Феано: другие произведения.

Притчи о знании

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Притчи в ритмах

  ПРИТЧИ О ЗНАНИИ
  
  http://online.pubhtml5.com/ucdb/prhy -
  электронная книга
  
  
  Три совета
  на сюжет притчи Руми
  
  Когда бы доверяли не словам,
  а истине, что сердцем познаётся,
  да сердцу, что от истины зажжётся,
  то не было б предела чудесам.
  
  Однажды некто, встретив птичку света,
  Поймал её. Вдруг молвила она:
  - Я дам тебе бесценных три совета,
  Коль ты меня отпустишь, я умна...
  При этом ты получишь первый тут же,
  Второй, когда вспорхну на ветку я,
  А третий, ты о нём подумай глубже,
  На той вершине... Выпусти ж меня!
  
  - Согласен! Говори мне эти мысли.
  - Совет прими такой: - Коль потерял,
   Пусть то, что ценишь ты не меньше жизни,
   Смирись, да не жалей. Всевышний взял.
  
  И некто птичку выпустил на волю.
  Вспорхнув на ветку, молвила она,
  Как ветер, отдающий силу морю,
  Как в море возлетевшая волна:
  
  - Тому, что доказательств не имеет,
   Тому, что здравый смысл не обрело,
   Не верь! А то сомненья одолеют,
   И думай, я скажу ещё одно:
  (Тут птичка до вершины долетела)
  - Несчастный человек, узнай о том,
   Что два алмаза я на завтрак съела,
   И, если б ты пронзил меня, с умом,
   Твоими б те богатства сразу стали!
  
  В отчаянии наш некто зарыдал,
  Схватив пустую голову в печали,
  И с горестью он птичке прошептал:
  - Скажи хотя бы третий, в заключенье...
  
  - Какой же ты глупец, - в ответ она, -
   Ты даже не подумал о значенье
   Двух первых, что узнал, а голова
   Тебе дана зачем? Ведь я сказала,
   Чтоб ты всей чепухе не доверял,
   Не плакал о потерях. Ведь не мало.
   Но ты... наоборот всё совершал!
  Представь, как глупо верить, что алмазы
  В такой малютке можно поместить,
   И стоит ли играть, как дети, в фразы,
   Иль плакать над потерями, тужить...
  
   Ты глуп, так оставайся же в границах,
   Обычных для обычных же людей,
   Но думай иногда о свето-птицах,
   И пусть они появятся скорей!
  
  Когда бы доверяли не словам,
  А истине, что сердцем познаётся
  И сердцу, что от истины зажжётся,
  То мысли б обретали божий Храм...
  
  Когда меняются воды
  Эхо мудреца Зу-н-Нуна
  - Настанет день, когда исчезнет вся вода...
   И ей на смену вдруг появится иная,
  Да станут люди с той воды сходить с ума, -
  Сказал так Хидр, учитель суфиев, вздыхая.
  Но лишь один всего на свете человек
  Значенье слов, что были сказаны, отметил.
  Собрал большой запас воды, на целый век.
  Стал ожидать. И день предсказанный он встретил.
  
  Иссякли реки и колодцы, и моря.
  А человек в своём убежище - остался.
  Когда же вышел он, то понял, что не зря
  Собрал он воды, не напрасно постарался.
  
  Вокруг текла вода, но люди-то... безумны!
  Они не помнят ни истории, ни то,
  Что было сказано о водах. Мысли скудны,
  Не знают счастья, время льётся в решето.
  
  Он поначалу не притрагивался к водам.
  Но одиночество сыграло свою роль.
  Он покорился неизбежным переходам!
  Плен одиночества - немыслимая боль.
  Отпил глоток воды... И стал на всех похожим!
  Забыв про тот запас и мудрость старины.
  - Да он поправился! - сказал один прохожий.
   Был сумасшедшим, а теперь совсем как мы.
  Учитель Хасан
  
  Своим Учителем зову я нашу жизнь.
  Каких уроков только мне ни задавала
  Святая грешница, да столько показала,
  Что не сумеет до конца постигнуть мысль.
  
  Она учила звуком бубна, горным эхом,
  Струёй загадочности жизненной пьяня.
  Учила болью, страхом, радостью меня,
  И горьким опытом, и бесподобным смехом...
  
  Она являлась ветром времени и морем,
  Порой, служанкой, а порою - госпожой.
  Она учила быть меня самим собой,
  Осознающим мир в себе... морским прибоем.
  
  Но расскажу я вам о той своей поре,
  Когда её своим Учителем назвал.
  Я был учёным, чьи труды мир признавал,
  О чьих успехах сообщалось при дворе.
  
  Труды мои переводились в разных странах,
  Я изучал писанья древности, науки,
  Читал и лекции, был мастер на все руки.
  Мечтал о странствиях, оазисах, вулканах...
  
  Случилось мне приехать в дальнюю страну,
  Где никогда труды мои не издавали.
  В лицо, тем более, меня не узнавали.
  Вдруг... оказался я ненужным никому.
  
  Мне было не с кем говорить, а так хотелось:
  Потоки знания просились из меня!
  Три дня молчания, что пост, дались не зря.
  Но, наконец-то, сердце снова разговелось.
  
  Под вечер мальчика я встретил. Тот бежал
  Куда-то с глиняною лампой.
  Я спросил:
  - Куда спешишь ты, мальчик?
  Он же был так мил,
  Ответил тотчас:
  - В Храм, где каждый день бывал.
  Бог Храма хочет, чтобы там всегда был свет,
  И каждый вечер мать даёт мне лампу. Я...
  Несу её туда для света от огня.
  
  - Ты очень правильный мне дал сейчас ответ.
  Скажи, а сам ли зажигаешь лампу ты?
  (спросил его с надеждой я...)
  - Конечно, сам.
  - Тогда ответь мне, а откуда
  Берётся свет? Ты, верно, видел это чудо?
  И засмеялся мальчик смехом доброты...
  Задул он лампу и спросил меня: - Куда
  Девался свет? Ты, верно, видел это, друг?
  
  Тут мысль моя мгновенно вырвалась за круг
  Моих воззрений, самомнения ума...
  Окаменел я совершенно в этот миг.
  Затем, очнувшись, поклонился я мальчишке.
  Я знал так много, но все знания... из книжки...
  Мне недоступен был мой собственный родник.
  
  Читал я лекции о сотворении мира!
  Не ведал я, откуда маленькое пламя
  Берёт исток, играя нами, как тенями.
  Не ведал света я в безмолвии эфира.
  
  Занятья бросил я свои, забыл про славу.
  Про то, чему учил, когда был на виду.
  И нищим стал, осознавая, что иду
  За светом, свыше мне дарованным по праву...
  
  А, медитируя, иной уж мир открыл:
  Неисчерпаемый, рождающийся свет,
  Что на любой вопрос даёт мне свой ответ.
  И с этим светом я отныне говорил.
  Жизнь посылала встречи, нужные уму,
  Душе и сердцу. И учила, и учила...
  И очень медленно, но всё же излечила
  От самомнения, что свойственно ему...
  
  КУСОЧЕК
  эхо сказки Шатари (1563 г.)
  Три друга шли
  дорогой тяжкою и длинной,
  Делили всё, что было, строго на троих.
  Однажды кончились припасы все у них,
  И лишь один кусочек хлеба... неделимый
  Остался к вечеру, и вспыхнул всё же спор,
  Кому, по праву, должен сей кусок достаться.
  Никто голодным не желал средь них остаться.
  Но, наконец, закончен трудный разговор...
  
  Решили так: все трое вместе лягут спать.
  Тому из них, кому приснится лучший сон,
  Кусочек хлеба и достанется... Закон.
  Последний срок пришёл для дружбы, что скрывать.
  
  Решили - сделали, и вскоре уж уснули.
  С восходом солнца пробудились ото сна.
  Один промолвил: - Небесам хвала! Сполна...
  Мне дивный сон прислали, счастье мне вернули!
  Я посетил прекрасный мир с очарованьем
  Садов цветущих и немеркнущей зари,
  И видел Мудрого! Он мне сказал: - Возьми...
  Тот хлеб себе, благодаря своим познаньям!
  Твоя прошедшая и будущая жизни
  Достойны искреннего духа восхищенья!
  
  Тут подскочил его товарищ в изумленье:
  - Как это странно! Ты читаешь мои мысли!
  Я, в самом деле, видел будущее с прошлым,
  И это мне Мудрец слова сказал, о, да!
  - Ты должен быть, мой сын, накормленным всегда,
  Ведь наделён ты ясным знанием роскошным!
  Тебе людей дано учить и наставлять,
  Благодаря уму и стойкому терпенью!
  Но тут же третий волю дал воображенью!
  (Ему ведь тоже слово нужно было дать...)
  
  - Во сне не видел и не слышал ничего...
  Не разговаривал ни с кем, но чья-то сила
  Меня под утро чьей-то волей... накормила!
  А хлеб был вкусным!
  И проснулся я давно...
  
  ***
  Что наша жизнь!
  Всего лишь сон... А что же хлеб?
  Возможно, то, чем мы встречаем свой рассвет...
  
  Лев и Львёнок
  
  - Как мне найти себя... Кто, в самом деле, я?
  Ведь я - не только осязаемое тело.
  Во мне есть ум, воображение и дело,
  Есть чувства, мысли, опыт, знанье бытия...
  Я, рассмотрев свой ум, скажу ему "не я!"
  А, испытав всю гамму чувств, не отыщу
  Ту сокровенную начинку, что хочу
  Найти, увидеть. Ведь ищу - то я... себя.
  Что настоящее во мне, а что есть эго?
  Что здесь ошибочно, и где я нахожусь?
  Где мир реальный и туда ли я стремлюсь,
  И где глаза для созерцания ответа?
  
  Для обретения ответов бытия
  Идём путями посвящения мы к свету,
  Да в медитациях мы ищем соль ответа,
  Чтоб в совершенное зерцало видеть я.
  ***
  
  Мудрец рассказывал историю о том,
  Как Лев могучий, путешествуя в пустыне,
  Увидел Львёнка средь овец... Подстать рабыне
  Он рабской жизни был тем стадом научён.
  Воспитан был средь овец, и сам не знал,
  Кто он такой, и как существенно различье!
  Послушный Львенок по привычному обычаю
  Со стадом вместе ото Льва и побежал...
  
  А удивлённый Лев, увидев этот срам,
  Одним прыжком достиг его и заревел:
  - Постой, глупец! Поговорить с тобой хотел.
  Не убегай, малыш, доверься же глазам!
  
  Дрожащий Львёнок отвечал ему:
  - Боюсь!
  Ах, отпусти меня, овцу, обратно в стадо!
  
  - Малыш, пойми, мне ничего совсем не надо.
  Лишь на себя ты посмотри, и я... нагнусь.
  Подвёл он Львёнка полумёртвого к пруду
  И так сказал, к воде нагнувшись:
  - Угадай!
  Вот отраженья наши. Ну, смелей, дерзай!
  Кто ты на самом деле?
  С кем, и почему!
  Похож ли ты на тех овец, что убежали?
  Я не за ними гнался... глупый, за тобой!
  А эта встреча продиктована судьбой.
  Глаза и озеро тебе-то что сказали?
  ***
  
  Всё время учимся мы видеть на пути,
  Круша иллюзии и эго ложных форм:
  Когда же Истина, пройдя сквозь мысли шторм,
  Откроет щедрые сокровища свои.
  Лишь для того, чтобы увидеть отраженье
  Своё в земных одеждах, лишь затем душа
  Рождает тело, мысли, чувства, не спеша...
  И создаёт теченье времени скольженья.
  .
  ОБЫЧАЙ
  
  Слыхали ль вы, что есть обычай королей
  Располагать всех храбрых воинов слева трона,
  А справа визирей, блюстителей закона,
  Писцов, министров, правоведов... а друзей
  Всегда по центру, это суфии. Они...
  Им зеркалами станут в главные моменты.
  Чтоб, посмотрев в их лица, зреть не сантименты,
  А зеркала души - источники свои.
  ***
  Дай зеркала тем, кто красив, чтобы другие
  Смогли увидеть душ прекрасных кладовые.
  Способность видеть красоту дана любому,
  Чтоб, полируя души, зреть дорогу к Дому.
  
  ЦЕЛЬ АЛЕКСАНДРА ВЕЛИКОГО
  
  Рассказывают... Цель была такая
  Великого Восточного похода:
  Найти источник жизни. Свет восхода
  Хранит в себе вода земли живая.
  
  Когда же Александр, царь великий,
  В пещеру, где источник бил, проник,
  Увидел жизнедарящий родник,
  Да вдруг услышал звук какой-то дикий.
  
  Глаза направив вверх, он разглядел
  Сидящего в углу пещеры мрачной
  Диковинного ворона... Невзрачный
  Тот старый ворон дерзостно посмел
  В присутствии царя по камню быть.
  Подумал царь:
  - Да ворон, видно, слеп...
  Коль выбрал для жилья подобный склеп.
  А сам к воде нагнулся, чтоб отпить.
  
  Воскликнул ворон: - Ради бога, стой!
  А царь в ответ: - Я много претерпел
  С тех пор как цель свою уразумел.
  Зачем же шутишь ты теперь со мной?
  
  - Великий царь! Взгляни же на меня! -
  Ему на это ворон отвечал.
  Я тоже воду жизни всё искал.
  И много натерпелся бедствий я.
  Когда нашёл источник, в тот же час
  И бросился к нему, напившись вволю.
  Теперь тысячелетнюю неволю
  Кляну свою. Ослеп на правый глаз.
  С разбитым клювом, даже без когтей,
  Без перьев и способности летать
  Прошу я невозможного... опять.
  Хотел бы умереть я поскорей.
  Увы, уж не могу. - И царь тотчас
  Постиг и цель, и принцип осознанья,
  Да пагубность излишнего желанья,
  И прочь ушёл. Да вот и весь рассказ...
  P.S.
  А ворон вслед царю: - О, царь, постой!
  Советовал тебе я постоять,
  Подумать, а не тут же убегать...
  О, царь! По-го-во-ри же ты со мной!
  
  СОЛНЦЕ
  
  Конфуций, странствуя, увидел двух юнцов,
  Они так спорили, что он остановился,
  И к одному из говорящих обратился,
  Желая спор их разрешить в конце-концов.
  
  - Что ты пытаешься другому доказать?
  - Я утверждаю - Солнце к людям утром ближе!
  А он твердит, что, дескать, в полдень оно ниже...
  Оно ж громадно на восходе!
  - Как сказать... -
  Его другой мальчишка тотчас перебил.
  - Нам только кажется, что маленькое дальше!
  Но ведь известно, если встать с утра пораньше,
  То как прохладно! Ну, а полдень-то пробил -
  
  Печёт нещадно! Значит, близок сам предмет!
  Когда горячее вдали, не жжёт оно,
  Но, если близко подойти, сожжёт всего.
  Конфуций крепко призадумался в ответ...
  А оба мальчика во след ему кричали:
  - Да не тебя ли мудрецом здесь величали?
  
  *
  И на заре, и на закате суть - огромна,
  А подойдёшь, вблизи она тебе подобна.
  
  ЦЕЛИТЕЛЬ ДАО
  
  - Ты знаешь тонкое искусство,
  В целебной практике ты - маг.
  Так помоги понять мне русло,
  Открой незримый саркофаг.
  
  - Я повинуюсь, но сначала,
  Ты повествуешь мне о них:
  О главных признаках печали,
  Об ощущениях своих.
  
  - Хвалу в народе не считаю
  Своею славой, а хулу
  Я никогда не замечаю,
  Но доверяюсь я уму.
  Приобретая, не ликую,
  А, потеряв, не загрущу,
  На жизнь и смерть гляжу людскую,
  Как на одно, и не ропщу.
  Богатство с бедностью равняю,
  Взгляд на себя - со стороны,
  В своём ли доме потеряю,
  В чужом ли обрету дары...
  Но не прельстить меня наградой,
  Не испугать, не изменить.
  Жена и дети - не отрадой,
  И не могу уж я дружить...
  
  - Прошу тебя, спиной встань к свету.
  Мне видно сердце мудреца...
  Оно пусто, я вижу мету:
  В нем шесть отверстий от Отца.
  Седьмое... плотно же зашито.
  Возможно, здесь ответ лежит
  Тому, что ты болезнью скрытой
  Считаешь мудрость.
  Тут болит.
  
  УЧИТЕЛЬ ДАО
  
  Учитель Дао стал учиться:
  Три года думы изгонял
  О лжи и правде. И добился
  Того, что вскоре замолчал...
  
  Тому пять лет минуло срока,
  И он по-новому сказал
  Об истинном и зле порока,
  И вновь семь лет уж он молчал.
  
  Вот девять лет идут на смену,
  Но как бы он ни принуждал
  Свои уста и сердце к плену,
  Они не ведали похвал...
  
  Все чувства слились воедино,
  А мысль сгустилась, сердца - нет,
  Но проявилась сердцевина -
  В природе царствует лишь Свет.
  
  НЕБЫТИЕ
  
  Однажды Свет спросил Небытие:
  - Скажите, существуете, иль нет Вы?
  И, если существуете, то где?
  Ответа не последовало - немы...
  
  Вгляделся Свет и видит - пусто всё,
  Хоть целый век смотри - и не увидишь...
  И слушай - не услышишь Небытье.
  Умом то совершенство не обнимешь.
  
  - А я могу здесь быть или не быть,
  Но Вы как достигаете такого,
  Что абсолютно мыслью не постичь?
  Ответа не последовало снова...
  
  
  ПОЗНАНИЕ
  
  На Севере в истоке Тёмных вод
  Жил странник, называемый Познанье.
  Вот как-то раз, в очередной поход,
  Познание столкнулось с Недеяньем.
  
  - Мне хочется спросить Тебя о том,
  Как действовать и где мне находиться,
  Чтоб Путь познать и следовать Путём,
  Чтоб видеть, знать, идти, и утвердиться?
  
  Но не было ответа ни на что...
  Недеянье не знало, что ответить.
  Познание на Юг тогда ушло,
  Конец сомненьям там дано заметить.
  
  Безумец, вдруг возвысившись, изрёк:
  - Я знаю это и сейчас отвечу!
  Но тут же позабыл высокий слог
  И странную, загадочную встречу.
  
  Познание вернулось во дворец
  И с предками своими говорило:
  - Скажите мне ответы, наконец...
  И предки тайну эту приоткрыли:
  
  - Не размышляй, не думай и начнёшь,
  Нигде не находись, не покоряйся,
  Не следуй ни за кем и обретёшь свой верный Путь...
  На нём и утверждайся!
  - Теперь я знаю так же, как и Вы,
  А двое, с кем встречалось я, не знали?
  Кто прав из них?
  - И это знаем мы:
  Воистину, Недеяние, вначале...
  Безумец же подобен был ему,
  Но мы их не достигнем, невозможно.
  
  А главное, - понять нам, почему...
  (Кто знает, тот молчит, и осторожно.
  А тот, кто говорит, - не знает сам).
  Но мудрого учение безмолвно.
  
  - Смотри в себя, а не по сторонам.
  В Пути мы лишь теряем, пусть бескровно.
  Словами не постичь нам ничего.
  Утратишь Путь - получишь добродетель,
  
  За ним и милосердия звено,
  Его утратишь - справедливость встретит,
  А вслед за ней - обычай, где обман.
  Украсишь словом - и посеешь смуту...
  
  С речами получаешь лишь туман
  И со своим Путём свою разлуку.
  Но тот осуществляет верный Путь,
  Кто с каждым днём утрачивает много.
  
  За жизнью будет смерть, умей взглянуть.
  За смертью жизнь грядёт - размысли строго...
  - Ещё раз объясните мне одно:
  Недеяние тогда не отвечало, -
  Не знало, что ответить мне оно?
  Иль голосом оно не прозвучало?
  
  Безумец же хотел, но не сказал,
  Забыл, иль это только мне казалось?
  Вы знаете Начала всех начал, но к ним
  Мы не приблизимся на малость?
  
  - Воистину был прав тот, кто не знал,
  Другой же был подобен в забыванье...
  А мы их не достигнем - клад Начал,
  Его достичь мешают наши знанья...
  
  Услышал всё Безумец и решил,
  Что все Слова и есть большое Знанье.
  А, может быть, и ты так согрешил,
  Словами заменяя Мирозданье?
  
  П У Т Ь
  
  У Бесконечности спросила Чистота:
  - О, Несравненная, что Значит Путь, ты знаешь?
  В ответ явилась из Молчания волна,
  Где только целым спектром мысли ощущаешь.
  Но Недеяние услышало вопрос
  И тут: - Я знаю! - во Вселенной зазвучало,
  - Известны судьбы мне для всех, кто в мире рос.
  Известны тайны для конца и для начала!
  И Чистота ушла к верховному Судье,
  Там Безначальное, неведомое царство
  Творило нечто непрерывное нигде,
  Невероятное, прекрасное убранство.
  
  И там вопрос свой повторила Чистота
  И показала два ответа вероятных,
  А в заключение добавила она:
  - Так рассуди, кто прав в законах всем понятных.
  
  - Незнанье глубже! Изнутри Оно течёт.
  А Знанье - мельче: это внешние ступени.
  И Чистота со вздохом молвила: - Влечёт
  Меня сказать, что это... тождества. Ужели?
  
  Но кто ж тогда познает знание Пути?
  Узнать Незнание возможно ли полнее?
  Мне, Чистоте, вопросов этих не уйти,
  Я поняла, что нужно быть и мне мудрее.
  
  Вновь Безначального увидела Она
  Глубокий смысл, невыражаемый словами,
  Но ощущаемый движением ума.
  Со вздохом молвила опять, блеснув очами:
  
  - Я поняла, что Путь неслышим и незрим,
  А если видим - то не Путь.
  Не выражаем... словами, музыкою,
  Чувством никаким,
  И формы нет в нём, значит, Он неосязаем...
  
  Вопрос "Что значит Путь?" уходит в Никуда.
  И тот, кто может отвечать, далёк от цели.
  Но в полной радуге явилась Чистота,
  И новой мудростью глаза Её блестели.
  ***
  
  Снова Путь в никуда,
  никуда мне не деться
  От себя и Тебя,
  да от мыслей вертеться...
  Суждено мне всегда, днём и ночью, да в зори...
  Неземные глаза в неустанном дозоре...
  Не за мной и Тобой, а за мыслями к свету,
  Да за чудной судьбой, что открыта поэту...
  
  
  Сказка из сборника 1001 ночь в ритмах
  о соломоновом тайном знании, запечатанном в прекрасном сосуде...
  
  РЫБАК И ДЖИНН
  
  Однажды выловил рыбак... не чудо-рыбу,
  А запечатанный причудливый сосуд.
  - Быть может, ценное хранится что-то тут?
  А, если нет, продам кувшин, красивый с виду!
  
  На пробке дивного сосуда символ был
  Царя и мастера - печать от Соломона.
  Под ней томился грозный джинн из Вавилона.
  Сам Соломон все Зло в сосуд сей заточил!
  
  "Мятежный гений будет в этом заточенье,
  Пока не явится, кто сможет покорить,
  И силу Зла в служенье миру превратить".
  Но не обучен наш рыбак, увы, был чтенью...
  
  Кувшин, украшенный узором, излучал!
  Морские капельки светились как алмазы!
  - Возможно, то же и внутри волшебной вазы, -
  Подумал наш рыбак, забыв, как прозвучал...
  
  Совет отца, что сохранён был предком предка:
  - Ты можешь пользоваться чем-то, коль умеешь!
  А всё иное ты использовать не смеешь!
  Сосуд открыт... Такое было, и не редко...
  
  И с чёрным дымом вдруг взметнулось существо:
  - Я повелитель джиннов, я тебя убью!
  И Соломоново заклятье разобью!
  Мне от Природы разрушение дано!
  
  Рыбак упал, холодный пот со лба катит...
  - Ты избавителя убьёшь? - но понял сразу,
  Что нужно хитростью дополнить эту фразу,
  - Но ты не мог в кувшине быть, ты так велик!
  
  И заревело тут чудовище: - Не мог!?
  Как смеешь ты не верить мне? - и превратился
  Он в струйку дыма и в сосуд опять вместился.
  Сосуд закрыт! И много лет уже на дне...
  
  *
  Но вот, опять... его достал внук рыбака,
  Когда закинул невод в том же самом месте,
  И вспомнил, как они рыбачили тут вместе
  С отцом вдвоём, и вспомнил мудрые Слова!
  И в нерешительности держит он кувшин,
  А дух, разбуженный толчками, голос подал:
  - О, распечатай же быстрее, то, что поднял,
  Я - обладатель сил чудесных, сильный джинн!
  
  Но этот юноша отнёс кувшин в пещеру,
  А сам отправился на гору к мудрецу,
  Да рассказал про всё, что было, как отцу.
  Мудрец ответил: - Убедись! Познаешь веру!
  
  - Но что же делать мне?
  - А что бы ты хотел?
  - Хотел бы джинна я того освободить,
  И драгоценности и знанья получить,
  Алмазы, золото, да всё, что он имел...
  
  - А не подумал ты о том, что на свободе
  Он может этого всего тебе не дать?
  А может дать и, наигравшись, отобрать!
  А, впрочем, как ты сохранишь? На огороде?
  
  Но тот совет, что дал отец, не забывай.
  Обезопась себя, и помни, что богатство -
  Причина бед и разрушает, как пиратство.
  А вот могущество... у джинна испытай!
  
  Прослушав мудрые Слова, он возвратился,
  И по пути придумал очень хитрый план...
  Вот, застучал в кувшин, как будто в барабан!
  И тотчас голос громогласный повторился:
  
  - Освободи меня во Имя Соломона!
  - Нет, я не верю в то могущество твоё,
  Что ты рассказываешь. Это все - враньё.
  - Не веришь мне? Да ложь мне... даже незнакома!
  
  - Так прояви сквозь стенку силищу свою!
  - Когда б я мог при этом выбраться на волю...
  - А я хочу увидеть истинности долю
  В моих сомнениях, понять себя хочу!
  
  И в тот же миг узнал причину изреченья,
  Что получил он от отца! Увидел то,
  Что здесь случилось с дедом в юности давно...
  А также способ передачи поученья!
  И поступил он точно так же, как и дед:
  Увез кувшин и далеко забросил в море.
  Да стал учить, как жить без бедствия и горя.
  А эту сказку повторяют тысячи лет...
  
  
  Из поэмы "Язык муравьёв"
  (эхо Сухраварди, 1191)
  Случилось мне дружбу свести с тем царём,
  Что джиннами правит...
  - А как мне Тебя увидеть, великий? - спросила так я.
  - Захочешь увидеть, скажу я приём.
  - Хочу!
  - Ну, так слушай... В огонь ладан брось,
  И вынеси из дому всё из семи
  Присущих тебе, все владенья свои...
  В тиши да в спокойствии видишь насквозь.
  Отстань от всего, что твердо, что шумит.
  При помощи мягкости дверь раствори,
  Внутри круга сев, сквозь завесу смотри...
  Увидишь меня, когда ладан сгорит...
  У джиннов моих всё же низкие свойства,
  Хоть кажутся многим - красивы, сильны,
  Порою, игривы, и даже умны,
  Но всё же, от них мне одно беспокойство.
  Как только все звуки угаснут в тебе,
  Как только от форм отвратятся глаза,
  Скажи слово "мир" - в этот миг дарваза
  Покажет меня. Дарваза - дверь ко мне...
  Джунайда спросили:
  - Что значит суфизм?
  
  - Суфизм - это суфии в доме своём.
  Чужие не входят туда. А с царём
  Все свойства - лишь грани сверкающих призм...
  Когда же отсутствуют грани, то сфера
  Меня отражает до капли моей.
  Отсутствует даже причина, что в ней.
  Так смерть или гибель пойми, для примера...
  Ещё он сказал:
  
  - Я не знаю иной
  Причины, ей Богу, сего заблужденья,
  Как то, что другие твердят для общенья...
  О роде людском, нарушая покой.
  А некто великий сказал: - Разруби
  Узлы, что мешают в твоём продвиженье.
  Я так поступил при своём пробужденье,
  И светом земля осветилась внутри.
  Воочию Господа тварей я вижу!
  Мир тем, кто в союзе, в слиянии с нами.
  Они - водопой у источника, знамя
  Для тех, кто в пути. Подходите же ближе.
  
  *
  Джинны - способности души; царь джиннов - душа или ум человека. Чтобы "увидеть" свою душу, человеку следует остановить деятельность "семи тел" - семи органов его тела (мозга, сердца, печени, селезёнки, лёгких, желчного пузыря, желудка или двух глаз, двух ушей, языка, желудка и половых органов). Тогда в нём откроется "дверь", ведущая к видению Бога.
  
  ***
  
  Шихабуддин Яхъя Сухраварди (1155-1191) - персидский философ и мистик, создатель философии ишракизма (озарения), в силу чего он стал известен также как Шейх аль-Ишрак (Мастер Озарения)
  
  
  Колодец
  
   (Притча суфийской традиции, освещает
  некоторые негативные стороны религий)...
  
  На праздник множество народу собралось...
  Колодец был там. Без верёвки, огражденья.
  И человек в него упал под гул движенья.
  Заметить факт сей... никому не удалось.
  
  А он кричал! Что было сил, и... всё напрасно.
  Никто не слышал у колодца ничего.
  Но подошел монах, напиться из него,
  И обнаружил человека. Громогласно...
  Кричал и плакал тот: - Спаси меня скорей!
  Монах буддийский отвечал: - Никто не может
  Спасти кого-нибудь другого! Пусть поможет
  Тебе твой Свет, лишь обрести его сумей...
  
  Должно быть, ты судьбой наказан, и не зря!
  Теперь страдай, а не кричи в призыве Бога.
  Тебе дана возможность видеть хоть немного
  Окно небесное, где светится Заря!
  
  Но человек кричал: - Спаси! А я потом
  Твою науку со смирением приму!
   - Я не имею права вторгнуться в судьбу.
  Монах ответил и ушёл в буддийский дом...
  
  Но подошёл другой монах - конфуцианец.
  И снова стал несчастный просьбы возносить:
   - Не покидай меня, прошу! Мне нужно жить!
  - Конфуций - прав! - так отвечал ему посланец...
  - Любой колодец должен быть за огражденьем,
  Так говорил Учитель нам. И мы готовы
  Его исполнить волю! Формою подковы
  Колодцы все огородим. Пусть утешеньем...
  Тебе послужит обещание моё!
   - Но я уже упал и, видишь, погибаю!
   - Вся ценность в Обществе, ищи дорогу к раю.
  А Существо не так уж ценно здесь твоё.
  
  И он ушёл, о ценных мыслях размышляя,
  Но тут же следом подошёл миссионер,
  Не признающий в христианстве полумер,
  И сразу бросился спасать, не ожидая...
  
  Когда упавший духом с просьбой обратится.
  Верёвку сбросил, да и вытащил его,
  Уже не помнящего, что произошло...
  Тогда спасённый воздаянием излился:
  
  - О, милосердный! Ты, воистину, мой брат!
   И благодарности моей предела нет!
  - Не заблуждайся! - он услышал вдруг в ответ,
  - Мои поступки - ожиданье царских врат...
  Я в рай свой Путь с твоею помощью свершаю.
  Твои падения в колодцы - не беда!
  Учи детей своих заглядывать туда...
  А я спасение им всем пообещаю...
  
  Королевский сын
  
  Эхо Ибн Сина (1038 г.)
  
  В стране, где жили все как короли,
  В счастливом, совершенном окруженье,
  Что как мечту творит воображенье,
  Был Сын в кругу своей родной Семьи.
  
  Родители назвали сына Дхат.
  И вот однажды время подошло,
  Что строгим испытаниям дано
  В обычаях страны с названьем Шарт.
  
  - Любимейшее, милое дитя!
  Для царствия дальнейшего тебе
  Даётся некий срок в твоей судьбе...
  И ждёт тебя далёкая Земля.
  Ты должен заслужить там уваженье
  Себе подобных, стойкость укрепить,
  И многие науки изучить.
  Даём тебе в дорогу мы Терпенье
  
  И пищу бесконечного - Масель,
  И то, о чём нельзя упоминать...
  Но, если это правильно понять,
  Оно оберегает путь в Миер.
  
  Миер - так называлась та Земля,
  Куда прибыть он тайно был обязан.
  В кругу проводников был путь показан.
  Простой наряд скрыл титул Короля.
  
  А цель у путешествия такая:
  Алмаз найти и в Шарт перенести,
  И с чудищем сразиться на пути,
  Что ждёт его, тот камень охраняя.
  
  С границ проводники ушли обратно.
  И дальше принц пошёл бы уж один,
  Но встретился с собратом он своим.
  Итак, начало было благодатно!
  
  Но в каждом мире разные законы,
  И способы творения миров.
  Закон Миера - двойственность основ.
  Единство стерегут от всех Драконы...
  
  Шли годы... Принц освоился в Миере,
  И словно погрузился в некий сон...
  Забыв о цели и о том, кто он.
  Однако же трудился, был при деле.
  
  А, между тем, родители узнали,
  Что Сын почти совсем забыл о Них
  И важных испытаниях своих.
  И неким чудом... весточку послали:
  
  - Любимый Сын! Скорее пробудись,
  И выполни Особое заданье.
  Мы шлём тебе Своё напоминанье!
  Так вспомни же о Нас и возвратись!
  
  Услышав просьбу странную во сне,
  Почувствовал он вдруг такие силы,
  Что память предков в нём заговорила,
  Туман завесы пал в его уме.
  
  Посланье это Дхата пробудило.
  Он вспомнил всё! К чудовищу взошёл
  И звуком флейты в сон глубокий ввёл...
  Сокровищница дверь свою открыла!
  
  Когда алмазом Дхат уж завладел,
  Чудовище свирепое проснулось
  И тотчас на дыбы, как смерч, взметнулось,
  И бросилось на принца. Но сумел
  Тот вовремя кинжал достать из ножен,
  И стал сражаться, смело побеждая,
  К двуличью Змея жалости не зная.
  И вот победа!
  Злой Дракон низложен.
  
  Алмаз явил ему одежды принца,
  И, следуя за звуками посланья,
  Вернулся принц в страну родного Знанья,
  Где ждали и заветного гостинца!
  Родителей нашёл и дом он свой,
  И то увидел, что сокрытым было!
  Ведь странствие глаза ему открыло...
  И в царстве воцарился вновь покой.
  
  Жаркое из барашка
  
  О принципах и практике суфизма
  Провёл беседы Шах Бахауддин.
  Затем учёный, в званьях господин,
  Страдая "недержанием центризма "
  И силясь ярче выделить себя,
  На критику беседы перешёл,
  Сказав, что новых истин не нашёл,
  Что жаль ему потерянного дня...
  
  Услышал это Шах и пригласил
  К обеду критикана, но лукаво:
  - Жаркое из барашка будет, право!
  И тот пришёл к обеду и вкусил...
  Но тут же закричал: - Ты отравить
  Пытаешься меня, где ж тут жаркое?
  А Шах ему в ответ: - Да что такое?
  Пора рецепты древних позабыть...
  Ведь так ты говорил... и вот новинка!
  Жаркое из барашка, только в нём
  Горчица, мёд да рвотных на приём...
  Наверное, в глазу твоём соринка...
  Старый негодяй
  
  Эта притча умнее и тоньше иных...
  В ней отсутствует логика умных-глухих...
  ***
  
  Придётся вам... поверить в то, что хитрецу,
  Изрядно ловкому и умному лжецу
  На воспитание отдали сто сирот...
  Он обучал их без особенных хлопот.
  
  И вот, заметив, что детишки неглупы,
  Решил он пользу поизвлечь с их стороны.
  У них и сила есть и слабость, как у всех,
  Но это знание сторон - его успех...
  
  Так, он не стал учить тому их, как учиться,
  А уверял, что нужно только не лениться,
  Да делать то, что скажет он, и воздержаться
  Лишь от того, чего им стоило бояться..
  
  Он уверял их, что они владеют всем,
  Не раскрывая тайных помыслов совсем...
  А ведь поручено ему когда-то было
  Учить учиться их... Но прошлое уплыло...
  
  Не таковы ли ныне здесь учителя?
  ***
  
  А дети выросли, и вот, заметил он
  Что большинство из них уходят от влиянья.
  Их не пугают даже страх и наказанья!
  Он разделил детей на сферы разных школ...
  
  И уж не требовал от них ни послушанья,
  Ни уваженья, напрямую, но... однако,
  Он подчинил их силе некоего знака -
  "Ума культура" - это смысл образованья!
  
  Он говорил им: - Ум - единственная цель,
  Даёт всецело понимание сей жизни!
  И, направляя к самомнению их мысли,
  Он демонстрировал эмоции... сквозь щель...
  самосознания и самолюбованья.
  
  - Коль человек порабощён страстями слепо,
  То он уже не человек, а лишь безумец!
  Но Интеллект! Вот высочайший вольнодумец!
  
  - Должно быть, правда это, - думали они,
  Свои проблемы разрешить мы можем сами.
  Наш интеллект повелевает полюсами,
  А все эмоции поистине, хрупки...
  
  Но этот старый негодяй не позволял
  Предполагать им, что имеется иное,
  Альтернативное и гибкое благое
  Решенье каждой из задач, и повторял...
  
  Что только выбор между чувством и умом
  Всегда существенен и... - в пользу Интеллекта.
  - Он совершается решением субъекта.
  А интуиция - беспочвенна, как сон.
  
  - Уж, если что-то показалось, то случайно.
  Ведь совпадений много в жизни, ну и что...
  Есть подражательное некое звено.
  А суеверие нам лжёт необычайно!
  ***
  
  И, тем не менее, среди детей нашлись
  Такие странные, что тайну ощущали,
  И Нечто скрытое себе воображали,
  И даже спрашивать об этом принялись...
  
  Одним ответил он конкретно словом: - Нет!
  Нет ничего, чего б наш разум не постиг.
  А, если кажется вам нечто, это миг,
  Что несущественен. Лишь в разуме ваш свет!
  
  Другим иное говорил он: - Да, конечно!
  Есть очень многое, что ум ваш никогда
  Здесь не постигнет... Виновата голова,
  Но лишь она спасает, пусть небезупречно.
  
  При этом он подумал так же и о том,
  Чтоб эти школы друг о друге не узнали,
  Противоречие ответов не сыскали.
  А пресс учений нарастал, как снежный ком!
  
  Не все, кто слушал, соглашались до конца.
  И было много сомневающихся в нём.
  Ведь тайны жизни мы из жизни только пьём,
  А жажда знать ведёт и старца, и юнца...
  
  Ведёт наш ум нас по дорогам и тропинкам самопознания, сквозь тьму иных умов и представлений о существенном и цели, о назначении...
  ***
  
  Возникло много тем, наук, вероучений...
  Возникла путаница множества умов...
  Тогда созвал он часть своих учеников,
  И дал инструкции из сложных объяснений.
  
  Те разошлись по разным странам всей Земли,
  Разобъясняя те запутанные темы,
  Что далеки от всем понятной теоремы,
  Зато дают свободу мыслям новизны...
  
  - Возможно, то произойдёт, возможно, - это.
  Но постоянности в Природе просто нет...
  Откуда жизнь возникла? Где сокрыт ответ?
  Путями логики нельзя постичь ответа...
  Теперь уж часто было слышно:
  - Я не верю!
  - В многообразье жизни сложно разобраться...
  Мне нужно опытом проверить, постараться...
  Я личным опытом узнаю и проверю...
  Кто поумнее, говорили и такое:
  - Мы отвергаем все учения, но то,
  Что неспособны вскрыть они "двойное дно",
  Не исключает объясненье "золотое"...
  
  Тогда другие наступали: - Изложите
  Весь этот тайный механизм потока жизни
  В логичных доводах могущественной мысли!
  - Тогда вы Истину отвергнете, поймите! -
  Был им ответ на это.
  Но другие вновь:
  - Не может истинным быть То, что свет холодный
  Ума познания не выдержит... Бесплодный,
  Не может разум оживлять, даруя новь...
  
  Нашлись такие, кто сказал: - Я верю вам,
  Речениям мудрым, потому, что вы сильны!
  А ваши доводы логичные умны!
  Жаль, эта рабская доверчивость, как хлам...
  ***
  
  Культ интеллекта поощряя, негодяй
  Эгоцентризм и разногласие плодил...
  И честолюбию свободный путь открыл,
  Да подтолкнул слегка:
  
  - Дерзай, да применяй...
  В науке - славу обрети, в делах - успехи:
  Поход за лидерством, охота за богатством,
  Ещё - политика, еще - владение царством
  Всех удовольствий мира и его утехи...
  
  Театр, живопись, кино, балет, эстрада, -
  Изобретал старик всё больше отвлечений, -
  Спортивных, модных, теле-шоу представлений...
  Чтоб тяга к целостности не была б наградой,
  
  А облегчение от чувства недостатка
  Им помогло бы как-то выразить себя,
  Чтоб жизнь казалась им прожитою не зря,
  Чтоб было им хоть иногда от жизни сладко...
  
  Ведь говорят, что, если лошадь не найдёт
  Траву зелёную, то станет есть солому...
  Ну, а слепой... найдёт ли он дорогу к дому...
  Холодный разум... разве мир вокруг поймёт!
  
  Старик поймал его, как ловят обезьяну -
  Она в бутыли красно яблочко схватила,
  Да в узком горлышке рука её застыла,
  И убежать уж не смогла, и, будто спьяну...
  
  Твердит сама себе: - Зато я съем его!
  Когда в мешок её сажают да увозят...
  Вот так и люди, увлеченья превозносят...
  - Зато я вовремя схватил то, что дано!
  
  И, фрагментарно видя жизнь, не понимают,
  Что общепринятая норма поведенья
  Лишь негодяя отражает настроенье.
  И Море Истинное в будних днях теряют...
  ***
  
  Он не сказал, что лишь Гармония ума
  И чувств глубоких вызывает к жизни то,
  Что Интуицией зовётся так давно...
  Злодей скрывал, что жизнь, как амфора без дна...
  
  Открыл он людям дверцы комнат Мирозданья,
  Сказав, что есть ещё другие этажи,
  Но объяснил, что за окошком - миражи...
  Да крепко запер дверь входную для познанья...
  
  И большинство людей живут на этажах,
  Не помышляя о других высоких планах,
  А уж, тем более, о внешних Океанах,
  Сосредоточившись на суетных делах.
  
  Но, несмотря на это, есть и смельчаки,
  Что непокорство в нужном русле проявили,
  И все теории злодея раскусили.
  Их называют иногда... весельчаки...
  А иногда и сумасшедшими. Зато
  Они умеют выходить за Мирозданье!
  И там, на воле, обретают Силу Знанья
  Прекрасной Истины... Немногим то дано.
  
  В них - триединство - мысли, чувства и Её...
  Её Высочества - сердечной чистоты,
  Что с Интуицией рождает все миры!
  Сия Гармония... рождает всех и всё.
  
  Нередко, суфиями их зовёт народ,
  Зовут волшебниками или мудрецами,
  Зовут космическими братьями, отцами,
  И матерями, продолжающими род.
  
  У них есть нечто, что баракою зовётся...
  Словами это нечто трудно объяснить,
  Как из тумана влагу жизни не испить...
  Такое Знание лишь опытом даётся.
  
  Нельзя учить ему, но можно научиться!
  Нельзя отдать его, но... можно просто взять,
  Да выйти в двери Мирозданья... погулять.
  Нельзя постичь умом, но можно погрузиться.
  
  И негодяй им помешать уж не сумеет.
  Он не увидит их и выгоды своей.
  Он - просто сторож, что у запертых дверей
  Мечту Хозяина в своём уме лелеет...
  
  И негодяем он покажется лишь тем,
  Кто, зная выход, не умеет выйти просто...
  На самом деле... сторож маленького роста,
  Хотя и хитрый, но не властвует над всем.
  
  К тому же, старый негодяй... изрядно стар,
  Не может выгодно продать он свой товар...
  
  Что принёс
  
  Кто в страстях умирал, воскресая,
  Кто в желаньях был алчен и зол,
  Осознал, что есть тропка до рая
  И алмазный для духа престол.
  
  Вот, вернулся на землю родную
  Умудрённым, смиренным отцом,
  Прожил новую жизнь вековую,
  И опять уж стоит пред Творцом.
  Тот, с улыбкой к нему обратившись,
  Вопросил: - Что принёс в этот раз?
  И услышал ответ, удивившись:
  - Ты короткий услышишь рассказ,
  Я не лгал и не крал, выполняя
  Десять заповедей для души,
  Я учил, исцелял, помогая
  Людям страсти - узнать о тиши,
  Я любил, отрекаясь от счастья,
  Я страдал, уходя от обид,
  Я смеялся оскалу всевластья,
  Не страшась, что им буду убит.
  Эту ровность дыханья, мой Отче,
  Я принёс не в подарок, о, нет,
  Но как выкуп за слово признанья,
  Я надеюсь услышать ответ:
  Ты доволен моим искупленьем
  Тёмных лет и грехов вековых?
  Или снова блуждать мне в сомненьях
  В мрачных склепах слепых и глухих?
  А в ответ - бесконечное эхо...
  ...Вековых... молодых... удалых...
  Не избавишь себя ты от смеха
  Над альбедо вопросов своих...
  Что мне ровность дыхания скажет?
  И зачем же довольство тебе?
  Не ответ иль вопрос нынче важен,
  Не итог, а Завет о волшбе.
  Совершенства ни в ком не отыщешь,
  Формы, мысли, искусство - не вечны,
  Только ветер познания свищет
  Несмолкаемо и быстротечно...
  
  Посольство из Китая
  
  Вот как-то раз к Хакиму Санайи
  Посольство из Китая заявилось,
  С подарками, что смертным и не снились,
  С дарами Императора:
  
  - Прими! От нас сей дар и ниспошли для нас
  Известную в народах мудрость века!
  Земля ещё не знала человека
  Подобного тебе! Душа - алмаз!
  Учёные послания изучат,
  И мудрость, что пошлёшь ты от себя,
  Засветит всем, как новая заря -
  Потомки книги новые получат!
  
  Сначала Санайи всё ж отказался...
  И только после долгих обсуждений,
  Горячих умоляющих речений
  Посланцев Императора, он... сдался.
  Да часть всего Ученья передал
  В Китай для изучения другими
  Учёными, как водится, иными
  Доступными им методами... Шквал!
  Исследований, диспутов и споров
  Пронёсся по Китаю, а затем
  Труды и книги самых разных тем
  В стране распространились, для повторов.
  Однако мы забыли о письме
  Сказать, что было послано с Ученьем.
  В нём кратко объяснялось назначенье
  Учения, что отдано Земле.
  В нём сказано - - Ученье состоит
  Из дюжины прекрасных утверждений,
  Шести волшебных посохов - значений,
  Трёх шапочек, чья вышивка - магнит,
  И камешка гранёного со знаком,
  Что выгравирован самим собой...
  А дальше - всё дается всем судьбой,
  Не стоит лишь уму пленяться флагом.
  
  Учёным Император дал три года
  Для изученья ценного труда.
  За это время, словно за века,
  В подробностях изучена природа.
  И школы самых разных толкований,
  И секты для сакральных поучений,
  И целые тома нравоучений
  Росли да размножались в пользу знаний...
  
  Спустя три года вновь перечитал
  Великий Император то письмо.
  В нём кратко перечислено всё то,
  Что мир учёный понял и узнал.
  И то, что тем предметам назначенье
  Нашли разнообразные... О, да,
  От палок для битья и до креста!
  А шапкам - от моленья до веселья...
  В конце письма приписка:
  
  - Но, поскольку,
  Об истинном значении предметов
  Нельзя сказать вне жизненных сюжетов,
  То эта информация, невольно,
  Хоть передана мной, но не взята!
  Не сможет получить, кто не готов,
  Ни пользы, ни познания от слов.
  Всё ложно, что вбирает соль ума.
  
  Письмо же это явится ответом
  На тот вопрос, зачем сопротивлялся
  Открыть свои секреты, хоть и... сдался.
  Лишь сердце может истинным стать Светом!
  А я был неспособен передать
  Ученье тем, кто сам не в силах взять...
  
  Тайна воды
  По сюжету сказки Насафи.
  
  Как во тёмно-синем море
  Собрались в морском дозоре
  Сорок умных рыб морских,
  И великих и малых.
  Да задумали узнать
  Тайну жизни, снять печать...
  Сколько раз они слыхали
  Про неведомые дали...
  
  Да про то, что от воды
  Жизнь зависит. А судьбы
  Им никак не избежать.
  Так зачем без толку ждать?
  - Хоть не видели воды мы,
  Но желаньями младыми
  Мы полны и сила есть,
  И талантов нам не счесть!
  
  Много слышали про то,
  Что вода - не решето!
  Что её найти мы сможем,
  Коль друг другу мы поможем,
  Да отправимся искать
  Рыбу Мудрость, рыбу Мать,
  Что не только знает воду,
  Но и ведает Природу.
  И советы всем даёт,
  Да и нас, наверно, ждёт! -
  
  Сорок рыб благим усильем
  Много вод судьбы проплыли,
  Сорок страхов пережили,
  И насытились обильем
  Точных знаний о Природе,
  О превратностях судьбы,
  О солёности воды,
  Да о жизненной породе
  Рыб зубастых и опасных,
  Лживых, хитрых и прекрасных,
  Но, в конце концов, нашли
  Рыбу Мать, да к ней пришли,
  И сказали: - От тебя,
  Рыба Мудрость, вся стезя
  Наших странствий здесь зависит,
  А иначе... ум закиснет.
  
  Не сердись на нас, о, Мать!
  Мы хотели бы узнать
  То, зачем живём мы в море,
  Почему всегда в дозоре,
  Да увидеть Мудрость Свет,
  Что хранится в водах лет...
  Тайну ты хранишь в себе,
  Тайну Жизни о воде...
  
  Мы ж не видели воды,
  Понапрасну все труды!
  Покажи, о, рыба, воду,
  Да раскрой её Природу!
  
  Рыба Мудрая в ответ:
  - О, искатель! Сколько лет
  Ты потратил лишь на то,
  Чтоб раскрыть сие окно...
  Сокровенное найти,
  А оно-то... на пути!
  Знай, Возлюбленная рядом,
  И не скрыта за нарядом...
  А всегда с тобою вместе,
  Только ты... не стой на месте!
  Ты от жажды умираешь,
  Хоть в воде, да всё не знаешь...
  
  Ты - владелец клада Жизни,
  Но от бедности же мысли
  Понапрасну умираешь!
  Но теперь... ты воду знаешь? -
  - Нет! - ответили они,
  - Это песни лишь твои...
  Эта мысль нам не понятна,
  Хоть звучит она приятно...
  Говоришь напевно, славно,
  Но запутано, хоть плавно...
  
  И в ответ она сказала:
  - Красоты вам Жизни мало!
  Но тогда скажите мне,
  Что живёт, да не в воде?
  Покажите, где воды
  Нет совсем!
  - О, мы должны...
  Так сказать:
  Да, мы познали
  Суть воды (хотя б и лгали...).
  
  А она им снова: - Нет!
  Вы не поняли ответ!
  Значит, время не пришло,
  Значит, ум ваш решето...
  ***
  
  Не торопись сказать:
  - Я понял. - Потерпи
  И возвратись к сюжету притчи на досуге,
  Да ощути своё движенье в вечном круге,
  И сердце досыта однажды напои.
  И не подумай, что порочен вечный круг, ведь завершив свой путь, откроет двери Друг.
  
   Лавка светильников
  Эхо шейха Пир Шатари (1632 г.)
  
  Как-то два человека в пустынной дороге
  Повстречались там тёмною ночью...
  - Тут поблизости лавка светильников, вроде?
  - Да, я знаю. И видел воочью.
  
  - Мне даны указанья. Я их записал
  И могу сам найти эту лавку.
  - А зачем же спросил? - так второй вопрошал.
  - Просто... спрашиваю, на затравку.
  
  - Ты не помощи ищешь, а с кем поболтать!
  Но уж если зашёл далеко,
  То у местного жителя лучше узнать,
  Так как дальше идти нелегко...
  
  - Я согласен с тобою, но верю лишь тем,
  Кто инструкции дал мне вначале.
  - Но тебе не сказали о вере совсем
  Те, кто раньше тебя обучали...
  
  - Мне сказали, что там, где светильники есть,
  Есть и средства для чтения ночью.
  - Это так, но сумеешь ли ты то прочесть,
  Что хотел, и к тому же так срочно?
  
  - Ты не сможешь слова мне свои доказать.
  - Безусловно, ведь ночь так темна...
  - Но ты знаешь о том, что хотел я читать?
  И услышал в ответ слово: - Да!
  
  - Может быть, лавка здесь, а светильников нет?
  Раньше были, а ныне исчезли?
  - Лавка - место всего лишь, а вовсе не свет.
  Два значения в "лавке", любезный...
  
  - Ты не можешь слова мне свои доказать.
  - Безусловно, коль ты идиот...
  - И тебя идиотом могу я назвать,
  Ты запутать меня только смог!
  
  Видно, хочешь отправить меня ты туда,
  Где друзья тот товар продают.
  - Обмануть мне тебя не составит труда...
  Только помощь взаймы не дают...
  
  Чем надеждой тебя понапрасну питать,
  Я скажу лишь одно: - Научись-ка читать...
  
  Ахрар и супружеская пара
  
  Второго шанса в этой жизни нет...
  Поскольку все мы смертны, все под Богом.
  Однажды всё случается с ведомым.
  Как важно видеть сердцем сердца свет!
  
  ***
  
  Скиталась раз чета по белу свету...
  Супруги знанья суфиев искали,
  И множество порогов обивали,
  Но так и оставались без ответа.
  
  Из общины одной ушли в другую.
  Сомнений смерч к земле их придавил.
  Свет Истины никто им не открыл.
  Не глупо ли скитаться, как вслепую...
  
  К Ахрару, кто был истинно велик,
  С вопросом наши путники с порога:
  - Где к Истине надёжная дорога?
  Скажите, где найти святой родник?
  
  Затем пошли потоки причитанья
  О денежных потерях и пустых
  Годах, что потеряли у глухих,
  Слепцов с воображаемым призваньем...
  
  О том, как больно видеть им заблудших,
  Что слепо верят лжеучителям,
  Да хитрым и запутанным речам...
  Ахрар ответил голосом певучим:
  
  - Не стоит беспокоиться о тех,
  Что выбрали себе учителей,
  А так же за слепых поводырей.
  Я вижу, что оценки ваши - грех...
  
  Уйти от тех, кто пуст, уже сумели,
  Но слишком возвышаете себя,
  Являя серый дым вблизи огня,
  А сердце разглядеть вы не успели...
  
  Ответил так Ахрар и замолчал,
  Но всё же предложил чете остаться
  И вместе с ним делами заниматься...
  Мудрец в них самомненье отмечал.
  
  Они же посмотрели друг на друга:
  Слова их непонятны мудрецу,
  Иль сам мудрец подобен был слепцу...
  Нужна ли от такого им услуга?
  
  Боясь своих сомнений, поспешила
  Уйти та пара прочь от резких слов,
  Но вновь попала в общество шутов...
  И снова бездорожьем колесила.
  С годами осознание пришло.
  К Ахрару мудрецу они опять,
  Но он уж не спешит чету встречать.
  Слуга его лишь вышел на крыльцо...
  
  - Вернулись мы, смирив свою гордыню...
  У мастера хотели б обрести
  Суфийских знаний вечные пути,
  Оставив в прошлом горькую пустыню...
  
  - Решимость ваша видится мне благом,
  И быть бы вам в кругу учеников, -
  Привратник отвечал, вертя засов,
  - Да мне не позволительно быть магом...
  Ахрара не вернуть, ведь умер он, -
  Таков был заключительный ответ.
  Второго шанса в этой жизни нет,
  А время всем диктует свой закон...
  
  Как стать мудрым
  
  Мудрец задумался:
  - Я создал сорок книг,
  Но не нашёл того, что внукам мне оставить.
  Афористичен стал отныне мой язык,
  Смогу ли так зерно искомое восславить?
  И, наконец, мудрец четыре изреченья
  Оставил нам, своим потомкам. Вот они...
  Я повторю их словом с эхом... Сохрани...
  Возможно, в них сокрыты главные значенья.
  
  1.
  Не верь, друг, женщине, как веришь ты мужчине.
  Ущербны женский ум и вера. Коли зла,
  То будь подальше от неё, хоть и умна.
  А коль добра, то фальши больше половины.
  
  Эхо 1
  Не верь мужчине, пусть и любит он тебя.
  Он самомнителен и жаждет только власти.
  И, если щедр, то опасайся же несчастья,
  А, коль красив, то жди измены и вранья.
  
  Эхо 2
  И ум мужской, и женская краса
  Безжизненны, покуда небеса
  Любовь им не пошлют, - луна с улыбкой
  Промолвила, - и время им улиткой...
  Но искрой зажигается любовь,
  Мгновенно все сомнения сжигает.
  И хоть ты мудр, любви не прекословь!
  Кто любит, тот и время побеждает.
  
  2.
  
  Не льни к богатству, не считай его отрадой.
  Оно сродни тяжёлой туче грозовой:
  Пройдёт и жемчуг свой прольёт над головой,
  А взгляду мудрому не станет и преградой.
  
  Эхо
  Напрасно думаешь, что деньги власть дают.
  Они дают тебе заботу сохраненья
  Того, что тает, и дают уму плененье.
  А мудрецы всегда умеренность лишь чтут.
  
  3.
  
  Ты от врагов храни секрет и от друзей.
  Молчать - надежней, чем зависимым-то быть.
  И не всегда возможно дружбу сохранить.
  Храни же тайну от завистливых ушей.
  
  Эхо
  Коль прикоснулся к тайне, помни, для чего
  Она тебе дана, и помни... почему.
  Не доверяйся другу так же, как врагу.
  А срок придёт, не потеряешь ничего.
  
  
  4.
  
  Тянись к науке, что тебе как свет нужна.
  Иные знанья не ищи и сторонись.
  Когда основу обретёшь, стремись же ввысь.
  Сил не жалей своих для главного зерна.
  
  Эхо
  Ищи те знания, что по сердцу тебе.
  Не доверяй чужим советам, разным мненьям,
  Не повергай свой ум пытливый и сомненьям.
  Любовь - основа Знанья, главное в судьбе.
  
  *
  Почему нужны нам притчи,
  И без сказок не прожить?
  Отчего ума величие в одночасье не достичь.
  Для чего закат стремится незаметно в ночь войти,
  А она под утро птицей уж парит в своем пути?
  
  Почему взрослеют дети не по дням, а по часам?
  Почему при ясном свете мысль стремится к чудесам,
  Отчего для осознанья нужен очень долгий путь,
  Для чего дано призванье, как себя не обмануть?
  
  И зачем даётся время, если истина проста...
  Для чего земное семя привлекает высота...
  Где искать на все ответ?
  В откровеньях "да" и "нет"...
  ПЧЁЛЫ И ПОЛЫЕ ДЕРЕВЬЯ
  Эхо мудреца Джафара
  
  Великий Мастер четырёх путей Джафар,
  Ответил притчей на вопрос о наилучшем
  Пути исканий, о призвании могучем
  Чрез озарение принять небесный дар.
  ***
  
  Давным-давно, в далёких землях лес зелёный
  Веселой буйностью побегов удивлял
  Зверей и птиц,
  блаженной пищей их питал,
  И кров дарил им безопасный, утолённый...
  
  Проходит срок, в котором всем отведено
  До дна испить сей жизни чашу, умирая.
  Вот так и лес, свои щедроты отдавая,
  Срок завершил. Деревья высохли давно...
  
  Случилось так, что пролетал пчелиный рой
  И пустотелые деревья заприметил,
  Что стали ульями. Лес радостно их встретил.
  И поколенья пчёл он вновь дарил собой...
  А время дальше шло.
  Истлевшие деревья
  Неумолимо стали падать, а стволы
  Былую твёрдость утеряли с той поры.
  И рассыпались в полумраке суеверья.
  
  Одним из пчёл, возможно, больше повезло:
  По воле случая деревья были крепче,
  И беды мимо шли, и жизнь казалась легче.
  Те пчёлы нудно загудели всем назло:
  
  - Вы поглядите, сколь глупы собратья наши,
  Они лишились крова! В этом знак судьбы.
  Как наказание за слабые стволы.
  Пусть изопьют за выбор предков с горькой чаши.
  
  Иные пчёлы были жалости полны:
  - Давайте пустим их к себе, могло и с нами
  Случиться этакое горе со стволами.
  А третьи в скупости жужжали: - Всё тщеты...
  
  Все пчёлы видели лишь то, что очевидно,
  И большинство из них не думало о том,
  Где будут жить они в дальнейшем, где их дом.
  Вот так и люди, многим истины не видно.
  
  Но как бы ни было, а сроки завершатся, переселение "бездомных пчёл" пройдёт.
  Благоразумно бы подумать наперёд. В пустых стволах не мудрено и потеряться...
  Когда вы временные улья обрели, познайте суть своей природы и Земли...
  И вот ещё одно, что следует запомнить: утраты зримые из чаши не восполнить,
  Но не утрачивает ценности всё то, что с чаши жизни в купол неба отдано!
  Посредством Бога я познал
  Его. А то, что кроме Бога,
  Познал посредством звука слова
  Его Посланника. Бог дал...
  
  
  Эхо сказки Зу-н-Нуна
  
  Зу-н-Нун Египетский рассказывал о том,
  Как научился расшифровывать он знаки
  И их значения, сокрытые во мраке...
  Так, эту притчу нам рассказывает он.
  В одном из мест стояла статуя одна
  На постаменте из массивнейшего камня,
  Где надпись странная была, (прочёл и сам я,
  Как все другие, и не понял всё сполна...)
  "Ударьте в этом месте, чтобы овладеть
  Дарами ценными!" - И люди... ударяли
  Сто раз на дню и только руки ушибали
  Об эту надпись... Так, что больно и смотреть...
  
  А, между прочим, я вниманье обратил,
  Что пальцем статуя куда-то указала...
  И ровно в полдень тень от пальца-то упала
  На мостовую, по которой я бродил...
  И я отметил это место и добыл
  Необходимые для дела инструменты.
  И, догадались вы, вот - главные моменты...
  Конечно, камень тот сокровища укрыл!
  
  Открылся вход под ним в такое подземелье,
  Где были чудные изделия искусства.
  И я исследовал их "каменное" русло,
  И овладел секретом древним вневременья...
  О, тень прекрасная, чьё имя Человек!
  Ищи сокровища, что спрятаны на век.
  А коль найдёшь, то обрети те инструменты,
  Что дарят истинные, чудные моменты.
  Не смотрите на палец мой, дети, а взгляните-ка лучше, куда
  Я указываю жестом этим! И поймите - ведь жизнь вам дана.
  
  КАК БЫЛО ЗАРАБОТАНО ЗНАНИЕ
  суфийская притча
  
  Всему есть время, человек труда решил,
  Что нужно знания искать... Бывает так,
  Что проявляется судьбы важнейший знак
  По воле вечного движения светил.
  И он отправился к учителю затем,
  Чтоб взять ту часть бесценных знаний для себя,
  Что приоткроют смысл и тайны бытия,
  И сможет он преодолеть мирской тотем.
  И вот он к суфию пришёл за ценным знаньем,
  И убеждает, что настал тот самый срок,
  Когда он должен получить его урок,
  Душа созрела для суфийского сознанья.
  На эту просьбу мудрый суфий отвечал:
  
  - Смогу я дать тебе, что хочешь, но в обмен
  На то, в чём я нуждаюсь в ходе перемен...
  Мне нужен коврик для того, чтоб я отдал...
  Его тому, кто будет в силах продолжать
  Работу нашу, освещённую в веках,
  Кто станет светочем в блуждающих умах,
  И кто сумеет страх сомнений побеждать.
  
  Должны заметить мы, что суфиям нужны
  Такие коврики для долгих размышлений
  И медитаций, уводящих от сомнений
  В основах Знания, что истинно важны.
  
  Придя к ковровщику, искатель попросил:
  - Мне нужен маленький ковёр, чтоб обменять
  Его на знания, и коврик ваш отдать
  Тому, кто б свет ушедший снова воскресил
  Для продолжения работы... А ковровщик
  Ему в ответ:
  - Зачем ты это говоришь?
  И понапрасну с объясненьями спешишь...
  Я мастер дела своего, не слово-сборщик...
  Ковёр сотку тебе, но нитки принеси!
  И тот к прядильщице отправился за ними,
  Да объясняет ей словами вот такими:
  
  - Прошу дать ниток, чтоб к ковровщику пойти,
  Чтоб он ковёр соткал, а я его отдал
  В обмен на Знания учёному отцу,
  А тот отдаст его в работу мудрецу
  Для продолжения труда. И замолчал...
  На это женщина ответила: - Что пользы
  Мне знать о том, что ты за нитками пришёл,
  Зачем они и для чего тебе ковёр...
  Для ниток шерсть нужна, к чему пустые просьбы!
  
  И человек пошёл за шерстью к пастуху,
  Да стал рассказывать подробно и всерьёз...
  Прервав рассказ, воскликнул тот:
  - Пасу я коз!
  Так приведи мне коз, не эту чепуху!
  И ты получишь шерсть...
  Тогда искатель наш
  Идет к тому, кто продаёт на рынке коз.
  Найдя его, он рассказал про свой курьёз,
  Да попросил козу...
  - За сколько же продашь?
  А продавец ему на это отвечает:
  - Я мало знаю и о нитках, и коврах,
  И пользе знаний, и затейливых делах...
  У всех своя нужда, её-то каждый знает!
  Поговорим о том, что нужно мне! Когда
  Ты мне поможешь, помогу и я тебе,
  И польза будет для двоих уже вдвойне...
  Загон мне нужен, а не деньги для труда...
  
  Искать загон... - вздохнул искатель, - вот забота.
  Он стал расспрашивать, да к плотнику пришёл,
  И как по писаному просьбу всю прочёл,
  Но тот ответил:
  - У меня своя работа.
  И мне совсем неинтересно то, что ты
  Мне рассказал о козах, нитках и ученье.
  Загон я сделал бы, но если б порученье
  Моё ты выполнил, желанней нет мечты.
  Найди жену мне, и продолжим разговор.
  
  И вот искатель стал искать в округе сваху,
  И отыскал, на этот раз он не дал маху.
  Но, объяснив всё, что случилось с ним с тех пор,
  Как он отправился за Знаньем к мудрецу,
  Услышал вот какой чудеснейший ответ:
  
  - Я знаю женщину, которой краше нет,
  Она готовится к обрядному венцу...
  Представь себе, она о плотнике мечтает,
  Что описанием похож на твоего!
  Всё время думает о нём... и - ничего...
  Найти не может, и в неведении страдает.
  Ведь это чудо, что он, в самом деле, есть!
  Что существует тот, о ком её мечта!
  А как узнает, возликует - красота,
  Когда услышит от меня такую весть...
  
  Но, что за польза мне от этого, скажи?
  Ведь человек желает то, что хочет он!
  А многим кажется, что нужен эталон...
  А кто-то помощь ожидает впереди.
  Воображают, что хотят достичь чего- то!
  Иным и в самом деле нужно бы помочь...
  Поговорить об этом деле я не прочь,
  Однако, каждому важней его забота!
  Искатель радостно:
  - Скажи, что хочешь ты?
  
  - Я одного хочу, - она ему в ответ, -
   И помогу, как помогала много лет,
   Но расскажи, где зреют Знания плоды?
  
  - Мы без ковра не сможем Знание добыть, -
  Искатель женщине печально уж ответил,
  Но гнев в глазах её он вовсе не заметил,
  Хотя она и не пыталась это скрыть.
  
  - Не знаю я, что значит Знания плоды,
   Но я уверена, что это не ковёр!
  
  - Конечно так, - ответил он, как бы в укор...
   Но коль для плотника жену отыщешь ты,
  Загон для коз он изготовит до утра,
  Торговец козами нам даст одну козу,
  Я к пастуху её для шерсти отвезу,
  А шерсть прядильщице отдам я для ковра...
  Та нитки даст, что мы заплатим за труды
  Тому ковровщику, что сделает ковёр,
  Что нужен суфию под прежний уговор,
  И вот тогда получим Знания плоды!
  - Ты извини, я вижу - это чепуха!
  Твоя затея, словно сказка без сюжета,
  И ни за что я не пойду, поверь, на это...
  
  Так, несмотря на просьбы, словно петуха,
  Что раскричался поутру, его прогнала!
  А он в смятении от горьких неудач,
  Побрёл, скрывая прорывающийся плач.
  Душа его от равнодушных лиц рыдала...
  Разочаровываться в людях очень горько!
  Он усомнился даже в пользе высших Знаний,
  И дальше брёл в плену тяжёлых вспоминаний,
  Но вновь задумался: "Зачем же звеньев столько?"
  
  Безумец шёл по пыльным улицам торговым,
  Бубня под нос себе терзающую фразу.
  И тут купец, что не расслышал слово сразу,
  Вдруг подошёл, да подивился мыслям новым...
  
  - Тому, кто сможет продолжать работу Знанья,
  Ковёр я должен отнести и подарить...
  Изрёк безумец, а купец уж стал просить:
  
  - О, дервиш, странствующий в мире пониманья!
  Твоих молитв мне не понять средь суеты,
  Прошу о помощи с почтением глубоким
  К особой миссии, что ты несёшь высоким
  Путём суфийских Знаний жизни и судьбы...
  Так прояви ко мне хоть каплю состраданья.
  
  И странник поднял взгляд в печальные глаза...
  По телу дрожь, как будто первая гроза
  Иль свежий ветер на пути воспоминанья...
  И отвечал он: - Я страдал, теперь страдаю,
  И, несомненно, вижу, горе у тебя...
  Но у меня нет даже ниток для себя,
  Нет ничего, я лишь иду и... вспоминаю...
  Поведай мне свою историю и горе,
  И постараюсь я помочь тебе, мой друг!
  
  Волной все помыслы купца взлетели вдруг,
  И он... поведал всё в печальном разговоре...
  
  - Моя единственная дочь... так хороша,
  Так молода, что я люблю её сверх жизни!
  Знай, о, счастливый человек глубокой мысли,
  Что в ней страдающая недугом душа...
  Как одержимая, всё чахнет день за днём...
  Я не могу понять причину, помоги!
  И, если можешь, от беды обереги!
  Глаза купца сказали сразу обо всём...
  Не мог искатель отказать. Пришли домой.
  Вот странник с дочкою вдвоём, та говорит:
  
  - Ах, странник добрый, вся душа моя горит
  Воспоминаньями о счастье, Боже мой...
  Я сердцем чувствую, что ты бы мне помог:
  Я влюблена, хотя не знаю человека!
  
  Да описала, словно рифмою из света...
  Страдальца плотника!! Так красочен был слог!
  Искатель вышел от неё к её отцу,
  И объяснил, что дочь безмерно влюблена,
  Что знает он того, кому она нужна!
  И стало так легко воспрявшему купцу!
  Не понимал того, что дочка говорила
  Ему о плотнике, и думал, что больна
  Его красавица, с ума сошла она,
  Но оказалось, что страдалица... любила!
  
  Итак, счастливая развязка совершилась!
  Нашли влюблённые друг друга в этом мире,
  И зазвучала песнь прекрасная в эфире,
  А дева снова улыбаться научилась!
  
  Искатель к плотнику отправился и тот
  Загон построил, в чём нуждался продавец,
  Что продал нашему искателю овец,
  Что пастуху за шерсть достались без хлопот.
  
  Шерсть, у прядильщицы на нитки обменяв,
  Отдал ковровщику и коврик получил,
  А следом этот коврик суфию вручил,
  И словно круг замкнул, движенье осознав...
  Мудрец сказал: - Теперь могу тебе дать Знанье,
  Ведь ты не смог бы этот коврик принести,
  Когда б ни тернии сокрытого Пути,
  Где потрудился ты во благо пониманья.
  
  ***
  Да, только мысленная, честная работа
  Приоткрывает эти вечные ворота,
  Что держит стражник наш, обычно, на замке.
  И ключ даёт, когда идём мы налегке...
  
  *
  Канва у сказки непроста и многозначна,
  а очевидная начинка непрозрачна.
  На первый взгляд нет в сказке этой новизны.
  Она стара, как мир истоков красоты.
  Но есть второй взгляд, побуждающий движенье
  Глубинных мыслей, океанские теченья.
  Обратный ход сей сказки нечто раскрывает,
  И сферой радужной мышленье увлекает...
  Как имя Плотника, и кто такой Купец?
  В чём ценность ниточек, а коврик, наконец,
  Зачем учёному? И что воспоминанья
  Несут подсказками, как некое предзнанье...
  И почему условья суфий выдвигает
  Тому искателю, что жаждет и дерзает?
  А как осмыслена забота о себе,
  И почему даны превратности в судьбе?
  
  А современное звучанье сказки этой
  Несёт иное восприятие сюжета,
  Ведь каждый знает, помощь ближнему нужна,
  И помогает, как умеет, но... вражда,
  И даже лики равнодушные встречают
  Совсем не зря! И равнодушьем отвечают
  Без злого умысла, но с целью по судьбе,
  Не укоряя, а ведя тебя к Себе!
  А третий смыл - о нём словами не сказать,
  Но, несомненно, стоит тоже поискать...
  
  "Знание, - писал Ибн аль-Араби, - это лишь покров, за которым скрывается то, о чем мы знаем".
  
  ТРИ ВИДА ЗНАНИЯ
  
   Ибн аль-Араби из Испании передал этот древнейший закон своим последователям.
   Существуют три вида знания. Первое - это знание интеллектуальное, которое по существу есть просто информация и собирание фактов, используемых для выведения дальнейших умозаключений. Это интеллектуализм.
   Вторым идёт знание состояний, включающее как эмоцио-нальные переживания, так и необычные состояния сознания, когда человек полагает, что воспринимает нечто высшее, но не может использовать его. Это эмоционализм.
   Третье - это истинное знание, называемое Знанием Реальности. Человек, обладающий этим видом знания, способен различать, что является правильным и истинным, поверх границ мысли и чувства. Схоласты и ученые сосредотачиваются на первой форме знания. Эмоционалисты и эмпирики пользуются второй формой. Остальные пользуются обеими вместе, либо то одной, то другой.
   Но люди, постигающие истину, - это те, кто знает, как воссоединяться с реальностью, которая простирается поверх этих обоих видов знания. Таковы истинные суфии, дервиши, которые постигли.
  ЧУВСТВО МЕРЫ
  
  Учили меня мудрецы всех времён
  Закону единому разных племён:
  Во всём находи изначальную Меру,
  И не нарушай соразмерности кредо,
  Знай, самое главное в жизни земной -
  Ценить чувство Меры
  для встречи с Собой.
  Плоды соответствия - это искусство,
  Что ценится выше любовного чувства.
  Чуть больше, чуть меньше -
  провалишься в тьму,
  Иди по светящейся нити к Нему!
  На миг приближаясь, но не исчезая,
  Дари не себя, а тропиночки к раю!
  У каждого путь и тяжёлая ноша
  Свои, и судьба на иных не похожа.
  Сдержи ты желанье других поучать,
  Достигшего мудрость - молчанья печать.
  Все речи изящные к пользе уму,
  Но зрелые ягоды - только Ему.
  Продажа Знания
  
  Уходит время нам отпущенного срока...
  Сейфульмулюк уж половину "отпустил",
  Черпая знания из книг, что было сил,
  И путешествуя по кладезям Востока...
  
  Но вот молва пришла из города Герата
  Об Ансари - поэте века, мудреце,
  Об уважаемом и любящем отце.
  - Лишь у него найду я истинное злато!
  
  Сейфульмулюк к нему за знанием спешит.
  И вот добрался и стоит уж у ворот.
  На них какая-то табличка гостя ждёт,
  И надпись странная, любого удивит:
  
  "Здесь продается для желающего знанье".
  
  Он молча смотрит. Видно, цель имел мудрец...
  За деньги учатся глупец или купец,
  Но я же ищущий. Зачем напоминанье?
  
  Зашёл и видит на пороге старика.
  Поэму пишет о привязанности к тени...
  - Ты хочешь знания купить по этой теме? -
  Спросил хозяин, - Ну, а хватит серебра?
  
  Тот посчитал, и оказалось сто монет...
  - За эти деньги ты получишь три совета!
  - Вы, в самом деле, продаёте? - так поэта
  Наш путешественник спросил. И вот ответ:
  
  - Живём мы в мире, и приходится считаться
  С материальными условьями его.
  В особом знании - особое зерно.
  Но ведь не каждому оно должно даваться.
  Мое же знание - ответственность большая.
  Тому, в ком нет необходимости пути,
  Даю я деньги, помогая тем найти
  Необходимое, и плату принимая.
  
  И, серебро взяв, старец тихо продолжал:
  - Теперь, внимательнее, первый мой совет!
  Седое облачко вдали - предвестник бед.
  Сейфульмулюк обижен был и возражал:
  
  - Но что же ценного совет сей заключает?
  В нём ничего о назначенье человека,
  Или душе или об истинности света!
  - Зачем же знать тому, кто мёртвым вопрошает?
  Возьми назад свои монеты и уйди!
  И тотчас стих Сейфульмулюк - весь во вниманье...
  И молчаливое - "Простите, я за знаньем!",
  Лишь после этого продолжил Ансари:
  
  - Когда ты встретишь птицу, кошку и собаку
  В одном из мест, тогда хозяином им будь!
  Смотри за ними до конца, да не забудь!
  
  - Какой престраннейший совет... - смолчал, однако, -
  Наверно, смысл метафизический непрост.
  Но, если долго мне над ним поразмышлять,
  В конце-концов, смогу я сей совет понять.
  Подумал гость, но промолчал, а ум подрос...
  
  И дальше: - Если ты совету будешь верен,
  Но испытаешь нечто большее, чем ты,
  Да ощутишь себя у двери, у черты,
  Войди в неё! А путь - поистине безмерен.
  ***
  
  Учеником Сейфульмулюк хотел остаться,
  Но Ансари довольно грубо отказал...
  И тот в Кашмир побрёл, учителя сыскал,
  И лишь потом он в Бухаре смог оказаться.
  
  И там-то встретил человека из совета,
  С котом и птицей и собакой. - Неспроста!
  А где же облачко? Да нет его, пока.
  Ещё он вспомнил изречение поэта
  
  О том, как люди полагают, что событья
  Должны последовать одно вослед другому,
  А в жизни часто происходит по-иному,
  Своим порядком, силой высшего наитья...
  
  Он приобрёл троих животных и остался
  Жить вместе с ними и трудиться в Бухаре.
  Прошло три года так. Однажды на заре
  Вдруг видит облачко. Тут он заволновался...
  
  Скорей домой. Собрал еду, своих животных,
  Не потеряв секунды, с ними убежал.
  Спустя неделю он об облачке узнал:
  То - пыль орды завоевателей жестоких,
  Что истребили всех живущих в Бухаре...
  И он припомнил те слова, что Ансари
  Сказал о "пользе знаний мёртвому", узри,
  Слова раскрыли нечто скрытое во мгле...
  
  А мы продолжим сей рассказ, суровой ниткой
  Связуя трудные шаги в пути судьбы.
  Он оказался без гроша и без еды
  В стране, где люди не дарили их улыбкой...
  
  В слепом отчаянии на землю ниц упал
  Иефагана, да взмолился всем святым:
  - О, помогите, мы от голода не спим...
  Да словно в некое забытие попал.
  
  И в состоянии престранном вдруг виденье,
  Такое ясное, как будто наяву:
  Кольцо златое с изумрудом в синеву.
  Зеленый камень, излучающий свеченье!
  
  "Златой венец венков - кольцо от Соломона,
  Да будет мир над ним, - в ушах его звучит, -
  Кольцо под камнем, что под деревом лежит..."
  И тут очнулся, в силу скрытого закона.
  
  Восходит утро. Он в волнении спешит
  Пройтись в окрестностях дорог Иефагана.
  И вот... с предчувствием явленья урагана,
  Находит камень, что судьбу его хранит!
  И вот оно: кольцо такое, как во сне!
  Молитва рвётся из него, как дух из тьмы:
  - О! дух кольца! Я верю, мне поможешь ты!
  Прошу, избавь от тех мучений, что во мне!
  Блеснула молния, и вздрогнула земля!
  Как будто страшный ураган загрохотал,
  Могучий голос скрытой силы зазвучал
  В тот миг, когда омыл кольцо он из ручья.
  
  - Через века ты стал наследником сей власти
  И Соломонова наследства. Я - слуга.
  Проси, что хочешь, всё исполнится сполна!
  - Храни животных и меня от всех напастей!
  Во Имя духа Соломона и Творца,
  Пусть будет мир над нами! А еще... скажи,
  Вот этот миг и есть конец того пути?
  Мне Ансари велел быть с ними до конца.
  
  На это дух ответил: - Это не конец!
  И стихло всё, как то, прошедшее виденье,
  И грозный голос, и земное сотрясенье,
  Что вызывает содрогание сердец.
  
  Сейфульмулюк решил остаться в этом месте.
  Устроил дом, сосед им пищу приносил,
  А от жилища своего не уходил.
  И почитали мудреца во всём предместье.
  
  Сменялись дни, за ними годы проходили,
  Как будто счастливо и будто бы светло.
  Он размышлял о жизни прошлой так умно,
  Что очень многие о нём заговорили.
  А, наблюдая за животными своими,
  Пусть незаметно, он их многому учил,
  Да как с людьми порою с ними говорил,
  А иногда имел беседы со святыми.
  Когда же странники вопросы задавали,
  Об испытанье и духовном назначенье,
  Он останавливал их кротким изреченьем:
  - Я выполняю то, что свыше мне сказали.
  
  Теперь представьте изумление его,
  Когда вдруг кот... заговорил:
  - Любимый мой! Ты увлекаешься заданьем, как игрой,
  Но где конец его, ужели далеко?
  
  - Ты ошибаешься! - вдруг птица говорит, -
  Лишь оттого, что ты у путников не хочешь
  Учиться мудрости, и тем себе пророчишь
  Дорогу долгую... Пойми, что сам пиит,
  Сам Ансари к тебе их часто направляет,
  Чтобы проверить проницательность твою.
  - В своём ли я уме, коль с вами говорю?
  Мои питомцы - и меня же поучают!
  Выходит, я уж много раз был у черты,
  Но, почему же вы мне раньше не сказали?
  (Взволнован Сейф-баба, его так называли...)
  - Мы говорили! Только нас не слышал ты...
  Теперь ты нашу речь прекрасно понимаешь,
  Но в этом возрасте остался шанс один...
  Смотри внимательней, любимый господин,
  И примени всё то, о чём теперь ты знаешь!
  
  С того момента дни и месяцы прошли.
  И как-то раз, старик напротив поселился.
  Разбил палатку и с животными сдружился.
  Тут чувства редкостные в Сейф-баба взошли...
  Решился дервишу поведать он сомненья:
  - Оставь меня, - тот перебил, - вся болтовня
  Об облаках, об Ансари - не для меня,
  Какое дело до кольца мне и виденья?
  
  С глубокой болью Сейф-баба вернулся к духу.
  И вот уж слышит: - Не скажу тебе того,
  О чём словами говорить запрещено...
  Но есть способности у внутреннего слуха!
  Предубеждение - диагноз той болезни,
  Что так мешает продвижению в пути!
  Вновь Сейф-баба решился к дервишу идти.
  И обратился: - Я прошу, скажи, любезный!
  Нести ответственность я должен за животных,
  Но я запутался, кто нужен, и кому.
  И три совета изменили всю судьбу,
  Но руководства - нет! В кругах хожу болотных.
  
  - Теперь ты искренне, от сердца говоришь.
  И я отвечу: это - трудное начало.
  Вглядись в себя. Доверь животных мне сначала.
  Ты из-за логики... в болоте ведь торчишь.
  Его ответ: - Как их отдать, ведь я не знаю
  Тебя настолько, как хотел бы, и потом...
  Как можешь ты мне предлагать? -
  А в горле ком... и, успокоившись, - Тебя я уважаю...
  
  - Твои слова тебя же выдали! Поверь!
  Не в том ведь дело, что заботишься о них,
  А в том, что жаден до невольников своих...
  Мое же имя - Дарваза, что значит "дверь".
  
  - "Войди в неё..."? Ты - вход в иное измеренье?
  Не о тебе ли говорил мне Ансари?
  
  - С обрыва горного сомненья отпусти!
  Совет был третий не уму! А ощущенью!
  Такой ответ смутил надолго мудреца...
  и продолжал искать конец он у конца...
  С тех пор ещё два года тягостных прошли,
  Где Сейф - баба терзался в страхах и сомненьях,
  И, наконец, внезапно, в истинных мгновеньях
  Он осознал, куда уходят все пути...
  Призвал к себе собаку, птицу и кота.
  Да так сказал им: - Отпускаю вас! Отныне
  Принадлежите вы себе, своей святыне.
  И вот... конец! Как будто спала пелена.
  Глаза раскрылись - это люди, а не звери!
  А внешний вид - то результат сокрытых чар,
  Что исчезают, если явится их дар!
  И вот он - путь! И вот заветнейшие двери!
  
  Заходит в них и видит рядом Дарвазу,
  И узнает в нём Ансари! Они без слов
  Вошли в чудесный из чудеснейших садов.
  А взгляд ласкает распрекрасную лозу.
  Висят плоды, что на любой вопрос ответят:
  О жизни, смерти, человечестве и знанье,
  Добре и зле, и о природе пониманья,
  И сотни солнышек плодов, сияя, светят.
  
  - Твоя привязанность ко внешнему тянула
  Все эти годы, Сейф-баба, тебя назад.
  Вот почему пришёл так поздно в дивный сад.
  Ты заплатил, но мудрость большее вернула!
  ***
  
  Чем больше думаешь над смыслом мудрой притчи,
  Тем больший смысл она способна отдавать,
  Но лишь тогда, и лишь тому, кто в силах брать,
  И для того лишь, чтоб понять свои обличья...
  
  История создания Огня
  притча мастера Ахмеда аль-Бедеви
  Давным-давно случилось это диво...
  Один мудрец путями размышлений
  Над тайнами Природы всех явлений
  Узнал секрет Огня.
  Красноречиво...
  Решил об этом людям рассказать!
  И стал ходить по землям, Знанье сея,
  Да вкладывать в сердца сограждан семя.
  Но, между тем, не все могли понять...
  
  И думали, что он для них... опасен!
  Вот как-то раз, когда Огонь горел,
  Решили - это дьявольский удел!
  И мудрого... убили... Грех напрасен.
  
  Века прошли с тех пор, а что же люди?
  Где те, кого успел он обучить?
  В жрецах лишь тот секрет сумел дожить.
  А прочим - сказки, вымысел о чуде.
  
  В одной общине люди позабыли
  Про древнее искусство, и тогда...
  Орудиям добывания Огня
  Поклоны отдавали, их любили.
  
  В другой общине образ сохранился
  Создателя Огня и мудреца.
  Его и почитали как Отца,
  Учителя! Секрет Огня... забылся.
  
  Ещё в одной общине жили сказки,
  Легенды об открытии Огня.
  И, в детях сказки бережно храня,
  Те люди применяли их подсказки.
  
  Но были и такие, что умели
  Хранить и возжигать Огонь в печи.
  Использовать... и днями, и в ночи.
  Открытия в умах людей тех зрели.
  
  И много, много лет спустя с тех пор,
  Один мудрец в кругу учеников
  Открыл им тайну вечности веков
  И вызвал сокровенный разговор...
  
  Историю Огня им рассказав,
  Спросил: - Как сохранять секреты знанья
  От слов пустых и суетных деяний?
  Как мудрость воспитать и добрый нрав?
  
  - Я знаю! - ученик от изумленья
  Воскликнул, - Люди молятся процессу!
  Огня не зная, видя сквозь завесу!
  Мой долг - открыть им истину явленья.
  
  На это мудрый Мастер отвечал:
  - Рискуешь ты... Не лучше ль воздержаться?
  - Нет! Должен я за их умы сражаться!
  Упрямый ученик так возражал...
  
  Отправился он в страны, где забыли
  О сущности Огня, о правде былей...
  Вот, вышел в круг старейших и жрецов:
  - Отцы! Вы в несомненном заблужденье!
  Огонь зажгу я вам для обученья.
  Но... тут же схвачен был... И "без концов"...
  
  В другой общине более разумны
  И вежливы с гостями оказались
  Хозяева, но вновь не собирались
  Учиться у пришельцев "плоскоумных"...
  
  Они сказали так ученику,
  Тому, кто совершал благое дело:
  - Мы видим, говоришь ты очень зрело!
  Но есть религиозные табу...
  
  И в следующей общине не добились
  Успеха путешественники... - Что же,
  Их веру умалять гостям негоже!
  И вновь своей дорогой удалились...
  
  Но вот пришли туда, где сказки живы!
  Там Мастер показал секрет Огня...
  И людям захотелось для себя
  Использовать его... Не для наживы.
  А кое-кто сказал:
  - Легенды эти -
  Наследие, бесценное для всех!
  Отказ от них - позор, а не успех.
  И мы перед потомками в ответе!
  
  А группа дальше шла, и, наконец,
  Достигла той окраины, где жили
  Обычные же люди, что дружили
  С Огнём и где, конечно, жил кузнец.
  
  Но там возникли новые проблемы...
  И верно, догадались вы, какие
  Задачки непростые, золотые,
  Сложнее знаменитой теоремы.
  Тут Мастер пояснил ученикам:
  - Учитесь, как учить тому, что надо.
  Ведь многие всезнайки - суть преграды,
  Что думают: - но я-то знаю сам!
  
  Способности к познанию различны.
  А знание без них, простой мираж.
  Способность к "знаю как" - крутой вираж,
  Смотри, что изначально, что вторично!
  
  Золотая муха
  
  Саляр учёным был. Как умный человек,
  он знал, что правильно, что ценно, а что нет...
  Что делать следует, где правильный ответ,
  ведь он прочёл десятки книг за краткий век.
  И знал так много, что назначили его
  Судьи верховного помощником. И вот
  Зажил он счастливо, возможно, без забот.
  Но даже он не мог познать, увы, всего.
  
  Однажды в сторону отставил он пиалу
  Со сладким соком, а сверкающая мушка,
  Что уместилась бы в иголочное ушко,
  Отпила крохотный глоточек, очень мало...
  
  Так каждый день она тихонько отпивала.
  Стал замечать её учёный наш Саляр.
  Ему не жалко для диковинки нектар,
  Но, между тем, златая мушка подрастала...
  Сообразил он: муха кажется крупнее,
  Чем все обычные, и взял, да и спугнул...
  Она взлетела на кувшин. Он вновь стряхнул!
  Но, покружившись, муха села, где вкуснее.
  
  И ровно столько отпила, как и хотела!
  Так дни за днями шли, как будто бы в игре.
  Она росла, менялась, пряталась в ковре,
  И, наконец, ему изрядно надоела...
  Он закричал на негодяйку, а в ответ,
  О, ужас! Голос человеческий звучит:
  - Ведь я беру совсем немного! - Он молчит.
  - К тому же я собой красива, или нет?
  
  Саляр наш слишком изумлён и перепуган.
  В конце концов, в смущенье полное пришёл.
  Быть может, джин-волшебник в мухе заключён?
  Возможно, муха мне - в награду, будет другом...
  Он стал испытывать живейший интерес,
  И с наслажденьем наблюдал, как танцевала
  Златая мушка да нектаром запивала...
  Работал меньше, словно путал мысли бес...
  
  И неприятности в работе начались,
  И самочувствие всё время ухудшалось,
  Так он решил, что прекратит былую шалость,
  Покуда беды за большое не взялись...
  Собрав решимость, он нанёс такой удар,
  Что покалечил эту муху! И тогда,
  Слегка опомнившись, промолвила она:
  - Ты сделал зло! Хотя тебе несла я дар...
  Но я уйду, уж коли хочешь ты того.
  
  Саляр же чувствовал над мухою победу:
  - Так, верно, я сильнее джина? - И к обеду
  Он убедил себя, что всё завершено!
  Однако муха появилась тут опять,
  Как слон огромна и... подобна человеку!
  Раздувшись в озеро, вмещающее реку,
  Она приблизилась и вдруг, за горло хвать!
  
  В обед судья, зайдя к помощнику по делу,
  Увидел жуткую картину преступленья:
  Саляр убит... стена проломлена мгновеньем
  Или магическою силою умело...
  
  И не найти уже виновных никогда...
  Саляр не скажет слова, хоть и был учён,
  Но против магии учёный обречён.
  А шалость маленькая к горю привела.
  
  ИДОЛЫ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
  
  Сколь экономно человечество к своим
  Великим идолам! Вы это замечали?
  Оно божественными их зовёт вначале
  И поклоняется, и молится святым...
  
  Затем кидается на них, да и крушит,
  Пока от идолов и крошки не найдётся.
  И даже если человеком он зовётся,
  То сотни лет потом всё спорит и хулит.
  
  И после этих многолетних рассуждений
  Ему уж кажется, мерещится, что вот,
  Оно всё поняло уже! - Наоборот!
  Рождая идола из "лучших побуждений".
  ПЧЁЛЫ И ПОЛЫЕ ДЕРЕВЬЯ
  Эхо мудреца Джафара
  Великий Мастер четырёх путей Джафар,
  Ответил притчей на вопрос о наилучшем
  Пути исканий, о призвании могучем
  Чрез озарение принять небесный дар.
  ***
  Давным-давно, в далёких землях лес зелёный
  Веселой буйностью побегов удивлял
  Зверей и птиц,
  блаженной пищей их питал,
  И кров дарил им безопасный, утолённый...
  Проходит срок, в котором всем отведено
  До дна испить сей жизни чашу, умирая.
  Вот так и лес, свои щедроты отдавая,
  Срок завершил. Деревья высохли давно...
  
  Случилось так, что пролетал пчелиный рой
  И пустотелые деревья заприметил,
  Что стали ульями. Лес радостно их встретил.
  И поколенья пчёл он вновь дарил собой...
  А время дальше шло.
  Истлевшие деревья
  Неумолимо стали падать, а стволы
  Былую твёрдость утеряли с той поры.
  И рассыпались в полумраке суеверья.
  Одним из пчёл, возможно, больше повезло:
  По воле случая деревья были крепче,
  И беды мимо шли, и жизнь казалась легче.
  Те пчёлы нудно загудели всем назло:
  - Вы поглядите, сколь глупы собратья наши,
   Они лишились крова! В этом знак судьбы.
   Как наказание за слабые стволы.
   Пусть изопьют за выбор предков с горькой чаши.
  
  Иные пчёлы были жалости полны:
  - Давайте пустим их к себе, могло и с нами
   Случиться этакое горе со стволами.
  А третьи в скупости жужжали: - Всё тщеты...
  Все пчёлы видели лишь то, что очевидно,
  И большинство из них не думало о том,
  Где будут жить они в дальнейшем, где их дом.
  Вот так и люди, многим истины не видно.
  Но как бы ни было, а сроки завершатся,
  переселение "бездомных пчёл" пройдёт.
  Благоразумно бы подумать наперёд.
  В пустых стволах не мудрено и потеряться...
  
  Когда вы временные улья обрели,
  познайте суть своей природы и Земли...
  И вот ещё одно, что следует запомнить:
  утраты зримые из чаши не восполнить,
  Но не утрачивает ценности всё то,
  что с чаши жизни в купол неба отдано!
  Слуги и дом
  Эхо Аль-Халладжа (ум. 922)
  
  ...А, может быть, те двери - украшенье?
  Иные восклицали в утешенье...
  Они себя тем самым утешали,
  Коль скоро суть дверей не понимали.
  
  Жил некогда прекрасный Господин,
  Владевший домом, дом был преогромный.
  Но, к дальним путешествиям влекомый,
  Он часто уезжал за семь долин.
  А слуги берегли и охраняли
  Мудрейшего хозяина владенья.
  Была, однако, странность поведенья
  У слуг: они в беспамятство впадали..
  
  Иные позабыли для чего
  Они остались в доме, а другие
  Дублировали дело, как слепые,
  Совсем не понимая существо.
  Однажды Господин исчез надолго.
  И в новом поколенье слуг пришла
  Уверенность, что в собственность дана
  Усадьба вся! Они ж, не зная толка
  
  Решили вдруг продать её совсем...
  Однако покупатели не шли...
  Торговцы же понять им помогли,
  Что надо Дом показывать не всем...
  Но были и такие, что просили
  Им дать для подтверждения бумаги,
  А слуги... притворялись дураками,
  Ведь просьбы эти их, увы, смешили.
  
  Была к тому же странность в некоем Зале,
  Где слуги размышляли в удивленье.
  Там, будто, появлялись привидения,
  Что всё необходимое... давали!
  
  И слугам позволяло это диво
  Забыть свою ответственность за Дом.
  Инструкции хранились под замком
  В центральном кабинете Господина...
  Другое поколенье объявило
  Священным кабинет и никого
  Туда не допускало. Так взошло
  Учение, что тайну вовсе скрыло...
  Иные отрицали даже то,
  Что есть такой Господский кабинет,
  Хранящий документы, как секрет!
  Не верили ни в тайну, ни в него...
  - А может быть, те двери - украшенье!
  Так слуги восклицали в утешенье...
  Хозяин и гости
  
  Учитель подобен хозяину Дома,
  А гости его - те, кто Путь изучают,
  И многого в Доме прекрасном не знают!
  Но Дом существует веленьем Закона.
  Пришедшие гости, на стулья садясь,
  Что им предлагают, не знают значенья
  Ни стульев, ни крыши, ни цели движенья.
  И слушают молча, убранству дивясь...
  
  Хозяин гостей развлекает и часто
  Ответы даёт на вопросы друзьям.
  Играет в загадки, весёлостью пьян,
  Они ж восклицают, порой громогласно!
  
  Не могут понять, что откуда берётся,
  И то, что внимания хватит на всех,
  Что вкусная пища здесь не для утех,
  А каждое слово потом... отзовётся.
  
  Смущаются гости незнаньем своим,
  Не видя, как слуги их мысли читают
  И каждое действие предупреждают.
  Откуда берется внимание к ним?
  
  А щедрый Хозяин сомненья погасит,
  И всех успокоит, и всех угостит...
  В назначенный час во главе он сидит,
  И Словом сердечным он праздник украсит!
  И каждому даст сообразно уму,
  Уменью понять назначение Дома.
  Хозяин ответственен волей Закона.
  Он слышит и знает о всех "почему".
  Не многие могут весь Дом воспринять,
  И лишь постепенно, в канве этикета,
  Пытаются видеть значенье ответа,
  И ценность воспринятого осознать...
  ***
  Есть некий запрет на прочтение притчи
  Вне слова учителя, рамок приличья...
  
  Стадии
  
  Послушай, о, любезный мой читатель,
  Древнейшего философа слова,
  Найди средь чисел главный знаменатель,
   Но только не дели сплеча на два.
  Сначала думал я, что мой Учитель
  Всегда был прав, и так должно бы быть.
  Затем вообразил - есть направитель,
  С которым и ему б не грех дружить.
   Не год прошёл, не два, минуло Время...
   И я сообразил, где был я прав,
   А что было неправильным... То семя...
   Росток дало, из времени восстав.
  Что правильным явилось - то, что смело
   Сейчас о первых стадиях сказал,
   Неправильно - тому сказать, кто влево,
   Иль вправо смотрит, в поиске похвал...
  
  Послушай, о любезный, Время мчится.
  Ты знаешь, для чего оно дано?
  Живёшь ты или это только мнится?
  Сумел ли прорастить своё зерно?
  Обитель Истины
  
  Однажды жили два известных мудреца.
  Один из них служил духовному Пути
  Сознанья высшего, куда других вести
  Он был обязан до заветного крыльца...
  
  И люди верили в него, хоть заблуждался
  В своих исканиях мудрец... Но неспроста
  Его великим почитали города,
  И он навечно в их истории остался...
  Второй мудрец был обладателем того,
  Что Знаньем Истинным немногие зовут.
  Он был свободен от условностей и пут.
  Опять же, многие поверили в него...
  
  В стихийном бедствии погибли мудрецы:
  Недолговечны жизнь людей и связь цепей...
  Но возрождаются плоды умов, идей,
  И то святое, что оставили отцы.
  
  Итак, погибшие предстали на суде...
  Где их по очереди строго допросили,
  Да место следования душ определили,
  А так же тех, кто был им предан на земле.
  
  Кто были с первым, вместе с ним попали... в ад!
  Другие в рай попали вместе со вторым!
  Недоумение сгустилось, словно дым.
  Никто не мог понять ни кары, ни наград...
  
  Спросили ангелов суда. Те объяснили:
  - Все те, кого судили мы, владели верой.
  Мудрец же первый руководствовался мерой
  Сознанья высшего... Его превозносили.
  А он, в действительности, верил лишь в себя!
  Воображая, что владеет высшим Знаньем.
  Ученики влекомы этим обаяньем,
  На самом деле, не учились... жить любя.
  
  Они лишь внешне мудрецу и поклонялись.
  Второй мудрец... Тот верил в Истину и жил
  Лишь Ею жизнь свою, искал Её, любил.
  Учеников учил, чтоб жизни не боялись.
  А те любили не его, а эту Веру
  В явленье Истины, что Свет дает всему.
  Они искали только Истину уму,
  Не подгоняя под теории и меру.
  Существованье после смерти - есть Обитель,
  Где только Истина живёт. Её Законы
  Непостижимы для людей, как небосклоны!
  Обитель Истины - Реальность, Прародитель.
  
  Она не может быть теорией людей,
  И вот поэтому мы вынесли решенье
  Её Законами... И вот Её свершенье!
  Коль непонятно, разорвите связь цепей.
  
  
  Притча о трёх областях
  
  Пусть резюме покажется простым,
  И пусть не каждый в нём увидит больше,
  Ствол дерева... с годами станет толще,
  Сюжет же остается молодым.
  
   ***
  Так велико различье жизни одного
  Из человеческого общества и всех,
  Но много больше всё ж различие помех,
  Что нам мешают видеть сущности всего...
  
  А жизнь построена подобьем образца,
  Столь очевидного в понятии одних,
  И столь открытого по мнению других,
  Но не разгаданного всё же до конца.
  
  Тот образец подвержен времени теченью,
  И распадается на множество иных,
  Таких же правильных образчиков благих.
  Но люди знают лишь фрагментов назначенье...
  И неизменно те значения находят,
  Что ожидают... а не те, что существуют
  На самом деле.
  Вот о них и повествуют
  Седые сказки, что из Вечности восходят...
  
  Когда ты хлеб печёшь, зачем о производстве
  Муки иль соли постоянно поминать?
  Следи за временем, как преданная мать
  Растит ребёнка, и в любви, и в благородстве...
  ***
  Суфийской ниточкой, но собственной иглою
  Я постараюсь вышивать по образцу
  Прекрасной притчи с уваженьем к мудрецу
  Ал-Газали, что разговор ведёт со мною...
  
  Мы для примера область первую рассмотрим...
  Пшеница в поле, и в источнике вода.
  И в шахте соль. Всё - завершенное пока...
  Как человек, который сам с собой не спорит...
  У всех субстанций есть возможности, они
  Могли бы прежними подолгу оставаться,
  Как в человеке, но могли бы изменяться
  По обстоятельствам, усильями в Пути...
  Вторая область состоянья человека
  Даёт возможности активности. Итак,
  Преобразуется в муку чудесный злак,
  Соль очищают, а вода - напитки века.
  Коль в первой области - возможность к измененью,
  То во второй уже есть практика для Знанья,
  Анализ опыта и тяга пониманья,
  И к третьей области доступное теченье.
  
  И только там, где составные элементы
  Прекрасны качеством, в количестве точны,
  Где место, время и поток соблюдены,
  Играют дрожжи, как души эквиваленты...
  
  И превращается всё в тесто Существа...
  Пылает печь для хлеба!
  Что же ещё нужно?
  Прикосновение!
  Внутри, да и наружно...
  И сотворяющая хлынет к вам волна.
  ***
  
  Когда ты хлеб печёшь, зачем о производстве
  Муки иль соли постоянно поминать.
  Есть Место, Время, есть и преданная Мать.
  Растит дитя своё в Любви и благородстве...
  Шейх Фарид
  
  Однажды Шейх Фарид направился к реке,
  Чтоб омовение поутру совершить...
  А рядом Ищущий: - Позволь тебя спросить,
  Откуда светлая наполненность в тебе?
  Ты, как безумец, но ведомый Божеством!
  Такой счастливый и блаженный, объясни,
  Как мне желание всевышнее найти,
  Что делать мне, и как войти в небесный Дом?
  
  Фарид в ответ: - Пойдём со мной, да искупайся!
  Быть может, ты, купаясь, свой ответ получишь,
  А, может, нет, но обстоятельства изучишь.
  Идём к реке, и быть со мною постарайся...
  
  - Кто знает мистиков... Безумны иль мудры?
  Подумал Ищущий и вслед пошёл за ним.
  Вот, входят в реку... так спокойно им двоим.
  И вот уж ноги довели до глубины...
  Но, вдруг, Фарид... как прыгнет прямо на того!
  Да стал топить его не на смех, а всерьёз!
  И человек стал вырываться. Вот, курьёз -
  Тщедушен Ищущий, Фарид сильней его.
  
  Итак, на кон уже поставлена вся жизнь!
  И... чудо! Этакий слабак... Фарида сбросил!
  Да сам вскочил уж на него и загундосил:
  - Ты что, убийца? Иль твоя безумна мысль?
  
  Я лишь пришёл спросить тебя, где взять желанье!
  Как может сердце Путь до Истины найти!
  Фарид в ответ ему воскликнул: - Погоди!
  Сначала несколько вопросов в осознанье...
  Когда удерживал тебя я под водой,
  То сколько мыслей содержалось в голове?
  - Всего одна! Как бы вдохнуть сначала мне!
   Я не владел тогда ни мыслью, ни собой...
  
  Фарид ещё спросил: - Как долго мысль была?
  - Совсем недолго... Жизнь поставлена на кон!
  Коль жизнь в опасности, где мыслей пустозвон...
  Как мне вдохнуть? - уже не мысль, а Жизнь сама!
  
  Вот тут Фарид ему: - Бери же свой ответ!
  Ты понял всё, и мне не нужно разъяснять.
  Когда удушье в этом мире, где искать
  Свободный вдох? И ты желаешь только Свет!
  Желанье Истину найти - желанье Бога.
  Но и оно перестаёт желаньем быть.
  Лишь жизнь сама тебя способна утолить.
  Я показал тебе тебя, - закончил строго...
  
  АЛЕКСАНДР МАКЕДОНСКИЙ
  Эхо Джами
  - Как ты достиг успеха, власти и владений,
  Что велики, в такие юные года?
  - С врагами ласков был, участлив к сонму мнений.
  Друзьям же верен был воистину всегда.
  ***
  
  Однажды царь победы праздновал свои.
  Военачальники всё тосты возносили.
  Один сказал: - Чтобы тебя века любили,
  Возьми сто жён, детей побольше заведи.
  Ответил царь:
  - О муже память, знай, не дети.
  Законы добрые, деяния благие!
  Тот глуп, кто, празднуя победы удалые,
  Себя в плен женщинам отдаст, в тугие сети...
  Потомство женщинам вверять? Не так я глуп.
  Ведь самому себя учить и научать,
  И совершенствовать, и снова начинать.
  Пределов нет... Мой дух - потомство, коль не скуп.
  
   
  
  Я - ВАШЕ ЗНАНЬЕ
  
  Я - это то, что зовёте вы Богом,
  Мудрый и вечный, свет мирозданья,
  Я безупречный, властный над сроком,
  Я - ваше знание, я и незнанье.
  
  Путь для искателя, цель для учёных,
  Сила, здоровье для старых людей,
  Я поцелуи и счастье влюблённых,
  Маг и волшебник в играх детей.
  В склепе времён я ваш дух искуситель,
  В творчестве чистом я - крылья души,
  Так не свечою меня помяните,
  А вдохновеньем! Песнь напиши!
  
  Я - вездесущий, кого забывают...
  Тот, кто сокрыт от ума зеркалами,
  Тот, кто неузнанным в вас пребывает,
  В каждом из встречных я - встреченный вами.
  
  ЗНАНИЯ
  
  Нет того, чего вы...
  вовсе бы не знали,
  Всё же ищут знание, пишут книги вновь...
  А Моё мгновенье раскрывает дали,
  В них и улетает вечная любовь...
  Так летите следом или догоняйте,
  Если ваше знанье - помощь, а не груз,
  Ну, а не поможет, на себя пеняйте,
  Да не разрывайте нить духовных уз...
  
  Знания разнятся, как и сами люди,
  Кажется, что твёрды, всё же на волне...
  Главное из знаний сохраняет чудо,
  Чудо же не где-то, а в самом тебе.
  
  Притчи народов мира
  https://sites.google.com/site/skazkifeany/3
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"