитку, - отметила я про себя. Но если девушки пили безалкогольный напиток, то почему они так странно пьянели? Их постепенно охватывала радостная дурь - они вскакивали и бросали пустые деревянные кружки в костер, отчего он искрил и трещал еще сильнее. Одни стали водить хороводы и петь, а другие развели в яме костер и стали прыгать через него с громким визгом. Нелепое безумство! Нет, это не шабаш. Похоже, они играют в древних славян - белые рубашки, прыжки через костер, хороводы, да и моя резная ладья идеально вписывалась в игру. А бородач у них, видно, - массовик-затейник.
  
   Одна из девушек схватила меня за руку и потянула в хоровод, мы плясали и пели, я слов песни не знала, и только открывала рот беззвучно как рыба, но в общем хоре это было незаметно. Мы кружились все быстрее и быстрее, и наконец, со смехом попадали в высокую траву. Только мне совсем не было весело, ну абсолютно - как трезвому среди пьяных, но наблюдать за ними было занятно. Некоторые из них стали играть в догонялки, пытаясь сорвать с пойманной девушки рубашку.
  Я отошла и тихонько села у угасающего костра. Почувствовала на своем плече чью-то руку. Повернулась, бородач стоял возле меня и протягивал кружку:
  -- Думаю, вам нужно выпить чего-нибудь покрепче.
   Визг усилился. С одной девушки сорвали все -таки рубашку, она повалилась в траву, остальные щекотали ее, а она дрыгала ногами. Потом я увидела, что рубашка полетела в огненную яму, и все, включая голую - погнались за другой девушкой. Незатейливые правила игры, однако...
  Бородач был единственным мужчиной - здоровенный, в расшитой белой рубахе подпоясанной кушаком. Я машинально взяла кружку, вдохнула подымающийся пар - да, это была смесь травяного варева с коньяком.
  -- Благодарю вас, я не хочу.
  -- Полина,- сказал бородач,- Раз уж вы тут, то почему бы не насладиться моментом? Если наши хороводы вам кажутся скучными, я придумаю для вас что-нибудь интереснее. Идите- ка сюда.
   Вот как - он меня знал! Бородач подал мне руку, помог подняться, обнял за талию и повел по направлению к беседке, увитой плющом. Я шла с ним рядом, держа в руках теплую дымящуюся кружку.
  --Вам к лицу эти цветы, - он кивнул на мой венок и ожерелье из лилий. И я согласен - наши лесные хороводы - чепуха по сравнению с вашим танцем живота в клубе.
  Он и это знает!
  -- И все же, Полина, - продолжал бородач, - Вашему умению наслаждаться моментом, можно позавидовать. Вы умеете извлекать максимум удовольствия из самых обычных вещей - будь то ломоть свежеиспеченного хлеба или шум дождя за окном, не говоря уже о ... - и тут он красноречиво замолчал. - И раз уж вы сегодня у меня в гостях, то я бы хотел подарить вам один из таких моментов.
  -- Вы уже доставили мне удовольствие тем, что выразили желание доставить мне удовольствие.
   Бородач засмеялся:
  -- Вы - приятный собеседник, Полина. Жаль, что у вас здесь временный статус, однако правила есть правила!
  -- Спасибо. Мне доставило бы немалое удовольствие узнать, что здесь происходит и откуда вы меня знаете.
  -- Ну вот, - огорчился бородач, - вы сразу же меня вынуждаете нарушать правила, которые я свято чту не только по должности, а и согласно личному внутреннему уставу. Я думал, что вы меня узнали. Мы же только сегодня утром виделись. Я - Валентин Неплох, модератор демофилда, в который входит ваш голденгрэйн.
  Бородач поднес светильник к своему лицу - не удивительно, что я не узнала его при свете костра, да еще и в свободной расшитой сорочке. Утром он был в строгом черном костюме с галстуком, говорил подчеркнуто официальным тоном, а сейчас - расслаблен, слегка пьян и, похоже, не прочь потрепаться.
  -- Голденгрэйна?
  -- Ну да, часть вашего личного мира или, скорее, мирка в Демонете.
  -- Моего мирка?
  -- Да. А все это - он сделал широкий жест - мой мирок в Демонете, мой голденгрэйн.
  -- Что именно - все это?
  -- Лес, поляна, девушки.
  -- И девушки все ваши?
  -- Осуждаете?- он засмеялся.- Да, все - мои. Что поделать - я не могу найти в одной женщине все, что мне нужно. Шучу, шучу... Девушки просто пришли в гости.
  --У вас какой-то праздник?
   -- Просто приятный вечер. В Демонете празднуется только проявление и реализация талантов. Но ладья, в которой вы приехали, и река, и хатки на берегах - все это - часть моего голденгрэйна.
  -- Даже хатки? С красными крышами?
  -- Да. Не всем, знаете ли, по нраву венецианские дворцы. Мне больше нравится жить в скромном домике с колодцем во дворе, петухом на шесте и окнами в яблоневый сад.
  -- А кому по нраву венецианские дворцы?- поинтересовалась я.
   --А, есть тут такие...
  Сказал он последнюю фразу с такой горечью, будто ценители венецианских дворцов его давно уже достали.
  -- Какой большой и красивый ваш мирок, то есть, голденгрэйн! Просто чудесный! И река, и эта поляна в лесу.
   -- Спасибо. Так приятно когда кто-то может оценить ваш мир по достоинству, не сделав ни одного замечания по его улучшению или модернизации. А ведь многие меня не понимают. Мне по статусу положено пространство больше и гораздо роскошнее.
  -- А мне по статусу положен мой мир, да? Небольшой...
  -- Ваш голденгрэйн - необходимый набор нового жителя или игрока первого уровня Демонета. Ваш мир, дорогая Полина, это то, что вы сами пожелали иметь изначально - я сам проверял - квартира в трехэтажном здании послевоенной постройки плюс несколько улиц и двор, не слишком благоустроенный, на мой взгляд. То есть, вы получили то, к чему обращается ваша память в минуты беспокойства и неудовлетворения. Хотя, признаться, я от вас ожидал большего воображения и фантазии. А ваш голденгрэйн я сам создал за считанные деминуты.
  -- С другими игроками сложнее?
  -- О, гораздо! Мне иногда приходится обращаться к админу за разрешением и выделением ресурсов. Но думаю, что угодил вам, во всяком случае, жалоб от вас не поступало.
  
  Каких еще жалоб? Я была так счастлива возможности поселиться с Женей в этом мире, я обрадовалась бы любой крыше над головой.
  
   -- А граничащие с моим мирком незнакомые улицы...
  --...это - мирки других обитателей. Конечно, мы стараемся следить за архитектурным дизайном города, чтобы дворцы не граничили с юртами. Ваш мирок был помещен в тот район города, где идеально вписывался в ландшафт. Однако довольно расспросов! Все это вы должны были узнать у других игроков или догадаться самостоятельно.
  -- Значит это секрет?
  -- Нет, обычно эту информацию новые игроки Демонета узнают от старожилов. К
   сожалению, вы до сих пор ни с кем не познакомились поближе, а это - довольно необычно.
  -- Да, я обязательно догадалась бы сама, если бы у меня не было проблем. А с сегодняшнего утра я только и думаю о том, как бы мне остаться в Демонете.
  Он развел руками:
  -- Вот тут ничем, к сожалению, не могу помочь. Но пока у вас есть время, почему бы ...нам... вам не оторваться? Чудесный вечер - все веселятся и наслаждаются жизнью, а вы сидите у костра и скучаете - и это в моем голденгрэйне! Может, все-таки немного выпьете? Этот напиток приготовлен по рецепту великой курандеры Гуинды - он высвобождает внутренние силы и снимает напряжение.
  -- А если я откажусь?
  -- Тогда мне будет труднее, но я попробую.
  
  Валентин достал свой электронный блокнот, заглянул туда и хихикнул:
  Здесь вся ваша деятельность за эти дни. Ух, и потешили вы меня вашим танцем живота и остальным...
  -- Подождите, вы что, каждый мой шаг просматриваете? И вам не стыдно?
   Он расхохотался:
   -- Не нужно сердиться. В мои обязанности входит просмотр игры новичков, правда, я делаю это выборочно, но после нашей утренней встречи, не смог отказать себе в удовольствии.
  --Только никому больше не показывайте это, ладно?
  -- Не волнуйтесь, никто кроме меня и админа не имеет доступа к этой информации, но вероятность, что он заинтересуется игрой новичков - ничтожно мала. Все эти данные я сгружу в архив, если вы нас покинете через неделю.
   Но ладно. Вернемся к важному - талантам и удовольствиям.
   --А какая между ними связь?
   -- Прямая. Удовольствия либо определяют талант, либо способствуют его пробуждению, как у самого игрока, так и у окружающих. Итак! Согласно прогнозу, сейчас начнется дождь. Ох, сейчас девки разбегутся! А у вас, Полина, наконец, появится возможность потанцевать.
  И тут же по зеленой крыше беседки застучал дождь и послышались девичьи визги. Я выглянула из беседки - одни девки бежали под навес, а более отчаянные - поскидывали рубашки и голышом бросились в реку.
  -- Вы шутите? С какой стати я начну сейчас танцевать?
  -- А с той стати, что у вас есть шанс стать осуществить несбыточное желание и потанцевать голой под дождем, и кто знает - это может оказаться важнее, чем все, что было до того. И не только для вас!
  -- Возможно. Это заманчиво, но я стесняюсь.
  -- Допустим. А сейчас?
  
  Его пальцы коснулись монитора, и вдруг я услышала музыку... волшебную, знакомую, сладостную. Музыка обволакивала снаружи и касалась меня изнутри. Я вышла из беседки, подставила лицо теплым падающим каплям. А и вправду - шанс. Когда еще придется? Разве я могу такое осуществить в реале? Прилюдно - точно никогда. Забрести в дождь в пустынное место - тоже маловероятно. На девок этих мне наплевать. А Валентин все равно видел меня голой в своем мониторе, модератор чертов! Я станцую. Я докажу самой себе, что мне не нужны для этого ни отвары травяные, ни алкоголь, ни демон по имени Похх. Я могу высвободить радость изнутри сама, без искусственных возбудителей. А радость высвободит меня!
  Девки хохотали под навесом, купающиеся визжали, дождь барабанил все быстрее, ветер шелестел мокрой листвой, костры корежились и с треском затухали - все звуки слились в мелодию, и я уже не слышала музыки - я стала частью ее. Я была одна посреди дождя - теплые потоки окружили меня. Я расстегнула платье, дождь полил еще сильнее... Как-то Женя мне сказал онлайн: "отдайся дождю, пропусти его через себя, помни, что я люблю тебя... и у тебя все получится - это в твоей природе".
  
   Я переступила через упавшее платье, скинула лифчик и трусики и отшвырнула их в траву. Мои босые ноги плясали по мокрой траве, теплый дождь омывал меня всю, с волос ручьями стекала вода, мне было все равно, как я выгляжу, если бы Женя был тут, то я бы думала о том, красиво ли танцую. Я, наверное, расчесала бы волосы и уложила их по плечам. Я бы улыбалась ему и искала бы его одобрения. Но его не было... И все же я думала о нем. Он был дождем, окутывал меня и ласкал, я подставляла ему лицо для поцелуев и закрывала глаза от наслаждения. Тебя нет со мной и все же ты всегда рядом, любовь моя.
  
   ***
  И в тот же момент в реале я входила, нет, скорее, влетала в здание медицинского центра. Я казалась себе чистой и невесомой, я была голой женщиной, танцующей под дождем. На работе - все ладилось и спорилось, меня больше не волновали мелкие проблемы и не задевали колкости Линн - я только смеялась в ответ.
  Я улыбалась себе, наблюдая из реала свой танец - это было так интересно - ощущать себя и там и здесь. Я сделаю все, чтобы остаться в Демонете, даже если придется ради этого пойти на сговор с демонами. Женя не велел с ними связываться, но его ведь нет, значит, я сама за себя.
  
   ***
  Последние гаснущие нотки... Дождь прекратился, а с ним и волшебство момента. Притихшие девки ежились под навесом. Валентин стоял на пороге беседки с лучезарной улыбкой на круглом бородатом лице. Он подал мне кусок холста, я завернулась в него. Мы вошли в беседку, он плеснул мне чистого коньяку в чарку, я выпила, он молча налил еще, я опять выпила, потом еще. Одна из девок принесла мне сухую белую рубаху и расшитый пояс, я оделась и подпоясалась. Затем мы с девками поехали вглубь мира Валентина - на телеге, запряженной лошадьми. Мы громко пели и даже орали песни "Несе Галя воду" и "Я пiду в далекi гори". Девки обращались со мной уважительно, и перешептывались, поглядывая на меня украдкой. Глубокой ночью мы приехали в деревню. Меня завели в одну из хаток.
   -- Вот сюда проходите, в горницу,- сказала одна из девок. - Сейчас я вам постелю.
  Я уснула, едва коснувшись головой подушки.
   А когда проснулась, солнце было высоко и за окном отчаянно щебетали птицы. Я откинула льняные простыни, приподнялась и осмотрелась. Простая грубо сколоченная мебель из светлого дерева, на прикроватной спинке нарисованы два петушка, полосатая рогожка на полу, нехитрая утварь. На стуле висело мое платье и белье - все выстирано и высушено. Я встала и с удовольствием прошлась босиком по деревянному некрашеному полу, распахнула ставни - окно выходило в сад - вдохнула забытый аромат зреющих яблок. Похоже, меня отправили на дачу, перед тем как выгнать из Демонета, чтобы оставить приятные воспоминания. Так, как насчет удобств? Может, тут и туалет на улице?
   Мои опасения не оправдались. Ванная комната, оборудованная под старинную деревянную баню, была удобной и комфортабельной: пол подогревался, а в кабинке для душа струи воды били со всех сторон. На столике я нашла новую зубную щетку, мыло, шампунь, пушистое полотенце и прочие предметы туалета.
   Умытая и аккуратно причесанная, я вышла из ванной, прошла по коридору и попала на кухню. Дизайн кухни так же был выдержан в деревенском стиле, - деревянные столы и лавки, ложки на стенах, расшитые рушники, крынки и кувшинчики, но оснащение - я сразу оценила - было ультрасовременным - встроенные в стену духовки, печки и микроволновка, кухонные комбайны на все случаи жизни, вентиляция и даже огнетушитель.
  
  Я вышла босиком на веранду. На столе, под белой льняной салфеткой обнаружила крынку с парным молоком, свежевыпеченную, еще теплую паляныцю и горшочек меду. Я отломила хрустящую корочку, налила молока в глиняную чашку. Калитка была распахнута, и я видела тенистую улицу, низкий плетень, лавочки, клумбу чернобривцев - мирная картинка. С улицы послышались голоса:
  -- Это еще хто?
  -- Вроде не местная. Опять Валька одиночку-игреалку приволок?
   --Не знаю. А у Хлашки давай спросим, антиресна же...
  -- А сам Валька хде?
  -- Дык на работе... модерит как всехда.
  -- А она тут долго будет?
  - Да не знаю я, гаварю же - у Хлашки спроси.
  -- И шо ему тут девок мало? Вон все как на подбор, а он игреалок сюда таскает.
  -- Да он только тех, хто без партнера остался, возится с ними, помогает им.
   --Дык, нельзя же им помогать! Они сами должны выпутаться - такие правила игры... - разговор отдалился.
  
  Во двор вошла высокая девушка с русой косой с полной корзиной румянобоких яблок. Она улыбнулась мне:
  -- Добрый день. Позавтракали?
  -- Спасибо, очень вкусно. Давайте я вам помогу донести корзинку.
  -- Ой, нет, что вы, отдыхайте! Велено не тревожить вас.
  -- А кто велел?
   -- Валентин.
  -- А он сам- то где? Когда будет?
  -- На работе он, вечером придет.
  -- А вас как зовут?
  -- Глаша.
  -- А я - Полина, очень приятно
  -- Может вам нужно что-нибудь? Вы только скажите.
  -- Ничего мне не нужно, спасибо, разве что кофе. Да вы не беспокойтесь, я сама себе сварю...
   Но девушка уже поставила корзинку на скамейку и побежала в дом. Я последовала за ней. На кухне, за занавеской оказалась сложная машина неизвестной мне конструкции, с множеством кнопок и рычагов. Даша привела ее в действие, и через минуту кофейный аромат заполнил пространство.
  
  Что я здесь сижу? Время теряю. Мне надо думать о том, как выйти из положения, как остаться тут, или изменить условия. С Валентином мы вроде бы подружились, он оказался не таким уж и педантом, но все же ясно сказал, что правил нарушать не станет и от советов воздержится. Ни просить, ни подлизываться я не умею.
  Похоже, если я сама не найду выхода из положения, то окажусь недостойной Демонета.
   Глаша поставила передо мной глиняную чашечку с ароматным напитком.
  -- Спасибо, Глаша, а вы со мной не выпьете кофе?
   Она поколебалась немножко, но потом принесла и себе чашечку.
  
  -- А вы, Глаша, в реале где живете?- спросила я для поддержания светской беседы.
  -- Сразу видно, что вы новый игрок. Здесь не принято об этом спрашивать.
  -- Извините, я не знала.
  --Да ладно. Мне велено вам прислуживать и отвечать на все вопросы. Живу я ... где придется. Хотя и не жизнь это вовсе. Раньше угол снимала у одной тетки-самогонщицы, а ее посадили. К счастью, моя очередь на общежитие подошла. Но я стараюсь реже на себя реальную смотреть - противно мне. Я даже хотела от реала вообще отключиться, но меня Валентин отговорил. Сказал, если здесь чему-то научишься, так оно и в реале пригодится. Но как я ненавижу этот реал, чтоб он провалился!
  -- Но вы же должны где - то существовать?
  -- Именно существовать. Дома, в поселке Рыжково - места нет мне. Отчим- алкоголик, братья меньшие - драчуны и хулиганы, а в Москве я на консервной фабрике работаю. Денег не хватает, и еще надо бабке посылать, она совсем старая у меня - вот сюда бы ее забрать! А парень бросил меня, Вовка ... аборт зимой делала... девки злые в комнате, ссорятся да ругаются все время. А Вовка с Нинкой теперь... Если бы точно знать, что я в Демонете останусь, если в реале умру, то в тот же миг в окно бы выпрыгнула...
  
  Мне даже стыдно стало - мне и жаловаться не на что. Живу в достатке, муж хороший, сын- отличник, работа интересная.
  -- Почему бабку нельзя забрать?
  -- Демокодекс запрещает. Сюда можно только самому попасть. А как ей хорошо было бы тут, в садочке и в этой хатке. Она же меня вырастила, жалко ее, бабушку-то...- Глаша смахнула слезу.
  -- А здесь вам хорошо, значит?
  -- Еще бы! Я скоро учиться пойду, в школу самого Майского.
  -- А кто это?
  --Вы не знаете Майского? Художник он, великий. Я все деньги на Интернет-кафе просаживала в реале, смотрела его картины, на выставки ходила, а потом написала ему и послала свои рисунки. Майский меня сюда и перетащил.
  -- О, Глаша, так вы художница!
  -- Ага,- девушка убежала куда-то и вернулась с большим альбомом, села рядом и открыла его, гордо улыбаясь, - Вот, гляньте.
  На рисунке была изображена женщина танцующая под дождем, с венком из лилий на голове - руки подняты вверх, мокрые волосы - по плечам и груди, глаза сияют, и лица зрителей за завесой дождя.
  -- Это же я... вчера!
  -- Да. Вам нравится?
  -- Да. Очень.
  -- Возьмите себе,- Глаша протянула мне листок.
  -- Глаша, спасибо тебе. Давай на ты, а?
  -- Давай.
  -- Глаша, ты очень талантливая!
  -- Так буду же. А в Демонете все талантливые, здесь других не бывает.
  -- Я думаю, что и в реале все люди талантливы, просто их таланты не раскрываются, потому что нет возможности.
  -- Оно-то так, но... - Глаша подняла палец вверх, копируя жест Валентина. --Здесь все особо талантливые.
  -- И я тоже, да?
  -- И ты.
  -- А какой же у меня талант?
  -- Да какой-то обязательно есть, причем, особый, редкий, а может даже волшебный. Майский сказал, что из меня может получиться художница-предсказательница.
   -- Это как?
   -- Это когда по картинам видно, что с моделью или местностью дальше произойдет. Он будет во мне это мастерство оттачивать. Для этого требуется войти в особое состояние, чтобы связь между мной и моделью возникла.
   -- Хм... А по этой картине видно?
   -- Не знаю пока. Оно не сразу проявляется как-то, и не все видят, а только те, кто понимает. Ну, ты отдыхай, а я хозяйством займусь. Валентин придет - обедать будем.
   -- Глаша, может тебе помочь чем-нибудь?
   -- Валентин велел, чтобы ты отдыхала.
   -- Да от чего отдыхать? Я и устать еще не успела.
  -- Ну... он сказал, чтобы ты делала то, что тебе самой хочется.
  -- Мне бы хотелось тебе помочь.
  -- Если из вежливости, то нельзя. Правда, нельзя, - я не шучу. Тебе что сейчас хочется делать? Спроси себя. По- честному только.
  -- Честно? Я бы хотела погулять, посмотреть окрестности.
   -- Ну вот и иди. Тут места красивые. И возвращайся к обеду.
  
  Иду вдоль тихих улочек мимо домиков с красными крышами, в садах утопающих, колодцев, лавочек резных, заборов плетеных. Телега мимо проехала, гуси дорогу перешли...
  
  Я дошла до пруда с лилиями - белыми прекрасными холодными лилиями. Две цапли глядят на меня насторожено. Да, места живописные, жаль, что я не художник. В чем же мой талант? Да еще и особый, волшебный? К рукоделию - точно нет - я даже пуговицы пришиваю криво. Пою только, когда никто не слышит. Танцевать что ли? Ага, особенно в голом виде. Да ну... танцам с детства учиться надо, я просто оторваться могу, если момент подходящий. А может у меня талант отрываться? Нас с Женей занесло сюда во время виртуального секса - может у меня к сексу талант? А Женя- ювелир. Может, он какой-то супер-ювелир? Жаль, что я так и не видела его работ. Ахх говорил, что во мне пропадает талант соблазнительницы... Этого только не хватало! Мне такая карьера все равно не подойдет. Что еще может быть? В колледже я отличницей была, биохимию лучше всех знала, ну и что? И диетолог я хороший, но разве это талант? А что я еще умею? В школе я в драмкружке участвовала, руководитель меня хвалил. Ну да, я - способная, конечно, но особый талант у меня какой? Самый редкий? Самый волшебный? Ума не приложу. А пока я тут прохлаждаюсь, лилиями любуюсь, время-то бежит, и через несколько дней меня отсюда выгонят. Им партнеры интересны, а одиночки нет. А что если мы только в паре с Женей общий талант можем реализовать, а в одиночку - никак? У нас с ним много общего, но это все - вкусы и интересы, а талант какой? А вдруг у нас секс какой-то экстраординарный? Но, похоже, я так никогда и не узнаю об этом. Пойду обратно другой дорогой. О, да тут торговая улица - магазинов много. Может зайти, купить что-нибудь к обеду? Вино и конфеты всегда уместны.
  
  Еще до того как я вошла в магазин, меня затопила волна любви, захлестнула просто. Ощущение было новым и неожиданным - будто кто-то только что признался мне в любви, и я очень счастлива, но я приняла это за пьянящее действие деревенского воздуха. Я постояла на ступеньках магазина, прислушиваясь к странному ощущению, потом вошла. Это был обычный продуктовый магазин - хлебный отдел, молочный, бакалея... Нет, любовь исходила не отсюда. Я вышла и направилась вглубь улицы на чувство любви - как зверь учуявший добычу. Я называла это 'любовью', потому что не знала еще этому названия, и термин мне не был известен, но тогда это воспринималось именно как любовь.
  В конце улицы я увидела маленькое кафе - три столика и прилавок с самоваром и лотком свежевыпеченных пирожных: ореховые, бисквитные с абрикосовым вареньем, песочные с шоколадной глазурью, трубочки с кофейным кремом, слоеные с яблоками и еще всякие... Чувство любви усилилось и смешалось с густым ароматом ванили и корицы.
  -- Какие пирожные! Положите мне в коробку каждого вида по два, пожалуйста, - сказала я продавщице. - И одно я здесь, пожалуй, съем, вот это, круглое, похожее на "пенек с грибочками".
  -- Да, это Ромкино фирменное, "пенек" называется.
  -- А кто это, Ромка?
  -- Это новый помощник кондитера. Его из пекарни выгнать невозможно - работает даже в выходные дни. Его пирожные раскупаются быстрее, чем те, что машина печет. А машина-то особая пекарская, по рецептам лучших кондитеров пирожные изготавливает.
  Продавщица подала мне поднос с пирожным на тарелочке и чашкой чаю. В тот самый момент, когда я откусила первый маленький кусочек, чувство любви и счастья затопило меня до такой степени, что я была готова петь и кричать от восторга. Я отпила чаю, еще кусочек пирожного - о боже, неудобно же петь и кричать прямо здесь. Если бы можно было прямо сейчас оказаться на лугу, бежать по нему босиком и петь во весь голос о том, как здорово жить в мире где столько любви и как интересно, что произойдет дальше.
  -- Вам плохо? - тревожно спросила продавщица.
  --Мне хорошо, заверила я ее, утирая рукавом слезы счастья. - Просто очень вкусно. - Ромка, поди сюда! - крикнула продавщица. -- Глянь, как посетительница от твоих пирожных млеет.
   За прилавком возник юноша, почти мальчик, невысокий, худенький - совсем не похожий на кондитера. Слово "кондитер" ассоциировалось у меня с крупным, солидным усатым мужчиной в поварском колпаке. А мальчик был в синем рабочем халате и обсыпанном мукой переднике, он вытирал руки бумажным полотенцем.
  Я подошла к нему и, повинуясь порыву, поцеловала его в щеку.
  -- Рома, - сказала я торжественно, положив руку на сердце. - Рома, вы - волшебник! Эти пирожные ... у меня нет слов.
  -- Ну что вы, - засмущался тот. - Я, всего лишь, - ученик на практике. Но рецепт пирожного "пенек" сам придумал. Вот приходите через неделю, будут еще и другие - мне кондитер разрешил свои рецепты опробовать.
  Через неделю! Я чуть не заплакала. Еще обиднее покидать Демонет - мир, где возможна такая вкуснотища!
  
  Я бежала по дороге к дому Валентина, а из перевязанной шпагатом коробки пирожных, излучалась любовь. Любовь проникла в меня посредством пирожного - и все печали отошли прочь. Я - Полина Аксен, красивая и талантливая женщина! Как мне повезло! Мне довелось попасть в другой мир и вновь влюбиться. Так что все прекрасно! А если это счастливый период кончится, то непременно начнется другой, еще интереснее. И к тому же - я танцевала голая под дождем!
  
  Я несла коробку, предвкушая реакцию Глаши и Валентина когда они почувствуют это счастье. Вошла, поставила коробку на стол. Глаша хлопотала на кухне. Коробка продолжала излучать любовь, но Глаша этого не замечала.
  
  -- Глаша, а свой мир у тебя есть или ты живешь в мире Валентина? - спросила я.
  -- Есть, тут недалеко, но он вписался в ландшафт голденгрэйна Валентина и слился с ним. Так случается иногда - это удобно и экономично - админ обычно приветствует такие соединения. Тем более что я собираюсь жить при художественной школе Майского, а после школы начнется совсем другая жизнь, может на другом уровне. Только мне еще демонов нужно победить - без этого в школу не примут - админ не разрешит.
  Я говорила с ней, а чувство любви все усиливалось - будто пыталось сообщить мне нечто важное.
  -- Так ты оставишь Валентина?
  -- А чего бы и не оставить? А, ты подумала, что мы вместе да?
  -- А разве нет? Извини.
  -- Я ему по хозяйству помогаю, мне это удобно - я свои демонеты экономлю, они мне пригодятся, когда я учиться буду - для школы покупать все придется - кисти, краски, а это недешево. А тут другая девушка поселится, из тех, кто был вчера в лесу на празднике.
  -- А что это за праздник был, кстати?
  -- А он сам праздник назначает, когда захочет. А девушки эти - уродки.
   -- По- моему они очень даже симпатичные.
  -- Уроженки Демонета - сокращенно. Им в другой мир несподручно ходить, уж не знаю почему, так они любят поиграть в хорошем голденгрэйне, созданном по образцу реала. Они до утра веселились. Жалко ты проспала все. Он не велел тебя будить. Он парень хороший, ласковый. Освободил меня от всех забот, чтобы я могла рисовать, так я из благодарности помогаю по хозяйству. Тут спокойно так, и демоны меня реже донимают.
   А действие пирожных все продолжалось - я внезапно ощутила острую тоску по Жене, и сразу же испугалась, что если он вернется, а ключ не подойдет к двери, то он подумает, что я тут больше не живу. Ах, глупая я какая, как я могла! Что же я тут сижу, лясы точу, мне домой надо! Я вскочила с места.
  -- Глаша, не обижайся, но мне надо срочно уйти. Если мой партнер вернется, то дверь открыть не сможет - я замок сменила. Нет, я не голодна, я пирожным перекусила. Спасибо тебе за рисунок! Глаша, я была бы рада с тобой еще повидаться. А сейчас покажи мне дорогу до лодочной станции, и я побегу...
  -- Конечно, Поля, - кивнула Глаша. - Ты должна делать только то, что хочется. Иди.
  
   ***
  Я вбежала в комнату, запыхавшись, и остановилась в изумлении. Женя сидел на кровати и стаскивал с себя рубашку, будто собирался спать. Как мне ни хотелось броситься ему на шею и пожаловаться на местные правила - я сдержалась. Если он не любит меня больше, то я не приму не милости, ни жалости. Я либо покину этот мир, либо останусь здесь сама, своими силами, но просить его не стану. Я о многом хотела рассказать ему - и обо всем происшедшем, и о моей догадке, что он - мой эмоциональный усилитель, но вместо этого молча уставилась на него.
  -- Соскучилась?- спросил Женя как ни в чем ни бывало. - Иди ко мне. Ой, как я тебя хочу.
  -- Как я хотела, чтобы ты это сказал.
  -- Что сказал?
  -- Что ты меня хочешь.
  -- Как я тебя хочу!
  -- Женя! Женчик мой! Ты появился когда я уже потеряла надежду, и почти смирилась с этим. Я так рассердилась на тебя, что даже замок в двери поменяла. А как ты вошел?
   --Что значит, потеряла надежду? Ты - моя женщина, Полинка. Мы с тобой подходим друг другу как части головоломки, поэтому менять замки бесполезно. И никто не сможет нам помешать на этом уровне, потому что мы соединены на верхнем.
  -- Красиво говорит! Ох, как красиво! И как раз то, что ты хочешь слышать! - шепнул голос Ахха мне на ухо, но я отмахнулась от него.
  
   ***
   Кофейный аромат, доносившейся с кухни, был необычным - похоже, Женя домешал туда каких-то пряностей. Я сладко потянулась на кровати. Мммм, до чего хорошо! После сумасшедшего секса, я лежу на новой мягкой кровати, завернувшись в новое пушистое покрывало, а мой любовник варит кофе. Мне! Для меня! Прав был модератор - я и вправду умею получать максимум кайфа от каждого момента. Закрыв глаза, я прислушивалась к его движениям на кухне. Что- то звякнуло, стукнуло...и Женя две маленькие чашечки кофе принес на подносе. Аромат - божественный, пена высокая, а вкуса не чувствую - вот странно! Да еще волна подкатывает к горлу, тревожная. Нельзя мне этот кофе пить, нельзя. Что со мной? Вчера я варила себе кофе из этого же пакета, в той же кофеварке - и все было в порядке.
  
  Но Женя смотрел на меня, улыбаясь, и я пила через силу, маленькими глоточками. А потом взял у меня пустую чашку из рук и снял с меня покрывало, а я сладко потянулась перед ним, изгибаясь как кошка.
   -- Как я хочу, чтобы ты был со мной! Чтобы ты любил меня!
   -- Ты хочешь подчинить меня своим капризам. Впрочем, я стану перед тобой на колени, если ты обопрешься на локти.
  Почему я его слушаю? Почему позволяю ему делать все, что он хочет? И губы кусаю, и стоны мои наверно слышны в той конторе похожей на ЖЭК. Я ведь не верю ему больше... А что если закатить ему истерику? Обычную женскую истерику, со слезами и топаньем ног, и посмотреть что получится? Я хочу, чтобы он сказал: "Полинка, я сделаю все, чтобы мы были вместе. Да, у меня проблемы, но никого в мире нет важнее тебя, ни в одном из миров". А он не говорит так. И не обещает остаться. И ничего не рассказывает. Сказал только: "Рассказывать - значит жаловаться на проблемы, а я не хочу жаловаться. Просто полежи со мной вот так... голову на плечо мне положи. Поверь, будет лучше, если ты будешь делать все, что я скажу''.
  -- А что ты скажешь?
  -- Держись подальше от демонов.
  
  Эх, а я думала, он о любви говорить будет.
  
  -- Полинка, они все врут, понимаешь? Они по сути своей - наглые лжецы и очковтиратели. Они - как тина болотная, на дно затянут. Ты у них чаю попросишь, а они тебе чифирь предложат, и простого чая тебе уже недостаточно будет, и ты опять их искать кинешься, за подпиткой. И заведут они тебя в беспутье, бездорожье, а потом будут играть тобой! Все корявое у них, испорченное!
  -- Ну ладно, я поняла.
  -- Ну, так - то лучше.
  -- А ты любишь меня, Женя?
  -- А то! Из-за этого и сердиться на тебя не могу.
  -- За что сердиться-то?
  -- Ты обидела меня несогласием уйти со мной. Кстати, ты не передумала? Полинка, сожрут тебя демоны эти, если меня рядом не будет. А я бы многому тебя мог научить - ты, ведь, любишь учиться, я знаю.
  -- Чему, например?
  -- Например, читать эмоции в старых вещах, ставить казадорские печати на двери, ограждать слабых людей от зла, ловушки для демонов расставлять. Помнишь, как я тебя от Похх спас? Да всего не перечислишь! У тебя прекрасные данные, но требуют шлифовки и огранки. Я сам тебя всему научу. У нас будет общее дело - разве это не здорово? С тобой и Оксаной - мы горы перевернем!
  
  Эх! А я чуть было не согласилась - так вдохновенно он говорил!
  
   Когда я вернулась из душа, то увидела, что Женя внимательно рассматривал подаренный Глашей рисунок - я голая, в венке из лилий и ожерелье из кувшинок.
  -- Это ты, что ли?- спросил, кивая на рисунок.
  -- Я.
  -- А ты тут времени не теряешь, как я погляжу.
  Он вытащил из кармана лупу, поднес рисунок к свету и стал изучать, внимательно, что-то насвистывая себе под нос. Потом отошел от стола:
  - Ну ладно, мне пора. Дела. Да, Полинка, кстати, тебя пока не было, я, кран на кухне отремонтировал, чтоб вода не капала, форточку смазал, чтоб не скрипела и защиту от демонов установил, чтобы они дальше порога не прошли. Но учти, на улице - ты беззащитна. Не слушай, не говори с ними, а при встрече - уши заткни и быстро убегай. Да, еще одеяла теплые купить надо - скоро осень, а как тут топят неизвестно. Ну все, приду когда смогу.
  Чмокнул меня в щеку и ушел. Даже не полюбопытствовал - кто меня рисовал, где, при каких обстоятельствах. И вообще, мог бы поинтересоваться, что я тут одна делала все это время. Неужели ему это безразлично? А может, он считал эмоции с рисунка и сам все узнал? Нет, не любит он меня. Не любит! Кстати, если меня отсюда выгонят, то и он остаться здесь не сможет. Так ему и надо.
  
   ***
  
  В реале мне обычно снились реальные сны, а в Демонете - демонетные: дома, улицы, кафе, и люди никогда не пересекались во сне с реальными. Демоны не снились никогда. А в последнее время мне снился только Женя.
  Он, кнечно, специалист по демонам, но я не могла согласиться с тем, что их нужно всех отлавливать и уничтожать. Я полагала, и не без основания, что демоны могут принести конкретную пользу, если их правильно дозировать. Изгнала же демон Похх из Вики демона Расхх. Хотя, теперь возможно потребуется изгнание Похх - клин клином вышибать. Если демон Расхх выползала из кабинета Хьюза громко бранясь и еле волоча ноги, то через несколько минут оттуда выходил бодрый пациент и удалялся вприпрыжку, весело насвистывая. И Вика за это время из вялого сонного тюленя превратилась в поджарую гончую с трепещущими ноздрями и горящим взором.
  А может, черт с ним, с этим Демонетом? В реале тоже много интересного: вот на конференцию в Бостон приглашение пришло - в Массачусетсе роскошная осень. Друзья из Канады в гости зовут - Квебек- фантастической красоты город. А зимой можно поехать в горы - да мало ли! Вот новая пациентка по имени Добрюша записалась на прием, интересно как она выглядит? Придется смириться с потерей Демонета - я недостаточно изобретательна и настойчива. И просить не умею - если мне отказывают, то я сразу разворачиваюсь и ухожу. Да, демон Горр, мой фаворит, от тебя никакой пользы. Кстати, я всегда щажу гордость других - предлагаю помощь прежде, чем меня о ней попросят. Но смешно ожидать от других того же.
  
   ***
  
   В Демонете, как назло, третий день дождь лил стеной. Я безуспешно рылась в ящиках в поисках зонтика, но даже если бы я его нашла, то в такую погоду, шанс встретить на улице того, с кем можно было бы посоветоваться, был ничтожен. На третий день к вечеру дождь прошел, и я, закутавшись в плащ, сначала отправилась в скверик искать Милену, и, не найдя ее, долго бесцельно бродила по городу под холодным осенним ветром. Потом перешла по мосту на Ту Сторону, прогулялась по Центральной Площади - певицы Линды, из-за которой у Жени возникли неприятности, тоже не было.
   Из-за пасмурной погоды людей на площади было немного. На том самом месте, где Линда в окружении толпы пела свои баллады, сейчас сидел нищий и поглядывал на меня из-под драной соломенной шляпы с явным интересом. Вот это да - попасть в другой мир, чтобы стать там нищим! Хотя может он шпион-наблюдатель, уж больно острый у него взгляд.
   В библиотеку меня не пустили. Серьезный мужчина в темном костюме сообщил мне, что за пропуском в библиотеку нужно обратиться к админу, он определит готова ли я воспринимать информацию, содержащуюся в книгах.
   Представления в театре сегодня тоже не было. Даже на дверях часового магазина у подножия башни висела табличка "Закрыто". Мимо меня спешили редкие, съежившиеся от холода прохожие. Темнело. Мир, прежде казавшийся солнечным и гостеприимным, постепенно превращался в серый и пасмурный, будто выталкивал меня, выбрасывал из себя.
   Я вернулась на площадь и бросила нищему несколько демонет. Он поблагодарил, галантно приподняв поля шляпы. Местные деньги мне все равно без надобности - может, хоть ему пригодятся. Кстати, хорошо бы отдать кому-то оставшиеся демонеты, перед тем, как покинуть этот мир, но кому? Задумавшись, я свернула в незнакомый переулок и вскоре уперлась в высоченные, железные ворота. Замка на них не было, я толкнула их и они открылись со ржавым скрипом. Я прошла осторожно через заросли хвойных деревьев по дорожке, вымощенной красными кирпичиками - передо мной в свете тусклых фонарей открылось старое кладбище. Час от часу не легче! Мраморные могильные плиты с выбитыми именами, утопающие в цветах ограды, дорожки, скамеечки... и гробовая тишина... Надо мной пролетела летучая мышь. Значит в Демонете можно состариться, умереть и лежать в могиле. А я-то думала, что отсюда можно переходить на другие уровни и возвращаться, а здесь все как в реале: одни могилы ухожены - на них свежие цветы, а других - только буйно разросшийся чертополох.
  Нет, не все как в реале: ни на одной из плит не было дат - годов рождения и смерти. Только имена. А есть ли в Демонете летоисчисление? Какой год нынче? Может здесь и с датами обращаются так же вольно как со временем суток?
  
   Я вернулась на Центральную площадь - там уже горели яркие фонари и играла музыка. Из кабачка вывалилась подвыпившая компания. Я проголодалась и замерзла, а из дверей кабачка веяло теплом, весельем и жареным мясом, но я не решилась войти - женщина, одна, поздно вечером в кабачке - вряд ли обойдется без приключений. Вздохнула и побрела домой. "Ну и дура"- тихонько прошептал Ахх мне на ухо, и повторил громче - "Ну и дура! Не войти туда, куда захотелось - это нарушение демокодекса". Ну и пусть. Я устала.
  Женя опять приходил и не застал меня дома! Как жаль, что мы разминулись! На кухонном столе меня ждал накрытый льняным полотенцем, еще теплый лимонный пирог. Глашин рисунок теперь висел в красивой резной рамочке под стеклом на стене. Он приходил сюда, ждал меня, мой любимый! Пирог для меня пек, рамочку для рисунка смастерил - думал обо мне, значит. Я легла, накрылась одеялом с головой и тихонько заплакала, как когда-то в детстве, чтобы никто не слышал. Но здесь никого нет, меня никто не услышит и не пожалеет - и я заревела в полный голос. Завтра - мой последний день в Демонете, что означает разлуку с ним навсегда. А интересно как произойдет это отключение? Наверно, я просто перестану в какой- то момент ощущать себя здесь, останутся только воспоминания, о которых и рассказать будет некому, потому что все равно никто не поверит, разве что Хьюз. А есть ли способ взять с собой что-нибудь на память. А чтобы мне хотелось взять? Что мне по-настоящему дорого? Рисунок Глашин, пожалуй, - удивительное напоминание о волшебном моменте, и рамочка сделана Жениными руками... как жаль это оставлять. Еще кофеварку взяла бы, в которой Женя мне кофе варил. Ну а что еще?
  
   Я огляделась по сторонам. На этажерке обнаружила неизвестный предмет в черном кожаном футляре. При рассмотрении, предмет оказался карманным компьютером. Неужели Женя забыл его здесь? Я открыла его, экран замерцал синим цветом, и появилась надпись "введите пароль"- ну вот, какой еще пароль? А если бы я его знала, то неужели ввела бы? Это же чужая вещь. Я закрыла футляр, признавшись себе что да, пожалуй, ввела. А интересно, есть ли такой демон любопытства?
  
   К полудню от Жениного пирога остались только крошки, пакет кофе тоже опустел. Продукты покупать не нужно - я сюда больше не вернусь. Я решила пройтись по улицам в последний раз, мысленно попрощаться со своим голденгрэйном. Полезла в ящик, где лежали демонеты, и с удивлением обнаружила, что их стало гораздо больше. Неужели Женя заработал деньги и оставил их мне? Я рассовала по карманам все демонеты с твердым намерением отдать их кому-нибудь, и вышла во двор. Оглядела то, 'к чему обращается мое сознание когда ищет уюта и успокоения". Я выросла в таком же городском дворе: с этого балкона радостно лаял когда-то мой сеттер, а тот балкон в цветах принадлежал тете Вере - она всем жаловалась на бросившего ее мужа-полковника - а ее болонка Пуша всегда нахально облаивала моего благородного сеттера. Во флигеле жили Барабаши - тетя Ира и дядя Миша, он ей изменял, и соседи регулярно докладывали ей - с кем его видели и когда. А те окна принадлежали грозному дядьке по фамилии Король. А там, на третьем этаже - окна Маринки, подружки моей. Меня рано укладывали спать, а Маринке разрешали сидеть на балконе по вечерам, и она пела на весь двор. Летом я засыпала под Маринкино пение. И сейчас, засыпая, я иногда вспоминаю Маринку и ее тоненький голосок.
   Почти точная копия моего двора - только нет столярно-художественной мастерской в подвале - ведущие вниз ступеньки упираются в гладкую стену со светящейся зеленой буквой "D". Держу пари, что это отличие должно что-то обозначать, но я этого уже узнаю. Эх, как же глупо я свое время использовала - металась без толку, по Жене тосковала - и когда-нибудь я пожалею об этом. Уже жалею.
  Я погладила теплую от последних лучей летнего солнца стенку, и вдруг отскочила в сторону - кирпичи беззвучно разъехались, образуя неглубокую нишу. Внутри ниши мерцало множество мониторов соединенных разноцветными проводами. Я огляделась по сторонам: вокруг никого не было, тогда я ступила в нишу одной ногой - чтобы дверь случайно не закрылась - и принялась рассматривать изображения на мониторах. На одном из них я узнала Центральную площадь с гостиницей "Золотые Ворота" и часовой башней, а на другой увидела залитую солнцем оливковую рощу, на третьем - это был без сомнения дом Валентина - крынка молока на кухонном столе, окно выходящее в сад. Были и другие изображения неизвестных мне улиц и помещений.
  Я осторожно вышла из ниши, дверь бесшумно закрылась. А я верно догадалась, что это отличие здесь неспроста. Ах, как жалко отсюда уходить!
  Пройдусь по улице последний раз: ларек с безделушками, кафе-мороженое, кинотеатр, хлебный магазин - а дальше мой мирок заканчивается. Там дальше - парк с фонтаном - часть мирка Милены, а за рекой - мир Валентина: река, ладьи, хатки, озеро с лилиями - роскошный голденгрэйн! А сколько еще мирков я не увижу, и в храм на верхнем другом уровне не попаду! Похожие чувства я испытывала перед реальным отъездом в Америку, но возможность навестить покинутый мир у меня никто не отнимал. Ну, все, вернусь домой, полежу еще на нашей с Женей кровати, подушка еще хранит его запах... и... приготовлюсь к моменту отключения от Демонета. Но кому же отдать деньги? Если бы нищий какой-нибудь встретился...
  И тут я опять увидела Похх. Она сидела на скамейке, болтала ногами и облизывала мороженое на палочке. Похоже, все демоны обожают мороженое - вот уж и правда - демоническое лакомство!
  -- Дура ты, - сказала она без всякого вступления.
   - Ну так не разговаривай с дурой! - я отрезала, испугавшись своей неисправимости - я опять среагировала на демона.
  Похх не обиделась, а даже обрадовалась,- ведь у нее сразу же появился повод продолжить разговор:
  -- А знаешь почему?
  -- Ну, скажи.
  -- Да с твоими данными любая женщина добилась бы всего и даже больше. А ты плачешь, мечешься и упиваешься жалостью к себе. Я бы к тебе давно заглянула и что делать сказала, но Женя твой круги магические очертил возле дома, печати казадорские с заклятьем на дверь наложил, и возле кровати - еще парочку, чтобы ты его во снах видела. Демокодекс нарушает бесстыдно. Что? Правда, ведь? Снится, верно? На привязи тебя держит, а нас отгоняет. И знаешь почему? Боится, что мы о нем всю правду расскажем.
  -- Ты все врешь.
  -- Вру? Не веришь, что он сны твои оркестрирует? А во сне иногда решения приходят важные, верные, а он мешает, свои навязывает. И если я скажу тебе, что он в твое отсутствие приходит и свежие печати ставит, ты, пожалуй, тоже не поверишь! И лапшу тебе вешает, что вы соединены на верхних уровнях и никакие замки вам помешать не могут, а сам двери открывает при помощи укка.
  -- Что такое укк?
  -- Универсальный казадорский ключ. Ну что, будешь слушать?
  -- Нет, не буду, - сказала я, но уже менее уверенно.
  -- Компьютер свой карманный он забыл у тебя, видела?
  -- Видела, ну и что?
  -- А ты загляни туда, пока он за ним не вернулся. Много чего о нем узнаешь.
  -- Не могу. Там пароль.
  -- А ты вычисли пароль, ты же магистр наук.
   Я постояла немного в нерешительности.
  Похх продолжала:
   -- Я бы тебе помогла вычислять, но я не могу туда пройти из-за ловца твоего. Может ты его сюда вынесешь, а?
  Я повернулась и побежала по направлению к дому.
   -- Я тебя тут подожду!- закричала Похх вслед. - Я никуда не денусь, на меня-то уж точно можешь рассчитывать! А если он вдруг вернется, так ты на меня все вали, мол, демон попутал. Нам не привыкать.
  
  Я открыла дверь и сразу кинулась к карманному компьютеру. Открыла, экран опять потребовал пароль, я набрала его инициалы - нет, дату его рождения - не подходит, потом инициалы и дату вместе - нет, не угадала. Тогда я ввела имя его любимого музыканта - нет. Я уже почти отчаялась, потом заулыбалась своим мыслям и ввела "Полина"- и - не получилось! Черт! Я проделала еще несколько попыток и потом совсем уже грустно набрала имя той женщины "Оксана"- и все! Сработало!
  Возникли папки с файлами. В первой - какие-то термины, слова непонятные, и буквы похожие на забавные живые фигурки.
  Открыла вторую - совесть совсем не мучила - руки дрожали от волнения и любопытства. Черт, и тут ничего не понятно, похоже, все зашифровано. И зачем я этим занялась? Если он об этом узнает, то ужасно рассердится. И пусть сердится! Сам-то он делает все, что вздумается - не боясь обидеть меня или огорчить. И вообще, это меня демон попутал! В следующей папке был текст древней легенды о том, что в старину каменный купол добра защищал мир и охранял его, но зло вторглось на землю, раскололо купол, и он рассыпался на мириады драгоценных камней. Тут же были фотографии камней, правила огранки и шлифовки, эскизы колец, браслетов и медальонов - таких затейливых и необычных, что я залюбовалась. Если это его дизайны, то он и вправду талантливый, а ведь не похвастался ни разу. Дальше шли магические символы и правила их нанесения на разные типы поверхностей. Ну чего я полезла, спрашивается? Личные дела, профессиональные... В предпоследней папке были фотографии - ага, это, должно быть, и есть Оксана - круглолицая, кареглазая. А тут они вдвоем, в парке, на качелях - улыбаются друг другу. Ничего интересного.
  В последней папке - краткие датированные записи.
  Против вчерашней даты значилось - ''Встреча с Д. Залесски. Принести копию договора". "Потребовать выдачу демонет - прожиточный минимум до решения дела".
  Против сегодняшней даты - "Полина - последний день в Демонете" и рядом еще -
   " Купить теплое одеяло".
  Завтрашняя дата - прочерк и три вопросительных знака.
  К горлу подкатил ком, и слезы градом покатились по щекам. Он знал! Он все знал! А может он специально все это подстроил, чтобы от меня избавиться! Я уйду, а он останется, одеяло купит, и будет им зимой укрываться! Но зачем ему мой мир? А может, ему свой не положен, и он решил мой мир забрать себе! Он держит меня на привязи как собачку, подкармливая красивыми словами и пустыми обещаниями, а сам занимается своими казадорскими делами. И еще печатей тут против демонов наставил! Тоже мне - добрый волшебник-защитник! Все! Уйду отсюда сегодня же! В реале блог уничтожу, е-мэйл ликвидирую - не хочу о нем ничего знать! Все вокруг дышало предательством и ложью - я выбежала из дома.
  Похх сидела на том же месте.
  -- Ну что? - спросила Похх. - Убедилась?
  Я опустилась на скамейку и расплакалась. Прохожие оборачивались на эту сцену - женщина, рыдающая в компании демона. Некоторые останавливались и один человек - из-за слез я не разглядела его лица - подал мне бумажный пакет, я разорвала его машинально - там была стопка носовых платков.
  
   -- Я тебе помогу, - говорила Похх. - Не бойся, я не буду в тебя вселяться. Просто будем дружить.
  -- Да не нужна ты мне! Убирайся! Мне вообще никто не нужен!
  -- Конечно, не нужна, - вторила мне Похх. --- Ты и без меня не пропадешь - да погляди на себя в зеркало-то! Только дурак не оценит, а зачем тебе дурак? Да хватит реветь. У тебя есть отличный шанс тут остаться, и тогда ты сможешь ему отомстить.
  -- Не верю, ты все врешь.
  -- Я вру? Да разве я тебе про карманный компьютер соврала? А про то, что ты - красавица - тоже вру? Я дело говорю! Ну что, будешь слушать?
  Я молчала, и она продолжила:
   -- Найди Валентина и потребуй встречи с админом. Причем немедленной - у тебя всего несколько часов в запасе.
  -- Не хочу! Пошла вон! Сейчас как плюну!
  
  Прохожие участливо переглядывались, а двое мужчин подошли к скамейке, прислушиваясь к разговору.
  
   -- Тихо- тихо, детка. Иди сюда, - услышала я скрипучий голос Ахха. Он выглядывал из парадной двери дома напротив.
  Я вошла, дверь медленно затворилась за мной, и я оказались в пустом полутемном баре.
  -- Здесь можно реветь, - сказал Ахх. -Только учти - мне тебя не жаль. Мне вообще никого не жаль.
  
  Ахх усадил меня на высокий стул у барной стойки, а сам принялся шарить по полкам, рассматривая бутылки. - Я тебя с улицы увел, чтобы тебе никто не рыдать не мешал. А то местное начальство подумает, что я тебя как приманку здесь использую - рыцарей с толку сбивать. Того и гляди - они сейчас кинутся утешать рыдающую красавицу. А у каждого - своя игра, между прочим. А главное, они тебе помешают страдать и плакать, а я не налюбовался еще делом рук казадора, профессионального борца со злом. Поэтому плачь громче, ну не отворачивайся, прошу тебя, и лицо не закрывай руками, руки на колени положи, вот так... ну - загляденье просто!
  
  Похх тут же запела с его подачи:
  
  -- А как грудь красиво сотрясается от рыданий! И веки припухли! А румянец сердитый тебя как красит! А если расстегнешь блузку, еще красивее будет! Вот, глянь в зеркало! Она отдернула пыльную занавеску - там оказалось зеркало, и я увидела себя - растрепанную и зареванную. Но все, что говорил этот старый плут и его приспешница, было правдой - я выглядела очень заманчиво.
  
  -- Ах, детка, жаль, что тут мороженого нет. Вот вишневое вино, будешь? С пьяными ягодками на дне, а? И учти, тебе придется за вино заплатить, чтобы никто не сказал, что я тебя спаиваю. Админ столько запретов наложил. Он хоть и мой воспитанник, а строг непомерно!
  
  Бокал вина - и вдруг - струна печали будто лопнула, и в груди разлилось спокойствие.
  
  -- Сладко, правда? Еще глоточек, детка? - кивнул Ахх. - Вино это непростое, - он смотрел на этикетку. - По особому заказу сделано. Под руководством самой Гуинды изготовлено. Ну вот, успокоилась, - он пригляделся ко мне внимательно:
  -- У тебя есть с собой демонеты или записать вино на твой счет?
  -- Я вытащила кошелек с демонетами, он вынул несколько демонет и бросил в кассу. - А что это ты, детка, с такой суммой по городу расхаживаешь? Али купить чего надумала?- спросил он с едва заметным беспокойством.
  --Н-нет, я хотела их отдать кому-нибудь. Ведь сегодня мой последний день.
   Ахх вздохнул с облегчением:
  --А я уж было подумал, что казадор тебе поручил закупку драгоценных камней для своих амулетов. Ему-то их больше не продадут - я об этом позаботился. Значит, последний день? А почему ко мне не обратилась? Из гордости? Я одолжений не делаю, плату бы за помощь потребовал, и немалую.
  -- Я тебя прогнала тогда, думала, ты обиделся на меня.
  -- Обиделся? - дребезжащий смешок. - Я? Мне это чувство неведомо. Так помочь?
  Я протянула ему все демонеты, что у меня были:
  -- Помоги.
  -- О, вот это разговор. Но отнюдь не деньги я попросил бы в оплату за услуги. Кстати, отдать их кому-нибудь - это было умное решение. Деньги плохо действуют на людей, а вот на дарителей - прекрасно. А просто просадить их, не приходило в голову?
  -- Но как? Казино - не интересно. Если выиграю, то их опять некуда девать, а проигрывать - неприятно. Пропить тоже не сумею. Купить что-нибудь? Бесполезно.
  -- Есть услуги, которые стоят очень дорого... Однако, хватит болтать. Времени и правда в обрез. Смотри на меня, - он приподнял мой подбородок, приблизил свое лицо к моему, и глаза его хитро блеснули. - Дыхание твое вишневое, пьяное, сладкое... Сама справишься. Делай и говори только то, что хочется, что само получается, не думая о последствиях, - последние слова он произнес свистящим шепотом: - Все. Иди. .
  -- Куда?
  -- Фуэрзу свою активировать. Да и мальчика пора к рукам прибрать. Потом сам спасибо скажет. Платы не возьму, потому что мы все от этого выиграем. Я время задержу на сегодня, для тебя специально. Ну вот, слезы высохли, всхлипы закончились. Благодарю тебя, детка, за доставленное удовольствие. А сейчас иди, детка, и прощаться рано - тут много вкусного, а лакомиться ты умеешь.
  И в ту же секунду я оказалась на улице, на той же скамейке. Рядом сидела Похх.
  
   ***
  -- Если я тебя сейчас не уговорю, - жалобно сказала Похх, - Мне - грош цена. Ведь не зря же тебя природа наградила формами, обаянием, плавностью движений? Лучше бы это все досталось кому-то другому, не тебе!
  -- А на что ты должна меня конкретно уговорить?
  -- Чтобы ты потребовала встречи с админом. А я помогу тебе, я буду рядом. Ты только ни на минуту не забывай о том какая ты!
  -- Я слышала, что админ здесь родился, в Демонете, и у него иммунитет к демонам.
  -- Ну и что? Ему не чуждо... Мы на него не действуем - это правда, у него врожденный иммунитет, но мое присутствие несколько зарядит обстановку и сознание того, что я рядом - придаст тебе особый шарм. У тебя все получится.
  -- А вдруг не получится?
  -- Разве есть на свете такой мужчина, с которым это может не получиться?- изумилась Похх,- где бы он ни родился...
  
  Я вернулась домой. Демоны сюда проникнуть не могли и, надо признаться, в их отсутствие ход моих мыслей резко менял направление.
  Гнев сменился горькой обидой и растерянностью. Уже два часа я жила с сознанием, что Женя меня обманывает, использует в своих интересах, скрывает свое местонахождение и, наверное, еще много такого, что мне лучше не знать.
  Ахх, похоже, хочет через меня оказать влияние на админа.
  Лестно, конечно, что он обо мне так думает, но...
  Я стояла перед зеркалом и смотрела на свое отражение. Хотя я и понимала, что демоны специально льстят мне, говорят то, что каждая женщина хотела бы слышать, но лесть все равно работала.
  А почему я не могу воспользоваться своей женской привлекательностью, чтобы достичь какой- то цели? Мне это кажется недостойным? Миллионы женщин каждый день это делают и даже по нескольку раз в день, без усилий, и тут же забывают об этом: подумаешь, немножко секса. Почему я так не умею?
  Но зачем все так усложнять? Почему обязательно должно дойти до соблазнения админа? А если придти к нему и просто пожаловаться на несчастливое стечение обстоятельств, вынуждающее меня покинуть Демонет? Совсем необязательно делать ему намеки на возможное продолжение отношений в другом месте в благодарность. Красивой женщине намного тяжелее отказать в любезности, чем любому другому представителю рода человеческого.
  Ладно, попробую. Самое страшное, что может произойти - это то, что он окажется суровым дедуганом или я ему не понравлюсь, и тогда мне все равно придется уйти из Демонета. Но если не пойду, то этим точно все окончится не позднее чем через несколько часов. Хм... а, пожалуй, не так страшно разочароваться в своих умственных способностях и талантах, чем в женской привлекательности.
  А если он согласится, что тогда? Я же умею только по любви. Нет, я лучше уйду отсюда и наплевать мне, что другие могут. Почему я должна действовать против своей природы?!
  Я улеглась на кровать и зарылась лицом в подушку.
  Потом встала.
  Посмотрела на часы. Время почти застыло. Ахх и вправду задерживает световой день для меня. А вдруг этот день никогда не кончится если я не сделаю то, чего он хочет?
  Пойду все же. Была не была!
  Соображу по ходу дела, в крайнем случае, удеру.
  Вытащила одежду из шкафа, отобрала несколько юбок, костюмов и, наконец, остановилось на красном платье, которое я уже давно нашла в шкафу и даже примеряла несколько раз, но так ни разу и не надела - оно казалось слишком вызывающим - чуть более открытое, чем приличия позволяли и чуть теснее обтягивает бедра, чем привычная моя одежда. Оно подошло бы, впрочем, для ночного клуба - у меня было похожее платье в реале, но я ну разу его не надевала, потому что в последнее время столько торчала в сети из-за Жени, что вообще никуда из дому не выходила.
  Я распустила волосы, красиво причесалась, подкрасилась,- тоже чуть ярче обычного.
  Покрутилась перед зеркалом, оглядела себя - нормально! Не знаю, что из этого получится, но хорошо выглядеть - никогда не помешает.
  
  С Валентином я столкнулась у двери конторы похожей на ЖЭК.
  Он куда-то спешил. Кивнул мне и направился быстрым шагом к лестнице, но тут же остановился и обернулся, оглядывая меня снизу вверх, взгляд его цеплялся и задерживался на моих округлостях столь удачно обтянутых платьем.
  -- Валентин, извините, что ушла, не попрощавшись, и благодарю вас за гостеприимство и праздник. Мне нужно встретиться с админом, немедленно.
  -- Зачем?
  -- Это я ему расскажу. Вы, пожалуйста, устройте мне с ним встречу.
  -- Я к нему направляюсь как раз, но не уверен, что он вас примет.
  -- Примет,- уверенно сказала я.
  
  Он усмехнулся, еще раз оглядев меня снизу доверху.
  -- Ну, поехали, - и пошел вперед быстрым стремительным шагом.
   Я поспешила за ним.
  
  
   IV Дворец и его обитатели
  
  Валентин коснулся выступа в одной из стен дома, и перед нами открылось несколько ниш, таких как в моем дворе, оснащенных множеством разноцветных проводов. Он велел мне стать в одну из таких ниш и сам стал рядом, дверца бесшумно закрылась, внутри вспыхнул свет.
  Валентин подсоединил провода своего карманного компа к одному из мониторов и набрал что- то на клавиатуре. У меня вдруг сильно закружилась голова, я пошатнулась, он поддержал меня под локоть, но мои колени ослабли, и в ушах зазвенело, - я сползла вниз по стене. Очнулась, когда в лицо подул свежий ветер. Валентин выволок меня за подмышки из ниши.
  
  -- Э, Полина, вы плохо переносите локальные демовэйвы, - сказал он. - Я бы не советовал вам ими пользоваться без специальной подготовки.
   Он посадил меня на траву, достал флягу из сумки, и долго брызгал мне в лицо водой, потом дал отпить из фляги.
  -- Ну, все?- спросил. - Уже лучше?
  -- Вроде бы. А мы где?
  -- У админа, - коротко ответил он.
  
   Я изумленно озиралась по сторонам - в этом голденгрэйне краски и звуки были гораздо ярче - ярко-синее небо, громкое переливчатое пение птиц, интенсивный шелест листвы, и воздух был полон цветочных ароматов. Открывшийся передо мной пейзаж будто сошел с картин средневековых итальянских художников.
  Мы шли с Валентином через оливковую рощу, вернее, он летел, а я за ним едва поспевала, и у меня не было возможности остановиться, и вдоволь полюбоваться этим миром. Я, по привычке, закидывала все происходящее в кладовую памяти, чтобы позже обдумать.
  Я только успела спросить на бегу:
  -- A почему здесь так тепло, климат другой, что ли?
  -- Да, немного другой.
  -- А зима бывает в этом Голденгрэйна?
  -- Бывает, если владелец того пожелает, но, по правде говоря, давно уже не было.
  
  Мы перешли через элегантный легкий мостик, раскинувшийся над быстрым ручьем, и я ахнула от восторга - передо мной был дворец в венецианском стиле - мы направились прямиком к парадному входу.
  
  Дворец казался пустынным - все работало автоматически: двери, эскалаторы, лифты. Валентин шел все так же быстро, и я едва успевала оглядеть росписи на стенах, скульптуры, колонны и лепку на потолках. Наконец, мы вошли в просторный зал со стеклянным потолком-куполом, через который проникал яркий солнечный свет.
  -- Мы в приемной, - сообщил Валентин.
  Я перевела дух. Роскошные кресла, оттоманки, белые столики с витыми ножками, огромные светлые зеркала, и золотые амуры, целящиеся в меня из луков - все поражало великолепием и несколько чрезмерной роскошью. Я отразилась в огромном зеркале, поправила слегка растрепавшиеся волосы. Вид у меня уж больно вызывающий, да еще и щеки горят - то ли от волнения, то ли от быстрой ходьбы. Но отступать поздно.
  -- Подождите тут, Полина, - сказал Валентин.
  -- Нет, я войду с вами,- я настаивала.
   Он колебался:
   --Так нельзя. Он будет недоволен.
  -- А вы скажите, что я вас не послушала и сама вошла.
  -- Ему нельзя врать, Полина, - сказал он неожиданно строго. - Я сообщу ему, что вы здесь по собственной инициативе. За остальное поручиться не могу, - и указал на кресло. -- Садитесь и ждите.
   В приемную вошла высокая девушка в голубом платье. Она смерила меня оценивающим взглядом, и сказала модератору, не отрывая от меня глаз:
  -- Валентин, входи. Он ждет тебя.
  
  И тогда я нарочно стала напротив двери, и когда дверь отворилась, увидела человека сидящего за столом, и он меня увидел. Я даже успела ему улыбнуться и поймать искорку интереса в его глазах. Дверь за Валентином закрылась.
  Я села в кресло. Девица в голубом ела меня глазами. На всякий случай я скрутила дулю за спиной, от сглаза.
  Девица, тем временем, удалилась в нишу в глубине приемной, я услышала звон посуды, и вскоре до меня донесся аромат поджаренного хлеба. Я почувствовала приступ голода - от переживаний я забыла даже перекусить.
  Дверь распахнулась, и Валентин жестом пригласил меня войти. Нет, человек, сидевший за огромным столом черного дерева с золотой инкрустацией, вовсе не был мерзким дедуганом. Он был молод, и даже красив: загорелое лицо, гладкие блестящие черные волосы, и тонкий орлиный нос. Руки аристократичные с длинными пальцами, огромный перстень с черным камнем, ослепительно белоснежные манжеты и воротник, черный сюртук. Взгляд черных глаз был таким острым, цепким и пронизывающим, будто он выворачивал меня наизнанку. А может, так оно и было.
  
  -- Садитесь, госпожа Аксен, - он указал царственным жестом на кресло. -- Вы хотели меня видеть?
   Голос него был низким, приятного тембра и каким-то многозвучным, а может, это было эхо. Я улыбнулась смущенно, и взгляд его сразу смягчился. И я, удивляясь своему спокойствию, изложила все, что собиралась. Я не жаловалась на Женю, не ругала его, а просто сказала, что у партнера изменились обстоятельства, время моего пребывания в Демонете истекает, а я бы хотела остаться здесь, очень хотела бы!
  Проговорила я это все бархатным голосом, улыбаясь самой очаровательной улыбкой, на которую была способна, и к тому же, успела ввернуть пару слов восхищения этим дворцом. Админ взглянул на Валентина, тот подал ему свой карманный комп, админ молча глядел в него несколько минут, видно, изучал мое досье. Сейчас он все узнает о моем поведении в клубе, о нарушении общественного порядка...
  Наконец, он заговорил:
  -- Госпожа Аксен, я должен заметить, что начало вашей игры несколько разочаровывает. Новички обычно развлекаются и отводят душу способами им в реале недоступными, но вы уж слишком сконцентрировались на чувственных удовольствиях, отчего ваши ходы были незначительными, а игра малоинтересной.
  
  От его слов у меня начали гореть уши. Что надо делать, чтобы его соблазнить? И как себя вести, чтобы он понял, что я его соблазняю,- подумала я с отчаянием
  -- Видите ли... - начала я, но админ остановил меня жестом, и продолжил:
  -- Впрочем, я готов допустить, что поведение вашего партнера сбило вас с толку, вы попросту растерялись, так ведь?
  
  Кажется, он мне подыгрывал, подсказывая правильный ответ, и я сказала уже уверенней.
  
  -- Да, я действительно растерялась. Но уверена, что если бы мне дали дополнительное время, я бы использовала его более эффективно - для блага миров Голденгейта, и сделала бы все ходы, которые от меня ожидались.
   Мой ответ, похоже, развеселил админа, и он продолжил с улыбкой:
  -- От вас ожидалось, что вы, во-первых, проявите, а во-вторых, реализуете свои таланты, которые не находят выхода и применения в реале, причем невзирая на путающихся под ногами демонов.
  -- Я очень хочу проявить таланты, я только об этом и думаю.
  -- И сейчас тоже об этом думаете?
  -- И сейчас.
  
  Он засмеялся, и вдруг сказал:
   -- Неплохо для игреалки. Вы солгали в разговоре всего три раза.
   Эти слова мне сразу напомнили первое знакомство с доктором Хьюзом. Неужели, они - одна шайка.
   -- В чем же?- спросила я, скорее, кокетливо, чем виновато.
  -- Во-первых, вам не очень и нравится мой дворец, вы думаете, что у меня - мания величия.
  -- Ну, дворец больше напоминает музей, чем уютный дом, - я ответила как можно честнее, и добавила, - При таких высоких потолках, человек чувствует себя маленьким.
  -- Во-вторых,- продолжал админ, - Вы хотели бы употребить дополнительное время, чтобы вернуть вашего партнера, а вовсе не на проявление скрытых талантов. А в-третьих, именно сейчас вам не дает покоя аромат поджаренного хлеба, а вовсе не польза, которую нужно принести мирам Голденгейта.
  -- Да, я действительно голодна.
  -- А вот эту проблему решить гораздо легче, чем остальные.
  
  Он нажал кнопку на панели в столе, и в кабинет вошла высокая девушка в голубом, с подносом в руках.
  -- Вы умеете читать мысли? -ахнула я.
  -- Вовсе нет, - админ выглядел польщенным. -- Я могу считывать слои фуэрзы, правда, самые верхние.
  Я кивнула, не посмев сказать, что ничего не поняла. Тем временем, девушка поставила перед нами расписной фарфоровый чайник, чашки, тарелки и поднос с множеством маленьких сэндвичей с разными начинками. Затем она разлила чай по чашкам, улыбнулась мне дежурной улыбкой и вышла. В тот момент она даже не подозревала, что это действие было последней услугой, которую она оказала админу, и этот день, нет даже час, был для нее в Демонете последним. Думаю, если бы она просто поставила чайник на стол, предоставив нам возможность разливать чай самим, то моя дальнейшая игра была бы абсолютно другой, мне пришлось бы прибегнуть к услугам Похх, а она, девушка в голубом, еще много лет занимала бы важную должность - личного секретаря админа первого уровня Демонета.
  
  Админ жестом пригласил меня и Валентина к столу. Я сочла все происходящее хорошим знаком, к тому же, после еды, люди обычно добрее. Я поднесла чашку к губам, но тут же быстро поставила ее на стол. Админ взглянул на меня вопросительно:
  -- Вы не любите этот сорт чая, Полина?
  -- Не в этом дело.
  -- А в чем же?
   И тут я ответила быстро, не задумываясь, и сама удивилась сказанному:
  -- А в том, что девушка, налившая чаю в мою чашку, была огорчена тем, что ей пришлось это сделать, а так же тем, что я задерживаюсь в вашем кабинете.
  -- Какова причина ее огорчения? - админ спросил быстро, без тени удивления.
  
   И я продолжала, удивляясь своему нахальству:
   -- В данный момент, я, каким-то образом, нарушаю ее планы, и поэтому...
  
  Админ обменялся быстрым взглядом с Валентином. А я сделала неожиданный для меня самой вывод: - Этот чай будет вреден для меня, для моей души.
  
   Админ быстро схватил сэндвич и протянул мне:
   -- А сэндвич? Тоже для вас вреден? Можете откусить?
   -- Могу, пожалуй. Он был приготовлен до того, как ваша секретарша узнала, что я буду его есть. Он мне не предназначался.
  -- А я? - спросил админ резко, поддавшись вперед и просто буравя меня глазами. - Я могу его есть? Не вреден ли он для моей души? Э, нет, не пытайтесь скрыть от меня что-либо! Я же все равно узнаю.
   И я опять ответила, не задумываясь:
   -- Я не знаю, какого вреда вы опасаетесь. Я могу сказать, что в момент приготовления сэндвичей, девушка собиралась просить вас о важной услуге...
   -- Что еще?
  -- Она боялась, что вы откажете ей, потому что это идет вразрез с вашими намерениями. Она постаралась сделать сэндвичи повкуснее, с вашей любимой начинкой. Кстати, это, кажется брынза с орехами и зеленью... - я замолчала, внезапно испугавшись своего заявления.
  
   Реакция админа на мои слова была более чем неожиданной: он вдруг так ударил кулаком по столу, что чайник и чашки громко зазвенели. К моему удивлению, его гнев был направлен на Валентина.
  -- Damn it! - он выругался по-английски. -- Бездельник! Сластолюбец чертов! Ты так увлекся своими девками, музыкальными лодками и игрищами, что чуть не прозевал фуэнсена! Был же сигнал, что в твоем голденкластере появился фуэнсен, я же сам, лично, спрашивал тебя об этом, а ты мне что ответил? Помнишь? Что это слухи!
  -- Но мне не удалось найти и проверить...
  -- Если бы ты больше уделял внимания своим обязанностям, то установил бы без труда, что Полина Аксен - фуэнсен. Мы тратим огромные средства на консультации фуэнсенов с верхних уровней, а ты... А ну подай мне файл с ее игрой!
  
  Валентин опять протянул ему свой карманный компьютер. Админ смотрел в монитор около минуты.
  -- Полина, - обратился он ко мне, наконец, просительно,- удивительно как быстро менялись интонации и выражение его лица. -- Полина... я могу вас так называть? Прошу вас подождать несколько минут, - нет не туда!- он остановил меня по дороге в приемную, и указал на дверь в стеклянной стене. Я вышла и оказалась на огромном, увитым плющом, балконе.
  Много лет назад в процессе подготовки к экзамену по биологии, я наткнулась на неизвестное мне слово, обозначающее какой- то научный термин. Я автоматически переписала его с доски, на лекции. И я, обычно старательная студентка, то ли поленилась, то ли просто забыла посмотреть в учебнике его значение. И вдруг, на экзамене - это слово оказалось в тексте ключевым. В результате - целый вопрос был непонятен мне из-за этого термина. Я пыталась угадать его значение, но безуспешно. А после ругала себя последними словами за лень и безответственность. Сейчас была такая же ситуация со словом 'фуэнсен'.
  Мне очень не хотелось, чтобы у модератора моего голденгрэйна, славного гостеприимного парня, были из-за меня неприятности.
  Я видела происходящее в кабинете через стеклянную стену, но не слышала ни слова. Валентин мямлил что-то, оправдываясь, потом вошла девушка в голубом, админ отшвырнул от себя поднос с сэндвичами - они рассыпались по полу. Админ крикнул что-то девушке, та побледнела, пролепетала что-то в ответ, потом заплакала и выбежала из кабинета. Бедная секретарша, скорее всего, ничего лично против меня не имела, просто мое неожиданное появление помешало осуществлению ее планов. Поведение админа, управляющего бескрайним, постоянно растущим и меняющимся миром, показалось мне странным: человек, кажущийся всесильным, по крайней мере, на этом уровне, вдруг швыряет при посторонних сэндвичи на пол и закатывает, чуть ли не истерику. Каким образом я его так огорчила, что он потерял контроль над собой? Может, это потому, что он считывает мысли, или как он там сказал - фуэрзу - поэтому и сам не считает нужным сдерживать эмоции.
  Во всяком случае, уверенность в том, что меня отсюда не выгонят, крепла с каждым мгновеньем. А если я останусь, то рано или поздно увижу Женю и выясню - любит ли он меня хоть немножко.
  Я видела, как админ указывал Валентину что-то на мониторе. Затем напряжение за стеклянной стенкой спало, они оба улыбались, глядя в монитор... Чем же их так повеселил моя игра? Наконец, Валентин прощально помахал мне рукой, и вышел из кабинета, а админ жестом пригласил меня вернуться. Я прошла к своему креслу, осторожно переступая через валяющиеся на полу сэндвичи.
  -- Извините, - начала я. -- Я ни в коем случае не хотела стать причиной конфликта или доставить кому-либо неприятности. Мне право же, очень неловко.
  -- Полина, - сказал админ, почти умоляющим тоном. - Я знаю, что этот дворец кажется вам, скорее, музеем, чем подходящим жильем. Но любые выбранные вами апартаменты, немедленно обставят по вашему вкусу.
   Он встал из-за стола и подошел ко мне. - Я счастлив приветствовать фуэнсена, единственного на этом уровне Демонета! - склонился и поцеловал мою руку.
  
  Я вздохнула с облегчением - да, меня оставляют в этом мире - похоже, я представляю ценность для Демонета и, возможно, лично для админа первого уровня.
  -- Хорошо, но мне нужно вернуться домой, и забрать вещи.
  -- Ни в коем случае! Валентин сообщил, что вы плохо переносите локальные демовэйвы, а я не собираюсь рисковать вашим здоровьем, вы - слишком ценная находка. Вам принесут из вашего голденгрэйна все, что пожелаете, - продолжал он, все еще держа мою руку.
  
  Эх! Женя может вернуться за своим карманным компьютером, и это может быть последним шансом его увидеть. Я взглянула на админа почти умоляюще.
  -- Нет,- ответил он быстро. - И не думайте об этом.
   Наверно он знал о чем я думаю, вернее, о ком.
  -- Полина, ваш прежний голденгрэйн скоро прекратит свое существование.
  -- Когда?
  -- Сегодня же. Он вам больше не понадобится - его назначение выполнено. О демонетах и личных вещах не беспокойтесь, ведь вы у меня в гостях. Есть ли там какие-нибудь важные для вас предметы?
  -- Да. Рисунок на стене в рамочке, напротив кровати.
  -- Это все?
  -- Да.
  В тот же момент из стены выехала панель с кнопками. Админ набрал какой-то код и тут же на его столе засветился монитор, а кнопки на клавиатуре вдруг выросли и вместо букв, цифр и знаков появились маленькие трехмерные домики и миниатюрные площади. Мне хотелось их рассмотреть поближе, но я не успела, потому что он стал работать с клавиатурой, и я увидела на экране объемное изображение своего голденгрэйна: комнату с разбросанными по ней вещами - я их примеряла, выбирая в чем пойти к админу, смятую постель, нехитрую мебель. Его пальцы опять пробежались по клавиатуре и изображения предметов в моей комнате померкли, побледнели - мебель и одежда стали двухмерными и отошли на задний план. Теперь на мониторе ярко и объемно выделялись только кровать, Женин карманный компьютер на столике и Глашин рисунок в Жениной рамке на стене.
  -- Этот рисунок был сделан в Демонете, и кровать тоже здесь приобретена. Это настоящие вещи. Рисунок вам доставят лично, а остальное пойдет на хранение в архив, и если понадобится какой-то предмет, то его можно будет спроецировать сюда.
  -- Зачем кого-то утруждать? Я могу сама за ним сходить?- я сделала еще одну попытку.
  --У вас будет много дел в ближайшие дни.
  -- Каких?
  -- Помимо работы, вам предстоит встретиться с другими обитателями этого дворца и его окрестностей. Чтобы вы не попали в неудобное положение при знакомстве, должен вас кое о чем предупредить.
  -- Слушаю вас.
  -- У нас не принято задавать вопросы собеседнику о его планах на будущее, о жизни на других уровнях. Также считается неэтичным спрашивать о том, где он живет в реале, кем работает и другие подобные вопросы - типа семейного положения. Для нас это не имеет значения. И вы не рассказывайте о себе реальной - собеседник может подумать, что вы ожидаете от него того же.
   -- Я поняла.
  -- Kогда немного освоитесь, я представлю вас Демонитету. А до тех пор не говорите никому, что вы - фуэнсен. Так будет лучше.
  -- Хорошо.
  -- Полина, мне так не терпится попробовать вас в действии, что я и забыл, что вы -гостья, а ведь как радушный хозяин, я должен, по крайней мере, дать вам отдохнуть, собраться с мыслями. Ведь вы и не ели почти ничего, как и я, впрочем. Но простите меня, это все от волнения, от неожиданной удачи, которую я чуть было не упустил. Но прежде всего, вы выберете себе любые покои в этом дворце, и мой главный специалист по феншую учтет любое ваше пожелание.
  
  Мы прошли с ним через приемную, где еще недавно царила девушка в голубом - нескольких демонов чистили и мыли все вокруг. Один согнулся в три погибели и выгребал, видно, какие-то эмоции, скопившиеся под плинтусами, а другой исследовал оконную раму, видимо, выедая их из щелей. С некоторых пор, все слишком чистые, вылизанные помещения кажутся мне вместилищем демонов, хотя я могу ошибаться - присутствие демонов может безошибочно определить только казадор. А я не казадор, я - фуэнсен какой-то...
  
  Мы вышли в холл, спустились по беломраморным лестницам. Дэниэл держал меня за руку, будто боялся, что я исчезну или удеру. Он выглядел виноватым, нетерпеливым и счастливым одновременно - как ребенок, которому подарили новую игрушку, а поиграть не разрешили, потому что позднее время и пора спать, и он боится закрыть глаза, чтобы игрушка не исчезла, усадил ее на стуле возле постели, чтобы сразу после пробуждения начать игру.
   А вдруг он ошибается или переоценивает мои возможности?
  -- Дэниэл, я благодарна вам за хорошее отношение и доверие, но все же, я должна конкретно знать, что от меня потребуется.
  Он усмехнулся:
   --Я знал, что вы это спросите, и, в то же время, надеялся, что вы этого не сделаете. Вы хотите конкретных инструкций и объяснений, и это понятно, но лично я предпочел бы полное их отсутствие.
  -- Почему же?
  -- Потому, что вы должны действовать не по инструкциям, а по наитью, понимаете?
  -- Не совсем.
  -- Вы должны вести себя так же, как в момент когда отказались от чая, не задумываясь. Вы это сделали с моей подачи, но я жду от вас самостоятельных решений и действий. Одно условие - о своих наблюдениях сообщайте только мне. А правила и инструкции только все испортят. Да, к тому же, у меня их просто нет - на этом уровне нет ни одного фуэнсена, у которого их можно получить.
  
  Я постеснялась спросить, нельзя ли получить инструкции с других уровней.
  -- Действовать по наитью - это как-то слишком легко.
  -- Верный путь - всегда самый легкий, Полина.
  
  Дэниэл действительно предоставил мне возможность выбрать себе покои, однако, я была столь ошеломлена первыми же, в которые он меня привел, что сразу же согласилась. "Покои"- спальня, кабинет и гостиная - все в том же стиле. Надо будет сразу же сказать специалисту по феншую убрать этих амурчиков со стрелами и картины с античными сюжетами. И зеркала, обрамленные золоченными виноградными гроздьями, тоже не в моем вкусе - я люблю простоту и свет. Но вот балкон, увитый мелкими розами, с резным столиком и подвесными качелями - сразил меня наповал.
  С балкона можно было любоваться садом: диковинными растениями, беседками, ручейками и мостиками. В этот момент я честно не могла представить себе, что может быть что-то лучше этих "покоев". Ванна была огромной - впрочем, это была целая купальня в античном стиле: зеркала, кувшины, мраморные столики, античные статуи - это, конечно, тоже перебор. Вода журчала тихонько и мелодично, наполняя купальню.
  -- Рад, что вам здесь нравится, Полина. Еще какие-нибудь пожелания? - нетерпеливо спросил админ.
  -- А можно мне...- я решилась, наконец,- увидеть моего партнера? Или связаться с ним как-то?
  -- Он сам сюда придет.
  -- Когда?
  -- Точного времени не знаю. Но придет и затормозит ваше продвижение непременно. Так всегда бывает.
  -- Почему затормозит?
  -- Потому что он - плот, при помощи которого вы перебрались на другой берег. На берегу, он стал тяжелым и неудобным предметом, затрудняющим передвижение. Если вам опять встретится на пути река, то будет проще построить новый плот или подобрать оставленный кем-то. Ну, все! А теперь - ужин! Я знаю как вы голодны, но все же пройдем через кухню - мне не терпится попробовать вас в действии.
  
  На огромной кухне не было ни единого человека - со всех сторон суперсовременное оборудование подмигивало экранами и таймерами, и запахи вокруг были чрезвычайно аппетитными.
  
  -- Полина, я собираюсь заменить все электронные кухонные приспособления - печи, миксеры, комбайны и кофемолки - на старинные кухонные приборы, начиная с кирпичной печи и заканчивая ручной мельницей для перца и специй.
  -... И я, кажется, понимаю почему. Но тогда вам потребуется большое количество поваров и работников кухни.
  -- Ваш ход мыслей меня восхищает, Полина - с вами будет легко работать. Разумеется, отбором поваров и работников кухни займетесь вы - это и будет первым вашим заданием.
  -- Я? Но как же...
  -- По наитью.
  -- Я уже могу предложить одну кандидатуру...
  -- Кого же?
  -- Кондитера. Его зовут Роман, он работает в маленькой пекарне голденгрэйна Валентина.
  
  Он сразу кивнул и, без дальнейших расспросов, вынул свой карманный компьютер, набрал на нем что-то и произнес:
  -- Сделано. Валентин приведет его сегодня же, заодно и рисунок захватит из вашего голденгрэйна. Надеюсь, ваш протеже хорошо переносит локальные демовэйвы.
  Админ продолжал смотреть на меня так же пристально, но я молчала, и он понял, что у меня действительно больше нет кандидатур. Э-э-э... мы так без слов научимся разговаривать скоро, - подумала я.
  -- Дэниэл, мы с вами общаемся несколько необычно. Вы задаете вопрос, и я даю ответ, иногда неожиданный для меня самой. А вы не сомневаетесь в моей правоте. Вы так доверяйте мне?
  -- Конечно. Я обращаюсь к доступному мне слою вашей фуэрзы, или как это называют в реале - " подсознанию", и вы, с моей подачи, просто считываете оттуда ответ.
  -- О, вы такое умеете!- сказала я с восхищением.
   Он казался польщенным.
  -- А теперь, Полина, пройдите сюда.
  
   Столовая - торжественная и парадная, напротив двери - картина с богиней плодородия. Стол накрыт на две персоны: дорогая посуда из тончайшего фарфора, сверкающие хрустальные бокалы, столовое серебро и канделябры. Мне никогда не приходилось обедать среди такой роскоши, и если честно, я бы предпочла пикник на траве - пусть считывает мысли, если хочет
  
  -- Полина, если бы я предполагал, что буду сегодня обедать с дамой, да еще с фуэнсеном, то, безусловно, доверился бы вашему вкусу в выборе блюд, но уже поздно что-либо менять, да и вы голодны. Садитесь, прошу.
  
  Из двери выехал столик с булочками, салатами, запотевшим графином с водой со льдом и бутылкой вина.
  -- Не возражаете, если мы обойдемся без официантов? Я сам буду за вами ухаживать. Опасаюсь, что в противном случае, будут еще изгнанные.
  
  Я была и вправду зверски голодна, и закуски были ужасно вкусными.
  -- Я возьму еще одну булочку.
  -- Конечно, Полина, вы здесь у себя дома. А вот и горячее, попробуйте - нежнейшая куриная отбивная в миндальной крошке.. Еще вина? Не нужно спрашивать позволения, делайте все, что душе угодно. В своих покоях вы найдете панель управления, и - все, что пожелаете - еда, напитки - будет тут же доставлено Вкусно?
  -- Да, очень, спасибо, - проговорила я с набитым ртом.
   -- А фуэн каков? - вдруг спросил он быстро. -- Вы ощущаете что-нибудь?
  - -Пожалуй, нет... не знаю... Все кажется совершенным: вкусовой букет, приправы, температура блюд, но здесь нет никакого... фуэна.
   Он кивнул.
  -- Отвечайте, не задумываясь - я могу это есть?
  -- Почему же нет?
  -- Эта пища вредна для моей фуэрзы? Или, как вы сказали, души.
  -- Не вредна, но...
  --Что?
  
  И я отвечала, не задумываясь:
  -- Нет, совсем не вредна, но и не полезна... для фуэрзы.
   Он откинулся на спинку стула:
  -- Прекрасно! Что-нибудь еще хотите сказать?
   -- Здесь нет эмоций. Совсем нет.
  -- Полина, эти блюда приготовлены автоматами по рецептуре мастеров мирового класса. Мы с вами поговорим об этом еще... Хотите десерт? Нет? Сейчас я вижу, что вы и впрямь устали. Позвольте проводить вас наверх, вам пора отдохнуть.
   Он проводил меня до двери моих "покоев", и поцеловал руку на прощанье, сжав мои пальцы чуть крепче, чем в прошлый раз.
  
  -- Ну и денек,- подумала я, вытягиваясь на прохладных простынях под кисейным пологом с золотыми кистями, проигнорировав разложенную на кресле ночную рубашку из тончайшего батиста. День начинался со слез и прощания со всем хорошим, потом демоны... Ахх вином поил. Что потом? Валентин, локальный демовэйв, девушка в голубом, сэндвичи по полу разбросанные, ужин с админом в парадной зале... А сейчас лежу на этой кровати под балдахином как принцесса, а из сада веет вечерней прохладой. Хлоя смотрит на меня с картины - какая хорошенькая - невинная, юная, а Дафнис напоминает кого-то... неприятного мне - у кого светлые пряди так же на лоб падают? А! Мальчишку этого, Руслана, которого Женя привел... А как там Женя, кстати? Где он сейчас? А почему никто раньше не догадывался, что я - фуэнсен, и я сама об этом и не подозревала. Я чувствую эмоции и мысли того, кто готовил еду, - это последнее, что я подумала, прежде чем уснуть.
  
   ***
   ...и тоже самое мне в реале Хьюз сказал. Его не было целую неделю, - он ездил на симпозиум в Торонто. Я услышала из своего кабинета его шаги и звук открываемой двери, и сразу вбежала к нему, даже не постучавшись - так не терпелось мне ему рассказать обо всем - и громко заявила с порога, даже забыв поздороваться:
  -- Я - фуэнсен!
   Он хлопнул себя по лбу и вскрикнул:
   -- Полина, как же я раньше не догадался, позор мне! Я обращал внимание на детали, но видимо, не взял на себя труд их проанализировать. Думаю, Дэниэл не отпустит тебя так легко! Ты перешагнула сразу через много ступеней, которыми я пугал тебя еще недавно.
  -- Ты знаешь Залесски?
  -- Ну конечно, мы вместе изучали медицину в Йелле.
  -- Дэниэл учился с тобой в Йелле? Но он ведь родился в Демонете.
  -- Ну и что? Почему нельзя учиться "за границей"?
  -- А по каким признакам можно было догадаться, что я - фуэнсен?
  -- Во-первых, по необычному выбору блюд. Помнишь, как я удивился когда ты под коньяк заказала пирожки с маком из ресторана? Это явно было неспроста.
  -- А почему я так сделала?
  -- Не знаю, тебе виднее. Могу предположить, что ты интуитивно ограждала себя от ненужной информации или лишних эмоций, которые могли содержаться в некоторых блюдах.
  -- А пирожки не несли информации, что ли?
  -- Не знаю. Ты сама разберешься со временем. Да и еще - ты часто отказываешься есть в присутствии некоторых людей, а на совместных обедах, как правило, выбираешь цельные продукты: овощи, фрукты, печеный картофель, то есть наименее подвергшиеся обработке и влиянию человека. Я не раз обращал на это внимание, но относил твой выбор за счет твоей реальной профессии - тебе, должно быть, виднее, что полезнее из всего имеющегося на столе.
  -- А что значит это слово "фуэнсен"? Оно звучит как- то по-японски.
  Хьюз осекся:
  -- А тебе не сказали? Не будет ли Дэниэл ко мне в претензии, что я лезу не в свое дело, ну да это небольшой секрет, впрочем. Нет, это не японское слово, это - сокращение от food energy sensor, и это - редчайший талант. Перед тобой откроется масса возможностей, а уж близким твоим повезло несказанно.
  
  На этом наш разговор закончился - вошла медсестра Лорен и принесла карточки сегодняшних пациентов. Но вечером я опять заглянула в кабинет Хьюза, в надежде продолжить разговор, но его там не было, зато демоны - знакомые и незнакомые - шныряли по всем углам, вычищая эмоции отовсюду - с ворсинок ковра, листьев лимонного дерева и картинной рамы. А один из них сдувал пылинки со светильника под потолком, раскачиваясь на нем с явным удовольствием.
   А доктор Хьюз в это время шутил с молоденькими медсестрами в холле, а они вовсю с ним кокетничали. В день нашего знакомства, он сказал мне: "Неплохо. Вы соврали всего три раза", а потом точно указал моменты, где я слукавила. И Дэниэл вчера мне так же сказал, а на вопрос умеет ли он читать мысли, админ ответил, что умеет считывать верхний слой фуэрзы.
  Демоны явно подчищают эмоции у Хьюза дома, поэтому там так все сверкает, и даже ковры белые и шторы без единого пятнышка и в его офисе тоже: после приемного дня там, видно, много чего накапливается, а демоны их едят в плату за услуги, что ли. И вчера я видела, как они чистили приемную Дэниэла после скандала с девушкой в голубом, так неудачно заварившей чай.
  
  Я покрутилась в холле, подождала момента, когда Хьюз направился к себе.
  Я вошла, закрыла дверь за собой и торжественно заявила:
  -- А ведь вы, пожалуй, тоже родились в Демонете, доктор Джефферсон Хьюз.
  Он и бровью не повел:
  -- Ну допустим, и что с того?
  -- А ну признавайся в том, что умеешь считывать верхний слой фуэрзы.
  -- Умею, конечно. А теперь можешь только пожалеть, что отказалась со мной заняться любовью.
  -- Неужели я так много потеряла?- я попыталась обратить все в шутку.
  -- Секс с мужчиной, умеющим считывать фуэрзу, пусть даже и не дальше верхнего слоя, реальные женщины обычно сравнивают с путешествием в другую вселенную.
  -- А что там, на верхнем слое фуэрзы?
  -- В основном, сильные и ясные эмоции. То есть, реальный человек не может скрыть от нас свое состояние, как бы он внешне не был сдержан. Мы считываем страх, гнев, муки совести, вранье, и физические желания - голод, жажду, усталость, да еще много чего другого.
   Точно, и админ знал, что я голодна.
  Я вспомнила Дэниэла, швыряющего сэндвичи на пол:
  -- Может, поэтому вы сами не считаете нужным сдерживать свои эмоции?
  - Ты ведь не обо мне говоришь? Дэниэл показался тебе несдержанным? Резким? Понимаю. Но я-то другой, правда? Я давно живу в реале и стараюсь не отличаться от других, за исключением с некоторых случаев.
  - Каких же?
  - Когда хочу произвести на женщину впечатление.
  - Ага, женщинам кажется, что ты заглядываешь им прямо в душу, и они принимают это за любовь! Конечно, это очень удобно.
  -- А ведь так и есть, я заглядываю в душу совершенно буквально. А во время секса... Впрочем, мое предложение все еще в силе на неограниченный срок, ты сможешь оценить сама.
  -- Какой ужас! Как тобой разговаривать, если ты все считываешь! Непривычно как-то, знаешь ли, сидеть с голой душой.
  -- А ты о нас подумай, - он придвинулся ближе и зашептал мне на ухо, - Каково нам сдерживаться? Делать вид, что мы не замечаем лжи и фальши, чтобы не вызывать подозрений. В Демонете мы не сдерживаемся, и игреалы нас часто обвиняют в бестактности, и даже хамстве.
  -- -- А и правда, тебя, должно быть, ужасно раздражают окружающие. А зачем ты живешь в реале, Джеф, если тебе тут так плохо?
  -- У меня здесь работа, - коротко отрезал он, и я решила не настаивать на ответе.
  -- И твоя голая фуэрза будет причинять тебе беспокойство, пока ты не научишься покрывать ее пунтийей.
  -- Это еще что?
  -- Техника защиты - 'пунтийя" - накидываешь как кружево поверх всех эмоций, и они становятся неразличимы для таких как я или Дэниэл.
  -- А еще какие чувства находятся на верхнем слое?
  Он расхохотался:
  -- Представь себе, что любопытство демоническое. Кстати, раз уж ты все знаешь, то не позволила бы ты демонам у себя в кабинете эмоции оставленные пациентами подчищать? Они, знаешь, как благодарны бы были. Тебе эти эмоции ни к чему, а им все же пища. А у тебя там много всего, для Заффа и Реффа - целый пир. А уж чистота будет - ни пылинки. Дышать будешь легко и свободно - как в горах морозным зимним днем. А они за это - подошвы твои целовать будут.
  -- Подожди, они эмоции как плату за услуги берут?
  -- О, я догадываюсь кто тебя этому научил. Казадоры отдают им эмоции, а, вернее, бросают как собаке кость, в обмен на определенные услуги.
   --А вы зачем?
   -- Чтобы помещение очистить и дышать вольготно. Кстати, как поживает твой казадор?
  -- Не знаю.
  -- О, даже так! - Хьюз удивленно поднял брови.
  
  Но мне не хотелось говорить о Жене.
  -- Джеф, я давно тебя хотела спросить... Помнишь Вику, первую нашу пациентку, которая похудела? Она еще жаловалась, что ее прокляли, помнишь?
  -- Допустим, а что это ты о ней вспомнила?
  -- А она мне рассказала, что ты ее вроде как в другой мир услал, где она встретила девочку, которую в детстве обижала, Сонечку, и соседку, тетю Лиду. И ты, вроде, дал ей шанс попросить у них прощения, чтобы снять проклятье...
  -- А, вот ты о чем! Скажу, ладно. Как только Вика упомянула некую тетю Лиду, я сразу понял, что речь идет о Сорочинской Лидии Яковлевне, фуэнсене из Демонета, межмирового масштаба.
  -- Фуэнсен? Такой как я?
  -- Полина, я же сказал - межмирового масштаба. Сильнее ее никого нет, по крайней мере, я не слышал. А ты все же начинающий, хоть я не сомневаюсь, что талантливый. Для фуэнсена ее класса - сущий пустяк повлиять на чью-нибудь судьбу, угостив блюдом с определенным фуэном. Так что Вика не ошиблась.
  -- Джеф, это похоже на колдовство.
  -- В определении реала - да.
  -- 3начит Вика была не под гипнозом! Ты действительно ее доставил в Демонет, чтобы она извинилась перед тетей Лидой?
  -- А Сонечка? Она тоже в Демонете?
  --О, да. Она живет во дворце Залесски.
  
  И тут пришлось прервать разговор, потому что директор заглянул в офис, и я сразу схватила со стола одну из медицинских карточек, делая вид, что пришла по работе.
  
   ***
  А все же насколько ярче моя жизнь стала за последние полгода, а ведь все с Хьюза началось и с Вики, если разобраться. А до этого много лет все было спокойно, размеренно, без сюрпризов и удивлений, а теперь все время возникают новые вопросы, а каждый ответ становится трамплином для новых удивлений, и это бесконечный и изумительный процесс.
   А Жене я навязываться не стану! Если у него есть более важные дела, то пусть ими и занимается. А я, мысленно поблагодарю его за чудо, и буду отвыкать от него потихоньку. Вот только проверю е-мэйлы перед уходом... ой, от него письмо.
  
  "Нет, милая моя Полина, я тебя не забыл. Я помню, что скоро твой день рожденья - вот ссылка на мой сайт, глянь, а? Если приглянется тебе что-нибудь из моих работ, то укажи в письме номер изделия, и я сделаю для тебя такое же. Скучаю по тебе, Полинка".
  
   Я в сердцах выключила компьютер. Мерзавец! Игрушку себе нашел! Если мужчина хочет быть рядом, то сметет все препятствия и обязательно будет! А если не хочет, то будет ссылаться на важные, не терпящие отлагательств дела. Зачем ты написал мне, Женя? Я ведь не трогаю тебя, не пишу, не жалуюсь. Какое тебе дело до моего дня рождения? Ты оставил меня одну, зная, что это мой последний день в Демонете. А теперь, иди к черту!
  
  В этот день я легла спать пораньше, укрылась одеялом с головой, сердце стучало, и его слова плыли перед глазами. Ах, как любовь с ним сладка была! Встала, включила компьютер, перечитала его письмо, и опять выключила. Опять легла и закуталась в одеяло.
  Потом села на постели. Ну чего я вредничаю, а? Может он исправить все хочет? А может у него есть логическое объяснение своим поступкам? Сайт - то можно посмотреть хотя бы?
   Включила компьютер.
  
   Переливающиеся буквы "Осколки неба", и ниже, мелким шрифтом - "работы украинского ювелира-художника Евгения Галушко"- серьги, кольца, браслеты, кулоны, броши... Довольно оригинальные дизайны, узоры затейливые, а под каждым изделием - номер и форма заказа - все как положено. Сайт как сайт.
  Я не большой ценитель драгоценностей, но обижать его незачем, особенно если он хочет мне что-то приятное сделать, может вину загладить...
  Напишу ему, ладно.
  
  "Женя, конечно, мне было бы приятно получить от тебя подарок. Чего бы мне хотелось? Пожалуй, медальончик, на длинной цепочке, чтобы он груди касался и падал в вырез платья. Но только я не стану ничего выбирать, и не скажу какие из твоих работ мне приглянулись. Ты лучше думай обо мне во время работы над медальончиком, а что получится, то и подаришь''.
  
   Отправила письмо и опять залезла под одеяло и стала мечтать о том, как было бы здорово, если бы он сейчас со мной в Демонете был. Я хотела, чтобы он сам спросил как я там, а он не спросил. Он же не знает ничего обо мне, полагает, что я покинула тот мир... ух, как звучит печально "покинула мир".
  
   Опять встала, включила компьютер, от него уже был ответ, ну да у него же утро, он всегда в это время уходит на работу и проверяет е-мэйл:
  
  " Конечно, Полинка, любимая моя, я все сделаю - знаю, что пойдет тебе, очам твоим яхонтовым. Жди от меня посылки, на почту, до востребования ".
  
  Не могу на него сердиться! Нас столько связывает! Если бы он не оставил меня в Демонете одну, я бы не узнала, что я - фуэнсен. Только когда он ушел, я выползла из любовного панциря и нашла свою роль в этом мире. Так что все хорошо, и впереди - много интересного. Но все же, почему он ни слова не спросил как я поживаю, что делаю? Ведь мой голденгрэйн прекратил существование - так Дэниэл сказал - где же Женя будет жить? А если бы он спросил, то я бы сразу рассказала, что в Демонете сейчас забрезжил рассвет...
  
   ***
   ...лежа в постели, я изучала панель автоматического управления, и довольно успешно - после нехитрых манипуляций, дверь отворилась, и вкатился столик с горячим кофейником, тарелочкой с маслом и сыром, плетеной корзинкой с горячими булочками, и чашкой свежей малины. Вот это класс, вот это - уважение мне оказывают как гостю и фуэнсену. Ага, при помощи этой панели можно выбрать блюда из меню и с доставкой на определенное время. А вот эта кнопка - наполнение купальни водой. Почему-то не видно, ни телевизора, ни радио. Надо будет спросить у кого-нибудь...
  
  Я вышла на балкон - в саду не было ни души - поставила поднос с кофе на столик и медленно ела хрустящие, тающие во рту булочки, любуясь узкой полоской рассвета и вдыхая цветочные ароматы. Потом глянула в сад и очень подивилась: вниз вела витая лестница, что было очень кстати, не придется идти к парадному входу - через все залы, чтобы погулять в саду. Как это я вечером лестницу не заметила?
  Из найденных в шкафу вещей, я выбрала легкое белое кружевное платье, сандалии в тон, причесалась наспех - мне не терпелось попасть в сад. Я спустилась по лестнице, ступила на зеленую дорожку, разулась и засмеялась от удовольствия - и пошла босиком по бархатной траве вдоль розовых кустов, размахивая сандалиями, а цветы кивали мне как старой знакомой. Я погрузила руки в фонтан по локоть, заглянула в увитую плющом беседку, перепрыгнула через ручеек - он привел меня к небольшому водопаду. Затем прошла через арку-ворота, и спустилась на нижний уровень по ступенькам, по которым, журча, стекала вода.
  
  Сад поражал буйством красок и тщательно продуманной запущенностью. А таких странных растений я никогда не видела, даже в ботаническом саду, вот эти цветы - похожи на мак по форме, но лепестки более крупные и мясистые - и как же много их - целое поле. Я погладила нежный лепесток, коснулась сердцевинки - я никогда не срываю цветы и не люблю когда мне их дарят - цветы в вазе - это грустное и резкое напоминание о том, что все проходяще. Я прошла дальше, и, нет, мне не показалось, цветы и вправду поворачивали мне вслед свои головки. Неожиданно аромат усилился, я стала чихать. И вдруг огромный светлобородый мужчина, голый до пояса, в одних холщовых штанах, выскочил из кустов. Глаза его грозно сверкали.
   -- Уходите отсюда! Вам здесь не место!- заявил он без вступления.
  Я растерялась.
  -- Извините, я не знала...- и повернулась, чтобы уйти, но то ли оступилась, то ли поскользнулась о мокрую плиту, и упала прямо на цветочное ложе.
  Человек выкрикнул какое-то ругательство и кинулся ко мне. Я подумала, что он бросился мне на помощь, но я ошиблась - он за цветы свои испугался. Он грубо схватил меня, резко поднял и буквально отшвырнул в сторону, на зеленую дорожку. Потом еще раз выругался, верно, на местном наречии, и стал разглаживать руками примятые стебельки.
   Атмосфера в саду изменилась: воздух заполнился такой густой пыльцой, что почти потемнело, а аромат стал удушающим. У меня закружилась голова. Я опустилась на траву, а встать уже не могла - боль обручем сдавила голову.
  
  Бородатый грубиян опять схватил под мышки, как ватную куклу, и поволок куда-то. Он подтащил меня к какому-то сараю, толкнул ногой дверь, швырнул меня на циновку и вышел. Дверь за ним закрылась со скрипом.
  
  Не удалась прогулка. Дэниэл упоминал, что во дворце и его окрестностях - людей немного, и я должна с ними познакомиться. Почему же он не предупредил, что я должна некоторых обходить стороной? Что теперь со мной будет?
   В дверях сарая появилась женщина одетая в холщовый костюм и передник с огромными карманами, из которых торчали садовые ножницы.
  -- Тебя кто прислал?- грубо спросила она.
  -- Никто, - простонала я.
  -- Сказки сказывать Софье Марковне будешь! Пока не скажешь кто тебя прислал, я тебя отсюда не выпущу. А хозяйка придет - тебе не поздоровится!
  -- Вы ошибаетесь, - голос мой звучал слабо и хрипло. - Никто меня не присылал...
  -- Ты как здесь оказалась?
  -- Я гуляла в саду админа, и вышла за ворота. Извините, я не знала, что сюда нельзя.
  -- А в сад Залесски ты как пролезла?
  -- Я живу в его дворце со вчерашнего дня, спросите у него сами, если мне не верите.
  -- И спрошу, не сомневайся.
  
   Она подала мне воды в глиняной чашке - вода пахла подгнившим деревом и я отодвинула ее руку.
  -- Ишь ты, еще перебирает! А чего в цветник самой Гуинды влезла-то, а?
  -- Чей?
  -- Гуинды.
  -- Извините, я не знаю о чем вы... Я упала в цветы случайно. Он напугал меня - выскочил, кричать стал... - мой язык ворочался с трудом.
  -- Назар напугал, что ли? Он-то может, да только цветы тревогу-суматоху подняли - я давно такой не помню, - ее голос немного смягчился.
  
  Я приподнялась на локте. Голова все еще кружилась, цветочный запах, казалось, впитался в одежду и волосы - и меня от него мутило.
  -- Ладно. Не врешь, вроде. И сумки у тебя с собой нет, чтобы цветы воровать. Зачит так. Сначала от цветочного аромата избавиться надо. А потом я тебя другой дорогой отсюда выведу, а то цветы опять атаку начнут.
  -- А что случилось-то? Я ничего не понимаю, голова кружится сильно.
  -- Так цветы Гуиндины панику-то подняли, Назар их так вырастил и обучил, - ежели они чужака завидят, то запахом его на помощь зовут, предупреждают, вызывают, а уж если тронет их кто, вот тут они сами чужака атакуют. А ты теперь - меченая ароматом этим, чтобы поймать тебя можно было. Да и сама далеко не уйдешь пока пыльцу из себя не вымоешь, да аромат не вытравишь, сам-то он ни за что не выветрится.
  Она приоткрыла дверцу сарая:
  -- Надо подождать, пока пыльца уляжется! Ишь, как бушует! Может, и случайно ты в цветник влезла, да только Гуинда с нас спросит теперь.
  --А кто это, Гуинда?
  -- Курандера известная, чародейка. Тут ее цветники и огороды - никому сюда кроме Назара нельзя. Если она сейчас нагрянет - цветы непременно ей наябедничают. Надо бы Назара упросить, чтобы он их успокоил, уговорил.
  -- Этот Назар - садовник?
  -- Да. Ну ладно, лежи пока.
  
   Женщина вышла. Я слышала ее разговор с Назаром:
  -- Ee Залесски не предупредил, что ли?
  -- Вроде нет. Может Сонечка ее заслала для нового сюжета, а?
  -- Не думаю. Ей Гуинду злить не резон.
  -- Давай ее в порядок приведем, чтоб хоть админ не ругался.
  -- А не надо. Оставь ее как есть, - мужской голос. - Пусть Залесски сам теперь за ней приходит и отмывает собственноручно. Его кукла новая, видать...
  -- Ага, и мы - меж двух огней. С одной стороны - админ, а с другой - Гуинда. Давай ее лучше в порядок приведем, чтоб хоть Залесски не был в претензии. Я тебе давно говорила, что надо колючую ограду вырастить, да повыше, чтоб никто сюда залезть не мог.
  -- Нет. Эти цветы оград не любят, им простор нужен.
  ''Сволочь какая'', - подумала я зло. - ''Человеку плохо, а он о цветах беспокоится. Редкий мерзавец, должно быть''.
   Женщина позвала меня с улицы:
  -- Эй, как тебя там?
  -- Полина,- я ответила слабым голосом.
  - А я - Дарина. Иди сюда, все готово.
  
  Я с трудом встала, открыла дверь, шатаясь, вышла наружу, и тут же сползла по некрашеной дощатой стене сарая, загоняя занозы в руки и плечи.
  В центр двора был помещен огромный бак, из которого поднимался густой пар, а Дарина помешивала в нем длинным деревянным шестом. Затем она принесла корзинку полную свежих белых лепестков, высыпала их в бак и повернулась ко мне:
  -- Ну что стоишь? Лезь давай.
   Я отшатнулась.
  -- Куда? Вы шутите? Я же там утону и сварюсь! Никуда я не полезу! Отойдите от меня или я сейчас закричу.
  
  Мне удалось встать и даже сделать несколько шагов в попытке удрать, но ноги опять подкосились, и я села на дорожку.
  
  -- Вот дуреха! Я же говорила - пока аромат цветочный не выведешь из кожи волос, никуда уйти не сможешь!
  -- Вы тут все с ума сошли! Позовите Залесски.
  -- Залесски еще тут не хватало. Назар! Иди сюда, подсоби, а? - Дарина вдруг осерчала. -- Мало того, что задницей прямо в Гуиндин мак села, так еще и привередничает! Засунь-ка ты ее в бак, Назар, а то она совсем не соображает!
  -- Несподручно мне, баба все- таки, - отозвался Назар откуда-то из зарослей.
  
  Дарина подошла ко мне вплотную:
  -- Последний раз объясняю. Аромат въелся в тебя. Понятно? Назар эти цветы вывел специально для Гуинды. Понятно? Из одного лепестка можно крепкую настойку сделать, а ты вляпалась всей жопой в цветник. Ты не придешь в себя, пока мы из тебя аромат не вымоем. Теперь ясно?
   --Но я не хочу лезть в горячий бак, - я заплакала от беспомощности. Я влезла в цветник какой-то курандеры и меня за это сейчас сварят заживо... не хочу - я заплакала громче.
  -- Нет, я не могу это выдержать! - Назар вышел из зарослей. - Не реви, кому сказал! Вылезешь из бака как новенькая, даже лучше будешь! Али ты нас за живодеров каких принимаешь?
  -- Нет! Отойдите от меня!
  --Да хватит разговаривать! Уже давно бы отмыли тебя и забыли об этом. И так я столько времени из-за тебя потерял. Вот свалилась на мою голову!
  
  Он наклонился надо мной, а я крепко вцепилась в дверную ручку сарая, он силой отодрал мои пальцы, и легко, как пушинку, поднял меня на руки и понес к баку. Дарина продолжала помешивать в нем шестом, пар поднимался .
  -- Ай!
  Я вцепилась ему в шею:
  -- Да разожми руки, дура, задушишь.
  -- Я тебя задушу прежде, чем ты меня сваришь!
  -- Сама спасибо потом скажешь. Давай быстрее, пока на запах не прибежал кто-нибудь из охраны Гуинды.
  Он поставил меня на траву, разорвал мое платье донизу и отбросил его в сторону, потом сорвал белье, поднял меня и засунул в бак. Я оказалась по горло в воде, ужас охватил меня...
  Но вода не обжигала, а, скорее, пощипывала кожу как газированная.
  Дарина швырнула куски платья и белье в только что разведенный костер.
  -- С головой окунись, ну!- грубо сказал Назар.
  - Волосы-то, волосы вымыть надо. Не бойся, не будет горячее, может чуть-чуть, когда реакция пойдет,- пообещала Дарина уже примирительным тоном.
  
  Я все еще медлила. Тогда садовник подошел ко мне и сам надавил на макушку, вынуждая меня нырнуть.
  --Ай! Не трогай меня! Я сама! Отойди подальше!
  Я набрала воздуха в легкие и окунулась в воду с головой. Когда я вынырнула, вокруг все посветлело, и голова прояснилась. Дарина продолжала подбрасывать белые лепестки из корзинки в бак, остатки моей одежды потрескивали в костре. Все вместе представляло картину более, чем примечательную. В середине залитого солнечным светом двора, я сидела в огромном баке, из которого поднимался белый густой пар, и будто варилась там среди лепестков. А лепестки впитывали в себя ядовитый аромат, постепенно меняя цвет - из белых становились розовато-лиловыми. А огромный бородатый мужик, стоял рядом, сложив руки на груди, и мрачно покусывал травинку. Лицо его было абсолютно бесстрастным. Налетевший ветер поднял лепестки из Дарининой корзинки, и они закружились столбом, а потом легли на траву.... ветер касался моих мокрых щек - совершенно сумасшедший момент!
  
  Когда он тащил меня в этот бак и платье стаскивал, то нарочно в сторону глядел, мол, неинтересно ему. А ну посмотрим насколько не интересно - я высунулась из бака по пояс и стала расправлять руками пряди мокрых волос.
  Он отвернулся с нарочитым равнодушием.
  -- Ну что, полегчало? - осведомилась Дарина. - Макнись еще разок с головой, чтобы наверняка.
  Я окунулась, а когда вынырнула, лепестки в воде совсем потемнели - и казались темно-фиолетовыми, а Назара не было рядом. А жаль: только дурнота прошла и голова прояснилась, так сразу озорные мысли в нее закрались. Вылезать сразу расхотелось. Бак был таким большим, что я могла ходить по дну, пузырьки щекотали меня, мне стало весело и вся ситуация казалась просто замечательной.
  -- Ну, все, вылезай, - сказала Дарина, и придвинула к баку грубо сколоченную деревянную табуретку. - Хватит прохлаждаться-то. Чай не сауна тебе тут. Просохнешь немного и восвояси отправишься.
  Я помедлила немного.
  -- Ну вот, то загнать нельзя было, теперь вытаскивать силой придется.
  Я с сожалением оперлась руками о края бака, приподнялась и осторожно вылезла, но пузырьки будто продолжали щипать кожу, и мне захотелось прыгать и смеяться. Назара нигде не было видно. Дарина подала полотенце.
  -- Теперь тебе одежду найти надобно, твою-то сжечь пришлось - из нее аромат не вытравить уже никогда. Во что же тебе одеться? Не в рогожку же тебя заворачивать, дай подумать. Пойду, поищу чего-нибудь.
  Я с наслаждением высыхала под солнечными лучами, капли стекали с волос, ветер ласкал кожу, пузырьки еще пощипывали, а лепестки улеглись в траве в веселый узор. Эх, жаль Назар ушел! Дикарь, грубиян и хам - вот он кто.
  
   ***
  Босиком, завернутая в мешковину, и опоясанная бечевкой, я возвращалась во дворец по указанной Дариной дороге. Я перепрыгивала через неровности, стараясь не задеть ни травинки. А яблоки на деревьях будто нарочно поворачивались ко мне румяными бочками, а одно даже упало с дерева и, будто желая спровоцировать конфликт, подкатилось мне под ноги.
  Вот те на! Лесенки, ведущей на мой балкон, не было, что за шутки? Придется идти в таком виде через парадный ход. Высокие двери бесшумно распахнулись. В холле было пустынно, только статуи поглядывали на меня укоризненно. Я поднималась по беломраморной лестнице, устланной сине-золотыми коврами, а многочисленные зеркала отражали меня в таком нищенском виде. Дэниэл стоял наверху и смотрел на меня, сложив руки на груди.
  
  -- Полина, вот и вы! А я хотел вас пригласить на завтрак, - он оглядел меня. - О! Вы так экстравагантны! Картина, достойная кисти самого Майского!
  -- Я, наверно, похожа на огородное пугало.
  -- Можно и так сказать, но на очень красивое, даже заманчивое пугало.
  -- Дэниэл, я зайду в ваш кабинет как только переоденусь.
  
   Немного поплутав по переходам дворца, я вошла к нему в кабинет, аккуратно причесанная и одетая в элегантный деловой костюм. Первым делом я спросила про исчезнувшую лестницу.
   Он усмехнулся:
  -- А вы как хотели? Ну да, спуститься можно, а вот вход в мой дворец только через парадные двери, чтобы видеть каждого входящего.
  Я рассказала ему o том, что случилось утром.
  -- О, это моя вина!- огорчился Дэниэл. - Я не обозначил для вас границы моего сада. Надеюсь, вы не попались на глаза Гуинде?
  -- Нет, только этим двоим - Назару и Дарине.
  -- Ну тогда все в порядке. Назар Рукавица, главный садовник первого уровня Демонета, член Демонитета, живет в небольшом домике у Западных Ворот. Неоднократно отклонял мое предложение - поселиться во дворце. Все, что вы видели в саду - его рук дело. Он неутомим и необыкновенно талантлив, но нелюдим, и предпочитает проводить время в саду, общается с растениями на их языке, и они ему отвечают запахами. А Дарина - единственная помощница, которую он до сих пор не прогнал. Ей позволено собирать ягоды и сушить травы. Она его раздражает несколько меньше, чем остальные. Она живет в городе, в своем голденгрэйне, и приходит сюда на работу. Все же забавно, что Назар - первый, кто встретился вам здесь. Я обязательно познакомлю вас с некоторыми обитателями этого дворца, более общительными, чем мой садовник. Однако, отмывание аромата в баке с утра - презабавнейшее приключение. Да что это я? Я же обещал пригласить вас на завтрак.
  -- Я завтракала, Дэниэл, спасибо, кофе и булочки...
  -- Ах нет, сейчас будет настоящий завтрак, конечно, если вы, Полина, его одобрите. Кстати, вы умеете готовить?
  -- Конечно, и готовить и печь. В реале, до приезда в Америку, мне даже приходилось заготавливать соленья, консервировать и варить варенье.
  -- Варенье!- вскричал Дэниэл. - Полина, да вы сокровище! - и стал целовать мне руки.
  
   Меня изумил и даже тронул его восторг.
  -- Расскажите мне! Да поподробнее.
  -- О чем, Дэниэл? О варенье?
  -- Да! Хотя мне все о вас интересно.
  -- Ну... я варила прекрасное варенье. Мне нравился весь процесс, связанный с этим действом. Сначала я отправлялась на базар. Я выбирала подходящие ягоды, торговалась с продавцом, и потом несла полную корзинку домой. Дома я любовалась ягодами какое-то время, потом перебирала их, мыла и сушила... А сам процесс варки варенья казался мне необычайно увлекательным: ждать когда сироп закипит, отгонять залетевших в форточку ос, снимать пенки, пробовать варенье, дуя на ложечку, раскладывать по чистым сухим банкам, завязывать веревочкой. А зимой доставать баночку с полки и подавать к чаю варенье. У меня даже ложечка была специально для варенья, так и называлась - ложка - вареньечница - такое смешное название.
  
   Дэниэл слушал меня, затаив дыхание.
  -- А чем эта ложка отличалась от остальных?- он спросил взволнованно.
  -- А тем, - я продолжала обрадовано, - Что конец у нее был раздвоенный, чтобы сироп стекал, а ягодка оставалась в ложечке. Но в Америке мое умение варить прекрасное варенье стало ненужным. В магазинах есть всевозможные джемы из разных стран мира, причем лучшие из лучших.
  -- И все же, уверен, что ни одно из них не сравнится с вашим.
  -- Возможно. Да и некогда было варить - учеба и работа занимали все время.
  
  Странно, Ахх тоже интересовался вареньем, даже просил сварить ему из райских яблочек, и я даже обещала, кажется. Неужели у них тут Демонете дефицит варенья? Или варить его никто не умеет? А я и правда не видела варенья на прилавках магазинов на Той Стороне.
  -- Дэниэл, может быть вы хотите, чтобы я вам приготовила что-нибудь?
  -- Полина, непременно! Но не потому, что я этого хочу, а только если вам это доставит удовольствие или вдруг появится мысль: "А не испечь ли мне для Дэниэла скажем, мой любимый яблочный пирог, уверена, что ему понравится" - тогда - милости прошу на кухню. Кстати, на кухне уже начались работы по обновлению.
  
   ***
  Вот это жизнь! Личные покои в прекрасном дворце, сказочный сад, никаких хозяйственных забот, да еще и купальня! Купальню я уже успела оценить, смывая раствор, в котором меня вымачивали утром эти два странных типа - Назар и Дарина. Воспоминание о светловолосом богатыре-садовнике было приятным. Струи в купальне били со всех сторон, музыка волшебная доносилась неизвестно откуда, диковинные экзотические растения переплетались в причудливые узоры, пушистые подогретые коврики под ногами и статуи, услужливо протягивающие полотенца - да только я не вытираюсь, я высыхать люблю.
  Интересно, чем они тут все занимаются? И как развлекаются? В моем прежнем голденгрэйне не было ни телевизора, ни компьютера. Было, правда, старенькое радио на маленькой кухне, которое хрипло производило несколько мелодий моего детства. И телефона, кстати, тоже не было. Компьютеры, похоже, используются только для управления, передвижения и хранения данных, но не для развлечения или игр. Ни на Той, ни на Другой Стороне, я не видела кинотеатров. Театр, правда, один видела с шекспировским репертуаром, а в библиотеку требовался пропуск. Как же они тут развлекаются? В кабачке мне, правда, попадались веселые подвыпившие люди. Но должна же быть какая-нибудь пища для ума?
  
  Ближе к вечеру я опять отправилась гулять, решив на этот раз за пределы дворца не выходить. Я гуляла по дворцу, рассматривала убранство комнат, забредала в красивые гостиные со сверкающим паркетом и хрустальными люстрами, оранжереей с тропическими растениями, светлыми залами - в одном из них даже красовался белый концертный рояль. Нигде не было ни души, только в одной комнате за массивным столом сидел серьезный седой господин и что-то рисовал. Он поднял голову, строго глянул на меня из-под косматых бровей, и сказал:
  -- Не сейчас! Я занят!
  -- Извините, - я пискнула, и поспешно закрыла дверь.
  
  Когда я проходила по одному из длинных коридоров, одна из дверей вдруг отворилась, оттуда выглянула высокая молодая рыжеволосая женщина в бледно-зеленом пеньюаре. Увидев меня, она поспешно отпрянула назад и захлопнула дверь. Да, люди тут может талантливые и необыкновенные, но, надо заметить, не слишком приветливые.
  Ну, ничего, хотя бы научусь за сегодня попадать куда мне нужно, изучу все лабиринты дворца. Чтобы вернуться к себе, кажется, нужно пройти по этому переходу и спуститься на один этаж - нет, не туда! А вот указатели или план дворца совсем не помешали бы. Кажется мне сюда... Опять в тупик попала. В конце коридора - картина, на ней женщина с властным лицом и высокомерным взглядом, в темном длинном платье и яркой шали - лицо ее знакомым кажется. Ей только скипетра и короны не хватает... А может за картиной есть потайная дверь? В любом приличном дворце должна быть хотя бы одна такая дверь.
  Едва слышный гул коснулся ушей. Подошла к картине, потрогала раму - нет, не открывается. Сейчас вернусь в начало коридора и пойду в другую сторону. Вообще-то я не очень хорошо ориентируюсь в пространстве. Так, здесь я только что проходила, вот оранжерея с тропическими растениями, правильно, теперь направо... Ну, честное слово, я в следующий раз за стенку буду держаться правой рукой как в лабиринте! Вот здесь был зал с белым роялем, а за ним должен быть холл, за которым располагаются мои "покои".
  Я бодро зашагала направо, но через какое-то время уперлась в ту же картину с изображением женщины с властным лицом и гордым взглядом. Да что за черт! Я вернулась в зал с роялем и пошла налево, но через какое-то время опять уперлась в ту же картину. Женщина в темном платье уже казалась старой знакомой. И что теперь делать? Телефонов нет, людей не видно...Похоже, я забрела в настоящий лабиринт. А может это часть игры, и я должна сделать правильный ход и сама выпутаться? Попробую просто идти куда-нибудь, не думая, наугад.
  И я побрела, и через какое-то время опять уперлась лбом в ту же самую картину - я уже почти ненавидела эту женщину в темном платье! А что если поискать другой, запасной выход?
   Оказавшись в очередной раз в комнате с белым роялем, я отодвинула тяжелую бархатную штору, за ней был балкон, оттуда вниз вела лестница, похожая на пожарную. До земли лестница не доставала, но я подумала, что можно будет хотя бы влезть через окно на нижний этаж. Я аккуратно спустилась по лестнице на балкон второго этажа, стараясь не порвать платье и не поцарапаться. Балконная дверь была открыта и я вошла в комнату. На полу сидел востроносый вихрастый юноша и смотрел в монитор. Я поздоровалась. Он не ответил, глядел на меня какое-то время ошарашено, потом произнес возмущенно:
  -- Ишь ты, куда вылезла! Нашла выход из положения! Ну, ты даешь!
  -- Простите?
  -- Ты картину "Женщина в мантилье" видела?
  -- Видела.
  -- И не догадалась, что за ней дверь?
  -- Догадалась. Я даже раму трогала, но двери не обнаружила.
  -- Эх ты! Не раму надо было трогать, а картину отодвинуть! Я же тебе посылал сигналы, и звуковая подсказка нормально работала!- он кивнул на монитор. - А ты полезла по пожарной лестнице!
  -- Простите? Я вас не совсем понимаю. Ну, хорошо, в следующий раз я отодвину картину, а сейчас покажите, пожалуйста, дорогу к центральному входу.
  От центрального входа я точно знала, как попасть к себе.
  
  -- Зачем тебе к центральному входу?- удивился молодой человек. - Лезь обратно и двигай картину. Все всем разжевывать нужно!
  -- Вы не слишком-то вежливы!- вспылила я.
  -- Слушай, тебя здесь быть не должно вообще! Ты меня не должна видеть!
  -- А где я должна быть? - спросила я с раздражением.
  -- А там, в комнате за картиной. Раз тебя запустили в элито кампо, значит делай, что тебе говорят! Еще из-за тебя выговор получу! Сигнал как сигнал был вроде и чего ты не послушалась? Если гул усиливается, значит, цель близка, понятно?- и он опять уставился в монитор.
  
  Ладно, не буду я унижаться перед этим сопляком. Сама выкручусь как-нибудь. Я вышла на балкон и полезла по пожарной лестнице наверх. По дороге поцарапалась и сломала ноготь. Опять оказалась в зале с белым роялем. В какую сторону идти не имело значения - куда ни пойдешь - все равно упрешься в этот чертов портрет. Ну и где же одаренные и необыкновенно интересные обитатели дворца? Садовник- хам, теперь - нахальный мальчишка. Старик сказал, что занят, а дама в пеньюаре захлопнула дверь перед моим носом. А в какое такое кампо меня запустили, и кто это сделал? Дэниэл сказал: "Ходите, изучайте, знакомьтесь, осваивайтесь", - вроде бы полную свободу предоставил, а тут будто капканы везде расставлены.
  
  Я, в очередной раз подошла к портрету дамы в мантилье. Гул усилился. Уперлась в раму с одного бока и толкнула ее. Ничего. Я зашла справа, уперлась в бок рамы всем телом и попробовала сдвинуть картину. Глухо. Тогда я потянула раму на себя. Картина оторвалась от стены, я упала на пол с грохотом, а картина на меня, и штукатурка посыпалась на нас сверху. Гул приобрел отчетливую загадочную мелодичность.
  Что за день такой? Сидеть бы тихо у себя в покоях и вообще никуда не выходить! Но там нет ни книг, ни телевизора, ни даже журнала завалящего, - думала я, чертыхаясь, и выбираясь из-под картины. Еще один ноготь сломала, кстати...
  
  За картиной действительно была дверь. Обычная деревянная дверь. Я прислонила картину к стене, и злорадно подумала, что востроносый юноша пусть теперь и вешает ее на место, ишь, умник нашелся.
  Дверь отворилась бесшумно, и я тихонько, на цыпочках, опасливо оглядываясь, прошла через небольшой коридор и оказалась в большой светлой почти пустой комнате. Возле окна располагался массивный кожаный диван, на котором полулежала лохматая женщина одетая в бесформенный балахон. На коленях у нее был ноутбук. На подоконнике - поднос с кучкой яблочных огрызков и тремя пустыми чашками из-под кофе, а на полу валялась горка конфетных оберток. Женщина смотрела в монитор, запустив пальцы одной руки во всклокоченные кудри, а во второй держала надкусанную шоколадку.
  Я робко кашлянула.
  Она подняла на меня глаза и воскликнула:
  -- Наконец-то! Спасибо, муза! Да какая хорошая, богатая! Не простушка- замухрышка, как в прошлый раз, а как раз такая, что мужчинам нравятся! Моему герою повезло, хоть и нелегко ему придется!
  -- Вы обо мне?
  -- Ну да!
  -- Мне очень приятно, что я - ваша муза.
  -- Вы - не муза. Моя муза, а вернее,- муз, сидит этажом ниже, его зовут Гена. А вы та, кого он прислал. Но почему это заняло столько времени? Вот, полюбуйтесь! - она кивнула на ноутбук.
  Я заглянул, там было написано: "В комнату вошла молодая женщина с пышными каштановыми кудрями, зеленоглазая, в светлом платье и легких сандалиях". - Эта фраза, - продолжала она - написалась пару часов назад, и с тех пор все глухо. Я так измучилась! Вы где-то плутали, а я вас ждала-ждала! Кучу конфет съела! - она кивнула на горку конфетных оберток на полу. - Я чувствовала, что вы где-то рядом, и мысль застряла на этой строчке. Но раз вы уже здесь, то все пойдет как по маслу.
  -- И впрямь, похоже на меня по описанию.
  -- Не просто похоже, а это вы и есть!
  
  Женщина эта решительно мне нравилась. Во-первых, она была симпатичной, а во-вторых, не скрывала своей радости по поводу моего появления.
  -- Мне очень приятно, что вы меня ждали. А я, знаете, в лабиринт какой-то попала, выпутаться не могла, все время в картину упиралась, потом дверь не могла открыть, картину даже со стены сбросила.
  -- Это все из-за Гены. Дежурный муз-оператор тебя не выпускал из кампо и направлял ко мне. Ничего, что я "на ты"?
  -- Конечно. Вообще, я не очень понимаю что здесь происходит.
  -- Этого никто до конца не понимает, даже админ, хотя не исключено, что он притворяется. Но ты не волнуйся, никакого насилия не будет, кровопролития тоже, не потому что я не умею об этом писать, а потому, что мне это не интересно и все подобное я глубоко презираю. Насилие - удел глупых и слабых.
  -- Неужели? Почему?
  -- Только тот, кто не может решить свои проблемы при помощи интеллекта и здравого смысла, начинает драться, убивать и насиловать. К тому же, люди с воображением умеют чувствовать чужую боль, поэтому всегда опасаются причинить боль другому. А скажи, кому интересны люди без воображения? Зачем же мне писать о примитивных существах? Так что моих героинь насилуют только, если они сами этого очень хотят.
  -- Я как-то не думала об этом. Да, наверно ты права. Ты сказала "героинь"? Я буду твоей героиней? Ты будешь обо мне писать?
  -- Ну, можно и так сказать. А ты разве не знаешь кто я? Меня здесь все знают.
  -- Нет. Я только вчера сюда попала.
  -- Вчера? И сразу во дворец, на верхнюю ступень этого уровня?
  -- Я имела в виду не Демонет, а дворец админа. Я прожила какое-то время в своем голденгрэйне на Другой Стороне.
  -- Ничего себе скачок! На Другой Стороне, насколько мне помнится, живут только новички. Твой статус в Демонете повысился слишком резко, у тебя, должно быть, голова кругом идет. Тогда неудивительно, что ты обо мне еще не слышала. Меня зовут Софья, еще иногда называют Софья Марковна, а некоторые шутники - Морковна.
   -- А я - Полина, в реале я...
   Она отмахнулась:
  -- Не надо о реале. Здесь! Все только здесь!
  -- А ведь я о тебе уже слышала. Одна женщина сегодня утром сказала: " Сказки будешь Софье Марковне рассказывать''.
   Она рассмеялась:
   -- Ага, у меня репутация собирателя сказок. Если знаешь какую-нибудь новую, то не забудь мне поведать. Ого! Смотри!- она указала на окна.
  
  В комнату робко заглядывали демоны, знакомые и незнакомые...
  
  -- Обычно их сюда не заманишь, чтобы убрать, видишь - какой беспорядок, - она кивнула на яблочные огрызки. - Им тут, видите ли, неинтересно, жрать нечего, потому что все мои страсти и эмоции направлены в сюжеты, а снаружи только яблочные огрызки. А тут они явно из-за тебя... я - то их хорошо знаю, - похоже, за тобой тянется шлейф неразрешенных проблем и необузданных страстей. Ты мне очень интересна, Полина. А я, пока муз не сработает, ем всякую чепуху, не могу удержаться - с детства вредная привычка. А как только герои появляются здесь - вообще аппетит пропадает, пишу, работаю, о еде забываю начисто!
  
  Она любила покушать, видно, эта Софью Марковна, даже на шее у нее болталось странное украшение - маленькая чайная ложечка с дырочкой.
  
  -- Правильно ли я поняла тебя? Ты - писательница, а я - твоя героиня?
  -- Да. Ты попала в элито кампо - это поле сюжета.
  -- Значит, кто в него попадает, становится героем твоего произведения?
  -- Правильнее сказать, в него попадает тот, кто должен стать героем будущего произведения.
  -- А муз что делает?
  -- Муз-оператор направляет мне подходящего героя, а так же закрывает вход всякому сброду. Если ты попала в кампо, то это значит, что произведение уже написалось на верхних уровнях, надо его только изложить, вот это и доверено мне. И все это устроил наш админ, он замечательный!
  -- Значит, админ мог предполагать, что я сюда попаду?
  -- Конечно. Но управление элито кампо все равно происходит на верхних уровнях.
  -- И ты будешь писать о том, что со мной будет происходить?
  -- Или наоборот. С тобой будет происходить то, что я буду писать. Это уж как получится, с такой героиней как ты будет много неожиданностей, ты даже картину сбросила! - она заметно развеселилась.
  -- А кто это будет читать? Я тут ни книг не видела, ни книжного магазина.
  - О, здесь вряд ли кто будет читать, а в реале - еще как! Сюжеты многих реальных книг основаны на пересказанных событиях, происшедших здесь. Демонет - это древний мир, а в реале испокон веков любили читать чужие истории и извлекать из них забавные выводы.
  -- А здесь не читают книг? И телевизоров нет, да и кинотеатров я не видела. Этого нельзя, что ли?
  -- Почему нельзя? Все можно, но это просто не востребовано.
  -- Как же так?
  -- С игроками в Демонете столько всего происходит интересного, что чтение художественной литературы значительно бледнеет по сравнению. А на высших уровнях Демонета - еще интереснее. Игрокам куда занятнее слушать себя, свои мысли и ощущения, чем читать о чужих приключениях. Может быть тебе сейчас сложно понять, но читать свою фуэрзу и фуэрзу других - куда увлекательнее, чем обычные буквы складывающиеся в слова и строчки.
  -- Но я же из реала, я не умею читать фуэрзы.
  -- Чепуха, я тоже игреалка. При желании можно всему научиться.
  -- А как же мне научиться?
  -- А это мы увидим, - ответила Софья Марковна уклончиво.
  -- Погоди, я же видела библиотеку на Той Стороне. Там что? Книги?
  -- Да.
  -- Значит туда приходят все же читать?
  -- Нет. Туда приходят писать свои, включая сны, мысли и ссылки на книги людей, с которыми довелось встретиться когда-либо. Там и моя есть. И много чего другого.
  -- Это о том, что случилось с тобой? А можно мне будет ее почитать?
  -- Конечно, мне будет приятно. Моя книга начинается с того, что я была очень толстой девочкой, которую дразнили дети во дворе, и о детских демонах, самых страшных. Но писать свою - куда интересней и важнее.
  -- Но почему?
  -- Если написать о том, что прошло и к чему нет возврата, то оно не умрет, не исчезнет. История будет жить вечно, разбиваясь на множество мелких капель. Пока ее будут читать, она будет жить.
  -- О, как это верно! Мне так мучительно жаль того, что прошло, и обидно, что ничего нельзя вернуть. Я подумаю над твоими словами. Спасибо тебе, ты - первый человек, с которым мне удалось поговорить нормально, а я уж было думала, что здесь нет вежливых жителей. Женщина в пеньюаре захлопнула дверь перед моим носом, а один старик меня почти что выгнал.
  -- Хм... если в пеньюаре, то это - Элина Драгомыжская. Не обижайся, она слишком прямолинейна, но не зла. А старик - скорее всего, мастер Дмитрий Илларионович Молтон, и он вовсе не старик, просто поседел рано.
  -- Мастер? Какой?
  -- Дел игрушечных мастер, ДИМ. О, вот это неожиданность - раз ты его видела, значит ты попала в его кампо тоже. Не будет ли конфликта интересов?- забеспокоилась Софья Марковна.
  -- А я что, завишу как-то от тебя или от этого ДИМа? Могу ли я распоряжаться собой, делать то, что хочется? Я должна спрашивать разрешения, что ли?
  -- Нет-нет, не волнуйся. Во-первых, ты никуда теперь не денешься - куда бы ты ни пошла - везде будет "элито кампо - поле сюжета" - ты потянешь его за собой, поняла? Делай, что хочешь, а самый верхний, тончайший слой твоей фуэрзы будет считываться для моей новой книги или игрушки ДИМа, а может быть и книги про игрушку, раз уж ДИМ здесь фигурирует. У героини будет твоя внешность, реакции, мировоззрение, и даже сексуальные фантазии. Вот и все. Это ни в коем случае не затруднит твою жизнь.
  -- Ну ладно. Но если я - героиня, то кто - герой?
  -- О! Удивительный персонаж! Обожаю его просто. Он - мой большой друг! Но сейчас он очень занят.
  -- Чем же?
  -- Тем, что старается не думать о тебе, и злится, что не получается.
  Я сразу подумала о Жене.
  
  -- А откуда ты это знаешь?
  -- А он уже был здесь.
  -- Здесь? У тебя?
  -- Ага. И кое-что приносил для тебя, но передумал отдавать.
  -- Почему передумал?
  -- Не решился. Ты могла догадаться, что это был, всего лишь, повод тебя увидеть. Герои бывают чертовски нерешительны.
  -- А где то, что он хотел мне передать?
  -- Когда-нибудь расскажу, не спеши, ладно? А то будет не так интересно. Ну что ты хмуришься?
  
  Сейчас Софья Марковна мне нравилась гораздо меньше. Оказывается, интрига для нее важнее, чем то, что я без Жени мучаюсь.
  
  -- Не сердись, Полина. Ты, лучше, вот что мне скажи, --она сменила тему. --Наверно здорово быть такой красивой? Приятно жить в таком облике? Красивых все любят.
  
  Я смутилась:
  -- По- разному бывает. Зато обидно становится, когда не любят. Должны, вроде, раз красивая, а не любят.
  
  Софья Марковна кивнула и внесла что-то в свой компьютер. Потом сказала:
   -- Красоту - замечают. А любят не за красоту.
   --Верно. Мне пора, пожалуй. А мы еще увидимся?
  -- Конечно, и не раз. Я тебе еще надоем.
  -- Я могу отсюда выйти к центральному входу?
   --Да, вот эта дверь... и я не прощаюсь надолго.
  
   ***
   Я села на край кровати. На сегодня хватит впечатлений, пожалуй. Странная эта Софья Марковна, вроде, хорошая и умная, а про Женю ничего рассказать не захотела. Ой, а вдруг она не Женю имела в виду? А кого же тогда? Не нужен мне никто кроме Жени.. Ну вот - одна мысль о нем - и сразу сладкая дрожь по всему телу... А и вправду хорошо бы записать все, что случилось в Демонете. Если мысли записывать, то они упорядочиваются... Не для этого ли я и блог в реальной сети завела, с которого все началось? Нет, все началось с доктора Хьюза и Вики, нашей общей пациентки. Ой!- я вскочила с кровати. -- Софья Марковна сказала, что в детстве была толстой девочкой, которую дразнили дети во дворе. А Вика же дразнила толстую девочку, которая сказки любила рассказывать - как ее звали? Точно! Сонечка! Нет, не может быть! А почему, собственно, не может быть? Удобно ли у нее спросить об этом, она ведь о реале ничего слышать не хочет и админ предупреждал, что здесь не принято говорить о реале. Да, я должна все записать, чтобы ничего не забыть. А нет ли у меня здесь карандаша и бумаги? Надо бы порыться в ящиках, да только сил уже нет. Завтра поищу. Вообще ноутбук неплохо бы или карманный компьютер - удобно ли Дэниэла об этом попросить? Может он сам догадается... не люблю просить. А хорошо бы блокнот такой иметь - только подумал о чем-то, а оно само записалось.
  На постели лежала новая тонкая белая прозрачная ночная рубашка. Кто-то был здесь, убрал вещи в шкаф, вытер пыль, положил свежую ночную рубашку и даже откинул край покрывала, заманчиво так - чтобы хотелось туда нырнуть. Я и нырнула, растянувшись голышом на прохладных простынях, накрылась легким расшитым одеялом. Жалко спать когда столько интересного вокруг. Может, лучше пойти куда-нибудь? Встала, надела рубашку, открыла балконную дверь, чтобы вечерний воздух наполнил спальню. Лестница была на месте, и ступеньки будто манили меня вниз. В глубине сада зажглись разноцветные фонарики - красиво как! И звук льющегося водопада слышался вдалеке... Нет, не пойду никуда, устала... спать.
   Вернулась в спальню, легла, укрылась, и тут же опять села на кровати. В слабом свете передо мной мерцал Глашин рисунок в рамочке, которую Женя сделал. Только сейчас заметила, что картинку уже доставили из прежнего голденгрэйна, и даже повесили напротив кровати. Красивый рисунок, черт возьми! И дождь, и ветви деревьев, и лица зрителей, и я - голая, крупным планом, в венке... Бедра широкие, грудь крепкая, в движениях чувствуется гибкость и страсть... ведь я думала о Жене в тот момент... Когда мы с ним еще свидимся?
  Только глаза стали слипаться, в дверь постучали. Я надела ночную рубашку и завернулась в покрывало.
  
  -- Полина, откройте, пожалуйста! - незнакомый мужской голос.
   Он вошел. Седые космы и борода создавали удивительный контраст с молодым лицом. Длинный, сутулый... Сразу бесцеремонно оглядел меня с головы до ног, и заявил без всякого вступления :
  -- Вы мне не подходите.
  -- Для чего, простите?
  -- Как модель для куклы.
   -- Я должна обидеться после такого заявления или обрадоваться?
  -- Как хотите. Вы попали в мой кампо, и я, согласно демокодексу, должен вас учесть. Я сделаю несколько набросков на всякий случай, а если кто-нибудь спросит, скажите, что я вас видел, но не взял.
  -- На какой случай?
  -- Если кто-нибудь спросит.
  -- А кто спросит?
  -- Может и никто. Я же сказал - на всякий случай.
  -- А вы игрушечный мастер, правильно?
  -- Да, я ДИМ.
  
  Он вытащил альбом и карандаш.
  -- Повернитесь в профиль, пожалуйста. Ну, я же сказал "пожалуйста"!
  -- А завтра нельзя это сделать? Я хочу спать.
  -- Мне некогда ждать, уж, извините, - он сказал последнее слово подчеркнуто громко.- Видите, я стараюсь быть вежливым, вы уже успели пожаловаться Морковне, что я - один из местных хамов, вот я и стараюсь исправиться. Вы недалеко ушли от реала, как я погляжу, если вам так дороги условности.
  
  ДИМ казался сердитым. - Да, и на всякий случай извините, что потревожил. Вы обиделись, что я вас не впустил сегодня днем? Но у меня была срочная работа и, к тому же, принял вас за игрунью.
  -- За кого вы меня приняли?
  -- За игрунью-заказчицу, а вы...
  -- А я кто?
  -- Вы? - он говорил, зарисовывая меня быстрыми штрихами. - Вы - игрушка, а я - игрушечных дел мастер. Поэтому, нет необходимости в церемониях и дежурных словах. Понимаете теперь?
  --Да, конечно, все так понятно, что дальше некуда!- сказала я с вызовом.
  -- Как интересно!- удивился ДИМ. - Чудесная кукла могла бы получиться!
  -- Вы только что сказали, что я не подхожу для модели куклы.
  -- Мне вы не подходите. У вас слишком умное лицо, и вы знаете себе цену, поэтому никто из моих заказчиков не сможет вас себе позволить. Мне вы не подходите, но другие мастера могут заинтересоваться моими эскизами.
  -- Наверняка вашим заказчикам подходят глупые мордашки? Из них получаются хорошие куклы.
  
  ДИМ опять усмехнулся:
  -- Вам обидно, что вы мне не подходите, несмотря на то, что вам этого и не хочется вовсе. Вы, пожалуй, предпочли, чтобы я вас упрашивал быть моей моделью, а вы бы капризничали.
  -- А вот и нет! Я ужасно рада, что не подхожу вам, потому, что я терпеть не могу игрушки.
  Последнее я сказала специально, чтобы задеть его, но мои слова не возымели должного эффекта.
  -- Это совершенно нормально. Все куклы ненавидят игрушки.
   По мере того как он рисовал, я начинала сердиться.
   -- Вы пришли сюда, помешали мне спать, и еще заявляете, что я вам не подхожу! Зарисовывайте быстрее и уходите! Я ненавижу игрушки, а уж кукол особенно. Мне дарили много игрушек в детстве, среди них было полно кукол. Красивых, нарядных. Они сидели в уголке и пылились. А мои подружки устраивали с ними целые спектакли: переодевали их, нянчили, сажали на трон, даже прислуживали им. А мне все это было смертельно скучно - я никогда не принимала участия в игре. А как я радовалась, когда очередная кукла ломалась - теперь ее можно было выбросить с чистой совестью. И я выбрасывала их в мусор с наслаждением. Но мне дарили новых. А самый ненавистный для меня магазин - это игрушечный. Иногда мне приходится покупать игрушки детям друзей, и я вхожу туда с ненавистью. Мерзкие рожи - кукол, клоунов и заводных обезьян смотрят на меня со всех сторон - будто просят их купить, но я покупаю мозаики и конструкторы - хоть какая-то польза от них!
  И чего я вдруг это вспомнила? И чего я раскричалась? Все это время ДИМ смотрел на меня с удивлением, даже отложил карандаш. А в конце моей тирады сказал:
  -- Дети, которые играли вашими куклами, были мастерами или игрунами. А вы - сами кукла. Но не для этого уровня. Слишком сложная модель.
  -- Откуда вы знаете?
  -- У меня большой опыт. Повернитесь спиной, пожалуйста, и посмотрите на меня из-за плеча... вот так. Вы сами хотите, чтобы в вас играли, а в других куклах вы видите конкуренток. Это не упрек - вы такой созданы - сложная красивая игрушка, но слишком гордая и упрямая, которая много радости может принести, если правильно играть, - его голос смягчился. - Есть люди игрушки, а есть такие как я - мастера, а есть и третья категория людей...
  -- Игроки, - догадалась я.
  -- Мы называем их игрунами. Если вы им наскучите, они забросят вас в угол, вы покроетесь пылью, и будете очень несчастны. А если вам на пути встретится человек-игрушка, то ничего хорошего от такого союза ждать не приходится. Когда-то я встретил женщину, которая сама была мастером - мы были несчастливы с ней. Ну вот, я закончил рисовать. Извините, что нарушил ваше уединение.
  -- Подождите, а бывает мастер-игрун?
  -- О, да! Это мечта каждой куклы! Он сам вас смастерит из сырого материала, сам обучит - вы расцветете в его руках. Он будет вас улучшать и совершенствовать, наслаждаясь игрой, любуясь вами. Он сделает вас для себя, и тогда вы оба будете счастливы. Но если с ним что-нибудь случится, умрет, например, или вас у него украдут и - попадете вы к другому игруну... Хорошо если тот сможет оценить тонкую работу вашего мастера! А есть такие забавники: посадят вас на комод и любуются, пылинки сдувают, а вы от скуки сбегаете от них сами. Но бывает так, что создавший вас мастер, наигрался, да и бросил. А может просто потерять или подарить другому, продать, наконец.
  -- Вы сейчас обо мне говорите или вообще?
  
  Я даже не заметила как села у ног ДИМа на низкую скамеечку и слушала его, открыв рот. У него был красивый глубокий голос и интонации как у сказочника.
   Он усмехнулся. Ему был приятен мой интерес.
   -- Куклы любят, когда о них говорят. О вас? Извольте. Ваш мастер захочет вас обменять.
  -- Вы о чем? Кто мой мастер?
  -- Я его не знаю, но видел черновики Софьи Марковны...
  -- Там есть о том, что я - игрушка?
  -- Косвенно.
  -- А она писала о моем мастере? А что было в черновиках?
  -- Она писала о мастере, похоже, что о вашем. Он ценит вас как тонкую работу, ему интересно вас изучать и улучшать, играть, в процессе изучения он нажимает на разные пружинки, а вы вертитесь и прихорашиваетесь в его руках...
   О чем он говорит? Бред какой-то!
  -- А зачем же тогда меня обменивать? Это же страшно. Я ему надоем?
  -- О, поверьте, обмен - это не самое страшное, что может случиться с куклой. Нет, вы ему не надоедите, он обменяет вас неохотно, поступившись собственными интересами. Он бы и сам играл вами с удовольствием, но на своей территории и по своим правилам. А на этой ему несподручно.
  
  Ну вот, теперь мне не хотелось, чтобы ДИМ уходил.
  
  -- Как странно все, что вы говорите. Вы уверены, что она обо мне это написала? А вы сразу видите кто мастер, игрун или игрушка?
  -- Да, сразу, невооруженным глазом.
  -- А можно мне посмотреть ваши игрушки?
  -- Можно. Если меня не будет, то попросите моего ученика показать вам готовые игрушки. Сможете еще раз убедиться, что вы их ненавидите.
  -- О, у вас есть ученики?
  -- В настоящее время только один. Вчера прибыл. Таких как он - у меня еще не было, он музыкант, и в свободное время работает над музыкальными игрушками. Блестящий мастер из него может получиться, если он решит на этом остановиться. Он учится у меня распознавать людей- кукол, а после пишет к ним музыку, получаются прекрасные игрушки, танцующие под его музыку. Он далеко пойдет. Я рекомендовал ему совершенствовать искусство подбора личной музыки к любому человеку.
  -- А зачем?
  -- Чтобы помочь ему высвободиться от внутренних оков. Ну да вы об этом лучше у него спросите.
  -- Кажется, я теперь соглашусь с Софьей Марковной, что людей изучать интереснее, чем книги.
   ДИМ тонко улыбнулся: - Все, благодарю вас, Полина, и - как говорят в реале - спокойной ночи, хотя здесь это пожелание означает скучное времяпровождение
  Хотите посмотреть? - он протянул мне эскизы. Да, это я, но глаза больше чем на самом деле, кудри крупнее, голова склонена на бок.
  
  ДИМ сложил рисунки в папку, поклонился и вышел.
  Можно поспать, наконец. Уже глубокая ночь, небо заволокло, звезд не видно... откуда этот свет? Рамочка на стене поблескивает, и картинка будто оживает. Интересно, доведется ли еще когда-нибудь танцевать голой под дождем? Музыка, что Валентин включил, была просто волшебной - будто внутри меня звучала. Ну, все, сплю... мне снится эта музыка...
  
   ***
   Админ был всегда предельно вежлив: целовал мне руку при встрече, то и дело спрашивал не нужно ли чего, и казалось, старался предупредить каждое мое желание. Об обитателях дворца он рассказал следующее: здесь живут игроки, которые могут быть ему полезны в решении ежедневных проблем, а так же одаренные личности, которым по разным причинам жизнь во дворце очень удобна. В этом же голденгрэйне расположены виллы игроков самостоятельно дошедших до верхней ступени первого уровня Демонета, и там часто происходят интересные события и увеселения, обычно по ночам, и если я пожелаю, то он найдет мне провожатого.
  Красивый мужчина, все же, Дэниэл - тонкие черты лица, движения быстрые, гибкие, походка легкая, стремительная, шаги бесшумные... Интересно, он женат? А принято ли тут жениться, в Демонете? А есть ли у него женщина? Я вспомнила слова Хьюза, что в сексе уроженцы Демонета - непревзойденные умельцы, потому что считывают информацию с верхнего слоя фуэрзы и точно знают, чего хочет партнер в каждый последующий момент. Как интересно! А считывает ли Дэниэл интерес к этому вопросу вообще и к своей личности в частности? Ой, надо перестать об этом думать, - мало ли что он там считывает. Вот бы посмотреть на такой секс хоть одним глазком. Ах, боже мой, что за мысли в голову лезут! Мне ведь работа предстоит - интересная и увлекательная, админ мне такое доверие оказывает, а я о сексе думаю, да еще не о своем. А все же занятно: почему я подумала, что хорошо бы посмотреть, а не попробовать. Я боюсь пробовать, наверно.
  -- Полина! - позвал меня Дэниэл.-- Вы замечтались о чем-то? Вы не забыли, что я могу осуществить любые ваши мечты?
  -- Спасибо, Дэниэл. Я помню об этом.
  
  Он хитро улыбается, поглядывая на меня, будто знает о чем я думаю. Но я действительно прослушала то, что он мне говорил.
  - ...сначала, я хотел было устроить конкурс поваров и кондитеров, чтобы ускорить дело, но потом подумал, что лучше бы кулинару находиться в естественной обстановке.
  -- А он обязательно должен быть профессионалом?
  -- Желательно. То есть, не исключено, что вам понравится стряпня какой-нибудь домохозяйки, но ведь мы ей предложим работу, а не всякая домохозяйка выдержит подобную нагрузку.
  -- Согласна.
  -- Я бы не хотел навязывать вам свои правила, но все же вы должны различать следующие вещи. Бывает, что повар любит свою работу, варить и печь - его истинное призвание. А бывает, что повар любит конкретного человека, для которого готовит. Идеальный вариант - соединить оба параметра. В случае с юным кондитером Романом Бойко, о котором вы мне рассказывали, произошло вот что: вы ощутили в его пирожных - любовь к работе кондитера и счастье изобретения нового рецепта. А если такой кондитер будет печь специально для вас, то эти пирожные могут стать фейерверком ощущений. Но дело не только в этом. Я вчера наблюдал за этим молодым человеком. Он наслаждается абсолютно всеми составляющими процесса. Он замешивал тесто, раскатывал его, вырезывал из него фигурки, выпекал, готовил начинку для пирогов, прослаивал пирожные, украшал их из кондитерского шприца, лепил марципановых зайцев, а время от времени отходил и любовался делом рук своих. Он удивителен. С верхнего слоя фуэрзы я считал, что он безмерно благодарен вам за возможность заниматься любимым делом на верхней ступени этого уровня. Помимо прочего, он искренне хочет доставить радость или хотя бы несколько приятных минут тем, кто будет есть его пирожные, не зная своего едока, независимо от его личности. А помните ли вы, что произошло после того, как вы съели пирожное им изготовленное? Вспоминайте! Это - важный момент.
  -- Я намеревалась обедать в доме Валентина, но изменила свое решение после того как съела пирожное. Возник порыв срочно вернуться домой, в смысле, в свой голденгрэйн.
  -- И что было дальше?
  -- Я извинилась, попросила показать мне кратчайший путь, и, сломя голову, побежала домой.
  -... не задумываясь о том, почему возникла такая срочность? - уточнил Дэниэл.
  -- Да.
  -- И вы не пожалели об этом решении?
  -- Нет! Дома меня ждал Женя. Я думала, что больше не увижу его - он не обещал вернуться, и вдруг я его там обнаружила!
  -- Вашего партнера? Казадора?- админ поморщился.
  -- Да. А можно мне узнать, где он сейчас?
  -- А разве я держу это в секрете?
  -- А разве нет?
  -- Вовсе нет. Он по-прежнему в Демонете, в городе на Той Стороне.
  -- Но где же он живет? Ведь моего прежнего голденгрэйна больше нет.
  -- Казадор живет в небольшой комнатке над антикварным магазином. Он устроился на работу помощником антиквара, и я догадываюсь в чем конкретно заключается его работа, но пусть пока порезвится.
  -- А он думает, что меня в Демонете нет?
  -- Я бы и сам хотел знать, что он думает. Логика казадоров, как и всех борцов с, так называемым, злом, часто бывает непредсказуемой.
  -- Дэниэл, вы сказали, что он придет за мной, а когда?
  -- Когда узнает, что вы здесь. Вы - единственный фуэнсен на этом уровне, поэтому рано или поздно он узнает о вас.
  -- А как же он остался здесь, без меня?
  -- О, он нашел довольно интересный способ.
  -- И ничего мне не сказал об этом, - в моем голосе зазвучали слезы.
  -- Полина, я не хотел о нем говорить, чтобы не расстраивать вас. Прошу вас, успокойтесь. Вы же не станете переживать из-за человека, для которого быть с вами не является приоритетом?
  -- Не волнуйтесь, я уже взрослая.
  -- Э, нет, так не пойдет. Вы сейчас расплачетесь. Хотите увидеть его?
  -- Нет. Не хочу.
  -- Верное решение. Если бы я полагал, что эта встреча принесет вам радость, я бы сам настоял на ней, - админ подал мне свой тонкий батистовый платок.
  -- Как же вас отвлечь? Хотите свежих утренних пирожных от Романа? Он работает на маленькой кухне, до того как произойдет полная реконструкция дворцовой. Софья Марковна уже три раза к нему сегодня забегала, не говоря уже о других обитателях дворца. Хотите?
  -- Не надо, спасибо.
  -- Ну-у-у вот... женские слезы непереносимы не только для мужчин-игреалов.
  
  Вправду ли он сочувствовал мне? Он гладил меня по плечу, вытирал слезы платком, пока я не взяла себя в руки и не сказала, что готова продолжать разговор. Он кивнул.
  -- Мы остановились на том, что вы, Полина, тогда не пожалели о своем решении вернуться домой?
  -- Верно!
  -- Но вы не связали это решение с пирожными, правда?
  -- Нет. Мне было странно, что Глаша не чувствовала, что в коробке пирожных есть любовь. Это было очень сильное ощущение.
  -- Но она же не фуэнсен. Кроме вас никто и не почувствует. А произошло вот что: пирожное такого кондитера как Роман, подействовало на вашу фуэрзу определенным образом, подсказав вам правильное, хоть и неожиданное решение, и вы послушались, доверились ему. Подобные решения приходят не только к фуэнсенам. В реале это иногда называют предчувствием, шестым чувством или как-то еще. У этих явлений есть разные источники, но в этом случае, оно возникло в результате мощного фуэна вложенного в пирожное.
  -- Но если вы считываете верхний слой фуэрзы, то вы можете сами определить с каким настроением работает повар.
   -- Верно! Могу. Но чувствовать фуэн в уже приготовленной пище, может только фуэнсен, но этим его возможности не исчерпываются!
  -- Я, кажется, начинаю понимать важность всего этого. Это так интересно!
  -- О, и это только начало, дорогая Полина. Не будет преувеличением если я скажу, что интереснее этого для вас вообще ничего не должно быть. А теперь о деле. Вам предстоит небольшая командировка, в другой город, на охоту за подобными ощущениями. Но есть проблема - вы плохо переносите локальные демовэйвы, а ведь сюда, к Центральным Воротам, вы попали на модераторском, одном из самых быстрых и удобных. Из-за этого я могу отправить вас только в близлежащий город, куда можно добраться на лодке за несколько часов. Есть города поинтереснее, но дорога туда займет несколько дней, а в некоторые - обычный путь не вообще не предусмотрен. К сожалению, близлежащий город не самый легкий для жизни и приятный, особенно для новичков.
  -- Это ничего. Конечно же, я поеду. А в чем будет заключаться работа?
  -- Меня радует ваш энтузиазм, но ничего другого я и не ожидал. Приятнее работы просто не бывает: прогулки по городу с обязательным посещением кафе и ресторанов. Ведите себя как обычный посетитель, и доверяйте своей фуэрзе: если будут подобные ощущения как в случае с Романом или же другие, но не менее интересные, то запомните имя кулинара и адрес заведения. И это все. А в свободное от работы время - развлекайтесь и отдыхайте. Но поскольку вы - новичок, я бы предпочел, чтобы вы отправились с каким-нибудь спутником. Но вот - незадача - придется сообщить ему, что вы - фуэнсен. Новости здесь распространяются мгновенно, а я бы не хотел, чтобы кто-нибудь узнал о вас раньше, чем вы найдете нужных нам кулинаров, да и сами кулинары не должны ни о чем подозревать. Но кого же послать с вами? Не демона же, в самом деле.
  
  -- Почему бы нет?- я услышала знакомый скрипучий голос. - Мой мальчик, я готов сопровождать Полину, охранять ее и всячески помогать. К тому же никто не знаком с Чужим Городом лучше меня. Мы с Полиной отлично ладим, правда, детка?
  
  Я растерялась, и даже не успела ответить, но Дэниэл покачал головой
  -- Спасибо, Ахх.
  -- Спасибо - да или спасибо - нет?- переспросил тот.
  -- Спасибо, нет. То есть, я не могу запретить тебе возникать в Чужом Городе, когда тебе заблагорассудится, но твое вмешательство крайне не желательно.
  -- Мой мальчик, а может быть ты сам хочешь прокатиться на кораблике с такой приятной дамой? Я буду только рад за вас.
  -- Нет. Меня узнают и начнут строить догадки.
  -- Ничего, Дэниэл, я справлюсь сама.
  -- Храбрая какая! Это не просто Чужой Город, это Город Чужой-Чужой, понимаете?
  -- Не совсем.
   -- Бывают чужие города, в которых чувствуешь себя как дома, а бывает, свой город вдруг чужим становится. А этот город - чужой изначально. Для всех.
   -- А чего нужно опасаться?
  -- Неожиданных встреч, незнакомцев, и особенно - желания с ними встретиться вновь, а так же некоторых магазинов, а особенно мелких лавочек, которых развелось слишком много в последнее время - вот я до них доберусь!
  -- Мой мальчик, ты нарушаешь правила игры, тобой же установленные, - заметил Ахх. - Нельзя ограждать игрока от всего подозрительного. Да и чего стоит игра без азарта, неверных ходов, разочарований, переживаний и обманутых надежд. Одно чувство безысходности чего стоит! И что может быть круче ощущения безвозвратности момента?
  -- Ну ладно тебе. Мне нужен счастливый и веселый фуэнсен. И ты же понимаешь, что случай с Полиной - особый. Я не могу допустить вмешательства других, заинтересованных в фуэнсене лиц, - ответил Дэниэл.
  -- А я не буду ни с кем разговаривать, - заверила я его.- Буду заниматься своим делом и все. Если почувствую в приготовленном продукте такую же любовь как в случае с Романом, я узнаю имя повара или кондитера, и пойду себе дальше.
  -- Ну ладно. Второй вопрос. Вам понадобятся демонеты. Я мог бы обеспечить вас безналичной системой расчета, но вы привлечете внимание, впрочем, вы, так или иначе, привлечете внимание. Установленные мной самим правила, сейчас будут работать против меня. Ладно. Если не хватит демонет, зайдете в местное отделение банка, спросите Павла Кунца, и он все устроит. Запомнили?
  -- Мальчик мой, а не отправить ли с Полиной нового ученика ДИМа? Ему совсем не помешает небольшое путешествие - пусть попрактикуется в написании музыки к жителям Чужого Города, и Полине будет веселее, - глаза Ахха хитро блеснули.
  -- Он сейчас с ДИМом работает над созданием новых музыкальных игрушек. Если они уже начали совместный проект, то ДИМ будет очень недоволен. Я узнаю как обстоят дела... Полина, будьте добры, подождать меня, - Дэниэл вышел.
  
  Ахх погладил меня по голове:
  -- Все идет хорошо, детка. Ты - умница. Я даже не ожидал, что у тебя с админом такие хорошие отношения завяжутся. Он бывает капризен и недоверчив. Я избаловал его немного, жалел... ведь он рос сиротой.
  -- Он же родился в Демонете. Его родители умерли?
  -- Разве я облюбовал бы себе такой печальный мир, где можно умереть?
  -- А здесь разве не умирают? Я сама видела кладбище на Той Стороне - случайно забрела туда. На могильных плитах были имена, но не было дат.
  -- А, ну это ничего, - засмеялся Ахх. - Было бы куда подозрительнее, если бы еще и имен не было. Или одни даты.
   -- А где же родители Дэниэла? Они бросили его?
  -- Нет. Они были недостойны его. Ах, детка, жаль, что он против нашего совместного путешествия, мы бы могли с тобой о многом поболтать.
  -- Но ты ведь можешь появляться где захочешь.
  -- Это так, но все же, я не хочу его сердить, он - админ, а я, как и все, должен повиноваться демокодексу.
  -- Подожди, ты сказал, что здесь нельзя умереть, значит, уроженцам Демонета нечего бояться? Возможно ли это? Они не могут заболеть? Их нельзя убить?
  -- Убить можно и заболеть они тоже могут.
  -- Но тело не перестанет жить?
  -- Смерть тела - не самое страшное, что может случиться. Мы еще не говорим с тобой на одном языке, детка. По ходу игры ты найдешь ответы на свои вопросы. Чем больше верных ходов, тем больше интересного. А вот и Дэниэл вернулся!
  
  -- Полина, возьмете с собой только самое необходимое на три дня и не забудьте теплую одежду - там середина осени, - сразу заговорил админ. -- Отправитесь завтра утром, на рассвете. У Западных Ворот моего голденгрэйна, у Старого Причала, вас будет ждать кораблик. Управление автоматическое - он поплывет по назначенному курсу и причалит в Чужом Городе через несколько часов. Там вы поселитесь в гостинице "Деморада". Гуляйте по городу, заглядывайте в кафе и рестораны и фиксируйте свои ощущения. Вот, - он подал мне тяжелый кошелечек с демонетами, - это вам на расходы. А вот карманный компьютер, там есть электронная карта города и другая полезная информация. Ваш спутник освободится завтра вечером, и я сразу же отправлю его в Чужой Город на демовэйве - он найдет вас в гостинице. Я бы предпочел, чтобы по городу вы ходили вдвоем, у каждого из вас - будет своя работа. Он тоже новичок, взлетевший на верхнюю ступень, надеюсь, что он не будет задавать лишних вопросов, хотя запретить ему это делать я не могу.
  -- Я все поняла. Что еще я должна учесть?
  -- Пожалуй, это все. Счастливого пути.
  -- И помни, - добавил, молчавший все это время Ахх, - Чужой Город - не место для глупостей.
  -- Да,- добавил Дэниэл,- все же скажу. Не входите в мелкие лавочки, торгующие всяким хламом, а так же ломбарды и подозрительные мастерские.
  -- Но, Дэниэл, - перебил его Ахх, - а если Полине понадобится купить себе шпильки-булавки или сувенир на память? Можно, можно, детка, заходить и покупать все, что хочется, но так, чтобы не терять входную дверь из виду, понимаешь? А вглубь лавочки или подсобки не входи ни в коем случае.
  -- Да, - согласился админ, - все верно. После работы лучше развлекаться в гостинице - там у нас все под присмотром. Договорились?
  Я кивнула.
  Задание представлялось мне совершенно несложным: гулять по Чужому Городу, есть в кафе и ресторанах. Что может быть приятнее? Пойду собираться... Когда я проходила по холлу, путь мне преградила та самая же женщина, которая захлопнула передо мной дверь. На ней тогда был зеленый пеньюар, и сейчас была одета в нечто бесформенное, полупрозрачное и развевающееся при ходьбе.
  -- Постой!- сказала она резко.
  -- Я вас слушаю.
  Она бесцеремонно оглядела меня с головы до ног, в ее глазах мелькнуло любопытство. Она была очень красивая, тонкая, высокая, с огромными серо-голубыми глазами, длинными ресницами и нежным, но очень нервным лицом.
  
  -- Кто из нас красивее?- произнесла она, непонятно к кому обращаясь.
  Я удивилась. Женщины всегда задают себе подобный вопрос, находясь в обществе других дам, но это никогда не произносится вслух.
  -- Мы совсем разные, - сказала я как можно спокойнее.
  -- Давай разденемся и сравним, а? Перед зеркалом, - предложила женщина. - Зайди ко мне.
  -- Что за странное предложение? Зачем сравнивать?
  -- Ты уверена, что ты красивее, правда? Женственнее?
  У нее был только намек на грудь и бедра.
  -- Ни в чем я не уверена. Я вообще об этом не думаю.
  -- Ты такая же врунишка как все игреалки.
  Судя по ее реакции, она - уроженка Демонета. Я повернулась, чтобы уйти.
  -- Подожди! Ты кто? Новая кукла ДИМа?
  -- Нет.
  -- А чья? Не админа же... Он не связывается с игреалками - с вами много хлопот.
  -- Я не претендую на его внимание, не беспокойся.
  --А почему он проводит с тобой столько времени? Вы даже обедаете и ужинаете вместе. Почему отвел тебе одни из самых лучших покоев во всем дворце?
  -- Мне не нравится твой тон. Ты не слишком вежлива.
  -- Что у тебя там такое?- она увидела кошелек в моих руках. - Ого! Сколько демонет! За что он платит тебе?
  -- Будь здорова! - я повернулась, чтобы уйти, но она преградила мне путь.
  -- А ну отойди!
  - -А то что? Будешь драться со мной или админу нажалуешься? У тебя широкие бедра и классная задница. Я всегда хотела иметь широкие бедра. А какая у тебя грудь? Покажи, а? Ты - гибкая, у тебя мягкие, плавные движения. Пространство вокруг тебя становится теплым и бархатным, свет мягким, а во рту сладко, но в меру- такое не часто встречается, - она коснулась моей руки, - И кожа у тебя гладкая. Приходи после заката на виллу Сажан - будет небольшой праздник, по-вашему - оргия, с нами, уродами.
  -- С кем?
  -- Ну это же вы нас, уроженцев Демонета так сокращенно называете - уроДы. Придешь? Давай дружить - как у вас говорят.
  -- Зачем мне туда приходить?
  -- Обоюдный интерес. Ты получишь неизведанный доселе кайф - от секса и прочих игр, а мы - кайф от чтения твоей фуэрзы - наблюдать за реакцией новичков для нас - лучшая забава.
  -- А кто ты, вообще, такая?- я взяла ее тон.
  -- Я Элина Драгомыжская, - специалист по тайным желаниям.
  -- Нет, благодарю, я уезжаю завтра на рассвете, мне нужно выспаться.
  -- А мы тебя проводим прямо до демостанции. Ты куда собралась?
  -- Нет, спасибо, я сама.
  Какая девка неприятная. Хочет выведать у меня кто я и куда еду.
  -- И в оргии я не хочу участвовать. Мне это противно.
  -- Ага. Ахх говорил, что ты не согласишься. А почему?
  
  Я ничего не ответила, резко повернулась и ушла. Из ее слов можно сделать заключение, что существует негласная вражда, конкуренция или неприязнь между уроженцами реала и уроДами. Это, наверно, обидное слово, хоть и сокращение - не буду его употреблять.
  
  V. ЧУЖОЙ ГОРОД
  
  Я вышла из дворца на рассвете с дорожной сумкой через плечо, в прекрасном настроении, и, весело напевая, направилась к Западным Воротам. Сумку эту мне вручил админ, перед дорогой. Я упаковала в нее все, что он советовал: вещи и белье на три дня, теплый плащ с капюшоном и тяжеленький кошелечек с демонетами. Когда я путешествовала в реале, то всегда брала с собой книгу, чтобы читать в дороге, а тут книг никаких не было, но и потребности в них тоже не было - столько всего надо было обдумать и свои ощущения слушать - куда еще чужие истории читать, - права была Софья Марковна.
  Сумка казалась невесомой - это было так удивительно, что я остановилась и заглянула внутрь, чтобы удостовериться все ли на месте. На подкладке золотистыми тоненькими ниточками, было вышито "Сделано в Амаполе", а буквами помельче "гильдия мастера Косса".
  У Западных Ворот было пустынно, а чуть поодаль, на пригорке, стоял дом, окруженный кривыми соснами. Он был такой ладненький, беленький, с черепичной крышей, уютным крыльцом, резной калиткой и затейливым, увитым виноградом, забором. Так и хотелось постучать в дверь и заглянуть туда - но некогда - меня кораблик ждет.
  Через реку дугой был перекинут мостик. И я вдруг подумала, что вот так хотела бы жить с Женей, в таком домике, среди кривых сосен, ходить по мостику на другой берег, и сидя на крыльце, глядеть на воду, а иногда плавать вместе. Я остановилась на минутку, зажмурилась и представила себе, что Женя сейчас выйдет из дверей этого дома и скажет: "Полинка, иди ко мне, моя любимая". Из мечтаний меня вывел лязгающий звук засова и скрип открывающейся калитки - я открыла глаза, но вместо Жени увидела садовника Назара.
  -- Доброе утро,- я поздоровалась почему-то осипшим голосом.
  Вместо ответа - только хмурый взгляд из-под светлых бровей.
  -- Скажите, далеко ли до Старого Причала? - я спросила специально, чтобы он, чего доброго, не вообразил, что я пришла к нему.
  Садовник только мотнул головой, мол - недалеко, жестом указал мне дорогу, прикрыл калитку, и быстро зашагал в сторону дворца. На работу пошел, наверно. Ну надо же - такой неприятный мрачный тип, а живет в таком уютном веселом доме.
   ***
   Я ожидала увидеть такую же старинную ладью как в голденгрэйне Валентина, но у Старого Причала меня ждал вполне современный белый кораблик с названием "Зефир". Трап опустился за мной, дверь закрылась автоматически. Я прошла на нижнюю закрытую палубу, где располагалась панель управления. Здесь же был - бар-холодильник. Вспыхнул экран с надписью: "Полина Аксен, добро пожаловать на борт "Зефира. Пункт назначения - Чужой Город".
  "Выберите скорость"- зажглась следующая надпись. Я, подумав, выбрала среднюю.
  "Вы прибудете в Чужой Город в 11:37 по местному времени" - сообщил экран, и добавил "Приятного пути, Полина". На мониторе засветилась карта с передвижной стрелкой. Кораблик тронулся и мягко выплыл на середину реки. На верхней открытой палубе располагались удобные кресла и столики. Внизу я обнаружила несколько уютных кают. Одна из дверей была заперта, я дергала ее, но безуспешно. На мониторе вспыхнула надпись: "Извините, Полина, дверь откроется на обратном пути - и вас ждет приятный сюрприз". Электронные устройства в Демонете явно вежливее местных жителей.
  Поросшие зеленью берега были пустынны, изредка можно было увидеть рыбацкую хижину.
  Так, сейчас самое время, проанализировать все происходящее, никто не мешает, не отвлекает, и ветер ласково треплет кудри. Итак, я неожиданно перескочила на верхнюю ступень первого уровня Демонета, минуя те страшные испытания и соблазны, которыми меня пугал доктор Хьюз. Хьюз родился в Демонете, но по каким-то причинам живет в реале. У меня обнаружились редкие способности, я - фуэнсен. На этом уровне других фуэнсенов нет, а о верхних уровнях Дэниэл говорит неохотно. Демоны меня пока не трогают. Их повелитель Ахх со мной почтителен. Женя меня не любит. Он живет на Той Стороне и работает у антиквара. Он холодно избавился от меня, видно, в отместку за мой отказ стать казадором. Но какого черта он пишет мне в реале письма и даже собирается прислать подарок на день рожденья - не ясно. Правильно ли я поступила, согласившись принять подарок? Есть ли шанс, что мы когда-нибудь будем вместе? Смогу ли я простить ему холодное равнодушие?
  Так, что еще? В Демонете все ходят пешком или перемещаются при помощи локального демовэйва, который я почему-то плохо переношу. Временем в Демонете заведует администрация, то есть в сутках двадцать четыре часа, но то рассвет затяжной, то полдень, а бывает, что закатом можно любоваться часами. Вчера, например, долго не рассветало, администрации, видно, нужна была ночь. К этому можно привыкнуть. Инструкций нет, нужно исследовать этот мир самостоятельно, пошагово, озираясь вокруг и набивая себе шишки, но, видимо, это часть игры.
  Дворец админа необычайно комфортабелен, но населен престранными личностями. Софья Марковна - едва ли старше меня, но ее величают по имени отчеству, уважают, видимо. Кто еще мне встретился здесь? Муз Гена, ДИМ, Элина - босячка, тоже уроженка Демонета, Назар - садовник, Дарина. Все, кроме Софьи Марковны, довольно хамоваты и бесцеремонны. Вежливые слова считаются, видимо, одной из лживых реалий.
  А сейчас, я, Полина Аксен, еду в Чужой Город, в командировку, на поиск классных кулинаров, умельцев, вкладывающих душу и сердце в свои кулинарные творения. Дэниэл всецело доверяет мне. Он хочет, чтобы вместо бездушных автоматов, готовящих блюда по рецептуре мастеров межмирового класса, еду готовили обычные люди, вкладывая в пищу любовь и тогда... что тогда? Едоки смогут принимать более правильные решения от такой пищи.
  Я и не заметила, как задремала на лежанке, а проснулась от холода. По мере того как кораблик отдалялся от голденгрэйна админа, воздух становился прохладней. Ну да, меня же предупреждали, что там осень. Я достала из сумки теплый свитер и черный бархатный плащ с капюшоном.
  Вскоре в зыбком тумане возник город. Мой кораблик замедлил ход и повернул к берегу.
  У причала в Чужом Городе было пустынно, местность выглядела еще более заброшенной, чем возле Старого Причала у Западных Ворот. Видно, одна я непутевая, плохо переношу демовэйвы, а другие жители ими охотно пользуются, от того и причал пуст.
  Надпись на мониторе сообщила, что кораблик будет готов к отплытию через три дня. Опустился трап.
  Памятуя о предупреждении админа, я надвинула капюшон на глаза, чтобы не привлекать внимания, и, пользуясь карманной электронной картой города, отправилась искать гостиницу, Несмотря на полдень, прохожих на улицах почти не было. Налетевший ветер метнул мне в лицо ворох мятых бумаг, опавших листьев и мелкой пыли, и я долго протирала глаза.
  Гостиница 'Деморада'- красивое семиэтажное здание, с лепкой, башенками и балкончиками, стояла высоко на горе. Мне пришлось довольно долго подниматься по извилистой, выложенной булыжниками, дороге. В холл я вошла, уже совсем запыхавшись. Дверь распахнул юный портье в темно-синей форме с золочеными пуговицами и фуражке - он был так красив, что от него нельзя было отвести глаз. Красавец с поклоном пропустил меня в богато убранный холл, и я с любопытством рассматривала дорогие ковры, аквариумы с диковинными рыбами, инкрустированные столики и вазы с цветами. В холле никого не было, кроме невысокого рыжеватого господина - он сидел на диване, уткнувшись в ноутбук, время от времени, поднимал глаза, бегло оглядывал все уголки холла и опять прятал лицо в монитор. Я сразу подумала, что он похож на сыщика.
  
   -- Ваше имя? - осведомилась бледная вертлявая дама у стойки. - На сколько дней изволите у нас остановиться?
  Я назвала имя и сообщила, что я здесь на три дня.
   -- Оплата вперед.
   Когда я отсчитала нужную сумму демонет, кошелек стал значительно легче. Дама удовлетворенно кивнула, и подала мне ключ со словами:
   -- Седьмой этаж, номер семьдесят восьмой, прекрасный вид на город, будете довольны.
   Я подумала, что номер четный, значит, Ахх не явится, он как- то хвастался, что все нечетные номера гостиниц принадлежат ему. Рыжеватый, похожий на сыщика, мужчина, вошел в лифт вместе со мной. Вид у него был скучающий, он зевал, прикрывая рот ладошкой, но я заметила в зеркале, что он бросил на меня острый взгляд. А когда я вышла на седьмом этаже, то он высунул голову из лифта, чтобы посмотреть, куда я направляюсь, и уехал вниз только, когда я открыла ключом дверь своего номера. Для сыщика он слишком неосторожен. А может, он и есть один из тех небезопасных незнакомцев, о которых предупреждал админ? Да, пожалуй, компаньон мне здесь помешал бы. Надеюсь, он прибудет вечером, как было обещано.
  Номер как номер: огромная, занимающая полкомнаты кровать, зеркало на полстены, холодильник-бар и балкончик, с которого открывался великолепный вид на Чужой Город. Цветные крыши, кривые улочки, листва всех оттенков - от нежно-желтого до багрового - будто причудливый вышитый узор. Середина осени... В вазе стоял букет астр. Любимые цветы: у меня день рожденья в середине осени и мне всегда дарят именно астры. А в саду у Назара наверно нет осенних цветов - ведь там царит середина лета.
  Распаковывать особо было нечего, усталости от дороги не ощущалось, и я решила пойти в город - осмотреться и поесть - а вдруг в процессе найду кого-нибудь подходящего кулинара. Честно говоря, мне очень хотелось отличиться, и найти нужных людей для админа - он так верил в меня!
  
  Я спустилась на первый этаж. Через стеклянную дверь ресторана я видела официантов, снующих среди застеленных белоснежными скатертями, столиками, но у меня не возникло никакого желания туда войти. Рыжий тип сидел в холле, как и раньше. Он глянул на меня украдкой, затем снялся со своего диванчика и тоже направился к выходу. Я спустилась с холма, прошла через сквер и тут обнаружила, что тип следует за мной. Я ускорила шаг, он тоже пошел быстрее. Когда я останавливалась, он тоже тормозил и делал вид, что рассматривает витрину или завязывает шнурки. Тип этот, не то, чтобы меня беспокоил, но мешал сосредоточиться на ощущениях. Можно было остановиться и спросить его прямо в лоб, как это принято в Демонете, какого рожна ему надо. Можно попытаться удрать, но тогда он точно подумает, что мне есть что скрывать. Я решила пообедать, а затем вернуться в гостиницу и ждать прибытия своего спутника.
  Я вышла на одну из центральных улиц. Кафе, рестораны и бары попадались на каждом шагу - почти все заведения казались чистыми и уютными, ароматы еды аппетитными, а цены приемлемыми, но ни в одном из них не хотелось остаться.
  Тип следовал за мной неустанно, то ускоряя, то замедляя шаг. Голод уже давал о себе знать, и я зашла в обычный магазин, купила горячую булочку, сыр в упаковке и бутылочку персикового сока, села на скамейку на бульваре и принялась за еду с завидным аппетитом. Рыжий тип в это время нервно прохаживался по противоположной стороне улицы, и для вида примерял очки в небольшой лавочке.
  
  Стряхнув крошки налетевшим воробьям, я повернула было назад, но тут моих ноздрей коснулся дивный кофейный аромат. О, как раз то, что надо! Маленькая кофейня располагалась за углом. Я отворила тяжелую дверь. Кафе было довольно обшарпанным, посетителей - всего трое: юная парочка и старик. Девушка неприлично ерзала, сидя на коленях у своего друга, и тоненько хихикала. Старик у окна крошил кекс в чашку и что-то бормотал себе под нос. Зато аромат кофе нес важную для меня информацию.
  Такое и раньше случалось в реале, но я не задумывалась о природе подобных явлений, но сейчас - это было моим заданием, и я находила это восхитительным.
  На прилавке стоял поднос с мокрыми белыми чашками - почему-то у всех чашек были отбиты ручки. А за прилавком стоял полный лысеющий господин в неопрятном фартуке. Продавец посмотрел на меня подозрительно, как будто сомневался в моем намерении выпить кофе. Цена заставила меня удивленно поднять брови - она была высока непомерно. Когда я протянула ему демонеты, то он пересчитывал их довольно долго, даже поднес их к свету, наконец, бросил их в ящик, который тут же запер ключом, висевшим у него на груди на длинном засаленном шнурке, и только тогда принялся варить кофе.
  Рыжеватый тип возник за окном кофейни и стал прохаживаться, поглядывая на меня искоса через стекло. Похоже, он уже не прятался и, кажется, специально действовал мне на нервы. Продавец звякал кофейными принадлежностями, девушка повизгивала в углу - парень запустил руки ей под юбку, старик что-то невнятно бормотал... Наконец, продавец протянул мне полную до краев чашку с отбитой ручкой, на надтреснутом блюдце и ложечкой, в которой зачем-то была проверчена дырочка. По дороге к своему столику, я подошла к стойке, на которой располагались сахарница и кувшинчик со сливками. Я положила кусочек сахару в чашку. Ложечка, которой полагалось размешивать сахар, была крепко прикручена к столу проволокой. Сейчас я обратила внимание, что все ложечки в подставке были с дырочками.
  Это было более чем занятно- старые чашки с отбитыми ручками, надтреснутые блюдца, ложечки с дырочками - и это при очень высоких ценах, но интересно, что все это не изменило моего желания выпить кофе именно здесь. И я не ошиблась - кофе был отменным - крепким, с высокой пенкой и бодрящим горьковатым привкусом. Я пила кофе, пытаясь отключить внешние раздражители, довериться своей фуэрзе и действовать соответственно.
  Я пила кофе, неотрывно глядя на продавца, поглядывая на продавца, протиравшего чашки сероватым льняным полотенцем. И тут в мозгу будто вспыхнуло:
  
   "Сейчас еще ничего... днем людей немного, но вечером от них деваться некуда... наползут... и что им тут медом намазано? ничего не помогает... невозможно вернуться в прошлое, как извлечь сливки из кофе... похоже, мне суждено здесь торчать вечно.
  
  Я не поняла, откуда пришли ко мне эти слова, и не знала, как на это реагировать - их никто не произносил, я их не слышала, не читала - они возникали сами по себе.
  Продавец молчал, и продолжал протирать чашки.
  
   "Эта красивая женщина здесь впервые ... заказала только кофе... я бы хотел еще раз услышать ее голос и смех... голос может много рассказать о человеке, а смех говорит вообще обо всем... хотя красота сама по себе - молчаливое красноречие... ладно... сейчас скроюсь с глаз... Пусть и она украдет себе ложку, как все... ей не так жалко..."
  
  Продавец кофе поглядел на меня с усталой обреченностью и ушел в подсобку.
  
  Если это мысли продавца, то он специально ушел из-за прилавка, предоставив мне возможность что-то украсть. Ложку? Но зачем мне эта дырявая чайная ложка?
  Я обвела глазами кафе: голые столы, на оконном стекле следы недавно прошедшего дождя, на полу блеклый линолеум. Даже если бы я пришла с целью что-нибудь стянуть, то вряд здесь что-либо привлекло мое внимание, а демонеты в закрытом ящике, В других кафе хоть вазочки на столах, скатерти веселенькие, чашки красивые, а тут - только кофейный аромат. И, тем не менее, мне хочется здесь быть, и ощущение чего-то необычного витает воздухе.
  
  Я не видела продавца, но его мысли, если это были действительно его мысли, продолжали литься потоком.
  
  "Что могло понадобиться такой женщине в этом проклятом городе? Зачем она здесь? Погоня за призраками? Острыми ощущениями? Тогда почему она одна? Я не удивлюсь, если завтра она придет сюда с любовником. Какое бедное слово - любовник... оно означает только связь вне брачных уз... а может содержать в себе целые повести... нет, не похоже, что она ищет приключений... скорее всего, она здесь по делу... Если она выпьет еще чашку кофе, то, пожалуй, расскажет свою историю... как все это делают... И почему у них развязываются языки именно после второй чашки? Странная закономерность..."
  
  Парень и девушка, явно воспользовавшись отсутствием продавца, вскочили и принялись отколупывать штукатурку со стены, девушка приложила палец к губам и подмигнула мне - мол, молчи. Они направились к двери, и по дороге стянули несколько дырявых ложечек. Старик тоже оживился - оторвал кусок линолеума, засунул его в карман плаща и опять застыл над своей чашкой.
  
  -- Простите,- спросила я вернувшегося за прилавок продавца. - А почему у вас все ложечки с дырочками? Это что-то значит? Примета какая-то?
  -- Теперь уже да, - печально ответил тот.
  -- А ложки эти особенные, что ли?
  - Это обыкновенные чайные ложки, причем, самые маленькие и дешевые, из тех, что можно достать на хозяйственной базе. Скоро их запас иссякнет и придется покупать новые. Раньше я закупал красивые, с витыми ручками, но когда их украли, я купил попроще, но и их украли, тогда я купил самые дешевые, но и это не помогло. Тогда я просверлил в них дырки - сахар можно размешать, а есть ими нельзя. Да не смотрите на меня так! Я это сделал специально, чтобы уменьшить их привлекательность для посетителей. Но это было страшной ошибкой!
  -- Почему? Разве в Чужом Городе принято воровать?
  -- Нет, только у меня в кафе.
  -- Но почему? Что произошло, когда вы просверлили в них дырочки?
  -- Их стали разворовывать еще быстрее - теперь они что-то вроде сувенира - и их можно носить их на шее. Зачем? Воришки уверены, что это сделает их счастливее.
  
  Продавец сейчас молчал, но я слышала: "Чудаки... нет счастливее человека, который таковым себя считает".
  
  Я повертела ложечку в руках - о, да я видела похожую на шее у Софьи Марковны, и подумала тогда, что это странное и экстравагантное украшение.
  Я постаралась сосредоточиться: два потока информации шли одновременно - то, что он говорил и то, что думал. Уф... надо разделять их - слушать оба, но реагировать только на то, что произносится вслух, чтобы его не испугать и самой не запутаться. Наверно похожие ощущения испытывают уроженцы Демонета, когда считывают фуэрзу. Представляю, как мы, игреалы, их раздражаем, когда кривим душой - будь то из вежливости или с определенной целью. Но я-то реальная женщина! Каким же образом я слышу то, что он думает?
  
  -- Все это отражается на ценах, соответственно, - продолжал говорить продавец. - Должен же я возмещать расходы! У меня украли подсвечники, вазы, настенные декорации даже цветочные горшки. Я пытался восстановить уют, но вскоре плюнул на это. Я добился только, что посетителей стало меньше - не все готовы платить за кофе такую сумму, да и воровать здесь уже почти нечего. Разве что ложечки...
  Опять зажглись его мысли:
  
   "кажется, дырки в ложках скоро станут так же необходимы как дырки в иголках, сыре и даже жопе..."
  
  Я еле сдержалась, чтобы не прыснуть. Похоже, у меня появились новые способности. Непременно сообщу об этом Дэниэлу, пусть разбирается.
  
  "Она слишком серьезна, а мне так хочется услышать ее смех. Интересно, она смеется звонко, мелодично или тоненько хихикает? А может, беззвучно... или гогочет... я бы сразу определил, что она за фрукт".
  
  Я аккуратно ответила на то, что произносилось вслух: --Так что же ценного, в ложечках-то?
  - Поверьте, ровным счетом - ничего! Обыкновенные ложечки! Но, тем не менее, их воруют... Все воруют, - повторил продавец раздраженно, - Все тянут...
  
  "И все же, кража ложечек - ничто по сравнению с кражей времени''.
  
  Я продолжала полным ходом считывала его фуэрзу - если это оно и есть. Но как это проверить? Не могла же я спросить у него в лоб, что он думает.
  
  -- Но почему? Ваше кафе чем-нибудь знаменито? Я впервые в Чужом Городе, не знаю тут никого.
  -- А тут никто никого не знает, и знать не хочет, - мрачно заметил продавец. - И не надо,- добавил он твердо. - Это - основная достопримечательность города.
  -- В каком смысле?
  -- Ну, если хотите знать, здесь бывает много знаменитостей - они приезжают в Чужой Город отдохнуть или оторваться. Так вот, многие из них утверждают, что после посещения моей кофейни их осеняют гениальные мысли и происходят прорывы в творчестве. Вроде бы, мой кофе поднимает со дна их фуэрзы какие-то откровения и еще черт знает что.
  -- Кофе у вас, и, правда, отменный. А кто именно из знаменитостей тут бывал?
  -- Чаще всего Бельская и Майский с учениками.
  Он назвал еще несколько неизвестных мне имен.
  -- Подождите, о Майском я слышала, он - художник. А Бельская кто?
  -- Софья Марковна Бельская, писательница. Она пьет кофе только здесь, после чего, как она уверяет, волна вдохновения накрывает ее с головой. Она пишет прямо здесь, сидя у окна, лишь изредка поднимает голову и глядит на дождь, а дождь в нашем городе - обычное состояние.
  
  "... кому-то дождь, а кому-то наводнение... из-за этой стервы все и началось... она даже в какой-то роман включила эпизод, происшедший в моем кафе... роман стал бестселлером... а когда я просил выхлопотать для меня разрешение покинуть этот город, она отказалась, сказала, что без меня здесь будет уже не так... и это вместо благодарности! да она по трупам пройдет лишь бы книга получилась интересной".
  
  А вслух :
  -- А обычные люди уверяют, что им, вроде бы, после посещения кафе начинает везти. Из-за всего это мое кафе считается счастливым, и его разворовывают на сувениры и даже приторговывают подделками. Кто-то распустил слух, что истолченная и добавленная в вино штукатурка, то ли принесет удачу, то ли усилит способности. Черт бы их всех побрал!
  
  А думал он:
  "Высокомерная индюшка! Когда я пожаловался на одиночество, она ответила: "Одиночество - путь к мудрости". Тварь... с мудростью легко жить, но до чего тяжело ее наживать... А потом еще хвасталась рецензиями на ее книги. А я сказал: "Мудрость заканчивается там, где начинается хвастовство". Она вспылила, но потом долго просила прощения и даже заискивала, выпытывая у меня истории о посетителях. Не удивлюсь, если она и есть причина продления моего срока в этой дыре'.
  
  Интересно! Он тяготится жизнью в Чужом Городе, работой в кофейне "Дырявая Ложка", и терпеть не может Софью Марковну. Странно, а мне она показалась такой приятной дамой.
  
  -- Я не знаменитость, но с удовольствием приду еще, и я не буду воровать.
  -- Благодарю вас, милая дама. Если вам нужна ложечка с дырочкой, то я с удовольствием вам ее подарю.
  -- Я приду, просто потому, что вкуснее вашего кофе мне пить не доводилось. У вас есть особый рецепт?
  Продавец был явно польщен.
   -- Кофе... ах, да, кофе. Я покупаю зеленые зерна и сам их жарю - так дешевле.
  
  "Я буду рад, если она придет. Красота - отрада для глаз, а тот, кто ее не замечает - просто жалок" - последнее, что он подумал, прежде чем я покинула кофейню "Дырявая Ложка".
   Мысли продавца кофе были гораздо интереснее, чем слова. Интересно, а как у других людей?
  Я возвращалась в гостиницу, вглядываясь в редких прохожих, пытаясь прочитать их фуэрзу, но нет - их мысли и эмоции были плотно запечатаны. Ну и хорошо, а то я устала, даже голова разболелась, но не от чтения мыслей, а, скорее, от усилия скрыть этот факт.
  Я решила немного отдохнуть в номере и вечером опять выйти в город - хорошо бы, мой спутник, приехал засветло. Я забыла узнать имя продавца, но зато запомнила расположение и название кофейни "Дырявая Ложка". И как избавиться от этого рыжего гада, что идет за мной? Может пожаловаться кому-нибудь? Но кому?
  В гостинице, все та же вертлявая дама улыбнулась и проговорила дежурным тоном:
  --Добрый день, госпожа Аксен! Надеемся, вы хорошо проводите время в Чужом Городе. Мы всегда рады гостям! Пользуясь случаем, хочу напомнить, что гостиница "Деморада" предлагает множество услуг, плата за которые включена в счет за номер, и в вашем распоряжении - сауна, спортзал, солярий, бар, бассейн, парикмахерская и массажный салон.
  -- Благодарю вас.
  -- Не откажите в любезности прояснить кое-что.
  -- Конечно, а в чем дело?
  -- Пройдите сюда,- попросила дама, - и открыла дверь небольшой хозяйственной комнаты. Здесь помещались гладильные доски, полотенца, салфетки, чистые стаканы и графины.
  Дама явно мялась.
  -- Меня зовут Анна, - наконец сказал она. - Анна Вельма. Я администратор и совладелица этой гостиницы.
  -- Очень приятно.
  Я попыталась считать ее фуэрзу, но безрезультатно. А жаль, мне, кажется, понравилось это занятие.
  
  -- Видите ли, возникла небольшая проблема. Дело в том, - она замялась. - Простите, если я вторгаюсь в ваше инкогнито, но в мои обязанности входит... дело в том, что ваше прибытие в Чужой Город не было зафиксировано ни одной демостанцией.
  -- Ну и что?
  -- Это означает, что вы не воспользовались ни одним из локальных демовэйвов.
  -- Разве это нарушение? Это запрещено?
  -- Нет что вы, - испугалась дама. --Это ваше личное дело, надеюсь, вы добрались сюда легальным путем, но если нет - нас это не касается. На демостанциях работает служба, которая знакомит гостей с правилами города и информирует о некоторых его особенностях. Незнание правил может доставить некоторые неудобства. Поверьте, мы печемся о вашей безопасности, и надеемся, что у вас останутся самые приятные воспоминания о пребывании...
  -- Простите, - я прервала этот поток. - Я, видимо, не прошла какую- то формальность. Инструктаж, что ли? Это можно исправить?
  -- Да. Если позволите, я сейчас сама проведу этот... инструктаж.
  -- Пожалуйста. Не думаю, что я успела что-нибудь нарушить. Я здесь никого не знаю.
  -- Здесь никто никого не знает, в этом вся соль. В общем, в этом и состоит весь инструктаж, - Анна Вельма с облегчением вздохнула. - Ну вот, теперь вы предупреждены, - она явно тяготилась этим разговором.
  -- Подождите, я ничего не поняла. В чем соль?
  
  Вступление было куда дольше, чем сам инструктаж.
  -- В том, что здесь никто никого не знает.
  -- Допустим, но ведь люди могут познакомиться.
  -- Могут. Но покидая Чужой Город, должны помнить, что больше никогда не встретятся, и должны быть готовы, что придется расстаться навсегда. Вот и все.
  -- Спасибо. Я должна где-то расписаться?
  -- Нет. Это излишне. Извините, что задержала вас. Не забудьте воспользоваться сервисами нашей гостиницы. Если будут вопросы, я с радостью отвечу.
  
  Никогда еще после получения инструкций, я не чувствовала себя настолько сбитой с толку.
  
  -- Есть вопросы. За мной вот этот тип ходит, - я открыла дверь хозяйственной комнаты и указала на рыжего, который уселся на диване и уткнулся в ноутбук.
  Анна Вельма выглянула в холл:
   -- Кого вы имеете в виду?
  -- Да вот же он, на диване.
  -- Простите, я никого не вижу.
   Ясно. Он с этой Анной - одна шайка. Напрасно я ей сказала.
  
  В номере я задернула тяжелые шторы, разделась и улеглась под одеяло. Как хорошо в чужом городе, где никто меня не знает, и я никого не знаю... значит, можно делать все, что угодно. Никто никого не знает и больше никогда не встретит, ах, да как же это может быть? И зачем нужны эти правила?
  
  Проснулась, вышла на балкон, полюбовалась предвечерним небом: заходящее солнце золотило разноцветные крыши, желтая листва горела в закатных лучах, и все это дополнялось запахом мокрой осени. Где-то вдалеке слышались звоночки, будто трамвайчик рядом - разве здесь есть городской транспорт?
   А что в этом номере еще есть? Вот панель управления: кнопки вызова дежурного, носильщика, горничной, официанта. А если нажать на эту кнопку, на стене появляется электронная карта города с обозначенными увеселительными заведениями - заманчиво, но некогда - я в командировке. Отделение банка расположено рядом с гостиницей. Дэниэл упоминал, что в случае необходимости, я могу обратиться за деньгами к управляющему Павлу Кунцу. Кстати, после оплаты за гостиничный номер, демонет осталось совсем немного.
   Я оделась и вышла в холл. Рыжего, к счастью, не было. Все тот же красавец портье услужливо открыл дверь, я улыбнулась ему в ответ, он просиял, и я вышла в сумерки.
  Красная дверь с табличкой " Демобанк, отделение Чужого Города" был ярко освещена. Девушка у входа указала на дверь с табличкой "Павел Кунц, управляющий". За столом - круглолицый добродушный тип средних лет.
   -- Добрый вечер,- я поздоровалась. - Меня зовут Полина Аксен.
  -- Да, я знаю. Давайте ваш кошелек, и я пополню его демонетами, - произнес управляющий без всякого вступления и приветствия.
   Я протянула кошелек. Кунц взвесил его на руке.
  -- Но ведь там еще есть демонеты.
  -- Да. Но их немного.
  -- Вы прибыли сегодня после полудня?
  Я кивнула.
  -- Баланс еще не подбит. Завтра в полдень станет ясно нужны ли вам демонеты.
  
   Я поблагодарила и вышла, решив, что местные правила позволяют выдачу денег около полудня, и вернулась в гостиницу.
  В холле меня сразу окликнула Анна Вельма:
  -- Госпожа Аксен, вас только что спрашивал молодой человек, но вас не было в номере.
  -- Он остановился здесь?
  - Пока нет, но надеюсь, что тоже станет нашим гостем.
  -- А где он?
  -- Да вот же, - она кивнула на диван, где спиной к нам сидел молодой человек. - Позвать его?
  -- Да, пожалуйста.
  -- Господин Вайда, госпожа Аксен здесь.
  
   Молодой человек обернулся, поднялся с дивана и направился к нам. Остановился, откинул со лба длинные светлые пряди, и молча уставился на меня. Я тоже молчала. Краска медленно заливала мне щеки. Он здесь случайно или это чья-то жестокая шутка? Он тоже покраснел и растерялся. Анна Вельма деликатно отошла в сторону, вид у нее был непроницаемый.
  
  -- Извини...те,- он заговорил, наконец. - Я увидел тебя... вас... в холле и так обрадовался... но не сразу понял, что именно тебя я должен сопровождать в этом городе, а когда понял, то ... еще больше обрадовался. Я искал тебя. Знаешь, я приходил в ваш двор после того дня...
  -- Зачем? Думал, обломится еще что-нибудь?- спросила я жестко.
  -- Ну зачем вы так? Просто хотел взглянуть на тебя... вас... еще раз. Ходил, на окна смотрел. Один раз даже набрался храбрости и постучал в твою дверь, но никто не открыл. А тебе... было очень плохо со мной?
   Я молчала, собираясь с мыслями.
  -- Извини, Полина. Мне кажется, вам неприятно, что это я... меня видеть?
  
  Неприятно? Как будто страшный сон, постыдный и позорный вдруг просочился в явь, ожил, стоит рядом и задает дурацкие вопросы, причем, краснея и смущаясь. Мальчишка выглядел таким несчастным, что мне стало жаль его.
  
  -- Ладно, давай на "ты",- я засмеялась. - После того, что у нас было...
   Он просиял.
  -- Давай зайдем куда-нибудь, посидим, поговорим, хочешь?
  Мы направились к выходу.
  
  -- Простите, господин Вайда,- позвала его Анна Вельма. - Так вы будете снимать номер?
  Руслан повернулся ко мне.
  -- А можно я в твоем номере остановлюсь?
  -- С какой это стати? - я вспыхнула.
   Он повернулся к Анне Вельме:
   -- Да, пожалуйста, мне номер, - и подошел к стойке.
  
  Пока он платил, я успела полностью взять себя в руки, и когда мы вышли на улицу, сказала:
  
  -- Руслан, мы с тобой в командировке, и вести себя будем соответственно. У тебя есть конкретное задание?
  --Есть. Гулять с тобой по городу, ходить, куда тебе захочется. Админ еще сказал, что атмосфера Чужого Города будет мне полезна, так что следует расслабиться и пустить мысли на самотек. А тебе сейчас куда хочется?
   Я махнула рукой в сторону реки.
  Очень хорошо. Объяснять ему ничего не придется. Гулять, пустив мысли на самотек, и получать за это демонеты - работа мечты. Не исключено, что у него есть конкретное задание, но ему тоже не велено о нем рассказывать.
  
  В конце квартала я увидела нечто похожее на общественный транспорт - что-то вроде фуникулера - вот откуда раздавались звоночки! Наша кабинка скользила по канатной дороге, а мы стояли совсем близко, избегая глядеть друг на друга. Наконец, он осмелился взять меня за руку, поддерживая при выходе из кабинки, и больше не отпускал. Пальцы его немного дрожали. Может, вдвоем ходить по городу безопаснее, без него мне было гораздо комфортнее.
  Мы довольно долго шли по набережной и молчали - похоже, общих тем для разговора у нас не было.
  В какой-то момент я ощутила аромат ванили смешанный с теплом и уютом. В сознании возникли образы камина, брошенного на кресло пледа и горка пышек на столе. Аромат исходил из утопающего в цветах особняка. Вывеска гласила:
   'Пансион госпожи Горжевской. Ночлег и завтрак для гостей города".
  
  В усадьбе светилось несколько окошек, я подергала ручку двери, зазвенел колокольчик тоненько. Все же насколько колокольчик приятнее современных электрических звонков, пусть даже самых мелодичных. Распахнулось окно, и женский голос произнес: -- Извините, все комнаты заняты на ближайшие несколько дней. Утром - милости прошу на завтрак. Мы открываемся в шесть.
  
  -- Придем сюда пораньше, завтракать? - спросила я.
  -- Как скажешь. Мне зайти за тобой?
  -- Давай, кто первый проснется, тот и зайдет, хорошо? Просто постучи в дверь.
  -- Ага.
  Пусть знает, что ему не на что рассчитывать.
  Мы побродили еще по набережной, потом зашли в маленькое кафе "У реки". Из окна был виден пролив, кораблики и лодочки. Быстро темнело.
  Руслан оказался галантным кавалером: снял с меня плащ, отодвинул стул, метнулся к стойке, принес сэндвичи, сок и миндальное печенье.
  Еда была свежей и вкусной, но никакой информации не несла - запоминать это место не было смысла.
  
  -- Полина, - опять спросил Руслан серьезно. -- Тебе было очень плохо со мной?
  
   Смешно предполагать, что удастся избежать разговора о бурных обстоятельствах нашего знакомства. Лучше уже высказаться. Конечно, честный ответ, что мне с ним было вообще никак, мог неблагоприятно повлиять на его дальнейшую жизнь. Хотя, с какой стати я должна его щадить? Вид у него, правда, был такой, будто от моего ответа действительно зависела жизнь.
  -- Видишь ли, мне трудно что-либо оценить - это было настолько неожиданно...
  -- Неожиданно? Разве ты не знала? Разве Евгений позвал меня без твоего согласия?
  -- Он меня даже спросил. Я была очень зла на него, долго не могла простить.
  -- А мне он сказал, что это нужно вам обоим. Значит, я участвовал в насилии! Какой ужас, какой грех на душу!
  -- Но ты же не знал.
  -- Я и предположить не мог - ты его слушалась, называла господином... Я даже вам позавидовал - такие классные ребята, думаю, заводные, то она голяком в клубе пляшет, то от погони удирают, то играют в 'господина'. Какая ты благородная! - вдруг восхитился Руслан. - Ты не знала, но виду не подала, подыграла ему, чтобы он не ударил передо мной лицом в грязь!
  -- Ну... не совсем так.
  А впрочем, зачем ему знать истинные мотивы моего благородства? Командировка закончится, и я его больше никогда не увижу.
  -- Я случайно его встретил у пивного ларька. Он сам ко мне подошел и предложил... Я бы не согласился, если бы знал, что это против твоей воли. Ты мне веришь, правда?
  -- Пожалуй, да. Случайно встретил, говоришь?
  -- Ну, почти. Ты знаешь Похх?
  Я кивнула.
  -- Она сказала, что разыграет для меня сценарий, и велела у ларька стоять и пиво пить медленнее... А Женя тебя все еще ревнует?
  -- Ревнует? По-моему, ему неведомо это чувство.
  -- Но ведь он сказал, что позвал меня, чтобы я помог ему...
  -- В чем помог?
   Он вдруг осекся и замолчал.
   -- Ничего, ладно...
  -- Нет уж, говори, раз начал.
  -- Ты сама у него спроси.
  -- Ладно, спрошу, если случай представится.
  -- Я переживал, что тебе было плохо со мной.
  -- Да не думай ты об этом. У тебя все еще впереди, ты же интересный парень.
  
  Похоже, Женя тогда врал о своих мотивах. За что, Женя? Что я тебе сделала? Неужели я была, всего лишь, твоей игрушкой?
  
  Руслан нервно барабанил пальцами по столу. Какие длинные пальцы у него и кисти рук красивые. Я вспомнила, как он ласкал меня между ног... а ведь я еще тогда подумала, что он, должно быть, музыкант, и не ошиблась. Он и вправду музыкант, ученик ДИМа, делает музыкальные игрушки под его руководством, что ли.
  
  -- Правда, я интересный?
  -- Конечно, только тебе постричься не мешало бы.
  -- Коротко?
  -- Нет, тебе идут длинные волосы, просто подровнять нужно, - и я откинула прядь светлых волос с его лба.
   Он схватил мою руку, прижал к губам, и заговорил быстро и горячо:
  -- Полина, я... Ты даже не знаешь кем стала для меня! Я сразу в тебя влюбился, как только увидел.
  -- Сразу? Привязанной к кровати?
  -- Да нет же! Еще тогда, в клубе 'Демоник". Я со Светкой пришел... думал, что люблю ее, а когда тебя увидел, то сразу понял, что только тебя всегда любил.
  -- Во время танца понял?
  -- Нет, еще раньше. Мы же столкнулись в дверях, ты не помнишь, наверно. Я пошел за тобой как сомнамбула, и сел за столик рядом. Я сидел и смотрел на тебя. А Светка сердилась, но мне это все равно было. Я смотрел на твой профиль и завитки на шее... А потом ты танцевала, а я представлял, что ты для меня танцуешь.
  Если бы я мог значить для тебя столько сколько он, Женя этот, быть с тобой как он...
  -- Трахать меня как он,- закончила я за него.
   -- Да!
  -- И ты обязательно будешь для кого- то тем, кем он был для меня, - сказала, и сама испугалась на мгновенье этого "был". - Но я не нужна тебе для этого.
  -- Полина, ты мне очень нужна. Тогда ночью, когда из клуба вернулся, я музыку написал... спать не ложился... для тебя музыку, к тебе. Светка утром заявила, что я сошел с ума и модератору пожаловалась. А потом сказала, что как мужчина я ничего не стою. И я испугался, потому что хотел найти тебя, и понравится тебе как... мужчина. Я не знал где тебя искать, но верил, что ты когда-нибудь услышишь эту музыку, и она расскажет тебе обо мне. А модер наш, Валентин, ты его знаешь?
  -- Да, он и моим модером был.
  -- Он эту музыку на свой компьютер записал, а через несколько дней вернулся и сказал, что во мне пробудился редкий талант, и теперь я должен практиковаться - подбирать музыку к людям, их собственную музыку, понимаешь?
  -- Как это?
  -- Я еще сам не понял. Меня отправили к игрушечному мастеру учиться определять типы людей. Он- то мне и объяснил, что любовь дает мощный толчок к реализации способностей, и от этого толчка - ты взлетаешь и приземляешься совсем в другом месте. Но все время быть в полете невозможно. Те, кто родился в Демонете, умеют это использовать, и относятся к этому не так, как мы, поэтому у них мир такой продвинутый. А я не хочу использовать, я хочу с тобой быть - в полете, и не думать, что это когда-нибудь кончится. Я непонятно все говорю, наверно.
  
  Мы вышли из кафе уже затемно. Под ногами приятно хрустели сухие листья, мы шли рядом, вдыхая свежий речной воздух. Руслан достал карманный компьютер.
  -- Хочешь послушать?
  -- Что?
  -- Твою музыку. Она здесь.
  -- Ну давай, - я села на скамейку.
  
  Я узнала эту мелодию с первого аккорда - та, под которую Валентин предложил мне потанцевать под дождем. Значит, он не просто пытался развлечь меня - он проверял способности Руслана! Значит, я не случайно попала на праздник в его голденгрэйн? Тогда мне и вправду показалось, что музыка звучит из меня, из глубины сознания, и сейчас, слушая, я вспомнила вкус дождевых капель на губах и вновь ощутила теплые потоки воды по голому телу.
  Как странно все сложилось: мальчишка влюбился в меня с первого взгляда, а я тут же стриптиз устроила для Жени, а Руслан после этого всю ночь музыку ко мне подбирал. А утром следующего дня, Женя встретил его случайно... нет, тоже не случайно - демоны все устроили. А Женя меня привязал и предложил ему меня трахнуть, и он согласился. Я делала ему минет на глазах у Жени... член у него длинный такой. А он меня уже тогда любил, а я не знала об этом. А Женя после заявил, что мальчишка - инструмент в его игре, штопор, которым бутылки открывают. Какой же он штопор? Он сам инструмент, мощный как орган. Но пока это лучше прекратить - неизвестно куда меня заведет эта музыка. Похоже,
  
  -- Как красиво! Ты очень талантливый, Руслан.
  -- Тебе нравится, правда?
  -- Да. Это действительно моя музыка.
  Он просиял.
  -- Я еще напишу. Для тебя.
  Когда-нибудь я расскажу ему, что его музыка высвободила мой талант фуэнсена. Я ощутила любовь в пирожных на следующий день после танца под дождем. Но пока админ просил все держать в тайне.
  
  Вернулись в гостиницу, взяли ключи. Его номер был напротив моего - #76. Хорошо, что и у него - четный, Ахх не придет без приглашения.
  Я попрощалась, подражая Анне Вельме:
  -- Доброй ночи, господин Вайда. Спасибо за приятную прогулку.
  
  Я открыла дверь, и только хотела войти в свой номер, как он схватил меня за руки, потом медленно сполз на ковровый пол, и обнял мои колени.
  --Тебе спасибо. Благодаря тебе, я узнал кто я. Не уходи, пожалуйста. Если ты уйдешь, я...
  Он дрожал от страсти. Какая любовь? Им владела Похх.
  -- Руслан, я устала и хочу спать. Нам рано вставать, ты не забыл?
  -- Зачем ты напускаешь такой строгий вид?
  -- Я не напускаю. Я такая и есть.
  -- А я ведь видел тебя голой, беззащитной, с раздвинутыми ногами, я ласкал тебя, помнишь? Я входил в тебя, мог делать с тобой все... я помню как ты...
  -- Что?
  -... как ты стояла передо мной на коленях. Голая! Ты была такая красивая тогда... и говорила, что сделаешь все, что я повелю, а в глазах твоих сверкали злые искорки. А сейчас трудно поверить, что все это и впрямь было.
  -- Считай, что не было. Лучше забудь.
  -- Ты - моя любовь, Полина. Не гони меня, впусти...
  -- Не могу.
  Я не хочу быть с ним, совсем не хочу. Он - воспоминание о Женином предательстве. Жаль мальчишку. Но спать с кем-либо из жалости - это нечестно, это - предательство своей собственной сути, фуэрзы, то есть.
  Я заперлась на ключ. Опустилась на огромную кровать. Я знала, что он стоит там, за дверью, я продолжала чувствовать его токи. Не могу. Если я это сделаю, то после покажусь себе омерзительно грязной. Я думаю только о себе сейчас? О своих желаниях? О своей сути? Я безжалостна? Впустить его? Дать ему еще один толчок к творчеству? Я не хочу его. Совсем не хочу. Он милый, славный, у него длинные гибкие нервные пальцы, большой член, и он моложе меня лет на десять, но я его совсем не хочу. Я думаю о нем, потому что он тронул меня своей мольбой, искренностью и музыкой. Ну как теперь работать в такой обстановке, как выполнять задание Дэниэла? Ахх подал админу идею послать со мной нового ученика ДИМа - это его проделки, но зачем? Чего он добивался?
  Наскоро приняла душ и влезла под одеяло, а балкон оставила открытым - люблю спать под теплым одеялом, а воздух чтобы был холодным.
  
  Меня разбудил стук в дверь. Я с трудом разлепила глаза - спала так крепко, что не сразу сообразила где нахожусь. За окном тьма кромешная. Пошарила в поисках выключателя. Стук повторился настойчиво.
  -- Кто там?
  -- Полина, а поехали кутить, а?- голос Руслана.
  -- Поздно уже.
  -- Еще полуночи нет, поехали!
  -- С ума сошел, куда ехать ночью?
  -- А не надо далеко, я тут бар нашел с бассейном классным, а в кабаке танцы такие, что все дрожит. Пошли, а?
  -- Руслан, иди сам. Я сплю уже.
  -- Ну, если не понравится - уйдем. Успеешь поспать.
  -- Не хочу, ну прости.
   Удаляющиеся шаги и все стихло. Я полежала под одеялом, поворочалась, сон ушел. Ладно, решила, схожу, посмотрю на гостиничную ночную жизнь. Только гляну и назад.
  
  На первом этаже светящаяся вывеска ''На Дне" - оттуда доносится музыка, а сквозь стеклянную дверь видны блики света. Не успеваю войти, как передо мной мгновенно возникает верзила с подносом, уставленным различной высоты бокалами:
  -- Госпожа, напитки, на любой вкус.
  -- Нет, благодарю.
   Делаю несколько шагов - движения мои замедляются - я плыву в мягком синем свечении, все дрожит, лампочки раскачиваются, бутылки колышутся, как под водой - впечатление, будто на дне находишься. За окнами - иллюминаторами проплывают люди. Голая девушка с развевающимися волосами стучит в стекло и улыбается. Похоже, окна бара выходят на дно бассейна. Я не пила ничего, а ощущение - будто пьяная. Невольно опускаюсь на стул, бармен тут же ставит передо мной высокий бокал и произносит приглушенно:
  -- Наш фирменный коктейль "На Дне", прошу, госпожа, первый бокал - бесплатно.
   Волосы развеваются, я почти невесома. Осторожно ступаю по морскому дну, а в разные стороны разбегаются стаи золотистых рыбок. На ложе из водорослей возлегает Руслан, рядом с ним - три голые до пояса русалки с длинными волосами и серебристыми хвостами. Одна гладит его по голове, две прильнули по бокам и ластятся, заглядывая ему в глаза. Перед ними плавучий столик уставленный бокалами, бутылками и вазами с различными лакомствами. Одна русалка держит в зубах трубочку с кремом, Руслан откусывает с другого конца, и они громко хохочут. Столик то уплывает, то приплывает с новыми яствами, все зыбко, все качается. Откуда-то со дна выплывает покрытый мхом сундук. Руслан открывает его, оттуда вываливаются драгоценности, которые сияют так, будто на них направлен прожектор - ожерелья, диадемы, браслеты. Довольные русалки надевают драгоценности и красуются перед зеркальной стеной, потом образуют круг, держа друг друга за хвосты, и танцуют перед Русланом, а потом ласкают его в шесть рук, окутывая его своими волосами - дивное зрелище.
  Возле меня опять возникает бармен:
  -- Госпожа, если желаете наблюдать, то...- и называет крупную сумму демонет.
  Мне не то, что жаль демонет, мне просто стыдно тратить выданные мне командировочные на подобные развлечения, и я с сожалением покидаю бар "На Дне".
   Выхожу в холл, слегка покачиваясь, - фирменный напиток, все же, дает о себе знать.
  -- Вы кого-то ждете, госпожа?- спрашивает мужчина с пышными усами, в дорогом костюме и галстуке.
  -- Нет.
  -- Не составите ли мне компанию?
  -- Нет, извините.
  --Такая женщина - одна в отеле в столь поздний час! Неужели вас некому развлечь? Я бы мог...
  -- Благодарю вас, мне рано вставать, - отвечаю резко.
  По дороге к лифту, меня останавливали еще несколько раз, удивляясь, что я одна. Ну да, в Чужой Город приезжают развлечься. Вот Руслан славно развлекается, а я не умею - для меня не существует моментного наслаждения, обмана, иллюзии, мне нужна гарантия продолжительности счастья. Я, наверно, слишком серьезна или просто глупа. Анна Вельма сказала, что встретившиеся в Чужом Городе люди, больше никогда не увидятся. Похоже, они знакомятся, проводят вместе время, заранее зная, что продолжение невозможно. А вдруг им захочется увидеться вновь? Есть ли какие-нибудь исключения? И зачем все так устроено?
  Анна Вельма стоит на своем месте, за стойкой. Интересно, она когда-нибудь спит?
  
  Опять просыпаюсь среди ночи от грохота и пьяных голосов в коридоре. Нет покоя никакого! Голоса затихают. Еще пару часов можно поспать.
  Просыпаюсь около пяти. Сегодня много дел, мне хочется успеть побольше. Принимаю душ, одеваюсь. Пора будить Руслана. Из его двери доносится звонкий хохот.
  Стучу.
  Дверь открывается, и оттуда со смехом вываливаются, вернее, выползают вчерашние русалки: одна с зелеными волосами, другая с фиолетовыми, а третья с розовыми, у всех - совершенной формы грудь, соски под цвет волос и серебристые хвосты. В воде они были легки и грациозны, а сейчас неуклюже ползут к лифту, опираясь на локти и подметая длинными волосами ковер. Они заползают в лифт, одна из них пронзительно визжит, что ей прищемило дверью хвост.
  
  Я осторожно заглядываю в номер. Надо же! Русалки уползли, но оставили вместо себя владычицу морскую. Руслана под одеялом не видно, но на его кровати возлежит невиданной красоты юная нагая женщина с голубыми волосами, огромными темными глазами и длиннющими бархатными ресницами. Лицо ангельское, руки и ноги увешаны браслетами, талия перехвачена цепочкой, на шее ожерелье.
  -- Извините, - говорю несмело, остолбенев от такой красоты. - Мне нужен Руслан.
  -- Он только что уснул, - отвечает Мальвина нежным голоском. - Боюсь, его не растолкать.
  Она отбрасывает одеяло, и я вижу спящего, уткнувшегося лицом в ее бедро, Руслана.
  -- Руслан! - говорю жестко. - Нам пора!
  -- Куда ты спешишь?- изумляется красавица. - И почему кричишь? Мужчин надо будить поцелуем. Иди ближе, я покажу как надо.
  Я качаю головой и закрываю дверь. Помощничек нашелся! Пойду собираться, если он придет через четверть часа, пойду сама.
  Его нет. Проходя по коридору, стучу еще раз в его дверь. Оттуда доносятся вздохи и возгласы. Ужасно хочу открыть дверь и посмотреть, что делает Мальвина, но - дела не ждут. Вызываю лифт. Дверцы открываются - там стоит вчерашний рыжий шпик и невозмутимо едет со мной до первого этажа.
  Иду по улице быстрым шагом. Серое утреннее небо, на горизонте - грозовые тучи. Дворники сметают опавшую листву в темно-желтые кучи. Порыв холодного ветра - я закутываюсь в черный бархатный плащ. Единственная кабинка фуникулера только что уползла вниз, к реке, придется подождать.
  Подбегает запыхавшийся Руслан.
   -- Полина, прости, что задержался, видишь ли...
  -- Не надо ничего объяснять.
  -- Полина, тут такое дело...
  -- Я же сказала, что мне не нужны объяснения.
   Он виновато замолкает. Знает ли он, что я в курсе его развлечений? Впрочем, какая разница?
  
  В предрассветной дымке, особняк выглядит еще более уютно, а ароматы вокруг - просто волшебные. Звоним в колокольчик, дверь открывается:
  -- Доброе утро, господа! Свободных комнат нет, а на завтрак - милости прошу, - говорит белолицая румяная женщина средних лет в белоснежном переднике и накрахмаленном чепчике. - Я Марта Горжевская, хозяйка этого заведения.
  
  Идем за ней, вдыхая божественный аромат горячей выпечки. У входа - меню, возле каждого блюда три цены -
  "завернуть с собой", "съесть в кафе за столиком" и "позавтракать на балконе с видом на реку"- цена увеличивается соответственно. Демонеты нужно опустить тут же в автоматическую кассу.
  Я предлагаю завтракать на балконе. Руслан не возражает, идет за мной как сомнамбула. Интересно, в состоянии ли он вообще завтракать?
  Сегодняшнее меню: корзиночки со свежей малиной, свежевыпеченные булочки с орехами, печеные яблоки фаршированные творогом и абрикосами, кексы с голубикой, персики в сливках, всевозможные сыры, молоко в кувшине, горка оладий с медом и сметаной.
  Маленький, утопающий в цветах балкончик, выходит на реку - будто уголок лета посреди осеннего города. Столик на двоих накрыт к завтраку: веселые салфетки, хрустальный графин с апельсиновым соком, белые тарелки с золотым ободком, сверкающие серебряные приборы.
  -- Прошу вас, булочки только из печи, - говорит госпожа Марта.
  -- Вы сами печете хлеб?- спрашиваю.
  -- Да, госпожа. Я все делаю сама, даже масло сбиваю, попробуйте.
  -- О, такой хлеб с маслом - сам по себе - целый пир. Как хорошо, что мы сюда попали, - радуется Руслан.
  - Сразу видно тонкого ценителя, - улыбается Марта. -- Вы, видно, впервые в Чужом Городе. Мой пансион знаменит своими завтраками, здесь бытует поговорка:
   "Хочешь хорошо позавтракать? Ночуй на пороге Мартиной кухни''. Я встаю в три часа ночи, чтобы к шести открыть кафе. Разрешите налить вам чаю? Немного позже? Как скажете. Попробуйте корзиночку с малиной, она вернет вам силы после ночи любви.
  
  Руслан краснеет. Да, у него ночь была веселенькая - три русалки и Мальвина.
  Разделавшись с булочкой с маслом, и полакомившись сочным печеным яблоком, я принимаюсь за корзиночку с малиной. Госпожа Марта наливает чай, и услужливо пододвигает блюдце с тонкими ломтиками лимона.
  Тончайшее тесто тает во рту, малина - крупная и сладкая. Я закрываю глаза от удовольствия - и вдруг в сознании возникает садовник Назар. Я вижу, как он работает в саду - на нем грубая льняная рубаха. Вижу, как он вытирает пот, откидывая со лба взмокшие пряди. Его голос звучит будто издалека, но я не могу разобрать слов - мне мешают громкие и отчетливые мысли госпожи Марты:
  
  "И зачем ей такой юнец? У них здоровья много, а умения никакого. Ей бы подошел почтенный, знающий толк во все, господин... А уж она бы ему точно приглянулась... красивая интеллигентная женщина... жаль, он встает позднее... мой лучший клиент... а беспокоить не велено... сдается мне - не простая это гостья... А что, если попробовать...''
  
  -- Каждый день здесь новое меню. Завтра, например, я собираюсь испечь пирожки с маком,- говорит Марта.
  У меня складывается впечатление, что она пробует на мне какой-то пароль.
  Я улыбаюсь и неопределенно пожимаю плечами, мол, не знаю, получится ли завтра заглянуть.
  
  "Нет, не отвечает, показалось. Пирожки с маком - любимое лакомство Гуинды и ей подобных", - думает Марта.
  
  О чем это она? Интересно, почему я не слышу мысли Руслана? Не то, чтобы мне этого хотелось, но если уж у меня возникло новое умение, то почему оно не распространяется на всех?
  
  -- Я согласен завтракать здесь три раза в день, - говорит Руслан с набитым ртом, - Вместо обеда и ужина.
  -- О, я с удовольствием готовила обеды, но одной мне не справиться.
  -- Разве у вас нет помощников?
  -- Только горничные. Но, что касается еды, госпожа, я никому не доверяю - мои клиенты слишком дороги мне. Поэтому у меня хватает сил только на завтраки. Я бы с удовольствием выращивала свою зелень и ягоды, не будь у нас тут вечная осень.
  -- А где же берете свежие ягоды?- спрашиваю я.
  -- Из сада самого админа,- с гордостью отвечает Марта. - Конечно, это дорогое удовольствие, но именно там - лучшие фрукты и ягоды. Свежую малину доставили ночью, и я наполнила ею корзиночки из теста, а голубику - вчера после полудня, и я испекла кексы на рассвете. Чего не сделаешь для своих клиентов! Кстати, не попробуете ли кекс?
  -- О, нет, благодарю вас, я сыта..., начинаю я, но Руслан, не моргнув глазом, заглатывает пару кексов.
  
   "Видно, молодой человек, много сил затратил ночью", - я продолжаю считывать фуэрзу госпожи Марты. " Не думаю, впрочем, чтобы он смог удовлетворить вкусы такой женщины, она - гурман, а он - обжора. А интересно, почему она не выглядит как женщина после ночи любви? Ни тебе легкой синевы под глазами, ни особой томности движений. Странно. Как бы ее задержать, подольше, чтобы ее увидел Сташевский...- вот кто - великий гурман. Может, разбудить его? Он сам просил сообщить, если среди посетительниц окажется красивая женщина. А эта - очень красивая. А он - как раз под стать. Надо узнать, где она остановилась''.
  
  И произносит вслух:
   -- Господа, если желаете, я пришлю вам завтра утром булочки, пирожки и все, что будет в меню. Вы только откроете глаза, а завтрак из пансиона госпожи Марты у вашей постели. У меня в пансионе всего шесть спален, и жильцов, обычно, не больше двенадцати, однако многие гости Чужого Города заказывают завтраки именно здесь. И если вы оставите имя и название гостиницы... Хороший завтрак - залог удачного дня.
  -- Благодарю, но мы еще не знаем, где будем завтра утром, - отвечаю я осторожно.
  -- Как будет угодно, госпожа. Кстати, я принимаю заказы на ваши любимые блюда.
  --Вы - великолепная кулинарка, госпожа Марта! Я посоветую знакомым завтракать только у вас.
  -- Спасибо. А спальни у меня тоже прекрасные, уютные, с камином... жаль, что не могу сейчас показать - гости еще спят. Надеюсь, вы остановитесь у меня в следующий свой приезд?
  -- Возможно.
  
  "Ах, жаль, не удалось узнать ее адрес. Чую, она здесь неспроста. А может, она ловит Сташевского на живца? Ох, доиграется он со своими экспериментами. Во всяком случае, ко мне невозможно придраться - я -- хозяйка благочестивого заведения и веду себя соответственно".
  
  О чем это она? Из-за чего бы на ней шапка ни горела, меня это не касается. В блюдах госпожи Марты, безусловно, присутствует любовь, умение и тонкое мастерство, однако ей далеко до мальчика Романа. Тот просто счастлив, что у него есть возможность печь пирожные плюс любовь ко всему человечеству. Радость и любовь легко впитываются в тесто, и едоки принимают решения в пользу любви. А Мартой движет тщеславие - она печет корзиночки с мыслью, что это лучшие в мире корзиночки, что она - непревзойденная кулинарка, и равных ей нет во всем Демонете. Ничего дурного нет в том, что человек правильно оценивает свои способности, она - на своем месте, и, к тому же, из кожи вон лезет, чтобы угодить посетителям. Для фуэрзы - это еда хорошая, уютная и добротная.
  
  Я по-прежнему не слышу мысли Руслана. Ах, вот что, кажется, поняла! Фуэрзу продавца из кофейни я читала в момент, когда пила его кофе, а мысли госпожи Марты услышала после того, как отхлебнула ее чай. И фуэрзу бедной секретарши админа я прочла, когда она выпила заваренный ею чай. А Назара я вспомнила, когда попробовала малину, а уж после, Марта сказала, что малина доставлена из сада админа. Хотя я могла о нем вспомнить по ассоциации: увидела свежую малину и вспомнила кусты с ягодами в саду админа - вот и все. Эту версию нужно проверить. Жаль, что нельзя проверить достоверность восприятия, не выдав себя. А как было бы интересно поэкспериментировать!
  
  А Руслану Марта не понравилась:
  -- Слащавая до приторности, глаза масляные, и слишком уж лебезит.
  -- Это ее бизнес, вот она и старается. Ничего дурного в этом нет. Ты, ведь, хорошо позавтракал?
  -- Ага. Но если бы она подала еду и исчезла из поля зрения - было бы приятнее. Да ладно, бог с ней. Пошли гулять по городу, а?
  
  А мне было бы куда приятнее ходить по Чужому Городу без него. Он то и дело порывался меня коснуться или взять за руку, и в глаза заглядывал, то виновато, то вопросительно. Любил бы меня издали, писал бы музыку в мою честь, но не в моем поле зрения. Если бы не предупреждение админа, я бы с удовольствием от него удрала.
  
  Уличный лоточник продавал ложечки с дырочками, выкрикивая: -- Маскота подлинная, удачу приносящая! - напомнил мне о продавце кофе. Надо бы узнать его имя, и еще раз проверить мои догадки чтения мыслей.
  
  Мы прошли через парк, ярко желтые кроны деревьев контрастно выделялись на фоне серого грозового неба, опавшие листья плавали в фонтане, как маленькие кораблики. Капли дождя застучали по дорожке и разошлись кругами в лужах.
  Мы быстро шли по улицам, стараясь держаться ближе к домам и навесам, пока не наткнулись на витрину с зонтиками - различных цветов и узоров и даже с изображениями сказочных городов. Но цены были уж очень велики.
  
  -- Ваши зонтики, бесспорно, очень красивы,- сказала я сидящей за прилавком даме. -- Но нет ли какого-нибудь проще и дешевле, разового зонтика, что ли?
  
  Дама за прилавком, с мушкой на щеке и сложной башней из волос, похожая на постаревшую карточную королеву, усмехнулась:
  
  -- А зачем вам зонтик? Разве вы не хотите вымокнуть?
  -- Нет. Это еще зачем?
  -- Чтобы прижиматься друг к другу, пытаясь согреться. Чтобы после снять мокрую одежду и развесить ее у огня. Чтобы выпить горячего грогу, влезть под атласное одеяло, и вместе глядеть на огонь в камине, а после заснуть рядом, и видеть самые сладкие сны.
  Мы с Русланом слушаем ее, открыв рот, и дама наслаждается произведенным эффектом.
  -- Вижу, вы заинтересованы. Идите, погуляйте часок. Ваша задача - вымокнуть, а моя - предоставить вам все остальное, включая атласное одеяло и сладкие сны. Дождь сейчас припустит сильнее, а закончится только после полудня. Я вас разбужу, и у вас еще будет целый день впереди. Так что идите, и постарайтесь вымокнуть так, чтобы сухой нитки не осталось, и замерзните как следует.
  
  Админ не зря предупреждал об осторожности, и Ахх добавил, что в любой лавочке можно находиться, пока видишь дверь и улицу через витрину. А ну как затянет нас эта лавочка!
  -- Спасибо, это, и, правда, заманчиво, но у нас дела.
  
  Руслан вздрагивает, будто просыпается от моих слов. Похоже, эта дама его загипнотизировала своим сладким голосом. Он смотрит на меня умоляюще. Неужели недостаточно наигрался ночью с русалками.
  
  -- Возможно, в другой раз,- повторяю я решительно.
  
   Ах, если бы Женя был со мной, - думаю, - то все дела были бы забыты мгновенно, и снова острая тоска по нему охватывает меня. Был бы рядом, в глаза заглянул, за руку бы взял! Эх, как жаль, что он одержим какими-то странными идеями!
  
  -- А сейчас просто продайте нам какой-нибудь зонтик. Недорогой, можно разовый.
  -- Один?
  -- Да. Одного хватит.
  Дама разочарованно вздыхает и снимает с полки небольшой сверток.
   -- Вот, возьмите. Это разовый, недорогой. Но я надеюсь, что вы вернетесь, если не сейчас, то в следующее посещение Чужого Города. Каждый из моих зонтиков - неповторим, и я могу предложить уникальный, незабываемый сервис, вот взгляните на узоры...
  Но мы уже пятимся к выходу.
  Открываем сверток на улице, а там - пусто.
  -- Что за шутки? Вот мошенница! - я вскрикиваю, но Руслан изумленно дергает меня за рукав. Над нами нет дождя. Везде есть, а над нами сухо. Да это невидимый зонтик какой-то!
  Мы начинаем экспериментировать: то ускоряем, то замедляем шаг, но невидимый зонт следует за нами. Тогда мы разбегаемся в разные стороны, чтобы посмотреть, как поведет себя зонт, но тут же бежим навстречу друг другу с визгом - он укрывает от дождя только, когда мы рядом.
  
  -- Какой волшебный момент! - радуется Руслан - Пусть этот дождь никогда не заканчивается! Я напишу музыкальную пьесу 'Двое под дождем'... О!- он дергает меня за рукав, - смотри какая вывеска! Фирма "Проклятья и Благословения"! Зайдем, а? Интересно же.
  -- Ладно, но только на минутку.
  
  Кругленький и румяный голубоглазый господин, и высокая дама с узким бледным, лицом и острыми колючими глазками, встречают нас у двери.
  -- Добро пожаловать, - говорит господин. - Вы можете заказать у меня любое благословение, а у нее - он кивает на даму - любое проклятье.
  -- А как это работает?
  -- А как прикажете, так и будет работать. Я создаю особое поле, в котором вы произносите доброе пожелание в адрес друга. Но прежде, я проверяю по своим каналам, не противоречит ли ваше пожелание замыслу верхних уровней, и если нет, то благословение вступает в силу немедленно.
  - -А можете поразить проклятьем недруга, - добавляет дама.
  -- Каким?
  -- У меня есть набор основных, популярных - их можно выбрать из перечня услуг. А при желании, можете сформулировать собственное, оригинальное проклятье. За определенную плату я сделаю его вашим личным, фирменным, и в следующий раз, вы сможете поразить им очередного недруга за полцены.
  -- Я бы тебе подарил благословение, - говорит Руслан.
  -- Какое?
  -- Чтобы исполнилось твои главные желания.
  -- Ну, это больше похоже на проклятье, молодой человек, - улыбнулся голубоглазый господин. - Вот вы чего хотите? - он обращается ко мне.
   -- Я? Хочу развить в себе способности, и делать то, что у меня получается лучше всего.
  -- Интересно. Женщины обычно хотят сильного покровителя, да чтобы он любил, желательно, без памяти.
  -- А я ее и так люблю, - сообщает Руслан. - Без всяких пожеланий. А чего еще хотят женщины?
  -- Красоту сохранить, фигуру...
  --У меня свои способы сохранения фигуры, может, не такие магические, но достаточно действенные. Большое спасибо за информацию. Рады были узнать о существовании подобного сервиса. Возможно, воспользуемся им в будущем. А сейчас нам пора.
  Я тащу Руслана к выходу. Когда дверь за нами закрылась, я заявила решительно:
  
  -- Руслан, довольно! Мы все равно не можем посетить все лавочки и конторы...
  И тут же воскликнула: - Ой, смотри!
  Перед нами загорелась вывеска магазина ''Запретные Плоды" с фонарем в виде большого ананаса, и поплыла светящаяся надпись "все безнаказанно", "все очень сладкие".
  Заманчиво, конечно, но цены! Нам бедным командировочным, явно, не по карману. Может, в Чужой Город приезжают только очень богатые люди? А может, я зря скромничаю, и банкир Павел Кунц выдаст мне любую требуемую сумму?
  Это все моя природная скромность - неудобно просить, и все тут. Вот когда я заработаю свои демонеты... Кстати, я ни разу не говорила с админом о конкретной зарплате или как здесь это называется? Может, демоплата? Мне даже неудобно упоминать о деньгах - живу во дворце, лакомлюсь вкуснейшими блюдами и отборными плодами. Неужели еще и зарплата положена, и если да, то за что конкретно. А на что демонеты тратить, если у меня и так все есть? А все же заманчивое название "Запретные Плоды". К счастью, этот магазин открывается только вечером и работает всю ночь. Руслан повторяет адрес вслух, чтобы запомнить, видно, хочет придти сюда позднее.
  
   ***
   Дождь хлещет, как из ведра, но, благодаря невидимому зонтику, мы идем спокойно и даже расслабленно, от луж он нас, правда, не предохраняет - ноги уже давно вымокли. К такому зонтику должны идти в комплекте непромокаемые сапоги- скороходы, - смеюсь я. Но Руслан меня не слышит, он напевает тихонько в такт дождю, и я замолкаю - может, он музыку сочиняет. Я понимаю, как пишутся стихи, могу представить себе, как рисуются картины, но возникновение новой мелодии всегда было для меня величайшим таинством.
  
  -- А вот и кофейня "Дырявая Ложка"! Давай зайдем - здесь вкусный кофе, да и согреемся заодно.
  
  Тот же продавец, так же орудует за прилавком. Несколько вымокших посетителей ждут заказа. Руслан с изумлением оглядывается по сторонам: обшарпанные стены, надтреснутые чашки, темные прямоугольники на стенах, оставшиеся от украденных картин, чахлые растения.
  
  -- Кафе странное,- говорит он, наконец. - Но мне тут нравится. Я бы хотел тут сидеть подолгу и пить кофе, поглядывая в окно на дождь.
  -- А мы для этого и пришли.
   Руслан заказывает две чашки кофе.
  Я оглядываюсь по сторонам. Нет, не слышу никаких посторонних мыслей.
  Мы сидим с Русланом лицом к стеклянной, заляпанной дождем стене, и смотрим, как разбегаются круги по лужам. Рыжий сыщик опять прогуливается по противоположной стороне улицы.
  Не устают ли жители Чужого Города от вечной осени?
  Две белые чашки с полустертыми золотыми ободками и отбитыми ручками. Я вдыхаю аромат дымящегося кофе, согреваю руки о чашку.
  
  -- Интересно,- говорит Руслан, - будет ли зонтик действителен, когда мы выйдем отсюда? А завтра? Мы не спросили насколько времени он рассчитан.
  
  Я не отвечаю ему, и даже пытаюсь отключить его голос, потому что с первым же глотком кофе, в мое сознание входят мысли продавца:
  " Ага, опять пришла ... и ей понравился мой кофе"
  
  Я перевожу на него взгляд. Он обслуживает посетителей, не смотрит в мою сторону и виду не подает, что заметил меня и, тем более что узнал.
  "... У нее тонкие черты лица... знает себе цену... и кажется не капризной, нет, скорее, разборчивой ... у такой женщины нет необходимости бегать за мужчинами... мышеловки не бегают за мышами. Я так и предполагал, что она недолго будет одна... какой юный у нее любовник... никогда бы не подумал, что ей понравится такой типаж..."
  
  Фокус его мыслей смещается на хозяйственные дела: о закупке новой посуды, ремонте крыши, сортах кофе, дороговизне, и о нерадивом мойщике витрин, который в прошлый раз вымыл стекла из рук вон плохо, оставив грязные разводы. Мне это куда менее интересно, чтение мыслей может быть скучным занятием, но я не знаю, как перекрыть этот поток. Интереснее всего, знать, что думают другие о тебе.
  
  Руслан придвигается ко мне ближе и обнимает меня за талию. Я мягко отстраняюсь. На его лице - огорчение и растерянность.
  -- Ты кажешься такой чужой, Полина, - шепчет он мне на ухо. - Мне с трудом верится, что я был с тобой, видел тебя всю, голую, касался тебя... Ты сейчас в плаще, а я вижу тебя голой. Я знаю какая ты. И ты все равно была со мной, пусть только однажды и против своей воли, но это все равно было. Неужели это совсем для тебя ничего не значит?
  
  Что мне ответить? Нет. Это для меня ничего не значит. Я помню только Женю-казадора, его взгляд, руки, движения, голос... Лучше помолчу.
  
  Я пью кофе маленькими глоточками.
  
  " ... молодой человек глаз с нее не сводит... и его можно понять...
  Красота - всегда знак, что перед тобой важный игрок...."- я немедленно считала фуэрзу продавца. Покосилась на него. Он обслуживал промокших посетителей, отсчитывал сдачу, о чем-то говорил с ними, а его мысли свободно входили в мое сознание. Да, теперь нет сомнений - я действительно умею читать фуэрзу при помощи напитка.
  Руслан заглядывает мне в глаза, гладит мою руку ... кажется, он давно что-то говорит, но я все прослушала.
  
  -- Полина, если ты будешь рядом, то я напишу такую музыку!
  -- Ты и без меня напишешь. Только другую.
  
  Он смотрит на меня растерянно и огорченно, потом обхватывает голову руками.
  И вдруг шальная и неожиданная мысль приходит мне в голову. Я тихонько беру его чашку, допиваю остатки кофе и опять ставлю чашку перед ним.
  И тут же теряюсь от потока обрывочных мыслей.
  
  "Как уговорить ее? Как узнать чего ей надо? Она совсем не такая как Светка... Ух, как же я хочу ей вставить... ей, именно ей... ну почему это так? наваждение какое-то... ммм... как же я хочу ей вставить... - прямо сейчас... здесь. Уверен, что этот продавец с лукавой рожей впустил бы нас в подсобку. Буду последним идиотом, если упущу такой шанс... я придумаю что-нибудь... до отъезда обязательно! хоть один раз... может, легче станет... ну что ей жалко? ну чего ей надо? что сделать, чтобы она согласилась?"
  
  Точно! Это его мысли! Очень похоже! Ну не продавца же кофе. Тем более что они сопровождаются стонущими звуками какого-то духового инструмента - то ли музыка прорывается с других слоев фуэрзы.
  Не отпустишь, чтобы не вставить? Ну-ну.
  Чашка Руслана почти пуста, но я специально допиваю остатки, касаясь золотистого ободка, места, которого только что касались его губы, - мне кажется, это усилит эффект. И в то же мгновенье я чуть не сваливаюсь от стула от хлынувших эмоций и видений - его видений. Мелькающие образы и воспоминания заслоняют и окно, и улицу, тонущую в потоках дождя, и желтые листья, плавающие в лужах. Я вижу себя в клубе, голую в лучах прожектора - откуда-то сбоку. Видно, Руслан тогда видел меня с этого ракурса. Потом вижу себя сверху, на кровати, под простыней, глазами Руслана, и остро чувствую его желание скинуть с меня простыню. А я чертовски заманчива, между прочим, мои формы угадываются под тонкой тканью... О, вот простыня спадает - хлоп - я - голая. Назад кадр - опять я под простыней, торчащие соски угадываются под белой тканью, опять простыня падает, а мои руки привязаны к спинке кровати. И вновь невидимая рука стягивает с меня простыню. А вот я лежу голая, с раздвинутыми ногами и выгнутой спиной, раскрытая, а его рука ласкает меня между ног... А глаза у меня злые... Ого, какие злые! Как он вообще решился ко мне подойти? Опять я под простыней... И опять простыня сползает...
  
  Похоже, он все время прокручивает в памяти этот момент. От этих видений мне становится жарко, и я расстегиваю плащ. Руслан поднимает голову, его щеки горят.
  -- Полина, а что для тебя запретный плод?
  Видно хочет в тот магазин зайти вечером, и что-нибудь для меня купить.
  -- Сметанник,- я называю первое, что приходит в голову. - И еще ромовая бабка. Я бы штуки три съела зараз.
  Он смотрит на меня недоуменно, видно, ждал другого ответа и вдруг говорит быстро и страстно:
  -- Как все это странно и несправедливо! Почему ты не можешь быть со мной? Полина, я же знаю какая ты заводная и горячая! Как мне пережить твою холодность? Что же мне делать?
  Он тянет мою руку к своим брюкам.
  -- Чувствуешь?
  Ого, сейчас я вижу себя в какой-то полутемной тесной комнате среди мешков и ящиков. Я стою на коленях, юбка поднята...Такого никогда не было, и задница у меня не столь велика - у него гипертрофированное восприятие... ага, это не воспоминание, это фантазии. Ишь ты, хочет вставить прямо здесь, в подсобке.
  
  Я ощущаю его напряженный член в брюках, потом отдергиваю руку и встаю.
  -- Что делать? Конечно же, развлекаться с русалками или девушкой с голубыми волосами.
  -- Что ты имеешь в виду?- он превозмогает смущение.
  -- То, что сказала. Ты волен делать все, что хочешь. Каждый переживает, как умеет.
  -- А ты как переживаешь?
  -- Иногда реву в подушку и утром встаю с опухшим лицом. Иногда бегу по набережной с музыкой в наушниках или танцую на берегу. Становится легче. Но это мой способ переживать. А ты идешь к русалкам. И то и другое, видимо, нормально.
  -- А ты разве тоже могла видеть русалок?
  -- Что значит "тоже"? Я их видела в баре "На Дне", в бассейне.
  -- Это не совсем бар, то есть, в том числе и бар, конечно, но там еще много всяких штук.
  -- Каких?
  - Что-то типа объемного виртуального пространства. Я не думал, что это видно другим, полагал, что это личный виртуальный кабинет. Я истратил кучу демонет на этих чертовых русалок. А на такую как ты - средств у меня не было. Я ведь хотел тебя. Сказал ему твое имя и номер комнаты, и говорю - хочу такую же женщину. А он...
  -- Кто он?
  -- Бармен этот, назвал огромную сумму демонет и сказал, что без твоего согласия, это нелегально. Ему понадобится слепок твоей фуэрзы. Я пообещал, что останусь здесь работать на месяц, бесплатно, только за одну ночь с тобой, вернее с такой точно как ты, но чтобы не просто трахаться, а ... чтобы ты любила меня, хотела меня...
  -- Руслан, ты хочешь жить в мире иллюзий? Это же буду не я.
  -- А какая разница, если это качественная иллюзия? Полина, там такой сервис имеется: выбираешь себе персонажей, у каждого - своя цена, и они с тобой... ну... ты делаешь с ними все, что хочешь. Но если время истекает, а демонет больше нет, а ты все еще не закончил игру, то роли меняются - ты становишься их игрушкой. Они вылезают из сетевого пространства в Демонет и делают с тобой, что хотят. Я не очень разобрался в этой системе, но когда мое время кончилось, они не исчезли, а подождали немножко, потоптались, посовещались, заявили, что я им понравился, и поползли в мой номер. Они и к тебе хотели постучать, но я не позволил. А по дороге подобрали свою знакомую с прошлой игры - девушку с голубыми волосами, но у той хоть ноги нормальные, и все остальное тоже... А с русалками только в воде классно, они такие штуки вытворяют... А на суше довольно неуклюжие, даже неприятные, и запах у них такой... рыбий, что ли, а в воде не чувствуется.
  -- Избавь меня от подробностей! Я знаю, что этим заведует Ахх. Ты встречал Ахха?
  -- Это такой старичок, да? С белой бородой? Я видел его пару раз. Он мне обещал... - Руслан вдруг осекся.
  -- Что обещал?
  -- Ничего.
   Он замолчал так резко, что, похоже, обещание Ахха каким-то образом связано со мной. Впрочем, я могу и сама у Ахха спросить.
  
  Мысли Руслана становятся обрывочными и бессвязными... и, наконец, совсем растворяются - видимо, действие кофе закончилось. Ух, какая сила - читать фуэрзу, но только чтобы об этом никто не знал. Как скрыть это от других, как удержаться, чтобы никому не проболтаться и не похвастаться? Админу придется рассказать, конечно. А в реале? Могу ли я делать то же самое в реале? Хочу ли я делать это в реале - на этот вопрос я пока не могла ответить, и если да, то чью фуэрзу считывать? Мужа? Коллег? Друзей? Страшновато. По реальным меркам - это нарушение личного пространства. Эх, мне бы со своими мыслями разобраться, а тут еще чужие в голову лезут.
  
  -- Полина, ты о чем задумалась? Такой кофе вкусный! Хочешь, я принесу еще.
  -- Я сама. Подожди.
  
  Возле прилавка - никого. Я подхожу к продавцу:
  -- Ваш кофе, наверно, лучшее, что есть в Чужом Городе.
  Он довольно усмехается:
  -- Благодарю вас. Я не умею что-либо делать плохо - и в этом моя беда.
  -- Почему беда?
  -- Известный факт: если делаешь что-то хорошо, тебя заставят это делать снова и снова. А к Чужому Городу вы несправедливы, госпожа. Для приезжих здесь много интересного, полезного и вкусного, не то, что для нас, жителей. Ого, смотрите, дождь уже было затих, а сейчас - вон какие тучи надвигаются! Видно, какой-то важной персоне понадобился ливень на весь день... Вряд ли сегодня будет много посетителей.
  -- Разве вам не нравится здесь работать?
  -- Нельзя сказать, что зарабатывать на жизнь варкой кофе являлось мечтой моей жизни. Скажем так, мне это не слишком мешает думать. Но если я буду это делать плохо, то меня сошлют еще ниже. Так что это - лучшее из худшего, что могло бы со мной произойти.
  -- Как это?
  -- Я мог бы быть портье или уборщиком улиц - это менее приятно и более хлопотно.
  -- Меня зовут Полина Аксен, а вас?
  -- Тим Ласкин. Вижу, мое имя вам ни о чем не говорит.
  -- Нет, никогда не слышала. Вы не обиделись?
  -- Нет. Не в имени дело.
  -- Подождите, я сейчас.
  
  Я подхожу к своему спутнику:
   -- Руслан, иди в гостиницу, а я останусь здесь.
  -- Но почему? Ведь админ сказал...
  -- Руслан, я прошу тебя. Отсюда до гостиницы рукой подать, ничего со мной не случится. Ну, пожалуйста.
  -- Я подожду тебя в номере, хорошо?
  -- Хорошо.
  -- А зонтик? Ведь он наш общий... Может вернуться за тобой?
  
  Я ничего не ответила, я уже не думала ни о нем, ни о зонтике. Мне был интересен продавец.
  Тим поставил передо мной еще одну чашку кофе:
  -- Прошу вас. Приготовлено по особому рецепту. Нет-нет, позвольте мне угостить вас, - добавил он, когда я достала кошелек.
  Я отпила глоток и сразу четко въехала в его мысли:
  
  "Я слишком долго ждал встречи, которая хоть как-нибудь сдвинет бедного пенсадора с мертвой точки. В каждом посетителе видел вестника судьбы. А потом потерял надежду, смирился... А сейчас надежды оживают... Зачем ей мое имя? Похоже, она не просто развлекается, а кого-то ищет. Не смей надеяться, Тим. Не смей ".
  
  Он незнакомое слово употребил "пенсадор", я слышала его очень четко.
  Он несчастлив и чего-то ждет. Какая восхитительная способность! Не исчезнет ли она так же внезапно как появилась? Имею ли я право использовать ее в своих интересах, и если да, то до какого предела? Но это для меня - ошеломляюще, а для уроженцев Демонета - это врожденная способность и норма жизни.
  
  -- Тим, вы хотите сказать, что для жителей Чужого Города здесь меньше интересного, чем для приезжих?
  Он усмехнулся.
  -- Разве вам неизвестно, что мы живем здесь против своей воли?
  -- Нет. А почему так?
  -- Мы - что- то типа ссыльных, выражаясь языком реала, или узники. У нас нет права покинуть Чужой Город.
  -- Разве нельзя ли уехать на локальном демовэйве?
  -- Ни одна демостанция не впустит нас без позволения админа.
  -- Но почему?
  -- Местные жители находятся здесь по приговору Демонитета, как провинившиеся. И я тоже отбываю наказание, только срок его не установлен.
  -- За что?
  -- Если коротко, то влез, куда не следует, и в наказание, вынужден зарабатывать на жизнь тем, с чем справился бы любой малообразованный игрок.
  -- Но жители города вовсе не выглядят заключенными. Работники магазинов, кафе, гостиниц и лавочек...
  -- Каждый старается извлечь максимум пользы из этой ситуации - жители придумывают себе интересные занятия. Многие подозревают, что в этом и есть суть нашего заключения. А модераторы - уроженцы Демонета.
   -- А вам здесь плохо?
   -- Вы бы согласились безвыездно жить в городе вечной осени?
  -- Ну, не знаю... Осень, не зима, все же. Многие в реале всю жизнь проводят в одном городе, хотя никто их там не держит. Значит, это город - тюрьма?
  -- Для нас, безусловно - тюрьма.
  
  "Когда живешь на одном месте, мимо тебя проходит весь мир "- это он подумал, а остальное я не разобрала - видно, действие кофе ослабло. Попробую в следующий раз пить медленнее. А может, он больше ни о чем не думает.
   Уф, насколько проще принимать только один поток информации. Главное - не ответить случайно на мысли.
  
  -- Но если сюда приезжают гости, значит здесь не так уж и плохо? А зачем сюда приезжают?
  -- Чтобы побыть в чужом городе, в смысле, не дома. Здесь удобно назначать встречи, проводить конференции - много зданий и гостиниц специально обустроены для подобных мероприятий, ну и развлечения у нас имеются - специфические - сами члены Демонитета не брезгуют...
  -- Сюда, наверно, приезжают любовники, чтобы побыть вместе?
  -- Никогда. Это невозможно. Гость всегда приезжает один. Таково правило. Впрочем, любовников обычно находят на месте, - сказал, и тут же спохватился, - Ох, простите, я не имею в виду вас и вашего юного знакомого, я просто отвечаю на ваш вопрос.
  -- Значит, сюда приезжают с целью узнать других, познакомиться?
  -- Нет. В этом мире все делается ради того, чтобы лучше узнать себя, - засмеялся Тим. - А знакомство с другими этому способствует. Вас должны были предупредить, что люди здесь познакомившиеся, больше никогда не встретятся.
  -- Да. Мне говорили. Может, расспрашивая вас, я нарушаю какие-то правила? - уточнила я на всякий случай.
  -- О нет! Вы - гость, вам положено задавать вопросы. Но если бы я вас спросил о причине вашего приезда, то это было бы тоже законно, но крайне неэтично. А вот если бы вы сами решили об этом рассказать, - Тим улыбнулся, - то я не стал бы вас прерывать. Посетители утверждают, что мой кофе располагает к откровенности. Знаете сколько удивительных историй, рассказанных гостями, хранит моя память?
  
  До меня донесся обрывок смутной мысли о Софье Марковне, что-то совсем нелестное, но точно уже не разобрать, вот незадача!
  
  Дверь широко распахнулась, и в кафе ворвался шум и запах дождя, и несколько мокрых желтых листьев влетело вслед за вошедшим. Новый посетитель был высоким мужчиной средних лет, с пышной каштановой шевелюрой.
  Посетитель повесил промокший плащ на спинку стула, и остался в элегантном костюме из дорогой ткани. Прямой крупный нос, большие глаза, мягкий бархатный голос.
  -- Добрый день, господин Ласкин.
  -- Приветствую вас, господин Сташевский. Кофе? Как обычно?
  
  Тот кивнул Тиму, а мне улыбнулся, и я успела поймать искорку интереса в его глазах. Тим подошел к столику и поставил перед Сташевским дымящуюся чашку, потом вернулся и шепнул мне: - Красавец, правда?
  Я неопределенно пожала плечами и не ответила. Красив, бесспорно, да только, скорее, как картина, которой хочется любоваться.
  -- Блестящий игрок, - сообщил Тим доверительным шепотом. - Каждый раз после посещения Чужого Города поднимается на новую ступень. Очень полезное знакомство.
  -- В каком плане полезное?
  -- У него можно научиться использованию специфики Чужого Города и поспособствовать подъему как душевному, так и финансовому.
  -- Подождите, если мы с ним познакомимся, то больше никогда не увидимся, так что ли?
  -- Да, верно.
  -- Даже если вновь приедем в Чужой Город в одно и то же время?
  -- Все равно - нет. Гарантирую, это будет первая и последняя встреча.
  -- А вас, Тим, я смогу увидеть в следующий приезд?
  -- Меня - да. К жителям города это не относится, мы обслуживаем гостей и помогаем модераторам.
  -- А в чем заключается помощь?
  -- Жители города иногда знакомят интересных людей, и они становятся партнерами в короткой и яркой игре, - заявил подошедший Сташевский, а Тим сразу громко сказал:
  -- Полина, позвольте представить вам моего частого гостя, господина Антона Сташевского.
  Тот учтиво поклонился, взял мою руку, коснулся ее мягкими губами, даже пощекотал усами, а затем жестом пригласил меня за свой столик.
  -- Ой, мы познакомились! Теперь мы больше никогда не увидимся!- воскликнула я. -- Госпожа впервые в Чужом Городе и только знакомится с его правилами, - сказал ему Тим. - Перед вашим приходом, Антон, я объяснял Полине концепцию Чужого Города.
  -- О, это великолепная игровая площадка Демонета, - улыбнулся тот. - С радостью помогу закрепить выученный материал. Был бы счастлив оказаться полезным такой очаровательной даме.
  -- Нет, спасибо, я хочу сама разобраться.
  
  Не то, чтобы он мне не понравился, я просто не хотела нарушать инструкции админа, предостерегавшего меня от знакомств. К тому же такой важный господин с бархатным голосом и обволакивающим взглядом, наверняка полон сюрпризов - как большой мешок подарков. Он может помешать выполнять задание. Он уже вмешивается, спрашивая:
  -- Хотите чего-нибудь покрепче, Полина? Коньяк, ликер?
  -- Ликер, пожалуй, - я согласилась неуверенно.
  -- Тим, что ты предложишь?
  -- Вишневый, от самой Гуинды. Принести?
  
  Перед нами на столе появились две рюмки.
  -- Вас это ни к чему не обязывает, тем более что за пределами Чужого Города, мы, по задумке админа, больше никогда не увидимся.
  --Да, это так странно.
  
  Действительно, я же его никогда больше не увижу, отчего же не поговорить?
  Сташевский ласково смотрел на меня из-под пушистых темных бровей.
  
  -- Если сделать эту мысль точкой отсчета, то все происходящее приобретает особый вкус. Но к этому надо привыкнуть. У меня не сразу получилось. Я долго мечтал встретить даму, с которой, кстати, познакомился в этом кафе. Мы расстались легко, а после меня охватила тоска. Я вернулся в надежде найти ее, и все здесь напоминало о ней, я очень страдал.
  -- И что, не было случаев, чтобы игроки просили модераторов сделать исключение?
  -- Были, конечно. Обивали пороги админа, пытались продать душу Ахху. Админ был неумолим - правила есть правила, а Ахх всегда соглашался. Он старый торгаш, своего не упустит, - Сташевский вдруг замолчал и опасливо оглянулся.
  -- Админ так жесток?
  -- Может так показаться, но у него, видимо, есть свои причины. Меня он даже слушать не стал. Сухо заметил, что я был предупрежден об этом по приезде, так что претензий быть не может.
  -- А если мы, к примеру, договоримся приехать одновременно и поселимся в одной гостинице?
  -- Все равно не встретимся. Даже если поселимся на одном этаже - никогда не столкнемся. Я постучу в ваш номер, а вы либо будете спать и не услышите стука, а если будете бодрствовать, то тогда дверь заклинит. Вам придется вызвать слесаря, а дежурным слесарем окажется какой-нибудь ссыльный поэт - он не придет, потому что будет пьян. А тем временем, в моем номере начнется потоп или же я получу важное известие и должен буду немедленно покинуть гостиницу. А когда вернусь, дверь будет открыта, но вы ... А знаете, некоторые эксперименты доводили до несчастного случая, включая стихийные бедствия. После посещения Чужого Города включается программа "невстреча" - и все попытки заранее обречены на провал. Поверьте, эксперименты проводились неоднократно, и многим,- он опять воровато оглянулся по сторонам, - даже удавалось договориться о встрече в других городах Демонета, но всегда - безрезультатно. Даже у модеров нет доступа к системе. Изменить ситуацию может только админ.
  -- А если мне, скажем, понравится местный житель, работник гостиницы, портье, например, смогу ли я увидеться с ним еще раз?
  -- Только если отнесетесь к нему как к портье. А если вы сблизитесь, коснетесь друг друга фуэрзами, то в ваш следующий приезд, портье будет работать в другой гостинице или на другой смене, и вам не удастся с ним столкнуться. А если станете его разыскивать, то вам неизменно будут отвечать, что он только что был здесь и вышел, или же гостиница закроется на капитальный ремонт.
  -- Как вы сказали? Коснуться фуэрзами?
  - Да, можно слегка коснуться, а можно плотно переплестись, тогда расставание будет особенно болезненным. Во всяком случае, будьте осторожны, пока не привыкнете и не оцените возможности Чужого Города. Во всем этом есть плюсы и немалые.
  -- Какие же, например?
  -- Сплетни и шантаж исключены, а подобные знакомства дают возможность взлететь до невиданных высот, открыть в себе то, что дремало. Так что, не бойтесь знакомиться.
  -- А зачем же все-таки сюда приезжают?
  
   Как интересно было бы прочитать его мысли, но для этого я должна отпить из его чашки или рюмки, а это невозможно сделать незаметно.
  
  -- О, Чужой Город чрезвычайно привлекателен именно тем, что вас здесь никто не знает, никто не мешает, а главное - никому нет до вас дела,- продолжал Сташевский. - Сплетни и шантаж исключены.
  -- Никто не мешает, но и никто не любит. Никто не волнуется за вас и не ждет. Разве вы не ощутили свободу и счастье? - добавил Тим с горькой усмешкой.
  -- Не знаю, я еще не почувствовала.
  -- Тим, вам ли не знать, что ничто так не прочищает мозг, как пребывание в Чужом Городе. И особенно ценят это творческие люди, поэтому здесь часто бывают знаменитости со всех уровней Демонета. Чужой Город заряжает внутренние батарейки, - возразил ему Сташевский, и повернулся ко мне: - Одиночество, это удел местных жителей, им даже запрещено заводить друзей и любимых, от того - то они часто жалуются на жизнь. Дозволены только рабочие отношения. Мало того, срок их заключения не определен. Освобождение зависит только от админа, а он определяет это по каким-то одному ему известным параметрам.
  
  В кафе забежала совершенно вымокшая юная пара. Тим сварил им кофе, они уселись за столик, и пили ароматный напиток, не сводя друг с друга влюбленных глаз.
  
  --Значит, люди, что проводят время вместе, это - гости города? - уточнила я еще раз.
  -- Совершенно верно. Вместе они только здесь.
  -- Но зачем? Какой в этом смысл? Концепция Чужого Города кажется мне бессмысленной и даже нелепой.
  -- Смысл огромный, госпожа, а главное - кайф! Встретить незнакомого человека, раскрыть ему душу до самого дна, не стыдясь ничего, и узнать при этом самого себя - становится возможным только со знанием того, что никогда в жизни его больше не увидишь, - последние слова Сташевский произнес торжественно, видимо, довольный тем, что именно ему выпало сообщить этот факт. - Так что советую вам найти достойного партнера-игрока, госпожа. Это и вправду кайф.
  -- Но зачем?
  -- Чтобы испытать массу эмоций: восторг, счастье, стыд, тоску и отчаяние. Делайте все, что хотите, с кем хотите и как - об этом никто не узнает, вы не будете за это наказаны. Разве не заманчиво? Люди узнают сами себя только, когда чувствуют безнаказанность.
  
  Н-да... С Русланом связано ужасное воспоминанием, и если бы это зависело от меня, я бы предпочла никогда больше его не видеть. А сам он, явно, думает иначе.
  
  -- Но в реале, обычно, люди надеются на продолжение знакомства, скажем, на курортах. Отношения завязываются только потому, что есть шанс их продолжить.
  -- Отношения в Чужом Городе гораздо честнее, чем в реальных городах-курортах, где первый участник точно знает, что это ненадолго, а второй даже не подозревает, что тот, кто клянется в любви, через неделю будет также клясться другому. Чужой Город не создает иллюзий, и поэтому нет обид и разочарований. Вы сознательно идете на отношения без будущего.
  -- Как в публичном доме.
  -- Намного хуже. В публичном доме можно приходить к одной и той же проститутке. А здесь нельзя. В противном случае, нарушится концепция Чужого Города как игровой площадки. Зато ощущения от знакомства усиливаются во много порядков, да вы скоро и сами узнаете, если дадите себе волю.
  
  Так. Стоп. Не забывать, что я в командировке, у меня есть дело, мне не до знакомств.
  
  -- О, дождь прошел, мне пора. Благодарю вас за столь интересную беседу. Мне есть о чем подумать.
  -- Позволите вас навестить? Вы остановились в гостинице или частном пансионе?
  -- В гостинице. Однако, господин Сташевский...
  -- Зовите меня просто Антон.
  -- Антон, я не ищу знакомств. Я хочу побыть здесь одна, понимаете?
  -- Прекрасно понимаю. Но разрешите вас проводить, по крайней мере.
  -- Господин Сташевский, извините, но я пойду одна.
  
   Мне показалось, что Тим вздохнул с облегчением, услышав мой отказ.
  Сташевский повернулся к Тиму, и у меня возникла возможность отпить из его рюмки, но я этого не сделала, хоть мне были интересны его мысли. Мне было бы неприятно касаться губами края его рюмки.
  
  -- Не скрою, жаль расставаться с вами, но не смею задерживать. Да, вот моя визитка, - он протянул маленькую плоскую карточку. - На всякий случай не прощаюсь. И помните, нет такого, чего нельзя было бы обойти. Есть варианты, всегда есть варианты.
  -- Что вы имеете в виду?
  -- Когда-нибудь узнаете. Возьмите карточку.
  
  Я машинально засунула карточку в карман плаща. Тим неодобрительно покачал головой.
  
  "... Сташевский рискует... потерял бдительность... жопой чувствую, что нельзя ей давать карточку... ох, доиграется... хоть бы мое имя в связи с этим не выплыло, если он попадется... а то мой срок никогда не выйдет...'' - последние обрывки мыслей, которые я слышала, выходя на улицу. Дождь прошел, и сквозь разноцветные кроны деревьев, просвечивало полуденное солнце.
  
   ***
   В гостиничном холле - все тот же бессменный красавец портье, черноглазый с ослепительной улыбкой, строгая Анна Вельма, и тот же рыжий, похожий на сыщика, тип. Вот бы узнать, за что их сюда сослали. Интересно, что здесь считается нарушением закона? Им даже дружить нельзя. Всего сутки прошли, а кажется, что я их давно знаю, и живу много лет в городе вечной осени.
  
   В номере, перед тем, как снять плащ, я вынула из кармана кошелек, и с удивлением обнаружила, что он стал намного тяжелее. Я высыпала содержимое на столик. Денег стало, чуть ли, не вдвое больше. Банкир Кунц велел пересчитать деньги после полудня, и, если их окажется мало, обратиться к нему. Фраза эта показалась мне крайне странной. А ведь такое уже было однажды на Другой Стороне - денег стало больше, но тогда я подумала, что Женя оставил мне демонеты. А сейчас кто? К моему кошельку никто не имел доступа - он все время находился в кармане моего плаща. Да и кому пришло бы в голову подбрасывать мне демонеты? И зачем? Пересчитала еще раз. Может, это бездонный кошелек? Но Кунц сказал, что будет меня ждать, зайду, пожалуй, и спрошу заодно.
  
  Сыщик в холле сверкнул глазками, портье, улыбаясь, отворил дверь, а Анна Вельма приветственно кивнула - вообще, все это похоже на повторяющийся сон.
  
  Павел Кунц поднялся мне на встречу.
  -- О, госпожа Аксен, вот и вы! Пересчитывали наличность после полудня?
   Все еще нужны демонеты?
   -- Не нужны, но я хотела у вас спросить...
  -- У меня нет времени.
  -- Я вас не задержу. Демонет стало больше почему-то.
  -- Отлично. Зайдете, если запас иссякнет.
  -- Подождите, а вдруг их количество уменьшится так же загадочно, как и увеличилось?
  -- Не исключено. Но ничего загадочного. Прибавка в кошельке означает, что вы разумно их тратите.
  -- В смысле?
  -- Ваши траты способствуют повышению благосостояния миров Голденгейта - вот и все. Благодарю за визит.
  -- Одну минутку! У меня когда-то увеличились демонеты, а я вообще их не тратила, точно помню, что ничего не покупала в тот день.
  -- Значит, вы совершили прибыльное для миров Голденгейта действие. Или пришли к какому-нибудь важному выводу. Или истратили душевные силы. А душевные силы иногда переходят в демонеты и наоборот. Все, разрешите откланяться.
  -- Не смею вас задерживать, но мне бы еще хотелось спросить...
  -- На все вопросы ответит админ. Он не стал бы вас сюда посылать, если бы не был уверен в прибыльности вашей игры. Залесски - прекрасный финансист, а я, всего лишь, простой банкир. Всего доброго. И не забывайте проверять наличность после местного полудня - пересчет демокаунта совершается в двенадцать, - с этими словами банкир Кунц вылетел из своего офиса.
  Ну, дела. Два осадка - приятный и неприятный - выплыли на поверхность моей фуэрзы. Я мысленно просеяла их через фильтр, и осознала, что приятный остался от разговора с банкиром. Если я правильно поняла, то мои действия, траты и душевные переживания каким-то образом приносят пользу мирам Голденгейта. А неприятный остался от беседы со Сташевским, хотя он был учтив, доброжелателен и не навязчив. Может, это от того, что я нарушила указание админа - не заводить знакомств? Ладно, больше без Руслана не пойду никуда. Кстати, где он?
  
  Я поднялась на свой этаж, и уже хотела было постучать в дверь своего юного спутника, как кто-то тронул меня за плечо. Я обернулась, ожидая увидеть сыщика, но передо мной стоял Ахх.
  -- Детка, надо поговорить. Пригласи меня в комнату, сам- то я не могу войти в четный номер. И, по старой дружбе, не рассказывай Дэниэлу, что видела меня здесь, - не хочу мальчика сердить.
   Я пожала плечами и открыла дверь в свой номер. Он проскользнул в дверь, но в номере явно чувствовал себя неловко - переминался с ноги на ногу, ерзал на кончике кресла, наконец сказал:
  -- Нет, не могу, тут против меня защита. Давай выйдем.
  -- Куда?
  -- На балкон хотя бы.
  
  На балконе он сразу успокоился, сделал несколько глубоких вдохов, и, наконец, произнес:
  -- Полина, детка, ты не могла бы... Право же, неловко тебя просить...
  -- Что? Говори уже.
  -- Чуть поласковее быть с Русланом, а?
  -- Ты на что намекаешь?
  -- Я никогда не намекаю, я говорю прямо. Полина, я прошу не лишать его надежды. Понимаешь?
  -- Нет.
  -- Заметь, детка, я прошу нижайше, а ведь мог бы демонов своих подключить. А тебе до победы над ними еще далеко. Дэниэл пошел на риск, подняв вас с малышом на самую высокую ступень.
  -- С каким малышом?
  -- С Русланом. Я прошу тебя об одолжении, уважь старика.
  -- Чего конкретно ты хочешь?
  -- Не говори ему "никогда" или "пошел вон", скажи что-то типа "позже", "может быть" или "посмотрим" - как это делают настоящие леди. Поняла, да?
  - Нет, не поняла! Подавать ложные надежды - не честно и не порядочно. Я это на себе испытала.
  -- Ах, причем же тут порядочность, детка? Вот глупышка! Да разве ты узнала бы о себе столько, если бы казадор не подпитывал тебя ложными надеждами?
  -- Я не хочу говорить о казадоре.
  -- Правильно, речь не о нем, а о малыше. Вернее, о твоем к нему хорошем отношении.
  -- А зачем тебе это?
  -- А затем, что малыш оказался способнее, чем я предполагал. Он может создать музыку, которая мне очень пригодится. Но успех этого предприятия в большой мере зависит от тебя. Ты не прогадаешь. За услуги я плачу щедро.
  -- Я не буду торговаться. Лгать и обнадеживать - нечестно.
  -- Я не прошу лгать или обещать что-либо конкретно, просто будь поласковее, а уж он сам себе дорисует и домечтает то, что ему воображение подскажет, а я процесс этот подстегну. Поняла, детка? Э-э-э, вижу, что ты хочешь согласиться только, чтобы я отстал, а делать все равно по-своему. Фуэрза твоя - ясна и кристальна, от меня ничего не скроешь. Ты выполнишь мою просьбу, правда?
  -- А то что? Ты мне угрожаешь, что ли?
  -- Ну что ты, детка? Какие угрозы? Я прошу. Тебе не трудно, а там кто знает что получится? Поверь, если бы я мог тебя заменить кем-то, то уже сделал бы это, но - увы - чувство к тебе пустило корни в его фуэрзу слишком глубоко - на этом этапе игры выкорчевывать не время. А хочешь я взамен...- он задумался на мгновенье, вычисляя, чем меня можно прельстить. - А хочешь, я сделаю так, что твой казадор узнает где ты и придет во дворец?
  -- Дэниэл сказал, что он все равно узнает и придет.
  -- Конечно, но я ускорю этот процесс. Хочешь? Обычному игроку трудно пробиться к админу, а я казадору подсоблю маленько, но так, чтобы он думал, что сам нашел путь во дворец и преодолел все препятствия.
  -- Я бы очень хотела, чтобы это произошло быстрее, но я все равно не могу подавать ложные надежды!
  -- Почему же?
  -- Мне совестно. Тебе известно такое понятие?
  -- Ты о реальной совести вспомнила? Детка, а мужу изменять не совестно?
  -- В реале я ему не изменяю. Виртуальный секс - не считается. Вот если бы я в реале купила билет на самолет, на Украину, к Жене, и спала бы с ним - вот это было бы против моей личной реальной совести. А в другом мире - это только мое дело.
  Ахх покачал головой, глянул на меня хитренько из- под седых бровей и захихикал тоненько: -- Придется прочитать маленькую лекцию.
  На голове у него появился профессорская четырехугольная шапочка с кисточкой, а на носу очки.
  -- На твое счастье,- начал он гнусаво, - межмировые моральные нормы пока не установлены, и, будем надеяться, это нескоро произойдет. В Демонете физическая измена партнеру не считается аморальной, если требуется для пробуждения и развития собственных талантов, или для вдохновения другого игрока. Не веришь мне - изучи демокодекс. Уроженцам Демонета живущим в реале, труднее всего приспособиться именно к этой реальной морали, она кажется им нелепой и бессмысленной. В мирах Голденгейта моя просьба является высокоморальной, а причина твоего отказа - смешной и нелепой. В Демонете, пробуждение и развитие таланта - основа всех моральных устоев - поэтому-то этот мир и превосходит реал по многим параметрам. Именно по этой причине, тебе сошло с рук нарушение общественного порядка в клубе 'Demonique'.
  Шапочка и очки исчезли.
  -- Я снял груз с твоей совести, детка? - спросил он уже обычным голосом.
  
  Ну куда мне с ним спорить? Я и сама могла Жене сообщить в реале, где нахожусь, но молчала из гордости. Я хотела, чтобы он сам меня нашел. А может, он скучает по мне и жалеет, что все так вышло. А увидит меня - и чувство вспыхнет по новой. Хорошо бы знать, когда он появится - я бы надела самое красивое из имеющихся в гардеробе платьев.
   Ахх тут же уловил смену настроения.
   -- Ну вот, соглашайся, детка. Встреча с казадором - хорошая цена. Но обещания, что она будет радостной, не даю. Все от тебя зависит.
  -- Хорошо.
  -- Ну вот и славно. А малыш-то наш вовсе не безобразен - высокий, стройный, тело гибкое у него мускулистое, ты присмотрись, а? Многие находят его привлекательным. А уж влюблен-то как! Лестно, правда?
  Я вздрогнула - Ахх точно произносил вслух мои мысли. Сразу же по возвращении, попрошу админа обучить меня технике, о которой упоминал Хьюз - "пунтийя" - накидывание кружева поверх фуэрзы.
  -- Прятать фуэрзу от Повелителя Страстей бесполезно, - тут же ответил Ахх на мои мысли. - Я, ведь, не снаружи нахожусь, а внутри.
  И исчез.
  
  Дверь Русланова номера была не заперта. Он сладко спал, раскинувшись на огромной кровати. Атласное одеяло сползло на пол. Ну да, малыш провел бурную ночь - сопит сладко, положив ладонь под щеку как ребенок, что жалко будить.
  Я постояла немного в нерешительности. В открытую дверь заглянул рыжий сыщик - он все больше наглеет.
  Коснулась щеки Руслана тихонько. Ахх его тоже "пасет" как и меня. От меня он ждет варенья из райских яблочек, а от него - музыку.
  Он открыл глаза и подскочил на постели:
   -- Ой, Полина, прости, я ждал тебя, даже душ принял, чтобы взбодриться, потом прилег и уснул. Сейчас оденусь.
   Откинул одеяло, вскочил голый, совершенно меня не стесняясь, ну да, а чего стесняться после того, что было. А и, правда, он гибкий, тело мускулистое и загар золотистый... а член встал сразу от того, что я смотрела - длинный... Сейчас он мне еще больше показался, чем тогда.
  Руслан одевался, а я вдруг устыдилась, и отдернула себя мысленно: ''Нет, это уже разврат какой-то..."
  И тут же услышала голос Ахха:
  " Разврат это, знаешь что, детка? Когда оба могут, есть место и время, но ничего не происходит''.
   ***
  В реале тоже осень, как в Чужом Городе, - небо хмурое и дождь с утра. Старик-сосед подметает улицу, сгребая в кучу опавшие листья. Сегодня - выходной. За завтраком проверю е-мэйлы, а после буду готовить обед. Но сначала пойду за продуктами в любимый магазин - безалаберный и нелепый, а я там покупаю все с удовольствием, а новый - большой и красивый, с огромной витриной, почему-то обхожу стороной. А ведь, продукты там - хорошие, свежие... Может, дело в работниках? Придется самой разбираться - спросить-то не у кого. Вчера Хьюз пригласил кофе выпить у себя в кабинете, открыл подаренную пациентом, коробку конфет. Я выпила полчашки, а потом меня к телефону позвали, и я вышла в холл, а когда вернулась, то кофе допить не смогла - взяла чашку в руки и отставила в сторону. А ведь я сама его в чашку налила, молока тоже сама добавила. Конфету шоколадную я тоже надкусила и выплюнула.
   А Хьюз глянул на меня многозначительно, а потом сообщил, что за время моего отсутствия, ругал секретаршу, и я, видно, почувствовала впитавшиеся в кофе негамоции, и интуитивно оградила себя от них. Еще сказал, что фуэнсены обычно не оставляют свои кушанья без присмотра.
  
  В который раз перечитываю е-мэйл от Жени.
   "Полинка, я тебе подарок отправил, надеюсь, успеет ко дню рождения. Ты, как получишь посылочку, сообщи сразу, а то я волнуюсь - хоть бы дошла нормально. Я упаковал в несколько слоев... Позже еще напишу, а пока бежать надо - Оксану с работы встретить - ливень припустил, а у нее зонтика нет".
  
  Всего несколько строк, а я ясно видела: мокрая куртка, капли дождя на усах и запах грозовой свежести. Может опять демовэйв шальной? Кажется, да. Одно небольшое усилие и я, как есть, в ночной рубашке, прижмусь к его мокрой куртке, мы опустимся прямо на пол, в прихожей, на коврик у двери... Я уже знаю, что при сильном обоюдном желании это нетрудно осуществить. Он наверняка чувствует приближение этого демовэйва. Нет. Назад. Нет.
  
   Ответила ему: "Большое спасибо, Женя, непременно сообщу по получении''.
  
  Как он близок мне, все же. Я вижу, как он сейчас бежит под зонтиком к автобусной остановке. Как странно складывается - я знаю, что он работает у антиквара, и живет над лавкой. А он даже не знает, что я - фуэнсен. Как жаль, что мы не вместе, как жаль! Я сама во всем виновата - вела себя глупо, говорила все не то. А он хотел, как лучше. Может, надо было уйти с ним?
  
   ***
  Идем с Русланом по улице, уходящей вверх, на холм. Время от времени, оглядываемся и любуемся разноцветными крышами. Я рассматриваю витрины, и продуктовых, всех магазинов, но продуктовых - с особым интересом. Похоже, варенье здесь тоже не продается - ни джема, ни конфитюра, даже повидла не видно.
   -- Полина, слушай, у меня демонет чего-то больше стало ... Давай кутить, а? - прерывает мои размышления Руслан.
  Ага, значит, и он сделал что-то правильное для благосостояния миров Голденгейта, и хочет сразу, не задумываясь, все истратить на удовольствия.
  
  -- Я столько потратил на этих чертовых русалок,- продолжает мой спутник. - Думал, не дотяну до отъезда, придется подрабатывать. А сегодня глянул в кошелек, а там - полно демонет. О, давай купим тебе шляпу? - он останавливается у шляпного магазина. -- Или просто пропьем.
  А интересно, если просто пить, не вылезая из бара, быстро ли закончатся демонеты? Он
  Я позволяю Руслану взять себя за руку, хоть мне и стыдно от того, что я оказываю знаки внимания одному человеку, для того чтобы заполучить другого.
   Но Руслан-то как расцветает сразу! Он все время норовит коснуться меня: то плеча, то щеки. Ноздри его подрагивают... наверно, опять думает, как бы меня уговорить. И меня волнует не столь он сам, сколько его желание, правда, волнует.
  
  Подъем становится все круче. Электронное табло на перекрестке сообщает: ''Впереди Дудыкина Гора'' и '' Добро пожаловать на Ярмарку у подножия Кудыкиной Горы". Ох, ничего себе название, там точно ничего хорошего не может быть.
  Когда я спросила у красивого портье при выходе, куда пойти, чтобы и интересно было, и пообедать вкусно, - он ответил с лучезарной улыбкой: "На Кудыкину гору". Я еще подумала, что он хамит или шутит, но переспрашивать не стала.
  
  У подножия поросшей елями и кустарником, горы, раскинулась веселая базарная площадь: множество ярких шатров, кафе, лотков и лавочек - названия веселые, витрины яркие, да еще и ароматы вокруг аппетитные. А вот лавочка со скособоченной вывеской "Полпирога". Румяная женщина выкрикивает из окошка звонким мелодичным голосом:
  
  -- Подходите! Свежие! Горячие! Полпирога! Полпирога! Начинка видна! Начинка видна!
  Возле лавочки собираются покупатели.
  -- Половину курника, пожалуйста, нет, не надо заворачивать, я сразу съем.
  -- А мне половинку рыбного и половину картофельного, да, вот этот, порумянее.
  -- Ух ты! Тесто картофельное с начинкой из брынзы! А еще есть?
  
  Подходим ближе.
  Пироги выпечены в полукруглой форме или разрезаны так, что была видна начинка. И вправду, половинка пирога выглядит аппетитнее, чем целый.
  Становимся в очередь, и прямо слюнки текут от одних названий:
  -- Мне полпирога с тыквой.
  -- Полпирога с фасолью и зеленым луком.
  -- С яблоками! Пожалуйста, дайте полпирога с яблоками и изюмом, да чтоб корицей посыпано погуще было, и чаю - большие кружки.
  - А вам? - спрашивает женщина в окошке, когда доходит наша очередь.
  -- Мне с капустой и яйцом и еще вон тот - с творогом и изюмом,- я заказываю.
  -- А мне с мясом и зеленью, - просит Руслан.
   Мы садимся на резную лавочку и едим пироги, отламывая кусочки, сок течет по пальцам.
  -- Я всю жизнь согласен питаться этими пирогами. Полина, у тебя прямо талант вкусные места находить, - восхищается Руслан.
  Тесто легкое, воздушное, а сколько любви в нем и удовольствия, и еще - здорового веселья, что ли. Хоть такого счастья как в Ромкиной стряпне, все равно нет, но данных вполне достаточно, чтобы сообщить админу.
  -- Как вас зовут? - спрашиваю женщину. - Это вы печете такую вкуснятину?
  -- Мы вдвоем печем, с партнером. Он тесто замешивает, а я начинки готовлю, а торгуем по очереди. Сейчас эти распродам, и пойдем новую партию печь, тесто подходит уже. А зовут меня Анисья.
  -- А партнера?
  -- Анисим, - смеется женщина, и непонятно то ли шутит, то ли правду говорит.
   Так, место я запомнила, адрес тоже простой - у подножья Кудыкиной Горы, лавка "Пол - пирога".
  -- А с маком нет? - спрашиваю зачем-то.
  -- Нет, что вы! Гуинда не велит мак в Чужой Город привозить.
  -- А с вареньем бывают пироги у вас?
  Женщина смотрит на меня удивленно.
  -- Нет. С вареньем мы тоже не имеем права, мало ли чего выйти может.
  
  Действительно, мало ли чего. Что за проблемы с вареньем?
  Руслан протягивает мне свой пирог, я откусываю от него, он улыбается - ему нравится кормить меня. Нет, ничего не чувствую, и фуэрзу не считываю; наверно через еду не передается, но стоит коснуться губами края его кружки, как я сразу узнаю чего он хочет - чтобы я села к нему на колени. А больше никаких мыслей нет у него, ему просто очень хорошо сейчас.
  А вслух он говорит о том, что гораздо вкуснее есть на свежем воздухе, на природе, чем в помещении за столом, а я согласно киваю, и вдруг он спрашивает:
  -- Полина, слышишь музыку ярмарочной площади?
  -- Нет,- честно отвечаю. - Никакой музыки не слышу.
  -- А ты постой тихонько и помолчи.
  Я замираю.
   -- Ничего.
  -- Тогда попробуй закрыть глаза,- и сам кладет ладонь мне на веки.
   Все равно не слышу. Я допиваю остатки чаю из его кружки, вспомнив поговорку "остатки сладки" - сахар на дне почти не растворился, и опять закрываю глаза. Он целует меня тихонько в губы, я не отстраняюсь, отвечаю ему, он прижимается ко мне теснее, его губы обхватывают мои крепче. И вдруг все звуки - шум листвы, журчание фонтана, людские голоса, даже звон демонет - становятся инструментами в оркестре, и звуки складываются в красивую мелодию. Я открываю глаза - скупое осеннее солнце освещает пестрые шатры под кронами деревьев. Музыка не исчезает. Чем крепче прижимается ко мне Руслан, тем громче и торжественнее звучит музыка ярмарочной площади у подножия Кудыкиной Горы - музыка этого момента.
  Его холодные пальцы скользнули под мой теплый свитер. Опять закрываю глаза и думаю, что не только еда, а и поцелуи на улице слаще, на холодном, почти морозном воздухе, среди людской кутерьмы.
  
  А у лавки "Полпирога" идет бойкая торговля.
  -- Мне с яблоками.
  -- Мне с курагой.
  -- Мне пол - пирога с рисом и морковью.
  А мне слышится: "пол - пирога с любовью".
  Но довольно! Я отстраняюсь, и мы идем дальше, а у фонтанчика он брызгает на меня водой - ну, ребенок еще, хоть и вправду, талантливый, видно, - сам музыку услышал и мне сумел передать.
  
  Проходим через целый ряд сувенирных прилавков. А вот - магазин зеркал, на вывеске которого значится - "Амапольские зеркоралы", и рядом - мелким шрифтом - "Отражение в зеркале - это то, что видят окружающие. Мы покажем, как вы выглядите на самом деле".
  Ой, как заманчиво! Я уже делаю шаг к двери, но останавливаюсь, занеся ногу за порог. А вдруг я плохо выгляжу на самом деле? Тогда лучше не знать. Может, Руслана вперед послать? Но ведь админ предупреждал, что каждая лавочка - как новая дверь, войдешь, а там длинный коридор с множеством дверей, и из каждой - тянется свой коридор.
  Следующая дверь - "Магазин калейдоскопов - цвета и узоры ваших страстей и тайных желаний".
  Дальше проходим, ну их, страсти эти.
  "Мастерская по изготовлению ключей - для жестоких сердец, запертых ящиков, от которых давно утеряны ключи, а так же - универсальные".
  "Бюро находок: ожидания, надежды, мечты и иллюзии - у нас все найдется".
  
  Мало того, что приходится сдерживаться самой, так еще и Руслана нужно оттягивать от магазинов. Если бы не я, он давно бы потерялся в лабиринтах этих лавочек.
  Солнце заходит за Кудыкину Гору. Скоро совсем стемнеет.
  А вот домик в виде сундучка с вывеской "Шкатулки с секретом".
  -- Здесь, наверно, продаются шкатулки с секретными замками, - заключает Руслан.
  -- А может,- я предполагаю, - шкатулки с секретом внутри.
  
  Позади - сочный густой бас:
  -- Нет, в шкатулках - пока пустота.
  Оборачиваюсь.
   -- Здравствуйте, Полина, вторая встреча за сегодня, - говорит Сташевский, оглаживая пышную каштановую бороду. - Это неспроста. В этих шкатулках можно сохранить любой секрет, и никто никогда о нем не узнает.
  -- Никто-никто?
  --Да. Ни модеры, ни даже сам админ.
  -- А им известно об этой лавочке?
  -- Нет. Если бы знали, - закрыли.
  -- А зачем вы мне об этом рассказываете? Вы мне так доверяете?
  -- Хочу вас заинтриговать. Зайдите на минутку и сами все увидите. Шкатулки просто прекрасны, есть на любой вкус - резные деревянные, из самоцветов, а есть и подороже, с инкрустацией из драгоценных камней. Входите, не пожалеете.
  -- А у вас, верно, много секретов, Антон? - с этими словами, я шагаю за порог, разжав Русланову руку, а Сташевский следует за мной.
  На прилавках - шкатулки всевозможных форм и размеров.
  -- Красивые, правда?- шепчет Сташевский. -- Вот эти - для маленьких секретов, здесь,- он кивает на дверь в углу магазина, - есть побольше, в которых можно хранить секреты любой величины и сложности.
  
  Я так и не смогла позднее вспомнить, сама ли я машинально шагнула за порог или он все же меня подтолкнул. Я не видела, как он захлопнул дверь перед Русланом... Последнее, что я услышала:
  -- Вы спрашивали, много ли у меня секретов, душа моя? Сколько бы ни было, а сейчас будет одним больше.
  Отражение предзакатного солнца медленно гасло в витрине. Я шагнула к выходу, но вдруг уперлась лбом в холодное стекло.
  
  Я находилась в комнате по форме похожей на шкатулку, вернее это был целый сундук, в котором мне отводилась роль содержимого. Стены и потолок были из дымчатого стекла. За одной из стен стоял Сташевский.
  -- Эй, что происходит?
  -- A происходит, душа моя, то, что ты стала моим секретом в шкатулке. И, должен признаться, я еще так никогда не рисковал, поэтому, не будем тянуть время, - Сташевский нервно облизывает губы.
  -- Что это значит? Почему я не могу отсюда выйти?
  -- Потому, что я тебя не выпускаю. Тебе нравится эта ситуация?
  -- Нет. И ты мне не нравишься. Совсем.
  -- Тем хуже для тебя. И мне не нравится, когда меня за нос водят.
  -- Не понимаю.
  -- Неужели? - его голос звучит резко, без нарочито слащавых ноток. - Давай сразу к делу. Ты называешь того, кто тебя подослал, а затем, мы вместе придумываем как все исправить. А потом, я, может быть, тебя отпущу.
  -- Ты сумасшедший?
  -- Довольно! Мне неловко срывать свое раздражение на женщине, но ты не оставляешь мне выбора. Лучше все расскажи, и, возможно, мы даже подружимся.
  -- Что рассказать?
  -- Для начала - сколько демонет ты на мне заработала? Или тебе другой валютой платят?
  
  Я стараюсь взять себя в руки:
  -- Господин Сташевский, если это шутка, то довольно глупая.
  -- Это не шутка, Полина. Кстати, ты не была на местном аттракционе "Нешутка"? Рекомендую, и даже готов тебя туда проводить, как только мы проясним это недоразумение. Ты не только все расскажешь, но и все вернешь все, что заработала. Итак, твоя миссия? И хватит хлопать ресницами - я на это не клюну. Думала, я лыком шит?
  -- Я вообще о тебе не думала.
  
  Я вдруг понимаю, что он не шутит, и мне становится страшно.
  -- Должна вас разочаровать, господин Сташевский, нет у меня никакой особой миссии. Моя цель - отдохнуть и развлечься в Чужом Городе.
  -- Сказки будешь Софье Марковне рассказывать. Слушай, мне совсем не нравится роль тюремщика, так что не раздражай меня понапрасну! Итак, кто тебя послал?
  --Да никто же! Я здесь отдыхаю и развлекаюсь.
  -- И я бы с удовольствием поверил, и даже попробовал бы за тобой просто поухаживать, если бы не пара обстоятельств, выдающих тебя с головой. Ты притворяешься и, надо отдать тебе должное, делаешь это хорошо. Но факты свидетельствуют о том, что ты - не простая дамочка. Во-первых, твое прибытие в Чужой Город не было зафиксировано ни одной демостанцией. А во-вторых - странная вещь произошла. Очень странная. Я, видишь ли, человек богатый, и не последнее лицо в Демонете.
  -- Почему мне это должно быть интересно?
  -- А потому, что я умею распоряжаться деньгами, и если допускаю потери, то тщательно продуманные и крайне незначительные. Так вот, после нашей невинной, на первый взгляд, беседы в кафе "Дырявая Ложка" - а это было незадолго до полудня - я потерял очень много, и причиной тому можешь быть только ты.
  
  Он помолчал, наблюдая какой эффект на меня произведут его слова, потом спросил:
  -- Ну что, ты и теперь будешь все отрицать?
  -- Ничего не понимаю. Уж не хочешь ли ты сказать, что я у тебя украла демонеты или, на худой конец, отвлекала беседой, пока мои сообщники совершили грабеж?
   Он топнул ногой от нетерпения.
  -- Притворяться бесполезно, и ты это сейчас поймешь. Сегодня утром я допустил оплошность, и это связано с тобой.
  -- Да почему же со мной?
  -- А потому что утром все было как обычно, кроме того, что я случайно, или мне показалось, что случайно, встретил в кафе красивую женщину, заговорил с ней и угостил ликером. Да, не скрою, я закидывал удочки, ну и что с того? Я всегда так делаю, когда вижу лакомый кусочек. Да, я постарался узнать о ней побольше - я всегда так делаю, но никогда не терял из-за этого денег! Мой демокаунт уменьшился втрое! Держу пари, что твой значительно увеличился! Видишь, я все знаю! Так что лучше сама расскажи, кто тебя подослал! А то...
  -- Послушай, - я резко прервала, - мне наплевать на то, что ты себе вообразил. У тебя мания величия. Мне до тебя нет никакого дела... Я скоро уеду отсюда, забуду о тебе и, - какое счастье - больше никогда не встречу. А твои денежные потери- всего лишь, совпадение. Ты только теряешь время со мной - лучше ищи в другом месте. Когда найдешь причину, тебе станет стыдно за столь нелепые обвинения!
  -- Полина, если это твое настоящее имя, ты - непростая штучка. Ты была одна в кафе, когда я вошел туда. Ты явно меня караулила, и подстроила так, чтобы я заговорил с тобой - ты знала о моей репутации - я не упущу шанс поволочиться за хорошенькой мордашкой. А когда узнала все, что нужно, резко свалила. Я не ошибаюсь - мои потери непосредственно связаны с тобой. Так знай, я не выпущу тебя отсюда, пока ты мне не расскажешь всего.
  
  Я осознаю, насколько он серьезен, и вдруг ощущаю настоящий ужас, от которого у меня холодеют руки и ноги. Я и, правда, в опасности. Нахожусь в закрытом пространстве, в шкатулке с секретом, в которую меня запер этот параноик. Я - содержимое сундука, о котором никто не узнает, даже админ. А что, если он меня и в самом деле не выпустит? Но это же нелепо, в конце концов, ну каким образом я могла ему принести ущерб?
  -- Строишь из себя дурочку?- продолжал тем временем Сташевский. - Кто-то же стер из базы данных время твоего прибытия на демостанцию? Уж, наверно, это сделал тот, кто хотел скрыть, откуда лежал твой путь.
  
   Страх мешает мне сообразить как себя вести.
  
  -- Слушай, - Сташевский страшно нервничает, - Если я сказал, что все узнаю, значит, узнаю. Я буду тебя здесь держать до тех пор, пока не увижу, кто именно станет тебя разыскивать.
  -- Может, ты еще и пытать меня будешь? - осведомляюсь я.
  Голос мой предательски дрожит, и коленки подгибаются от страха. Надо как-то выкручиваться, но как? Он отрезал меня от всего мира, угрожает...
  
  -- О, тебя лучше всего использовать по назначению - трахать, без дурацких ухаживаний, дорогих подарков и длинных прелюдий.
  -- Ты такой мерзкий, что это и впрямь будет пыткой! - боже, что я говорю! Он сейчас еще больше разозлится!
  -- А ты любишь молоденьких мальчиков?- осведомляется вдруг Сташевский. - Я видел кого ты подцепила себе. И что ты в них находишь? Здоровья много, что ли? Но тебе придется довольствоваться тeм, что есть, да еще и отсосешь по полной программе, - с него уже слетел весь лоск, и он добавляет к этой угрозе длинное грязное ругательство, за которым следуют новые угрозы. - Посиди и подумай. Я скоро вернусь.
  
  Его силуэт исчезает, и светящаяся стенка медленно гаснет. Я напрасно его злю: с сумасшедшими лучше соглашаться и стараться не вызвать агрессии, - об этом как-то Хьюз упоминал. Надо что-то придумать, пообещать, чтобы он меня отпустил, а потом удрать. Думай, думай...
  
  Я двигаюсь внутри шкатулки, держась рукой за стенку, и пытаюсь разглядеть в тусклом свете хоть что-нибудь, но везде только гладкое толстое стекло - ни одной зацепки, рычажка, дверной ручки или кнопки. Вот влипла! Попала в лапы маньяка ни за что, ни про что. Шкатулка с секретом - заманчивое название, а Сташевский такой приличный с виду, с пушистыми усами, а сам - бандит! Эх, зачем я с ним заговорила! Зачем вглубь лавки прошла, предупреждали же админ и Ахх! Однако поздно себя ругать. Что придумать? Что? Никто никогда со мной не обращался подобным образом, меня все любили: дома, в школе, в колледже, на работе. Мне никогда никто не угрожал в реале...в реале...в реале...
  
   ***
  В реале, в этот самый момент, я обнаружила в дверной ручке записку о том, что мне следует зайти на почту, имея при себе паспорт, для получения ценной заграничной посылки. И я сразу же помчалась. На почте я отошла в уголок, распечатала посылку, руки от волнения дрожали, и сердце колотилось ужасно. Достала из пакета картонную коробочку, завернутую в несколько слоев упаковочной бумаги, и письмо. Я раскрыла конверт.
  
  "Полинка! Я думал о тебе, пока работал над этой вещицей. Носи на здоровье, любовь моя. На длинной цепочке, как ты просила. "
  
  Коробочку я на почте не хотела распечатывать, зажала ее в руке и побежала домой. Ранние заморозки в этом году - на тонком льду я поскользнулась и упала, коробочка выпала из рук. Я встала и наклонилась, чтобы ее поднять, но тут чья-то рука схватила коробочку. Человек в темном плаще услужливо протянул ее мне. Я поблагодарила и побежала дальше. Женя мне прислал подарок! Для меня специально сделал! Он любит меня, думает обо мне! Как удивительно - реальный подарок от виртуального любовника.
  Дома я закрылась в ванной, и распечатала картонную коробочку, в ней оказалась маленькая бархатная шкатулочка, а в ней... Ох, красота какая! Медальон необычной многогранной формы, со сложным переплетенным узором из мелких камешков, непрозрачных, как я просила... И взгляд скользит по этим узорам, извилинам и завитушкам, и находит женскую фигурку, с широкими бедрами, а меж бедер, на груди и во лбу - крошечные камешки, сразу и не заметны. Красиво-то как! Ну, мастер!
  Я сразу бросилась ему е-мэйл писать:
   "Женя, все дошло, все в полном порядке. Мне так нравится! Спасибо тебе, мой любимый!"
   Как жаль, что нельзя в Демонет эту вещицу протащить, я бы с ней вообще не расставалась. Женя, мой Женя ее для меня мастерил, чтобы у меня было украшение его работы, да такое чудесное! Он думал обо мне! Думал обо мне!
  
  Он сразу же ответил:
  
  "Полинка, а можешь надеть мой подарок и сфотографироваться в нем. Хочу посмотреть, как на тебе это выглядит".
  
  "Конечно, Женя, милый, сейчас вебкамерой щелкну ".
  
  Я надела медальон, он скользнул прямо в декольте, я ощутила приятный холодок... Потом позировала перед камерой и выбирала снимки - о, вот самый лучший - я - веселая, голова чуть на бок склонена, блузка расстегнута, чтобы медальончик был лучше виден - хорошее фото и соблазнительное достаточно. Пусть скучает.
  Отправила.
  
  '"Получил? Видно тебе?"
  
  Вот так и впредь буду вести себя - только радость, ни одного упрека.
  
  " Красиво. Рад, что угодил. А как дела у тебя, Полинка? А то тревожно мне что-то"- первый раз спросил за долгое время, между прочим.
  "Нормально", - написала, а у самой сердце сжалось. Что же будет со мной в Демонете, откуда помощи ждать? А что мужу сказать про медальончик? Вещица дорогая, он заметит.
  Ложась спать, я положила медальон под подушку - расставаться с ним не хотела. Утром, собираясь на работу, надела его. Разве это не доказательство, что он любит меня. Женя мой. Мой.
   Некоторое неудобство доставляло то, что коллеги и пациенты, беседуя со мной, смотрели не в лицо мне, - их глаза все время были на уровне груди. Женщины - коллеги спрашивали наперебой: '' А где ты это взяла?'', '' Купила или подарили?'', ''Ух ты! Красиво как! Дашь поносить?''
  Я наврала, что онлайн заказала, специально для меня узор мастер придумал. Двое сразу же захотели и себе заказать, и я дала им адрес Жениного сайта "Осколки Неба".
  А у меня будто тайна появилась, реальная и ощутимая. Медальон все время был холодным - не согревался на теле, и я стала носить его поверх одежды. Я то и дело смотрела на него, узоры меня будто завораживали, отвлекали немного... отвлекали... от того, чтобы следить за собой, в Демонете - мечущейся в сундуке из дымчатого стекла, борющейся со страхом... Нет, страха уже не было... ничего не было... А потом свет погас и звуки отключились. Я стучала кулаками по дымчатому стеклу, но звука больше не слышала. А потом и кулаки перестала ощущать.
  
   ***
  ....страха уже не было, вообще ничего не было, меня не было, совсем. Даже на сон, на мучительный кошмар, когда хочешь проснуться, происходящее уже не было похоже. Было гораздо хуже. Я больше не ощущала себя в Демонете. Не было страха, но и меня не там было, я была только в реале.
   Я уже давно воспринимала Демонет как данное, мир, где я могла быть сама собой, где все могли быть сами собой, где была возможность развивать необычные таланты, где было интересно жить каждое мгновенье. Оказывается, я успела привыкнуть к этому миру, а все, что было до него - теперь казалось плоским, пустым и бесцветным.
  Я растерялась поначалу, ощутив непривычную пустоту, потом легла спать, думая, что утром все восстановится, но проснулась и - опять ничего не было. Никто не мог понять, почему я хожу как в воду опущенная: ведь все же было нормально. Я ушла с работы рано, сказав, что заболела. А может я и вправду заболела? Я бродила по реалу как зверь по клетке, из угла в угол, и не могла найти себе занятие, все падало из рук.
  Последнее что я помнила - это попадание в шкатулку с секретом и угрозы Сташевского. Может, я там потеряла сознание от голода и жажды? Этот сундук скрыт от всех, даже модераторов и админа, и даже от меня самой. Да жива ли я еще?
  И тут я замерла от страшной догадки: я поняла, что умерла. Он меня там, наверно, убил.
  Вот как это, оказывается? Ничего нет, совсем ничего! Меня нигде нет и я ничего не чувствую, не вижу и не знаю. Только в реальной памяти остался отпечаток - мир, люди и события. Как же это выдержать? Как это обидно! Мир продолжается, а меня в нем нет. А кто по мне там плакать будет, а? Руслан? Он молод, скоро успокоится. Дэниэл? Вот это вряд ли, разве что огорчится слегка. Неужели больше некому?
  Я мысленно представила себе дворец: мои покои, кровать с балдахином, окно в сад, рисунок на стене, на котором я танцую под дождем. Мои покои отдадут кому-то другому, наверно. Рисунок снимут. Вспомнила мост между Той и Другой Стороной, часы на башне с неравномерными промежутками между цифрами, лес, в котором мы с Женей любили друг друга, гостиницу, обитателей дворца админа, поведавших мне удивительные вещи. Ах, я не успела расспросить их о многом! И еще - чудесный сад с умными растениями, которые нападают на чужака.
  
  Но ведь в реале-то все хорошо: вот мой диван, письменный стол с компьютером, за окном белки прыгают и птицы чирикают, провожая последнее солнце. Кот Феншуй крадется по подоконнику, прислушиваясь к их пению. Разве этого недостаточно? Можно пойти вечером в кино, или понежиться в ванной, а потом улечься в постель и почитать интересную книгу, да мало ли...
  Пожалуй, спрошу у Хьюза завтра, что делать, может он посоветует чего.
  А пока мне пусто и страшно.
  
  Но на следующий день мне сообщили, что Хьюз больше у нас не работает, уволился внезапно, сославшись на личные проблемы, а перед этим, сказали, зол был и раздражителен, кричал, что работать невозможно в такой обстановке. А какая такая обстановка?- удивлялись коллеги. Все как всегда. Раньше же как- то работал.
  Я заглянула в его кабинет. Вместо уютных разноцветных светильников и картин, на стенах были светлые пятна - он забрал все, включая письменные принадлежности и растения. Странно, что он даже не попрощался. Может, еще позвонит. Надо же, как все совпало - ни одного демона, ни Ахха, даже вездесущего Ахха нет. Как пусто!
  
   Дома запираюсь в своей комнате и лежу в темноте, пытаясь найти себя в Демонете. Ничего не получается! Меня нет, меня нет! Я опять засыпаю в реале, сжимая медальон в руке, и мне снится Женя. Он рядом, его усы щекочут мне шею, он гладит меня по груди, но, несмотря на острое возбуждение, я не могу шевельнуться и обнять его в ответ - так и я лежу как беспомощная поломанная кукла. Женя, милый, пусть этот сон продолжается как можно дольше. Зачем ты оставил меня? В наказание? В назидание? Пусть будет по-твоему. Чего стоят гордость и принципы по сравнению с полетом, который дарит твоя близость!
  
   ***
  Я по-прежнему ничего не вижу, но зато слышу чей-то шепот: "Полина, я все для тебя сделаю. Все, что захочешь. Я напишу для тебя музыку, самую прекрасную! Только очнись, пожалуйста. Открой глаза''.
  Что происходит? Мне снится Женя - его запах, его поцелуй.... Кажется, я возвращаюсь в Демонет. Я возвращаюсь, но не вся сразу, а по частям: слух вернулся - но почему он говорит о музыке?
  А вот и осязание вернулось - я ощущаю жар его кожи. Чувствую тяжесть своего тела и его руки на своей груди, будто мой бесплотный дух медленно обретает форму и плоть. А теперь обоняние - его дыхание пахнет вином! Все чувства вернулись. И вдруг я вижу сама себя - я медленно вырисовываюсь из пространства. Вот я ... вот я... Я не умерла... я вижу себя! Я живая.
  
  Огромная кровать в незнакомой комнате - смятая постель. Повсюду разбросаны разноцветные листья: желтые, красные, коричневые, и зеленые в крапинку. Они везде: на полу, в постели, на кресле, и я сама усыпана этими листьями! Я осторожно поворачиваю голову. Голый Руслан спит рядом. Длинные светлые пряди волос разметались по подушке. Как я сюда попала? Ничего не помню, совсем ничего. Было у нас с ним что - то или нет? Можно заключить, что если я лежу голая в постели, в листьях, правда, но все равно голая, рядом с голым Русланом, то, скорее всего, было. Нет, ничего не чувствую, не помню, просто не помню ... Как же это?
   Во рту гадко... Ничего не понятно. Похоже, я проспала много часов, может даже - целый день. Все чувства вернулись, но не память. Я не знаю, что этому предшествовало. Что же делать?
  Пытаюсь встать, но голова очень кружится, и я плюхаюсь обратно в постель. Так. Надо вспомнить, надо сделать усилие и все вспомнить. Я обвожу взглядом комнату: это номер Руслана, я здесь уже была, у него номер больше моего, интересно почему? Разве он более важная птица? А какая разница, впрочем. Я смотрю на его юное лицо - спит так невинно.
  Мои усилия не проходят даром, и в памяти возникают эпизоды и вспышки, но только непонятно в какой они происходили последовательности.
  
  ''Я обнимаю Руслана, я благодарю его... За что? Он сияет от радости'.
  
  Другая вспышка. ''Передо мной тревожное лицо Анны Вельмы. Ее голос:
  -- Госпожа Аксен, вам не помешает немного алкоголя. Это поможет расслабиться, выпейте вина и поешьте как следует. Вы потеряли много сил. Возможно головокружение и провалы в памяти, но это пройдет.
  Я и вправду чувствую зверский голод и жажду.
  
  -- Я ее накормлю, - обещает Руслан. - Я все сделаю. Самое страшное уже позади. Он уволакивает меня в бар "На Дне", швыряет бармену демонеты, нам приносят вино, я выпиваю все сразу, залпом, не чувствуя вкуса. Анна Вельма в строгом синем костюме и блузке с белым воротничком, говорит бармену, чтобы он вернул Руслану демонеты, мол, угощенье за счет гостиницы, а я борюсь с желанием сбросить ее в бассейн. А потом я подхожу на шатающих ногах к краю бассейна и все-таки сталкиваю ее. Но она быстро вылезает, и совсем не обижается, а говорит смущенному Руслану, что в ближайшее время, мое поведение может быть неадекватно, и за мной нужно смотреть. Еще она говорит, что сожалеет о случившемся, и надеется, что Чужой Город, все-таки оставит о себе приятные воспоминания. А я медленно свирепею от звука ее голоса и, не дожидаясь конца ее речи, опять сталкиваю ее в воду. Она барахтается там, а я кричу, чтобы она шла ко всем чертям вместе со своим рыжим сыщиком, и скрепляю пожелание парой крепких ругательств.
   Но Анна Вельма и на этот раз не обижается, бармен помогает ей вылезти, она отряхивается и говорит спокойным ровным голосом, что приносит извинения за рыжего, который ходил за мной все это время. Но он не сыщик, вовсе, и вообще, он - никто, и уже устранен, это был глюк, его больше нет. Его появление - результат плохо налаженной системы. Если кто-то попадает в Чужой Город, минуя демостанцию, система терпит сбои. Она опять приносит извинения. А Руслан мне говорит:
  -- Полина, ну зачем ты так с ней? Она помогла нам, участвовала в твоем спасении.
  А бармен опять приносит полные бокалы и говорит:
  -- Угощенье за счет гостиницы!
   И я опять все выпиваю залпом, и лезу в воду, а Руслан кричит мне вслед:
  -- Полина, подожди, закуси хотя бы."
  
  Да, я прямо в платье в воду бултыхнулась, туфли благоразумно сбросила. Может, мы просто выпили много, поэтому мне сейчас так плохо и во рту гадко?
  А что было до того?
  
   "Но я и не думала вылезать из бассейна. Руслан тогда тоже в одежде полез плавать, и мы вдвоем лежали в прохладной воде. Еще помню плавучие бокалы, - они следовали за мной по воде, но не опрокидывались и не переворачивались, можно было взять бокал в руку, отпить и швырнуть его в воду обратно, и он плыл за мной, о, как это удобно!
  Потом я все-таки вылезла из воды, и, как была, с мокрыми волосами и в платье, с которого ручьями стекала вода, пошла в ресторан, танцевать. А там веселье было в разгаре - все плясали, как черти в аду. Я стала громко хохотать: неужели они сами не видят как это смешно - люди разных телосложений, в разных одеждах, да еще и пляшут невпопад, а сверху, с лестницы, особенно смешно наблюдать. Я съезжаю на перилах, и с разбегу врезаюсь в самую гущу танцующих, они падают и смешно дрыгают ногами.
  
  А потом Руслан, выволок меня оттуда, и усадил за столик. И тут нам мгновенно весь стол едой заставили: целую бадью картошки с грибами принесли, салаты всякие, рыбину огромную запеченную. Я стала есть картошку прямо с бадьи, руками, не ела, а жрала просто, а Руслан намазывал крупные ломти хлеба маслом, кормил меня с рук и поил из своего бокала. Я слышала его мысли - они были как светомузыка - фейерверк желания и салют счастья от того, что я рядом. Праздничные и торжественные мелодии звучали в его сознании, и рассыпались на брызги удовольствия! А слов не было никаких. До того я считывала только слова и образы, а он еще мелодиями умеет думать!
  -- Полина, - шепчет Руслан мне на ухо, - я не знаю, распространяются ли на нас эти дурацкие правила, все же нас сам админ сюда послал, но вдруг мы больше не увидимся если уедем отсюда? Давай останемся здесь, я работу найду или буду уличным музыкантом. Мне все равно где жить - лишь бы с тобой. Я и не подозревал, что так бывает. Я - как подземный житель, который впервые солнце увидел. Ты - мое солнце, Полина. Ты такая красивая! Красивее тебя вообще никого нет. Когда ты пропала, я понял, что мне жить больше незачем. Я не очень умею говорить, я тебе сыграю лучше, музыка больше объяснит, чем слова.
  
  Ну кого же такие слова могут оставить равнодушным? Я киваю, потом пугаюсь, что он примет это за согласие остаться. И я почти люблю его в это момент. А было ли что-то? Мы целовались, не замечая ничего вокруг, пока красивый портье не сказал, что нам лучше пойти в номер.
  А потом мы оказались в его номере, стены качались и потолок на меня падал, и опять музыка - он играл на какой-то компьютерной штуковине, а я удивлялась, что она такая маленькая, а звуки заполняют все пространство. Это была моя музыка, и я двигаюсь как кукла.
  А потом он сбегал на улицу, принес охапку мокрых осенних листьев, и осыпал меня ими с головы до ног, потом опять целовал меня и на кровать уложил - и везде эти листья были...
  Он еще говорил:
  -- Если ты будешь со мной, я вообще все смогу.
   А музыка звучала в голове как заевшая пластинка- это была какая-то искаженная версия того танца под дождем, издевательская, пародийная, искореженная. А потом Руслан сказал, что пробовал написать музыку любви, чтобы я любила его, по крайней мере, во время звучания, как сейчас. И я позволила ему делать с собой, что он хотел. Он раздел меня и осыпал поцелуями, а мне приятно это было, но стоило мне закрыть глаза, как Женя возникал в сознании, но я все равно не могла сопротивляться - из-за музыки. Вот, опять его руки, пальцы музыкальные, между моих бедер и вдруг Женины глаза передо мной, как тогда... Нет, прочь, не хочу... Отвернись, Женя, не смотри!''
  
  Не помню было ли что. Кажется, этот момент совпал в реале с тем, когда я уснула, зажав медальон в руке, и мне снился Женя...''
  
  Руслан спит, посапывает невинно - и листья эти так и везде и валяются. Сколько ему реальных лет, интересно? Двадцать два? Двадцать три?
  
  А вот еще одна вспышка - похоже, это было до того как я хулиганила в баре.
  " Мы сидим в какой-то комнате похожей на медпункт. Руслан брызгает мне в лицо водой. Вода течет за воротник. Незнакомые люди подходят и участливо заглядывают в глаза. Я узнаю красивого портье, он водит перед моими глазами каким-то блестящим предметом, а потом говорит:
  -- Все в порядке, реакции возвращаются.
  Я пытаюсь что-то сказать, но своего голоса не слышу - губы шевелятся беззвучно.
  -- Полина, ты и вправду все забыла? - Руслан заглядывает мне в глаза.- Ну, помнишь, мы с тобой ели пол - пирога?
  -- Нет.
  -- Ну хорошо, а что ты вообще помнишь? Завтрак у Марты, фуникулер?.
  -- Да, но это было так давно.
  -- Это было два дня назад.
  --Да, сейчас вспомнила. Марта, потом кофейня с дырявыми ложками.
  -- Ну вот, умница. Нет, не вставай, посиди еще. И не волнуйся.
  -- А чего мне волноваться? Что-то случилось?
  -- Мы с тобой поднялись на Кудыкину Гору, купили пол - пирога и ели на скамейке и чаем запивали. Это было два дня назад.
  -- А что было вчера?
  -- Что было у меня - я знаю, а вот что у тебя - никто не знает.
  -- А что у тебя было?
  -- У меня ты пропала! Мы гуляли по ярмарочной площади, ты вошла в какую-то лавочку, а передо мной двери захлопнулись. А потом вся лавка пропала и ты вместе с ней! И тут толпа веселящаяся какая-то набежала - маскарад у них начинался, что ли... Они потащили меня куда-то, я от них еле отбился. Я бегал, искал тебя везде, звал громко! И людям объяснял, что здесь только что лавка была, а они только плечами пожимали.
  --А я где была?
  -- А вот неизвестно. Я решил, что ты вернулась в гостиницу. Ждал тебя, ждал, на улицу несколько раз выбегал, окрестности оглядывал. Не было тебя нигде.
  -- А где же я была?
  -- Так я же и говорю, что этого теперь никто не знает. Я пошел к Анне Вельме и сказал, мол, так и так, следует сообщить модератору, что женщина пропала, а она мне ответила, что ты - взрослый человек и это твое личное дело, как проводить время в Чужом Городе, и если ты сочла нужным исчезнуть, то ...
  -- А куда же я исчезла?
  - Так не знаю же!.
  -- А кто знает?
  -- Теперь уже никто. Но главное, что ты сейчас здесь.
  -- А где меня нашли? Как я тут появилась?
  -- А тебя и не нашли. Я орал всю ночь, и все утро, и требовал модератора, мне ничего не помогало, но я не отставал. И Анна Вельма, наконец, призналась, что она и есть модератор, и сейчас тебя найдет, но не намерена сообщать где ты и что делаешь - это, вроде бы, будет нарушением правил, потому что неизвестно хочешь ли ты быть найденной.
  -- А ты что?
  -- А я сказал, что пусть она удостоверится , что ты в безопасности, по крайней мере. Она куда-то ушла, а когда вернулась, то сказала, что тебя действительно нигде нет. Ни одна демостанция не зафиксировала твой отъезд, и ты действительно исчезла с ярмарочной площади, и с тех пор больше нигде не появлялась. И тогда я уже сам не помнил, что делал, кажется, схватил ее за воротник, поднял, тряс и кричал, чтобы тебя немедленно нашли. Портье подбежал, отбил Анну Вельму, дал мне воды выпить, и попросил, чтобы я успокоился, и не мешал им совещаться. Они ушли куда-то и вернулись перепуганные и сказали, что найти тебя не могут, и что придется делать ребут.
  -- Что делать?
  -- Вернуть город в прошлое, перегрузить данные, что ли. Поэтому-то ты не помнишь, как в лавку входила. Они предупредили, что ты можешь странно себя вести, что вспышки гнева могут быть, чтобы я ничему не удивлялся и не обижался, а со временем все восстановится. И еще они переживали, что ребут отразится на экономике города, и начали подсчитывать убытки. Но все случившиеся - их вина - они в ответе за каждого гостя. Подготовка к ребуту заняла много времени - я их торопил и ругал, а им надо было меры предосторожности принять, чтобы другим причинить как можно меньше вреда. Они потребовали немедленного закрытия всех гостиниц и магазинов, и перевода выручки в банк, на особый счет, который сохранится как-то. Потом всем людям велели сидеть дома. Некоторые послушались, и пошли домой, а вот карнавал разогнать так и не удалось - с ними потом неприятности были. Они очнулись и обнаружили себя в необычных костюмах, и долго вспоминали кто они такие. В общем, еще долго будут последствия расхлебывать.
  -- А куда меня вернули?
  -- Я нашел тебя на Кудыкиной Горе, там, где мы с тобой сидели на скамейке. Ты была четко зафиксирована в базе данных в этот момент, они все перезагрузили и перезаписали, а после всю ночь работали - налаживали что-то и систему перепроверяли. А потом оказалось, что еще и вирус был в системе, тоже по их недосмотру, который в виде в виде сыщика, рыжего такого мужика, ходил за тобой все время и на нервы действовал, помнишь? Они его уничтожили.
  -- Сыщика помню, а как ты меня нашел - нет.
  -- А ты была как зомби. Я тебя вел в гостиницу, за руку меня держала и смотрела перед собой, будто ничего не видела... страшно так.
  -- Может, я еще вспомню?
  -- Они сказали, что нет. Информации о том периоде времени не существует в базе данных, а значит и в твоей памяти.
  
   А потом Анна Вельма сказала, что мне надо есть и пить, чтобы восстановить силы, и алкоголя немножко не помешает. А потом я напилась и хулиганила, в платье в бассейне купалась. Но вот что дальше было? Мы с Русланом лежали голые среди листьев. Кажется, я его Женей называла, а он сначала расстроился, а потом сказал, что не в обиде - Анна Вельма предупредила, что я себя странно буду вести.
  А раз мое странное и неразумное поведение оправдано, то почему бы мне этим не воспользоваться? Мне нестерпимо хочется удрать отсюда. Платье мокрое на полу валяется и белье - хоть выкручивай после купания в бассейне. Мне нужно попасть в свой номер, но как отсюда выйти? Вдруг дверь закроется, и я, голая, останусь в холле.
   ***
   В реале я прекрасно помню, что произошло в Демонете: человек по имени Антон Сташевский запер меня в шкатулке с секретом. Помню нелепые обвинения, будто что я его ограбила. Я по-прежнему ощущаю себя в двух мирах, но связи между приобретенным опытом и информацией, больше нет. Я не могу ничем помочь себе, не могу подсказать. Впечатление, что ребут сделал из меня две независимые личности. Утром я собираюсь на работу, мои действия в течение многих лет - совершенно одинаковы, отработаны, и рассчитаны по минутам. Я принимаю душ, готовлю завтрак, насыпаю еду в кошачью мисочку. Пока заваривается чай, я одеваюсь и расчесываюсь перед зеркалом. Сегодня, немного подумав, надеваю Женин подарок, медальончик - он прекрасно подходит к коричневому свитеру, бросаю в сумку плейер, мобильный телефон, косметичку, ключи, кошелек и свежий номер профессионального журнала. Потом тормошу сына, напоминаю, чтобы не опоздал в школу, и сообщаю, что еда на столе. Муж завтракает в гостиной, перед телевизором. А я сажусь на балконе пить чай, и это- минутка расслабления перед рабочим днем. В это время, мимо моего дома проходят одни и те же люди: соседский мальчик выгуливает черного пуделя, вредный жилец из дома напротив, по прозвищу Плохиш, курит у подъезда, крупная дама в шляпе с цветами медленно и степенно плывет к остановке автобуса. Можно собраться с мыслями, вспомнить сегодняшний сон и приятные моменты вчерашнего дня. Сейчас допью чай и вскочу, начну поспешно закрывать форточки и проверять выключены ли электроприборы. Еще глоточек, еще полминуты у меня есть. С недавнего времени, я привыкла именно в это время, этот реальный момент, оценивать ситуацию в Демонете: над чем- то похихикать, чему- то самодовольно улыбнуться, а на что-то пожать плечами.
  И именно сейчас я остро ощутила, что больше не могу этого сделать. Между мной и мной... нет связи. Я не знаю пугаться этому или радоваться. Может, это начало чего-то нового, а может, надо мной сгущаются тучи.
  
   ***
   А в Демонете, я - в Чужом Городе, ах, черт, я все еще в этом городе! Прошло, не больше, трех дней, а мне кажется, что я нахожусь здесь целую вечность. Да еще и лежу рядом с Русланом, и во рту у меня пересохло, перед глазами все плывет и немного тошнит - симптомы сильного похмелья, или просто последствия ребута. Но все скоро пройдет - так обещали местные модераторы. И слезы почему-то текут ручьем... еле сдерживаюсь, чтобы не зареветь во весь голос и не разбудить его, он же утешать сразу кинется, спрашивать, почему я реву, а что я ему отвечу, если сама не знаю? Со мной что-то случилось обидное, очень обидное, но я еще не знаю что, или уже не знаю...
  Надо обязательно поговорить с админом, рассказать ему обо всем случившемся, и для этого надо срочно вернуться во дворец. Я все равно не смогу больше спокойно ходить по городу и выискивать талантливых кулинаров. Что-то мне совсем плохо. Может я заболела? А чем? Может у них тут есть специфические болезни? Как бы там ни было, а мне невыносимо мерзко и тошнит от гадливости к самой себе. Наверное, у меня какая-то местная лихорадка, а можно ли тут где-нибудь измерить температуру? А какая должна быть температура у здорового игрока Демонета, и какие тут есть лекарства?
  Я тихонько встаю с постели и, на цыпочках, чтобы не разбудить Руслана, крадусь к двери. В коридоре стоит Ахх, он грозит мне пальцем и жестом показывает, чтобы я не покидала Русланов номер, но я не обращаю нс его внимания, и выхожу в коридор, тихонько прикрыв за собой дверь.
  Ахх недовольно качает головой и бормочет в ответ на мои мысли: ''Лекарство ты сама себе должна найти, уж кому как не тебе его знать''.
   К счастью, дверь в мой номер не заперта. Я быстро заскакиваю к себе, пока никто не увидел меня голой в коридоре. Хотя вряд ли это кого-нибудь удивит, если учесть, что у них тут иногда проползают русалки. Ахх тут же проскальзывает вслед за мной, сам-то он не может войти в четный номер, а в открытую дверь - пожалуйста.
  Я становлюсь под душ и яростно тру себя мочалкой, но чувство гадливости не исчезает - оно где-то внутри меня - будто мне очиститься изнутри. И тут, в ванной, под струями теплой воды, я, наконец, даю себе волю, и начинаю громко плакать.
  Ахх сидит на краешке ванны и смотрит на меня, склонив голову на бок. Он несколько раз порывался что-то сказать, открывал рот, но тут же будто передумывал и закрывал его. Не обращая внимания на Ахха, я поспешно одеваюсь, накидываю плащ, засовываю в один карман кошелек, который, кстати, стал еще тяжелее, а в другой - карманный компьютер, и выхожу, вернее, выбегаю в коридор. Мне кажется, чтобы очиститься изнутри, я должна сделать какое-то действие, и для начала, мне нужно убежать отсюда как можно дальше.
  Я пробегаю мимо Анны Вельмы, она провожает меня настороженным взглядом. Сыщика больше нет, ах, да, они же сказали, что убрали его - вирус проклятый - как же он достал меня! Красавец портье спит стоя. Он спохватывается, и поспешно открывает передо мной тяжелую дверь.
  Я бегу по направлению к Кудыкиной Горе. Мне зачем-то надо там быть, я хочу сама посмотреть на место, с которого я исчезла, может, вспомню что-нибудь. Хотя, мне кажется, что безразлично куда бежать, главное, подальше отсюда, от Руслана, от этой гостиницы. Я уже понимаю, что не вернусь сюда. Самые важные предметы - в карманах, а сумкой с вещами я могу рискнуть - ничего там особо ценного нет.
  Ахх движется рядом со мной, легко перемещаясь по воздуху, без всякой отдышки, наконец, спрашивает:
  -- Полина, ну куда ты бежишь?
  -- На Кудыкину Гору, - отвечаю, совершенно честно.
  -- Зачем?
  -- А куда еще? Проветриться хочу, свежим воздухом подышать. Я себя что-то плохо чувствую.
  -- Еще бы, фуэрза твоя - в полном беспорядке.
  -- После ребута?
  -- Не только. Как мне ни противно признавать его правоту, но тебе это действительно противопоказано.
  -- Кто говорил и что противопоказано?
  -- Казадор твой. Нельзя тебе сексом без любви заниматься - твоей фуэрзе это и вправду вредно. Это, кстати, многое объясняет, например, почему талант твой затормозился в реале.
  -- Почему?
  -- А потому, что спишь с мужем без любви, и все замерзло в душе. А нельзя тебе. Не так часто встречаются женщины с такой бурной реакцией на секс без любви, как у тебя. Над этим придется поработать.
  -- Если ты о Руслане, то даже если у нас и было что-то, я все равно ничего не помню - так что этого, как будто, и не было.
  -- Фуэрза твоя сейчас напоминает скомканную бумагу, но ничего, детка, все восстановится. И нет такого, чего нельзя было бы преодолеть при желании.
  - Ты о чем? Что я должна преодолевать? Постой, а ведь ты, пожалуй, знаешь где я была и что делала до ребута, ты же вездесущий.
  -- Конечно, знаю.
  -- Так расскажи, что со мной случилось.
  -- А это ни к чему пока.
  -- А почему ты мне не помог, не спас меня?
  -- Ах, детка, я не дал бы тебя в обиду, но твое спасение решил оставить Руслану. Он - твой рыцарь и освободитель, его благодари. К тому же, твое исчезновение - оказалось проверкой действия модераторов в критической ситуации. И, надо сказать, проявили они себя не лучшим образом. В процессе выявилось много нарушений. Только не забудь Дэниэлу все сама рассказать, это по его части, а тебе вряд ли будут интересны технические детали. А вот малыша надо поблагодарить - он молодец.
  Интересно, меня он называл "детка", админа - "мальчик", а Руслана - "малыш".
  -- Как поблагодарить?
  -- Дать ему все, что ему нужно .
  -- Я не могу его любить.
  -- Я никогда бы не подумал, что ты настолько зла и жестока!
  -- Меня никто никогда не называл злой. Я, правда, не могу.
  -- Тогда притворись! Неужели ты откажешь этому чудесному самоотверженному юноше, который сейчас спит и видит тебя во сне? Ну, хорошо, побегай немножко по улицам, если тебе так хочется, влезь на Кудыкину Гору и посмотри на город с высоты. Можешь даже пошалить, разбить что-нибудь, витрину, например или фонарь - город возьмет на себя все убытки. А потом вернись в отель - там красиво и тепло - разденься перед ним, не спеша, и исполни все его желания. Побудь его куклой, позволь ему поиграть тобой, поучаствуй в его музыкальных опытах. Ты - отличная игрушка, детка. Научи его тому, чего он не умеет, открой ему то, что вложил в тебя твой мастер, но не сразу, а постепенно, шаг за шагом, удивляй его и поражай. Я обещаю, что ты не пожалеешь. А фуэрза твоя привыкнет, адаптируется к новым условиям. Руслан- мастер, только юный очень, а тебе никак нельзя без мастера - ты будешь метаться, как глупая курица, уж прости мне это сравнение. А у него - гигантский потенциал, он еще развернется. Он и взлетел благодаря тебе, ты его включила, и его мотор взревел, понимаешь?
  -- Мне трудно так врать. Я не могу его любить. Он даже не пахнет мужчиной. Не могу.
  -- А как он пахнет?
  -- Как мальчик. И я не чувствую в нем мастера.
  -- Полина, ты - хорошая игрушка, но непослушная, упрямая и капризная.
  -- А может, я - новая модель, продвинутая. А чего ты ко мне с этим пристал?
  -- А того, что ваша связь пойдет на благо миров Голденгейта. Давай спокойно поговорим. Я знаю, что тебе нужно, и что тебя охладит лучше, чем свежий воздух. Это здесь, иди сюда.
  
   Я вижу темную витрину, столики на улице со сложенными зонтиками - в темноте они кажутся привидениями - но только мы садимся, витрина вспыхивает и зонтик раскрывается над нами.
  -- Хочешь, я угадаю, какого мороженого тебе хочется?
  -- Ну, угадай,- отвечаю без энтузиазма.
  
  Ахх хлопает в ладоши, и передо мной возникает вазочка полная сливочного мороженого со смородиновой подливкой. А перед Аххом - ананасовое.
  -- Помнишь, как ты меня мороженым потчевала на своем балкончике? Ты изменилась с тех пор, Полина, а сколько нового о себе узнала! И теперь мой черед тебя угощать.
  -- Да, я помню, что ты любишь ананасовое.
  -- Ты - истинный фуэнсен: они всегда автоматически запоминают и кто что любит, и кому сколько сахару в кофе, и прочие вещи.
   Он замолкает, и мы, молча, едим мороженое, вкуснее которого я никогда не пробовала. Мороженое прекрасно осаждает внутреннюю гадливость.
   Ахх откидывается на спинку стула и продолжает:
  -- Представь, что будет с малышом, когда он проснется, а тебя рядом не окажется.
  -- Я ему не нянька. Я ему ничего не обещала. Чем раньше мы расстанемся, тем лучше для него.
  Ахх опять укоризненно качает головой.
  -- Послушай, - продолжаю я, - ну допустим, я пожалею его, пусть он даже музыку напишет, которая потрясет человечество.
  -- Не просто потрясет, а большой шанс, что он новое направление в музыке откроет, вот что! Он близок к этому, ближе, чем кто-либо до сих пор.
  -- Значит, я должна принести себя в жертву новому направлению музыки?
  -- Почему в жертву? Я же тебе не сгорбленного старца предлагаю со скрюченными пальцами и зловонным дыханием, а юношу, стройного и ясноглазого. Он возмужает через несколько лет, и будет пахнуть мужчиной, как ты хочешь. Дай ему время.
  -- Но время будет работать против меня. Он возмужает, а я стану старше. Я привыкну к нему, а он через несколько лет влюбится в девчонку с пирсингом в пупе, и бросит меня.
  -- Ах, вот оно что! - весело восклицает Ахх. - Ах, детка, ну раз ты сама об этом заговорила, - он радостно потирает сухие ладошки, -- Ладно, открою тебе все карты. Ты поставила передо мной неразрешимую задачу - я не могу есть этот пирог сразу с двух сторон. С одной стороны, я могу тебя подкупить - и я уже знаю чем, и ты станешь любимой игрушкой малыша на долгие годы, а с другой стороны - твоей фуэрзе - нужна свобода. Я не могу пока просчитать, где выиграю больше. Если я выберу твою свободу, то у меня нет гарантии, что ты меня не подведешь, и, дойдя до верхнего уровня, не заартачишься впоследствии, и я останусь в проигрыше - и без музыки и без варенья из райских яблочек. А малышом управлять легко - он послушен и податлив, если ему пообещать тебя, то он сделает все, что мне нужно. Поэтому я бы выбрал его, хоть и тебя терять жалко.
  -- Значит, оставь все как есть, - говорю зло. - Тем более что меня вряд ли можно подкупить. Я не жадная к деньгам и демонетам.
  -- Вот тут ты ошибаешься: еще ни одна женщина не отказывалась от того, что я ей предлагал в обмен на...
  -- На что?
  -- На насилие над ее фуэрзой, конечно.
  -- Душу продать? Чтобы она в огне горела вечно? - спросила я полушутя, но Ахх почему-то обиделся.
  -- Я никогда не брал фуэрзу в вечное пользование. Это многовековое реальное заблуждение, порой, доставляет мне трудности. Я всегда брал фуэрзу только напрокат, и уж, конечно, не жарил ее на огне. Толку с измученной фуэрзы мне нет никакого. Обмен всегда был взаимовыгодным. Я щедр и не скуплюсь на славу, богатство, обладание предметом вожделения, и много чего другого! И уж я совсем не такой садист, каким меня рисуют реальные литераторы и церковники.
  
  Он шутит, он, конечно, шутит, чтобы меня развеселить , подумала я, и спросила весело:
  -- А что бы ты мне предложил? Мне просто интересно, от чего, ты думаешь, я не смогу отказаться?
  -- Ты сама уже ответила на свой вопрос: возраст. Детка, ты боишься потерь и страданий, и не хочешь выглядеть старше своего любовника. И ты права! Тебя измучает ревность от толпы юных поклонниц, глядящих на него с восхищением и обожанием. Но к счастью, это как раз то, что могу исправить только я, - он придвинулся ближе и зашептал доверительно: - Годы не добавят морщин, кудри останутся пышными и каштановыми, щеки будут гореть нежным румянцем, грудь не обвиснет, бедра не отяжелеют. Разве не заманчиво, Полина? И я сделаю это для тебя, но только на тот срок, пока ты будешь с ним, ну хотя бы ближайшие десять лет, если мерить время в реальных годах. А там посмотрим. Поверь, я не многим такое предлагаю.
  -- А за что же мне такая честь?
  -- Считай, что ты - моя слабость, детка. Ну как, заманчиво?
  -- Насколько мне известно, подобные сделки не приносят счастья.
  -- Это ты из реальных книжек почерпнула? Цензура Демонета пропустила в реал только неудачные примеры, чтобы сбить спрос. Прототипы этих героев изначально были нытиками и занудами, им невозможно было угодить, к тому же, все проблемы крайне преувеличены. Когда-нибудь я расскажу тебе, как было на самом деле, в каждом отдельном случае. Да и ты сама встретишь в Демонете массу игроков, которые счастливы, молоды и ничего не хотят менять. Но если литераторы станут писать об этом, то отбою не будет от желающих заключить подобную сделку, а интересных, среди них, не так много. Лучший способ, чтобы тебя оставили в покое - это слегка запугать. Ну, хватит обо мне, давай о тебе. Ты добра и жизнерадостна, и сумеешь извлечь максимум удовольствия из предложенной ситуации.
  -- Я тебе не верю, тут какой-то подвох.
  -- Как же без подвоха? И не один, а несколько, но об этом мы поговорим в специально отведенном для этого месте. Пойдем, я расскажу обо всех подвохах.
  
   Я иду по пустынным улицам, мои каблучки звонко стучат по асфальту, а он движется легко и бесшумно, будто скользит по воздуху.
  -- А куда мы идем?
  -- Сейчас увидишь.
  
  Мы спускаемся вниз по переулку, я здесь была раньше, с Русланом, и этот поворот помню - вот фирма "Запретные Плоды". На двери табличка "Открыто'. Над вывеской медленно вращается золотой ананас с надписью " Контора демонариуса. Продажа, обмен и возврат запретных плодов".
  -- Нам сюда?
  -- Да, входи смело. Кстати, малыш тут уже был, когда ты спала. Он пытался заложить фуэрзу за то, чтобы ты всегда была с ним. Правда, милый?
  Тяжелая дверь открывается со скрипом, я вхожу, но стараюсь держаться ближе к выходу, чтобы удрать при случае. Ахх замечает это.
  -- Полина, здесь все добровольно. Ты уйдешь, при желании, в любой момент.
  
  Во мраке, как на сцене, в свете красных прожекторов возникает сутулый человек с крючковатым носом, тонкими губами и черными усиками, в длинном просторном одеянии и головном уборе похожем на ночной колпак с кисточкой.
  Человек учтиво кланяется, перебрасывается с Аххом несколькими словами на незнакомом языке, затем поворачивается ко мне, голос у него тонкий и слащавый до приторности, говорит он с легким акцентом:
  -- Здравствуйте, госпожа! Демонариус Чужого Города, Густав Херц, к вашим услугам.
  В свете проступает стол, накрытый красной бархатной скатертью, старинные часы с боем, в каждом углу комнаты - по массивному креслу. Огромный светящийся монитор выглядит странно и нелепо в этой обстановке. На экране возникает и медленно разворачивается старинный свиток, над ним зависает курсор в виде гусиного пера.
  
  -- Итак, - говорит Ахх,- сначала о подвохах. Во первых, детка, ты сейчас в плохом состоянии после ребута и прочих неприятных событий. Если впоследствии ты пожалеешь о принятом решении, этот факт будет учтен при возврате запретного плода и возможном расторжении договора.
  
  Я согласно киваю.
  По мере того как он говорит, на мониторе возникают пляшущие язычки пламени, они складываются в буквы и слова, и свиток медленно разворачивается.
  
  --Чтобы не было претензий впоследствии, прошу указать в договоре, что на данный момент, госпожа хоть и в плохом состоянии, но в прекрасной форме, - замечает Густав.
  -- Да, - кивает Ахх. - Ты выглядишь моложе своих лет, а уж держишься куда увереннее, чем в пору зеленой юности. Позволь напомнить тебе, Полина, что красавицам расставаться с молодостью - куда труднее, чем обычным женщинам - они падают с большей высоты. А договор предусматривает, что внешность твоя, такая как есть на данный момент, - подчеркивает он, - не будет меняться все то время, что ты проведешь с Русланом. Это касается не только постели. Ты будешь сопровождать его повсюду, готовить для него и танцевать, и вот что важно, - ставить его интересы выше своих. Вести себя с ним можно как угодно: когда не любишь, это очень легко быть то ласковее, то строже, по собственному усмотрению и настроению - ты достигнешь в этом мастерства. Будь разной - сумасбродной и капризной в один момент, послушной и ласковой - в другой, играй любую роль, но будь с ним. Договор теряет силу с момента, когда ты оставишь его, или изменишь ему хоть раз. Мне продолжать?
  
  Я киваю.
  
  -- "Изменишь"- добавляет Густав, - означает конкретно - "взойти на ложе с другим мужчиной", дальше следует подробное описание. Извините за старомодные термины и физиологические подробности, но такой пункт в договоре необходим во избежание недоразумений. Ведь можно взойти на ложе, и ничего не совершить, но если "вы раскроете бедра свои для другого мужчины и он войдет в вас", то с этого момента, договор потеряет силу, и возраст начнет брать свое, как того и предполагала природа. Еще прошу указать в договоре, что любой ''другой мужчина'' входит в категорию запретных плодов.
  -- Так я сразу состарюсь?
  -- Нет, детка, эти годы будут подарены тебе, мне не жаль их для тебя, правда. Другими словами, ты остановишь процесс старения в обоих мирах на то время, пока будешь спать с нелюбимым. А то для тебя - крайне трудно, поэтому и цена немалая.
  -- Здесь предполагается бонус,- перебил его демонариус.
  - Да, да, - я упомяну о нем, - голос Ахха зазвучал громче и приобрел сладость и певучесть. - Кроме продолжающейся молодости, ты будешь вознаграждена следующим: звук твоих шагов, шуршание твоего платья, звонкие колокольчики твоего смеха в моменты радости, нежный шепот, сладкие стоны и вскрики во время любви - вплетутся в удивительнейшие мелодии, которые будут потрясать людей во многих мирах в течение столетий. Ты войдешь в века как любимая женщина и вдохновительница великого композитора Руслана Вайды. А он посвятит тебе симфонии. Биографы будут описывать, как он тебя обожал. Это хорошая плата за нелюбовь, правда?
  -- А если Руслан сам меня разлюбит?
  -- Теоретически это возможно. Если ты перестанешь его вдохновлять, то договор прекратит существование. У него будет много юных поклонниц, они будут лопаться от зависти, ненавидеть тебя, и даже строить козни. Но если ты будешь вести себя умно, он тебя не разлюбит. Поручиться за это не могу, но особенности фуэрзы малыша свидетельствуют о крайней привязчивости. Со временем, ты станешь незаменимой для него, он попросту, не сможет обходиться без тебя, - Ахх перевел дух. - Заманчиво?
  -- Да.
  -- Мне продолжать?
  
  Я опять согласно киваю, слова продолжают возникать на мониторе и свиток разворачивается дальше.
  
  -- Еще бы! Быть любимой талантливого и знаменитого человека - мечта многих женщин.
  -- Еще есть подвохи?
  -- Есть, детка моя дорогая, есть. Вполне вероятно, что фуэрза твоя застынет, задубеет. Не будет полетов, подъемов, всплесков и огня. Будут пробиваться, конечно, искорки, но секс без любви в течение длительного времени - насилие, от которого она закостенеет. Будет как в реале - ты не любишь мужа, но смирилась с ситуацией и благодарна ему за любовь и верность. Однако фуэрза твоя пришла в полный упадок, и стала мощной приманкой для демонов. И если бы казадор тогда не вмешался, я бы тебя не пощадил. Он тебя зажег, всколыхнул, и теперь ты можешь принести пользу мирам Голденгейта. Видишь, как я честен с тобой?
  -- Подожди, ты хочешь сказать, что мои способности фуэнсена не будут развиваться, если я останусь с Русланом?
  -- Да. Или же будут развиваться очень медленно, чего, впрочем, будет достаточно для того, чтобы быть единственным фуэнсеном на этом уровне Демонета. Других здесь нет, и не предвидится. Но разве этого мало? Если ты откажешься от договора, гарантий роста все равно никто не даст - никому не известен предел таланта. Единственное, что остается - возможность влюбиться, что опять не дает никаких гарантий на счастье и взаимность. А в случае согласия - синица в руке, и довольно крупная, красивая.
  
  Я помолчала немного. Потом спросила:
  -- Ты сказал, что Руслан уже был здесь?
  -- Да. Малыш прибежал сюда в страшной панике: во время ночи любви, ты была пьяна и чудо как хороша в постели, даже слишком хороша. Он взлетел с тобой до невиданных высот, и был так счастлив, как никогда прежде. А затем - банальное и пошлое окончание: он осознал, что спьяну ты принимала его за казадора. А когда очнулась и поняла свою ошибку, то стала ругать его и громко плакать, сетуя на несправедливость и жалуясь на судьбу.
  -- Но я ничего этого не помню.
  -- Странно, что не помнишь. Я вижу, что не врешь. Странно, правда. Надо отдать ему должное, малыш отнесся к этому с пониманием и проявил редкую заботливость. Прежде, чем прибежать сюда, он поручил Анне Вельме заглядывать в номер и следить за твоим состоянием. А здесь он заявил Густаву, что согласен на любые условия, и все пункты договора подпишет, не глядя, а главная разменная фигура здесь - ты. Однако, Густав - о, этот честный малый - отказался подписать с ним договор без твоего на то согласия.
  -- А что же в его договоре?
  - Я не могу разгласить тебе его содержимое, как и о нашем с тобой -- не узнает никто. Скажу лишь, что если он получит тебя, то напишет несколько музыкальных произведений по моему заказу, но не сейчас, а позднее, когда я сам напомню ему об этом.
  -- Но зачем он это делает? Он знает, что я его не люблю.
  
   Ахх пожимает плечами:
  
  -- Думаю, надеется, что полюбишь его со временем. Он будет очень стараться, чтобы это произошло. Роли игроков часто меняются.
  
  Ахх выдерживает паузу, давая мне возможность перевести дух, и вскоре продолжает:
  -- Видишь, детка, я стараюсь предусмотреть все варианты, чтобы никого не оставить в обиде. Я всегда раскладываю перед игроком все опции, а реальные неудачники меня вечно пытаются оклеветать. Ну вот, договор составлен, проверь и перечитай. Да, если ты хочешь получить сметанники и ромовые бабки, в качестве дополнительного бонуса, то пожалуйста, но мне даже неудобно включать в договор такую безделицу.
  -- А подписывать кровью надо?
  -- Опять отголоски многовековых заблуждений! Достаточно будет, если ты прочтешь договор, трижды произнесешь слово "конкордия", и мы обменяемся рукопожатием.
  -- А как же возраст остановится? Мне надо будет пройти какие-то процедуры?
  Не повлияет ли это на мой гормональный баланс и метаболизм?
  
  Густав смотрит на меня изумленно. Ахх ухмыляется:
  -- Я вижу, что демонариусу Чужого Города, не приходилось прежде работать с дамами - магистрами наук?
  Тот неопределенно качает головой.
  -- Если и повлияет, то только в лучшую сторону, это - сущий пустяк для меня, детка, - уверяет Ахх. - Как и сметанники с ромовыми бабками без малейшего эффекта для фигуры.
  -- Но мне интересно как это будет происходить! - я зачем-то настаиваю на ответе.
  -- Чтобы объяснить этот механизм, нам придется затратить много времени - определить термины, понятия, потом научиться ими оперировать...
  
  Я киваю зачем-то, мол, ладно, я подожду, меня этим не испугаешь.
  Меня пробирает дрожь, и я покрываюсь противным холодным потом.
  
  -- Не можешь решиться и пытаешься оттянуть время? Но договор составлен, под ним - наши с тобой имена, сегодняшняя дата и время. Ты можешь мгновенно отменить все написанное, сказав трижды слово "дискордансиа".
  
  Я смотрю на монитор: внизу свитка, с одной стороны выведено старинным шрифтом мое имя - "Полина Аксен", а с другой - "Ахриман".
  Я оборачиваюсь и кричу хрипло: - Ахриман! Это твое полное имя?
  Ахх с достоинством кланяется: - Одно из древних.
  Я медленно пячусь к выходу.
  -- Ты отказываешься?
  -- Нет.
  -- Значит, соглашаешься?.
  -- Нет.
  -- Тогда скажи трижды "дискордансиа" и договор исчезнет.
  -- Нет.
  -- Тогда прими условия.
  -- Не могу.
  -- Почему?
  -- Боюсь.
  -- А почему же не отказываешься?
  -- Жалко.
  
  Мои зубы стучат - то ли от холода, то ли от страха. Передо мной - сам Ахриман, и я должна с ним заключить договор, "продать душу" - как говорили в старину - за молодость. Какой кошмарный сон! Я не могу согласиться и боюсь отказаться.
  
  Густав выступает вперед:
  -- Тогда план "Б"?
  -- Угу, - кивает Ахх. -- Договор составлен, но не подписан. Все. Иди.
  -- Куда?
  -- Куда хочешь.
  -- А что такое план "Б"?
  -- Это мои заботы, иди.
  -- А что будет с договором?
  -- Договор зависает, детка.
  -- А Руслан?
  -- С Русланом план "Б" еще не оговорен.
  -- Я не отстану, пока ты не объяснишь, что это значит.
  -- Это значит, что будут опробованы другие опции.
  -- Какие?
  -- Зависит от обстоятельств. Например, этот документ может быть переправлен в другое пространство, на другие уровни, другие миры, не менее заманчивые, кстати.
  -- Но я же пока здесь.
  -- Ты здесь только потому, что составила протекцию казадору. Демонет - единственный мир, куда казадорам вход воспрещен, а он так сюда стремился.
  -- Неправда! Он меня любил.
  -- Одно не исключает другое. Казадор Евгений Галушко умудрился здесь поселиться именно благодаря тебе, и сейчас прикладывает массу усилий, чтобы проложить путь другим казадорам. Он не слишком умен и не столь интересен сколь малыш, которого он считал всего лишь инструментом, как он его назвал? Штопором? Даже не подозревая, что штопор - он сам, а малыш - джин в бутылке, которого сам и выпустил. И чему их там учат в школе казадоров? Что ты так смотришь на меня, детка? Хочешь определить свою роль в этом деле? Нет, ты не бутылка, ты - море.
  --Ахх, не уходи от ответа. Что такое план "Б"?
  -- Тебе не о чем беспокоиться, детка. В Демонете все покатится дальше, как и должно. Это касается другого пространства, другой линии игры.
  -- Я не понимаю.
  -- Игреал может находиться одновременно в любом количестве миров.
  - Я буду ощущать себя еще где-то? Но я не хочу, я не готова, я и здесь-то не очень хорошо ориентируюсь, и еще... я очень устала... - меня бьет крупная дрожь.
  -- А ты и сейчас там, сама того не зная. Но тебя и вправду утомили последние события. Довольно!
  
  Монитор гаснет.
  
  -- Я старалась выполнить твою просьбу - не лишать его надежды. А Женя меня найдет?
  -- Найдет. Еще несколько препятствий преодолеет, и найдет.
  -- Каких препятствий ?
  -- Бюрократических, - расхохотался Ахх, и от его смеха у меня мурашки по коже пошли. - О, это моя любимая забава - я часто этим развлекаюсь во всех мирах.
  -- Но он хочет меня увидеть, правда?
  -- Правда. А сейчас иди, здесь скоро появится другой клиент.
  -- Куда же мне идти? Я не знаю.
  -- Куда хочешь.
  
  Я выхожу на улицу, тяжелая дверь медленно закрывается за мной, золотой ананас вновь загорается - видимо, это знак для нового клиента.
  Я медленно иду по улице, жадно вдыхая прохладный ночной воздух. Навстречу выбегает молодой человек в мешковатом плаще, в свете фонаря его лицо кажется смертельно-бледным.
  -- Простите? Где здесь фирма "Запретные Плоды?" - его голос дрожит.
  -- Вон там, где ананас на вывеске.
   Он благодарит меня и, сломя голову, кидается в переулок.
  
  Я бреду наугад по ночным улицам, стараясь обходить лужи. Ноги сами приводят меня к знакомой освещенной витрине.
  В кафе "Дырявая Ложка" никого нет. Тим протирает чашки не слишком свежим льняным полотенцем. Он кажется мне старым знакомым, прямо родным человеком, которого я не видела много лет. Он удивленно поднимает брови:
  
  -- Полина? Так поздно? А я только собрался идти спать. Знаете, правила требуют, чтобы кафе открывалось в ранние часы, поэтому я часто остаюсь здесь на ночь, сплю в подсобке, у меня там диван имеется. Вы чем-то взволнованы? Вам нужна помощь? Хотите кофе? А может, чего-нибудь покрепче? Почему вы дрожите? Эта ночь не такая уж и холодная, может, простудились? Садитесь сюда, подальше от окна, здесь теплее.
   Я сажусь у прилавка и наблюдаю, как Тим вливает в чашку кофе что-то из небольшой бутылочки, и аромат чудесных трав заполняет маленькое кафе.
   --Я вам настойки туда плеснул, на спирту, попробуйте, сразу согреетесь и расслабитесь немножко. Какие-нибудь неприятности?
  -- Тим, мне нужно было принять решение, а я не смогла, и теперь все зависло. Мне придется жить в подвешенном состоянии.
  -- Почему не смогла решить?
  -- Одновременно и боязно и заманчиво.
  -- Ночь - мать плохих решений. Нужно хорошо выспаться, вкусно позавтракать, и непременно кофе выпить в кафе "Дырявая Ложка" и - все решится само по себе.
  
  Я отхлебнула кофе и приготовилась считывать читать его фуэрзу, вернее, я легко настроилась на его волну, и это было так просто и естественно, будто я всю жизнь только этим и занималась:
  
  " Ночью нам свойственно винить во всем других, а днем - себя''.
  А вслух он спросил:
  -- А где же ваш юный спутник? Как он отпустил вас ночью одну?
  -- Не в нем дело. Вернее, в нем-то все дело. Я должна решить...- и я рассказала Тиму все, что произошло этой ночью.
  
  Он внимательно слушал, не перебивая, потом вздохнул:
  -- Какая же вы счастливица! Я бы дорого дал за возможность хоть что-нибудь выбрать, но мне никто давно такого шанса не предоставлял.
  -- Вот как? А есть ли у меня выбор ничего не выбирать?
  -- Не уверен. Ну да, пока есть выбор - интересно жить. Когда-то и я был счастлив - все время стоял на распутье. А вы огорчаетесь такой удаче.
  -- В чем же удача?
  -- А в том, что выбрать нельзя. А значит, ваша игра будет все интереснее. Желаю, чтобы это состояние продлилось как можно дольше. А хитрющий Ахх при любом раскладе в проигрыше не останется.
  
  "Кстати, он давно у меня не бывал, даже Ахх меня забыл, и демоны носу не кажут - я им больше не интересен. Ахх делает на нее ставку. Старый черт! Он же прекрасно знает, что выбрать невозможно, поэтому и предложил... хочет встряхнуть ее... пробудить азарт к игре... готовит ее для чего- то... тратит кучу времени, устраивает спектакли с договорами и нотариусами... эх, интересная история... прям как для романа Софьи Марковны".
  
  -- Я не понимаю.
  -- В случае отказа, останется любовь, и будут у вас - горькие дни и сладкие ночи, а если согласитесь остаться с этим мальчиком - вас ждут сладкие дни и горькие ночи. Поздравляю. В ближайшее время вам будет нелегко, но интересно. Вот, хлебните еще. А хотите прямо из бутылочки? Так вкуснее.
  -- Но что же мне делать? Думаете легко отказаться от такого подарка, как молодость?
  -- Еще не было случая, чтобы Ахх не забрал свой подарок обратно. А зачем вам молодость и красота, если ее нельзя подарить тому, кого вы любите?
  
  -- Ну... Знаете, Тим, я люблю одного человека, и если бы он был рядом, то проблемы выбора не существовало. Мне так хорошо было с ним рядом, и так плохо без него сейчас!
  -- Не вините солнце за то, что ночью темно. Продолжайте свой путь, выбирая лучшее из того, что попадется, и больше не оглядывайтесь.
  -- Да вы - мудрец, Тим!
  - -Тссс... я - пенсадор в изгнании, и сейчас превышаю свои полномочия. Надеюсь, никто меня не обвинит в том, что я сказал пару добрых слов милой, дрожащей от холода и волнения, даме, заглянувшей ночью в мое кафе.
  -- Вы чего- то боитесь, Тим?
  -- Нет. Чего мне бояться?
  
  " Да. Боюсь, что меня сошлют еще ниже, в какой-нибудь демонетный ад, что ли... уверен, что у них таковой имеется... и будут правы - я неисправим, я опять лезу не в свои дела..."
  
  -- Вы мне очень помогли. Ничего не решилось, но я успокоилась. Спасибо.
   Он молча улыбнулся.
  
  "Ну вот, значит, я не зря на свет родился, если в темную холодную ночь, поднял настроение одному человеку, кто знает - не состояла ли в этом моя миссия в этом мире. Право же, этого уже достаточно".
  
   Я поблагодарила его еще раз и вышла из кафе. Голова прояснилась, то ли от настойки, то ли от его присутствия. Он думает, что я ничего не смогу выбрать. Он, конечно, мудр, но тут ошибся. Сейчас выберу.
  
   Пусть даже многовековые предубеждения насчет продажи дьяволу души за молодость устарели, и опасность этой сделки сильно преувеличена, тем не менее, соглашаться страшно. А отказаться то нужно, всего лишь, от любви и страсти, которая возможно еще не угасла, или от новой, которая теоретически может вспыхнуть когда-нибудь. Отказаться от любви, которая непонятно почему возникает, неизвестно где черпает силы и никогда не дает ни гарантий на ответное чувство и ни малейшего намека на свою продолжительность. Приносила ли мне любовь счастье? Пожалуй, да, но на короткий срок, а мучения за этим следовавшие, - смесь ревности, тоски и обиды, продолжались гораздо дольше. Я не из тех людей, которые могут довольствоваться короткими вспышками счастья. Ну ее к черту, эту любовь, раз так. И в буквальном и в переносном смысле. Тем более, я ничего страшного в этом договоре не вижу: все можно прекратить в один момент - изменить Руслану, и все пойдет как раньше. Зачем мне любовь, зачем страсть? Не лучше ли покой и уверенность в завтрашнем дне плюс благосостояние, и, что немаловажно, удовлетворенное тщеславие. Быть любимой женщиной талантливого и знаменитого человека, который, к тому же, довольно недурен собой - разве это не прекрасно? Он очень молод и порой напоминает крупного щенка с разъезжающимися лапами, но ведь это пройдет с годами если он, конечно, не заключит свой собственный договор, где молодость будет одним из условий. Руслан сказал, что ему жизнь без меня не мила, и я, именно я, нужна ему для вдохновения, полетов и ощущения жизни. Кто же откажется от такого? Я его не люблю, но он мне не противен. Можно попробовать. Ахх верно заметил, что красавицам стареть труднее, чем обычным женщинам. И тут он прав. В юности кажется, что морщины - удел других, а тебя это никогда не коснется, а ведь мне уже за тридцать. Вот интересно: легкая седина и морщины мужчине иногда придают особую привлекательность. А женщину красит только юность. Можно наслаждаться обществом пожилой женщины, но спать с ней мужчине не хочется. А что будет со мной, если в один прекрасный день я пойму, что вызываю у мужчин, в лучшем случае, уважение?
  Так рассуждая, я обнаружила себя в переулке возле вывески "Запретные Плоды".
  Табличка "Открыто" все еще была на месте, но золотой ананас погас. Я постучала тихонько.
  Густав приоткрыл дверь и высунул голову в колпаке:
  -- Можно войти?
  -- О, как жаль, дорогая госпожа! К сожалению, дело нынешнего клиента займет много времени. Вам придется подождать в прихожей.
  -- Нет, я лучше на свежем воздухе...
   Из-за двери раздался возглас: - Прикройте же дверь, мне холодно!- это был голос бледного юноши, встретившегося мне недавно в переулке.
  -- Простите еще раз,- сказал Густав и дверь закрылась.
  
   Я постояла немного в нерешительности. Интересно, какое у него дело? И вообще, все так интересно! Как хорошо, что я попала в этот мир! Здесь интересно каждую секунду!
  Я решила вернуться позже, и стала не спеша прогуливаться по холодной улице, но почему-то, в скором времени, опять оказалась перед дверью кафе "Дырявая Ложка"
  
  Тим на этот раз ничего не сказал, пошарил на полках, вытащил какую-то пыльную бутылку, протер ее полотенцем, откупорил, и, молча, плеснул мне в рюмку. Я выпила залпом, почти не почувствовав вкуса, и вышла опять. Надо же ему дать возможность закрыть кафе и отдохнуть. И опять побрела по улицам.
  Вернуться в фирму "Запретные Плоды" и ждать пока уйдет клиент? Нет. Нечего мне там делать! Тим прав: зачем мне молодость и красота, если я не могу дарить ее тому, кого люблю? Добровольно лишить себя счастья и вдохновения ради кого-то другого, значит признать, что он важнее меня. Лишить себя ощущения жизни ради покоя и благополучия, опять сделать тот же выбор, что и в реале? Дни сладкие, а ночи горькие... нет, не горькие, безвкусные какие-то, пресные - и дни и ночи. Ахх сказал, что фуэрза моя закостенела в реале.
  Я и, правда, не могу принять решение. Я - кукла, мне нужен мастер или игрун, хозяин, который за меня будет все решать. Я так устроена. Я не могу создавать обстоятельства, я должна им следовать.
  Куда же мне идти? Не опасно ли одной ночью по улицам шататься? Что мне подсказывает фуэрза? Я не могу вернуться в гостиницу, там Руслан, милый влюбленный юноша, который, кстати, на меня делал какие-то ставки, заключал договоры и пытался управлять мной при помощи музыки без моего согласия. А то, что моя фуэрза закостенеет, ему не важно! Взбалмошный и капризный мальчишка! Подай ему именно эту бабу, меня, то есть, а все остальное - не важно! Нужно уметь проигрывать и мириться с обстоятельствами! Подумаешь, талант! А вот обойдется! Все, я приняла решение! Буду жить себе дальше без всяких договоров и гарантий! Жизнь - это импровизация, в конце концов! Хорошо, что Густав меня не впустил! Если бы я подписала договор, неизвестно, чтобы они сейчас со мной делали - вдруг надо было бы есть, какие-нибудь, молодильные яблоки или лезть в котел с кипящей смолой.
  Что-то я устала... Еще трех дней не прошло со дня моего прибытия в Чужой Город, а мне кажется, что я здесь уже целый год.
  Иду одна-одинешенька по ночной, мокрой от дождя улице. Какой-то человек спит на скамейке, надвинув на глаза черную шляпу. Парочка обнимается на перекрестке. Одна за другой гаснут витрины. Я - одна в Чужом Городе и никому нет до меня дела. И мне ни до кого нет дела. Я больше никогда не увижу этих людей, у меня нет друзей в этом городе, и в этом мире. Это должно давать чувство свободы и независимости. Мы так связаны узами дружбы и любви, мы почти ничего не делаем для себя, соизмеряем свои поступки с желаниями других, и они делают то же самое. А в этом городе ни у кого нет близких, поэтому каждый волен делать то, что ему действительно хочется. А чего мне хочется? Вернуться в гостиницу, заказать себе булочек из пансиона госпожи Марты? Потребовать горячего чаю в номер? Залезть в ванну, а потом накинуть белый махровый халат и выйти на балкон, глядеть на Чужой Город с высоты и ждать рассвета. Я свободна от всех. Никому нет до меня дела. Я могу делать все, что хочу. Вокруг - только чужие люди, никаких планов и обязательств. Разве не заманчиво? Разве не за этим сюда все приезжают? Может для того, чтобы затосковать по тем, кто им действительно нужен? А кому я нужна? Меня все хотят либо использовать, либо трахнуть. А любить - никто не любит, ни Женя, ни Дэниэл. Руслан договоры составляет, ставки делает, торгуется... разве это любовь?
  Как отсюда выбраться? Мне хочется свернуться калачиком под одеялом, закрыть глаза и уснуть, а проснуться там, где я нужна, где мне рады. На кой черт мне эта свобода? Пусть я даже умру сейчас тут на месте, все только вздохнут, скажут "как жаль, она была еще так молода", и тут же забудут обо мне. К глазам подступают слезы. Я не хочу здесь больше оставаться. Когда же утро наступит? Модераторы сделали эту ночь такой длинной, как назло. Я даже не знаю толком, какой день сегодня. А когда за мной кораблик должен был придти, чтобы отвезти меня обратно, в голденгрэйн админа? Сегодня утром, должно быть... А может это вчера было, а я его пропустила. Как же я попаду обратно? А хочу ли я обратно?
  
  Я поднимаю глаза и опять обнаруживаю себя у двери кофейни "Дырявая Ложка".
  На этот раз Тим смотрит на меня обеспокоенно.
  -- Полина, у меня есть подозрение, что вы находитесь в серрадо.
  -- Где?
  -- Вы попали в замкнутый круг. Бродите в смятении и все время возвращаетесь сюда.
  -- Что это значит?
  -- Это верный знак, что ваше время в Чужом Городе истекло, он сам выталкивает вас отсюда. Пора уезжать.
  -- А куда?
  -- Есть два варианта. Первый - туда, куда нужно, а второй - туда, куда хочется.
  -- Я не знаю куда мне хочется, и мне никуда не нужно,- я вдруг заплакала.
  -- Ну-ну, это ничего. Вот, возьмите платок... Слезы для души, как мыло для тела. Позвольте проводить вас на станцию фирмы "Дезире", она открыта круглосуточно.
  -- А зачем мне туда?
  -- Там определят куда вам хочется - считают информацию с фуэрзы, если вы потеряли ориентацию. У вас будто батарейки выключились, понимаете? Как у заводной куклы. У вас есть демонеты?
  -- Есть.
   И чего он про куклу вспомнил? Неужели он знает, что я кукла без мастера или игруна?
   -- Вот, Полина, - Тим протягивает дырявую ложку на тонком шнурке. -- Возьмите на счастье.
  -- Спасибо.
  
  Я надеваю ее на себя, и мы выходим из кафе. В предрассветной дымке, улицы кажутся серыми и неприглядными.
  Спускаемся по, усыпанным листьями, ступенькам. В стене - горящая буква "D".
  Дверь автоматически открывается. Внутри - мерцающие мониторы с меняющимися картинками. В глубине ниши сидит мужчина с аккуратно подстриженной бородкой, в очках, темном костюме и галстуке.
  
  -- Здравствуйте, Марек, вот привел...
  -- Куда держите путь, госпожа? Пункт назначения? - спрашивает меня тот.
  -- Куда-нибудь, отвечаю равнодушно.
  -- Достал город, значит?- усмехается тот. - Путь в Куда-Нибудь самый короткий и дешевый, но не уверен, что вы не броситесь обратно, едва сделав там несколько шагов.
  -- Не слушайте ее, Марек! Я только что вывел ее из серрадо. У нее плохое настроение и никуда не годная ориентация. Думаю, что отведенное ей время, истекло еще несколько часов назад. Отправьте ее быстрее туда, где ей будет хорошо. Вы уж сами считайте с фуэрзы, и... Знаете что? Не оставляйте ее одну. Я бы сам проводил, но мне нельзя, вы же знаете.
  -- Но это будет дорого, вот прейскурант, ознакомьтесь.
  -- Если у нее не хватит демонет, запишите на мой счет.
  -- Ты опять берешь на себя чужие проблемы, Тим? - удивляется Марек.
  
  Я протягиваю модератору кошелек, Марек взвешивает его на руке, и уважительно присвистывает, потом отсчитывает положенное количество демонет, и возвращает мне его.
  -- Идите сюда, в эту кабинку, - он подводит меня к одной из ниш. - Закройте глаза. Скоро вы окажетесь там, где вам больше всего хочется быть, и все, что там произойдет, пойдет на благо мирам Голденгейта. Не думайте ни о чем, расслабьтесь... не думайте... на верхнем слое фуэрзы - пустота. Сейчас я считаю с нижнего...
  Последнее, что я слышу:
  -- Прощайте, Полина,- голос Тима.
   Я отвечаю ему, но не слышу своего голоса из-за пронзительного гула. Яркий зеленый свет слепит глаза, я зажмуриваюсь, сползаю по стене на пол и зажимаю уши руками.
   Осторожно открываю глаза. Свет погас, гул затих. Я пытаюсь встать, но пол раскачивается так сильно, что я опять сползаю по стене. Напротив - очертания двери. Попробую выбраться отсюда. Встаю, пытаюсь пробраться к выходу, держась одной рукой за стену, а другой, хватаясь за стулья. Марек преграждает мне путь:
  -- Осторожнее, госпожа! Нельзя подходить к двери во время демотранса.
  Он держит меня за плечи и что-то кричит. Потом опять тьма, тишина и дрожание - то ли у меня внутри, то ли снаружи.
  Спокойный вежливый голос:
   -- Госпожа, мы прибыли.
  -- Куда?
  -- Туда, где вы хотели быть.
  - -А где это?
  -- А это сами разбирайтесь. И уж не обессудьте, мое дело доставить вас туда, куда потребовала ваша фуэрза, а иногда это бывает неожиданно и несогласованно со здравым смыслом. В данном случае, чтобы выполнить ваше желание, мне пришлось высадиться на частной демостанции. Надеюсь, мне удастся избежать неприятностей.
  -- А мне?
   -- Ну, вам-то нечего опасаться: оплата за услугу включает страховку на возможные претензии со стороны владельца демостанции. Да откройте же глаза, наконец, и вставайте, не бойтесь.
  
  Открываю глаза. Я лежу на полу комнаты, подтянув коленки к подбородку. Пол под ногами больше не качается, стены не плывут. Встаю и делаю несколько неуверенных шагов.
  
  Марек открывает дверь, за которой - яркий солнечный свет. Часть экранов гаснет.
  Пошатываясь, выхожу в открытую дверь, поднимаюсь по ступенькам. Скорее бы воздуха глотнуть - душновато у них тут, на станции "Дезире".
  -- И еще, - кричит вдогонку Марек, - прежде, чем пользоваться локальными демовэйвами, вам нужно пройти хорошую подготовку, а до того, на демостанцию даже не суйтесь. Ваше счастье, что я - опытный навигатор и доставил вас в добром здравии.
  Ах, да, это же была демостанция! До чего же мозги у меня ватные - я плохо соображаю, видно, после ребута в себя еще не пришла.
  
  
   VI. Персональное заклятье
  
   В зеленой бархатной траве почти не видно дверцы небольшого люка с горящей и переливающейся зеленой буквой "D", из которого я только что вылезла. Свежего воздуха здесь сколько угодно, только немного жарко. Я стою посреди красивого сада, лето в разгаре, яблочки маленькие, еще соком не налились - резкий контраст после глубокой осени Чужого Города. Может, я умерла и попала в рай? Птицы поют заливисто, ветер ласково колышет зеленую листву - уж больно тут хорошо. В глубине сада - колодец, скамейка, кувшин и две кружки. Набираю воды, пью долго и жадно, вода течет по подбородку и плащу.
  Осторожно прохожу вглубь сада, и замираю от восторга, увидев два ложа. Одно выращено из бело-розовых цветов, а другое из темно-синих, а над ними переплетены яблоневые ветви. А вот интересно, не провалится ли это ложе, если я прилягу отдохнуть? О, как мягко! Цветы послушно принимают мою форму. Я снимаю плащ и ботинки, бросаю их в траву. В небе - ни единого облачка, ветки колышутся надо мной, ароматы вокруг успокаивающие. Не уйду отсюда ни за что, пусть только попробуют меня выгнать. Мне здесь нужно быть, именно здесь. Глаза слипаются, ветер треплет волосы... Я, ведь, всю ночь глаз не сомкнула, по городу бродила. Думаю, что все неприятности - позади, и я, наконец, в хорошем спокойном месте. А если так, то попробую тут остаться, желательно, навсегда. Я - там, где мне нужно быть, так Марек сказал. Уж он-то знает...
  
  Проснулась я от того, что кто-то хлопал меня по щекам, тряс за плечи и пытался выгнать.
  -- Эй, откуда ты взялась? И опять дохлая какая-то. Да что за напасть? На, нюхни, - в нос мне ударяет острый пряный аромат. - И давай, вали отсюда быстренько.
  
   Я чихаю, и окончательно просыпаюсь. Оглядываюсь вокруг.
  Я лежу на бело-розовом цветочном ложе, в теплом свитере и юбке среди цветущего лета, мой плащ и ботинки валяются рядом, а лицо и шея - мокрые. Надо мной стоит огромный, голый до пояса, садовник Назар и брызгает мне в лицо водой. Откуда он взялся? Я же была только что в Чужом Городе.
  
  -- Ну? Очнулась? И кто тебя сюда забросил? Похоже, ты из холодного края вернулась, - он кивает на мою одежду.
   Я приподымаюсь на локте и зачем-то хватаю свой плащ.
  -- Да, там было холодно. Я только что прибыла.
  -- Ну, допустим. А чего на чужой кровати разлеглась? Смотри, хозяйка увидит, осерчает.
  -- А разве мне нельзя здесь остаться? Я там, где должна быть, мне так сказали...
  -- Ну, ты не заговаривайся. Ишь, ты! Здесь она быть должна! А меня спросила?
  -- Я себя плохо чувствую, - кажется, я пытаюсь его разжалобить. - Я плохо переношу локальные демовэйвы.
  
  Мне стыдно себе признаться, но выглядит он чрезвычайно привлекательно: загорелый, с широкими плечами, сильной шеей и мускулистыми руками. Мне ужасно хочется его потрогать, просто потрогать...
  -- Ну полежи, ладно. Вот тебе воды кувшинчик, пей, а станет лучше - иди к себе, пока никто тебя здесь не увидел. Ясно?
  -- Ясно. Не уходи, - я вцепилась в его руку.
  -- Я тебе не нянька.
  -- Не хочу быть одна. Боюсь, вдруг хозяйка придет, осерчает.
   Его взгляд смягчился на мгновенье.
   --Я только сообщу, что ты здесь и плохо себя чувствуешь. За тобой придут, поняла?
  -- Кто придет? А где я?
  -- Админ придет сам или пришлет кого-нибудь.
  -- А где я? В голденгрэйне админа?
  -- Вообще-то, в моем. Я живу здесь - он указал дом, выглядывающий из деревьев.
  -- Я, кажется, знаю где я. Я видела твой дом на пути к Старому Причалу несколько дней назад.
  -- Ты проходила мимо парадной калитки, а в эту часть сада можно войти только оттуда,- он кивнул в сторону люка демостанции.
  -- А ты разве не один живешь? Чья же это кровать?
  -- А ты много вопросов задаешь для дохлой дамочки. Ожила, что ли?
  -- Нет. Голова еще кружится, - ответила я упрямо.
  -- Ну, а я пойду, Дэниэлу сообщу.
  
  Не успел он скрыться, как я тут же вскочила и побежала в сторону дома - белого, с нарядной черепичной крышей и резным крыльцом. Дверь была не заперта, я не решилась пройти дальше прихожей, только заглянула в горницу: простая обстановка, полы деревянные свежевымытые. Кроме вышитой скатерти на столе, никаких украшений. Я быстро выбежала и бросилась обратно к цветочному ложу, по дороге мне попалась уютная беседка увитая плющом, летний душ, в предбаннике которого висело одинокое синее полотенце, и симпатичная летная кухонька - плита, расписной кувшин и два глиняных горшочка на полке - ничего лишнего. Насколько я могу судить, здесь нет никакой женщины. В противном случае, на кухне висел бы затейливый передник, а в предбаннике - халатик на вешалке... Нет, он один живет.
  Я успела добежать до цветочного ложа, улечься, и напустить на себя томный вид, прежде чем услышала голоса вдалеке и увидела Назар, приодевшегося в серую холщовую рубаху. Я закрыла глаза и притворилась спящей.
  
  -- Вот она. Так я ее и нашел. Вылезла из люка и улеглась тут.
  -- Да, она плохо переносит демотранс, я помню,- произнес знакомый голос.- Но как она попала на частную демостанцию? И зачем? Она должна была вчера вернуться на кораблике.
  -- Не знаю. Она не спит, смотри, ресницы дрожат.
  
  Я сразу же сделала вид, что только что проснулась, похлопала ресницами, потянулась и села на цветочном ложе, протирая глаза. Знакомый голос принадлежал Валентину, модератору Другой Стороны. Я обрадовалась ему как родному, и он заулыбался:
  -- Полина, с возвращением! Ну и шума ты наделала в Чужом Городе! Ты можешь идти? Пойдем потихоньку, я тебе расскажу все по дороге. К админу пока не заходи, он уже знает, что ты здесь, но лучше попозже заглянуть, когда он вышвырнет все предметы из кабинета, выгонит всех виноватых и немного успокоится.
  -- И меня выгонит?
  -- Нет, ты что? Тебе нечего бояться. Пошли.
  
  Я встала, пошатываясь, но больше для виду. Влезла в свои ботинки, взяла плащ, и мы направились к парадной калитке Назарового дома. По дороге я оглянулась на садовника дважды, а он и не думал смотреть мне вслед. Сначала он разглаживал примятые мной лепестки на цветочном ложе, а потом принялся их поливать из огромной лейки.
   Остаток дня я провела на балконе, попивая чай и лакомясь ягодным рулетом, присланным Ромкой, вволю плескалась в купальне и дремала в постели. За все это время я ни разу не вспомнила о Руслане, из постели которого сбежала среди ночи. Только поздно вечером, перед сном я взглянула на рисунок на стене, и подумала, что в тот момент, я, сама того не зная, танцевала под его музыку, а Валентин на мне эту музыку опробовал. Насколько часто нам кажется, что мы делаем что-либо по собственной инициативе, а на самом деле - нами управляют? Я сбежала от него так неожиданно - бедный малыш - как Ахх его называет. Спрошу у Дэниэла о нем завтра.
   ***
  Честно говоря, я волновалась, ожидая встречи с админом. Несмотря на явное его расположение, он, все же - начальство, а я чувствовала себя виноватой, что не следовала инструкциям - не ходить по городу без спутника и избегать разговоров с незнакомцами. Именно из-за этого я работала над его заданием только полтора дня вместо трех, а оставшееся время вообще была неизвестно где, да еще и доставила массу хлопот Руслану и модераторам Чужого Города. Вдобавок, из-за меня город понес убытки. Как к этому отнесется Дэниэл?
  
  Утром я сама отправилась к админу с намерением сразу признаться в своих ошибках и слабостях, извиниться. Я даже заготовила несколько фраз и обещаний, впредь быть осторожнее. Однако никто меня не ругал. Админ с Валентином что-то горячо обсуждали, а когда я вошла, Дэниэл кинулся ко мне:
  
  -- Полина, я вынужден принести извинения за причиненные, по недосмотру модераторов, неудобства. Не сомневайтесь, виновные будут наказаны, мы исправим и восстановим все, что в наших силах.
  -- Дэниэл, это вы меня извините! Ой, а как же кораблик, на котором я должна была вчера вернуться?
  -- Не беспокойтесь, я верну кораблик. Жаль, что вы им не воспользовались на обратном пути. Вы, верно, заметили, что одна из дверей не открывалась?
  -- Да, но я пыталась ее открыть все равно.
  -- Не сомневаюсь, - он засмеялся. - Она должна была открыться на обратном пути и за ней вас ожидали подарки, как вознаграждение за работу.
  -- Спасибо, но мне так неловко, что я не использовала время должным образом, но, все же, кое-что успела.
  
  Дэниэл и Валентин переглянулись. А я продолжала:
  -- Пожалуйста, не надо никого наказывать. Я, сама того не желая, все время становлюсь причиной неприятностей других людей: сначала ваша секретарша, потом Валентин, - тот усмехнулся при этих словах. - А теперь бедные модераторы Чужого Города. Я сама виновата, я нарушила ваши инструкции.
  -- Полина, вы продержались даже несколько дольше, чем я ожидал. Вы избежали стольких капканов и ловушек, что можете гордиться собой, но модераторы действительно допустили серьезные промахи. Я просмотрел, правда, бегло, некоторые сохранившиеся после ребута файлы.
  -- А главным нарушением, - заметил Валентин, - было то, что модераторы сделали ребут, не сообщив админу. В данном случае, админ мог исправить ситуацию, не прибегая к крайним мерам. К тому же, они впопыхах уничтожили вирус, который к вам привязался, а этот тип вирусов как раз наматывает на себя всю необходимую информацию.
  -- Но почему же они не сообщили админу?
  -- Боялись признаться в проблеме. Но все стало известно из-за некоторых финансовых дыр, возникших в связи с ребутом. На территории Чужого Города по недосмотру, а может, и с согласия модераторов, существовали незаконно созданные объекты, в один из которых вы умудрились попасть, а каким образом - теперь узнать невозможно.
  
  При этих словах, Дэниэл вдруг рассердился:
   -- Что значит невозможно? Не будь я админ, если не узнаю, даже если мне придется лично просмотреть шаг за шагом ваше передвижение в Чужом Городе, Полина!
  -- А не разумнее ли будет предоставить все мне, а самому заниматься более важными делами для блага миров Голденгейта? - предложил Валентин.
  А я покраснела, вспомнив некоторые моменты своего передвижения: как я хулиганила в баре, и ночь с Русланом, которую я, кстати, так и не вспомнила, но мало ли что я там делала. И еще неизвестно, что имел в виду Ахх, когда сказал, что я "была чудо как хороша". Да и вообще неуютно, если у кого- то есть возможность все просмотреть, пусть даже у него другие моральные нормы, но если бы я учитывала такие обстоятельства, то вела бы себя по-другому. Дэниэл сразу считал смущение с верхнего слоя моей фуэрзы и ответил:
  
  -- Извините, я думал, что все жители реала полагают, что господь или ангелы наблюдают за ними, нет разве? Но давайте о другом. Вам не понравился Чужой Город, Полина?
  -- Почему же? Понравилось все, кроме правила 'невстреча'.
  -- Видите ли, Чу-Гор - единственная в своем роде игровая площадка, где жителям многое запрещено, а приезжим дозволено все. Именно в такой ситуации, обнаружение и развитие талантов идет намного эффективнее. Но город рассчитан для игроков со стажем. Для новичков лучше всего приспособлены Та и Другая Сторона, где вы и оказались в первые дни своего пребывания в Демонете. Знание об автоматическом включении программы "невстреча", заставляет игроков по-настоящему ценить неповторимость момента. Цель этой игры - научиться брать сполна от каждого мгновенья. Разве не приходилось вам сожалеть о том, что вы не знали, что "это был последний раз", ''последняя встреча''? Вам казалось, что вы сделали бы все по-другому, если бы знали, верно, ведь?
  Я кивнула.
  -- Когда-нибудь, вы вернетесь туда, именно для игры в "невстречу", - продолжил Дэниэл. - В этот раз у вас была другая цель.
  -- А местные жители?
  -- Что касается ссыльных, то люди с незаурядными способностями, изолированные от близких, с массой ограничений в общении и передвижении, вынуждены заниматься примитивным трудом - от дворников до посудомоек. В поисках развлечений, они возводят этот труд на новый уровень - от создания новых удивительных сервисов до пробивания окон в новые миры. Потому-то я вас предупреждал не ходить в глубину лавочек - там много сюрпризов, неожиданностей и заманчивых ловушек. Чем больше зажимают жителей, тем интереснее результаты. Вы себе не представляете, до чего они додумались и что изобрели, работая продавцами в галантерейных лавках, официантами в кафе или сторожами на ярмарках. Сложное сознание всегда ищет выхода из ситуации, и результат всегда - на благо миров Голденгейта. А некоторые гости специально приезжают в Чу-Гор, чтобы провести время в определенном кафе, купить зонтик в конкретном магазине или воспользоваться сервисом какой-нибудь фирмы добрых услуг. К тому же, там можно развлечься, зарядиться вдохновением, оценить свои удачи и неудачи, да много чего. Мы поговорим об этом еще как-нибудь, но сейчас у нас с вами другие дела. Взгляните на экран, Полина.
  
  На горизонтально расположенном мониторе я увидела объемную карту Чужого Города: дома, скверики, площадь, спуск к реке и подъем на Кудыкину Гору.
  -- Полина, по прибытии, вы довольно долго искали, где бы поесть. Вы прошли по несколько улиц, но нигде не остановились, верно?
  -- Да. Я купила хлеб и сыр и ела на скамейке, на бульваре, хотя убранство кафе было приятным, и еда везде выглядела аппетитно, а вот сидеть там не хотелось.
  -- Угу, - Дэниэл кивнул, отметил что-то на объемной карте,- и этот участок изменил цвет.
  Мне вдруг стало страшно, ведь он как бог на этом уровне, а я - как посланный им ангел. По-видимому, кулинары в кафе, в которые я не соизволила войти, занимаются не своим, не любимым делом, а в Демонете этого нельзя. И теперь админ отметил этот участок, чтобы изменить им условия, и я играю в этом не последнюю роль, а он не сомневается в моей правоте.
   Я разволновалась, но ничего не сказала, он погладил меня по руке успокоительно, считав мое беспокойство. Потом я рассказала подробно и про мои эксперименты с чтением фуэрзы при помощи горячих напитков, про Марту, Тима и лавочку "Полпирога". Не упомянула я только о встрече с Аххом и зависшем договоре.
  Валентин и Дэниэл слушали, не перебивая, и админ, время от времени, делал на карте какие-то пометки. А потом они с увлечением стали обсуждать эти события и будто забыли обо мне.
  
  -- Удивительно! Всего за полтора дня она самостоятельно нашла три отличных кандидата.
  -- А тебе не кажется странным, что она сразу же вышла на бывшую помощницу Гуинды - Марту Горжевскую и пенсадора Ласкина?
  -- Нет, это нормально. У них сильные фуэрзы, они привлекают и притягивают другие.
  -- Ты пригласишь их сам, Дэниэл, или мне поручишь?
  -- Я вот что думаю... Марта - профессионал, окончила высшую кулинарную школу, ну, поссорилась с Гуиндой когда-то, думаю, это уже не актуально. Она тщеславна и обрадуется возможности работать во дворце. Но что касается Ласкина... Я не могу предложить известному пенсадору варить кофе для меня и других обитателей дворца, или предложить ему открыть кофейню в этом демофилде - он сочтет это оскорблением - с его-то учеными степенями! И Софья Марковна будет недовольна, - ей там хорошо работается, она целыми днями сидит там, пьет кофе, смотрит на дождь, беседует с посетителями и Тимом, утверждает, что кофейня эта - волшебная, и возвращается всегда с кучей идей и сюжетов.
  -- Да-да-да, и каждый раз привозит новую украденную дырявую ложку и носится с ней как с писаной торбой. А переубедить ее не так просто. Придется ее переубедить, и объяснить, что дело не в кафе и не в ложках, а в самом Ласкине, который под давлением Чу-Гора стал фоко-эмисором.
  --Я бы не спешил никого в этом переубеждать.
  -- Что такое фоко-эмисор?- я подала слабый голос.
  -- Человек- резервуар, фокус, центр, очаг и излучатель: собирает информацию, фильтрует ее, сжимает, перерабатывает, а потом излучает на тех, кто рядом, - ответил Валентин рассеянно и опять повернулся к админу:- Дэниэл, а что если сделать хитрее, поселить его неподалеку и создать условия, чтобы он мог приглашать избранных гостей на кофе или чай?
  -- Учитывая его историю и репутацию? Пусть лучше остается, где был. А вот Анисим и Анисья - весьма приятные и мало кому известные игроки. Он - повар-профессионал, ее сам обучил, оба - прекрасные кандидатуры. За ними и Мартой можно послать сегодня же. Она захочет продать пансион, и ей надо будет посодействовать.
  -- А как же Тим?- спросила я робко, прервав опять их обсуждение.
   -- А что Тим? Полина, он чрезвычайно трудный человек, и ему самое место в Чужом Городе, и он ни за что не станет варить кофе и разливать ликеры именно здесь.
  -- Почему же?
  -- Мы вызываем у него презрение. Согласитесь, что человек готовящий еду, в идеальном варианте, должен не только любить процесс, а и тех, кому готовит.
  -- Но можно у него спросить, по крайней мере?
  -- Не уверен, что это нужно.
  -- Пожалуйста, Дэниэл, вытащите его оттуда! Он мучается!
  -- Он вам жаловался?
  -- Нет, ни слова не сказал, но я же читала его фуэрзу. Он так помог мне, успокоил, и вывел из серрады. Он даже хотел заплатить за меня в фирме "Дезире".
  -- Вывел из серрады? Ах, вот почему вы попали на демостанцию Дезире! Он вас туда отвел по доброте душевной, очередной раз вмешавшись не в свое дело. Когда время в городе истекает, игрока охватывает тоска, одиночество и чувство безысходности. В таком состоянии, он становится легкой добычей для демонов. Программа 'серрада' включается в таких случаях автоматически - замкнутый круг это способ избежать опасности. Игрок со стажем обычно догадывается, что пора двигаться дальше, а новичкам подсказывают модераторы... Тим обязан был сообщить модератору о том, что гость города находится в серраде... Полина, ну хорошо, не смотрите на меня так! Валентин, как вы ухитряетесь отказывать женщинам в реале, если они смотрят на вас глазами полными слез? Хорошо, Полина, хорошо, я сниму с него все ограничения, но только потому, что вы за него просите. А что, так понравился вам Тим?
  -- Да, очень. Мне уютно в его присутствии, и все время кажется, что сейчас что-то интересное произойдет.
  -- Ага. А в присутствии Рукавицы?
  -- Кого?
  -- Уютно ли вам, Полина, в присутствии моего садовника Назара Рукавицы?- админ прямо обратился к моей фуэрзе - я распознала этот момент - мой ответ сам слетел с верхнего слоя.
  -- Нет. Он грубиян, и выгонял меня дважды, довольно бесцеремонно.
  -- А как же вы оказались в его приватном пространстве?
  -- Сама не знаю.
  -- Не знаете? - админ, казалось, не был удовлетворен моим ответом. - Придется обратиться к эксперту по тайным желаниям. Входи, Элина!
  
   Обе половинки двери распахнулись, и в кабинет впорхнула уже знакомая мне Элина Драгомыжская, в свободно-прозрачных, но на этот раз бледно-сиреневых одеяниях. Кивнула мне холодно, и уселась в кресло, закинув ногу за ногу.
   -- Элина, каким образом демостанция "Дезире" доставила Полину в голденгрэйн Назара Рукавицы, при том, что на верхнем слое фуэрзы она полагает его грубияном и хамом?
   Брови Элины поползли вверх.
  -- Ты попала в его личный сад? И что ты там делала?- осведомилась она, пристально на меня глядя.
  -- Я себя плохо чувствовала. Легла на ложе из цветов и уснула.
  
  Элина вдруг громко расхохоталась:
  -- Браво! Вот она - святая простота, как говорят у вас в реале. Ха-ха-ха! Дэниэл, вот было бы здорово, если бы утерла нос этой интриганке Гуинде! Мы все так устали от ее высокомерия и капризов.
  -- Не об этом сейчас речь. Я успешно скрывал своего фуэнсена от Гуинды, но Полина вдруг сама попала на ее частную демостанцию.
  -- Дэниэл, я сделала что-то не так? - заволновалась я. - У кого-то из-за меня проблемы?
  -- Ха-ха-ха, - продолжала заливаться смехом невоспитанная Элина. -- На кроватке цветочной спала, говоришь? Представляю, что Гуинда с тобой бы сделала, попадись ты ей в этот момент! Она бы тебя превратила в рябину кудрявую или куст шиповника.
   --Может, Полину тянет к себе подобным?- предположил Валентин.
  -- Думаю, меня туда занесло по ошибке.
  -- Ошибка? Полина, фирма "Дезире" не ошибается, - сказал админ. - Они специализируются на чтении глубинных слоев фуэрзы, и за приличную сумму доставляют клиента туда, где ему в самом деле хочется быть. Подумайте, почему в момент острого одиночества, усталости и растерянности, вы не пожелали оказаться, к примеру, в дворцовых покоях, где вам обеспечены безопасность и комфорт, не возле казадора Галушко, а именно там, где часто бывает великая курандера Гуинда? Почему глубинный слой фуэрзы продиктовал именно это место?
  -- А может это интриги самой Гуинды?- предположил Валентин. - Может она пронюхала как-то о Полине?
  -- Но я-то точно о ней ничего не знала. Да я даже не знала куда попала! Я туда больше не пойду, уж точно.
  -- Не пойдешь? - спросила Элина с издевкой. - И больше не захочешь поваляться голенькой на тех цветочках? Ну, не стесняйся, они для того и выращены. Мое заключение готово,- она поднялась с кресла. - Нет, Дэниэл, твоя новая кукла вовсе не стремилась к встрече с коллегой. К Назару она хотела, в кроватку. Полина, послушай эксперта по тайным желаниям, проберись туда тихонько и поваляйся там голенькой как-нибудь, ага? А то эта мысль из головы у тебя не выйдет, пока не попробуешь, - она говорила абсолютно то, что я себе представляла.
  -- Ей нравится Назар?- переспросил Валентин.
  - Нет. Просто- большой мужчина, - ответила Элина уверенно. -- Пожалуй, даже красивый. Садовник. Нелюдимый. Романтическая фигура. А главное - крупный и сильный. В момент, когда потребовалась защита и помощь, включился древний и давно устаревший реальный инстинкт - чем крупнее мужчина, тем скорее он добудет пищу и защитит от врагов. В любом случае, Гуинде, это объяснить будет сложно.
   Они опять говорили так, будто меня не было в комнате. Но не думаю, что нарочно - это был местный стиль общения. Странно, ведь у меня был шанс возле Жени оказаться. Видно, я не доверяю ему или не хочу навязываться. Но почему Назар? Странные шутки выкидывает подсознание - я ищу защиты большого и сильного мужчины. Неужели права эта неприятная девка Элина?
   Во всяком случае, меня распирало от гордости, что сам админ и его ближайшие помощники меня ценят настолько, что считают важным копаться в глубинах моего подсознания.
  
  Дверь отворилась.
  
  -- А, вот, легок на помине! Назар, а что это ты без цветов пришел, тут же дамы, - сказала Элина.
  Он даже не удостоил ее взглядом.
  -- Ну, не цветов, так хоть бы ягод лукошко принес твоей недавней гостье,- продолжала глумиться та. - Слушай, а пусти Полину поваляться голенькой на одной из Гуиндиных кроваток, а? Ну, что ты молчишь? Лучше расскажи, как ты ее там нашел? В чем она была? Она загорала?
  Назар не обращал на нее внимания, но Элина не унималась:
  -- А меня пустишь? Ну, пожалуйста! А я тебя отблагодарю так, что долго потом вспоминать будешь.
  
  Тот свирепо глянул на нее, и она замолчала. Садовник протянул Дэниэлу какой-то маленький плоский предмет. Тот кивнул и сказал:
  -- Кажется, дело проясняется. Полина, - он показал мне плоскую карточку. -- Эта штучка, видно, вывалилась из кармана твоего плаща.
  -- Так ты раздевалась у него в саду? Плащ снимала? А что еще? Ну расскажи... - просила Элина.
   Дэниэл вставил карточку в компьютер и напряженно смотрел в монитор, потом сказал: -- Элина и Назар, благодарю вас, вы свободны.
  Назар молча повернулся, и вышел. За все время, он ни разу на меня не взглянул.
  
  Валентин подошел ближе к компьютеру.
  -- Сможешь проследить его путь?- спросил админ, кивая на монитор...
  -- Попробую. Ага, уже теплее. Полина, вам известен человек по имени Антон Сташевский?
  -- Да. Он заговорил со мной в кафе Ласкина, рассказывал о Чужом Городе.
  -- А потом что было?
  -- Ничего, я ушла.
  -- Он предлагал вам что-нибудь?
  - -Нет. Разве что проводить меня в гостиницу.
  -- Он дал вам эту карточку?
  -- Да. Я спрятала ее в карман плаща.
  -- Ну хорошо. Полина, отдыхайте и набирайтесь сил. Скоро у вас появятся новые обязанности, которые доставят вам немало удовольствия, а пока - вы свободны. Вы хотите что-то спросить?
  -- Да. Что такое пенсадор? Почему демонет стало больше в кошельке после полудня? И где Руслан? Его время тоже истекло?
  -- О, простите, Полина, мы иногда говорим между собой об очевидных для нас вещах, не принимая во внимание, что для новичков они в диковинку. Пенсадор - это ученое звание, приравнивающееся к определению мудреца в реале, человека изучившего все существующие философские направления и практикующего одно из них или же свое собственное. Что касается Руслана Вайды, - отвечал админ, глядя в монитор, - то он все еще в Чу-Горе. В данный момент у него нет денег, и он подрабатывает игрой в баре. Думаю, он истратит их так же быстро и бестолково, как отпущенную ему сумму. Зато у него есть возможность практиковаться в написании музыки к людям.
  -- Вы так уверены, что он станет писать музыку к людям?
  -- А он уже не сможет иначе. Вы включили его талант, а мастера научили его им пользоваться. Обратного процесса нет. Механизм таланта запущен. Вы тоже не сможете не быть фуэнсеном.
  -- Пожалуй, да. А что, мы ним больше никогда не встретимся?- спросила я осторожно.
  -- Не встретитесь, верно, - админ сказал это так спокойно, бесстрастно, просто констатируя факт. - Вы автоматически попали под программу "невстреча".
  
  Админ говорил со мной под тихое бормотание Валентина, который все это время сидел за компьютером и, казалось, с головой ушел в работу, тихонько чертыхаясь, время от времени.
  
  -- Что касается вопроса о демонетах, Полина, то довольно затруднительно на скорую руку прочитать вам краткий курс экономики и финансов миров Голденгейта. Скажу только, что состояние игрока в демонетах частично соизмеряется с его вкладом в духовный и технический прогресс миров Голденгейта.
  -- Я не понимаю.
  -- Да, именно эта концепция трудно дается игрокам из реала. Вы привыкли сразу получать плату за конкретно проделанную работу. А у нас дела обстоят иначе. Любой мир- это живая, многомерная, непрерывно меняющаяся мозаика, где любое слово или действие вызывают ряд событий, влияя на развитие и благосостояние мира, или наоборот - способствуют духовному и материальному упадку. Простой пример: дело, которому житель реала посвящает усилия и время, не приносит, ровным счетом, ничего для мира. А бывает, что от мимолетной улыбки или слова, сказанного в нужный момент, происходит нечто очень важное. Да-да, резонанс от одной улыбки может быть гигантским, но чтобы увидеть это, нужно обучиться банковскому делу Голденгейта. Однако для первого раза достаточно информации.
  -- А можно еще пример?
  -- Пожалуй. Каждый раз, когда вы насвистываете мелодию неизвестного композитора, напеваете "народную песню", то на демокаунт их создателей автоматически переводится валюта по курсу Голденгейта, независимо от того получил ли автор за это деньги своего мира. Например, вы запомнили, случайно услышанный афоризм, и каждый раз, когда вы поступаете в соответствии с выраженной в нем мыслью, - пополняется демокаунт его автора, в каком бы мире он ни находился. Авторство идеи, мелодии или афоризма можно забыть или украсть, но валюту с демокаунта - никогда. Это - трудная концепция для понимания, я знаю.
  -- Дэниэл, это невероятно! Я все поняла, но мне нужно время, чтобы привыкнуть к этой концепции!
  -...И смотреть на все через ее призму. Полина, когда я проходил курс экономики в демоверситете, профессор часто приглашал на лекции великих игреалов, и в том числе мастера-композитора Феофана. Большинство его песен были украдены, некоторые считаются народными. Надо сказать, что он ничуть не заботился о сохранении авторства. Песни эти настолько по сердцу игреалам пришлись; что их поют как у костров, так и в концертных залах - и каждый раз на его демокаунт поступает валюта.
  -- А можно ли подарить или унаследовать деньги с такого демокаунта?
  -- Только небольшие суммы. Однако владелец может использовать демонеты по собственному усмотрению: вложить в дело или просто прокутить, как сделал это Руслан Вайда, горюя после вашего исчезновения. Однако основная часть этих средств может быть использована только на собственные нужды.
  -- А как же это определяется? Как ведется учет?
  -- Благодаря системе закономерностей, отлаженной нашими блестящими программистами, - он кивнул на Валентина. - Здесь, так же как и в реале, эффект от улыбки, поэтических строчек или изобретения, может проявиться гораздо позднее, через много веков после того как автор покинет свой мир. Но в мирах Голденгейта игроку выдается аванс, или как у вас говорят, воздается при жизни. Бывают просчеты, правда, но в отличие от реала, их легче исправить. Но ни разу не было случая, чтобы игрок, внесший огромный вклад в будущее благосостояние мира, умер всеми забытый, в нищете, и только через несколько веков, когда вклад стал очевиден, потомки, спохватившись, воздвигают ему памятник и включают его биографию в школьные учебники.
  Я помолчала немного, обдумывая услышанное, и, наконец, сказала:
  
  -- Дэниэл, но это же.. это же... немыслимо прекрасно! Состояние игрока в реале измеряется тем, во что его оценило общество в данный момент. А в Демонете просчитывается его роль в развитии мира... настоящего и будущего.. Но вы сказали, Дэниэл, что пополнение демокаунта только частично зависит от этого, а от чего еще?
  -- От вашего вклада в собственное благосостояние, развитие талантов и безопасность. Вы обратили внимание, что в вашем кошельке два отделения?
  -- Да, но не придала этому значения.
  -- В одном - демонеты полученные за вклад в развитие мира, а в другом за ваше личное развитие. Иногда они противоречат друг другу, и требуется жертвовать чем-нибудь. Конечно, чаще жертвуют благосостоянием мира, и мы, управляющие, не вмешиваемся в этом случае. В первую очередь мы ответственны за безопасность игрока.
  -- А какое именно отделение моего кошелька персональное?
  -- А вот этого я вам не скажу.
  -- Почему?
  -- Потому что вы, как все новички, будете все время перетряхивать кошелек и пересчитывать демонеты, пытаясь вычислить, за что они получены, вместо того, чтобы свободно развиваться, слушая фуэрзу. В данном случае, мое решение предоставить вам возможность роста как фуэнсену, добавило денег на мой демокаунт, зависящий от вклада в мир, но на личном - деньги уменьшились.
   -- Но почему бы это?
  -- Могу предположить, что появление фуэнсена благоприятно для Демонета, но вызовет недовольство мной на верхних уровнях. Впрочем, я к этому готов.
  -- Значит, мой кошелек может служить индикатором моего вклада в развитие мира?
  -- Да, и надеюсь, он когда-нибудь переполнится, и вы заведете банковский демокаунт.
  -- Но как знать что хорошо для мира? Что нужно делать, чтобы и миру польза была, и самому не остаться в накладе?
  
   Дэниэл пожал плечами:
  -- А вот это - предельно просто: чем больше души, таланта и порывов вдохновения вы вкладываете какое-либо действие, тем богаче становится мир, и тем богаче становитесь вы, независимо от того, что эффект не ощутим обычными органами чувств. Ваш редкий талант был дан вам авансом, так используйте его на всю катушку. Верховный Демобанк Голденгейта никогда не спит, а наличие демонет - отразит происшедшие перемены и укажет, что вы на верном пути. Слушайте себя, делайте то, что хочется, что нравится, а я предоставлю вам эту возможность. Это как работы, так и развлечений и удовольствий. Занимайтесь только тем, к чему лежат душа и тело.
   -- Но не бывает ли конфликтов между игроками? Ведь если все будут делать только то, что им нравится...
  -- Не забывайте, что Демонет - престижный мир, куда проецируются изначально одаренные, наделенные необычными или редкими способностями люди, к тому же умеющие доходить до края. Все игроки прошли серьезный отбор. Если вы - здесь, на вас сделана ставка. Голденгейт заинтересован в том, чтобы вы делали то, что велит ваша фуэрза, то есть то, что получается у вас лучше всего, то, что легче всего, наконец. Не отступайте от этого правила, и не ошибетесь, а деньги не переведутся. Вот, собственно, и все, что нужно знать...
  -- Еще, Дэниэл, расскажите о Демонете еще, пожалуйста! Каким образом Демонет так развился? .
  -- Ну... чтобы понять, как это произошло, нужно пройти, по меньшей мере, начальный курс истории Демонета. До принятия этих законов, наш мир был хаотичен, им управляли демоны - они питались страстями случайно сюда забредших из других миров. Игреалы называли его адом, до сих пор можно встретить в реале упоминания о некоторых ужасах древнего Демонета, хотя и значительно приукрашенные литераторами. С принятием новых законов, демоны отошли на задний план, мы научились ими управлять и использовать в обоюдных интересах.
  -- О, я тоже этому научилась. Я замечаю их, распознаю, и, мне кажется, они больше не имеют надо мной прежней власти.
  -- И знаете причину этому?
  -- Потому что я - фуэнсен?
  -- Верно. Вы становитесь тем, кем должны быть, не думая о награде и последствиях. Однако вам еще рано праздновать победу над демонами, Полина. Не забывайте, вы здесь под моей защитой.
  -- И поэтому в Демонете считается чуть ли не преступлением заниматься тем, к чему не лежит душа?
  -- Да. Подобная трата времени и ресурсов здесь неприемлема. Замеченные в этом, штрафуются или исключаются из игры за нарушение демокодекса.
  -- Но какой смысл нарушать закон, если соблюдать его так приятно?
  -- О, причин предостаточно! Одни игроки просто боятся довериться себе, пугаются своей силы, переживают, если что-то дается им слишком легко. Другие находят теплое местечко и останавливаются на достигнутом. Третьих привлекает власть и слава, и они расходуют талант для достижения эфемерных вершин. А четвертые находят правила нашей игры безнравственными, и еще - тысяча разных причин...
  -- Что же здесь безнравственного?
  -- Видите ли, мы используем любовь, страсть - как движущую силу, источник вдохновения, кнопку включения. Но когда она перестает приносить плоды, мы - перекрываем ее, вызывая страдания, которые, в свою очередь, также плодотворны. А когда они стихают, мы способствуем возникновению новой любви.
  -- Наверно, - мой голос дрогнул немного,- нарушители хотели бы вернуть прежнюю любовь, а мир считает ее бесплодной, непродуктивной, то есть бесполезной для развития...
  -... а иногда и опасной. Вы - умница, Полина, вы все верно поняли. Любовь и страсть - ценнейшие дары верхних уровней. Сильное чувство, сдирает оболочку с нежного, ранимого, пульсирующего слоя фуэрзы, обнажает ее суть, предоставляя нам возможность обнаружить главный талант игрока и направить его в нужное русло.
  -- Любовь посылается с верхних уровней?
  -- Всегда. Но любовь - не цель, а средство.
  -- Но когда она заканчивается, это воспринимается как несчастье!
  -- Любовь - это всегда счастье. В мирах Голденгейта - счастье- это реализация талантов и возможностей.
  --Дэниэл, а почему вы мне все это не рассказали сразу?
  -- Как показывает опыт, это было бы совершенно бесполезной тратой времени: вопросы, возникающие в процессе, запоминаются и усваиваются лучше. Так что не сердитесь, все в порядке.
  -- Нет, не все в порядке! - воскликнул вдруг Валентин, отрываясь от компьютера. - Полина, что же вы молчите? Дэниэл, есть серьезная проблема - дисюнион, рассоединение! Они произвели ребут слишком быстро, без учета всех параметров, не аккуратно. Полина, почему вы не упомянули о том, что после ребута потеряли е контакт с реалом? Ваша проекция отсоединилась и существует сама по себе. Вы не могли этого не заметить!
  -- Я заметила. Сначала вообще контакта не было, а потом кое-что восстановилось. Сейчас есть плоское черно-белое изображение с помехами - видимость пропадает то и дело, а звука совсем нет - и в обе стороны так.
  -- Главная проблема, что у вас нет ментальной связи, вы не можете свободно обмениваться информацией двух миров.
  -- Я думала, что это восстановится само по себе, со временем, не хотела никого беспокоить по пустякам...
  -- Типично кукольное поведение - ничего не делать, и ждать пока проблема сама рассосется, - улыбнулся Дэниэл. - Однако нам предстоит серьезная работа по восстановлению.
  -- Это не пустяки и само не пройдет, - Валентин явно нервничал. -- Пока ясно следующее: игрок Антон Сташевский вручил вам визитную карточку со встроенным механизмом слежения.
  -- Ой! Зачем ему понадобилось следить за мной?
  -- Ну, конечно же, чтобы подорвать концепцию Чужого Города и противодействовать программе "невстреча". Заметьте, Полина, еще один побочный эффект запретов - их существование дает прекрасный толчок к развитию. Моя забота - вовремя обнаружить нарушение и извлечь из него максимум пользы, - сказал админ. - Программа "невстреча"- самая нарушаемая из всех программ! А Чу-Гор - великолепное поле для развития!
  -- Сташевский, - продолжал Валентин, - проследил за вашим походом на ярмарку, и заговорил с вами. А дальше - одни неясности. Все утеряно из-за ребута. Да еще и дисюнион.
  -- Если честно, мне немного страшно из-за этого... дисюниона. Хорошо бы все восстановить... но мне неловко причинять вам столько хлопот... А где же этот Сташевский?
  -- Его нет нигде. Он единственный, кто исчез во время ребута. Талантливый парень, этот Сташевский, но из тех игроков, что получают особый кайф от нарушения правил... Подождите... стоп... ага... Я нашел в карточке чип неведомой мне конструкции. Ах, мерзавец! Ах, гений! Вот как он обходит программу "невстреча"! Да, теперь нет сомнений, он мог встретиться с Полиной в любой точке Демонета, благодаря этому чипу в карточке! Интересно, как давно он этим занимается и кто еще из игроков об этом знал?
  
  Я вспомнила, что в мыслях Тима и Марты прозвучало нечто о махинациях Сташевского, но решила молчать, и сразу испугалась, что админ считает мое нежелание их выдать. Но к счастью, оба, админ и Валентин, глядели в свой трехмерный монитор, время от времени многозначительно переглядываясь.
  Интересно: могут ли данные, полученные во время подслушивания мыслей, быть использованы как свидетельские показания?
  -- Задачи ясны, - весело заключил Дэниэл. -- Перекрыть действие этих чипов - раз. Найти Сташевского - два. Но прежде всего, Полина, должна быть восстановлена ваша связь с реалом. Это нужно сделать до того как вы будете представлены Демонитету... Кстати, после этого у вас появится намного больше приятных обязанностей, прав, возможностей и льгот.
  -- Я могу представить себе свои обязанности, - я обрадовалась, что админ не заметил мой испуг. - А какие права?
   --Доверие, Полина. Возможность использовать фуэрзу, следовать ей. Вы даже сможете нарушать общественный порядок по мере необходимости, если того потребует ваша фуэрза, но, надеюсь, вы не станете этим злоупотреблять. Что касается воссоединения с реалом, то нам понадобится помощь Хьюза. Я свяжусь с ним, а вы пока отдыхайте. Но должен вас попросить никуда не выходить без меня или Валентина - вы все еще очень уязвимы.
  
  Я попрощалась и пошла к себе. Хоть это, возможно, задержит расследование, но нет, я не могу выдать Тима.
  От всех событий голова шла кругом, и я решила не думать ни о чем, немного расслабиться, и очень обрадовалась, найдя у себя на столе, только что принесенный, поднос с горячим кофейником и бисквитом со свежей смородиной. Явно Ромка пек - ну и мастер, во рту тает, и сочетание воздушности, сладости и кислинки - выдержано по всем правилам. Откусила кусочек и чуть не заплакала - Женя меня Смородинкой называл. Неужели наша любовь оказалась непродуктивной? Админ сравнивал ее с плотом, ставшим обузой, после переправы. Надо бы мне чаще Ромкину стряпню есть - сразу мысли правильные в голову приходят. Еда, приготовленная человеком, любящим свое дело, должна быть так же полезна для души, как витамины для тела. А смородина - то из местного сада - в сознании опять возник облик богатыря- садовника. Значит ли это, что я буду все время вспоминать этого грубияна - он явно поставляет большую часть овощей и фруктов на здешнюю кухню. А интересно, отличается ли чем-нибудь еда приготовленная фуэнсеном? Админ как-то подробно расспрашивал о моем умении варить и печь. Дома, в реале, я все сама готовлю. Мы, правда, иногда ходим куда-нибудь обедать, но только в кафе, которые я облюбовала. Меню, интерьер, обслуживающий персонал - все имеет значение, но я не задумывалась, что конкретно отличает выбранные мной кафе, а впредь буду обращать внимание на детали.
  Я люблю, как готовить, так и ходить не спеша, по фермерским рынкам, или этническим магазинчикам. Муж сердится, что я слишком много времени на покупки трачу, ему надоедает меня ждать, поэтому я хожу одна. Любуюсь красивыми овощами и фруктами, читаю этикетки и список ингредиентов, но покупаю только те продукты, которые со мной, как бы, заговорили. Надо будет зафиксировать свои ощущения в реале при покупке, скорее бы они связь восстановили!
  Дома я все распаковываю и раскладываю по полочкам - тоже с удовольствием - я никогда не устаю на кухне. Готовлю по рецептам, а чаще импровизирую - особенно хорошо у меня супы получаются - ароматные и разноцветные. А больше всего я люблю готовить завтраки. В будни по утрам времени мало, а вот в воскресенье, к тому моменту как мои проснутся, на столе - горка золотистых оладий, сметана, варенье или мед. Варенье покупное, правда - нет смысла его варить - в магазинах есть на любой вкус. Но я всегда выбираю ту баночку, где ягод больше, обращаю внимание на цвет и консистенцию, и еще на что-то...неуловимое, неясное, но очень важное...Ах, как же мне нужна постоянная связь с реалом, чтобы анализировать эти ощущения и слушать фуэрзу осознанно!
  От этих размышлений, мне захотелось что-нибудь приготовить, да хотя бы те же оладьи. Да только где и для кого? В дворцовую автоматизированную стерильную кухню даже заходить не хочется. Хорошо бы похозяйничать на такой кухне, как у Назара в доме - она у него славная, светлая, ничего лишнего, да еще и окно в сад выходит, ветки в стекло стучат... Правда, если бы я была там хозяйкой, то занавеску бы легкую повесила, и кувшинчики расписные на полках расставила.
  Я тут же представила себя на его кухне у плиты, в переднике ... Вот незадача - я не могу себе сообщить в Демонет рецепт воздушных оладий из реальной книги "Вкусные Завтраки!'' Я только могу наблюдать за собой - и все. В Демонете ощущаю себя абсолютно целостной, нормальной личностью. Я помню все, что было в реале: детство, школу, приезд в Америку, учебу в колледже, экзамены, работу, все - до недавнего времени. А теперь будто фильм смотрю на бездушном экране, со своим участием, и не могу сообщить, что произошло. Но админ непременно найдет Хьюза и тот все восстановит. Хьюз умеет, он мне сам говорил, что рассоединял людей с их проекциями, по их желанию. У них такие неприятности в Демонете происходили, что они ничего не хотели о них знать, и жить себе в реале спокойно, как раньше. Видимо, у них были на это очень веские основания: досталось им тут от демонов, видно. Но как можно бросить себя самого на произвол судьбы? Это равносильно предательству. Нет, не буду о страшном думать... Еще ломтик Ромкиного бисквита съем, и кофе допью... Кофе автомат варил, я это чувствую. А когда они Тима доставят, интересно? Захочет ли он кофе варить для админа, хотя тут же не в кофе дело-то, а в том, что Тим - человек-резервуар. Он просто накапливает мысли, события и свои размышления, а после эта информация переходит каким-то образом в напиток, который он готовит. Как бы мне хотелось поэкспериментировать с ним! Я бы попросила его компот сварить для начала - и сама бы фруктов нарвала в саду у Назара... Тьфу ты, опять, Назар в сознании всплыл, ну что за напасть? Ага, я же второй кусок смородинного бисквита дожевываю...
  Опять представила себя на его кухне...ну что же за наваждение? А разве не сказал админ, что я должна делать то, чего фуэрза требует, вот она у меня и требует напечь оладий на Назаровой кухне. Пойти, что ли? Если бы он был немного приветливей и гостеприимней! Нет, не пойду, боюсь, он опять меня выгонит. Вот когда меня официально признает Демонитет, тогда я смогу делать все, что захочу, даже самые странные вещи - и никто не сможет мне помешать, а пока...
  
  Стук в дверь. На пороге стоял админ.
   -- Полина, вынужден прервать ваш отдых, но это очень важно. Нам предстоит небольшой путь. Мы поедем на лодке, а остаток пути проделаем пешком.
  -- Сейчас, на ночь? А куда?
  -- К Хьюзу. Да, сейчас. Если все пройдет нормально - вернемся к утру. Полина, а что случилось у вас с Джефом в реале?
  -- Ничего не случилось. Все было в порядке.
  -- У вас был конфликт?
  -- Нет, он всегда был очень любезен.
  -- Странно, вы правду сейчас говорите, но что-то не сходится с истинным положением вещей.
  -- А зачем мне говорить неправду? Разве я виновата в чем-то?
  -- Если да, то, скорее всего, косвенно. Но меня удивило, что Джеф не хочет даже слышать о вас, и не советует вам доверять. Я просил его прийти во дворец, чтобы помочь вашему восстановлению, но он наотрез отказался. Теперь нам придется идти к нему и уговаривать его на месте. Надеюсь, что все получится, но мы должны быть готовы к не слишком радушному приему.
  -- Но почему?- у меня губы задрожали от обиды. --За что? Последний раз, когда я видела его, он шутил как обычно, даже подмигивал. Нет, я не знаю причины его отказа!
  -- И не догадываетесь?
  -- Нет. Может, меня кто-то оклеветал? Сказал обо мне гадость какую-нибудь - у нас это случается.
  -- Невозможно. Он видит, когда врут.
  -- Ну, тогда я, тем более, должна с ним встретиться, чтобы спросить, в чем я виновата.
  -- Хорошо. Наденьте удобную спортивную одежду и высокие сапожки.
  
  Интересно, что во время разговора, он смотрел не столько на меня , сколько на остатки смородинного бисквита на подносе с кофейником. Может, надо было предложить ему оставшийся ломтик? Кофе-то остыл уже наверно... нет, неудобно...
  
  Он поймал мой взгляд:
  -- Я помешал вашему ужину?
  -- Нет, что вы! Это Ромка мне угощенье прислал, и откуда он только узнал, что я люблю бисквиты пропитанные ликером, да еще и со смородиной?
  -- Ромка? - в его голосе прозвучало разочарование. -- Ромка? Ну, это не такое уж дело мудреное, - специалисты его класса, определяют кто что любит, не задумываясь. А для вас это и вовсе легко.
  
  И тут у меня мелькнула мысль угостить админа кофе, а потом отпить тихонько из его чашки... Но я не успела обдумать эту идею, он уже ответил вслух:
  -- Вы хотите узнать мои мысли? Ну что же, попробуйте.
  Я покраснела:
  -- Дело не в вас. Это - новое свойство, поэтому мне хочется экспериментировать.
  -- Времени на эксперименты, у вас будет более, чем достаточно, я гарантирую. А сейчас делайте что хотели.
  -- Вы не обиделись?
  -- На что же тут обижаться? Вы изучаете свои возможности - это нормально.
  
  Я налила остывший кофе в чашку и протянула ему на подносе. Админ смотрел на меня так пристально в этот момент, что мне стало не по себе. Эх, не улавливаю я каких - то тонкостей, кажется, он чего- то ждет от меня, но чего? И я его, кажется, чем-то разочаровываю.
  Я стояла с подносом в руках какое-то время и глупо улыбалась, а он как будто время тянул, давая мне возможность до чего-то додуматься, потом покачал головой, взял чашку с подноса, и стал пить маленькими глоточками. А я села на пуфик, напротив его кресла. Неловкая ситуация какая-то. То, чего он ждет, не происходит по моей вине, но что же я должна сделать?
  Я протянула руку, чтобы взять чашку, но он быстро поставил ее на поднос, будто не желая коснуться моей руки, и продолжал смотреть мне в глаза напряженно.
  Ох, зря я это затеяла, надо было сразу отказаться: все же админ, начальство, а я вполне могу практиковаться на других.
  Я отпила из его чашки немножко, я уже знала, что для усиления эффекта, мои губы должны коснуться того места, где касались его. И тут же паутина, тонкая и нежная, всплыла в сознании, затем нити огрубели, и она превратилась в плотное белое кружево - ни слова не было слышно, ни намека. Я сделал еще глоток - ничего. Ну, да, это система защиты фуэрзы, пунтийя, о которой мне Хьюз рассказывал... Еще глоток - и вдруг кружево растворилось, растаяло как снежинка.
  Если Тим думал афоризмами, Марта - короткими, отрывистыми предложениями, Руслан - эмоциями, музыкальными фразами и видениями, то админ - думал концепциями. Я четко ощутила, чего он от меня ждет, причем, у него терпение уже лопается.
   Он хотел, чтобы я готовила для него лично, и подавала ему еду сама. Но он не мог меня об этом попросить, а почему - ясно. Разве я бы посмела отказаться? Когда он увидел бисквит, то подумал, что я начала готовить, и был разочарован, узнав, что это Ромка испек. А еще он хотел, чтобы я кофе другим каким-то образом подала, не на подносе, а в руках, причем, согрев руки о чашку. Но зачем? И почему ему это так важно?
  
  -- Полина!- он прикрыл глаза ладонью. - Довольно! Я восхищен! Дар фуэнсена позволяет вам читать глубокие слои фуэрзы, невзирая на пунтийю.
  
  Я совершенно смутилась.
  -- Дэниэл, я... Мне, право же, неловко...
  -- Что? Фуэрзу считывать? Поверьте, это с непривычки. Это в реале не принято подслушивать, подглядывать и читать чужие письма, а у нас считается лестным, если кто-то проявляет интерес к вашим мыслям или мечтам. Но чужие мысли интересуют немногих. Научиться слушать себя - куда занятнее, и вы это скоро оцените.
  -- Но ваши мысли и эмоции, вряд ли, были предназначены для того, чтобы я о них узнала.
  -- Верно, но это мало что меняет. Однако поговорим об этом в дороге, и лучше, на обратном пути, а сейчас поспешите. Я буду ждать вас у Северных Ворот.
  -- Что-нибудь взять с собой?
  -- Абсолютно ничего. Даже карманы должны быть пусты. И часы, пожалуйста, здесь оставьте.
  Я сняла часы, те самые, что мы с Женей приобрели у часовщика на Той Стороне. Я ни разу не снимала их с тех пор, и каждый раз, поглядывая на них, вспоминала о мгновеньях яркого счастья.
  Админ ушел, а я сожалела, что в его чашке не осталось ни капли кофе; в его отсутствие я сама спокойно бы разобралась в его мыслях, тем более что здесь это принято и даже считается лестным.
  
   ***
  Нет, реальный Интернет ничего не знал. Я вводила в поиск слова ''Демонет'' и ''Миры Голденгейта'', но вместо нужной информации, появлялись названия гостиниц, мостов и казино, и даже созвучные фамилии. Что же делать? Все, что происходит со мной в Демонете - смутно и малопонятно. Я не могу точно определить свое местоположение: смутно угадываю очертания дворца, кто-то сидит в кресле напротив, мужчина, судя по одежде, я что-то подаю ему на подносе. А о чем мы говорим и о чем я думаю - не имею ни малейшего понятия.
  Как назло исчезновение Хьюза совпало с моими проблемами. Найти его, найти, во что бы то ни стало, и попросить о помощи! Он ведь может, он как-то сам предлагал когда-то отсоединить меня от проекции. Думаю, и воссоединить меня сможет!
  
  Никто из коллег не знал, почему он так резко уволился, и никто не знал где его найти. Говорили, что директор уже проводит интервью с претендентами на позицию психиатра, значит, Джеф точно не вернется. Кабинет его пустует, а демонов и след простыл.
  Что-то горло болит, сейчас выпью чаю, и если до завтра не пройдет, придется отменить прием. Сейчас еще раз почту проверю. О, Женя появился онлайн!
  
  - Давно так не видел тебя, не говорил с тобой.
  
  "Кто же виноват в этом?" - хотелось мне спросить, но я удержалась, только подтвердила:
  - Да, и вправду давно.
   И молчу. Спросит про Демонет? Скажет хоть что-нибудь обнадеживающее или нет?
  - Что ты, Полинка, невеселая? Не заболела ли?
  - Да, горло немножко болит, простудилась наверно.
  - А ты как лечишься?
  - Ну, чаю выпью сейчас, с лимоном.
  - А молоко?
  - Не, я молоко теплое не люблю, уж лучше какао.
  - Тоже дело. А горло завязала?
  Что это он заботливый такой?
  - Ну, завяжу сейчас.
  - А чем?
  - Какая разница? Теплым платком.
  - А ну пойди прямо сейчас и завяжи, я подожду.
  
  Я нашла теплый шарф в прихожей, обвязала горло и вернулась к компьютеру.
  
  - Нет, - написал Женя. - Этот не годится.
  - Что не годится?
  - Шарф. Слишком новый.
  - Почему? Теплый, нормальный шарф.
  - Ты казадора слушай! Где-то слева от тебя, метра три в сторону и полтора вверх - есть нужный шарф - старый и проверенный.
  
  Я посмотрела влево:
  
  - Ну, может быть. Там стенной шкаф, а сверху полки.
  - Достань его и надень.
  - Ты шутишь, Женя? Или игру какую-то затеял?
  - Ни то, ни другое. Я забочусь о тебе, потому что люблю тебя. Шарф ручной вязки должен быть, давай ищи.
  
  Я полезла в стенной шкаф, вынула коробку со старыми вещами: платки, носки и варежки, которые еще жалко выбросить. На дне коробки был шарф - серый с сиреневой ниткой, ручной вязки, когда-то пушистый, но уже давно свалявшийся. Кажется, он был на мне, когда много зим назад я приехала в Америку, но, кажется, ни разу не надевала с тех пор.
  Я подошла с этим шарфом к компьютеру.
   Ага, - написал Женя. - Это хорошая вещь. Это - наша вещь, ею горло- то и повяжи.
  Я решила ничему не удивляться. Я уже убеждалась в действенности его методов, когда он меня спас от Похх в доме Хьюза, физически находясь на другом полушарии.
  
  - Шарф не снимай до утра, какао свари горячего, а туда коньячку плесни чуть-чуть, ладно? Завтра будешь здорова. И болеть больше не будешь. Вообще. Никогда.
  - Ладно, Женя. Спасибо за пожелание.
  - Это не пожелание. Это - факт,- написал он и отключился.
  
  Так ничего и не спросил про Демонет. Может, он до сих пор думает, что меня оттуда выгнали? И я ничего не сказала. Ни что скучаю по нему, ни что он снится мне каждую ночь.
   Я устроилась на диване, укрылась пледом, и стала смотреть в окно. Уже появились новогодние украшения, иллюминация, фигурки оленей и сказочных персонажей, феи и ангелы со свечками в руках на подоконнике. А есть ли в Демонете Новый Год или другие общепринятые праздники? Вряд ли, ведь это мир, состоящий из многих островов - у каждого свой Демонет. А, впрочем, как и Америка - у каждого своя.
  А в Демонете, сейчас должно быть лето в разгаре, но я почему-то одета в куртку и высокие сапоги. О, я сажусь в лодку. Напротив меня - человек с веслами. Кто это? В темноте не разобрать. А может, мне все это снится? Пытаюсь сосредоточиться. Я иду куда-то, и мне очень страшно, но почему? Чего я боюсь? Нет, не могу понять.
  А горло и впрямь не болит больше - придется завтра идти на работу.
  
   ***
  В конце рабочего дня я зашла зачем-то в регистратуру, и услышала, как секретарша отвечала кому-то по телефону:
  -- Нет, доктора Хьюза и завтра не будет, я же вам говорила - он здесь больше не работает. Нет, он не оставил нового адреса, извините, мне очень жаль. Да, возможно, он сам перезвонит. Да, мы все передадим, конечно, если он появится.
  Она повесила трубку и пожаловалась, что вторую неделю телефон не умолкает - Хьюза ищут его пациенты. Где же его найти? Он приглашал меня как-то на работу в медицинский центр, в Манхеттене, совладельцем которого является. Даже записал на календаре адрес и телефон... Позвонить что ли?
  Позвонила. В регистратуре ответили, что доктор Хьюз принимает сегодня вечером и завтра утром, но записи к нему нет, - все расписано на месяц вперед.
  Если я поеду прямо сейчас, то успею к концу приема, войду и спрошу у него что случилось, и, если к слову придется, попрошу о помощи.
  Я вышла из метро и бодро зашагала по заснеженным улицам. По мере того как я приближалась к Центру, поглядывая на записку с адресом, в душе росла беспричинная тревога, и хотелось вернуться. Поднявшийся ветер будто отбрасывал меня от пункта назначения. Я подняла воротник и побежала быстрее. Шла вперед, вопреки фуэрзе. Ветер выхватил у меня из рук бумажку с адресом, но я уже находилась в нужном переулке Пантано-виль. Теперь осталось найти дом номер двадцать восемь. Однако дом под номером двадцать шесть оказался в переулке последним. Дальше - только табличка с надписью "Dead End" , тупик. Ветер все усиливался, раскачивая подвесные фонари, один вдруг упал со звоном прямо мне под ноги, и рассыпался на мелкие осколки. Я испуганно отскочила в сторону. Глаза слезились от ветра, руки замерзли. Я вернулась в начало переулка, прошлась еще раз - дома номер двадцать восемь не существовало. Ни одно здание не было похоже на медицинский центр. Неужели я неправильно запомнила адрес?
  Я вышла на широкую улицу, людей не было, вроде бы, не такой поздний час, но магазины уже закрыты. Жаль, но придется возвращаться домой ни с чем. Ага, вот одна витрина светится на углу - кофе-шоп: бутерброды, печенье, горячие напитки - это очень кстати. В магазине я сама налила себе большую картонную чашку чаю, добавила ломтик лимона, накрыла пластиковой крышкой и подошла к прилавку, чтобы заплатить.
  -- Вы не знаете где здесь медицинский центр поблизости?- спросила я у продавца, молодого парня, с тонкими усиками на бледном лице.
  -- Центр здесь рядом, его работники у меня всегда сэндвичи заказывают, дом номер двадцать восемь.
  -- А вход в него где? Может, со двора?
  -- Почему со двора? На улице вход, да вот посмотрите, освещенное здание и площадка для парковки, видите?
  -- Нет.
   Тогда парень, к моему изумлению, тихо сказал:
   -- Ну, если не видите, значит вам не надо туда.
  -- Что вы имеете в виду?
  -- А то, что не рады вам там будут, значит. Такое случается. Редко, но случается.
  -- А вы не могли бы меня туда проводить?
  -- Нет, толку не будет все равно. Даже хуже что-нибудь... - он пробормотал что-то невразумительное и ушел в подсобку. Я оставила деньги на прилавке и направилась к двери. Еще раз оглянулась: парень настороженно выглядывал из подсобки, видно дожидался, чтоб я ушла.
  
  Я ехала в метро домой и пыталась найти всему этому рациональное объяснение. Похоже, Хьюз и впрямь от меня прячется. Да что же произошло? Мы не ссорились, не ругались, у нас были прекрасные рабочие отношения... Поезд метро подошел к моей станции, но я не вышла. Поеду дальше, до его остановки. Его дом-то я точно найду. Я была у него лишь однажды, но хорошо запомнила расположение.
  Вот за этим поворотом, на берегу океана - его особняк, окруженный вечнозелеными, тщательно подстриженными деревьями. Вот и дорожка, очищенная от снега, вымощенная плитками. В окнах - свет, отлично, значит, он дома. Именно здесь я впервые соприкоснулась с демонами - я вздрогнула, вспомнив низменно-греховную сладость присутствия Похх.
  Как давно я их не видела, но значит ли это, что я их победила?
  Позвонила в дверь. Никто не открыл. Я продолжала упорно давить на кнопку звонка - никакого ответа. Делает вид, что его нет дома, но я не уйду. Свет в окошках погас, а я вдруг вся засияла странным светом: от меня с треском отлетали в стороны разноцветные искорки. Не успела я подивиться этому обстоятельству, как зазвонил мой мобильник и знакомый голос заявил без вступления и приветствия:
  -- Ах, детка, от тебя подобных пакостей, я никогда не ожидал. Уйди лучше, по хорошему.
  -- Это Ахх? - спросила я неуверенно .
  -- Это Ахх.
  -- Ахх, как странно, что ты мне звонишь? Но почему ты так резок со мной?
  -- Потому что у меня нет другого способа остановить тебя. Приблизиться к тебе реально невозможно, а компьютеры твои он заблокировал, причем оба. А до телефона пока не добрался. Полина, детка, ты ничего, кроме уважения, от меня не видела, мало кто может похвастаться таким. Зачем же ты до таких грязных пакостей опускаешься?
  -- О каких пакостях ты говоришь? Кто компьютеры заблокировал?
  -- Казадор твой. Это он тебя прислал?
  -- Нет. Я сама пришла, к Хьюзу. Мне нужна его помощь.
  -- Ты просишь о помощи, после того, как нам все это устроила?
  -- Ахх, я не знаю, что произошло. Я бы сама хотела в этом разобраться. Знаешь что? Здесь холодно и ветрено. Попроси Хьюза открыть, мы поговорим и выясним все недоразумения. Ну, пожалуйста, позови его к телефону.
  
  Голос Джефа:
  -- Полина, тебе мало показалось, что ты выжила меня из медицинского центра, где у меня была столь успешная практика, а теперь еще сюда пришла? Учти, ты не только меня наказала, но и, ни в чем не повинных пациентов, которым я не смогу теперь помочь.
  -- Джеф, - мой голос задрожал от волнения и обиды, - Я клянусь, что никому не хотела причинить неприятности! Здесь какое-то недоразумение.
  
  В ответ молчание.
  --Джеф, ты здесь?
  --Да. Я думаю. Ну, допустим. Тогда постарайся его устранить. Сама.
  -- Ты откроешь дверь?
  -- Только при одном условии.
  -- Я слушаю.
  -- Сними с себя все.
  
  Я подняла глаза. В окне появился Хьюз с телефонной трубкой в руках.
  -- В каком смысле?
  -- В прямом. Всю одежду, обувь, белье, украшения, а так же вытащи все шпильки и булавки.
  -- Зачем?
  -- Чтобы устранить недоразумение, конечно. Давай, раздевайся.
  -- Здесь? Во дворе?
  -- Да. Перед моим окном.
  -- Ты шутишь?
  -- О, плохи дела тех, с кем я шучу! Но сейчас я серьезнее обычного.
  -- Совсем раздеться? Я не ослышалась?
  -- Если понадобится, то совсем. И то - никаких гарантий! Это, всего лишь, попытка исправить ситуацию. Если в тебе самой нет того, что ты называешь недоразумением, значит, оно где-то в одежде. И скажи спасибо Залесски, если бы не он, ты бы даже не нашла мой дом также, как медицинский центр.
  -- Я не понимаю... Джеф...
  -- Полина, я устал повторять: если хочешь войти, то раздевайся.
  
  Мерзавец. И ведь, кроме него, мне никто не сможет помочь. Но каков наглец!
  -- Ты издеваешься надо мной? Пользуешься моментом?
  -- Горе тем, над кем я издеваюсь, и даже не уверен смогу ли воспользоваться моментом. Если смогу, то воспользуюсь, впрочем. Ну?
  
  Я колебалась.
  -- Это так необходимо?
  -- Более чем. Последний раз повторяю: в тебе есть проблема, и ее нужно устранить.
  -- Проблема? Для тебя?
  -- Для меня, Ахха, для всех! Видишь, сколько искр от тебя летит? Давай, снимай все!
  -- И оставить здесь?
  -- Я после скажу, что с этим делать.
  -- Ну, допустим, что во мне есть проблема, и ты не шутишь и не издеваешься, но я тебя стесняюсь. Отвернись.
  -- Полно, Полина! Стесняются, когда есть недостатки. А ты прекрасно знаешь, что хороша.
  
  Я в нерешительности расстегнула пальто и положила его на скамейку.
  
  -- Вот так, - сказал голос Хьюза. - Хм... Если бы не холодная погода, я бы попросил тебя это сделать медленно, душа моя, Полина.
  
  Я раздевалась перед окном. Не слишком быстро, потому что руки дрожали, но больше от волнения - холода я почти не чувствовала. Пожалуй, он захочет переспать со мной за помощь. Я вдруг сама подивилась своей готовности сделать все, чтобы вернуться в счастливое состояние единения с Демонетом. Похоже, для меня это, действительно, очень важно.
  
  -- Снимай все, - потребовал голос в трубке. - И не забудь вытащить все украшения: серьги, пирсинг, и вообще все, что есть.
  
  Я складывала одежду на скамейку: свитер, юбку, вынула заколку из волос и сунула ее в карман пальто - волосы рассыпались по плечам, а кольцо и медальон положила в секретное отделение сумки. Сережек на мне не было, пирсинга тоже. В последнюю очередь сняла сапожки, и ступила босыми ногами на газон, потому что плиточная дорожка была леденяще-холодной. Я осталась в одном белье.
  
  -- Достаточно, - сказал Хьюз в трубку, - кажется все.
  Я боялась поднять глаза на окно, поэтому, молча, кивнула. Искры исходили теперь от кучи одежды на скамейке, а я больше не светилась.
  
  -- Теперь сложи все в колодец, а сама отойди от него.
  
  Колодец был не настоящий - скорее, декоративное украшение, с небольшим углублением, в котором сиротливо мокло несколько опавших листочков..
  Как только я положила туда одежду, вокруг колодца образовалось густое плотное свечение - голубые и зеленые искры заплясали в ярких лучах. Сияние усилилось, теперь я была полностью освещена, как на сцене под лучами прожекторов.
  
  -- Отойди от колодца, Полина, - скомандовал Хьюз.- Похоже, в тебе самой и впрямь нет этой пакости. Ну, иди к дому. Стой! Мобильник тоже оставь на скамейке, на всякий случай.
  Я кивнула.
  -- В средние века тебя бы сожгли на костре за такие штучки, и я бы и не подумал вмешаться, чтобы спасти тебя, - сказал телефон голосом Ахха, не смотря на то, что был выключен.
  
  И я пошла к дому. Не ежилась, не горбилась, не прикрывалась руками, а наоборот, шла прямо, и даже покачивала бедрами при ходьбе, чтобы казаться привлекательнее. Красота - мое главное и самое мощное оружие. Я, кажется, была даже немного разочарована, что Хьюз меня остановил до того, как я сняла белье.
   И да - стесняться нужно, если есть недостатки.
  Я подошла к двери, оглянулась на колодец с кучей одежды - оттуда исходило искристое сияние. Ну, что же он медлит?
  В этот самый момент, связь с Демонетом стала налаживаться - изображение стало четким и цветным - в той же походной одежде, я стояла перед оградой с толстыми ржавыми прутьями. И эмоции свои тамошние ощутила - я будто только что прошла через какие-то страхи.
  Дверь резко открылась. Хьюз втащил меня в прихожую, быстро запер дверь, и вытер пот со лба.
  -- Уф!- выдохнул он. - Получилось. Это была рискованная операция. Я так перепугался, когда тебя во дворе увидел! Ты будто с факелом к нефтяным цистернам полезла - у меня тут пристанище демонов, а ты... Страшно представить, что могло бы быть!
  
   ***
  Я вышла к Северным Воротам в брюках, легкой куртке с капюшоном и высоких сапогах, как админ велел. Он уже был там. Одет был так же, по-походному, с брезентовой сумкой через плечо.
  -- Нам далеко идти?
  -- Сначала спустимся к реке и возьмем лодку. А потом придется идти пешком сначала по лесу, а потом - по болотистой местности.
  
  Рыбацкая лодка на привязи, весла - ничего необычного. Дэниэл запрыгнул в лодку, подал мне руку, я осторожно ступила на качающееся дно, и, чтобы не упасть, быстро опустилась на скамейку.
  Дэниэл греб привычными заученными движениями, будто всю жизнь только этим и занимался. Лодка медленно выплыла на середину реки, закат окрасил воду, берега и облака во всевозможные оттенки - от малинового до темно-фиолетового. Какая - то загулявшая птица пролетела низко над нами, чуть не задев мое плечо крылом. Нас можно было принять за влюбленную пару, уплывающую на закат.
  
  -- А почему эта лодка не управляется автоматически?- поинтересовалась я.
  -- К месту нашего назначения нельзя приближаться при помощи автоматических или управляемых компьютерами устройств.
  -- Ой, а где это место?
  -- Скоро все увидите. А пока просто наслаждайтесь прогулкой.
  
  К берегу, мы причалили уже в полной темноте. Дэниэл привязал лодку к дереву, подал мне руку, и мы бодро зашагали по направлению к лесу.
  В ночном лесу было жутко, как в страшной сказке: зеленоватый свет луны, зловещее уханье совы, стрекот цикад, ветки задевающие волосы, и, то и дело налипающие на брюки, колючки. Дэниэл шел так быстро, что я едва поспевала за ним. Интересно, почему Хьюз забрался в такую глушь? Он - такой любитель комфорта, сибарит! А может у него в лесу дача? Интересно, как произойдет встреча с человеком, известным мне в реале.
  
  На опушке леса админ остановился, и я была рада возможности перевести дух.
  -- Полина, - сказал он серьезно, - так сложилось, что некоторые этапы здесь вы проходите преждевременно. Я прошу довериться мне, и ничему не удивляться. Короче, вам придется пренебречь устоявшимися реальными представлениями об обычных вещах. Право же, если бы не острая необходимость, я не подвергнул бы вас подобному испытанию.
  -- Дэниэл, мне с вами ничего не страшно. Кому же мне доверять, если не админу?
  -- O, я польщен, но простого доверия мало, мне нужно ваше безграничное доверие, понимаете?
  
  ''Неужели он будет меня домогаться?'' - почему-то первое, что я подумала. ''Но тогда зачем нужно было меня сюда затаскивать, прятаться от компьютеров, и делать такое пространное вступление?''
  
  -- Полина, вы, конечно, привлекательная женщина, даже обольстительная, но, надеюсь, не обидитесь, если я не стану вас домогаться. Это место действительно скрыто от компьютеров, так, что наше местонахождение никому не известно.
  
  Пора бы мне уже привыкнуть, что он считывает с фуэрзы и мысли и мое состояние.
  И легкое разочарование по поводу нежелания меня домогаться, сейчас тоже считает. Не то, чтобы мне этого очень хотелось, но было бы лестно.
  
  -- А сейчас идите за мной, с тропинки ни шагу в сторону, а то угодите в болото.
  
  Мы долго шли, молча под сопровождение лягушечьего кваканья, болото таинственно светилось, а под ногами хлюпала грязь.
  
  -- Дэниэл, какое жуткое место! Здесь водятся ведьмы? Злые духи?
  -- Не думаю. Вряд ли сюда кто-то полезет добровольно. А ведьмы водятся там, где светлее и суше, а чаще встречаются там, где шум, музыка и фейерверки. Последний раз я встретил двух ведьм на празднике в Амаполе, они были нарядны и веселы.
  О чем это он?
  -- А долго еще? Темно так... и ноги в грязи увязают.
  -- Уже скоро.
  Мы уперлись в густую стену колючих зарослей.
  -- Ой, дальше нет дороги!
  -- Ну значит, пришли.
  Дэниэл вытащил из сумки толстые грубые перчатки, надел их и стал обдирать жесткие побеги со стены.
   -- Хороший знак. Назар был прав, когда посадил здесь эти колючки. По крайней мере, я знаю, что никто не пытался сюда войти, - пробормотал он. -- Нет, Полина, не надо мне помогать, вы руки пораните. Я быстро - только вход расчищу.
  
  Я терялась в догадках, почему путь к Хьюзу так тернист, но решила пока ни о чем не спрашивать. Наконец, за ветками показались толстые металлические прутья. Админ снял перчатки и достал из сумки большой металлический ключ. Надо же, и впрямь никакой электроники. Ключ как ключ. Раздался ржавый скрип открывающихся ворот, ветки затрещали - в этом звуке мне послышалась страдание, ветер прошелся по верхушкам деревьев, и уханье совы раздалось в ответ. Я поежилась.
  Мы с трудом протиснулись в приоткрытые ворота, и пошли по дорожке вымощенной плитками. В темноте я споткнулась о какой-то камень, Дэниэл подхватил меня под локоть.
  
  --Держитесь за меня, чтобы не упасть, Полина.
  Рука его была теплой, даже горячей. Мне приятно быть рядом с ним... и даже захотелось прижаться к нему, чтобы согреться, но я постеснялась.
  
  --Дэниэл, а фонарик вы не взяли с собой?
  -- Нет, нельзя здесь электричеством пользоваться. Но без света, похоже, не обойдемся, уж больно ночь темная, подождите минутку.
  
  Он опять порылся в сумке, достал обыкновенные спички и зажег небольшой факел.
  В свете вспыхнувшего пламени, стройный гибкий силуэт админа и лицо с тонкими чертами показались мне немыслимо прекрасными.
  Он пошел вперед, я за ним. Час от часу не легче - факел осветил надгробья. Мы на кладбище. Я вспомнила, как забрела случайно на кладбище с надгробьями без дат, в один из своих последних дней на Той Стороне. Дэниэл подносил факел к надгробьям, читая имена. Дат здесь тоже не было. Наконец, он остановился у одного из них и произнес:
  
  -- Пришли. Это здесь.
  -- Что здесь?
  -- Полина, помните, я просил вас о доверии. О безграничном доверии?
  -- Да. А что?
  -- А то, что я на него рассчитываю.
  
  Дэниэл вытащил из сумки железный ломик и стал отбивать могильную плиту.
  Я похолодела.
  -- Дэниэл, что вы делаете?
  -- Тсс... не шумите!
  -- Дэниэл!
  
  Меня вдруг охватил настоящий ужас. Стоим у могилы, в руках у него ломик, и никто не знает где мы. От страха у меня застучали зубы. Он остановился, глянул на меня, и подошел ближе. Я отшатнулась.
  
  -- Полина, ну что вы так дрожите? Вы же обещали мне верить. Я не могу продолжать, если вы так боитесь. Ну, Полина, я же все считываю! Я подожду, пока вам станет стыдно за то, что вы испугались меня и всей этой обстановки. Поверьте, ваш благоговейный ужас перед захоронением здесь совершенно неуместен.
  
  Но я попятилась прочь. Он вздохнул, отбросил ломик и сел на плиту. Я стояла поодаль, и думала, как бы мне удрать, или выбраться отсюда, не заблудившись в лесу.
  
  -- Я думал, у меня больше проблем с Хьюзом будет. Он уперся и не хочет вам помогать, - наконец заговорил админ. - А у меня с вами проблема. Видимо, моего слова недостаточно. Игреалы обычно легко врут, и поэтому не верят другим. Полина, милая, ну подойдите сюда, поверьте, ничего страшного не произойдет. Вы должны полностью успокоиться прежде, чем мы войдем туда. О, да вы даже не слышите меня!- голос его звучал встревожено и ласково.
  
  -- Я... я хочу успокоиться, но не могу, з-з-убы сами стучат. Я хочу вам верить... Я стараюсь...
  -- Лучше подержите факел. Я сейчас отодвину эту плиту.
  -- З-зачем?
  -- Там вход.
  -- К-какой вход?
  -- Полина, сейчас сами все увидите.. Эх, жаль я не захватил бутылку воды или термос с чаем! Мы бы выпили из одной посуды, и вы узнали, что бояться совершенно нечего.
  
  Он опять застучал ломиком. Я поднесла факел ближе, и увидела слова, от которых еще больше похолодела: "Дж. Хьюз", и еще какие-то непонятные знаки.
  
  --Хьюз умер!- я закричала. - И похоронен здесь, в этой могиле! Значит, реал - это ''тот свет'' для уроженцев Демонета! Какой ужас!
  
  Админ всплеснул руками:
  -- Полина, ну какой еще тот свет! Да это и не могила вовсе! Эта идея - замаскировать двери таким образом, как раз и предназначалась для того, чтобы игреалы не лезли, куда не следует. Стиль кладбища - единственное, что их отпугивает. Сюда-то они не заходят, даже, невзирая на чрезмерное любопытство, и склонность к нарушению порядка. Да успокойтесь же!
  
  Он отбил, наконец, плиту, там была яма... И, к моему ужасу, спрыгнул туда, и протянул мне руку. Из ямы пахнуло могильным холодом.
  --Дайте факел, Полина и следуйте за мной.
  Я отступила в сторону.
  -- Ни за что! Пока вы мне не объясните, что происходит, я не сделаю ни шагу.
  -- Полина, разве я не сообщил, что здесь вход Хьюзу? Разве не пояснил, что нам придется идти к нему, потому, что сам он отказался придти во дворец?
  -- Это подземный ход, что ли?
  -- Что-то вроде того, - обрадовался Дэниэл. - Скорее, черный. А могильные плиты - как иконки на мониторе. Поняли? Считайте, что это - иконка - "Хьюз". Если я воспользуюсь демовэйвом, то это будет зафиксировано, возникнут вопросы, и раскрутится вся история с ребутом. Пострадают в первую очередь те, кто ее затеял, но и мне не избежать выговора. Еще раз повторяю: Хьюз отказался прибыть сюда сам. Поэтому мы идем к нему в реал, через черный ход. Так понятнее?
  -- А если он и тогда откажется помочь?
  -- А мы сами себе поможем, если успеем вовремя. Так что не задерживайте процесс. Ну, давайте же руку.
  -- Вовремя для чего?
  -- Увидите, все увидите сами, прыгайте же!
  
  Была не была. Зажмурилась. Прыгнула и оказалась в плотном облаке. Дэниэл тащил меня за руку и, кажется, говорил что-то, но сквозь вязкую пелену, слов было не разобрать. Мы медленно снижались, скользя в бесцветной дымке, будто съезжали с песочного холма. Страха больше не было.
  
  Наконец, почва под ногами стала твердой, в лицо пахнуло зимним холодом. Мы вошли в длинный узкий коридор, с шероховатыми стенами, и продвигались по нему бочком, пока не оказались у ворот с заржавевшими прутьями.
  Дэниэл постучал кулаком в ворота - они отозвались гулким эхом. Потом потряс решетку - никакого ответа. Наконец сапогом постучал. Все тихо.
  
  -- Да что такое? А ну-ка, Полина, отойдите в сторону шагов на десять. Еще дальше. Я отошла. И тут же ворота распахнулись. Дэниэл вошел, а я осталась.
  За воротами сверкала озерно-зеркальная гладь, и я отражалась в ней, но почему-то без одежды. С этой стороны я была в куртке с капюшоном, брюках и пыльных сапожках. А с той - в одном белье, с распущенными волосами. Я, которая в белье, тоже заметила себя, и подошла ближе. В этот момент я четко ощутила себя реальную - мне было холодно, но весело. Хьюз накинул мне на плечи свой халат.
  
   ***
  
  За дверью - яркий свет, поток теплого воздуха и радостный возглас:
   -- Она стоила риска! Дэниэл был прав! Это тот случай, когда ученики превосходят своих учителей. Умница какой!
  В кресле сидел Ахх.
  -- Прежде, чем ты предложишь ей халат, Джеф, я хочу, чтобы ты взглянул на нее, и еще раз убедился в проницательности моего воспитанника. Жемчужина! Редкий экземпляр! Даже не верится, что она была под воздействием мощного комплота. Отряхнулась и вновь чиста! Ни единого пятнышка!
  
  Я не поняла, что он имел в виду под этим "ни одного пятнышка" - у меня было несколько родинок на теле, как раз.
  -- Вы о чем?- спросила я, надевая купальный халат Хьюза.
  -- Детка, мы о том, что ты - драгоценность чистой воды. Отряхнулась от скверны - и вновь чиста, как младенец.
  -- Да,- ответил Хьюз. - Я пристыжен, я поспешил, это не ее вина.
  -- ...И совершенно зря убрался из этого района, оставил много незавершенных дел.
  -- Может, вы мне объясните, что происходит?- потребовала я. - Раздеться заставили в такую-то погоду, и говорите загадками!
  -- Охотно, - ответил Ахх. - Только скажи на милость, моя чистая, невинная, не вступавшая ни в какие сговоры против нас, детка, каким образом казадор до тебя добрался в реале? Насколько я знаю, он не покидал пределы своего реального города, а наложить такой силы комплот, можно было только на близком расстоянии.
  -- Какой еще компот?
  -- Не компот, а комплот. Полина, мы полагали, что ты поддалась навязчивой казадорской идее - ограждать игроков от страстей и того, что они полагают злом. Ограждать их от всего, что может вытащить наружу свет и талант. Мы думали, что ты обучилась у них наносить удар, подманив противника лакомством. Но оказалось, что ты невинна, - продолжал Ахх торжественно. -- В тебе самой - нет пакостных намерений. Но, ты, каким-то образом, оказалась источником казадорского комплота - заговора от демонов, сглаза, болезней, и прочих, крайне непорядочных заклинаний. К счастью, их источник уже обезврежен.
  
  Я глянула в окно - над колодцем, куда я сбросила одежду, поднимался искристый столп пламени, - будто множество бенгальских огней вспыхнули одновременно.
  
  -- Комплот мог быть где угодно - в каблуке, шпильке, монетке, нитке, вплетенной в одежду, булавке, - добавил Хьюз. - Казадоры - великие затейники, никогда не знаешь чего от них ожидать.
  --Джеф, мои вещи сгорели. Как я домой пойду?
  -- Ничего не сгорело. Считай, что сдала их в химчистку, - ответил он, - А вот с твоей фуэрзы, душа моя, Полина, легко считывается то, что ты уже знаешь, в чем дело, но решила не говорить, пока хорошенько все не обдумаешь.
  
  Конечно, я сразу догадалась, что вовсе не шпильки, застежки или каблуки содержали заговор против демонов, а медальончик, что Женя мне по почте прислал на день рожденья. Милый Женя, старался оградить меня от болезней и злых духов, он, ведь, из хороших побуждений. Ах, как нехорошо получилось - зря он меня не предупредил! Значит, и вправду, из-за меня Хьюз не мог работать в нашем центре, и демоны, и сам Ахх не смели приблизиться ко мне, думали, что я - против них!
  
  Хьюз вышел на улицу и вернулся с ворохом моей одежды и сумочкой.
  -- Все, здесь все чисто. Можешь одеваться, душа моя, Полина, и желательно, медленно...- он заметно повеселел. - Ну? Будешь рассказывать? Или, как у вас говорят, - ''колоться''?
  -- Джеф, да, я, кажется, догадываюсь, в чем дело, но... - я замялась
  --Дай взглянуть!- сказал Ахх повелительно, и протянул руку.
  
  Я, молча, достала медальон из сумки и отдала ему. Он повертел его в руках, и протянул Хьюзу. Тот присвистнул.
  -- От такой наглости, редкой даже для казадора, - сказал Ахх и демонстративно зевнул, - на меня сразу навалилась усталость. Разбирайся, Джеф с этим сам. Секс - это по твоей части. Ищи коды, разгадывай шифры, пока не найдешь способ блокировки. Но сначала придется с объектом поработать. Она, небось, тихо млеет от этого. А принуждать нельзя. И будь осторожен, его не спугни.
  -- Не в первый раз,- ответил Хьюз. - А ты что?
  -- А мне отдохнуть надо от такого потрясения. Меня! Меня! Казадор провел! Меня! Ай-яй-яй!
  --Так уж и провел?- засомневался Хьюз.
  -- Сдвинул реальность в свою сторону, совсем немного, но достаточно, чтобы сбить мои планы, а заодно и притормозить развитие миров Голгенгейта. Ай, хитер казадоришка! - всхлипнул Ахх и тут же исчез.
  
  Хьюз сел на диван, и стал смотреть на меня так, как обычно смотрел на пациентов:
  -- Полина, ответь-ка мне на вопрос,- как давно у тебя эта маскота, и каким путем она к тебе попала?
  --Маскота? В смысле, этот медальон? Женя прислал мне ее по почте, на день рождения, в подарок.
  -- Давно?
  -- Месяца полтора назад.
  -- А у тебя секс был за это время?
  -- В смысле?
  -- Ну, любовью ты занималась?- нетерпеливо спросил Хьюз. - В реале и Демонете? С мужем-то ты спишь? Или он с тобой?
  Я молчала, опешив не столько от вопроса, сколько от того, что не могла на него вразумительно ответить.
  -- Полина! - повторил Хьюз громко. -- Была ли ты близка с мужчиной за то время, что маскота находилась в твоем владении?
  Я молчала.
  -- Полина, маскота подверглась чистке, как и остальные твои вещи. Я уничтожил казадорский комплот, то есть заговоры против демонов, болезней и сглаза. Но помимо этого, здесь есть перзак - персональное заклятье, не поддающееся обычным приемам чистки. Это касается тебя лично. А теперь постарайся, все же, ответить на мой вопрос. Это в твоих интересах. Вспомни секс.
  -- Что вспомнить?
  -- Постель супружескую в реале, и секс в Демонете за последнее время.
  
  Я закрыла лицо руками, пытаясь вспомнить, сосредоточиться - но безуспешно. Я помнила только сны - сладкие, волшебные, манящие. Мне часто снился секс с Женей, при странных обстоятельствах и в необычных местах. Я помнила его лицо, прикосновения рук, ощущала его внутри себя и - слаще этого ничего не было. Его дыхание, запах, волоски на коже...- это были, всего лишь, сны. Я иногда жалела, что проснулась, и долго лежала с закрытыми глазами, будто пытаясь продлить сон и лучше запомнить его.
  
  -- Не знаю. Не могу сказать. Нет, наверно, не было ничего. Помню только сны.
  -- С казадором в главной роли, так?
  Я кивнула.
  -- А кроме этих снов ты ничего не помнишь. С кем бы ты ни была, тебе кажется, что ты с ним, правда?
  -- Может быть... Как же это? Почему?
  -- Видишь, на маскоте - стилизованная женская фигурка, бедра широкие?
  --Да.
  -- Это ты. А четыре крошечных камешка с заклятьем - во лбу, на месте сосков, и один между бедер -- это амористы.
  -- Аметисты?
  -- Нет, именно амористы - драгоценные камешки из Аррида, мира казадоров. Он вложил в них персональное заклятье, чтобы ты всегда, понимаешь, всегда, думала только о нем, представляла бы его во время секса с любым мужчиной, в обоих мирах.
  
  Надо же! То, что я принимала за тоску по Жене, эротические сны и фантазии - было колдовством, казадорским заклятьем. Значит, Женя меня любит. Он не может быть со мной по воле обстоятельств, но уступать никому не намерен. Милый мой Женя!
  -- Я ничего не знала... не догадывалась.
  -- Верю.
  -- А зачем ему это? Он хочет, чтобы я думала о нем? Не забывала?
  -- А вот это мне предстоит выяснить. Наглость казадора не имеет границ - даже Ахх не рискнул бы применить эту давно запрещенную практику! Держу пари, что у него есть приемник твоих эмоций. Полина, что ты глупо улыбаешься? Это не В этом кроется опасность для тебя, в обоих мирах!
  -- Опасность? Может, будет лучше, если я оставлю ее здесь? Или выброшу?
  -- И не вздумай. А вдруг какая-нибудь моя знакомая примерит ее случайно? И выбрасывать бесполезно. Перзак активировался в момент, когда ты ее впервые надела, и может быть снят только изготовителем..
  
  Вот как! Значит, Женя просил меня сфотографироваться в его подарке и прислать фото, чтобы заставить меня скорее надеть амулет.
  
  -- А все же он глуп и недальновиден,- продолжал сердиться Хьюз. - Втиснул комплот для демонов и перзак для тебя в одну маскоту. Сделал бы разные - обнаружить было бы не так просто. А теперь надо думать, как тебя избавить от этого.
  -- А зачем?
  Мой вопрос так огорчил Хьюза, что он всплеснул руками и стал ходить из угла в угол.
  -- Полина! Пока действует перзак, ни в одном мужчине ты не увидишь личность или любовника. Ты будешь видеть только его, и все ласки твои будут предназначены только казадору. Ну что ты хлопаешь ресницами? Можешь проверить, если хочешь.
  Я верила. Это было так.
  -- Но в чем опасность, не понимаю.
  -- Ладно. Хватит с тебя переживаний на сегодня. Подумаем, что с этим делать, посоветуемся со специалистами или с админом, - Хьюз кивнул на открывающуюся дверь, в которую входил Залесски.
  
  Я вдруг смутилась, что админ увидел меня в халате Хьюза, вскочила и, схватив свою одежду, убежала в ванную. Немного покрутилась перед зеркалами, рассматривая себя во всех возможных ракурсах, потом стала одеваться. После чистки комплота, одежда была удивительно мягкой, приятной на ощупь и пахла свежестью и талым снегом, но оказалась немного тесноватой.
  Я не спешила: надо дать им возможность поговорить и самой собраться с мыслями. В реале - поздний час. Сейчас поздороваюсь с Дэниэлом, и поеду домой. Я была полностью спокойна - я ясно ощущала себя в Демонете. Я, вернее, моя проекция, одетая в походную одежду, сидела, обняв колени, у Ворот, которые Дэниэл назвал черным ходом в реал и кратчайшим путем к Хьюзу. Она тоже видела меня в ванной Хьюза.
  Но вот что интересно, Дэниэл и Джеф, уроженцы Демонета, - были в одном экземпляре, а я - в двух. Можно все воспринимать как должное, а можно задавать вопросы. А вопросов уже столько! Наверно большинство людей перестает их замечать и воспринимает как данное.
  
  Когда я вернулась в гостиную, полностью одетая и причесанная, Дэниэл рассматривал маскоту. Он стучал ею об стол, слушая звук, щелкал по ней ногтем, подносил ее к свету, дышал на нее, тер, и, наконец, протянул ее мне со словами:
  
  -- Хитрая штучка. Возьмите, Полина.
  -- А что мне с ней делать? -- Я знаю только то, чего с ней делать не следует - ее лучше не терять. Пока она в вашем владении, все, что касается казадорского перзака, более или менее предсказуемо. А если она попадет в другие руки, то ситуацию будет трудно контролировать.
   Хьюз согласно кивнул. Я рассеяно теребила медальон в руках, затем положила его в сумку. Что-то изменилось в их отношении к происходящему. Хьюз больше не возмущался, и казался нарочито равнодушным. А Дэниэла, похоже, это вообще не занимало - подумаешь, заклятье казадорское.
  
  -- Может, спрятать ее подальше? - спросила я.
  -- Лучше надевать ее время от времени, чтобы казадор ничего не заподозрил. А, впрочем, как хотите. Ахх не советовал спешить. А сейчас пора домой. Нам всем. - Конечно. Вы устали, Дэниэл. Спасибо, что проделали такой путь. Благодарю вас обоих за помощь. -- Хорошо, что мы успели. Если подойти одновременно к воротам, разделяющим миры с двух сторон, то в этот момент тонкая настройка сама происходит. Джеф утверждает, что теперь все в порядке. -- Я отвезу тебя домой, Полина,- предложил Хьюз. - Если позволишь.
  -- А я проведу во дворец. Мы поговорим обо всем на обратном пути, - улыбнулся Дэниэл.
  Я кивнула, соглашаясь, и пошла в прихожую. Дэниэл стоял у двери, ведущей вглубь дома, и смотрел на меня, прищурившись.
  
   ***
  
  Если раньше мы спускались с песочного холма, то теперь прошлось лезть наверх. Я то и дело скатывалась, увязала в песке, поднимая облако пыли. Админ поддерживал меня, ждал, учил под каким углом ставить ногу, но заметно торопился.
  -- Полина, нам лучше бы до рассвета успеть. Попробуйте идти быстрее, а?
  
  Опять проваливаюсь в ватное облако, опять ноги вязнут в густом киселе - он гасит и проглатывает все звуки. Я то подскакиваю вверх как на батуте, то тяжелею и падаю вниз. Я не знаю сколько это длится - чувство времени давно потеряно. Кисель медленно редеет, звуки тают вдалеке, и я ясно слышу слова Дэниэла:
   --Полина, потерпите еще немного, - его губы не двигаются, а я продолжаю слышать: -- Вы - просто молодец, что не хнычете. А со временем, научитесь получать удовольствие от подобных путешествий.
  Я с удивлением смотрю на него, он смеется: -- Я произнес это раньше. Звук только сейчас дошел до вас. Это всегда так бывает в пространстве между мирами: сначала включается осязание, обоняние и вкус, потом зрение, ну а звук - в последнюю очередь. Ну вот, почти пришли, там,- он показывает на дыру в потолке коридора,- уже Демонет. Я вылезу и подам вам руку.
  -- Ой, только не оставляйте меня в этой могиле надолго.
  -- Хорошо. Вы не потеряете меня из виду ни на минуту.
  
   И вот мы уже сидим у развороченной могилы, а рядом валяется плита с выбитыми буквами "Дж. Хьюз".
  -- Можно отдохнуть? - спрашиваю.
  -- Нам еще долго идти. Отдохнете в лодке. Без демовэйва все происходит медленно и крайне утомительно.
  Я весело киваю. Настроение у меня отличное. Я воссоединена с реалом, да еще и комплот попутно обнаружился, Хьюз на меня больше не сердится, и Женя обо мне не забыл, так что все прекрасно. Интересно, что Дэниэл думает обо всем происшедшем? Он, кажется, не намерен это обсуждать. Все наладилось и впереди много интересного. Даже мрак могильных склепов и могил меня больше не удручает.
  
  -- А почему вход к одним игрокам выглядит как могильные плиты, а к другим - как склепы?- спрашиваю.
   -- Через склепы путь более комфортабельный, что-то вроде скользящих лифтов. Такой "склеп" стоит немалых средств. Обычно несколько уроженцев Демонета, живущих в реале, приобретают такой склеп в складчину.
  -- А в реале есть такие могилы с черным ходом?
  --Да, и даже целые кладбища. С тех пор как это практикуется, почти прекратилась контрабанда редких предметов обе стороны. Иногда переход осуществляется впопыхах, и тогда в новостях пишут об осквернении и надругательством над памятниками.
  
  Я тихо ужаснулась мысли о возможности кладбищенской контрабанды, но не успела ничего сказать - надпись на одной из могил заставила меня вздрогнуть. На мрачной плите из серого мрамора значилось имя живого и вполне здравствующего музыканта, российской рок-звезды. Я была на его концерте лишь однажды, но альбомы покупала, едва дождавшись их выхода, а концертные выступления и видеоклипы скачивала из сети. Его музыка, и вправду, уносила в другой мир, а на концерте у меня возникло стойкое убеждение, что он извлекает свою музыку из другой вселенной.
  
  -- Не останавливайтесь, Полина, - попросил Дэниэл.
  -- Подождите... он кто? Уроженец Демонета? - я указала на могилу с именем рок-звезды. - Это ход к нему? В реальную квартиру в Москве?
  -- Не обязательно в квартиру, это может быть гараж, рабочая студия или подвал дачи, к примеру.
  -- И к нему можно вот так запросто попасть, если сковырнуть эту плиту и пройти по коридору?
  -- В общем-то, да, но вам гораздо удобнее это сделать в реале.
  -- Не думаю. Он живет на другом полушарии, и мы незнакомы.
  -- И отсюда - нет гарантий, что он захочет с вами знакомиться. Вы можете только подойти к входу и позвать его, а он выйдет к вам, если сочтет нужным. Проекция не может попасть в реальную квартиру. А хотите, я приглашу его сюда, во дворец специально для встречи с вами?
  --Нет,- я испугалась. -- Неудобно...мало ему фанатов что ли, которые караулят его возле дома, подбирают его окурки и выпрашивают у уборщицы бутылку из-под воды, в гримерной.
  -- Откуда вы знаете об окурках ?
  -- На музыкальном форуме читала. Меня еще не хватало...
  -- Полина, он - уроженец Демонета, и, в каком бы мире ни находился, подчиняется администрации, в данном случае - мне. Одно ваше слово и я ...
  -- Спасибо, Дэниэл, но не надо его отвлекать от дел. Вот если он сам вернется, и мы случайно встретимся... Да и что я могу спросить у человека, который мне столько всего уже сказал в своих песнях?
  --Да, он великий мастер, считывает фуэрзу целого зала одновременно. О, вот уже выход из кладбища!
  
  Дэниэл опять надел толстые перчатки и тщательно замаскировал вход колючими ветками.
  
   ***
   Здорово же я устала от этой прогулки на ''тот свет''! Вернулись мы до рассвета, как и предполагалось, и я решила поплавать в купальне, смыть кладбищенскую пыль.
  Интересно, я ни разу не встретила горничной или того, кто следит за порядком, но вода всегда свежая, журчащая, лепестки цветочные плавают, и музыка - из невидимого источника. Возможно, демоны здесь все убирают, или - и того похлеще - порядок наводится при помощи компьютера. Картинка моей спальни в беспорядке просто заменяется другой, на которой все идеально чисто, постель свежая, вещи аккуратно сложены, нет подноса с остатками смородинного рулета и никаких крошек. Брошенные на кровать вещи, автоматически заменились на такие же, но выстиранные и сложенные в шкаф. Но некоторые параметры, все же, сохраняются. Например, кресло - на том же месте, куда я его передвинула - на балконе, у самых перил, чтобы было удобнее наблюдать за гуляющими по саду.
  Кстати, в шкафу есть отделение, где все время возникают новые вещи. Например, сапожки и куртка появились еще до предложения Дэниэла отправиться к Хьюзу. Увидев их, я удивилась, и подумала, что скоро лету конец, а они пригодились гораздо быстрее.
   Возвратившись с "того света", я открыла это отделение шкафа из любопытства, и обнаружила там элегантное вечернее платье - черное, бархатное, и туфли в тон, на каблуках, с жемчужной пряжечкой, и еще коробочка рядом - а в ней - ожерелье из крупных жемчужин и браслет такой же.
  Несмотря на усталость, захотелось примерить. Красивое платье, черт возьми - фигуру облегает и кожу оттеняет, только декольте уж больно глубокое - впечатление, что платье вот-вот само с плеч соскользнет.
  Ну, все, купаться и спать. Скинула платье и вошла в купальню, вот уж удовольствие - вода теплая, бархатная, мягкая. Я закрыла глаза, и тут же аромат и звуки будто унесли меня в сад - я стояла перед входом в арку, убранную крупными бледно-розовыми цветами... Стоп! Может, я мысленно попадаю туда, где растут цветы, лепестки которых плавают в моей купальне? Или это демовэйв шальной? Валентин предупреждал, что демовэйвы бывают локальные - целенаправленные, доставляющие игрока в конкретное место - те самые, которые я плохо переношу. А есть шальные, свободно витающие - они везде, во всех мирах: если чем-то увлечься, забыться на мгновенье, а рядом такой шальной окажется, то подхватит и унесет - как тогда с Женей это впервые получилось. Вообще, надо разобраться, как они работают, и научиться ими управлять. Ух, как здорово когда есть чему учиться! Сколько интересного у меня впереди!
  
  Валентин говорил, что важно распознать момент приближения демовэйва, и, усилием воли вернуться к реальности. Интересно, а как называются уроженцы реала? Реалоиды, реальцы, а может, реаляне? Здесь нас называют "игреалы" - мы - проекции уроженцев реала. М-м-м... как хорошо в воде! Пора вылезать, а то усну прямо здесь. А я еще собиралась чай на балконе пить и рассветом любоваться. Нет, не смогу уже. Глаза слипаются... Спать...
  
  Дверь на балкон открыта, сквозь занавеску просвечивают рассветные лучи. Даже нет сил стянуть купальный халат. Черт бы побрал этот запах из сада, цветы какие-то распустились под моим окном, бледно-фиолетовые - не знаю названия, но аромат меня раздражает, и цвет тоже. Красные цветы - красиво, белые, желтые, голубые - тоже, а вот светло-фиолетовые - нет, нет, нет! Терпеть не могу такой цвет! Он мне и не идет, к тому же.
  Одеяло на себя уже в полусне натянула, глаза закрыла, и передо мной возник наш обратный путь мимо зеленого фосфорицирующего болота, по лесной чаще, к берегу, где мы лодку оставили. Плыли ночью - мерные движения весел, всплески воды, свежесть речная, ворот его сорочки расстегнут, темные пряди падают на лоб - я могу протянуть руку, откинуть волосы с его лба и вытереть пот, но я этого не делаю. Я могу коснуться его могучих плеч... ощутить сильные мускулы, потом коснуться шеи и щеки, но я этого не делаю. Он молчит, а ведь считывает наверно с фуэрзы мое желание коснуться его, но молчит. Неужели его присутствие меня волнует? Все, сплю.
  
   ***
  Когда Дэниэл ушел, Хьюз вдруг предложил вместе поужинать:
  -- Тебе следует компенсация за доставленные неудобства - небольшой стриптиз во дворе. Должен заметить, несмотря на всю серьезность ситуации, я все же получил эстетическое удовольствие. Итак, Полина, любой ресторан или кафе, по твоему выбору.
  
  Но я отказалась: неудобно мне это в реале, в моем районе, вечером, с мужчиной ужинать в ресторане - не могу. Реал- это реал.
  Он понимающе кивнул и сказал:
  
  -- Когда-нибудь я приглашу тебя на ужин в лучший ресторан в любом из миров Голденгейта, а сейчас позволь угостить тебя хотя бы чаем достойным фуэнсена - с самых знаменитых цейлонских плантаций,- и отправился на кухню, а я за ним.
  
  На кухне, в сверкающей чистоте, я увидела множество своих отражений в электроприборах, стеклах и даже белом плиточном полу. По кухне бесшумно скользили две женщины, почти одинаковые, в нарядах, напоминающих кимоно. Лица у них были обычные, незапоминающиеся, они улыбались, но в глаза не смотрели. Хьюз сказал, что они - проекции в реал из другого мира, мне пока неведомого. Они заваривали чай, досыпали туда каких-то специй - я уловила аромат апельсиновых корочек. Одна из них отнесла в гостиную на подносе чайный сервиз из тончайшего, почти прозрачного фарфора с золотой росписью. Другая застелила столик в гостиной белой кружевной скатертью и уставила его яствами: тарелочками с печеньем, тонко нарезанным сыром, ломтиками паштета, блюдцем с лимоном и вазочку с мармеладом из гуавы. Хьюз сказал, что все куплено в магазине деликатесов, который я сама ему когда-то рекомендовала. Мне было приятно, что он пользуется моими профессиональными советами.
  
  Женщины прислуживали так ненавязчиво, что совершенно не мешали нам разговаривать - они тихо скользили вдоль лунных лучиков на полу. Джеф рассказал, как демоны плакали и причитали, обнаружив однажды утром, что не могут приблизиться к нашему медицинскому центру ближе, чем двести метров. А когда они объединили силы и пытались прорваться сквозь окружавшее меня защитное поле, их выбросило оттуда, да так, что они надолго потеряли управление; некоторые долго бились в конвульсиях, и Ахху потребовалось много реального времени на их восстановление. Это было, неслыханное по силе и плотности поле, которое, по всей вероятности, было активировано в момент, когда я впервые примерила Женин подарок. -- Возможно, ты была орудием в тестировании нового оружия против зла, - произнес Хьюз с насмешкой.
  После этого, защитное поле стало понемногу разрастаться, и достигло почти двух миль в радиусе. Когда демоны пытались прорваться сквозь толщу заслона, оно только укреплялось, и радиус его увеличивался. В результате, Ахх запретил демонам и Хьюзу приближаться ко мне и велел избегать всяческих контактов. Я вызывала у демонов такой же страх, как казадоры. Демоны вообще боятся казадоров, потому, что они владеют техникой подчинения, заставляющей их служить казадорским намерениям. Интересно, что поле укреплялось так же, когда вирусы гриппа и коньюктивита недавно пытались просочиться, а так же парочка недобрых пожеланий и один ненамеренный сглаз.
   Кто же эти недоброжелатели? Неужели опять администраторши Линн? А может это сосед, по прозвищу Плохиш, - он ненавидит моего кота Феншуя.
  
  Потом разговор переключился на бывших коллег и пациентов, я рассказала Хьюзу, что телефон не умолкает, и пациенты его разыскивают, и что без него стало пусто.
  Чай и вправду был отменный - душистый, бодрящий, а пока мы разговаривали, снег пошел крупными хлопьями. Я подбежала к окну полюбоваться, и услышала, что служанки спрашивали у Хьюза - с каким ароматом пену готовить в ванной для дамы, и в какой из спален постель взбить постель и протереть амапольские зеркала. А он им ответил, что нет, этого не потребуется, уверенно так сказал, меня задело это немножко. Я привыкла, что он меня раньше хотел, и сейчас мог бы у меня поинтересоваться, не хочу ли я у него остаться, а если да, то в какой спальне. Я бы, конечно, отказалась. Это - реал, тут - и мораль, и совесть, и здравый смысл, а еще страх. То есть, меня задело, что он не оставил мне возможности ему отказать.
  Интересно, сколько у него всего спален в доме и во всех ли есть те странные зеркала? Мне бы хотелось посмотреться в них еще раз, но он сочтет это заигрыванием.
  Так я размышляла, в окно глядя, пока не спохватилась, не считывает ли он все это с фуэрзы. Обернулась, а он - да, головой качает, а в глазах искорки веселые, но и печаль рядом незнакомая... А я тогда отомстить решила, и его фуэрзу прочитать, к столу подошла и хотела из его чашки отхлебнуть остатки чая того ароматного, и не смогла - чашку в руки взяла, к губам поднесла, а отпить не смогла, не знаю почему.
  Я поблагодарила за угощенье и попросила отвезти меня домой, пока снежный покров еще невелик, и направилась в прихожую.
  
  Он молчал почти всю дорогу. Потом сказал:
  -- Полина, мне не дает покоя то, что я мог бы с тобой переспать сегодня. Чуть- чуть надавить, - и ты бы согласилась, хотя бы из благодарности за помощь, и я уверен, что не только не пожалела бы, а даже попросила добавки, - он издал странный смешок. - Но маскота эта... - и тут он выругался, да так, что я вздрогнула, прежде он такого себе не позволял. -- Ты даже не понимаешь, что сделал этот ювелир клятый! Я знаю, что тебе приятно вспоминать сны о нем, но он закрыл путь к тебе любому мужчине. Этой вещицей он заманил тебя в ловушку, и ты вошла в него свободно и плавно, и барахтаешься, не замечая самого капкана. Я виноват, я должен был сообразить, что он так просто от тебя не откажется. Но ты - тоже хороша! Тебе не показалось странным, что человек, который бросил тебя в Демонете столь бесцеремонно, вдруг присылает реальный подарок?
  -- Нет, не показалось. Я обрадовалась, и подумала, что ему, должно быть, приятно подарить мне вещицу своего изготовления. Откуда же я знала, что туда заключены комплот и перзак!
  -- Подарок от казадора должен был тебя насторожить. Они умеют вкладывать и извлекать эмоции из предметов.
  -- Да, я знаю. Он извлекал при мне чужие эмоции из старой кровати.
  -- Ишь ты! Впечатление на тебя произвести хотел. Видишь ли, подарок от человека, с которым связаны сильные эмоции, может вмиг отбросить тебя в прошлое, где нет развития, то есть, в тупик. Отношения с дарителем могут меняться, а вещица хранит застывшее чувство. В зависимости от ситуации, она может включить его вновь.
  -- Ну и пусть включает.
  -- Но это мешает двигаться, понимаешь, держит.
  -- Так что же, нельзя принимать подарков от ... - я вдруг осеклась. - А знаешь, я подсознательно это чувствовала; когда-то один человек подарил мне бусы. Я знала, что больше никогда его не увижу, хотела забыть о нем. Я спрятала бусы подальше, чтобы на глаза не попадались и не отвлекали меня от реальности. А однажды вспомнила о них, достала, а они вдруг рассыпались в руках - бусинки покатились в разные стороны. Я долго ползала, собирала их. А потом узнала, что этот человек умер... Но Женя - другое дело, я надеюсь, что он вернется. Что, так плохо все, с этой маскотой, да?
  -- Да. Плохо. Я бы разобрался с ней, но Ахх велел не спешить.
  -- Джеф, а что ты так волнуешься? Может, ничего страшного, а? Комплота больше нет, а персональное заклятье не так уж мне мешает. Может, оно само рассосется постепенно, а?
  -- Все не так! Чертова кукла! Не то ты говоришь! Полина, я хотел, чтобы ты рассердилась, ногой топнула, и закричала: ''Да как он смеет управлять моими снами! Навязывать мне мысли и ощущения!'' Куклы столь умные и прекрасные, как ты, могут выбирать мастеров сами, по своему вкусу, а ты совсем размякла. Неужели, и вправду, так заманчив секс с ним? Жаль, что ты с уроженцем Демонета никогда в постели не была! И пока перзак работает, никогда не будешь! Он сделал этот выбор за тебя, понимаешь?
  -- Джеф, ну что ты так разошелся? Я любила Женю. И сейчас люблю, наверно.
  -- Что же ты не ушла с ним? Он же звал тебя.
  -- Потому что я не нужна ему так, как он мне, понимаешь?
  -- Пожалуй, да. За время жизни в реале я научился понимать эти тонкости, присущие реальным женщинам. Полина, он мало того, что балластом у тебя на шее повис, но и управлять тобой хочет на расстоянии!
  -- Ты хочешь меня разозлить, настроить против него! Это в Демонете, любовь - средство, а в реале - для женщины - это и есть цель. А отсутствие любви - это самый страшный тупик.
  -- Как мне рассердить тебя, хоть немножко? Ты не понимаешь всей степени его наглости!- пальцы его задрожали на руле. Он вдруг резко затормозил:
  -- Полина, ты в Демонете себя четко ощущаешь? Без проблем?
  -- Да. Спасибо тебе большое.
  -- Я не о том. Ты ведь одна сейчас?
  -- Одна. А что?
  -- Я собираюсь пренебречь указом Ахха, и применить к тебе грубое насилие.
  -- Зачем? Ты что? Не надо!
  -- Я иду на нарушение этики сознательно, чтобы ускорить процесс. Можешь жаловаться администрации или даже верхним уровням на вторжение в личное пространство, я за все отвечу!
  
  Он припарковался, включил свет, порылся в ящичке и вытащил оттуда маленький фонарик, включил его, и, неожиданно, мощный луч осветил салон машины. Затем он резко расстегнул на мне пальто и посветил фонариком на маскоту. Луч сфокусировался на медальоне, и тут же погас - будто провалился в него. Хьюз отбросил фонарик на заднее сиденье, а женский силуэт на медальоне, к моему изумлению, продолжал светиться, а из камешков - амористов посыпались разноцветные искры. Но я не успела этому подивиться, как Хьюз грубо схватил меня за плечи и стал целовать в губы, крепко, сильно, жадно, так, что у меня звон в ушах раздался, а рука его в тот же миг оказалась у меня под юбкой. Я не усела ни дернуться, ни возмутиться, а его пальцы даже не успели согреться о мои бедра, как все исчезло - ранняя зима за окнами, автомобиль Хьюза и он сам... А мои ноздри уловили Женин запах. Женя, любимый мой! Женя со мной! Ах, как жаль, что я надушилась сегодня - он же терпеть не может искусственных ароматов - они мешают вдыхать аромат тела, любви и желания.
  
   ***
  Занавеска, окрашенная предрассветным солнцем, колышется на ветру, я укутываюсь в одеяло, собираясь погрузиться в сладкий сон... надо хорошо выспаться - у меня впереди - много интересного. И вдруг одеяло исчезает... я растерянно оглядываюсь по сторонам... вместо постели - горячий песок, а вместо утренней садовой прохлады - жаркий полуденный зной.
  Сначала кожа ощутила жар, потом обоняние включилось - Женин запах - на нем пропотевшая грубая рубашка. А теперь глаза увидели Женю, он усмехается довольно, морщинки у его глаз - такие любимые. Его пальцы касаются самой чувствительной точки моего тела, а сердце мое стучит от радости, восторг и легкость небывалая охватывает - ради таких моментов стоит жить!
  Подо мной песок горячий, впереди гора, поросшая редким кустарником, а вершина ее - в облаках скрыта. Женя шепчет мне на ухо: "Любовь моя, Полинка, как ты нашла ко мне дорогу? После осматриваться будешь, успеешь еще... ух, как я хочу тебя! Разве можно сны сравнить с настоящим сексом? Иди ближе, да не надо песок отряхивать, не обращай внимания. Ух, как я соскучился! После поговорим, после..."
   Жарко как! Женя стаскивает с меня купальный халат, срывая застежку торопливыми пальцами. Порыв душного ветра уносит халат в сторону, и он, зацепившись за куст, развевается под потоками воздуха, как белый флаг. Я прижимаюсь к нему крепко, еще ближе, еще... а можно и еще ближе?
  
  -- Э, нет! - слышен голос Хьюза. - Ты совсем стыд потерял, казадор Галушко! Держи свой халат, Полина!
  Мне в лицо летит белая махровая ткань с песком, я закашливаюсь и протираю глаза. Женя неохотно отрывается от меня, оглядывается по сторонам и произносит грязное ругательство.
  Женя....ох... это не Женя... Это Хьюз... в машине. Моя юбка задрана, пальто расстегнуто. На его ладони светящаяся маскота.
  -- Черт! Медленно гаснет. Сейчас, сейчас... Еще пару минут займет, пожалуй.
   Я накидываюсь на него с кулаками:
  -- Что ты сделал? Дурак!
  -- Тихо, тихо, Полина. Подожди немного,- он хватает мои руки и крепко держит их, не сводя глаз с маскоты.
  -- Отпусти меня! Я не хочу здесь быть!- голос мой звучит истерически, и Хьюз зажимает мне рот.
  -- Тихо ты! Сейчас погаснет... Еще сотня реальных секунд... Молчи, а то прохожие подумают, что я тебя насилую, вызовут полицию и мне придется всех гипнотизировать.
  
  ... Купальный халат валяется на полу. Пять чувств переключаются постепенно в обратном порядке: мои глаза еще видят Женю - он сейчас там, где песок и чахлые кусты. Он хватает воздух руками, а меня нет. Моя кожа уже ощущает прохладу простыней и свежий ветер из сада. Я лежу на кровати в своих покоях, на простынях песчинки другого мира. Последнее, что вижу: Женя поднимается, отряхивает песок со штанин, и грозит кому-то кулаком. Он замечает что-то в песке, наклоняется, подымает застежку от моего купального халата, кладет в нагрудный карман и идет прочь. Я хочу позвать его, но понимаю, что он уже не услышит меня.
  Он оборачивается на мгновенье, и я вижу злой блеск в его глазах. И все - больше нет ничего.
  
  ... Все чувства собрались воедино, только сердце страшно колотится то ли от возбуждения, то ли от резкой смены миров. Я сижу на кровати в халате, с оторванной застежкой и тяжело дышу. Мне все еще жарко, на моих руках - запах Жениного пота.
  Что произошло? Кажется, я была там, где живет Женя. Я исчезала из Демонета и реала одновременно.
  
   ***
  Маскота гаснет на моей груди, она еще теплая, будто, живая. Я отталкиваю руку Хьюза и лезу на заднее сиденье, пытаясь достать отброшенный им фонарик. Он не мешает. Не двигается. Смотрит на меня сочувственно. Я верчу фонарик в руках... Как он включается? Ага, вот кнопки какие-то... пустые щелчки... Я хочу повторить то, что сделал Хьюз. Я хочу к нему! Он его включил и направил на маскоту. Опять пустые щелчки. Ничего не получается. Я роняю фонарик, закрываю лицо руками и начинаю плакать.
  -- Пореви немножко,- соглашается Хьюз. - Не стесняйся, я же доктор, в конце концов. Слезы - отличная разрядка. Надеюсь, эта встряска сдвинет тебя с мертвой точки.
  
  Я поправляю одежду, застегиваю пальто. Мне стыдно и страшно - будто кто-то влез в мои мысли, подсмотрел сны и прочитал мечты. Я не могу даже глаз на него поднять.
  
  -- Ты никогда не разучишься стесняться, - говорит он неожиданно. - Ты, и вправду - редкость, Полина. Отсюда острота ощущений и яркость эмоций.
  
  Он вынимает из ящичка небольшую фляжку, открывает ее и протягивает мне:
  -- Хлебни. Я бы тебе составил компанию, но я за рулем.
  Я послушно делаю несколько глотков. Это коньяк. Алкоголь оказывает свое действие - я расслабляюсь. По мере того как гаснет маскота, голова проясняется. Я сижу в машине Хьюза, припаркованной напротив залива. Мимо идет мужик с собакой, бегут куда-то подростки, старушка катит детскую коляску - все обычно и нормально. Я остываю, пальцы замерзают, а кожа еще пахнет горячим песком, и в волосах запутался Женин запах.
  Все, я совсем спокойна. Машина трогается с места.
  
  -- Полина, надеюсь, ты простишь меня, но я должен был проверить свои подозрения. Я предположил, что в маскоте может быть вход в мир казадоров, и оказался прав. Когда я активировал маскоту при помощи амапольского огнива, то высвободил демовэйв в Аррид, и управление твоей проекцией в Демонете было перехвачено. Одновременно я коснулся тебя там, где на маскоте расположены амористы с заклятьем - один на лбу, два - на груди и один, самый крупный - между ног. И казадор немедленно возник в твоем реальном сознании, как и предполагалось. Эх, теперь я уверен, что у него есть приемник твоих эмоций! Если бы я активировал только демовэйв в Аррид, он заподозрил бы неладное. Он видимо, ждал удобного момента, чтобы выкрасть тебя. Два одновременных действия сбили его с толку, он отвлекся на твои эмоции, и не успел среагировать, а я вернул тебя прежде, чем остыла маскота. Он теперь предупрежден, что мне известно об амористах. Он будет вынужден проявить себя. Он пойдет в наступление.
   Но я не могла вникнуть в сказанное. Слезы катились по щекам.
  -- Джеф, пожалуйста, верни меня к нему. Активируй еще раз эту штуку. Он же уйдет, он обидится, он уже обиделся! Я хочу к нему.
  -- Полина, я не знаю его замысла, но он действует на запретной территории, недозволенными методами. Я получил доказательство его вины, здесь, он указал на фонарик, - все зафиксировано.
  --Джеф, что же мне делать? Что? Я запуталась совсем, я не знаю. кто из вас прав, - последние слова я прорыдала. - знаю только, что не могу без него.
  -- Ага, не забудь так же разобраться в том кто плохой, а кто хороший - ваш вечный реальный вопрос.
  -- Не сбивай меня с толку! Я ничего не поняла, что ты говорил! Я не слушала тебя! Я хочу быть с ним, понял?
  Машина остановилась.
  -- Все, приехали. Иди домой. Спокойной ночи, душа моя.
  
   ***
  Сон улетучился. Я одеваюсь, выбегаю на балкон - лестница на месте - хорошо, не придется идти к парадному входу. Спускаюсь вниз, пробегаю по садовым дорожкам. Фонтаны включаются, когда я приближаюсь, и выключаются, когда отбегаю дальше. Захожу в увитую плющом, беседку, сажусь на скамейку и начинаю горько плакать. Как остро мое тело реагирует на Женю, как будоражит меня его близость! Происшедшее резко напомнило мне то, чего я лишена, без чего живу много лет, и, по всей вероятности, буду жить дальше. Мне наплевать на все остальное... я с ним хочу быть. Он не плохой, он сложный, необычный, со своими принципами и особым подходом к делу. Любить его неудобно, но неспроста же, любовь посылается с верхних уровней? Я должна с ним быть, и это - главное. Зачем глушить любовь здравым смыслом, как рыбу динамитом?
  
  Слышу голоса:
  -- Неужели ошибка в системе? Я все проверю немедленно.
  -- Ты ведь не спал всю ночь.
  -- Ерунда, посплю позже.
  -- Прости, что вмешиваюсь в твои дела, мой мальчик, но я не хочу, чтобы ты тратил время зря, поэтому сразу скажу, что ошибки нет, система работает исправно. А Полина уже здесь. Она в добром здравии, но плачет.
  -- Что случилось?
  -- Хе-хе... Она нам сейчас все сама расскажет. Но сначала ее надо женщину успокоить, утешить, а потом вопросы задавать.
  
  Ахх и Дэниэл заглядывают в беседку.
  -- Полина, простите, что нарушаю ваше уединение. Возможно, вы хотите плакать в одиночестве, у реальных женщин это бывает в определенные дни. Я подожду, пока вы будете готовы принять мою помощь.
  -- Ах, нет же! Не надо откладывать!- всплеснул руками Ахх. - Во-первых, можно получить эстетическое удовольствие. Я еще раньше заметил, что слезы ее не портят. Обрати внимание, мой мальчик, как красиво ее веки припухают, румянец ярче становится, грудь вздымается... ресницы мокрые и глаза блестят - любуйся в свое удовольствие. Ну, не смущайся. И не всегда уместны хорошие манеры, лучше подойди ближе и спроси, о чем она так горюет. Видишь, она уже не плачет, а внимательно меня слушает, похоже, сейчас улыбнется.
  -- Полина, милая, вас обидел кто-нибудь? - спросил Дэниэл.
  -- Нет.
  -- Приборы недавно зафиксировали ваше исчезновение, но вы вернулись прежде, чем я успел установить причину. Что произошло, Полина?
  -- Дэниэл, дорогой, отпустите меня! Мне, право же, неловко, вы всегда были так добры ко мне. Но я должна уйти.
  -- Вас не устраивает работа во дворце? Или скорость совершенствования таланта кажется недостаточной?
  -- Какой смысл во всем этом, если даже в другом мире я не могу быть с тем, кого люблю?
  -- Вы говорите о казадоре Евгении Галушко?
  -- Да. Я не очень хорошо понимаю, как это произошло, но я была с ним, правда не более нескольких минут.
  
   Ахх покачал головой:
  -- Хьюз поспешил. Я дал ему амапольское огниво, но велел ждать подходящего момента. Вижу, он меня не послушал. Так ты была в Арриде, детка? Хотя что я спрашиваю? - тон его из елейного вдруг стал ехидно-едким. -- А плачешь из-за того, что он тебе вставить не успел, да? Хьюз вернул тебя слишком быстро? Но если бы он промедлил, то тебе бы пришлось задержаться там, и обходиться без купальни с лепестками душистой фиалки в прозрачной журчащей воде. А песок-то из трусов хоть вытряхнула? Ах, да, на тебе же не было трусов! Сидеть- то хоть можешь нормально? Небось, пока по колючкам попой своей нежной елозила, ягодицы бархатные оцарапала? Может, полечить? Подуть на них?
  
  Дэниэл посмотрел на него с упреком.
  -- Да ладно, это ты у нас аристократ, голубая кровь, а я парень простой и привык называть вещи своими именами.
  Мне было наплевать на колкости Ахха, меня беспокоило, что Дэниэл казался опечаленным. Но я повторила:
  -- Дэниэл, я не могу здесь больше быть. Мне очень жаль.
  Ахх кивнул, и сделал жест рукой в мою сторону, как дирижер, приглушая партию скрипок, и я тут же застыла, даже шевельнуться не могла. Ахх взмахнул другой рукой в сторону Дэниэла, будто приказывая молчать, и сказал сам:
  -- Аррид - жаркий мир! Даже мороженым не успеваешь насладиться толком,- тает, по пальцам течет, тьфу! - и махнул рукой, давая мне слово.
  -- Дэниэл, пожалуйста, - я почти молила,- не огорчайтесь так! Мне здесь прекрасно, и очень интересно, но возможность быть с Женей, перевешивает. Я хочу быть с ним. Отпустите меня.
  
  Ахх все еще держал руку, не позволяя админу говорить, и сказал сам:
  -- А как же гордость твоя детка? Сам-то казадор не хочет идти на уступки, чтобы быть с тобой?
  -- Мне все равно. Я приму его условия. Я не могу быть счастливой без него. Что такое гордость по сравнению с любовью?
  
  И тут Ахх опять приглушил меня движением руки, и сделал дирижерский жест в сторону админа, давая ему слово, и рука его застыла, - будто он держал звук, партию Дэниэла.
  И печаль в глазах Дэниэла погасла. Он заговорил спокойно и рассудительно:
  -- Мне, безусловно, жаль терять вас, Полина, но я не стану задерживать вас против воли. Однако вход в Аррид - не в моей власти.
  -- А можно быть одновременно и там и здесь, как в реале и Демонете?
  -- Нет. Это не дозволено, потому что Аррид - враждебный Демонету мир. Можно допустить посещение Аррида на правах гостьи, но если вы поселитесь там, я буду вынужден закрыть вам вход в Демонет навсегда.
  -- А Женя как же? Ведь он одновременно в Арриде и Демонете.
  -- Евгений Галушко попал сюда как ваш партнер. Такой вариант не был предусмотрен демокодексом, и он смог воспользоваться лазейкой в законе. В демокодекс уже внесена поправка, чтобы предотвратить подобные случаи в будущем.
  
  Ахх отошел в сторонку и, казалось, забыл о нас. Он любовался рассветом, нюхал розы и бросал мелкие камешки в ручей.
  
  -- Дэниэл, а Женя там же живет, над антикварной лавкой, на Той Стороне?
  --Да.
  -- А можно мне к нему?
  -- О нет! Вы плохо переносите локальные демовэйвы, а пока вы здесь, я ответственен за вашу безопасность. Но, я могу сделать вот что...
  
  Ахх насторожился и подошел поближе, с интересом глядя на админа, а тот продолжал спокойным и бесстрастным тоном:
  
  -- Евгений Галушко давно добивается моей аудиенции, а я все откладывал ее по понятным причинам.
  -- Из-за меня?
  -- Не только. Я знаю, в чем будет заключается его просьба, и мне хотелось бы отсрочить этот момент. Так вот, я позволю ему придти.
  -- Сюда? - я чуть не заплясала от радости. -- Женя придет сюда!
  -- А когда он появится, - продолжил админ. - Вы с ним все и обсудите.
  
  Ахх одобрительно закивал.
  
  -- Вы не сердитесь на меня, Дэниэл, правда? Вы сообщите мне, когда он появится?
  -- Думаю, в этом не будет необходимости. Вы сразу же его увидите. Однако, Полина, я бы попросил вас довести дело до конца.
  -- Конечно, Дэниэл, все что скажете.
  -- Постройка новой кухни почти завершена. Я собирался предложить вам декорировать ее по своему вкусу, чтобы вам приятней было туда заглядывать, но сейчас это уже не имеет значения. Однако обитателям этого дворца и гостям был обещан небольшой праздник, с угощеньями от, избранных вами, кулинаров. И кулинарам ваше внимание и одобрение не будет лишним.
  -- Мальчик мой, почему ты не расскажешь Полине, что этот пир готовился в ее честь? И назначен на день представления Демонитету первого и единственного фуэнсена этого уровня.
  -- Это уже не имеет значения. Гости уже приглашены, и мы ограничимся обычным праздником. Многим из приглашенных ни разу не доводилось отведать блюд, приготовленных при участии фуэнсена.
   -- Конечно, Дэниэл. С удовольствием! - я вздохнула с облегчением, что все разрешилось так хорошо и просто.
  -- Благодарю вас. А после праздника, я не задержу вас ни на мгновенье.
  -- Детка, он мешать не станет, но и помогать не будет. Я его знаю, - опять влез Ахх.
  -- Хорошо, а когда это произойдет? - я спросила радостно.
  -- Через несколько дней, - ответил админ. - Подробности можно обсудить сегодня за ужином, я жду вас у себя. А сейчас вам не мешало бы поспать, ведь вы всю ночь бодрствовали. Приятного вам отдыха и сладких снов.
  
  Админ поклонился, потом неожиданно взял мою руку, поднес к губам и поцеловал ее, медленно скользнув губами по запястью. Затем повернулся и зашагал прочь. Я глядела вслед удаляющемуся админу, и у меня сжималось сердце от недоброго предчувствия. Скорее всего, я делаю непоправимую ошибку. Но я не могу иначе.
  
  Я отправилась к себе, а Ахх поплелся за мной, держась чуть поодаль. Когда я оглядывалась на него, он сразу же начинал рассматривать верхушки деревьев, нюхать цветы и опускать ладошки в фонтан, но следовал за мной неотступно.
  У лестницы, ведущей на мой балкон, я опять ощутила дурманящий запах незнакомых светло-фиолетовых цветов. А на лестнице, у меня даже голова закружилась и, оказавшись в своих покоях, я плотно закрыла балконную дверь.
  
   ***
  Из чувства вины, что мужу и сыну пришлось ужинать без меня, я решила приготовить для них хотя бы вечерний чай. Достала красивые чашки, нарезала лимон тонкими кружочками. Смотрела на них, и думала, что многие могли бы позавидовать на мой милый уютный реал. Я научилась им дорожить и ни на что не променяю тихий вечер, когда каждый рассказывает про свой день, вспоминая самое важное или что-нибудь забавное. Можно вместе смотреть веселую комедию по телевизору, совершать неспешные прогулки, путешествовать, ходить в гости... Но всего этого оказалось мало, потому - то моя проекция и поселилась в Демонете. Почему с другими этого не происходит? А, в общем-то, откуда я знаю, что не происходит? Может и мой муж проецируется в какой-нибудь мир, а может, и не в один. Или пишет е-мэйлы женщине, которая живет за тысячи километров или отсюда, а может, той девочке, которую любил в студенческие годы, пишет и надеется на встречу. Если я узнаю об этом, то не рассержусь. Каждый имеет право на сны и мечты.
  За чаем выяснилось, что муж отвез наш компьютер в мастерскую для апгрэйда. Значит, я не смогу написать Жене, что принимаю его приглашение жить в Арриде, мире казадоров.
  А утром, при включении, мой рабочий компьютер неожиданно загудел и заискрился. Я немедленно сообщила об этом директору, и он обещал позвонить мастеру. Данные о пациентах дублировались в директорском компьютере, и, в конце рабочего дня, он любезно предоставил мне свой кабинет для внесения информации. Я не рискнула выйти в сеть с его компьютера. Пока я работала в директорском кабинете, туда вошла строгая дама средних лет, в элегантном синем костюме. Директор представил нас. Дама оказалась новым психиатром, ее приняли на работу, на место доктора Хьюза.
   Интересно, что она даже не подозревала, что новую работу получила из-за того, что некий ювелир, живущий за восемь тысяч километров отсюда, изготовил и прислал мне по почте маскоту, которая выжила демонов, а рассерженный Хьюз уволился. Интересно, как все это повлияло на развитие мира?
  
   ***
  Я проспала до самого вечера. Проснулась с улыбкой - сразу вспомнила, что скоро буду с Женей. Он любит меня и хочет, как прежде. А тревожный аромат цветов, пышно распустившихся под моим балконом, усилился к вечеру и проникал даже сквозь закрытую дверь. Сколько времени они обычно цветут? Удобно ли попросить Назара, чтобы он их не поливал, а еще лучше выкорчевал с корнем? А может самой оборвать этот куст?
  
  Перед входом в холл, меня остановила молодая сероглазая женщина в цветастой шали, с веселыми ямочками на румяных щеках:
  -- Вы - Полина?
  Я кивнула и женщина сразу затараторила:
  -- Извините, но мне сказали, что вы можете помочь... О, это вы! Я вас вспомнила! Здравствуйте! Я - Анисья. Помните меня? Лавка "Полпирога" в Чужом Городе.
  -- Да, конечно же! А я запомнила вас в переднике поверх тулупчика и платочке, поэтому не узнала сразу. Здравствуйте!
  -- А нам с Анисимом сообщили, что какой-то важный специалист, в аккурат перед ребутом, отведал нашей стряпни, и нас поэтому сюда пригласили. А мы из-за ребута всю выручку потеряли в тот день - так расстроились, ведь торговля бойкая шла. И тут вдруг модератор приходит и рассказывает о вас. Уж как мы радовались! Значит это - вы! А я в памяти всех перебирала, кто пироги покупал в тот день, да разве всех упомнишь! А знаете, мне лица покупателей так охота рассматривать, но когда торговля бойко идет, только на руки успеваю глянуть и демонеты посчитать! А вот вас запомнила, с вами еще парень был, молодой совсем. Он после еще приходил, один, пироги покупал, и долго так на скамейке сидел и плакал. Вы тут, видно, большая шишка, помогли бы ему из программы "невстреча" выбраться, а? Очень уж парень за вами убивается.
  -- Почему вы думаете, что он из-за меня убивается?
  -- Разбираюсь я в этом, много чего насмотрелась в ЧуГоре. Да и игроки-гости частенько мне жаловались. Пирогов наедятся, чаю напьются - и давай жаловаться! Оно сначала непонятно, что ЧуГор коварный. Кажется, что развлечешься, отдохнешь, и радуешься, что следов не останется. А потом как прихватит! А модерам, вроде бы, того и надо - их не разберешь. А сами вы вроде не жестокая дамочка, добрая на вид даже. А вы тут кто, модератор кухни, что ли?
  -- Я - фуэнсен.
  -- О! Неужели? Вот это да! Значит, мы с Анисимом и впрямь чего-то стоим, если нас фуэнсен заметил. Вот спасибо-то, что помогли нам!
  -- А кто вам сказал, что это я помогла?
  -- А кондитер ваш, Роман.
  -- Я рада, что вы довольны переводу в голденгрэйн админа.
  -- Еще бы! Попасть на самую высокую ступень этого уровня, - и вправду здорово. Но не это главное! Если бы вы знали, как тяжело жить в вечной осени! Осень - межсезонье. А зима все никак не наступает. Проходит год, два, много... а все никак... От этого можно сойти с ума, хотя пытка весной - еще более изощренная - так говорят.
  -- Почему? Весна приятнее.
  -- Оно-то да, поначалу. А представьте себе почки на деревьях, которые никогда не распустятся, ростки из-под земли пробившиеся, которые никогда цветами не станут... Я сама этого не видела, мне знакомый рассказывал, торговец сувенирами на ярмарке. Перевод в ЧуГор для него был смягчением наказания. Ой, да что это я заболталась? У нас же дело к вам, вы извините, что я здесь прямо, в коридоре, можно, да?
  -- Пожалуйста.
  -- Понимаете, мы с Анисимом хотели бы оправдать доверие и показать все, на что способны, а тут проблема возникла.
  -- Какая же?
  -- Да, видите ли, такое дело... нам вода местная не подходит.
  -- Почему? А вы какую пробовали?
  -- Да мы уже всякую пробовали, когда тесто замесить пытались - водопроводную, фильтрованную, кипяченую, колодезную, даже артезианскую, а вот не такое тесто получается и все! Мы пока пару рецептов опробовали, те, что на молоке и простокваше - нормально получается. А чтобы ассортимент расширить, нам другая вода нужна.
  -- На какой же воде вы тесто в Чужом Городе замешивали?
  -- А на самой лучшей, Полигорьевна, студеной, родниковой, прямо с источника у подножия Кудыкиной Горы зачерпнутой, там вода чистейшая, ледяная, прозрачная, хрустальная! Мы ведрами ее таскали, в графины переливали - тесто на ней замешивали, чай заваривали. С нею и пироги пышнее и чай ароматнее! Не простая вода это! Так вот, нельзя ли нам ее получить как-то?
  -- Я спрошу, если это так необходимо...
  -- Конечно, необходимо, - продолжала тараторить Анисья. - Не сомневайтесь! Вот спасибо-то, Полигорьевна, а то нам кухонные модераторы сказали, что без вашего на то указания, никто демовэйв водой грузить не станет. Так вы уж им скажите.
  -- Скажу непременно.
  
  Анисья отвесила низкий поклон на прощанье, а я прошла в холл, ведущий к админу, думая, кто такие кухонные модераторы.
  Дэниэл стоял на пороге кабинета и улыбался мне.
  -- Полина, вы как раз во время! Как спалось? Я не велел вас не будить, и задержал закат.
  -- Зачем задерживать закат?
  -- Ну как же? Стол накрыт у окна, чтобы вы могли любоваться заходящим солнцем. Проходите, прошу вас.
  
  Ужин подали немедленно: кувшинчик вина, свежий салат и румяный пирог с грибами, затем запеченную белую рыбу и гранатовый соус. Я здорово проголодалась, и уплетала за обе щеки.
  
  -- Рад, что угодил вам выбором блюд. Мне раньше никогда не доставляло столько удовольствия, смотреть, как женщина ест! Не смущайтесь. А знаете, ваши коллеги, фуэнсены утверждают, что совместная трапеза- это интимный акт. А еда, и вправду, отменная.
  -- Это Анисья готовила, что ли?
  -- Да, ваша протеже. Марта тоже здесь, но пока торгуется. Надеюсь, мы придем к ней к соглашению, скорее всего- это будет временный контракт.
  -- А Тим?
  -- Он тоже здесь. Только не на кухне, разумеется. С Тимом сложнее, он потребовал, возвращения его прежнего голденгрэйна, вывода из всех программ, включая "невстречу. Он не знает о вашей роли в его судьбе, и был крайне удивлен внезапным окончанием ссылки. Ему так же неизвестно, что под давлением Чужого Города, он стал фоко-эмисором, и от него ожидают, что он станет угощать друзей напитками собственного приготовления. Он думает, что без его демософии не могут обойтись.
   -- Иронично. Но ведь без демософии, он не стал бы человеком-резервуаром.
  -- Конечно, но боюсь, он будет крайне разочарован, когда узнает, что именно послужило причиной его возвращения. Софья Марковна, кстати, была очень недовольна этой новостью. Она сердилась и кричала, что никому не позволит вмешиваться в ее творческий процесс. Будь ее воля, ссылка Тима была бы бесконечной. Уж очень ей хорошо работалось в его кафе. Мне пришлось долго убеждать ее, что дело вовсе не в кафе, а в самом в Тиме Ласкине. Он передает эссенцию демософии посредством приготовляемых им напитков. Во всяком случае, феномен Ласкина достоин тщательного изучения. Кстати, Полина, подобных случаев в истории этого уровня, не было. Возможно, для обнаружения подобных феноменов требуется фуэнсен. А на этом уровне фуэнсен не положен, что крайне несправедливо, потому, что именно здесь у игроков пробуждаются главные таланты. А когда ваши коллеги с верхних уровней посещали нас, всегда происходили удивительные события! А знаете, несмотря на мои объяснения, Софья Марковна выразила желание купить кафе "Дырявая Ложка". Кстати, о дырявых ложках, Тим привез с собой их целый ящик, сказал, что на всякий случай.
  -- Он мне тоже одну подарил на прощанье, хоть сам и смеялся над теми, кто серьезно воспринимает ложки как талисман. Странно, что он их привез. Я читала его фуэрзу, но сейчас не могу вспомнить, что именно он думал, а что произносил вслух.
  -- Ну, это с непривычки, по истечении некоторого времени, информация автоматически будет укладываться в разные файлы вашего сознания. Что касается Тима, то я решил дать ему время на адаптацию, прежде чем обсудить с ним дальнейшие действия. Я полагался на вашу помощь, но придется научиться обходиться без вас.
  -- Если вы сняли с него программу "невстреча", значит, я могу его увидеть?
  -- Конечно. С него и всех прибывших из ЧуГора, ограничения сняты. А больше вы никого не хотите увидеть?
  -- Нет.
  -- Вы уверены?
  -- Вполне.
  
  Конечно, он имел в виду Руслана. Я молчала, и старалась не думать об архивариусе Густаве и неподписанном договоре, ведь Ахх просил не выдавать его.
  
  -- Мне не хочется в такой дивный вечер говорить о делах, но темы ваших злоключений в Чужом Городе нам все равно не избежать. Прошу вас подойти к компьютеру. Фрукты, кофе и десерт подадут чуть позже, на веранду.
  
   Трехмерная клавиатура была похожа на модель города - на месте клавиш - домики, башенки, площади и сады. На мониторе появилась гостиница "Деморада", затем кафе "Дырявая Ложка", ярмарка у подножия Кудыкиной Горы, и, наконец, богато убранная незнакомая комната.
  
  -- Во время ребута, вы, без всякого сомнения, находились вне Демонета. В противном случае, я бы без труда установил бы ваше местонахождение.
  -- Думаете, я вспомню когда-нибудь, где была?
  -- Думаю, нет. Я лично проверил все моменты, связанные с этой историей, и обнаружил, что демокаунт Сташевского значительно уменьшился после того, как он вручил вам карточку слежения. Вот, кстати, иллюстрация к моему недавнему объяснению о финансах миров Голденгейта. Это было классическое действие против собственной безопасности. Он не учел, что карточка, данная вам с целью взлома программы "невстреча", попадет к админу и модераторам. А программа Демобанка уже просчитала эту вероятность, и уменьшила его персональный демокаунт. Когда он обнаружил потерю денег, то заподозрил вас в заговоре против него, вот смотрите...
  В комнате с красивым убранством появилось изображение Сташевского.
  
   -- Он метался по своей спальне в пансионе Марты и страшно ругался, - продолжал Дэниэл. - И чтобы выяснить, в чем дело, последовал за вами на ярмарку, а после заманил вас в ловушку. После случившегося, я лично написал программу для обнаружения подобных дыр, и представьте себе, в Чужом Городе их оказалось около десятка. Причем самая крупная находилась в одной из лавочек, куда вы заходили с партнером, и, только счастливая случайность уберегла вас обоих от засасывания в дыру. Но найти ловушку Сташевского мне не удалось. Во время несанкционированного ребута, она была уничтожена.
  -- А где же он сам?
  -- Могу предположить, что он попал в зону между мирами, и если так, ему сейчас несладко.
  -- А почему нельзя его вернуть, как меня, и допросить?
  -- Потому что его отсутствие служит благу мирам Голденгейта.
  -- А мое - не служит?
  -- Именно так.
  -- Как хорошо, что меня вернули!- я воскликнула, и заметила, что Дэниэл и Ахх многозначительно переглянулись. Дэниэл хотел что-то сказать, но Ахх жестом велел ему молчать, и тут же перевел разговор на другую тему.
  -- Мой мальчик, прости еще раз мое вмешательство, но почему ты ей не покажешь то, чего она не помнит, и чем ты так долго сегодня любовался? - сказал вдруг Ахх у меня за спиной.
  
  Дэниэл метнул на Ахха грозный взгляд.
   -- Ты слишком часто стал вмешиваться в мои дела, а твои извинения ничего не стоят!
  -- Тихо, тихо, ты же знаешь, да и Полина в курсе дела, что любое варево надо помешать ложкой-поварешкой, - именно это я и делаю. Полина, детка, Дэниэлу воспитание не позволяет показать тебе тебя же под действием маскоты. Но это крайне занимательное зрелище. Позволишь, мой мальчик?
  -- Как будто тебе можно помешать!- сказал админ в сердцах и вышел, громко хлопнув дверью.
  -- Потом сам спасибо скажешь! - крикнул Ахх ему вдогонку. -- Эй, подожди, какую кнопку тут нажать? Эх, трудно с аристократами дело иметь! Детка, пока не подали персики в ромовом соусе, кофе и крем-брюле, у нас есть время. А самый главный десерт зависит только от тебя. Может и к лучшему, что Дэниэл ушел, ты его, пожалуй, смущаться станешь, хотя тут, скорее, гордиться надо, потому что ты была великолепна. Сядь, детка, и смотри. Сейчас я разберусь, на что тут нажать, чтобы демотражение ожило. Кажется, на эту кнопку... Ладно, пощажу твое целомудрие и покажу только концовку.
  
  Раздался щелчок, и изображение комнаты на мониторе увеличилось, разрослось в разные стороны, - как мне показалось,- за пределы кабинета админа, - и сам кабинет исчез, а вместо него возникла другая, полутемная, с огромной кроватью в самом центре.
  -- Эх, надо бы света добавить,- пробормотал Ахха где-то за кадром. - И где же эта кнопка яркости? Не та, нет... не напортить бы чего... ага, нашел!
  Кровать осветилась, и я застыла от изумления, узнав себя в нагой женщине со спутанными, разметавшимися по подушке, кудрями. О, боже! Голые ягодицы Руслана, разбросанная мокрая одежда на полу, мои глаза закрыты, губы Руслана скользят по изгибу бедра, он шепчет: "Полина, Полина, как я мечтал об этом, какая же ты красивая! Я бы душу продал за твою любовь, за такие ночи. Ты никуда не уйдешь, правда? Я умру если ты уйдешь. Давай здесь останемся, а? Мне все равно где жить лишь бы с тобой".
  И мой голос: "Что ты, Женя, куда я денусь? Мне тоже все равно где быть, Женчик мой!"- я еще что-то шепчу ему на ухо, ласкаю его, целую плоский мускулистый живот Руслана, перебираю его светлые длинные волосы. В моих глазах счастье и нежность - так смотреть я могла только на Женю. Руслан замирает на мгновенье, на лице - гримаса отчаяния, в глазах страшная боль. Он кусает губы и качает головой, на его глаза наворачиваются слезы. Он трясет меня за плечи: ''Полина, Полина, ты видишь меня? Это же я, Руслан!"
  -- Тсс...- я отвечаю, - ну что ты так кричишь? Иди ближе, Женя, еще ближе, еще..."
  
  -- Ну как? - интересуется Ахх, поглядывая на меня с задорным любопытством. - Жалко малыша?
   Я только сейчас замечаю, что он держит мою руку в своей холодной лапке. Я пячусь назад, зажмуриваюсь, чтобы не видеть муки на лице Руслана, но продолжаю все видеть даже с закрытыми глазами.
  -- Выключить?- спрашивает Ахх. - Достаточно? Ах, как сердце у тебя защемило, бедняжка. После этого малыш и прибежал ко мне, фуэрзу закладывать за твою любовь! Сейчас, минутку, детка, подожди, я соображу, как же выключить. Сейчас найду нужный рычажок, вот он...
  
  Щелчок - и я стою в кабинете админа перед погасшим монитором. Трогаю воздух руками, чтобы убедиться, что все исчезло.
  
  -- Уже все, детка. О, да ты под впечатлением. Я специально включал процессор на полную мощность - для усиления эффекта. А какая же ты славная голенькая,- мальчик долго любовался тобой перед ужином, и согласился со мной, что любая одежда тебя только портит. А уж подогрелся как! Бери голыми руками. Ну все, все, погасло. Детка, демотражение - это, всего лишь, запись, просто очень качественная - транслируется прямо в сознание, поэтому даже с закрытыми глазами можно видеть. Сейчас это запрещено демокодексом, а раньше я успешно использовал его для пыток. Ух, как они головами мотали, чтобы не видеть всего этого! А после такие гадости обо мне говорили в реале! А я для их же пользы, для воспитания, не для собственного развлечения, право же, ну, разве что изредка. Что, Полина? Страшно боль причинять, да? Особенно тому, кто любит тебя? Жалеешь его, вижу. А вот казадору твоему наплевать на всех. Казадор твоим огнем играет, а искры летят далеко и обжигают тех, кто рядом оказывается. Детка, ну что ты молчишь? Успокоилась? Хочешь начало этой сцены посмотреть? Нет? Не сейчас? Ну и зря. Ах, как ты спинку красиво выгибала, как он ножки тебе целовал, каждый пальчик отдельно...Может включить? Нет? Ну, потом когда-нибудь, ладно?
  -- Зачем ты мне это показал? Кто еще это видел?- я спросила сдавленным голосом.
  -- Только админ. А как до этого места дошли, он даже Валентину велел уйти, и этот сластолюбец известный послушался, хоть и неохотно. Но ты же не станешь сердиться на моего мальчика? Ну да, любовался он твоими бедрами бархатными, грудями зефирными и даже самым сладким местечком. Согласись, должен же он был все файлы лично проверить, чтобы найти причину столь агрессивного поведения зарвавшегося выскочки Сташевского и выяснить последствия ребута.
  -- Какой ужас!
  -- Ты стыдишься его? Значит, есть надежда, что он тебе не безразличен. На Валентина же тебе наплевать, правда? Что он есть, что нет его - все равно. А вот Дэниэл... и ты абсолютно права - мальчик-то чудесный, красивый, высокое положение занимает, образованный, аристократ, уроженец Демонета к тому же. А уж как проницателен! Он первый заподозрил, что неладное с тобой происходит не только из-за ребута, а из-за прямого воздействия реала на твою проекцию. А с казадором твоим я церемониться не стану. Ему и так много чего с рук сошло!
  -- Не трогай его! Не трогай Женю!
  -- Тихо, тихо!
  -- Не смей его трогать!- я закричала сердито, и даже ногой топнула.
  
  Ахх захлопал в ладоши.
  -- Грозная, прекрасная воительница! Еще раз ножкой топни на меня! - и расхохотался заливисто. -- Я - то сам пальцем не пошевелю, предпочитаю все делать чужими руками, стравливать и науськивать. Сама с казадором расквитаешься, сама его проклянешь. Ну, все, неловко мне тебя так долго задерживать, мальчик уже заждался на веранде. Я, пожалуй, приду попозже - поболтать об увиденном, обсудить кое-что. А сейчас иди, кофе подан, а крем-брюле в керамической чашечке под карамельной корочкой. А под корочкой - целый мир. Хитрая лиса Марта свои секреты кулинарные никому не доверяет, может тебе удастся выведать. Полакомись вволю, в Арриде таких вкусностей испробовать не удастся, там вода чистая - и то редкость. А как разобьешь карамельную корочку, зачерпнешь сладкий крем серебряной ложечкой, протяни ее мальчику, и смотри, как он ест, пристально в глаза ему заглядывай в этот момент. Ты же еще силы своей фуэнсенской не знаешь, куколка. И все я подсказывать должен, сама ни до чего догадаться не можешь! Ну иди, пусть он увидит тебя с румянцем гнева и стыда. Красивая, пылкая и целомудренная! Иди! А то он уже ходит по веранде из угла в угол, - и он вытолкнул меня из кабинета.
  
  Я помотала головой. Что он тут мне наплел? Аррид, вода, крем-брюле, ложечка, проклятье, лиса-Марта - все специально запутал! Искаженное от боли лицо Руслана стояло перед глазами. Вот как маскота работает! Бедный Руслан! Похоже, я заколдована, в прямом смысле этого слова. Не столь из-за ребута я ничего не помнила о ночи с Русланом, сколь из-за реальной маскоты... а ее действие распространяется на меня и в Демонете. Какой ужас! Мой муж, кстати, нежен и предупредителен в последнее время, и то и дело подмигивает заговорщицки. Я наверно веду себя с ним как с Женей, а после помню все, как сон с ним. Да, пожалуй, это лучше прекратить, но так, чтобы Женю никто не трогал. Со мной-то они носятся, я - фуэнсен, я нужна им. Милый, милый мой Женя! Хотел, чтобы я думала о нем, чтобы не забывала.
  
   Дэниэл, и вправду, ходил по веранде из угла в угол. Кинулся ко мне:
  -- Полина, раз уж так получилось, давайте спросим совета у специалиста по перзакам?
  -- Какому специалисту?
  -- На верхних уровнях есть специалисты по персональным заклятьям. Не верю, что вы, после увиденного, все еще желаете оставаться под его воздействием.
  -- Пожалуй.
  -- Для вмешательства необходимо не только ваше согласие, но и участие.
  -- Хорошо. Только Женю не трогайте. Пожалуйста.
  -- То, что вы так просите за него, может быть тоже следствием действия маскоты,- заметил Дэниэл. - Кстати, должен заметить, когда вы о нем говорите, фуэрзу считать невозможно - сплошные блики и помехи..
  
  Дэниэл набрал что-то на своем карманном компьютере .
  
  -- Сейчас он придет. Подождите минутку.
  -- Кто? Специалист по заклятьям?
  -- Нет, художник. Специалист находится далеко. Мы отошлем ему комбинированное демотражение. Выпейте еще вина. Вы переживаете из-за этого юноши Руслана, я вижу.
  На веранде появился человек средних лет с пышной копной темных кудрей.
  -- Полина, это- Максим Майский, художник.
  
   Имя показалось мне знакомым. Майский кивнул мне приветственно, сел, и молча, налил себе вина из кувшина. Из карманного компьютера админа выполз тонкий полупрозрачный листок с изображением маскоты - стилизованная женская фигурка с широкими бедрами среди переплетенных золотых узоров по эмали и россыпи мелких камешков.
  -- Хьюз передал из демотражение, оно сохранилось в амапольском огниве. Взгляните-ка, Полина, есть ли неточности?
  -- Мне кажется, что здесь эмаль бледнее, чем на реальной маскоте, и голубой цвет другого оттенка.
  - Да, при передаче из других миров, цветовая гамма немного искажается. Сейчас исправим.
  
  Майский достал карандаш и направил на листок световой луч, и оттенки цвета эмали стали меняться, пока я не указала наиболее близкие к оригиналу.
  Затем Майский попросил меня встать и стал рисовать меня. Через несколько минут он протянул мне рисунок для одобрения. Я была изображена с фотографической точностью, только выражение лица показалось мне испуганным и растерянным. Я кивнула, одобрив точность изображения.
  Майский ввел оба рисунка в компьютер Дэниэла, и мое изображение легло поверх рисунка маскоты. Он произвел еще какие-то манипуляции, и изображение маскоты стало медленно увеличиваться и растягиваться, пока амористы не оказались на уровне моего лба, груди и бедер - как на маскоте.
  
  -- Искусная и тонкая работа! Мастер, изготовивший маскоту, хорошо знал ваши пропорции. Взгляните еще раз, есть ли неточности?
  -- Кажется, нет.
  -- Ну и отлично. Значит можно отсылать рисунок специалисту по перзакам.
  
  Админ нажал какие-то кнопки, и рисунок исчез с монитора.
   --Надеюсь, передача не слишком исказит цвета, - сказал Майский, и налил себе еще вина. -- Вообще-то, Дэниэл, - искажение может стать проблемой в некоторых делах. Тебе бы заняться этим. Ну да, я знаю, что у тебя забот много,- при этом он посмотрел на меня и недвусмысленно хмыкнул.
  
  Дэниэл заверил художника, что займется усовершенствованием программы по передаче цветовой гаммы при первой же возможности.
  
  -- Если я еще понадоблюсь, дайте мне знать, - сказал Майский, опустошил бокал, поклонился и вышел.
  
  "Очень деловой мужик", - подумала я, - ' говорит строго по делу, работает точно. Почему его имя мне знакомым показалось? Где я могла его слышать?"
  
  -- Благодарю за содействие, Полина - сказал Дэниэл. - Надеюсь, расшифровка не займет много времени. Вижу, что вино оказало на вас успокоительное действие. А вот и десерт - персики в ромовом соусе, крем-брюле и кофе, - все готовила Марта по особому рецепту. Великолепная кулинарка! Правда, у нее уже возник небольшой конфликт с Романом. Представьте, что они поспорили о том, какие сладости вам больше по нраву - не забавно ли? Марта полагает, что десерты из персиков и груш наиболее благоприятны для вашей фуэрзы, а Роман утверждает, что из малины или смородины. Что вы молчите? Я вижу, вы все еще думаете об этом юноше.
  -- Дэниэл, как сделать, чтобы Руслан не сердился на меня и не страдал?
  -- Во-первых, он совершенно на вас не сердится, он вас любит, и, как обычно бывает в таких случаях, во всем винит только себя. Во - вторых, его страдания невероятно благотворны для этого мира - он пишет музыку, которая вряд ли кого-то оставит равнодушным, что, кстати, должно увеличить содержимое вашего кошелька. А за его безопасностью следят модераторы.
  -- Модераторы? А зачем? Ему что-нибудь угрожает?
  -- Мало ли что можно наделать сгоряча, в столь юном возрасте. Не беспокойтесь ни о чем! Спокойно занимайтесь приготовлениями к празднику. Учитывая ситуация, старайтесь не вовлекать других игроков в свои дела. И не забывайте об осторожности - маскота может преподносить сюрпризы.
  
  Холодные, золотые, пропитанные ромовым соусом персики, были совершенно прозрачными, даже орешки, вложенные в серединку вместо косточек, просвечивались сквозь тонкое стекло бокала.
  
  -- Не надо быть фуэнсеном, - сказал Дэниэл, - чтобы сделать вывод, что столь изысканный десерт может изготовить только страстно влюбленный в свою профессию, кулинар.
  
  Админ прав, что оберегает других. Любое, принятое мной решение, может быть вовсе не моим, а казадора. А для Жени окружающие - только инструменты в достижении цели или исполнении прихоти. Да, Женя, конечно, хорош! Еще неизвестно куда заведет меня эта маскота с перзаком.
  
  Админ смотрит на меня внимательно, считывает с фуэрзы мое состояние, и радостно улыбается, когда я произношу вслух то, чего он давно ждет:
  
  -- Помогите мне избавиться от перзака, Дэниэл! Маскота посылает мне сладкие сны, подпитывая надежду, но я не хочу обманываться!
  -- Дело не только в самообмане, а в том, что он может вас выкрасть в любую минуту, и никто сможет ему помешать.
  -- Даже вы?
  -- Даже я. Он перенаправит вашу проекцию из Демонета в Аррид, когда ему заблагорассудится.
  -- Даже сейчас?
  -- Увы! Но не пугайтесь. Ведь он не сделал этого до сих пор, значит, этому есть причина, и я догадываюсь о ее сути. Хотите еще один персик? Вкусно, правда? Ай, да Марта! После правильной еды приходят в голову правильные мысли. И это - только часть преимущества пищи, приготовленной с любовью, и предназначенной специально для вас! Сейчас вы мыслите гораздо трезвее, чем до десерта. Видите, милая Полина, какую ценность вы собой представляете? Фуэнсенов вашего класса - считанное количество во всех мирах Голденгейта! И это только начало!
  -- Верно. Я знаю, что этот персиковый десерт был приготовлен для меня. И это почему-то очень важно.
  -- Это значительный компонент, верно. Есть пищу, приготовленную искусным кулинаром, влюбленным в свою профессию, да еще и специально для вас - это- привилегия избранных. Только при соблюдении этих условий, эта еда принесет максимум пользы для вашей фуэрзы. Еще одно условие - кулинар должен быть в хорошем настроении. А вот и кофе. И самый главный десерт - крем-брюле, Марта приготовила его для нас по просьбе Ахха. Для нас обоих.
  
  Во время разговора, Ахх периодически появлялся в разных уголках веранды - то выглядывал из-за спинки стула Дэниэла, то из-за двери, ведущей в кабинет, то подходил ближе и дергал меня за рукав.
  
  Я разбила ложечкой карамельно-сахарную корочку, попробовала крем-брюле и зажмурилась от удовольствия, отхлебнула кофе - божественный, совершенно необыкновенный вкус.
  
   "Попробуй крем-брюле, а потом поднеси к его губам свою ложечку" - зашептал мне на ухо голос Ахха. ''Ты еще своей силы не знаешь. Самый главный десерт зависит только от тебя".
  
  Нет, не могу, это слишком фривольный жест.
  
  -- Ахх не дает вам покоя последнее время - но это обычная история. Одинокие куклы, без мастера или игруна - его главная забава, - заметил Дэниэл. -- Он заполняет их мысли и досуг всякими шалостями. У вас щеки пунцовые... Ну, и чего он хочет на этот раз?
  -- Это касается вас, Дэниэл.
  -- Интересно. Что вы должны сделать?
  
  Ахх исчез в ту же секунду, как я это произнесла.
  
  -- Он хочет, чтобы я... чтобы вы... это глупо, наверно... чтобы я...
  И я протянула ему свою ложечку с крем-брюле, наклонившись через стол. Его брови поползли вверх, но глаза засияли радостным удивлением. И смотрела ему в глаза.
   Он ел крем, а я смотрела ему в глаза. Потом схватил мою руку и прижал лоб к моей ладони, и мы молчали, но почему-то все- все понимали друг о друге без слов. Вот так смотрели и все понимали, будто наши фуэрзы открывались, соединяясь в одно целое.
  Это можно было сравнить с купанием в прохладном озере. Мы то подплывали, то отталкивались друг от друга, со смехом подставляли руки под водопад, любовались стаей серебристых рыбок, а потом лежали рядом на берегу среди экзотических растений и вьющихся лиан, наши бедра соприкасались и капельки воды испарялись с кожи - нам было удивительно хорошо и весело. Наши фуэрзы поворачивались друг к другу разными гранями - они сверкали при соприкосновении и сообщали о себе самое важное. ''Вы еще удивительнее, чем я предполагал, Полина. Все, что в моей власти - ваше. Все, что умею - это для вас. Я буду счастлив разделить..."
  
  Я не знаю, сколько это продолжалось. Может быть несколько секунд, а может быть целую вечность, но ни разу прежде я не испытывала ничего подобного - вот так чувствовать другого человека как самое себя, и ему позволить стать на время мной, открываться друг другу с легкостью и весельем.
  Лежа рядом с ним на берегу, я могла свободно гулять по его сознанию, охватывая мир, которым он управлял - мозаичный и разнообразный: города, площади, башни, реки, леса, домики, опять города с башнями. Он доверял мне себя, свою фуэрзу.
  
  Мы сидели за столом, глядя друг на друга, его глаза сверкали восхищением - ему нравилось то, что произошло. А что все это значит? Может, уроженцы Демонета так объясняются в любви?
  -- Видите, Полина, - сказал он, наконец, - насколько это интимно - разделять трапезу. Спасибо вам за доверие.
  -- Что это было? Демовэйв?
  -- Гораздо больше. Это был новый мир, наш общий, ваш и мой.
  -- А что произошло?
  -- Интерфуэр - обмен тайной информацией души. И, надо сказать, это был один из самых приятных и неожиданных за мою жизнь.
  -- А как вы это сделали, Дэниэл?
  -- Это вы сделали, Полина. Да-да, не удивляйтесь, у вас в рукаве много всяких сюрпризов.
  -- Вы хотите сказать, что я могу сама создавать миры? Когда захочу и с кем?
  -- Я создал необходимые для этого условия, но, со временем, вы научитесь это делать самостоятельно.
  -- Но это было так здорово! Даже круче чем... чем...
  -- Чем секс, вы хотите сказать? Пожалуй, да, если иметь в виду секс с игреалом.
  -- Дэниэл, вы сказали, что у вас раньше уже был... этот... интерфуэр. А можно спросить с кем?
  -- И у вас наверняка был, только вы не знали этому названия и не умели полностью отдаваться моменту. Совместная трапеза - мощная сила. Да, я испытывал это несколько раз в жизни, и один из них, кстати, был в реале - я ведь жил там несколько реальных лет.
  -- Да, я помню, Хьюз говорил, что вы вместе изучали медицину.
  -- Был такой период, верно. Но еще был и другой - я путешествовал по реалу - самолетами, поездами, пароходами, а однажды добирался до места в собачьей упряжке. Все это невероятно медленно, но, увы - изучение и жизнь в другом мире - это часть нашего образования. В дороге я обычно развлекался чтением фуэрз пассажиров, и меня изумляли потоки вдохновенного и совершенно бесцельного вранья, которое они выплескивали на меня и других попутчиков.
  -- Да, вранье, с вашей точки зрения совершенно нелепо.
  -- Но это было далеко не самым нелепым в реале.
  -- Я уже боюсь спросить, что было самым...
  -- То, что жители реала сами, добровольно и безжалостно уничтожают свои тела, отравляя их всякой гадостью, сокращая срок своей единственной жизни, причем делают это, зная о последствиях.
  -- О, да! Мне ли этого не знать? Я из реала, но сама удивляюсь этому ежесекундно... Так что же про интерфуэр?
  -- Да, интерфуэр... Однажды ранней осенью, в предместье большого города, я случайно попал на празднество. Длинные столы под развесистыми деревьями, множество народу, жужжание пчел, щебет птиц, звуки губной гармоники - прекрасная атмосфера! Напротив меня села женщина - худенькая, незаметная. В ее ушах сережки были в виде вишенок, и блузка тоже была расшита вишенками. А рядом со мной села яркая румяная и пышная молодица с длинной косой - она сама была похожа на спелый сочный фрукт. Она прижималась ко мне вовсю, и даже без чтения фуэрзы, можно было предположить, что меня ждет упоительная ночь в стогу сена, под открытым небом. А на эту скромную незаметную женщину с сережками-вишенками, я бы вообще внимания не обратил, если бы она вдруг не протянула мне стакан вишневой наливки и кусок макового пирога. Я не знал обычаев и думал, что здесь так принято, поэтому поблагодарил, отпил из стакана и отведал пирога, а она глядела мне в глаза и улыбалась.
   -- И что же произошло?
  -- Больше я ничего не видел. Роскошная молодица с косой напрасно толкала меня в бок. Женщина-вишенка в тот же момент создала удивительно яркий интерфуэр, действие которого имело крайне интересные последствия, как для нас обоих, так и для развития мира. Уже после я узнал, что пирог этот она испекла специально для меня, и наливка также была ею приготовлена, а еще - она украдкой пригубила из моего стакана. Но все это она сделала намеренно. А у вас, Полина, это случайно получилось, но тем лучше - возник чистый и славный интерфуэр, хоть и наивный немножко.
  -- Так эта женщина-вишенка была фуэнсеном?
  -- Безусловно. Только слова этого она тогда еще не знала.
  -- И что же произошло?
  -- Она узнала обо мне в тот момент то, что я скрывал от жителей реала, и то, чего я сам о себе не знал. Ее совсем не удивило, что я уроженец другого мира... В тот самый момент, когда я отведал пирога и пригубил вишневой наливки, она подарила мне мир, только ее и мой, куда невозможно проникнуть другому игроку. Мир этот с тех пор значительно изменился, но он существует, и хотя наши линии игры разошлись, она до сих пор имеет надо мной эту власть - она может увлечь меня туда, если пожелает.
  -- Как это удивительно, Дэниэл! Но я не хочу иметь над вами власть. И вообще над кем-нибудь другим.
  -- У вас совсем другой характер, милая Полина. Вам даже не пришло в голову воспользоваться происходящим в своих интересах, чего нельзя было сказать о ней. А сами вы открываетесь так доверчиво, и дарите так много, ничего не требуя взамен. Вы впитываете в себя новые впечатления, изумляясь им так искренне, и это для вас важнее, чем власть и слава. Но ждать того же от других - крайне наивно.
  -- Ага, значит, женщина-вишенка была другой?
  -- Почему была? Она здесь, и занимает высокую должность, иногда заглядывает сюда, но больше по делам. Однако, довольно о ней. Я сегодня стал больше на целую размерность. У меня есть вы и наш с вами мир. Это - подарок, большой подарок, Полина. Благодарю вас. Теперь, я смогу быть вам более полезным.
  -- Ой, вы сейчас точно определили то, что я не могла сама сказать. И я стала богаче на целую размерность.
  -- И это единственное, что останется у меня, когда вы покинете Демонет. Однако не ждите, что я буду уговаривать вас остаться или заманивать чем-нибудь, хотя хитростей, поверьте, у меня в запасе достаточно, мне нужно не это.
  -- А что же вам нужно?
  -- Ваше искреннее горячее желание остаться здесь, со мной, без всяких колебаний.
  -- С вами?
  
   Вместо ответа он еще раз поцеловал мне руку и поблагодарил за удивительный вечер. Все-таки я ему нравлюсь, но ведет он себя как джентльмен, пожалуй, даже чересчур благовоспитанный.
   Дэниэл проводил меня, пожелал приятного отдыха и удалился. Он не сделал ни малейшей попытки поцеловать меня или войти в спальню. Может, у них так принято в Демонете? Не уверена, что мне бы этого хотелось, но было бы лестно. Ах, да! Он же не может прикоснуться ко мне, пока я под воздействием маскоты - ну, конечно, вот в чем дело! Зачем ему, чтобы я представляла себе Женю в этот момент. А Женя-то не дурак! Позаботился о таких ситуациях - оберегает меня. И как бы они все его не бранили, а меня будоражит одно упоминание о нем. Я влюбилась в него задолго до всяких маскот, перзаков и встречи в Демонете. Влюбилась, прочитав его слова на мониторе. А внимание других мужчин мне просто льстит, как отражение в зеркале. Мне необходимо каждый раз удостоверяться в своей привлекательности, замечая искорку интереса и даже восхищения в глазах мужчин, но когда я рядом с Женей - происходит волшебство. Эх, всего второй раз в жизни любовь меня посетила, неужели она опять ускользнет, как песок сквозь пальцы? Нет. Не допущу. Я буду с ним, с Женей.
  
  Дверь на балкон была заперта, но запах бледно-фиолетовых цветов проникал даже сквозь щели. Я укрылась одеялом с головой, но аромат все равно не давал мне уснуть, и я стала рассматривать созданный мной мир. Там вечерело, и Дэниэл сорвал два огромных бархатистых листа с гигантского вьющегося растения, мы закутались в них, и пошли вглубь острова, искать ночлег.
  Запах усилился. Может, уйти куда-нибудь на время? Но куда? Я встала, походила по спальне, заглянула в шкаф, и обнаружила там новое белье - белое, кружевное и прозрачный пеньюар. Примерила, покрутилась перед зеркалом. Вечернее бархатное платье висело на месте, а рядом располагалась шкатулка с жемчугами. Ах, да, ведь скоро будет праздник, бал, и я надену это платье и жемчуга - все это появилось здесь, до того, как я узнала про бал. А куртка и сапоги появились за день до моего похода на кладбище, которое вовсе не кладбище. А вот для чего это белье? Для кого, вернее? Ух, ты - белье-то цвет меняет... Как только я надела его, оно из белого, вдруг стало вдруг телесным - приобрело цвет моей кожи, издали кажется, что его вообще на мне нет. Я покрутилась еще немного перед зеркалом, и пеньюар стал голубым. Ух, как здорово! А от чего же это зависит? Может быть под влиянием тепла меняется цвет? А в голубом мне тоже хорошо, и до чего жаль, что меня в нем никто не видит. Вот бы Женя скорее пришел. Дэниэл сказал, что Женя может похитить меня в любой момент. Действительно интересно, почему он этого не делает. Чего ждет? Вообще, интересная перспектива - проснуться и обнаружить себя в Арриде. Или же прямо сейчас, в этом белье оказаться в песках, с ним рядом. О, опять пеньюар опять стал белым!
  Нет, аромат этих цветов совершенно невыносим. Я вышла на балкон и посмотрела вниз. Цветы стелились под балконом бледно-фиолетовым покрывалом.
  Я стащила матрас с кровати и потащила его в купальню - туда аромат не должен проникнуть. Перенесла туда же постель, и улеглась. Но сон улетучился. Я поворочалась боку на бок.
  А здорово Ахх подсказал про крем-брюле. Кстати, где он? Если слушать его внимательно, то можно догадаться, что произойдет в скором будущем. Я бы с ним поболтала бы с удовольствием. Может позвать его?
  -- Ахх! - я сказала громко. - Ахх, ты где?
  
  Никого. Может одеться, да и пойти к кому-нибудь в гости? К Софье Марковне, например. Надеюсь, она не очень сердится на меня из-за Тима? И его хорошо бы Тима повидать - жаль, я не спросила, где он живет. А можно и к хамоватому садовнику зайти - попросить, чтобы выкорчевал он с корнем эти кусты под моим балконом. Он меня, конечно, опять выгонит, но мне почему-то нравится его злить. И вообще интересно, что у него в саду происходит и почему он себя так ведет.
  Нет, пожалуй, лучше выспаться - завтра начнутся приготовления к празднику, админ сказал, что у меня будет много работы, а я понятия не имею, что именно придется делать. Завтра же отправлюсь на новую кухню и разберусь что к чему. Кстати, я даже не знаю, где она находится, хорошо бы, меня туда провел кто-нибудь, а то еще застряну в очередном дворцовом лабиринте, как в прошлый раз.
  
  Я поворочалась еще немного. Вода журчала слишком громко.
  
  -- Вовсе не аромат цветов или журчание воды мешают тебе спать. Такой женщине не пристало спать одной,- сказал голос Ахха в темноте. - Я польщен, что ты позвала меня, но разве пристало тебе тратить ночи на разговоры со старым демоном.
  
  Я включила светильник. Ахх сидел на краю купальни и болтал ногами. Мой пеньюар в темноте казался темно-синим, как ночное небо.
  
  Я поблагодарила его за идею с крем-брюле, сказала, что эффект был потрясающим, он просиял, но пробормотал, что-то вроде того, что ему не всегда следует доверять - нужно и свою голову на плечах иметь.
  
  -- Слушай, Ахх, ты ведь знаешь, что произойдет в будущем, правда?
  -- Не совсем. Я вижу несколько вариантов, и могу сделать обоснованное предположение. А иногда и подтолкнуть игрока к определенному действию - как тебя вчера с крем-брюле, но только когда меня начинает бесить его инертность. А ничто не бесит меня сильнее, чем неиспользованный потенциал! Что касается тебя, то предугадать твои действия довольно трудно, куколка.
  -- Не называй меня куколкой, мне это неприятно!
  -- Вынужден повиноваться, хоть и неохотно.
  -- А какие варианты ты видишь для меня? Их много?
  -- Во время твоего пребывания на Другой Стороне, их было около двадцати. Я открывал перед тобой разные двери, но ты не использовала ни одну возможность.
  -- Это когда же?
  -- Например, ты самостоятельно нашла вход в нишу, где была демостанция в своем первом голденгрэйне, помнишь?
  -- Да, конечно, там все было как во дворе, где я жила в детстве, только одна деталь существенно отличалась, и я поняла, что это неспроста.
  -- ... чем немало меня порадовала. Только треть новичков замечают отличие. Но ты, к моему глубокому разочарованию, ничего не предприняла.
  -- А что я должна была сделать?
  -- На кнопочки нажать, и посмотреть, что будет. Эх, Полина! Две трети игроков, что вошли в такую дверь, нажимают и экспериментируют. А ты вот ушла, так толком и не разобравшись, что к чему. И сразу несколько вариантов пришлось отмести.
  -- Я боялась, что дверь закроется, и я останусь замурованной в нише. О, сейчас вспомнила - в тот день я собиралась прощаться с Демонетом, и хотела запомнить все получше. Да, я была уверена, что покидаю Демонет.
  -- Ну да, обычное дело. В течение дня, игрокам даются шансы изменить линию игры и получить заслуженные призы, но они продолжают путь по заданной с утра схеме. А больше всего, меня огорчило, что ты так ни разу и не вошла в шекспировский театр. А ведь и здание большое и красивое, и афиши яркие, самим Майским изготовленные!
  -- Да, я все время мимо проходила, и думала, почему только шекспировские пьесы в театре идут.
  -- Господин Шекспир - профессор демонических наук, а в его театре зрители проверяются на шкурность. Но что об этом говорить - эти варианты уже не вернуть.
  -- Но остались же какие-нибудь хорошие, Ахх?- спросила я с тревогой.
  -- Всего три, но все - блестящие, детка.
  -- В чем же их блеск?
  -- Ну уж точно не в славе и величии - это удел игроков без собственных фуэрз.
  -- А в чем же?
  -- Разумеется, в реализации собственного потенциала и вкладе в развитие миров Голденгейта. Прекрасные варианты, но все до одного заблокированы казадорским перзаком.
  -- Женя? Вмешался и запортил мои варианты?
  -- Ну а как это еще назвать? Сама подумай - ты игреалка и новичок, а в тебе заинтересован уроженец Демонета, админ, к тому же, и просто - чудесный мальчик. Разве - не подарок судьбы?
  -- Ахх, ты в роли сводника выступаешь по своей инициативе или он тебя попросил?
  -- Не перебивай старших, детка! Сводник - моя основная профессия. А хочет он, чтобы ты еду сама для него готовила, любя его, конечно, а ему бы это очень даже на пользу пошло и для фуэрзы и талантов еще не раскрытых. А еда тобой лично приготовленная, ох как дорого ценится, детка.
  -- А он - то сам хочет этого?
  -- Ха! Ты ответ давно сама знаешь, но тебе приятно это услышать еще раз. Желание его настолько сильно, что он с трудом сдерживается. Такие сильные желания вредно давить, им надо выход дать. Но только он не будет просить или принуждать тебя - это ценно, только если ты сама, да с любовью, да своими ручками белыми, да для него только... И не может быть, чтобы такой чудесный мальчик, мой воспитанник, да не нашел бы пути к твоему сердцу! Да и ты бы не прогадала в этом случае.
  -- А еще какие варианты?
  -- Руслану тебя отдать. Дэниэл у нас - гордый, аристократ по рождению, он не тронет тебя, пока ты сама не захочешь, а малыш Руслан... Вот уж кто не гордый, и ждать не хочет, будет просить, умолять, в ногах у админа валяться, чтобы тот снял с него программу "невстреча", соглашаться на все мои условия, чтобы только рядом с тобой быть, даже без надежды на взаимность.
  -- Но он все еще в Чужом Городе?
  -- Пока да. Кстати, поздравляю, ты - его первая любовь, та, что на всю жизнь отпечаток накладывает. А девчонка, что раньше с ним была, вообще в счет, по сравнению с той страстью, что ты в нем пробудила тогда в клубе, танцами своими бесстыжими. И тебе это зачтется, на твой демокаунт много лет пополняться будет, - уж больно он талантлив. Только жаль, что казадору процент от твоих средств отчисляться будет, ну да с этим ничего не поделаешь - правила Демобанка - незыблемы.
  -- А ему за что же проценты следуют?
  -- Так ты- то для казадора танцевала, вот он и в выигрыше от того, что Руслан получил толчок к созданию нового направления в музыке. На языке реального бизнеса он назывался бы посредником, так что хочешь, не хочешь, а проценты отсчитывать придется в тройном размере.
  -- А почему в тройном?
  -- Ага, жалко? А потому что казадор дважды посредником был: первый раз, когда ты для него танцевала, а второй - когда Руслана к тебе привел. А то, что он тебя к кровати привязал, чтобы ты никуда не делась, за это ему еще надбавка положена. Что ты вздрогнула, детка? Неприятно вспоминать? Но он теперь косвенно причастен ко всему, что Руслан создаст в будущем.
  -- Вот как все получилось! А Руслан говорил, что Похх его на то место привела и велела пиво пить, а Женя его там и встретил.
  -- Она-то привела, но Женя мог мимо пройти. Мы, демоны, всегда подталкиваем, нашептываем и соблазняем, но сами никогда голых женщин к кроватям не привязываем. Кстати, тогда, в этом клубе, где ты в танце одежду скинула, много интересного произошло, и возможно, ты обожжешься когда-нибудь искрами затронутых тобой фуэрз. Танец твой хорош был, но без моих демонов ты вряд ли сможешь повторить его.
  -- Я и не собираю повторять. Мне даже стыдно об этом вспоминать. Я Руслана даже не видела в зале, а эффект такой получился! Мне почти жаль, что я не могу его любить.
  -- И в Чужом Городе все пошло наперекосяк из-за перзака. Женя твой и не подозревает, насколько он затормозил прогресс миров своей маскотой.
  -- А ты способствуешь прогрессу?
  -- Мое присутствие необходимо на стартовых позициях. Сфера страстей, которой я заведую, важна на многих начинаниях.
  -- Правильно ли я поняла тебя? Если я полюблю Дэниэла или Руслана, то буду способствовать прогрессу, а если буду с Женей, то...
  -- ... ничего не будет. Ноль. Пустота. Равносильно тому, что тебя поглотит пучина.
  -- Но как же это может быть? Ведь я люблю его. Любовь должна быть плодотворной!
  -- Детка, тебе столько раз намекали, прямо говорили и метафорично, а ты все свое твердишь. Ладно, открою тебе страшную тайну, в благодарность за то, что ты меня послушалась и угостила Дэниэла крем-брюле из своей ложечки, тайну, которая известна только управляющим мирами.
  
  Я вздрогнула. Он продолжал свистящим шепотом:
  
  -- Любовь разлаживается, не склеивается, не возвращается от того, что в ней нет ничего для развития миров. Все попытки вернуть любовь - выглядят смешно и нелепо для тех, кто этим управляет.
  -- Я должна подумать над этим. Но Женя скоро придет сюда. Когда я его увижу, то сама разберусь с ним и своей любовью.
  -- Конечно. Только сама! Но уж больно он пакостный. Ему никогда не бывает стыдно - он оправдывает все борьбой со злом.
  -- Я разберусь.
  -- Под действием перзака? Сомневаюсь.
  -- Но я же просила Дэниэла помочь снять перзак. Он обещал...
  -- Оно-то так, да только не получится ничего, детка.
  -- Почему? Художник все зарисовал, и специалисту отправил для расшифровки.
  -- Да, я в курсе, но там хуже дела оказались, чем мы предполагали.
  -- Это безнадежно?
  -- Намного труднее, чем обычно. Новая техника какая-то.
  -- А Дэниэл знает?
  -- Он спит, ответа не видел еще. А я видел.
  -- А что там?
  -- Завтра узнаешь. Мальчик тебе расскажет.
  -- Ну скажи сейчас, не томи!
  -- Нет, я хочу, чтобы он сам. Ложись спать лучше, детка. А ты тут в купальне неплохо устроилась, молодец! А мне пора, а то разболтался тут, а завтра день тяжелый.
  -- У кого?
  -- У нас обоих, детка. Спи.
  
  И я тут же, как по команде, провалилась в сон.
  
   ***
  Почему так темно? Ах, да, я же в купальне, на полу. И когда это я успела привыкнуть, едва пробудившись, любоваться рассветом? А сколько я здесь вообще прожила? Ни одного календаря я тут не видела. Зарубки на стене оставлять, что ли? Мне кажется, что я тут прожила целую вечность. Может, это из-за того, что дни насыщенны впечатлениями, как в путешествии. А сколько суток прошло на самом деле? Когда я впервые встретилась с Женей в Демонете, в реале было лето в разгаре - ужасная нью-йоркская жара, раскаленные улицы. А сейчас там мокрый сырой декабрь.
  Всего два дня мы с Женей жили на Другой Стороне, а после я неделю одна бродила, да-да, и мимо шекспировского театра несколько раз проходила, и на кладбище с могильными плитами без дат забредала, у Валентина на празднике побывала. А во дворце от силы пару дней прошло, перед командировкой в Чужой Город. А там три дня прошло, нет, чуть больше - я же опоздала на кораблик. И с момента возвращения два дня прошло. Или три? Они тут еще и сутки растягивают по своему усмотрению, вот я и теряю чувство времени.
  
  Не знаю, есть ли какие - то правила фуэна на этот счет, но я всегда была уверена, что хороший день начинается с хорошего завтрака. Особенно важно - не спешить, чтобы получить удовольствие от утренних мгновений, а не глотать горячий кофе впопыхах.
  Каждое утро я находила под дверью столик на колесиках, сервированный к завтраку. Обычно я вкатывала его на балкон, усаживалась поудобнее, снимала с блюда блестящую крышку - под ней оказывался то пышный омлет с зеленью, то горячая каша с орешками и апельсиновыми корочками, то румяный хлебец с сырной начинкой, то оладьи со свежей клубникой. В бокале из тонкого стекла всегда был свежий яблочный сок, а в кофейнике- горячий кофе. Еще Ромка писал мне забавные записки с пожеланием доброго утра, смешной загадкой или сочиненным специально для меня веселый стишком. И загадки и стихи всегда были о разных продуктах. Для прочих обитателей дворца, Ромка готовил совершенно другие блюда, согласно их предпочтениям. Он рассказывал, что Софья Марковна всегда завтракает поздно, после полудня, и обычно горкой пышек и большой кружкой какао. ДИМ предпочитает сэндвичи с ветчиной на поджаренном хлебе и грейпфрутовый сок. Элина встает еще раньше, чем я и первым делом выпивает чашку кофе со сливками, а через час ест яичницу, грубый черный хлеб с маслом, томатный сок и соленый огурец. А Дэниэл любил блинчики с разными начинками. А еще Ромка сказал по секрету, что с некоторых пор админ спрашивает, что было у меня на завтрак, и заказывает себе то же самое, и Ромка заранее стал готовить двойную порцию.
  Заказы на совместные завтраки поступали Ромке редко: обитатели дворца предпочитали есть по утрам в одиночестве, у себя в покоях, собираясь с мыслями.
  Он составлял меню сам, по своему усмотрению, а я ему полностью доверяла: ведь он готовил не только с любовью, но и лично для меня, с мыслями "а чем бы вкусным угостить Полину этим прекрасным утром?"
  
  Он вдохнул жизнь в старую дворцовую кухню, и сейчас чувствовал себя там полным хозяином. А до него туда даже никто не входила, а пищу для обитателей дворца готовили электронные автоматы, используя рецептуру лучших поваров миров Голденгейта. Админ принял такое решение из-за отсутствия фуэнсенов, решив, что пусть лучше готовят бездушные автоматы, чем повара с неизвестными мыслями и намерениями. Правда, были исключения, и одно из них решило мою судьбу - тот случай в приемной админа. Тьфу, тоже стыдно вспоминать - по подсказке демонов, я надела узкое красное платье и накрасила губы яркой помадой. А потом Дэниэл обратился непосредственно к моей фуэрзе, в результате чего, понял, что я - фуэнсен! Милый Дэниэл, как я ему благодарна! Жаль, что в результате пострадала девушка, приготовившая ему чай и сэндвичи. Видимо, он доверял ей, если позволял готовить для себя, а она его подвела.
  
  Поскольку Ромка, до недавнего времени, работал на кухне один, то его хватало только на приготовление завтраков, выпечку хлеба и кондитерских изделий для обитателей дворца. Обеды и ужины, по-прежнему, готовили автоматы. Но после постройки новой кухни и прибытия Марты, Анисима и Анисьи из Чужого Города, ситуация должна была измениться.
  
  Когда я забегала мимоходом на кухню, то всякий раз с удовольствием наблюдала за его работой - ножи, вилки и сковородки будто танцевали в его руках. И помыслы его были чисты и душа безоблачна и сам он - весел и жизнерадостен - настоящая находка. Кулинары, прибывшие из Чужого Города - старше, опытнее, и каждый с характером. И сегодня мне предстоит обсудить с ними праздничные блюда. Позавтракаю, и за дело!
  
  Я открыла дверь в холл, но к своему удивлению, не обнаружила за дверью столика с завтраком. Ну вот, мало того, что на балкон нельзя выйти из-за цветочного запаха, так еще и завтрака нет! Может, что-то случилось? Скорее всего, задержка завтрака связана с переездом на новую кухню. А я даже не спросила вчера у админ ее расположение, придется самой искать в этом, полном неожиданностей дворце.
  
  Обычно кухни помещают в нижних этажах. Я спустилась вниз по лестнице без приключений. Прошла наугад вдоль левого крыла дворца, обогнула его, и увидела Назара - он нес две полные корзины - в одной была свежая зелень и коренья, а в другой - фрукты. Я незаметно последовала за ним.
  Назар вошел в одну из дверей, на вид гораздо новее других. Я подождала немного, потом открыла дверь, и столкнулась нос к носу с выходившим оттуда садовником. Он, от неожиданности, чуть не выронил пустые корзины. Разумеется, ему и в голову не пришло извиниться или хотя бы поздороваться. Буркнул что-то себе под нос, поднял свои корзины и быстро пошел прочь, не оглядываясь. Но зато я попала куда надо - на кухню, большую и светлую. Один стеллаж был заполнен новехонькой кухонной утварью: кастрюлями разных размеров, глиняными горшочками, мисками, чайниками, сковородками, формами для выпечки, лопатками, поварешками и ножами. На полке лежали яркие передники и варежки-прихватки. Одну стену занимала холодильная камера. Две плиты современной конструкции и еще одна печь в стене, каменная - наверно, предназначена для каких-нибудь старинных рецептов или выпечки лепешек. В центре кухни - рабочие столы. Пахло свежей побелкой.
  Возле двери помещался столик... Ага, Назар, видимо, выложил сюда содержимое своих корзин: свежайшая ароматная зелень, коренья, фрукты... А яблоки трех сортов - красные, зеленые и золотисто-желтые. Я взяла яблоко и вышла в небольшой, уютный внутренний дворик.
  Я уселась на новенькую, приятно пахнущую свежеструганным деревом, скамейку, ела яблоко, любуюсь утренними красками, и пыталась сообразить, что делать дальше.
  Во дворике опять появился Назар с лопатой и саженцами в руках. Глянул на меня исподлобья:
  
  -- Ну? Где сажать деревья-то?
  -- Ты у меня спрашиваешь?
  -- Ну да.
  -- Откуда я знаю. Ты - садовник, вот и сажай, где хочешь.
  -- Хозяйка кухни - ты.
  -- Это же двор.
  -- Укажи место, где деревья сажать, некогда мне.
  
  Не знаю чем бы закончился разговор, если бы в дверях кухни не появилась Марта в кокетливом цветном переднике поверх белого платья с кружевным воротничком и белой шапочке.
  
  -- Простите, Полина, но как модератор кухни, я взяла на себя смелость пригласить садовника для оформления летней кухни и двора, - произнесла она сладким голосом. -- Вам ли не знать, что некоторые блюда лучше готовить и есть на открытом воздухе.
  -- Да, наверно.
  -- Какие саженцы ты принес?- спросила она Назара властным тоном,- наверно именно таким обращались барыни к крепостным.
  -- Вишни и яблони - ответил тот.
  -- Прекрасно. Можешь начинать. Рассади их здесь, в центре двора, а скамейки переставь сюда. Надо будет сегодня же столы заказать, лучше деревянные. Пойдемте, Полина, я угощу вас завтраком, - и Назару: -- А ты работай.
   Пусть она скажет, где сажать, - Назар кивнул в мою сторону. По его позе было понятно, что он с места не сдвинется, чтобы выполнить указание Марты.
  
  Возникла неловкая пауза. Может, и правда, хорошо там, где Марта сказала - в центре двора, а вокруг поставить столы и скамейки. Я представила себя под развесистой вишней, замешивающей тесто: свежий ветер, листочек вишневый падает на стол... хорошо!
  
  -- Вот здесь, - я указала место у стены. -- Вот здесь - вишни, а в центре двора- яблони.
  Назар кивнул, взял лопату и стал копать. Я видела, как играли его мускулы под тонкой тканью, и опять подумала, что хорошо бы потрогать его бицепсы, плечи и шею. А что если подойти и потрогать, погладить, ну не убьет же он меня...
  Марта поймала мой взгляд... вот черт.
  
  А новая кухня, тем временем, ожила. Анисья представила мне Анисима - веселого белобрысого мужчину, с румянцем во всю щеку и небольшой светлой бородкой. Такие славные люди, интересно, за что они были приговорены к поселению в Чужом Городе?
  Анисим принялся раскладывать кухонную утварь по шкафам и ящикам, а Анисья стала пересыпать специи из больших банок в маленькие, более удобные и надписывала их "ваниль", "корица", "красный перец", "базилик сушеный".
  Возле плиты стоял совершенно хмурый, красный и взъерошенный Роман и мрачно плюхал на сковородку тесто для блинов.
  
  -- Ну что ты наделал? - воскликнула Марта. -- Полина, полюбуйтесь-ка на это!
  Я глянула и рассмеялась. Один блин был похож на шутовскую шапочку с бубенчиками, в другом угадывался кукиш, а в третьем - дракончик. Роман зло поглядел на Марту и тут же отлил блин в форме ее головы в шапочке, но с маленькими рожками. Меня восхитило, что делал он это, просто вращая в руках сковородку с горячим жидким тестом.
  -- Вот это да! Ромка, а ну покажи еще раз, как ты это делаешь?
  Он просиял и тут же испек блин в форме ромашки, а потом еще один - в форме сердечка, перебросил их на блюдо и протянул мне.
  -- Спасибо, милый Ромка, - сказала я громко, и добавила тихонько, - Давай отойдем в сторонку.
  Мы вышли во двор, где работал Назар.
  -- Ромка, это красивые блины, и не сомневаюсь, что вкусные, однако я не могу есть пищу, приготовленную в обстановке враждебности.
  -- Я понимаю, - кивнул Ромка. -- Фуэн не тот.
  -- Именно, - подтвердила я.
  
  Он тут же стал жаловаться, что Марта сама себя назначила модератором новой кухни, а старую, маленькую, на которой он работал, закрыла. Она распределила обязанности по своему усмотрению, и взяла на себя управление всеми процессами.
  Ромка жаловался, а я не могла отвести глаз от Назара. Ух, спина могучая, а руки какие сильные, а плечи! Вот он остановился, вытер рукавом лоб, а рубашка его взмокла от пота, и он снял ее и бросил на скамейку - загорелый, с ума сойти! Вспомнила, как он нес меня на руках, чтобы макнуть в бочку с раствором... Тьфу, да что это со мной? Я же на работе.
  Кстати, о работе, похоже, я должна каким-то образом их всех помирить.
  
  Я с трудом оторвала глаза от работающего садовника, и вернулась на кухню, где заявила, что я - не администратор ресторана, не директор столовой и не заведующий производством! Я - фуэнсен, и при враждебной атмосфере, все их кулинарное мастерство пойдет насмарку. Поэтому, прежде чем начинать приготовления к празднику, нам всем следует найти общий язык. Они сразу же согласились и попросили прощения. Марта попросила решить несколько вопросов, и мы опять вышли во дворик.
  
  -- Надеюсь, никто не станет отрицать, что у меня опыта больше чем у других - мне приходилось организовывать подобные празднества для избранных кругов, а так же работать под руководством фуэнсенов, - сказала Марта. -- Поэтому, если остальные, без лишних слов, начнут следовать моим указаниям, - это будет более чем разумно.
  
  Марта была права - Анисим и Анисья - любители, а Ромка, хоть и учился в школе кондитеров, но опыта у него маловато.
  
  -- Марта, у меня вообще нет никакого опыта. Я никогда не руководила кулинарами.
  -- А я это вижу, но мне не пристало указывать фуэнсену. Хотя я могла бы вам рассказать о моем опыте работы с другими.
  
  Назар, тем временем, закончил посадку деревьев. Он прислонил лопату к стене, открыл водопроводный кран и стал мыть руки, потом плеснул в лицо холодной водой.
  -- Полина, - тихо сказала Марта, - Даже и не думайте...
  -- Вы о чем?
  -- Вы знаете, о чем я, вернее, о ком.
   Кажется, я покраснела, а Марта продолжила доверительным шепотом:
  -- Я знаю, чей он любовник, и поверьте, с ней шутки плохи.
  
  Назар прошел мимо нас, кивнул - о, это уже похоже на знак внимания. Раньше он меня даже взглядом не удостаивал. Я вдохнула его запах... Марта многозначительно молчала, поджав губы. Из неловкой ситуации меня выручила, заглянувшая на кухню, юная лохматая особа в джинсах и клетчатой рубашке. Она представилась Мариной Кипень, дизайнером, и сообщила, что вызвана с целью создания подходящего феншуя в новом дворцовом помещении. Марина попросила сообщить ей все пожелания по оформлению новой кухни, комнаты отдыха и внутреннего двора - от расположения столов и шкафчиков и цвета стен, до приобретения растений, красивых разделочных досок и особой посуды. В комнате отдыха она предполагала поместить столик, кресла и даже небольшой диванчик. Затем Марина спросила, где разместить фуэнтор. Я не знала что это такое, но вмешалась Марта и сказала, что в фуэнторе нет никакой необходимости. А после объяснила, радуясь, что может меня чему-нибудь поучить, что речь идет о приборе, довольно дорогом и объемном, который могут позволить себе только игроки с постоянным, зафиксированным Демобанком, доходом. В богатых домах, этот прибор часто маскируется под холодильную камеру, и используется для определения скрытого комплота в продуктах или обычной неприязни изготовителя к будущему потребителю. Однако, - заметила Марта,- прибор этот слабо реагирует на впитавшиеся в продукт, негамоции, например, злость, раздражение, плохое настроение или недовольство жизнью. Негамоции эти чрезвычайно вредны для едоков с высоко организованной, тонкой и чувствительной фуэрзой. А вот фуэнсены определяют их мгновенно, только глянув на продукт, а хорошие фуэнсены - даже на расстоянии. У нее, Марты, был такой прибор, в ее пансионе, благодаря которому, она выбирала самых лучших поставщиков - фермеров, садовников, огородников, пасечников, мельников и других. Да, демонеты на него были затрачены немалые, а так же обслуживание и чистка стоили средств, однако результат превзошел все ожидания -- ее пансион и кухня славились далеко за пределами Чужого Города. У нее был фуэнтор самой новой конструкции, изготовленный в Амаполе, на верхнем уровне. Извлеченный комплот и негамоции скапливались в специальном отсеке, а мастер по обслуживанию заменял полный пакет с негамоциями на новый, чистый.
  -- А что же он делал с извлеченным пакетом?- поинтересовалась я.
  
  Марта стала было рассказывать, что согласно правилам, мастер должен был отдавать его демонам, для которых негамоции - высшее лакомство, но были и другие рынки сбыта... - и тут осеклась, будто сказала что-то лишнее, и перевела разговор на другую тему. Она спохватилась, что я еще не завтракала и пригласила всех присутствующих к утреннему чаю.
  Неужели мастера отчисляли ей проценты с доходов, полученных за негамоции на черном рынке? Похоже, в Чужом Городе производилось множество незаконных операций, однако это не мое дело.
  Марта извинилась, что ничего особенного к чаю нет, потому что фуэн с утра был неблагоприятным, по вине некоторых, - при этом она искоса глянула на Ромку, а тот сразу вспыхнул и хотел уйти, но я удержала его за руку, пообещав все уладить. Я шепнула ему, что Марта хочет исправить неудачно начавшееся утро, и помочь ей в этом будет разумнее, чем обострять ситуацию.
  
  Марта стала накрывать на стол. О да, это был ее стихия: чай заварила ароматный, бросив в чайник несколько свежих апельсиновых корочек, достала горшочек со свежим творогом и кувшинчик со сметаной с фермы, производившей молочные продукты исключительно для обитателей дворца. Затем, взбила творог со сметаной, добавила туда щепотку соли, свежей зелени и рубленых овощей, произведя восхитительную нежную и вкусную смесь. Творог этот она выложила в центр керамического блюда горкой, а вокруг красиво разложила сухие хлебцы - ржаные и пшеничные, опять извинившись, что сегодня нет свежих булочек, и пообещала в скором времени готовить завтраки не хуже, чем в пансионе, а может и лучше. Еще Марта приготовила фруктовый салат, из принесенных Назаром, отборных абрикосов, груш, слив и винограда, заправила его лимонным соком и золотистым медом - конечно же, с особой пасеки, и посыпала жареными орешками. Двигалась она легко и проворно, руки ее порхали. Она намазывала хрустящие хлебцы творожной смесью, разливала чай, и улыбка не сходила с румяного лица. Потихоньку обстановка разрядилась, все повеселели, Ромка даже извинился, за то, что не способствовал с утра созданию соответствующего фуэна.
  
  Мы принялись увлеченно обсуждать с Мариной дизайн кухни, однако решили все важные изменения сделать после праздника. Марина согласилась, и сказала, что пока займется праздничным оформлением залов, балконов и той части парка, в которой пройдет бал. А Марта заявила, что планирует фонтан из трех видов шоколада: черного, молочного и белого. Я попробовала было возразить, что это слишком, то она заверила меня, что админ будет в восторге - все знают, как он падок на роскошь.
  
  Обстановка разрядилась, а я хоть старалась казаться спокойной и веселой, но мне это стоило серьезных усилий - напившись заваренного Мартой чаю, я вовсю считывала ее фуэрзу. Мне не нужно было прилагать к этому никаких усилий, ее голос будто раздавался из радиоприемника.
  
  "Ну как можно доверить завтраки этому нервному сопляку, если есть я - один из лучших кулинаров Демонета. А эти два дикаря, Анисим и Анисья, годятся только в подсобные рабочие. И они еще смели возражать, когда я объявила, что буду модератором кухни. Пусть судьбу благодарят за возможность чему-то у меня поучиться! Но тайны заветных своих рецептов я им, конечно, не открою''.
  
  Я допила чай, и Марта тут же опять наполнила мою чашку. Похоже, она не подозревает об этой моей способности, хоть и утверждает, что работала с фуэнсенами.
  
  " В присутствии фуэнсенов, атмосфера сама налаживается - вот, все уже улыбаются. Да и продукты стараются понравиться фуэнсену - слушаются, тесто к рукам не липнет, масло не чадит, молоко не выбегает. Хорошо бы Полина больше времени на кухне проводила... Вот интересно, почему она застряла этом уровне? Что ее здесь держит? Или кто? Неужели этот садовник? Нет, не может быть. В ЧуГоре она развлекалась с юношей, почти мальчиком... А сейчас на Назара поглядывает. Похоже, у нее нет постоянного мужчины, и это плохо, очень плохо - придется зависеть от ее настроения. Счастливый и влюбленный фуэнсен - это благо. Надо будет сказать об этом админу, она просто обязана быть счастливой, хотя бы на время важного мероприятия".
  
  И уже в который раз я вздохнула, подумав о тяжелой участи уроженцев Демонета, живущим в реале. А интересно, научился ли кто-нибудь из игреалов считывать фуэрзу или только мне так "повезло"?
  
  Марина ушла, а мы вернулись к насущным делам, и решили, что будем все дружно готовиться к празднику, разработаем меню и сделаем все возможное, чтобы он удался, а когда все закончится, распределим обязанности между четырьмя прекрасными, влюбленными в свое дело кулинарами, да так, чтобы они не только не мешали друг другу творить, а и могли учиться и обмениваться опытом. Например, Марте лучше готовить завтраки и романтические ужины, поскольку это ее специализация. Ромке хорошо бы поручить выпечку, а Анисима и Анисью нужно бы назначить ответственными за приготовление пирогов, супов и салатов. Возможно варианты, конечно, но одно несомненно - каждый будет делать то, к чему у него больше всего лежит душа.
   Затем Марта предложила, а я ее поддержала, все - таки, назначить ее ответственной за праздничное меню, и потому что у нее есть опыт, и она знает вкусы местной знати. Еще бы ей их не знать - они, не счесть сколько раз, останавливались у нее в ЧуГоре, особенно Софья Марковна. Кстати, надо срочно напечь ей пышек - она скоро проснется. Остальные обойдутся простым завтраком - ведь сегодня первый день работы новой кухни. Но Софья Марковна очень не любит когда нарушают устоявшийся порядок вещей, и лучше ее не злить.
  
  Удивительно как все подобрели и начали соглашаться друг с другом! Похоже, я и вправду настраиваю фуэн. Я хочу мира и спокойного сотрудничества, и они плывут по моей волне.
  К радости Марты, я весь день провела на кухне, и никто не ссорился - мы вместе составили меню и список необходимых продуктов, все вежливо советовались друг с другом и вносили новые идеи. По ходу дела, я решила еще несколько вопросов: в том числе о доставке воды из родника у подножия Кудыкиной Горы, по просьбе Анисьи и Анисима. Марта скривилась было, и сказала, что в Чужом Городе всегда замешивала тесто на обычной водопроводной, и никто никогда не жаловался, но я предложила попробовать, и судить по результату. Марта согласилась, а Анисим с Анисьей просияли. Марта подошла к встроенному в стену монитору и отправила заказ пасекам и фермам. Она действовала привычно и уверенно... Надо же, а я даже не заметила этот монитор.
  Потом я помогала Анисье расставлять посуду в нужном порядке, и раскладывать специи. Потом смотрела, как Марта сервировала завтраки для некоторых обитателей дворца, наблюдала, как поднимались в духовке пышки для Софьи Марковны. Я даже попробовала одну пышку, но доесть ее могла, несмотря на то, что она была очень вкусная, и таяла во рту как положено. Я тихонько завернула ее в салфетку и спрятала в карман, чтобы Ромка не обиделся, а Марта заметила и сказала мне тихонько:
  -- Полина, это не имеет отношения к качеству блюда. Вы ощущаете, что эта еда была приготовлена для другого, особенно для едока с такой яркой индивидуальностью как Софья Марковна. Но можете спокойно есть то, что было приготовлено массово, для безликих клиентов.
  
  Мне решительно нравилось на кухне. Будь моя воля, я бы из нее вообще не выходила. На обед Анисья подала салат, чашку горячего бульона с кореньями и пирожок с грибами и рисом, за который Марта ее даже похвалила. А я считала Анисьину фуэрзу с первым же глотком - она была благодарна мне за эту работу, ни на кого не сердилась, и очень боялась нарушить правила, чтобы их с Анисимом не отправили обратно в ЧуГор. Она угождала Марте всячески, и сразу согласилась, что салатные листья нужно разрывать руками, а не резать ножом - и, вправду, так вкуснее оказалось.
  
  А вечером, я вернулась к себе, и с облегчением отметила, что тревожный цветочный аромат в спальне почти не ощущался - видимо, дверь весь день была закрыта достаточно плотно. Я собиралась немного отдохнуть, переодеться и погулять по саду, где было еще много неисследованных уголков, но стук в дверь помешал моим планам. Вошли Дэниэл и Майский. Я тут же вспомнила о намеке Ахха, что с маскотой все не так просто, и их серьезные лица подтверждали его правоту.
  В руках у Майского был листок с заключением специалиста, испещренный знаками, рисунками, чертежами и узорами. Он разъяснял суть заключения и, в процессе, указывал соответствующие рисунки. Оказалось, что заговор против болезней, несчастных случаев и дурного глаза, который был уничтожен вместе с заговором против демонов, медленно восстановился и вновь исправно функционирует. Специалист предупредил о бережном обращении с маскотой. Ни в коем случае нельзя швырять ее на пол, пытаться разбить, толочь в ступке, топтать ногами, царапать, и особенно опасно, - он подчеркнул,- пытаться выковырять амористы. Дальше шло длинное и подробное описание действия амористов - об этом я уже знала - физическое прикосновение ко мне, к точкам, где на женской фигурке расположены амористы, мгновенно включает перзак. Скорость его включения - доселе невиданная, настройка и волна передачи подлежат тщательному изучению. Во время секса, обладатели обоих маскот - ключа и замка, видят и ощущают друг друга. У мастера - изготовителя непременно должна быть вторая маскота - ключ с управлением. Эксперт мог бы попытаться раскодировать перзак, но ему, как минимум, необходимо изображение маскоты - ключа. Имеются так же неясности - вполне возможно, что маскота-ключ работает приемником эмоций во время секса, но утверждать это специалист не может.
  -- Это как же?
  -- А так, что мастер-изготовитель может испытывать эмоции вашего партнера, то есть... - Майский замялся, по-видимому, подбирая приличные слова, Дэниэл помрачнел еще больше.
  -- Ну... быть с вами в момент, когда вы с другим, понимаете? - нашелся Майский.
  Я кивнула, и он вздохнул с облегчением.
  
   Проще говоря, Женя может трахать меня посредством другого мужчины.
  
  --Это все?
  -- К сожалению, нет. Если обладатель маскоты - ключа будет находиться поблизости обладателя маскоты - замка, то действие перзака усилится настолько, что воздействует на фуэрзу, - продолжил Майский.
  -- И это при том, что перзаки в Демонете запрещены, а неприкосновенность фуэрзы охраняется сводом законом миров Голденгейта. Подобное нарушение заслуживает наказания, - пояснил админ.
  -- А может, я просто попрошу Женю снять этот перзак, а? Не надо наказаний. Может он сгоряча его на меня наложил, а сейчас он ему ни к чему - я ведь и так согласна с ним уйти. Я попрошу его, когда он придет, ведь он придет, правда, Дэниэл?
  
   Дэниэл и Майский переглянулись. Майский покачал головой, а Дэниэл сказал со вздохом:
  -- Хорошо, Полина, однако часть заключения эксперта: "При физическом приближении возможно воздействие на фуэрзу", требует предельной осторожности. Я обещаю контролировать ситуацию, по мере возможности, но многое зависит от вас.
  -- Может, не надо ему сюда приходить?- поинтересовался Майский. - Гораздо разумнее держать его на расстоянии.
  -- Это так, но если не разрешить проблему, она может тлеть годами, - сказал Дэниэл твердо. - Но ты еще не дошел до последнего пункта, с которым мы, к сожалению, уже успели столкнуться. В маскоте - вход в Аррид, мир казадоров. Он может легко выкрасть Полину.
  -- Да зачем ему меня красть? Я сама с ним уйду. Поверьте, он не злой совсем, не вредный, - я продолжала защищать Женю. - Может он все это сделал сгоряча! Я уверена, что можно все разрешить мирно.
  
  Они оба смотрели на меня с тревогой и жалостью.
  
  -- Ну почему вы не верите?- спросила я, и услышала отчаяние в своем голосе.
  -- Потому, что столь хитроумное сочетание комплота и перзака невозможно сделать сгоряча, Полина. Слишком уж все четко продумано, компактно упаковано и искусно переплетено. Мне жаль, что вы огорчены. А теперь разрешите откланяться, - Майский поднялся, направился к двери, но вдруг остановился - его внимание привлек рисунок на стене, на котором я танцевала голая в ожерелье и венке из болотных лилий.
  -- О, это Глашина работа?- спросил он с удивлением. - Да, конечно, здесь ее подпись. Так вы знакомы?
  -- Да, знакомы. Ой, я вспомнила, где слышала ваше имя! Глаша говорила о вас, и о том, что хочет учиться в вашей школе.
  -- И это непременно произойдет. С разрешения Дэниэла, ее проекция была направлена в Демонет, но админ наш так строг, что не позволяет ей перейти на более высокую ступень, пока она не одолеет своим мелких демонов. Он все же иногда делает исключения, если ему самому это нужно, - последние слова он произнес с упреком, явно имея в виду меня. -- Однако интересный рисунок, и музыка схвачена отлично. Глаша - талантливая девочка. Дэниэл, может, позволишь все же ей поступить в мою школу, в порядке исключения, а? Под мою ответственность?
  -- Не могу, рано ей. Поверь, она доставит тебе немало хлопот.
  -- Ну, конечно, какую ценность представляет скромная девушка-художница, которых и так много в Демонете, по сравнению с такой красивой женщиной, которая не менее далека от победы над демонами, но оказалась фуэнсеном, - тон Майского был язвителен.
  -- Единственным фуэнсеном в Демонете, заметь! - Дэниэл повысил голос, - Предоставь мне самому решать, в каких случаях делать исключения!
  
  Ой, кажется, они сейчас поссорятся, из-за меня. А интересно, я умею фуэн регулировать только на кухне или еще где-нибудь? И я сделала попытку отвлечь их.
  -- Однажды я глядела на этот рисунок, и мне показалось, что я слышу ту самую музыку, под которую танцевала тогда, хотя я не уверена. Может быть, я ее просто вспомнила? Думаете, я могла и вправду слышать?
  -- Игроки с высокоорганизованной фуэрзой могут слышать звуки, ощущать запахи, восстанавливать диалоги, а иногда и считывать фуэрзу тех, кто присутствовал в момент изображенный на картине, - объяснил Майский. - Это работает во всех мирах, включая реал, при условии, что картина написана художником с не менее тонкой и сложной фуэрзой, каковыми являются на сегодняшний момент выпускники моей школы. Да и автор музыки, которую я слышу, глядя на рисунок, достоин не менее пристального внимания, чем моя Глаша.
  -- И он находится под моей опекой, не сомневайся, - заверил его Дэниэл.
  -- Вот как? А почему же мы с ним до сих пор не знакомы?- спросил Майской с вызовом. -- Где же это дарование, если не секрет?
  -- В Чужом Городе.
  -- На стажировке, - расхохотался Майский. - Допустим, а вот рамочка здесь зачем? Она приглушает звуки и мешает восприятию. И кто это додумался ограничить рамкой пространство такого чудесного рисунка?
  -- Это Женя... сделал рамку, сам.
  
  Дэниэл вдруг метнул на Майского быстрый взгляд и заговорил с ним так, будто считал его фуэрзу, и я не поняла несколько последующих отрывистых фраз, они видимо перескакивали через несколько ответов.
  
  -- Полина, вы позволите снять эту рамку, хотя бы на время?- спросил Дэниэл мягко и, как-то особенно ласково, как разговаривают с больным ребенком, уговаривая его принять лекарство.
  -- Вы думаете, рамка тоже содержит комплот, да?
  -- Склонен думать, что нет. В Демонете не так просто найти материалы, необходимые для заговоров - они запрещены. Но учитывая то, что казадор вошел в контакт с антикваром, могу допустить, что он достал какие-то древние, подходящие для этой цели, материалы. Так я возьму ее, ладно? - и админ уже протянул руки к рамке, но Майский его остановил:
  -- Не трогай рамку, Дэниэл. Лучше вызови эксперта.
  
  Они делают из Жени какого-то монстра. Н