# прода 16/08

Алексей Федорочев

Иду домой по темным переулкам складского комплекса и думаю. Очень иногда полезное занятие. Что-то последнее время царапает и царапает, а что - никак не могу уловить. Какая-то мысль все время ускользает, как ни лови ее за хвост.

Сегодняшняя дебильная дуэль?

Парни дружно заверили меня, что последствий от нашего вмешательства не будет. Не скажу, что окончательно им поверил в этом вопросе, но с другой стороны и не доверять вроде бы нет оснований. Поварились они в этом сословном обществе все-таки больше меня. Мое мнение по этому поводу не такое однозначное, слишком уж цепкий взгляд был у рыжего начальника охраны Ямина-Задунайского, который то ли Миша, то ли не Миша, но никаких предчувствий опять же на этот счет я не имел. Эпизод и эпизод. К тому же "царапанье" началось явно раньше сегодняшнего дня.

Начинаю анализировать последние дни и встречи.

Григорий?

Нет, тут вроде бы тоже все нормально. Точнее, конечно, ничего нормального, но в который раз гонять мысли по кругу: убил бы - не убил бы, испортятся отношения - не испортятся, - надоело. Уверен, его хозяева потому его ко мне и подвели, что рассчитывали именно на такой исход. Не мог прежний Егор, всецело ориентированный на врачевание, пройти мимо такой ходячей катастрофы. А, как известно мне из прошлой жизни, наиболее сильно привязываемся мы не к тем, кто сделал нам добро, а к тем, кому сделали добро мы сами. Просто так. Бескорыстно. Потому что могли. Я хоть и не гений психологии, но кое-что на эту тему читал. Именно поэтому мне так симпатичен Шаман и его банда, хоть и осознаю я их недостатки в полной мере. И именно поэтому оцениваю Гришку достаточно беспристрастно - давно уже переосмыслил всю Егорову жизнь.

Наташка?

Наташка!!!

Моя интуиция взвыла предупреждающей сиреной. Точно, Наташка! От неожиданной догадки я остановился перед воротами нашего дома и медленно побрел дальше по улице. Эту мысль следовало обдумать, не отвлекаясь.

Она уже две или три недели, какая-то на себя непохожая ходит. И долбит мне мозг больше обычного, буквально толкая под руку. Без ее постоянного нытья я бы может и не стал вымещать свою злобу таким образом.

А теперь я исполнил ее идею-фикс. Гришка - снова красавчик, не хромает, не скрипит при ходьбе. Морда лица - хоть сейчас на плакат какой-нибудь патриотической организации. Ну и что, что белые полоски на месте шрамов остались, загорит немного - через пару недель не отличить. Что бы там ему ни мешало до этого, но оставшиеся темные пятна никак не могут относиться к озвученной проблеме. Спрашивается, где аплодисменты? Цветы? Обнимашки? "Гешенька, ты такой умница, лапушка и вообще офигительный парень"? Я, конечно, ожидал, что эта история печально закончится, но не сразу же? А, может, вообще не было любви, и это сговор за моей спиной?

Останавливаюсь и резко трясу головой, изгоняя из нее предательские мысли.

Разворачиваюсь опять в сторону дома.

Неизвестно откуда взявшийся У протягивает мне полюбившийся бутерброд с котлетой. Машинально беру и продолжаю свое хождение вдоль улицы.

Нет.

Так додуматься можно до чего угодно. Вплоть до мирового заговора против меня, любимого. Давай, все же мыслить разумно: не того уровня у меня масштаб, чтоб затевать такие интриги на ровном месте. Не может девка быть заодно с Григорием.

Наташка, при всех своих достоинствах и недостатках, - не гений шпионских игр. Так же, как и Григорий, кстати. Будь я шестнадцатилетним пацаном, мне б, конечно, хватило выше крыши, а вот в нынешней ситуации все его телодвижения мне достаточно прозрачны. У Гришки, видимо, было задание - выяснить, вернулись ко мне силы или нет. Надавил на Наташкину жалость, тут поди и потребовалось-то немного, вот и начала она мне капать на мозги. Личную его заинтересованность тоже со счетов не сбрасываем, тут для него очень удачно все сложилось.

Значит, берем за аксиому, что изначально за гвардейца Наташка просила искренне и по собственной инициативе. По крайней мере, не по прямой Гришкиной просьбе. В том, что он плавно подвел ее к этой мысли, я как раз не сомневаюсь.

Тогда что случилось за этот весьма небольшой промежуток времени?

Или не так - может ли она что-то еще крутить? И с кем? И надо ли ей это?

Вопрос вопросов...

А если, допустим, жалко ей миллиона, который я выгребу летом. Положа руку на сердце, мне тоже жалко. Это только говорится, что денежки на пятьдесят лет на депозит кладутся, на самом деле их возвращение такими условиями обставляется, что выцарапать их назад у государства в полной мере не получилось пока ни у кого. В лучшем случае - только четверть, успели уже просветить.

А что ей даст в этом случае моя подстава с Гришкой?

Что в ее понимании произойдет со мной в ближайшем будущем?

Пытаюсь проанализировать всю доступную Наташке информацию, все мои оговорки и ее возможные домыслы, и спотыкаюсь на ровном месте.

МЕНЯ ЗАБЕРУТ!

В ее представлении кто-то, кто меня опекает, кто приставил ко мне такого надзирателя, возможно, моя гипотетическая семья, убедившись, что я по-прежнему "на коне" заберет меня в свои объятия и мы, дружно рыдая и обнимаясь, свалим в закат, оставив Наташку при титуле, деньгах и с тремя одаренными в придачу.

Версия?

Версия. Весьма стройная к тому же.

Не вписывается сюда ее партизанское молчание Гришке по поводу моих дел, а с другой стороны - не так уж и много я ей самой сообщаю.

Утыкаюсь в закрытые ворота склада - ничего себе задумался, прошел весь путь обратно, даже не заметив. Разворачиваюсь и замираю на месте.

Гавриленков, сука! Вот, кто мог сговориться с Натальей!

Опаньки! А вот теперь точно складывается!

Допустим, изначально, она реально влюбилась в Гришку и хотела от него ребенка совершенно искренне. Ничему не противоречит - по себе помню, как падки бабы на пожалеть убогого. Еще зимой все было нормально. Когда ее отношение поменялось?

А вот как раз, когда я начал возиться с МБК. Кто-то донес об этом купчине, и тот начал действовать. Как попала к нему информация - это как раз совсем неинтересно, Москва - город тесный. Да элементарно, на распродаже кто-то знакомый с нами обоими оказался, вот и оказался Иван Иванович в курсе.

И чем, спрашивается, мог он ее заинтересовать?

Пью порядком остывший чай. Гадость.

Стоп, откуда чай?

Осознаю себя стоящим на пятачке перед нашей лабораторией-складом с чашкой чая. Фарфоровой, между прочим. Чертовы китайцы! Вот как они умудряются перемещаться так незаметно?! Наконец-то вспоминаю, что я, черт возьми, одаренный воздуха и нахожу затаившуюся в тенях фигуру.

- У, спасибо, забери чашку.

- На здоровье, хозяин.

У забирает чашку и собирается исчезнуть, но я останавливаю его жестом.

- У! Скажи, а Гавриленков к нам часом, в мое отсутствие не заглядывал?

- Важный громкий господин? Да, хозяин. У не видел, Ван видел. Сейчас позову, - и все же растворяется, шельмец, в тенях. И ведь, ни капли силы, одна только ловкость!

В ожидании Вана нарезаю круги на месте.

Если сейчас Ван подтвердит мои выводы, то с хорошей девушкой Натальей нам становится резко не по пути. Досадно. Расслабился я что-то, не учел, что она по сути добилась, чего хотела и даже больше. Как теперь выпутываться буду?

В чем интерес Гавриленкова? Наши с ним заводики работают, прибыль капает. После успешно закрытого контракта с администрацией он там стал на хорошем счету, отхватил подряд на ремонт помещений, как раз все наши новинки продемонстрировал. Заказы повалили. Первоначальные затраты на открытие производства мы уже отбили. Может он захотеть все к своим рукам прибрать? Да не вопрос, однозначно хочет.

Мастерская? А вот тут вообще все шоколадно, благодаря мне и парням она чуть ли не больше прибыли дает, чем вся моя ремонтная фигня. Знал бы, что это такое прибыльное занятие - и без купчины обошелся бы. Хотя, на самом деле вряд ли, не такой уж я и великий бизнесмен. А тут вообще без связей никуда, так что без Иван-Иваныча я бы только к сегодняшнему дню бумажки на открытие подписал бы, и то не факт.

Но вот беда - без меня и пилотов мастерская быстро скатится на уровень обычной зарядной лавки, которых в Москве пруд пруди. А полиция и пожарные, которые забирают все "лечилки" в счет налога, сразу перестанут закрывать глаза на мелкие грешки Гавриленкова. Не может быть, чтоб их не было: контрабанда какая-нибудь, может взятки или еще какая мелочь - всем нам есть, что прятать.

Может Гаврюша хотеть отжать у меня одаренных? Запросто. Кабальную он видел - в мае срок закончится, значит, закончится и прибыль. А кто у нас владеет этой замечательной троицей? Ливанова Наташенька... и никакого Иванова Геннадия, а тем более Васильева Егора, там и в помине нет. Вот, бл...ство. Еще и парней подвел. Интересно, а можно их как-то заставить продлить кабальную? Хм... На тех же условиях - вряд ли. А вот если я внезапно исчезну, а парням деваться будет некуда, то разговор совсем другой будет. Поломаются, цену повысят, да и останутся. Тоже скорей всего не навсегда, но это уж как пойдет, сумеет купчина к ним ключик подобрать - его выигрыш, не сумеет - опять же ничего не теряет, чего не потерял бы и так. Он же не знает, что у меня за договоренности с ними.

Сходится-то мозаика, однако.

- Хозяин, Ван пришел, - из тени выныривает Ван, но на сей раз я пространство контролировал с момента ухода У, так что застать меня врасплох у него не выходит.

- Скажи, Ван, а Гавриленков в мое отсутствие в доме бывает?

- Был, хозяин. Хозяйка Наталья навещать. Григорий - не навещать.

- То есть еще и в отсутствие Гриши ходит?

- Да, хозяин. Хозяйка Наталья замуж звать.

- О, как...

Вообще все в цвет. Я, как-то не поинтересовался семейным положением Гавриленкова, люди здесь женятся в основном до тридцати, а купчине-то всяко побольше будет. Зато и вопрос, чем сманил Наташку купец, сразу стал понятен.

- А что Наталья?

- Думать хочет. Соглашаться хочет. Хозяин и Григорий боится.

- Она что, сама тебе сказала, что ли? С чего взял? - несмотря на отсутствие сомнений в правдивости, все-таки цепляюсь за остатки надежды.

- Ван слышать. Хозяйка Наталья плакать. Много плакать. Хозяин и Григорий не слышать - нет дома никого. Только китайца.

Сажусь на корточки, приваливаясь спиной к воротам. Вот тебе, бабушка, и Юрьев день... Проморгал старый пес лису, а она уже вовсю в курятнике резвится.

Прикидываю, что и как можно спасти.

Деньги?

Да и х.. с ними, невелика потеря.

То, что оформлял на Наташку - с самого начала ей оставить собирался. То, что оформлял на себя - отжать Гаврюша не сможет, не дурак же он со старым родом тягаться. Даже если того рода всего три человека осталось. Тут, знаете ли, старая знать всколыхнется просто из принципа. Никто ж кроме ограниченного круга лиц не в курсе, что мы с мамой в роду приемыши.

Золотишко и старинные цацки, спрятанные в подвале? - не так уж и много там осталось, вывезу за раз, не напрягаясь. Доказать никому ничего не удастся - все насквозь незаконное изначально.

По большому счету меня сейчас с Натальей только кабальная парней связывает. Все остальные ниточки, которые мне важны - ее не касаются, хорошо, что я такой недоверчивый. Разве что аренда склада, но это дело поправимое - мало ли зданий в Москве: открою липовую конторку, какие-нибудь "Рога и копыта", на нее помещение арендую - туда все и вывезем. Оборудование не на Наташкины деньги покупалось, она про него и знать не знает.

Вот МБК точно на Натке висят. Придется заставить ее подарить их мне официально. Китайцев, кстати, тоже. А-то подарком их объявила, а вот бумажек на этот счет я что-то не видел.

Что еще? Бушарин?

К Наташке неровно дышит?

Срочно найти ему бабу попокладистее! Где бы взять-то еще?

Впрочем, не так уж он и горит любовью к ней. Иначе бы от нас не вылазил, а этому его опыты гораздо милее. Так что может и вообще здесь править ничего не потребуется.

Парни, парни, парни...

Кабальную вашу я разорву, это как два пальца об асфальт, неодаренный Гавриленков - это не церковь и не ПГБ, это уровень, прямо скажем, значительно пониже и пожиже. Где лежат в конторе купца важные бумаги, я представляю, а заставить человека заменить одну бумажку на другую - у меня моральные принципы вполне позволят. Тем более в свете открывшихся обстоятельств.

Где бы взять главу рода, который без вопросов согласится взять их на поруки до конца июня, но чтоб при этом не лез в наши дела?

О! Маменька!


Интерлюдия 19.

Вино в бокале красиво мерцало в свете отблесков разожженного камина. Егор опять где-то шлялся по своим мальчишеским делам, Григорий отбыл на неделю, и Наталья, в который раз, осталась в доме одна. Не считать же прислужников-китайцев.

И не верилось, что все это происходит с ней - еще недавно простой деревенской девчонкой. Собственный дом в Москве, свои и, как оказалось, весьма доходные предприятия, престижная работа. Поклонники - сплошь дворяне, уважаемые члены общества - не чета давно забытому сопливому каспийскому Лешке. Не об этом ли она мечтала когда-то?

А жених? Ну и что, что в возрасте, зато солидный, достойный. Колечко, вон, подарил...

Девушка вынула из кармана коробочку и, в который раз, залюбовалась игрой света на ярко-красном камне. Это вам не Гришкины жалкие цветочки и стишки...

При мысли о Григории в груди опять заклокотала дикая злость. Ну, вот надо же было опять поверить не тому человеку! Витаминки он пьет! Нашел, кому рассказывать, - фармацевту! Мужские противозачаточные средства, конечно, редкость, но не настолько, чтоб совсем не знать об их существовании.

А как красиво плел: "не могу ломать твое счастье... ты меня потом сама возненавидишь...". Возненавидела, ух, как возненавидела! Урод. Все они, клановые, уроды и подлецы! Правильно Иван Иванович говорил!

Встреча с Гавриленковым состоялась аккурат после неожиданной находки. Приди он на пару дней раньше - пропустила бы все мимо ушей, но тут, прямо удачно все для купца сложилось, и слова его легли на щедро удобренную вчерашними слезами почву.

- Наталья Сергеевна! Очень рад вас снова видеть, - когда купцу было надо, он вполне мог прилично выражаться, чай не мальчик уже.

- Здравствуйте, Иван Иванович. А Гены нет, - видеть никого не хотелось, но приходилось держать лицо.

- А я как раз к вам, а не к Гене.

Удивленная девушка провела гостя в дом. Отказавшись от чая и всех других положенных по правилам угощений, купец сразу перешел к сути:

- Скажите, Наташа, вы ведь позволите вас так называть? Да? Спасибо. Каким вы видите ваше будущее, после того, как Егор получит свой род?

- Егор?

- Да не фырчите, он сам признался, но речь не о нем, - купец встал с предложенного кресла и начал вышагивать по комнате перед Натальей. - Сейчас у нас с вами есть несколько совместных предприятий, которые дают нам очень неплохой доход. Вы знаете?

- Да, конечно, я же подписывала бумаги, - Наталья еще не понимала, куда клонит этот человек.

- Только вижу я, что вы не в курсе их настоящей стоимости, иначе не дали бы мальчишке столько прав на ведение дел от вашего лица.

- Он что-то делает не так?

- Да он все делает не так! Поймите же! Сейчас наши изделия только входят в моду - можно озолотиться! А он весь ваш доход собирается единым махом изъять и купить себе титул. Вот, зачем он ему в таком возрасте? Эти деньги, если сейчас истратить с умом, в следующем году десятки миллионов принесут! Подумайте, Наташа! Это ваши деньги! Не его, а именно ваши, бля! - Гавриленков так распалился, что даже не стал извиняться за вырвавшееся словцо, - Он просто обворовывает вас! Я еще в собрании обратил на вас внимание, и просто не могу видеть, как ваше добро разбазаривает охреневший от собственной важности клановый юнец!

Вот оно! То слово, которое нашло отклик в измученной душе девушки. Клановый! Один клановый обманул в личном, другой обманывает в делах! Мало ли, кто и что там говорил - не может двухфамильный Осмолкин-Орлов присматривать за простым мальчишкой! Над бедной девушкой посмеяться захотели? Безрадостные мысли снова овладели Натальей, и из глаз брызнули слезы.

- Да что ж вы?.. Да как же?.. Ох, ты ж, господи! - как и многие мужчины, Гавриленков не выносил вида женских слез, - Он что, шантажирует вас?

- Н-н-нет...

- Ох, старый я медведь... Ну, не плачьте... Вот, возьмите, - громадный клетчатый платок привел Наташку в умиление - отец тоже любил такие, - Ну, что ж вы так...

Дождавшись, когда девушка чуть-чуть успокоится, купец продолжил гнуть свое:

- Я понимаю, что у вас с ним есть какие-то договоренности, но не может быть, чтоб их нельзя было обойти или отодвинуть хотя бы.

Наталья неопределенно пожала плечами, скрыв опухший нос и глаза за полученным платком.

- А хотите, я все возьму на себя? И ваши интересы. Наташа, я же вижу, что вам просто не хватает крепкого мужского плеча, чтоб опереться. Так случилось, что я уже давно овдовел, а вы мне очень симпатичны. Я понимаю, что нельзя вот так сразу, но подумайте над моим предложением, - очнувшаяся от горьких раздумий Наталья обнаружила, что ей, оказывается, только что сделали предложение.

По-новому оглядев склонившегося перед ней мужчину, девушка заглянула во врученную коробочку.

Кольцо сияло и манило.

Чертов Гришка, из-за тебя я все прослушала!

Выпроводив купца на первый раз без ответа, Наталья всерьез стала обдумывать полученное предложение.

Гавриленкову за сорок, так и Григорию примерно столько же. Да и самой Наталье уже далеко не двадцать. Время идет, а она с этими клановыми его только зря теряет.

Но как быть с Егором?..

Чем грозила месть озлобленного кланового юнца только созданному дворянскому роду, Наталья не представляла и представлять не хотела. А значит, надо повернуть так, чтоб клан сам забрал своего отпрыска. Причем раньше, чем он ограбит ее счета. И подлец-Гришка, наконец-то исчезнет из ее жизни.

Правда при мысли, что спать всю оставшуюся жизнь придется с обрюзгшим купцом, а не крепким сильным мужчиной, несколько удручала, но... Ничего, за оставшееся время она возьмет от предателя все, чтоб потом не жалеть.

А вот нечего обманывать бедную неклановую девушку!


## Глава 11.


Два дня, забив на все, ношусь по Москве, как угорелый.