Василенко Федор: другие произведения.

Ведьмак школы Бикон (в процессе)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 8.96*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    После трагической гибели Йеннифер из-за их с Цири эксперимента все, чего хотел Геральт - это забыться в ремесле, наплевав на главное правило ведьмаков - всегда брать оплату. В помощи людям искал он отрады. Цири, понимая, что и отец идет навстречу своей гибели - отправляет того пинком в другой мир. Буквально. Встречай, Ремнант! Трепещи, Салем! Профессиональный охотник на чудовищ вышел на большак! Макси, в процессе

  ========== Глава 1: Пинок. ==========
  
  - Посмотри! - Цири впилась пронзительным взором в старую ведьму. - Посмотри!
  - Хорошо, дитя, - мягко согласилась старуха. - Я посмотрю, как скажешь...
  Обманчиво хрупкая беловолосая женщина хмыкнула, и отошла в сторону, будто бы возражая с тем, что у её собеседницы имелся какой-никакой выбор. Безжалостный взор тёмно-зелёных глаз предостерегал от возможных шуток. Пара мечей за спиной и кинжал за поясом лишь подчеркивали опасность незваной гостьи.
  Страницы древнего фолианта зашелестели, скрюченные пальцы старухи зазмеились стремительным перебором...
  Воздух заискрился от эха древнего могущества, тайного знания, сокрытых истин.
  - Смотри! - просипела провидица. - Скорее!
  Беловолосая женщина, не колеблясь, протянула руку и, крепко зажмурившись, коснулась ладонью сморщенного лба. Миг, другой, и о диво! Пред ней возникли пейзажи невиданных земель. Чуждых земель. Однажды виденных...
  Земли, поросшие диким лесом. Белоснежные пустыни, зеленые луга, знойные пески. Города, уносящиеся шпилями в небеса. Участки, будто бы пораженные гнилой порчей.
  И множество темных, страшных существ, сотканных будто из мрака.
  Но взор летел дальше. Круговерть видений вновь закружилась и соткалась в очертания неясного лика. Помутневшее видения обрело некую четкость...
  - Холера, Геральт! - сплюнула в сердцах Цири, вглядевшись в темный силуэт. - Я ведь так и знала! Ну ладно... раз другого пути нет...
  Скупо поблагодарив провидицу, девушка швырнула на стол тугой объемный кошель. Звякнуло золотом.
  Выйдя наружу, Цирилла Фиона Элен Рианнон вдохнула тяжелый болотный воздух. Взгляд задержался на закатном светиле. Круговерть последнего года тяжелым грузом сдавливала сердце.
  Вначале Весемир. Впрочем, это было давно. Но Йеннифер...
  Сердце пронзило болью. Снова, в который раз нахлынули воспоминанья ужаса и отчаянья. Ногти до боли впились в ладони, воздух вокруг задрожал желейным маревом. Мама...
  Привычным усилием воли взяв себя в руки, Цири утерла нос, шмыгнула и открыла портал к тому, чью судьбу она была ещё в силах исправить.
  Не слыша, как в комнате позади раздался зловещий ведьмин хохот...
  *
  Тягучие сумерки опускались на бескрайнюю Веленскую степь. Степь шелестела под струнами свежего ветра - безраздельного владыки широких просторов. Ничто не нарушало покой девственной природы, кроме утробного, злобного рыка.
  Чуть далее, за невысоким холмиком, тройка полусгнивших, уродливых тварей терзала останки неудачливого бедолаги. Крепкие зубы прорвались сквозь Нильфгаардскую кольчугу, а стальные когти содрали металлические пластины в жажде добраться до свежего мяса.
  Но у мрачного пиршества был ещё один свидетель. Незваный гость, отнюдь не разделявший ликование чудовищ. Он в эту самую секунду неслышно шагал прямо к ужинавшим тварям. Обтянутые удобной обувью ноги ступали стремительно и при этом нечеловечески плавно. Шаг был быстр, но не задевал ни одной веточки, не потревожил ни единой травинки. Чуть согнутые колени амортизировали поступь, а серебряный клинок, плывущий параллельно земле, уже нацелился на врага.
  Один из терзавших несчастного гулей потянулся, насытившись, и внезапно почуял неладное. Полусгнившая, уродливая голова твари дернулась, угрожающе зарычав, и покатилась по земле, отделенная от тела серебряным клинком.
  Мститель не ограничился малой кровью. Рывок в сторону оскалившейся парочки. Молниеносный взмах мечом срезает обе протянувшиеся к нему когтистые конечности. Стремительный разворот, для набора инерции, и клинок впивается в шею, проходит грудную клетку, увязнув глубоко в животе бьющейся в конвульсиях твари.
  - Блядь! - выдохнув ругательство, Геральт свирепым пинком освободил клинок от повисшей туши и, не раздумывая, резко перекатился назад.
  Вовремя.
  Третий гуль воспользовался короткой заминкой, и менее искушенный в повадках воин уже бы пал очередной жертвой острых как бритвы когтей. Впрочем, ещё лет десять назад, ведьмак последним ударом прошил бы второго гуля насквозь и нанизал третьего прямо на оскалившуюся злобой пасть, подловив на рывке.
  Не имея времени предаваться раздумьям о том, что было, и что есть, Геральт вышел из переката и, по наитию, отмахнулся клинком, надеясь спрогнозировать привычный рывок каннибала.
  Но не тут-то было.
  Последний выживший гуль, оскалившись, отпрянул, и, вкладывая нечеловеческую, потустороннюю злобу - завыл.
  Тяжелый злобный вой, который может издать лишь горло нечистой твари, разлился по окрестностям.
  - Да чтоб тебя! - рявкнул ведьмак, резким движеньем срывая флягу с пояса. Вырвав зубами пробку, Геральт сплюнул, предчувствуя мерзкий вкус, и приложился к горлышку.
  Пусто. Фляга была пуста!
  Он совершенно забыл!
  - А вот это уже херово... - разочарованное бормотание заглушил скребущий душу шелест трав. Слева, справа, сзади, - отовсюду доносился мягкий топот, разбавляемый скрежетом вспарываемой когтями земли.
  Рывок в сторону скликавшей подкрепление твари. Во что бы то ни стало нужно покончить с ней как можно быстрее, уменьшая число возможных противников. Однако не тут-то было! Гуль отпрыгнул назад и оскалился. Когда надо эти бестии способны действовать умнее.
  - Квен... - произнес Геральт, уходя перекатом от набросившейся справа твари и, не глядя, взмахнул мечом слева.
  Раздался злобный, преисполненный болью вой. Попал.
  Хорошо, когда за плечами полувековой опыт сражения с подобными тварями. Часто их тактику раскусываешь с закрытыми глазами.
  Именно поэтому, не теряя не мгновенья, ведьмак развернул корпус на сто восемьдесят.
  - Аард! - ещё одного новоприбывшего гуля, все это время подкрадывающегося со спины отбросило и проволокло добрый десяток метров. Не теряя время на созерцание дела рук своих, Геральт снова развернулся и мощнейшим ударом сверху вниз располовинил зазывалу, не преминувшего воспользоваться подставившим спину человеком. Удар серебряным клинком, поймавший прыгуна на подлете, прошел насквозь, разделив тушу на две неровные половинки. Поток крови и нечистот, хлынувший следом, был привычен для человека его профессии. Единственное, что глазам было невозможно видеть сквозь гадкую жижу...
  Ведьмак, не раздумывая, бросился вперед, вслепую. Рывок, перекат - в спину неудачно впилась сраная коряга, затесавшаяся средь высокой травы, и лишь потом вытер глаза рукавом.
  Без переката подобное действие чревато. Остались шрамы...
  Оглядывая поле битвы, Геральт пришел к неутешительному выводу.
  - Падла, как же херово!
  Гулей было много. Неестественно много, прямо слишком уж дохрена! Войны больше нет, отчего же здесь гулей столько, будто лишь накануне произошла резня?! Трое, пятеро, семеро.... Точно не сосчитать, времени нет. Окружившие твари набросились скопом. Ни шанса на передышку.
  Вихрь, пируэт, удар, вихрь. Ещё двое отправились в преисподнюю.
  Угрожающе схлопнулся Квен, ценой ещё двух слетевших голов с плеч. Гули были быстры, хитры, сильны, но предсказуемы. Это и выручало. Опасались серебра. Атаковали сбоку или со спины. Для умелого ведьмака они опасны лишь группами, количеством более трех. Впрочем, поодиночке их и не встретишь.
  А тварей все прибывало...
  В какой-то миг Геральт вынуждено пригнулся, практически распластавшись. Двое монстров, набросившиеся одновременно, столкнулись друг с другом в воздухе. Скрежет и злобный скулеж, на который нет времени обращать внимание... Кувырок вперед, почти в средоточие противников...
  - Игни! - выдохнул ведьмак, касаясь ладонью земли. Выкладываясь почти полностью.
  Огненный вал разошелся кольцом от ладони, отбрасывая ближайших противников, дальних вынуждая попятиться.
  Пылающие, визжащие твари вконец обезумели, метаясь туда-сюда, из стороны в сторону. Создавая кишащую кучу малу, состоящую бешенных, будто сорвавшихся с цепи тварей.
  Ведьмак рванул незримой тенью, огибая средоточие тварей, вырезая отбившихся от общей стаи.
  Один гуль, третий, седьмой...
  Дальнейшее отложилось в памяти Геральта смутным калейдоскопом мутных видений.
  Вот успокоившаяся, и вспомнившая об обидчике пылающая куча набросилась в едином порыве. Тварей восемь, не меньше.
  - Аард! - могучий взрыв расшвыривает вражин, впрочем, давая лишь секундную передышку. Вот теперь точно все.
  Удар, поворот, удар. Незримая коряга под ногой, глупая и неуместная. Ведьмак со стажем даже с кровати ночью свалится, сгруппировавшись, но...
  Секунды, истраченные на незапланированный кувырок, секундная дезориентация... Вот он разрубил очередную хитрую бестию, бросившуюся со спины, но так и не понял, когда проворонил ещё одну. Клыки сомкнулись на левом запястье, стремясь прокусить металлические наручи.
  Лезвие меча пронзило гуля, выйдя из черепа, но новая пасть ухватила правую руку, повыше локтя, защищённую лишь плотной кожаной курткой.
  Геральт было дернулся, но понял - некуда. Только уж если с рукой...
  Миг и он сваливается оземь, а откуда-то сверху, издали, доноситься грохочущий скрежет ликующих тварей.
  "Вот так и умирают старые ведьмаки", - устало подумалось Геральту. Мысль пришла без злости и сожалений, лишь легкая грусть и спокойное принятие. Ряд ошибок, за которые Весемир надрал бы уши. Отсутствие должных приготовлений. Нехватка критических ресурсов. Недооценка противника, вернее, его количества. Отсутствие важнейших для боя с чудовищами снадобий. Перечислять можно бесконечно...
  Впрочем, именно такая судьба и предназначалась старым ведьмакам.
  Уже сквозь предсмертную темень он различил звуки, которых по идее, здесь быть не должно...
  *
  Пламя походного костра пожирало хворост с громким треском. Глубокая, непроглядная ночь царствовала вокруг. Степь распростерла свои объятья для двух незваных путников, отважившихся найти приют вдали от цивилизации.
  С хриплым выдохом Геральт очнулся, исступленно закашлявшись. В горле и легких скопилась какая-то гадость вкупе с засохшей кровью. Дернувшись было подняться, он понял, что почти полностью раздет, укрыт, и плотно перебинтован.
  Нежная ладошка коснулась лба, прошлась по волосам.
  - Ц-цири... - родной аромат он не спутал бы ни с чем.
  - Здравствуй, Геральт, - тепло улыбнулась ему дочь. Зеленые глаза смотрели с любовью, усталостью, и молчаливым укором.
  - Снова спасаешь мою старую задницу... - попытался выдавить из себя ведьмак, но веселья не ощущал никто.
  - Да, отец. Уже второй раз за два месяца.
  У них уже был этот разговор. Уговоры, крики, упрёки Цири. Почему он не отправился зимовать в Каер-Морхен или Оксенфурт? Почему подвергал себя напрасному риску?
  И Геральт уже объяснял, что просто не вынесет одиночества наедине с собой. Мысли, воспоминания, образы. Её больше нет.
  Йеннифер умерла.
  А с ней, и частичка его самого.
  Весемир, Йеннифер, Ламберт...
  И глядеть на голые каменные стены разваливающегося замка, некогда бывшим твердыней и опорой величия ведьмаков Школы Волка. Проводить длинные и пустые часы под гнетом давящих камней вокруг...
  Нет.
  Странствуя по деревням, оказывая посильную помощь - он хоть как-то справлялся. Польза другим людям осталась единственной струйкой жизни, текущей из внешнего мира в его душу. Если она иссякнет - иссякнет и он сам.
  Цири это тоже понимала, с любовью и жалостью глядя на осунувшегося отца. И в этот раз она уже не кричала, не упрекала, не уговаривала.
  Она приняла решение. И Геральту придется ему последовать. Хочет он того или нет? Почему? Ну, потому что из них двоих она здесь - Цирилла Фиона Элен Рианнон - могущественная магичка, принцесса, Львёнок из Цинтры, Владычица Озера, Фалька, Ласточка, Зираэль, Исток, Дитя Предназначения - и нынче наверняка самое могущественное существо от Скеллиге до Нильфгаарда. И вообще просто самая крутая.
  *
  - Так ты скажешь, куда мы направляемся, или нет? - ворчливо спросил Геральт, следуя за пробирающейся по обломкам камней дочерью. Прошла неделя, или чуть больше. Раны зажили, как на собаке, впрочем, когда оно было иначе? Дочь не отходила от него ни на шаг, выходила его потрепанную тушку. И теперь её нужно было сопроводить...
  Беловолосый ведьмак никогда терпеть не мог руины, а тем более эльфийские древние руины загадочных магов, сгинувших от собственной ошибки. Последствий ошибок волшебников на своей шкуре Геральт испытал столько, что от некоторых знаковых слов, таких как "трансформация", "портал" или "ковен" у него начинал подергиваться глаз.
  - Почти уже пришли! - весело отозвалась Цири. Ему ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть. За ним действительно должок - он снова подставился, ещё хуже, чем в прошлый раз. И снова его дочери довелось переживать и вытаскивать его с того света. С чем, благодаря имеющимся в наличии зельям и целебной магии, которую Цири освоила на приличном уровне - она справилась на отлично.
  Да и без того - какой отец откажет дочери в просьбе сопроводить её в опасное, загадочное место? Последние годы все больше сама да сама, совсем взрослой стала, уже и не вспомнить, когда последний раз они вместе вот так куда-то выбирались или охотились. А ведь, казалось, ещё совсем недавно...
  - Пап, ты что, совсем в облаках потерялся?
  Девичий голосок вырвал его из раздумий.
  Да уж! Такого с ним давненько не случалось! Он действительно потерялся в ностальгии и воспоминаньях, как какой-то старик! Будто он - Весемир... - сердце мгновенно сжалось. И это - в боевой обстановке, в опасных руинах! Когда он - предполагалось, должен прикрывать дочь!
  - Да уж, Цири, что-то совсем твой старик расклеился, - расхохотался Геральт, и улыбнулся. - Давненько мы так с тобой не выбирались никуда, вот и накатило.
  Взгляд Цири смягчился, от неё повеяло теплом и грустью. Она смотрела на него, будто пыталась вобрать в себя каждую частичку, рассмотреть его глаза, его душу. Запомнить его, будто перед долгой разлукой.
  - Да, Геральт, - улыбнулась в ответ дочка. - Прямо как в старые добрые...
  - Все-все, я весь на страже!
  И действительно, больше себе ведьмак не позволил отвлечься. Он ступал на небольшом отдалении от Цириллы, попутно наблюдая за окружающей обстановкой.
  Они продолжали продвигаться сквозь древний, полуразваленный амфитеатр. Цири вела его чётко, железно зная пункт назначения.
  Геральту местность была незнакома, но он ступал без треволнений, всецело доверяя дочери. Наконец, они оказались рядом с чудной уцелевшей аркой - большим дугообразным навесом, образующим полукольцо посередине.
  - Почти пришли, - проронила Цири. Не поворачиваясь к ведьмаку, она начала рыться в сумке, выудив на свет котомку с едой и объемную бутыль.
  - По какому поводу праздник? - приподнял бровь Геральт. Пикник среди древних развалин? Не похоже это на Цири.
  - Почему бы и нет? Я думаю, нам стоит продолжить завтра утром, а сегодня я бы хотела поужинать с тобой.
  Геральт был последним, кто стал бы спорить со столь заманчивым предложением, тем более в такой приятной компании.
  Они пили терпкое, ароматное вино. Цири взахлеб вспоминала детство в Каэр Морхене. Геральт, впервые за долгое время, умиротворенно опершись спиной об валун, слушал милый сердцу щебет.
  И хотя полностью развеять мрачные думы не удалось, он ощутил прилив жизни, которая, после смерти Йеннифер, последний год, казалось, все выскальзывала из ладоней.
  - Что гнетет тебя, Цири? - внезапно спросил Белый Волк.
  Цири умолкла. Все-таки не удалось полностью скрыть свое состояние. Больно уж хорошо он её знает.
  - Все в порядке, Геральт.
  - Я же чувствую, что тебя что-то да грызет. Колись уже, Ласточка!
  - Да, ничего от тебя не утаить, - вздохнула Цири. - Но давай не будем об этом, ладно? Есть одно дело, но обсудим его на свежую голову. Пусть этот вечер будет прекрасным вечером воспоминаний. Под треск костра и хорошее вино, идет?
  - Ладно, Цири, - откинулся назад, запрокинув голову и закрыв в умиротворении глаза. Вечер действительно был восхитительным.
  *
  Утром окружающая обстановка ничем не отличалась от вечерней. Внутри подземных руин не видно света солнца. Лишь ведьмачий организм, привыкший просыпаться рано на заре безошибочно указывал на наступивший рассвет.
  Цири спалось плохо. Ей давно уже не давала покоя совесть. Из-за того, что она собиралась сделать. И из-за того, что она сделала...
  - Подъем, старик! - она легоньким пинком поторопила зевающего Геральта. Тот деланно-обиженно уставился на нее. - Нечего холодить старые кости!
  - Ну вот, - проворчал ведьмак. - То ты меня убеждала, что я ещё совсем не старый. То уже на пенсию отправляешь.
  - Не-ет, до пенсии тебе ещё нужно попотеть! - весело хихикнула Цири одной ей известной шутке.
  - То-то я не натаскался ещё, - хмыкнул Геральт. - На три жизни хватит...
  Они неспешно собрали лагерь, но, как оказалось, идти никуда было не нужно. Цири, попросив обождать, склонилась над письменами обелиска, нашептывая под нос какую-то белиберду. Ведьмак осмотрел штуковину ещё раз: непонятная, исписанная письменами здоровенная дуга, напоминающая огромную арку или причудливые врата.
  - Так тебе нужна была эта... хреновина?
  Дочь не ответила, продолжая сосредоточенные манипуляции. Белый Волк, прекрасно осознавая, что подобные чародейские штуковины могут занимать чертовски много времени - освободил меч из ножен и приступил к привычной разминке. Суставы нужно размять, а кровь - разогнать по жилам. Начав с простого разогрева, он ускорял темп, усложняя рисунок. Минута, другая, третья, и вот его движения напоминают стремительный вихрь из стали - неуловимый для глаза обывателя изящный смертоносный танец - где одно движение естественно перетекает в следующее.
  Также плавно как разогнавшись, он неспешно замедлился, а затем и остановился. Силы ещё могут понадобиться - неизвестно какие-там планы у Цири на него - что-то она темнит.
  К слову, она завершила свое занятие и стояла наблюдала за ним с нечитаемым выражением.
  Затем подошла и крепко-крепко обняла его.
  - Цири, что?..
  - Позволь сказать, Геральт, - она ухватила его за плечи, развернув к себе. Её изумрудно-зеленые глаза были полны слёз. - Во-первых - я очень, очень виновата перед тобой. Я совершила нечто ужасное и, по сути, предала тебя.
  - О чем ты, Ласточка?
  - О Йеннифер - выдавила она из себя. - Я, можно так сказать, приняла непосредственное участие в её...
  - Нет Цири! - жестко оборвал ведьмак. - Как ты и говорила ранее - пусть и без твоего участия эксперимент бы не состоялся вообще, но ты знаешь Йен! Если ей взбрело что-то в голову - бесполезно отговаривать. Не смей винить себя!
  - Ты не понимаешь...
  - Не хочу больше этого слышать!
  - Все равно ты узнаешь... - она прошептала про себя. - И ещё одно, отец.
  - Да, Ласточка?
  - Я была у одной провидицы. Последний год ты был сам не свой. Совсем не берегся...
  Ведьмак фыркнул, возведя очи ввысь. Цири взъярилась.
  - Нет, Геральт! Посмотри на себя! Ты берешь заказы без оплаты, один за другим, всё лето, осень и зиму подряд! Мне уже трижды пришлось вытаскивать тебя с того света! У нас уже был этот разговор, если помнишь! Но ты не унимаешься! И кодексом ведьмаков подтерся, наплевал на все то, о чем сам рассказывал годами. И, как я поняла, не остановишься, пока не сгонишь себя в могилу! Я виновата в том, что потеряла мать! И провидица указала мне один и единственный способ исправить содеянное. Ты должен вновь найти свою судьбу, чтобы обрести того Белого Волка - Геральта из Ривии, которым ты однажды был!
  - Прости меня Цири, - вздохнул ведьмак. Он прекрасно осознавал, о чём говорила дочь. И в её словах не было лжи. Но работа - помощь людям и привычное ремесло было единственным, что удерживало его в здравом рассудке. Находя отвлечение в постоянном труде, и утешение в принесении пользы другим, он смягчал боль, которая с самой весны поселилась в его сердце. Да уж, размяк старина Геральт на старости лет...
  - Нет, это ты меня прости, отец! - Цири ухватила его ладошками за лицо и впилась смертельно-серьезным взором. - На мне вина, и единственный способ исправить все - спасти тебя. Но самое ужасненькое, что тут от меня ничего не зависит! Только от тебя, - она снова прижалась к нему, - как было и всегда.
  - И какие же подвиги мне вновь предстоят? - хмыкнул ведьмак.
  В ответ Цири указала рукой куда-то ему за спину. Геральт проследовал взором, развернулся и остолбенел. Прямо перед ним сверкало ослепительное красное марево. Арка будто бы ожила, письмена засверкали таинственным светом. Оказывается, все это время повисшая на нем дочь потихоньку подталкивала его к древним воротам, шажок за шажком приближая к порогу.
  Мужчина внезапно ощутил тяжесть на плече. Из-за спины, одним движеньем дочь накинула ему на спину обе походных сумки - его и свою собственную. И Геральт отчётливо понял, что сейчас произойдет.
  - Прости меня папа! Я верю в тебя! Ты должен найти себя и цель в жизни, слышишь! Я люблю тебя!
  Этим словам сопутствовал крепкий пинок пониже спины, отправивший не успевшего и пикнуть Геральта навстречу неизвестному. Последней воплем Белого Волка перед столкновением лица с красным маревом, было:
  - Холера тебя дери, Цири! Почему это всегда должны быть порталы!!!
  *
  Первым звуком, пробившимся сквозь пелену тьмы было рычание. Ещё не вполне оправившись от пространственного перехода, Геральт сжал руки - между пальцами захрустели сухие колосья. Поля Темерии?
  Необходимость подниматься казалось ещё более грешной, чем рассвет после гулянок с Лютиком, или тем более ведьмаками Каэр Морхена. Однако доносившийся издали утробный рокот вынуждал двигаться поживее.
  Делать было нечего - ведьмак выпрямился, одним плавным движеньем освобождая клинок, и янтарным кошачьим взором обозревая окрестности.
  Глубокая ночь, сомкнувшая мрак над окрестностями, озаряемая потусторонним лунным светом. Заросшее поле вокруг - вдали виднеются кроны деревьев незнакомого леса.
  Где он оказался? Куда его закинула Цири?
  Ответы на эти вопросы предстояло найти позже, вначале разобравшись с источником столь недружелюбных звуков. Что-то недоброе таилось в чаще и чутье Геральта подсказывало: с таким врагом он ещё не встречался.
  Внезапно массивная черная тень возникла прямо перед ним. Ведьмак ушел перекатом в сторону - и вовремя. Удар, переломавший бы ему все кости, ушел в молоко.
  Ночное зрение позволяло рассмотреть неизвестного противника, и увиденное не прибавляло оптимизма. Черная как смоль туша, некая смесь волка и медведя - могучие длинные лапы - массивный корпус и защищенная белой костяной маской морда.
  - Что ты ещё за холера? - выдохнул Геральт, уходя в сторону от яростного рывка. Впрочем, довольно предсказуемого. Уклонившись от когтистой лапы, он направил клинок вверх, вонзая серебряное лезвие глубоко в тушу. Ведьмачий клинок начал свой путь сквозь внутренности невиданного ранее чудища, и внезапно давление исчезло. Настолько внезапно, что Геральт лишь чудом не распластался на земле от неожиданной инерции. Отпрыгнув на всякий случай подальше, он снова встал на изготовку, ожидая от неизвестной твари любой пакости - от регенерации высшего вампира до телепортов Цириллы. Но все оказалось гораздо проще. Исчадие мрака буквально растворялось, плавно тая и развеиваясь прахом по ветру.
  Что ж, это что-то новенькое, как и обещала Цири. Геральт придирчиво осмотрел освещенные тусклым лунным светом окрестности. Что-то не давало ему покоя, что-то было не так. На первый взгляд - чисто. Но на душе скребли кошки. Явная чуждость неуловимым комариком скреблась в стенки сознанья - давая понять: Цири снова его во что-то втравила. Что же не так? Слишком расплывчатые тени деревьев? Неестественно много света ночью?..
  И лишь затем он бросил взор ввысь - на ночное светило, неплохо подсобившее в бою. И обомлел.
  Огромная, заметно больше привычной, луна сверкала во всем своем великолепии. И маленькая загвоздка заключалась в том, что добрая треть ночного светила развеивалась обломками по небу.
  Ведьмак, Геральт из Ривии, долго простоял, бездумно пялясь в ночное небо. Постепенно осознавая, что сотворила с ним Цири. Не просто закинула телепортом к черту на куличики. А отправила его прямиком в одну из своих многочисленных, невероятных историй.
  В другой мир.
  Он не помнил, сколько он так простоял.
  В какой-то момент ему отчаянно захотелось воздеть руки к небу и вцепиться в треклятые белые волосы.
  И если левая рука успешно проделала этот путь, стиснув многострадальную шевелюру, то правая зацепила что-то большое и теплое. Чуть волосатое.
  Сердце ушло в пятки. Что за тварь способна подкрасться к нему столь незаметно?! Взгляд янтарных кошачьих глаз впился шокировано в одну точку. И медленно-медленно, не поворачивая головы, переместился вправо.
  Впрочем, незваный вторженец и ухом не повел. Точнее, не повела. Лукавый лошадиный глаз сощурился, встретившись с ведьмачьим. Секунда, другая, и Плотва, презрительно фыркнув, склонилась к траве, чем-то там захрустев.
  Геральт отчаянно завопил.
  
  
  ========== Глава 2: Внедрение. ==========
  
  Заря озарила чуждый небосвод. Защебетали птицы, ночная мгла отступала, а в капельках росы воссияло рассветное солнышко. Ничто не нарушало покой девственной природы, и лишь только одинокий всадник прокладывал путь вдоль кромки леса.
  - Шевелись, Плотва!
  Геральт устало накренился в седле верной лошади. Вникать и осмысливать произошедшее не хотелось. Как? Почему? Ответов на эти вопросы не существовало. И хотя и раньше с ним случались похожие казусы, когда Плотва отыскивала его после длительных походов или сама прибредала в Каэр Морхен... Но постигать причины и способы её переноса в другой мир не хотелось, если он намеревался сохранить рассудок.
  Главное, что транспорт имелся, и то хлеб. А с остальным он справится, как-нибудь. Не впервой.
  Избранная дорога казалась ничем не хуже прочих. Погружаться в чащу незнакомого леса не улыбалось. Неизвестно, сколько ночных тварей подобных недавней таится в глуши. Попутно ведьмак старался сохранять бдительность - кошачьим взором пытливо оценивая чужбину. Похожая, но чем-то неуловимо отличающаяся флора, знакомый шелест листьев, чистый, но все же немного иной воздух...
  Предполагалось, что в этом мире есть люди. Арка портала намекала на знакомство Цири с оной. Геральт был уверен, что на верную смерть дочь его бы уж точно не отправила. А значит какое-никакое общество здесь имелось, чудища прилагались (в чем он уже успел убедиться), а значит работенка для ведьмака отыщется.
  Мужчина улыбнулся посетившей мысли. Кто о чем, а ведьмак о своем ремесле. Ни одна из гулянок в Каэр Морхене не обходилась без жалоб на ненужность ведьмаков, уменьшение количества монстров, воспоминаний о старых добрых деньках.
  Что ж... если тварей подобных ночной много, то ему ещё удастся себя проявить. Геральт продолжал путешествие, и сам себе удивлялся. Насколько же его взбодрил переход! Сам факт осознания того, что он в другом мире, вокруг столько нового, чуждого и загадочного. Мир, возможно, таит в себе море невиданных опасностей и неизвестных ранее вызовов! Взять хотя бы ту же природу ночного чудища. Каким образом столь массивное и могучее существо развеялось по ветру, не оставив и следа? Чья-то злая магия?
  Кстати о магии...
  Размышленья Геральта были внезапно прерваны возникновением ладного деревянного домишки у кромки леса. Добротный одноэтажный дом, колодец поблизости, вокруг широкий двор, окруженный высоким частоколом. Здание явно возводилось с мыслью о вероятной предстоящей обороне. Плотные стены, узкие окна-бойницы, неглубокий ров с кольями перед частоколом.
  И всюду следы запустенья.
  Западная стена частокола повалена извне. Выбита дверь - кто-то большой и опасный ворвался внутрь. Подъехав ближе и спешившись, Геральт отчетливо разглядел следы когтей на потемневшей древесине. Те самые ночные охотники? Похоже на то.
  Впрочем, даже используя ведьмачье чутье не удалось обнаружить ничего более. Битва здесь завершилась многие годы назад.
  Геральт бесшумно скользнул внутрь. Небольшой прямой коридор, две большие комнаты по левую и правую руку. Впереди, у самой стены - ступеньки вниз. Явное ведущие в подвал или, скорее, в убежище. Массивнейшая крепкая дверь, обитая металлическими листами. И белоснежный, обглоданный скелет у порога лежал и тянулся к заветному схрону. Человек просто не успел добежать. По всей видимости монстры снесли или перепрыгнули частокол, снесли дверь с петель и выпотрошили хозяина. Причем все произошло настолько стремительно, что он успел лишь перепугаться, выглянуть в окно и броситься в убежище.
  - Не успел... - пробормотал Геральт, не перешагивая через скелет, а обходя стороной. Оставаясь настороже, ведьмак прошел по ступеням и приблизился ко входу в подвал. Потянул тяжелую дверь на себя. Заскрипели ржавые петли.
  Хозяин был лесорубом. Огромная подземная комната была завалена различного рода инструментами для работы по дереву. Пилы, топоры, рубанки... другая половина содержала мешки с чем-то, напоминавшим рацион для длительного выживания. У дальней стены - кровать с кучей вещей и одеял. Каминное углубление тут же в стене и сразу следом - тонкий ручеек с питьевой водой, змеящейся с потолка куда-то в слив.
  Учитывая глубину комнаты, её каменные стены и общую фортификацию, складывалось впечатление, что это убежище было первичным, а дом возводился уже после, когда безопасность схрона не вызывала сомнений. Видимо, хозяин воспринимал утверждение "мой дом - моя крепость" довольно-таки серьезно. Что, впрочем, не помогло спастись.
  Так или иначе, но Геральт намеревался воспользоваться гостеприимством. Если за столько времени на этот дом никто не посягнул, то быть может его одолжить?
  Ведьмачье чутье четко подсказывало, что долгие годы здесь не ступала нога человека. Чудище же, чем бы оно ни было, также покинуло эти места давным-давно.
  Белый волк ощутил прилив сил и хорошего настроения. Первое, что дом явно пригоден к восстановлению и проживанию. Второе - пусть ведьмачье чутье не обнаружило следов человека, но ещё на улице, около забора, была замечена давным-давно заросшая, заброшенная тропа. Где тропа, там есть путь, по которому, следовательно, странствуют путники. Да и сомнительно, что подобный дом реально возвести в одиночку, без посторонней помощи. Инструменты, мебель, большой запас пищи...
  Поблизости были люди.
  *
  Первым делом после осмотра дома и прилегающих территорий Геральт отдал дань уважения хозяину дома. Отыскав среди богатого инструментария лопату, он выкопал небольшую могилку неподалеку от ограды, куда и сгрузил бережно завернутые в холщевину останки.
  - Покойся с миром, хозяин, - негромко произнес Геральт. Отвесил уважительный поклон, постоял минуту, и молча вернулся в дом. Заниматься подобным было нетипично для ведьмака, однако, поразмыслив он осознал - ему необходима какая-то база в новом мире. И давно заброшенный домик около человеческого поселения поблизости оказался невероятной удачей.
  Геральту предстояло освоится на новом месте и, возможно завтра, отправиться на поиски людей.
  День так и прошел в заботах. Ведьмак, оставив мечи в зоне видимости, латал домишко. Драил полы, стирал метровый слой пыли, чистил колодец. Работы тут не на один денек, очевидно, но и шансы того, что на домишко никто не позарится довольно-таки высоки.
  Следующим утром собранный и сконцентрированный ведьмак взирал с холма на открывавшийся внизу город. В полнейшем изумлении и безмолвии.
  Все-таки одно дело слушать рассказы Цири о летающих железных машинах, о повозках без лошадей и домах до самого неба и совсем другое - узреть это воочию.
  Впрочем, именно "небоскребов" не наблюдалось, но вот огни города - непохожего ни на один в котором ранее бывал Геральт, заставляли застыть в изумлении.
  Большой город, окруженный невысокой стеной. Россыпь высоких каменных многоэтажных домов вдоль главной дороги - и домов поменьше в удалённых районах. Улицы на первый взгляд чистые, запаха нечистот из города не доносится, что радует. Одна из причин почему ведьмаки терпеть не могли города - слишком там бывало невыносимо.
  - Ну что, Плотва, подожди здесь, - сказал Геральт, привязывая лошадь ко пню. Заботливо похлопал по холке. - Пойдем взглянем на здешних людей. Хотя что-то мне подсказывает, что они такие же, как и везде. В любом мире.
  В одном из множества рассказов об иных мирах, а ведьмаки любили послушать, дочь упоминала, что высокоразвитые общества часто запрещали открытое ношение оружия. Это означало проблемы для Белого Волка умудрись он оказаться на одной из таких улиц с мечами наперевес.
  С другой стороны - входить в неизвестный город совсем безоружным не улыбалось. Мало того, что мир иной, совершенно незнакомый, так ещё не иметь возможности за себя постоять?
  Геральт взвесил все за и против и решил нести котомку с мечами в руке. Таким образом он будет больше смахивать на человека, транспортирующего мечи, а не воина.
  Сказано - сделано.
  И вот - наконец - новый город нового мира!
  Приблизившись, Геральт повел носом. Дерьмом не пахло, однако воздух свежим было не назвать - нечистый, с некоей гарью. Белые стены - неестественно ровные, вроде и каменные, но какие-то цельные, словно литые. Хотя, чему тут удивляться? Взор нечеловеческих глаз ещё с холма сумел уловить передвижения небезызвестных железных повозок. Двигающихся слишком быстро.
  У ворот караулило несколько солдат, в причудливой форме, ничуть не напоминавшей доспех. Защиты от стали подобная одежка не давала. Впрочем, отсутствием вооружения Геральт не обольщался, ими вполне могли быть те продолговатые изогнуты штуки на поясе.
  Сделав морду кирпичом, он двинулся прямиком к воротам. К его удивлению, стражники и ухом не повели. Некоторые продолжали переговариваться, другие все также плевали в потолок. На него лишь бросили косой взгляд, мимоходом. Чуть задержались на глазах и все. Пронесло?
  Неожиданный расклад, но ведьмак привередничать не собирался. Постепенно ускоряясь, Геральт почти было миновал последнего служивого, когда услышал предупреждающий взглас.
  Не пронесло?
  Мясник из Блавикена поднял взор на говорившего и, чуть не сбившись с шага, уяснил сразу две вещи.
  Первое - здесь жили странные люди. Громадные кроличьи уши говорившего как бы на это намекали. И Геральту стоило титанических усилий скрыть малейшую реакцию на увиденное - для всех остальных улыбающихся ребят это было в порядке вещей.
  Дальше, из плохих новостей - язык он не понимал от слова совсем.
  "Huntsman?" - произнес кролечеловек, или человек-кроль, кивнув на связку с оружием. Весь опыт подсказывал, что дружелюбно.
  На всякий случай Геральт просто кивнул. Кроль-стражник сделал замысловатое движение руки к голове, выпрямившись по струнке. Похоже на воинское приветствие, или что-то в этом роде. В любом случае - движенья казалось полусерьезным, прочие стражники чему-то там хохотнули и... все. Проход был свободен.
  И Геральт совершил свой первый шаг в город нового мира.
  Следующие несколько дней мелькнули незаметно - в усердной работе по восстановлению дома и знакомстве с новым миром. Не сказать, что был достигнут какой-то особенный прогресс. Геральт беспрепятственно входил и выходил из города, или скорее, городка. Осторожно исследовал улицы, переходил через ровные, как стекло, дороги в местах, отмеченных белыми полосами. Рассматривал улочки, вывески, людей и людозверей, огни города и железные повозки.
  Незнание языка было серьезной проблемой. Ведьмак понятия не имел, что означали надписи на огромных плакатах, развешенных вдоль дорог, или вывески магазинов. В остальное время он восстанавливал дом - во всю использовав доступный, оставшийся после почившего лесника инструментарий. Для ночевки подошел комфортный подвал-крепость, а питался тем, что запасла ему ещё Цири - свою сумку, тогда, она заранее готовила ему в путь. Немало порадовал также приличный запас продовольствия в подвале - бывший хозяин будто ожидал неприятностей и был тем ещё параноиком.
  Неуловимо передвигаясь по окрестным лесам, Геральт изучал окрестности города, оценивал флору и фауну, во многом похожую на его родной мир, но и радикально отличавшуюся в некоторых мелочах. Уже сейчас можно было уверенно заявить - в этом мире не происходило Сопряжения Сфер. Ни единого намека на какую бы то ни было магическую тварь или же волшебную зверушку. Ни гулей, ни утопцев, ни русалок в реках - окружающий мир был беден на экзотику.
  С другой стороны - с этим миром явно случилось нечто похуже.
  В одну из прогулок по городу, на стене одного из высоких зданий близко к центральной площади внезапно появилось изображение той самой ночной твари. К огромным полотнищам, похожим на плоские магоскопы Геральт успел привыкнуть. Человеческий голос зачитывал что-то на своем языке, а очередность картинок показывала пошаговую инструкцию к действию для человека, столкнувшегося с опасностью. Инструкция, скорее в карикатурном, детском стиле, научала, как сбежать, как прятаться, не бояться, или куда бить, обводя красным контуром уязвимые точки на теле страшилища.
  Единственное, что понял Геральт, и это уже было неплохо - Гримм. Этим словом невидимый говорун явственно подчеркнул название тварей. И люди - множество людей жили и передвигались лишь в пределах городка. Границы поселения покидал редко кто, и иномирец ни разу не заметил одиночек.
  Необычные улочки, необычные люди. Некоторые со звериными чертами - на них периодически косились прохожие. Как, впрочем, и на самого Геральта. На удивление ведьмака в целом на его внешность реагировали положительно. Точнее - равнодушно, и это не могло не радовать. Если в родном мире подчас можно было нарваться на подвыпивших поборников чистоты человечества, то здесь если кто и поджимал неодобрительно губы, глядя на него, то сказать ничего не осмеливался. Люди повсеместно казались какими-то более... беспечными, что ли? Доброжелательными. Большинство - безоружны, одеты налегке, живут по-простому, постоянно куда-то спешат, носятся в своих железных "машинах".
  Интересно, что бы сказали по этому поводу Лютик или Золтан? У первого, небось, тотчас началось слюноотделение на вольно разодетую женскую половину населения. Последний же с высунутым языком принялся бы изучать как тут все устроено.
  Одежды - отдельная история. Геральт заранее сделал зарубку ничему не удивляться - другой мир - чужие законы. В целом людей было много больше, они одевались причудливо, цветасто. Девушки - гораздо более вычурно или откровенно. Но самое главное - все, без исключения горожане просто лучились здоровьем. Имели здоровый цвет лица, были чисты, опрятно одеты, сыты и ухожены.
  "Интересно, какие проблемы у здешних людей?", - хмыкнул про себя Геральт, отстраненно взирая на оживленную суету муравейника сытых и ни в чем не нуждающихся человеков. Ведьмак предполагал, что быть может он ещё не натолкнулся на квартал бедняков, однако в его родном мире в городах бедняки повсеместно занимали большую часть города.
  Странствовать прекрасно, но языковой барьер продолжал быть непреодолимой преградой. И если прогулки по городу, явно доброжелательному, были интересны и развлекательны, а ночевки в постепенно ремонтируемом доме лесоруба - комфортны, то вскоре остро встанет проблема нехватки пищи. Да и жрать похожие друг на друга мясные или рыбные запасы из погреба - осточертело.
  Белый Волк уже подумывал было отправиться со своими проблемами к здешним стражникам-полицейским. Быть может, у них найдется способ помочь ему, так как надеяться на внезапное откровение свыше не приходилось. Да и вряд ли найдутся специальные словари для межмирового общения. Правда опыт общенья с представителями закона накоплен был скорее негативный, что не особо способствовало охотке ведьмака самому идти на поклон к служивым.
  Так бы и блуждал Геральт по незнакомому городку чужого, незнакомого мира, если бы не одна судьбоносная встреча, не только решившая большую часть его проблем, но и вместо них породившая новые. Как же без этого?
  *
  Жон Арк был мечтателем. Он признавал это. Но что плохого в том, чтобы мечтать, если твои мечты благородны, и все чего ты хочешь - быть героем. Настоящим героем, что самоотверженно и бескорыстно становиться грудью на защиту человечества от извечных врагов - Гримм.
  Плохо, когда твои мечты разбиваются на тысячу осколков. Ещё горше - когда виновником краха всех надежд становятся твои собственные родители.
  И больнее всего, когда ты даже не можешь ни одним тебе известным способом обойти решение их воли. Его отец, сильный и известный охотник Николас Арк, которого он безусловно любил, был непреклонен:
  - Работа охотника, Жон, это не геройство! Это грязная, тяжелая и неблагодарная участь. Ты постоянно рискуешь жизнью сражаясь с осточертевшими, бесконечными тварями - а вокруг горькие стоны и слёзы тех, кто лишился жилья и близких, лишь горе и смерть. Сожаления о тех, кого не сумел спасти и постоянный страх однажды не вернуться к родным. И хуже всего, что твои близкие тоже постоянно боятся того, что однажды ты просто не вернешься! Нет, Жон. Я не желаю тебе такой участи, прости. И не хочу бояться ещё и за тебя, сынок. Мы все тебя любим, и хотим, чтобы ты прожил спокойную, счастливую жизнь.
  - Пап, но ведь кто-то же должен делать эту работу! - выпалил отчаянно Жон. - Да, пускай ты прав, это опасно и страшно, но по-другому никак. Кто-то должен быть там, на передовой, и должен быть охотником. И я готов взять эту ношу для себя, чтобы кто-то другой прожил счастливую и достойную жизнь!
  Николас Арк судорожно сглотнул. Но не дрогнул.
  - Прости Жон. Я считаю, что семья Арков положила достаточно жизней на алтарь защиты человечества. Как ни благородны твои мотивы - мы с матерью решения не изменим. Мы не благословим тебя идти по этой стезе...
  - Ни-ик! - раздался строгий женский голос из глубины дома. - Это ты не разрешаешь ему! Я всегда считала, что Жон имеет право жить так, как ему хо...
  - ДЖУНИПЕР! - взревел Николас. - Ты совсем не помогаешь!
  Мать демонстративно хмыкнула, а отец снова повернулся к нему.
  - Поверь, сынок, однажды ты поймешь, мы тебя очень любим и желаем тебе лишь добра
  - Но пап!!!
  - Я все сказал.
  А теперь, спустя две недели после памятного разговора, двенадцатилетний подросток с отчаяньем стискивал свой приговор. Жон горестно сгорбился на громадном плоском камне, у самых ворот Анселя, под палящими лучами полуденного солнца. В пальцах была зажата, яростно скомкана бумажка с предельно вежливым ответом от кого-то из приемной комиссии Сигнала - школы с боевым уклоном для будущих охотников. В которой сообщалось, что без разрешения родителей они не могут одобрить его документов. И даже превосходных оценок по урокам физической подготовки было недостаточно.
  Конец. Это точно конец. Без школы с боевым уклоном, его ни за что не возьмут ни в одну из элитных академий охотников. Ни Атлас, ни Хейвен, ни уж тем более Бикон с легендарным директором Озпином - уж под его то носом ни одна мышь не проскользнет!
  Тренироваться самому - не выход. Можно поддерживать отличную физическую форму. Жон добросовестно выкладывался на уроках физры и, даже уповая на тайный прием в Сингал, уже пару месяцев занимался самостоятельно - бегал по утрам и проводил дополнительные комплексы упражнений. Как выяснилось - все зря.
  Без опытных учителей не поставить правильных навыков. Не научится сражаться. А ни один охотник в Анселе не станет обучать Жона в обход Николаса. Последнего - знали абсолютно все, как сильнейшего и наиболее уважаемого охотника их городка. И также все были осведомлены о его позиции. Смухлевать не удастся.
  Жона накрыло отчаяние. Он горестно выдохнул. Скомкав, швырнул бумажку в ближайшую урну. Глаза защипало. Что толку теперь-то? Тренироваться, мечтать быть охотником - рыцарем с семейным мечом и щитом на защите рода человеческого?
  И в возрасте двенадцати лет, получив письмо-отказ из Сигнала, ему предстояло познать, что не каждая мечта имеет шанс осуществиться.
  - Хоть кто-нибудь, - прошептал отчаянно Жон, зарывшись лицом в ладони. - Если меня хоть кто-то слышит! Я буду хорошим, и буду стараться изо всех сил! Я буду слушать родителей и выброшу тот журнал, что лежит у меня под кроватью. И не буду смотреть на такие вещи в будущем! Буду слушать маму и папу! Ну... во всем, кроме этого. Буду делиться с сестрами поровну... если сам не буду хотеть кушать. Хоть что-нибудь, помогите...
  Подросток обвел окрестности тусклым взглядом.
  - Да уж, - горько посмеялся он про себя. - И на что я только надеюсь? На то, что какой-то неизвестный мастер-охотник из дальних краев внезапно появиться из ниоткуда и скажет: "будь моим учеником"?
  Волей случая, его взор зацепился на оказавшемся неподалеку мужчине. Неестественно бледный фавн, с кошачьим взором и белыми волосами. Высокого роста, широкоплечий, лицо пересекает шрам. Какая-то особая аура и не типичность кричали, что прибыл в Ансель издалека. Видимо он стоял здесь, уже некоторое время, осматривая окрестности, и увидев, что Жон сфокусировал на нем внимание - двинулся дальше. Хищная походка Охотника, из сумки выглядывает эфес меча, одет довольно причудливо, шрамы...
  А самое главное, что для Жона, знавшего большинство охотников Анселя по редким визитам к отцу, этот охотник-фавн был совершенно незнаком!
  - Спасибо! - возведя очи к небу Жон прошептал благодарность и бросился вслед. - Эй, мистер! Подождите!
  Геральта внезапно бросившийся за ним паренек совершенно не обеспокоил. Признаться, даже в чем-то обрадовал. Для ведьмака было странно, что за последние несколько дней изучения города к нему не пристал ни один прохожий, ни один пьянчуга не возжелал избавиться от "мутанта" и никто не пробовал ограбить. Как-то слишком ванильно бы получалось, а где много меда сразу стелят, там потом вылезает огроменная куча дерьма. Опыт.
  Поразмыслив, ведьмак пришел к выводу: если и начинать контакты с кем-то из нового мира - то с молодежью. Они зачастую более открыты, легковерны и проще заводят новые знакомства. Мальчуган что-то спросил на своем языке, поравнявшись с ведьмаком, стараясь за ним угнаться. Мужчина остановился, смерил того взглядом, вздохнул и произнес:
  - Ну что, друг мой первый, иномирец. Я тебя не понимаю, но... надеюсь, мы что-нибудь придумаем, верно?
  Брови мальчугана удивленно поползли вверх. Что-то он слишком бурно отреагировал на, предположительно, иностранца. Геральт бросил ещё пару пробных фраз, ещё на всякий случай и на эльфийском. С тем же эффектом.
  Сам Жон в этот момент был крайне удивлен. Нет, они в школе изучили что в древности существовали, разные языки, но сейчас что в Вейле, что в Мистрале или Атласе - все говорили на одном языке! Из какого же захолустья этот охотник, что не понимает всеобщую речь?! Мальчик поспешил сообщить, что не понимает ничего выше сказанного, на что незнакомец просто пожал плечами и снова заговорил на своей тарабарщине. Из потока незнакомой речи трудно было выцепить что-то осмысленное:
  "... пше-пше, пшепше, пше... пше-пшепшепше..." - единственное, что цепляло слух.
  Но вместе с этим, глубоко внутри чувство неисполнимого ликования наполняло Жона. Значит, этот охотник - с походкой хищника и двумя (а почему с двумя?) мечами - точно не из наших мест, даже близко! Это означает, что он не знает никого из Анселя, и уж наверняка - его отца! Лукавая ухмылка сама собой выползла наружу.
  Мальчуган, смело посмотрел прямо в желтые кошачьи глаза. И твердо указал себе на грудь.
  - Жон!
  Мужчина понимающе кивнул, указал на себя и сообщил:
  - Геральт.
  - Приятно познакомиться! - ответил теперь уж точно будущий охотник, протягивая руку вперед. Фавн, немного поколебавшись протянул свою и совершилось первое рукопожатие.
  После сего знаменательного события, Жон указал пальцем на свой язык, затем пошевелил пальцами у рта, символизируя речь - и указал на Геральта. Тот кивнул, понимая безошибочно, что имелось ввиду.
  Следом Жон указал на спаренные мечи, дождался вопросительно поднятой брови, затем на мужчину, на себя и демонстративно встал в подобие боевой стойки, взмахивая невидимым оружием.
  Затем, снова указав на себя, жестами обозначил речь, и на Геральта, и снова - на мечи, усиленно демонстрируя тренировки.
  Напрягая извилины, жестикулируя, он как мог продемонстрировал чужеземцу, что хочет учить того языку в обмен на тренировки.
  Тот смерил его нечитаемым взором. Затем, как Жону показалось, устало кивнул, с глубоким вздохом и отправился дальше.
  Сердце Жона рухнуло вниз.
  Пройдя несколько шагов, неизвестный охотник обернулся, посмотрел на него серьезно, кивнул и махнул приглашающе рукой, предлагая следовать за собой!
  - Да-а!!! - вскричал Жон радостно, вприпрыжку следуя за своим новым учителем. За своим наставником. За своим будущим мастером!
  За тем, кто выкует из него величайшего охотника, которого только видел мир!
  *
  - Не-ет... - прохрипел Жон омертвевшими губами. Ему беспощадно хотелось пить, его мышцы пылали, конечности тряслись, а сухожилия, казалось, держались на волоске.
  Уже две недели, как он подписался на этот ад. Он сам, своими руками совершил сделку с дьяволом и сейчас проходил девятый круг преисподней.
  - Ещё раз! - произнес Геральт, поднимая деревянный меч и приглашая Жона сделать тоже самое.
  Две недели прошло с роковой встречи у ворот Анселя. Две недели с того злополучного дня, когда он решил, что последовать за незнакомцем-охотником - отличная идея. Четырнадцать дней его тело истязалось немыслимыми пытками.
  Хотел ли от сдаться?
  Ну уж нет!
  Для всех остальных - родителей и семи сестер - Жон зависал с друзьями. Для школьных друзей - он решил обособиться и забить на них болт.
  Если бы подросток мог, он был бросил школу вообще - ведь то, чем владел ведьмак (так себя обозвал Геральт) выходило за понимание всего разумного.
  Магия.
  Этот охотник владел сраной магией!
  И Жон был готов на все, чтобы заполучить эти знания.
  *
  Геральт устало вздохнул, проводив Жона к воротам и наблюдая, как мальчуган, еле передвигая конечности поплелся к себе домой. Ведьмаку же предстояло грызть гранит науки. Учить язык другого мира - та ещё работенка. Впрочем, ведьмак отчетливо понимал и радовался, насколько сильно ему повезло.
  Встретить мальчугана, который жаждал овладеть его навыками и бою на мечах. Парень был усерден, гораздо трудолюбивее занозы Цири в свое время. А стоило видеть этот потрясенный взгляд, когда Геральт продемонстрировал один из Знаков! В тот миг ведьмак понял, что купил пацана с потрохами. Магия для этого мира была диковинкой, как выяснилось. Осталась в глубоком прошлом, доносясь лишь отголосками старых легенд и сказаний.
  Жизнь постепенно обретала понятные и осмысленные очертания. Передавать ведьмачье ремесло добродушному мальчугану получая знание языка другого мира Геральт считал равноценным и справедливым обменом. Это было воистину чудесным стечением обстоятельств, где мужчина обретал последователя или даже первого друга в новом мире, без риска привлечь внимание сильных мира сего, или попасть в застенки стражи. Ведьмак уже понял, как засветился бы, попытайся он излить душу местной полиции. Один всеобщий язык на все континенты? Да ляпни он хоть что-то, тотчас бы всполошил здешних, как пить дать!
  Малец же обучал его восхитительно. Притащив на следующий после знакомства день кучу бумаги и учебников, он заодно использовал невероятный предмет, напоминающий миниатюрный магоскоп. Там находилась специальная, учебная последовательность изображений, предназначенных скорее для детей, озвучивалась медленно и понятно. Геральт быстро изучил алфавит и основные конструкции. Благо - язык казался несложным и уж точно проще эльфийского. Переоценить чудо-инструмент, именуемый "свитком" было невозможно. Как бы иначе Геральт мог настолько быстро и эффективно постичь основные понятия - с картинками, звуком, пошагово и доступно. Словарей для перевода межмировой речи не существовало, и это означало, что задача предстояла крайне непростая.
  Поэтому Геральт усердно занимался изучением языка мира "Ремнант", попутно вбивая в новообретенного ученика азы ведьмачьего ремесла. Тот стонал, ныл, причитал, кряхтел, жаловался, иногда визжал, как баба - но терпел и приходил опять. И ведьмак, когда-то зарекшийся брать учеников - в свете обстоятельств нового мира - изменил решение. И потихоньку пыхтел сам, старательно выводя каракули на бумаге. Мальчуган тоже учил его добросовестно, обстоятельно и терпеливо. И Белый Волк собирался отплатить ему добром на добро.
  *
  Признаться, Жон изрядно перетрухнул, когда незнакомец повел его за ворота Анселя. Обычные жители старались не покидать дарующих ощущение безопасности стен, и мальчик впервые выходил за город без сопровождения отца. Все предупреждения про "не ходи за незнакомцами" были забыты, или, если говорить откровенно, отвергнуты.
  Это был риск, но ради того, чтобы стать охотником, чтобы быть героем, Жон отважился рискнуть. Тинэйджер испытал приступ детского злорадства, думая о родителях, мол "так вам и надо!" в случае, если с ним случиться что-то плохое. Они же не хотели, чтобы он становился охотником, поэтому, ему пришлось!
  Конечно, это напоминало "назло маме уши отморожу", но Жон в глубине души считал себя исключительно взрослым и достойным жить так, как он сам для себя хотел. Ему представлялось, будто случись что, и он, лежа на больничной койке, горько рассказывает бледным, помертвевшим родителям: "ну я так хотел стать охотником... а вы мне не разрешали... и отец отказался меня тренировать... поэтому я пошел за тем, кто согласился!" Мама с папой плачут, грустно вздыхают, просят у него прощения и отец соглашается его тренировать.
  Мысли о том, что он может пойти за незнакомцем и исчезнуть подросток старательно отгонял.
  Впрочем, впоследствии Геральт показал себя достойным доверия человеком. Оказывается, он обосновался на расстоянии примерно часа пешей ходьбы от Анселя, в приличном деревянном доме со двором обнесенным частоколом. Казалось, кто в здравом уме предпочтет жить за пределами городских стен? Видимо, этот охотник мог себе позволить такую вольность, что в очередной раз свидетельствовало о его силе! Этому двору предстояло стать тренировочной площадкой и местом для мытарств Жона Арка будущего величайшего охотника Ремнанта!
  У беловолосого охотника даже имелась своя лошадь, которая следовала за ним куда бы он не направился. Звали её "Plotva", она была очень покладистой и доброй, а также любила подкрадываться неожиданно. Жон ещё помнил, как чужак вздрогнул, увидев её за воротами Анселя, когда они впервые покидали город.
  Путь к пристанищу охотника оказался относительно безопасным, а гримма они встретили лишь единожды - на второй неделе обучения. Ещё свежа была память, как беловолосый неожиданно обнажил оружие, ускорился и мгновенно искрошил чудище в капусту. Жон даже испугаться не успел, как страшная тварь - беовульф, взревела, и развеялась пылью по ветру.
  Даже отец, когда Жон подглядывал за его тренировками, не двигался столь молниеносно!
  Мальчик вспоминал свое изумление навыками Геральта, как у него отвалилось челюсть и потекли слюнки. Когда тот занял безупречную боевую стойку, ощетинившись, словно безжалостный хищник. Жону даже на миг показалось, будто гримм дрогнул! Столь сильна была излучаемая охотником уверенность и сила! Молниеносные сближение - рев зверя. Воин использовал движенье гримма против него самого, буквально распарывая того клинком! А затем, ускользая, провел ещё несколько атак, настолько быстро, настолько безупречно, что волосы становились дыбом! Ни отец, ни охотники, записи боев которых Жон мог увидеть на свитке не двигались так быстро, столь эффективно. Столь смертоносно.
  Тотчас включилась фантазия, как повзрослевший юноша спустя несколько лет вызывает старшего Арка на публичный спарринг и с легкостью побеждает, ошарашивая всех родных, сестер и знакомых своими навыками! Чувство, что он таки добьётся своего, вопреки всем запретам - пьянило.
  Быстро сказка сказывается, но не быстро дело делается.
  Так и повелось. Утром обязательная самостоятельная пробежка, затем школа, а после - безжалостные тренировки, совмещенные с преподаваньем языка. Ужасающие, нечеловеческие тренировки, которые выпивали все соки, заставляя жаждущего стать охотником подростка превратиться в хнычущее, жалующееся на все существо.
  И это было ещё до того рокового дня, как довольный Геральт, спустя несколько недель работы, соорудил рядышком со двором дьявольское нечто, адский конструкт погибели, гордо именуемый им "Мучильней".
  
  ========== Глава 3: Освоение ==========
  
  Рассвет застал Геральта за медитацией. Восходящее светило озарило кроны деревьев, наполняя густой хвойный лес долгожданным теплом. Птицы щебетали в вышине, ясные лучи принялись прогревать стылую землю, переливаясь в капельках росы.
  Писк свитка облетел полянку. Янтарные глаза распахнулись.
  Ведьмак не впервые останавливался на ночёвку в глуши, не в первый раз рассвет заставал его в медитации на циновке у останков прогоревшего за ночь костра. В ночевках под открытым небом не было ничего сложного для выходца из иного мира. Единственным отличием было то, что буквально в нескольких саженях него находился гримм.
  Геральт застыл, напряженно оценивая обстановку. Испытующий взор окинул окрестности и впился в непрошеного гостя. Ладонь потянулась к рукояти меча, покоящегося рядом.
  Грим был некоей уродливой кабаноподобной тварью, именовался, кажется, Борбатаском. Создание повернуло голову, и красные глазенки впились в янтарные. Спустя мгновенье гримм уже несся в атаку, сломя голову.
  Мозолистая ладонь сомкнулась на рукояти меча. Выпрямившись, Геральт дождался пока тварь приблизится. На лице не дрогнул ни один мускул. Мгновенье спустя - плавным молниеносным движением сдвинулся в сторону, занес меч, и стремительным ударом обезглавил чудовище.
  Инерция проволокла испаряющийся на глазах труп ещё несколько метров. Путник проводил его взглядом, присаживаясь обратно на циновку. Несмотря на то, что рассвело, и он был уже почти у места назначения - заваливаться гостем ни свет, ни заря не улыбалось. Люди этого мира любили поспать подольше, даже деревенские.
  Забравшись в подсумок, Белый Волк вытащил на свет причину своего пробужденья. На экране мерцало непрочитанное сообщение:
  "Доброе утро, Геральт! Все хорошо?"
  Отделавшись лаконичным "в порядке", ведьмак отложил устройство и, забравшись снова в котомку, принялся завтракать. Наверняка Жон сейчас только вышел на пробежку у себя в Анселе. А вот Геральт, спустя почти полтора года после попадания в мир Ремнанта отправился на свое первое задание. Ведьмачье задание, если его можно было так назвать. Жители одной из окраинных деревень Вейла взывали к Охотникам.
  И судя по собранным сведениям последние справились с работой из рук вон плохо. На официальной странице заявок статус задания высвечивался как "выполнено", в то время как комментарии одного из форумов утверждали обратное. В итоге, наткнувшись на пусть и не официальное, но предложение оплаты за решение проблемы с Гримм, Геральт решил, что пора взяться за дело.
  Чувство ностальгии огрело ведьмака словно обухом. Взяв заказ, он осознал, как слились для него миры.
  - Снова за старое, Геральт? - проворчал он тогда себе под нос. Поначалу они с Жоном вместе ковырялись в сети, пытаясь выискать работёнку для индивидуума с навыками Охотника, но без соответствующей лицензии. Да и без документов вовсе, если быть до конца искренними. Официальные ресурсы Охотников были лишь для ознакомления, ко внутренним каналам, если таковые являлись, было не пробраться. Наконец Жону, самому загоревшемуся задачей, удалось нарыть нечто, отдалённо смахивающее на стоящее дельце.
  Нужно было выручить деревеньку, не первый месяц страдавшую от повышенной активности гримм. История даже на слух пахла дурно.
  Где-то затесались Охотники, что должны быть в ответе за сектор? Почему задача была в архиве рубрики, с приметкой "выполнено". Почему люди продолжали жаловаться? Наконец, почему некоторые сообщения бесследно исчезли?
  - Чувствую, придется мне хлебнуть в той деревне, - угрюмо произнес Геральт.
  - С чего ты взял? - полюбопытствовал Жон.
  - Если есть проблемы, но нет их решения - значит остается два варианта. В моем мире это бы означало либо, что предполагаемые защитнички пали смертью храбрых, или, что печально, просто положили хер. И если первый вариант, особенно в Ремнанте маловероятен - смерть Охотника сразу бы оказалась в сети... То попустительство халатности - всегда попахивает грязью. Никто не будет рад, если ты заявишься незваным гостем, выполнишь за кого-то его работу, и укатишь в закат. Ведьмаки приходят и уходят, а дружине по месту ещё годами жить с позором.
  - И что теперь?
  -А что теперь? В путь-дорогу, хватит уже, засиделся. Спасибо павшему хозяину, уж больше года на его харчах и скарбе вытягиваю. Пора бы и честь знать да за работу приниматься.
  Жон не смог удержать нахлынувший энтузиазм:
  - А можно мне с тобой, можно? Я уже столькому научился, мы уже даже убивали гриммов, я буду тебе помогать!
  - Не в этот раз, юноша, - отрезал Геральт. - На первую миссию не возьму. Пока сам не освоюсь, не посмотрю мир, пока не обкатаю пути - не выпущу молокососа на большак. Опасно, Жон. Даже для меня опасно.
  Жон обижено надулся, однако промолчал. Знал уже, что в таких вопросах с Геральтом лучше не спорить. Не переспоришь. Если Белый Волк что-то решил - сделает по-своему, и ни просьбы, ни уговоры этого не изменят.
  Парень вздохнул, принимая решение старшего. Перед глазами пронеслись последние полтора года. Время текло неумолимо, и хоть для юноши оно ещё не неслось со стремнины в обрыв - он частенько слышал ворчанье Геральта по этому поводу.
  Сколько пота и крови, а сколько было работы - тяжелого, бесспорно изматывающего труда: по обустройству жилища, изучению языка, тренировкам! Жон Арк здорово вымахал за это время. Когда-то худощавая особь вытянулась, обросла крепкими мускулами. Фигура в чем-то даже начала походить на ведьмачью - рельефное мускулистое мясо без капли жиринки. Молодое тело положительно-отзывчиво реагировало на нагрузки.
  Ведьмак сам не заметил, как после знакомства с Жоном и началом их рутины пролетела неделя, затем другая и ещё одна. Открывался дивный новый мир, незаметно Геральт пропитывался окружающим бытом: вникал, изучал, работал.
  Недели складывались в месяцы, месяцы приумножались и время неслось безжалостным потоком.
  Геральт потихоньку осваивался, постигал язык и начинал разуметь сущность нового мира под названием Ремнант.
  Просыпаясь с рассветом, Белый Волк не забывал потрудиться сам - размять суставы и кости после ночного отдыха. Затем завтрак и ударный курс по изучению языка, пока голова свежая. А там и за Жоном приходила пора выдвигаться - за город в одиночку никто не ходил.
  Затем, когда у мальца не оставалось сил даже руку поднять - споласкивались и садились трапезничать. И если по первой сии трапезы проходили в неизбежной тишине из-за незнания Геральтом языка и полумертвого состояния подростка, то спустя пару месяцев они уже довольно-таки бегло перебрасывались словечками.
  Тогда же ведьмак впервые услышал о Прахе - волшебной субстанции - кристаллическом энергетическом ресурсе, являвшимся уникальным топливом этого мира. С его помощью люди творили невероятные вещи - двигали колесные повозки, освещали города ночью, заставляли летать небесные аппараты. Со слов Жона - охотники постигли прах настолько глубоко, что творили с его помощью настоящие чудеса - называлось это Проявлением.
  К слову об Охотниках. Ведьмаках этого мира. Героях в сияющих доспехах. Геральт невольно фыркнул, взирая с веселым изумленьем на изображенный в свитке эдакого мускулистого здоровяка в неправдоподобно массивной броне футуристичного вида. На фоне пылал роскошный особняк плохих парней. Опираясь одной рукой на исполинский клинок, другой приобняв полуголую девицу, мужчина отважным стальным взором смотрел прямо тебе в душу. Одна нога его покоилась на туше поверженного гримма. Автора изображения, похоже, ничуть не смущало то, что твари бесследно развеиваются по ветру после гибели. По словам Жона, чудищ гримм привлекали негативные эмоции. Поэтому основной повесткой дня было повсеместное дружелюбие. А об охотниках слагались легенды и небылицы, для поднятия всеобщего настроения.
  Впрочем, какая ирония! - хмыкнул ведьмак. - попасть из мира, где ремесло охотника на чудовищ - удел изуродованных отщепенцев, туда, где их чуть ли не на руках носят? Да уж, видимо Цири не спроста выбрала именно этот мир. Неужто выйдет пристроиться на тепленькое местечко? Этот отдельный индивидуум явно неплохо устроился.
  - Так что, это и есть ваш охотник?
  - Ну, не совсем охотник, - почесал в затылке Жон. - Это Спрюс Уиллис - самый крутой актер боевиков. Он играет главных героев и всегда надирает задницы плохим парням. Глянь какие мышцы!
  - Не размер мускулов решает в бою, - возразил Геральт. - есть предел за которым они становятся избыточны. В бою главное - смертоносность, а с такими бревнами вместо рук лучше всего тяжести в порту перетаскивать.
  Сменялись дни. В свободные промежутки времени, с утра, и вечером, после ухода Жона, Геральт отправлялся на короткие вылазки, исследуя прилегающие территории. Первое время ведьмак был занят созданием полосы препятствий и тренажеров - другого способа привить инстинкты выживания не существовало. Усердно рубил деревья, обтесывал бревна, копал рвы, устилая землю мягким сеном. Благо инструментарий, оставшийся после предыдущего хозяина, открывал роскошные возможности касательно древесины.
  После торжественного открытия Мучильни (в тот день он впервые неc отключившегося Жона домой на руках) пришел черед алхимии. На стенах в подвале образовалась коллекция высушенных трав, а в одной из комнат - перегонный куб. И хотя ведьмак отыскал множество знакомых ещё по предыдущему миру трав, то уникальным частям чудовищ ещё предстояло найти достойные аналоги. Теперь-то и приходилось огорчаться, что в свое время он не уделил должного внимания постижению сути вещей, довольствуясь лишь поверхностным запоминанием рецептов. Получить нужные ключевые компоненты из здешних реалий задача не из легких. Если вообще возможна, с его уровнем понимания.
  "Сюда бы да академика из Оксенфурта, он бы уж точно подсказал чем заменить мозги утопцев" - посетовал Геральт.
  Пока что перегонный куб годился лишь для одного. Ну хоть со спиртом проблем не предвидится. Иногда, когда накатывала тоска по родине, или погибшей супруге, Геральт молчаливо надирался в стельку. В такие дни Жон его не тревожил, проявляя воистину чудесные такт и чуткость.
  Ведьмачьи знаки приятно порадовали. Были опасенья, что в новом мире они перестанут работать, но наоборот - магия как будто витала в воздухе, и сосредоточиться на колдовстве стало много легче. Не сказать, что знаки стали сильнее - но внутренних ментальных сил на их осуществление требовалось значительно меньше. Геральт сделал себе зарубку в голове - попробовать совместить знаки с местным прахом, если здешние охотники с их помощью творили волшбу, то неужто он не сумеет?
  Жон чуть кипятком не писал, когда увидел Аард - силовой толчок. Прыгая вокруг, он повторял лишь одно: "Научи, научи, научи, научи...". Ведьмак не скупился на знания, однако спустил мальца с небес на землю. Без контроля над разумом - нечего и начинать браться за магию. Сначала требовалось освоить медитацию.
  Тут же выяснилось, что местные охотники если и слышали о ней, то совсем не использовали. Каким образом профессиональные воители, использовавшие сверхсилы для борьбы со злом, совершенно забросили работу над сознанием?
  - Жон? - обратился тогда Геральт к пыхтящему над снарядом ученику. - А ты можешь показать мне на этом своем свитке несколько боев охотников, для примера?
  Подросток радостно вскинулся, и выпалив: - Я мигом! - бросился к своему устройству, унося ноги от Логова Зла (тренировочной площадки) пока был шанс.
  Копаясь в устройстве, он пояснительно бормотал:
  - Как же я сразу не догадался? Вот тут... сейчас... Охотники обычно не любят распространяться о своих способностях. Найти одного на задании - задачка не из легких. Есть больше всего записей с предыдущих фестивалей Вайтела, но там ученики академий сражаются.
  - Ты смотрел?
  - Да нет, зачем? Хе-хе. Я собираюсь сам стать Охотником, а не впустую глазеть на других! Тем более, я прочитал о них множество историй!
  Геральт удрученно прислонил ладонь к лицу. Без комментариев.
  - В-вот! - Жон справился с поиском. - Снимали жители со стены одного из приграничных посёлков Вейла. Запись пару лет назад, охотник против двух Урс!
  - Ну, давай поглядим!
  И в этот самый миг ведьмак осознал, насколько же все плохо. Трясущееся изображение с записывающего устройства демонстрировало размалёванную девицу в пестрых одеждах, пытающуюся совладать с парой крупных гримм. Орудовала она какой-то монструозной хреновиной, будто бы нелепо-огромный цвайхандер насадили на рукоять от копья. Скорее глефа, вот только размерчик был великоват. Основной посыл её стиля - накрутить инерцию для своего оружия и постараться прикончить гримма одним ударом.
  И нет, она не провалилась, а вполне справилась с задачей. Через четыре минуты! Четыре минуты акробатических прыжков, размахивания нелепым оружием и того, что иначе как цирковыми трюками не назвать.
  В один момент чудовищная когтистая лапа поймала охотницу на подлёте, отправляя в сторону ближайшего деревца. Удар был поистине смачным - острия когтей на полном разгоне внеслись девице в живот. Толпа на стенах ахнула. Геральт уж похоронил несчастную, но не тут-то было! Брови невольно поползли вверх, когда она, ругнувшись, вернулась в битву целой и невредимой.
  Вскоре все было кончено - счастливая толпа со стен приветствовала героиню оглушительным ревом. Охотница демонстративно поклонилась и стряхнув невидимую пылинку, неспешно шагая, направилась к деревне, покачивая бедрами.
  Видео закончилось. Геральт скептически фыркнул и с досадой покачал головой. Сильное недовольство читалось на лице.
  - Ч-что? - Жон подпрыгивал от восторга. - Тебе не понравилось?! Ты её видел? Как она - вжж! Тыжщь! Хуаааа! Видел? А тот прыжок, обратное сальто прямо через голову Урсы?! Это так круто! Чего ржешь?!
  Не зная, смеясь или плакать, ведьмак спрятал на миг лицо в ладонях, интенсивно разминая скулы. Выпрямившись, вздохнул, отвечая ученику.
  - Жон... если бы мой учитель увидел, что я так сражаюсь с чудовищами, моя спина напоминала бы кровавое мясо, что лежит на прилавках Новиграда. Это был, пожалуй, худший бой, что я видел в своей жизни.
  - Н-но... - у икнувшего подростка явно случился коллапс мироздания. - Но она же так круто расправилась с гримм!
  - Если - это "круто" - тогда я карлик в подштанниках. Что это у неё за оружие? Это меч на палке, глефа, или шест для танцев? Боевой пилон? Да я бы умер от хохота, а потом ещё раз от стыда, попытайся моя дочь сражаться такой штуковиной! - разошелся не на шутку ведьмак. - А снаряжение? Хорошо, что тут Лютика нет - он бы порекомендовал этой девице чудесный дом для подработки в Новиграде. Разве так положено воину выходить на смертный бой от которого зависят жизни людей?! Извини меня, но у неё панталоны видно! Те прыжки, которыми ты так восхищался - были сугубо излишни. Надеюсь, она их совершала осознанно, лишь бы покрасоваться. Но мне больше кажется, что у неё совершенно нет понимания как справляться с Урсами с фронта. Убийца чудовищ должен твердо стоять на ногах, постоянно контролировать битву. Всегда! Драться только на своих условиях, запомни, Жон! Когда ты в воздухе - контроль исчезает - ты уязвим. Во время одного из таких глупейших прыжков она и подставилась. Кстати, есть идеи почему не пострадала? Колдовство?
  Жон затруднился ответить. Почесал затылок. Неуверенно предположил:
  - Н-ну, это же наверняка эти их охотничьи штучки... Они точно сильнее обычных людей.
  - Поищи информацию, парень. Твой этот "свиток" вполне неплохо с этим справляется. Вы, люди, не понимаете своего счастья. Половина магов и студиоузов моего мира душу бы продали за нечто похожее...
  Спустя несколько минут Жон передал ему устройство с выведенным на экран текстом. Материал вкратце рассказывал об Охотниках, упоминая так называемую Ауру.
  - Аура, - вслух зачитал Геральт. - Внешнее проявление души. Способность, развиваемая и тренируемая охотниками на протяжении многих лет... так, это лирика. Это скорее всего выдумка... усиливает удары, хорошо... вот! Имеет пассивное свойство - физическая защита владельца. Может защищать Охотника от смертельных ударов, сохраняя жизнь там, где обычному человеку несдобровать. Впрочем, ощущение боли сохраняется. Количество поглощаемого урона зависит от "уровня Ауры" или, иначе говоря, запаса внутренней энергии...
  - Круто, не так ли?!
  - Да, звучит заманчиво, безусловно, - признал ведьмак. - Я бы даже сказал незаменимо в бою.
  - Прикинь, если бы научиться такому?! А я и не знал, что Охотники могут выдерживать такое!
  - Я вот, тоже не знал, - Геральт смерил недобрым взором ученика. Тот насторожено отодвинулся. - Но я здесь залётная птица. Вот почему ТЫ этого не знал? Мы здесь с тобой за десять минут узнали о них больше, чем ты за всю свою жизнь. Ты точно хотел стать Охотником, а не, скажем, прачкой?
  Жон залился краской.
  - Н-ну... я думал, что они меня всему научат в Сигнале! - попробовал оправдаться он. - Это такая школа для будущих охотников. Если бы я туда попал, то там бы и все узнал, не так ли?
  - Эх, Жон... пороли тебя мало.
  - Эй! Бить детей это насилие! Никто так уже не делает, мы же не в средневековье.
  - А стоило бы! - угрюмо гнул свое ведьмак. - Вырастают потом ведьмачки-акробатки. Ей бы возле шеста так скакать - во потеха была бы! Цири бы её в два счёта за пояс заткнула.
  Вспомнив про оставшуюся в другом мире дочь Геральт испортил себе настроение. Арк не рискнул возражать учителю, зная, что несмотря на в целом добрый нрав иногда он бывает суров и непреклонен. Тогда лучше не попадать под горячую руку. Вместо этого мальчик решил сменить тему.
  - А давай ещё посмотрим на Охотников? Ты прав, и действительно нужно знать, как дерутся Охотники, тем более если я когда-то хочу стать одним из них.
  Белый Волк вздохнул и согласился. Только лишь проворчал:
  - Не понимаете вы своего счастья. В моем мире, последить за боем профессионалов - на вес золота. Увидеть стиль, трюки, почерпнуть что-то. Обычно битвы, в которых участвуешь - свои собственные - там не до размышлений. Хорошо, если за пять лет хоть один разочек удастся взглянуть на чей-то бой, и то: лучшие трюки держат в карманах. В бою побеждает не сильнейший, а тот, кто больше удивил. Вы же имеете безграничный потенциал постоянно наблюдать, анализировать, развиваться...
  Тот вечер они провели, глядя на юных будущих защитников и защитниц Ремнанта, отстаивавших честь своих школ на международных состязаниях. Юноши и девушки, управляя различными монструозными орудиями, одетые как с иголочки, просто... развлекали публику. Красивые молодые люди (а население Ремнанта, такое чувство, вообще эволюционировало в этом плане) выходящие из боя без единой царапины, иногда в синяках. Наблюдая за этими пародиями на сражения (а ничем другим поединки без риска нанести себе вред и быть не могли) Геральт сделал неутешительное которым и поделился с учеником:
  - Эта ваша Аура, не смотря на всю свою безусловную полезность сослужила здешним охотникам медвежью услугу, как мне кажется. Наверное, ничто не может подорвать саму основу сущности битвы, как неуязвимость. Право на ошибку нанесло сокрушительный удар по качеству ваших боевых искусств. Войн между королевствами давно не было. Около ста лет мирного времени? Да мой мир о таком и мечтать не может! Обычные люди без Ауры - не конкурентоспособны. Повальная привычка к оружию дальнего боя для населения. А Охотники - могут дубасить друг друга безнаказанно. Все мои ошибки, у меня на теле, Жон. За каждую из них я заплатил кровью. Как и поколения воинов до меня.
  Ученик согласно кивнул, поеживаясь. Он до сих пор содрогался, вспоминая свою первую реакцию на испещренное шрамами тело ведьмака. Тогда, ещё не зная, что Геральт прибыл из другого мира, Жон всерьез засомневался - а жаждет ли он сам себе такой участи, взирая на цену, которую довелось заплатить?
  - Эти же ребята просто красуются, - продолжил Геральт. - Ни у одного из них я не заметил правильно поставленного боевого стиля. Да, они довольно сильны и ловки. Но ведьмаки быстрее. Да, они, быть может, выживут после пяти ударов, когда ведьмак падет после первого, но я бы не пропустил ни одного из тех, что я сегодня увидел. Эти ребята сами себе вредят - используя диковинное, бредовое оружие. Неважно, насколько ты силен, зачем использовать нерациональное оружие?! Отсутствие единой для всех системы боя и полный хаос в вооружении не дает развить до совершенства ни один стиль. Постоянные излишества в движениях, дыры в защите и показушность.
  - Неужели все аж настолько плохо? - приуныл Жон. Геральт немного смягчился.
  - Ну как тебе сказать... они все ещё остаются опасными тренированными бойцами. Ничего плохого сказать о них не могу. Это то, что случилось в вашем мире. Просто сейчас я наблюдаю важный изъян в самом корне, который, готов поспорить, уже стоил жизни множеству отличных ребят.
  - А какой тогда боевой стиль самый лучший? Какое оружие лучше использовать?
  - Я не всеведущ, - усмехнулся ведьмак. - И не берусь судить ваше оружие дальнего боя. Но опыт подсказывает мне, что человечество ни в одном из миров не изобрело ничего лучше старого доброго меча. Идеальный баланс. Как и все истинное в этом мире - он прост. Понятен. Подходит всем. Конечно, я не отметаю нишевое оружие. Быть может, против определенного бронированного гримм - например дезсталкера, боевой молот получше, но в основном... нет, лучше меча ещё ничего не придумано.
  Жон кивнул, соглашаясь, и внутренне радуясь. Речь Геральта невольно мотивировала ещё больше. Теперь ему вдвойне нравилось то, что у него оружие - идеальный меч, а не, например, какая-то нелепая боевая коса или, допустим, хлыст-удавка. Страдая от типичного подросткового абсолютизма и поиска авторитетов, Арк был теперь готов с пеной у рта отстаивать меч как лучшее в мире оружие, тем более, что и его родной отец им владел!
  Ух, а если когда-нибудь в будущем удастся посмотреть на спарринг отца и Геральта... - исступленная дрожь пробежала по пареньку.
  - Жон, все хорошо? - обеспокоился Геральт. - У тебя будто припадок начался.
  - Н-нет, все в порядке учитель! - нервно хихикнул Жон. - Я просто радовался тому, что у меня есть меч! И вы! И что вы мой учитель! И вообще вы самый крутой на всем белом свете, наверное, в прошлом мире вас на руках носили, верно? А как же, ведь не могло быть иначе, чтобы такого...
  Ведьмак угрюмо буркнул в ответ, отключая звук. Иногда на паренька накатывало и в эти моменты лучше было пропускать все, что он молотил, мимо ушей. Одержимость ученика могла раздражать порой, однако она же помогала Жону переносить тяжелые тренировки.
   Как говорится, нет худа без добра.
  
  *
  
  Ведьмак вынырнул из воспоминаний. Солнце поднялось ещё выше, подаренный недавно учеником свиток показывал строго 8 часов утра. Самое время нанести визит.
  Деревеньку Дредстоун на юго-востоке Вейла окружал добротный копаный ров, следом вырастали валы, увенчанные кольцом крепких деревянных стен. Снаружи стражи не наблюдалось, однако Геральт уже был не понаслышке знаком с возможностями местных технологий - камеры, видеозаписи и прочее.
  Изнутри донеслось пение петуха и собачий лай. Где-то грохнула дверь, кто-то что-то уронил, раздался бабий вскрик.
  Геральт умиротворенно вздохнул - во уж точно - деревня. Все же Ансель какой-никакой - а городок, с приличной инфраструктурой, современный и развитый. А нынче перед ним было то, чего он вдоволь навидался ещё в своем мире: захолустье у чёрта на куличиках. Только если на родине, обычно, хаты раскидывались то тут, то там, захватывая побольше пространства, стелясь по холмам, пробираясь к рекам, обрастая огородами. То тут домишки строго ютились внутри защитных стен: неумолимая угроза гриммов никуда не исчезала.
  На ближайшие поля выходили работать днем, а в сумерки спешили под защиту.
  И вели себя люди, более привычно: по-деревенски. Ведьмак с ностальгией вздохнул, заприметив любопытные рожи, то тут, то там мелькавшие в окнах. Кто-то захлопнул створки, какая-то мамаша, заприметив чужака - тотчас погнала детишек домой. Он снова угодил в портал и не заметил этого?
  Центральная тропка змеилась к подобию площади - просторной делянке, предшествовавшей единственному солидному двухэтажному строению. Тому, что является душой и сердцем каждого поселка. Трактиру.
  Под дверью, не смотря на ранний час уже собралась небольшая толпа мужиков, о чем-то ожесточённо споря. Белый Волк вынуждено признал - даже деревенское мужичье этого мира выглядело приличнее его собственного. Цивилизация, мать её!
  В центре пестрого сборища, двоица аборигенов в чем-то усердно убеждала центрального мужика, при этом активно жестикулируя. Последний, чуть старше среднего возраста невысокий седеющий мужичок внимательно слушал, нахмурив косматые брови.
  -... что нам делать прикажешь? Охотникам - слова не скажи. Ты сам знаешь, кто их крышует. Нам что помирать теперь? Выбор у нас-то: с голоду, или от гримм! Наши уже неделю отказываются выходить. Все недовольны - в этом-то и беда! Сам знаешь, затянется дело, накопится негатив - готовься к вторжению! А кто на стены-то выйдет? Сынишка мой? Или быть может, твоя Мира?
  - Хватит, я тебя услышал, - поднял руку предполагаемый староста. Взгляд его, ожесточённый и беспокойный наткнулся на приближающегося чужака. Сузился.
  - Охотник?! - выпалил он прежде, чем Геральт успел вставить хоть слово.
  Окружающая толпа оживилась. Сельчане с настороженным любопытством принялись изучать чужеземца.
  - Вроде того, - ответил ведьмак, пожатием плеча указывая на оружие. - Меня зовут Геральт. Я охочусь на чудовищ. Сразу говорю - не бесплатно.
  - Сигурд, староста, - кивнул в ответ главный. Не сказать, что он сильно обрадовался.
  - Я здесь по поводу заказа, - продолжил ведьмак. - Судя по всему возникли проблемы?
  - Мы никакого заказа не оставляли. Возможно это какая-то ошибка, уважаемый охотник. Мы...
  - Подожди, ну и что, это же Охотник! - встрял возмущенный мужик. - Пусть он решит нашу проблему с гримм, если те двое куда-то запропастились!
  Толпа согласно загомонила. Населения явно обрадовалось возможности избавиться от напасти, и лишь старосту, казалось, что-то да тяготило.
  - Неофициально, говоришь?.. - медленно протянул он. - Так-то мы заказ на Охотника не оставляли...
  Геральт решил лепить из того, что есть.
  - Я увидел объявление, вот здесь... - он вытащил свиток и продемонстрировал страничку с удалённым постом. - Кто-то из вашей деревеньки оставил заказ, и предложил тысячу льен за зачистку.
  - Но я никаких объявлений... - растеряно начал староста.
  - Я оставлял! - встрял кто-то из-за спин. Толпа расступилась, и вперед вышел фавн-горилла. Высокий рост, массивные плечи, густой волосяной покров по всему телу с характерной формой лица. Он, скрестив руки на груди, смерил взглядом главу поселка.
  - Довольно, Сигурд! Мы все здесь в одной лодке, и равные граждане Вейла! Что-то ты последний год да развел тут всякую дворянщину. Толи я не видел, как ты с нашими горе-охотниками бухаешь и шушукаешься по углам! Ладно, пускай, дело ваше. Но если бы они справлялись с работой, никто бы и слова не сказал. Люди гибнут, Сигурд!
  Толпа согласно загудела, зашушукалась, окружив говоривших. Мужичье вокруг напряглось, лица людей были угрюмы и тревожны. Раздраженный всеобщим неодобрением староста поморщился, и торопливо поднял руки, призывая к молчанию.
  - Ладно-ладно, я полностью с вами всеми согласен! Проблема есть, и нам нужно её решить. Для этого мы и работаем с охотниками...
  - И где эти твои охотники, старый ты хрен! - вклинилась в разговор сурового вида бабка. Сгорбленная, в цветастой залатанной юбке и тростью в руке, она явно внушала опасение в окружающих, судя по тому как все притихли. - Одиночек-то они хороши крошить! А как реальная напасть случилась, так сразу в город сдрыснули, окаянные! Вот пришел Охотник, готовый помочь! - старуха ткнула тростью в Геральта. - Пусть он и решит наши проблемы. Ты же сдюжишь дюжину гримм, шрамолицый?!
  - Если подходить с умом, думаю да, - сдержанно ответил ведьмак, скрывая улыбку. Происходящее его явно забавляло: деревенский воздух, возмущенное мужичье, запах свинарника. Для полноты картины не хватаешь лишь Лютика, вываливающегося из трактира в залитых вином одеждах и горланящего свои вирши.
  - Вот и чудесно! Вот и хорошо! - довольно протянула бабулька, проковыляла в упор к Сигурду и вперилась в того взором. - Ну? В чем дело, Сигурд! Язык проглотил? Вон стоит охотник, меч при нем, грудь колесом, лошадь боевая, полный комплект! Чего скуксился?!
  - Лошадь, кстати, жует твое сено, - хихикнул кто-то из толпы. Геральт повернул голову и увидел Плотву, флегматично жующую чей-то стог.
  Староста тяжело вздохнул, раздражено дернув плечами. Попытался вразумить окружающих:
  - Понимаете, у нас уже есть охотники! Они должны выполнить свою работу...
  - Хороша работенка! - воскликнул кто-то из толпы.
  - Взаправду! Где твои охотники, Сигурд?!
  - Да не могу я с ними связаться! - в отчаянии возвел он руки к небу. - Прихворали, быть может, или дела у них. Люди столичные, занятые. Баб Матрёна, ну ты чего?!
  - Знаем мы эти занятия, как раз, когда беда грянула так все такие занятые, сразу становятся!
  - Мне позвать Лану? - негромко проговорил кто-то справа. Сказано было тихо, но толпа моментально затихла. Невысокий, лысый мужчина наблюдал со стороны. Взгляд его был холоден и строг, а губы угрюмо поджаты. В голосе не проскальзывало и капли симпатии. - Ты и скажешь ей, почему погиб её сын? Пока что она думает, что наши бравые ребятки просто не успели, а не свалили к чертовой матери. И почему сейчас ты тянешь резину, вместо того чтобы решить вопрос? Чьей жизнью ты пожертвуешь в этот раз?
  Тишина вокруг стала угрожающей. Из старосты будто воздух выпустили. В этот миг Геральт точно понял, что работенка у него появится. Сигурд выглядел сейчас очень грустным, словно тяжелый груз сдавил его сердце.
  - Люди добрые, что же это такое-то?! Неужто вы думаете, что я желаю худа кому-то из вас? Хоть кому-то в Дредстоуне?! Случившееся - ужасная трагедия, и я, как и вы больше всего хочу, чтобы угроза миновала, а малыш Питер был отомщен! Так и быть, против воли народа не пойду. Уважаемый охотник, мужик, как там тебя?
  - Геральт.
  - Точно, Геральт. Возьмешься за работу? Учти, что люди мы небогатые, деревенские. Живем впроголодь, последние недели работа встала...
  Речь старосты была прервана крепкой деревянной тростью, что взвилась в воздух, стискиваемая цепкой старушечьей хваткой, и обрушилась на его крепкий лоб.
  - Сигурд, дрянной мальчишка! Я же тебя ещё вот таким вот, - бабулька развела руки нешироко, - в поперек лавки клала! Могу повторить! Ты что нас перед гостем позоришь! Он же сразу подчеркнул - забесплатно не работает! Денег нету, бедные мы бедные, - перекривила она мужика. - Тыж сам-то недавно собирал с нас подать, разве нет? Как раз таки за защиту, в начале месяца, как сейчас помню!
  Мужики зашевелились, зашептали. - Точно, было такое! - раздались согласные возгласы.
  - Вот! - довольно протянула Матрёна. - Все мы помним, и за защиту от гримм исправно платим. И деньжата, собранные как раз на оплату уважаемому и пойдут, вместо этих двух трусов-лодырей!
  - Точно, - негромко подметил лысый. - Там как раз тысяча льен и есть. Вот справишься с работой, Геральт, деньги твои!
  - Как раз имея ввиду эти же деньги и делал заказ! - вставил фавн-горилла довольно.
  Мужики согласно загудели.
  Сигурд откровенно позеленел.
  - Н-но как же так, братцы, эти деньги уже списаны... за защиту...
  - А где защита то, покажи мне её, где она?! - Матрёна снова замахнулась клюкой. Сигурд рефлекторно заслонился руками и сьежился. Затем, когда толпа хихикнула, выпрямился и покраснел, обижено сопя. Обведя взглядом односельчан и не найдя сочувствия, он в сердцах сплюнул и ринулся прочь широким шагом.
  - Дела-а... - протянул лысый.
  Наконец ведьмак решил прервать молчаливое созерцание. Ситуация выглядела неоднозначно. И людей было жалко, и старосту можно было понять. Если это был тот подвид "защитничков", который Геральт предполагал, то хочешь не хочешь, а с Сигурда спросят за деньги. А защитили они деревню от гримм, или нет, таких обычно не волнует. Ведьмак уважительно поднял руку, прося тишины.
  - Это все безусловно, интересно, - сказал Геральт народу. - Только кто, уважаемые, мне теперь заказ выдаст, и с кем мне сотрудничать?
  - Я буду перед тобой ответ держать, Геральт. - раздался спокойный ответ. Вперед вышел лысый мужик, который упомянул скорбящую мать. Баба Матрена одобрительно закивала.
  - Сейчас я введу тебя в курс дела, и ты будешь волен приступать к работе. Мы же, в свою очередь, пойдем все вместе, - он обвел окружающее собрание, - в гости домой к нашему уважаемому старосте. Там мы любезно его попросим наши же деньги выдать, и будем готовы с тобой рассчитаться тотчас же.
  Он вышел вперед, твердо глядя в глаза и протягивая руку. Люди вокруг согласно гудели и кивали головами. Белый Волк встретился с ним взглядом, уважительно склонил голову, подметив:
  - У вас-то хоть проблем не будет? С вашими этими... защитничками?
  - А с ними мы сами разберемся! - отрезал лысый. - Это будут исключительно наши проблемы. Быть может, они вообще уже - того... и даже не явятся.
  - Пусть только покажутся! - гневно потрясла кулаком Матрена. - Я им за Лану и её чадо такую взбучку задам! Неделю присесть не смогут!
  По сборищу пронеслась череда смешков. Напряжение схлынуло. Довольный народ, найдя избавителя, похлопывал друг друга по плечу, расслаблено гомоня. Лысый кивком позвал гостя следовать за собой. Предстояло узнать подробности предстоящего дела.
   И приниматься за ремесло.
  Из всех возможных человеческих качеств Геральта больше всего раздражало, когда тянули кота за хвост. Особенно досаждало чувство, когда человеку, казалось, было неловко признаться, мол: ничего не видел, ничего не знаю. Вроде и какими-то обрывками информации владеет, но в общую картину связать не может. Или не хочет, что ещё хуже.
  Поэтому, обычно, такие индивидуумы, неуверенно водя ножкой по земле и почесывая в затылке неловко мямлят:
  - Ну-у... видел, да, точно видел! На рассвете два дня назад. Или три?.. да, там где мальчонка-то обнаружили. Там и были гриммы в последний раз, - доложил абориген, не отрывая взгляд от ботинок.
  Вздохнув, Геральт сухо поблагодарил мужика и отойдя на достаточное расстояние вытащил свиток. Присев на пенек, услужливо вырубленный на отшибе, ведьмак открыл карту местности, обозначив ещё несколько предполагаемых точек. Картина складывалась следующая:
  За последнее время - четыре атаки гримм. Две - со смертельным исходом, остальные оставили раненых. Также много где гримм были просто замечены. Появляясь на горизонте, исчадья тьмы заставляли людей бросать работу и отправляться в укрытие.
   Вокруг стен Дредстоуна раскидывались бескрайние поля. И основная масса атак пришла со стороны границ королевства - юго-запада.
  Геральт отметил ключевые места знаком вопроса, где со слов аборигенов последний раз сталкивались или замечены были гримм. Последнее время без помощи технологических новинок было совсем не обойтись. Вспомнилось, как Жон ещё удивлялся, насколько быстро и цепко ведьмак усвоил полезность технических наворочек и внедрил их в обиход.
  - Жон, профессионала делает его инструментарий, - ответил ему тогда Геральт. - Знания, подготовка и опыт тоже играют немаловажную роль. Если к тебе завалится мужик лохмотьях и назовется охотником, доверишь ли ты ему свою жизнь? И дело ведь даже не во внешности. Профессионализм себя обычно не выпячивает, однако заметен невооруженным глазом. Ведьмаки и ваши охотники - профессиональные убийцы чудовищ. И это означает, что лучше нас в этом не разбирается никто. Мы должны быть максимально сведущи, безупречно подготовлены к тому, что ждет нас за безопасными стенами.
  Возможно, именно поэтому Жон был вынужден со стоном выписывать, штудировать и заучивать назубок все возможные подвиды гримм и их свойства. Впрочем, возмущаться не приходилось: Геральт делал все то же, и даже больше. Ещё вначале, только ухватив основы языка он уже скрупулезно выписывал все важное, что можно было найти о существах гримм.
  Однажды заглянув в подвал, Арк замер с отвисшей челюстью: все стены были увешаны выписками и разрисованы гримм. Названия, свойства, подвиды, уязвимые места. Геральт неумолимо изучал, постигал и систематизировал все, до чего мог дотянуться его пытливый ум. Он тогда часами просиживал, делая пометки, смотря различные материалы по борьбе и самозащите от извечного врага человечества.
  Примечательно, что информации об уязвимостях гримм было довольно много, а вот об охотниках, использовании Ауры и их сверхспособностях - пшик. По крайней мере - в открытом доступе.
  Вскоре и самому Жону, к его отчаянью, пришлось погрузиться в материал. Со стоном и скрипом помимо основных занятий в школе ему ещё предстояло дополнительно нагружать ум тоннами информации, безжалостно доставляемой ведьмаком. Научил пользоваться поисковиком, на свою голову!
  - Это ещё ничего, совершенная ерунда по сравнению с Неверлендом, - "успокоил" его ведьмак. - Из того, что я вижу - Гримм от силы пара десятков подвидов. Если брать Вейл - то в восьми из десяти случаев ты столкнешься либо с урсами, либо с беовульфами. Это открывает невероятные возможности к подготовке!
  Жон узнал, что мир Геральта был населен таким широким изобилием самых разнообразных тварей, что сам черт ногу сломит. Более того - они были совершенно различны по свойствам, поведению, причинам и следствиям появления. Часть из них была магической хреновиной, другая - силами природы, третья - вообще призраками.
  И хуже всего, что они различались как по уровню интеллекта, так и степенью человечности. Что, в свою очередь, накладывало моральную ношу на каждое решение охотников из их мира.
  Жон сглотнул, представив, как бы себя чувствовал, доведись ему поднять меч на прекрасную, полуобнаженную, молящую о снисхождении девицу, Залитую слезами, причитающую о своем горе невинную красавицу, а на деле - таящейся кровожадной тварью. И промедление смерти подобно. У подростка буквально голова пошла кругом, когда он услышал лишь о части средств и приемов, которые использовали ведьмаки для обнаружения и борьбы со сверхъестественным.
  - У вас с этим гораздо проще, радуйся, - заверил его Геральт. - И я сам ничуть не опечален по этому поводу. Это даже в чем-то отдушина для ведьмака. Никаких тебе моральных дилемм и сложных выборов: существа гримм - объективно злы и враждебны. Мы белое - они черное. Знай ухватись покрепче, да руби посильнее, пока не закончатся. К тому же изучить, строго говоря, два десятка существ - пустяк по сравнению с тем, что пришлось бы тебе пройти в Каэр Морхене. Ведьмака который не вызубрил наизусть бестиарий на большак не выпустят.
  Таким образом, совсем скоро Жон оказался единственным подкованным на эту тему подростком в своем окружении. Он не раз блистал познаниями на уроках Гриммоведения, чем и заслужил славу знатока гримм. Сами уроки, конечно, ничуть не напоминали таковые у охотников, а скорее инструкцию по выживанию для гражданских: куда бежать и где спрятаться. Тем не менее, Жон исправно получал наивысший бал по предмету, впрочем, поумерил свой пыл, когда одноклассник спросил его:
  - Арк, ты что, в Охотники намылился?
  Пришлось затаиться. Слишком велик риск, что информация дойдет до одной из его сестер. А там и до отца.
  А там и до матери.
  Невольная дрожь пробежала по спине.
  Переживать последствия разоблачения Жон отнюдь не планировал. Хотя бы потому, что мог их и не пережить.
  Поэтому отвечал он теперь лишь от случая к случаю, когда спрашивали. Сам же продолжал изучать науку истребления чудовищ, под руководством личного профессора Ривийского. И не сказать, что тот пичкал его одной лишь теорией. Полученные знания ведьмак исправно испытывал на практике, регулярно совершая вылазки в чащобу. Как правило, в выходные дни, которые частенько Жону все же доводилось проводить с родителями и сестрами.
  Проверив теорию на практике, Геральт вносил правки в свои личные записи, по необходимости. Следом корректировались тренировки Жона. Геральт исправно готовил ученика именно к тому, с чем ему предстояло столкнуться. Описывал опасные странствия и сражения с гримм в подробностях. Объяснял, изучая под лупой повадки гримм, каждое их действие, каждый инстинкт, каждую реакцию в зависимости от внешних условий. Втолковывал даже такие, казалось, мелочи, как ритм лап в движении, или тембр рычания.
  - Многие списывали эффективность ведьмаков на их мутации. Мол, они нелюди и уроды - сильны и быстры, и поэтому настолько хороши. Настоящий же секрет кроется в подготовке. Жемчужина эффективности - в знании. Знай своего противника, Жон, и твои знания станут гарантией победы. Зная действие противника через секунду, понимая его позицию в следующий момент - ты заведомо начинаешь удар, который обрекает тебя на победу. Выбрав удобное время и место сражения, заготовив снаряжение и наварив эликсиры подготовленный боец уже выходит не сражаться, а побеждать. Именно поэтому мы, в свое время, за относительно короткий промежуток истории истребили большую часть чудовищ. Не все из них заслуживали вымирания. Многие, возможно, смогли бы сосуществовать с человеками... не будь те самыми что ни на есть людьми.
  Но этого, почему-то не произошло в вашем мире. Ещё предстоит выяснить почему. Есть у меня некоторые идеи, но я пока не могу назвать их состоятельными без должной проверки.
  Что могу сказать? Тренируйся, Жон! Изучай гримм, если собрался стать охотником, изучай как ничто другое в этом мире. От этого будет зависеть и твоя жизнь, и жизни тех кото ты призван защитить. Подготовка - это все. Больше скажу, при верной подготовке сам бой - лишь формальность. И его мог бы провести даже просто отлично тренированный воин - без изуверств, что проводили над нашим видом. А если сражение перешло в плоскость где твоя жизнь зависит от физических характеристик и ведьмачьих мутаций... значит подготовку ты запорол.
  Например, для Жона оказалось откровением свыше, что оказывается среди беовульфов были правши и левши! И определить это можно было, если задержать внимание на его походке, или успеть заметить с какой лапы тот начал свое движение к тебе.
  - А зная об этом, - поделился свежим опытом ведьмак. - ты почти со стопроцентной вероятностью поймешь, какой именно лапой тот нанесет свой первый удар! И поверь мне, Жон, сильному бойцу уже этого достаточно чтобы выйти победителем в схватке. Даже не слышав о том, что мы уже с тобой узнали: длительность его серии атак, слабые места, повадки, невозможность мгновенно развернуться на сто восемьдесят и прочее...
  И прежде чем взять Жона на охоту за его первым гримм - Геральт удостоверился в том, что сам досконально изучил тему. И наконец втемяшил основы в голову ученика.
  Набор опыта - процесс непрерывный. Главное, идти избранной стезёй не сворачивая. И подход Геральта приносил свои плоды. Не сразу, конечно, но спустя месяцы и годы - Белый Волк и его ученик стали обладателями уникальнейших знаний и опыта по борьбе с гримм.
  А инструментарий Ремнанта оказал неоценимую помощь.
  Ведьмак и представить себе не мог, как бы он справлялся с языковым барьером, вливанием в новое общество, и постижением гримм без технологических благ нового мира.
  Вернувшись в сегодня, нанеся последние точки на карту, Геральт имел удовольствие наблюдать то, что отдаленно можно было назвать веером. Условны полукруг из знаков вопроса и линий врезался в поля у Дредстоуна. Отметины являли собой все случаи атак или обнаружений гримм.
  И эпицентр, рукоять сего веера должна было располагаться за несколько миль от края обжитых здесь земель. На юго-западе, в необитаемых землях. Учитывая, что за последние дни он уже проверил множество знаков вопроса, оставался лишь корень. Именно оттуда, предполагал Геральт, по округе расползались гримм. Судя по карте происшествий, это была именно точка. Что конкретно это было - логово, источник, или что-то ещё - пока неизвестно.
  В землях под властью гримм поля уступали пространство лесу, а целью Геральта являлось образовавшееся в горном русле ущелье.
  И отправиться туда придется. Уже почти четыре дня, и днем, и ночью, ведьмак выходил патрулировать окрестности впустую. Гримм будто сквозь землю провалились. Никаких тебе атак в дневное время. Жители вчера вернулись за работу - все было спокойно.
  Как следствие, Геральт ещё раз собрал народ и безуспешно попросил воздержаться от работы в последующие пару дней. Он собирался проверить теорию и на это могло уйти время. Свои мысли о том, что гриммы могли быть управляемы - ведьмак решил придержать. Больно уж все на Ремнанте были убеждены в том, что чудища - не более чем безмозглые порождения мрака. Сама мысль о том, что они могли затаиться в каком-то логове - прозвучала бы кощунством.
  Хватило и того недавнего случая, когда Жон заявил в школе об эффективности серебра против гримм. Того высмеяли, порекомендовав поменьше смотреть девчоночьих фильмов о вампирах. А насмехались они зря.
  Серебро против гримм работало.
  Серебряный клинок, взаимодействуя с плотью тварей вызывал несомненные внутренние повреждения. Внешне это походило на ожоги, будто палку колбасы разрезали раскаленным лезвием. И коль удавалось проникнуть сквозь толщу брони - считай дело сделано.
  Геральт не знал, смеяться над этим фактом или плакать, учитывая, что он недавно наткнулся на легенду о среброглазых воинах - бесстрашных героях, что испепеляли гримм одним лишь взором. Фольклор этого мира был довольно занятен, и ведьмак поначалу надеялся там найти ответы на некоторые вопросы. Все-таки его собственный фольклор мог на многое намекнуть, пусть и приплетая изрядную толику фантазий.
  И было довольно-таки странно, что столь развитая цивилизация, за все века борьбы, имея даже сказки-подсказки, как бы намекающие на неприятие гримм серебра... просто не додумалась его использовать?!
  И действительно, проводя собственное исследование, Геральт нигде не нашел упоминаний о боязни гримм серебра. Можно было лишь предположить, что даже приди кому в голову такая мысль несколько веков назад - в реальности она разбилась о грозную броню чудовищ. Даже самому ведьмаку приходилось иногда со скрипом протискиваться к уязвимым точкам, чтобы бить сразу наверняка. Не теряя сил и времени наносить удар в самое уязвимое место. Что уж говорить, даже в своем мире много где Белый Волк использовал лишь один стальной меч - серебряный был слишком ценен, чтобы рисковать понапрасну.
  Сделать серебряное оружие против чудовищ - сложная задача, скорее невозможная, если не знать, как. Возможно давно в прошлом, люди попробовали нечто подобное и опустили руки. Ведьмаки этими знаниями обладали. Люди Ремнанта - нет.
  Однако, что невозможно в средневековье - возможно сейчас. Перед глазами будто пронеслись различне виды современного вооружения Ремнанта. Многие из них возможно усилить серебром.
  Ещё одну мысль, зловещую, о том, что это знание было осознанно сокрыто от людей ведьмак отогнал. Слишком уж попахивало конспирологией.
  Геральт сделал зарубку на памяти - доведись ему встретиться с сильными мира сего - обязательно намекнуть человечеству на ещё одно оружие против гримм.
  Сам же ведьмак рассеяно поправил связку самодельных бомб на поясе. Добротные разрывные осколочные штуковины, парочка с серебром. Профессионалу не пристало выходить на работу без козырей в рукаве. Тем более, что взрывчатка этого мира была гораздо эффективнее, чем родная, гораздо более простая в добыче и производстве. Белый Волк споро позаимствовал некоторые прогрессивные идеи современного вооружения. Многое из арсенала охотников приглянулось и ему самому, осталось лишь добыть денег на все это добро.
  Чем он и планировал вскоре заняться.
  Осталась лишь малость - найти и уничтожить гримм.
  Геральт целеустремленно пробирался сквозь заросли девственного леса. Густая чаща, нетронутая человеком, скрывала ведьмака от посторонних глаз. Позднее земля пошла в гору, и оборвалась, словно обрубленная топором.
  Путь пересекало ущелье, на дне которого шумел поток узкой горной речушки. Геральт огляделся влево-вправо, прикинул высоту и отправился на поиски удобного спуска. Его цель находилась чуть южнее, дальше по течению, отмеченная на карте золотым знаком вопроса. Вскоре ущелье должно раздаться вширь, образовывая удобную ложбину. Найдет ли он там хоть что-нибудь? Это ещё предстояло узнать.
  *
  Синдер Фолл считала себя сильной женщиной. Начиная с потери родителей, невыносимого детства и жестокого отрочества она отчетливо поняла, что сила - единственное что позволяет тебе диктовать жизнь, а не следовать диктовке извне. Деньги, слава, влияние, физическая способность к самозащите и причинению ущерба... все это лишь паззлы, составляющие сущность самой вожделенной вещи в реальности: власти.
  Власти, как способности гнуть мир и людей под свою волю. Могущества, способного заставить трепетать подчиненных, а врагов - страшиться своей участи.
  И как любое искусство невозможно совершенствовать без наставника, так ей посчастливилось найти достойный пример для подражания.
  Салем, Королева Гримм. Могущество во плоти. Бессмертное существо, держащее в страхе весь Ремнант. Подавляющая аура власти и личного могущества с которым невозможно соперничать.
  Она спасла её. Дала кров, пищу и наставников. Салем была требовательным учителем... болезненно требовательным. Но и дать могла больше чем кто-либо другой в этом мире.
  Сегодня - день, когда она должна подтвердить королеве свою готовность. День, когда она выполнит поставленную на неё задачу, доказав готовность к более сложным, более ответственным делам. Настоящим свершениям, от которых содрогнется мир!
  Разделяй и властвуй. Смута и разложение, посеянные коварством Синдер приносили свои плоды в отдельно взятом регионе. Фигуры расставлены, хвосты подчищены, нужные люди куплены и любые возможные помехи убраны с доски. Продажные охотники убраны из уравнения, подкрепление не придет, ворота открыты и расслабившиеся овцы вышли на свой обычный рабочий день. Дредстоун, одна из юго-западных житниц Вейла, падет сегодня.
  Это была её песочница, детская площадка, где, по словам Салем, её последовательница должна была подтвердить свою компетентность. Начинать с малого, чтобы дойти до великого. Доказать на примере Дредстоуна, что она готовка к большему, к Хэйвену... к Вейлу.
  Сегодня её экзамен. Сегодня подводиться итог обучению. Уроки планирования от Воттса и самой Салем сделали из неё мастера манипуляции и контроля. Невыносимые часы безжалостных тренировок от Хазела Рейнарта и Тириона Каллоуза выковали из неё смерть во плоти.
  Солнце поднялось выше, слева и справа люд на полях занимался своими делами, а в центре по дороге шагала одинокая женская фигура. Она была словно жемчужина среди грязи. Вороные, черные волосы до плеч, точёное лицо и огромные янтарные озера глаз. Гибкое развитое тело, плавный шаг от бедра, обольстительная улыбка. Великолепное багряное платье выгодно подчёркивало прелести, сияя маяком исключительности среди полей и огородов.
  Она - само совершенство. Не только по навыкам, но и внешне. Идеальный инструмент своей госпожи, сильнейшая фигура, ждущая своего часа чтобы самой стать Игроком.
  Синдер Фолл остановилась. Окинула взором окрестности, впитывая пьянящий чувство победы и хорошо выполненной работы. Вокруг неё работал на полях люд, мычал скот, вдали гудели сельскохозяйственные машины, а впереди гостеприимно распахивались ворота Дредстоуна. Изредка снующие из ворот аборигены окидывали странным взглядом одинокую, величественную фигуру застывшую посреди проселочной дороги.
  - Посторонись, шельма! - вдруг гаркнули сверху.
  Синдер вздрогнула и метнулась в сторону. Мимо пронеслась повозка, запряженная парой лошадей, а плеть кучера щелкнула в полуметре от уха.
  - Уснула, что ли, ротозейка?! Заняться нечем? - окрикнули с телеги. - Не стой посреди дороги! Затопчут!
  Девушка скривилась, потирая ушибленное повозкой плечо. Аура, конечно, нивелировала урон, однако она настолько сильно погрузилась в торжество, что не успела сфокусироваться на защите.
  Её губы искривила ухмылка, а взор янтарных глаз сделался откровенно недобрым. Они ещё не ведают, что их ждет! Ничто не поколеблет её триумфа. Над жалкими овцами уже занес клинок злой Рок, а она - его вершитель. Насколько же они жалки в своем невежестве. По окрестным огородам прошелестел негромкий зловещий смех...
  Внезапно взор Синдер остановился на маленькой девчушке, что сконфужено за ней наблюдала. Увидев, что её заметили, пигалица рванула с места, широко размахивая руками:
  - Мама-мама, плячь папу, к нам снова плохие тёти из Вейла плиехали!..
  Глаз Синдер дернулся. Губы резко втянули воздух со злобным шипением.
  - Ну что же... - протянула она. - Да свершится казнь!
  Девушка снова ступила на дорогу, и предварительно посмотрев влево-вправо - прошествовала к самим воротам. Горделиво выпрямилась, оперев ладонь левой руки на соблазнительное бедро, правую она демонстративно вытянула в сторону.
  И щелкнула пальцами.
  На спине нагрелся сигиль, наложенный госпожой. Приказ был отдан и отправился по назначению.
  Сконфуженные охранники на стенах, насторожено за ней наблюдающие и о чем-то тихо переговаривающиеся, ещё ни о чем не подозревали.
  Конечно? им было невдомек, что прямо сейчас, десятки гримм, до поры ждавшие своего часа, неслись прямо сюда. Гримм, которых Синдер неутомимо собирала по окрестностям, собрав их всех в ущелье неподалёку. И теперь гостеприимно распахнутая деревушка, лишенная охотников, была совершенно беззащитна пред грозящей обрушиться лавиной.
  Фолл запрокинула голову, подставив лицо лучам теплого солнца. Губы искривила ухмылка. Она уже могла слышать этот топот, предвкушала миг, когда её темное войско, повинуясь приказу госпожи, обрушится на врага.
  Шла минута, другая, пятая. Ветер всколыхнул вороные волосы, поднял пыль с дороги, заставляя зажмурить глаза, прикрывая лицо рукой. Через дорогу прокатилось перекати-поле. Сопроводив его медленным взором, Синдер снова сосредоточилась на сигиле, отдавая приказ.
  - Глянь, тужиться что-то, - негромко сообщил стражник напарнику на стене. - Живот быть может прихватило? Слышал, что наша Сью после вчерашнего тунца до сих пор из толчка не вылезает. Хотя эта вроде совсем новенькая, раньше её здесь не видел. Сама явилась? Или...
  - Кто-то из наших? - осведомился партнер.
  - Вряд ли. После того случая... сам понимаешь.
  - Это да, - вздохнул второй. - Жаль, ничего не попишешь. Моя Кэрол мне голову оторвет, чуть что.
  - Тоже самое. Так что я пас.
  - Но хороша конфетка! Сразу видно, столичная!
  - Это уже точно... элитная! Пожалуй, передам мужикам дальше, а там как хотят, - принял решение стражник, и вскоре торопливо забормотал в рацию.
  Прошло ещё пятнадцать минут.
  Раздраженно фыркнув, Синдер принялась сновать туда-сюда в недоумении. Руки сжались в ярости, ногти впились в ладони. Она попыталась нащупать связь, но безуспешно. Гримм уже должны были быть тут! Обрушиться лавиной! Им не составило бы труда добраться сюда минут за десять быстрого бега.
  Что-то пошло не так. Какую-то переменную она не учла. Какой-то винтик вылетел из безупречно спланированной и выверенной схемы...
  ШМЯК!!!
  Мокрая тряпка влетела прямо в лицо задумавшейся Синдер. Пропитанная влагой ткань прилипла к белоснежной коже, намочила волосы, перекрыла дыхание. Смахнув с яростным рыком преграду с лица, Фолл оказалась нос к носу с толпой разъяренных бабищ.
  Яростные фурии среднего возраста. Женщины в возрасте крепко стискивающие скалки. Молодые замужние, раскрасневшиеся от негодования, похлопывающие сковородой по ладони. Взоры женской части Дредстоуна были недобрыми.
  - Так-так-так, что тут у нас?
  - Ещё одна потаскуха из Вейла!
  - Только попробуй тут начать свои флюиды раздувать, мигом переломаем!
  - Последнюю из твоих у нас в столичный госпиталь увезли, прямым Буллхэдом!
  Шок. Синдер буквально оцепенела от столь вопиющей наглости. Эти... эти ходячие мертвецы смеют предположить, что она... что она какая-то...?!
  - Вы что, совсем тут сбрендили в этой глуши?! - завопила она. Эмоции клокотали с вулканической силой, ком в горле мешал дышать. Её шипение срывалось на рык, переходило в ультразвук и обратно.
  - Я не шлюха! И не проститутка! Да вы бы обделались от ужаса, только узнай, кто я на самом деле!
  Бабы на секунду умолкли, пытливо взирая на девицу. Синдер буквально кожей ощущала эти взгляды: пронизывающие, изучающие, пытливые.
  - Не верю! - изрекла самая старая.
  - Не-а!
  - Брешет шо дышит.
  Синдер неверующе впилась руками в волосы. Да они, что, совсем ОХРЕНЕЛИ? Да они хоть понимают, что она может их всех выпотрошить, прямо здесь и сейчас?!
  Фолл пронзила пылающим взором этот сброд. Кинула взгляд на охранников. На мужичье, что начало сбредаться с полей дабы поглазеть на представление. Конечно, она могла вырезать всю деревню. Даже не запыхавшись, в одиночку. Но достаточно одной видеосъёмки со стен. достаточно одного снимка или беженца, и все полетит прахом. Её миссия была гораздо важнее этого, а её инкогнито - критично. Госпожа скорее простит ей деревню Дредстоун, но точно не пощадит, доведись ей разрушить прикрытие. Рискнуть своей Судьбой, своим предназначением - обречь себя на неминуемую гибель.
  Поэтому, или с помощью гримм, или никак. Уже достаточно плохо, что её столько народу увидело. Несколько мужиков вокруг, злющие женщины, несколько детских лиц. И ноль сомнений в её профессии. Ни у мужиков. Ни у баб. Даже маленькая девочка осуждающе покачивает головой сердито нахмурив бровки.
  - Да с чего вы взяли вообще?! - возопила она отчаянно, воздев руки к небу.
  Какая-то селючка фыркнула:
  - Нахрена ты в тогда в такое блядское платье вырядилась и стоишь тут, морозишь себе...
  - Хватит! Я снова вам говорю, я не... не занимаюсь таким!
  Но отважных блюстительниц нравственности Дредстоуна было не переубедить:
  - Была тут уже одна, тоже самое говорила... поначалу. Потом уехала отдыхать... на больничную койку!
  - Да, как я её со скалкой своей познакомила так сразу и решилась сьехать...
  - Проваливай-ка ты подобру-поздорову!
  - А я слышала, - вклинилась ещё одна бабёнка в переднике. - что обычно в окраины с Вейла съезжают только уже непригодные. У них там справки, проверки, все строго! Что же такая краля тут забыла, если в столице денюг-то больше?! Знамо дело, подхватила заразу какую-то, да на промысел не пускают больше!
  Скалящиеся вокруг мужики отпрянули от неё, как от огня. Вожделенные взоры тотчас сменились сочувствующими... в лучшем случае. Бабы напротив - надвигались грозовой тучей. Синдер отпрянула тоже: растерянная, ошеломленная, со взорванным мозгом.
  Убийца обвела загнанным взором собравшуюся толпу. Мужичье, взиравшее изначально с вожделеньем а теперь с опаской и гадливостью. Бабье, потрясающее кухонной утварью. Охранники, скалящиеся со стен.
  Дар речи к ней наконец вернулся в полной мере. Нужно действовать. Взяв под контроль голос, она собрала эмоции в кулак и прошелестела привычным елейным шепотом. Тем фирменным шепотом Синдер Фолл, который обычно предвещает смерть.
  - Вы ещё пожалеете... о-о, как вы пожалеете, - тихо произнесла она. - Ваши оскорбления не будут забыты, и уж тем более прощены. Скальтесь, плебеи, пока ещё можете...
  - Чаво?! - какая-то бабка наклонилась вперед, приложив ладонь к уху, силясь услышать. - Чавой ты там шепчешь?! Говори громче!
  - Та походу у неё зараза уже до горла добралась! Вейл-же - гнездо разврата!
  - Походу ей гланды сорвали-то каким-то здоровым...
  Не слушая дальше, Синдер развернулась и яростно зашагала прочь. В спину ей доносился разношерстый гомон толпы. Осуждающий, насмешничающий, язвительной. Кто-то ей в спину прокричал адрес кожвендиспансера в Вейле сочувствующим голосом. Примечательно, что мужским. Следом раздалось громкое "Ай!" и яростный женский рык поинтересовался источником данной информации.
  - Ай!.. Ирэн, стой! Да погоди-ты, говорю, случайно наткнулся! Ай! Не бей, я сказал! Ну пожалуйста, оно само выскочило в рекомендациях! В личку спамили!..
  - Мертвецы... - прошептала словно сомнамбула Синдер. - Все вы - ходячие мертвецы.
  О, она будет поистине смаковать крики боли и ужаса. Когда их плоть станут терзать когти гримм, когда безжалостные твари начнут кромсать детей на глазах у родителей, тогда она будет смеяться. А они - плакать.
  Осталось только добраться до убежища и выяснить, почему проклятые гриммы не реагируют на приказ. И совершить свою месть.      
  Поддержка автора: 4731185618524166
Оценка: 8.96*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"