Евстра Евгения: другие произведения.

Высшие цели. Грани судеб. Общий файл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В мире грядут перемены. Они незаметны на первый взгляд и затрагивают далеко не каждого, но от них невозможно спрятаться. Все продуманно до мелочей, все рассчитано до последней капли энергии. Каждому определено свое место. Вот только хватит ли сил пройти сквозь все это, не сломавшись? Современный мир. Оборотни, люди и управляющие энергией. Сверхсилы и супергероев не будет, будут живые "люди". Книга пишется и выкладывается.Общий файл для удобства. Не вычитан! Комментарии и оценки сюда.


   Пролог.
  
   Паутина сна. Ночь ткала ее бережно и осторожно, словно баюкая в родных объятьях долгожданное, любимое дитя. Тщательно, с благоговением выпряденные нити свивались в единый выведенный над миром узор. Совершенный и непостижимо притягательный.
   Послушно мерцали в проворных пальчиках разноцветные, полупрозрачные, будто бы стеклянные шарики - бусины-события. Одну из прошлого... Две из будущего... Две из настоящего...
   Ночь вплетала их в узор совершенно беспорядочно, не глядя доставая из расшитой серебристыми звездами бездонной бархатной коробочки. Однако по ее светлой, наполненной лукавством улыбке становилось понятно, что все это только домыслы несведущего в ее тонком, отточенном временем мастерстве.
   Золотая, пурпурная, синяя, ослепительно белая... Узелок, причудливое кружево узора... Серебристая, красная... Ах!..
   Рубиновая с золотистыми искрами бусина вырвалась из рук и, сверкнув на прощание глянцевым бочком, стремительно полетела вниз.
   Ночь растеряно глянула ей вслед, но потом вдруг, загадочно улыбнувшись, небрежно взмахнула изящной ладонью, спуская невидимые поводья.
   Радостно вздохнул, расправляя прозрачные крылья ветер, сорвался с места и, нагнав беглянку у самой земли, осторожно подхватил ее огромной ладонью и понес прочь - сквозь время и расстояние - туда, где, рассыпавшись яркими золотисто-рубиновыми искрами, она легла песком на незримую, только-только начавшую зарождаться тропу...
  
   Глава 1.
  
   Жара прибыла в город внезапно. В конце апреля. Легла на землю душным войлочным одеялом, вот уже два месяца кряду не пропуская ни капли прохладного воздуха. Медленно и неумолимо спалила все живое, оставляя на месте роскошных парков и изумрудно-зеленых полей неприглядную, желтовато-коричневую пустыню выжженной, отчаянно молящей хоть о капле воды, земли.
   Погибли урожаи, затаились, скрываясь от изнуряющего зноя, звери и птицы. На фоне всего этого и без того не балующий прохладой каменный мешок города казался пыточной камерой.
   Впрочем, так оно и было. Только палачей люди назначали здесь себе сами - в собственном лице, единожды выбрав жизнь в шумном, переполненном как муравейник, и начисто лишенном связи с природой, селении.
   -Уеду... - прошептала сама себе пересохшими губами Тамара. Она уже трижды за эту ночь вставала под холодный душ, дабы хоть ненадолго прервать кажущееся нескончаемым испытание жарой. Но каждый раз душный зной наваливался с новой силой, лишая возможности уснуть и заставляя сознание мучительно тянуть секунды, делая темное время суток бесконечным. - Уеду обязательно! На Север, в Антарктиду, к черту на кулички, но уеду!..
   Девушка медленно села на постели. Закрыла глаза, ненадолго спрятав лицо в ладонях и с отвращением слушая, как мерно гудит, перегоняя горячий воздух с одного места на другое, старенький вентилятор. Потом встала и пошла на кухню.
   Наскоро вскипяченная в микроволновке вода горячей волной вспенила в красной с черными иероглифами чашке растворимый кофе, заполнила ее почти до краев и принялась мстительно исходить горячим паром.
   Тамара скривилась и, достав из морозилки лед, бросила в чашку несколько полупрозрачных кубиков. Это лучше, чем ждать, пока кипяток остынет до желаемо-терпимой температуры - а без кофе проснуться невозможно.
   Еще один кусочек льда медленно проскользил по губам, щекам, лбу... Затем безжалостно полетел в раковину. Так можно все лето в холодильнике просидеть!
   Немного встрепенувшись, Тамара вернулась в спальню и, стремительно одевшись, взяла расческу и подошла к зеркалу. Отражение измученно глянуло на нее светлыми серо-зелеными глазами.
   Девушка недовольно склонила голову, невольно отметив темные, появившиеся от бессонницы круги и горячечный, вызванный жарой, румянец. Наскоро собранные в низкий хвост светло-русые волосы, нисколько не улучшили картину. Но теперь Тамара хоть немного стала соответствовать своему возрасту - двадцать семь лет.
   А ведь скоро уже двадцать восемь... - со вздохом подумала девушка и почему-то посмотрела на часы. Большие, деревянные, с боем, доставшиеся еще от прабабушки, они лениво покачивали маятником, мерно и завораживающе провожая секунды в вечность. Одну за одной.
   Стальная стрелка в который раз щелкнула, послышался треск раскручивающейся пружины, потом закономерная тишина и... Вполне ожидаемый бой почему-то заставил Тамару вздрогнуть всем телом и покрыться испариной.
   Девушка покачала головой, укоризненно глянув на старые часики, и стремительно вышла из комнаты.
   - Мяу? - огромный дымчато-серый с белыми пушинками кот, зевнув так, что едва не вывихнул челюсть и вопросительно уставился на хозяйку, мрачно оглядывающую коридор в поисках второго шлепка.
   - Пойдешь со мной? - Тамара, наконец, увидела пропажу под шкафом и теперь, обувшись, стояла возле двери, одной рукой сжимая кружку с кофе, а второй - поигрывая ключами.
   - Мя-яу?! - кот посмотрел на нее, как на сумасшедшую. Глубокая ночь по его личному домашне-кошачьему мнению, для прогулок во всяких там темных дворах и подворотнях явно не подходила. А вот для сна - да. Чем кот и занимался, пока заполошно мечущаяся хозяйка его не разбудила.
   - Я так и поняла, - краешком губ улыбнулась Тамара и щелкнула замком.
  
  
   ***
   На улице было градуса на два ниже, чем в квартире - и это уже казалось раем. К тому же по двору гулял легкий, почти прохладный ветерок, не иначе как случайно забредший в город и, заблудившись, забившийся как испуганный зверек в каменный квадрат, образованный четырьмя кирпичными домами.
   Оглядевшись, Тамара осторожно присела на железную оплетку низкого заборчика, отгораживающую от людей маленький, поросший бурьяном, успешно чередующимся с какими-то ночными цветами, палисадник.
   Лавочек возле подъезда давно уже не было. Компания молодежи, изредка на них собиравшаяся, пару раз помешала кому-то там спать, после чего скамеечки ликвидировали, на всякий случай выдернув их с корнем и лишив всякой надежды на восстановление.
   Мда. Тамара попробовала устроиться поудобнее, однако задачей это оказалось фактически невыполнимой.
   "Зато не усну", - мрачно подумала девушка и, отхлебнув кофе, закрыла глаза, подставляя лицо прохладному ветерку.
   Во дворе царила душная, навевающая дрему тишина. Все вокруг было укутано теплым, расплавляющим сознание маревом. Воздух пропитался пряным ароматом ночных цветов. И Тамара, сама того не замечая, погрузилась в таинственно-отрешенное состояние покоя и умиротворения, которого так не хватало ей в обычной жизни...
   - Что, не спится? - хриплый добродушный голос пробился словно сквозь вату, поначалу показавшись девушке мистическим порождением царившей вокруг тишины. Тамара медленно заворожено повернула голову в сторону звука. Рядом с ней на кованую оградку палисадника присела немолодая, простенько одетая женщина: - Или просто одиночество любишь?
   Тамара разочарованно вздохнула и досадливо тряхнула головой, нехотя расставаясь с наваждением и возвращаясь в реальность. Разговаривать ей не хотелось совершенно, тем более сейчас. Но женщина сидела и ждала, внимательно наблюдая за реакцией девушки и, Тамара, куснув губу, все же ответила:
   - Без людей плохо, а с людьми еще хуже. Надоело все. До чертиков. А деться некуда...
   - А муж? - женщина искоса глянула на левое запястье девушки, где, продетое сквозь золотой браслет, болталось тоненькое обручальное колечко.
   - Развелась. - Тамара равнодушно пожала плечами, потянулась к украшению, но, коснувшись его, тут же убрала пальцы. Ну не могла она его выбросить! Не могла! И на палец надеть тоже не могла. Так и носила на запястье...
   - Бил?
   - Пил, - бесцветным голосом отозвалась Тамара и, понурившись, посмотрела себе под ноги. Недалеко от почти босых - в легких летних шлепках ступней, валялись, сверкая острыми хищными краями, осколки водочной бутылки. Девушка нагнулась и, взяв один из них в руки, посмотрела сквозь него на высветленное рассветом небо.
   Не любила она случайных знакомых, попутчиков, соседей. Терпеть не могла заговаривать с кем-то в очереди, на остановке, в автобусе... Но люди почему-то совсем этого не чувствовали, наоборот, словно специально, частенько выбирали из толпы именно ее - и принимались рассказывать о себе, жаловаться, либо наоборот выворачивать ей душу.
   Впрочем, Тамара этому не препятствовала, с некоторых пор относясь к этому философски - раз так происходит, значит так и должно быть. Знала, что своим незримым участием и сочувствием дарит людям капельку радости, помогает сбросить с плеч тяжкий груз... Знала, но все равно не любила.
   - А я дурочкой была, восемнадцатилетней, не разглядела, - небо сквозь покрытое пылью стеклышко выглядело замызганным и неприглядным. Нежные акварельные краски, которыми оно было напитано, растворились в грязно-серых разводах и теперь едва угадывались. Тамара покачала головой и выбросила осколок подальше - смотреть на эту картинку совершенно не хотелось. - А может, и не хотела видеть. Не важно.
   Тамара замолчала и сделала последний глоток давно остывшего кофе. Пускаться в воспоминания, а уж тем более рассказывать о них девушке совершенно не хотелось.
   Да и рассказывать-то особенно нечего. Все до противного банально.
   Влюбилась и вышла замуж. Казалось, он надежный, сильный, уверенный. Сердце не обмануло, Ваня и был таким - на десять лет ее старше, обстоятельный, добродушный, обожающий свою молодую жену. Он мечтал о большой семье и радостно, с размахом строил планы на будущее... Пока не запил.
   Казалось бы, ну что здесь такого - уволили с работы! Но Ваня, видимо, просто искал повод. А потом пошло-поехало. Тамара пыталась и разговаривать с ним, и возила к врачу, и прятала деньги. Сходила с ума от безысходности, глядя, как муж прямо на глазах гаснет и превращается в сущее чудовище.
   ...Это потом только она узнала, что Ваня пил и раньше, и что только два года назад "завязал", а теперь просто-напросто сорвался. Только потом, когда приехала к Тамаре каяться и просить прощения за то, что об этом умолчала, его мать.
   Тамара не знала, почему так происходит. Что толкает людей на столь бессмысленную и к тому же уничтожающую все вокруг смерть от алкоголя. Иногда ей казалось, что ее Ваня просто исчезает куда-то. В редкие дни трезвости, когда агрессия еще не брала верх над его разумом - добродушный и любимый муж словно возвращался, просыпаясь от долгого сна. И каждый раз в Тамаре рождалась надежда - а вдруг наладится?
   Однако вскоре Ваня перестал "возвращаться" совсем. Любой разговор о лечении приводил его в бешенство, переходящее в драку. Поняв, что однажды муж ее просто-напросто убьет - Тамара подала на развод и разменяла оставшуюся ей от бабушки квартиру.
   Жалела ли она себя? Нет, ни сколько. Видимо получила, что заслужила. Скорее Тамара чувствовала себя предательницей. Да, она купила Ване комнату в общежитии и частенько приезжала к его матери - помогала деньгами (неуправляемый сынок бывало забирал всю ее пенсию), но все равно осадок на душе был горький, и все время мучила мысль, все ли она сделала или все-таки можно было что-то изменить?..
   - У меня сын был... - тяжело вздохнув, прервала затянувшееся молчание женщина. - Хороший такой мальчонка, умненький, симпатичный. Учился на пятерки. В школу музыкальную ходил. Отзывчивый такой, друзья его любили... А однажды прихожу с работы домой, а его нет. И рюкзака его нет. И обед, что я на плите оставила, нетронутый... Я час подождала, два... Хотела уже друзей его обзванивать, а тут крик с улицы... Страшный такой, непонятный... У меня аж сердце зашлось, а потом оборвалось все - поняла, что с ним что-то случилось... - женщина прикусила губу и невольно сжала ткань платья ладонью. Потом тихо, бесцветно выговорила: - С крыши он сорвался. Он высоты так боялся... А тут мальчишки его дворовые затравили - мол, маменькин сынок, трус. Он расстроился, убежал, целый день где-то сидел. А вечером пришел во двор, сказал всем, что он не трус и полез на чердак - доказывать. Оттуда на крышу. Она покатая у нас такая... Оступился и упал. А я... понимаешь, если бы я не ждала тогда, а сразу друзьям его позвонила или на улицу вышла - может, задержала бы его как-нибудь... или поймала бы, или... Он же с нашей крыши упал! С нашей!! А я дома сидела и не почувствовала даже ничего!..
   Тамара с ужасом посмотрела на женщину. Рассветная дрема вмиг спала, словно пелена с глаз. Мир вновь вывернулся черной, изнаночной стороной, в осколки разбивая очарование утра.
   - Не вините себя. Откуда же вы могли знать?.. - вырвавшиеся слова показались девушке глупыми и наивными. Наспех брошенная фраза - скорее обожгла, чем выразила сочувствие, и от этого Тамара почувствовала себя еще хуже.
   - Ниоткуда. - Женщина повернулась и, не мигая, посмотрела девушке в глаза. - И не должна была знать. Но только принять я этого не смогла. И пережить - тоже...
   Тамара вздрогнула, а незнакомка вдруг резко подалась вперед и хрипло выдохнула:
   - Беги! Беги отсюда! Куда угодно - в другой город, в деревню, село! Ты же чувствуешь, что жизнь это не твоя - чужая! Что сама себя обманываешь! Или я не вижу, как ты маешься? Как ревешь по ночам в подушку? Кому легче от этого? Ничего ты уже не изменишь, поверь мне! И беги!
   - Но откуда вы... - девушка почувствовала, как сердце заливается холодным неприятным чувством неправильности происходящего.
   - Какая разница?! - незнакомка резко отвернулась, потом медленно встала и, отойдя на пару шагов, вдруг обернулась и тихо горько заговорила: - Знаешь, раньше я плакала и убивалась из-за того, что не силах была предугадать. Теперь я вижу многое, но по-прежнему не могу никому помочь - люди привыкли слушать, но слушают они только себя... Уезжай, Тамара, не ломай свою жизнь. Ты ведь и сама понимаешь, что я права. Просто боишься что-то менять. А судьба у тебя намного прекраснее, чем тебе кажется...
   - Кто вы? - Тамаре по-настоящему стало страшно. Стих ветер во дворе. Стояла плотная звенящая тишина. Казалось, что город вымер, оставив жить только их двоих.
   - Меня зовут Валентина. Валентина Александровна, - помолчав, женщина задумчиво склонила голову, потом криво улыбнулась: - Сейчас сюда дворничиха придет - Марина. Я ее подруга, давняя, со школы еще. Захочешь - расспросишь обо мне, заодно привет ей передашь. Да, и скажи, что я соскучилась сильно и жду ее к себе в гости. - Девушка молча, как-то странно посмотрела на незнакомку и немножко отодвинулась назад. - А слова мои, - на прощанье сказала женщина, - постарайся хотя бы услышать...
   Незнакомка повернулась и стремительно пошла в сторону арки-выхода из двора. Тамара заворожено смотрела ей вслед, не в силах вымолвить не слова.
   Быть может, ей показалось, но как только женская фигура скрылась из виду, стремительно налетел ветер, словно лавина начали нарастать звуки - запели птицы, послышался звон проезжающего по рельсам трамвая, где-то вдалеке замяукала кошка. Стало совсем светло, и город потихоньку ожил.
   Из соседнего подъезда вышел, практически толкая перед собой упирающегося пса, мужчина. Оба синхронно, во все имеющиеся зубы, зевнули, обменялись очень мрачными взглядами и пошли выгуливать друг друга.
   Из Тамариного подъезда выскочила, сверкая нездоровым фанатизмом в глазах, вечно худеющая соседка-студентка. Буркнула "доброе утро!" и стремительно поскакала на пробежку - в летний период она старалась отбегать по холодку, до восхода солнца, чем очень гордилась. Но сегодня все-таки была суббота, и радости ей это явно не прибавляло.
   Вместе с так стремительно выкатившейся на улицу жизнью, ночной разговор все больше стал казаться Тамаре наваждением, стираясь, размывая свои границы. А может и вправду, все это ей привиделось? Жара, усталость, плохое настроение, мало ли...
   За спиной зазвенели ключи, послышался щелчок замка, скрип двери, неспешное шуршание. Задумавшаяся было девушка, обернулась и увидела старенькую, опрятную женщину, достающую из небольшой каморки возле подъезда нехитрый инвентарь.
   Тамара куснула губу и тряхнула головой. Опять накатило какое-то странное чувство неправильности и нереальности происходящего. Но любопытство взяло верх, и девушка, помедлив, все-таки встала и подошла к женщине. Немного замявшись и подбирая слова, потянулась и тронула старушку за плечо:
   - Простите... Вы Марина? Дворник?..
   - Не...- Обернувшаяся женщина смерила ее взглядом и лукаво усмехнулась. - Я ведьма. Сейчас, погоди, веник достану и полечу. Или, может, ты хочешь?
   Тамара устало и обиженно потерла лоб, поняв, что глупость сморозила еще раньше, чем начала, собственно, рассказывать историю.
   Старушка увидев ее смущение, добродушно рассмеялась:
   - Не обижайся, я же не со зла! Ну да, дворничиха я, Марина. Кто бы тут кроме дворника с метлами возиться стал? Я уже лет пять этот двор убираю, всех знаю. Тебя, между прочим, каждый день вижу - ты на работу чуть ли не раньше всех выходишь, кстати, даже здороваешься иногда...
   Девушка осеклась, отвела взгляд. Она фактически ни с кем из соседей не общалась и, пробегая мимо кого-то из них, машинально, на автомате здоровалась, даже не всматриваясь в лица, и тут же об этом забывала. Вспомнить дворничиху Тамаре не удалось, и она досадливо дала себе мысленное обещание быть внимательнее к людям и событиям.
   - Ты чего хотела-то? - вывела девушку из раздумий старушка.
   - Вам... - Тамара замолчала, не зная как правильно начать. - Вам Валентина Александровна привет просила передать, сказала, что соскучилась по вас, в гости ждет...
   - Кто?!.. - переспросила женщина.
   - Валентина... - Девушка почувствовала себя сумасшедшей. - Женщина такая темненькая. Я с ней разговаривала здесь недавно. Разговор такой странный был... А потом она сказала, что вы подруги, школьные... - Тамара вдруг замолчала - "школьные" подруги имели разницу в возрасте лет двадцать - той едва ли было пятьдесят, а этой уже не меньше семидесяти.
   - Ох ты, господи! - старушка быстро перекрестилась. - Ты путаешь чего-то! Валечка умерла. Восемнадцать лет назад. У нее сынок сначала помер, с крыши упал, а потом и она сама себя горем извела и от приступа умерла...
   Тамара стремительно побледнела:
   - Но я разговаривала с ней! Валентина Александровна! - девушка снова повторила имя, где-то в глубине души надеясь, что это бред сейчас закончится и дворничиха скажет, что шутит. - И про сына она мне рассказывала, и про крышу... И про вас.
   Старушка испуганно замотала головой:
   - Прекрати! Умерла она - вот тебе крест! Не знаю я, кто и что тебе нарассказывал, но я сама ее хоронила! Так что иди-ка ты лучше домой!
   В сознание Тамары закралась страшная догадка:
   - А где она жила?.. - побледневшими губами еле слышно выдохнула она.
   - Здесь жила! В этом самом подъезде! - женщина пошла в испуганно-агрессивную оборону, желая, во что бы то ни стало, отвязаться от безумной девчонки. - В сорок седьмой квартире! Продали ее потом и не раз! Зачем тебе?..
   Мир перед Тамарой качнулся, замельтешив черными блестками. Потом пугающе медленно, неумолимо слился в огромную темную змею и, обвив девушку тугими, удушающими кольцами, обрушился в бездонный беспросветный колодец.
  
   Звякнула и рассыпалась на мелкие алые черепки ударившаяся об асфальт чашка. Осыпающееся золотыми песчинками время, вспенилось зыбкой волной и накрыло рассветное небо, выпуская на волю солнце. Встрепал небо ветер.
   ...Странный сегодня был рассвет. Неестественный. Словно кто-то рассыпал по небосводу золотисто-рубиновую, сверкающую мельчайшими частицами, пыль...
  
  
   Глава 2.
  
   Все субботу Тамара прометалась в бреду. Упав на улице, она сильно ударилась головой, расшибла локоть, но все это и в сравнение не шло с тем, что творилась у нее на душе.
   Девушка словно окунулась в ночной кошмар. Она не знала, кто привел ее домой, помнила только, как причитала и почему-то жалела ее дворничиха Марина. Вроде бы еще приезжали врачи, говорили, что у нее сильный стресс и переутомление, что нужно отдохнуть, полежать, а еще лучше на недельку другую куда-нибудь уехать.
   При слове "уехать" у Тамары внутри все сжималось, переворачивалась и перед глазами снова представала та женщина, Валентина, ее безумный взгляд и странная просьба. А еще двор. Их двор, только словно бы много лет назад. Там не было еще кованых оплеток вокруг палисадников, везде стояли лавочки, и как-то по-другому шелестел ветер...
   Когда Тамара выныривала из липкой паутины сна и просыпалась - ей казалась, что она находится не у себя дома, а в какой-то чужой квартире. Вот здесь, в этой комнате, жил, наверное, тот мальчик. А, может быть, здесь же жил и тот молодой человек? Ну... чьи родственники продали ей эту квартиру? И почему они ей ничего не сказали? И почему молчали обо всем этом соседи? Хотя Тамара и сама никогда не стремилась к задушевным разговорам с ними - вот и получила...
   Было очень жарко, невозможно. Воздух плавился, превращая и без того наполненную безумием атмосферу в ад. Никак не хотел остывать заваренный чай. На одной ноте орал некормленый кот. Сломался вентилятор.
   Тамара боялась снова уснуть - боялась окунуться снова в тот прошлый мир, зачем-то услужливо подсовываемый ей миром сновидений...
   ...А вечером, когда обезумившее сознание уже перестало сопротивляться, к Тамаре вдруг пришло успокоение. Резко, внезапно. Накрыло с головой ледяным колпаком безразличия, опустошило мысли, рассыпало темным, никому не нужным песком чувства. Словно и не было ничего. И больше не будет.
   Тамара медленно и отрешенно встала с дивана и подошла к окошку. Ночь снова вступила в свои права. Но была на этот раз совсем другой. Нет, царила все та же немыслимая отупляющая духота, сонно и вяло гуляли по улице измученные дневным пеклом люди, не в силах зайти в кирпичные коробки квартир, и, так же как и всегда, разносился по округе грохот трамвая, грузно движущегося по рельсам, светила все та же луна... Но теперь все стало по-другому. Теперь для Тамары все это было чужим, далеким, словно она не жила в этом мире, а наблюдала за ним со стороны. И то, что она видела, казалось ей грустной и злой сказкой, высвечивающей все темные стороны жизни.
   Постояв с полчаса, девушка все также безразлично отошла от окна и, медленно оглядев комнату, задержала взгляд на коте. Тот, все это время отчаянно наблюдающий за хозяйкой, поймал долгожданный взгляд и, глухо мяукнув, подбежал к ней и осторожно тронул за ногу мохнатой лапкой.
   Тамара склонила голову и посмотрела на животное странным пронизывающим взглядом. Кот вздрогнул всем телом и резко отпрыгнул назад.
   Девушка сделала быстрый шаг и, внезапно подхватив испуганного зверька, пошла в кухню. Кот взбил лапами воздух, отчаянно мяукнул, но вырываться не стал. Не спуская любимца с рук, Тамара налила ему воды, насыпала корма, разморозила в микроволновке кусочек вареной рыбы. Бросив зверька возле наполненных едой мисок, осторожно присела рядом с ним на пол. Поджала колени к груди и, обняв себя руками, устало прислонилась спиной к стене.
   Кот благодарно мяукнул и, жадно напившись, принялся с урчанием поедать рыбу. Некоторое время девушка просто бездумно сидела, глядя на него, затем прилегла на пол и тихо, неожиданно для себя уснула.
   ...И не был помехой тому сну ни жесткий деревянный пол, ни обжигающе горячий воздух летней ночи, ни жалобное мяуканье кота, отчаянно не понимающего, что случилось с его хозяйкой и почему она не просыпается даже тогда, когда он трогает лапкой ее лицо и тыкается мордочкой в ладонь...
  
  
   ***
   Выжженная, покрытая глубокими трещинами бурая дорога вела в бесконечность. По краям от нее раскидывались сочные изумрудно-зеленые луга, наполненные свежестью и прохладной негой природы. Тут и там мелькали вкрапленные в сплошную травяную тонь яркие прекрасные цветы. Откуда-то доносился свежий, ни с чем не сравнимый аромат речной воды, плескался в кудрявых облачках ветер.
   Все это было так близко, так реально. Но как только Тамара делала шаг в сторону луга, как картинка начинала дрожать, идти волнами, а затем вдруг незримо быстро отодвигалась.
   Девушка пробовала и бежать, и идти, и стоять на месте - но ничего не менялось. Она все равно оставалась посередине дороги, а неизменный пейзаж все также дразнящее играл с ее волосами ветром.
   Тамара была босиком, в простом темно-сером платье, с распущенными волосами. Девушка была совершенно одна. Как она здесь оказалась и куда идет - она не знала. Знала только одно - назад пути нет. А поэтому нужно идти вперед, босиком, по горячей, выжженной дотла дороге.
   Здесь не было времени. Как не было и усталости. Тамаре то чудилось, что она идет по этой дороге целую вечность, что старость уже пригибает к земле старое немощное тело и даже виделись собственные седые пряди, слабо и безжизненно развевающиеся на ветру. То казалось, что она совсем ребенок - маленькая золотоволосая девочка, внутри которой билась через край жизнь и радость познания.
   Тамара словно колебалась на чаше весов, не зная, что ей выбрать.
   Наконец, она остановила обе чаши, балансируя на хрупкой грани равновесия между ними, и спрыгнула с весов.
   Обжигающая пыль дороги не смогла заглушить потоков прохлады, внезапно повеявших от лугов и обвивших тело Тамары свежей пеленой. Не сбавляя шага девушка раскинула в сторону руки, на мгновение закрыла глаза, купаясь в прохладе... Но вдруг отдернула ладони, тревожно и испуганно глядя на покрытые тающими снежинками побелевшие от мороза пальцы. Там, по краям дороги, где начинался живой весенний луг, царил мертвый холод.
   Тамара растеряно потерла кончики пальцев и, зажмурившись, отчаянно мотнула головой, не понимая, как такое вообще может быть. А когда снова открыла глаза - вместо бескрайних лугов зияли два бескрайних обжигающих пространства - слева простиралась в бесконечность плавящая в дымное марево воздух горячая пустыня, справа - безбрежная снежная тонь, изредка вспыхивающая искристыми солнечными отблесками.
   Тамара глубоко судорожно вздохнула и, обняв себя за плечи руками, остановилась. Дорога тут же обожгла ступни, заставляя сделать невольный шаг вперед. Мираж тем временем дрогнул и вдруг перетек один в другой, поменявшись местами. Тамара, снова оказавшаяся на чаше весов вдруг, поняла, что оба края дороги - просто отражения. Зеркальные отражения друг друга. А зеркало... Тамара зажмурилась и снова открыла глаза - вместо пустыни по краям простиралось синее море. Оно лилось сверху, так, что девушка будто бы находилась в толще прозрачной, но темной, сумеречной воды.
   Тамара с ужасом пригнулась. Она всегда боялась глубины, с ее неизведанными, мистическими тайнами.
   В ту же секунду по правую ее руку мелькнул полуразрушенный затопленный город, оскалился остовыми домов, смазанными линиями улиц, где когда-то, наверное, счастливо жили люди.
   Девушка отшатнулась, закрыла лицо руками и тут же услышала детские крики и смех - она вдруг оказалась внутри того самого города, но тогда, когда он дышал еще жизнью.
   Теперь Тамара шла через его центр, по все той же бурой и выжженной дороге, а многочисленные жители, абсолютно не замечая ее, привычно сновали по своим делам, периодически пересекая ее тропу.
   Осмелившись, девушка вновь протянула руку к краю дороги и, вскрикнув, тотчас же отдернула ее - пальцы нестерпимо обожгло невидимым, но оттого не менее горячим пламенем.
   Видение снова закачалось и, разбившись в мельчайшую пыль, в мгновение ока собралось снова. Но только теперь одна половина города - слева от Тамары - жила своей жизнью, со смехом, радостью, делами. А вторая - мертвой и пустой могилой зияла затопленными остовами домов. Люди, пересекая бурую дорогу, внезапно исчезали в пугающем наваждении.
   - Хватит!.. - не выдержав, что есть силы закричала Тамара, закрывая голову руками. - Хватит! Что я сделала не так?!.. За что мне весь этот кошмар?!.. - она не удержалась на ногах и рухнула на четвереньки, зажмурилась, зашептала: - Я не знаю, зачем все это... Я не понимаю... Я не хочу больше. Мне страшно. Мне плохо. Почему я должна идти по этой дороге?.. Здесь везде пустота и смерть. Я боюсь! Я не хочу...
   Локти и колени нестерпимо жег жар бесконечной, ведущей в никуда дороги. Вздрагивая всем телом, Тамара горько плакала, закрывая лицо обожженными ладонями.
   "Нужно идти, идти... - ... уговаривал ее внутренний, сходящий с ума от боли голос. - Нужно идти, нельзя останавливаться. Иначе умрешь... Вперед, пожалуйста, вперед..."
   Тамара медленно встала на колени и вскинула заплаканное лицо к небу. Была глубокая чистая ночь. Пронизанный звенящей пустотой воздух пропускал через себя свет миллионов звезд. И небо двигалось... Весь небосвод единой картиной смещался куда назад, за спину, открывая все новые и новые пласты звездного пространства - девушка словно неслась сквозь него.
   Дорога вдруг перестала обжигать ноги. А может быть, Тамара просто притерпелась и перестала воспринимать жар или обожглась настолько, что потеряла чувствительность.
   - Я никуда не пойду, - тихо, едва слышно прошептала звездам девушка. - Не пойду! - и, резко поднявшись, срывая голос, закричала: - Я остаюсь здесь! Слышите?! Здесь!!..
   Небо вспыхнуло яркими цветными пятнами и загорелось. Все вокруг закружилось, задрожало от внезапно налетевшего ураганного ветра. Дорога превратилась в зыбучую песчаную топь, и Тамара почувствовала, как медленно и неумолимо она затягивает ее ноги, лишая возможности двинуться. Весь окружающий мир качался, стонал и даже, казалось, плакал, как ребенок.
   Девушка упрямо стояла посередине. Ноги ее уже по колено были в песке, руки скрещены на груди, глаза закрыты. Платье трепал и рвал ветер, он же безжалостно стегал длинными распущенными прядями по бледным обескровленным щекам.
   "Либо сейчас, либо никогда, - безнадежно думала Тамара. - Лучше сейчас. Потому что сойти с ума еще страшнее..."
   А пространство тем временем плело вокруг невидимые нити, укутывая девушку в ледяной непроницаемый кокон. Смешавшиеся в единую сверкающую пыль осколки мироздания свернулись в огромную, переливающуюся вокруг Тамары сферу, а затем остановились.
   Внезапно стих ветер, наступила сумасшедшая пронзительная тишина. Девушке показалось, что она ясно слышит стук своего собственного сердца. Песчаный капкан под ногами прекратил движение.
   Так продолжалось несколько томительных бездонных минут, а потом иллюзорный мир начал исчезать.
   Тамара не понимала, как это происходило - толи она сливалась со странной действительностью, толи та с ней. Но затопивший все вокруг свет от вспыхнувшей сферы внезапно удалил ей в грудь и, пройдя по позвоночнику, затопил все тело. Ледяной кокон распался на снежинки и каждая из них, коснувшись Тамары, принесла чистоту, покой и безграничное умиротворение. А еще силу. Светлую, первозданную, давно забытую силу и яркий солнечный свет... Словно кто-то зажег давно потухший в груди огонек.
   ...Тамара счастливо рассмеялась. Мир вернулся к своей обладательнице, перестав мучить странными картинками. Впервые за всю свою жизнь девушка обрела равновесие.
  
  
   Глава 3.
  
   Это был совершенно другой мир. Чем-то похожий на земной, но другой. Он был ярче, светлее, возвышеннее. В нем царила первозданная чистота и свобода. Прозрачным пьянящим воздухом невозможно было надышаться, как невозможно было отвести глаз от открывающегося перед Тамарой вида.
   Она стояла где-то очень высоко, на покрытой нежной зеленой травой площадке, а внизу простиралась огромная солнечная долина, переходящая в светлую искрящуюся морскую гладь. Рассветное небо переливалось нежными прозрачными чистейшими красками, обнимая ласковое сонно щурящееся солнце. Все вокруг здесь было напоено жизнью. Каждый листочек, каждое облачко, каждая камушек. И Тамаре казалось, что еще вот-вот и у нее самой вырастут крылья, а переполняющее изнутри счастье выплеснется наружу и закружит ее в блаженном танце бытия.
   Девушка счастливо раскинула руки и закрыла глаза, отдаваясь потоку легкого, царившего здесь невидимым странником прохладного ветерка.
   - Неужели, наконец, соскучилась по нормальной жизни? - за ее спиной прозвучал мягкий добродушный мужской голос, на плечо легла теплая ладонь.
   Тамара вздрогнула и недоуменно обернулась. На нее с улыбкой смотрел немолодой уже светловолосый и синеглазый просто одетый мужчина. Девушка удивленно склонила голову:
   - О чем вы?..
   - Ну... - недоговорив, мужчина вдруг внимательно присмотрелся к ней, а потом уточнил: - Ты вернулась или снова уйдешь?
   - Я не понимаю... - Тамара чувствовала себя очень странно. Ей мучительно казалась, что она здесь уже была, что все вокруг знакомое и родное, но... совсем-совсем забытое. И даже стоящего перед ней мужчину она откуда-то знала, но откуда - вспомнить не могла. В памяти словно бы зависло плотное облако, не дающее разглядеть это странное, приходящее на уровне интуиции, знание.
   - Зато я понял, - разочарованно вздохнув, ответил мужчина. - Пойдем, я тебя отведу. - Он махнул рукой в противоположную от спуска в долину сторону и, Тамара, проследив за его жестом, увидела, как расплескалось, плавно уходя по возвышенности вверх, золотистое, колышущееся от ветра пшеничное поле, после немного сбегая вниз и переходящее в сочную, изумрудную зелень молодого леса.
   Не получив от зачарованно смотрящей вдаль девушки никакого ответа, мужчина просто развернулся и пошел в сторону поля.
   Дождавшись, пока абсолютно ничего не понимающая Тамара его нагонит, ускорил шаг и, глянув на нее, проворчал:
   - И чего вас на эту Землю отправляют? Семьдесят лет жизни - потом сто реабилитации! Душу в клочки рвете, потом ее восстанавливать замучаешься, выглядите как зомби, не узнаете никого. Кому это надо?..
   Девушка как-то странно на него посмотрела, потом неуверенно пожала плечами. Мужчина в сердцах махнул рукой:
   - Да что с тобой разговаривать, ты ж как кукла сейчас! Ни памяти, ни знания!
   - Перестаньте, пожалуйста, меня оскорблять, - вполголоса попросила Тамара. Вспомнить мужчину у нее так и не получилось, но тон, с которым он к ней обращался, что-то там для себя уяснив, ей совсем не нравился.
   - Говорю что есть, - отмахнулся мужчина. - Если с вами со всеми каждый раз заново знакомиться - с ума сойдешь. Вот когда "вернешься" совсем - тогда нормально и поговорим.
   Тамара благоразумно смолчала, куснула губу и замедлила шаг. Нахоженная извилистая тропинка, бегущая сквозь золотистое поле, позволяла идти только друг за другом, но постепенно отдаляющиеся, а потом и вовсе затихшие позади него шаги, заставили мужчину раздраженно обернуться.
   Тамара стояла чуть поодаль, нахмурившись, скрестив на груди руки и упрямо наклонив голову.
   Замкнутая стала, грустная, - отстраненно глядя на нее, подумал мужчина. Не ладится у нее что-то что ли? Но хоть уровень не понизила...
   - Ну и чего ты там встала? - вслух обратился он к девушке.
   Тамара мрачно глянула на него, потом ответила:
   - Я с вами не пойду.
   - А почему до этого шла? - с усмешкой поинтересовался мужчина.
   - Не знаю, - помолчав, честно ответила девушка. - Но ведете вы себя очень странно.
   Незнакомец невольно улыбнулся - он уже столько раз выслушивал подобные речи в свой адрес, что мог спокойно собрать коллекцию. Это еще кто здесь себя странно ведет...
   - К тому же я не знаю, кто вы и куда мы идем, - упрямо продолжила Тамара.
   Улыбка незнакомца слегка покачнула ее уверенность и показалась издевательской - как будто она и вправду не понимает чего-то очень важного. Так пусть тогда объяснит! - обиженно подумала она.
   - Да как я тебе объясню, - добродушно вздохнул мужчина. Он не умел читать мысли, просто уже наизусть выучил разыгрывающиеся по одному и тому же сценарию диалоги. К тому же, в девяносто девяти случаях из ста - такие разговоры начисто вылетали из памяти его подопечных, не восстанавливаясь даже после возвращения. Поэтому и разговаривать на промежуточном этапе он не любил - вроде бы хорошо знакомый тебе человек, а смотрит так, как будто в первый раз видит, да еще и нападает, а пробуешь что-то объяснить - все вылетает в трубу, будто сам с собой общался. Бессмысленно.
   - Как-нибудь! Я пойму! - Мужчина снова улыбнулся, девушка вспыхнула от ярости, но продолжила: - Постараюсь понять.
   - Ладно, - наконец, сдался мужчина. - Только пойдем, а то время идет, а у твоего кота вода в миске уже почти закончилась. Хочешь, чтобы он от жары умер?
   - Нет, - вздрогнув, быстро ответила Тамара и стремительно пошла к мужчине, с тревожным интересом спросила: - А откуда вы про кота знаете? А я что тогда, получается, умерла?
   - Если б ты умерла, ты бы на меня тогда так не смотрела, - усмехнулся незнакомец, и, повернувшись, пошел вперед.
   Про кота он не знал. Но зато знал девушку и помнил, как сильно она любит этих пушистых земных зверьков, поэтому, сказав наугад - попал в точку. Коты были ее неизменными домашними любимцами в любой земной жизни, а про жару недавно с красочной ненавистью рассказал ему один из "вернувшихся" из ее страны.
   - Вы обещали мне рассказать! - не выдержала Тамара и, нагнав мужчину, дернула его за рукав.
   - Я помню, - не оборачиваясь, отозвался он. - Давай, пробуй вспомнить теперь ты. Я - Варлам. Твой, да и не только твой, проводник. Отвечаю, так сказать, за безопасность переправы. Если бы ты там в своем бреду с миражами застряла - мне бы пришлось лезть и тебя вытаскивать, - сказал мужчина и, помолчав, проворчал: - Надо ж было такое придумать!
   - Придумать?.. - оторопела Тамара, потом возмутилась: - Все по-настоящему было! Я чуть с ума не сошла!
   - По-настоящему? - усмехнулся он. - Нет, дорогая моя, это всего лишь побочный эффект этой вашей хваленой земной жизни! - с легкой издевательской ноткой в голосе, продолжил Варлам. - Чтобы сюда вернуться нужно прийти в свое изначальное состояние, то есть в равновесие, иначе вообще никуда не попадешь. А какое после вашей планеты может быть равновесие? Правильно - никакого! Вот вы и мечетесь перед вратами в своих страхах и комплексах, которые сами себе напридумывали, пока, наконец, с собой не сладите. Кто с монстрами дерется, кто с людьми, кто с возрастом, - проводник слегка обернулся, и Тамара, покраснев, вспомнила, как чудилась ей собственная старость. - А кто-то вообще воды и песка боится, - добил девушку Варлам.
   - И что - все вот так, как я? - выдавила она из себя.
   - Нет, есть гораздо хуже, - серьезно сказал проводник. - Все от пройденной жизни зависит. Некоторых приходится силой вытаскивать и на реабилитацию отправлять, а только потом сюда. А реабилитация, знаешь, она надолго. Искалеченная душа - это тебе не царапина на коленке...
   - А зачем же мы туда... Ну, на Землю идем? - Тамара никак не могла определиться в своих ощущениях. С одной стороны все ее существо верило и будто бы знало, что все сказанное мужчиной - правда. Иначе - откуда он мог узнать про воду и миражи? Но с другой стороны ум отказывался принять это - поскольку логических объяснений происходящему не находилось. Но Варлам... Идущий впереди мужчина все больше и больше отзывался в душе девушки как очень хороший, добрый знакомый или даже друг. И Тамара все-таки решила довериться чувствам.
   - А вот я как раз и спрашиваю - чего вас туда всех несет?! - резковато ответил Варлам. - Есть куча гораздо более спокойных миров, где научиться можно не хуже этого. Но нет же - вы проситесь на Землю, а в результате восстанавливаетесь столетиями!
   - Значит, научиться? - выхватила из контекста интересующее слово девушка. Проводник не ответил.
   - Варлам!
   - По ускоренной программе, - наконец, сказал он. - Жестче мир - больше опыт, больше опыт - выше уровень развития. Ваша Земля - один из обязательных уровней. Одну жизнь там пройти обязаны все, а вот все остальные - это либо исправление, либо желание получить все и сразу в короткий срок. Что чаще всего.
   Повисла тишина. Тропинка потихонечку подходила к лесу, неспешно кренясь вниз - с небольшого пригорка. Тамара задумчиво вела ладошкой по верхушкам спелых, золотистых колосьев.
   - А почему у меня не спросили разрешения? - наконец, тихо спросила она.
   Варлам вдруг остановился и повернулся к Тамаре. Едва не столкнувшаяся с ним девушка отрешенно смотрела куда-то вниз, себе под ноги.
   - Насколько я помню - ты сама это выбрала, - ответил проводник. - Может, отработать что-то хотела...
   - Я не могла это выбрать, - уверенно сказала Тамара и подняла на него глаза. Мужчина с недоумением и тревогой отметил, как плещется в их глубине отчаянная обида. - Это бесполезный выбор. Мне нечего там делать. Я одна.
   - Ну и что? Может, ты одиночество отрабатываешь?
   - Нет, Варлам, ты не понял - у меня там нет цели, - девушка незаметно для себя перешла на "ты", голос стал жестче и холоднее. Что-то внутри абсолютно точно знало все, о чем она сейчас говорила. - Я ничего не отрабатываю. И не чувствую ни одной родственной души, ни одной задачи.
   - Вспомнила что ли что-нибудь? - с недоверием спросил проводник. От его внимания не ускользнул ни тон, ни резкая перемена, на мгновенье отразившая более привычную для него, не измененную последней жизнью, девушку.
   - Нет, - качнула головой Тамара. - Просто давно это поняла. И постоянно чувствую это - вот здесь, - девушка приложила руку к груди. - Мне ничего там не нужно, совсем и ничего не хочется. Вроде бы и жизнь крутится и дел полно, а мне мало, Варлам, неинтересно. Время уходит, а результатов никаких. Я постоянно хожу по кругу по своим же следам! Почему я там оказалась, а?..
   - Не знаю, - честно ответил мужчина. - Я сам был удивлен - ты прошла все, что хотела и больше на Землю возвращаться не собиралась. Тем более в свете последних событий и не должна была.
   - Каких событий? - спросила Тамара.
   - Земной мир готовится к перестройке, причем в скором времени, - хмуро сказал Варлам. - Ситуация стала неуправляемой, вместо развития идет деградация. Твой мир уже не учит, а калечит, а поскольку альтернативы нет - его, скорее всего, полностью обновят. Попробуют, по крайней мере, если планета сможет восстановиться после людского вмешательства. А тебя, насколько я помню наш разговор, должны были направить в другой, выше по уровню мир - ты еще так радовалась, что успела все дела до переворота закончить...
   - А ты знал, куда я иду?
   - Знал, - с некоторой долей раздражения, отозвался Варлам. - Вернее, узнал - когда тебя, уже подготовленную, привели и сказали, куда отправлять. Но в этом состоянии с человеком не поговоришь, бесполезно - при переправе память полностью отключают. Так что ищи ответ сама - может, вспомнишь, а, может, кто расскажет. Я в твои пути вмешиваться права не имею.
   Мужчина повернулся и молча пошел вперед. Поле закончилась. Тропинка вошла в прохладный, наполненный свежестью и птичьим щебетом лес и стала шире - давая возможность идти наравне.
   Обиделся на что-то? - озадаченно подумала Тамара, нагнав мужчину и украдкой глянув на его нахмуренное лицо. Под ногу попался круглый камушек и, задумавшаяся девушка, споткнувшись, едва не упала. Вернее упала бы, если бы Варлам не поймал ее за руку и не удержал, довольно резко дернув на себя.
   Ни на что он не обижался. Ну, разве что его чуть-чуть задело недоверие своенравной девчонки, так и не удосужившейся перед переходом рассказать ему о своих планах. Больше его беспокоило другое - слишком уж спонтанно произошел тот переход, незапланировано, а сейчас в словах и эмоциях девушки читалась явная, неприкрытая тревога. Неужели ее все-таки включили в группу защиты? Включили, не спросив разрешения?.. Но ведь этого же запрещено. Или?..
   - Варлам, а куда мы все-таки идем? - осторожно спросила Тамара, незаметно потирая потянутое запястье и ругая себя за неуклюжесть.
   - К твоему Наставнику, - ответил мужчина. - Скоро уже дойдем, немножко осталось.
   - К кому?!
   - Вот поэтому я молчал до последнего, - проворчал мужчина. - К Наставнику. Ты же все равно ничего не помнишь. А зачем он тебя из мира выдернул - я не знаю, поэтому даже не спрашивай. Болит? - он резко сменил тему, кивнув на руку девушки. Та нахмурилась и спрятала руку за спину:
   - Нет, нормально. - Куснув губу, спросила: - Лучше скажи... А какой из миров - настоящий?
   - В смысле? - не понял проводник.
   - Ну, если этот мир реальный, то земной, получается, нет?..
   - Вот глупость-то какая! - искренне удивился мужчина. - Все миры реальны. Абсолютно все. Просто все разные. Но во всех мирах жизнь абсолютно настоящая, не выдуманная и не игрушечная.
   - А как же тогда получается, что там умер, а здесь живешь?
   - Не знаю, - пожал плечами мужчина. - Умрем - узнаем, наверное. Хотя, кажется, эта присказка есть и на Земле.
   - А здесь можно умереть?!.. - оторопело переспросила Тамара.
   - Ну, не в том смысле, в котором ты сейчас понимаешь... - ответил Варлам. - Здесь не умирают, здесь "уходят". - Посмотрев на растерянное лицо девушки, проводник коротко объяснил: - Доходят до определенного уровня и "уходят", исчезают. Куда - никто не знает. Хотя некоторые потом возвращаются и становятся Наставниками, но у них что-либо узнавать бессмысленно - не ответят.
   - А уровень, - Тамара устало потерла лоб, - уровень жизнями в других мирах повышают?
   - Угу, - отозвался Варлам. - Причем довольно часто приходится, иначе форму потеряешь и на месте застрянешь.
   - И ты тоже? - удивилась девушка.
   - Ну да, - неопределенно ответил мужчина. - Чем я от других-то отличаюсь?
   О том, что он так же предпочитает Землю, выбирая на ней довольно сложные жизни, Варлам предпочел умолчать. Возложенная на него миссия "переправщика" отнимала слишком много времени, поэтому обучаться и поддерживать форму приходилось "скачками". Но это все-таки была необходимость, а не юношеский максимализм как у некоторых...
   - Не забивай ты себе этим голову, - серьезно сказал он Тамаре. - Тебе это сейчас вообще не нужно. Лучше смотри - вон деревня уже показалась, - он махнул рукой вперед, и девушка увидела, как распахнувшийся, словно ворота, лес обнажил черепичные крыши небольших аккуратных утопающих в зелени домиков.
   Тропинка стала светлее и вскоре, выйдя из тенистых зарослей, влилась в добротную широкую золотисто-песчаную дорогу. По ее краям искрилась росой сочная зеленая трава, тут и там вспыхивали яркие пятна крупных луговых цветов, воздух полнился пряным, кружащим голову ароматом.
   Сбежав вниз с небольшого пригорка, девушка первой прошла сквозь распахнутые, чисто символически обозначающие вход в деревню ворота. В обе стороны от них тянулся низенький светлый, видимо опоясывающий селение, деревянный забор.
   В деревне было тихо, свежо и спокойно. Раннее утро еще не успело разбудить ее жителей, а привычных Тамаре домашних животных, здесь видимо не держали. По крайней мере, ни ожидаемого петушиного крика, ни звонкого собачьего лая, ни задушевного мычания коров, девушка так и не услышала. Зато повсюду пели птицы - разноцветные, яркие, неведомые и невероятно красивые - они перелетали с дерева на дерево, с крыши на крышу и даже с любопытством садились на дорогу перед восхищенно смотрящей на них девушкой.
   - Как здесь хорошо! - прошептала Тамара, поворачиваясь к проводнику. Они свернули на боковую стежку и теперь шли в сторону от центральной дороги, по небольшой обрамленной высоким кустарником аллее.
   Варлам смолчал и криво усмехнулся. Помнится, в последний раз девушка отзывалась о деревеньке своего Наставника не так красочно - она и в сравнение не шла с расположенным неподалеку городом, но видимо для переоценки ценностей иногда хватает просто "замутненной" памяти.
   - Ой, Кыши-инчик!!! - восторженно закричала Тамара и побежала вперед по тропинке. Навстречу ей, издавая радостные повизгивающие звуки, несся глазастый, ярко-синий пушистый шар. В последний момент он коротко подпрыгнул на маленьких когтистых лапках и, взмахнув непонятно откуда появившимися треугольными полупрозрачными голубыми крыльями, рухнул прямо в объятья девушки. Лизнул ее в щеку длинным серебристым языком и громко протяжно заурчал. Прижимая животное к себе, Тамара обернулась к проводнику и стремительно побледнела.
   - Что? - обеспокоено спросил подошедший Варлам.
   - А откуда я знаю, как его зовут? - девушка покачнулась, едва не выпустив пушистый комочек, тот судорожно перецепился лапками, стараясь схватиться посильнее. - И вообще - кто это?
   - Тихо-тихо, - быстро отозвался проводник, видя, как в глазах девушки наравне с удивлением начинается плескаться страх, на всякий случай подошел к ней ближе. - Это питомец твоего Наставника - бирюзовый кынч. Ты его вообще-то очень любишь. А знаешь, как зовут... - мужчина озадаченно потер лоб. - Я думаю, это побочный эффект врЕменного перехода. Такое случается иногда...
   - Редко, - отозвался позади Тамары низкий хрипловатый мужской голос. - Чаще всего - это специально оставленные фрагменты памяти.
   - Алмар? - удивленно прошептала девушка и повернулась в сторону звука. На нее внимательно с легкой прохладой смотрел пожилой, одетый в потертые штаны и широкую серую рубашку мужчина. Он был высоким и худым, в темных коротко остриженных волосах мелькала седина, но глаза были на редкость ясные - светло-зеленые с темно-серым ободком радужки. Холодные и проницательные.
   - Он самый, - кивнул мужчина. - А ты сейчас, кажется, Тамара?
   - Да... - оторопело ответила девушка. Наставника он вспомнила сразу и безукоризненно точно. В чем именно заключалась его роль в ее жизни, Тамара не знала, но чувствовала, что слушаться его нужно беспрекословно и лишних вопросов лучше не задавать. По крайней мере, сейчас, когда ощущение того, что она что-то натворила все усиливалось, а под холодным зеленым взглядом хотелось съежиться и провалиться сквозь землю.
   - Тамара?.. - тихо и удивленно проговорил за ее спиной Варлам, и девушка запоздало поняла, что проводник, общаясь с ней, как с давней знакомой ни разу не назвал ее по имени. - Алмар!!..
   - Пойдемте в дом... - предупреждающе подняв руки и выразительно глянув на проводника, сказал Наставник.
  
  
   Глава 4
  
   Дом находился совсем рядом - за поворотом аллеи. Тропинка вела прямо к его порогу. Вернее крыльцу. Небольшому, деревянному, с двумя широкими поскрипывающими ступеньками, оканчивающимися старой рассохшейся дверью. Сам дом был довольно мрачноватым - сложенный из светло-серого камня с черной черепичной крышей, он казался выцветшим на фоне окружающей его яркой и сочной зелени.
   Однако внутри оказалось просторно, чистенько и уютно. Солнечный свет беспрепятственно проникал сквозь огромные, расположенные на восход окна, просачивался через тонкие полоски стекла, врезанные в крышу, и наполнял жилище теплым, умиротворенным спокойствием.
   Пройдя в одну из указанных Алмаром светлых комнат, Тамара тихонечко присела на край короткой деревянной скамейки возле стола. Висящий у нее на руках кынч подумал и, осторожно вывернувшись, спустился вниз и удобно устроился у девушки на коленях, сложив крылышки на спине как парус, а потом, уже засыпая, медленно убрал их в мягкую шерсть.
   Обстановка в комнате не баловала. Несколько лавок, пара столов, стул и длинный стеллаж с книгами по одной из стен. Небольшой палас в центре комнаты и странные, расставленные по углам черные шары.
   Один такой шарик, только поменьше, лежал в чаше на столе перед Тамарой, и девушка, потянувшись, дотронулась до него кончиками пальцев. Сфера, оказавшись на редкость противной, как желе, на ощупь, задрожала и легонько отблеснула под мелькнувшей по ней тенью от руки мелкими белыми искорками.
   Заинтересовавшись, Тамара пододвинула к себе чашу и, сложив ладони лодочкой, накрыла ими часть шарика. Из-под неплотно сомкнутых пальцев брызнул свет. Девушка, восхищенно вздохнув, немного приоткрыла "лодочку" и свечение слегка пригасилось, став более мягким и рассеянным. Потом снова закрыла.
   - Осторожно - он живой, - сказал бесшумно вошедший в комнату Алмар. Он слегка задержался, о чем-то разговаривая с Варламом в сенях, и теперь застал Тамару врасплох.
   Девушка вздрогнула от неожиданности и резко отдернула от сферы руки.
   - Ну не до такой степени, - усмехнулся Наставник. - Просто может заболеть от такого обращения, - после паузы добавил: - Это растение. Правда оно сейчас спит.
   - А-а... - Тамаре стало немного поспокойнее, но неприятный, обидный осадок от так грубо прерванной сказки все равно остался.
   Алмар взял стул и присел за стол напротив девушки. Молча посмотрел ей в глаза, словно что-то считывая, потом недовольно хмыкнул. Тамара, вмиг почувствовавшая себя как на первом экзамене, нервно положила руку на Кышина, и тот послушно, успокаивающе заворчал-замурлыкал.
   - Итак, Тамара... - наконец, задумчиво произнес Наставник. - Объясни мне, пожалуйста, только коротко - зачем ты упрашивала предоставить тебе свободу выбора, если не умеешь ей распоряжаться?
   Вопрос был задан тихим и спокойным голосом, но в воздухе ледяными иголочками повисло холодное колкое напряжение.
   - Я не понимаю, о чем вы... - опустив глаза, вполголоса ответила девушка.
   - Да что ты говоришь! - фальшиво удивился Наставник. - А, может быть, это я спутал все свои пути, загнал жизнь в тупик и теперь не знаю куда податься?!
   Тамара понурилась, куснула губу, потом проговорила:
   - У меня ничего не получается, мне неинтересно, нет ориентиров...
   - Ты мне еще здесь поной! - жестко осадил ее Алмар. - Неинтересно ей! У тебя была полная свобода выбора. Любые цели, какие душе угодно - ставь на здоровье и выполняй! Выбирай любой путь, любые условия! Единственная оговорка - приди к обозначенному мостку - и то, не сразу, а к двадцати семи годам! Там миллионы путей, Тамара, миллионы! - голос Наставника уже не бил, а хлестал наотмашь, заставляя девушку все больше и больше погружаться в невеселые мысли. - А что сделала ты?.. Ты лишила себя всего, загнала сама себя в угол, не исполнила ни одной мечты, полностью закрылась, чуть не понизила уровень!.. Как теперь это исправлять, а?!
   Тамара потерла лоб, на мгновение спрятала лицо в ладонях, потом молча посмотрела в окно. Картинка нарисованная Алмаром получилась грустной, но, к сожалению правдивой. Наставник прав - все, что она имела - все создала собственными руками. На подсознательном уровне она чувствовала это всегда, сказанная в лицо правда просто сдернула с глаз розовую пелену. Жалеть себя и клясть судьбу теперь не получалась - двоечницей, как ни крути, была именно она, Тамара. И самое обидное было в том, что она разрушила все не какими-то неправильными или наивными поступками, а банальным бездействием. Не было у нее поводыря, который указывал ей цели, не за что было бороться, не для чего меняться. Поводырем была она сама и, быстро наигравшись, потеряла интерес к жизни. Вернее, так его и не приобрела...
   - Да я и сам хорош, - хмуро проговорил Наставник, - не рассчитал, отдал поводья в неумелые руки, да еще и на такой большой срок. Теперь поняла - что это такое - полная свобода действий?
   Тамара не ответила, лишь положила обе ладошки на мирно посапывающего у нее на коленях кынча и тихонечко вздохнула. Алмар глянул на нее с сожалением - он прекрасно чувствовал ее состояние, беспрепятственно считывал эмоции, и где-то в глубине души ему было стыдно за вынужденную жестокость. Но, в отличие от Тамары, он прекрасно помнил с каким красноречием она доказывала ему, что сможет управлять своей жизнью сама, верила, что запросто сможет изменить мир. Наивная. Мир зависит не только от нее одной. Вокруг огромное количество людей, которые, так же как и она, слепо мечутся, сбивая друг друга с пути и нечаянно ломая едва намеченные светлые дороги. Но переубедить девушку оказалась непосильной задачей и Алмар, на свой страх и риск, на определенный срок кинул ей поводья, искренне надеясь, что полученный урок не пройдет впустую.
   Как и предполагал Наставник, Тамаре не хватило воли, упрямства и ответственности. Рушить другие судьбы она ни за что бы не согласилась, охватывать и поддерживать чужие дороги, приводя их в равновесие со своей - ей не доставало сил и опыта. К тому же и дорогу-то свою девушка так и не смогла толком выбрать - стремиться к чему-то нужно ради чего-то, а Тамара сознательно отказалась от всех целей. Промаявшись лет десять и полностью разочаровавшись в собственной бесполезной жизни, она попросту махнула рукой и пустила судьбу на самотек, видимо в наказание себе выбирая самые никчемные ее стороны.
   - Почему у меня не возвращается память? - помолчав, спросила девушка.
   - Хочешь прямо сейчас умереть на полу в своем коридоре? - изогнул бровь Алмар.
   - Хочу, - тихо, но уверенно ответила Тамара и посмотрела Наставнику в глаза. Тот незаметно вздохнул - все-таки перегнул он палку, нужно было оставить ей какой-нибудь маячок, какое-нибудь стремление... Но где тогда гарантия, что она сможет выполнить все то, на что он рассчитывал?
   - А как же твой кот?
   - Ничего страшного - соседи услышат и дверь сломают.
   - У тебя такие хорошие отношения с соседями?
   - Нет. Но мне все равно.
   - То есть ты точно решила, что хочешь уйти, - с обманчивым пониманием повторил Алмар. - И на животное тебе плевать, и на все остальное...
   - На что остальное?! - запальчиво отозвалась Тамара, кынч на ее коленях проснулся и нервно жалобно пискнул. - У меня нет ничего! А кот... Я так понимаю, что он, так же как и я, куда-нибудь попадет, в какой-нибудь свой кошачий мир!
   - Мф-ф-ф! - оскорблено подал голос кынч.
   - Ах, ну да - видимо, в этот мир! Значит, скоро встретимся, - с раздражением поправилась Тамара.
   - Это твоя вина, - как бы между делом заметил Наставник. - И отвечать ты за это будешь.
   - Это почему это моя вина?! - возмутилась девушка и, Кышин, подумав, подобрал лапки и резко прыгнул стол, отойдя от нее подальше. Тамара только зло махнула рукой.
   - Потому что ты сама этого захотела, - все так же спокойно ответил Алмар. - Это твоя ответственность, перекинуть ее не получится.
   - Значит, отвечу, - отбила Тамара.
   - Понизишь уровень? Молодец! - фальшиво похвалил Наставник. - Четыре жизни можешь вычеркнуть! Умница. Какие еще будут предложения? - он заглянул ей в лицо и, словно прочитав мысли, вкрадчиво продолжил: - А может, с крыши своей сиганешь? Ну, как тот мальчик? Тогда, прощай, Тамара - поскольку сюда тебе путь заказан на ближайшее тысячелетие, во время которого ты будешь шарахаться по переходу без права на помощь.
   - Откуда вы про мальчика знаете? - воскликнула загнанная в угол девушка.
   - Слушай, Тамара, ты мне надоела, - честно сказал Алмар и легонько хлопнул по столу ладонью, стараясь не выдавать свое раздражение. - Сколько там тебе сейчас лет?
   - Двадцать восемь, - ответила девушка, потом запнулась: - Должно было исполниться... У меня сегодня день рождения.
   - Исполнилось, - утвердительно сказал Наставник. - О другом можешь и не мечтать. А напомни-ка мне - где ты сейчас должна быть?
   - Не знаю... - Тамара не понимала, куда он клонит, но разговор ей явно не нравился.
   - А я знаю, - хмуро ответил Алмар, - ты уже год как должна была перейти на обучение. Поиграла в свободу - хватит. Пора, наконец, делом заняться. Однако вместо этого ты распустила нюни, полностью бросила что-либо делать, плюнула на все знаки и вообще не сдвинулась с места!
   - Какие знаки! С какого места? - воскликнула девушка.
   - Например, твой муж, - вкрадчиво произнес мужчина.- Как ты думаешь, Тамара, почему он запил?
   - Потому что алкоголиком был!
   - Он же бросил, - Алмар безжалостно посмотрел ей в глаза, - а потом вдруг взял и развязал. Внезапно...
   - Ну и что! Мало что ли таких случаев? - что-то внутри нее екнуло, но девушка упорно защищалась, скрестив на груди руки.
   - На каждом шагу, - согласно кивнул головой Наставник. - А почему ты с ним сразу не развелась? Ты же пьяных с детства не терпишь?
   - Мне жалко его было. Думала - вылечу...
   - Чтобы лечить кого-то - нужно, прежде всего, себя в порядок привести, а ты ни разу этим не занялась! - не удержавшись, кольнул ее Алмар. - Хорошо, первые знаки пропустила, идем дальше. Когда разводилась, о чем думала?
   - Уехать хотела, - тихо отозвалась Тамара, вспоминать все это было горько.
   - Но осталась, - заметил Наставник, - еще один знак твоему коту под хвост. А дальше - больше. На работе сбои - тебе все равно, жить негде - ты квартиру разменяла, в маленькую комнатушку забилась и все на этом, отношения с людьми не ладятся - ай, да ну их! - передразнил девушку Алмар. - От жары едва не умерла - и хоть бы хны! Уже женщина к тебе эта пришла - я думал, вразумит. Так нет! Ты закрылась, впала в истерику, да там и застряла!
   - Так это вы ее прислали?! - возмутилась девушка. - К вам бы покойница пришла - я бы на вашу реакцию посмотрела!
   - Ты сначала на свою посмотри! - холодно отбил мужчина. - Я никого не присылал. Ты сама себе путь выбрала. Все остальное - действия системы, которая просто пыталась привести тебя к нужной тебе же точке.
   - Та что, получается эта женщина Валентина - не настоящая? - опешила Тамара.
   - У тебя ум что ли отшибло? - с досадой посмотрел на нее Наставник. - Надо было вправду тебя возвращать, по-моему ты теперь больше дров наломаешь, чем поможешь! Настоящая она! Просто у нее, как и у всех остальных, свои задачи. Не все же они прижизненные! Отработает - вернется.
   - А я?
   - А что ты? - вопросом на вопрос отвел Алмар. - Ты на Земле остаешься, Тамара. И только попробуй с собой что-нибудь сделать - я тебя предупреждаю - накажу так, что мало не покажется!
   - Но Варлам сказал, что меня должны были на другой уровень отправить... - осторожно сказала девушка.
   - Больше тебе никто ничего не сказал?! - разозлился Наставник и все-таки стукнул кулаком по столу. - Ты мне на Земле нужна - и точка! А про уровень забудь. Пока что. Думай лучше о том, как тебе твои художества исправлять.
   - Чего вы от меня хотите? - сдавшись, тихо спросила Тамара
   - Чтобы ты, наконец, поумнела, - серьезно ответил Алмар. - И научилась принимать ответственность за свои поступки. Ну и еще кое-что... - что именно Наставник не уточнил и Тамара, глянув на его лицо, поняла, что пока лучше не спрашивать. - Но с этим разберешься уже на Земле по ходу дела. А сейчас...
   Алмар вдруг замолчал и внимательно прислушался. Тихий шорох, который Тамара поначалу приняла за звук ветра, гуляющего за окном, тут же прекратился. Едва различимый хлюпающий звук тоже.
   Наставник осторожно повернулся в сторону отставленной им на дальний край стола чаши с черной сферой. Девушка проследила за его взглядом и увидела кынча, пушистым синим шаром свернувшегося неподалеку от растения.
   Кышин, заметив столь пристальное внимание к своей персоне, опасливо приоткрыл один глаз и, невинно взглянув на хозяина, лениво перевернулся-перекатился на спину и задрал вверх маленькие лапки, демонстрируя кругленькое розовое брюшко.
   Алмар прищурился. Позу покорности кынч обычно принимал либо если его гладили, либо если он что-то натворил. Однако Кышин все это время с места с места не сдвигался и вроде бы тихо и мирно спал, разве только... Наставник все-таки встал и сделал шаг в сторону питомца и тут же задохнулся от возмущения:
   - Ах ты, паразит!!!
   Кынч стремительно перевернулся и, оттолкнувшись лапками, синей пружиной взвился вверх, беззвучно взмахнул расправленными крылышками и спустя мгновение приземлился в дальнем углу комнаты. Обиженно сверкнул глазами и что-то тихо проворчал.
   Алмар тем временем взял в руки чашу со сферой, и Тамара, доселе едва сдерживающая улыбку, увидела, что черный шар с одной стороны немного похудел и словно бы сдулся. Видимо, пока они с Наставником выясняли отношения, Кышин под шумок подобрался к растению и...
   - Почти целиком сожрал, гад! - расстроено завершил мысли девушки Армар, и Тамара все-таки улыбнулась. Без холодной и жесткой маски Наставник нравился ей куда больше. - Семечко выкусил!
   - Кыф-фын ховоф-фий! - тихо прозвучало из угла, потом снова послушался хлюпающий звук. Тамара вздрогнула и, быстро обернувшись, увидела как кынч, подобравшись к стоящему в углу большому круглому шару, впился в него вытянувшимся из мордочки хоботком.
   - А ну пошел отсюда!!!.. - взвился от такой наглости Наставник и кинулся на спасение сферы. Кышин взвизгнул и шарахнулся от него в сторону, потом взлетел и, сделав круг под потолком, приземлился Тамаре на колени.
   - Не отпускай его! - рыкнул Алмар, но кынч дожидаться заклания не собирался - он просто выплюнул на ладонь девушки большую круглую сиреневую косточку, лизнул ее руку шершавым языком и, взметнувшись вверх, вылетел из комнаты. Засев в коридоре, опасливо подошел к двери и шкодливо заглянул вовнутрь. Хозяин его не заметил, а вот Тамара едва слышно усмехнулась и отвела взгляд. Но не выдала.
   - Вот ведь скотина! - в сердцах бросил мужчина. - И чем только он тебе нравится!
   - Мне? - удивилась Тамара. - Это же ваш питомец.
   - А приволокла мне его ты! - разозлено сказал Алмар. - "Хороший такой, умный, неприхотливый, можно разговаривать научить!" - передразнил он. - Вон он, твой хороший, все, что можно уже попортил, теперь еще без света меня оставил!
   - Но он, наверное, не специально, - вступилась за животное Тамара. - Может, кушать хотел...
   - Да-а? - посмотрел на нее Наставник. - Он эту дрянь, к твоему сведению, вообще не ест. Это он из-за тебя сделал - думал, я тебя ругаю, и отомстить решил!
   Тамара потерла нос, чтобы не рассмеяться и, не поднимая глаз, молча протянула Алмару сиреневую косточку.
  
  
   ***
   - Ты все поняла? - еще раз переспросил Наставник.
   Они стояли на крыльце, возле небольшого цветущего нежно-голубыми мелкими цветочками деревца. Рядом, опершись на деревянные перила, хмуро наблюдал за ними Варлам. Тамара не знала, о чем они разговаривали в сенях, но мужчина после этого помрачнел и смотрел на ее Наставника, не скрывая неприязни и раздражения.
   - Поняла, - кивнула девушка. - Но ничего не обещаю. Там вообще сложно сориентироваться, тем более, как вы говорите, почти все воспоминания сотрутся...
   - Тебе вообще ничего не нужно делать! - с нажимом ответил Алмар. - Тебя обстоятельства сами поведут. Единственное, что от тебя требуется - это не сопротивляться. Просто держи за ориентир цель. - Посмотрев на растерянное лицо девушки, он недовольно скривился и резко выставил вперед руку. Тамару болезненно толкнула в грудь невидимая волна, девушка охнула, пошатнулась, заставив Варлама нервно дернуться, но выровнялась, ни сказал Наставнику ни слова. В следующую секунду перед ее глазами возник яркий неподвижный образ - узкая проселочная дорога, небольшая пожелтевшая от зноя елочка, лохматый белый с черными подпалинами пес и скрывающийся за редким забором приземистый старый дом. Потом замелькали другие картинки - такие же яркие и статичные, но Тамара не успевала их разглядеть - едва показываясь, они исчезали, оставляя после себя лишь тяжесть и в без того начавшей болеть еще в домике голове. Девушка невольно приложила ладонь ко лбу.
   - Это и есть ориентир, - сказал Алмар, стоически выдерживая далекий от доброго взгляд проводника, - вернее, ориентиры. Вот по ним и иди, - сделав паузу, добавил: - самостоятельная ты наша.
   - А как? - Тамара обиженно потерла переносицу. Казалось еще секунда и из носа потечет кровь, в глазах мелкими мушками мельтешили черные точки.
   - Себя почаще слушай, а все остальное я уже сделал, - отмахнулся Наставник. - Все, а теперь домой, иначе действительно твои соседи дверь сломают.
   - Ага... - вяло отозвалась девушка, несмотря на то, что воздействие Алмара уже прошло, лучше ей почему-то не становилось, наоборот все вокруг словно подернулось легкой душной дымкой. - До встречи.
   - А я еще зайду, - хмуро сказал Наставнику проводник. Тот только равнодушно пожал плечами и кивнул головой.
   ...И только, когда Варлам и Тамара скрылись из виду, Наставник тяжело вздохнул и с тревогой посмотрел им вслед. Он переживал за всех своих учеников, но за эту больше всего. У Тамары был довольно редкий вид энергии, немного нестабильный, но сильный и в тоже хрупкий, болезненно реагирующий на любые негативные проявления окружающего мира. Именно его использовали при перестройках, как фундамент, но и последствия из-за чрезмерной перегрузки были соответствующими - восстанавливать способности приходилось столетиями, уровень, как правило, падал до нуля, заставляя начинать все с начала. И Алмару было по-человечески обидно за ученицу, но поделать он с этим ничего не мог - каждому в мире отведена своя роль и тягаться с этим глупо и бесполезно. К тому же не зря Тамара каждый раз упрямо выбирала для обучения именно Землю - неведомая сила влекла ее к грядущим событиям уже давно и неумолимо, и просчитать это не смог даже Алмар.
   Наставник расстроено покачал головой и повернулся к своему к дому. На деревянных перилах обиженным нахохлившимся шаром сидел, тоскливо глядя вдаль, кынч.
   - Совесть тебя, зараза, не мучает? - поинтересовался у него Алмар.
   - Кыфын ховофый, - привычно отозвался тот, потом посмотрел на хозяина, тяжело вздохнул и добавил Тамарином голосом: - Куфать фотел...
   - Паразит, - констатировал Наставник, недоумевая, как это кынч умудрился так быстро запомнить сказанную вскользь фразу. Обычно на обучения одному слову уходило несколько недель. Однако, махнув рукой, подхватил Кышина и поволок на кухню - кормить.
  
   ***
   Обратная дорога красочной Тамаре уже не казалась. Что сделал с ней Алмар - она так и не поняла, но все вокруг теперь казалось ненастоящим, выцветшим. Сама Тамара чувствовала себя сонной и очень уставшей, покачиваясь, она держалась за руку Варлама, боясь, что если оступится, то уже не встанет. Проводник просто молча шел рядом, периодически поддерживая девушку и хмуро наблюдая за тем, как она все больше и больше погружается в предпереходное оцепенение.
   На самой вершине зеленого холма Тамара выключилась окончательно - движения стали замедленными, лицо побледнело, взгляд стал растерянным и непонимающим. Варлам подвел ее к краю пропасти и коротко взмахнул ладонью. Пространство впереди подернулось дымкой, и открывающийся с холма вид затянулся полупрозрачной пленкой, на которой золотистыми змейками замелькали символы. Проводник привычно коснулся самого края завесы, затем, внимательно всмотревшись, выбрал один из знаков и приложил к нему кончики пальцев. Знак вспыхнул и рассыпался на мелкие крупинки, воздух вздрогнул, и видение исчезло, снова открывая взору прекрасный пейзаж. Мужчина удовлетворенно кивнул головой и снова взял Тамару за руку.
   - Погоди, Варлам, - хрипло выдохнула девушка и вяло дернулась, желая высвободиться. Проводник удивленно (обычно в таком состоянии люди не то что разговаривать - себя перестают узнавать) повернулся к ней, но руку не отпустил - упадет еще. - Почему ты ко мне так странно относишься? - еле слышно спросила она. - Мы с тобой друзья, да?..
   Варлам разочарованно вздохнул, он-то думал, что она решила остаться.
   - Хуже, - мрачно отозвался он вслух и, не спрашивая, шагнул вперед, увлекая за собой Тамару. - Ты моя дочь.
   Под ногами мелькнула, заставив зайтись сердце, и тут же исчезла пропасть. Картинка пейзажа смазалась и растворилась, открывая взору черный, уносящийся вдаль тоннель. Только света в конце него не было - лишь непроглядная затягивающая тьма, в которую Тамара, ахнув, и окунулась, растрачивая остатки сознания.
   - Поэтому будь осторожнее... - тихо сказал ей вслед Варлам.
  
  
   ***
   - ...Ты ее до старости что ли опекать собрался? - голос Наставника был недовольным, но не лишенным просчитанного участия. - Или, может, вообще развития ради своей прихоти лишишь?
   - Не уходи от темы, Алмар! - жестко отбил проводник. - Что-то я ни разу твоих детей в списках "Обновления" не видел! Какого черта ты мне соврал?!
   - Потому что у моих детей другие задачи! - сказанное Наставника кольнуло, он и вправду солгал лучшему другу - имя Тамара было в списке единственным, и если бы девчонка не запуталась в своих собственных следах, и ее не пришлось бы вызывать обратно, Варлам никогда бы не узнал, кто из учеников под ним скрывается. Но теперь отпираться было бесполезно. - И потому что не в моих силах менять предначертанные свыше пути. А тебе не сказал, потому что знал твою реакцию.
   - Алмар, она обнулит уровень, покалечится! Столько лет потрачено впустую! Зачем вообще тогда это нужно было! - проводник едва не кинулся на него с кулаками, друг благоразумно шагнул назад. - Что ты вообще за Наставник такой, если даже учеников защитить не можешь!
   - Плохой Наставник, - покаянно кивнул Алмар. - Но я действительно ничего не могу сделать.
   - Зато я могу, - вдруг холодно сказал Варлам, скрещивая руки на груди. - Я уйду ее хранителем.
   - Уйдешь, - не стал спорить Наставник, помолчав, добавил: - Но не ее. Ты будешь назначен высшим хранителем Мелены.
   - Что-о?! - возмутился проводник. - А меня вообще кто-нибудь спросил - хочу ли я им быть?!
   - Только что хотел, - заметил Алмар и, не давая гневу друга перейти в активную форму и вылиться на его голову, уточнил: - Никто никого не спрашивал - это высшее распоряжение. Не веришь мне - сам посмотришь списки. А у Тамары свой хранитель - Земной.
   - И кто же это, позволь узнать? - зло уточнил Варлам. Ругаться дальше не имело смысла. Бороться с высшими указами - все равно, что спорить с ветряными мельницами - ты все равно сделаешь все, что будет нужно, независимо от желания и эмоций.
   - Камир, - ответил Наставник, и Варлам мысленно застонал - он-то думал парень потом поможет девушке восстановиться, а в итоге покалечатся оба... - А земного имени я не знаю...
  
  
   Глава 5.
  
   Поначалу было темно и очень тихо. Сознание поглотила пустота, в голове не было не единой мысли, только ощущения - тепло, спокойно, уютно, хорошо...
   Потом сквозь всепоглощающее умиротворение тихонечко пробился глухой, далекий стук - мерный, до боли знакомый. Вскоре к нему добавился легкий, едва различимый шум - хриплый и почему-то прерывистый. Потом до кожи дотронулся свежий, прохладный, сырой ветер. Встрепенувшись, Тамара потянулась к нему - сначала мысленно, потом попробовала подключить отчаянно сопротивляющееся тело. Удалось только с четвертого раза, девушка слабо шевельнулась и тут же едва не сошла с ума - реальность обрушилась на нее бурной горной рекой, разом обострив до предела все спящие до этого органы чувств.
   Первой налетела боль, заставив Тамару сжаться в комок и зажмуриться, закрывшись от света руками. Болело все тело, особенно тот бок, на котором девушка сейчас лежала, ныло пересохшее горло, саднил ушибленный еще на улице локоть. Но все это и в сравнение не шло с тем, как странно и мучительно болела голова. Виски невыносимо жгло, будто к ним приложили изнутри каленое железо, перед закрытыми глазами то и дело вспыхивали яркие ослепляющие пятна, нестерпимо ломил лоб.
   Нахлынувшая волна звуков, наверное, без труда сбила бы с ног, но Тамара и так лежала на полу - падать было некуда, оставалось только осознавать. Разрывался казавшейся до безобразия противной трелью домашний телефон, ему отчаянно вторил сотовый, наравне с сильными глухими ударами бился в истерике дверной звонок. Где-то вдалеке слышался шум ветра, невнятный стук капель, чьи-то голоса.
   - Кошмар... - пересохшими губами прошептала Тамара.
   Открыв глаза, она пару секунд боролась с ослепившим ее дневным светом, потом с усилием перевернулась на живот и медленно встала на четвереньки. Придерживаясь за стоящую рядом табуретку поднялась на ноги. Тут же нахлынула тошнота, в голове зашумело, сознание замутилось. Тамара прислонилась спиной к стене, пережидая приступ, потом приложила ладонь к раскалывающемуся лбу и тихо, осторожно пошла в сторону входной двери.
   Удары в дверь и отчаянное терзание звонка, периодически прерывали встревоженные, порой угрожающие возгласы:
   - Тамара, открой! Слышишь?! Ты хоть живая там?.. Открой!!! Мы дверь выбьем, если не откроешь! Тамара! Мя-а-у-у!!!! - последнее было душераздирающим и очень несчастным.
   "Иней что ли? - отстраненно подумала девушка. - А как он там оказался?"
   Тамара потянулась к ходящей ходуном двери и щелкнула замком. Дверь мгновенно с силой распахнулась, едва не ударив девушку по ладони, в прихожую со скоростью курьерского поезда влетели соседи и похожий на огромный пушистый клубок разобиженный кот. Последний кинулся к Тамаре и, ткнувшись мордой в ее ноги, закружил вокруг девушки, громко и нервно мурлыкая.
   - Ты чего дверь не открываешь?! - напустилась на бледную, едва осознающую происходящее девушку старушка с нижнего этажа. - Перепугала всех до смерти!
   Тамара мучительно оглядела вломившуюся к ней компанию. "Перепуганных" было трое. Старушка, соседка по площадке и долговязый подросток с квартиры напротив, похоже, присоединившийся к ним только из интереса.
   - Я спала, - хрипло отозвалась Тамара и поморщилась - каждое слово отозвалось в голове колокольным гулом. - Простите...
   - Ты, может, к телефону подойдешь?! - перебила ее соседка. - Или он так и будет трезвонить?
   Девушка молча повернулась и шагнула в сторону комнаты. Пошатнувшись, схватилась рукой за стену.
   - Все понятно! - философски изрек подросток, и, судя по звуку, утопал к себе домой, демонстративно хлопнув дверью. Тамара мысленно отправила его несколько дальше и интереснее, но тратить силы на озвучивание не стала.
   - Да, - наконец, добралась она до телефона. Домашнего, сотовый, валяющийся рядом, она просто сбросила и отключила - разговаривать с коллегами не хотелось совершенно.
   - Добрый день, Тамара Александровна! - ледяной тон начальника отдела хорошего настроения не прибавил. Тем более что с ним у Тамары были не слишком дружеские отношения - она занимала желанную должность его пассии, которая, судя по всему, периодически его этим доставала, да так, что под час девушка серьезно задумывалась сменить работу, для того чтобы прекратить постоянные нападки с его стороны. - По какой причине вы второй день отсутствуете на работе?
   Тамара округлила глаза. Сегодня что, вторник?! Потом вспомнила - в воскресенье она должна была дежурить. От сердца немного отлегло.
   - Я уезжала, - соврала она, первое, что пришло ей в голову. - Только что вернулась. Завтра буду.
   - Да что ты говоришь! - обалдел от такой наглости начальник. - В таких случаях надо предупреждать и брать отгулы! А ты дежурство вместо этого взяла! Ты вообще представляешь себе - какой мне разгон устроили?! Что ты себе вообще позволяешь, Тамара?!
   Девушка стоически переждала, пока начальник проорется, потом тихо, хрипло ответила:
   - Я такой же человек как и ты, Олег. И проблемы у меня такие же. Раз я не предупредила - значит, не могла, не находишь? Хамить мне не надо, орать на меня тоже. Хочешь уволить - ради бога. Я от тебя хоть немного отдохну.
   Пару секунд в трубке была тишина, видимо начальник собирался с силами, чтобы высказать все, что он по этому поводу думал, или опешил до такой степени, что не смог подобрать слова.
   - Размечталась! - наконец, холодно, с тщательно скрываемым торжеством, сказал он. - За прогулы лишаешься премии и процентов на три месяца. Завтра в восемь чтоб была на работе. За несоблюдение дресc-кода, опоздания, невыполнение текущих обязанностей, проволочки с отчетами - штраф. Больше я глаза закрывать на это не буду. Пеняй на себя, Тамара. А насчет увольнения, - Олег выдержал небольшую паузу: - по соглашению сторон и собственному желанию никак не получится, уж извини.
   Девушка мысленно поаплодировала начальнику. Однако она его недооценила. Оклад на их предприятии был мизерный, зарплата состояла в основном из процентов и премий. С легкой руки Олега Тамара попросту лишилась средств к существованию. Если прибавить сюда соблюдение всех выставленных правил - работа обещала превратиться в ад. Но в данный момент девушке было абсолютно все равно - что и как будет происходить дальше, так же как было глубоко наплевать на зарплату, начальника и прочую ерунду. Единственное, чего ей сейчас хотелось - это чтобы все ее, наконец, оставили в покое.
   - Хорошо, - тихо и спокойно произнесла Тамара. - Завтра в восемь я буду. Спасибо вам за заботу, - помолчав, с издевкой прибавила: - Олег Викторович.
   Слушать ответную реакцию девушка не стала - просто отсоединилась и бросила гудящую трубку в кресло. Потом обернулась. Старушка с соседкой стояли уже практически в комнате, все это время, видимо, с упоением слушая Тамарин разговор.
   - Поругали? - с фальшивым сочувствием спросила соседка.
   - Нет, - в тон ей ответила девушка и потерла так и ноющий лоб. - Вы давно ко мне в дверь стучитесь?
   - С утра самого! - вмешалась старушка. - Хотели уже скорую с милицией вызывать. - Тамара усмехнулась, только этих тут не хватало для полного счастья. - Думали, ты там померла ненароком. Это все кот твой - утром ко мне на балкон спрыгнул - уж как умудрился, не знаю - и как давай орать! Я думала он есть хочет - так нет - на дверь кидается и орет! Я его в коридор выпустила - он наверх рванул, возле твоей квартиры сел, начал дверь когтями драть и на весь подъезд мяукать. Я тебе раз позвонила, два, думала ты уехала куда. Только уйти хотела, так он меня лапами за ноги цепляет и опять орет. Ну, я подумала беда, может, какая с тобой. Соседей позвала - начали тебе стучать. Решили - до вечера не появишься - будем дверь ломать... Ой, ты чего, тебе плохо что ли? - встревожено спросила она, глядя, как девушка, на мгновение закрыв лицо руками, присела на корточки.
   - Нормально, - мотнула головой Тамара, потом тихонько позвала: - Иней, иди сюда...
   Неизвестно как услышавший ее кот выскочил откуда-то из-за угла и подбежал к хозяйке, ткнулся прохладным носом в протянутую ладонь. Тамара сгребла его в охапку и, прижав к себе, прошептала:
   - Господи, Иней, я же оставить тебя здесь хотела... А ты меня спасал. Какая же я дура...
   Кот подумал и перелез немного выше, обнял девушку за шею, прижался мордочкой к ее щеке и тихо успокаивающе замурлыкал.
   ...Это только кажется, что животные ничего не понимают, что живут только инстинктами. Когда Тамара так странно и внезапно заснула - Иней ходил вокруг нее кругами всю ночь и весь последующий день. Пробовал звать, будить, даже сбросил со стола сахарницу и высыпал из подставки ложки - она всегда его за это ругала. Но хозяйка не реагировала. Тогда кот исследовал все входы и выходы из квартиры. Окна были слишком высоко от земли, входная дверь крепко закрыта и лапой не поддевалась, оставался только балкон. Высоты Иней боялся с самого своего кошачьего детства, но Тамара была важнее, и, промаявшись на перилах всю ночь, к утру кот все-таки спрыгнул вниз, повиснув на бельевой веревке нижнего этажа. Едва не сорвавшись, он залез на соседский балкон и принялся звать людей на помощь. Те поняли его далеко не сразу, но когда поняли - все-таки сделали все, что ему было нужно. А когда дверь в его квартиру открыла целая и невредимая хозяйка - счастью кота не было предела!
   Девушка закрыла глаза - и на удивление головная боль, сводящая ее с ума, начала постепенно растворяться в мерном умиротворяющем мурлыканье. Мысли перестали путаться и срываться в бред, мучительная пелена немного спала, проясняя сознание. Очень сильно захотелось спать и есть. Только сейчас Тамара поняла, как она сильно, до безумия устала.
   - Тамара, ты хорошо себя чувствуешь? - донесся до нее голос соседки.
   Девушка с неохотой открыла глаза, глянула на своих "спасительниц".
   - Лучше, - честно призналась она и с благодарностью погладила своего пушистого лекаря.
   Кот, уловив положительную перемену, вывернулся из ее рук и с чувством выполненного долга вышел из комнаты - все то время пока хозяйка лежала без сознания, он страшно волновался и ничего не ел, но теперь восполнить утраченное все-таки стоило, тем более что на исцеление ее необычного недомогания он потратил много сил.
   - А ведешь себя странно, - заметила женщина. - Может все-таки врача вызвать? Тут вот поговаривают, что ты на днях в обморок прямо посреди улицы грохнулась... В пять утра.
   Тамара скривилась и встала, скрещивая руки на груди. Вот как так выходит - никто ничего не видел, но все всё знают?
   - Было такое, - тем не менее, не стала отнекиваться девушка. Раз уж на то пошло, проще подкинуть версию самой, чем после узнать о себе много нового и интересного, причем в разных, далеко не лицеприятных вариациях. - Ночью очень жарко было, мне плохо стало, вот я на улицу подышать свежим воздухом и вышла. Думала полегче будет, а получилось наоборот, - Тамара вымученно улыбнулась. - Врачи сказали - упадок сил, посоветовали больше отдыхать...
   - А сейчас?
   - А сейчас я спала, - почти чистую правду сказала Тамара. - Наверное, действительно сильно переутомилась с этой работой, раз даже звонков не слышала. А Иней, видимо, подумал, что мне опять плохо... - девушка грустно улыбнулась.
   - Совсем вы себя, молодежь, не бережете, - проворчала старушка. Она, в отличие от соседки, Тамаре искренне сочувствовала. - Всех денег все равно не заработаешь, а здоровье угробишь.
   - А начальству почему соврала? - сощурилась соседка.
   Тамара мысленно скрипнула зубами и опустила глаза, чтоб не выдать злость. А действительно, почему она соврала начальству?
   - Что ты ей допрос устраиваешь! - осадила ее старушка. - Только и знаешь, что сплетни собирать! Раз сказала так - значит, надо было!
   - Я просто проблем не хотела, - хрипло ответила девушка, чтобы остановить перепалку. - Справки у меня все равно нет. Да и больничные на работе не приветствуются, - это, кстати, было чистой правдой.
   Соседка недоверчиво покачала головой и, запечатлев на Тамаре холодный задумчивый взгляд, отвела глаза.
   "Что-то там для себя решила, - устало подумала девушка. - Интересно бы узнать, что именно, чтобы потом не удивляться".
   - Знаешь что, Тамара, мы пойдем, пожалуй, - вдруг сказала старушка, и Тамара с удивлением почувствовала к едва знакомой женщине искреннюю благодарность. - Ты вон бледная вся, как смерть, еле стоишь, а тут мы со своими вопросами, - она схватила соседку за руку и решительно подтолкнула в сторону коридора. - Ты только скажи - может надо чего тебе? Может, помочь чем-нибудь, принести что-то, врача вызвать? У меня зять-то - доктор, если хочешь, я скажу ему, он приедет...
   - Нет, - девушка отрицательно качнула головой. - Не надо. Спасибо вам за заботу, мне уже получше, честно.
   - Ну, тогда ложись, отдыхай, - понимающе отозвалась старушка. - Дверь за нами только закрой, - она все-таки выпихнула соседку в общий коридор, Тамара тихонечко пошла следом, - и если вдруг понадобится чего - не стесняйся, приходи. Я как раз под тобой живу, тоже в однокомнатке. А еще, - уже почти прикрыв за собой дверь, вполголоса сказала женщина, - зайди ко мне завтра часов в десять утра, я тебе скажу кое-что...
   - Ей же на работу завтра! - вклинилась соседка, на слух, по всей видимости, не жалующаяся.
   - Я помню, - усмехнулась старушка. - Поэтому и говорю, зайди.
   Дверь захлопнулась перед Тамарой так резко и неожиданно, что та едва успела отшатнуться.
   - До свидания... - растерянно пробормотала она вслед удаляющимся шагам и гулу голосов на лестничной клетке, потом потянулась и защелкнула замок.
  
  

***

   Наконец-то Тамара осталась одна. Зайдя в ванную, она открыла кран и плеснула в лицо холодной воды. Немного подумав, разделась и встала под душ, каждой клеточкой кожи ощущая как упругие прохладные капли, ударяющиеся об ее лицо и плечи, смывают накопившееся раздражение.
   Вода была студеной, но от усталости девушка этого не замечала. Тело казалось чужим и каким-то ненастоящим. Лишь простояв под душем десять минут, Тамара, наконец, осознала, что может простудиться.
   Закутавшись в белый махровый халат, девушка впервые за это время посмотрела на себя в зеркало. Отражение "порадовало" ее бледным осунувшимся лицом, синими от холода губами и мучительно-усталым взглядом. Акцент сместился, и Тамаре на мгновение показалось, что из зеркала на нее смотрит совершенно незнакомая женщина. Она долго вглядывалась в своего "двойника", потом тихо укоризненно прошептала: "Разве такая ты, Тамара?.."
   На кухне закипел, фыркая от своей важности, чайник. Девушка неспеша достала из шкафчика большую белую фарфоровую пару - чашку и блюдце из дорогущего подаренного ей еще на свадьбу сервиза. Кому и зачем она его берегла? Теперь Тамаре было все это странно и смешно. Поставить сервиз гостям, а самой пользоваться все время копеечными, неряшливо отштампованными чашками и тарелками. Для чего все это нужно?
   Кофе в белоснежном фарфоровом убранстве выглядел нарядно и торжественно. Тамара подумала немного и добавила в чашечку немножко корицы и кусочек сахара. Беззвучно размешала серебряной ложечкой, пьянея от пряного, ни с чем не сравнимого аромата.
   Потом бережно и осторожно поставила чашечку на широкий подоконник, единственным жителем которого была увенчанная нежными алыми бутонами зацветающая роза, и тихонечко присела рядом с ним на стул.
   За окном шел дождь. Крупные тяжелые капли прозрачными бусинами бились в стекло, сливаясь в единые ручейки и потоки, выписывающие на окне замысловатые узоры. Метался, ликуя, вырвавшийся на свободу ветер, и с каждым его порывом казалось, что дождь превращается в единую живую струящуюся в воздухе пелену.
   Термометр на внешней раме показывал плюс восемнадцать. Нескончаемая сорокоградусная жара наконец-то спала, подарив всему живому долгожданную прохладу и переполняющую свежесть чистого, напоенного влагой воздуха.
   Тамара любила дождь. Дождь и прохладный ветер. Они навевали грусть и светлое, отрешенное умиротворение, которого не найти ни в одном уголке земного шара, потому что живет оно только в душе и разбудить его совсем непросто. А еще дождь дарил время. Время на то, чтобы остановиться, задуматься, осознать. Время, чтобы побыть просто собой.
   Девушка вздохнула и медленно провела пальчиком по ободку белоснежной чашки, наблюдая, как отражается в насыщенном темно-коричневом, припудренным паром, зеркальце не на шутку разыгравшаяся непогода. Сделав маленький глоток любимого напитка, задумчиво куснула губу и посмотрела куда-то вдаль, сквозь завесу дождя, каменные оковы города, сквозь отсчитывающее секунды время.
   Так что же было с ней во время этого странного нескончаемого сна - навязанное усталостью видение или все-таки реальность?..
   Тамара на мгновение спрятала лицо в ладонях, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь стоящее, но мысли путались и ускользали, едва намеченные воспоминания растворялись в туманной, словно бы навеянной извне дымке. Это было обидно и несправедливо. Едва только очнувшись - она помнила все, а теперь некогда ясную картинку раскидал, разорвав в мелкие клочья бесстрастный ветер реальности.
   Девушка раздраженно тряхнула головой и, потянувшись, взяла с полки ручку и простенький блокнот, вырвала чистый листок и, отхлебнув еще кофе, принялась записывать все, что приходило ей в голову.
   Обрывки фраз, странные имена, красочные пейзажи. Море, миражи, горячий песок, Наставник, необычный синий зверек, горькая обида и отчаяние, а еще разочарование, страх и желание остаться. Варлам, маячки, свобода выбора... Дикая усталость, замутненное сознание и снова холодная безразличная пропасть...
   Тамара остановилась, вчитываясь в выведенные ею же строки. Все это казалось сказочным и далеким, словно забытый сон. Но что-то внутри нее абсолютно точно знало, что истинная реальность скрывается как раз там - за небрежными округлыми буквами, бисерной нитью рассыпавшимися по листу бумаги. И эти маленькие бусинки мало-помалу собрались в аккуратный и четкий узор, в котором не хватало, правда, одной маленькой, но существенной детали - последнего, перед выходом, разговора с Наставником.
   Но и то, что вспомнилось - Тамару отнюдь не порадовало, наоборот, вызвало прилив обиды и ярости.
   Так значит свобода выбора? Девушка досадливо стукнула кулаком по подоконнику. Замечательно! Она медленно оглядела свою маленькую кухоньку. Задержала взгляд на вечно протекающем потолке. Сама виновата - поступала неправильно? Взгляд скользнул по запястью, остановился на золотом браслете. Из-за меня все это, получается? Тамара тряхнула рукой, заставляющее надетое на тонкую цепочку кольцо свеситься вниз. Все, значит, я могу? Все что угодно - стоит только захотеть?! Она со злостью рванула браслет, заставляя его порваться. Почему же ты раньше молчал об этом, Алмар?! Девушка открыла окно и с ненавистью вышвырнула обручальное кольцо в пелену дождя.
   Ворвавшийся в кухню ветер щедро плеснул увесистую пригоршню холодных капель Тамаре в лицо, немного охладив ее пыл. Девушка захлопнула окно и на несколько минут застыла перед ним, медленно глубоко дыша и покусывая губу. Когда она повернулась - от гнева не осталось и следа, а взгляд приобрел холодную отстраненную решимость и спокойствие.
  
  
   Глава 6
  
   За окном было пасмурно. Комната, залитая прохладным дневным светом, светилась мягкой тишиной. Часы меланхолично отсчитывали секунды. Большой дымчатый кот устало спал в теплом и уютном сером кресле, почти сливаясь с ним. Тамара тихонечко укладывала в дорожную сумку последние вещи.
   Весь вечер она провела, тщательно и аккуратно разбирая свои шкафы и полки. Почти все, что ей попадалось под руку - отправлялось либо в одну из специально принесенных ей из ближайшего магазина коробок, либо безжалостно выбрасывалось в мусорное ведро.
   Старая одежда, куча мелких никому не нужных безделушек, вазы, посуда, книги, надаренные еще в детстве мягкие игрушки, диски с музыкой, косметика...
   Все, что было новым и пригодным к использованию - Тамара внимательно осматривала и аккуратно складывала в коробки, остальное - рвала, разламывала, разбивала и выбрасывала.
   Лишь только самые личные вещи, несущие частицу ее самой, ее душу и воспоминания - она складывала отдельно, в большой белоснежный пакет.
   Поздним вечером, когда немножко поутих дождь, и жители домов постепенно начали укладываться спать, а опутанные темными сумерками улицы опустели, Тамара по одной вынесла коробки с вещами во двор и осторожно поставила их под козырек соседнего подъезда. Игрушки, конечно же, разберут дети, а остальное... может быть тоже кому-нибудь пригодится. В их дворе иногда делали так, когда переезжали или когда кто-нибудь "уходил" навсегда.
   А потом Тамара вернулась домой, оделась потеплее, позвала с собой кота, взяла огромный белоснежный пакет и, бережно прижимая его к груди, пошла по узкой грунтовой дороге к незастроенному пустырю на задворках города.
   Здесь было тихо и безлюдно. И никто, кроме равнодушно выглядывающей из-за тяжелых, наполненных влагой облаков, луны, не видел, как горел на пустынной площадке маленький рыжий костер. Как исчезали в его огне, осыпаясь мерцающими искрами, старые дневники и тетради, черно-белые рисунки, открытки и фотографии. Как разметывал ветер бережно высушенные лепестки цветов... И как предательски текли слезы по щекам молодой до боли сжимающей кулаки девушки, а дымчато-серый кот неотрывно смотрел на сгорающие в пламени осколки прошлого и встревожено жался к ногам хозяйки.
   - С днем рождения тебя, Тамара...
  

***

  
   - Все-таки уезжаешь, - старушка даже не спрашивала, а просто констатировала как факт, будто бы все уже давно знала. - И куда, если не секрет?
   - Не знаю... - Тамара грустно пожала плечами. Она сидела за столом в небольшой, такой же, как и у нее, уютной кухоньке, обеими ладонями обнимая чашку с ароматным земляничным чаем, заботливо заваренным для нее хозяйкой.
   За всю ночь Тамара так и не смогла сомкнуть глаз. Бессонница и тревожное ожидание чего-то нового, но почему не слишком веселого впереди - не давали ей уснуть. Зато было время на сборы.
   И теперь у ног девушки стояла небольшая дорожная сумка и сумка-переноска, в которой умиротворенно спал ее кот.
   Квартиру Тамара полностью убрала и закрыла на все замки. На работу даже не позвонила - рано или поздно уволят все равно, а если придет сама - волокита с увольнением и расчетами растянется надолго, особенно учитывая характер ее начальника. Друзьям девушка разослала письма, отправила переводом деньги маме бывшего мужа и, решившись, выключила телефон.
   Как это было ни странно - но ей было совершенно не жаль бросать все вот так, разом. Наоборот, Тамара испытала какое-то невероятное облегчение, когда, выйдя из квартиры - захлопнула за собой дверь и, спустившись к старушке, отдала ей ключи и свой единственный цветок - любимую алую розу.
   - Значит в никуда... - задумчиво сказала хозяйка.
   Тамара легонько улыбнулась и грустно кивнула:
   - В никуда.
   Она действительно не знала, куда ей идти или ехать. Не думала об этом до сих пор и не хотела думать сейчас. "Обстоятельства сами тебя поведут", - сказал ей Алмар еще там, в забытьи, и Тамара почему-то поверила ему. Поверила и решила не сопротивляться.
   - Знаешь, а ведь в никуда тоже есть дорога, - вдруг усмехнулась старушка. - Просто люди боятся по ней ходить. Но раз тебе все равно...
   Женщина подошла к окошку и взяла с подоконника старый потрепанный блокнот и один из облезлых простых карандашей. Присела за стол рядом с Тамарой.
   Полистав пожелтевшие от времени странички, старушка нашла, наконец, среди них пустую и что-то коротко на ней написала. Потом выдернула листок, сложила его вдвое и протянула Тамаре:
   - Скажешь, что тебя Марьяна прислала. Он все поймет.
   Девушка недоуменно посмотрела на старушку, потом осторожно взяла клочок бумаги и, развернув, прочитала: Белая тонь. Яков.
   - Это кто?..
   - Узнаешь, - лаконично отозвалась женщина.
   - А... - Тамара вдруг растерялась. Пять минут назад - ей было совершенно безразлично куда ехать, хоть к черту на кулички. А теперь, когда старушка сама предложила дорогу, вдруг засомневалась и почему-то решила, что лучше будет вежливо отказаться. Незнакомое место, какой-то Яков... Да и соседку свою Тамара знала исключительно по приветственным кивкам на лестничной площадке.
   - А как туда попасть - я тебе объясню, - продолжила ее фразу старушка, и, внимательно посмотрев на растерянное лицо девушки, с легкой досадой прибавила: - Научись ложиться на воду, Тамара. Ну что ты все время гребешь против течения? И свои силы тратишь и другим покоя не даешь. Сама же сказала - все равно тебе, куда ехать. А раз все равно - чего тогда сомневаешься? Или... - старушка усмехнулась, - боишься его что ли? Так не бойся! Не съест он тебя! Яша почти мой ровесник.
   Девушка неуловимо покраснела и, куснув губу, пробормотала:
   - Да ничего я не боюсь. Мне просто неудобно ехать к незнакомому человеку, да еще и без приглашения. К тому же... Что это такое - Белая тонь? Село, наверное, какое-то. И чего я там буду делать?
   - Ну, началось! - всплеснула руками женщина. - Чего я там буду делать, да как я без приглашения! Отдохнешь, сил наберешься, воздухом чистым подышишь. Твое приглашение у тебя в руках, - она кивнула на уже изрядно помятый от волнения листочек в руках Тамары. - А что делать - это уж не переживай. Уж кто-кто, а Яков тебе занятие найдет!
   Тамара уткнулась лицом в ладони. И действительно - чего она так сопротивляется? Ну не понравится ей эта "Тонь" или как ее там, возьмет и уедет. Ведь никто же ее не держит, никто не заставляет - она свободный человек. В конце концов, вернется обратно, найдет другую работу и станет жить как прежде!
   - Простите, - спустя пару секунд девушка вынырнула из ладоней и досадливо потерла лоб. - Не знаю, что на меня иногда находит. Дух противоречия как будто просыпается. Спасибо вам за адрес. Я поеду туда.
   - Ну, вот и славно, - улыбнулась старушка. - Теперь я хотя бы буду за тебя спокойна. А то в последнее время на тебя смотреть страшно. - Поймав удивленный взгляд девушки, старушка рассмеялась: - Тамара, оттого, что ты ни с кем не общаешься - существенно ничего не меняется. Мы люди - старые, дети выросли, внуки редко приходят, сил особенно ни на что не хватает. Скучно жить-то. Вот мы и коротаем время за разговорами. Я каждого жильца этого дома не только в лицо и по имени знаю, но и то, во сколько он приходит и уходит, с кем дружит и какие у него проблемы. И не потому, что подслушиваю или специально наблюдаю, а потому что не заметить этого невозможно, особенно когда день за днем происходит одно и тоже...
   Чуть улыбнувшись, Тамара покачала головой, но смолчала. Сколько не прячься от мира - прячешься ты от самого себя. А мир просто с насмешкой рассматривает твои неуклюжие попытки.
  
  
   Глава 7
  
   - Мяу-у-у-у!!!!! - в который раз заунывно завел Иней, разрывая злую напряженную тишину противным тягуче-монотонным голосом. И потрепанный жизнью и долгой пыльной дорогой, по которой единственный раз в неделю ходил его старый скрипучий ПАЗик, водитель все-таки не выдержал:
   - Да заткнешь ты его или нет?! Слышать эту скотину больше не могу!..
   Немногочисленные пассажиры дышащего на ладан автобуса вполголоса выразили свою солидарность с мужчиной.
   Тамара искоса глянула на попутчиков. Правильно, она бы тоже возмущалась. Кот орал на одной ноте уже два часа подряд, и людей это мало радовало, особенно если учесть, что подобный концерт Иней закатывал уже третий раз за дорогу.
   Самого кота Тамара тоже, как ни странно, понимала. В Белую тонь они с ним пытались добраться четвертый день кряду. Причем сначала на поезде, потом на маршрутке, а теперь вот на этой старой развалине.
   Девушка за это время прокляла все на свете, в том числе и свою порывистость, заставившую ее сорваться с места, бросить дом и работу и нестись на край света, неизвестно с какой целью. Кот все это время, видимо, проклинал хозяйку.
   В поезде он вел себя еще более-менее прилично и тихо, в отличие от соседей, начавших отмечать свой отъезд еще на вокзале и сопровождающих поездку тостами, песнями, звоном граненых стаканов и бесконечными предложениями присоединиться к празднику всех пассажиров несчастного плацкартного вагона. Тамара, мысленно отправляя попутчиков в разные интересные места, на каждой станции выпрыгивала вместе с Инеем на перрон, чтобы развеяться и глотнуть свежего, не отравленного перегаром, воздуха. В благодарность кот покорно терпел и неудобную сумку и паек из сухого корма и даже громкогласных соседей, периодически пытающихся его достать и потискать.
   Но в маршрутке кошачьему терпению пришел конец - его укачивало. И небольшой полуторачасовой переезд от вокзала к задворкам маленького городка прошел под отчаянный вой, царапание сумки и шипение. Конечная остановка на небольшом пустыре, откуда ходили автобусы в районные центры и дачные поселки, показалась Тамаре избавлением.
   Пока они ждали свой рейс - одетый в шлейку кот даже погулял по травке возле лавочки, где Тамара мрачно пыталась перекусить купленными еще на вокзале пирожками и перелитым из стаканчиков в небольшой термос кофе. Но как только девушка попробовала запихнуть разомлевшего от свободы питомца обратно в переноску - тот отчаянно засопротивлялся, искусав и исцарапав ей руки и оставив на щеке три красные набухшие полосы.
   Появление же на остановке единственного автобуса, к которому чуть позже отправилась хозяйка, ругая вполголоса его, жизнь и тяжелую сумку, и вовсе повергло Инея в горькое и беспросветное уныние. Что он в свое удовольствие и выразил, закатив пассажирам концерт еще до отправления рейса...
   Теперь встрепанная и исцарапанная Тамара задумчиво покусывала губу, размышляя над тем - высадят и с котом прямо здесь, посреди пустынной, пыльной степной дороги или провезут еще метров триста и высадят уже там - в небольшом лесочке, виднеющемся впереди.
   - Мя-яу?.. - вопросительное мяуканье разбило на колючие звенящие осколки напряженную тишину выключенного двигателя и сделало взгляды пассажиров совсем уж далекими от доброжелательных. А Тамаре вдруг до смерти захотелось чем-нибудь перемотать коту пасть. Ведь чего она только не делала - и просила, и уговаривала, и на руки брала (теперь на плече девушки сквозь светлую футболку отчетливо проступали алые капли крови), и ругала, и даже пугала тем, что оставит его на ближайшей остановке - все тщетно!
   - Нам долго еще ехать?.. - убитым голосом спросила она.
   - Полчаса, - мрачно ответил водитель. - Но он это время, - мужчина зло глянул на сумку-переноску, которую девушка тревожно сжимала в руках, - будет ехать молча. Либо бежать следом за автобусом.
   - Да как я его замолчать-то заставлю! - возмутилась Тамара. - Это же кот!
   - А ты бы еще козла с собой взяла! - огрызнулся водитель. - Он, может, и кот, а мы... - он на мгновение запнулся: - люди! И терпеть это не обязаны! Так что - либо пусть заткнется, либо выходи! У меня голова уже раскалывается, а мне еще обратный рейс делать!
   - Не имеете права! - обиженно воскликнула Тамара. - Я же ничего не нарушаю!
   - Мяу! - глухо подтвердил кот. И двери автобуса, повинуясь водителю, с противным скрипом разъехались в стороны.
   - Имею! - хмуро отозвался мужчина. - В эту глухомань все равно больше кроме меня никто ездить не хочет - дураков нет. А поэтому жаловаться можешь кому угодно - мне без разницы. Так что... - водитель широким жестом показал в сторону двери: - Давай решайся. Можешь авоську на зеркало снаружи привесить - там твою скотину всяко меньше слышно будет. Либо выходи вместе с ним. Сумку с вещами, так и быть, можешь оставить - на обратном пути тебе отдам - хоть полдороги, да налегке прошагаешь.
   - Да пошел ты!.. - с чувством ответила девушка, и, подхватив вещи, выпрыгнула из автобуса.
  
  
   ***
   Поначалу Тамара просто стояла на обочине и хмуро смотрела вслед подпрыгивающему на ухабах и душераздирающе поскрипывающему ПАЗику.
   После перевела задумчивый взгляд на мгновенно притихшего на свежем воздухе кота. Иней виновато отводил глаза, демонстративно отворачивался и даже предпринял одну попытку к бегству. Неудачную. Поскольку поводок на шлейке хоть и был достаточно длинным, но другой его конец сжимала хозяйская рука. Как оказалось - крепко и безжалостно.
   Поняв, что путей к отступлению нет, кот пресек в себе зарождающуюся панику, гордо задрал хвост, прошествовал перед Тамарой и, повернувшись к ней задом, сел на пыльную дорогу и принялся непринужденно разглядывать снующих по вечернему небу птиц. Впрочем, уши Иней все-таки настороженно развернул назад, внимательно прислушиваясь к действиям девушки.
   Но Тамара не стала осуществлять возмездие, а просто коротко и емко выразила свое честное мнение по отношению ко всему произошедшему и, подхватив сумки, хмуро пошла вперед по дороге, рывком заставив кота плестись следом.
   Через полчаса девушка окончательно утвердилась в мысли, что сильно погорячилась, забрав сумку из автобуса. Налегке бы она прошла гораздо больше, чем сейчас - останавливаясь через каждые двадцать метров, чтобы перевести дух и растереть ноющие от тяжести пальцы. К тому же еще и кот, быстро нагулявшийся домашними ухоженными лапками по пыльной и явно не предназначенной для его благородных кровей (так считал кот, Тамара же хорошо помнила, как подобрала маленького, припорошенного первым мокрым снегом и похожего на крысеныша котенка возле свалки) дороге, напрочь отказался идти вперед. И теперь и к без того нелегкой Тамариной сумке с вещами прибавилась еще и увесистая тушка, с интересом наблюдающая за происходящим из теплой и уютной переноски.
  
   Вечер потихоньку убаюкивал кренящееся к горизонту солнце, рисуя на земле длинные тени. В маленьком лесочке, куда Тамара с горем пополам добрела лишь спустя сорок минут, они сплетались в причудливый хоровод и потихоньку заливали темной прохладой узкую проселочную дорогу. Девушка постаралась ускорить шаг. Мысль окунуться в ночь в незнакомом лесу ей откровенно не нравилась.
   Дорога между тем начала осторожно крениться вниз, лес немного раздвинулся в стороны, выпустив по краям изумрудной кромки белые и сиреневые ленты крупных, раскрытых, по всей видимости, ночных цветов. На все лады щебетали птицы, делясь друг с другом дневными переживаниями, аромат вечерней свежести смешивался с пряным обволакивающим запахом цветущих растений. От всех этих непривычных для городского жителя впечатлений кружилась голова, создавая ощущение нереальности происходящего.
   Многодневная усталость постепенно брала свое. Одурманивающий воздух, вкрадчивый шепот засыпающего леса мягко вытесняли тревогу, убаюкивали сознание, бережно окутывали теплой паутиной сладкой дремы и тянули за собой, в тихий и уютный мир отдыха и сновидений. Кот в переноске давно уснул, не обращая внимания даже на то, что Тамара, не силах больше нести в руке тяжелую сумку с вещами, перехватила ее за длинную ручку и глухим шумом волокла по пыльной дороге за собой, более не заботясь о сохранности столь тщательно и аккуратно собранных с собою вещей. Постепенно шаги девушки все больше замедлялись, сгущенные темной листвой сумерки путали, обволакивали, лишали последних сил и ориентиров. А лес все не заканчивался, и казалось, что прохладная едва заметно сбегающая куда-то вниз дорога, так и будет вести за собой, пока не затеряется в чернильной темноте ночи...
   ...Я никуда сегодня не дойду, - отстраненно, как сквозь вату, подумала Тамара. - Может быть, я вообще уже сбилась с пути, а это вовсе не дорога, а просто мое воображение. И все, что происходит - просто сон... Странный сон... Я так устала... Останусь здесь до утра...
   Девушка невольно покачнулась, и, остановившись, осторожно поставила на землю переноску с котом. Из последних сил подтянула к себе дорожную сумку и на ощупь нашла в ней тоненький, подаренный ей еще мамой, вязаный плед. Расстелила его на траве и, обняв переноску с мирно посапывающим Инеем, свернулась калачиком и мгновенно уснула, даже не заметив, как медленно течет по земле и закручивается вокруг нее подсвеченный мягким белым светом молочный туман.
  

Граница

   Глава 8
  
   - Молодец, Алтай! А теперь отойди. Сидеть! - команда была дана еле слышно, вполголоса, но огромный белый с черными подпалинами пес понял ее мгновенно и беспрекословно выполнил, присев в паре метров от своей находки и с интересом наблюдая за хозяином.
   Тот тем временем стремительно пересек залитую низким молочно-белым туманом поляну и бесшумно приблизился к указанному псом месту. В недоумении остановился, потом встревожено покачал головой и присел на корточки.
   На траве, свернувшись калачиком на какой-то тряпке и бережно обнимая небольшую сумку, спала знакомая ему уже девушка. А призрачный туман, мягко и нежно укрывал ее невесомым покрывалом, после свиваясь в пушистую белую нить, молочной спиралью закручивающуюся вокруг вынужденного ночлега и растворяющуюся в белоснежной пелене поляны.
   Протянутую к девушке руку туман встретил настороженно и, остановив ладонь, словно живой прикоснулся к кончикам пальцев прохладным дыханием. Поразмыслив немного, нехотя расступился, разрешив дотронуться до своей подопечной.
   - Эй... - Мужчина осторожно тронул девушку за плечо. Не добившись реакции, легонько качнул ее, заставляя проснуться. Туман тут же взвился белоснежный пеленой, резкой болезненной волной отталкивая бесцеремонного гостя прочь. Пес, проследив за хозяином взглядом, благоразумно сделал несколько шагов назад, после чего снова уселся неподалеку.
   - Да что ж такое!.. - раздраженно пробормотал мужчина, пытаясь выровнять дыхание. - Не хватало мне еще твоих указаний! А ну отойди! - Кончики его пальцев приглушенно засветились, туман тихо, еле слышно зашипел, готовясь принять бой. Но спустя мгновенье вдруг дрогнул и отступил, стремительными белесыми ручейками растворившись в молочной дымке, укрывающей траву.
   - Что здесь происходит? Кто вы такой?.. - проснувшаяся девушка встревожено приподнялась на локте, стараясь разглядеть незнакомца. Тот поспешно тряхнул рукой, гася свечение, пока девушка не успела его заметить. Туман беззвучно собрался за ее спиной в невесомые белые крылья, выражая полную готовность в случае чего защищать подопечную до последнего. Мужчина лишь удивленно покачал головой. С такой реакцией Природы он сталкивался впервые.
   Девушка тем временем села и вглядевшись, насколько это позволял разлитый вокруг лунный свет, в лицо незнакомца внимательнее, холодно продолжила:
   - Можете не отвечать, я вас вспомнила. Неужели совесть проснулась, и вы решили вернуться? Или просто мимо проезжали?.. В любом случае, можете не волноваться - я вполне способна найти дорогу сама.
   - Это заметно, - в тон ей ответил мужчина. - Особенно если учесть, что я уже целый час ищу тебя по лесу.
   - А зачем меня искать! - зло отозвалась она. Туман за ее спиной настороженно сгустился и запульсировал, но собеседник лишь едва удостоил его хмурым взглядом. - Все что могли, вы уже сделали!
   - А что я такого плохого сделал?! - возмутился мужчина. - Ты хоть понимала вообще, с кем и куда ты едешь?!
   - Как это - с кем и куда?! - вспыхнула от негодования девушка. - С людьми в деревню! Или это уже запрещено?! Какого черта вы опять ко мне цепляетесь?! Я уже давно вышла из вашего дурацкого автобуса, вашей головной боли больше ничего не угрожает! Проезд оплатила! Вещи забрала! Чего вам еще надо?!
   - Чего мне надо?! - всерьез разозлился мужчина. - Это тебе чего здесь надо? Вместе с... котом твоим! Ты чего в "Тоне" забыла?! Радуйся, что я тебя в поле высадил, дурочка! Могла бы и вовсе никуда не доехать!!
   - А я вовсе не обязана перед вами отчитываться! Если приехала сюда, значит по делу! - не выдержав, в ярости выкрикнула девушка. - Отстаньте уже от меня, в конце концов! Уходите!..
   Последнее, что мужчина успел заметить - была холодная, нарисованная гневом и незаслуженной обидой, бледность на ее щеках и отливающий сталью ледяной взгляд. Потом над поляной полыхнула, на мгновенье перекрывая лунный свет, яркая сиреневая вспышка. Взметнулись в стороны хищные туманные крылья, и белесая дымка, пройдя студеной ручейной водой по ладоням девушки, сорвалась с них маленькой птицей, вырастая в воздухе в огромного коршуна, без промедления бросившегося на обидчика.
   Мужчина инстинктивно выставил вперед руки и, более не заботясь о предосторожности, попытался отразить удар стремительно опутавшим ладони светом. Поднялся жуткий ветер. Протяжно взвыл на одной ноте какой-то зверь, и тут же к нему прибавился испуганно-возмущенный лай Алтая, не знающему что ему делать: толи бежать подальше от всего этого, толи спасать своего хозяина.
   Несколько секунд мужчина упрямо сдерживал направленную на него силу, после чего туман безжалостно смял его оборону и обрушился сверху чистой энергией, резко швырнув на землю и протащив по ней несколько метров. С лихвой отхлебнув у соперника силы, собрался в огромный пульсирующий молочно-белый комок и снова взвился вверх, прицеливаясь для следующего удара.
   Едва увернувшись от хлопнувших возле самого лица призрачных крыльев, мужчина с трудом поднялся на ноги и хмуро выставил перед собой обожженные едва-едва светящиеся ладони. Туман хищно и безжалостно оскалился еще одной сиреневой вспышкой.
   - Нет-нет! Стой! Остановись!.. - пробившаяся сквозь завесу ветра девушка, кинулась наперерез взметнувшей дымчатыми крыльями силе. - Не трогай его! Не надо!..
   - Беги отсюда! - рявкнул на нее мужчина, глядя как туман и не думая останавливаться, с завыванием несется теперь уже на них обоих.
   - Нет! - Девушка упрямо схватила его за запястье и, зажмурившись, выставила вперед свободную руку, ожидая расправы.
   С высоким хрустальным звоном рассыпалась наскоро установленная мужчиной защита. Распахнутую ладонь обожгло струящееся ледяное дыхание, тысячами иголочек пробежалось по кончикам пальцев, змеей обвилось вокруг запястья и... вдруг потеплело. В мгновение ока стих ветер, переставив стегать по лицу холодными плетями, воцарилась звенящая тишина.
   Девушка с опаской открыла глаза. Лунный свет серебром заливал поляну, тускло поблескивая на матовых спинках листьев, мирно и величественно смотрели вниз звезды, пряный аромат цветов смешивался со свежестью летней ночи. Заливающая поляну молочная дымка исчезла, будто ее и не существовало вовсе. Вместе с ней растворился и призрачный туманный гость. О произошедшей схватке напоминала лишь потревоженная трава, да бешено стучащее, готовое вырваться из груди, сердце.
   - Господи, что это такое было?.. - поворачиваясь к мужчине, с ужасом выдохнула девушка. - Мне... мне показалось, что это из-за меня произошло. Что это я... виновата. Почему? Что это такое?
   Мужчина, тщетно пытающийся справиться с пульсирующей в висках от недостатка энергии головной болью, с досадой посмотрел на бледную, судорожно дышащую спутницу:
   - Ты действительно такая дурочка? Или просто издеваешься надо мной? - в неприятной догадке изогнул бровь: - Мстишь?
   - Что? - оторопело переспросила девушка, ожидая услышать все, что угодно, только не оскорбления.
   - Ничего! - зло ответил мужчина, отворачиваясь от ненавистной девчонки. Какого черта его понесло ее искать?!.. Совесть замучила? Долг заставил? Да с ее защитой к ней и на километр близко никто не подойдет! А если и подойдет, то пожалеет об этом точно. И уж кто-кто, а она-то точно в лесу не заблудится, как поначалу ему показалось. Внешность как всегда обманчива.
   - Да иди ты знаешь куда! - в тон ему отозвалась девушка, только подтверждая догадки мужчины.
   Тамара хмуро отошла на пару шагов и отчаянно прикусила нижнюю губу. Нет, все происходящее, к сожалению, было не сном - больно было по-настоящему, на языке появился противный соленый привкус. И туман, холодной птицей сорвавшийся с ее ладоней, и странный наглый водитель с поводом и без оскорбляющий ее - были самой что ни на есть противной противоестественной реальностью.
   Девушка посмотрела на свои руки, попробовала мысленно создать такую же птицу, но ничего, естественно, не вышло. А может все-таки и не было ничего? Просто показалось? Но спросить об этом было не у кого. Зло копающийся в своей сумке водитель был ни в счет. Тамара вообще не понимала, что именно привело его к ней снова, но общался он исключительно по-хамски, вел себя странно и раздраженно, что не столько обижало, сколько злило. Незнакомым людям она не доверяла никогда. Незнакомым людям, внезапно одаривающим некими благими намерениями - тем более.
   Но одно ей стало ясно - в Белой Тоне ее вряд ли кто-то ждет, начало путешествия, по крайней мере, явно не задалось.
   Лес потихоньку наполнялся привычными звуками. Тихие шорохи, легкий шепот листьев, звонкое стрекотание сверчков, приглушенное уханье совы пушистыми сумеречными нитями мягко вплетались в тихую песню ветра, образуя неповторимое кружево летней ночи.
   Как это ни странно, но, несмотря на все произошедшие события, страшно девушке не было совершенно. Наоборот она почему-то ощущала себя под защитой какой-то сверхъестественной силы. И сила эта струилась вокруг, набрасывая на сознание вуаль спокойствия и отстраненности, сонной пеленой усталости гася удивление и тревогу.
   - Иней! - всплеснув руками, вспомнила Тамара и кинулась к валяющейся на боку сумке-переноске и поспешно подняла ее. Изнутри послышалось приглушенное шипение и испуганное царапание.
   - Тише, мой хороший! Не бойся, - девушка осторожно расстегнула молнию и заглянула в сумку. Два огромных, обиженно отблеснувших зеленым светом глаза глянули на хозяйку с бескрайней укоризной.
   Тамара бережно вытащила кота из заточения и прижала к себе, стараясь успокоить. Огляделась в поисках своего пледа. Тот обнаружился метрах в трех от сумки. Отброшенный ветром, он темной скомканной тряпкой валялся на примятой, мстительно источающей пряный аромат траве.
   Не выпуская кота из рук, девушка нагнулась, чтобы его подобрать... и вдруг заметила огромное белое пятно, беззвучно несущееся прямо на нее.
   Понять что это, она не успела - Иней вдруг выгнулся дугой и дико зашипел, глубоко впившись в плечи острыми когтями. В ответ на это раздалось громкое рычание, на смену которому пришел грозный раскатистый лай. Перед глазами мелькнула хищная оскаленная пасть, кот с отчаянным мявом взвился вверх, расцарапывая хозяйке руки и шею, вырвался на свободу и кинулся прочь. Огромные белые лапы двумя кузнечными молотами ударили девушку в грудь, безо всякого усилия сбивая ее с ног.
   Тамара сжалась, инстинктивно закрывая голову руками, и едва успела увернуться от мелькнувших у самого ее лица мощных задних лап - не сбавляя скорости, зверюга единым здоровенным прыжком устремилась за несчастной добычей в сторону леса.
   - Алтай, фу! - разозленный мужской голос эхом разнесся по поляне, заставляя пса прижать уши к голове. - Стоять!
   Кобель слегка замедлил скорость, но останавливаться даже и не подумал, сосредоточенно держа на мушке соблазнительно удаляющийся в темноту пушистый серый хвост.
   - Стой, я сказал! Алтай!! - голос мужчины перешел на рычание, и пес, с досадой поняв, что хозяин не только не сжалится над его охотничьей душой, а еще и запросто накажет оную, нехотя остановился и, обернувшись, окатил предателя обиженным взглядом.
   Кота он, конечно, почуял с самого начала. Еще тогда, когда нашел незнакомую спящую в туманной пелене девушку. Но хозяин не разрешал ему приближаться, хотя и очень хотелось. После, когда мужчина отчаянно сражался с природой, Алтай слышал, как испуганно кот выл в своей странной матерчатой конуре, однако в тот момент псу было совсем не до игр. Но зато теперь, когда девушка сама выпустила пушистого друга на волю, а хозяин отвлекся, тщетно пытаясь заговорить обожженные ладони, Алтай не смог отказать себе в маленьком удовольствии...
   - Ты в порядке?.. - мужчина виновато подошел к девушке и протянул ей руку. Та резко оттолкнула ее, заставив "спасителя" поморщиться от боли - никакие заговоры так и не подействовали, у него просто не хватило энергии, чтобы их активизировать.
   - Иней? Иней, ты где?.. - растеряно позвала девушка, с трудом поднимаясь на ноги.
   На краю поляны огромным белым с темными проталинами сугробом сидел и мрачно разглядывал свои собственные лапы пес. Весь его вид говорил о крайней неприязни к людям вообще и к некоторым рядом находившимся в частности.
   Во время странной схватки с туманом девушка слышала чей-то отчаянный лай, но почему-то не придала ему особого значения, а после и вовсе забыла, поскольку пес ни разу не показался ей на глаза. И вот теперь оказалось, что притащил его с собой водитель злосчастного автобуса, высадивший ее вместе с Инеем в чистом поле! И не просто притащил, а еще и не смог с ним совладать! И теперь ее домашний, ни разу в жизни не выходивший один на улицу кот, потерялся в незнакомом лесу. Из-за него!
   - Иней!.. - не обращая на пса внимания, девушка подошла к самой кромке леса и неуверенно сделала пару шагов в чернильную темноту. - Кис-кис-кис...
   Бесполезно. Она даже не знала, в какую сторону ринулся ее питомец, оказавшись в чаще.
   В ладонь мягко ткнулось что-то влажное и холодное. Вздрогнув, Тамара отдернула руку и, посмотрев вниз, увидела заинтересованно обнюхивающего ее Алтая.
   - Уйди!.. - мрачно отмахнулась она от него, пряча руку за спину, чтобы пес не смог ее лизнуть. Пес презрительно фыркнул и отошел на пару шагов назад.
   Тамара никогда не боялась собак. И даже когда в детстве ее тяпнула за ногу небольшая, но очень злющая соседская собачонка, по-дружески к четвероногим питомцам относиться не перестала, просто сделала себе мысленную заметку, что собак нужно уметь контролировать, ну и, конечно же, уважать.
   Относилась по-дружески, но не любила. Ей больше нравились кошки - свободные, своенравные, хитрые и самостоятельные. Поэтому и завела она когда-то кота, который с некоторых пор стал единственным близким ей существом на всей планете.
   - Уходите оба, вместе с хозяином своим! - в светлых глазах на мгновение полыхнуло отчаяние, и Алтай отвернулся, принявшись с интересом разглядывать длинную пушистую травинку.
   Девушка нервно сжала кулаки. Где он теперь, ее Иней? Наверняка понесся сломя голову сквозь лес. Она бы на его месте точно понеслась, увидев такую зубастую громадину. Теперь кот если и слышит ее зов, то все равно ни за что на свете не выйдет на поляну, пока псина караулит его, делая вид, что увлечена исключительно чистым воздухом.
   Тамара обессилено опустилась на траву и, судорожно прижимая к себе мамин плед и пустую сумку-переноску, спрятала лицо в ладонях. И зачем только она поехала в эту Белую Тонь? Все бросила и поехала! Что она здесь собирается найти? От себя убежать невозможно, куда бы ты не поехал, как бы сильно ты не спрятался. Так зачем же было уезжать? Чтобы потерять единственного друга, который, кстати, ради нее не побоялся прыгнуть с балкона и позвать на помощь?..
   Мужчина, все это время растеряно наблюдавший, как отчаянно сжалась в высокой траве худенькая девичья фигурка, не выдержал и подошел к девушке ближе, тихонько присел рядом с ней на корточки и мягко положил руку на плечо:
   - Ну ты чего так расстроилась? Из-за кота что ли? Так я сейчас его поймаю. Или Алтаю скажу, чтобы нашел и привел.
   Пес, услышав свою кличку, да еще и в соблазнительном сочетании со словами "кот" и "нашел" подскочил от радости и запрыгал вокруг хозяина, нетерпеливо вертя хвостом.
   Девушка медленно отвела ладони от лица и внимательно посмотрела на собеседника. Отняв руку, мужчина запоздало понял, что снова обманулся - в ее глазах не было ни слезинки, а взгляд был колким и холодным, как студеная январская вьюга.
   - Нет, - тихо произнесла она. - Я не хочу, чтобы вы его ловили. Единственное, чего я очень хочу - это чтобы вы ушли. - Голос ее был под стать взгляду - ледяной и какой-то слишком спокойный. - И вы, и ваш Алтай. К нему Иней не выйдет никогда, потому что испугался он именно его. Я сама найду кота. Дождусь солнца, чтобы не заплутать, и найду. Сама, - повторила она с холодным нажимом. - Уходите, пока я не кинулась на вас с кулаками.
   Мужчина выслушал ее монолог молча и без единой эмоции, однако его внимательный подозрительный взгляд заставил Тамару неприязненно поежиться. После он повернулся к пританцовывающему рядом псу и вполголоса приказал:
   - Алтай! Домой! Быстро! И чтоб из конуры мне не высовывался!
   Ка-ак?! - пес от неожиданности даже присел на задние лапы и прижал уши. Как домой?! Как это домой?! Ведь только что ему обещали ловить кота! Он совершенно ясно и точно слышал: Алтай будет искать кота! Ну а потом, конечно, ловить. А иначе, зачем же его искать?! А теперь домой?! Ни за что!!
   Хозяин, видя, что пес и не думает уходить, а оторопело и бестолково топчется на одном месте, не в силах покинуть место "охоты", хмуро изогнул левую бровь и коротко и властно взмахнул рукой, указывая Алтаю направление к дому.
   Пес бросил на него такой страдальческий взгляд, что будь на месте мужчины кто-то другой - непременно почувствовал бы угрызения совести. Но хозяин был непреклонен, и Алтай, понуро опустив голову до самой земли, медленно побрел прочь, изображая самую несчастную собаку на всем белом свете.
  
   ...Впрочем, спустя пару шагов пес украдкой обернулся и понял, что мужчине его спектакль совсем не интересен - он попросту отвернулся в другую сторону. А это значит... Хозяин сказал: "Домой!", "Быстро!" и "Из конуры не высовываться!". Вот сейчас он выйдет с поляны, а потом незаметно нырнет в лес, одним, всего одним глазком глянет на кота, а потом сразу "домой!", "быстро!" и честно сидеть в конуре!
   Ведь кота в их края не завозили уже очень-очень давно! И упустить такую возможность Алтай ну никак не мог.
  
   Глава 9
  
   - Меня зовут Святослав, - после долгого молчания вполголоса произнес мужчина.
   - Тамара, - даже не глядя в его сторону, отозвалась девушка, выдержал небольшую, но значимую паузу. Она ответила только для того, чтобы он отстал. Меньше всего девушке хотелось сейчас разговаривать. Тем более - с ним.
   - Я действительно хотел тебе помочь, Тамара, - продолжил он.
   - Прошедшее время, - устало заметила девушка. - Так что, надеюсь, больше вы мне помогать не станете.
   - Тамара, прекрати! - терпение Святослава лопнуло. Сколько можно уже миндальничать с этой девчонкой?! В конце концов, у него есть все права ее допросить, а в случае угрозы - выставить за пограничную зону, а то и применить силу.
   - Да ради бога, - равнодушно пожала плечами девушка и, замолчав, отвернулась, разглядывая стремительно белеющее небо. Еще немного и станет достаточно светло, чтобы начать поиски, а пока нужно просто подождать. "Тихо и спокойно подождать", - повторила про себя Тамара, чувствуя, как снова в ней закипает злость на навязчивого попутчика.
   - Тамара, поверь мне, я... - скрипнув зубами, предпринял еще одну попытку мужчина.
   - Почему? - вдруг перебила его на полуслове девушка.
   - Что - почему? - не понял Святослав.
   - Почему ты не уходишь? Зачем остался? - Тамара вздохнула и, повернувшись, пристально посмотрела ему в лицо: - Я чувствую твою злость и недоверие. Ты не хочешь со мной разговаривать, я вообще с самого начала тебя раздражаю - каждым словом и жестом, - девушка нахмурилась, непроизвольно отстраняясь от собеседника. - Так какого черта ты здесь торчишь? Что именно тебе от меня нужно?
   "Замечательно, она еще и эмпат!" - мрачно подумал Святослав, и Тамара отчетливо ощутила его гнев и досаду, спустя мгновение сменившуюся холодным коконом самообладания.
   - Боюсь, что ты снова заблудишься, - хмуро ответил он.
   - Врешь, - сказала Тамара.
   Вру, мрачно согласился про себя Святослав. И ты мне врешь. Изображаешь из себя несмышленую девчонку, но при этом взмахом руки спустила на меня Стража и опустошила резерв. А теперь еще оказывается, что и эмоции мои читаешь, как открытую книгу.
   Но все карты уже были выложены на стол, и крыть Святославу было нечем. Впервые за свою более чем длительную карьеру, он попадал в столь идиотское положение. Сила его была выпита до дна, поэтому допросить девушку магически не представлялось возможным. Использовать физическую силу против женщины он считал недостойным. Несколько серьезных попыток внушения пошли прахом - Тамара упорно от них уклонялась, чувствуя подвох. Но самое смешное было в том, что ни при посадке на его рейс, ни при встрече на поляне, ни тем более сейчас, Святослав так и не увидел в этой девушке ничего необычного, выдающего ее принадлежность к их кругу.
   Поэтому мужчина философски пожал плечами и, бесцеремонно нарушив первое правило переговоров - неразглашение цели - честно признался:
   - Мне нужно знать - кто ты и откуда. Куда и к кому направляешься. А главное - с какой целью.
   - Вы что - всех пассажиров так допрашиваете? - с легкой смесью досады и удивления спросила Тамара.
   - Нет, только тех, кого не знаю или не могу проверить.
   - Зачем?!
   - Такие правила, - общей фразой ответил ей Святослав и выжидающе посмотрел на девушку.
   Та, в свою очередь с недоверчивой тревогой посмотрела на него в ответ, пытаясь понять - издевается над ней мужчина или нет. Вроде бы нет, по крайней мере, откровенной издевки или превосходства Тамара в его голосе не почувствовала, но сам факт проверки и установления личности при въезде в какую-то деревню(!) казался ей полнейшим бредом.
   - Я не знаю что там у вас в Белой Тоне - полигон для разработки ядерного оружия, база с пришельцами, или закрытая больница для душевнобольных, - осторожно сказала она, - но за меня можете не беспокоиться. Я ехала сюда в гости к человеку, которого лично даже не знаю. Но после всего, что произошло, желание его навестить у меня пропало окончательно. Поэтому я собираюсь найти кота и уехать домой. И чем скорее, тем лучше.
   Получил? - мрачно подумал Святослав. Развернутый ответ, но по существу ни слова. Интересно, она специально это делает? Но вслух произнес:
   - Ну, быстро это сделать вряд ли получится...
   - Это еще почему?! - возмутилась Тамара. - Сначала к вам нельзя, а теперь уже и от вас не уехать?
   Святослав с прищуром глянул на ее реакцию, пытаясь оценить искренность ее слов. Потом устало потер лоб и с легкой досадой в голосе честно ответил:
   - Автобус сломался. Полкилометра до "Тони" не доехал - сдох. Причем основательно так сдох - сходу не починишь. Пришлось пешком до деревни топать.
   - Есть бог на свете, - вполголоса пробормотала Тамара.
   Святослав прерывисто вздохнул, и девушка почувствовала, как вспыхнуло в нем по-детски искреннее возмущение. Интересно, а чего он от нее хотел? Чтобы она сказала ему спасибо за проведенную ночь в незнакомом лесу?
   - Тамара, если бы я тебя не высадил, ровно через сто метров на самой границе на тебя бы напали попутчики. Неужели тебя об этом не предупреждали? - справившись с собой, спросил Святослав.
   - Нет, - хмуро ответила девушка и посмотрела ему в глаза. Рассвет брал свое, стало почти светло и холодные серо-голубые глаза собеседника казались студеной водой. - Меня никто ни о чем не предупреждал, потому что некому было предупреждать. Я же говорю - я никого здесь не знаю.
   - Назови мне - кто ты и откуда, - жестко сказал Святослав, которому вконец надоело играть в угадайку.
   Взгляд девушки на мгновение потемнел от гнева, но после сменился безразличной отрешенностью, и она тихо, тщательно скрывая раздражение, заговорила:
   - Озерова Тамара Александровна. Родилась в городе Курск, проживаю в Волгограде. До недавнего времени работала в рекламной компании ведущим менеджером. Если не веришь - можешь посмотреть мой паспорт, позвонить на работу. Или что там тебе еще нужно? Медицинский полюс, трудовая книжка, ИНН?
   - Нет, Тамара, ничего из этого мне не нужно, - вернул ей тон Святослав. - Мне не нужны твои адреса и телефоны, плевать на маски и социальные роли. Мне нужно знать кто ты. Твой уровень, твоя задача, твоя направленность. Кто твой земной наставник?
   - Я понятия не имею ни о каком уровне и наставнике. Я приехала сюда, потому что соседка дала мне этот адрес. Приехала просто так, на время, отдохнуть, - зло ответила девушка.
   Но Святослав был непреклонен:
   - Имя назови.
   - Чье?!
   - Соседки.
   - Понятия не имею! - Глядя как мужчина скептически изгибает на данное заявление бровь, Тамара почувствовала себя идиоткой. - Я не общалась с ней. Она просила сказать, что я от Марьяны. И все.
   - Хм... - удивленно произнес Святослав и, немного помолчав, спросил: - А что она тебе с собой дала?
   - Записку с названием села, - криво усмехнулась девушка, осознавая всю глупость сложившейся ситуации. Она с трудом вытащила из кармана джинсов мятую кое-как сложенную бумажку и показала ее мужчине.
   Святослав листочек не взял, а лишь, слегка прищурившись, скользнул по клочку бумаги взглядом, после чего задумчиво посмотрел на девушку.
   - Можешь убирать, - кивнул он ей. - Больше расспросов не будет.
   - Интересно знать, с чего бы это? - мрачно осведомилась Тамара.
   - Я знаю твою Марьяну, - спокойно ответил Святослав. - Ей можно верить.
   Мария Антонова была самым надежным "связным" из всех, с кем доводилось работать мужчине. Ее фирменный, недоступный обычному взгляду, вензель на записке не оставлял сомнений - девушка попала на их территорию вовсе не случайно. Однако почему она не получила точных инструкций и не имела ни капли знаний - по-прежнему оставалось загадкой. Обычно Марьяна действовала немного по-другому, да и время "сборов" давно прошло.
   - Замечательно! - всплеснула руками Тамара. - А вот про тебя она мне не говорила! Так же как и не упоминала, что мне устроят допрос! Она сказала, что Белая Тонь - это обычное село!
   - А Тонь и есть обычное село, - невозмутимо сказал Святослав. - Просто закрытое. И не потому, что здесь секта или сумасшедший дом, как ты подумала поначалу, - лукаво усмехнулся он. - А потому, что здесь занимаются серьезными разработками в некоторых областях эмм... энергии. И про меня она не сказала, потому что на моем месте мог быть кто угодно. Но узнать цель твоего визита мы были обязаны. Извини, если получилось грубо, но таковы правила.
   "Село", "энергия, "цель", "правила" - эхом отдалось в сознании Тамары. На мгновение мир вокруг нее снова сумеречно потемнел, к горлу подкатила тошнота, в висках дико забился пульс, казалась, из носа вот-вот потечет кровь.
   ...Светлые волосы, серо-голубые глаза, лесная поляна, рассвет. Она все это уже видела, знала. Только что перед ней сложилась первая картинка из странного бредового сна, в котором провела она целые сутки в своей квартире. "Ничего не бойся, ни о чем не спрашивай. Верь только себе и своим предчувствиям, - всплыла в памяти фраза Алмара. - События сами поведут тебя".
   Первый "маячок", - отстраненно сообразила Тамара, пытаясь выровнять дыхание, и невольно прикладывая ладонь ко лбу. - Я дошла до первого "маячка". Ну, Алмар!
   - Тамара, ты чего так побледнела? - как сквозь вату услышала она голос Святослава, вырывающий ее из оцепенения, и с облегчением почувствовала, как спадает пелена наваждения, унося с собою боль и тошноту.
   - Ничего страшного, - медленно и глубоко вздохнув, хрипло ответила девушка и, осторожно поднявшись на ноги, искоса глянула на мужчину: - Кофе хочешь?
   - Что? - удивленно переспросил Святослав.
   - Кофе, - повторила Тамара, направляясь к своей дорожной сумке, валяющейся неподалеку. С прищуром глянула на голубое, подрагивающее от томительного ожидания небо. - Минут через двадцать станет совсем светло, и я пойду искать Инея. А пока есть время на кофе. Так будешь или нет?
   - Буду, - неуверенно кивнул Святослав, удивленный столь быстрой и разительной переменой в ее поведении. Она что ему в кофе снотворное подсыпать хочет?
   Тамара, мысленно усмехнувшись его недоверию, присела на корточки и первым делом аккуратно сложила и убрала в сумку мамин плед. После достала из самой середины стопки с вещами небольшой синий термос и легкую ветровку. Молния недовольно застрекотала, отказываясь принимать в поклажу растревоженные вещи. Прерывисто вздохнув, Тамара единым рывком застегнула сумку и, выпрямившись, зашагала к Святославу. Тот смотрел на нее с откровенным подозрением.
   А ведь он старше меня лет на десять, - подумала девушка, глянув на мужчину, - Довольно симпатичный, но глаза... Холодные как лед, испытывающие, недоверчивые, жесткие. И лицо - хмуро-усталое. Он мне не верит, он на меня злится, и он... очень хочет есть и спать. - Тамара едва заметно улыбнулась этому невинному открытию и протянула мужчине термос:
   - Открой, пожалуйста, а то он иногда заедает.
   - Давай, - пожал плечами Святослав. Девушка отвернулась, расстилая на влажной от росы траве ветровку, и вдруг замерла, прислушиваясь к своим ощущениям.
   Боль... Тамара ненавидела чужую боль за то, что та рождала в ее душе некую липкую смесь собственной беспомощности, жалости и чужих мучений. Боль, как сигнал бедствия, пробивала любые выставленные ею заслоны, заставляя быть невольным свидетелем чужих страданий. Откуда здесь боль?..
   - Держи, - мужчина, как ни в чем ни бывало, отдал присевшей рядом девушке открытый термос.
   - Святослав, а что у тебя с руками? - вместо благодарности прямо спросила его Тамара.
   - Небольшой ожог, - слегка удивленно ответил мужчина. - А что?
   Небольшой?! Тамара мысленно покачала головой. Да ему до сих пор больно, а всего-то делов - крышку повернул! Но самообладание выше всяких похвал - он просто не обращает на боль внимания.
   - Тебе больно, - просто сказала девушка. Она потянулась и, бесцеремонно взяв его за запястье, повернула руку ладонью вверх. Святослав поморщился, внутренне возмутился, но руку не отнял.
   Присмотревшись, Тамара вздрогнула - вся поверхность ладони была покрыта здоровенными волдырями, а кончики пальцев и вовсе потемнели. Надо полагать, другая рука выглядела не лучше.
   - Что же ты сразу не сказал?! - вырвалось у девушки.
   - Зачем? - вопросом на вопрос ответил Святослав.
   - Затем, что у меня с собой аптечка есть - нужно было обработать!
   - Глупости это, Тамара, - усмехнулся мужчина. - Я немного восстановлюсь, и все само пройдет, не беспокойся.
   Тамара укоризненно вздохнула, но уговаривать не стала и, отпустив его руку, щелкнула кнопкой на термосе.
   - Это из-за меня, да? Ну, из-за того, что было ночью, - помедлив, спросила она, наливая кофе в крышечку-чашку. Святославу, наблюдающему за этим процессом, вдруг показалось, что в потоке наливающегося напитка явственно проскользнула золотистая искра, а воздух на одно неуловимое мгновение подернулся молочной дымкой.
   Интересно, что именно она в него подмешала? Оставалось только гадать - без энергии мужчина чувствовал себя беспомощным, как слепой котенок.
   - Я сам виноват, спровоцировал Стража, - ответил ей Святослав и с удивлением увидел, как девушка первой делает медленный глоток из чашки. Выходит, ему просто показалось? Видимо стареет, раз от беспомощности начинает всякая чушь казаться.
   - Какого еще стража?.. - недоуменно переспросила Тамара, делая еще один глоток и отдавая ополовиненную чашечку мужчине. Тот осторожно, стараясь не тревожить понапрасну ожоги, взял ее в ладони и вздохнул:
   - Странно, Тамара, что Марьяна тебе ничего не рассказала... - Святослав задумчиво глянул в чашку и, плюнув на все подозрения, сделал небольшой глоток темного напитка. Кофе был чуть теплым и слегка недослащенным, но вареным, крепким и ароматным, что быстро свело на нет все его недостатки. - Страж - это одно из проявлений природы. По какой-то ей одной известной причине она взяла тебя под свою защиту. Такое случается, причем довольно часто. Я просто разозлил тебя, спровоцировал, вот Страж и бросился на меня. А когда ты кинулась мне на помощь - просто признал меня "своим" для тебя и отстал.
   - А почему это произошло именно со мной? - спросила Тамара. - И почему раньше не происходило?
   - Ну... - Святослав потер переносицу. - Похоже, природа активизировалась только сейчас. Во-первых, ты на территории Белой Тони, здесь другая концентрация энергии, да и ее проявления тоже. Во-вторых, я обладаю эмм... возможностью управления этой энергией, то есть потенциально опасен, поэтому Страж кинулся на меня в открытую. К тому же я сопротивлялся. Обычного же человека в случае серьезной для тебя опасности, просто сбило бы с ног, причем вы оба были бы свято уверены, что он просто споткнулся...
   - Чем ты обладаешь? Возможностью управления энергией? - скептически спросила его Тамара.
   - Ну да, - Святослав допил кофе и выразительно глянул на термос. - Но показать я тебе этого, к сожалению, не могу, поскольку твой Страж опустошил мой резерв.
   Тамара недоверчиво покачала головой, аккуратно налила собеседнику еще кофе в благодарно подставленную чашку, а сама отхлебнула прямо из термоса. Он не врал, но сумасшедшие тоже верят в свои слова как в правду - об этом Тамара знала не понаслышке.
   - А этот Страж, или как ты его там называешь, может убить?
   - Нет, конечно! - махнул рукой Святослав. - Природа не убивает, она обычно только учит. Меня вон как пацана сопливого по поляне повозила, Силу отняла и бросила. Но это максимум. Животных она никогда не трогает. Обычных людей - крайне редко. Так что не беспокойся.
   - Обычных людей... - задумчиво повторила Тамара. - А тогда кто же ты?
   - Водитель, - усмехнулся Святослав. - Вожу народ туда-сюда, как видишь, государство даже автобус нормальный в нашу деревню выписать не может. Не говоря уж об охране. Поэтому параллельно еще и защитой границ заниматься приходится. В наших краях чужие ни к чему, верно?
   Тамара возмущенно фыркнула и, не отвечая, отвернулась.
   - Не дуйся, Тамара, - улыбнулся мужчина. - Я не знаю твоего уровня допуска, твоих знаний. Ну зачем я буду забивать тебе голову всеми этими подробностями? Сама все узнаешь потихоньку. К кому ты, кстати, приехала?
   - Я не дуюсь, - спокойно ответила ему Тамара. - Твоего уровня допуска и знаний я тоже не знаю, поэтому ответ на твой вопрос останется при мне.
  
  
  
   Глава 10
  
   Солнце было совсем близко к горизонту. Оно дрожало в нетерпении, отсчитывая последние минуты перед восходом. Птичий гомон оглушал и сбивал с толку, рассыпаясь тысячами хрустальных колокольчиков повсюду, куда только мог достать. Но даже сквозь него Тамара различала едва слышный приглушенный лай.
   Когда легкий ненавязчивый ветерок принес его в третий раз, Тамара медленно повернулась и молча посмотрела на Святослава. Тот, отсутствием слуха тоже не страдал, к тому же мог запросто распознать лай своего пса даже из гомона целой своры, не то что в одиночку. Поэтому, предупреждая назревший вопрос, с досадой проворчал:
   - Да, это Алтай.
   - Я даже не сомневаюсь, - заверила его девушка и вкрадчиво спросила. - А где он?
   - В лесу. - Мужчина мрачно дернул ворот рубашки, доставая из-за пазухи небольшой, довольно грубо выполненный кулон, висящий на длинном черном шнурке. Две встопорщенные серебряные ветви сплетались в остроконечный, устремленный вниз клинок, в центре которого слабо поблескивал маленький темный камень.
   Святослав поднес кулон к губам и, на мгновение нажав на его середину, вполголоса рявкнул:
   - Алтай! Домой, я сказал!!
   В следующую секунду едва уловимый монотонный лай оборвался на полузвуке, и Тамара посмотрела на мужчину как на сумасшедшего.
   - Обычный передатчик на батарейке, - хмуро объяснил он. - Что-то типа односторонней рации - ничего сверхъестественного. У Алтая на ошейнике приемник висит - можешь потом посмотреть.
   - Знаешь, меня куда больше интересует, куда твоя пес бегал и на кого лаял, - спустя паузу, ответила она.
   Интерес, впрочем, был праздным. Судя по поведению пса и его "послушанию" хозяину, Алтай попросту отошел от людей подальше и рванул в лес искать несчастного кота. И, похоже, нашел, но только не смог достать. А вот Святослав его взял и спугнул и, хотя Тамара запомнила примерное направление звука, найти на каком именно дереве сидит ее испуганный Иней будет фактически невозможно.
   Мужчина же, напротив, знавший своего пса, как облупленного был на сто процентов уверен, что Алтай до последнего не отойдет от своей находки, а после - заляжет где-нибудь в кустах либо потихонечку сбежит, будто его здесь и не было вовсе. А найти эту парочку большого труда не составляло - набралось бы немножко Силы. Впрочем, в крайнем случае, можно и просто по следам.
   Святослав стукнулся в свой резерв, в надежде, что туда стекся хотя бы один глоток энергии (все же как-никак рассвет, рождение нового дня). И внезапно обнаружил, что его "хранилище" заполнено практически до краев. Удивленно сморгнув, мужчина сделал несколько пассов руками, проверяя, не показалось ли ему. А после одними губами проговорил короткую витиеватую фразу, запуская регенерацию.
   Ладони его медленно окутались дрожащей водяной пленкой, пульсирующей в такт сердцебиению, и противное болезненное ощущение жара, наконец, отступило, сменяясь прохладным покалыванием.
   - Что это такое? - услышал он до глубины души удивленный голос Тамары и повернулся к ней:
   - Ты как это сделала? - вопросом на вопрос ответил Святослав.
   - Я?!
   - Ну не я же! - Взгляд его снова стал жестким и недоверчивым. Святослав потянулся и забрал у девушки из рук термос. Потом поднес к его горлышку раскрытую ладонь и на пару секунд закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям.
   Ну, конечно! Налицо явные следы вмешательства. Вот только не человека... Здесь бьется чистая энергия Природы. Та, что разлита вокруг, но неподвластна никому. Разве только...
   - Так что я теперь такого сделала?! - перебила его мысли Тамара. - И что с твоими руками?
   - Кофе, - немного смягчившись, сказал Святослав. - Ты вернула мне Силу через кофе, когда его наливала. Ты осознаешь, что делаешь или у тебя это спонтанно получается?
   - Я ни о какой Силе понятия не имею! - ответила ему Тамара. - Я этот кофе из автомата на остановке в термос перелила. И все!
   - Будем считать, что спонтанно, - спокойно резюмировал мужчина ("либо ты надо мной просто издеваешься") и, поднявшись, протянул девушке руку: - Вставай, пошли кота твоего искать, пока Алтай сам его с дерева не снял.
   Но Тамара не двинулась с места, хмуро и неотрывно глядя на пульсирующий вокруг его ладони воздух. Святослав досадливо тряхнул руками, сбрасывая заклятие. Черти с ней, с этой регенерацией, она и так уже почти закончилась, а легкое покраснение через несколько часов исчезнет само.
   - Это всего лишь лечебный заговор, Тамара, - раздраженно проговорил он, наклоняясь и бесцеремонно беря девушку за локоть и поднимая на ноги. - Помнишь, я говорил, что умею управлять энергией? Обещал даже показать, как восстановятся Силы. Так вот - считай, что показываю. Сейчас еще одно заклятие увидишь...
   Он отстегнул от небольшой, висящей у него через плечо сумки, короткий кожаный поводок, для которого, как успела заметить Тамара, была заботливо пришита широкая петля на липучке. Несколько секунд подержав поводок в руках, мужчина беззвучно произнес несколько слов и, перехватив его в левую руку, правой бросил в траву сноп серебряных искр. Те рассыпались по земле бисерной нитью и вдруг начали множиться, то тут, то там высвечивая серебристые пятна.
   - Как у тебя это получается? - оторопело спросила Тамара.
   - Дар и долгое обучение, - пожал плечами Святослав. - Не бери в голову. Смотри!
   Пробежав через всю поляну, искры устремились в лес, оставляя за собой быстро гаснущие следы.
   - И что это?
   - Следы Алтая, - коротко ответил мужчина, возвращая поводок на место. - Надо идти, пока они не стерлись. Второй раз маячок уже так хорошо не настроится - будет путать.
   Святослав быстро зашагал в сторону леса, невольно заставляя Тамару присоединиться.
   - Это ты хочешь сейчас сказать, что твоя псина вместо того, чтобы идти домой, продолжает гонять Инея по лесу?! - возмущенно воскликнула Тамара, нагоняя спутника.
   "С удовольствием, только снять с дерева не может, иначе не тявкал бы как щенок у хозяйского застолья", - подумал Святослав, но вслух ответил:
   - Нет, конечно. Просто он нашел его и все.
   Тамара мрачно посмотрела на него и ускорила шаг, ступая вслед за искристой дорожкой.
   Наконец, над горизонтом вспыхнуло горячим рассветным факелом солнце, расписывая первыми золотистыми лучами все, до чего только смогло дотянуться. Птичий щебет перешел в ультразвук, лес заполнила яркая мозаика света и тени, перемешивая высветленные искрами следы.
   Святослав, которого восход оповестил коротким болезненным толчком в виски, задержался на мгновение, закрыл глаза и сделал медленный глубокий вдох, черпая силу из рассветной энергии солнца. По груди неспешно разлилась теплая волна, мягкими отголосками пройдя по всему телу и растопленным медом растворяясь в резерве.
   Мужчина поморщился. Он не слишком-то любил этот вид энергии - яркий, горячий, спонтанный, оставляющий после себя странное сладковатое послевкусие. Куда больше ему нравилась энергия заката - темная, тягучая, спокойная и сильная. Но выбирать не приходилось - на работе он был обязан пополнять запасы любым доступным способом. Поэтому, задвинув свои личные предпочтения в дальний угол, Святослав сделал еще один полный глоток Силы, окончательно восполняя затраченную на регенерацию энергию.
   Когда мужчина открыл глаза, девушка успела обогнать его на несколько метров и теперь, полуобернувшись, удивленно смотрела на него, выясняя причину остановки. Святослав отрицательно покачал головой и кивком велел ей идти дальше, на что Тамара возмущенно фыркнула и, отыскав глазами убегающую тропинку, зашагала по ней вдвое быстрее.
   Святослав молча пошел следом. Теперь, когда его резерв был полностью восполнен, а природный страж более не мешал, он мог понаблюдать за строптивой девчонкой несколько иным способом.
   Мужчина вытянул вперед левую руку, мысленно стремясь дотронуться до девушки кончиками пальцев и, почувствовав колкое тепло, резко сжал ладонь в кулак, прислушиваясь к ощущениям. Перед внутренним взором замелькали различные символы, но ни один из них не совпал со сделанным Святославом слепком. Мужчина хмуро покачал головой - Тамара действительно не имела своей Силы и не обладала Даром. Следов постороннего вмешательства или завязанных на девушку заклинаний Святослав также не обнаружил (либо они искусно были скрыты кем-то из Высших, но это уже вообще было из области фантастики, поскольку уровень мужчины позволял ему заглянуть практически под любую завесу).
   Эмоциональный фон... Девушка, судя по всему была ярко-выраженным врожденным эмпатом, чего не скажешь о нем, Святославе, которому каждое вмешательство в чужое сознание стоило целого глотка энергии. Мужчина глубоко вздохнул и осторожно потянулся к ауре спутницы. В ту же секунду идущая впереди девушка резко остановилась и, развернувшись к нему лицом, вызывающе взглянула ему в глаза. Замерший в полушаге от нее Святослав с досадой почувствовал, как упал перед его заклятием глухой непробиваемый заслон. Она уклонилась. Снова.
   - Святослав, а давай ты пойдешь передо мной, ну или хотя бы рядом, - смущенно потерев переносицу, попросила она. - Просто когда ты идешь следом, меня не покидает ощущение, что ты меня словно... исследуешь.
   "Как будто если я пойду рядом, это меня остановит", - с усмешкой подумал Святослав, и взгляд девушки стал еще холоднее.
   - Хорошо, если тебе так спокойнее, я пойду впереди, - примирительно поднял он ладони. - Тем более что след ты, выясняя со мной отношения, все равно уже потеряла.
   С удовлетворением отметив на лице Тамары растерянность, он шагнул вперед и, прищурившись, отыскал внутренним взглядом едва заметную дотлевающую тропу, обычному человеческому глазу давно не видимую. Алтай ходил вокруг поляны кругами, по сути не отходя от нее дальше чем на двадцать метров. Увиденный Святославом след крутанулся, запетлял и вышел в нескольких метрах около мужчины.
   Святослав без колебаний шагнул наперерез и, выйдя на светящуюся искрами дорожку, бодро зашагал по ней, намеренно ускоряя шаг. Судя по нарастающей яркости тропинки, беглец был совсем рядом.
   Девушка молча шла следом. Заданный темп был слишком быстр для нее, то и дело заставляя переходить на бег, но ни единого упрека в свой адрес Святослав так и не дождался.
   Наконец тропа заискрилась бенгальскими огнями, показывая горячие следы, сверкающей лентой обвилась вокруг тоненького деревца и скрылась в растущих в нескольких метрах от него малиннике.
   - Пришли, - коротко резюмировал мужчина, кивком указывая на молоденькую березку, метра на полтора усыпанную искрами следов. - Твой кот наверху. Думай, как будешь снимать. - Он привычно повел рукой в воздухе, отзывая остаточно энергию заклинания. Искорки на земле медленно угасли, заставив кончики пальцев мужчины едва заметно засветиться.
   Тамара беспокойно посмотрела на макушку деревца и, прищурившись, разглядела серый пушистый комок, испуганно сжавшийся среди яркой зелени тоненьких верхних веток.
   - Иней! И-иней! - позвала девушка. - Иди ко мне, мой хороший! Спускайся!
   Кот даже не шелохнулся, мерно покачиваясь в такт шагающему по макушкам деревьев ветру.
   - Святослав, а с ним точно все в порядке? - встревожено спросила Тамара. - Он не реагирует!
   - Да что ему сделается, это же кот! - раздраженно отозвался Святослав, в данный момент мрачно направляющий к зарослям высокого колючего малинника. Он обернулся, небрежно вскинул раскрытую ладонь и сквозь пальцы посмотрел на кота.
   - Сердце бьется, дыхание есть, теплый, - коротко перечислил он основные параметры и философски резюмировал: - Значит, живой. Никуда не уходи, Тамара, я сейчас вернусь.
   Не слушая ответного шипения, он осторожно раздвинул малиновые кусты и скрылся в их ароматной изумрудной зелени, оставив Тамаре досаду и ощущение какой-то детской беспомощности. Управляющий энергией, чтоб его! Вот что ей теперь делать?
   Она немного походила вокруг березы, позвала кота на разные лады и, не добившись результата, слегка встряхнула деревце, проверяя, можно ли на него взобраться. Березка жалобно всхлипнула и протестующе закачала неокрепшими ветвями. Кот, сидящий на самых ее молоденьких прутиках, впервые подал признаки жизни - судорожно перебрал лапками и тихонечко взвыл от страха.
   - Иней! - оживилась Тамара. - Ты же меня видишь! Спускайся потихонечку, не бойся! Здесь никого кроме меня нет, честное слово!
   - Ну, это небольшое заблуждение... - раздался рядом с девушкой спокойный, глубокий и завораживающе-бархатный мужской голос. Шеи мягко, как кошачья лапка коснулась теплая ладонь, перехватывая дыхание и мгновенно погасив испуганный вскрик. Правая рука Тамары неожиданно оказалась за спиной, вывернутая в хитром, совершенно безболезненном, но полностью обездвиживающем захвате. В довершении всего к коже над сонной артерией и заполошно бьющейся на запястье вене прикоснулись какие-то острые предметы, ненавязчиво давая понять, что сопротивляться не стоит.
   Тамара ошеломленно замерла, не столько испуганная, сколько разозленная и удивленная тем, что не только не заметила незваного гостя, но и так легко, без боя, позволила себе ему сдаться.
   Она попробовала что-то сказать, но незнакомец легонько сжал лежащую на ее шее ладонь, и девушка замолчала, отчаянно борясь с головокружением и нехваткой воздуха.
   Оставалось только ждать.
  
   ***
   Алтая Святослав нашел не сразу. В малиннике пес походил только для виду, на самом деле спрятавшись в корнях здоровенного дерева неподалеку от него.
   В принципе замаскировался пес идеально. Подкопав сырые прошлогодние листья, он умудрился пролезть в небольшое пространство под старым дубом, непостижимо свернуться там небольшим комочком и даже подтащить к себе сухую ветку, полностью скрываясь от чужих глаз.
   Возможно (и, скорее всего) кто-то другой его бы и не заметил, но, во-первых, Святослав сам натаскивал этого паршивца на маскировку, во-вторых, много лет являлся его хозяином. А в-третьих, был настолько зол, что, даже не обладая он Силой, нашел бы и вытащил Алтая даже из-под земли.
   Откинув ветку, мужчина присел на корточки и деликатно постучал кончиками пальцев по собачьей спине. Свернутый в клубочек пес даже не шелохнулся, изображая из себя не то чью-то сброшенную шкуру, не то просто издохшего под деревом зверька.
   Святослав искренне восхитился такой наглостью, однако мысль силой вытянуть зверюгу из укрытия и задать ему по первое число, не без сожаления отверг. Напротив - порывшись в карманах, мужчина извлек на свет маленькую, завернутую в яркий, шуршащий фантик карамельку и принялся нарочито медленно ее разворачивать.
   Алтай, которому этот звук был сладок с детства, мгновенно напрягся, отчаянно вслушиваясь в хруст бумажной обертки, несколько раз шумно вздохнул, выдавая себя с головой, встопорщил шерсть и, не выдержав, вдруг развернулся как пружина и без колебаний кинулся на Святослава, в прыжке выхватывая конфету у него из рук.
   - Ага! - мужчина сгреб пса в охапку и по инерции прокатился вместе с ним по земле.
   К саднящим, оставленным малиной, царапинам на щеке добавилось пару синяков от попавших под спину корней и сухих веток.
   Наконец пес был повержен и отчаянно заскулил, пытаясь вывернуться и сбежать.
   - Ничего подобного, - сказал Святослав, одной рукой крепко перехватывая его за ошейник, а другой отстегивая от сумки короткий поводок. - Пойдешь рядом. И целую неделю не будешь выходить из дома дальше калитки. Даже со мной! Даже на задание!
   Алтай фыркнул и, мгновенно перестав сопротивляться, обиженно отвернулся. Понурившись, безропотно дал пристегнуть себя на поводок. Потом исподволь покосился на мужчину.
   Хозяин стоял рядом и хмуро отряхивался от прилипших к одежде частиц земли и листьев. Как будто это так важно иметь чистые тряпки! Странные они, эти люди! И чего хозяин постоянно на него ругается? Мог бы и похвалить - ведь он старался, так замечательно спрятался, все, как хозяин учил!.. А он... И ведь есть же на свете счастливые собаки - их носят на руках, разрешают жить дома и спать в кровати! Одну такую Алтай даже знает - она живет на соседней улице и, несмотря на сварливый характер, у нее есть вкусный дорогой корм, мягкая большая подушка и несколько ошейников на выбор!.. А ему Святослав даже по лесу побегать не дает! Того и гляди еды лишит! А потом и выгонит вовсе! И будет несчастный пес скитаться один по свету, брошенный всеми...
   Дойдя до крайней степени жалости к себе, Алтай горестно заскулил и, наконец, позволил себе утешиться, достав из-за щеки надежно припрятанную конфету и громко ею захрустев.
   Святослав, глядя на разыгрывающуюся рядом трагедию, насмешливо фыркнул и легонько дернул поводок, увлекая пса за собой в пресловутый малинник.
  
   ***
   - Святослав, а ведь это чистой воды провокация, ты не находишь? - Он сидел прямо на земле, расслабленно откинувшись на ствол небольшого деревца и мягко приобнимая сидящую возле него девушку. Та, похоже, спала, доверчиво откинувшись назад и положив голову к нему на плечо. Он медленно и нежно водил кончиками пальцев по ее обнаженной шее, оставляя едва заметные, тут же исчезающие розовые дорожки.
   - Не то слово! - обозревая открывшуюся ему картину, с чувством ответил Святослав и дернул поводок, осаживая выщеревшего зубы Алтая.
   Темно-русая, в цвет слегка вьющихся, собранных в короткий низкий хвост волос, бровь собеседника удивленно приподнялась, чисто-серые с черным ободком радужки глаза слегка потемнели, а бархатный баритон внезапно приобрел низкие рычащие нотки:
   - Все-таки война?
   - Даниил, твои действия вряд ли будут одобрены Высшими. Поэтому, если война и начнется, то исключительно по твоей вине, - мрачно сказал Святослав. - Отпусти девочку, она не имеет ко всему этому никакого отношения.
   - Серьезно? - фальшиво изумился собеседник и, слегка ослабив хватку на шее своей жертвы, мягко поднялся, без единого усилия поднимая на ноги и девушку.
   Тамара глубоко вздохнула, медленно открыла глаза и вяло посмотрела на Святослава.
   - Скажи-ка мне, девочка, а не твоя ли скотина сидит сейчас на макушке этого дерева? - вкрадчиво прошептал ей на ухо все тот же мягкий баритон, и чьи-то руки легко развернули девушку лицом к березке и заставили поднять голову вверх.
   - Это не скотина, это мой кот!.. - с трудом выговаривая слова, яростно прошептала пересохшими губами Тамара. - Только попробуй его тронуть! - И едва слышно добавила: - Дался же вам этот кот, психи ненормальные... - Сказать что-либо еще она не успела, от легкого болезненного прикосновения вновь лишаясь возможности двигаться.
   Удерживающий ее мужчина зло усмехнулся:
   - Ты слышал? Она притащила его сюда намеренно, причем прибыла не пешей тропой, а на автобусе, где вместе с ней ехало пятеро наших. Это провокация, Святослав, и ты этому не препятствовал!
   - Я не препятствовал?! - разозлился Святослав. - А что я, по-твоему, должен был сделать? Отобрать у нее это животное и вышвырнуть его в окно, или что? Я и так высадил их на полдороге! Из-за твоих же, между прочим, сородичей, которые не только не умеют владеть собой, но еще и не особо трудятся скрывать свою ипостась!
   - Она нарушила договор! Наплевала на наши традиции! Люди оскорблены! - прорычал Даниил. - Только за это я имею право убить ее здесь и сейчас, без всякого приговора!
   Мягкое нажатие на кожу в области шеи внезапно сменилось резким болезненным уколом, после чего невидимое лезвие коротко скользнуло вниз, оставляя после себя небольшую, но глубокую царапину, быстро наполняющуюся кровью. То же самое произошло и с Тамариным запястьем.
   - В Белой Тоне не запрещено держать животных, - голос Святослава стал ледяным. - А девочка приехала именно туда! Дорога и транспорт являются зоной ненападения! Поэтому можешь засунуть свои традиции в...
   - Если она ехала в Белую Тонь, то что она делает здесь, возле наших границ? - резко перебил его Даниил.
   - Здесь нейтральная зона, - поморщился Святослав. - И границы такие же ваши, как и наши. Не притягивай за уши, Даниил!
   - Я... здесь... случайно... - внезапно едва слышно произнесла Тамара. - Правда...
   Боль ее немного отрезвила, во время спора мужчин хватка немного ослабла, и девушка начала потихоньку осознавать происходящее. По шее и пальцам текла и вязко капала вниз кровь, голова раскалывалась на тысячи кусочков, подкатывала тошнота.
   Сосредоточившись, Тамара смогла поймать и разграничить эмоции мужчин, и сделать для себя некие выводы. Например, Святослав, хоть внешне и казался абсолютно спокойным, на самом деле был взбешен и дико возмущен происходящим. А вот тот, которого он называл Даниилом, несмотря на показную злость, получал от своих слов и действий искреннее удовольствие. Он играл с Тамарой как сытый кот с мышью. Вот только понять, чем опять провинился ее несчастный Иней, у девушки так и не получилось.
   - Случайно... - повторил Даниил. - Очень интересно. С дороги сошла - случайно, контур пересекла - тоже случайно, ну и прямиком к нашим границам направилась - это, несомненно, абсолютно случайно! - И устало обратился к Святославу: - А что если я ее действительно убью?
   - Да убей уже, если так хочется, - вздохнув, разрешил мужчина. - Но если она важное звено, сдохнешь вместе со всеми.
   - С тобой - в том числе, - заметил Даниил.
   - Со мной в том числе, - вернул ему тон Святослав. - Ну, может, чуть пораньше. - Он быстро и коротко вскинул руку и метнул в сторону собеседника сорвавшийся с пальцев синий шар.
   Даниил нечеловечески быстро развернулся, отпуская девушку и резко отталкивая ее от себя, чтобы вывести из под удара, и едва успел уклониться от него сам. Врезавшийся в ближайшее дерево шар оставил в нем здоровенную обугленную дыру. В воздухе отчетливо запахло озоном и холодной дождевой водой. Со всех сторон послышалась тихое, предостерегающее рычание, и Алтай волчком закрутился на месте, ощериваясь в ответ еще сильнее.
   Даниил вскинул правую ладонь, разом утихомирив невидимых защитников, и едва заметно склонил голову в коротком ритуальном поклоне:
   - Десять минут.
   Святослав хмуро кивнул в ответ и сложил ладони в сложном знаке, вкладывая в заклинание добрую половину своего резерва.
  
  
   Глава 11
  
   Внешне ничего не произошло, но магическим зрением мужчина прекрасно видел, как сорвалась с его пальцев маленькая серебряная змейка, как засновала по траве, очерчивая вокруг собеседников нерушимый заслон, который вечно будет водить кругами случайно подошедшего к нему путника, так и не дав возможности заглянуть под призрачную завесу.
   А давно и жадно наблюдающие за их поединком взгляды увидят лишь внезапно опустевший лес.
   - Ну и в чем дело? - в наступившей тишине устало спросил Святослав.
   Даниил закрыл глаза и медленно глубоко вздохнул, пытаясь распознать магию:
   - Кокон?
   - Он самый, - кивнул ему в ответ мужчина, жестом заставляя беззвучно скалящего зубы Алтая сесть и привязывая поводок к осинке.
   - Это хорошо, - темноволосый едва заметно улыбнулся и, как ни в чем не бывало, протянул Святославу ладонь.
   Тот спокойно ответил на крепкое рукопожатие, после чего взглянул на безжизненно лежащую на траве девушку и с досадой сказал:
   - Даня, а ты поосторожнее не мог? Она ведь все-таки человек! - мужчина присел на корточки и быстро осмотрел свою спутницу, задержав особое внимание на глубоких ранах на ее шее и запястье. После - прикоснулся пальцами к сонной артерии, считая пульс.
   - Святослав, я ведь вообще мог с места не двигаться - пусть бы приняла удар на себя! - прищурившись, ответил собеседник, после махнул рукой: - Ничего серьезного я ей не сделал, успокойся. Через пару минут сама очнется.
   Святослав хмуро покосился на мужчину и на мгновение закрыл глаза, высчитывая сложную, основанную на количестве ударов сердца формулу. После - осторожно прикоснулся к коже девушки возле кровоточащих порезов и легонько сжал их края.
   - Знаешь, Данила, - покачал головой он, внимательно наблюдая, как полупрозрачная магическая нить проворно мелькает под его пальцами, останавливая кровь и заживляя ранки, - Ваши игры иногда переходит все границы. И люди здесь вовсе не при чем. Зачем вы все это сделали?
   Вместо ответа мужчина вздохнул и бесшумно подошел к злополучной, старательно укрывающей кота березке. Прищурившись, взглянул вверх и, спустя пару секунд раздумий, подпрыгнул и, ловко перецепившись, вмиг оказался на первой, самой надежной ветке, после чего с силой встряхнул деревце.
   Березка жалобно всхлипнула, мазнула по утреннему небу изумрудной макушкой, рассыпая повсюду зеленые листочки-слезы. Одна из ее тоненьких верхних веточек не вынесла такого варварства и сломалась, не сумев удержать пушистую ношу. Кот отчаянно взвыл и камнем полетел вниз, безуспешно пытаясь уцепиться за проносящиеся мимо ветки.
   Даниил резко подобрался и метнулся вперед, в нечеловечески длинном прыжке перехватывая несчастное животное на полпути к земле, мягко и неслышно приземлился на ноги и тихо зашипел, мгновенно усмиряя обезумевшего от испуга кота.
   Алтай, видя такое дело, взвился на дыбы, отчаянно пытаясь сбросить с себя поводок, и зашелся в обиженно-злом кашляющем лае. Святослав искоса глянул на своего пса и, подумав, взмахнул рукой, раскидывая вокруг четвероного друга гасящую сеть.
   Алтай от неожиданности замолчал, тряхнул головой и озадаченно закрутился на месте, пытаясь понять, почему одновременно исчезли и запахи, и звуки, и самое главное - этот наглец, посмевший вместо него снять с дерева кота. Которого он, Алтай, между прочим нашел первым!
   Даниил, глядя на все это, только усмехнулся, мягко поглаживая пойманную добычу и специально для него вплетая в свое дыхание едва слышное успокаивающее мурлыканье.
   К Алтаю мужчина, несмотря на подобные концерты, относился хорошо, нисколько не укоряя Святослава за то, что так и не смог выучить своего питомца реагировать на него спокойно. По правде говоря, причина такого поведения пса крылась в самом Данииле, в силу природных особенностей действующего на Алтая исключительно вызывающе, а силу характера - не желающего это пресекать. Это противостояние забавляло мужчину и, при случае, он не упускал возможности посоревноваться с псом в силе, ловкости и скорости, получая от этого искреннее удовольствие и иногда даже уступая. Все-таки людям этого не понять...
   - Знаешь, Святослав, - проговорил Даниил, усаживаясь на бурый, с изумрудными росчерками молодой травы, лиственный ковер и расслабленно прислоняясь к дереву. - Самое смешное, что я все детство мечтал, чтобы у меня был вот такой вот ручной кот. В тайне от Предводителя, конечно. И вот теперь я его правая рука, а изменить ничего не могу.
   - О чем это ты? - вопросительно изогнул бровь Святослав, скептически осматривая тонкие светлые полоски, оставшиеся на коже девушки после лечения. Воздух над ними пульсировал и подрагивал - Природа мерно восстанавливала утраченную энергию своей подопечной. Сама девушка, с легкой руки Даниила, находилась в глубоком сне.
   - О том, что наши люди, ехавшие вместе с твоей полоумной девчонкой, считают, что этот кот - очередная провокация. А ты этому попустительствовал. Для нас это оскорбление, а ситуация и без того острая, Святослав, ты же знаешь. Нужен только повод, и все с радостью вцепятся друг другу в глотки. Терять нам нечего, все и так прекрасно понимают, чем закончится для нас Переход.
   - Будущее не определено, кому, как ни тебе это знать, Данила! - резко ответил ему мужчина, но его собеседник лишь скептически усмехнулся, заставив Святослава досадливо поморщиться. - К тому же все произошедшее - случайность. Я действительно понятия не имел, что она, - маг в последний раз взглянул на девушку и, оставив ее, сел напротив друга, - умудрится сойти с дороги и заблудится! - Я нашел ее на поляне, спящей. Потом Алтай этого чертового кота шуганул, и тот понесся сквозь лес напролом. Но лучше так, чем если бы твои люди разорвали их на кусочки в автобусе. Мне все равно пришлось бы вмешаться и малой кровью не обошлось бы точно. Это была бы уже не просто провокация, а настоящий повод. Причем уже с нашей стороны...
   - Да верю я тебе, - поморщившись, отмахнулся Даниил. - Хоть и методы работы у тебя странные. Но Вожак такое объяснение вряд ли примет.
   Святослав устало потер переносицу и мученически вздохнул:
   - Хорошо, я предстану перед Советом Клана, объясню ситуацию и поручусь, что никакого злого умысла мы не имели...
   - Было бы неплохо, - хмуро кивнул ему друг. - Иначе показательным спектаклем вам точно не отделаться. И кота этого, - мужчина наклонился и заглянул животному в глаза, заставив его окончательно расслабиться и перевернуться на спину, давая погладить себя по животу, - нужно убрать. Иначе сам понимаешь... Девчонка тоже пусть пока особо не высовывается. Кстати она уже... эй!... - Даниил возмущенно потер плечо и повернулся в сторону прилетевшей палки.
   - Быстро отпусти моего кота!
   Мужчина даже не шелохнулся, с интересом рассматривая очнувшуюся девушку, на губах его играла легкая насмешка.
   Тамара сидела на траве, одной рукой держась за ноющую шею, а другой опираясь на влажную от росы траву. Ее сон был похож на темный омут, мутный и удушающее-тягучий. Пробуждение оказалось еще хуже. Мало того, что дико болели запястье и шея, так еще и голова кружилась так, что небо перед открытыми глазами поначалу то и дело пускалось в пляс, а к горлу подкатывала тошнота.
   Но еще более неприятной оказалась открывшаяся ей сразу после пробуждения картина. От разгоревшейся ранее ссоры не осталось и следа - Святослав совершенно спокойно сидел напротив напавшего на нее человека и разговаривал с ним настолько тихим голосом, что казалось, что общаются они беззвучно. Выражения лиц у обоих были усталые, серьезные и сосредоточенные, словно они занимались решением мировых проблем. Но самое главное на руках у темноволосого был ее кот, неизвестно по какой причине ставший сегодня камнем преткновения!
   - Тамара, тебе бы пока лучше не вставать, - предупредительно поднял руки Святослав, глядя, как девушка, держась за растущую рядом осинку, пытается принять вертикальное положение. - Заклинание еще не до конца распалось - можешь упасть в обморок.
   - Да иди ты к черту со своими заклинаниями! - огрызнулась на него девушка. - В сумасшедшем доме и то спокойнее! Вы что - знакомы? - она покосилась на задумчиво наблюдающего за ней незнакомца. Кот на его руках сидел на удивление спокойно, довольно щурясь от поглаживаний.
   - Друзья, - не стал лукавить Святослав.
   - Замечательно! - мрачно пробормотала Тамара. - И следуя твоей извращенной логике, он тоже ничего плохого сделать мне не хотел!
   - Ну... - Святослав смущенно потер переносицу, подыскивая слова.
   - Ты и понятия не имеешь, что такое хорошо, а что плохо, - ответил за него Даниил.
   - Ну, зато тебе, похоже, это хорошо известно! - резко отозвалась Тамара.
   Даниил насмешливо улыбнулся, на мгновенье обнажив кончики белых клыков и заставляя девушку побледнеть.
   Тамара внимательнее присмотрелась к собеседнику. Обычный мужчина. Худощавый, одетый в джинсы и свободную рубашку, он выглядел лет на семь моложе Святослава. В целом ничем не примечательная внешность компенсировалась спокойной уверенностью и обаянием, он даже казался вполне дружелюбным, но... Все же что-то нечеловеческое скользило в каждом его взгляде, жесте, улыбке. Что-то сильное, звериное, противоестественное. Такое бывает у безумцев, не ведающих человеческих ценностей, не желающих жить по общим правилам, но старательно играющих роль "нормальных" людей.
   Девушка глубоко вздохнула и, отпустив осинку, медленно, стараясь не обращать внимания на накатившую слабость, подошла к мужчине и молча взяла у него с колен разомлевшего кота. Покачнувшись, села, прислонившись к поваленному дереву, и хрипло пробормотала:
   - Нападать со спины подло.
   Даниил изумленно вскинул левую бровь, и взгляд его неуловимо потемнел:
   - Ты невнимательна. Я трижды обошел вокруг тебя, прежде чем, как ты выразилась, напасть.
   - Зачем ты это сделал? - спросила Тамара. На лице Святослава, невольно слушающего их диалог, на миг отразилась ирония. Этот разговор был ему уже знаком, только некоторые персонажи поменялись. Но Даниил был по другую сторону баррикады, обладал иной силой и к людям особой приязни не испытывал. Поэтому ответил с обезоруживающей честностью:
   - Ты нарушила правила, перешла грань дозволенного. Если бы не Святослав, я бы тебя убил. Это было бы быстрее и проще, чем придумывать кучу оправданий, почему я этого не сделал.
   Тамара невольно сжала сидящего на ее руках кота сильнее и тот, недовольно мявкнув, впился в нее когтями, пытаясь вывернуться. Даниил мягко наклонился вперед и, коснувшись кота кончиками пальцев, что-то коротко промурлыкал. Иней в ту же секунду затих и обмяк-обвис в объятьях хозяйки покорной тряпкой. А мужчина нарочито медленно провел указательным пальцем от локтя до запястья девушки, и Тамара с ужасом увидела, как обычный человеческий ноготь плавно трансформируется в хищный заостренный коготь, в конце пути почти царапая ей кожу.
   - Ты меня боишься, - удовлетворенно заметил Даниил, убирая руку.
   - А ты надо мной просто издеваешься, - пересохшими губами ответила Тамара. Она не чувствовала прямой угрозы в его словах. Да, он ни секунды не солгал, сказав, что мог бы убить ее. Но в данный момент он просто играл с ней, как совсем недавно под деревом. - Кто ты?
   - Святослав, откуда она такая взялась? - чуть склонив голову, спросил у друга Даниил, не удостоив Тамару ответом. - Я не чувствую в ней никакой особой энергии. Она обычный человек.
   - Не поверишь, - вздохнул мужчина. - Марьяна прислала. Но она совершенно не подготовлена.
   - Хм, - темноволосый удивленно взглянул на друга. - Хотя... Ты же знаешь, Марьяна в молодости большой выдумщицей была, может, она так пошутила?
   - Да если бы... - хмуро покачал головой Святослав. - У Тамары такой Природный Страж, что даже я отбиться не смог. Он в два счета меня на земле разложил и всю энергию выпил.
   - Наверное, за дело? - невинно уточнил Данил.
   - А вот и нет, - усмехнулся мужчина. - Это была случайность.
   - А, ну тогда конечно, - с иронией отозвался друг и с пристальным интересом посмотрел на девушку.
   Взгляд был мягкий и расслабленный, но по спине Тамары пробежала холодная дрожь, и появилось противное ощущение, словно незнакомец рассматривает ее изнутри, бесстыдно вторгаясь в закрытую на все замки душу.
   - Отстань! - едва слышно пробормотала она и, с усилием отводя взгляд, тряхнула волосами, пытаясь сбросить оцепенение.
   - Неприятное ощущение, правда? - с легкой издевкой спросил у девушки Даниил. И Тамара вдруг поняла, что и в момент нападения и сейчас мужчина мог запросто "закрыться" от нее, запретить считывать себя, но не сделал этого, давая девушке понять, что реальной опасности для нее нет. - Святослав, а она сильный эмпат, знаешь?
   - Знаю, - буркнул в ответ мужчина. - Один я тут среди вас убогий, ни шагу без энергии ступить не могу.
   - Давай меняться! - с готовностью предложил Даниил. - Ты мне Дар, я тебе - эмпатию. А потом я в деревню, а ты в Клан, на недельку... Развлечемся немножко.
   - Боюсь, кое-кто через недельку без хвоста вернется, - с насмешкой заметил Святослав.
   - А кое-кого даже на порог не пустят, - вернул ему шпильку друг и, взглянув на небо, нахмурился: - Время переговоров заканчивается... Что решаем с девчонкой?
   - Это вы о чем? - с подозрением поинтересовалась Тамара.
   - Молчи, - властно бросил Даниил, заставив девушку вспыхнуть от возмущения, и вопросительно посмотрел на Святослава. Шутки кончились.
   - Я уведу ее на правах пограничника, - ответил мужчина. - Любые контакты с наблюдателями запрещаю, иначе буду вынужден применить силу.
   - Проиграешь, - покачал головой Данил.
   - Зато это послужит хорошим поводом уже с нашей стороны, - пожал плечами Святослав.
   - Если вы сможете это доказать, - парировал собеседник. - Ну хорошо, я сдержу людей, они доведут вас только до ваших границ, показываться не станут. Но и ты не нарывайся.
   - Ну, по поводу ваших и наших границ, а также кто на кого нарывается, мы с тобой потом обсудим, - скрипнул зубами Святослав.
   - Ага, завтра на Совете, - мрачно ответил ему Даниил. - Мало ни тебе, ни мне не покажется, обещаю.
   - Да уж... - проворчал мужчина, и взглянул на Тамару: - Я накину на тебя магические путы. Это не больно и не страшно. Но нужно для твоей же безопасности.
   - Зачем? - удивленно спросила девушка.
   - Затем, что лучше я уведу тебя как пленницу, чем завтра вернусь за твоими останками, - хмуро ответил ей Святослав. - Твой Страж здесь не сработает. Перед Даниилом и наблюдателями ты беспомощна.
   - Но ведь я же ничего не... - Тамара вдруг замолчала и затравлено оглянулась, чувствуя себя в плохо поставленном фильме ужасов: - А как же мой Иней?..
   - Кота лучше не оставлять, - бесстрастно сказал Даниил.
   - Что? - переспросила Тамара, нервно перехватывая питомца и прижимая его к себе. В отчаянии посмотрела на Святослава, но наткнулась на спокойный и холодный взгляд, лишенный всякого участия. Заставить Даниила изменить принятое решение было практически невозможно. К тому же оно было единственно верным. - Как это не оставлять?..
   Даниил склонил голову и молча, задумчиво посмотрел на стремительно побледневшую девушку. Ничего не понимая, Тамара испуганно попыталась прочитать его эмоции, но внезапно наткнулась на глухую непробиваемую стену - мужчина закрылся с такой легкостью, какая ей и не снилась. В воздухе повисло холодное колкое напряжение, и даже кот начал нервно перебирать лапками, больно царапая Тамаре кожу сквозь футболку.
   - Ладно, спрячь его, - наконец сказал он Святославу. Тот с удивлением посмотрел на друга, но промолчал.
   - Только не магически, - предупредил Даниил. - Это только вызовет подозрение. Лучше запихни его в какую-нибудь куртку или сумку. Главное не на виду и не у нее, - мужчина кивнул на девушку, - в руках. Если что-то пойдет не так - бросай его не задумываясь, и уходите. Инстинкты я сдерживать не ручаюсь. А завтра в полдень жду тебя - будем пытаться объяснить все это Хранителям Клана. Придумай, как бы повразумительней это описать. Врать бесполезно, сам понимаешь...
   - Придумаю, куда мне деваться, - проворчал Святослав, стягивая с себя ветровку. - Я скоро с этой службой дипломатом стану!
   - Вот видишь как много плюсов в работе водителя! А ты еще думал - соглашаться на нее или нет,- поддел его друг и обратился к Тамаре: - Давай сюда своего кота.
   - Нет, - Тамара сильнее обняла питомца и вжалась спиной в дерево.
   Даниил мученически вздохнул, потянулся и мягко, но сильно сжал ее предплечье:
   - Из-за тебя и так много проблем, - в мягкий баритон неуловимо примешалось глухое рычание, взгляд стремительно потемнел, а черты лица отчетливо приобрели что-то звериное. - Не искушай меня сделать тебе что-то действительно плохое.
   Ни прилагая абсолютно никаких усилий, мужчина отвел в сторону руку девушки и забрал у нее кота, довольно грубо взяв его за шкирку. Иней слабо мявкнул, выражая недовольство, но Даниил что-то коротко и отрывисто прорычал ему в ухо, и кот, осознав свою ошибку, затих, стараясь не привлекать к себе больше внимания.
   За пару секунд мужчины надежно замотали его в куртку, оставив лишь маленькое отверстие для воздуха. Взяв подмышку живой сверток, Святослав посмотрел на Алтая, тоскливо и пока еще неслышно для окружающих воющего на проплывающие по небу облака. То, что пес давно почуял сотворенное хозяином заклинание, мужчина не сомневался. Оставалось только гадать, что Алтай придумает ему в отместку.
   - Тамара, как ты себя чувствуешь? - обратился он к поднявшейся рядом девушке.
   - Как в страшном сне, - хмуро отозвалась Тамара. - Скорей бы он закончился.
   - Вся наша жизнь - это сон, - наклонившись, мягко прошептал ей на ухо стоящий за спиной Даниил, и девушка отчетливо почувствовала, как побежала по телу вызванная его голосом дрожь. - А пробуждение - это...
   - Не в этом смысле! - дернула плечом Тамара.
   Святослав коротко повел ладонью, отзывая энергию из распавшегося лечебного заклинания и попутно проверяя самочувствие девушки. Порезы на ее теле зажили, Природа полностью восстановила утраченные защитные силы организма. В целом все было неплохо.
   - Протяни вперед руки и соедини запястья, - попросил он.
   Укоризненно вздохнув, девушка подчинилась, не проронив ни слова и практически не удивившись, когда, повинуясь легкому касанию прохладных пальцев, ее запястья обвила полупрозрачная зеленая лента, накрепко связывая руки.
   - Это вынужденная мера, Тамара, правда, - виновато сказал Святослав. - Я тебе потом все объясню.
   Он не лгал, к тому же Тамара слишком устала, чтобы спорить, поэтому просто согласно кивнула, краем глаза следя за крепко спеленатым в куртку котом.
   Святослав тем временем подошел к закрывающему Алтая куполу и, выбрав место поудобнее и поближе к зверю, единым взмахом распылил гасящую сеть сиреневыми искрами, закружившимися вокруг его пальцев колкими электрическими снежинками.
   Тоскливый собачий вой оборвался на полузвуке - Алтай внезапно осознал, что хозяин мало того, что каким-то чудесным образом воплотился прямо перед ним, так еще и жестом приказывает ему замолчать и успокоиться.
   Пес, прервавший свою "песнь" больше от неожиданности, чем от приступа послушания, хотел было уже окатить Святослава обиженным заливистым лаем, как ветер принес ему знакомый соблазнительный запах, исходящий от свертка, который аккуратно удерживал мужчина. Рядом с ним по-прежнему стоял Даниил, с интересом наблюдающий за освобождением пленника, но агрессии не проявляющий. А чуть поодаль, потрепанная, усталая, со связанными руками стояла найденная ими на поляне девушка, хозяйка кота.
   Святослав, пользуясь паузой, быстро отвязал поводок от деревца и, намотав его на руку, довольно жестко потянул Алтая на себя, пытаясь если не подавить ожидаемый бунт в зародыше, то хотя бы слегка сбить пыл с разобиженного питомца.
   Однако вопреки всем наихудшим ожиданиям, Алтай вдруг наклонил голову и ткнулся белым широким лбом в колени хозяину. Потом молча(!) и четко, как когда-то давным-давно на тренировках обошел хозяина и каменным изваянием застыл у его ног, всем своим видом изображая полное повиновение.
   Святослав удивленно сморгнул, инстинктивно ожидая подвоха и легонько подергал за поводок (вдруг пес просто еще не разобрался где находится, или это побочный эффект заклятия?). В ответ Алтай поднял на хозяина полный обожания, восхищения и преданности взгляд, и прикоснулся холодным мокрым носом к удерживающей поводок руке.
   Святослав слегка изменился в лице и недоуменно посмотрел на Даниила, надеясь, что тот объяснит ему, что происходит.
   От темноволосого не укрылось ни тщательно скрываемое нетерпение, выдаваемое лишь редким, нервным помахиванием песьего хвоста, ни подрагивающие в такт ветру ноздри, ни старательно отводимый (чтобы не заподозрили!) от свертка в руках хозяина взгляд, ни внутреннее ликование. Поэтому Даниил наблюдал за спектаклем с истинным удовольствием и лукавой улыбкой.
   Но Тамара его опередила:
   - Пусть хоть на хвосте спляшет - кота не получит! - мрачно произнесла девушка. Пес медленно повернул к ней голову и одарил таким презрительным взглядом, что Даниил не выдержал и рассмеялся.
   Святослав изогнул бровь и внимательно посмотрел на питомца, но тот ответил ему кристально чистым и честным взглядом, слегка, правда, косящим на подергивающийся сверток.
   - Ладно, потом разберемся, - с досадой махнул рукой мужчина, не желая вносить смуту в наметившееся перемирие. - Приготовьтесь, я расплетаю "кокон"...
  
  
  
   Глава 12
  
   Глубоко вздохнув, Святослав закрыл глаза и мысленно потянул за тонкую прозрачную нить, легковесным кружевом опутавшую пространство вокруг них. Воздух завибрировал и задрожал, подчиняясь воле мага и постепенно снимая призрачную преграду.
   - Тамара, - чуть слышно позвал заворожено наблюдающую за происходящим девушку Даниил. Та повернулась к нему, недоуменно заглянула в темно-серые глаза и... вдруг рухнула в мутную и холодную пропасть воспоминаний.
   Перед внутренним взором закружились тысячи картинок, сотни людей, лиц, историй. Они перемешивались, путались, показывались и исчезали вновь, оставляя после себя единственно важное знание - все они кусочки единого целого. Из жизни в жизнь, во время нее и после - суть каждого оставалась неизменной. Она узнала Даниила, как узнавала его тысячу раз прежде. Кем бы он ни был для нее - другом или врагом, учителем или прохожим, Тамара помнила его. Впервые за эту жизнь она, наконец, смогла встретить хоть кого-то, с кем виделась раньше.
   Но вместо радости, это знание вдруг породило внутри нее глубокое, отчаянное смятение, в пух и прах разрушая сложившиеся стереотипы, заставляя привычную картину мира покачнуться. Творящиеся в последнее время события заставляли Тамару чувствовать себе словно в страшном сне, где явь и вымысел настолько перемешены, что нет никакой возможности разобраться, что реально, а что является порождением воспаленного сознания.
   Даниил стоял и спокойно ждал, пока девушка справится с царящими внутри нее эмоциями, и как только ее взгляд начал обретать прежнюю ясность, хмуро покачал головой:
   - Так нельзя, Тамара, тебе нужно научиться владеть собой. Иначе сойдешь с ума.
   - Раньше со мной такого не было... - хрипло отозвалась девушка, переводя дыхание.
   - Раньше все было по-другому, - ответил ей мужчина. - Теперь этого не будет никогда. - Он взглянул на дрожащую, доживающую последние секунды завесу "кокона" и, прежде чем отойти в сторону, сказал: - Когда пойдешь со Святославом - молчи и постарайся "закрыться". Ничего не бойся. И все будет хорошо.
   В следующее мгновение невидимая нить заклятия натянулась до предела и, издав мелодичный звон, лопнула, обнажая место их укрытия. Святослав сделал короткий шаг назад, одновременно оказываясь рядом с девушкой и заслоняя ее собой от невидимой опасности. Стоящий напротив Даниил вмиг утратил всякое дружелюбие, вид его приобрел неуловимую властность и отчуждение, во взгляде читался холодный вызов и презрение, заставивший Тамару неприязненно поежиться. Удостоив мага коротким, граничащим с оскорблением кивком, он жестом приказал им уходить.
   Тамара почувствовала, как полыхнуло в Святославе тщательно скрываемое раздражение. Но все же он склонил голову в ответ, и, выражая полное доверие, повернулся к Даниилу спиной и довольно грубо толкнул Тамару, заставляя ее идти прямо перед собой. Алтай тихо и безропотно плелся рядом с ним. Больше никого не было видно, но в воздухе отчего-то висело колкое ледяное напряжение.
   Между тем лес продолжал жить своей зеленой жизнью, мерно шелестя крупными блестящими листьями и слушая щебет пригревшихся на солнышке птиц. Ему были безразличны перипетии людских судеб, он не ведал добра и зла, одинаково спокойно взирая на рождение и смерть, и безропотно прятал в своих ветвях любые тайны.
   Спустя пару минут Тамара немного расслабилась и, услышав, как завозился и сдавленно мяукнул в руках у Святослава кот, обернулась, чтобы узнать, в чем дело. Но тут же получила от мужчины обидный и болезненный тычок в плечо, принуждающий ее идти дальше.
   Тамара вспыхнула от возмущения, но, памятуя о словах Даниила, смолчала, с досадой отворачиваясь и ускоряя шаг. Но было поздно. Краем глаза, девушка успела заметить легкое, почти неуловимое движение в чаще леса слева от нее. Вздрогнув, она прикипела взглядом к этому и месту и вдруг различила едва слышное рычание. Следующая тень метнулась справа, заставив Тамару нервно оглядеться и, зазевавшись, споткнуться через какую-то палку.
   - Под ноги лучше смотри, а не по сторонам! - тут же одернул ее Святослав. Тон его был скорее ободряющим, чем грубым, голос - ровным и уверенным, как будто он не замечал того, что происходит вокруг. На ее плечо легла ладонь и, прежде чем подтолкнуть, легонько сжала, давая понять, что ситуация под контролем: - И иди быстрее, мне еще автобус сегодня чинить.
   Но, несмотря на все старания Святослава, девушка уже окунулась в страх. Рычание усилилось, и казалось оно идет со всех сторон, кот тихонечко завыл в своем матерчатом коконе, силясь вырваться и сбежать, Алтай прижался к ногам хозяина, мысленно готовясь защищаться до последнего.
   Тени замелькали вокруг все чаще, и Тамаре начало казаться, что она видит, как кто-то раз за разом неуловимо быстро пересекает ее путь. Кто-то очень похожий на человека. Но только люди не могут двигаться так быстро...
   Видения путались и искажались. То тут то там девушке начали мерещиться изуродованные лица, перекошенные яростью и злобой. Пульс участился, кузнечным молотом стуча в висках, она едва справлялась с дыханием, голову сдавил железный обруч боли.
   Наконец, Тамара не выдержала и остановилась, уткнувшись разгоряченным любом в связанные запястья.
   - Это провокация, Тамара, не ведись на нее, - прошипел Святослав. - И не останавливайся!
   Но было поздно - из-за ближайшего дерева, не таясь, выступил высокий светловолосый юноша, одетый в темно-серые, в цвет тени, штаны и рубашку. Взгляд его прозрачно-голубых глаз казался потусторонним и безумным, на губах играла холодная, безжалостная улыбка. Он стоял и молча смотрел на Тамару, бесстрастно ожидая, когда та сломается или сорвется.
   Тамара посмотрела на него в ответ и вдруг увидела прямо перед собой двух маленьких, лет пяти, детей. Мальчика и девочку. Они стояли совсем близко, взявшись за руки, и, не отрываясь, сверлили девушку взглядом. Потом девочка что-то тихо прошептала и скучающе склонила голову, наблюдая за тем, как Тамара, ахнув, болезненно хватается за переносицу, стараясь остановить хлынувшую из носа кровь. Мальчик довольно оскалился, показывая короткие неестественно острые клыки. Девушка невольно сделала шаг назад, наткнувшись на Святослава.
   - Здесь никого нет, - холодно сказал ей мужчина. - Просто иди вперед и все.
   Тамара медленно обернулась, чтобы посмотреть на него и, задохнувшись от ужаса, резко отпрянула в сторону. На месте Святослава стоял тот самый светлоглазый юноша, что мгновение назад был в нескольких метрах от нее. Звонкий и издевательский детский смех эхом раздавался вокруг, временами переходя в озлобленное звериное рычание. Юноша потянулся, схватил Тамару за волосы, и намотал их на руку, лишая возможности вывернуться. Потом коротко размахнулся и хлестко ударил ее по лицу.
   - Очнись, Тамара! - злой голос Святослава вырвал ее из творящегося вокруг кошмара. И девушка словно вынырнула из воды, начиная нормально осознавать происходящее.
   Рычание исходило от ощерившегося и отчаянно пытающего сорваться с поводка Алтая. Мелькающие тени плел лес, причудливо играя солнечным светом и колышущимися на ветру ветвями. Крови на лице как ни бывало, лишь болезненно горела ударенная магом щека. На одной ноте выл кот.
   Тамара проследила, на кого так усиленно лаял пес, и увидела все так же стоящего в нескольких метрах от них юношу, в реальности правда выглядящего куда более прозаично - обычный молодой парень в чуть великоватой темно-серой робе, хмурый и со скрещенными на груди руками. Рядом с ним, прислонившись к дереву, стоял невысокий мужчина и девушка лет двадцати. За их спинами лес постепенно светлел, открывая поляну, на которой накануне остановилась на ночлег Тамара.
   Девушка с досадой куснула губу. Ведь предупреждал же ее Даниил - "закройся"! Но она не послушала, и в результате впустила в свое сознание эту странную троицу и едва не дала себя сломать.
   - Уйдите с дороги! - ледяным тоном приказал Святослав. - Девушка не представляет для вас никакой опасности! Завтра на Совете Клана я это докажу.
   - Плевать на нее, - хрипло проговорил юноша. - И на тебя. Но оскорбления мы не потерпим! Поэтому выбирай - либо она, либо твой сверток. А после - доказывай все, что хочешь.
   Святослав зло скрипнул зубами, но спорить не стал. Лишь поудобнее перехватил поводок с рвущимся на свободу Алтаем, и наклонился, намериваясь положить на землю спеленатого в ветровку кота. Но Тамара его опередила.
   - Не надо, Святослав, - медленно проговорила девушка. - Я останусь здесь. И пусть только попробуют что-нибудь мне сделать.
   Следующее мгновение запомнилось Тамаре мутной и красной пеленой боли, пополам разбавленной чужой ненавистью и злобой. Прокатившись по влажной от росы траве, она сильно ударилась боком о корень какого-то дерева и вдруг почувствовала, как исчезли с ее рук магические путы.
   Стремительно обернувшись, девушка увидела, как ладонь Святослава окуталась синим свечением, а ударивший ее парень подобрался, по-звериному ощерившись и склонив голову. Его напарники в мгновение ока оказались у него за спиной, мигом сведя все шансы мага к нулю.
   - На поляну, Тамара! - рявкнул Святослав. - Быстро!
   - Не указывай мне! - тяжело дыша, зло огрызнулась девушка, с трудом поднимаясь на ноги и осторожно трогая разбитую губу.
   Маг с немой яростью повернулся к разговорчивой девчонке, но ситуация уже потеряла контроль.
   Юноша единым длинным прыжком кинулся в сторону Тамары, на ходу трансформируясь во что-то мало похожее на человека. Едва принявшая вертикальное положение девушка снова оказалась на земле, придавленная рычащей грудой мышц. Она не успела даже вскрикнуть, только инстинктивно выставила вперед руки, тщетно пытаясь оттолкнуть глубоко вцепившееся когтями ей в плечи и отчаянно рвущееся к горлу чудовище.
   Двое остальных Наблюдателей молниеносно напали на самого Святослава, заставив его все-таки выпустить из рук несчастного кота, чтобы отразить удар. Синяя полупрозрачная волна резко оттолкнула противников прочь, давая мужчине секундную передышку.
   - Алтай, фас! - крикнул он, отпуская поводок. Пес безошибочно угадал приказ хозяина и ринулся на помощь девушке, со всего размаху врезаясь в рычащее чудище и мертвой хваткой вцепляясь ему в загривок. Существо взвыло и перекатилось по земле, увлекая за собой и Тамару.
   Больше Святославу ничего увидеть не удалось - нечеловечески быстро сокративший расстояние Наблюдатель отвлек его внимание на себя, едва не полоснув по лицу острыми когтями. Его напарница оказалась менее мстительна. Она кубарем прокатилась у мага под ногами, выхватывая сверток с котом, и с рычанием рванула его трансформированными зубами. Иней с воплем вывернулся из злосчастной тряпки и, увидев грозящую ему опасность вблизи, вздыбился от ужаса, зашипел и пулей кинулся наутек. Девушка, вернее то, что ею было раньше, с утробным рычанием ринулась следом, оставляя на земле глубокие следы от когтистых лап.
   Заметавшийся между деревьями кот попробовал было взобраться на одно из них, но клацнувшие над самых ухом зубы заставили его поменять планы и лететь, сломя голову, вперед, не разбирая дороги. Спустя несколько мгновений он совершенно случайно выскочил на залитую солнцем поляну. Выпрыгнувшая следом тварь внезапно споткнулась, прокатилась по земле и поднялась на ноги уже обыкновенной человеческой девушкой. Скорость ее чуть уменьшилась, но Иней, отчаянно нарезающий круги вокруг сумки с вещами хозяйки, все равно чувствовал, что живым ему не уйти.
   - Хватит! - раздался внезапно холодный яростный голос. И неожиданно появившийся на месте потасовки Даниил с голыми руками бросился на напавшее на девушку чудовище. Алтай в ту же секунду отлетел в сторону и зашелся в отчаянном лае, но спустя мгновение все было кончено - существо, жалобно скуля, лежало на земле, постепенно трансформируясь в светловолосого юношу, а мужчина, не скрывая хищного оскала, крепко удерживал его за горло. Чуть поодаль, свернувшись дрожащим калачиком, хрипло дышала Тамара.
   Святослав тоже внезапно лишился противника. Его Наблюдатель мгновенно трансформировался в человека и, с ненавистью опустив голову, отступил от мага на несколько шагов.
   - Лайна! - прорычал Даниил, не увидев на месте третьего Наблюдателя. Обладающая куда лучшим, чем обычный человек слухом девушка со злостью швырнула на землю уже пойманного кота и в мгновение ока оказалась рядом с мужчиной.
   Все трое выглядели довольно потрепанно, но темная свободная одежда с успехом прошла испытание трансформацией и боем, не только не порвавшись по швам, но даже не особо испачкавшись. Единственным, чья рубашка пострадала - оказался отбивавшийся от Алтая юноша.
   - Я приказал незаметно довести их до границы! - с тихой яростью проговорил Даниил, грубым толчком заставляя его встать. - Не вступая в конфликт, не провоцируя!
   - Она сама виновата! - ощерился в ответ парень.
   - Она всего лишь человеческая девчонка! - рявкнул мужчина. - Она не стоит того, чтобы из-за нее началась война!
   - Тогда зачем она здесь? - впервые подал голос самый старший из Наблюдателей.
   - Выяснишь это завтра на Совете Клана! - резко ответил ему Даниил. - А сейчас возвращайтесь на охрану наших границ! И думайте, как будете мне объяснять произошедшее!
   Наблюдатели с молчаливым бешенством склонили головы и, не смея нарушить приказ, неуловимо быстро растворились в лесной чаще.
   - Я ведь предупреждал тебя! - зло прорычал Даниил, подходя к девушке и, несмотря на протестующий стон, рывком поднимая ее на ноги и довольно грубо прижимая спиной к дереву, чтобы не дать сползти обратно на землю. Затихший было Алтай снова разразился захлебывающимся лаем, но былое добродушие Даниила словно ветром сдуло:
   - Заткнись! - ощерился он в ответ, заставив пса тут же замолчать и испуганно попятиться. Игры кончились, такой Даниил мог запросто разорвать пса, не испытав при этом ни капли сожаления, и он, в отличие от Наблюдателей, был гораздо сильнее. - Святослав, убери его, иначе я за себя не ручаюсь!
   - Остынь! - холодно бросил в ответ маг, но все-таки наклонился к питомцу, отстегивая поводок, и приказал: - Алтай, быстро домой!
   Дважды пса уговаривать не пришлось. Он без промедления рванул в сторону поляны, а после и за ее пределы, на этот раз послушавшись хозяина беспрекословно.
   - Отпусти меня, наконец, мне же больно! - хрипло проговорила Тамара. И Даниил снова обратил к ней яростный взгляд:
   - Потерпишь!
   Удерживая девушку одной рукой, он рванул окровавленную футболку, обнажая глубокие рваные порезы, оставленные когтями на ее плечах. Тамара зло отвернулась - вместе с ними всеобщему обозрению открылись несколько коротких и длинных белых шрамов рассыпанных по ее груди и животу. Не обращая на это внимания, Даниил бегло осмотрел раны и огромный синяк на ребрах девушки и с силой нажал на несколько точек рядом с поражениями, заставив Тамару болезненно зашипеть, после без всякого усилия сцапал ее за шиворот и толкнул ее в сторону Святослава:
   - Уходите.
   Маг едва успел подхватить споткнувшуюся на ровном месте девушку и с мрачной усталостью посмотрел на друга:
   - Завтра будет тяжелый день.
   - Не то слово, - покачал головой Даниил.
  
   ...Перед тем как выйти на поляну девушка не выдержала и оглянулась. Даниил стоял, прислонившись к дереву и, нахмурившись, смотрел им вслед. Встретившись с ним взглядом, Тамара явственно ощутила его укор и разочарование, и покаянно опустила глаза.
  
  

   Глава 13
   Первое, что сделал Иней - это искусал и исцарапал Святослава, попытавшегося по просьбе Тамары застегнуть сумку-переноску. В нее чудом уцелевший кот забрался сам, раз и навсегда пересмотрев свои взгляды на драгоценную свободу. Единственное, с его точки зрения, безопасное убежище он приготовился защищать до последнего, с устрашающим шипением кинувшись на появившуюся в его поле зрения незнакомую руку.
   - Извини, раньше он так себя не вел... - виновато сказала девушка, поспешив прийти магу на помощь.
   - Ну да, конечно, - потирая саднящие запястья, проворчал Святослав и взглянул на Тамару. - Как ты себя чувствуешь?
   - Терпимо, - отозвалась она. - Можно уже идти.
   - Точно? - усомнился Святослав, оценивающе глядя на девушку. Благодаря его усилиям, синяк на ее скуле почти исчез, разбитая губа тоже практически пришла в норму. Девушка причесалась, насколько смогла оттерла кровь и переоделась в черную футболку, скрыв следы недавних событий. Но даже несмотря на это, лицо ее светилось бледностью, под глазами залегли усталые тени, а взгляд был болезненным и усталым.
   - Да, - как можно бодрее кивнула девушка.
   Боль она перестала чувствовать практически сразу после того, как Даниил нажал на какие-то точки возле ее ран, кровь вскоре остановилась сама. Святослав же магически ускорил процесс регенерации, оставив силам Природы доделывать все остальное. Наибольшее неудобство доставляло лишь сломанное ребро, "подручной" магии поддающееся с трудом и делающее дыхание поверхностным и болезненным, да накатывающая волнами слабость.
   - Ну хорошо, пойдем, - пожал плечами Святослав и помог девушке осторожно подняться. С сожалением взглянув на свою любимую, теперь больше напоминающую решето, ветровку, вполне успешно составляющую на траве компанию Тамариной футболке, он мрачно щелкнул пальцами, заставив испорченные вещи вспыхнуть неестественно-ярким магическим огнем и в несколько секунд превратиться в бездымную кучку пепла.
   Затем, несмотря на громкий испуганный протест кота, взял обе сумки и не спеша, стараясь не задавать и без того выглядевшей как смерть девушке высокий темп, пошел напрямик через поляну.
   К удивлению Тамары дорога оказалась совсем близко, в каких-то двадцати метрах от них. Но каким образом ей удалось сойти с широкой, наезженной песчаной колеи, девушка понять никак не могла.
   - Из-за меня будет много проблем? - спросила она, когда напряженное молчание стало невыносимым.
   - Да, - не стал обманывать Святослав. - Не думаю, что теперь мы сможем сгладить конфликт. До событий с Наблюдателями еще могли бы, но теперь...
   - Кто они вообще такие, Даниил и эти Наблюдатели? - спросила Тамара. - Они ведь не люди.
   - Не люди, - согласился мужчина. - Они оборотни, хоть и предпочитают, чтобы их называли людьми.
   - Никогда не думала, что столкнусь с таким... - задумчиво сказала девушка и с досадой повернулась к Святославу: - Но теперь-то ты можешь мне объяснить, чем так вам всем так не угодил мой кот!
   - Мне все больше и больше хочется поговорить с Марьяной! - вполголоса проворчал Святослав. - Если выживу, обязательно к ней наведаюсь! - Но, чтобы хоть как-то отвлечь девушку, на вопрос все же ответил: - Это длинная история, Тамара. Наполовину перемешанная с мифами и легендами. По преданиям - первые оборотни появились после того, как боги наказали человеческие души, заключив их в тела в различных животных. Человеческая сущность взяла верх, но животные инстинкты не давали оборотням полностью превратиться в людей. Обретя противоестественные способности, они были изгнаны из людского общества и сбились в стаи - каждая по принадлежности к определенному животному, которое впоследствии стали называть тотемом. Тотем Клана Даниила - Дикий Кот. Считается, что вторая ипостась оборотней их стаи кошачья, хотя я, если честно сказать, особого сходства никогда не замечал.
   - Да уж, - поежилась от воспоминаний Тамара.
   - Ты еще не видела Клан Серых Сов, - усмехнулся Святослав. - Их вторая ипостась - огромная крылатая и когтистая тварь, птицу напоминает только в страшном и чаще всего последнем сне. Ну так вот, - как ни в чем ни бывало, продолжил он. - Клан Даниила по праву считает частью своей второй ипостаси диких представителей кошачьих. Истинные ценности оборотней - сила, свобода и независимость. Их воспитывают гордыми, волевыми, самодостаточными. Стая - их семья, но, несмотря на иерархию, каждый внутри стаи - личность, обладающая правом голоса. Обычные люди для них ничего не значат - слишком слабы, слишком медлительны, не могут отстоять себя даже в простейшей схватке. Оборотни никогда не подчиняются человеческим приказам, их крайне сложно уговорить, склонить на свою сторону. А теперь представь - как они при всем этом относятся к рабству?.. По сути, любой домашний кот - насильно выведенное человеком (слабейшим, на их взгляд, видом) подобие дикого животного, предназначенное для служения и увеселения. Гордое, независимое существо сломали, превратили в пушистый мяукающий комок, только для того, чтобы оно служило каким-то там людям! Понимаешь, в чем суть? Они ненавидят и презирают домашних кошек, считают их ошибкой генетики, издевательством над их сущностью. В радиусе тридцати километров вокруг их границ нет ни одной кошки, можешь поверить. Вот рысь можешь встретить, а домашнюю кошку - нет. Они здесь просто не выживают, как, кстати, и их хозяева. А в Белой Тони и других человеческих поселениях рядом с Кланом действует негласный запрет на провоз кошачьих.
   - По-моему, это какой-то бред, - выслушав, сказала Тамара. - Мы же не средневековье живем, чтобы так слепо верить во всякую чушь.
   Святослав фыркнул:
   - Не вздумай это только оборотням сказать - мало тебе не покажется! - А потом серьезно продолжил: - Дело ведь не в твоем коте, ты же понимаешь. Дело в традициях. Десятки поколений из уст в уста передаются сказания, верования, легенды. Как и у людей, у оборотней есть свои обычаи, праздники, боги. Не нам их судить, у нас самих полно странных, ставших уже бессмысленными, ритуалов, о сути которых многие даже не задумываются. Но традиции - сила, и Клан этим успешно пользуется. Конечно, уже давным-давно для оборотней охота на кошек является азартным развлечением. Они иногда для этого даже выбираются в наши города, а многие так и вовсе живут там. Но в границах их Клана, особенно по соседству с Управляющими энергией, это хороший повод для предъявления претензий, а то и начала открытых стычек.
   - Но почему же меня тогда никто не предупредил?! - возмутилась Тамара. - Я бы в жизни сюда вместе с Инеем не приехала, да и просто так - тоже! Ну ладно, соседка - она, может быть, и не знала в чем дело, но ты-то чего молчал!
   - Все как раз наоборот, - невесело усмехнулся Святослав. - Марьяна прекрасно осведомлена о правилах и законах Клана. Она тебе специально не сказала. А я наоборот не имею права вмешиваться в чужие дороги. Ты не оборотень, не управляющая энергией, ты обычный человек. Всех жителей села, со способностями и без, я знаю в лицо, а случайные люди в Белую Тонь попадают крайне редко. Обычно это чьи-то родственники, но на них стоит невидимый знак принадлежности и их родные тщательно заботятся о том, чтобы те знали хотя бы элементарные правила. Но на тебе знака нет - значит, ты приехала по чьему-то направлению. А раз так - прекрасно знаешь царящие здесь порядки, и раз пошла на риск, то он оправдан целью.
   - Не было у меня никакой цели, - мрачно отозвалась Тамара, все больше и больше понимая, что втянута в какой-то неприятный обман.
   - Значит, она была у Марьяны или твоего Наставника, - пожал плечами Святослав, и Тамара неприязненно поежилась. - Я не вмешиваюсь. Но отвечаю за каждого пассажира от начала и до конца пути. Моя цель - не допустить конфликтов, исключить причинение вреда закрытой зоне. По всем правилам я должен был высадить тебя исключительно на территории Белой Тони, тем более, вместе с твоим котом, а дальше пусть бы с тобой разбирались Высшие. Но в автобусе кроме тебя и двоих людей ехало еще пятеро оборотней. Я не знаю, что почувствовала ты, но я прекрасно видел, как они разозлились и уже были готовы на тебя наброситься.
   - Я чувствовала только ярость, но мне казалось, что Иней просто всех замучил своим мяуканьем, - сказал Тамара. Она по-прежнему шла наравне со Святославом, но держать заданный темп ей становилось все сложнее. Мужчина искоса глянул на нее и пошел еще медленнее.
   - Твой Иней как раз прекрасно понял, с кем он оказался рядом, поэтому и устроил этот концерт, - покачал головой Святослав. - Как назло, Управляющим Энергии в автобусе оказался только я, остальные двое - травник и обычный человек. Справиться Силой с пятеркой оборотней почти невозможно. К тому же, если я кого-то сильно покалечу или убью - это будет не просто повод, а уже открытый вызов. Поэтому мне пришлось тебя высадить в нейтральной зоне. Так я хотя бы рисковал только одной тобой, а не восемью людьми сразу.
   Тамара задохнулась от возмущения, но смолчала.
   - Извини, - коротко сказал ей мужчина. - В целом риск был минимален. Нейтральная зона не патрулируется оборотнями, никем не заселена, в ней действует общая договоренность о ненападении, так что она практически безопасна. К тому же она довольно коротка, а дальше начинается наша территория. Сонный Лес оборотней находится еще дальше, чем Белая Тонь, так что они просто не успели бы тебя перехватить. Я же планировал сразу вернуться за тобой, даже сумку тебе предложил оставить, могла бы и догадаться...
   - Сильно сомневаюсь, что ты бы согласился, предложи тебе кто-то таким тоном, - холодно сказала ему Тамара.
   - Я обычно сначала думаю, а потом делаю, - парировал Святослав. - В любом случае, автобус сломался, не доехав даже до Белой Тони. И мы с Алтаем сразу же пошли тебе навстречу. Но в итоге искали тебя несколько часов, поскольку Алтай никак не мог взять след. Ты умудрилась пересечь защитный контур дороги и свернуть в лес, что для человека практически невозможно.
   - Да я просто очень устала, - вздохнула Тамара. - К тому же стемнело, и я перестала различать путь. Никакой мистики. Я последние полчаса вообще не помню. Помню только, что ужасно хотела спать и все.
   Святослав отрицательно покачал головой:
   - Дело не в усталости. Тебя взяла под защиту Природа. Сбила с дороги, увела на нашу территорию, распылила следы и закрыла ото всех пеленой. Я едва нашел тебя, думал уже придется идти с претензией в Клан.
   - Все как-то слишком сложно, не находишь? - спросила Тамара, легонько прикоснувшись к своему лбу тыльной стороной ладони. Кажется, у нее был жар. По крайней мере, пространство вокруг казалось ей поддернутым легкой дымкой, да и звуки пробивались словно сквозь вату. - Кому я, по сути, нужна? Обо мне и знать-то никто не знал до сегодняшнего дня.
   - Конечно, дело не в тебе, - задумчиво ответил Святослав, невзначай останавливаясь, чтобы перехватить сумки и дать отдохнуть девушке. - И не в Инеи. Похоже, кто-то очень хочет развязать войну. А ты явилась очень удобным поводом. Так совпало. Не зря же нас дважды пытались спровоцировать. Хотя мы не нарушали границ Клана, даже близко к ним не подходили!
   - А твой Даниил не мог... - начала было Тамара, но Святослав отрицательно мотнул головой и потихоньку пошел вперед.
   - Нет. Я сам его позвал, когда понял, что ситуация выходит из-под контроля. Если бы он не вмешался - исход был бы немного другим.
   - Но он на меня напал, - напомнила девушка.
   - Данила связан узами власти, - поморщился мужчина. - Он правая рука Вожака и не имеет права рисковать интересами Клана. Он и так сделал гораздо больше, чем должен был.
   Лес все не кончался, бесконечно рисуя изгибы дороги меж деревьев и зеленого разнотравья. Кот, измученный круговертью впечатлений, наконец-то засунул, перестав тревожно возиться в сумке и тихонько шипеть.
   - Чем же вы им так не угодили-то... - пробормотала Тамара. - Что они сознательно ищут повод для войны.
   Святослав искоса глянул на нее и снова задался вопросом - для чего прислали сюда эту девушку, не подготовленную, не имеющую даже малейшего представления об истинном мире? Да еще и так поздно.
   - В мире грядут большие перемены, - ответил он. - Прежним он не будет уже никогда. И в новом мире многие лишаться того, чем обладали, в том числе и оборотни. И способствовать всему этому будем мы, Управляющие энергией. Это не наш выбор, это скорее наш крест, от которого мы не можем отказаться. Кланы это понимают, но, тем не менее, не собираются соглашаться. Наши взаимоотношения осложняются с каждым днем, и если раньше все ограничивалось небольшими стычками, то сейчас все чаще и чаще речь заходит о войне.
   - А вы сами? Что вам стоит отбить нападение?
   - Мы пойдем на это только в самом крайнем случае. Мы не можем допустить жертв, нам не нужна кровь. К тому же будущее пока не определено, и никто не знает, что будет дальше. Ну и немаловажный аргумент - оборотни не люди, вполне возможно, что победа окажется за ними.
   - И что тогда?
   - Ничего, - пожал плечами Святослав. - По всему земному шару вспыхнут бунты. Управляющих энергией перебьют. Нарушится равновесие, и мир вместо развития, на время останется прежним. А после - постепенно деградирует и умрет. Скорее всего, его погубят простые люди, поначалу истребив самих себя.
   Тамара скептически покачала головой:
   - Прости, но это мало похоже на правду.
   Дорога вдруг сделала последний поворот и внезапно вынырнула из леса, открывая перед взором залитую солнцем изумрудную долину. С небольшого холма, на котором оказались спутники, она была как на ладони. И дорога вилась по ней желтой лентой, постепенно утопая в молочной, подсвеченной золотом утренней дымке, окутавшей небольшое село, виднеющееся вдалеке. Белая Тонь полностью оправдывала свое название.
   - Ты просто привыкла жить лишь в физическом мире, Тамара, - ответил ей мужчина. - Для тебя все в нем просто и понятно. Любая причина вызывает следствие, любое действие, так или иначе, объяснимо. Ты обладаешь некими знаниями, считаешь, что можешь ориентироваться в нем, принимать решения.
   - Но ведь по большей степени так и есть, - пробормотала Тамара. Чувствовала она себя все хуже и хуже, синяк на ребрах налился свинцовой болью, мешая свободно дышать. Порезы на плечах внешне хоть и зажили, оставив после себя белые, медленно растворяющиеся, следы, но под кожей в этих местах почему-то начало противно покалывать, заставляя девушку невольно ссутуливаться, зябко обхватив себя руками. Магия уже не действовала, уставшее тело попросту прекратило воспринимать ее обезболивающе и стимулирующее действие.
   Дорога, медленно сбегающая вниз наезженно-желтой колеей, осыпалась по краям изумрудным разнотравьем и казалась нескончаемой. Расстояние до села, с холма выглядевшее обманчиво-коротким, по мере спуска все больше и больше удлинялось, растягиваясь в бесконечные километры. Внизу, маленькой детской игрушкой, стоял сломанный пазик.
   - Твои знания - иллюзия, - искоса глянув на нее, ответил Святослав. - К примеру, если тебе плохо, то окружающая реальность теряет свои краски, а ты замыкаешься на своей боли. И твой мир уже не так велик, он суживается до границ твоего сознания. А истинная реальность преспокойно существует без тебя. Мне сейчас сложно тебе все это объяснить, Тамара, но на самом деле есть множество сил, для которых твои умозаключения, выборы, потаенные желания являются открытой книгой. Мы порой и сами не замечаем, как ведет нас жизнь, словно бы случайно заключая в те или иные обстоятельства, сталкивая с разными людьми. Да, у нас есть свобода выбора. Но есть и другие, поставленные извне задачи, которые мы так или иначе обязаны выполнить...
   "Свобода выбора", "задачи", "реальность", "выполнить"... - вихрем пронеслось в мыслях Тамары, заставив ее покачнуться. Лоб нестерпимо заболел, в висках застучал пульс, тело стало ватным. Виднеющееся вдали село, для вида огороженное низенькой околицей, отсюда похожей на тонкую, прерывистую нить, вдруг задрожало и пошло мелкой рябью, медленно встраиваясь во внутреннюю, однажды уже виденную картинку.
   "Еще один маячок, - отстраненно подумала Тамара, медленно оседая на пыльную дорогу. - Как только я вернусь, Алмар, мало тебе не покажется! А я вернусь, будь уверен".
   Последнее, что она запомнила - как Святослав молча сплетает над ее лбом какое-то заклинание, навевающее сон и умиротворяющее спокойствие.
  
   Глава 14.
  
   - Тамара, скажи честно, ты мазохистка? Или у тебя просто такая забава - издеваться над собой?
   Нахмурившись, девушка с сожалением открыла глаза и огляделась вокруг. Она лежала в теплой и мягкой кровати, где провела, похоже, большую часть дня - за большим квадратным окном уже сгустились черничной пеленой первые сумерки. Вдоль ее правого бока блаженно вытянулся Иней, сонно замурлыкав, когда хозяйка облегченно потрепала его за ухом. На деревянной тумбочке возле кровати тускло горел ночник, а за широким письменным столом, заваленным какими-то бумагами и увенчанный старой стальной лампой, сидел, что-то заполняя, Святослав. Рядом с ним стояла дымящаяся кружка с кофе, чей аромат вязко заполнял всю комнату.
   - С чего ты взял?- хрипло поинтересовалась Тамара, осторожно приподнимаясь на локтях. Ее футболка оказалась задрана до груди и на поврежденных ребрах лежала влажная, пропитанная каким-то остро-пахнущим настоем повязка, над которой потерянным светлячком билась магическая искорка, ускоряя заживление. Девушка удивленно прислушалась к себе - в отличие от утренней прогулки, она чувствовала себя прекрасно. Ничего не ныло и не болело, а самое главное - ушла та ужасная, выпивающая все силы усталость, мучавшая ее уже несколько дней.
   - Ты когда в последний раз нормально ела и спала? - вопросом на вопрос ответил мужчина, не отрываясь от писанины.
   - Вчера, - нахмурившись, припомнила Тамара. - Вернее позавчера, потому что Иней так и не дал мне пообедать. А спала совсем недавно - пару часов на той полянке...
   - Запомни, Тамара, - Святослав потянулся за кружкой и впервые за это время взглянул на девушку. - Если ты не будешь полноценно есть и спать - ни одна Природа тебе не поможет. Для любых действий, в том числе и для регенерации, нужен строительный материал. А ты от него сознательно отказываешься.
   - Так получилось, Святослав, не злись, - спокойно отозвалась она, глядя на него в ответ.
   Мужчина только молча покачал головой и разом ополовинил чашку с бодрящим напитком. Вот уж кто действительно сильно устал - так это он. Даже мягкий и рассеянный вечерний свет не мог скрыть темные тени, залегшие у него под глазами и общую болезненную нахохленность, которая бывает только тогда, когда человек предельно утомлен и вынужден долгое время бороться со сном. Тамара добавила ко всему этому еще и то, что он протащил ее на себе несколько километров до села, и, вздохнув, спросила:
   - Святослав, тебе еще долго работать?
   - Минут тридцать, а что? - ответил он, и, отложив в сторону ручку, встал и подошел к кровати.
   - Ты выглядишь ужасно, - честно призналась девушка, - тебе нужно поспать. Ай! - Святослав снял с ее ребер примочку и легонько нажал на место былого удара.
   - К утру все окончательно заживет, - пообещал он, отдергивая девушке футболку. - А теперь иди и нормально поешь.
   - Святослав...
   - Кухня прямо по коридору и налево, ванная - прямо, выключатели справа у входа, еда в духовке, - коротко перечислил он, снова садясь за письменный стол. Скользнув по его поверхности взглядом, девушка увидела мерно исписанные размашистым подчерком листки, вперемешку лежащие с исчерканными черновиками, потрепанной печатью на чернильной подушечке, старым кнопочным сотовым телефоном и испещренным пометками настольным календарем с изображением холодных заснеженных вершин. Мужчина, увлекшись, снова что-то писал, больше не обращая на нее внимания.
   Тамара пожала плечами и пошла в указанном направлении, после тусклого света комнаты окунаясь в непроглядную тьму, царящую за дверью.
   Дом у Святослава оказался довольно большим. Помимо ванной и кухни, девушка насчитала еще четыре закрытые двери. И, несмотря на то, что строению, судя по всему, был не один десяток лет, внутренняя отделка сохранилась прекрасно, за домом явно ухаживали. Петли на дверях были смазаны, добротный деревянный пол ни разу ни скрипнул, влажно поблескивая недавно обновленной краской, а окна белели новыми рамами.
   Дойдя до кухни, Тамара с удивлением обнаружила не просто пару сделанных на скорую руку бутербродов, а мирно дожидающийся ее полноценный ужин. На плите блестел серебристым боком горячий чайник, в еще теплой духовке стояла большая ополовиненная сковорода с запеченной в сметане картошкой, на столе накрытый чистым полотенцем лежал на тарелке аккуратно нарезанный хлеб, рядом стояла банка с кофе, соль, сахарница, початая пачка соленого печенья и открытая сгущенка.
   На столе, перед гостеприимно выдвинутым стулом стояла белоснежная тарелка, чашка, столовые приборы и, что девушку окончательно добило, лежало крупное алое яблоко.
   Тамара изумленно покачала головой и, не откладывая в долгий ящик, принялась накрывать на стол.
   Как Святослав и говорил, после еды девушка почувствовала себя значительно лучше, сил и энергии прибавилось и с трудом верилось в то, что еще несколько часов назад она едва не свалилась в обморок от усталости.
   Откусив от сладкого, с хрусткой зеленоватой мякотью яблока, девушка аккуратно собрала грязную посуду в жестяную мойку, повесила на плечо полотенце и, машинально скользнув по темному наполовину занавешенному окну взглядом, вдруг с беззвучным вскриком сделала шаг назад, больно налетев на стену.
   - Алтай, а ну быстро пошел в будку! - рыкнул Святослав, ставший немым свидетелем произошедшей сцены, и грозный, с капающей слюной оскал за стеклом преобразился в белую и очень расстроенную собачку размером с теленка. Пес опустил голову, что-то коротко и недовольно проворчал, сгорбился, медленно сполз-стек с завалинки, и, позвякивая длинной цепью, исчез с поля зрения.
   - Боже, я совсем про него забыла... - пробормотала Тамара, тщетно стараясь выровнять дыхание.
   - Ты его не бойся, - ответил Святослав. - Это он просто так внимание к себе привлекает. Но на самом деле кусается только в редких случаях.
   Тамара предпочла бы услышать, что псина без команды не кусается вовсе, но, судя по тону мужчины, и это уже было большим достижением.
   - Ладно, попробую поверить на слово, - проворчала она, забрав у Святослава пустую чашку из-под кофе, и тихонько включила воду, чтобы перемыть посуду. - Спасибо за ужин, было вкусно.
   - Да не за что, - отмахнулся мужчина. Но девушка почувствовала - получить похвалу ему было приятно.
   - Пойдем, я покажу тебе твою комнату и ты, наконец, заберешь кота из моей постели, - дождавшись, когда она бросит в ящик последнюю вытертую ложку, сказал он. - А то она, кажется, уже все в шерсти!
   - Сейчас лето, и Иней не линяет! - уязвлено отозвалась Тамара, идя вслед за Святославом.
   - Ага, кому-нибудь другому рассказывай, - кивнул головой мужчина и распахнул соседнюю со своей комнатой дверь. - Вот, располагайся.
   Комната была небольшой и уютной, с нейтральными бежевыми обоями и почему-то слишком темными коричневыми шторами. Справа от входа стояла деревянная кровать со стопкой чистого белья и тумбочка, у квадратного окна небольшой письменный стол с красной металлической лампой и тяжелый, с высокой резной спинкой стул. Напротив двери красовался небольшой шкаф и деревянный комод на три ящика. На полу лежал уютный домотканый палас.
   Тамарины сумки мирно стояли у кровати, дожидаясь хозяйку.
   - Можешь потихоньку разбирать свои вещи, - отчаянно борясь с зевком, сказал Святослав. - Если будет холодно - одеяло где-то в комоде. Завтра поищу на чердаке зеркало и какой-нибудь ночник.
   Тамара удивленно посмотрела на мужчину:
   - Спасибо большое, но ведь я же...
   - Приехала к Якову, - не дожидаясь продолжения, кивнул Святослав, заставив девушку возмущенно вспыхнуть. И с насмешкой посмотрел на нее: - Нет, ты сейчас неправильно думаешь, что я лазил у тебя по карманам в поисках записки. Просто Яков единственный, кто оказался неподалеку и согласился мне помочь. Можно сказать, повезло. Он же является одним из пятерки Совета Высших, с коими тебе еще предстоит познакомиться. И, как это не прискорбно, Тамара, но он тебя узнал. И ужасно разозлился, по его данным ты должна появиться около двух лет назад. И совсем не при тех обстоятельствах, что сейчас.
   - Не он первый об этом говорит, - со вздохом сказала девушка. - Но от меня ничего не зависело.
   - В любом случае в Белой Тоне ты теперь надолго, - сказал Святослав. - Поэтому жить ты будешь у меня, так постановил Совет.
   - Но я не могу так!
   - Тамара, поверь, тут всем плевать на то, что ты можешь, а что нет, - устало ответил мужчина. - Если Совет сказал - надо выполнять. Поверь, скучно тебе не будет. Скоро Мила от матери вернется - вообще весь дом на уши встанет!
   - Жена? - безнадежно поинтересовалась Тамара, сильно сомневаясь, что таковая будет в восторге, застав дома незнакомую женщину.
   - Дочь, - легонько улыбнулся Святослав. - Ей четырнадцать лет.
   "О не-ет, лучше бы две жены... - подумала Тамара. - Но теперь хотя бы понятно, откуда у тебя такая повышенная забота и навыки в готовке".
   - Я думаю, что вы быстро найдете общий язык, - с едва уловимой издевкой добавил он. - Тем более что разница в возрасте у вас не такая уж и большая.
   - Спасибо за комплимент, - вежливо оскалилась Тамара и, не дожидаясь ответа, пошла вытаскивать Инея из объятий Морфея. Настроение у нее испортилось окончательно.
   К великому недовольству Святослава, за время его отсутствия в комнате, кот благополучно перебрался с матраса в центр подушки, свив там что-то вроде гнезда.
   - Замерз, наверное... - отдирая отчаянно вцепившегося в наволочку кота, виновато пробормотала девушка, украдкой смахивая с кровати длинную серебристо-серую шерсть.
   Святослав только мрачно покачал головой и, не обращая более на гостей внимания, принялся стягивать с себя футболку.
   Тамара быстро подхватила стоящую на полу у кровати ополовиненную миску с молоком и поспешила к выходу. Но у самой двери взгляд ее зацепился за небрежно прикрепленную к торцу шкафа вместе бумажками и рисунками открытку. На ней помимо стандартной надписи "С днем Рождения!" красовалась крупная цифра 48, а внизу порывистым, не слишком разборчивым подчерком приписано "Любимому папочке!".
   - Святослав?.. - невольно остановившись, медленно произнесла девушка.
   Тот удивленно обернулся и, проследив за ее взглядом, усмехнулся:
   - Возраст что ли? Ну да, издержки работы с энергией, не удивляйся.
   - А Даниил? - потрясенно спросила Тамара.
   - На пять лет старше, - мужчина зевнул. - Он ведь оборотень.
  
  
   ***
   Первое, что Тамара сделала, кое-как обустроив в комнате своего питомца, это занялась собой. Теперь, когда она осталась одна, появилось время наконец-то обдумать произошедшее.
   Стоя в ванной у зеркала, она внимательно осмотрела едва заметные белые полоски на плечах и шее, оставшиеся от когтей. После - осторожно потрогала большой, почти уже рассосавшийся желтый синяк на ребрах. Святослав помниться говорил, что они сломаны, но Тамара этого не чувствовала. Ей доводилось ломать ребра, и она не понаслышке знала, какого это даже несколько недель спустя болезненно вздрагивать от каждого глубокого вдоха или смеха.
   Скорее всего, это был просто небольшой ушиб и пара царапин, - заключила девушка. Но, устало посмотрев в зеркало на свое бледное и измученное отражение, вздохнула и покачала головой. Кого она обманывает? Можно подумать, если не верить в реальность, то она сама собой исчезнет, как страшный сон...
   Нет, нужно смотреть фактам в лицо - никуда не исчезнет ни Святослав, свободно владеющий иной, неведомой ей ранее силой. Ни Даниил, непостижимо являющийся зверем и человеком одновременно, ни призрачный Страж, вдруг взявший ее под свою защиту, но с легкостью отдавший на растерзании Наблюдателям. Не исчезнет Белая Тонь, дорога и маячки, строгий и безжалостный Алмар, насильно заставивший ее стать разменной монеткой в Земном мире. И не у кого спросить совета, попросить о помощи. Все вокруг, также как и она, лишены памяти, слепы и беспомощны...
  
   Когда Тамара вернулась в комнату, вдоволь наевшийся сухого корма кот, блаженно вылизывался посреди чистой, только что расстеленной постели. Тамара возмущенно фыркнула, но сгонять его, так и быть, не стала, памятуя о том, сколько всего пришлось пережить сегодня ее питомцу.
   Вытерев мокрые волосы полотенцем, девушка заплела их в тугую косу и, подойдя к окну, отдернула занавеску, намериваясь слегка приоткрыть окно. Рама чуть скрипнула и с легким щелчком поддалась, впуская в комнату свежий воздух и наполненную песнями сверчков ночную тьму.
   ...Но едва только Тамара успела забыться тревожным сном, как окно единым махом распахнулось во всю ширь, подоконник протестующее всхлипнул, осыпаясь содранной краской, и деревянных половиц коснулся мягкий, но весьма увесистый прыжок.
  

   Глава 15
   От природы Святослав был самой, что ни на есть истинной совой. И хоть годы работы заставили его научиться вставать в любое время и в самый короткий срок приводить организм в бодрое состояние, все равно каждое утро было для него настоящим мучением. Поэтому первым желанием в ответ на мелодично прозвонивший будильник в очередной раз стало изощренное лишение прибора его механической жизнедеятельности, а после - клятвенное обещание взять отпуск и несколько недель беспробудно спать в какой-нибудь далекой лесной избушке, наглухо заперев все окна и двери.
   Вместе с назойливым солнечным светом, настойчиво проникающим даже сквозь плотные шторы, пришло и воспоминание о произошедших накануне событиях, а также о последствиях, которые как раз сегодня должны были развернуться в полной мере.
   И надо же было приехать этой девчонке именно в его смену. Да еще вместе со своим котом! Мало что ли ему дочери, за которой нужен глаз да глаз. Так нет же, теперь, с легкой руки Высших, он должен опекать еще и эту Тамару. А ведь проблем будет хоть отбавляй, это несомненно, она не кому-нибудь дорогу перешла, а оборотням.
   Впрочем, слишком рано он начал об этом думать. Для начала не мешало бы пережить сегодняшний Совет.
   Мужчина мрачно вздохнул и отвращением откинул одеяло, садясь на кровати. Настроение у него было ужасным. Шесть часов сна не смогли до конца погасить накопившуюся за последние сутки усталость, и теперь Святослав чувствовал себя так, словно его ударили по голове пыльным мешком. Спустя пять минут отражение в зеркале ванной с лихвой подтвердило это ощущение.
   Мужчина медленно умылся холодной водой, поставил на самый большой огонь чайник, и пока тот, шумя и фыркая, принялся греть воду, подхватил большой пакет с собачьим кормом и поплелся на улицу - кормить Алтая.
   Будка стояла напротив кухонного окна, под тенистой раскидистой яблоней, неподалеку от крыльца. Обычно, едва только Святослав открывал дверь, пес, отчаянно вертя лохматым хвостом и поскуливая, ураганом врывался в сени и принимался там радостно скакать, напрыгивая на хозяина и норовя сбить его с ног.
   Если же по какой-то причине Алтай был на цепи, то при виде хозяина пес разражался громким обиженно-звенящим лаем и начинал с шумом грести лапами землю, раскидывая вокруг свои миски.
   Но сегодня мужчину почему-то встретил пустой двор и непривычная тишина. Святослав удивленно пригляделся к стоящей немного под углом к нему будке и, поколебавшись, поднес к губам висящий на шее передатчик:
   - Алтай!
   Однако пес даже и не подумал объявиться. Нахмурившись, мужчина прошел вдоль дома, на всякий случай проверив охранные заклятия на околице и калитке, и, наконец, заглянул в конуру. Та оказалась пуста. Вода в стоящей рядом с ней миске была наполовину выпита, корм съеден, а пристегнутая к железному столбику цепь безвольно валялась на земле, оскалившись снятым через голову ошейником, на стальных звеньях и шипах которого белыми клочками виднелась шерсть. Здесь же валялся и порванный в пылу освобождения плотный кожаный ремешок с тускло поблескивающим приемником.
   Дав себе зарок больше никогда не жалеть наглую скотину, а, наказывая, действительно наказывать и, наконец, запретить Миле баловать "бедную маленькую собачку", мужчина мрачно пошел вокруг дома, высматривая где же Алтай мог найти лазейку. Увидев открытое окно и, поняв чье оно, Святослав на мгновение остановился, представляя какие внутри царят разрушения после неожиданного визита лохматого мошенника. Однако ночью мужчина, по привычке спящий более чем чутко, не слышал ни единого шороха, и вот это, учитывая то, кем являлись его гости, было уже очень странно.
   Плюнув на приличия, Святослав запрыгнул на завалинку и, слегка отодвинув плотную штору, заглянул в открытое окно. Небольшую комнату наискосок пронзил солнечный луч, острым желтым клинком полоснув по изголовью кровати и выбелев растрепавшуюся ото сна пшеничную косу. Разметавшаяся на постели девушка безмятежно спала, укрывшись вместо одеяла легкой простынкой. Одна ее рука кончиками пальцев прикасалась к свернувшемуся в клубок возле подушки коту, другая же расслабленно лежала... на загривке у нахально развалившегося прямо на кровати Алтая. Голову и переднюю лапу пес положил девушке на живот, а сам вольготно вытянулся на белой простыне вдоль ее тела.
   Святослав на мгновение онемел от увиденного, но в следующую секунду взгляд его недобро блеснул. Тем временем пес, незримо почувствовав присутствие хозяина, приоткрыл один глаз и, покосившись на мужчину, быстро зажмурился, делая вид, что все это ему только привиделось.
   Святослав мрачно переступил с ноги на ногу, колеблясь - ввалить ли по первое число питомцу прямо сейчас, или дождаться, когда проснется девушка, и уж тогда... Но конец мысленному спору положила сама Тамара:
   - Святослав, я знаю, что это ты, - не открывая глаз, тихо прошептала она. - Пожалуйста, забери свою псину, он ужасно тяжелый, и совершенно меня не слушается...
   ***
   Поздний летний вечер начал потихоньку сгущать краски, понемногу подмешивая в золотисто-красный мед закатного солнца черничное варенье длинных теней и прохлады. Возбужденно чирикали птицы, делясь между собой дневными происшествия, отчаянно стрекотали сверчки, легкий ветер то и дело приносил отголоски людского смеха, сонное квохтание кур и мычание коров, запахи готовящейся еды и пряный аромат раскрывающихся ночных цветов. Деревня жила своей жизнью, отдыхая после тяжелого дня.
   Прислушивающийся к каждому звуку Алтай чувствовал себе самой несчастной и брошенной собакой на всем белом свете. Понурившись, он лежал возле будки, положив белую, лохматую голову на лапы, и тихонько вздыхал, иногда жалобно поскуливая от обиды.
   Он был виноват. Не стоило лезть в дом, нельзя было нарушать приказ хозяина. Он и так ему слишком многое разрешал в последнее время. Но Алтай ужасно хотел подружиться с новыми друзьями Святослава, и у него даже почти получилось - по крайней мере кот, хоть и старался ночью вырваться из рук хозяйки - в итоге смирился с его, Алтая, присутствием, и даже уснул. А девушка пустила его к себе на кровать (мысль о том, что он просто не хотела будить Святослава - пес гнал от себя подальше).
   И вот теперь он наказан. Кроме раннего утра, когда Святослав задал псу приличную трепку, хозяин больше не проронил ни слова. С его легкой руки в звенья стальной цепи и ошейник тонкой нитью вплелось усиливающие заклинание, лишая Алтая возможности вырваться. Вновь повешенный на шею приемник весь день молчал. Все любимые игрушки, вроде распотрошенного тапочка Милы или резиновой птички, были вытащены из конуры и конфискованы. Осталось только две железные миски - с водой и кормом, и даже заветных витаминных палочек сегодня Алтай не получил.
   Он целый день сидел один под яблоней и тоскливо наблюдал за происходящим вокруг. Хозяин вскоре после утреннего происшествия ушел. Он был зол и встревожен, девушка провожала его до калитки и даже попросила взять ее с собой. Но Святослав холодно покачал головой и отказал, а когда она обиженно отвернулась, взмахом руки запечатал контур двора заклинанием и, не оборачиваясь, быстро ушел, оставив ее стоять посреди дорожки.
   Алтай даже обрадовался, что не он один остается скучать дома. Но больше ничего интересного не происходило. Пару раз мимо калитки кто-то проходил, но охранное заклятие не давало непрошенным гостям подойти к забору ближе, чем на пару метров. Девушка почти все время была в доме, и только вечеру несколько раз выходила на крыльцо, обеспокоено глядя поверх калитки. Кота на улицу она не выпускала и Алтая игнорировала, ни разу даже не взглянув в его сторону.
   Хозяин вернулся поздно вечером, когда темные сумерки окончательно погасили дневной свет, и все вокруг стало казаться вязким и расплывчатым. Тренькнуло охранное заклятие, негромко хлопнула калитка, и Святослав, медленно и устало прошел по каменной дорожке к дому. Вид у него расстроенный и опустошенный. Взвившегося от радости Алтая хозяин словно бы не заметил. Присев на деревянную лавочку возле крыльца, он замер на некоторое время, безучастно глядя в темноту перед собой. И лишь когда распахнулась входная дверь, и встревоженная девушка босиком выбежала к нему на улицу, встрепенулся и пошел с нею в дом.
   Спустя полчаса в зачарованную калитку трижды коротко постучали. Алтай узнал бы этот позывной из тысячи, и спустя секунду ветер принес ему знакомый запах, заставив ощериться и громко зарычать. Но вышедшей на крыльцо Святослав впервые за весь день удостоил его вниманием, приказав замолчать. Наученный горьким опытом пес покорно замолк, обиженно забравшись в конуру. А хозяин, удовлетворенно кивнув, впустил в свой дом хищного гостя.
  

  
   Глава 16
  
   В кухне, покачиваясь от прохладного ветра из форточки, горела теплая желтая лампа. Тихонько пофыркивал закипающий чайник. Впрочем, грела его Тамара для себя, поскольку мужчины остановили свой выбор на том, что значительно крепче.
   - Могло быть и хуже, - мрачно констатировал Святослав, с глухим звоном чокаясь с Даниилом полной стопкой настоянной на черной смородине водки.
   - Могло, - кивнул тот, наравне с другом опустошая свою рюмку и разливая по второй. - Хотя для меня - вряд ли.
   Тамара, глядя на них, мысленно поморщилась, и оборотень хмуро покосился на нее:
   - Либо садись с нами, либо перестань кривиться. Мне противно это ощущать.
   - Ну так "закройся", - с издевкой ответила Тамара, выключая плиту. - Ты же можешь, это ведь так просто.
   Даниил раздраженно фыркнул и, показав взглядом на стул, бросил:
   - Сядь!
   Тамара изумленно вскинула левую бровь, но спешить не стала. Наоборот, нарочито медленно налила себе в кружку кипятка, села за стол и с молчаливой холодностью посмотрела на оборотня. Потом взяла его стопку и залпом выпила ароматную обжигающе-крепкую жидкость:
   - Теперь тебе стало легче? - хрипло спросила она и потянулась за банкой с кофе. Алкоголь горячей волной разлился по мышцам, ослабляя контроль. И на Тамару с противной остротой нахлынули прошлые воспоминания, вызывая не просто отвращение, а стойкую неприязнь.
   - Ну и кто он? - помолчав, спросил Даниил, глядя на то, как девушка внешне безучастно размешивает серебристой ложечкой сахар. - Брат, отец?
   Тамара подняла на него взгляд, поняв, что попалась в искусно расставленную ловушку. Святослав, нахмурившись, взглянул на друга.
   - Муж, - коротко ответила она. - Но это не твое дело.
   - И это, - оборотень бесцеремонно скользнул взглядом по футболке девушки, безошибочно остановившись на месте, скрывающем старые шрамы, - тоже муж?
   - А это тем более не твое дело, - как можно спокойнее постаралась ответить девушка. Впрочем, она могла бы и промолчать. Оборотень читал ее как открытую книгу и понял без слов. А Тамаре больше всего на свете захотелось спрятаться ото всех где-нибудь в темной комнате и побыть одной. Но это было бы слишком просто, поэтому девушка одним длинным вздохом попыталась пригасить нахлынувшие эмоции, и медленно глотнула болезненно обжигающий кофе.
   - Тебя слишком просто задеть, - разочаровано заметил Даниил. - Ты уязвима.
   - Ну и что? - легким вызовом спросила Тамара.
   - Ничего, - пожал плечами оборотень, заново наполняя свою стопку и глухо чокаясь ею со стопкой друга. - Это твоя слабость. Непозволительная для эмпата. В Клане тебя сломают.
   - Мне через край хватило общения с тобой и твоими Наблюдателями, - хмуро отозвалась Тамара. - Я не собираюсь идти ни в какой Клан.
   - Мне жаль, Тамара, но тебе придется, - негромко сказал Святослав. - Ты обязана наладить отношения с оборотнями.
   - Я? - переспросила девушка, раздраженно отставляя ополовиненную чашку. - Зачем мне это, позволь узнать?
   - Так постановил Совет, - ответил мужчина. - Тебе отведена роль миротворца. Ты выступаешь от лица Белой Тони.
   - Кто, я?! От лица вашей Белой Тони? Ты издеваешься? - фыркнула Тамара. - Я только что приехала и кроме вас двоих ни с кем даже не знакома! Что это за Совет такой, который заочно может принять за меня решение?..
   - Высший Совет Управляющих Энергией. В их число, кстати, входит и Яков, - устало отозвался Святослав, глядя, как каждое слово стирает с ее лица краски, обнажая напряженную бледность. - Сегодня вечером, после разбирательств с Кланом, было созвано заседание и вынесено решение. Завтра тебя ждет официальное подтверждение, а пока постарайся принять эту новость на словах.
   Девушка медленно перевела взгляд на Даниила, но тот лишь покачал головой, подтверждая сказанное.
   - Не-ет, - протянула Тамара. - Нет-нет-нет. Ни за что на свете! Я ведь могу отказаться?
   В следующее мгновение мир вокруг нее утонул во внезапно обрушившимся тяжелым удушающем потоке тьмы, обнажая пустынную пропасть междумирья. Ледяную. Безмолвную. Бесконечную. Время здесь тянулось длинной, вьющейся лентой, каждый вдох отзывался алыми сполохами, звуки тонули в бесплотном, окутавшем все вокруг пространстве, с холодным шорохом осыпаясь к ее ногам.
   Когда спустя несколько мучительно долгих секунд ее, судорожно дышащую и дрожащую от холода, вышвырнуло в реальность - сомнений по поводу ответа не оставалось.
   Мужчины смотрели на нее удивленно и встревожено. Особенно Даниил, по воле дара отчетливо ощущавший все ее чувства и эмоции.
   - Кажется, мне придется согласиться, - хрипло пробормотала Тамара, тщетно пытаясь взять дрожащими руками свою чашку.
   - И давно тебя так ведут? - осторожно спросил оборотень.
   - Дней десять, - бесцветно ответила Тамара, чувствуя, как потихоньку начинают отогреваться ставшие ледяными пальцы. - Я еще не привыкла, потом станет легче. Мой Наставник просто... очень на меня разозлился.
   - А до этого?
   Девушка безразлично пожала плечами и, скользнув взглядом по бутылке с настойкой, коротко кивнула Святославу. Тот молча поставил перед ней хрупкую стеклянную стопку.
   - А до этого у меня была полная свобода выбора. Любая дорога, любое желание, "стоит только захотеть". - Она невесело усмехнулась, поймав на себе изумленные взгляды, и голос ее стал холодным и пустым: - Я не исполнила ни одного. Заблудилась в своих путях, не пришла к обозначенному событию, и в последний год думала только о том, как бы поскорее уйти из жизни. - Тамара глотнула кофе и, поставив чашку на стол, сумрачно и безнадежно сказала: - Он меня не выпустит отсюда... Теперь точно не выпустит. Я знаю...
   - И правильно сделает, - помолчав, ответил ей Даниил.
   Но Тамара только отрицательно покачала головой, не проронив ни слова в ответ.
  
   ***
   Алтай долго еще прислушивался к тихим разговорам, доносящимся из кухни. Люди говорили вполголоса, девушка вообще по большей степени молчала. И даже кот ни разу не мяукнул.
   Когда уже начало светать, негромко хлопнула входная дверь и оборотень неуловимо быстро прошел мимо него, не давая времени даже как следует проснуться и зарычать. Щелкнула засовом калитка, тренькнуло активированное охранное заклятие, тихонечко завелся автомобильный мотор, и хищный гость уехал, оставив Алтая хмуро ворчать в своей будке.
   А спустя полчаса на крылечко бесшумно вышла Тамара и, осторожно ступая, подошла прямо к его конуре и присела рядом. Разломив заранее развернутую конфету пополам, она протянула одну часть опешившему псу, а вторую взяла себе. Алтай медленно съел лакомство и ошеломленно облизнул в знак благодарности ее руку, а Тамара ласково погладила его по белой косматой голове.
   Святослав, которого открывшаяся дверь выдернула с кровати тренькнувшей охранной струной, сонно и хмуро понаблюдал за этим в окно, но нарушать идиллию не стал. Спустя пару минут раздумья, он устало кивнул в ответ своим мыслям и перегруппировал охранное заклинание, предоставив Тамаре незримое право перемещаться по всей территории дома и двора без его ведома.
  

   Глава 17
  
   За окнами шел дождь. Тихий и прохладный, он мерно шелестел по зеленым листьям и травам, приглушенно выстукивал навевающую грусть мелодию по крыше и подоконникам, укутывал мир прозрачно-серой, дрожащей дымкой.
   Тамара сидела на укрывшихся под небольшим навесом ступеньках деревянного крылечка и отстраненно смотрела вдаль. В руках ее баюкалась почти полная чашка кофе. Алтай, свернувшись уютным калачиком, вполглаза наблюдал за девушкой из будки, не желая покидать свое жилище в непогоду.
   День медленно и неохотно клонился к завершению, растворяясь в вечерних сумерках. Дневные впечатления оставили после себя муторную усталость и опустошение, сделав отдых в пасмурном одиночестве столь желанным и умиротворяющим.
   Теперь все было по-другому, весь мир перевернулся с ног на голову, и самое смешное, что Тамара не просто вошла в этот, новый, неизвестный ей до селе мир, а встроилась в него, как некогда потерянный кусочек мозаики. Это произошло так быстро и стремительно, что девушка ничего не успела толком осознать, только принять сам факт своего здесь пребывания.
   Неделю назад, когда она со Святославом впервые шла к Якову, девушка вдруг с пугающей остротой поняла, что прекрасно знает, кого именно сейчас увидит перед собой. Это узнавание возникло из ниоткуда и не имело ничего общего с "маячками". Оно словно покоилось где-то в глубине памяти, а потом вдруг открылось вместе со всеми мельчайшими подробностями, оставляя разум недоумевать над происходящим.
   Тамара знала, что их встретит невысокий почти полностью седой старик, гладко выбритый, худой и бойкий, с ироничными светло-карими глазами и веселым нравом. Знала, что Яков - самый обычный человек, не обладающей способностью управлять энергией, любящий ухаживать своим садом и кормить с ладони маленького ручного воробушка... И что он состоит в Совете Высших, является земным Наставником более чем десяти человек, а также главой администрации Белой Тони...
  
   **
   ...Несмотря на открытые окна, в добротном кирпичном домике сельсовета было очень душно. В просторной комнате, служащей Якову кабинетом, работал напольный вентилятор, тщетно разгоняя вдоль стены горячий воздух. В углу на небольшом столике натужно гудел старый громоздкий компьютер. Худенькая, с алыми от жары пятнами на щеках, девушка что-то выстукивала на клавиатуре, периодически сверяясь с лежащими перед ней бумажками. Взглянув на посетителей, она вяло кивнула в знак приветствия и вновь уткнулась в монитор.
   Самого Якова на месте не было. Однако заваленный документами стол и стоящий под окнами старенький жигуленок свидетельствовали о его близком присутствии.
   - Алла, ну я же тебя просил! - вместо приветствия укоризненно сказал Святослав, одно за другим закрывая окна в комнате, а после бесцеремонно выдергивая из розетки вентилятор и ставя его в угол.
   - Яков Андреевич запретил вас беспокоить, - тихонько отозвалась девушка, проводя вентилятор безнадежным взглядом. - Да мы как-то уже и привыкли...
   Святослав раздраженно фыркнул и сложил ладони лодочкой. Под удивленным взглядом Тамары, в них вдруг из ниоткуда начала медленно набираться белая мерцающая жидкость. Кончики пальцев мужчины вмиг побледнели, а жидкость, наполнив "лодочку" до краев, принялась источать холодный пар. Святослав подошел к дальнему углу комнаты и, подняв руки вверх, осторожно развел ладони. Находящаяся в них жидкость, вместо того, чтобы вылиться вниз, свилась в белоснежный пульсирующий шар и зависла под самым потолком. Легкий щелчок пальцами, и сфера распустилась колким ледяным цветком, заполнив собой весь угол и переливаясь иголочками-снежинками. В комнате ощутимо запахло озоном, и температура потихоньку пошла на спад, с каждым сполохом цветка становясь все ниже. Тамара восхищенно замерла, разглядывая ледяное чудо.
   - Хватит на неделю, а если не будете распахивать окна - чуть больше, - сказал Святослав. - Потом обновлю. Но если рассыплется раньше или вы снова его распылите - позвоните мне! Ты сама позвони, Алла, не надо ни у кого разрешения спрашивать.
   - Хорошо, Святослав Олегович, - все также тихо ответила девушка.
   - Как это "не надо разрешения спрашивать"?! - проворчал из коридора пожилой голос. Дверь распахнулась, и на пороге возник бойкий старик, с ясными, лукавыми глазами, сейчас, правда, излучающими крайнее недовольство. - Или я здесь больше не начальник? А, Святослав?!
   - Яков, - нахмурился мужчина, - ну, ты если себя не жалеешь, то хоть девочку пожалей! Мне не сложно пройти пару улиц и обновить заклятие. А если бы вы обращались с ним поаккуратнее, таких проблем вообще не было бы!
   - Баловство, - презрительно бросил Яков. - Ты же Управляющий Энергией! Ты должен понимать, что привыкать к магическим штучкам - глупо. А что, если тебя не станет? Будем за всеми магами по деревне бегать, просить, чтоб воздух мне в кабинете охлаждали?!
   - Если меня не станет - поставишь кондиционер! - разозлился Святослав. - Не в первый раз тебе об этом говорю!
   - Человек рожден на Земле - значит, он приспособлен к существованию на ней! - в тон ему ответил старик. - А насчет кондиционера - бюджет у Тони не резиновый, мне еще твой автобус чинить!
   Святослав прерывисто вздохнул, тщетно пытаясь погасить гнев. А Яков тем временем подошел к ближайшему окошку и, распахнув форточку, коротко свистнул. Спустя несколько секунд на раме уже сидел маленький встрепанный воробушек. Чижик - откуда-то вспомнила Тамара. Птичка влетела комнату и описав пару кругов с радостным чириканьем нырнула прямо в ледяной цветок, заставив его вздрогнуть и пойти рябью, а через секунду как ни в чем ни бывало вылетела обратно. Старик привычно вскинул руку, и воробушек тут же с готовностью перелетел к нему на ладонь, ловко схватившись лапками за палец.
   - Видел, что происходит? - с досадой спросил Яков. - Чижик твое заклинание распыляет. - Научил я его на свою голову без клетки жить, вот он и летает сквозь твой цветок, раскачивает его. Ему ж не объяснишь, что все это иллюзия. Раз на десять хватает, а потом заклятие лопается.
   Святослав возмущенно вскинул бровь, но смолчал. Потом с прищуром взглянул на свое произведение, что-то прикидывая в уме.
   - И насчет Аллы можешь не беспокоиться, - продолжил старик, вытаскивая из кармана горсть зернышек и предлагая птичке, Чижик с готовностью ткнулся клювом в мозолистую ладонь. - Она завтра последний день работает. А потом мы ее к свадьбе готовиться отпустим. В жизни все нужно успеть. Правда, Аллочка?
   Девушка залилась ярким румянцем и смущенно кивнула. А Тамара, взглянув на нее, вдруг увидела то, чего не видела раньше - тусклую серебристую ветвь, полупрозрачным венцом обвивающую ее лоб. Побледнев, она с ужасом перевела взгляд на Якова. Тот спокойно кивнул ей в ответ, и, как ни в чем ни бывало, продолжил:
   - Вместо нее теперь будет работать Тамара. - Чижик прочирикал что-то, вспорхнул с его руки, и с трепетом взбиваемого крыльями воздуха снова закружился по комнате. Яков поморщился и обратился к новоиспеченной сотруднице: - Завтра с утра жду тебя здесь. Аллочка передаст тебе все дела. Ничего сложного там нет. Так, бумажки... Ну и еще кое-что я тебе поручу, по мелочи.
   Тамара было вознамерилась возразить, но Яков холодно ее опередил:
   - Это не обсуждается. Я твой Наставник, и сейчас я решаю, что и как тебе делать. Ты, возможно, еще не совсем привыкла к этому миру. Но в твоих интересах сделать это как можно быстрее. Ты потеряла два года, Тамара. Алмар считает, что их можно восполнить, а вот я что-то сомневаюсь!
   Девушка оторопело посмотрела на старика. А ведь он немного изменился... К образу, хранящемуся в ее воспоминаниях, сейчас добавился короткий шрам на подбородке, глубокая морщинка на лбу, алая полоса ожога на запястье...
   Она действительно потеряла время. Два года назад было время сборов. В Белую Тонь и подобные села стекались люди - избранные, отмеченные, знающие, для чего они живут. Кто-то приезжал и оставался здесь, кто-то появлялся время от времени, оттачивая умения. Но все они, так или иначе были знакомы друг с другом, учились отрабатывать навыки в команде, доверять друг другу... Все, кроме нее. Поэтому Тамара чувствовала себя не просто чужой, она была выброшена из круга. И как войти в него, заняв свое место, она решительно не понимала.
   - Вот и умница, - по-своему расценив ее молчание, заключил старик. - К тому же тебе надо на что-то жить. Так что завтра со всеми документами ко мне. Ах да, чуть не забыл - сегодня вечером явишься на Совет, Святослав тебе покажет куда идти.
   Дав распоряжение, Яков вмиг потерял к новой ученице интерес и, выпустив своего воробушка в окно, приступил к рутинному обсуждению дел со Святославом. А именно - вместе они тщетно пытались подсчитать, во сколько встанет ремонт и новые запчасти для автобуса. И что делать, пока оный в полуразобранном состоянии стоит посреди дороги.
   А Тамара осталась ошеломленно осознавать захвативший ее поток событий.
   Совет состоялся вечером. В здании старой школы, расположенном ближе к окраине села. Парты, столы стулья - Тамара снова почувствовала себя ученицей перед экзаменом. "Экзаменаторов", к удивлению девушки оказалось всего двое, но смотрели они на нее так пристально и оценивающе, что она внутренне невольно поежилась.
   Как оказалось, помимо Якова (на данный момент отсутствующего) в Совете состояла еще худощавая темноволосая женщина лет пятидесяти по имени Ольга и высокий, смуглый мужчина средних лет - самый странный из всех. Его звали Ариф, он был молчалив и властен, во взгляде его скользила скука, усталость и холодная бездна безразличия, почти как та, в которую еще недавно падала Тамара. Но самое странное, что, несмотря на сравнительно молодой возраст, именно он являлся главой совета, последним его звеном.
   В ворохе решаемых Советом проблем Тамаре было отведено ровно десять минут. Ей коротко, но очень доходчиво объяснили правила пребывания в Белой Тони, а также формально оповестили о возложенной на нее и Святослава миссии Миротворцев. Причем действия Тамары должны были быть активными и идти через контакт с Кланом оборотней, тогда как магу предлагалось бросить весь потенциал на защиту границ и пограничной зоны. Из-за происшествия с Тамарой, права мужчины были частично урезаны, и он в буквальном смысле был временно сослан на работу "в полях". Но все-таки его дела были лучше, чем у Даниила, голос которого на Совете Клана Вожак понизил до третьего, по сути, оставляя принятие всех важнейших решений за собой - ведь теперь голос Данилы ничего не стоил перед общим голосованием Совета и Предводителя. Впрочем, сие не мешало Предводителю по-прежнему сваливать на своего заместителя все текучку и безопасность границ.
  
   Работа в сельсовете оказалось нудной и неинтересной, в основном заключаясь в заполнении всяческих бумажек, отчетов, запросов, расписаний. Этакий секретарь-многостаночник. Зарплата была в разы ниже той, что Тамара получала у себя в городе. Но в деньгах девушка и не нуждалась. Ее сбережений вполне хватило бы, чтобы прожить ни в чем не нуждаясь в Белой Тоне как минимум три-четыре года. Однако Яков был непреклонен, и перечить ему Тамара не посмела.
   Кстати, сам Наставник куда-то уехал на две недели, оставив ее один на один с работой. Единственной отдушиной был Чижик, жизнерадостно чирикающий на спинке ее стула и Аллочка, периодически забегающая помочь Тамаре справиться с ворохом незнакомых писем и бумаг.
   Старенький компьютер на столе сменил легкий ноутбук, привезенный Тамарой с собой. Святослав, несколько дней выписывающий в своем потрепанном блокноте какие-то формулы, наконец, начал потихоньку претворять их в жизнь. После трех неудачных экспериментов (вконец осыпавших и без того облупленную штукатурку в углу кабинета) ледяной цветок покрылся гибкой пульсирующей алой сетью, к великому неудовольствию Чижика надежно защитившей заклятие от вторжений.
   Даниил так ни разу больше и не появился. Святослав, после случая на границе, попал в немилость и почти каждый вечер вместе с Алтаем уходил на границу, обновляя заклятия, проверяя безопасность нейтральной зоны. Возвращался он далеко за полночь, когда Тамара уже глубоко спала, неизменно положив руку на своего пушистого питомца. Несколько раз сквозь сон она чувствовала, как легким поцелуем касается ее то или иное невесомое заклятие - Святослав проверял ее самочувствие, обновлял усиленную после ее приезда защиту, охлаждал воздух в доме. Девушка чувствовала постороннее вмешательство, но не противилась и вопросов не задавала. Немногословный, холодный и усталый, но вместе с тем честный, спокойный, рассудительный Святослав все больше и больше вызывал в ней доверие.
   Однако большую часть времени, как и прежде, девушка проводила одна. Сначала в пустом кабине сельсовета, куда за время ее там нахождения ни разу не заглянул ни один посетитель, а после в доме, где единственным развлечением был выход в сад. До сельсовета и обратно ее провожал Святослав, и Тамара подозревала, что на время отсутствия Якова для жителей Белой Тони стоял негласный запрет за общение с ней, для верности подкрепленный заклинанием...
   Было тихо, скучно и тоскливо. И Тамара потихоньку сникала, с горечью понимая, что как она ни старалась - от себя ей убежать так и не удалось. Жизнь вернула все на круги своя - разницы между ее жизнью в городе и Белой Тонью не было никакой. То же одиночество, пустота и бесполезность...
  
   Сегодня вечером ни с того ни с сего полил дождь, погасив солнце, мокрой прохладной пеленой укутав весь поселок и смешав планы. Святослав остался дома, и, наскоро попив вместе с девушкой чай, ушел к себе работать. А Тамара подхватила в ладони свою чашку и присела на крылечко, вдыхая напоенный влагой воздух и глядя, как дождь расписывает серой акварелью старый сад.
   Вдруг сквозь мерный шум дождя послышался тихий рокот мотора, однако машина не проехала как обычно мимо, а завернула, с легким влажным шелестом сминая сочную траву за забором, а затем остановилась около калитки. Легкий щелчок - и двигатель выключился, заставив настороженно вскинувшего уши Алтая, вскочить и тихо, предупреждающе заворчать. Мягко хлопнули двери, послышался шорох доставаемых вещей, шуршание пакетов, и ветер, принесший псу запах гостей, привел Алтая в полное замешательство.
   Тамара с удивлением наблюдала, как агрессия смешивается в нем с отчаянной радостью и ликованием, заставляя попеременно то вилять хвостом, подпрыгивая от нетерпения на месте, то рычать и грести лапой землю, тщетно стараясь вырваться из ошейника.
   - Очень интересно... - хмуро проворчал за ее спиной Святослав, заставив вставшую девушку вздрогнуть от неожиданности и едва не расплескать кофе.
   - Па-ап, ну открывай уже! - в ту же секунду послышался звонкий девчоночий голос и в калитку чем-то глухо стукнули. Алтай взвился на дыбы и радостно заскулил-залаял. - Ты же знаешь - это я!
   - Знаю-знаю, - Святослав дежурным жестом соединил подушечки безымянных пальцев, снимая защиту, и взмахнул рукой, образуя между крыльцом и навесом калитки нечто вроде полупрозрачного купола, дождь с которого стекал по краям, капелью падая в траву по сторонам дорожки. - Алтай, сидеть! - уже на ходу приказал он псу.
   Калитка распахнулась, и во двор, размахивая ярко-розовым пакетом, фурией влетела девочка-подросток, и, не раздумывая, кинулась на шею направляющемуся ей навстречу Святославу. Тот поймал ее в объятья и, пасмурно кивнув вошедшему вслед за дочерью Даниилу, крутанул девчонку на месте, словно невзначай опустив ее на ноги спиной к дому и прислонившейся к косяку Тамаре.
   Девушка удивленно взглянула на оборотня, но тот лишь неопределенно пожал плечами. Алтай, честно исполнявший приказ "сидеть", заливался разносившимся на всю округу лаем.
   - Пап, ты извини, что я не предупредила! - затрещала девочка. - Просто я Даниле позвонила, а он как раз в городе был, ну и забрал меня с собой! Мама была не против, у нее там свои дела, ну ты понимаешь...
   - Кому? - не дав увести разговор в сторону, строго переспросил Святослав.
   - Ну дяде Даниилу! - раздраженно тряхнула волосами девочка. - Чего ты придираешься? Он вообще-то намного моложе тебя выглядит! И наверняка ему неприятно, когда его называют дядей!
   Оборотень насмешливо фыркнул за его спиной, и в голос Святослава ядовитым плющом вплелись ледяные ноты:
   - Мила!
   Девочка вскинула на отца нахмуренный взгляд, но уже через несколько секунд обиженно отвернулась, проиграв бой. Взгляд ее скользнул по конуре, возле которой, уже охрипнув от недостатка внимания, лаял Алтай, и девочка, вывернувшись из объятий Святослава, подбежала к нему, запустив пальцы в густой белый мех и мужественно терпя, как пес старательно облизывает ей щеку.
   - Привет, Тамара, - Данила тем временем прошел по дорожке и, поднявшись на крыльцо, аккуратно поставил на веранду дорожную сумку и пару пакетов с которыми приехала его спутница. - Освоилась хоть немножко?
   - Ну... - склонила голову Тамара, давая оборотню самому додумать свои мысли. - Можно и так сказать.
   - Привыкнешь, - уверенно ответил ей Даниил, и, как ни в чем не бывало, взял у нее из рук ополовиненную чашку с кофе и, сделав глоток, отдал обратно. Девушка возмущенно насупилась, заставив его легонько улыбнуться: - Кстати, у меня для тебя есть новости.
   Тамара хотела было спросить "какие", но вдруг почувствовала на себе обжигающую волну ненависти и медленно, с удивлением повернулась в ее сторону.
   "Волна" исходила от девочки, по-прежнему сидящей возле Алтая. Застыв в напряженной, словно изваяние, позе, она не мигая смотрела на Тамару, по всей видимости заметив ее только сейчас. Пальчики девочки изо всех сил сжимали шерсть пса, невольно заставляя замереть и его.
   - Тамара, познакомься - это моя дочь, я про нее рассказывал, - поспешил вклиниться в повисшую тишину Святослав. - Мила - это Тамара. Она проходит обучение и временно живет у нас. Так что я очень надеюсь на то, что вы найдете общий язык.
   Мужчина намеренно выделил центральную фразу, но девочка была не в состоянии его услышать.
   - Папа?.. - тихо проговорила она. - Пап, ты что опять?! Ну ты же обещал мне, пап!.. - в голосе Милы послышалась дрожь, глаза наполнились слезами. К глухой ненависти примешались ярость и горячая нестерпимая обида, болезненной волной ударяя Тамару в грудь. Девочка вскочила и, швырнув на мокрую траву пакет, опрометью бросилась к калитке. Яркие разноцветные зефирки и конфеты пестрой россыпью разлетелись по траве, к безмерной радости Алтая подкатившись и к его будке.
   За магической завесой хлестал ливень, быстро поглотив беглянку и наверняка несколько остудив ее пыл. Но упрямство в семье видимо передавалось по наследству.
   - Мог бы и предупредить! - раздраженно бросил другу Святослав. - Дядя Даниил.
   Оборотень, нахмурившись, взглянул на Святослава:
   - Ты в свой телефон почаще заглядывай, отец семейства!
   Маг досадливо хлопнул себя по карману и, не обнаружив сотового, разозлился еще больше.
   - Я бы на твоем месте не стал ее догонять, - продолжил Даниил. - Как жить и с кем жить - твое личное дело. Она должна это осознать.
   - Много ты понимаешь! - огрызнулся Святослав и, пинком распахнув калитку, направился вслед за дочерью.
  
   Когда они вернулись обратно, ночь уже полноправно завладела миром, выпустив погулять средь тяжелых, напитанных влагой облаков, тоненький, нервно подрагивающий месяц.
   Даниил и Тамара сидели на веранде за небольшим столиком и пили чай. Оборотень, не забывая наглаживать вольготно расположившегося у него на коленях кота, весело рассказывал про то, какие номера периодически откалывает Святославу Алтай, и как тот упорно пытается научить его приличному поведению. Тамара, хоть и понимала, что такое добродушие и веселый нрав - по большей степени маска, за которой скрывается звериная сущность, но, несмотря на это, с Данилой ей почему-то было легко и спокойно, как со старым другом, которого знаешь наизусть и спокойно принимаешь любою его реакцию.
   Когда хлопнула калитка, свернувшийся калачиком в своей будке Алтай, только сонно высунул голову, приветственно облизнулся и снова скрылся в конуре. Да конечно, на крыльце его дома сидит оборотень, держит в руках его кота и болтает с девчонкой, которая втихаря от хозяина балует его вкусностями... Но выброшенный Милой пакет со сладостями почти весь оказался в зоне досягаемости его поводка, и поэтому сытый Алтай сейчас был абсолютно невозмутим и счастлив!
   Услышав веселый смех на веранде, Мила еще сильнее поджала губы и плотнее закуталась в отцовскую куртку. Искоса взглянув на нее, Святослав нахмурился в ответ своим мыслям.
   - Ну хватит уже злиться на весь белый свет! - дождавшись, когда они подойдут, сказал Даниил. - Это все равно бессмысленно занятие.
   Мила присела на свободный стул и шмыгнула красным носом. Не поднимая глаз, сказала:
   - Тамара, ты извини, папа мне все объяснил. - Несмотря невинные слова, Тамару вновь окатило неприязнью. - Я просто подумала, что ты его очередная... - девочка замолчала, предлагая окружающим додумать "кто", потом продолжила: - Ну, в общем, мне все равно - будешь ты у нас жить или нет.
   - Мила! - одернул дочь Святослав. Тамара отчетливо почувствовала, как ему мучительно стыдно за происходящее.
   Мила встала и пошла в дом, уже в дверях, не оборачиваясь, сказала:
   - И кот, который у тебя на руках, Данила, мне тоже не нравится. Из-за него будут проблемы, вот увидишь.
   Дверь хлопнула. Тамара выжидательно и оценивающе посмотрела на Святослава. Тот мученически вздохнул.
   - Мда, - выразил всеобщее мнение оборотень. - Хорошо, что у меня сын. И вдвойне хорошо, что он уже давно вырос.
   - Не обижайся на нее, Тамара, - после долгой паузы, наконец, сказал Святослав. - Я... ну скажем так, не слишком светлый пример для подражания. Ее мама недавно снова вышла замуж и сейчас беременна вторым ребенком. Мила просто обижена и злится. Такой возраст.
   - Мир вообще не справедлив, - словно бы невзначай заметила девушка.
   - Ну, держись теперь, Святослав, - насмешливо фыркнул Данила, заставив друга помрачнеть еще больше, а Тамару легонько улыбнуться.
   - Завтра вечером мы все вместе едем в Клан, - сказал Данила, когда друг немного успокоился. - Совет управляющих энергией в ультимативном порядке постановил присутствие миротворцев на всех важных мероприятиях стаи. Но для начала вожак хочет увидеть Тамару и познакомиться с ней.
   - Плохая идея, - покачал головой Святослав.
   - Выбора нет, - отозвалась Тамара, вспоминая, как у нее сжалось все внутри от этой новости, и как безжалостной волной накатило очередное "воспоминание", указывая верное направление.
   - Это правда, - сказал оборотень. - Выбора нет.
   Даниил вставал со стула и протянул разомлевшего до состояния безвольной пушистой шкурки кота девушке. Взглянув сквозь сеточку мелких окошек веранды на небо, сладко, до выпущенных кинжалами когтей, потянулся и пробормотал:
   - Пробежаться что ли?.. Святослав, как считаешь? А я машину у тебя оставлю. Завтра как раз на ней и приедете.
   - Оставляй уже, - разрешил мужчина. - Тряпки только свои в нее сразу кинь и не светись, - Святослав на мгновение сжал ладонь в кулак и, резко распрямив пальцы, прошелся в воздухе перед Данилой раскрытой пятерней. По одежде оборотня волной полыхнули искорки, уничтожая шерсть и кошачий запах, который запросто мог обозлить и без того не слишком добро настроенных соплеменников. - И Тамару мне с Милой не напугай!
   - Ну, просто образец заботы! - поддел его Даниил, расстегивая рубашку. - Твоя Мила давно спит. А Тамаре не мешало бы привыкнуть к нашей второй ипостаси, а не то в Клане у нее случится инфаркт. - На последней фразе к его голосу уже явственно примешалось рычание, глаза отблеснули красным. Тамара со смесью страха и восхищения наблюдала за происходящей трансформацией.
   - Я тебя предупредил, - сказал ему Святослав.
   - Ну ладно-ладно, - Данила примеряющее улыбнулся, показав кончики острых, удлинившихся клыков. - Сними контур, я через забор прыгну, а то Алтай сейчас всю округу на уши поднимет. Ключи в зажигании. Пока, Тамара! - оборотень словно невзначай коснулся руки девушки и неуловимо быстро вышел с веранды.
   Послышался шорох скидываемой одежды, а спустя мгновение, через двор, наискосок, чтобы не попасть в поле зрения Алтая, скользнула темная тень, с легкостью метнулась через забор и растворилась в вязкой ночной мгле.
  

   Глава 18
   Утро для Тамары, как и следовало ожидать, началось неважно. Всю ночь она спала урывками, постоянно просыпаясь от муторно-тягучего чувство неизвестности и неизбежности. Будильник, поставленный на семь утра, невольно стал одновременно пыткой и избавлением.
   На кухне уже вовсю кипел чайник и распевало песни радио, которому не слишком верно вторил высокий девичий голосок.
   Столкнувшись в коридоре с мрачным и невыспавшимся, словно медведь-шатун, Святославом, сумрачно пожелавшим доброго утра так, словно за окнами царила мировая война, Тамара одновременно с ним вошла в кухню.
   Мила хозяйничала у плиты, разогревая в небольшом алюминиевом ковшике молоко и подтанцовывая в такт музыке. В отличие от Тамары, выползшей на кухню босиком и в белой хлопковой сорочке, девчонка была уже умыта, накрашена и одета в вызывающе-коротенькие шорты и разноцветную майку в тон вплетенным в длинные темно-рыжие волосы ярким лентам.
   - О, пап, привет! - увидев их вдвоем девочка усилием воли подавила раздражение и вычеркнула Тамара из своего восприятия. - Выспался?
   - Нет, - честно отозвался Святослав, пытаясь подавить зевок.
   - А я выспалась! - нарочито жизнерадостно отозвалась Мила. - Я полтора часа назад встала и уже на пробежке была, а потом в речке купалась! Знаешь, какая там вода теплая? Класс!
   Тамара, к примеру, знала только одно - встать раньше еще на полтора часа было для нее подобно смерти. Святослав, искоса взглянув на девушку, был с ней абсолютно солидарен.
   - Пап, а давай вечером вместе куда-нибудь сходим, а? - Мила обернулась и умоляюще посмотрела на отца. - Вдвоем! Ну и Алтая возьмем.
   - Мила, я сегодня работаю.
   - Ты к Даниле поедешь, да? Я видела, он машину у входа оставил. Я хочу с тобой!
   - Нет.
   - Ну, пап! Я же там всех знаю! Яна, Маю, а еще Ташу, Кирилла, Лекса!
   - Нет.
   - Ну, почему?!.. - девочка обиженно надула губки.
   - Потому что мы туда едем по делам, - и бровью не повел Святослав. - И следить за тем, чтобы котята тебя не покалечили, мне будет некогда.
   - Пап, это не честно! И кто это "мы"? Это вы с ней туда по делам едете, да? - Мила взглянула на девушку там, словно они ехали не Клан оборотней, а как минимум на курорт, причем Тамара в последний момент заняла ее место.
   - Да.
   - Пап, ты можешь разговаривать со мной нормально?! - взвилась девочка, в ход пошла тяжелая артиллерия - в глазах блеснули слезы. - Тебе что на меня вообще наплевать?
   - Я нормально с тобой разговариваю, - зевнул Святослав, и Тамара восхитилась его самообладанию - внутри у мужчины все кипело от раздражения. - И забочусь о тебе. Просто твое поведение вынуждает меня разговаривать с тобой в том же тоне, что и ты.
   - Я что, еще и виновата?!.. - Мила задохнулась от возмущения и хотела было уже высказать все, что она думает, а то и расплакаться, но ее прервал спокойный, чуть хрипловатый голос Тамары:
   - Мила, твое молоко сейчас убежит.
   Девочка судорожно вздохнула, захлебнувшись собственными, так и не высказанными, эмоциями, как маленький костерок гаснет от слишком большой ветки. Несколько секунд лицо ее выражало отчаянную борьбу между продолжением спектакля и настоящей обидой, а потом сникло.
   Мила молча развернулась к плите, сняла ковш с кипящим молоком и налила его в глубокую тарелку и разбавила крепкий, только что приготовленный кофе в чашке Святослава. Потом также в гробовом молчании поставила перед отцом тарелку с бутербродами, насыпала в свое молоко хрустящие хлопья сухого завтрака и, подхватив тарелку, вышла из кухни.
   Святослав с Тамарой безмолвно, с одинаковым выражением на лицах переглянулись, и девушка, вздохнув, достала из пачки пару печеньев и пошла наливать себе кофе. Сегодня была ее очередь готовить, но раз уж Мила, пусть и в пику ей, постаралась сегодня угодить отцу и сделала ему завтрак, Тамару, терпеть не могущую готовку, это только обрадовало. Хорошо, что девочка об этом не знает.
   Сегодня у Тамары был выходной, поэтому день до самого вечера растянулся и грозил обернуться вечностью. Мила объявила тихую и бескомпромиссную войну. "Случайно" споткнувшись о Тамарины кроссовки, она "случайно" вылила в них сладкий чай, а после совершенно "случайно" разбила Тамарину чашку и абсолютно "случайно" рассыпала по всей кухне корм Инея.
   Однако вывести Тамару из себя и спровоцировать на открытый конфликт Миле так и не удалось. Максимум, чего она добилась - это легкой насмешливой улыбки, скользнувшей по лицу невольной соперницы, и взбесившей девочку еще больше.
   К тому же, как оказалось, жить под одной крышей с Управляющим энергией было очень удобно. Увидев, как Тамара мрачно полощет в тазике на улице свои кроссовки, маг двумя щелчками пальцев справился с ее проблемой - даже сушить не пришлось. Кот был временно переведен на раздробленный корм Алтая, а посуду Тамара и так никогда не жаловала, поэтому разбитая чашка стала поводом только для короткой уборки. Мила злилась, но сдаваться не собиралась, Тамара, впрочем, тоже.
   ***
   Наконец, день нехотя склонил свою золотую голову к западу, и Святослав, едва за работой не забывший о поездке, дал отмашку к сборам.
   Узкая проселочная дорога была мягкой, заботливо накатанной, и даже, несмотря на прошедший вчера дождь и налитые тут и там лужи, довольно ровной. Святослав вел машину расслабленно, спокойно и уверенно, вызывая у Тамары даже лёгкое чувство зависти - её манеру вождения инструктор деликатно называл "немного нервной". Девушка огляделась и медленно провела рукой по черному кожаному сидению, ощутив ладонью легкие царапины - следы от выпущенных когтей. Машина была под стать Даниле - быстрая, агрессивная, тёмная, но в тоже время надёжная, маневренная и... опасная.
   В отличие от Белой Тони, путь в Холодные ключи лежал через сотканные в золотистое лоскутное одеяло пшеничные поля. В свете пробившегося через темную завесу дождевых облаков заката, оно казалось дрожащей от ветра пламенной заводью.
   Наконец на горизонте показалась длинная серая полоса, верх которой узким рваным кружевом окаймляла выступающая зелень. Холодные ключи были закрытым поселком, въезд в который осуществлялся строго по пропускам.
   На КПП их встретил худой пожилой мужчина в военной форме, взгляд его был внимательным и спокойным, но почему-то пробрал Тамару до костей.
   Святослав невозмутимо достал из кармана потрепанные синие "корочки" и разовый пропуск Тамары, привезенный Данилой ещё вчера, и, неспеша раскрыв их, показал служителю закона. Тот едва заметно кивнул и вновь прикипел взглядом к девушке. Тамара невольно передернулась, внезапно ощутив, как стекает по спине наперегонки с табуном мурашек холодный пот.
   Наконец, мужчина отступил к проходной, и высокая железная переборка ворот медленно, с тихим змеиным шуршанием, поползла в сторону, открывая въезд в посёлок. Однако давление так и не ослабло, с каждой секундой возрастая все больше и заставляя Тамару тяжело и часто дышать, с трудом подавляя желание вырваться и сбежать.
   Повинуясь Святославу, джип мягко тронулся с места, аккуратно преодолевая "полосу препятствий" из пропитанного каким-то остро-пахнущим составом песка и битого щебня и выезжая на ровную, стелящуюся безжизненной серой полосой, бетонку. Эмпатическая связь наконец-то разорвалась, выпустив безуспешно борющуюся саму с собой Тамару на свободу. Напоследок девушка обернулась и зло взглянула на своего мучителя. Сквозь тонированное стекло привратник не мог её видеть, но по его лицу все равно скользнула обидная тень насмешки.
   - Ты в порядке? - покосившись на девушку, спросил Святослав.
   - Вполне, - соврала Тамара, глядя, как за окном бежит идеально чистая улица, окаймлённая аккуратными цветниками. За ними простирался унылый и длинный бежевый забор, словно для разнообразия разбавленный встроенными в него двухэтажными домиками, отчаянно напоминающими клоны друг друга. Цвет их варьировался от светло-бежевого до ржаво-коричневого. Кровля тоже не отличалась разнообразием, однако, в отличие от людских строений, всегда была на пару-тройку тонов светлее самого здания. От идеально ровных тротуаров к дверям вели аккуратные асфальтированные дорожки, гостеприимно приглашающие в дом. Изредка встречались играющие на маленьких, состоящих из качелей и песочницы, площадках дети, шли по своим делам жители и даже какая-то бабушка, сидя у дороги на раскладном стульчике, продавала что-то вроде орехов - бежевое, россыпью лежащее ведёрке и бережно насыпаемое ею в кулечки.
   Святослав остановил машину возле старушки и, купив у нее несколько свертков, отдал Тамаре со словами:
   - Малышам отдадим, а то неудобно как-то с пустыми руками ехать.
   - А что это? - девушка развернула один из кульков и, заглянула внутрь, принюхавшись, скривилась: - Кошачий корм?
   - Ну, вроде того, - кивнул Святослав. Ему это сравнение тоже казалось наиболее верным. - Такие сухарики из костной муки, слегка подкопченные и высушенные, как мне кажется, до состояния камня. Оборотни их "щелкунчиками" называют. Меня как-то Данила пробовал к ним приучить, мол, хорошая закуска к пиву. Но по мне так - это гадость невозможная, к тому же явно не для наших зубов. Попробуй если хочешь, - предложил он. - Только сразу разгрызть не пытайся, они очень жёсткие.
   - Нет, спасибо! - передернулась Тамара, поплотнее заворачивая кулек: запах от "лакомства" был очень навязчивым и мигом заполнил всю машину. - Нам ещё далеко ехать?
   - Да приехали уже, - отозвался Святослав, притормаживая и аккуратно поворачивая на парковочную дорожку к одному из домов. Машина мягко прокатилась по бетонной стежке и остановилась прямо напротив гаражных ворот.
   - Если получится - постарайся закрыться, - посоветовал он, не торопясь глушить двигатель. - И даже если тебе будет страшно - старайся внешне страх не показывать.
   - Какой в этом смысл? - спросила Тамара. - Они ведь все равно эмпаты.
   - Эмпаты, - не стал спорить мужчина. - К тому же ещё и оборотни. Они прекрасно знают, что мы слабее их, медленнее, что у нас нет и части тех способностей, которыми они обладают. И именно поэтому единственное, чем люди могут завоевать их внимание и уважение - воля и самоконтроль. Важно не то, что ты испытываешь эмоции. Все боятся, оборотни в том числе. Важно то, что можешь держать свои чувства под контролем, не зависеть от них, а иногда и идти наперекор. Поэтому постарайся держать себя в руках, и не позволяй никому играть на твоих слабых сторонах. Здесь мне будет намного сложнее тебя защитить, к тому же у нас, насколько я помню совершенно иная миссия.
   Святослав щелкнул ключом зажигания, и тихий рокот мотора погас:
   - Пойдём, Данила нас уже давно почуял, просто не хочет мешать.
   И правда, едва Тамара вышла из машины, дверь в дом приоткрылась, и на крыльцо вышел Даниил. Расположение духа сегодня у него было не очень, но он, тем не менее, приветливо улыбнулся и радушно пригласил гостей в дом.
   - Это, надеюсь, мне? - иронично спросил он, кивнув на кульки с "щелкунчиками", которые девушка несла в руках. - У меня и пиво есть...
   - Хорошо, тебе "щелкунчики", мне - пиво, - мигом согласился Святослав.
   - По рукам, - оскалился оборотень, - пива у меня и на двоих хватит, а щелкунчики ты все равно не ешь!
   - Эй, а я?! - возмутилась Тамара и плотнее прижала лакомство к себе, намекая на то, что судьба посиделок вообще-то в её руках.
   - Ну хорошо, - немного поразмыслив, снисходительно отозвался Данила. - Можешь побыть с нами. Попить свой кофе, повспоминать о "горьком прошлом" и погрызть сухарик!
   - Вот ведь зараза! - искренне возмутились Тамара и в сердцах хлопнула мужчину по плечу. Друзья рассмеялись, и натянутая дрожащей тетивой обстановка как-то незаметно разрядилась.
  
  
  
  
   ***
   Дом Данилы по большей степени оказался обманкой, как вероятно и все остальные дома в городке. Вход, через который оборотень впустил гостей был второстепенным, чёрным. Основное же действо происходило по другую сторону.
   Именно там, беря своя начало на огромной веранде, широкое деревянное крыльцо сбегало прямо на лесную поляну, окаймленную тенистой прохладой старых раскидистых деревьев. В воздухе разливался тёплый пряный аромат согретого солнцем разнотравья, щебетали птицы, перелетали от цветка к цветку шмели и пчелы, слышался звенящий детский смех, долетающий откуда-то из гущи деревьев. И совершенно не верилось, что все это может находиться внутри холодного бетонного города.
   - Данила, я не понимаю, как такое может быть? Это магия? - Тамара зачарованно огладывалась вокруг себя. Даже дом с этой стороны выглядел по-другому - деревянный, снизу до верху увитый виноградом.
   - Ты невнимательна, - улыбнулся оборотень, - и прекрасно знаешь, что мы не владеем энергией. Думай.
   Девушка нахмурилась, сбрасывая очарование, и, тряхнув головой, внимательно всмотрелась в открывающийся вид. Да, к сожалению сказок не бывает. Территория за домом была огромна, с половину футбольного поля, но вовсе не безгранична. Передней стены видно не было, но от самого дома в стороны простиралась высокие стены, выкрашенные в такой невзрачный цвет и настолько увитые растениями, что просто терялись на их фоне. То что снаружи казалось холодной безжизненной стеной, изнутри дышало жизнью. Сам же коттедж был кирпичным, умело и искусно облицованный деревом так, что его было сложно отличать от деревянного сруба.
   Только теперь Тамара поняла задумку - весь городок располагался на одной- единственной, совершающий огромный круг улице, в центре которого наверняка находились всяческие административные здания. А каждый дом, столь безликий и строгий снаружи имел свою собственную, скрытую от посторонних глаз территорию. Идеально для оборотней. Хотя и для человека тоже, подумала Тамара.
   - Догадалась? Вот и умница, - вполголоса прошептал ей на ухо Даниил. В голосе его отчётливо прозвучала ирония и снисходительность, заставив Тамару возмущенно фыркнуть.
   - Прапа! - послышалось откуда-то из зарослей. - Прапа, я чую запах людей! Это к нам гости, да?
   - Да, Мая, гости, - негромко отозвался Даниил. - Зови Яна, будем знакомиться.
   - Я-ян! - зазвенел голос. - Ян! Пойдём скорее! К нам пришел дядя Святослав и еще кто-то - незнакомый!
   - Прапа? - иронично приподняла бровь Тамара.
   - Это они сами придумали. Но лучше, чем дедушка, согласись, - пожал плечами Данила.
   - Ну, как сказать... - протянула девушка. От силы тридцатипятилетнего на вид дедушку она тоже видела впервые.
   - Хорошо быть оборотнем, да, Тома? - вкрадчиво спросил мужчина.
   - Хорошо быть собой, - Тамара пристально посмотрела ему в глаза и добавила: - Даня.
   Оборотень едва заметно усмехнулся.
   В следующую секунду мир Тамары снова пошатнулся, но на этот раз по вполне реальным причинам. К её ногам, словно из неоткуда выкатился один рычащий косматый шар, а второй, легко перемахнув через перила крыльца, единым касанием оттолкнулся от земли и прыгнул прямо Тамаре на грудь, с легкостью сбивая девушку с ног.
   - Мая! - строго окрикнул Данила, в последний момент едва успев наклониться и выставить руку, чтобы не дать девушке встретиться затылком со ступеньками. Однако встреча с ними спиной с ними все же произошла, и Тамара болезненно зашипела, явственно ощутив широкую деревянную полосу.
   Два тяжелых лохматых комка тем временем вовсю исследовали гостью - обнюхивая, облизывая и тихонько фыркая. Тамара возмущённо отмахивалась свободной рукой, второй чудом удерживая кульки с щелкунчиками, на которые один из маленьких оборотней уже нацелил маленькие острые клычки.
   - Ян! - Даниил по очереди схватил малышей за шкирки и, немножко встряхнув, откинул в сторону. Те по-кошачьи приземлились на четыре лапы, сделали было пару шагов в сторону девушки, но, не посмев снова приблизиться, нетерпеливо затоптались на месте. - Я сколько раз просил так себя не вести! Вы разве не почуяли, что она обычный человек, и вы можете ей навредить?!
   - Она странная! - фыркнул один из котят. Ян, по голосу поняла Тамара. Теперь она могла хорошо рассмотреть маленьких оборотней. Несуразные, больше похожие на дикую смесь рыси и гиены, с непропорционально длинными лапами, они, между тем, были по-детски милы и очаровательны. Зеленые глаза Яна смотрели внимательно и пытливо. Сероглазая девочка напротив изнывала и подпрыгивала от интереса. А Тамара тщетно пыталась заставить свое сознание поверить, что за обликом этих неизвестных, непонятно каким образом говорящих существ, кроются обычные дети.
   - Не такая, как человек, прапа! И даже на дядю Святослава не похожа! Она связана с природой! А ещё она нас чувствует, прямо как мы её! Люди такими не бывают!
   - И, тем не менее, она обычный человек, - усмехнулся Святослав, помогая Тамаре подняться. - А люди бывают разными.
   - Дядя Святослав, но ты ведь маг, откуда тебе знать!
   Мужчина рассмеялся.
   - И то правда, - проворчала Тамара и, помедлив, протянута маленьким оборотням кульки с щелкунчиками. - Это вам, но только чур больше меня с ног не сбивать!
   Котята вопросительного и одновременно умоляюще посмотрели на Даниила.
   - Ну, так и быть, можете взять, - смилостивился оборотень. - Но сначала, - он жестом остановил ринувшихся было к девушке внуков. - Как положено воспитанным детям, нужно представиться. Это тетя Тамара, - он насмешливо улыбнулся, поймав на себе возмущенный взгляд девушки. - Она наша со Святославом хорошая знакомая. Будьте вежливыми и во всем ей помогайте.
   Малыши закивали и на несколько секунд замялись, перефыркиваясь, но после вперёд послушно выступил мальчик, а девочка наоборот сделала шаг назад, почти спрятавшись за его спиной. Иерархия у оборотней была вполне очевидной.
   - Меня зовут Ян, - серьезно сказал он. - А это моя сестра - Мая. Она младше меня на целых три года, и я за неё отвечаю. Так сказал папа, - в его голосе прозвучала гордость. - Есть ещё одна сестренка - Лия, она совсем маленькая и мама почти всегда носит её с собой. Они сейчас дома - а живем мы близко - через еще один дом! И в гостях у нас - наша тетя! А папа на работе! - с детской непосредственностью затараторил мальчик. - У нас маленький сад, поэтому мы часто играем у прапы, а мама тут даже посадила клумбу! А еще прапа сказал нам, что если мы будем баловаться, то он больше не будет нас учить выслеживать зайцев! А они такие вкусные, эти зайцы... поэтому мы стараемся и ведем себя хорошо!
   - Ян, - негромко сказал Даниил, но "котенок" настолько кристально чистым взглядом посмотрел на дедушку, что тот только устало махнул рукой, и маленькие оборотни, не сговариваясь, кинулись за щелкунчиками, выхватив зубами пакеты из рук Тамары раньше, чем она успела это осознать.
   - Что, Данила, решил тряхнуть стариной? - с усмешкой спросил Святослав. - А может снова как в юности - ты ловишь, я свежую, потом продаем? Хоть автобус починю...
   - Ты со своим автобусом в округе ни одного зайца не оставишь, - сказала Тамара.
   - Это точно - фыркнул оборотень, и Святослав возмущением посмотрел на насмешников.
   - Прапа! - вдруг вклинилась в разговор подбежавшая Мая, следом, словно тень, тут же возник Ян. - Мы пойдём угощать Лекса! Он сегодня наказан и поэтому прадедушка Айдар не пускает его к нам во двор! Но нам-то к нему можно, мы узнавали!
   - Не прадедушка Айдар, а Предводитель! - поморщился Даниил. - И как вы это узнавали, позвольте спросить? Вы что, снова прокопали лаз?! - подозрением спросил оборотень.
   - Ну, прапа! Мы же соседи! Зачем нам оббегать через целую улицу? Лекс считает...
   - Значит, Леша прокопал, - констатировал Данила. - Мне поговорить с Предводителем или вы сами заделаете лаз и предупредите своего друга, чтобы он больше так не поступал?
   - Но прапа! - обиженно воскликнула Мая.
   - Хватит, - холодно оборвал ее Данила, и щенки, не сговариваясь, мигом опустили глаза. - Вы заходите без спроса на чужую территорию. Вас вправе разорвать за нарушение границ! И ни я, ни папа, ни мама ничего не сможем сделать! И даже пытаться не станем, потому что за нарушение законов Клана каждый получает по заслугам! Ни вы, ни Алексей не являетесь исключением! - к концу речи в голос оборотня вплелось что-то жуткое, пробирающее до костей - Тамара почувствовала, как искусно он вплел в речь прямое эмоциональное воздействие. - Я понятно объяснил или мне повторить? - напоследок прорычал Данила.
   - Понятно, прапа! - испуганно пискнула девочка. - Мы сейчас же засыплем лаз и Лешу тоже предупредим. Ты только не сердись на нас, пожалуйста!
   - Нет, - веско сказал Даниил. - Вы сейчас только засыплете лаз. А с Алексеем поговорите завтра. Сегодня у Предводителя и так много дел, чтобы отвлекаться ещё и на ваши шалости.
   - Не видать им зайцев, - подытожила Тамара, глядя, как испуганные котята несутся наперегонки вдоль увитой виноградом стены, дабы поскорее исправить свою оплошность. - Кстати, насчёт Предводителя...
   - Он знает, что ты здесь, - ответил Данила. - И сам тебя позовет, когда сочтет нужным.
   - А просто я к нему прийти не могу? Как к тебе.
   - Во-первых, я сам тебя позвал, - сказал оборотень. - А во-вторых, он Предводитель, и идти ему наперекор - как минимум нарушить закон Клана.
   Тамара едва заметно кивнула и отвела взгляд.
   - Не злись, - бросил ей оборотень. - Тебе не идет.
   - Тебе тоже, - парировала Тамара, и Даниил мгновенно "захлопнулся", выстроив вокруг своих эмоций высокий нерушимый барьер. Тамара небрежно повела плечами - самое главное она уже узнала, Даниил относился к Предводителю с недоверием и злостью.
  
   ***
   Сумерки потихоньку брали верх, медленно, словно через трубочку, потягивая последние лучи заходящего солнца из высокого дневного стакана. Святослав, Даниил и Тамара сидели за небольшим столиком на открытой веранде и пили чай.
   Если бы еще сегодня утром Тамаре сказали, что она предпочтет крепкому кофе этот напиток - она бы рассмеялась. Но этот чай заваривал оборотень, сам, осторожно пересыпая в пальцах и отмеряя точное количество душистых трав, чайных листьев, сахара, каких-то кореньев... Напиток получился не просто вкусным, а волшебным, словно вобравшим в себя всю силу и магию живой природы. Попробовав из вежливости, Тамара влюбилась в него с первого же глотка, и теперь сидела, баюкая в ладонях белоснежную чашку, и не могла надышаться столь манящим вкусом и ароматом.
   Мужчины вполголоса обсуждали намечающуюся (вот уже несколько месяцев) рыбалку, девушка им изредка поддакивала (ее интерес заключался исключительно в ловле "мелочи" для кота). Маленькие оборотни, судя по голосам, играли где-то неподалеку среди деревьев.
   И чем ближе время сбегало к ночи, тем становилось понятнее - Предводитель и не собирался разговаривать с Тамарой. Этот "визит" просто один из жестов подчинения, желание выбить противника из колеи и унизить его. Причем направлен этот жест на всех троих, включая и Даниила.
   Обидно девушке не было, она даже почувствовала некоторое облегчение, поняв, что дело обернулось таким образом. Было жаль потраченного времени. Поговорить им все равно придется. Сегодня или спустя несколько месяцев. Но от этого разговора многое зависит. Очень многое. И Предводитель это понимает лучше нее.
   - Прапа! - послышался из-за деревьев голос Яна. - А мы нашли клад!
   - Какой еще клад? - настороженно спросил Даниил. - Вы там что, яму роете?!
   - Конечно! Но мы же ее потом засыплем! - радостно пообещала Мая, заставив оборотня воздеть глаза к небу, а Святослава рассмеяться.
   Что-то негромко звякнуло, и щенки ликующе взвыли. Потом звякнуло снова. И снова.
   - Что вы там делаете?! - спустя еще несколько ударов не выдержал Данила, привставая со стула.
   - Пытаемся разбить железную крышку камнем! - отозвалась Мая. - Не хотим выкапывать весь сундук целиком! Ну что вы там сидите, идите скорее сюда! Здесь настоящий клад, честно-честно! Даже замОк есть! Э-эй, Ян, сейчас моя очередь кидать!..
   - Мне уже самой интересно, что они там у тебя откопали, - иронично улыбнулась Тамара. - Надеюсь, не водопроводную трубу?
   - Нет, она в другом месте... - начал было Даниил, но вдруг осекся: - Замок? Мая!!!
   Звякнуло громко и очень отчетливо, а потом послышалось холодное змеиное шипение и испуганный детский визг, вверх взвилось ядовито-зеленое пламя.
   - Чёрт, она все-таки его закопала! - в сердцах рыкнул Даниил и в два огромных нечеловеческих прыжка пересек поляну, едва не споткнувшись о котят со всех лап несущихся в укрытие дома. - Святослав, скорее сюда!
   Через пару мгновений малыши с грохотом захлопнули за собой ведущую в дом дверь, а Святослав скрылся под сенью деревьев вслед за Данилой, и Тамара осталась совершенно одна. Несколько секунд она прислушивалась к происходящему на поляне. Там мелькали разноцветные сполохи, слышалась негромкая, на два голоса, ругань, но в целом ни испуга, ни сильной опасности, исходящей от мужчин девушка так и не почувствовала. Дети также сидели в доме тихо как мышки, больше боясь возмездия, чем переживая произошедшее.
   Тамара постояла еще немного, глянула на запертую дверь, и, сбежав с крыльца, быстрым шагом пошла вдоль стены, все больше и больше углубляясь в густые чернила сумерек.
  
  
  

   Глава 19
   Она стояла тяжело дыша возле ведущей на второй этаж широкой, украшенной изящными коваными перилами белоснежной лестницы. Грязная, растрепанная, в пыли и свежей земле, Тамара чувствовала себя вдвойне нелепо посреди светлого и воздушного убранства просторной гостиной.
   На обоих плечах под белой летней рубашкой медленно наливались багровым синяки - Предводитель особо не церемонился. Поняв, что его территории чужак - он отреагировал мгновенно, и Тамара даже не успела осознать, что мелькнувшая перед глазами тень - живое существо, а после размышлять стало некогда - сознание накрыла смесь из страха и боли, отпустившая только здесь, в обители хозяина дома.
   Предводитель расслабленно сидел напротив нее в большом, цвета слоновой кости, кожаном кресле, снисходительно глядя, как она искренне старается не поддаваться панике и, расправив плечи, смотрит будто бы сквозь него, пытаясь не замечать унижения.
   - Кто надоумил тебя зайти на мою территорию? - от одного его голоса Тамара снова почувствовала, как ее сковывает страх. В приятном бархатном баритоне было неуловимо вплетено что-то безжалостное и беспощадно-безразличное, заставляющее почувствовать себя расходным материалом.
   - Ты звал, я пришла, - хрипло ответила девушка. Он был красив и статен, в каждом его движении сквозила власть и сила, а еще презрение и неприязнь. - Не могла не прийти, я же теперь миротворец.
   - Я тебе одним махом горло вырву, - подался вперед Предводитель, и Тамара почувствовала легкий отголосок его ярости. - И избавлю тебя от этой миссии. Миротворец.
   - Давай, - помолчав, тихо сказала она.
   Эти слова были чистой провокацией, но прозвучали они без единого намека на ложь, и на лице Предводителя на долю секунды проскользнуло удивление. А потом последовал хлесткий удар, и сразу вслед за ним короткий беззвучный замах, и на вновь ставших человеческими пальцах мелькнули капельки крови.
   - Я просила убить, а не покалечить, - судорожно вздохнув, прошипела Тамара. Во рту начал медленно растекаться противный металлический привкус, щека горела огнем, а ключица и шея болезненно ныли от четырёх глубоких быстро наливающихся кровью ран, оставленных когтями.
   - Добавить? - Предводитель внимательно посмотрел на нее, расслабленно сидя все в том же кресле, словно и не поднимался с него, а лишь слегка изменил позу. Тамара отрицательно покачала головой, признавая ошибку.
   - Если я тебя убью, твоё место займёт кто-то другой, - сказал оборотень.
   - Верно, - слабо ответила девушка. - Но есть вероятность, что недостаточно подходящий. - Она осторожно потрогала языком внутреннюю сторону щеки и болезненно скривилась. Из-под приложенных к шее пальцев вязкими дорожками бежала горячая кровь, расписывая некогда белоснежную рубашку алыми разводами. - А вот если ты меня покалечишь - толку не будет. Меня восстановят и все равно выведут энергию. Я ведь Источник, не забывай! Так что выбор за тобой.
   - Нет. - Это короткое слово включало столько ненависти, что Тамара невольно поежилась.
   Раны на шее налились свинцовой тяжестью, а затем закололи мелкими льдистыми иголочками. Выступивший прямо из воздуха туман пульсирующий нитью влился в повреждения, и боль потихоньку начала отступать, уступая место регенерации. Девушка немного расслабилась.
   - Как видишь, у нас с тобой один покровитель, - взглянув ему в глаза, сказала она.
   - Ты ошибаешься! - прорычал Предводитель, на секунду сбрасывая цивилизованную маску, и Тамара почувствовала, как ломается под его яростной ненавистью наскоро выстроенный заслон и неумолимо берет верх холодный ужас.
   - Я - возможно, но природа никогда не ошибается.
   - Чего ты хочешь?
   - Я тебе уже сказала.
   - А я уже дал тебе ответ! - зло склонил голову мужчина. - Иного не будет, так просто ты не отделаешься.
   - Ты же читаешь меня как открытую книгу, ты видишь, что мне плохо, что я не хочу всего этого! - не выдержав, выкрикнула Тамара.
   - Мне безразличны твои эмоции, - откинувшись на спинку кресла бесстрастно ответил оборотень, и девушка с горечью осознала, что отчаянно бьется в холодную и глухую стену.
   Всего одно невидимое движение, и ее защита сломалась, как яичная скорлупа. Голос предательски задрожал от страха и неприязни, но, несмотря на это, слова остались холодными и обдуманными:
   - Хорошо, Айдар, это твой выбор, - с трудом выговорила она. - Но в таком случае знай - я ничего не хочу. Мне от вас ничего не нужно. С моей помощью или без неё, вы все равно подвергнетесь формации. Я лишь могу... Я хочу смягчить для вас последствия, предложить свою помощь, если можно так сказать. Дай мне возможность общаться с твоими людьми, особенно с детьми. Чем больше они мне будут доверять, чем больше будут знать, тем меньше будут сопротивляться моей энергии, а значит и негативных последствий будет меньше.
   - Они разорвут тебя на кусочки, когда узнают кто ты, и с какой помощью к ним пришла.
   - Они не узнают, - Тамара решилась, наконец, оторвать дрожащую ладонь от шеи и прерывисто вздохнула - кровь остановилась, но боль пока ещё не ушла, мгновенно впившись в тело тысячами стальных колючек. Однако сейчас это было к лучшему - она отвлекала. Девушка мстительно стряхнула бордовые капли на светлый деревянный пол: - А если кто-то из ваших и проговорится, то так тому и быть. Я же сказала, мне все равно. Я всего лишь Источник, Стрела назначается в самом конце.
   - Тогда уходи, беги отсюда как можно дальше, пока она не назначена! - прошипел Айдар, и девушку стремительно затошнило, а комната закружилась как карусель. - Ты понимаешь, о чем ты просишь?! Ты хочешь, чтобы я своей рукой дал тебе оружие против своего же народа!
   - Я и есть оружие, - Тамара схватилась рукой за перила, чтобы не упасть. - Но если ты будешь мешать, нам придется действовать без разбора.
   - Дрянь! - ещё один замах, но удара не последовало - девушка сама сползла на пол, не в силах больше контролировать обрушившуюся ненависть, да так и осталась там сидеть - на коленях, тяжело дыша и обхватив голову руками. Айдар бесстыдно рассматривал её внутренний мир, раскачивал эмоции, вытаскивал наружу потаенные страхи, будил подсознание, и девушке казалось, что она сходит с ума.
   - А никто и не обещал тебе сказку, Предводитель, - едва слышно выдохнула она.
  
  
   ***
   - Кровь, - тихо сказал Даниил, едва увидев Тамару. В голосе его отчетливо проскользнула ненависть. Девушка тихо сидела на крылечке со стороны улицы, даже не постучав в дверь - дорога до дома отняла у нее оставшиеся силы и показалась вечностью.
   - Всего лишь кровь, - хрипло отозвалась Тамара, тяжело опираясь о его руку, чтобы подняться и пройти в дом. - Где у тебя ванная? И если есть - чистая рубашка. С воротом.
   - Покажи рану, - потребовал оборотень, останавливаясь посреди гостиной.
   - Не надо, Данила, - попросила девушка. - Просто проводи меня, куда я прошу.
   - Тамара, это очередная глупость, - мужчина потянулся и схватил ее за локоть. - Я ведь могу тебе помочь.
   - Не надо мне помогать! - она отчаянно попыталась вырваться, но оборотень был намного сильнее, и мягкий, но надёжный захват даже не ослаб. На глазах девушки блеснули слёзы: - Просто не трогай меня. Пожалуйста.
   - Ванная прямо коридору, третья дверь направо, - голос появившегося на пороге гостиной Святослава звучал тихо и успокаивающе. - Если нужна будет помощь - зови.
   - Спасибо, - тихо сказала Тамара, и, почувствовав, как Данила отпустил ее руку, облегченно вздохнула.
   Спустя десять минут в дверь постучались, и детский голосок звонко попросил:
   - Тетя Тамара, это Мая, откройте, пожалуйста, я принесла вам полотенце!
   Тамара, не вставая с краешка ванной, где все это время бездумно сидела, не в силах даже раздеться, молча щелкнула щеколдой. Дверь тут же приоткрылась и в узкую щелочку протянулась худенькая детская ручка с бежевым полотенцем и аккуратно сложенной белой рубашкой:
   - Вот!
   Тамара забрала вещи, но дверь так и не закрылась, и девушка, с усилием встав, выглянула в коридор. Стоящая там маленькая, лет пяти, русоволосая девочка неловко потеребила тонкое кружево на подоле простенького серого с голубыми цветочками платья, помялась немного, а потом подняла на Тамару чистые, серые, как у Даниила, глаза и сказала:
   - Тетя Тамара, ты молчишь и тебе плохо. Я чувствую такую пустоту, что мне даже самой страшно... Не расстраивайся, пожалуйста! Все будет хорошо. Честно-честно!
   Тамара кивнула, закрыла дверь и тихо сползла по косяку вниз, спрятав лицо в ладонях.
  
   Обратно в Белую Тонь их привез Данила. В отличие от Святослава, машину он вел агрессивно и быстро, домчав их до дома за какие-то десять минут. Если бы Тамара не чувствовала себя настолько уставшей, она наверняка бы вцепилась в сидение, напряженно следя за дорогой. Особенно с учетом того, что оборотень не озаботился даже включением фар, хотя то и дело прячущийся в облаках месяц раз за разом погружал мир в полную тьму.
   Перед тем как уехать Даниил глубоко вдохнул пряный ночной воздух и, выразительно глянув на калитку, предупредил:
   - Твой кот где-то на улице, Тамара. Во дворе.
   - Что?! - девушка впервые за вечер встрепенулась и поспешила к входу.
   - Милы, кстати, дома нет.
   Тут уже выругался Святослав, напрасно давший вчера дочери "ключ" от контура дома.
   Даниил, покачав головой, выкрутил до упора руль, разворачивая джип. Дома его еще ждал разговор с невесткой и внуками. Это же надо было закопать во дворе его дома "паленое", не известно кем сотворенное заклятие плодородия! Да еще не просто так, а с защитой от вскрытия!
   Результатом этого доброго дела стали две спаленные рикошетом от "защиты" вишни (плюс одна слива, случайно задетая Святославом в процессе укрощения), двое испуганных до кончиков когтей котят (ну ладно, это им за дело) и полностью, в одно мгновенье, заросший бурьяном сад (единственный к чему заклятие применилось исключительно хорошо).
   Но главное - это Тамара, - думал Даниил, глядя в ночь. В отличие от людей, перед его взором открывались тысячи полутонов, а темная дорога казалась сотканной из серебристых нитей - отражений-отблесков воды, песка, травинок. - Самое главное - это она. Нужно понять, как действовать дальше. И принять решение.
  
   На калитке изнутри была прикреплена записка: "Я так и знала, что ты сегодня не вернешься! Мне страшно оставаться ночью одной. Я буду ночевать у тети Катерины".
   Дверь в дом оказалась распахнутой настежь, внутренняя, с более тугими петлями, была "заботливо" подперта камушком до щели, шириною в ладонь.
   Идеально для того, чтобы любопытный скучающий питомец смог сначала боязливо выглянуть во двор, а после, осторожно ступая пушистыми лапками и посекундно озираясь, отправиться на исследование нового мира. Либо для того, чтобы у одинокого, всеми забытого пса, случайно увидевшего открытую дверь, хватило сил просунуть голову и, оттолкнув препятствие, войти в дом в поисках развлечения.
   Однако Алтай при виде хозяина радостно, хоть и не слишком резво, выскочил вовсе не из дома, а из своей будки, дежурно поплясал рядом, облизал руки Тамаре, попутно проверяя, нет ли в них лакомства, и с чувством выполненного долга быстренько ретировался обратно.
   Пока Святослав звонил своей двоюродной сестре, выясняя, там ли на самом деле находится его дочь (параллельно выслушивая много чего интересного по поводу воспитания подростков и звонков в два часа ночи), Тамара успела бегло обыскать весь двор.
   Наконец, отчаявшись, она заглянула в будку как-то подозрительно тихо ведущего себя Алтая, предполагая самое страшное - что пес, вдоволь наигравшись с живой игрушкой, попросту придушил ее и припрятал.
   Однако свет фонаря высветил поначалу недовольно приподнятую физиономию Алтая, а после... скрывающуюся за пушистым белым боком столь же недовольную - Инея, доселе, как оказалось, мирно спавшего рядом с псом. Звери сверкали глазами, щурились и отворачивались от света, но из конуры выбираться не собирались.
   Тамара погасила фонарь и обессилено присела на лавочку, бездумно и устало глядя сквозь ночь. Святослав, опустившийся рядом с ней, несколько минут тихо и молча злился на себя и дочь, а после посмотрел на девушку, и, вздохнув, легонько обнял ее за плечи и осторожно притянул к себе.
   Тамара поначалу напряглась и сжалась, как пружина, но спустя некоторое время все же переборола себя и расслабилась, устало положив голову к нему на плечо. Рядом с ним было спокойнее и теплее.
  

   Глава 20
  
   - Прекрати, Данила! Я так больше не могу. У меня ощущение, словно ты разглядываешь меня изнутри!
   - Было бы на что посмотреть! - насмешливо фыркнул оборотень. И тщательно выстроенный Тамарой бастион пополнился еще одной огромной трещиной и медленно посыпался вниз.
   - Ах так! - разозлилась девушка. Стена стремительно обледенела, сковывая прорехи и проростая стальными пиками.
   - О, вот это уже интереснее. Ну-ка, ну-ка... Ну, Тамара! - Даниил не выдержал и рассмеялся.
   - Ну что теперь?
   - Скажи, какой смысл строить защиту, если у тебя на лице и так написано, что ты обиделась.
   - Я обиделась?!
   - Ну не я же! - мужчина поднялся, смерил девушку взглядом, и тон его вдруг неуловимо обвился легким, но оттого еще более обидным раздражением: - Знаешь, если по-честному, мне порядком надоело с тобой возиться. Никто не виноват, что ты никак не можешь взять под контроль свои эмоции. Это твоя слабость. Как и детские бессмысленные обиды. Сначала разберись с ними, а потом уже будешь тратить мое время.
   Тамара вздрогнула, словно ей плеснули в лицо холодной водой, и медленно подняла взгляд на оборотня, не зная, что ответить. На лице его отражалась холодная отстраненность.
   Даниил потянулся и сорвал с дерева пару больших спелых яблок. Помедлив, протянул одно из них девушке и, вздохнув, подсказал:
   - Прочитай меня.
   Тамара, наконец, отмерла и взяла себя в руки. Оборотень не скрывался - от него не исходило ни злости, ни раздражения - только ирония, участие и немного разочарования.
   - Когда нам кажется, что человеку можно доверять, любые его слова начинают звучать красочнее и правдивее, - негромко сказал Данила, снова опускаясь рядом с девушкой на плед. Сад был единственным спасением от сухой, опутавшей все вокруг августовской жары, которой, казалось, не было ни конца, ни края. - И когда мы вдруг слышим от него что-то обидное, задевающее за живое - мы воспринимаем это как удар, цепенеем, перестаем думать и оценивать реальное положение дел. Этим можно пользоваться, Тамара. И не обязательно было быть эмпатом, чтобы увидеть то, что отражается твоем лице. Нужно просто наблюдать.- Оборотень взял у девушки яблоко, которое она крутила, не зная как к нему подступиться, разломил на четыре части и отдал обратно. - Эмпатия позволяет контролировать человека гораздо больше. Ты можешь использовать свой дар для любых целей. Найти болевую точку, увести разговор в нужное русло, подарить надежду, укрепить веру человека в себя, да все что угодно. Но для начала тебе нужно научиться контролировать саму себя, чтобы не выдавать свои мысли и чувства и не идти на чужом поводу.
   Тамара задумчиво покачала головой и откусила сочную, перегретую солнцем, источающую сладкий медовый аромат яблочную дольку. Пристроив собственный рюкзак под голову, легла на спину и надолго замолчала, разглядывая сквозь ветви яблони выцветшее, подернутое знойной дымкой небо.
   Спустя десять минут, Данила с удивлением отметил, что не только не "чувствует" девушку, но и, несмотря на достаточно сильное давление, не может к ней пробиться.
   Тамара же, впрочем, никак на это не реагировала. Она просто смотрела вверх и расслабленно слушала ветер, небрежно перебирающий листьями деревьев, словно пианист клавишами любимого инструмента.
   - Ты сказал "Когда нам кажется, что человеку можно доверять..." - ответила она, опередив невысказанный вопрос. Повернулась и скользнула взглядом по оборотню, а после снова посмотрела вверх. - Только кажется.
   Ответить Данила не успел, хлопнувшая дверь выпустила в сад двух нечеловечески быстро несущихся, ликующе вопящих детей:
   - Прапа! А знаешь, что сказал Лекс?! Ой, тетя Тама-а-а-ра!!! - Мая единым длинным прыжком преодолела последние два метра и, сгруппировавшись, приземлилась на плед рядом с едва успевшей сесть девушкой, тотчас одновременно повиснув на шее у нее и Даниила. Следом с веселым воплем запрыгнул Ян, и мирно плывущий диалог под сенью деревьев окончательно превратился в кучу малу.
   - Лекс по секрету нам рассказал, - деловито хрустя яблоком, сказал Ян, когда дети немного успокоились, - что осенью к нам в школу приедет человеческая женщина! Она будет не учительница, и уроки вести не будет тоже. Но будет с нами играть и разговаривать!
   - И к нам в детский сад будет приходить тоже! - не очень разборчиво вставила Мая - ей, как младшей досталось две четвертинки Тамариного яблока.
   - А еще прадедушка Айдар... - продолжил Ян, но, столкнувшись взглядом с Даниилом, торопливо поправился: - то есть Предводитель сказал, что она будет нам рассказывать про людей, про то, как они живут в больших городах. Чтобы когда мы вырастем и будем путешествовать, мы могли знать их повадки и занятия! Чтобы мы были воспитанные и по их правилам тоже! Интересно, правда? Вот, например, в Белой Тони много людей, но все они знают, что мы оборотни, хоть мы почти и не общаемся. А в городах люди не знают. И в городах люди другие и живут они по-другому. Пра... Предводитель сказал Лексу, что мы должны научиться понимать, как думают обычные люди, чего от них можно ждать, какие у них есть слабые места, чтобы можно было ими управлять и от них защищаться! Мы должны изучить людей и потренироваться. Зачем только не понятно, ведь мы все равно сильнее и быстрее...
   "Сильнее и быстрее...". Тамара вздрогнула и судорожно вздохнула, дальнейшая часть фразы мальчика медленно погасла, растворяясь в навеянном подсознанием тумане. "Сад, дети, синее платье в горошек, ярко-желтая бабочка, настойчиво садящаяся к Яну на рубашку. С дерева падает большое спелое яблоко, и Даниил умудряется его поймать, не дав разбиться о землю"...
   Еще один "маячок", еще одно узнавание. Айдар умен, очень умен. Жесток, безжалостен и предан своему Клану. Он дает возможность общаться со своими людьми, но какой ценой - повадки, слабые места, болевые точки?.. Он абсолютно прав. Теперь выбор за ней, за Тамарой. Вот только выбора нет.
   С дерева с глухим щелчком сорвалось яблоко и понеслось вниз, Данила мгновенно выбросил вперед руку, поймав его у самой земли, и сочувственно протянул Тамаре.
  
   ***
   Август промчался как один миг, оставив на прощание горькое послевкусие пыльной проселочной дороги, выбеленные солнцем пряди и алые, разбавленные тонкими серыми полосами закаты по вечерам.
   Дни слились в единую круговерть. Работа в сельсовете сменялась поездками в Чистые Ключи (ради этого Яков жертвовал свою машину, после каждый раз трепетно осматривая ее на предмет поломок и царапин), тренировками, коротким сном и снова работой.
   Тамара часами отрабатывала владение эмоциями, защиту, контроль и самообладание, а Даниил раз за разом разбивал все ее достижения в пух и прах. Святослав, наконец, починил автобус и, помимо прочего, стал пропадать еще и в рейсах, приходя домой усталым и абсолютно разбитым.
   Отношения с Милой накались до предела. Теперь девчонка все чаще в открытую демонстрировала свою неприязнь к вынужденной соседке, пару раз умудрившись всерьез разозлить Тамару и вызвать ее на конфликт. К тому же Мила окончательно разругалась со своей матерью и в город к ней стала наведываться все реже, а после недавнего рождения сестренки и вовсе перевезла к отцу все свои вещи. Святослав поговорил со своей бывшей женой и, скрипнув зубами, перевел дочь на обучение в сельскую школу.
   Спустя несколько дней после ее приезда, мужчина понял, что если еще кто-нибудь дернет его посреди дня или ночи, чтобы открыть контур дома, он покусает всех не хуже оборотня и, пробившись пару ночей, переписал заклинание и выдал Даниилу и Тамаре "права" на беспрепятственное прохождение через калитку. Мила же, после предыдущей выходки, в правах оказалась несколько урезана - теперь Святослав не только чувствовал ее передвижения, но и мог "отклонить" ее запрос на выход, находясь на любом расстоянии от дома. Впрочем, целью этого был не тотальный контроль, а безопасность дочки.
   И только Алтай с Инеем были абсолютно счастливы. Еще бы, ведь у каждого из них теперь появился друг. И не просто человек, а как положено - на четырех лапах, с усами, шерстью и хвостом, тот, кто действительно понимает, смотрит на мир теми же глазами. У котов и собак разный язык, но звери на удивление быстро нашли общие знаки и спустя неделю уже общались почти на равных. От былого страха и вражды не осталось и следа. Конечно, хозяева были вне конкуренции, однако как приятно вечером слушать умиротворяющее мурлыканье и лениво считать мимо пролетающих птиц или окунаться в волшебный мир запахов и звуков, в который раз исследуя двор и каждый раз открывая его заново.
  
   ***
   Сентябрь, самый младший и оттого самый избалованный сын осени, заявился в мир бурых пыльных лохмотьях, слегка пригасив дневной свет и наотрез отказавшись отпускать затянувшееся лето. Было душно и тоскливо, солнце тонуло в серой дымке, с отвращением наблюдая, как ползают по полям, поднимая все новые и новые облака пыли огромные, похожие на серых клопов зерноуборочные комбайны.
   Старый пазик, мучительно гудя, вез из города в Чистые ключи трех миловидных женщин и несколько огромных тяжелых пакетов с книгами, тетрадями и прочими школьными принадлежностями. Еще один пассажиром, безбилетным и присоединившимся лишь в Белой Тони, была невысокая светловолосая девушка, одетая в легкий летний сарафан до колена и плетеные босоножки. Облокотившаяся на старую, прикрытую серым байковым одеялом панель она что-то быстро и хмуро говорила водителю.
   Женщины с интересом разглядывали попутчицу, от их острого, звериного слуха не укрылась и тема разговора - текущие дела и предстоящий завтра Совет Клана. Впрочем, тайной это не было - девушка прекрасно знала с кем и куда едет. К тому же сегодня цель ее визита была совершенно банальной - ей нужно было срочно забрать из Ключей ряд документов (села тесно сотрудничали, закупая вместе часть продовольствия) и отвезти их обратным рейсом в город.
   ...В последнее время эта девушка стала наведываться к ним в Ключи вызывающе часто, поэтому весть о ней быстро разлетелась по маленькому поселку. В основном она приезжала к Даниилу, вместе с его другом - водителем-магом присутствовала на собраниях Клана. Поговаривали, что их даже назначили миротворцами, но с какой целью пока было не ясно. Однако Предводитель этому не препятствовал, а, значит, эти люди были ему нужны.
   Она была сильным эмпатом, что для человека являлось довольно редкой способностью, но совершенно не умела защищаться и взаимодействовать. Она была слабой! И хотя выбор Предводителя, его заместителя и свиты не оспаривался никогда, по селу все равно потихоньку расползались ядовитые слухи, что Даниил теряет былую власть и силу, раз позволяет себе якшаться с этим недоразумением.
   Впрочем, Даниил и сам был неоднозначной фигурой. Он с детства дружил с управляющим энергией, после смерти жены едва не убил Предводителя, приложившего к этому руку. И именно поэтому стоял теперь во власти за его плечом - он был вторым и равным по силе в Клане. К его мнению прислушивались, его боялись. Он был единственным, кто мог бросить открытый вызов Айдару и почти наверняка победить. Но он не стремился к власти, общался с людьми очень выборочно и терпеть не мог, когда кто-то совал нос в его дела.
   Несмотря на все усилия оборотниц, жениться во второй раз Даниил не собирался, да и вообще, похоже, предпочитал в основном человеческих женщин - о его городских похождениях и интрижках ходила уйма сплетен и перетолков, как, кстати, и похождениях его друга - Святослава. Однако все это происходило за пределами Клана, а вот то, что обычной человеческой девчонке стало вдруг позволено приезжать в Ключи и быть частой гостьей дома Даниила, вызывало у жительниц села не только недоумение, но и вполне понятное раздражение.
   К тому же у нее жил кот, о котором все село было наслышано с первого же дня ее приезда. Неслыханная дерзость! Но девчонка за нее поплатилась - все знали в каком виде вышвырнул ее Айдар из своего дома при первой же аудиенции, а Даниил и пикнуть не посмел. Так что, если бы девушка чаще находилась одна, а не под покровительством мага или Данилы, ей пришлось бы ой как несладко, и, возможно, это время не за горами...
   Тамара вздохнула и устало потерла лоб, одновременно стараясь скрыть раздражение за тщательно выстроенным заслоном - перешептываясь между собой, женщины бесцеремонно "прощупывали" ее чувства, перемывали каждую косточку. Святослав, улучив момент и более-менее ровный участок дороги, потянулся и легонько пожал кончики ее пальцев. Он не слышал, о чем говорят оборотницы, не чувствовал эмоции Тамары, он просто видел, что происходящее ее очень расстраивает. Этот невинный жест воцарил паузу и подарил новый повод для сплетен, заставив девушку нахохлиться еще сильнее. Ехать в Клан не хотелось совершенно, присутствовать завтра на Совете - тем более.
   ...Что такое Даниил Тамара поняла не сразу. Именно на нем держалась охрана границ, и девушка прекрасно помнила, как он себя вел, заставляя пограничников подчиниться. Но в повседневном общении казалось, что он обладал легким нравом и ироничным характером, он часто рассказывал что-то забавное и интересное, а когда они собирались со Святославом - особенно, вспоминая разные байки из жизни - их хохот, наверное, был слышен на оба села сразу. Но все это только казалось. Лишь начав присутствовать на Советах Клана, Тамара осознала насколько у Даниила холодный, расчетливый ум и сила.
   Кланы оборотней испокон веков держались на власти. Внешне казалось, что здесь, в Чистых Ключах, было что-то вроде демократии, каждый мог высказать свою позицию, даже написать жалобу или предложение, вполне резонно рассчитывая на ее рассмотрение. Но только до определенного момента. Любое решение, принятое Предводителем и его первыми лицами - было безоговорочным. Если кто-то был не согласен, к нему применялась сила. Если и после этого продолжал гнуть свое - смерть.
   На одном из Советов разбиралась банальная ситуация - закупка зерна для Чистых Ключей происходила по одной сумме, а в документах шла по другой, разница, понятное дело, оседала в кармане у закупщика. Решение Совета, возглавляемого в тот день Даниилом (он являлся прямым заместителем Предводителя, и, если тот по какой-либо причине отсутствовал, вставал на его место) - отстранение от должности, пожизненная отработка в хлеву за копейки. Однако оборотень не только не признал вину (что было вполне ожидаемо), но и сам начал обвинять Совет в том, что они прикарманивают его налоги, а его "небольшой обман", мол, компенсация за причиненные убытки.
   Дальнейшее было скоротечным. Данила единым нечеловеским прыжком оказался рядом с зарвавшимся сородичем и несколькими размашистыми когтистыми ударами располосовал ему грудь и безжалостно переломал ребра. Тот пробовал сопротивляться - несколько раз даже увернулся, оскалился, пытаясь частично трансформироваться, но Данила даже в человеческой ипостаси был несравнимо сильнее. Заключением стал короткий замах, часто капающая из глубокой раны на шее кровь - и вор распластался на спине, опасно открывая живот, поднимая вверх ладони и признавая силу. Одним единственным взглядом заместитель Предводителя заставил поверженного встать на колени - неловко, скользя по крови, тот с усилием поднялся и, низко склонив голову перед Советом в знак повиновения, застыл, не пытаясь даже зажать раны ладонями.
   Данила коротко кивнул, на его лице по-прежнему не отразилось ни единой эмоции, а Тамара смогла почувствовать лишь легкий отголосок разочарования, блеснувший и растворившийся в его сознании, и больше ничего. Мгновенно потеряв интерес к сопернику, он совершенно спокойно вернулся на свое место, и Совет, как ни в чем не бывало, продолжил обсуждение вопросов.
   Провинившийся оборотень продолжил стоять перед ними на коленях еще полтора часа. К концу заседания его трясла мелкая неуемная дрожь боли, дыхание стало прерывистым, тяжелым, свистящим, судорожно сжатые пальцы побелели, кровь описала вокруг алый ореол - раны были нанесены глубоко и расчетливо, регенерация с такими справлялась очень медленно. Перед уходом из зала Даниил, наконец, обратил на него внимание - поймав отголосок властной, ледяной волны, заставившей поежиться даже Тамару, вор поднял к нему перекошенное страхом лицо. Заместитель Предводителя задержал на нем взгляд, словно раздумывая, потом сделал неопределенный жест рукой и вышел.
   Тамара, которой по чину (вернее по его отсутствию) предстояло выходить из Зала советов последней, видела, как оборотень, шатаясь на трясущихся ногах, пытается разобраться со стоящими в закутке ведром и тряпкой - убирать за собой предстояло тоже ему.
   Если бы Тамара не присутствовала тогда на Совете, в жизни бы не поверила, что выдержанный и насмешливый Даниил вообще способен на такой поступок. Айдар - да, но Данила... Это было настолько неожиданно, неправильно, безжалостно и жестоко, что окончательно выбило Тамару из колеи.
   По дороге домой девушка не выдержала и поделилась своими мыслями со Святославом, но тот только равнодушно пожал плечами:
   - Я тебе уже говорил, что Данила - не человек. Прими это как данность. И не пытайся подогнать оборотней под человеческую мораль - ее там просто нет. Сила определяет власть, слабый не выживает, не признающий власть - тоже.
   - Святослав, но ведь это неправильно! Это не... не..
   - Не по закону? - легонько улыбнувшись, подсказал мужчина, выкручивая руль, дабы объехать очередную колдобину - сегодня за рулем раритета Якова сидел он. - Им не писан человеческий закон. И... - Святослав вздохнул: - Если честно, Данила тебя просто пожалел. По-хорошему, он должен был убить вора.
   Тамара потрясенно замолчала, потом выдохнула:
   - Святослав, но ведь они живут в мире людей, в трех шагах от нас, ну как же так!
   - Вот так, - пожал плечами мужчина. - Большинству оборотней люди не более чем помеха или досадное недоразумение. Они их даже в расчет не берут, поскольку могут убить одним движением. Поэтому Управляющие энергией и приглядывают за ними постоянно, в жизнь Клана не вмешиваются, а вот людей охраняют... Не просто ж так наше село по соседству находится, а я катаюсь по маршруту автобуса и мотаюсь по границам. В городах тоже целая сеть магов развернута - оборотни, бывает, уходят из Клана, с людьми сходятся, женятся, стараются приспособиться к их жизни, но удается, как ты понимаешь не всегда. Конечно, предрассудки и Клановские заморочки стираются, но суть остается, они - оборотни, у них природа другая. Кстати, сегодняшний инцидент - результат влияния как раз людской позиции на их жизнь - бери то, что плохо лежит. Вот и гадай теперь, кто кому хуже делает - оборотни людям или наоборот.
   - Святослав, а как же ты? - помолчав, спросила Тамара.
   - Что я?
   - Ну, ведь ты дружишь с Даниилом, он тебя не трогает, не смотрит свысока, уважает - в общем, общается просто как человек с человеком и все. Не с позиции силы!
   Святослав фыркнул:
   - А кто сильнее - я или он? У меня просто сила иная, но она тоже есть. Да и Данила же не зверь какой-нибудь, у него мировоззрение не настолько закостенело, к тому же дружим мы с детства. Но вообще-то, в мире оборотней мужчины, даже близкие родственники, всегда потенциальные соперники, и иерархия строится на силе. Очень, кстати, стимулирует молодежь на тренировки и достижения.
   Тамара помолчала, посмотрела в затянутое сумерками окно, потом спросила:
   - А женщины? Их тоже так могут, как того оборотня, наказать?..
   - С женщинами разбирается муж, отец или брат. Именно в таком порядке. В иерархии силы они не участвуют. Но ты можешь не бояться - во-первых, ты Миротворец и находишься под защитой Управляющих энергией, а во-вторых, ты человек, на тебя их законы не распространяются.
   - Я за себя не боюсь, - ответила Тамара. - Я просто хотела узнать, что случилось с женой Данилы. Ведь у него же есть сын, внуки, значит, должна была быть и жена... А если учесть то, что Яну и Мае Айдар вроде как прадедушка, то...
   Теперь замолчал Святослав, и девушка почувствовала, как мешается в нем грусть, отстраненность и злость на что-то далекое, почти забытое.
   - Айла - была средней дочерью Айдара, - сказал он, наконец. - Она умерла очень давно, двадцать один год назад. Я ее уже почти и не помню. Попробуй сама, если хочешь, как-нибудь спросить об этом у Данилы. - И через паузу добавил: - Но я бы не стал.
  

   Глава 21
   Присутствие на предстоящем Совете Клана было очередной формальностью, которую Святослав и Тамара обязаны были исполнять, дабы "отслеживать зарождающиеся между людьми и оборотнями конфликты и гасить их первые проявления". По факту же они раз за разом присутствовали на обсуждении текущих вопросов, без решения которых жизнь села попросту остановилась бы: объем и поставки кормов для скота, количество урожая, закупка продовольствия, прирост населения и прочее, прочее, прочее.
   Однако сегодня в зале собраний, небрежно соседствующим через одну стенку с мастерской молодежного клуба, а через другую - со складом рабочей одежды, собралось довольно много народа. Обстановка была нервная и напряженная, зал гудел как улей. Вошедших в него Святослава и Тамару явственно окатило неприязнью, после чего гул и раздраженный шепот усилился втрое:
   - Пусть убирается отсюда!
   - Раньше такого не было. Где это видано, что в Клан без спроса таскались маги...
   - Даниил, похоже, над нами издевается!
   - Кто вообще пустил их на нашу территорию?
   - Нужно подписать всеобщий отказ, Айдар не имеет права его не рассмотреть!
   - А девка-то не промах - через постель и сразу в Совет! Ну, Данила, молодец, нашел тоже с кем...
   Последняя фраза Тамару все-таки достала - вот уж великая честь и должность быть бесправным слушателем болтовни, в которой все равно ничего не смыслишь! Такая великая, что к ней однозначно следует идти через чужую койку! Девушка расстроено переглянулась со Святославом - тот только неопределенно махнул рукой, мол, не переживай, люди есть люди, но Тамара почувствовала, как по нему тоже прокатилось раздражение.
   Дверь в очередной раз хлопнула, и в зал вошел Айдар в сопровождении старейшин Клана и Даниил. Тот держался чуть поодаль от них, холодно и отстраненно.
   Обычно совет проходил за длинным, стоящим напротив двери столом, но сегодня для него было слишком много народа. Люди сидели на выставленных в ряды стульях, так что Совету Клана ничего не оставалось, как усесться за стол лицом к ним - словно на импровизированной конференции. Посередине сидел Айдар, по правую руку которого разместились в порядке старшинства старейшины Клана. Слева было место Даниила (вернее стало таковым с момента его понижения в доверии), Святослав разместился рядом, и затем, замыкая ряд и занимая низшее место в иерархии, сидела Тамара.
   Вопреки мнению собравшихся свое место девушка плохим не считала - во-первых, рядом с ней сидел Святослав, а не кто-то из оборотней, а во-вторых, до открытой двери было всего несколько шагов, что создавало подобие хоть и иллюзорной (любой оборотень в десятки раз быстрее ее), но безопасности.
   - Тишина, - вполголоса бесстрастно проговорил Айдар и зал разом умолк, воцаряя звенящее безмолвие. - Сегодня, как вы уже успели друг у друга выяснить, - он выдержал холодную паузу, и люди померкли - в эмоции некоторых вплелись неуверенность и опаска, - на повестке дня помимо прочего стоит введение Тамары Озеровой и Святослава Тоцкого в состав Совета социально-культурных объектов Чистых Ключей.
   Предводитель выдержал небольшую паузу, во время которой Тамара со Святославом синхронно, с одинаковым выражением на лицах переглянулись, а Даниил опустил глаза вниз, дабы не встречаться с ними взглядами. Зал, переварив услышанное, потихоньку, словно проснувшаяся змея начал шипеть, наращивая звук и недовольство, закручивающееся вокруг невольных "назначенцев". Тамара зябко поежилась и, как могла, постаралась закрыться. Айдар, холодно и насмешливо улыбнувшись, легонько коснулся ее защиты, заставив сквозь заслон ощутить удушающую волну иррационального страха. Данила словно невзначай покосился в его сторону и нажим, схлестнувшись с невидимой силой, несколько раз качнулся и неохотно ослаб.
   - Таких объектов у нас, как вы знаете два - библиотека и клуб, - небрежно продолжил Айдар, вдоволь насладившись реакцией чужаков. - Совет Клана принял это решение, дабы упрочнить отношения между нами и людьми.
   - Да зачем нам все это вообще надо!.. - послышалось из зала, и Предводитель едва заметно кивнул Даниилу, бросая его на амбразуру.
   - Затем, Темерлан, что, хотите вы того или нет, нам придется ассимилироваться среди людей, - вступил в разговор Даниил. - Мы чуть ли ни единственное село в России, которое живет так обособленно. Нам стоит огромных сил и денег, не говоря уже о помощи Управляющих энергией, чтобы на нас как можно меньше обращали внимание. Мир изменился, нам нужно меняться вслед за ним. И мы, и наши дети, и внуки обязаны, - с нажимом продолжил оборотень, - научиться жить в обществе людей, понять их мысли, чувства, их сильные и слабые стороны. Мы торгуем с людьми, мы соседствуем с ними, мы учимся по их технологиям, мы смотрим их передачи, читаем их книги. Теперь мы должны научиться жить ними и жить - дружно.
   Тамара слушала его холодный, отстраненный голос с все больше нарастающей неприязнью. Все слова - ложь, но они произнесены. И произнесены уверенно, спокойно и без тени сомнения. А, значит, стали правдой.
   - Мы имеем право не согласиться! - с возмущением сказала одна из женщин в первом ряду. - Они чужаки для нас! И... мы не собираемся допускать, чтобы они находились среди нас и наших детей!
   - Что именно задевает тебя, Аленна? - склонил голову Даниил. - В Чистых ключах часто бывают люди. У тебя самой есть два племянника-полукровки, и ты постоянно ездишь в человеческий город.
   - Ты прекрасно знаешь, в чем дело! - с вызовом ответила женщина. - Ты заинтересованное лицо! Святослав - вовсе не человек!
   - Человек, - спокойно ответил Даниил. - С открытым даром Управления энергией. К слову сказать, именно на его магии держится половина защиты нашего села.
   - И чему же может научить этот "человек"? - заносчиво спросила она. - Все о нем наслышаны, тем более что дальше своего автобуса и Белой Тони он и носа не кажет! А эта твоя... - Аленна замялась, словно вспоминая имя, а Тамара поморщилась - все она прекрасно помнила!
   - Тамара, - спокойно подсказал оборотень. Похожа такая игра была довольно частой, и Даниил совершенно спокойно ее проигнорировал. - Абсолютный человек. Даже не полукровка. Жила до недавнего времени в крупном человеческом городе. В Белую Тонь была прислана одним из координаторов Мировой сети. У нее свои задачи, своя роль и свои цели. В данный момент ее задача - налаживать и поддерживать мир между людьми и оборотнями. Как и задача Святослава.
   - Да что они могут наладить! - зло сказал кто-то в зале. - Мы не согласны с этим решением!
   - Вы не можете оспаривать единогласное решение Координаторов Мира, Высших Управляющих энергией и Совета Клана, - ровно произнес Даниил. - Поэтому цель сегодняшнего совета - не обсуждать данное решение, а поставить вас в известность о происходящих изменениях.
   Зал недовольно заворчал, загудел, в воздухе раскрутилось напряжение.
   - Но у девчонки кот, Даниил, что ты на это скажешь? - шипящим голосом осведомился старый (страшно представить, сколько лет ему по человеческим меркам) седой оборотень. - И никто не забыл, как ты унизил боевую группу, защищая ее вместе с этим котом на нашей территории!
   - На нейтральной территории! - ледяным тоном поправил его Святослав, впервые за все это время вступая в разговор. Тамара отчетливо почувствовала, как в его сознании медленно распускается ярость. - Вы попытались напасть на человека на нейтральной территории - в автобусе, а после - еще и выследили в нейтральном лесу! Наплевав на все законы! И теперь, после долго разбирательства, когда Совет уже поставил в этом деле точку, вы все равно продолжаете гнуть свое. Мне кажется или вы действительно нарываетесь на ужесточение границ и условий?
   - А по какой причине ты, Святослав, нам угрожаешь? По какой причине вообще Управляющие энергией вмешиваются в наши дела и диктуют, что и как нам делать? - оскалился оборотень.
   - Не по причине, а согласно договору "О не нарушении границ и не нападении на другие расы"! И я не угрожаю, я доношу до сведения, что ваши провокации могут выйти вам боком. В нашей власти отрезать Чистые Ключи от внешнего мира полностью, а конкретно в моей власти - прямо сейчас замкнуть ваши границы и переправу до выяснения обстоятельств!
   - А не слишком ли много берет на себя какой-то водитель, чья единственная задача - извоз, и то в последнее время он что-то плохо с нею справляется? - прошипел в ответ оборотень.
   Взгляд Святослава потемнел, Тамара отчетливо почувствовала, как всколыхнулась в нем холодная волна злости. Легкий, почти неуловимый жест пальцами и оборотень дернулся и схватился за грудь, начав тщетно хватать ртом воздух.
   - Согласно договору Мира вы не имеете права трогать людей на их территории, границе, а также в нейтральной зоне, - не отрывая взгляда от жертвы, холодно и четко сказал Святослав. - Исключение составляет самозащита. Любое нападение и провокация дает повод для наложения ограничений передвижений оборотней вне границ поселения. Согласно договору Мира разбирательство по каждому случаю идет путем созвания Общего Совета Клана и Управляющих энергией, либо с представительством кого-либо из них. Решение Общего Совета не может быть оспорено и изменено, оно окончательно. Ответственность за поддержания мира и порядка в границах поселений оборотней, людей, нейтральной зоне, а также в смешанных поселениях накладывается на Управляющих энергией, как на силу, являющуюся Хранителем равновесия. Ответственность подразумевает также применение любых оправданных действий для недопущения развития конфликта. В случае форс-мажорных обстоятельств допускается любое применение силы, вплоть до лишения жизни. - К концу его монолога оборотень, белый как полотно, уже практически перестал дышать - приобретшие синюшный оттенок губы беззвучно что-то шептали, но Святослав даже не подумал ослабить хватку.
   - Сейчас не форс-мажорные обстоятельства, - спустя долгую паузу, произнес, наконец, Даниил, распарывая напряженную тишину. - Мы берем на себя ответственность за сегодняшний конфликт. И приносим свои извинения за разжигание вражды и оскорбление Хранителя равновесия. Виновный будет наказан нашими силами, вы сможете проверить это в любой момент.
   Еще одна долгая пауза, во время которой сидящая как на иголках Тамара нервно прикоснулась к руке Святослава - кошмар какой-то, как с цепи сорвались, сначала один, теперь второй... - внутри у него бушевал такой темный ураган, что ей стало по-настоящему страшно. Потом щелчок пальцами, и старый оборотень выгнулся дугой, делая глубокий прерывистый вдох и судорожно закашливаясь.
   - Послезавтра, в полдень должен быть документ, подтверждающий наказание с четким изложением причин и следствий произошедшего конфликта, - сказал маг. Кончики его пальцев немного светились - несмотря на внешнюю легкость заклятия, приостановить, а затем снова запустить сердце было не такой уж простой задачей - разряд частично бил рикошетом, обжигая пальцы, и теперь вход шла принудительная регенерация. - Наказание должно соответствовать проступку.
   Данила кивнул, признавая условия. А наблюдающая за этим Тамара внезапно осознала насколько же крепко влипли лучшие друзья, которых жизнь разнесла по разные стороны баррикады, раз за разом заставляя сталкиваться друг с другом и принимать решения, идущие вразрез с личными взаимоотношениями.
   - Ситуация разрешена, можно идти дальше, - лишенный всяких эмоций, кроме леденящего спокойствия, прозвучал голос Айдара. - Однако ответ на вопрос, который весьма опрометчиво задал Орест, я все же дам. У Тамары Озеровой в качестве домашнего питомца действительно есть кот. - По залу прошел шепоток - Предводитель облек слухи, шепотки и недомолвки в форму. - И раз уж именно он не единожды становился яблоком раздора, я полагаю, что он же должен стать и ключом к примирению.
   "Чего-о? - от услышанного у Тамары перехватило дыхание, а грудь словно стиснули тисками".
   - Мы будем признательны вам, Тамара, если вы поможете нашим жителям сломать барьер стереотипов, - Предводитель чуть наклонился вперед, чтобы увидеть лицо Тамары и с легкой издевкой ей улыбнуться. - Я не могу ничего обещать, предания и легенды вы, наверняка, знаете сами... Но все же попробуйте, вдруг получиться?
   "Попробовать что? - ошалело подумала Тамара. - Внушить стае голодных зверей, что кот - это не предмет охоты, а такой милый домашний питомец, которых люди держат для удовольствия, а не загоняют до смерти по городам и весям? Или переписать их легенды, чтобы начало их ипостаси бралось от каких-нибудь лисиц или попугаев? Он не просто издевается, не просто хочет, чтобы я спровоцировала его народ, он хочет еще и уничтожить меня морально. Он только что открыл перед всеми мои карты и, по сути, объявил охоту. Причем, не погнушавшись использовать для этого одного из своих подчиненных...".
   - Хорошо, Айдар. Я подумаю, что можно сделать с вашей просьбой, - Тамара, несмотря на бледность, одарила его чистой белозубой улыбкой (и неважно, что думала она при этом о том, как медленно затягивает петлю на его шее).
   - Ну, тогда со следующей недели просим приступать к своим обязанностям, - кивнул ей Предводитель, напоследок единым невидимым ударом разрушив ее щиты, явив на всеобщее обозрение смятение и страх. - А мы переходим к следующей теме... - И Совет свернул в привычное русло - обсуждения еженедельной текучки.
  
  
  
   ***
   В этот же вечер Святослав с Даниилом разругались в пух и прах и подрались, едва не разнеся в щепки веранду в доме оборотня и до визга напугав Маю и Яна.
   Силы у друзей действительно были примерно равны. Святослав успешно компенсировал нечеловеческую скорость реакций магией, поэтому небольшая стычка после Совета быстро переросла в классическую рукопашную - только в несколько раз стремительнее и разрушительнее, чем это бывает у людей.
   Тамара, глядя на происходящее и обнимая жмущихся к ней детей, трижды пожалела о том, что они вообще зашли к оборотню - обычно после Совета он занимался с ней, тренировал эмпатию и защиту. Однако сегодня это была явно плохая идея.
   Какой ужасный бесконечный день, когда же он, наконец, закончится?
  
  

   Глава 22.
  
   Домой Святослав и Тамара возвращались в полном молчании. Хотя для Тамары тишины, как таковой, практически не существовало - она всем существом ощущала, как клубится внутри спутника злость пополам с расстройством и обидой. На скуле и подбородке у него багровели синяки, бровь была глубоко рассечена, костяшки пальцев сбиты в кровь. Ускорение регенерации, конечно, работало, но не так быстро как хотелось бы - ходить с таким боевым раскрасом Святославу предстояло еще не менее трех часов. Хорошо еще, что Милу он сегодня утренним рейсом отвез на выходные к матери, а то было бы сейчас двойное представление...
   Машину вела Тамара. Ее настроение было примерно там же, где и у Святослава. Затея сблизиться с оборотнями оказалась неудачной, теперь Тамара осознавала это целиком и полностью. Нужно было пускать ситуацию на самотек и будь что будет! В конце концов, она - ведомое звено, вот и шла бы, куда показывают. А теперь Айдар не успокоится, пока не отомстит за будущее... Как будто это что-то изменит!
   Жигуленок в который раз дернулся, и снова, уже в третий раз подряд, заглох - прямо посередине дороги. Тамара повернула ключ зажигания, но вместо привычного ворчания заводящегося мотора послышался тоскливый гул, благодатно разливающийся по бескрайним полям. Святослав что-то мрачно, неразборчиво проговорил насчет жизни, автопрома, начальства и ситуации в целом, вылез из раритета и поплелся к капоту - разбираться, что за муха укусила их железного недоконя сегодня.
   Тамара, наблюдающая за ним через лобовое стекло, чуть прищурилась - в сумерки уже подмешался темно-синий, заставляя картинку смазываться и расплываться.
   Святослав дошел до капота, потянулся было его открыть, но вдруг замер, словно к чему-то прислушиваясь. А потом настороженно огляделся и, выставив вперед раскрытую ладонь, медленно пошел вперед по дороге.
   - Святослав? - окликнула Тамара, выбираясь из машины. - Ты чего?
   - Сейчас, - не оглядываясь, отмахнулся он. - Посиди немного, не мешай.
   Мужчина остановился и осторожно повел ладонью вправо - за ней потянулся и остался в воздухе серебристый след, словно он мазнул мокрой тряпкой по стеклу. Тот же самый жест влево и еще один след отпечатался в воздухе. Короткий взмах и слева направо, от горизонта к горизонту потянулась серебряная полоса. Святослав удивленно склонил голову - еще одна серебристая стрелка прошла от земли до самого неба.
   - В чем дело? - Тамара все-таки подошла к нему. - Что это такое?
   - Граница взломана, причем без моего ведома, - озадаченно сказал мужчина. - Меня не пускает собственное заклятие.
   Тамара шагнула вперед и, протянув руку, коснулась препятствия. Невидимая мембрана спружинила, отталкивая ладонь.
   - И до Якова дотянуться не могу, словно что-то глушит, - тем временем продолжил маг. - Сейчас так попробую... - он достал из кармана сотовый и набрал номер начальника, затем еще раз. - Сигнала нет, - наконец, констатировал Святослав. Поводил ладонью в воздухе, мрачно добавил: - И не будет.
   И тут началось. Невидимая доселе граница неожиданно обрела туманные очертания и, заклубившись, вдруг швырнула в попутчиков сгустком силы. Святослава с Тамарой резко отбросило назад, прокатив по дороге и едва не ударив о стоящий позади жигуленок. Следующую волну мужчина успел отбить, наскоро выставив защиту. Сгусток ударил в его ладони, растекся по невидимому щиту и искрами осыпался в мирно покачивающийся по обе стороны от дороги подсолнечник. Низкорослые, хилые из-за жары, толком не вызревшие корзинки мигом занялись неестественным сиреневатым пламенем, нагоняя темный, влажный дым, быстро заполняющий все вокруг. Тамара закашлялась. По границе снова прошла судорога, и поля занялись по всей длине, разгораясь вдоль агрессивной полосы.
   - Ни фига себе! - выдохнул Святослав. - Тамара, не отходи от меня! - он коротко пошевелил пальцами, и дым вокруг них метнулся в стороны и недовольно заклубился, натыкаясь на сотворенный купол.
   Мужчина быстро оглянулся, что-то прикидывая, просчитывая, оценивая, потом кивнул, принимая какое-то решение, и посмотрел на девушку:
   - Тамара, слушай меня внимательно, - спокойно и четко сказал он, поймав ее взгляд. - Мы с тобой в ловушке. Связи нет, ни ментальной, ни сотовой, машину вырубили, вокруг сама видишь, что творится. Сейчас ты берешь мой телефон и не отходишь от меня ни на шаг, поняла? Я попробую распутать заклинание, и, насколько это позволит мой резерв, погасить пламя. Как только граница упадет, и я открою купол - сразу беги на ту сторону и звони сначала Даниле - пусть предупредит своих об опасности, потом Якову - здесь нужны маги. По возможности, уйди от этого места как можно дальше. Поняла?
   - А ты?
   - А я как получится, - ответил Святослав, хлопая ей в ладонь простенький кнопочный телефон. - Поехали.
   Он прищурился, что-то прикидывая, крутанул кистью левой руки, ткнул собранной щепотью в правую ладонь, схлопнул обе лодочкой, и с его запястий, одна за одной, начали срываться остроносые, резко очерченные слепые алые птицы. Они разлетались в разные стороны и с размаху впивались клювами в стену. В разных местах, одна выше, другая ниже, хаотично и невпопад. Но когда искавшая в записной книжке Святослава нужный номер, Тамара вновь подняла глаза - птицы медленно растекались кровавыми линями, превращая всю границу в огромные соты. Святослав вскинул было руки для следующего заклятия, и вдруг вздрогнул, осекшись. Повернулся к Тамаре:
   - Защиту дома ломают... Хорошо, что Милы нет.
   "Но там Алтай и Иней!" - дернулась Тамара. Но мужчине уже было не до этого - граница дрожала и изгибалась, втягивая текущие через его пальцы светлые нити. А потом вздулась мыльным пузырем и лопнула, оседая черным пеплом вниз. Следом упал защитный купол, впустив во внутрь въедливый дым.
   - Беги вперед! - выдохнул Святослав. Тамара мазнула взглядом по бледному даже в сумерках, обескровленному лицу и сорвалась вперед. Маг остался стоять на месте, вокруг него медленно начал раскручивался серебристый смерч.
   Гудок, еще гудок, еще один, еще...
   - В чем дело? - судя по недовольному голосу, оборотень, похоже, пытался привести в порядок разгромленную веранду.
   - Даня! - крикнула ему Тамара. - Мы посередине дороги! Здесь магическая ловушка! Граница взломана, горят поля. И пожар, если Святослав не сумеет его остановить, идет в вашу сторону! Предупреди своих! - по полю прошла серебристая вспышка и огонь полыхнул стеной вверх, выпрыгивая на дорогу и закрывая собой мага. - Святослав! - в ужасе ахнула девушка и бросилась к нему, но огонь не подпускал, а дым снова заставил закашлиться. Тамара сбросила звонок и трясущимися руками набрала Якова. Тот ответил сразу же.
   - Что там у вас происходит?! Святослав как сквозь вату ко мне стучится!
   Тамара быстро и коротко, стараясь не сбиваться в панику, обрисовала ситуацию и получила в ответ четкое: "К огню не подходить, Святослава не искать, уйти от границы как можно дальше, ждать нас".
   - Святослав сказал, что защиту дома взламывают! - успела выкрикнуть Тамара.
   - Это в последнюю очередь! Уходи оттуда!
   Звонок оборвался, а Тамара заметалась вдоль дымной полосы. По краям полей огня уже не было - магу все-таки удалось его потушить, оставив широкую выжженную полосу, но горящая линия примерно в сотню метров осталась, и она была прямо перед девушкой. А за линией Святослав.
   Какая к черту разница, ну подумаешь, обгорю! Восстановлюсь! Или восстановят. Мне все равно терять нечего! - подумала Тамара и, решившись, метнулась в пламя. Подол легкого платья занялся сразу же, обжигая ноги, но, бегом перелетев через линию огня, девушка шипя и вскрикивая от боли захлопала по нему руками, сбивая пламя. Заозиралась вокруг и поняла, что не может ни вздохнуть, ни выдохнуть, ни понять куда идти - все вокруг заволок дым. Закрывая рот ладонью, она наугад сделала несколько шагов, сбилась с дороги, шагнула в утыканное подсолнухами поле, споткнулась и полетела кубырем вперед. Закашлялась, попыталась встать и уткнулась рукой во что-то мягкое:
   - Святослав?! Святослав! - она подползла ближе, обернулась - дым был везде, но со спины надвигалась еще и волна жара. Девушка, что есть силы, тряхнула мага и снова закашлялась. Ударила его по холодной как лед щеке:
   - Святослав! Святослав!! Да очнись же! - Она попробовала сдвинуть мужчину с места, но протащить получилось только несколько сантиметров - слишком разные у них были весовые категории.
   - Я от тебя все равно не отстану! - выкрикнула Тамара, закашлялась и снова ударила Святослава по щеке: - Очнись! - Маг слабо дернулся и опять затих. Девушка вновь схватила его за ветровку и рванула, пытаясь сдвинуть с места. На этот раз, видимо на самом пределе, получилось протащить его несколько метров, и внезапно выбраться с поля, упершись спиной в их заглохшую машину.
   - Не спи, Святослав! Нельзя! - Тамара на ощупь открыла переднюю дверь и, схватив из бардачка ополовиненную бутылку минералки, содрала пробку, плеснула магу воду лицо и снова влепила пощечину. Мужчина слабо зашевелился, с трудом открыл глаза и тут же закашлялся. Тамара закашлялась вслед за ним, вскочила на ноги и настойчиво потянула его на себя:
   - Давай-давай, Святик, вставай! Ты же сильный! Не хочется, но надо, вставай! Помоги мне немножко.
   Не переставая кашлять, мужчина, тяжело опираясь одной рукой на машину, а другой на Тамару, поднялся сначала на колени, а потом, повиснув на охнувшей девушке всем весом, шатаясь, встал на ноги.
   - Давай, давай, мой хороший! Только не упади, пожалуйста! - шептала девушка, стараясь не вдыхать разрывающий легкие дым. - Если упадем - больше встанем. Давай. Ради Милы.
   Когда кончилась полоса дыма, Святослав снова был на грани забытья, окончательно повиснув на Тамаре. Она протащила его еще несколько метров и, не выдержав, рухнула вместе с ним на пыльную дорогу, расшибая в кровь колени, но, умудрившись вывернуться так, чтобы мужчина ударился головой не о рассохшуюся землю, а об ее плечо - хотя бы не расшибется.
   Сил совсем не осталось, кашель раздирал легкие в кровь, глаза щипали и слезились от налетевшего в них пепла. Она подтянулась и на ощупь нашла шею Святослава, постаралась не кашлять хоть десять секунд и замерла - он был без сознания, но, слава богу, жив - слабый какой-то неуверенный пульс все-таки бился в ее пальцы. И какой он холодный, как ледышка!
   Снова закашлявшись, девушка бессильно откинулась на спину:
   "Спасибо тебе, Алмар! - со злостью поблагодарила она своего высшего Наставника. - Большое, человеческое! И за цели, и за задачи, а главное за дом без выхода! В следующей жизни меняемся ролями! Я тебя в какую-нибудь хрень запихиваю и гляжу, как ты там барахтаешься! Потом ты мне рассказываешь, какого это, а я тебя жизни учу!!!"
   В эту же секунду сквозь треск пламени послышался звук тормозов, хлопок двери и к ним бесшумным черным вихрем подлетел Даниил. Мигом оценив ситуацию, он склонился сначала над другом, быстро осматривая, поворачивая, нажимая на какие-то точки. В какой-то момент Святослав выгнулся, закашлялся и стал дышать громко и хрипло, но зато ровно, а не прерывисто, как раньше.
   Следом пришла очередь Тамары. К щеке прикоснулась теплая ладонь, быстро пробежалась по шее, нажала на яремную впадинку и еще какую-то точку, усмиряя кашель, задержалась на сонной артерии, меряя пульс, легонько дотронулись до обожженных ног и ладоней, заставив девушку взвыть. Потом обоих плеч коснулись острые когти, единым резким движением пробивая в кожу сразу в десяти местах. Тамара вскрикнула и попыталась вырваться, но хватка тут же ослабла:
   - Не пугайся, я просто подтолкнул твою регенерацию, а то она у тебя, похоже, от стресса притормозила. Сейчас легче станет. - Даниил осторожно приподнял ее под мышки, сажая: - Где-нибудь больно?
   - Да вроде нет... - выдохнула девушка, оборотень кивнул и снова склонился над другом. - Что со Святославом?
   - В глубокой отключке, - Даниил положил руку ему на лоб и на секунду замер: - Если не в коме. Чувствуешь - ни единой эмоции! Похоже, наглотался дыма, обжегся и не просто исчерпал резерв, а ушел в минус. Ты магам позвонила? Срочно нужен Яков.
   - Сразу же позвонила, - сказала Тамара и взяла Святослава за холодную руку, пытаясь ее отогреть. Ее регенерация почти не сдвинулась с места - ожоги при каждом движении горели огнем. - Но только Яков не маг.
   - Ну да, не маг - целитель, - рассеянно кивнул Даниил. - Главное, что помочь может.
   Тамара слышала об этом впервые - доселе она была уверена, что Яков обычный человек. Но сейчас важным было не это.
   - Даня, есть еще одна проблема, - сказала Тамара. - Последнее, что мне Святослав успел сказать - это то, что ломают защиту дома. Мила у матери, в доме только Алтай и Иней. А раз Святослав без резерва, значит, подпитки у заклятия, наверное, уже нет...
   Данила ошарашено поднял голову, глядя на девушку:
   - Это кому ж мы так дорогу-то перешли!
   Тамара нервно дотронулась до щеки Святослава - ледяная! И действительно, ни одной эмоции, словно перед ними не живой человек, а кукла! - потом подняла лицо к Даниилу. В сгустившихся сумерках она все равно, кроме темных очертаний, ничего не видела.
   - Я не знаю. Но все сыплется как карточный домик и мне просто по-человечески страшно.
   За их спинами раздался треск и шипение. Обернувшись Тамара увидела, как мечутся в дыму синие искры - наконец-то прибыла помощь. Вспышка света прорезала над дорогой полосу, разгоняя дым в стороны, и через этот коридор к ним практически бегом поспешил Яков. Тамара мельком увидела позади него высокую худощавую фигуру, старающуюся справиться с огнем.
   - Ты меня плохо услышала? - рявкнул Наставник, едва только взглянув на Тамару. - Я тебе где приказал быть?
   Он бесцеремонно отодвинул девушку в сторону, склоняясь над Святославом:
   - Ничего бы с ним не случилось за десять минут! - он накрыл яремную впадинку на шее мага центром распахнутой правой ладони, левую положил сверху - грудную клетку Святослава пронзила мягкая, едва заметно пульсирующая сквозь темную футболку сеть.
   - Это ложь, - хрипло ответила Тамара. Она-то прекрасно чувствовала, что Яков верит в свои слова ровно на треть.
   - Ложь - это когда ты вопреки своему предназначению пытаешься выпендриться и прыгнуть выше головы! - зло ответил Яков, посмотрел на Данилу:
   - Какая у Клана версия происходящего?
   - Тебе мое мнение или в целом? - склонил голову оборотень.
   - Оба! - руки Якова переместились Святославу на лоб, под кожей запульсировал свет.
   - Клан считает, что это провокация Управляющих энергией. Святослав сегодня не слишком удачно упомянул про вашу власть над границами. У меня же нет оснований другу не доверять.
   - И именно поэтому вы сегодня набили друг другу морду! - фыркнул Яков. Сумерки успешно скрывали не до конца еще регенерировавшие синяки и ссадины на лице Данилы, однако магический световой коридор, расставил все на свои места. Про Святослава и говорить было нечего - он побледнел и осунулся так, что синяки казались иссиня-черными.
   - Твоя версия? - проигнорировал выпад Якова Даниил.
   - Кто-то из оборотней и какой-то чужой маг, - ответил старик. - В Белой Тони сейчас из магов только Святослав да Ольга, - он кивнул в сторону фигурки, как раз погасившей пожар и теперь растворяющей последние струйки дыма. - Все остальные разъехались. Ольга не просто перебить заклинание Святослава, она даже сотворить такое не сможет - слишком маленькая у нее сила. Значит кто-то пришлый... - он убрал руки от мага и легонько похлопал его по щекам, реакции не последовало.
   Яков повернулся и уставился на Тамару, задержался на покрытых волдырями ожогов руках:
   - Ты-то чего сидишь! Восстанавливайся!
   - Как? - огрызнулась на Наставника Тамара. Если бы она знала как - регенерация шла, но ме-едленно, буквально по миллиметру и как это ускорить девушка не представляла.
   - Ты - Источник, ты должна знать как! - холодно бросил ей Яков.
   Поток света вокруг схлопнулся, и взгляд словно окунули в чернильницу. К ним неслышно подошла немолодая высокая и худенькая женщина-маг, Ольга. Наклонилась над Святославом, дотронулась до его руки. Белые сияющие нити стремительно опутали их ладони и... также стремительно растворились в воздухе:
   - Отдала все, что оставалось, больше нет - слишком много энергии отняла граница. - Сказала она. Вздохнула: - Теперь оба села остались без защиты - мне такую не выставить...
   - Вот сто раз я говорил - нельзя, чтобы на одном человеке держалась вся безопасность! Вот и доигрались! - раздраженно сказал Яков. Посмотрел на оборотня: - Данила, быстро забирайте Святослава и езжайте в Белые Ключи, в Сельсовет - он защищен. Сейчас приедут ваши эксперты - будем разбираться, что и как произошло. Вам здесь светиться в таком виде незачем!
   - Яков Андреевич, а что наш дом? - вклинилась в разговор Тамара.
   - Внешне без изменений, но в дом пока не лезть!
   - Но там Алтай и Иней!!!
   - А здесь только два мага, одна - пустая и до рассвета нужна здесь, а другой вообще до него может не дожить! Лучше думай, как ему резерв восстановить, Источник! - рявкнул Яков.
   Данила нахмурился и, не сказав ни слова, встал, рывком поднял на ноги Тамару и с ее помощью осторожно уложил на заднее сидение своего джипа Святослава.
   Спустя несколько секунд, машина сорвалась с места и черной, без единого огня, тенью метнулась по дороге вперед.
   - Мы едем к вам, - бросил отчаянно кусающей губы девушке Данила. - Не знаешь, Святослав не снимал с нас "ключи входа"?
   - С меня - нет, я сегодня дважды без него выходила, - покачала головой Тамара, судорожно вздохнула и все-таки спросила: - Как ты думаешь, если туда кто-то влез, он...
   - Туда никто не влез, - невесело усмехнулся Даниил. - Я слишком хорошо знаю своего друга. Он ни за что на свете добровольно не снимет защиту ни с близких ему людей, ни с дома - она завязана на его жизненные силы. Я только сейчас понял, почему он, несмотря на все наши ухищрения, не приходит в сознание. Те крупицы энергии, что стекаются к нему в резерв - уходят на поддержание контура.
   - Господи... - пробормотала Тамара, бездумно глядя сквозь темноту. - Марьяна, когда писала записку для Якова в Чистые Ключи, обещала, что я отдохну от города, развеюсь на свежем воздухе, мол, здесь тишь да гладь...
   - Да-да, в ее репертуаре, - кивнул оборотень. - Я уже как-то говорил, что Марьяна - женщина с выдумкой, нет?...
   Несмотря на гнетущую обстановку Тамара легонько, краешком губ улыбнулась.
   Впереди замаячил знакомый, утопающий в темной зелени забор. Как-то незаметно наступила ночь, редкие фонари тускло освещали узенькую проселочную улицу. Данила аккуратно притормозил около калитки, и, сделав знак Тамаре сидеть тихо, неслышно вышел из машины. В этот раз девушка послушалась беспрекословно. Повернулась назад, дотронулась до шеи Святослава, считая пульс. Дышал он ровно и спокойно - Яков убрал ему все последствия отравления дымом - но в себя не приходил.
   На улице послышалась какая-то возня, и за забором в ответ на это взвыл дурным голосом, переходящим в отчаянный лай Алтай.
   На капот машины с размаху упало что тяжеленное, зарычало и сползло обратно. Тамара подпрыгнула от неожиданности и похолодела - за окном джипа катался рычащий бесформенный комок. В свете фонаря периодически мелькали шерсть с обрывками ткани. Ком то, распадался, то сцеплялся снова, двигаясь быстро и почти бесшумно. И тут кто-то с силой рванул дверь со стороны Тамары, и, вцепившись в девушку когтями, рывком вытащил на улицу и поволок в сторону калитки.
   Тамара отчаянно засопротивлялась - похоже, с помощью нее хотели попытаться разомкнуть контур и войти в дом. Прав был Яков - нужно было сидеть в Сельсовете! Девушка вывернулась и со всей силы ударила противника ногой. Успеха это не возымело, зато возмездием стала располосованная от локтя до запястья рука. Тамара вскрикнула и забилась в когтистых лапах еще яростнее. Войти в дом незваным было невозможно - заклинание пропустило бы девушку и отбросило чужака прочь. Но тогда находящийся без сознания Святослав стал бы следующим на очереди...
   Тамару уже практически вплотную подтащили к калитке, когда сбоку на них обрушилась огромная рычащая масса, сбивая с ног и с хрустом вцепляясь огромными зубами обидчику в горло. Девушку с силой отшвырнули в сторону - как успела порадоваться Тамара в этой стороне, к счастью, не было ни забора, ни колючих кустарников. Неподалеку вздрагивали на траве две какие-то бесформенные кучи не толи меха, не толи тряпья.
   Спустя минуту все было кончено. Обратившись обратно в человека, Данила, пошатывась, подошел к нервно оглядывающейся у машины девушке:
   - Вытаскиваем Святослава и в дом. Помогай, я один уже не справлюсь...
  
   ***
   Как только за спиной хлопнула калитка, и вслед за ней, легонько, на грани слышимости, щелкнул замкнувшийся контур, Тамара впервые за весь этот день почувствовала себя в безопасности.
   Под истеричный лай Алтая они на пару с Даниилом втащили Святослава на крыльцо, наощупь дошли до его комнаты и положили мага на кровать. Рядом без сил рухнул оборотень.
   - Даня? - Тамара щелкнула настольной лампой и ахнула - на Даниле не осталось и живого места. Окровавленная одежда висела лохмотьями, обнажая рваные укусы, глубокие раны и кровоподтеки. Больше на ее голос оборотень не реагировал. И всех его эмоций осталась только боль и угасающая усталость.
   Девушка осмотрела его и судорожно вздохнула - у оборотней есть определенный предел, за которым регенерация просто не может активизироваться из-за обилия ран - и похоже у Данилы этот предел был близок. Ни одна даже самая маленькая царапина и не подумала начать затягиваться, кровь просто сочилась и сочилась, окрашивая багрянцем покрывало. С другой стороны кровати осунувшийся, бледный как полотно, лежал Святослав.
   Тамара схватила его за руку и попыталась представить, как передает магу энергию. Глухо и пусто... Тоже самое с Данилой. Да и ее раны и ожоги по-прежнему жги кожу.
   "Ну, я же источник! Я же восстанавливала Святославу резерв! Почему же сейчас-то я не могу никого вылечить..." - Тамара вздрогнула, почувствовав, как по щекам вот-вот невольно, предательски побегут бессильные слезы.
   "Так нечестно, Алмар! - мысленно проговорила она. - Любая игра должна быть по силам!".
   "В любой игре есть правила, - где-то на краю сознания услышала-почувствовала она скучающий голос. - Твой выбор - читать их или нет".
   Девушка яростно тряхнула волосами и глубоко вздохнула, беря себя в руки. Забралась на кровать, села между мужчинами на колени и, как могла, пусть неудобно, но взяла каждого из них за руку и, закрыв глаза, начала вспоминать... Первый день в Тони, коршун Стража, отбирающий у Святослава силу. Ее искреннее желание помочь и холодный кофе из крышки термоса, ускоренная регенерация, свечением окутывающая рану, Сила Природы, оберегающая и льющаяся через край. Льющаяся через нее...
   "Я ничего по-настоящему не чувствовала, - вдруг с пугающей остротой осознала Тамара. - Никогда. Я слышу чужие эмоции, не зная и не различая своих. Я живу чужими жизнями, путаюсь в чужих ошибках, беру чужую Силу... Во мне ничего нет. Я никакой не источник, я - пустой проводник для него, я пустышка... Таким, как я не нужно ничего создавать, им нужно просто не мешать другим себя использовать. Не сопротивляться...".
   Тамара вздрогнула, явственно ощутив, как вливается в ее макушку сначала мелким ручейком, а после бурной холодной рекой струящийся поток энергии, заполняет тело, закручивается, и, не найдя применения, тянется к ожогам и царапинам, заставляя их светиться и заживать. А после, пробивая ладони, потоки устремляются к тем, кто действительно умеет ими управлять, к тем, для кого они и были сотворены.
   "Я - никто, - беззвучно и безнадежно повторила про себя Тамара. - Вот и весь секрет".
  
   ***
   Проснувшись глубокой ночью, Тамара осознала, что лежит посередине кровати, судорожно вцепившись в Даниила и уткнувшись лбом ему в плечо. Прислушалась - он дышал ровно и спокойно. Девушка немного вывернулась и, нащупав позади себя руку Святослава, ощутила пальцами мерные и сильные удары пульса, посчитала их про себя, нервно стиснула его запястье и снова провалилась в сон.
  

   Глава 23.
  
   Утром Тамара проснулась с головной болью и привычной ненавистью к этому времени суток. За окнами было уже совсем светло, комнату наискось пронзал первый, затравочный солнечный луч, грозя к полудню обернуться пышущей жаром сковородкой.
   Девушка шевельнулась, выныривая из дремы, и рядом тут же мерно замурлыкал спящий на подушке Иней. Потянулась, невольно скривилась от прошедшей по всему телу боли и вдруг дернулась, внезапно вспоминая события прошедшей ночи. Скинула накрывающий ее край покрывала и рывком села на широкой кровати, оглядываясь.
   Она была одна. В безнадежно испорченном, обгоревшем и заляпанном засохшей кровью платье. Справа от нее - там, где лежал ночью Данила, тоже была кровь, причем столько, что светлое покрывало в этом месте равномерно пропиталось и стало буро-коричневым. Слева - на месте Святослава - такого, слава богу, не было, зато в памяти ярко всплыло его бледное, обескровленное лицо.
   Вскочив на ноги, Тамара вылетела в коридор и с размаху столкнулась с Данилой. Тот поймал ее, успокаивающе положил руку на плечи и легонько сжал:
   - Ну, чего ты испугалась? С нами все в порядке, не переживай. - И, когда ее сердце прекратило, наконец, бешено колотиться, продолжил: - Напомни мне потом, чтобы я научил тебя закрываться с момента пробуждения. Я твой ужас с кухни почувствовал.
   Тамара фыркнула и безнадежно ткнулась головой ему в бок. От него исходило успокаивающее тепло и приязнь - сейчас Данила был просто человеком.
   В коридоре появился второй виновник торжества - все такой же бледный, но более-менее живой:
   - Доброе утро! - сумрачно соврал он. - Кофе с нами пить будешь или сначала переоденешься?
   Тамара внимательно посмотрела на него - осунулся, не выспался, круги под глазами, но синяки от вчерашней драки почти незаметны, а значит резерв в норме, ну или близок к этому.
   - Сегодня твоя очередь готовить, - сказала, наконец, она, выворачиваясь из рук оборотня и подходя к двери своей комнаты. - А кофе - это не еда!
   Святослав вспыхнул бурей эмоций и раздраженно посмотрел куда-то вверх. Данила рассмеялся в голос и, проходя мимо него, "сочувственно" похлопал по плечу.
   Тамара искоса глянула на них, и на душе вдруг потеплело - как же хорошо, что, несмотря на все передряги, они остаются лучшими друзьями. Ведь это такой редкий дар.
  
   ***
   Лучше бы Святослав не приносил ей в комнату зеркало! Войдя взять полотенце и одежду, Тамара в полный рост узрела встрепанное, перепачканное сажей и кровью чучело, в обгоревшем грязном платье. Смотреть на себя было противно. Но самое неприятное было то, что на припухшем лице, сквозь сажу и размазавшийся макияж явственно проступали белые дорожки от слез, не заметить которые было невозможно.
   "Слабачка!" - Тамара с отвращением отвернулась и вышла из комнаты. Настроение резко ухнуло вниз.
  
   ***
   Спустя полчаса Тамара сидела за столом в кухне и с сомнением разглядывала разложенную про трем тарелкам разноцветную как светофор кашу. Основу ее составлял - желтый, к которому примешивались светло-красные огрызки чего-то и пятна зеленых вкраплений.
   Наконец, она задумчиво запустила пальцы в еще влажные после душа волосы и констатировала:
   - Данила, это ты готовил.
   Святослав, разливающий по чашкам кипяток, фыркнул, а оборотень удивленно вскинул бровь:
   - С чего ты взяла?
   - Ну, потому что Святослав готовит более...ммм... - Тамара замялась, подбирая слова. - Обстоятельно. И вполне... узнаваемые блюда.
   Маг фыркнул еще раз, сдерживая смех, а Даниил возмущенно покосился на тарелку:
   - Все там узнаваемо! Ну, может, не так красиво, но если вкус и результат тот же - зачем тратить больше времени?
   Святослав все-таки не выдержал и расхохотался:
   - Даня, не поверишь, но каждый раз, когда она готовит - говорит мне тоже самое!
   Теперь уже возмущенно вскинулась Тамара, а Святослав, как ни в чем не бывало, бухнул в свой стакан аж четыре ложки кофе, быстро размешал, потом всыпал столько же в Тамарину чашку, пододвинул к ней и взялся за вилку. Девушка мрачно положила в оба стакана сахар, перемешала и вопросительно посмотрела на чашку Даниила.
   - Мда... совместный быт - убийственная сила! - хмыкнул он, забирая у нее из рук сахарницу.
   - Ешь, Тамара! - сказал Святослав, с аппетитом наворачивая завтрак. - Это обычный омлет, а Данька вполне сносно готовит, правда. Хоть и... - Он снова фыркнул под двумя взглядами, - своеобразно. Как, впрочем, и ты.
   Омлет действительно был вкусным - с помидорами и, в стиле Даниила, кучей трав и специй. Под кофе с печеньями друзья рассказали пару забавных баек из своей жизни, в том числе и как ради интереса разобрали, будучи подростками, мотор у незабвенного раритета Якова - на тот момент бывшего гордостью чуть ли ни всего села. И как тот гонял их по полям крапивой, а потом машину на буксире пришлось тащить в город, поскольку собрать так качественно разобранное умельцев не нашлось. Теперь-то Тамара понимала, почему Яков так нервно относиться, когда кто-то ездит на его машине.
   А потом шутки закончились, и пришло время для серьезных разговоров.
  
   ***
   - Во-первых, - Святослав потер лоб и вздохнул. - Мы хотим извиниться за то, что вчера тебя во все это втянули. Понятное дело, выбора у нас не было, но все же... Мы считаем, что женщины в подобных историях участвовать не должны. Даже в качестве зрителей. А уж так, как ты - тем более. Мы собираемся поставить вопрос о твоем присутствии на Советах и всем остальном, что этого касается, но...
   Тамара с силой хлопнула ладонью по столу, не дав ему договорить:
   - Я против! - хмуро сказала она. - Мне неинтересно, что вы там считаете. А слушать все это и вовсе противно.
   - ...Но я не думаю, что из этого что-то выйдет, - спокойно продолжил Святослав, потом с прищуром посмотрел на девушку: - Может тебе еще знамя в руки дать, чтоб от образа не отставала?
   - И жертвенный костер сразу сложить! - фыркнул Данила. - Но только где-нибудь повыше, чтоб отовсюду видно было.
   - А может надо было вас вчера бросить к чертовой матери в обнимку на кровати, глядишь к утру бы и сами очнулись! - разозлилась Тамара.
   Оборотень вздохнул:
   - Тома, мы благодарны тебе за помощь. Без той энергии, что ты в меня влила, я восстанавливался бы неделями, Святославу - тому вообще не завидую. Но я же "вижу", что ты чувствуешь... Вижу как тебе страшно, как ты дергаешься и переживаешь. Ты из другого мира. Все это не для тебя.
   - Данила, а что ты знаешь о жизни в том, как ты выразился, другом мире? Нет, я не о твоих набегах в город и встречах с девушками, а именно о жизни там? Но только не с позиции силы, а с позиции равного? И что ты знаешь обо мне, чтобы такое заявлять? - Она немножко помолчала и продолжила: - Да, я обычный человек и мне как любому обычному человеку бывает страшно. Даже более того - мне бывает очень страшно, и мне претит ваша жестокость, ваши методы, даже ваша сила. Ну и что с того? Разве это что-то меняет? Страх не отменяет логику. Я прекрасно понимаю, что вы поступаете правильно, в тех рамках, в которых вы живете. Сейчас мне, честное слово, очень стыдно за вчерашние эмоции. И если бы я могла - я бы их спрятала. Но отменить я их не могу. Так же как и ты, кстати, Данила - твоя боль вчера у меня только что в висках не пульсировала!
   - Да что ж ты такая упрямая! - сказал Святослав. - Тебя никто не просит что-то там отменять. Все мы живые люди! Но играть в жертвенность, ломая себя - идея неудачная.
   Тамара надолго замолчала, невидящим взглядом уставившись в стол. Было очень обидно - настолько, что она даже не стала выставлять перед Даниилом защиту - все равно заметит. Да, они сильнее, они мужчины, и они по-своему правы. Мужчины мыслят по-другому, чувствуют по-другому, у них другое отношение. Они смотрят на все с позиции силы. Оборотни больше, люди - меньше, но сути это не меняет. Они готовы любить, защищать, помогать, делиться, либо, на обратной стороне монеты, унижать, оскорблять, мучить... Все что угодно, но они не готовы быть равными. Есть сотни женщин, которые ищут именно этого, хотят укрыться, спрятаться, быть как за каменной стеной. Только одних Даш Тамара насчитала три штуки, пока искала в телефоне Святослава номер Данилы... Но есть в этом мужском отношении что-то небрежное, снисходительное, подавляющее, не дающее ни единого шанса остаться собой.
   - Я понимаю, вы хотите, как лучше, - тихо сказала, наконец, Тамара. - Я даже верю в то, что вы искренне считаете свои слова правильными. Но все дело в том, что я так не считаю. Я ни во что ни играю, не выпендриваюсь, не прыгаю выше головы и так далее - я просто действую по ситуации, так, как мне представляется верным. И не надо без спроса пытаться закрыть мне глаза или спрятать за свою спину - с такими играми не ко мне. Даже если мне страшно, даже если мне плохо. Просто примите это как данность и не заставляйте меня постоянно держать "маску" и бороться с вами - это очень выматывает.
   - Не то слово! - пробормотал Даниил и покачал головой, глядя на девушку.
   - Дань, - Тамара посмотрела оборотню прямо в глаза. - Ты хоть знаешь, кому ты помогаешь?
   Оборотень помедлил немного, потом сказал:
   - Кто-то же должен был стать Источником, Тамара. Кто-то ведь будет и Стрелой. Есть вещи, которые мы не выбираем. - Он ободряюще улыбнулся: - Зато вчера они были очень кстати.
   Тамара усмехнулась в ответ, потом глянула на Святослава:
   - Вопрос решен?
   - Ну, как сказать, - недовольно развел он руками. - Кроме того, что у меня теперь на одну головную боль больше! Как будто Милы мало.
   - Кто еще кому головная боль! - возмущенно фыркнула девушка, потом вздохнула: - Жаль, что ты меня не услышал... - Задрала левый рукав и протянула ему руку, на которой от локтя до запястья красовалось несколько длинных, никак не желающих рассасываться рубцов: - Мне кажется, что-то неправильно срослось - пальцами шевелить больно. Если у тебя есть силы - залечи, пожалуйста.
   Пока билась над предплечьем магическая искорка, Тамаре коротко пересказали последние новости. Их оказалось немного.
   Проснувшись ранним утром, Святослав с Даниилом первым делом окунули Тамару в глубокий магический сон и отправились за калитку осматривать вчерашнее поле боя. Троими нападавшими ожидаемо оказались оборотни, причем вторая их ипостась была такая же, как и у Даниила - "кошачья". Но самих их Данила видел впервые. Теперь три трупа (девушку невольно передернуло) - двое юношей и мужчина средних лет, лежали в саду, неподалеку от калитки. А за забором о стычке, если не приглядываться к редким алым каплям, уцелевшим после полива, напоминала только слегка потрепанная трава и помятый капот Даниной машины (вот об этом оборотень сокрушался больше всего!).
   Яков также был поставлен в известность о произошедшем, и Святослав вместо Тамары успел по полной программе получить от него нагоняй.
   На границе дела продвинулись не дальше. Яков, Ольга и несколько экспертов из Клана всю ночь пытались опровергнуть обвинения друг друга, но к общему знаменателю так и не пришли. Свет клином сходился на Святославе. Ну и цеплял, конечно, Даниила и Тамару. А уж если вспомнить, что лежит у Святослава в саду, и кто все это устроил...
   - Кошмар, - констатировала Тамара, подобрав самое цензурное из крутящихся в голове слов. Покрутила в руках чашку, и посмотрела Святослава:
   - Я могу на них посмотреть?
   - Лучше не надо, - ответил вместо него Данила. - Интересного там мало. Мы все уже осмотрели - ничего важного не нашли.
   - Надо, - Тамара вздохнула и встала из-за стола. - Не спрашивай зачем, сама не знаю. Но не из любопытства, поверь.
   Тела лежали вряд возле забора по левую сторону от калитки - но достаточно далеко, чтобы Алтай перестал крутиться волчком и лаять. Святослав покосился на Тамару и взялся за край темного одеяла:
   - Точно?
   - Абсолютно, - кивнула девушка, но все-таки, когда слетел полог, вздрогнула.
   Это только в красивых книжках прекрасный герой одной левой расправляется со своими обидчиками, и те падают бездыханные после одного-единственного удара куда-нибудь в овраг, где про них все и забывают.
   В жизни все по-другому. Для того чтобы убить оборотня - нужно очень постараться. А когда дерутся два зверя - героизму и красоте места не остается... Сказать, что тела были сильно изуродованы - промолчать. Они были переломаны, изорваны в клочья. У всех троих вырвано горло, кое-где из-под сорванной плоти торчали кости, выпирали белыми обломками ребра, исполосованная острыми когтями кожа висела клочьями. Лицо одного из них было не опознать. Два других сквозь запекшуюся кровь можно было более-менее разглядеть, но исказившая их маска изменила черты до неузнаваемости.
   И весь этот ужас сотворил Даниил... Девушка невольно покосилась на него - худощавый, спокойный, ироничный... убийца. Даже поверить в это сложно. Тамара зябко скрестила на груди руки, отгораживаясь от увиденного.
   - Сложно разобрать лица, но я их, кажется, тоже вижу впервые, - сказала она, наконец. - По сколько им лет?
   - Ну, вот этим двоим, - оборотень бесцеремонно ткнул пальцем в одно из молодых, почти мальчишеских лиц (ну, правильно, для него это не люди, просто трофей, победа, подумала Тамара), - около тридцати, может чуть побольше. Этому, - палец переместился на неопознаваемое лицо, - примерно как мне, лет пятьдесят пять-шестьдесят.
   Девушка задумчиво потерла лоб, глядя на невольно притягивающие взор страшные рваные раны на шеях несчастных. Вдруг перед глазами у нее все поплыло, мысли захлестнул темный водоворот, она судорожно вздохнула, покачнулась и едва не упала вперед - прямо на тела.
   - Я же говорил - не надо тебе на такое смотреть! - Святослав поймал ее за плечи и встряхнул. Тамара вздохнула еще раз и прижала пальцы к переносице - вот-вот и хлынет кровь, Алмар, черт бы его побрал, маячки расставлял на славу - увернуться невозможно! - Все, пойдемте в дом!
   - Да все в порядке, нашел мне тоже кисейную барышню! - Тамара раздраженно сбросила его руки и присела на корточки. Помедлив, протянула пальцы к одному из тел. Было невозможно, невероятно противно, но Тамара все-таки дотронулась, а потом, с трудом переборов отвращение, взялась за окоченевшее холодное запястье самого старшего из оборотней. В груди и животе все перевернулась, некстати вспомнился завтрак, но Тамара задвинула эти мысли подальше, закрыла глаза и попыталась расслабиться.
   Сверкающий ледяной поток болезненно прошел сквозь ее макушку, крутанулся по телу и уверенно скользнул по руке - к мертвому запястью, забился, заколотился под пальцами, ища выход, пробил путь наружу и вдруг с силой ударил Тамару разрядом, заставив с вскриком отдернуть руку.
   - Что это было? - удивленно спросил Святослав, глядя, как девушка, тряся обожженными пальцами, упрямо тянется к двум другим телам. После третьего разряда Тамара встала на ноги и, не выдержав, все-таки передернулась и поежилась, обхватив себя руками:
   - Проверка, - ответила она, отворачиваясь от ужасного зрелища. Святослав накрыл тела одеялом и, словно невзначай, подтолкнул девушку к дому. Та послушно пошла, невольно ускоряя шаг.
   - Эти оборотни имеют прямое отношение к твоему Клану, Данила, - сказала она оборотню уже сидя на кухне.
   Тот скептически поднял бровь:
   - Не думаю. Кошачья ипостась есть у нескольких кланов даже в пределах одной долготы, а уж по России...
   - Но эти - точно твои. Я не знаю - какие-нибудь пятиюродные братья, столетия назад ушедшие к людям или переехавшие в другой Клан... Но это ваша кровь.
   - С чего ты это взяла? - поинтересовался Святослав.
   Тамара потянусь, взяла Даниила за руку и закрыла глаза и сосредоточилась. Проскочившая искра огнем обожгла им обоим пальцы, отбрасывая ладони в стороны. Правда, на этот раз разряд был совсем небольшим.
   - Видел? - спросила она. - Это знак крови. Принадлежности к крови. Сейчас на всякий случай еще проверим... Дай руку, - она потянулась к запястью Святослава, нахмурилась, напряженно ожидая отдачи, но отторжения не произошло. Энергия пробила кончики ее пальцев и спокойно устремилась в резерв мага. Девушка кивнула: - Точно.
   - Интере-есно, - протянул Даниил и задумчиво потер лоб. - Значит, все-таки двойная провокация?.. И с вашей и с нашей стороны. Где они только нашли наших кровников! Мы же почти всех в лицо знаем... - Он внимательно посмотрел на девушку: - Тамара, ты точно уверена?
   - На все сто, - вздохнула она и отвела взгляд. - Они - моя территория.
  
  

   Глава 24
  
   Следующие три часа ознаменовались еще двумя неприятными сюрпризами.
   Когда в калитку требовательно постучали, Святослав встрепенулся, замер на секунду, а потом на его лице написалось выражение крайнего удивления, перемешанного с досадой и раздражением. Но вместо того чтобы встать и открыть дверь - он невидящим взглядом уставился сквозь стену кухни, прямо в ту сторону, где лежали, прикрытые одеялом ночные визитеры, и быстро-быстро начал выводить чуть подсвеченными пальцами какие-то знаки в воздухе. Едва с его ладоней сорвалась последняя световая капля, как калитка распахнулась настежь:
   - Па-ап! - по дорожке бодро зашагали девичьи ножки. - Ты где? Дани-ила!
   Девочка пробежала через дом и, раскрасневшись, влетела на кухню. Оглядела сидящую за столом троицу, лучезарно улыбнулась оборотню, скользнула взглядом по Тамаре, скривилась и обратилась к Святославу:
   - Пап, там мама приехала, ты разве не чувствуешь? Хочет с тобой поговорить! Ты ей дверь открой, а то она сама войти не может! Кстати, Данила, а где ты так машину помял? - тут же перескочила она другую тему. - Ой, а вы что - с кем-то подрались?!
   - Дядя Даниил! - вместо привета резко сказал ей Святослав. - Я повторяю тебе в последний раз - еще одна такая оговорка и я устрою тебе домашний арест на месяц! - он встал из-за стола и быстро зашагал в сторону выхода, на ходу щелкнул пальцами, открывая защитный контур.
   Мила хлопнула глазами и, как ни в чем не бывало, села на место Святослава и уставилась на Данилу:
   - А почему ты в папиной одежде? - удивленно спросила она. Тамара сморгнула - она только сейчас заметила, что футболка, надетая на оборотня, висит на нем черным бесформенным мешком - он был немного выше Святослава, уже в плечах и заметно уступал ему в мышечной массе, казавшись скорее худым, чем поджарым. Да и сама Тамара выглядела не лучшим образом - волосы были еще влажными и взъерошенными, на плечах висел махровый банный халат. И все это не говоря о том, что все трое, включая Святослава - были бледными, потрепанными, с темными от недосыпа кругами под глазами. А у мага так еще и синяк со скулы до конца не сошел - вот сейчас жена-то обрадуется. Особенно если увидит то, что валяется у них в саду...
   Данила нахмурился и переглянулся с Тамарой, та неопределенно пожала плечами, не зная, что сказать. Мила, от которой не укрылся этот мысленный "диалог", прищурилась:
   - Данила, а почему вы все вместе? Ты здесь ночевал? Вы что-то праздновали?
   Тамара тихонечко фыркнула - после таких "праздников" никаких будней не надо. А оборотень потер небритую щеку, склонил голову и внимательно посмотрел на девочку. Тамара отчетливо ощутила, как закручивается вокруг него раздражение, сочувствие, жалость, сомнение... и, наконец, решимость.
   - Мила, раз уж зашел этот разговор - давай, пока есть время, расставим все точки над "i". Давно это нужно было сделать, - мягко сказал он. - Послушай меня, во-первых - я тебя старше в четыре раза. Ты это знаешь, но все равно неверно оцениваешь мою внешность. Но даже если судить по ней - я никак не могу быть для тебя Данилой. Я, как ни крути, для тебя дядя Даниил, друг твоего отца, а не твой приятель, поняла?
   Мила вздрогнула от обиды и запальчиво обернулась на Тамару:
   - А для нее?
   Тамара удивленно вскинула бровь. Потом прислушалась - не только в кухне, на улице тоже нарастал скандал - ровный голос Святослава периодически перебивал раздраженный женский, что-то требуя, объясняя, втолковывая. В воздухе прямо-таки витало напряжение и злость.
   - А для нее я просто Данила, - спокойно ответил девочке оборотень. - И ты сама знаешь почему. Я не хочу тебя обидеть, поверь, но ты действительно поступаешь невежливо - и мне это неприятно. - Не дав ей возмутиться, он продолжил: - Во-вторых - что, как и когда делают взрослые в твое отсутствие - их дело, так же как и их дело рассказывать тебе об этом или нет. - Он поймал медленно наполняющийся слезами взгляд Милы, и Тамара вдруг почувствовала отголосок какой-то волны или внушения, направленного на девочку. Речь оборотня стала еще мягче, обволакивая и успокаивая: - Реветь не стоит, стоит прислушаться к моим словам. Никто тебя не обманывает, не собирается бросать или оставлять одну. Отец с тобой носится, как с младенцем. Мать, как видишь, тоже за тебя переживает, раз приехала. Так что перестань делать из мухи слона по каждому поводу и устраивать нам всем скандалы. - Данила откинулся на спинку стула, сморгнул, и "волна" схлынула. Ободряюще улыбнулся и продолжил: - В полях, недалеко от Чистых Ключей, был сильный пожар, и нам с Тамарой и твоим папой тоже пришлось помогать. Только это закрытая информация, не вздумай об этом рассказать, - он немного нахмурился, и девочка, сжав губы, кивнула головой. - Сейчас там все в порядке, никто не пострадал - не переживай. Но дым, смог, пламя - сама понимаешь, пришлось потом переодеваться. А машину помял не я, а мне - что-то тяжелое на капот уронили, теперь придется выравнивать...
   Данила так тоскливо вздохнул в конце монолога, что Тамара, восхищенно слушающая вольный и, кстати, правдивый, если без подробностей, пересказ прошедшей ночи ему искренне посочувствовала.
   Мила ошеломленно молчала, не зная как реагировать на обрушившуюся на нее информацию, внутри нее бушевал ураган, но одно Тамара почувствовала точно - девочка окончательно записала ее во враги.
   - Все, Мила, собирай вещи, мы уезжаем домой! - в кухню, в облаке нежных сладких духов, ворвалась невысокая рыжеволосая женщина. Очень красивая и очень ухоженная. Даже не верилось, что она совсем недавно родила ребенка - точеная подтянутая фигура казалась девичьей. Тамара, глядя на нее, ощутила весомый удар по самолюбию, однако выбор Святослава оценила по достоинству. Мила, кстати, была похожа на мать - значит, вырастет такой же красивой, правда глаза у нее не карие, а серо-голубые как у Святослава.
   - Привет, Ася, - спокойно сказал ей оборотень. - Как твоя малышка?
   - Дома с мужем! - невпопад огрызнулась женщина. - Мила, ну чего ты на меня вытаращилась?! Бегом собирай сумку и поехали! Мне еще вечером в поликлинику с Марусей идти!
   Мила дернулась, открыла рот, закрыла, в глазах ее заплескалась паника:
   - Я никуда не поеду!
   - Поедешь!!!
   В коридоре появился Святослав, устало прислонился к косяку:
   - Ась, ну что ты себе опять в голову вбила, а?
   - Я вбила?! - взвилась женщина. - Ко мне приезжает дочь и в истерике рассказывает, что живет здесь как волк-одиночка, что ты завел себе очередную подружку и, мало того, что поселил здесь, так еще и постоянно где-то шляешься - то с ней, то с Данилой, то с ними обоими! Что вы чуть ли не живете втроем! - Ася посмотрела на бывшего мужа: - Знаешь, Святослав, я от тебя такого не ожидала - вы вообще понимаете, чему ее учите? Она же еще ребенок!
   - Мда... - пробормотала Тамара, которая после всех этих слов почувствовала себя так, словно ей на голову вылили ушат помоев. Вроде и не сам виноват, а все равно запачкался. Вышла из-за стола и, проходя мимо Аси, сказала: - Святослав с нее пылинки сдувает, не веришь, спроси Даниила.
   - Знаете, ребят, а давайте вы тут сами между собой как-нибудь разберетесь, а потом нас позовете, - тут же открестился оборотень, вставая из-за стола и, подхватив чашки с недопитым кофе, вышел вслед за девушкой.
   Как только хлопнула дверь в Тамарину комнату, Святослав щелкнул пальцами, опуская полог тишины на стены кухни и, нахмурившись, посмотрел на дочь и бывшую жену.
   Спустя двадцать минут маг заглянул к девушке в комнату. Она сидела, облокотившись спиной на высокую каретку на своей кровати - вытянув ноги и держа в руке чашку с кофе. Рядом, наглаживая растекшегося по его животу Инея, вольготно разлегся Данила.
   ...За это время Тамара успела узнать у оборотня, что, по его мнению, будет делать Клан, когда узнает о трупах и, как вообще отнесется к тому, что их кровники напали на дом Святослава. Оборотень пожал плечами и сказал, что ответственность за это Клан на себя не возьмет, а вот то, что он своими руками убил кровников на чужой территории, даже еще и у Святослава возле дома - возможно и вышло бы ему боком, но терять ему уже нечего. Потом вздохнул, взял с подушки мирно спящего кота и сказал:
   - Я думаю, что убивать они никого не собирались. Ну, может, кроме твоего кота. Их целью было напугать и спровоцировать тебя и Святослава, заставить выйти на открытый конфликт. Просто я их спугнул - и они сдуру напали... И с границей та же история, только провокация с нашей стороны. Ведь границами владеет Святослав - получилось, что он не только чуть не устроил пожар, но и оставил село без защиты. И пусть она будет быстро восстановлена - повод к войне есть...
   - Даня, ну какая война! - возмутилась Тамара. - Здесь два с половиной мага, а вас - целая деревня.
   - А никакой - перебьют этих, убьют тебя, выставят кордоны и переживут смутные времена, обороняясь.
   - Айдар прекрасно знает, что на мое место встанет кто-то другой. А тянуть - только продлевать агонию. К тому же никто из жителей ни о чем не догадывается...
   - Это пока ни о чем не догадывается... - сказал оборотень, повернулся и посмотрел Тамаре в глаза: - Надо думать, как выкрутиться так, чтобы конфликт замяли с наименьшими потерями, и искать тех, кто за всем этим стоит. Я не хочу, чтобы моих детей и внуков стерли с лица Земли только потому, что кому-то взбрендило переиграть высшие силы...
   Девушка вздохнула и положила руку ему на плечо, оборотень помедлил, потом накрыл ее ладонь своей и ободряюще пожал кончики ее пальцев...
   Вошедший Святослав с тоской посмотрел на свободное место на кровати, задержал взгляд на подушке, зевнул и сел на стул у окошка.
   - Все, - устало кивнул он. - Аська одна домой уехала, Мила ни в какую не согласилась в город возвращаться. И чего ей только в голову ударило такое матери наговорить, сама же в Белую Тонь рвалась!
   - Поставь себя на ее место, - пожала плечами Тамара. - Она от матери с отчимом сбежала, думала ей здесь больше внимания будут уделять. А тебя постоянно на месте нет, зато в доме, на ее территории теперь живет какая-то незнакомая женщина, и не только не собирается уходить, а постоянно вместе с тобой где-то пропадает! А тут до кучи она еще и в Данилу влюбилась и...
   - Что-о?.. - вдруг ошарашено переспросил Святослав, резко выныривая из своих мыслей. - В смысле, влюбилась? - перевел взгляд на друга: - В тебя?!
   - Я уже с ней поговорил, - предостерегающе поднял руку оборотень. - Надеюсь, что она поняла.
   - Нет, - тряхнул головой маг. - Я, конечно, понимаю, что она иногда себя вызывающе ведет, но...
   - Поэтому и ведет, - вздохнула Тамара.
   Наступило молчание.
   - Дань, пристрели меня, а?.. - наконец, совершенно искренне попросил Святослав. - Это женское царство меня когда-нибудь доконает!
   - Не-еа, - оборотень иронично улыбнулся: - Это карма! - и потом с удовольствием добавил свою любимую, ставшую уже, видимо, притчей во языцех, фразу: - Как же хорошо, что у меня сын, и как хорошо, что он давно вырос!
  
   ***
   Вторым "сюрпризом" стал Яков, притащивший вместе с собой Ольгу и экспертов Клана. Алтай почувствовал незваных гостей через забор, и не просто взвился на дыбы, а едва не сорвал цепь, щерясь и роя землю так, словно за калиткой столпились монстры.
   Даниил вздохнул и с неохотой снял с себя Инея, отдавая его Тамаре:
   - Запри его где-нибудь, мало ли...
   Кот спешно был заперт в кладовке, по друзьям прокатилось заклинание очищения, удаляя шерсть и запах, ничего не понимающую Милу Святослав отправил в магический сон и отнес в ее комнату, Алтая накрыл купол беззвучия, контур разомкнулся. И, наконец, последним, по щелку пальцев - слетел полог невидимости над трупами оборотней.
   Дальнейшее напоминало какой-то бред. В том, что оборотни убиты Даниилом сомнений не было - ни одно заклинание не могло нанести такой разнообразный ущерб, как зубы и когти зверя. Но! Каким бы сильным Данила не был - неравный бой, трое на одного - никак не мог оставить его без единой царапины. А значит, сделал вывод один из экспертов Клана - невысокий упитанный оборотень по имени Филипп - незнакомцы вначале были скручены магией, а уж после за них принялся Даниил. Про "кровников" эксперты даже не захотели слушать - прямых доказательств этого не было. Тамара спорила до хрипоты, пытаясь доказать, что через нее Природа восполнила друзьям силы на регенерацию. Но эксперты, как и все остальные оборотни, чувствующие Силу от рождения, только усмехались ей в ответ - энергии в той не было ни капли.
   В итоге, получалось, что Святослав, так опрометчиво заявив о своей власти над границами на Совете, в отместку все же снял защиту, обнажив село. Устроил пожар, спаливший часть их урожая и едва не пришедший прямо в Чистые Ключи. Прямая провокация! С Данилой была отдельная история. Прямых доказательств нападения на дом мага и на самого оборотня не было. Зато было три трупа непонятно откуда взявшихся сородичей, убитых именно Данилой, причем возле дома Святослава! Сговор? Однозначно! Прямое предательство Клана! И через весь этот бред красной нитью проходила Тамара - как соучастница, подстрекательница и связной - недаром же она болталась из села в село! Таким образом, получалось, что Управляющие Энергией, под руководством Святослава и с согласия Даниила сделали первый "выстрел" и уж теперь Клан имел полное право совершить ответные действия любой ценой.
   И никого не смущало, что оборотни, напавшие на дом, явно являются пришлыми и вообще в принципе не должны тут находиться, что вместо того, чтобы ломать границу, устраивая пожар - Святославу было бы достаточно просто отозвать собственное заклинание - без единого побочного эффекта! Что Тамара, даже если бы очень захотела, ничьим связным являться не могла в принципе - с ее эмоциональной защитой она была как на ладони, и весь Совет прекрасно видел все ее намерения.
   Яков только качал головой - каких-либо доказательств не было ни у одной стороны, зато факты говорили сами за себя. Для проверки магической составляющий инцидента требовался сильнейший маг. Но как назло - Ариф, бывающий в Белой Тоне наездами и помимо нее курирующий еще несколько сел, на месте отсутствовал, а Ольга не могла сотворить и части того, что сотворил Святослав. Проверить трупы оборотней на принадлежность крови - тоже оказалось не быстрым делом, требовалась экспертиза. Впрочем, проверять все равно никто не собирался - удобнее было этот вопрос замять, ну мало ли каким оборотням перешел в городе дорогу Святослав. Клану нужен был повод.
   Завершением стал срочный созыв Общего Совет Клана и Управляющих энергией. Но, поскольку ни одна сторона не собиралась присутствовать на "вражеской" территории, а нейтральная после падения границ отсутствовала - было принято решение собраться на теоретически-нейтральной дороге, аккурат между двух сел - по линии защиты Белой Тони.
   Сам Общий Совет больше всего напомнил Тамаре сходку - джип Данилы, Лэнд Ровер Айдара, пара иномарок старейшин Клана и старенький, дышащий на ладан жигуленок Якова выстроились лоб в лоб на дороге. Солнечный полдень от души подогрел подсолнечное поле - и теперь пряный душный масляный аромат растекался по всей округе, навязчиво дурманя голову. Несмотря на жару, Тамара поежилась - на внушительном фоне оборотней их четверка выглядела, прямо скажем, не сильной стороной.
   - Мы заявляем ноту протеста, - первым начал говорить Айдар. Он был, как всегда расслаблен и спокоен, лишь глаза выдавали нечеловеческое равнодушие и превосходство. Тамара попробовала от него укрыться - не помогло, он не просто сломал ее щиты, но с удовольствием прокатился по эмоциям, заставив вздрогнуть и шагнуть назад. - Мы считаем, что вызванное вами, а точнее Управляющим энергией Святославом Тоцким, разрушение защитных границ вокруг Чистых Ключей, пожар, устроенный на наших полях и заставивший нас понести финансовые потери - прямой угрозой Клану. Согласно Мирному договору, мы имеем право требовать отстранения и наказания Хранителя равновесия, если тот, превысив полномочия, создал массовую угрозу для жителей поселения. Как мы видим из фактов - произошедшее уже не угроза, а прямое нападение. К тому же отсутствие границ открывает село вниманию людей, делая невозможным наш привычный быт и ограничивая нас в правах. Мы требуем полного отстранения Святослава Тоцкого от своих обязанностей и ограничения воздействия Хранителей равновесия на жизнь Клана.
   - Я правильно понял, что вы сейчас пытаетесь отказаться от защиты? - нахмурившись, спросил Яков.
   - Мы не пытаемся, мы делаем, - склонил голову Айдар. - Также мы требуем, чтобы Тамара Озерова, как непосредственная угроза для жизни Клана, находилась на нашей территории, под нашим присмотром. - Тамара вздрогнула. - Если вы не выполните условия в течение суток - мы вас просто сотрем с лица земли. Мы в своем праве.
   - А потом с лица земли сотрут нас, - вызверился на него Данила. - Ты понимаешь, что ты делаешь?
   - Абсолютно, - кивнул Предводитель. - Защищаю свой народ. - И ледяным тоном добавил: - Единогласным решением Совета Даниил Огнев отстраняется от управления безопасностью Чистых Ключей и членства в Совете Клана. Причина - потеря доверия и сговор.
   Даниил зарычал и уставился Айдару в глаза, оба вздыбились, ощерились, контуры тел потекли, ломаясь трансформацией и окончательно переставая напоминать человеческие. За спиной Предводителя, тихо рыча, встали старейшины, за ними - эксперты. Святослав было дернулся к другу, но его резко и бесцеремонно одернул Яков, схватив за рукав. Вмешаться во внутриклановые дела означало нарваться на еще один конфликт.
   Тамара, глядя на происходящее, стремительно побледнела, осознав к чему все идет. Выдохнула и с замирающим сердцем шагнула вперед, намереваясь встать между оборотнями. Святослав быстро выбросил вперед руку, поймав ее за локоть, дернул на себя и прижал, не давая совершить глупость. Но Тамара уже приняла решение.
   - А что насчет трех твоих кровников, Айдар, напавших на наш дом в Белой Тони? - запальчиво спросила она. - Я могу доказать, что они - представители твоего Клана. Пусть никто не поверит, но мы-то с тобой точно знаем, что я могу!
   Айдар повернул к ней исказившееся трансформацией до неузнаваемости лицо, заставив вздрогнуть:
   - Даже, если это и так - это ничего не меняет. Вы - дали повод. И ты, - он вперился нечеловеческим пронизывающим взглядом в девушку: - этому поспособствовала.
   - Нет, повод дали вы! - зло сказал Святослав и разжал руки, отпуская Тамару, тут же нервно шагнувшую ближе к Даниилу. - Это вы нашли какого-то мага и исказили мое заклятие, а потом попытались забраться в мой дом. Что вы там пытались найти - неизвестно! Но это ваша провокация и я так просто вам ее спускать не намерен.
   Он резко выставил вперед руки, и между Данилой и Айдаром начало расходится кругами вязкое марево. Предводитель даже не сдвинулся с места - попасть под вершащееся заклятие было все равно, что под жернова - просто оскалился:
   - Ты совершаешь дикую глупость.
   - Я, как Хранитель границ, тоже в своем праве, - Святослав развел ладони, и марево растянулось, скользнув лентами в бескрайнюю подсолнечную даль полей. - Вы хотели границы - пожалуйста! - Он вскинул руки, и марево потекло вверх, потихоньку наползая на село гигантским куполом. Покачнулся, и, встрепенувшись, покосился на Тамару. Та прикусила губу и с сожалением покачала головой - энергии не было. Природа не одобряла действия мага - она защищала оборотней. А без нее Тамара была пустышкой.
   - Даже если у тебя сейчас что-то и получится, - сказал Айдар, - через несколько дней Координаторы Мира восстановят равновесие.
   - В нашу сторону, - кивнул Святослав и повернулся к Ольге: - Подержишь?
   Та неуверенно пожала плечами, но Святослав уже шагнул к ней, протянул руки и хлопнул по ее ладоням - пальцы женщины засветились, она ахнула и едва устояла на ногах. А Святослав, обернувшись лицом к Белой Тони, закрыл глаза, соединив кончики пальцев в молитвенном жесте.
   - Ты что творишь?! - вскинулся на него Яков, поняв, что тот отзывает всю Силу из своих, в том числе и защищающих село, границы, дорогу, заклятий.
   - Границу, - пожал плечами маг. - Им она важнее.
   Он снова хлопнул по ладоням Ольги, забирая обратно контроль, и та, тяжело дыша, тихонько сползла вниз на дорогу. Купол от влитой Святославом Силы расцвел неровными белыми пятнами, быстро-быстро расплывающимися и сливающимися между собой. Тамара не дыша смотрела на запредельную силу, с которой маг управлялся так, словно она была его частью. Напоследок по стене прошлась судорога, и она стала абсолютно прозрачной, вновь явив на обозрение Представителей Клана.
   - Согласно Договору Мира, я полностью замыкаю границы до выяснения всех обстоятельств и разрешения конфликта. Потом будет общий Совет, и если Координаторы сочтут нужным - пусть меня уничтожат за превышение полномочий. Но перебить два села в бессмысленной войне ни я, ни Даниил позволить не можем. - Святослав прикоснулся пальцами к невидимой стене, закрыл глаза и от его ладоней поползли в разные стороны светящиеся нити-капилляры, заставляя пространство изменяться и течь. В смутной дымке было видно, как Айдар, не дожидаясь окончания действа, зло разворачивается и идет к своей машине.
   Спустя несколько секунд все исчезло. Тамара сморгнула и тряхнула волосами, потом снова вгляделась в дорогу. Там, где только что были Айдар, члены совета и эксперты, простиралось бескрайнее подсолнечное поле.
   В наступившей тишине четыре голоса на разные лады, но удивительно единогласно высказали свое отношение к произошедшему. "Виновник торжества" только невинно пожал плечами, шагнул к Ольге и протянул ей руку, помогая встать. Как только их пальцы соприкоснулись, ладонь женщины засветилось - Святослав делился с ней энергией:
   - Спасибо, Оль, - сказал он. - Без тебя бы я такую громадину не построил. - И кивнул на машины: - Поехали скорее.
   Белая Тонь встретила их откровенно покосившейся околицей и совершенно разбитыми дорогами. То тут, то там валялись какие-то доски, тряпки. Стоящий рядом с сельсоветом автобус ужасающе скалился на весь белый свет разбитым стеклом, разъевшей весь кузов ржавчиной и полуспущенными обтрепанными колесами.
   Святослав с Тамарой и Даниилом ехали к дому напрямки - другой дорогой, поэтому заслушать, какими словами описывал увиденное Яков, ему, к счастью, не удалось. Маг отозвал почти всю энергию из своих заклятий, и теперь обнажилась истинная картина - подлатанное энергией по мелочи то тут, то там село без реального финансирования было в серьезном упадке.
   Впрочем, раз за разом выворачивающий руль Даниил, тщетно старающийся выбрать более-менее ровный участок дороги, нахмурившись, думал о том же самом - без его друга, Святослава, Белая Тонь попросту погибнет...
  
  

  
   Глава 25.
  
   Дом Святослава по-прежнему - наверное, единственный в селе - был закрыт контуром. Алтай привычно встретил их компанию прыжками и лаем, кот истерично выл к кладовке. А Мила все также тихо и безмятежно спала - Тамара отчетливо почувствовала, как, буквально влетев в комнату дочери, маг облегченно выдохнул.
   Теперь нужно было решать, что делать с телами оборотней во дворе. Часть образцов для анализа взяли эксперты, но сейчас друзьям нужны были еще одни - свои. Даниил вздохнул, попросил у Святослава наложить на обычный контейнер для еды заклятие заморозки и сбежал с крыльца в сад. Что он там собирался делать, Тамара даже знать не хотела - от одних мыслей об этом ее передергивало.
   Впрочем, сейчас было не до этого - ее первоочередной задачей стояло как можно быстрее собрать свои вещи, а также позаботиться о животных. Магу же выпало собирать Милу (будить девочку решили в последнюю очередь) и себя. А вот Даниилу с вещами повезло меньше всех - на нем по-прежнему красовалась великоватая одежда друга, а из необходимых вещей в бардачке машины лежали только деньги и документы, да и занятие у него сейчас было не из приятных.
   Когда в кухню вошел Святослав, Тамара быстро и хмуро складывала в поставленную на обеденный стол сумку миски, воду и корма для Инея и Алтая. Из своей одежды она, вопреки расхожим историям и анекдотам, взяла только одну смену одежды, ночнушку, да косметичку с документами и предметами гигиены.
   - Я уже все, - сообщил мужчина. - Чем тебе помочь? Нужно, наверное, перекусить чего-нибудь взять, да? Сейчас Данька вернется, я тела до прихода Якова заморожу и прикрою заклятием, а то на такой жаре они тут... - Он повернулся и замер, глянув на расстроенное лицо Тамары. - Ну, ты чего? Все в порядке будет, не переживай.
   Девушка отвела взгляд. Вздохнув, Святослав шагнул к ней и, притянув к себе, обнял:
   - Выкрутимся как-нибудь, - мягко сказал он. - В любом случае это лучше, чем сразу сдаться, согласись.
   Тамара молча прижалась к его груди. Не будет ничего лучше, будет - по-другому. Там, на границе, когда маг выставлял защитный купол - она увидела "своих" людей обычным зрением. Не разрядом, как еще несколько часов назад заставил ее ощутить "принадлежность" напавших на дом чужаков Высший Наставник Алмар, а уже просто - взглядом. Вокруг каждого оборотня, и даже Даниила, вдруг стало заметно свечение, а еще запульсировал красный ореол... А значит - время приближается.
   Да еще и Святослав с этим куполом. А что если закон окажется не на его стороне? Что тогда сделают с ним?..
   Святослав успокаивающе коснулся губами ее макушки. Он иногда так делал - по-дружески обнимал, подбадривал, успокаивал. Поначалу она отстранялась, а потом перестала - вместе смотреть на мир было чуточку теплее. За небольшое время жизни в одном доме они как-то незаметно успели привыкнуть друг к другу - не раздражаясь, не ругаясь, а просто живя на одной территории, иногда чаевничая и болтая по вечерам, сталкиваясь по утрам в ванной, ездя вместе в Чистые Ключи, иногда выгуливая Алтая в лесу.
   Святослав никогда не расспрашивал Тамару о ее прошлом, а Тамара не спрашивала его о настоящем (с прошлым и так все было ясно). Она знала, что, будучи в рейсах, он частенько проводит в городе довольно много времени, наверняка с кем-то встречаясь. Что иногда и Данила присоединяется к этим гулянкам. Знала, что он до дрожи обожает свою дочь и, если она потребует - скрипнув зубами, пойдет на то, чтобы разрушить любые свои отношения. Знала, что, несмотря на все это - в душе он одиночка, и именно из-за этого и распался его брак...
   Поэтому сейчас, когда Святослав немного отстранился для того, чтобы как обычно заглянуть ей в глаза, - и вдруг, поддавшись какому-то порыву, наклонился, целуя в губы, Тамара сначала неосознанно потянулась к нему, а потом ошеломленно отпрянула. Еще раз взглянула на мага, вывернулась из объятий и отступила на несколько шагов назад.
   - Прости, я... - в голосе мужчины явно послышалась растерянность, он был удивлен и кажется, зол на себя. А Тамару трясло, и сердце колотилось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Она потерла лоб, тщетно пытаясь вынырнуть из своего прошлого, взять себя в руки.
   - Не бери в голову, Святослав... - наконец, выдохнула она. Помолчав, попробовала объяснить: - Дело вовсе не в тебе. Просто забудь и все, ладно?
   - Тамара, ты чего так испугалась? - на пороге возник Даниил, держа в руках прозрачный контейнер с чем-то непонятным и отвратительным на вид. Девушка пригляделась и передернулась - кусочки плоти!
   Оборотень обвел присутствующих взглядом, задержался на Тамаре и изогнул левую бровь, а потом деловито поставил контейнер на стол и иронично улыбнулся:
   - Знаете, если нас полиция остановит и увидит в руках это - место жительства нам обеспечат на несколько лет точно, даже квартиру искать не придется! Святослав, дай пакет что ли какой-нибудь, завернуть? Да, кстати, а пожевать у вас чего-нибудь осталось - я вообще-то сейчас растущий организм, мне восстанавливаться надо!..
   Обстановка резко, как натянутая струна, разрядилась. И сборы вышли на последний, ускоренный виток.
  
   ***
   - Дядя Даниил, ну куда мы едем, скажи! - в третий раз завела Мила. Святослав вздохнул - теперь дочь выговаривала слово "дядя" так, словно оно было на мертвом языке, причем относилось к чему-то отвратительному. Но все-таки выговаривала. Прогресс.
   - В город, Мила, - не оборачиваясь, ответил мужчина. Покосился на нее в зеркало и добавил: - Не матери тебя сдавать, успокойся! В другой город.
   - А зачем?
   - По делам, - в третий раз сказал дочери Святослав, вздохнул: - Считай, что твои каникулы продляются на пару дней, в школе я договорился. Цыц! Сидеть тихо! - тут же осадил он дернувшегося под рукой Алтая.
   Пес мученически взглянул на хозяина. Во-первых, он ужасно хотел высунуть голову в окно и лаять, лаять, лаять и еще раз лаять! Во-вторых, он был на территории оборотня, буквально в полуметре от него, но скалиться ему не позволялось, хотя у него от напряжения даже клыки чесались. Один раз Даниил даже обернулся к нему назад и, поймав взгляд, прищурился, заставив безвольно плюхнуться задом на пол - унизительно! А в-третьих, его пушистого друга, редкого для их краев зверя, сейчас посадили в переносную конуру и везли впереди - ни пообщаться, ни пожаловаться! В общем, одно расстройство.
   Тамара, держащая на коленях сумку-переноску с мирно спящим котом, сосредоточенно листала на Данилином смартфоне объявления о сдаче жилплощади. В гостиницу с животными, тем более такими шебутными, соваться было бесполезно, сдавать их во временный приют - тем более.
   Оборотень, в своей привычной манере гнал по трассе с такой скоростью, что хотелось зажмуриться и до бела вцепиться в сидение. Его реакции, конечно, оправдывали такое вождение, но кто бы еще объяснил это водителям других автомобилей. Притормаживал Данила только возле постов полиции, да на особо крутых поворотах, и то, по большей степени, чтобы не влететь в бампер особо осторожничающим попутчикам. В восторге от поездки была только Мила, она же уже успела закатить истерику по поводу того, где ей ехать - спереди или сзади, и жутко обиделась, когда место возле Даниила заняла Тамара.
   Девушка в пятый раз подряд набрала номер телефона, мягко обрисовала очередному хозяину квартиры состав их компании и, не договорив, получила еще один отказ. Мрачно посмотрела в проносящуюся за окном со скоростью ветра кромку кустарника.
   Жаркий день уже почти допил солнце, и с горизонта на мир потихоньку наползали сумерки. Далеко впереди обозначилась серая изломанная полоса - скалящийся прямоугольными каменными истуканами город. Тамара никогда в нем не была, но отчего-то ей казалось, что он мало отличается от всех остальных - к примеру, от ее, находящегося как раз по соседству.
   В такую даль их вела вовсе не прихоть - им нужно было встретиться с одним из Координаторов мира, курирующих непосредственно Белую Тонь и Ключи. С ним уже связались и Яков и Айдар, высказав свои версии произошедшего. Теперь Святославу и Даниилу предстояло приложить все силы, чтобы равновесие было восстановлено без потерь. Но для начала нужно было доехать, что-то поесть и где-то переночевать.
   - Святослав, слушай, а может ты Алтая прикроешь невидимостью? - повернулась к магу Тамара.
   - Ага, и хозяева квартиры решат, что я не своем уме, поскольку дергает меня за собой воздух - с ним ведь еще и гулять надо! Но если совсем ничего не найдем - придется, конечно...
   - Ладно, а нас так с Данилой закрыть сможешь? Все-таки папа с дочкой и псом лучше, чем толпа непонятно кого.
   - А резерв мне ты пополнять будешь? - невесело фыркнул маг. Тамара молча, под обжигающий взгляд Милы, протянула назад левую руку и скривилась - сначала ладонь от души обслюнявил Алтай, а уже после, отпихнув его, Святослав пожал ее пальцы - ничего! Пустота и тишина. Природа мага по-прежнему игнорировала. Зато Данила, наоборот, каким-то волшебным образом восстанавливался возле Тамары в два раза быстрее. Святослав вздохнул:
   - Здесь не Белая Тонь, я сутками энергию копить буду. К тому же по закону в городах я могу использовать ее только в крайних случаях.
   Тамара сочувственно пожала в ответ ему кончики пальцев и убрала руку. Уткнувшись в телефон, набрала еще один номер:
   - Значит, поживем пару дней без удобств - ничего страшного, думаю, не случится.
   До нужного дома они добрались уже в полутьме - здоровенный частный сектор на окраине города в отличие от Белой Тони был замечательно освещен, замусорен донельзя и являл собой дикую смесь - чередующихся коттеджей и дышащих на ладан развалин. Алкашистого вида мужчина болтался в их ожидании возле покосившейся деревянной калитки. При виде дорогой машины хозяин было встрепенулся и попытался вытребовать кроме оговоренной цены еще треть на поправку здоровья, но с оборотнем такие шутки пройти не могли в принципе. Поэтому ровно через две минуты стучащий зубами хозяин тихо-тихо вдоль заборчика испарился с глаз долой, оставив ключ и обещая прийти только послезавтра.
   Дом оказался крошечным, перекошенным, до ужаса напоминающим древнее как мир, логово лешего. Вокруг недоразумения был заросший бурьяном, давно запущенный сад. Впрочем, спущенному с поводка Алтаю хватило и этого.
   Дверь в "землянку" скрипнула так, что пробрало даже Святослава, в силу дара не верящего ни во что, кроме магии и высших сил. Внутри было темно и сыро, в единственной крошечной комнате стояла газовая печь, что-то скреблось и шебуршало. Включенная лампочка, одиноко повесившаяся на куске проволоки посреди грязного потолка, нервно мигала и пощелкивала, добавляя в общую картину уныния и теней.
   - Я здесь не останусь ни за что! Давайте отсюда уедем! - заныла Мила, едва переступив порог.
   - Вот уж нет, - зевнул Данила. - Есть и спать! А завтра - все остальное.
   - Где здесь спать, здесь только одна кровать! - вскинулась девочка. - Я не хочу здесь оставаться! А умываться где? А переодеваться?! Лучше б я сама дом искала!
   - Вот завтра и начнешь, - хмуро бросила ей Тамара. - Кровать - твоя. Мы ляжем на полу.
   - А чего это ты раскомандовалась! - тут же огрызнулась Мила. - Может, я на полу спать хочу!
   - О, замечательно, - Тамара открыла заслонку печи, с сомнением глянула внутрь - стоит протопить дом от сырости или станет слишком жарко? - тогда кровать - моя!
   В целом все оказалось не так страшно. Дом все-таки немного протопили, а пока остывала печка и выветривалась через открытые окна жара - успели еще и поесть жаренного на костре мяса. Ради этого Даниил на пару с прицепившейся как клещ Милой съездил в ближайший супермаркет. Благо город все-таки не деревня и вся инфраструктура находилась в шаговой доступности. Оборотень, кстати параллельно разжился самой простой, но по размеру серой футболкой, перестав, наконец, напоминать оборванца. Святослав с Тамарой за это время успели покормить животных, прибраться в доме, смазать петли у входной двери, поцапаться из-за Инея (оба прозевали, как Алтай забежал в дом и выгнал питомца на улицу), помириться, попить кофе из одной кружки и, под полный ужаса взгляд кота, поймать в грязную трехлитровую банку маленькую серую мышь. Вопрос о произошедшем Белой Тони маг не поднимал, но Тамара все-таки, улучив момент, потерлась щекой о его плечо - и почувствовала как спало нависшее над ними напряжение.
   Естественно постельное белье взять никто не догадался, поэтому спать пришлось в одежде, расстелив на полу широкое хозяйское одеяло и накрывшись пледами, благо у оборотня в багажнике их лежало целых два, а еще одно покрывало, которое утащила себе на кровать Тамара, нашлось в старом, дышащем на ладан шкафу.
   Даниил, Святослав и Мила (маг наотрез запретил укладываться дочери между ними) лежали на полу, Тамара - на узкой низенькой кровати, стоящей поперек как раз над их головами. Большую часть места в изголовье кровати занимал Иней, в маленьком коридорчике у сеней фыркал и возился Алтай.
   Тамара долго не могла уснуть, как только она закрывала глаза - перед ней вставала картина вчерашнего дня - изуродованные оборотни, граница, пожар... Святослав не спал тоже - несмотря на закрытые глаза и внешнюю расслабленность, девушка чувствовала, как крутится, вертится в его сознании беспокойство. Наконец, он поднялся, аккуратно накрыл своей частью пледа Милу, погладил ее по голове и бесшумно вышел в коридор. Тамара промаялась минут десять, вздохнула, осторожно сползла со своей кровати и вышла следом за ним.
   Святослав сидел на самой нижней ступеньке покосившегося крылечка. У его ног преданно притулился Алтай, окутавшую сад тьму прорезали жесткие ломаные тени от горящих за забором фонарей. Кончик зажженной сигареты казался пылающим насекомым, по неосторожности попавшим в огонь и доживающим последние секунды.
   Святослав курил очень редко, только если сильно уставал или был выбит из колеи. Тамара не курила вовсе. Ну, почти - сейчас она тихонечко присела на узкую ступеньку рядом с магом, не спрашивая, взяла у него из руки сигарету, глубоко затянулась и отдала обратно. Тот неодобрительно покосился на нее, но промолчал.
   Они посидели немножко в тишине, разбавляемой только шумным дыханием и недовольным фырканьем от дыма Алтая и шелестом пожухлых, выпитых летом и иссушенных ветром листьев. В старую консервную банку, прикрученную к крыльцу ржавым гвоздем, упал еще один окурок.
   Тамара поежилась - сентябрь как-то незаметно вплел в свои ночи тоску и прохладу. Святослав привычно положил руку ей на плечи, девушка придвинулась ближе, но прижиматься не стала, как и сбрасывать его ладонь.
   - Я тоже думаю про Милу, - вполголоса сказала она. - Что в доме искали именно ее.
   - Вот только меня интересует вопрос зачем? - повернулся к ней Святослав. - Чтобы как-то на меня надавить? Но ведь это глупость... К тому же почему ее искали у меня? Мила же почти все время живет у матери...
   - Ну то, что она к тебе перебралась - не заметить невозможно, - пожала плечами Тамара. - У нее же полсела в друзьях. Один только Артем чего стоит! Да и в школу она в сельскую идет. И я уж молчу про то, что нас постоянно слышат соседи... - протянула девушка, вспомнив вчерашний скандал.
   - Ничего они не слышат, - рассеянно поморщился Святослав. - Я в контур полог тишины теперь встраиваю... - Встрепенулся: - А про какого Артема ты говоришь?
   Тамара фыркнула и ткнулась лбом ему в бок - бедный папаша!
   - Ну, парень такой длинный, задиристый, чуть постарше Милы... - попыталась объяснить она.
   - Что-о? - дернулся мужчина. - Это который племянник Якова?! Так ему ж лет двадцать пять, не меньше! Никак они его в город не сплавят!
   - Ты вообще что ли, Святослав? - тихо рассмеялась Тамара. - Артем - это мальчишка с соседней дороги, худенький такой, рыжий, вертлявый, тоже в школе учится.
   - А-а, - чуть успокоился маг. - Это наверное Алкин двоюродный брат... А ты-то откуда все это знаешь?
   - А вот пока ты в рейсах разъезжаешь, - иронично сказала девушка, - я с подрастающим поколением контакт устанавливаю. - Тамара потерла лоб: - Вернее, не устанавливаю. В прошлый раз они, например, меня сеном вперемешку с крапивой с ног до головы обсыпали, вроде как случайно кидались им возле дороги. И как только у самих руки волдырями не пошли!
   Святослав помрачнел, Тамара отчетливо почувствовала, как он расстроился:
   - Тома, прости. Я с ней поговорю.
   Девушка тоже нахмурилась и посмотрела на него в ответ:
   - Я зря рассказала, Святослав. Не надо с ней насчет этого разговаривать, я сама разберусь. Обещаешь?
   Святослав замолчал и уставился в темноту, Тамара настойчиво дернула его за футболку:
   - Если ты вмешаешься - она тебя не простит. Обещай!
   Маг тяжело вздохнул:
   - Обещаю. Просто не пойму, чего она хочет добиться. Ее в Белую Тонь раньше загнать невозможно было, а теперь сама приехала, и все ей не так! Я, конечно, понимаю, что она ревнует, но так тоже нельзя...
   - Ей просто плохо, Святослав - она ведь маленькая. Уделяй ей больше внимания. Скоро все закончится, я уеду, и ваши отношения наладятся.
   Мужчина вздохнул еще раз и все-таки притянул Тамару к себе сильнее, настроение его окончательно закрасилось черным.
   "Тоже не знает, чего хочет, - подумала Тамара. - А еще дочку ругает..." Но вслух сказала:
   - А насчет тех оборотней... Знаешь, мне кажется, что если бы им была нужна Мила - они бы легко напали на нее в любом другом месте. Это проще, чем лезть в дом. Да и ты прав - это глупо тебя так пугать, только если разозлить.
   - Да нет... - сказал Святослав. - Время правильное выбрали. На Милу столько заклинаний понаверчено - ее трогать себе дороже. Это на тебя я почти ничего повесить не могу - Природа не позволяет. - Тамара приподняла бровь, но промолчала. - А она защищена, и Аська тоже, и Данька... ему только не говори, - покосился он на девушку. - Жизни это не мешает, нос расквасить тоже, а вот если совсем серьезная опасность для жизни будет - умереть не даст, ну насколько меня самого хватит. Так что, подозреваю, что они специально меня выматывали, чтобы я и контур снял и защиту с дочки.
   Тамара легонько боднула его головой в плечо:
   - Ты себя накручиваешь. Даже если все так, как говоришь - теперь мы предупреждены, и смотрим за Милой уже втроем. А ты у нас вообще - управляющий энергией, и всех защитишь!
   - Издеваешься, - констатировал мужчина.
   - Издеваюсь, - улыбнувшись, согласилась Тамара. - Хватит хандрить, пошли спать!
   Едва они вошли в дом, как лоб в лоб столкнулись с заспанным и крайне недовольным оборотнем:
   - Слушайте, полуночники, вы глухие что ли?
   - В смысле? - не понял Святослав.
   - В прямом! Там кто-то вокруг машины топчется, у меня брелок второй раз пикает! Я думал, это вы!
   - Делать нам больше нечего, как вокруг забора скакать! - проворчал Святослав, разворачиваясь на улицу.
   Данила вышел следом, вдохнул было ночной воздух, но тут же поморщился, чихнул и по-кошачьи потер ладонью нос:
   - Фу, Святослав, опять ты куришь! Знаешь же, что нюх отбивает! - Неодобрительно покосился на Тамару, снова потер нос: - И ты туда же!
   Он чихнул еще раз, потом отчаянно зевнул и стал выглядеть еще более встрепанным, брелок в его руке снова едва слышно предупреждающе пикнул.
   Ну все, - мрачно сказал он. - Мало сейчас никому не будет!
   Ровно через полминуты округа взорвалась лаем, воплями, сдавленной руганью и возмущенными комментариями соседей. Звук у сигнализации Даниил не включал принципиально, ему вполне хватало и отклика на брелке, к тому же в Чистых Ключах никому бы и в голову не пришло вскрывать его автомобиль - себе дороже! Зато здесь хозяин дома, приятно затуманивший разум алкоголем, логично рассудил, что раз машина дорогая, то и содержимое в ней - тоже, и пока арендаторы спят, а джип стоит на обочине дороги, даже не у калитки - не грех и вовнутрь заглянуть. А сбежать куда, если засекут или сигнализация сработает, можно запросто - он с дружками этот район как пять пальцев знает, каждый лаз и подворотню. Правда то, что бежать им придется от оборотня, взломщики явно не учли.
   Сигнализация на машине не сработала ни в первый раз, ни во второй, ни в третий - джип стоял, как мертвый, не мигнув даже фарами. Осмелев, мужики взяли кирпич, примерились к боковому стеклу и краем глаза заметили сбоку какое-то неуловимо-быстрое, смазанное движение. В запястье главного вандала с нечеловеческой силой впились стальным хватом чьи-то пальцы и дернули. Кисть вмиг ослабела, кирпич выпал, рука повисла плетью, а ее хозяин заорал на все округу. Двое других получили оплеухи такой силы, что с размаху налетели друг на друга, ударившись лбами и потеряв равновесие. Мимо лиц мелькнуло что-то ужасное - чьи-то зубы, когти. Откуда-то сбоку подскочил огромный пес и, оскалившись, начал лаять и кидаться в их сторону. Мужики попробовали вскочить, но их короткими точными ударами вновь разложило по земле - теперь каждый из них имел травму колена или лодыжки и выл, лежа на земле, а прямо над ухом звенел собачий лай.
   Они не видели, но слышали, как одергивает их обидчика еще один мужчина, шипя что-то про "полицию и всю округу". Наконец, нападавший зло шикнул на пса, заставив заткнуться, второй мужчина сцапал его за ошейник и оттащил в сторону, а первый присел на корточки перед ошеломленными горе-грабителями. И хозяин дома, мигом протрезвев, с ужасом узнал в нем вчерашнего арендатора.
   - Я, похоже, вечером плохо объяснил, - холодно и спокойно сказал оборотень, глядя, как противники возятся на земле, тщетно пытаясь собрать в кучу конечности. - Рискну еще раз. Если вы снова попробуете что-то взять без спроса, украсть или позаимствовать - пеняйте на себя. Если до послезавтра я кого-то еще увижу возле дома - одной сломанной рукой не отделаетесь, если заикнетесь об этом, я напишу заявление о попытке взлома в полицию. Если ты, - он вперился взглядом в арендодателя, - явишься за ключом пьяным - я тебе еще и ноги переломаю. Ясно?
   Мужики молчали и хлопали глазами, и только хозяин дома тихо кивал. Оборотень, посчитав беседу продуктивной, встал, за шкирку поднял зачинщика и толкнул его в сторону дороги, остальные потянулись следом.
   Данила широко зевнул, мрачно попытался собрать в хвост растрепавшиеся волосы, заглянул в машину, стащил с заднего сидения еще одно покрывало и направился к калитке.
   - Дядя Даниил, я так за тебя испуга... - начала было проснувшаяся от шума и тоже выскочившая на улицу Мила.
   - На! - оборотень сунул ей в руки покрывало, развернул и впихнул во двор, следом вошел Святослав и упирающийся Алтай. - Накройся и перестань с нас пледы стаскивать. И еще раз закинешь ногу мне на живот, грудь, шею, голову или придумай дальше сама - я тебя и в самом деле покусаю! Это ты каталась, а я, между прочим, весь день за рулем был и хочу спать!
   Девочка обиженно засопела и пулей метнулась в дом. Тамара, ждущая возле крыльца, фыркнула:
   - Дань, ты как старый сварливый оборотень.
   Тот исподлобья глянул на нее, потом хмыкнул:
   - А я и есть старый и сварливый оборотень. Мне сколько лет-то, помнишь? - он устало потер лоб и пожаловался: - Ну, правда спать ужасно хочу, я же восстанавливаюсь.
  
   ***
   Спустя три часа Святослава разбудила Мила, попросив проводить ее на улицу - до "удобств" нужно было пройти через весь сад по тропинке, что, несмотря на забрезживший рассвет, смелости не добавляло. Пока тот вставал, девочка глянула куда-то ему за спину и, куснув губу, обиженно отвернулась.
   Мужчина удивленно проследил за ее взглядом и вздохнул. Тамара спала на животе, близко-близко к краю кровати, свесив вниз левую руку, ладонь которой крепко сжимал спящий внизу оборотень. Обоим было явно неудобно, но разжимать пальцы они не собирались.
  
  

   Глава 26
   Ранним утром свежей и прекрасной выглядела в ореоле своей нежной юности только Мила. У Тамары, непонятно почему жутко затекло левое плечо, хотя проснулась она на спине, да еще и в обнимку не только с Инеем, но и с Алтаем, невесть как незаметно вспрыгнувшим на кровать. Святослав, традиционно ненавидевший утро, был крайне мрачен и посекундно зевал. Даниил трижды отказывался будиться, мотивируя это тем, что оборотни - ночные хищники, но когда Тамара мягко намекнула ему про старческий сон плавно переходящий в маразм, заворчал, завозился и все-таки восстал.
   "Радости" добавляло еще и то, что на девять часов была запланирована встреча с Координатором Мира. Святослава, возможно, ждало магическое расследование, Даниила и Тамару - просто допрос. Хотя еще неизвестно, что лучше.
   Пока Мила резала бутерброды, Тамара убирала импровизированные постели, Святослав ходил за водой - водопровода в доме тоже не было, Даниил покрутил в руке хозяйскую чугунную сковородку, скептически принюхался, обжег ее с двух сторон на огне и на скорую руку сварганил что-то маловразумительное из остатков вчерашнего шашлыка, яиц и хлеба. Вполне кстати вкусно. Еще бы кофе вареный, а не из пакетиков...
   В машину снова загрузились все вместе - включая и кота, которого Тамара отказалась оставлять в незнакомом доме наотрез. Ехать было недалеко, с час - в пригородную деревеньку под названием Заваленки.
   Иронию Тамара оценила уже на подъездах к поселению, когда попеременно размытая и залатанная городская дорога внезапно влилась в идеально ровное широкое стекло асфальта, уходящее через поля куда-то вперед, к высокому кирпичному, окаймленному электрической проволокой забору. Охранники у ворот устроили гостям поселка подробный допрос о цели и характере визита, позвонили хозяину дома, в который они направлялись, перетряхнули и переписали данные их паспортов, попереговаривались между собой, скептически глядя на животных в машине и, наконец, когда Даниил со Святославом не сговариваясь дошли до верхней точки кипения, все-таки разрешили им проехать.
   Заваленки был небольшим частным поселком, состоящим из высоких, вычурных, но всех как один - глухих, каменных заборов и высящихся за ними замков. Было ощущение, что народ здесь соревнуется - причем не только в размерах домов, но и в стилях, убранстве, дороговизне.
   Нужный им адрес находился в самой середине единственной широченной как проспект улицы, под названием Узкоколейная, причем ехать до него пришлось чуть ли не столько же, сколько от города до самих Заваленок.
   Территория у дома была огромной, замок стоящий на макушке пригорка длинными тонкими шпилями протыкал затянутое дымкой небо, вокруг изумрудным ковром, расписанным исключительно симметричными акварельными цветочными узорами, расстилался газон. К самому замку от кованых ворот вела широкая, окаймленная плиткой с хитрым, переплетенным узором, парковочная дорога.
   Их уже ждали - автоматические ворота, повинуясь охраннику, распахнулись, как двери зала, впуская гостей внутрь. Безукоризненно вежливый служащий коротко поприветствовал их и взмахом указал путь на парковку. Тамара отчетливо почувствовала себя ободранной крысой посреди бальной залы.
   - Почему вы не сказали, куда мы едем? - обиженно выдала Мила. - Мы же как оборванцы, а здесь наверняка высший свет! Я в таком виде из машины не выйду! Мне стыдно!
   - А тебя, собственно, никто пока и не приглашает, - пожал плечами Святослав, а Тамара вдруг обеспокоено обернулась и посмотрела на девочку. - Посидишь пока с Алтаем и Инеем здесь.
   - Вот уж нет! - взвилась Мила, теперь обернулся Даниил, непонимающе нахмурился и вновь уставился на дорогу. - Я одна не останусь! Вдруг здесь бандиты живут, смотри какой замок!
   Даниил и Тамара синхронно посмотрели друг другу в глаза, оборотень едва заметно покачал головой и девушка, нервно куснув губу, отвернулась к окошку. Святослав, от которого не укрылся этот безмолвный диалог, помрачнел и еще раз проверил дочкины защитные заклинания.
   - Ты уж определись - бандиты здесь или высший свет, - усмехнулся Даниил, аккуратно выруливая на идеально-ровную парковку. - Хотя ты ни разу не угадала. И вообще, какой смысл обращать внимание на деньги и титулы. Я бы здесь, например, и пару дней не выдержал - эдакая идеальная тюрьма! - оборотень щелкнул ключами зажигания, и в машине повисла тишина.
   По вымощенной серой плиткой боковой дорожке к ним уже спешил пожилой, безукоризненно одетый мужчина.
   - В окружении идеальных кукол... - глядя на него, вздохнул Святослав, покрепче затягивая намордник на Алтае.
   Подошедший мужчина вежливо склонил голову в знак приветствия и заученной фразой радушно пригласил гостей в дом. Вместе с питомцами, о коих тоном не терпящим возражений обещали позаботиться. Ну правильно, кому нужна воющая на всю округу, запертая в машине псина?
   Красиво сойти с высокой неудобной ступеньки внедорожника, даже еще и держа при этом тяжелую сумку-переноску было выше Тамариных сил, к тому же джинсы и кроссовки к таким вывертам все равно не располагали. Поэтому, она попросту спрыгнула на дорожку, едва коснувшись пальцами предложенной руки в белой перчатке. Алтай, тот и вовсе не просто выволок Святослава наружу, а еще и попытался дернуть того на лужайку. Друзья вздохнули, дружно закрыли глаза на то, что о них подумают хозяева замка и служба их безопасности (девушка невооруженным взглядом уже заметила две смотрящие на них камеры), и встрепанной, разношерстной компанией зашагали вслед за швейцаром.
   Пока шли - Тамара с Даниилом незаметно поравнялись с Милой, и, пройдя вместе буквально несколько шагов, снова переглянулись и приотстали - оборотень только покачал головой: ничего не изменилось. Святослав нахмурился и дернул друга за рукав. Данила покосился на него, раздумывая, потом все-таки беззвучно (благо маг умел читать по губам) произнес:
   - Мы перестали ее чувствовать, буквально полчаса назад. Только ее, ты - как на ладони... Ты пока не волнуйся, может это какой-то сбой.
   Теперь уже с лица спал Святослав.
  
   ***
   - Так, а вот и Белая Тонь явилась. О, и даже Чистые Ключи. Замечательно, - заинтересованный взгляд зеленых глаз скользил по лицам гостей, словно заглядывая сквозь них. - Поздновато, конечно. Поздновато. На Алмар предупреждал.
   Тамара ошеломленно уставилась на молодого, худощавого, лет двадцати трех, парня в спортивных штанах и футболке (брендовых, правда, но все равно мало сочетающихся с убранством дома). Они разместились за длинным столом в переговорном зале. Алтая и Инея пришлось оставить в фойе - под присмотр слуг. Парень поймал ее взгляд и небрежно повел плечами:
   - Ага, такая работа. - Покосился на пафосную обстановку комнаты: - Не обращайте внимания, похоже, я отрабатываю превосходство и тщеславие. Уже зубами скрежетать хочется - ни шагу без охраны, ни единых отношений без корысти. Я вам, если честно, завидую - вы хотя бы свободны.
   Мила удивленно хлопнула ресницами - видимо такой взгляд на роскошь ей в голову не приходил. Тамара фыркнула. Свобода - понятие относительное, и вовсе не земное.
   - Это точно, - кивнул ей парень, по всей видимости, он был еще и телепатом. Хлопнул по столу ладонями: - Так, к делу. Я - Ивар, Координатор Мира, все вопросы касательно равновесия силы ко мне. Координатор Перехода подойдет чуть позже, она пока спит. С ней все вопросы перестройки. На возраст и внешность не смотрите, все проблемы все равно решаются на высших уровнях.
   Ивар склонил голову и посмотрел на Данилу, потом на Тамару, потом снова на оборотня:
   - С вами потом будет отдельный разговор, особенно с тобой, - он кивнул девушке. Потом взгляд его скользнул по Святославу и Миле.
   - Девочка пока вне игры, зачем ее привели? - он щелкнул пальцами, и взгляд Милы застыл, а потом рассеялся, словно та была не в себе. Девочка отчаянно зевнула:
   - Пап, я так устала... Можно я где-нибудь посплю?
   Святослав сжал кулаки - Ивар единым жестом сломил ее волю, при этом не потревожив ни одного заклинания защиты. И что значит "пока". Это как-то связано с тем, что ее перестали чувствовать эмпаты?
   - Связано, - кивнул его мыслям Ивар. - "Пока", значит "пока", Координатор Перехода все скажет. - Кивнул на короткую кожаную тахту у входа: - Пусть там поспит. И тебе спокойно и нам не помешает.
   Святослав нахмурился и недовольно кивнул. Ивар сделал неопределенный жест, и девочка послушно вылезла из-за стола, доплелась до тахты, свернулась на ней калачиком и мгновенно уснула.
   - Та-ак, - склонив голову, посмотрел на оставшуюся троицу парень. - Значит Хранитель равновесия, Источник и правая рука Предводителя Клана оборотней. Святослав, Тамара и Даниил, верно? Ситуацию в целом я знаю - звонил и Айдар, и Яков. Вашу позицию понимаю - война сейчас никому не нужна. То, что вы, - он кивнул на мага и оборотня, - друзья - и хорошо, и плохо. То, что ты, - он посмотрел на Тамару, - болтаешься посередине - хуже некуда. Для тебя. В общем, делаем так: - он побарабанил по столу в такт каким-то своим мыслям: - Святослав, тебя, к сожалению, ждет расследование - не больно, но неприятно. Придется перетряхнуть все твои действия с Энергией в течение двух месяцев, хотя... даже трех, с момента появления Тамары. Даниил... нужно доказать кровное родство. У вас есть образцы или что-то в этом роде?.. Ага, есть, мне же говорили... - не дожидаясь ответа, продолжил он. - Значит, берешь образцы, идешь в лабораторию. Ты там, понятное дело, нужен тоже. Ты, - зеленые глаза остановились на Тамаре, - остаешься со мной. Твой наставник буквально жаждет с тобой поговорить. - Девушку передернуло, а Ивар сложил кончики больших и безымянных пальцев, нахмурился: - Сейчас не пугайтесь, сам терпеть все это не могу, но время - через полчаса встреча по работе, нужно успеть.
   Он закрыл глаза, и контуры его тела потекли, растворяясь, размываясь и потихоньку разделяясь надвое. Святослав покачал головой - такая магия была для него запредельной. Через десять секунд перед друзьями сидело сразу два Ивара - абсолютно, словно две капли воды, одинаковых. Один из них встал:
   - Святослав, Даниил пойдемте.
   Другой дождался пока они выйдут, и подмигнул Тамаре:
   - Поговорим?
   - Знаешь, как-то мне не по себе, - призналась девушка, покосилась на спящую Милу.
   - А мне-то как не по себе, - усмехнулся Ивар. - Представь, я тут у родителей единственный сынок. Папа бизнесом поделиться обещал, машины, девчонки, деньги, тусовки и все такое. И тут, бац, пять лет назад по башке озарение - предназначение, энергия, миры, переход и прочая фигня. Вот скажи - оно мне надо? А отказаться - никак. Я ведь тоже не семи пядей во лбу - часть из того, что творю, вообще понять не могу, словно чужими руками! Я вроде бы здесь живу, а вроде и нет. И я - уже не я. Как в страшном сне. А в последний год вообще передышки нет! Ты думаешь, я первый конфликт так растаскиваю? Да меня эти магиеоборотнические войны заколебали уже! - Он тряхнул короткой челкой: - Ну да ладно. В общем, сейчас делаем так - я временно устраняюсь, а с тобой через меня поговорит твой наставник. Потом расскажешь мне, что там у вас в Белой Тони творится. Хочу услышать еще и твое мнение.
   Не успел он договорить, как черты его лица поползли, подстраиваясь под чужую мимику, плечи выпрямились, взгляд заледенел. Поймав его, Тамара сама ощутила, как течет и изменяется ее собственная личность, обнажая что-то глубинное, истинное, и свое и чужое одновременно.
   - Тамара, - наконец, произнес Ивар совсем другим, более спокойным и вдумчивым голосом. - Я за тобой уже три месяца наблюдаю и никак не могу понять - чего ты добиваешься? Зачем ты закручиваешь взаимодействие с оборотнями? Зачем ты усложняешь себе миссию? Тебе не нужны контакты, у тебя иная задача.
   - У меня есть право выбора, Алмар, - ответила девушка. - Я хочу обойтись меньшими потерями.
   - Из-за твоих желаний развернулся конфликт, - жестко сказал Алмар. - Ключевые позиции уже расставлены, цели определены, ты просто зря тратишь время и силы. Любая жизнь на планете - скоротечна, это просто опыт - осознай это, и перестань мучаться дурью! Мы перестраиваем систему, а не занимаемся спасением шестеренок!
   - Алмар, я иду по твоим маячкам. Пока я еще не сбилась ни разу! Какие ко мне претензии?
   - Понижение уровня, - ответил Наставник. - Ты действуешь непродуктивно. Допрыгаешься, если уже не допрыгалась, и тебе ужесточат задание, ты сама к этому ведешь. Кстати, все твое нытье я впишу в твое следующее воплощение.
   - Если таковое случится, хочу видеть твое воплощение тоже!
   - Случится. Рано или поздно. А насчет меня и не мечтай! Я свои долги давно закрыл. И имей в виду, даже если ты сейчас откажешься действовать, я просто перехвачу контроль и выведу через тебя энергию, в каком бы состоянии ты не находилась. Поэтому перестань сама себе мешать, и сбивать окружающих. Да, и, собственно, получение опыта в этом воплощении никто не отменял. Так что не ной, а учись!
   В голове у девушки словно что-то затуманилось, потом наваждение спало и Тамара осознала, что сидит за столом, с нажимом массируя виски. Напротив, в той же позе сидел Ивар:
   - Кошмар какой-то, - пробормотал он, тряхнув головой. - Надеюсь такая радость мне не на всю жизнь! - Он сморгнул и глянул на девушку: - Оклемалась более-менее? Ну и отлично. Давай теперь про ваш конфликт рассказывай, мне надо объективное мнение сложить.
   Спустя пятнадцать минут все допросы были окончены, результаты из лаборатории получены, Святослав, Даниил и Тамара снова вместе сидели за столом в переговорной, а воссоединившийся сам с собой Ивар - напротив них. Выглядели они со Святославом примерно одинаково - оба бледные и измотанные.
   Официальный вердикт ничем не отличался от версии Святослава. Разве что был подкреплен официальной бумагой, оспорить содержание которой не имел права ни один землянин. Святослав - к искажению заклятия границ не имеет никакого отношения, пришлые оборотни наоборот - имеют прямое отношение к Клану Даниила, являясь кровниками. Тамара вообще здесь не при чем - согласно официальным данным она только Источник, без возможности волевого влияния на потоки энергии.
   - В целом и без протокола я считаю, что воду у вас мутит кто-то из верхушки Клана, и это точно не Айдар - он как раз встревожен не меньше, иначе бы так просто вас не отпустил. - сказал Ивар. - Но кто это, узнать не в моей власти, так что сами...
   В дверь тихонечко поскреблись, потом в приоткрывшуюся щелку просунулась медовая макушка:
   - Папа, я уже проснулась. Можно?
   - Нужно, - улыбнулся Ивар, встал, подошел к двери и поднял на руки маленькую, лет пяти, девочку в длинной спальной рубашке. Малышка была босиком, с растрепанными волосами и заспанными васильковыми глазами. Тамара удивленно изогнула бровь: как-то Ивар вовсе не был похож на отца. Ошибка молодости?
   - Папа меня забрал, когда мне было два годика, - серьезно посмотрела на нее девчушка и потерла ладошкой мокрый носик-кнопочку. - Я жила на вокзале, меня там оставили совсем одну, а он меня нашел.
   Девушка сморгнула, еще один телепат. Но кто ж разрешил молодому неженатому парню удочерить девочку?
   - Деньги, - пожал плечами Ивар. - Очень удобные бумажки. - Он усадил малышку прямо на стол. - Знакомьтесь, Иришка - ваш Координатор Перехода. Да-да, я сам никак не привыкну. Ну, вы тут пока поговорите, а я пойду этой пигалице молока с медом попрошу приготовить.
   - Не на-адо с медом! - хныкнула девочка. - С сахаром!
   - Ага, а у кого вчера температура была? - нахмурился Ивар. - С медом!
   - Ты меня не любишь! - надулась Иришка. - Пап?
   Почти дошедший до дверей Ивар обернулся и вопросительно посмотрел на дочь. Та взглядом указала на по-прежнему спящую на диванчике Милу, прищурилась. Ивар кивнул в ответ, щелкнул пальцами и вышел. Мила тут же открыла глаза, рывком села на тахте и ошеломленно заозирась.
   - Пойдем к нам, садись за стол, - сказала Иришка и тряхнула длинными спутанными волосами. Мила, на удивление, мгновенно подчинилась.
   Девочка обвела присутствующих взглядом, потерла красную щеку, почесала мокрый нос и вдруг неуловимо посерьезнела:
   - Я Координатор Перехода. Не смотрите, что я такая - общайтесь на равных, все равно это ненадолго. Я сейчас быстро все скажу, а то меня через пять минут в постель уложат - у меня температура высокая, папа просто пока еще не знает.- Она склонила голову, и взгляд ее рассеялся, охватывая всю четверку. А дальше в голове Тамары зазвучал ее звонкий голос:
   - Каждому говорю свое, так что не удивляйся. Тамара... Так получилось, что твоя роль скорректирована. Мне так жалко... Ты хорошая. За тебя Алмар так просил... Но мы ничего не можем сделать - у тебя самая приближенная к исходной энергетика. Было еще два варианта, но ты сама пошла по этой дороге, сблизилась с оборотнями, поменяла свою "тональность"... Мне жаль, но помимо Источника тебе придется стать Стрелой. - Голос на секунду умолк, пережидая панику, окутавшую девушку, потом продолжил: - У тебя относительно маленькая территория, поэтому свобода выбора остается. Пробуй! Только не напортачьте, пожалуйста. Если что-то пойдет не так - придется действовать массово. Только на территории России уже одиннадцать таких прецедентов. - Она помолчала, раздумывая, потом сказала: - Мила - Точка Построения, она все время должна присутствовать в Белой Тони. На нее будет настроена энергия Переходов. Поэтому вы сначала будете чувствовать ее урывками, а после перестанете вовсе. Святослав и Даниил не имеют к переходу прямого отношения, но... - голос вздохнул: - Ты просто всегда помни, что на этой жизни свет клином не сходится, даже если кажется наоборот. - Девочка вздохнула еще раз и в ее голос вплелись грустные нотки: - Знаешь, вот у меня температура... не просто так. Хотя вчера я и вправду вечером перебегала на улице и теперь у меня насморк. Но скоро у меня будет часто болеть спина, а потом я не смогу даже вставать и держать ложку, а потом... Я знаю это, потому что у меня такая задача - стать Координатором, а после уйти. Мне на Земле больше делать нечего. Но сейчас я маленькая и мне так страшно... И даже некому это рассказать, все вокруг совсем ничего не помнят и не знают... А Ивар... ты же поняла, что он не сам и не просто так меня на вокзале подобрал. Какие ему были тогда дочки! Но он привязался, и я привязалась тоже. Он такой хороший папа, такой молодой и добрый! Нам обоим будет очень-очень больно. Но так надо. И это правильно, и для него это важно... И еще, Тамара, прости меня... Чтобы разобрать ваш конфликт в короткий срок нам пришлось временно скрыть тебя ото всех, и за это время произошло что-то неприятное. Но ты все равно не могла ничего изменить, и еще успеешь попрощаться. Прости...
   Хлопнула входная дверь, в залу стремительно вошел Ивар. Он уже успел переодеться - в строгом делом костюме и белоснежной рубашке парень казался на несколько лет старше. Малышка тут же тряхнула волосами, сбрасывая контроль, и сознание Тамары, с ужасом перебирающее полученную информацию, накрыла пелена, пряча этот разговор. Остальные тоже ошеломленно потерли виски.
   - Так, Координатор ты Перехода, принцесса или бродяжка - ты пока просто маленькая девочка и моя дочь! - строго сказал он, ставя перед Иришкой высокий матовый стакан с длинной толстой соломинкой. - И обманывать няню, пряча градусник под подушку и прикрываться тем, что срочно позвал папа - некрасиво! Иришка, у тебя температура 39! Пей молоко, договаривай, и я отнесу тебя в кровать!
   - С медом? - сморщив носик, уточнила девочка. Ивар кивнул. Девочка скривилась, взяла в рот соломинку, сделала глоток и вдруг взвизгнула:
   - Ух ты, с малиной! И с сахаром! - она вскочила на ноги и чмокнула отца в щеку, потом плюхнулась обратно, схватила стакан обеими руками, и взглянула на Ивара чистыми васильковыми глазами: - А я знаю, что у Тамары есть кот. Можно я его поглажу?
   Ивар потрогал лоб малышки и нахмурился, потом вопросительно посмотрел на Тамару:
   - Да пожалуйста! - развела она руками. - Он домашний и совсем не кусается.
   - Пей молоко, - сказал Ивар. - Я сейчас принесу. Только быстро - у меня сейчас встреча!
   - Тамара, а можно я у тебя на ручках посижу? - тут же попросилась Иришка. Обернулась и посмотрела на Даниила: - Везет вам, у вас еще один такой большой кот есть, и даже гладить его можно!
   Святослав фыркнул и рассмеялся, а Тамара грустно и встревожено погладила ладонью пушистую медовую макушку.
  

   Глава 27
   Обратная дорога показалась Тамаре бесконечной и тоскливой. Мысли ее все время возвращались к разговору с Иваром и его дочкой. Было так жалко этого маленького пушистого котенка - Иришку, жалко и непонятно. Тамара находилась не на том уровне, чтобы посмотреть на ситуацию сверху, да и не хотелось. Дети должны быть счастливыми, даже несмотря на предназначение.
   А еще никак не укладывалось в голове, что на нее возложена новая роль - роль с которой она не хочет и не может справиться, роль, которую невозможно изменить или подстроить под себя, настолько она страшная и непоправимая. И то, что сказала Иришка в самом конце... про что-то неприятное, что произошло за эти дни... Но все ведь вроде бы было в порядке. Люди, за которых она волновалась больше всего, ехали сейчас с ней в одной машине, и с ними все было хорошо. И даже кот, оживившийся в замке и наотрез отказавшийся лезть обратно в переноску - выглядел вполне себе счастливым.
   Телефонный звонок, внезапно раздавшийся из небольшого рюкзака, заставил девушку подпрыгнуть и побледнеть. На сотовый ей звонили крайне редко, да и то в основном Святослав, Яков и Даниил. Всем остальным после отъезда из города Тамара оказалась как-то не нужна, и звонила она в основном сама - паре подруг, да бывшей свекрови.
   - Все в порядке? - Данила покосился на девушку, трясущимися руками пытающуюся растянуть шнуровку на рюкзаке.
   - Не знаю, - честно ответила он, достала, наконец, телефон и, увидев имя Ваня на экране, удивленно нахмурилась, потом поморщилась и выключила звук. Следом пришел еще один звонок, и еще один. А потом на телефоне высветилось имя Юлии Сергеевны.
   Тамара замерла, глядя на беззвучно расходящиеся круги анимации на дисплее, потом нажала на прием:
   - Тамара, это ты? Куда ты пропала, я тебе два дня звоню, дозвониться не могу... - послышался на том конце тихий, какой-то надтреснувший мужской голос. - И дома тебя нет...
   - Я... уехала из города, - помедлив, ответила девушка. В душу неумолимо вползала тревога, заставляя ее голос подрагивать. - А почему ты мне звонишь с этого номера?
   - Потому что на мои звонки ты не отвечаешь, - безжизненно ответил мужчина. - А маме телефон больше не понадобится, она умерла позавчера... - он тихо всхлипнул. - Сегодня похороны и поминки.
   Тамара судорожно вдохнула и до белых костяшек сжала кулак, отчаянно впиваясь ногтями в ладонь. Данила встревожено повернулся к ней.
   - Тома, приезжай, пожалуйста, мне так плохо, я не могу... - голос в трубке пропитался отчаянной мольбой. - Я совсем один остался... Я такой дурак, жизни вам обеим сломал...
   Тамара все-таки всхлипнула, до боли прикусила губу, переждала приступ и выдохнула:
   - Вань, я постараюсь... Я приеду.
   Она сбросила звонок и спрятала лицо в ладонях.
   - Данила, останови, пожалуйста, - попросила она.
   Оборотень доехал до ближайшей парковки - они уже были в черте города - и притормозил. Девушка, не разбирая, сунула кота ему в руки и выпрыгнула из машины. Отошла на несколько метров, присела на кованую ограду возле полисадника и обхватила себя за плечи руками. Очень хотелось убежать - куда-нибудь далеко, бежать не останавливаясь, пока не выветрится из головы этот туман и ужас. Она опять окунулась в прошлое, оно настигло ее и ударило по больному, неожиданно и безжалостно. И Ванин голос резанул больнее ножа. Такой ненавистный и такой родной. Словно и не было ничего, словно все это не с ней.
   Хлопнула дверь, и к ней тихо подошел Святослав, сел рядом и осторожно обнял за плечи. Тамара сжалась, больше всего на свете желая исчезнуть, чтобы никто не видел того, что с ней твориться. Мужчина настойчиво потянул ее к себе, заставляя чуть расслабиться и судорожно прижаться к его боку. Как девушка и боялась, едва ослабился контроль - как ее затрясло.
   - Что у тебя случилось? - спросил он.
   - Свекровь умерла... - всхлипнула Тамара. - Бывшая... Я с ней как с родной общалась, помогала ей все время... Она такая одинокая... И я совсем одна. А Ваня, он... он только все рушил, - по щекам девушки предательски побежали слезы. - Я с ней неделю назад разговаривала, все было хорошо. А теперь даже на похороны не успела... Потому что нужно было сюда ехать! Иришка сказала, что мне специально информацию закрыли, потому что Белая Тонь важнее... - она уткнулась в его футболку и закрыла лицо руками. Маг легонько прикоснулся губами к ее макушке. Говорить что-либо было бессмысленно.
   - Святослав, мне нужно домой, хотя бы на один день. Пожалуйста, помоги уговорить Якова... - прошептала она. - Мы же в соседнем городе. Я опоздаю в Белую Тонь только на сутки. У вас все документы на руках, от меня все равно ничего не зависит. Общий Совет может состояться и без меня. Давай я тебе поручительство дам...
   - Тихо-тихо, подожди, - сказал Святослав. - Давай сначала с Яковом свяжемся. Мы из Белой Тони только вчера выехали. У нас есть один лишний день.
   Дверь хлопнула еще раз, и к ним подошел Данила.
   - Идея дурацкая, - вздохнул он через пару минут, выслушав просьбу. - Ты только душу себе вытреплешь. Но если уж решили, то поехали. Заодно глянем, как ты там живешь в своем городе, и обязательно сведешь нас с Марийкой. Сто лет уже не виделись, вопросов к ней куча.
   Спокойный, деловой тон Даниила как-то отрезвил Тамару, заставил вынырнуть из отчаянья и взять себя в руки. Ровно час назад она совершенно спокойно общалась с внеземным наставником и это ее не удивляло, а теперь расклеилась из-за того, что закончилось чье-то очередное воплощение... Это несерьезно! Но все равно - так больно...
   - Па-ап! - послышалось из машины, заставив Святослава дернуться. Потом последовал отчаянный визг. - Пап, забери его! Дядя Даниил! Тама-ара!!!
   Все трое рванули к ходящему ходуном джипу, внутри которого бесновался лохматый вихрь, сопровождаемый сдавленным рычанием, мяуканьем и девичьей руганью. Выходя из машины, Святослав отдал Алтая на поруки дочери, Данила же сгрузил Инея ей на колени, попросив присмотреть. В итоге, затянутый в намордник Алтай, перепугал кота до визга и пушистых шариков и от души получил когтистой лапой по нежным ушам. Дальнейшее описанию не поддавалось, кроме того, что действо закручивалось вокруг несчастной девочки, которой усмирить этот ураган было просто не под силу.
   Через пять минут бунт был подавлен, животные распределены по хозяевам, оцарапанной Миле в качестве моральной компенсации куплено мороженое (между прочим, самим Даниилом), Яков оповещен о результатах переговоров и о вынужденной задержке. Тот был крайне недоволен, но препятствовать не стал - Святослав, когда хотел, умел разговаривать тоном, не терпящим не только возражений, но и просто ответов. Осталось только отдать ключ от их временного приюта хозяину дома и трогаться в путь.
  
   ***
   Родной город показался Тамаре чужим. За несколько месяцев с него слетела вся привычная шелуха, обнажая серое пыльное нутро. Безжизненное и отталкивающее.
   Дороги, магазины, улицы - Тамара словно была здесь впервые, но в тоже время на сознание неотвратимо наползало противное чувство узнавания - будто она никуда и не уезжала, а яркая, хоть и жестокая поездка в Белую Тонь была только сном.
   Двор все также встретил ее покосившимися коваными оградками вокруг полисадников, осколками бутылок под ногами и пылью. Сидящие на лавочке у детской площадки бабки возмущенно проводили въехавшую на их территорию незнакомую машину, мигом перегородившую собой ровно половину дорожки у подъезда. Когда из нее вышло четыре человека и здоровенная псина, шепот усилился, а после того как Тамара была узнана - превратился в ультразвук, от которого неприятно чесалось между лопатками.
   - А ведь мы пока ничего еще не сделали, - фыркнул Даниил, в силу оборотничества слышавший каждое их слово.
   - Ключевое слово "пока", - пробормотала Тамара. - Главное, чтоб Марьяна дома была.
   Но Марьяны дома не было. И, как установил оборотень по остаточным следам - со вчерашнего дня. Телефон ожидаемо не отвечал, на поверку оказавшись городским и радостно трезвонившим в квартире. Прождав полчаса под дверью (за которые Святослав с Милой успели уйти в ближайший магазин за едой, Алтай испрыгал все лестничную клетку, а Иней начал тихо подвывать в своей сумке-переноске), Даниил поднялся и, пройдя несколько ступеней вверх, легонько подергал заваренную чердачную решетку:
   - Тамара, а кроме как у Марьяны или в Белой Тони, у тебя еще ключи есть? Или дверь изнутри можно без них открыть?
   Тамара побледнела, поняв куда он клонит:
   - Даже не думай! Там крыша покатая!
   - Ты не ответила, - склонил голову оборотень.
   - Даня!
   - Значит, можно и так, - кивнул он. Прищурился на соседскую дверь, глазком выходящую прямо на него, прислушался и, пожав плечами, осторожно отжал длинные прутья в стороны. Не сильно, но худощавому, способному к трансформации оборотню хватило и этого. Протиснувшись, он вернул решетку в прежнее состояние и неодобрительно взглянул на вскочившую вслед за ним Тамару.
   - Дань! Ты серьезно что ли? - испуганно спросила девушка. - Там крыша скользкая! Оттуда уже мальчик сорвался! - она побледнела еще сильнее, вспоминая при каких обстоятельствах об этом узнала.
   - Но я не мальчик, и даже не человек, - сказал Данила. - А день не бесконечный. Уже три часа дня, а завтра нам уезжать. Я до полуночи сидеть в подъезде не хочу, так что хватит причитать.
   Он скрылся в темном проеме, следом душераздирающе скрипнула выходящая на крышу дверь. Тамара судорожно замерла, а потом с улицы послышался испуганный женский вскрик. Сердце ухнуло куда-то вниз, решив, что биться оно будет через раз, а может и не будет вовсе. А затем щелкнул замок, и дверь в Тамарину квартиру отворилась изнутри.
   - Дурак... - шепотом выдохнула девушка, сползая по стене на ступеньки и стискивая сумку с котом как спасательный круг.
   - Я все слышал, - хмуро проворчал оборотень, отвязывая от перил Алтая. - И чувствовал тоже. Закрываться ты так нормально и не научилась, тренируйся больше. - Он посмотрел на нее: - Что за мальчик был?
   Тамара прислушалась, снизу доносились разговоры и грузные шаги - встревоженные соседи, заставшие свободный прыжок Даниила на балкон, шли выяснять, что-то же это такое сейчас было.
   - Уже неважно!.. - с чувством сказала Тамара, поскорее подходя к своей двери и вставая там, как одинокий стражник на воротах павшей крепости.
   - Ну и решай свои проблемы сама! - огрызнулся в ответ оборотень.
   Девушка скрипнула зубами, но смолчала - если у Даниила было плохое настроение, он становился совершенно невыносимым. Причем, если, к примеру, Святослав просто хмурился, злился и молчал, то Даня из легкого на подъем, ироничного и смешливого мужчины превращался в сварливого, язвительного и неуживчивого оборотня, со всеми вытекающими последствиями. Что из этих двух испостасей являлось его настоящей личиной - оставалось только гадать.
   ...Впрочем, одно Тамара знала точно - пять минут назад закрыла свой счет и ушла навсегда, растворяясь в дымке перехода грустная и бесконечно одинокая женщина Валентина Александровна.
   Счастливая!
  
   ***
   Тамара едва дождалась возвращения Святослава и Милы, чтобы пулей вылететь из квартиры.
   Перед самым уходом дорогу ей заступил оборотень:
   - Давай я тебя отвезу.
   Тамара отрицательно покачала головой:
   - Я на такси. Сначала на кладбище, потом на поминки. Вернусь вечером. Лучше отдохните нормально, выспитесь. Сами только найдите все что надо - там подушки, одеяла всякие в шкафах...
   - Ты зубы не заговаривай, я прекрасно помню твои шрамы, - безжалостно сказал он, глядя, как она нервно мнет край найденной в шкафу черной блузки.
   - Ничего такого больше не случиться, - побледнев от негодования, ответила девушка. - Во-первых, он трезвый. Во-вторых, на поминках все равно будет полно народу. В-третьих, я сама была виновата, и повода больше не дам. А в-четвертых, сейчас простой человек мне все равно ничего сделать не сможет, так что перестань! Ваня не какой-то монстр, сейчас у него горе, и он нуждается в поддержке!
   - Еще немного и у тебя прямо нимб над головой засветится! - хмуро сказал подошедший Святослав. - Алкоголику повод не нужен. И поддержка тоже. Я иногда на вас... женщин, смотрю, и мне кажется, что у вас материнский инстинкт перемешался с идиотизмом - так слепо вы оберегаете тех, кто о вас вытирает ноги.
   На сотовом телефоне Тамары мелодично тренькнула смска - приехало такси. Ни сказав ни слова, она черной тенью проскользнула мимо мужчин, хлопнула дверью и бегом, только чтобы погасить перемешанный с обидой гнев, побежала вниз по лестнице.
  
   ***
   На кладбище было одиноко и душно. Пыльная дорожка, по которой привез ее таксист к нужному участку, тоскливо желтела меж неровными полосами ощерившихся острыми пиками оградок и черных памятников.
   Тамара простояла перед высокой, рыхлой насыпью, доверху покрытой цветами почти час. Стояла и никак не могла понять, что же чувствует. Безликий крест, еще пока без фотографии, железная табличка с именем, черные ленты. Вот и все, что осталось. Кем ей была свекровь? Сначала строгой мамой мужа, которую она побаивалась, потом несчастной женщиной, замученной жизнью - отчаянно просящей у нее прощения, подругой по несчастью. Потом - почти родной, связанной единой, удушающей бедой и ношей. Тамара одновременно была ей благодарна и не могла простить, жалела ее, поддерживала и чувствовала себя обманутой. А еще она ощущала себя предательницей...
   Наконец, букет алых роз, обвитый черной лентой, лег на холмик, Тамара еще раз взглянула на могилку. Совсем рядышком, на этом же участке был похоронен ее несостоявшийся свекор, умерший за несколько лет до их с Ваней знакомства. Несколько раз Тамара по просьбе Юлии Сергеевны приезжала сюда вместе с ней, и девушка знала - жили они как кошка с собакой, но все равно свекровь выкупила участок, чтобы быть вместе с ним. Может быть, так и нужно?..
  
   Седьмой этаж девятиэтажной панельки лаково блестел недавно выкрашенными зеленой краской стенами и казался каким-то незнакомым. Не запертая дверь отворилась бесшумно, впуская в маленькую двухкомнатную квартиру со старой мебелью и кое-где пожелтевшими обоями. Пахло ладаном, щами, компотом из сухофруктов и горем. Из зала доносились тихие голоса - поминки устроили здесь, по старинке, и люди шли и шли по одному, по двое потихонечку с утра и до вечера - родные, знакомые, коллеги, друзья, соседи...
   Тамара глубоко вздохнула и вошла в комнату. Ваня сидел за столом вместе с какой-то пожилой парой. За его спиной, в красном углу подрагивал перед иконой огонек свечи, на шкафу стояла, обрамленная черной лентой, фотография свекрови.
   При виде девушки Ваня встрепенулся, поднялся и шагнул было к ней, но потом остановился, словно налетев на стену. Помедлив, покачнулся и выдвинул рядом с собой стул:
   - Спасибо, что приехала. Я уже не надеялся. Посиди с нами немножко...
   Тамара присела на стул, искоса глядя на бывшего мужа. Он похудел, осунулся и постарел. Синие глаза светились тоской и каким-то глухим отчаянием. Одетый в застиранную черную футболку, бледный, небритый, с сединой в волосах он казался старше своих тридцати восьми лет на десять. И все же это был ее Ваня. Она вздохнула и положила ладонь на его руку. Он вздрогнул и до боли сжал ее пальцы.
   Люди приходили до девяти вечера, а потом в квартире стало тихо и одиноко. Тамара перемыла всю посуду, вместе они убрали в угол стоящий посреди комнаты стол, вытерли пол. И уселись на маленькой кухоньке за чашкой чая. Говорить было не о чем, за весь вечер они перебросились только парой фраз. Но сейчас, после этого бесконечного дня, отчаянно хотелось не молчать, и Ваня начал разговор первым:
   - Тамара, мама все время про тебя вспоминала, говорила, что ты ей помогаешь. Я хотел... сказать тебе спасибо.
   Девушка посмотрела на него, не зная, что ответить. Ваня иногда отбирал у матери всю пенсию и спускал ее на выпивку за два дня. Тамара до сих пор оплачивала коммуналку обеих квартир - его комнаты и этой, свекрови, да еще и еще периодически перечисляла ей дополнительные деньги на счет. Если бы не накопления, с зарплатой Белой Тони это стало бы неподъемным грузом... Но сейчас было не время для разборок.
   - Я знаю, что ты про меня думаешь, - сказал он. Целый день поминая по чуть-чуть, к вечеру Ваня немного опьянел и устал - речь его была тягучей и несвязной. - Знаю, что ты меня ненавидишь. А еще, наверное, считаешь, что я сломал тебе жизнь. И ей тоже... - Ваня посмотрел фотографию вымучено улыбающейся женщины. - Да, наверное, сломал... Но ведь на самом деле это ты сломала мне жизнь. Ты ушла в самый сложный момент, по сути предала, бросила. Я ведь остался один...
   - Я ушла, потому что ты сам этого добивался, - ответила Тамара. Его слова были ожидаемы, но все равно больно ударили ее под дых. - И ты остался вовсе не один. Ты сам сделал свой выбор.
   - Нет, Тамара, не отвяжешься, - фыркнул он. - Я давно это понял. Как только ты появилась в моей жизни, все полетело кувырком. Посмотри на меня: я потерял работу, дом, самого себя...
   Девушка хлопнула ладонями по столу, не желая оправдываться, и встала из-за стола:
   - Ваня, я пойду, мне еще до дома добираться.
   Она достала из кармана телефон и быстро вызвала такси.
   - Иди, - пожал плечами бывший муж. - Беги, как всегда сбегаешь. Разрушь что-нибудь еще. Мама умерла только из-за тебя! Если бы ты осталась ухаживать за ней - ничего бы не произошло!
   - Замолчи! - выдохнула Тамара, схватила свою сумку и, не дожидаясь отклика водителя, пошла к двери.
   Ваня даже не стал ее провожать, так и остался сидеть за столом на кухне.
   Лифт как обычно не работал, и Тамара в полутьме подъезда медленно пошла по серым ступеням вниз. Очень хотелось разреветься или вернуться в квартиру и влепить Ване пощечину за все эти ужасные слова. Но вместо этого Тамара набрала номер Святослава:
   - Тома? Что-то случилось? - отозвался он.
   - Нет, все в порядке, - сказала девушка. - Я звоню узнать, как вы там, устроились? Все нашли?
   - Тамара, давай я за тобой приеду, - вместо ответа сказал Святослав. Ему не нужно было ничего объяснять, он и так все понял.
   - Я на такси, - тихо сказала девушка. - Просто дверь не закрывайте на замок, ладно?
   - Хорошо. Давай возвращайся скорее. Мы тут с Данькой и Милой пирог попытались испечь... Ну, в общем сметана со сгущенкой сверху дело вроде поправила. Но не разрезаем, тебя ждем!
   - Чтобы опробовать на мне, как на подопытном кролике?! - фыркнула Тамара. Впервые за долгое время ей стало по-человечески тепло - ее ждут дома, не ложатся спать и даже не разрезают без нее пирог. Ее ждут! - Через полчаса приеду, такси только дождусь. И... спасибо, Святослав.
   - Сочтемся, - иронично отозвался маг.
   Девушка сбросила звонок, телефон тут же завибрировал - звонила диспетчер, уточнить подъезд. Тамара подошла к окошку на пролете четвертого этажа, где стояла, разговаривая со Святославом. Дала ориентир для водителя, отсоединилась, повернулась к лестнице и внезапно наткнулась на бывшего мужа. Тот стоял, облокотившись на перила, и, не мигая, смотрел на нее.
   - Пропусти меня, - Тамара было шагнула мимо него, но Ваня загородил ей проход:
   - Ты не можешь так уйти. Что будет со мной? У меня не осталось ни родных, ни друзей.
   - Если бросишь пить - все будет в порядке, - ответила Тамара. - Ты спокойно обходился без меня полтора года.
   Он шагнул к ней и схватил за запястье.
   - Ты мне даже ребенка родить не смогла!
   - К счастью, - зло ответила ему Тамара. Еще один удар под дых. Но нужно просто не терять контроль. - Отпусти, меня такси ждет.
   - Подождет! - он прижал ее к стене. - Тамара, я тебя взял сопливой девчонкой, я тебя вырастил, выучил. Ты себя-то вспомни? Моей матери пришлось тебя даже готовить учить, поскольку твоя не удосужилась! Про твоего отца вообще молчу!
   - Правильно делаешь, - кивнула ему девушка, чувствуя, как внутри у нее все клокочет от злости и обиды. От Вани исходила неприязнь, перемешанная со страхом, отчаянием и еще чем-то мутным, холодным, опасным. В руке ее снова зазвонил сотовый, похоже, водитель прибыл на место. Ответить она не успела - Ваня выбил у нее из ладони телефон. Тот, с размаху ударился о бетонный пол, обиженно всхлипнул, рассыпая вокруг стеклянные и пластиковые слезы, и затих.
   - Ты совсем что ли?! - вскинулась Тамара.
   - Заткнись! - рявкнул он в ответ. - Ты мне по гроб жизни обязана, поняла?!
   Тамара резко дернула руку, пытаясь высвободится. Этот разговор было далеко не первым, поэтому Тамара ничего нового о себе не услышала. Впрочем, больно было по-прежнему.
   - Куда? - он прижал ее к стене сильнее, до хруста в ребрах.
   - Да отпусти же! - девушка забилась в его руках, стараясь отстраниться от обидчика. Ваня размахнулся, намериваясь ее ударить и тут, словно струна лопнула - в воздухе едва ощутимо пронесся поток ветра, скользнул сквозь Тамару и резко оттолкнул руку мужчины. Заклокотал за ее плечами невидимыми крыльями.
   Получив немного свободы, девушка вывернулась из рук бывшего мужа и отскочила в сторону.
   - Ах, та-ак! - протянул мужчина, замахиваясь уже кулаком.
   - Ваня, остановись, это бесполезно! Давай поговорим! - она выставила перед собой открытые ладони. Мужчина набычился и резко шагнул в ее сторону. Тамара инстинктивно шарахнулась назад и вдруг оступилась, совершенно забыв о лестнице. Дальше она запомнила только то, как замерло сердце, когда она осознала, что сейчас кубарем полетит спиной вперед на бетонные ступеньки, а потом все слилось в череду страха и боли. Здесь природный Страж был бессилен - никто из человеческих существ не наносил ей физического вреда, она сама решила шагнуть в пустоту.
   - Ты неблагодарная! - с какой-то противоестественной обидой сказал мужчина, не глядя на нее. - Я для тебя все сделал, а ты... - он развернулся и, пошатываясь, пошел наверх, что-то вполголоса бормоча про маму, жизнь и одиночество.
   А Тамара, оглушенная падением, с трудом села и, подтянув колени к груди, сжалась у стены в комок, судорожно пытаясь прийти в себя. Щелкнул замок, и дверь ближайшей квартиры отворилась. На пороге показался пожилой мужчина, шаркая, подошел к девушке, наклонился:
   - Дочка, ты чего это тут?
   Он безбожно врал, изображая удивление - всю сцену ругани он прослушал у двери и, насколько позволял свет с другого этажа, просмотрел в глазок, но выйти смелости хватило только сейчас. Тамара это прекрасно почувствовала, но не осуждала - с молодым мужчиной, да еще и не в себе, ему все равно не справиться, так зачем нарываться?
   - Оступилась, - бесцветно отозвалась она. На протянутую руку даже не посмотрела, с трудом поднялась сама. - Разрешите от вас в такси позвонить, узнать - доехал ли мой водитель.
   Дед заколебался, потом все-таки кивнул:
   - Пойдем. Может тебе врача?
   Но Тамара только отрицательно качнула головой.
  
  
  
   ***
   Такси домчало ее до дома за двадцать минут. Водитель, нахмурившись, косился на то, как девушка сумрачно рассматривает в полумраке зеркала рассеченную широкой полосой скулу и багровеющий синяк вокруг царапины - железные перила оказались коварно острыми. На спине и боках, надо полагать, тоже были длинные синяки от ударов о ступеньки - было больно поворачиваться и шевелить лопатками. Кожа на левой ладони, которой она по глупости попыталась зацепиться за деревянный поручень - была содрана в кровь.
   И главное, что регенерация не спешила - в городах природа не была столь властной, стихией здесь были люди.
   Тамара попросила не заезжать во двор. Расплатившись, вышла у входа между домами и, тихонечко дойдя до палисадника, села на его оградку и зябко обхватила плечи руками. Здесь царила полутьма - уличные фонари не дотягивались светлыми прядями до торца дома, а большинство окон было уже погашено. По испещренной выбоинами дорожке шелестел, играя прозрачным пакетом, ставший уже по-осеннему стылым ветер.
   Тамара не могла заставить себя пойти домой в таком виде. И дело было даже не в ее царапинах, которые рано или поздно затянуться без следа, а в том, что она чувствовала себя беззащитной и слабой, как побитая и выброшенная в грязь собака, не способная даже огрызаться.
   Ваня, сам того не подозревая, снова обнажил то, что девушка прятала сама от себя все это время. Живя с зависимым человеком, становишься зависимым тоже. Зависимым от него. От его настроения, желаний, чувств и эмоций. Это как липкая паутина, которая затягивает и не отпускает, заставляя чувствовать вину за каждый проступок - свой, его, вас обоих. А еще чувствовать свою ничтожность, неспособность вырваться и изменить ситуацию, осуждение других. И каждый раз, когда в отчаянной попытке хочется сделать шаг на свободу, происходит что-то, что насильно загоняет обратно, заставляя люто ненавидеть свою суть и искать наказания.
   Тамара думала, что ушла, убежала от этого. Но сейчас, когда злость и обида потихоньку схлынула, оставив опустошение, она с ужасом поймала себя на мысли, что Ваня в чем-то прав. Он действительно взял ее в жены совсем девочкой, постепенно воспитав, подогнав под себя, заставив чувствовать себя его частью. Он был старше, опытнее, он помог ей впервые встать на ноги, пусть потом и сам выбил из-под них почву. И да, он прав - если бы Тамара осталась с ним, постоянно приглядывая за его матерью, ограждая ее, то с той бы ничего не случилось. Но она предпочла сбежать. Откупиться от них деньгами, отгородиться, стараясь больше не пересекаться с бывшим мужем. Даже выбросила кольцо, думая, что навсегда закрыла эту страницу.
   Но когда Святослав пару дней назад поцеловал ее, первое чувство, которое накрыло ее с головой - оказалось чувством вины. Внезапно, непонятно откуда всплывшим из прошлого и вновь вонзившимся в душу. И сейчас, несмотря на синяки, рассеченную скулу, ужасные слова, брошенные в ее адрес, она снова чувствовала себя предательницей и ничтожеством, как и каждый раз после их ссор с мужем.
   Тамара просидела так с полчаса, нахмуренно глядя в затянутое серой поволокой небо, через которую медленно плыл подрагивающий полумесяц. А потом в ее руку внезапно ткнулся мокрый нос, на колени легли две когтистые лапы, и шершавый язык счастливо прошелся по ее лицу, заставив девушку поморщиться (растревоженный порез защипал с новой силой) и тщетно попытаться отпихнуть поскуливающего от радости пса.
   - Фу, Алтай! - цыкнул на него вынырнувший из-за угла Святослав. - Иди гулять!
   Пес неуверенно затоптался на месте, еще раз лизнул девушке руку, проверяя нет ли там вдруг конфеты, и, подумав, перепрыгнул ограду и нырнул в палисадник за ее спиной.
   - Куда в цветы! - прошипел маг. - А ну быстро под деревья! А не то на поводок посажу!
   Пес оскорблено фыркнул, но, взглянув на красноречиво висящий в руке хозяина кожаный ремешок, все же выпрыгнул с цветника и деловито потрусил в сторону посадок.
   - Ну и чего ты домой не идешь? - укоризненно спросил у Тамары мужчина, присаживаясь рядом с ней на кованую ограду. - Уже полтора часа прошло, и телефон у тебя не... - он вдруг замолчал, присматриваясь к ней внимательнее, и девушка отвернулась. - Тамара, у тебя все в порядке?
   Она молча кивнула.
   - Пошли домой.
   Девушка отрицательно покачала головой, вцепилась в железную перекладину.
   - Тама-ара, ну-ка говори, - он встал и заглянул ей в лицо. Вывернуться из такого положения оказалось некуда, и девушка, вздохнув, честно и прямо посмотрела ему в глаза. Он скользнул по ней взглядом и увидел растекшееся по скуле темное пятно.- Та-ак.
   - Святослав, - она предупреждающе подняла ладони, почувствовав, как медленно разгорается в нем злость. - Я с лестницы слетела. В подъезде было темно, и я нечаянно оступилась.
   - Мы ведь предупреждали тебя! - с досадой сказал Святослав, после легонько потянул ее за руку: - Идем!
   - Я не могу, Святослав, - замотала головой Тамара. - Не хочу, чтобы вы видели. Пусть заживет немного.
   - Ничего не заживет - у тебя район мертвый, здесь вообще ни капли энергии нет. Не удивительно, что, живя здесь, ты столько времени игнорировала знаки! А мне светиться с энергией до Совета нельзя, если назначат дополнительную проверку, любое заклятие будет считаться как искажение магического расследования. Идем! Данила поможет, а не то шрам останется, - он потянул ее настойчивее, и Тамара, стараясь не показывать виду, как тяжело дается ей каждое движение, поднялась на ноги.
   Рука у нее была ледяная - тонкая блузка явно не предназначалась для ночных прогулок. Святослав потянулся было к ней, намериваясь согреть, но девушка судорожно вздохнула и шарахнулась от него в сторону, как от чумного. Мужчина, склонив голову, хмуро посмотрел на нее, и Тамара, не поднимая глаз, попросила:
   - Не надо ничего. Пожалуйста.
   - Иди сюда, - сказал мужчина, но она только покачала головой.
   - Тамара.
   Она осталась стоять на месте, внутренне сжавшись в комок и отчаянно кусая нижнюю губу. Тогда Святослав сам тихонько шагнул в ее сторону и медленно, боясь снова испугать, притянул к себе, мягко обнимая и укрывая краями ветровки.
   - Господи, Томка, ну что у тебя все время в голове! - вполголоса сказал он, крепче смыкая объятья на худеньких дрожащих плечах: - Я тебе в жизни ничего плохого не сделаю.
   Тамара судорожно всхлипнула и вдруг, удивляясь самой себе, разрыдалась, пряча лицо в ладонях. Одновременно выплеснулись наружу и боль, и страх, и отчаяние, и одиночество, годами копившиеся в душе.
   - Ну, во-от, приехали, - баюкая ее как ребенка, тихо сказал Святослав. - Нашла тоже мне из-за кого расстраиваться. Прошлое нужно оставлять позади. Если постоянно к нему возвращаться, оно начинает воплощаться в настоящее и закрывает дорогу будущему. - Он поцеловал ее в макушку: - А у нас и без того проблем полно.
   Домой они пришли только через пятнадцать минут. Мила, стоящая наготове с влажной тряпкой, чтобы протереть после прогулки лапы Алтаю, увидела Тамару и ошеломленно замерла. Идущий сзади Святослав нахмурился и сделал ей знак, чтобы она ничего не спрашивала.
   Данила тоже не произнес ни слова, да они были и не нужны - он все понял и так, и почувствовал, едва Тамара подошла к двери. А вот девушка к нему пробиться так и не смогла - оборотень выстроил высокий, неподвластный ей заслон. Он осторожно осмотрел рану на ее скуле, хмуро покачал головой, обработал антисептиком и начал медленно, кончиками пальцев хаотично нажимать вокруг нее, заставляя края потихонечку сходиться.
   Наконец тонкая полоса стала едва заметно светиться - собравшиеся от его прикосновений крохи энергии начали регенерацию.
   - Будем надеяться, что шрама не останется, - наконец, сказал он. - Показывай, чего там у тебя еще "самоударилось".
   Тамара молча покачала головой - хватит уже вокруг нее прыгать, синяки заживут и так. В конце концов, сама виновата.
   - Как скажешь, - пожал плечами оборотень. - Тогда спать.
   - Я не хочу, - ответила Тамара.
   - Я не спрашиваю, - отозвался Даниил и прикоснулся кончиками пальцев к ее шее. Девушка удивленно вскинула бровь и попыталась отстраниться, но оборотень нажал чуть сильнее, и Тамара, совсем как тогда в лесу, потеряла способность сопротивляться.
   - Я проснусь и убью тебя, - в полудреме пробормотала она.
   - Боюсь! - фыркнул Данила и крикнул куда-то в сторону кухни: - Мила! Где вы с Тамарой будете спать - на кровати или на диване?
   - По отдельности! - тут же взбрыкнула девчонка.
   - Подойди сюда, пожалуйста.
   Через пять минут Святослав мягко уложил спящую дочь на одну сторону широкой кровати, а оборотень перенес Тамару на другую.
   От взгляда Святослава не укрылась, как, прежде чем осторожно накрыть девушку одеялом, Даниил легонько прикоснулся к кончикам ее пальцев, и Тамара, пробормотав во сне что-то тревожное и неразборчивое - доверчиво потянулась за его движением и крепко, словно боясь потерять, сжала его ладонь. Оборотень тихо вздохнул.
   - Это вовсе не то, о чем ты думаешь, Святослав, - не поворачиваясь, вполголоса сказал он.
   - Я ни о чем не думаю, - ответил ему друг.
   - Врешь, - отозвался Данила. - Но может оно и к лучшему.
  

   Глава 28
  
   Тамара проснулась оттого, что мелко дрожащий Иней отчаянно пытался запихнуть озябшие лапки ей под бок. Из распахнутой балконной двери в комнату врывался исполненный холодной дождевой влагой ветер. Девушка поежилась - Мила почти стянула с нее легкое одеяло, свернувшись под ним на кровати в комочек. Тамара тихонечко села, уступая нагретое место коту, и огляделась. Даниил спал на неразложенном диване, подложив под голову полотенце, Святослав и вовсе - на брошенном на пол одеяле. Оба были все в той же дорожной одежде. Как, впрочем, и она - в мятой черной блузке и брюках.
   Тамара фыркнула, и на цыпочках обойдя местный филиал ночлежки, закрыла дверь на балкон, мрачно обнаружив, что щеколда выломана с корнем и восстановлению не подлежит.
   Алтай, мирно лежащий у Святослава в ногах, увидев девушку, встрепенулся и забил хвостом по полу, а заодно и по хозяину. Тот, не просыпаясь, привычно цыкнул на него и повернулся на спину. Пес, расценив это, как утреннее приветствие, радостно вскочил и с размаху хлопнулся передними лапами ему на солнечное сплетение, и как только хозяин дернулся, невольно сгибаясь, с чувством выполненного долга поскакал прямо по нему счастливо облизывать лицо.
   - Твою мать... - сдавлено прошипел Святослав, отпихивая пса. - Алтай, фу! Спать!
   Но какой там спать, пес загарцевал вокруг мужчины как ишак-переросток, бодро цокоя когтями по ламинату и хитро поглядывая на Тамару. Та попыталась пробраться мимо него на кухню, но пес ткнулся в ее руку и, не обнаружив вкусняшки, громко и обиженно фыркнул на всю комнату, а потом снова переключился на Святослава, сцапал его зубами за край футболки и дернул на себя.
   - Да чтоб тебя!.. - мужчина хлопнул пса по носу, заставив отпустить обслюнявленную тряпку. - Нельзя!
   - Я предлагаю вам завести еще слона, - мрачно пробормотал Данила. Не открывая глаз, по-звериному щелкнул клыками на Алтая: - А ну тихо!
   Пес плюхнулся задом на пол и ошеломленно посмотрел на оборотня. Такая наглость! Командует и командует! Но здесь ведь даже не его территория! Он упрямо склонил голову и зарычал, готовясь перейти в лай. Данила зарычал в ответ и по его тембру пес быстро понял, что сейчас с ним не станут играть или соревноваться, а просто укусят и все. И очень-очень больно укусят. Но сдаваться не собирался.
   - Обалдели что ли! - тихо прошипела Тамара и дернула Алтая за ошейник: - Пошли со мной, конфету дам!
   Пес сморгнул, резко замолчал и уставился на девушку. Конфета - это совсем неплохо, это даже очень хорошо, однозначно лучше покусания!
   Тамара уже почти прикрыла дверь, как раздалось мерное вибрирование телефона. Данила сумрачно открыл глаза и безнадежно посмотрел в потолок, стараясь ругаться не вслух, а про себя. Впрочем, Святослав красноречиво озвучил его мысли, особенно когда оборотень легко перемахнул через него, мелькнув ногами возле лица.
   - Да, Мая, не переживай я скоро приеду, - Даниил разговаривал тихо, вполголоса, пока Тамара искала в недрах сумки конфету для нервно приплясывающего пса. - И Ян пусть тоже не переживает. Как там папа с мамой?.. Понятно. Нет, Мая, я не сбежал, и вас не изолировали, это все слухи. Я по делам уехал. Так что хватит реветь. Вернусь, сам вашему Лексу в лоб дам! Хорошо. Беги, а то в садик опоздаешь.
   Он сбросил звонок и молча уставился в окно - куда-то сквозь сумрачный осенний дождь, плывущий по деревьям густой туманной ватой. В кухню, зевая, вошел Святослав:
   - Вот приеду домой, замкну контур, накину полог тишины, сплету кокон, залягу в погреб...
   - Который копаю уже шесть лет... - вполголоса поддел его друг.
   - А, ну вечно ты все испортишь! - фыркнул маг. - Алтай, гулять!
  
   ***
   Через полчаса они сидели за небольшим столом в кухне и пили сваренный Тамарой кофе, запаса которого в навесном шкафчике нормальному человеку хватило бы на пару лет. Мила и Иней, два самых везучих создания из всех них, мирно спали в обнимку, убаюканные мерным дождем и согревшись под еще одним одеялом.
   Первым разговор начал Святослав.
   - Вот, держи, - он достал из кармана своей ветровки разбитый телефон и положил его перед девушкой. - Симка вроде цела. А вообще такими вещами лучше не разбрасываться.
   Тамара стремительно побледнела:
   - Что с Ваней?
   - А что с ним может быть? - пожал плечами Даниил.
   - Я же сказала, что он меня не трогал! Он только замахнулся, и его руку отвел Страж! Я сама оступилась!
   - Ну, он что-то такое примерно и бормотал, насколько мы смогли разобрать, - кивнул головой Святослав. - Успокойся, с ним все в порядке. Но дело-то не в нем и не в твоих синяках, а в тебе, Тамара.
   - Вы же обещали не лезть в мою жизнь! - вскинулась девушка. - Мы же договаривались, что вы не будете мне мешать! Ваня, он...
   - Был нормальным человеком, наверное, - не дал ей договорить Даниил. - Но сейчас уже нет, и никогда не станет, его личность разрушилась. Смирись, ты ничего не исправишь.
   - Да я не собираюсь ничего исправлять! Я понять не могу, почему вы без спроса распоряжаетесь моей жизнью? - разозлилась Тамара. - Захотели - вмешались, захотели - усыпили, наложили заклятие, отстранили с дороги?..
   - А почему без спроса распоряжается твоей жизнью он? - холодно задал вопрос Святослав, и Тамара, словно налетев на стену, вздрогнула, мигом теряя весь свой пыл, а после сникла и надолго замолчала.
   - Тамара, ты ведь знаешь, что у меня была жена - Айла, - склонив голову, нарушил молчание Данила, и Тамара почувствовала, как он постепенно отгораживается, закрывая от нее свои эмоции. - Это было очень давно. Она была дочерью Айдара. Своенравной, сильной и яркой. Но по характеру она была бунтаркой. Ей не нужно было рождаться в Клане, мне - зная ее характер, стоило увести ее из Ключей в город. Но мы остались. В итоге она оступилась. У нее с отцом всегда были сложные отношения - они слишком похожи, но когда она начала выступать против законов Клана и, по сути, против власти самого Айдара, тот разозлился окончательно. Ты знаешь наши правила, я должен был ее урезонить и наказать. Но я не смог, смалодушничал. Я ее очень любил. И тогда, по праву преемственности силы, выбор встал за ее отцом. Айдар предпочел сохранить власть и соблюсти закон стаи, он попросту убил Айлу на глазах у всего Совета. В назидание другим женщинам Клана, - он тряхнул головой, отгоняя воспоминания. - А у меня сорвало крышу. Я тогда очень много чего натворил. Даже бросил Айдару вызов и почти победил. Почти... потому что остановил меня Святослав. Он не дал мне сместить Вожака, потому что из меня Вожак получился бы еще хуже. Власть, лишенная уважения, выстроенная на попрании законов, недолговечна, а у меня был маленький сын. Я тоже злился, ругался со Святославом, мы с ним пили сутками, дрались, устраивали гулянки. Но он меня все-таки вытащил из того болота, в которое я сам себя загнал. Прошло уже больше двадцати лет, у меня уже, как ты видишь, появились внуки. И как это не чудовищно звучит, но имя Айла для меня скоро окончательно превратиться в простое слово. В хорошее и плохое прошлое, навсегда забравшее все то, что было с ним связано. А мы живем в настоящем.
   Тамара посмотрела на него со смесью ужаса и сострадания, он поморщился, и она отвела взгляд, снова уткнувшись в стол. Зачем он об этом вспомнил?
   - Поверь, Тамара, ты вовсе не одна кто запутывается в своей жизни и заходит в тупик, - мягко сказал Святослав. - Мы ведь не святые. Мы падаем, поднимаемся, ошибаемся, ходим по кругу и мучаем друг друга. Я сам расставался с Аськой пять лет. То я от нее уходил, то она от меня. Мы ждали, пока немного подрастет Мила. У Аси была своя жизнь, она переехала в город, у меня - своя. Причем чем дольше это продлевалось, тем больше нам казалось, что на шее затягивается веревка, по которой мечется наш ребенок, дергая то в одну, то в другую сторону. В итоге Аська меня возненавидела, а я вообще на все плюнул, ушел в работу и перестал со всеми общаться. Если бы Данила не вправил мне в свое время мозги и не растормошил, ситуация не сдвинулась бы с места. Потому что я боялся, что вместе с Асей потеряю и Милу, а Аська чувствовала себя виноватой за то, что ее семья не сложилась. - Он посмотрел на девушку: - Мы тебе все это рассказываем, чтобы ты поняла, что ты всего лишь живой человек, Тамара, так же как и другие. Ничего сверхъестественного с тобой не происходит. В любой из наших ситуаций были тысячи человек до нас и будут столько же после. И ты имеешь полное право ошибаться и быть слабой, как и все вокруг тебя. И это нормально. Просто нужно уметь преодолевать себя, учиться на ошибках и идти дальше. А когда не хватает воли сделать это самостоятельно, уметь принять чужую помощь.
   - Но я и так стараюсь, - Тамара нахохлилась, водя кончиком пальца по ободку чашки. Разговор был тяжелым, правдивым, словно это не ей открыли душу, а наоборот - вывернули напоказ ее.
   - Ты слишком много жалеешь себя, Тамара, - бесстрастно сказал Даниил. - Ты несешь венец мученицы и раз за разом возвращаешься, чтобы снова убедиться в том, что он все еще на тебе. Это самое бессмысленное действие, которое можно придумать в такой ситуации.
   - Это не так! - возмутилась девушка.
   - Именно так, - покачал головой оборотень, - иначе бы ты вчера не нарвалась на своего Ваню. Ты боишься выйти из этого круга, боишься остаться одна. Но самое главное, ты боишься, что без всего этого ты станешь никем, что тебе нечем и незачем будет жить. Потому что твой муж поглотил тебя, и ты сама уже не понимаешь, кто ты и чего хочешь. Но только ему на это наплевать. Это не он не может без тебя, это ты - никто без него.
   Даниил говорил холодно и жестоко, безжалостно попадая в точку каждым словом и заставляя все внутри сворачиваться в клубок.
   - Я не хочу сделать тебе больно, - сказал оборотень. - Я просто перечисляю тебе все то, на что ты упорно закрываешь глаза. Но страх жить дальше не повод заменять саму жизнь на иллюзию. И не повод отгораживаться. Потому что люди, которые тебя окружают, пришли в твой мир не просто так. - Он сморгнул и склонил голову, прислушиваясь, потом констатировал: - Марьяна вернулась. Что-то там топчется внизу, наверное, почувствовала, что мы приехали.
   - В общем, Тамара, не обессудь, но мы поговорили с твоим бывшим мужем, - нахмурившись, продолжил Святослав. - Надеюсь, что он все понял и сам больше к тебе не полезет. Но с этого момента ты прекращаешь заниматься ерундой и играть в благотворительность, - он показал взглядом на подоконник, где стопочкой лежали платежки за квартиру Вани, его матери и ее, и Тамара запоздало поняла, как они узнали адрес ее свекрови. - Этим ты лишаешь своего мужа шанса встать на ноги, ему слишком просто и легко живется, чтобы что-то менять в своей жизни. Мы сделали, что смогли, но принуждать тебя никто не собирается. Дальше выбор за тобой. Ты можешь строить новую жизнь, а можешь вернуть все на круги своя. Это твое право.
   Тамара опустила лоб на сцепленные ладони. Все честно, прямо и наотмашь. В духе Даниила и Святослава. Особенно Даниила. Но разозлились на нее оба, хотя и не показывали. Они сказали чистую правду и во всем были правы. Только почему же чувство-то внутри, словно ее раздели у позорного столба перед всей площадью? Так противно, муторно и тревожно, как будто из-под ног снова выбили опору.
  
   ***
   Тамара промолчала все дорогу до Белой Тони. Она так и не позавтракала, дома ее несколько раз вывернуло наизнанку, будто все ее существо отказывалось принимать слова, сказанные друзьями, и теперь мутило и лихорадило. С Марийкой она успела перекинуться только парой слов и взять у нее ключи (а то Данила на полном серьезе собирался закрывать дверь тем же путем, что и открыл), после вниманием связной завладели давние знакомые.
   Поменявшись с обрадованной Милой местами, Тамара пересела назад, к радости Алтая поставила переноску с Инеем на сидение рядом, и, притянув колени к груди, забилась в угол у окна, так, чтобы сидящий за рулем оборотень не мог видеть ее даже в зеркало. Ей нужно было подумать.
   Купленный в первом попавшимся салоне телефон валялся на сумке рядом с истрепанной записной книжкой. Выстроенный эмоциональный заслон не смог бы, наверное, сейчас пробить и Айдар, а Данила и не пытался - он просто гнал машину сквозь ливень и даже не скрывался: Тамара отчетливо чувствовала его досаду, злость и раздражение. У Святослава к этому коктейлю примешивалось еще что-то теплое, очень похожее на участие. А Мила искрилась одновременно радостью и обидой - оборотень почти не обращал на нее внимания, но все-таки был рядом. Теперь ее эмоции чувствовались урывками - то пропадая, то возникая вновь. Словно что-то огромное настраивалось на волну, периодически создавая помехи.
   А сама Тамара ощущала дикую смесь стыда, опустошения и неприятия. Она чувствовала себя плохой актрисой, долгое время разыгрывавшей спектакль, на потеху давно все понявшим зрителям. Очень хотелось спрятаться и забыть все, как страшный сон. Отмотать время назад лет на семь и начать все с начала. Или не начинать вовсе.
   Самым сложным оказалось принять свою ошибку.
   Закрыть прошлое и начать жизнь с чистого листа означало признать, что предыдущие годы прошли даром. Пока она цеплялась за мужа, лелеяла свой крест, все казалось более-менее осмысленным. Теперь же очевидным было то, что Тамара своими руками уничтожила собственную молодость ради иллюзий. И вернуть уже было ничего нельзя.
   А еще это означало, что любые события создаются ее руками, и что никто не виноват в ее ошибках. А еще принять то, что все можно было бы изменить уже очень-очень давно, а она предпочла быть слепой.
   За окном в холодном тумане мелькали очертания намокших кустов и деревьев, покорно отдающихся на власть непогоды. И Тамара думала о том, за что так ругал ее Высший Наставник Алмар - отказавшись от выбора, отдавшись во власть обстоятельствам, она потеряла главное - себя.
   Чтобы не происходило, как бы больно и страшно не было - нельзя изменять себе. Это убивает душу. Единственное, что действительно имеет ценность.
   Она вздохнула, потянулась к коробке с телефоном. Достала новую красивую игрушечку, черную, с большим экраном - на нее Тамару подбил оборотень, заявив, что на нем хотя бы можно читать книги и просматривать через Интернет новости, не то, что на ее предыдущем - старом с маленьким тусклым дисплеем. Девушка только пожала плечами - ей было по большей степени все равно, звонит и ладно. Новости можно глянуть и через ноутбук, хотя в Белых ключах поймать нормальный Интернет было все равно, что синюю птицу за хвост. Святослав придерживался такой же позиции, поэтому менять свой старый кнопочный телефон отказывался наотрез. Впрочем, управляющему энергией было подвластно то, что другим и не снилось, и с человеческими игрушками ему попросту было неинтересно.
   Однако теперь новый телефон оказался кстати - Тамара немного покрутила его, настраивая под себя, привыкая к непривычному интерфейсу, а потом быстро, пока не передумала, закрыла платежи на Ванины адреса. Друзья правы - возможно, в сложной ситуации он возьмется за ум. Особенно сейчас.
   Больше она ничего делать не стала - ни пафосно вносить мужа в черный список, ни выдергивать страницы с адресом из записной книжки. Жизнь штука странная, а Земля круглая - мало ли что случиться, мало ли как все повернется. От прошлого не нужно бежать, сжигая за собой все мосты, его нужно просто оставлять в прошлом, не давать себя втягивать обратно. А поводов будет очень много и соблазнов вернуться тоже.
   Кстати, в своем почтовом ящике Тамара обнаружила заказное письмо - уведомление об увольнении по собственному желанию. Как не грозился бывший начальник испортить ей карьеру, уволив по статье, делать он этого все же не стал. Вот так.
  

   Глава 29
  
   Белая Тонь утопала в грязи, как весна в цветущих садах - стихийно и безнадежно. Ливень здесь шел, похоже, еще со вчерашнего дня, превратив дорогу в сплошной кисель. Машину вело и болтало. Особенно удался затяжной спуск к селу, по которому их протащило практически боком. Мила взвизгивала от восторга, Тамара мужественно старалась ругаться про себя, вцепившись в сидение, а Святослав пытался удержать распереживавшегося пса, и одним глазом поглядывал на сотворенные им границы.
   Отсюда, сверху, магу был виден только кусочек защитного купола, но и он в магическом зрении отчаянно полыхал оранжевым - а значит, пока его не было, кто-то из управляющих энергией старался сломать заклятие. И почему он не догадался поставить на него следящий маячок, как на контур дома? Так хотя бы можно было бы почувствовать чужое вмешательство. Однако сломать купол так и не смогли - недаром он влил в него почти всю энергию из Белой Тони.
   - Вот всем хороша Белая Тонь, но дорогу нужно было делать в объезд! - мрачно сказал оборотень, наконец-то выруливая из огромной лужи на потрепанный нелегкой жизнью газон у забора Святослава и выключая мотор. Прислушался, потянул носом воздух, кивнул: - Вроде никого нет, можно идти.
   Защитный контур охотно впустил хозяев и друзей на свою территорию. Святослав прищурился - здесь уже побывали Яков и Ольга, он дал им временный "ключ" - и страшных находок можно было больше не бояться, о них напоминала лишь так и не выправившаяся трава в углу забора.
   Общий Совет был назначен на семь вечера, на том же самом месте - в поле. И пока было два часа передышки, чтобы отдохнуть и собраться с силами и мыслями.
   Алтай был привязан и наделен водой и кормом, Иней отнесен в дом и тоже не обижен. Мила засуетилась на кухне - закипел чайник, заиграла музыка, зашуршали пакеты. Данила принес Тамарины вещи в комнату, потом с удовольствием растянулся на ее кровати, и что-то увлеченно начал печатать на своем смартфоне. Гостиной в доме мага предусмотрено не было, да и девушка вовсе не была против хищного гостя - пусть отдыхает.
   Святослав сгрузил сумки у входа и задержался на улице. Украдкой выглянув в окно, Тамара увидела, как он стоит, раскинув руки, посреди дорожки, подняв лицо к мелко моросящему дождю. Маг наконец-то вернулся в родную стихию, и если бы Тамара обладала магическим зрением, она бы видела, как закручиваются вокруг мужчины холодные искристые потоки, наполняя резерв, восстанавливая, разрешая снова полновластно почувствовать силу. Но девушка видела только, как озаряет его лицо легкая, почти незаметная улыбка, и чувствовала его искреннюю, незамутненную радость. Это бывало настолько редко, что Тамара замерла, боясь его нечаянно отвлечь, осторожно вернула занавеску на место и тихонечко отошла от окна.
  
   ***
   Дождливое безвременье уже готовилось плавно и без потерь перетечь в сумерки, когда представители Белой Тони мрачно собрались у сотворенной Святославом границы. Сегодня они были не одни - помимо Ольги и Святослава из числа магов к ним присоединился Ариф - спешно приехавший из командировки глава Совета Белой Тони. Он обладал куда большей, чем у Святослава силой, правда почти вся она уходила на поддержание контроля за несколькими вверенными ему территориями. Но, тем не менее, его появление усиливало их сторону в несколько раз.
   Было холодно и противно. Под ногами хлюпала напитанная влагой земля, подсолнечник промок и потемнел, и теперь спелое поле мало отличалось от выжженной полосы вдоль границы.
   Тамара не сомневалась, по ту сторону невидимой стены также как и они мерзнут и злятся оборотни.
   Святослав покосился на попутчиков, еще раз нахмурившись, взглянул на прильнувшую к стеклу Милу (ее, после долгих споров было решено взять с собой, но не выпускать из машины) и вскинул руки, расплетая заклинание.
   Это только в книгах энергия подчиняется щелчку пальцев. На деле Святослав потратил несколько часов во время поездки, чтобы рассчитать контур ворот в куполе, а потом при необходимости перестроить заклятие в обычную границу. И все потому, что если отозвать такую массу энергии обратно, она не уместиться в резерв и сожжет его изнутри, а значит, ее придется сбрасывать в пространство. А это уже через чур расточительно.
   Прямо перед собравшимися воздух задрожал и потек в стороны, раскрываясь в огромный прямоугольный вход, охватывающий не только ширину дороги, но и несколько метров справа и слева от нее. Еще минута ожидания и впереди медленно как из тумана проявились сначала тени, потом контуры, а после реальные очертания скрытого ранее пространства - выжженное поле, несколько дорогих машин, небольшая группа обманчиво-расслабленно ждущих оборотней.
   Кроме Айдара, членов Совета Клана и экспертов, на собрании присутствовало еще несколько наблюдателей, и среди них молодой, нахмурившийся парень, показавшийся девушке очень знакомым. Присмотревшись внимательнее, она поняла, на кого он похож - высокий, худощавый, русоволосый, с холодным прищуром глаз - он был почти копией Данилы, только намного моложе, почти мальчишкой. Тамара ни разу не видела его - в отличие от Маи и Яна их родители общаться с названными миротворцами желанием не горели, да и вмешиваться в чужую жизнь было не в правилах Клана. Его звали Ратмир.
   Даниил уведенному тоже не обрадовался - встретился взглядом с сыном и нахмурился в ответ.
   Наконец, заклинание расплелось, и над зоной совета мягко отблеснула и исчезла с глаз удерживающая стену рамка. Стороны шагнули друг к другу.
   - На правах главы Совета Управляющих энергией Белой Тони, а также как один из Хранителей равновесия и высший маг на данной территории, я объявляю Общий Совет открытым, - холодно сказал Ариф. Присутствующие также сдержанно кивнули ему в ответ, и он продолжил: - Итак, Клан. Вы обвинили Хранителя равновесия Святослава Тоцкого в нападении, предъявили ему претензию о несоблюдении условий договора Мира и потребовали ограничить его в правах и снять занимаемую должность. Также вы потребовали ограничить в правах и передать на поруки Клана жительницу Белой Тони Тамару Озерову, как лицо, представляющее для вас угрозу. И еще вывели Даниила Огнева из Совета Клана, мотивируя это потерей доверия и сговором с представителями Белой Тони, что в целом обвиняет в сговоре обе стороны, в том числе и Святослава Тоцкого и Тамару Озерову. Я перечислил все или существуют еще какие-либо претензии к Белой Тони?
   - Экономический ущерб, - ледяным тоном отозвался Айдар. - Вдоль границ полосой пожара, произошедшим в результате действий Тоцкого, уничтожен урожай.
   Святослав всколыхнулся гневом, но смолчал. Ариф сдержанно кивнул.
   - Ваши претензии нам понятны. Для разрешения конфликта было проведено расследование, в том числе с привлечением Координатора Мира. В целях вашей безопасности, а также для погашения агрессивной стороны конфликта, в рамках договора Мира Тоцким было произведено заклятие сокрытия - оно являлось правомерным.
   - Мы не согласны, - склонил голову Айдар. - Замкнутая граница вызвала панику среди населения, к тому же была произведена без предупреждения.
   - Договор Мира допускает действия экстренного характера, если они продиктованы ситуацией. Хранитель равновесия был в своем праве и, согласно фактам расследования, а также наличию повреждений на заклятии в данный момент, это мера была полностью оправданной, - безэмоционально отозвался Ариф.
   - О каких повреждениях идет речь? - приподнял бровь Айдар.
   - Купол пытались взломать, - сказал маг, взмахнул рукой, и прямо в воздухе невидимая стена проросла алыми пульсирующими ветвями-сосудами. - Правда безуспешно, так что вам повезло. Кому и зачем это нужно - большой вопрос.
   - Ариф, мы не являемся Управляющими энергией и не можем отличить реальные действия от демонстрации, - скрестил на груди руки Предводитель. - Нам нужны доказательства.
   - Ваше право, - пожал плечами маг. - Но не забывайте, что согласно договору Мира мы представляем вашу защиту, а не угрозу. А доказательством отчасти может служить официальное заключение Координатора Мира, - маг протянул ему папку с несколькими листочками документов, и пока тот бегло их просматривал, вслух озвучил итоги: - Согласно ему, напавшие на дом Святослава Тоцкого оборотни являлись вашими кровниками, что вполне может рассматриваться как прямая провокация со стороны Клана. Также посредством энергетического расследования выявлено, что граница была нарушена кем-то из управляющих энергией, не имеющим отношения к Белой Тони, исходя из чего не может являться поводом для открытого конфликта. Действия Тоцкого по ликвидации границы призваны правомерными. Вы можете попробовать назначить повторную проверку, однако результат останется прежним.
   Айдар нахмурился, на мгновение переглянулся со стоящим рядом Советом Клана и, кивнув, выжидательно посмотрел на мага:
   - Дополнительной проверки не будет. Мы признаем решение Координатора мира и снимаем претензии. Ваши действия?
   Ариф холодно усмехнулся краешком губ:
   - Не надейтесь, мы также не собираемся разжигать конфликт. Но оставляем за собой право на силовое вмешательство, если подобная ситуация повторится. Причем любыми методами и при любых обстоятельствах.
   - Мы берем на себя ответственность за любые ответные действия в целях самозащиты, - и бровью не повел Айдар. - Тамара Озерова?
   Девушка вздрогнула и перевела на него взгляд. Вокруг его фигуры мерно пульсировал алый ореол, а до эмоций было не достучаться, словно выстроенная им защита состояла из титана. Ариф же вообще представлял для девушки что-то запредельное - он был полностью закрыт и настолько спокоен, холоден и логичен, что невольно вызывал неприязнь, казавшись не живым существом, а бездушной машиной.
   - Тамара Озерова и Святослав Тоцкий по-прежнему являются миротворцами и должны присутствовать на советах Клана, - сказал Ариф. - Согласно заключению Координатора Мира - Тамара никоем образом не является причастной к происходящему, никого сговора нет и не было. Ее присутствие не представляет угрозы.
   - Она - Источник, - спокойно сказал Предводитель. И это небрежно оброненное слово заставило Тамару сжаться и побледнеть. Совет Клана никак не отреагировал на это заявление, но Ратмир и наблюдатели болезненно впились в девушку ошеломленными взглядами.
   - Да, для тех, кто еще не знает, она Источник, - склонил голову Ариф. - И это еще один повод для ее появления в Клане. Для вас она не опасна, поскольку она не является даже Управляющей энергией. Она только проводник. Даже если вы ее ослабите или убьете, "обновление" так или иначе будет проведено, поэтому не тратьте свои силы и мои нервы, это все равно бессмысленно. Лучше дайте ей настроиться на ваших людей, это, возможно, смягчит удар. Пусть попробует, у вас все равно нет выбора.
   Он говорил расслабленно, бесцветно и безэмоционально, так, будто Тамара была вещью, а не живым существом. Словно все вокруг были просто фигурами на шахматной доске, а игра ему давным-давно наскучила.
   - Пусть попробует, - ответил Айдар, и с легкой, скользнувшей по губам издевкой посмотрел на Тамару. Он своего добился, полный контроль со стороны Клана обеспечен. Девушка зло отвернулась - оборотень намерено выдал ее Ратмиру, надломив его отношения с отцом.
   - Все вопросы решены, - тем временем сказал Ариф, официальный разговор закончился, и чеканный тон постепенно слетал с его голоса: - Мы снимаем защитный купол, восстанавливаем границы, открываем автобусное сообщение, компенсируем пятьдесят процентов ущерба, вызванного пожаром. Тела кровников, если они вам нужны, можете забрать из Белой Тони. Мы просим вас инициировать поиск родственников погибших и расследовать произошедшее.
   - В свою очередь мы просим вас помочь найти Управляющего энергией, спланировавшего провокацию, и усилить защитные контуры, - сказал Айдар.
   - В меру наших возможностей, - кивнул ему Ариф. Обвел глазами присутствующих: - У кого-то еще есть вопросы или претензии?
   - Даниил Огнев, - шагнула вперед Тамара и взглянула на Предводителя. Святослав за ее спиной вполголоса выругался - вмешиваться во внутренние дела Клана было недопустимо. Данила посмотрел на нее укоризненно и зло.
   - Это не относится к теме Общего Совета.
   - Относится, - теперь уже вперед пришлось выступить Даниилу. - Ты обвинил меня в сговоре, которого не было.
   - Даже если не было сговора, ты присутствовал в Белой Тони во второй ипостаси и убил своих кровников - этого достаточно для потери доверия, - холодно сказал Предводитель.
   - Твоего - возможно, жителей Клана - нет, - ответил Даниил. - Согласно договору мира и заключению Координатора, я действовал в пределах закона. Кровники напали на меня, в качестве защиты я имел право использовать любые средства.
   - Это ничего не меняет.
   - Это является основанием для пересмотра решения Совета, - впервые подал голос Ратмир и также шагнул вперед. Данила посмотрел на сына и нахмурился, но тот только упрямо мотнул головой. - Я выступаю от лица жителей Клана и требую разбирательства. Без Даниила безопасность села находится под угрозой.
   - Я выступаю как свидетель и требую пересмотра решения, поскольку тень обвинения падает и на меня, - сказал Святослав.
   - Присоединяюсь, - сказала Тамара.
   - Миротворцы, вы не являетесь представителями Клана, - спокойно отозвался Предводитель. - И имеете право только просить. А Ратмир и вовсе заинтересованное лицо. К тому же незаменимых в этом мире нет.
   - В этом ты прав, - не стал спорить Даниил.
   - Хочешь бросить мне вызов?
   - Думаю об этом все чаще, - ответил оборотень. - А пока в присутствии Совета Клана, Наблюдателей и свидетелей также требую пересмотра решения.
   - Проиграешь, возраст не тот, - пожал плечами Айдар. - Голосование завтра в десять.
   - Посмотрим, - в тон ему отозвался Даниил.
   Основные вопросы были решены. Стороны коротко кивнули друг другу и разошлись, уступая место Святославу - ему, при энергетической поддержке Арифа, предстояло перестроить заклятие купола в защитный контур, усилив его по всему периметру.
   На самом деле граница представляла собой магическое произведение искусства, являясь тонким филигранным сплетением различных заклятий. Это были и сигнальные маячки, оповещающие о переходе на чужую границу, и заклятия "поворота", заставляющее людей обходить и объезжать поселение за несколько километров, и легкое "забвение", покрывающее невесомой пылью воспоминания о визитах к родственникам и заставляющее приезжих держать язык за зубами, и защита от чужаков и вмешательства чужеродной магии и многое-многое другое. Работа предстояла долгая и кропотливая.
   Оборотни уехали через несколько минут. Яков, чья машина была единственной из Белой Тони, благородно предложил довести женщин до сельсовета - петлять по внутренним, покрытым лужами стежкам его раритету было не под силу. Данила, перекинувшись парой слов со Святославом, тоже пошел к своему джипу.
   Мила, выпрыгнувшая из машины без спроса, неловко мялась рядом, не зная к кому бы прибиться. Вдруг девочка судорожно вздохнула и невольно схватилась ладонью за горло, прикрывая внезапно вспыхнувшую болью яремную впадинку. По воздуху единой длинной волной прошла едва уловимая дрожь. Потом снова и снова, заставляя Милу все чаще хватать ртом воздух.
   Тамара тоже оказалась вовлечена в происходящее, ошеломленно глядя, как кончики ее пальцев раз за разом сами собой наливаются мягким светом и гаснут.
   Волны становились все сильнее, изгибаясь, сворачиваясь, словно змея кольцами и закручиваясь вокруг маленькой испуганно озирающейся девочки. Святослав, магическим зрением видящий как вскипает вокруг дочери энергетический вихрь, встревожено бросился к ней и вдруг наткнулся на преграду - Ариф полностью заблокировал его магию.
   - Мила, не двигайся! - почти не осознавая своих слов, озвучила Тамара бившийся где-то на краю ее сознания приказ. - Замри! - Она повернулась к Святославу: - Не мешай, иначе навредишь. Ей ничего не угрожает, ты же знаешь.
   Мила судорожно застыла и уставилась на Тамару полными ужаса глазами. Откуда-то сбоку с заполошным чириканьем спикировал Чижик, сделал круг и ринулся прямо к девочке, крепко вцепляясь ей в плечо лапками и замирая. Энергия вокруг них сгустилась в тугой кокон, колыхнулась раз, другой, а после ударила со всех сторон - впиваясь, впитываясь в тело Милы, пульсируя и на короткие мгновения становясь видимой для всех вокруг. А потом, когда сверкнула и исчезла последняя капля, Чижик едва заметно склонил голову, и худенькая фигурка опуталась серебряной сетью, выгнулась и в мгновение ока вспыхнула серебряным столбом света.
   Тамара и Даниил синхронно поморщились, приложили кончики пальцев к переносице и переглянулись с одинаковым выражением на лицах - в их эмоциях творилось что-то невероятное, искаженный перемешанный "шум" тысяч отголосков чужих эмоций бился в них со всех сторон, не давая не то, что закрыться, просто хотя бы отстраниться от него.
   Свет внезапно схлынул, серебряным водопадом обрушившись на свои источник, и от Милы разошлась во все стороны огромная волна, прокатившись студеным ливнем по всем находящимся рядом людям и уходя далеко за горизонт.
   На несколько секунд пространство вблизи девочки исказилось, настраиваясь, обнажая тонкие материи перехода. И Святослав, напряженно наблюдающий за происходящим, вдруг увидел, как Даниил и Тамара, попавшие в зону искажения, внимательно всматриваются друг другу в глаза и вдруг расцветают неподдельной ликующей радостью, словно впервые увидев друг друга после долгой разлуки, делают шаг навстречу... И вдруг пространство схлопывается, безжалостно стирая узнавание с их лиц, устраняя все последствия сбоя и заставляя опустить глаза и отступить назад.
   - Точка Построения определена, энергия настроена, территория уточняется, - холодным безразличным голосом произнес Ариф. Взмахнул рукой, выпуская Святослава из магической клетки. Тот сказал ему что-то малоцензурное и стремительно пошел к застывшей с закрытыми глазами дочери. Чижик на ее плече внимательно, не отрываясь, смотрел на ее левый висок, периодически чуть встрепывая перья. - Память девочки скорректирована. Через две минуты можете возвращаться к своим делам.
   - Ты вообще человек или нет? - поморщившись, спросил Данила, после произошедшего голова гудела, отзываясь тупой болью на каждое слово. - От тебя эмоций исходит столько же, сколько от бетонной плиты.
   - Человек, - ответил ему Ариф и отвернулся. - По большей степени.
   - А чего вы все застыли-то? - послышался удивленный голос Милы. - Что-то случилось? Пап, да не трогай ты мой лоб! Чего ты все время мной носишься! Я уже взрослая! Ой, а это еще кто?! - Она дернула плечом, сгоняя птичку.
   Тамара, наконец, выпала из ступора и оглушено потрясла головой, стараясь прийти в себя. Даниил светился усталостью, Святослав тревожностью и раздражением, Яков сожалением, а вот Мила, как маяк в ночи, снова и снова вспыхивала и гасла целым спектром неразличимых эмоций, вызывая единственное желание - отстраниться и перестать это ощущать. Впрочем, с каждым разом паузы между вспышками становились все длиннее, энергетическое поле успокаивалось, переставая мучить Данилу и Тамару отголосками настроек.
   - Это Чижик, - Яков привычно вскинул руку, чтобы птичка приземлилась ему на палец. Задумчиво погладил ее по встрепанным перьям: - А я-то все гадал, и чего он ко мне прибился... - Чижик повернулся и вполне осмысленно посмотрел на своего хозяина, заставив того вздрогнуть. - Ладно, садитесь в машину, поехали. У магов тут куча дел, мы только мешаем.
   Яков... - начал было Святослав, но тот только поморщился, перебив его:
   - Да ручаюсь я за твоих девчонок, Святослав, не переживай. Ничего с ними не случится. Заберешь из сельсовета, он защищен. Там бумажек непочатый край накопился, как раз Тамара ими займется.
   - Ночью?! - возмутилась девушка.
   - А ты как хотела? - в тон ей ответил Наставник. - Ты три дня каталась, пора и поработать. А Мила уроки как раз сделает, благо у Ольги дочь как раз с ней в одном классе. Кстати, Оль, с тебя письменный отчет по действиям во время падения границы, и подробная запись сегодняшнего Совета - оставим ее как свидетельство. На всякий случай.
   Все три женщины, не сговариваясь, тихо зашипели и скрестили на Якове взгляды.
   - Теперь я уже опасаюсь за тебя, - фыркнул Святослав. Наставник только философски пожал плечами и приглашающе махнул рукой в сторону машины:
   - Поехали уже, я чая хочу.
  
   ***
   Святослав забрал их глубоко за полночь. Мила к тому времени уже крепко спала прямо за столом. Тамара вместе с Яковом пили горячий чай, вполголоса обсуждая текущие дела.
   Разбудить девочку окончательно так и не удалось, видимо активация энергии не прошла для нее даром, и теперь требовалось восстановление. Практически повиснув на отце, Мила в полусне дошла до дома и тут же, не переодеваясь, рухнула на кровать. Святославу оставалось только снять с нее обувь и выключить свет. Он немножко посидел рядом с ней, накрыл одеялом. Иришка предупреждала, что его дочь пассивно задействована в Обновлении, но не думал, что все будет происходить именно так. Единственное, что утешало - Мила не была важным звеном, а, значит, ей ничего не угрожало.
   Спустя полчаса Святослав тихонечко постучал в дверь Тамариной комнаты. Вошел, держа в руках крайне недовольного, взлохмачено Инея, и хмуро направился к одному из стульев, на котором была оборудована кошачья лежанка.
   - Святослав, прости, я не знаю, когда он успевает к тебе пробраться, - Тамара виновато посмотрела на мужчину. К кошкам тот относился нормально, к кошачьей шерсти - строго отрицательно. - Он еще пять минут назад был здесь.
   В очередной раз изгнанный с облюбованной им подушки Иней недовольно встопорщился, повернулся ко всем спиной и принялся оскорблено вылизывать лапу.
   - Да, ладно, я уже понял, что отваживать его бесполезно, - устало махнул рукой Святослав. - Время будет - заговорю дверь, чтобы он не входил. Ты сама-то как?
   - Нормально, - пожала плечами девушка. Она уже собиралась спать, в комнате горел только ночник. Босая, в сорочке она расчесывала перед зеркалом длинные распущенные волосы. Ссадина на скуле почти зажила, синяки посветлели до едва заметных пятен. Но Святослав все же провел по ее щеке кончиками пальцев, заставляя регенерацию ускориться. - А ты?
   - В порядке, - ответил он, помолчав, добавил: - А если бы две девчонки вели себя более-менее предсказуемо, вообще было бы замечательно.
   Тамара невесело усмехнулась и подняла на него глаза:
   - Кто я для тебя, Святослав, кто-то вроде дочки?
   - А кто я для тебя, - склонив голову, спросил он, - еще один мучитель и садист?
   - Ты ведь знаешь, что нет, - она вздрогнула, не ожидая такого поворота. - Просто я...
   - Это из-за Данилы?
   Тамара укоризненно взглянула на него, поняв, куда он клонит. Вздохнула и покачала головой:
   - Он - совсем другое. И он здесь совершенно не причем.
   Святослав молча смотрел на нее, ожидая продолжения, и Тамара почувствовала, как медленно вползает в ее душу смятение, рождая отчаянное желание выбежать прочь и бежать куда угодно - только бы не продолжать этот разговор.
   - Я же пыталась тебе объяснить - дело во мне... - наконец, с трудом проговорила она. - Я... я никак не могу перебороть себя, понимаешь?.. - Она тряхнула волосами, - Давай все оставим как есть, ладно?
   - Но это неправильно, - покачал головой мужчина, приподнял ее подбородок пальцем и легонько поцеловал в губы. Она вздрогнула, попыталась отпрянуть, но он удержал ее и поцеловал уже по-настоящему, в конечном итоге заставив потянуться к нему и ответить. Напоследок он наклонился и прикоснулся губами к нежной коже между ее плечом и ключицей, почти физически ощущая, как прокатывается по ее телу теплая волна.
   Но все же она повела плечом и сделала шаг назад:
   - Святослав...
   - Тамара, послушай меня, - он заглянул ей в глаза. - Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, подавлять или делать что-то без твоего желания. Я не хочу тебя обидеть или сделать больно. Я не знаю, что делал твой муж, - она отвернулась. - Но я не Иван, осознай ты уже, наконец! Ну не все же вокруг такие, как он! Что ты все время шарахаешься от меня?
   Тамара надолго замолчала, глядя куда-то сквозь него, потом сказала:
   - Ты влепил мне пощечину в первый же день нашего знакомства. А сейчас сомневаешься в каждом шаге.
   - Вот я так и думал, что это сыграло свою роль, - с досадой сказал Святослав. - Ну не мог я по-другому, ты попала в эмпатическую сеть, я должен был как-то привести тебя в чувство. Я давно уже понял, в чем проблема и тысячу раз пожалел о том, что сделал! Но ведь исправить я все равно ничего не могу. Я стараюсь тебя растормошить, стараюсь, но это бесполезно! Тамара, все это только в твоей голове, понимаешь?
   Он совершенно искреннее расстроился и чувствовал себя очень виноватым. Тамара отчетливо "видела" его растерянность и замешательство. А сама стояла и смотрела на него. Он такой хороший. У него замечательная дочь, дом, друзья. У него впереди жизнь. А у нее не было ничего, и она не хотела оставаться. И да, он прав, все это у нее в голове, закреплено на уровне рефлексов. Да, это она виновата. А он не при чем. Но чтобы выстроить доверие нужно время, а не физическая близость. Впрочем, если он считает по-другому...
   - Понимаю, - она посмотрела ему в глаза. - И совсем не понимаю тебя.
   - В чем, например?
   "Зачем я тебе?" - мысленно проговорила она, но вслух попросила:
   - Поцелуй меня?
   Он нахмурился, чувствуя какой-то подвох:
   - Нет уж, ты сначала мне ответь.
   - Мне нечего тебе сказать, Святослав... - она пожала плечами и отвернулась, намереваясь уйти. Он поймал ее за руку и развернул к себе:
   - Точно?
   - Абсолютно.
   Она потянула его за футболку, и он ее все-таки поцеловал. Сначала легонько. А потом все больше и больше входя во вкус, и вот уже задирая ее легкую ночную сорочку и скользя кончиками пальцев по разгоряченной коже. Чувствуя, как раз за разом пробегает по ее телу дрожь, заставляя выгибаться к нему навстречу.
   Плюсов эмпатии не так уж и много. Но один из них в том, что чужая страсть не дает опомниться, захватывает в бездонный омут и умножается, соединяясь с собственной и вынуждая забыть обо всем на свете, кроме горячих, плавящих прикосновений, прерывистого дыхания и дрожи, волнами проходящей по телу. Главное - перешагнуть первый барьер.
   И Тамара перешагнула. Отодвинула от себя прошлое, закрыла глаза на будущее и махнула на все рукой. И теперь выгибалась, плавилась и сходила с ума от нежных обезоруживающих касаний, всхлипывала, мяла простынь, царапала ногтями его плечи и спину, и кусала губы, чтобы не разбудить спящую в соседней комнате Милу...
   А потом, когда возбуждение рассыпалось яркими сполохами и постепенно затихло, оставив накатывающие искрами отголоски, и Тамара, баюкаясь в объятьях Святослава, слушала, как выравнивается его дыхание - на смену эйфории пришла все та же пустота. Только теперь она стала еще менее осмысленной. Ничего не изменилось, она была права.
  

   Глава 30
  
   Совет пересмотрел решение в пользу Даниила. Без споров, выяснений отношений и разногласий. С молчаливого согласия Айдара.
   Тамара смотрела на его бесстрастное лицо и все больше понимала, что тот просто над ними издевается, преследуя какие-то свои, неведомые им цели.
   В зале присутствовал и Ратмир, и девушка периодически ловила на себе отголоски его неприязни и какого-то странного напряженного интереса. Впрочем, он присутствовал не просто так - именно на него теперь был возложен поиск родственников убитых оборотней.
   Святослав и вовсе оказался в опале. Да, его действия во время и после пожара были правомерными, однако замыкание купола действительно вызвало панику среди жителей села, а столь открытая демонстрация подавления и силы лишний раз доказала уязвимость оборотней перед энергией.
   А вот о Тамаре даже не вспоминали, словно она вдруг стала пустым местом. И это напрягало еще больше, чем прежнее пристальное внимание.
  
   ***
   Дни вновь потекли своим чередом, разбавляя нежные акварельные краски охрой. Потихоньку заканчивалась уборочная, село готовилось к зиме и Тамара, не поднимая головы, сидела в сельсовете, разбирая сыпавшиеся со всех сторон вопросы.
   Чижик успокоился, перестал заполошно носиться по комнатам, и теперь все больше сидел на крышке ноутбука, наблюдая за девушкой. Иногда он садился к ней на плечо или на палец и, цепляясь когтистыми лапками, что-то тихо чирикал. А она слушала, и на душе почему-то становилось спокойнее.
   Несколько раз забегала счастливая, собирающаяся в медовый месяц на юг Аллочка. Но Тамара даже смотреть не могла в ее сторону. Серый венец на ее лбу обретал все большую четкость и кончики острых листьев на нем уже начали потихоньку наливаться алым.
   С Милой отношения зашли в полный и бесповоротный тупик. Девочка перестала демонстративно соревноваться с Тамарой и выражать открытый протест, и теперь переключилась на отца, с утра до ночи требуя его внимания, и ревностно следя за всеми его перемещениями. С учетом того, что после нападения на дом и внезапной новости о том, что Мила является Точкой Построения, Святослав и так контролировал каждый ее шаг, по возможности встречая и провожая из школы, забирая с собой в Чистые ключи и буквально обвешав защитными заклинаниями, ситуация была на грани невыносимой.
   Впрочем, и от Тамары ему тоже доставалось. По воле Предводителя Святослав и Тамара должны была присутствовать в Клане в выходные дни - решение Совета отмене не подлежало, их действительно ввели в штат, предоставив работу в библиотеке и смежном с ним клубе. И если Тамара преследовала какую-то свою, неведомую цель, то Святославу просто "повезло" за компанию. Впрочем, выход он все же нашел - перенеся свою работу в небольшой закуток возле книжных полок и совмещая два занятия сразу. Однако от слоняющейся от безделья неподалеку Милы, это все равно не спасало.
   Естественно, оборотни приняли новых "работников" в штыки. Библиотеку в выходные дни обходили не только стороной - по кругу. О клубе, в котором числилась организатором Тамара, нечего было и говорить.
   Сдвинуть ситуацию с мертвой точки, как ни странно, помог Ратмир. В тихий и дождливый субботний день в здание клуба вдруг вихрем влетело два здоровенных, вымокших и от того очень встрепанных котенка, а после вошла молодая пара с синеглазой малышкой на руках.
   Тамара еще раз поразилась, насколько медленнее течет для оборотней время - Мира, невестка Даниила, выглядела совсем юной, едва ли ни подростком. Ратмир - немного старше, но поверить в то, что они являются родителями уже троих детей, было совершенно невозможно.
   Девушка, машинально покачивающая вертящуюся на руках дочку, хоть и светилась неподдельным интересом, но не произнесла ни слова, лишь коротко кивнув в знак приветствия. Ратмир же напротив хмуро поздоровался, после дал хороший нагоняй кружащим волчками вокруг Тамары детям и пожал руку Святославу. Пробиться к нему в эмоции девушке оказалось не под силу, зато она быстро вспомнила, что ей и самой не мешало бы закрыться.
   - Тамара, Яну задали выучить какое-нибудь редкое стихотворение к школьному празднику осени, я был бы признателен, если бы вы помогли нам найти нужную книгу и поискали бы в клубе какой-нибудь костюм для утренника. У нас там довольно большая костюмерная, ну вы и сами, наверное, знаете, - без тени издевки, вежливо сказал Ратмир. Тамара изумленно вскинула бровь - с Интернетом в Чистых ключах было замечательно, и хоть детям он был запрещен, для взрослых проблемы найти нужный текст на его просторах просто не существовало.
   Заметив ее замешательство, оборотень слегка прищурился, став безумно похожим на своего отца:
   - А потом я бы хотел с вами поговорить.
   Тамара вполне убедительно изобразила спокойное безразличие, едва заметно повела плечами и кивнула в ответ:
   - Хорошо.
   Через полчаса нужная книга была найдена, костюм - осенний листопад - подобран, Мира и дети выпровожены в зал, а Святослав, Тамара и Ратмир - сели друг напротив друга за небольшим деревянным столом.
   - Я не буду лукавить, - сказал оборотень. - Я не испытываю ни малейшей радости от вашего присутствия в Ключах. Прости, Святослав, но после недавних событий особенно. Что же касается тебя, Тамара, то ты не просто угроза для Клана, ты чужая, и мы все это прекрасно понимаем. В том числе и отец, хоть он старается и не показывать это.
   - Давай по делу, - поморщился Святослав. Как ни странно, несмотря на то, что растил сына Даниил, являясь для него единственным ярким примером, Ратмир с возрастом все больше напоминал характером Айдара. Сквозила в нем та же упрямая бескомпромиссная верность устоям, холодная уверенность в своей правоте и снисходительное, даже пренебрежительное отношение к тем, кого он считал слабее себя, а именно к людям. Впрочем, прямолинейность он явно взял от отца.
   - Ты - Источник, - Ратмир в упор посмотрел на Тамару. - Тебя, насколько нам известно, используют для того, чтобы провести энергию. Ты не более чем предмет, вещь. Скажи, каким же тогда образом твое общение с нашими детьми поможет им легче пройти обновление? И чем конкретно грозит это обновление нам всем?
   Тамара надолго замолчала, хмуро глядя на светлое юное лицо. Неужели Данила тоже когда-то был таким? Имеет ли она право скрывать от него информацию, и что именно она может ему открыть? Можно ли ему доверять?.. Она поправила свою защиту - Ратмир уже дважды пытался ее прочитать, но до Данилы и тем более Айдара ему было, ой как далеко.
   - Я напрямую связана с Природой, - наконец, сказала девушка. - Она защищает меня, и дает право воздействовать на вас и взаимодействовать с вами. Вы - единственная раса, которая безнаказанно может сделать мне все что угодно - я открыта для вас, потому что моя и ваша энергия схожи, у нас один покровитель. Обновление коснется каждого из вас, где бы вы ни находились, куда бы ни спрятались. Каждого из вас ждет энергетический удар. Единственное, что я могу сделать - смягчить его побочные действия. Сам понимаешь - кого-то огонь согреет, а кого-то сожжет. Вас слишком много, я не могу взаимодействовать с каждым, но могу постараться охватить хотя бы детей. Чем больше они будут мне доверять, чем больше я соприкоснусь с их сутью, тем меньше вариантов, что вмешательство в итоге даст негативные последствия в виде травм, сумасшествия, болезней. - Она склонила голову: - Выбор за тобой. Насчет Маи и Яна можешь не беспокоиться - Даниил давным-давно позаботился о том, чтобы твои дети были защищены. А вот с Леей мне нужно пообщаться минимум два-три раза.
   - Ты Источник, а кто Стрела? - склонил голову Ратмир, проигнорировав ее слова.
   - Это закрытая информация, - ответила ему Тамара. - Но с появлением Стрелы для вас не изменится ровным счетом ничего. Это все, что ты хотел услышать?
   - Ты не ответила на главный вопрос - в чем заключается обновление?
   - Энергетический фон планеты будет выровнен и выведен на новый уровень. Человечество слишком долго топчется на месте, это нужно исправлять.
   - А мы?
   - Вы относитесь к людям.
   - Но это не так!
   - Вы относитесь к людям, - повторила девушка.
   - Я не понимаю. Что это значит? Выравнивание... - он запнулся и Тамара впервые почувствовала, как пробился сквозь удерживаемый им заслон перемешанный с тревожной догадкой страх. - Мы потеряем себя? Свою суть, жизнь, чувства, территорию? Что именно?!
   - Это закрытая информация.
   - Я ненавижу тебя! - с чувством сказал Ратмир.
   - Это ничего не меняет, - спокойно отозвалась Тамара. - И я повторяю: выбор за тобой.
   Оборотень молча уставился ей в глаза, и девушка явственно почувствовала, как кипит в нем ярость, беспомощность, сомнение и еще множество неясных, неосознаваемых эмоций. А потом ее заслон начал трещать по швам, ломаться, впуская в сознание липкий, тут же схвативший за сердце леденящий страх - искусством внушения оборотни овладевали еще в раннем детстве и владели им в совершенстве, даром, что с сородичами эти номера практически не проходили. Зато люди были легкой добычей.
   Впрочем, Даниил был хорошим учителем, и Тамара упрямо ответила на взгляд соперника, стараясь не просто вырваться, а еще и пробиться через его защиту - сейчас, когда разум Ратмира застила ярость, она могла постараться подтолкнуть его к правильному решению, а заодно и познакомиться с его энергией. Однако она переоценила свои силы, спустя несколько секунд оборотень попросту смял ее щиты, и в его эмоциях теперь отчетливо играло еще и торжество.
   - Знаешь что, Ратмир, иди-ка ты к семье, - Святослав встал из-за стола и положил ладонь на плечо Тамары, выдергивая ее из мучительного поединка. - И прежде чем демонстрировать превосходство и отказываться от предложения - подумай тысячу раз.
   Оборотень исподлобья глянул на него, скрестился взглядом, а после покачал головой, отвернулся и молча встал из-за стола.
   - И еще, - голос Святослава застал его у самой двери, заставив обернуться:
   - Обновление касается и Управляющих энергией тоже. Так что вы не уникальны.
  
   ***
   Этот момент был переломным. На следующий день в клубе снова появилась Мира. На этот раз без мужа, но зато с детьми - все трое были в человеческих ипостасях, красиво одеты и причесаны. Предлогом для появления стал очередной дождливый день и отсутствие развлечений дома. Дети висли на Тамаре и Миле, довели до белого каления бесконечными вопросами Святослава, и, наконец, были уведены домой с намерением прийти в следующие выходные, а еще позвать знакомых. Зашедший вечером Даниил, глянув на потрепанных друзей, лишь снисходительно фыркнул - в отличие от них, котята гостили у него дома чуть ли ни каждый день.
   Вопрос о том, чем бы занять без вреда для окружающей среды маленькую кошачью банду, встал не просто ребром, а костью в горле. И всю последующую неделю Тамара, под насмешливые комментарии Милы, перебирала вместе со Святославом различные варианты.
   Во время очередных занятий с Даниилом, которые теперь все больше и больше напоминали обычные дружеские посиделки, включающие Святослава, Милу и, частенько, котят - дети, заговорчески подмигивая друг другу и позвав через забор Лекса, убежали к себе домой создавать поделку к осенней выставке.
   В конце вечера взрослых ждал сюрприз, заставивший Милу не просто поперхнуться недопитым чаем, а еще и плеснуть его себе на колени и спешно сбежать в ванную. С огромного блюда, торжественно водруженного на стол прямо перед ней, ехидно ухмылялась тыква, вокруг которой в художественном беспорядке были уложены трупики мышей. Большие и маленькие - они серо-коричневыми мохнатыми кирпичиками обрамляли край шедевра. Причем каждые три находящихся рядом хвоста были аккуратно связаны рыжей, в цвет самой тыквы, веревочкой с кокетливым бантиком (старалась Мая). Внутри самой тыквы, создавая объем, лежали жухлые листья и какие-то мелкие косточки, некстати торчащие из глазниц, "лоб" окаймляла обесцветившаяся змеиная шкурка, а в довершении всего - из самой середины овоща торчали заячьи уши. Самые что ни на есть натуральные, немного лохматые, упругие уши. Правда, без зайца.
   - Ну, как?! - Ян буквально дулся от гордости. Такая красота! - Тетя Тамара, тебе нравится?
   - Безумно! - отозвалась Тамара и потерла нос, стараясь погасить смех - выражение лица Данилы было непередаваемым. - Хорошо, что прапа научил вас охотиться! - Оборотень перевел на нее взгляд, Тамара отчаянно куснула губу, чтобы скрыть улыбку и на всякий случай поправила свою защиту - не хватало еще, чтобы дети обиделись, прочитав ее эмоции.
   - Да! Мы готовились несколько дней! - подхватила Мая. - Говорят, лучшие работы отвезут в город! Лекс вообще-то хотел поймать живую змею, но были только ядовитые, а они кусаются, и можно заболеть. А жаль... - девочка вздохнула.
   - Очень жаль, - сочувственно покачала головой Тамара, и вновь искоса глянула на Данилу. Тот в ответ только прищурился, явственно отблеснув сузившимися зрачками.
   - Дядя Святослав, - вдруг расстроено произнес Ян. - А почему ты смеешься? Мы сделали что-то не так?
   Святослав, чье лицо доселе не выражало ничего, кроме искренней заинтересованности, мысленно чертыхнулся и крутанул кистью, ставя заслон на эмоции.
   - Нет почему, мне нравится, очень даже интересно поучилось, - сказал он. - Ваш прапа в юности вообще замки из мышиных черепов строил... - Глаза детей загорелись, а Данила не выдержал и хорошенько пнул друга под столом ногой. - А змею, если хотите, я вам дам - у меня есть заспиртованная гадюка, - сменил тему Святослав. - В субботу привезу.
   - Правда?.. Спаси-ибо! - Мая повисла шее у Святослава, чмокнула его в щеку, и дети унеслись на улицу - рассказывать о гадюке Лексу.
   Данила тихо и витиевато выругался, убрал шедевр со стола и мрачно уставился на смеющихся уже в полный голос друзей. Милу в ванной отчаянно тошнило.
   Зато вопрос с субботне-воскресными занятиями был решен. Дети, столь неуемно стремящиеся к творчеству - должны его получать. Правда, в более цивилизованном виде, вернее в более человеческом. Например, в виде детской студии, с играми, выставками и занятиями. Осталось "всего ничего" - закупить материалы, вспомнить собственное детство и продумать программу.
  
  
   Глава 31.
  
   Тамара металась в бреду.
   - Мила... Данила... Камир... Мила!... Камир!.. Даня!.. - раз за разом выдыхала она, не приходя в сознание.
   Святослав еще раз потрогал ее лоб и нахмурился - он был огненным. Лекарства не помогали, любое сотворенное заклятие растворялись при соприкосновении с аурой девушки, не принося ни капли пользы. Маг плотнее укрыл ее одеялом, положил на лоб мокрое полотенце, но Тамара тут же скинула его, мотнув головой. На ее щеках алыми пятнами проступил горячечный румянец, под глазами залегли глубокие тени, кончики пальцев были ледяными.
   - Камир!.. Мила!... Данила!.. - в который раз повторила она.
   - Пап, давай я за Яковом схожу? - неуверенно сказала Мила, стоя в дверях. Ближе она не подходила, единственное прикосновение - девочка хотела поправить сбившуюся подушку - и Милу пронзила иссиня-черная ветвь, пройдя сквозь все тело и свернувшись где-то в солнечном сплетении неравномерно пульсирующей точкой. Святослав этого момента не застал, а рассказывать ему об этом дочь не собиралась. Та маленькая девочка из огромного дома, Иришка, что-то сделала с ней, закружила, заговорила и накинула запрет на все слова и действия, связанные с ее задачей. Мысли путались, воспоминания ускользали. Единственное, что Мила поняла - это то, что прикосновение активировало внутри нее какую-то скрытую силу, заставив вспыхнуть, как огонек в ночи.
   - Его нет в Тони, - покачал головой Святослав. - Знаешь что, сбегай-ка ты лучше к фельдшеру, попроси у него еще что-нибудь от температуры. Должно же хоть что-то помочь. А я пока попробую Даниле позвонить, хотя он сегодня вроде бы в город собирался.
   На последней фразе Мила поморщилась, но смолчала и быстрым шагом вышла из комнаты.
   Набрать номер мужчина не успел - Данила явился сам, благо контур дома был для него открыт.
   - Святослав... - он неуверенно замялся на пороге, подбирая слова. - У вас здесь все в порядке? - Склонив голову, посмотрел на друга, считывая реакцию. - Где Тамара?
   Маг молча показал на дверь ее комнаты.
   - Ясно... - едва увидев девушку, протянул Даниил. Подошел к кровати и, присев на краешек, дотронулся до ее лба, прошелся кончиками пальцев по вискам, шее, повернулся к Святославу: - Давно?
   - Часа три, - развел руками Святослав. - Сначала на головную боль жаловалась, а потом отключилась. В себя не приходит, на лекарства и энергию не реагирует. Зовет по очереди тебя, Милу и еще какого-то Камира. Ты как здесь очутился?
   - Самому интересно, - отозвался Данила. - Меня сам знаешь, пробить сложно. А тут словно дернуло что-то, и я, как идиот, почему-то сорвался и приехал. Даже звонить не стал... Алиса мне теперь точно ультиматум предъявит! - Он еще раз взглянул на Тамару. Под его прикосновениями она затихла, перестав шептать имена, лишь дыхание по-прежнему было хриплым и прерывистым. - Для человека температура слишком высокая, но я здесь бессилен. Организм вроде бы пока справляется. Странно, что она вообще умудрилась заболеть, с ее-то защитой и регенерацией. - Он машинально погладил девушку по щеке, и та потянулась, прижимаясь к его ладони. Данила искоса посмотрел на помрачневшего друга, и тот удивленно отметил, как на самом дне зрачков оборотня расплавленным серебром расцветают холодные искры: - У тебя лед есть? Только обычный, а не магический. И несколько полотенец.
   - Есть, - помедлив, ответил Святослав. - Сейчас принесу.
   Как только маг вышел, Данила взял девушку за руки, сжал, одновременно согревая ее ладони, и едва слышно произнес:
   - Я здесь.
   Тамара прерывисто вздохнула и, не открывая глаз, прошептала пересохшими губами:
   - Это неправильно! Я не согласна. Уходи.
   - Я давным-давно принял это решение, - отозвался оборотень. - И менять его не собираюсь.
   Тамара замерла, на несколько мучительно-долгих секунд перестав даже дышать. Руки ее дрожали, аура светилась неуверенностью.
   - Ну же! - довольно резко подтолкнул ее Данила. - Время уходит! - И она все-таки подчинилась, сжав его ладони в ответ. Распахнул свои крылья природный страж, в комнате стало ощутимо прохладнее, и по телу девушки, словно из ниоткуда заструилась, заискрилась энергия, закручиваясь, заполняя все пространство, и не находя выхода с силой ударила по ладоням оборотня, вливаясь в его резерв. Холодные крылья на мгновение сомкнулись над парой, делая их единым целым, перемешивая ауры и чувства, а после взвились призрачным пеплом и медленно растаяли в воздухе, оставляя после себя кружащие в воздухе снежинки.
   Данила открыл глаза, поморщился и тряхнул головой - ощущение было такое, словно его с размаху ударили тяжелой, влажной подушкой. Взглянул на стоящего, прислонившись к дверному косяку, друга - выброс энергии такой силы не почувствовать было невозможно, заставив примчаться на него, как на зов.
   - Знаешь, что самое противное? - вполголоса спросил он у Святослава. - Я ни черта не понимаю, что происходит... - Оборотень отпустил ставшие огненными ладони Тамары - теперь ее дыхание выровнялось, но жар не спал, став, кажется, даже сильнее. Сморгнул и нахмурился: - Лед принес? Давай скорее, пока поздно не стало.
  
   Спустя пару часов Тамара босиком, заспанная и кутающаяся в плед, заглянула на кухню. На нее одновременно воззрилось три пары глаз. Два взгляда были нахмуренно-сосредоточенными, третий - привычно-недовольным.
   - Я спала? - неуверенно спросила девушка. - Почему у меня там лекарства какие-то лежат, вода...
   Мила фыркнула и отвернулась, со звоном ставя чашку на блюдце. Тамара удивленно вскинула левую бровь.
   - Ты как? - вместо ответа поинтересовался Данила.
   - Превосходно, - соврала Тамара. - Так спала или...
   - Или, - оборотень поймал ее за руку, повернул вверх ладонью, и Тамара заметила оставшийся синяк от укола на сгибе локтя. Все тело ее ныло, а голова попеременно кружилась и гудела, как встревоженный улей. Данила пробежался длинными тонкими пальцами по ее предплечью, заставляя вздрогнуть, задержался на запястье, легонько сжал ладонь, немного подержал и отпустил. Искоса глянул в расширенные зрачки:
   - Все почти в норме. Ты хоть что-нибудь помнишь?
   Девушка покачала головой:
   - Только утро... - Про сны, которые в последнее время случались все чаще, она говорить не стала. Сны это просто сны. Даже несмотря на то, что в них неизменно присутствовал Алмар, который ей что-то объяснял, показывал, заставлял заучивать какие-то движения, эти сны рассеивались поутру как пыль. Чтобы ночью воцариться снова. - Потом начала болеть голова и все - дальше темнота. Спать хочу жутко, словно несколько суток на ногах провела...
   Она покачнулась и невольно прислонилась к косяку.
   - Ты сильно переутомилась и приболела, - сказал Святослав. - Мы тебе еле-еле температуру сбили. Поспи до утра, а там поговорим, хорошо?
   Тамара неуверенно кивнула, взяла в руку протянутую магом чашку с чаем и повернулась, намереваясь выйти.
   - А мне вот интересно, Тамара, кто такой Камир?.. - лениво протянул девичий голосок. - И как скоро нам здесь его ждать?
   Язвительный вопрос Милы застал девушку на полушаге. Она вздрогнула, обернулась и, скользнув взглядом по лицам, почему-то задержалась на Святославе. Долго, неотрывно. Потом посмотрела на девочку:
   - Я не знаю кто это. Почему ты спрашиваешь?
   - Потому что ты звала его весь день. Меня, Данилу и Камира!
   Тамара удивленно сморгнула и отрицательно покачала головой:
   - Я понятия не имею, почему. Я даже имени этого не знаю.
   - Тамара, не переживай, иди спать, - сказал Святослав. - У тебя был бред, от высокой температуры. А кое-кому, - он взглянул на Милу, - могу напомнить прошлую зиму, когда ты переела мороженого, точно также валялась в постели и звала папу, маму и ...
   - Ну все-все, я поняла! - Мила отчаянно залилась краской и с досадой махнула рукой.
   Тамара невесело улыбнулась краешком губ и коротко переглянулась с Данилой. Тот едва заметно кивнул. Девушка вздохнула и вышла.
   Да, ей не показалось. Мила действительно "вспыхнула", и Данила это видел. Тамара не знала, что именно чувствуют оборотни, как происходит зов. Но точно знала, что это маленькая девочка, как одинокий огонек, стала путеводной звездой, манящей тех, для кого он предназначался.
  
   ***
   - Данила, кто вы с Тамарой друг другу?
   Ночь уже давно вступила в свои права, Мила, как ни упиралась, стремясь побыть со взрослыми подольше, все-таки сдалась усталости и ушла спать. Друзья сидели на кухне вдвоем, потягивая все ту же смородиновую настойку, правда, в этот раз - слегка разбавленную.
   - Влюбился или решил удочерить? - усмехнулся оборотень.
   Святослав фыркнул в ответ, потом посерьезнел:
   - Я уже не знаю, что с ней делать. Она замкнутая, поначалу вообще от каждого прикосновения вздрагивала. А сейчас вроде бы все нормально, но она словно стену выстроила. Знаешь, у меня такое ощущение, что она специально ходит по краю, не хочет жить и привязываться.
   - Это не ощущение, - ответил оборотень. - Она действительно ходит по краю. Надо было этому ее Ивану шею свернуть, чтоб не повадно в следующий раз было.
   - Дело ведь не только в нем, - сказал Святослав.
   - Не только, - отозвался Данила, и все-таки ответил на вопрос: - Я не знаю кто мы друг другу. Для меня многая информация закрыта. Для нее, похоже, тоже. Но иногда что-то накатывает, и мне кажется, что мы как минимум родственные души. А потом снова пустота, и мы снова чужие. Не знаю, Святослав, правда. Со мной такое впервые. За чертой все встанет на свои места. А сейчас, поверь, у нас разные дороги.
   - До черты нужно как-то еще дожить, - резонно заметил друг.
   Оборотень невесело покачал головой, помолчав, сказал:
   - Она другая, Святослав. Она совсем не похожа ни на Аську, ни тем более на Наташу, Катерину и кто там еще был. Для нее самое важное - полностью тебе доверять. К тому же она - эмпат. Она читает тебя круглосуточно. А ты постоянно сомневаешься, и она просто не знает, чего от тебя ждать.
   Святослав раздраженно отмахнулся:
   - Еще один! Вы читаете эмоции, а не мысли, они поступки не определяют!
   Даниил насмешливо фыркнул и склонил голову:
   - Ты с ней спишь, - сказал он. - Не хотел провоцировать дочь, но не удержался, верно? К тому же еще и влюбился, да? - он прищурился: - Да! И чем дальше, тем больше не знаешь, как выкрутиться, чтобы не потерять ни ее, ни Милу. Ко мне цепляешься, потому что ревнуешь. Ты нашу связь видишь, а объяснить не можешь. Я тебя сейчас до бешенства этими словами довожу, хотя ты злишься на меня с самого начала, с той самой секунды как поздоровался, приветливо поздоровался, заметь - руку пожал. Но я тебе друг, и ты сейчас не знаешь, как поступить - морду мне набить или напиться на пару. О! - он поморщился, - сейчас ты меня ненавидишь. А вот сейчас, - он усмехнулся, - тебе стыдно стало, что ведешь себя как дурак. А теперь...
   - Не продолжай, я действительно дурак, - Святослав крутанул кистью, закрывая эмоции щитом. Сразу треть резерва ухнула как в колодец - заклятие было непозволительно энергоемким. - И как вы только с ума не сходите от этого.
   - Делаем ставку на поступки и стараемся особо с людьми не общаться,- криво усмехнулся оборотень. - Она все понимает, Святослав, просто прошлое у нее дрянь, и она не умеет толком игнорировать всю ту муть, что у других крутится в голове. Она вовлекается. Если бы я так вовлекался, я бы уже всех вокруг себя перебил. Тебя - в первую очередь.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"