Аннотация: Получил литературную премию на "Аэлите-2005" как лучший короткий рассказ. :) Опубликован в сборнике "Аэлита-003.Новая волна", журнале "Веси", журнале "Уральский следопыт"
Алексей Федотов
Финальные строчки
фантастический рассказ
Всем графоманам и "графоманам" посвящается...
"Не было ничего удивительного, что он так разволновался.."
Виктор откинулся в кресле, заложил руки за голову и с наслаждением, чувствуя как похрустывают суставы, потянулся. Закрыл глаза, и не глядя шлепнул рукой по столу - нащупывая пачку с сигаретами. Прикурил - выпустив струйку густого, сизого дыма в экран. Рассеянно оглядел только что написанный абзац. Добавил еще одну точку, перечитал и, отшвырнув тлеющую сигарету, вышел на балкон. Где-то за спиной тихо, но укоризненно пискнул уборщик, подбирая с пола окурок и подчищая остатки пепла.
Виктор лишь раздраженно повел плечами и поднял лицо к яркому, полуденному солнцу. Все-таки насколько мудро он поступил три года назад, купив квартиру не в центре душной, пропитанной вонючим смогом Столицы, а в пригороде. Пусть это и стоило в три раза дороже, все равно эти затраты окупились сторицей. Свежий воздух и здоровье стоят дорого...
Впрочем, сейчас ему действительно все равно. Абсолютно и с большой буквы.
Он вернулся в комнату, плюхнулся в кресло, прикурил очередную сигарету и мрачно уставился в экран, стараясь не смотреть на маленький лист бумаги сиротливо лежащий на краю стола.
По большому счету выбор у него не слишком богатый. Вариант номер раз - бросить писать. Совсем. Отдать пару команд компьютеру, поглядеть на то, как операционная система деловито перемелет несколько десятков файлов в чреве компьютера и завтра начать искать себе новую работу. Вариант номер два - другая пара команд и текст через пару минут будет у Редактора. Еще пара минут и он узнает результат.
Виктор нервно сглотнул, почувствовав, как горло внезапно стало сухим, а язык вполне успешно прикинулся листом наждачки. Пара минут и результат. Итог. Решение. Черта. Финита.
Чтобы избавиться от сухости пришлось идти на кухню к холодильнику. Древний, купленный за бешеные деньги агрегат молча смешал водку с тоником, опять забыв добавить лед. Пришлось самому лезть в морозилку и выколупывать из гнезд скользящие в пальцах кубики. С бокалом в руках он опять вернулся к креслу. Отпил пару глотков, поглядывая на текст. Пролистал несколько страниц, взвешивая за и против. Прочел финальную фразу и, скривившись, заменил пару слов. В конце концов, что он потеряет, перестав писать? Деньги? На первое время хватит. Работа? Тоже не проблема - рабочие руки нужны всегда. Так чего? Почему он все еще сидит и размышляет над тем, что выбрать, если результат выбора практически известен? В конце концов, что для него литература?
Гротеск и юмор. Драма и сатира. Толика мистики сдобренная приправой из рифм. Игра словами. Это похоже на искусство жонглера хладнокровно подкидывающего бритвенной остроты кинжалы. И от того насколько опытен и талантлив жонглер, зависит останутся ли целыми руки и тело.
Виктор горько усмехнулся. Год назад ему еще казалось, что он знает, как... Умеет жонглировать словами. Тогда еще Редактор выдавал ему зеленые отметки и через пару дней по почте приходили свежеотпечатанные авторские экземпляры а счет пополнялся на кругленькую сумму. Полгода назад первый сбой в этой, казалось бы, отлаженной системе и оранжевая отметка, тускло мерцающая в углу экрана. Месяц назад вторая и маленький, бумажный - как дань традиции, листок.
Редактор честен по отношению к своим авторам. У него есть право выбора. Пока еще есть.
Второй бокал он ополовинил еще по пути от холодильника. Меланхолично посмотрел на то, как огненной радугой вспыхивают и умирают на ледяных гранях разноцветные искры. Поставил опустевший бокал на стол. Лизнул большой палец правой руки и прижал его к тонкому пластику экрана. Подождал, пока компьютер проведет идентификацию личности и отправит текст Редактору.
Третью порцию коктейля он поставил на стол рядом с листом бумаги. С минуту постоял на балконе, глядя на то, как где-то далеко внизу, торопливой пестрой лентой движется людской поток, едва различимый со стометровой высоты. Затем вернулся в комнату и достал очередную сигарету. Прикурил и в приступе злого шутовства поджег листок, с удовлетворением глядя на то, как тонкая но жадная полоска огня пожирает по канцелярски скупые слова Редактора. Два удара сердца - секунда. Две секунды слово. Четыре - строка. Сначала рассыпалось в прах "Извещение". Затем "В соответствии с законом о графоманстве....". Последним, словно в издевку истаяло дымом "... тюремное заключение на срок до...".
Уборщика, попытавшегося утащить тлеющие бумажные останки, Виктор попросту ткнул ногой, заставив убраться обратно в угол, и лишь тогда повернулся обратно к столу. С ехидной ухмылкой отсалютовал непочатым бокалом и стал ждать, глядя на последние, финальные строчки:
"Наступила беспросветная чёрная ночь, полный абсолютный мрак за исключением одной только узкой, светлой полоски, окаймлявшей край горизонта с восточной стороны".