# Алая роза с Земли

Матвей Фальконский

В то утро в маленькой оранжерее распустилась алая роза, всего лишь один нежный бутон, такой хрупкий... Сергей задумчиво провел пальцем по трогательному лепестку: как хорошо, что психологи настояли чтобы в шаттле обустроили крошечный зеленый уголок, считается, что это абсолютно необходимо для человеческой психики, иначе неизбежны тревога, тоска и депрессия. В иллюминаторе сверкали серебристые и изумрудные звездные огоньки, и он начал ловить себя на том что разговаривает с хрупким алым бутоном, доверяет ему свои чувства и переживания. Он исследовал отдаленные рубежи туманности Орла, в крошечной капсуле рассчитанной на одного пассажира, и провел в полном одиночестве уже несколько месяцев.


...Ошеломленный, он перевел взгляд с бутона на мерцающую точку на экране. Что-то приближалось. Это не мог быть астероид, предмет имел абсолютно правильную форму параллелепипеда и двигался странно медленно. Корабли-параллелепипеды... Таких точно до сих пор не видели и о таких не слышали. Никогда и нигде! Что, если это галлюцинация? Он ведь уже разговаривает с бутоном, надо признать. Да, это психоз. Или...Или?! Точка на экране продолжала движение, а аналитик на экране уверенно чертил правильную фигуру.


И тогда Сергей упал на колени, и прочитал короткую страстную молитву, и.. так и не встал. Шок. Страх. Ужас. Восторг! Он.. Он должен взять себя в руки! Это будет первый контакт, первый контакт с иной неизвестной до сих пор цивилизацией, контакт на самой границе исследованного космоса! Параллелепипед приблизился, теперь они летели совсем близко, и можно было рассмотреть сверкающую серебристую обшивку, а затем в иллюминаторе медленно распахнулась черное отверстие шлюза, и в каком то полуобморочном состоянии Сергей обнаружил что параллелепипед ловко и довольно таки бесцеремонно присосался присосками к его входному люку. Он медленно поднялся с колен, сражаясь с дрожью и слабостью, затем - мучительно долгое ожидание, страшная тишина. И наконец оно...она... он... да, он вошел, чуть склонившись чтобы не стукнуться о низкий потолок каюты. Гуманоид - первой мелькнула мысль, высоченный гуманоид, в черном украшенном золотистой и серебристой вышивкой одеянии, круглые на выкате глаза на бледном лишенном волосяного покрова черепе были абсолютно не человеческими. Длинные тонкие бледно-оливковые пальцы держали... Цветок. Определенно это была черная роза, только очень крупная. Они некоторое время смотрели друг на друга, и Сергей тупо рассматривал темно-зеленый стебель, острые шипы, черные как антрацит лепестки....


Потом Сергей уловил голос - голос звучал в его голове, тихо и как будто издалека. Телепатическая связь, очевидно.

- Смерть. Ты знаком со смертью? Знаешь, что она тебя когда-нибудь ждет?

- Смерть, - неуверенно, так же мысленно ответил Сергей, понимая что этот диалог неизбежно войдет в историю, - да, я человек, а люди смертны. Мы все знакомы со смертью.

- Хорошо. Потому что это единственное условие. Единственное, что мы ожидаем и требуем. Осознание своей смертности. Это единственный и основной признак разумности. Тот кто знает, что умрет - считается разумным, и больше ничего не нужно. - короткие рубленые фразы отчетливо всплывали в сознании.

-Значит черная роза это символ осознания своей смерти?

-Да. Именно так.

- Потрясающе красиво, признаю, - прошептал одними пересохшими губами Сергей, почти теряя сознание от осознания важности происходящего.


И тут Сергей увидел картинки - мысленно, каким-то внутренним взором он увидел заснеженные горы с каменными круглыми башнями что рвались к самым небесам, горы укрытые диковинными лесами и хвойными рощами...

Когда гуманоид протянул ему черную розу, бледные его губы были все так же опечалено изогнуты.

- Мой родной мир называется Аль-Хорн. Это древний горный мир, замки окруженные заснеженными вершинами светятся ночами будто перламутровые жемчужины. Это стоит увидеть, так что я прошу тебя навестить мою планету.


И тут... Как вообще эта мысль пришла ему в голову? Он должен был придумать нечто, нечто особенное, соответствующее грандиозности момента. И он придумал.

И Сергей метнулся к своей розе, сорвал алый цветок, и протянул гуманоиду как ответный дар.

- Если я правильно понял черная роза это символ осознания своей смерти, и это древний символ Аль-Хорна, - медленно и очень твердо произнес он. - Вы требуете от нас только одного - осознание своей смертности. Мы успешно проходим это испытание. Хорошо. Но на Земле алая роза это символ любви, и я принимаю твою черную розу, а потому надеюсь что ты примешь мою алую.

- Любовь? - гуманоид улыбнулся краешками бледных губ, но глаза его были все так же серьезны и печальны, и абсолютно нечеловечны. - Да, любовь так же как и смерть царит во всех мирах, и в Аль-Хорне, среди заснеженных горных вершин, знают это слово.

И они торжественно обменялись цветами - черным символом осознания своей смерти и алым символом всепобеждающей любви.

Затем гуманоид произнес, и в глазах его, абсолютно нечеловеческих, промелькнуло... Наверное, ближе всего тут подошло бы слово "восхищение".

- Тысячи представителей самых разных цивилизаций получили в дар черную розу, свершились тысячи разных историй. Но такого еще не было! О нашей встрече будут говорить и вспоминать столетия! Я принимаю эту алую розу с радостью и восторгом.

И гуманоид склонился в учтивом поклоне, и Сергей скрывая улыбку ответил тем же. Да, хорошо он придумал с красной розой. Красиво. Как истинный землянин!