Федотова Надежда Григорьевна, Баштовая Ксения Николаевна: другие произведения.

Карты, деньги, две стрелы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.23*26  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Что делать, если тебя проиграли в карты? И не кто-нибудь, а любимый супруг? Очень интересный вопрос. А вот другой - что делать, если вас обвиняют во всех смертных грехах? Причем совсем не в тех, в которых вы действительно виноваты?.. Тоже очень интересно? Тогда поставим третий: а что будет, если две эти беды встретятся?" Главы 1-6. 15.11.13 - ДОБАВЛЕНЫ 7 И 8 ГЛАВЫ:)

  Глава первая
  
  Матильда.
  
  'Хочешь умереть - затей спор с полукровкой'. Народная мудрость, однако. А народ, что ни говори, ошибается редко... И вот теперь пора, похоже, проверить эту мудрость на себе...
  Я бы и не решилась никогда на такое, но порой бывает, что обстоятельства оказываются сильней тебя. Настолько сильнее - что горло перехватывает от слез, но при этом надо держать себя в руках и хранить на лице улыбку. Уж чему-чему, а этому, за двадцать лет жизни, дарованной каждому из смертных Матерью Рассвета, да пребудет она с нами, я научилась в совершенстве.
  -Матильда, ты меня слушаешь? - бархатный голос Шемьена задел какие-то струнки в моей душе, на глаза вновь навернулись слезы, но уже через мгновение я вновь вернула на лицо маску спокойствия. Подняла на некогда любимого супруга взгляд:
  -Разумеется, милый. Я вас прекрасно слышу.
  Он вздрогнул, как от пощечины:
  -Я... Я не понимаю! Матильда, я...я просто поступаю, как честный человек! Я дал тебе... тебе, не вам, я не хочу переходить на такое обращение!.. Дал тебе свое имя, но сейчас события оказались сильнее меня, и я просто вынужден... Это мой долг! Я не могу позволить, чтобы какой-то милез подумал, что слово дворянина ничего не стоит! Я...
  -Я все понимаю, - он затих, но если бы кто знал, каких усилий мне стоило сказать эти короткие слова... - Я прекрасно вас понимаю. Я понимаю, что только злое колдовство заставило вас сесть за ломберный стол...
  -Я этого не говорил! - вспыхнул супруг.
  Я позволила себе слабую улыбку:
  -... за ломберный стол. Не менее злое колдовство послало вам не те карты, - горло перехватывало от слез, но я нашла силы говорить спокойно. - И уж конечно же не менее злое чародейство заставило вас после очередного проигрыша поставить на кон меня.
  -Я не говорил, что это колдовство! - голос сорвался на визг.
  Он опять обтрепал все манжеты. Надо будет сказать Элуш. Пусть проследит, чтоб починили.
  -А что же это может быть? - я что-то автоматически крутила в руках. - Конечно, колдовство. Разве вы, Магьяр Шемьен, гвардеец Тарского полка, могли проиграть в карты свою супругу иначе как под действием злых чар?
  Ты не имеешь права плакать, Магьярне Калнас Матильда. Слышишь? Ты не имеешь права плакать.
  Раздался сухой треск. Надо же... Я сломала свой веер...
  Муж замер, хватая ртом воздух и не зная, что сказать. Возможно, он ожидал моих слез. Может, надеялся, что я начну кричать. Не знаю.
  Обломки веера полетели в угол - слуги потом уберут. А мой короткий жест, похоже, и стал решающим.
  -Ваш будущий супруг приедет через три дня, - надо же, он тоже перешел на 'вы'.
  Шемьен отвесил короткий поклон и выскочил из комнаты, хлопнув дверью.
  Все, что мне оставалось после этого - разреветься, спрятав лицо в ладонях.
  ...Надо быть честной хотя бы с собой. Мои проблемы начались не сегодня, когда Шемьен проигрался в пух и прах, и даже не вчера, когда он сел за ломберный стол.
  Все началось гораздо раньше. Три года назад.
  Мне тогда едва-едва исполнилось семнадцать лет. Тарский лейб-гвардии полк прибыл на постой в славный город Арпад... И вечером, на балу, я увидела его... Магьера Шемьена... Ему было уже двадцать три. Он прекрасно танцевал, непринужденно кланялся, держал себя как настоящий дворянин... Я не устояла перед его чарами.
  Мой отец с самого начала был против нашего брака. Хорошо хоть перед алтарем Матери Рассвета не проклял. Он сразу говорил, что Шемьен, как младший сын в семье, не имеет никакого права на получение наследства, а значит - просто гонится за моим приданым. Я не поверила.
  И теперь расплачиваюсь за свою глупость.
  Шемьен только в течение первого полугода изображал, что любит меня. Цветы, серенады, страстные поцелуи... Все это закончилось, едва зарядили первые осенние дожди. Нежно любимый супруг, уволившийся из полка сразу после свадьбы, начал пропадать на охотах, спускать деньги за карточным столом, рассказывать, что чем-то занят. Служанки шушукались о его неверности...
  Я закрывала на это глаза. Надеялась, что он образумится. Оплачивала его долги и лечила его раны после дуэлей. А сегодня утром, в светлый праздник Зеленого Отца, Шемьен сообщил, что этой ночью он проиграл меня в карты.
  Меня! Урожденную кнесну де Шасвар! В карты! Как простую крестьянку!
  Получается, через три дня, меня разведут с Шемьеном и обвенчают... С кем? Я ведь даже не знаю, кому он меня проиграл. Обронил в разговоре, что выиграл какой-то милез, но это ведь не обязательно значит, что победитель происходит из Фирбоуэна. Это могло быть просто ругательство, оскорбление в конце концов.
  Великая Мать, какой ужас...
  Истерика у меня длилась долго. Пару раз в комнату заглядывала Элуш, явно хотела что-то сказать, но, увидев меня в слезах, вновь куда-то убегала.
  В конце концов, я поняла, что не смогу. Не смогу я прийти под своды храма, не смогу согласиться на развод, не смогу, в конце концов, обвенчаться неизвестно с кем! Я кнесна, а не крестьянка! Я вольна сама выбирать, с кем мне связать судьбу!
  Пальцы медленно коснулись висевшего на шее золотого образка. На одной стороне: изображение той, что дает начало всему - изображение Матери Рассвета, а на другой - все трое богов - Мать Рассвета, Зеленый Отец и Вечный Змей у их ног. Вечный Змей, принимающий всех умерших... Что ж. Я вольна сама выбирать. И я выбираю. Лучше умереть... лучше умереть... лучше...
  Яды я отсеяла сразу. Это слишком ужасно. Кинжал? Ни за что! Нет, конечно, у меня есть при себе небольшой клинок, благо, современная мода позволяет его носить на поясе и дамам, но одно дело читать о том, как какая-нибудь Ильдико не выдержала мук любви и вонзила клинок в сердце и совсем другое - испробовать на себе...
  И тут мне на ум пришла старая пословица: 'Хочешь умереть - затей спор с полукровкой'.
  Кнесат Шасвар находился на самой границе с Фирбоуэном. Еще лет двадцать назад здесь шли ожесточенные бои, но, хвала Матери Рассвета, наш император, Лёринц III, смог заключить хрупкий мир. Конечно, сами по себе отношения между Унгарией и Фирбоуэном добрососедскими назвать было сложно. Скорей это - вооруженное перемирие. Люди не особо привечали нелюдей, а те со своей стороны отвечали горячей неприязнью ко всем представителям нашего рода. А вот полукровок не любили по обе сторон границы.
  Так что неудивительно, что полукровки, живущие близ границ государств, крайне щепетильно относились к своей чести и готовы были за малейшее оскорбление вступить в бой.
  Получить по голове дубинкой в мои планы не входило. Слишком уж это неприлично. Но зато что может мне помешать заявиться в мужской одежде в какое-нибудь более ли менее пристойное заведение и, обронив пару слов, устроить дуэль? Фехтовать я не умею, так что всего несколько минут, и я буду уже на дороге в обитель Вечного Змея.
  Решиться, конечно, было очень тяжело. Но стоило только на миг представить, что через три дня я стану супругой неизвестно кого... лучше уж смерть!
  Трудней всего было подобрать подходящее мужское платье. У меня его отродясь не было, пришлось рыться в гардеробе супруга - благо тот, уже оклемавшись от спора со мною, если это можно назвать спором, уже куда - то отправился. Небось, как шепчутся служанки, на улицу красных фонарей завернул, мерзавец.
  Еще сложнее оказалось разобраться со шнуровкой на собственном платье. Элуш я звать не стала, растреплет ведь всему дому, что я рядилась в костюмы супруга, объясняй потом, что и как, так что пришлось мне самой разбираться с проклятыми завязками. Провозившись некоторое время, и, так и не дотянувшись до шнуровки на спине, я не придумала ничего лучше, кроме как вспороть одежду кинжалом. После этого дело пошло веселее.
  Но увы, уже после нескольких примерок я окончательно поняла, что моему плану сбыться не суждено: рубашки Шемьена были мне велики, рукава камзолов приходилось подкручивать, а его брюки... На поясе отсутствовало такое количество дырочек, чтоб как следует затянуть его.
  Внезапно, в глубине шкафа я разглядела черный шитый золотом камзол. Ох, точно - его сшили месяца четыре назад, но портной неправильно снял мерки и Шемьену он почему-то не подошел. Уже не помню, почему. Может - был слишком маленьким?
  Ага, как же... Он был еще больше.
  Да, припоминаю, он даже Шемьену был великоват - и по росту, и по размаху плечей, и ширине ворота...
  Но не идти же мне, в самом деле, в женском платье! Мне нужно, чтоб меня убили, а не ограбили! Причем, убили сразу и бесповоротно, мучиться я совершенно не хочу. Нужно было срочно решить что делать.
  Чуть слышно скрипнула дверь... Великая Мать, неужели Шемьен вернулся?! Не приведи боги он застанет меня здесь!
  На пороге комнаты Шемьена стоял мальчишка-слуга. Худощавый, невысокий и чуть лопоухий. Тади, вспомнилось его имя.
  Мальчишка оглянулся по сторонам, увидел, через открытую дверь гардеробной, меня в несоразмерно большом костюме супруга и пораженно выдохнул:
  -Госпожа?.
  Великая Мать, за что мне это? Какие я грехи совершила?
  -Что ты здесь делаешь?!
  -Я... - Тади потупил взгляд. - Господин послал меня... - слуга запнулся, не зная как сказать.
  -Послал за чем?
  -Разрешите? - он робко шагнул в комнату. Увидев мой благосклонный кивок, Тади приблизился к письменному столу, подхватил с него перо с чернильницей, тяжелой, малахитовой.
  -Он собирается что-то писать?
  Мальчишка замер, а потом, крепко зажмурившись, замотал головой.
  -Тогда что?!
  -На кон...
  У меня и сердце оборвалось. Я... Я, честно, не знаю, что было хуже. То, что он, только вчера проиграв меня, свою супругу, данную ему перед ликом Матери Рассвета, сегодня опять садится за карточный стол, или то, что вчера он поставил на кон меня, хотя мог обойтись чернильницей.
  Тади осторожно отступил на шаг, другой.
  -Стой.
  А он ведь с меня ростом. И телосложение примерно такое же.
  -Раздевайся.
  По лицу мальчишки расплылась блаженная улыбка. Он выпустил чернильницу, потянулся к вороту рубахи...
  -Стой! - взвизгнула я, сообразив, что ляпнула совсем не то, что собиралась.
  Я помотала головой, приводя мысли в порядок, а потом, путаясь в несоразмерно длинных рукавах рубахи супруга и, подхватив с пола остатки своего платья и поддерживая сползающие брюки, направилась к двери, соединяющей мои комнаты и комнаты Шемьена, обронив через плечо:
  -Пошли.
  Элуш чинно сидела на пуфике возле кровати, что-то зашивая. Иголка так и мелькала в ее руках.
  Услышав шаги, женщина подняла голову:
  -Госпожа? У вас все в порядке?
  Боги, чувствую, сбежать из дома мне просто так не удастся...
  Выгнав мальчишку в коридор и строго-настрого наказав никуда не уходить, я, с помощью Элуш, переоделась в платье, более приличествующее моему положению, и вновь позвала Тади. Тот, слава Вечному Змею, никуда не ушел.
  В комнату мальчишка так и не зашел. Остановился на пороге, смущенно переминаясь с ноги на ногу и сверля взглядом пол и не отваживаясь поднять глаза на меня. Впрочем, я сама сейчас чувствовала себя не лучше. Что мне ему сказать? 'Мне нужна твоя одежда и обувь'? И как это будет выглядеть? Кнесна де Шасвар требует у слуги отдать вещи?! Да он же растреплет на каждом углу! Я потом даже в обители Вечного Змея позора не оберусь!
  Положение спасла Элуш. Всплеснув руками, она подбежала к двери и вцепилась в рукав молоденькому слуге:
  -Да что ж это такое делается?! Ты что себе позволяешь?! Нет, вы только посмотрите на него! Пришел к госпоже, а у самого - все ботинки в навозе!
  -Я... Это самое... - неуверенно начал Тади. - Не виноватый я. Я просто за чернильницей...
  -За какой чернильницей?! - не успокаивалась камеристка. - К хозяйке зашел, а сам обтрепанный, как последний оборванец. Не позволю я, чтоб глаза госпоже мозолил своим видом непотребным! А ну пошли! Где твоя комната?! Пока не переоденешься, я тебя в покои не пущу! - и прежде чем даже я успела хоть слово сказать, Элуш потащила его куда-то в коридор, оставив меня потрясенно размышлять, с каких это пор слуги так командуют по дому. Я явно что-то упустила.
  Минут через пятнадцать из-за двери послышалось деликатное поскребывание. Элуш воровато заглянула в комнату, осмотрелась и радостно заявила:
  -Прогнала я его, госпожа. Вы уж простите меня, да только сердце кровью обливается, как я увидела, что он грязными чоботами да по резному паркету. Еще батюшка ваш говорил, что нельзя так. А он ходит! И ни сраму-то, ни совести!
  Я так и остолбенела. Моя последняя надежда найти мужское платье только что благополучно скончалась. И из-за кого?! Из-за моей же камеристки! Да, она буквально вырастила меня, она находилась рядом столько, сколько я себя помнила, но... Но что мне делать теперь?!
  Все, что я смогла сделать - это медленно опуститься в кресло, обхватить себя руками за плечи... И вздрогнуть, когда проскользнувшая в комнату Элуш, зажав подмышкой какие-то вещи, встряхнула - словно пыль выколачивала - неприметный серый камзол:
  -Нашла я у него, госпожа, что попроще. Вам же именно такое и надо было?
  Пока я пораженно молчала, пытаясь подобрать правильные слова (неужели все уже поняли, что я хочу сделать?!), женщина продолжила, как ни в чем не бывало:
  -Я ведь сразу поняла, едва вас с ним увидела, что вы прогуляться решили! Ваша матушка, пусть Вечный Змей будет к ней благосклонен, точно такая же была! Сколько ее помню, чуть луна полная, так она и из дому прочь. Даже когда уже перестала в лебедушку перекидываться...
   Служанка, похоже, начала уже заговариваться. Мама - и перекидывалась?! Да к оборотничеству только фении способны!
  Тем более, что отец терпеть не мог нелюдей.
  Нет, можно, конечно, предположить, что это какое-то проклятье, но мне б наверняка рассказали! Нет, точно заговаривается. Возраст дает о себе знать.
  Элуш, меж тем сама поняла, что ляпнула что-то не то и поспешно поменяла тему разговора:
  -Вы сейчас переодеваться будете, госпожа? Или ближе к вечеру, как стемнеет, в город отправитесь?
  Честно говоря, я сейчас просто не знала, что и сказать. Мысли прыгали как лисы во время 'подбрасывания'. Голова кружилась, а во рту стоял противный металлический привкус.
  Элуш поняла мое молчание по-своему:
  -Да вы не бойтесь, госпожа, я вас к черному выходу проведу. Матушку ведь вашу выводила из дома, так никто кроме хозяина и не знал ничего! Ни одна живая душа!
  Нет, она точно с ума сошла! Чтобы мама и тайком выбиралась из дома?! Плетет невесть что, фантазирует... Ладно, главное не это, а чтоб она меня вывела потихоньку.
  Но прежде нужно решить еще один вопрос. Точнее два. А если совсем уже точнее - три.
  Переодевшись, с помощью все той же Элуш в мужское платье, я остановилась перед зеркалом. Так, тонкое обручальное кольцо с гравировкой оставим в шкатулке на столе, незачем моим убийцам еще и его забирать, кулон я все равно снять не смогу, спрячем его под рубашкой, а вот с волосами пришлось повозиться.
  Я и так и так крутилась перед зеркалом, и под шляпу их прятала... И ведь все равно на мужчину не похожа! Да даже если я волосы заплету, ничем это не поможет! Нет. Конечно, в последнее время появилась мода на мужские косы, Шемьен, например, так носит, но не могут быть у мужчины кудри до пояса! Не могут!
  Я оглянулась на Элуш, молчаливо наблюдающей за мной, и вытащила из шкатулки для рукоделия ножницы. Что я, в конце концов, теряю? Все равно, умру через несколько часов.
  Особо мучиться с прической я не стала. Сухое клацание и кое-как обрезанные волосы осыпались на пол. Получилось криво и косо, но мне сейчас не до красоты. Элуш перепугано охнула, зажав рукой рот:
  -Да что ж вы делаете-то, госпожа!
  Вот теперь я действительно готова.
  Помоги мне, Вечный Змей! Взываю к воле и силе твоей...
  ...Примерно через час я, в мужском костюме и в гордом одиночестве, переминалась с ноги на ногу перед дверью некоего заведения 'Зеленая ундина'. Криво намалеванная вывеска не могла вызвать ничего, кроме приступа страха - то ли художник никогда не видел ундин, то ли наоборот видел, но решил не делиться своими впечатлениями. Как бы то ни было, но посетителей странное, нарисованное над входом в таверну, существо с бирюзовыми патлами, торчащими в разные стороны, не отпугивало - народ просто толпами валил внутрь помещения: за то время, пока я никак не могла решиться войти, вышибалы вынесли на улицу несколько подвыпивших гуляк. Один из выпивох, кстати, даже был полукровкой... А значит, мне надо было попасть внутрь трактира! Оставалось только решиться зайти...
  Из дома слышались взрывы смеха, звучала музыка... А я все никак не могла собраться с силами. И лишь когда на улицу выкинули то ли пятого, то ли шестого посетителя, шепнула короткую молитву Матери Рассвета и решительно толкнула дверь.
  В первый миг я буквально оглохла от того шума, что стоял в трактире. Кого здесь только не было. Беловолосые фении соседствовали с мисами, закутанными в ниспадающие одеяния. Лаумы с стрекозиными крыльями неспешно беседовали с людьми. Метисы разговаривали с чистокровными...
  Пробежала, балансируя заставленным подносом, молоденькая девушка - младше меня, это точно. Я пригляделась и охнула, увидев выглянувшие из-под длинного подола юбки козьи копытца. Тут еще и агуане есть!
  Я помотала головой и оглянулась по сторонам, пытаясь найти подходящую кандидатуру на роль своего убийцы. Пора наконец заканчивать эту комедию!
  Мрачного милеза, полукровку, в зеленом мундире с серебристо-черными нашивками капрала Порубежной стражи, сидевшего у самой стойки, я сначала и не заметила. Проходила мимо его столика и случайно столкнула на пол лежащий на столешнице тяжелый клеймор, наполовину вынутый из ножен.
  -Осторожней! - зло буркнул мужчина, отставляя в сторону кружку с каким-то напитком, поднимая упавшее оружие и даже не удосужившись посмотреть на меня.
  -Извините, - тихо выдохнула я, поспешно отходя от него.
  Отступила на несколько шагов спиною вперед, толкнула какого-то фения и окончательно стушевалась, когда тот, скептически скривившись, обронил что-то о молокососах, шляющихся по приличным заведениям.
  Стоп! Я ведь зачем сюда пришла? Затем, чтоб меня убили. И кажется вот этот подозрительный тип с клеймором как раз мне подходит. Во-первых - у него большой меч. А во-вторых - он точно полукровка! Для фения - кожа слишком смуглая, для человека - волосы седые, таких в молодом возрасте не бывает, а он явно молод, может, чуть постарше Шемьена. Осталось только придумать повод...
  Уже через несколько минут двуручный меч полукровки вновь полетел на пол.
  -Смотри, куда идешь, мальчишка! - ощерился мужчина, бережно поднимая клинок.
  -Смотрите, где свои мечи оставляете! - не осталась я в долгу.
  Мой собеседник скривился, смерил меня взглядом и отвернулся. Вечный Змей! Никогда не думала, что совершить самоубийство настолько трудно! Хотя... Кажется, у меня появилась идея.
  Я бросила на прилавок мелкую монету, в ответ на вопросительный взгляд трактирщика - указала пальцем на первую попавшуюся бутылку и, получив кружку с каким-то дико вонючим пойлом, вновь пошла мимо столика полукровки.
  На третий раз спихнуть его меч на пол оказалось сложнее. Проклятый метис предусмотрительно придерживал клеймор рукою - но ведь главное захотеть! Немного стараний, и клинок вновь звякнул о каменный плиты.
  -Да ты издеваешься, что ли?! - взвился милез.
  Вместо ответа я смерила мужчину долгим взглядом и презрительно сплюнула ему под ноги.
  Попала милезу на сапог.
  А потом вдруг голова взорвалась от резкой боли...
  
  
  Глава вторая
  
  Айден.
  
  'Хочешь умереть - затей спор с полукровкой'. Прописная истина, ага. Только некоторых, похоже, и читать-то не научили...
  А проблемы в результате имеем мы. Точнее, в данный момент - я.
  - Айден, ты его не убил?..- голос подавальщицы вернул меня к действительности. Действительность, в виде распростертого тела под ногами, не шибко радовала.
  - Не убил,- я, присев на корточки, коснулся пальцами шеи парня.- Живой. Но в отключке. Хорошие у твоего отца кружки, Арлета... И оружия никакого не надо.
  - С тебя две монеты,- подавальщица выудила из спутанных черных кудрей моей 'жертвы' глиняный осколок.- За бой посуды... Бедный мальчик. На лбу теперь синяк будет. Слушай, тебе его лицо знакомым не кажется?
  - Такого идиота я бы запомнил,- подумав, я все-таки легонько похлопал дурачка по щекам. Бесполезно. От души приложил, теперь нескоро очухается...- Кликни Винни, пусть на воздух его вынесет, что ли. А мне еще пива принеси. И двух глотков сделать не успел...
  - Айден.
  - ...откуда он только взялся?- я поднял с грязного пола клеймор. Ну естественно, все ножны непойми в чем! Хорошо еще, что вообще под шумок не сперли...
  - Айден!
  Испуганный шепот Арлеты не сразу пробился сквозь гул голосов в трактире: если б тут замолкали каждый раз, когда кого-то бьют, 'Зеленая ундина' давно превратилась бы в обитель скорби и молчания. Я закинул меч за спину и обернулся:
  - Что? Мне больше в кредит не отпускают?
  - Какой кредит?!- зашипела девушка.- Вы, мужчины, только о выпивке и думаете!..
  - Ну почему же...
  - И прекрати мне подмигивать, дурак,- сердито фыркнула Арлета.- Лучше глаза протри да взгляни, кому ты чуть голову не проломил своей кружкой!
  - Не моей, а вашей...- я послушно нагнулся над неподвижным телом.- Ну, смотрю. Юнец безусый, дурной до невозможности. Без оружия...
  - Без оружия,- теряя терпение, подтвердила дочь трактирщика. И нервно чиркнула по полу копытцем:- Зато с медальоном золотым! И сам гляди какой чистенький, ручки белые... Айден, тебе уже с двух глотков зрение отказывает?! Мальчик же из господ! А ты...
  А я его кружкой по черепу приголубил. Только что. И он сейчас на заплеванном полу окраинной таверны в позе дохлого кузнечика валяется. С шишкой на лбу. Ай, молодец, капрал Иассир, отличился так отличился!..
  - Так,- живо вспомнив законы Шасвара и осознав всю глубину известного места, куда сам себя только что вогнал, я подхватил парня под мышки,- отцу - ни слова! Отвлеки Лори от задней двери, а дальше я сам справлюсь... Если кто заметит - скажи, что мальчик перебрал с непривычки. Ключ от сторожки у тебя?
  - На, держи,- умница Арлета быстро сунула ключ в мой нагрудный карман.- Уноси его, с Лори я разберусь. Только... Айден, ты же его не обидишь?
  Я покосился на свесившего кудрявую голову мальчишку:
  - Его уже природа обидела. Умом... Арлета, ну честное слово!.. Зверь я, что ли?! Запихну в сторожку - да только меня здесь и видели!..
  - А если он в лицо тебя запомнил?
  - И что?- ухмыльнулся я.- Будет ходить и всем рассказывать, как о его голову в трактире какой-то милез кружку разбил?.. Свои же уважать перестанут... Арлета, солнышко, займись Лори. Если этот лизоблюд почтенному Рокушу настучит - твой папочка нам обоим головы открутит!..
  
  Парнишка почти ничего не весил. И признаков жизни, как это ни печально, тоже не обнаруживал... Рука у меня тяжелая, да. С головой только плохо! Ну что я, сам не мог разглядеть, какой 'подарочек' мне судьба подкинула?! Ведь и правда, чистенький, тоненький, даже хамил - и то на 'Вы'!.. Я заскрипел зубами. Хорошо, если малец незлопамятный окажется. И не слишком знатный. Иначе сидеть мне на гаупвахте до следующей зимы. Это в самом лучшем случае...
  Заветная сторожка (эх, сколько с ней связано воспоминаний!) услужливо вынырнула из-за пышных кустов боярышника. Наконец-то! И так перетрясся весь, как бы не увидели... Дожил. Уже собственной тени пугаюсь! Кто бы мне еще вчера сказал, что я, Айден Иассир, капрал Порубежной стражи, буду по углам шухериться, как мышь с сыром в зубах - я бы этому прорицателю дал в морду. И Блэйр бы еще от себя добавил - мой лучший друг за товарища последнюю рубаху порвет... А теперь выходит, что в морду дать могут как раз мне. Причем за дело. Дернул же Трын одноглазый этого маменькиного сынка явиться в 'Зеленую ундину' и нарваться именно на меня!..
  Хотя кого я обманываю?.. Мои проблемы начались не сейчас, когда кое-кому приспичило плюнуть мне на сапог. И не час назад, когда я явился в трактир почтенного Рокуша, чтобы встретиться с человеком, каких мой отец называет исключительно 'отбросами' и 'язвами на теле общества'... Главная моя проблема - это, увы, я сам.
  'Полукровка' - в Унгарии ругательство. А в кнесате Шасвар - готовый волчий билет. С наглядной демонстрацией оного, причем, - нам не разрешено, по примеру чистокровных унгарцев, ставить свою фамилию перед именем. Чтобы уже при знакомстве видно было, кто с кем имеет дело! И если б всё только этим и ограничивалось... Но увы. Так уж получилось, что кнесат вплотную граничит с Фирбоуэном. А что такое пограничье - не мне вам рассказывать, да?.. Люди не любят фениев, фении не любят людей, и солидарны они все только в одном: и те, и другие сторонятся полукровок, милезов. Ага, таких вот, как я. Почему? Да потому, что не знают, чего от нас можно ожидать... Мы ведь не просто чужие, мы - ущербные. Мы не наследуем семейного дара нелюдей и при рождении теряем каплю человеческой сущности. Вот, к примеру, Блэйр, мой друг и один из фурьеров нашего полка: его отец из Фирбоуэна, из клана Говорящих с Облаками, а мать - мелкопоместная дворянка с Пограничья. Блэйр не может вызвать даже росу, не говоря уж о том, чтобы менять погоду. А еще Блэйр не чувствует холода - нет у него такой нормальной человеческой реакции. И если бы стужа не смогла нанести ему вред!.. Увы, очень даже может. Он в детстве едва не замерз насмерть, насилу спасли... А он даже не понял, в чем дело. Ему и лед-то не холодный.
  Еще есть Гилмор, из мисов, он не знает, что такое голод. Лаум Атти - с атрофированным чувством страха и без крыльев, которыми славен род его отца. И Вейлин, полуфений, как мы с Блэйром, один из моих ополченцев,- начисто лишенный сострадания... Если вы еще не заметили, все перечисленные - мужчины. Женщин-полукровок Рок задел другой стороной клинка: они рождаются людьми, и ничто человеческое им не чуждо. Ни внешне, ни внутренне. За одним исключением - способности к деторождению. Как знать, может, их наказали гораздо суровее? Хотя... Как говорит Кхира, наша полковая швея: 'Зачем плодить убогих?' И сама себе отвечает: 'Незачем!'. А по ночам плачет в подушку. Я знаю, мне Блэйр рассказывал...
  Это - только те немногие, с кем я лично знаком. А сколько нас еще таких?.. Увечных, бесчувственных, 'недоделанных', как величают полукровок унгарцы. И мы даже возразить не можем - потому что такие и есть. Суровая правда жизни... Хотя мне еще повезло, прямо скажем! Материнский дар мне не передался, конечно, но и ничего жизненно важного Светлые Боги у меня не отняли: чувствую, вроде бы, всё, что положено.. Если бы не внешность - человек человеком! Одно только гложет - а что, если мой изъян попросту пока не проявился?.. И так тоже бывает... Но с этим страхом я уже как-то свыкся. А вот с тем, что моя жизнь и карьера сейчас висят на волоске, я смиряться не собираюсь!
  Думаете, я из-за этого кудрявого недоумка так распереживался? Нет. Мальчишка - только вершина айсберга. Но именно он может стать последней каплей, которая утопит мой прохудившийся кораблишко...
  Началось все месяца полтора назад. Я проснулся поутру с гудящей головой и обнаружил, что сижу в тюремной камере. Камера была знакома, я в Шасварском каземате частый гость. Только обычно я хотя бы частично помню, за какие грехи я туда залетел! Но в этот раз... Когда мне озвучили список моих 'бесчинств', даже бывалый тюремщик Тибор рот разинул: осквернение храма Матери Рассвета, пьяное безобразие в заведении мадам Шани и нанесение словесных оскорблений обер-офицеру Кишш Себастиану, собственному прямому начальнику!.. Я, конечно, не подарок, но уж вот так-то? Да, Себастиан та еще скотина, и ему я вполне мог нахамить. И даже немножко похулиганить в веселом доме госпожи Шани мог, хотя, если честно, там и не таких бузотеров видали... Но осквернить святые стены храма бульварной руганью?! Таких фортелей я еще не выкидывал. И очень сомневаюсь, что смог бы выкинуть вообще...
  Однако проклятая память, убитая ночью двумя бочонками крепленой бражки, наотрез отказывалась воскресать. Так что пришлось признать свою вину - и понести заслуженное наказание... Думаете, на этом все кончилось? Как бы не так. Памятуя о прошлом печальном опыте, на следующей дружеской пирушке я ограничился всего двумя пинтами светлого. После чего ушел в казарму на своих ногах, будучи трезв, как стеклышко. И что же?.. Едва рассвело, в расположение нашего полка явился урядник с тремя подручными и предъявил мне новое обвинение: якобы капрал Иассир незадолго до полуночи ворвался в спальню уважаемой вдовы Фаркашне Каллаи Агаты и, 'не чинясь, предложил пострадавшей то, о чем порядочный человек не смеет даже думать'. Означенная вдова подняла шум, сбежались слуги и соседи, но 'охальник, напоследок обложив почтенных граждан словами, от которых краснеет даже бумага, успел скрыться'... Да я такой чудовищной лжи в жизни своей не слышал! Во-первых, офицерам Порубежной стражи нет нужды вламываться в дамские спальни - их туда обычно приглашают. Во-вторых, благороднорожденная госпожа Агата годится мне в прабабушки. Ну, и в последних - на момент указанных событий 'возмутитель спокойствия' и 'ниспровергатель морали' в моем лице уже мирно сопел в подушку, лежа на койке в родной казарме!.. Что за бред?!
  Бред, не бред, а вдова Фаркашне Каллаи с пеной у рта уверяла, что именно мою 'мерзкую рожу' она видела в своей спальне. То же твердили ее слуги и соседи. Нетрудно догадаться, кому поверил урядник... Если бы не личное вмешательство капитана Лигети, я бы уже гремел кандалами где-нибудь на задворках империи. И это, заметьте, при том, что уж тут-то был совершенно ни в чем не виноват!
  Но и это, увы, оказался еще не финал праздника. Не далее как позавчера нашу казарму посетила парочка дельцов с Хрустальной улицы. Как вы уже догадываетесь по названию - на сей улице располагаются в основном ювелирные лавки. И мои посетители были почтенными ювелирами в пятом поколении. Что же заставило двух уважаемых небедных господ посетить мою скромную обитель? Как выяснилось, я и заставил... Но до меня ни один, ни другой, так и не добрался. Молча выслушав претензии визитеров, вахтенный указал им пальцем на дверь и сопроводил свой жест парой не очень вежливых, но весьма убедительных слов. Дельцы возмутились, переглянулись и гордо удалились... А тем же вечером у ворот погранзаставы остановились лакированные дрожки, и адъютант генерала Ференци Шандора, соскочив с облучка, передал мне срочный приказ - незамедлительно явиться в особняк его превосходительства. А я что? Я пошел...
  - Как это понимать?- генерал Ференци, захлопнув за моей спиной дверь рабочего кабинета, ткнул пальцем в стол. На нем лежали два вскрытых конверта.
  - Не могу знать, ваше превосходительство!- честно отрапортовал я, прислушиваясь к затихающим в коридоре шагам адъютанта.
  - И даже догадок никаких?- уже на полтона ниже рыкнул генерал.- Что ж, поясню!.. Это кляузы от двух известных всему городу ростовщиков. Кляузы на тебя. И мне очень интересно, что ты можешь сказать по этому поводу!
  - Ничего,- все так же честно ответил я.- Понятия не имею, что я мог такого...
  - Короче! Ты был вчера на Хрустальной улице?!
  - Ну... как бы... если подумать...
  - Айден!
  - Был,- вздохнув, капитулировал я.- Ну, купил безделушку подруге на именины, и что с того-то?
  - Купил, значит?!
  - Отец, я не понимаю... Да, я вчера был на Хрустальной улице, искал подарок Арлете. Присмотрел сережки с бирюзой. И да, купил! А если этот прощелыга думал, что я не знаю, сколько они стоят на самом деле и возьму, не торгуясь... Я ему что, лопух деревенский?!
  Генерал Ференци ('папой' его назвать у меня никогда духу не хватит, я и 'отца'-то не так давно себе позволил) открыл было рот, потом подумал - и закрыл. После чего, не говоря ни слова, поднял со стола злосчастные конверты и протянул мне. Я взял. Вынул письма. Прочел...
  - Да они совсем обнаглели?!
  - Следите за языком, капрал Иассир,- сухо проговорил его превосходительство.- Вы не у себя в казарме... Так что, выходит, ростовщики мне солгали?
  - Конечно!- моему возмущению не было предела:- Повторяю - я пришел в лавочку маэстро Пинхаса, с часок поторговался и купил серьги. А к почтенному Ашеру, который утверждает, что я спер у него сапфировый гарнитур, и к не менее почтенному Хиршу, которому я якобы этот самый гарнитур через полчаса перепродал, я вообще не заходил! Ни тогда, ни до того! Что я, стукнутый?.. У них же цены, как...
  - Не заходил, значит?
  - Нет!
  - Но тебя видели вчера и там, и там. Причем не только сами ростовщики, но и другие покупатели... И среди них, между прочим, небезызвестный тебе капитан Лигети. Что ты на это скажешь?..
  Я не нашелся с ответом. Ростовщики - еще куда ни шло, все мы знаем, что это за жулье! Но капитан? Человек, исключительно благодаря которому я в свое время не потерял чин, спасший меня от каторги и уговоривший вдову Фаркашне Каллаи сменить гнев на милость?.. Он врать не мог. И ему было незачем это делать. Но раз так, то...
  - Отец, это не я. Ты ведь меня знаешь. Да, я не ангел. И, наверное, не лучший сын... Но я не вор!
  Генерал задумчиво посмотрел на смятые листочки у меня в руках и покачал головой:
  - Я уже не знаю, кому из вас верить, Айден. И что со всем этим делать - не знаю тоже. Факты свидетельствуют против тебя. К тому же, твоя репутация, увы, оставляет желать лучшего...
  - При чем здесь моя репутация?! Я никогда не брал чужого!
  - А женщины?- генерал приподнял бровь.- Чужие жены, стало быть, не в счет?.. И нечего глаза отводить, я не слепой и не глухой - и то, что добрая треть мужей Эгеса обзавелась ветвистыми рогами при твоем участии, мне известно!..
  - Рогами - может быть... но я же их не грабил! И ювелиров тоже! Это поклеп!..
  - И ты в состоянии это доказать?- мрачно поинтересовался отец.- Если уважаемые дельцы обратятся с официальной жалобой...
  Его речь прервал торопливый стук в дверь.
  - Я занят!- недовольно повысил голос генерал.
  - Прошу прощения, ваше превосходительство,- донесся с той стороны сконфуженный голос адъютанта.- Но вам письмо... Посыльный сказал - срочное...
  - От кого?- генерал, подумав, махнул рукой.- Да не топчись ты там, войди. Из штаба передали?
  - Не могу знать, ваше превосходительство,- дверь приоткрылась, и адъютант генерала Ференци проскользнул в кабинет.- Только велено передать, что важное и лично в руки.
  - Точно из штаба,- поморщился отец, принимая письмо.- Вечно разведут таинственность... Ступай! И больше не беспокой по пустякам.
  Тот поклонился и исчез. Генерал покрутил в пальцах запечатанный конверт и потянулся за ножом для бумаг:
  - Надеюсь, это не очередной донос на тебя, Айден. Потому что тогда...
  Ну да, дальше можно не продолжать. Кажется, спета моя песенка. И самое обидное - ну ладно, был бы повод! А так? Может, по части морали и семейных ценностей я далеко не пример, но... воровать?! Да я ведь даже взяток сроду не брал, клянусь богами!..
  И к приснопамятной вдове в спальню не лазил.
  Другое дело, что репутация моя, действительно, кричит совсем об обратном... Я вздохнул и поднял взгляд на отца. В том, что 'срочное письмо' - очередной гвоздь в крышку моего гроба, я уже почти не сомневался.
  И, увидев выражение лица генерала, только уверился в своих предположениях. Глаза его превосходительства, бегающие по строчкам, становились все больше и больше. По лицу метались тени. Зажатый в левой руке нож для бумаг упал на ковер... Ну, значит, точно всё. И из этого кабинета меня выведут под конвоем. Куда - не хочу даже думать.
  - Значит, это правда?..- словно в забытьи, пробормотал отец. И, выпустив из рук исписанный убористым почерком лист, тяжело опустился на стул. В комнате повисла тишина. Я опустил плечи.
  И вдруг услышал:
  - Вы свободны, капрал Иассир. Возвращайтесь в казарму.
  Не понял?..
  - Я удовлетворю претензии господина Хирша и господина Ашера,- бесцветным голосом сказал его превосходительство.- Развязать кошель и попросить уважаемых дельцов держать язык за зубами - единственное, что можно сделать в этой ситуации.
  - Но как же... не понимаю!- не выдержал я.- Меня оболгали, а ты хочешь спустить все на тормозах?!
  - Да!- отрезал генерал Ференци. И, после паузы, добавил чуть мягче:
  - Я верю, что ты невиновен, сын. Но мы никому ничего не докажем. Я с большим трудом выбил тебе место, хотя это и было не в моих правилах. И я не могу позволить, чтобы мое имя трепали на каждом углу в связи с неподобающим поведением моего воспитанника, пусть даже совесть его чиста... Хватит с нас и той истории с контрабандой в Армише. Возвращайся в казарму, Айден. С Хиршем и Ашером я разберусь сам.
  Возражать я не рискнул...
  Дело замяли: умасленные солидными откупными ростовщики больше не имели ко мне никаких претензий, капитан Лигети, с которым я имел долгий разговор тет-а-тет, тоже в конце концов признал, что мог и ошибиться... Но что толку от этого? Ясно же как божий день - кто-то всерьез вознамерился испортить мне жизнь. И этот 'кто-то' здорово на меня похож! Или же намеренно постарался стать похожим... Все эти обвинения - одна сплошная ложь! У ростовщиков были свидетели? Так ведь и у меня они были тоже!.. Почему отец отказался дать ход делу? Это ведь было в его интересах, что бы он там ни говорил...
  Но больше всего это в моих собственных интересах. Если папе по какой-то причине не хочется во все это влезать - что ж, это его решение. Но жизнь-то моя. И я никому не позволю мешать мое имя с грязью!..
  Собственно, для того я и пришел сегодня к Рокушу. Блэйр договорился кое с кем из Змей относительно маленькой недешевой консультации. И я бы ее получил, боги свидетели!.. Если бы не...
  - Если бы не ты,- безрадостно пробормотал я, глядя на лежащего без движения паренька. Хорошо, в сторожке хоть топчан имелся, не пришлось дворянчика изнеженного снова на пол укладывать. Хоть что-то мне в плюс... Я нагнулся и еще раз похлопал мальчишку по щекам. Безрезультатно. Разве что... А ведь Арлета права, пожалуй - мордашка определенно знакомая! Мы уже с ним где-то встречались?..
  - Эй! Ты в себя-то приходи уже, ну! Нарожали чахликов - с одного удара копыта норовят откинуть... Как тебя вообще родители из дому без охраны выпустили?
  Вопрос остался без ответа, что не удивительно. Удивительно то, что я до сих пор еще здесь! Дурачок сам нарвался, за то и получил, и мое счастье - что он до сих пор глаз открыть не может. Сейчас бы и дунуть отсюда на средней курьерской, однако же... Ну почему я не такой, как Вейлин? Он и убил бы - не почесался, а я, дурак...
  - Ты очухаешься или нет?!- я взял безвольное тело за плечи и хорошенько встряхнул. Где там!.. Как валялся бледной лягушкой, так и валяется... Стоп. Может, ему попросту дышать нечем? Камзольчик-то явно маловат, аж ткань на плечах трещит. Ослабим немножко, на пару-тройку пуговиц, и...
  - Трын одноглазый!!
  - Что... Кто... А-а-а-й-й-й!..
  Шлеп!
  Ну вот. Можете меня поздравить - мне все-таки дали по морде.
  
  На долгую минуту в маленькой сторожке повисла тишина. Такая густая, что хоть ножом режь. И мне очень повезет, если...
  - Что вы себе позволяете?!
  Не повезло. Я задумчиво потер горящую щеку, где красным пятном отпечатался след узкой ладони, и пожал плечами:
  - Ничего как будто... Приношу свои извинения, госпожа, но вы очень талантливо косили под мальчика. Только на будущее - выбирайте все-таки одежду по размеру!.. Не все солдаты такие щепетильные.
  - Да вы... вы...- девушка сжала кулачки. Зеленые глазищи сверкают от возмущения, кудри в разные стороны... Подстричься могла бы и получше, а так, в целом, хорошенькая. И точно из благородных, Арлета не ошиблась. Вопрос - что этот тепличный цветочек у Рокуша позабыл, да еще и в таком-то виде?
  - Где я?- она настороженно огляделась. Потом, спохватившись, наглухо застегнула ворот камзола и повторила:- Куда вы меня притащили? И зачем?
  - Да уж точно не за тем, что вы тут себе вообразили.- Я хмыкнул:- Не волнуйтесь, госпожа, вы не в моем вкусе... А что до сторожки - могли бы и спасибо сказать. В 'Зеленой ундине' дамы без сознания долго на полу не валяются. По крайней мере, в одиночестве.
  Девушка залилась краской до самых ушей. Ушки, кстати, тоже миленькие... Тьфу, да о чем я вообще думаю?!
  - Опустим детали,- я прислонился плечом к двери и с любопытством уставился на новую знакомую:- Кто вы? И зачем вам понадобилось заведение почтенного Рокуша? Это не лучшее место для порядочной женщины... Или я малость ошибся насчет 'порядочности'?
  - Наглец!- она аж на топчане подпрыгнула.
  - Значит, не ошибся... И тем более не понимаю, чему я обязан нашей случайной встрече. Потянуло на приключения? Или по голове давно не били?..
  - Вас никто не просил лупить меня кружкой!- губы девушки задрожали.- И сюда тоже тащить никто не просил! Зачем вам ваш меч, если... если вы даже... а еще милез, называется!..
  Ого. То есть, я ее буквально сам от себя спас, а она же теперь еще и в претензии? Женщины!.. Их можно любить, можно ненавидеть, но понять еще никому не удавалось... Я открыл было рот, чтобы озвучить свое мнение, но внезапно пришедшая в голову шальная мысль одним махом перебила все остальные. Кружка ей, значит, была не нужна, а мой клеймор...
  - Вы совсем с ума сошли?- разом охрипнув, спросил я.- Или у вас его и вовсе нету?.. Жить надоело - так пойдите и утопитесь! Или отравитесь, как там у вас принято... Меня-то на убийство зачем толкать?! По той простой причине, что я - милез?!
  Она опустила глаза и вжалась спиной в стену. Понятно. Комментарии излишни.
  - Сожалею, госпожа. Я не привык рубить направо и налево, без разбору. И я не поднимаю руки на женщин. Так что, как говорится, ищите - и обрящете...- Я бросил на топчан ключ:- Будете уходить - заприте сторожку. Удачи.
  - Подождите, куда вы?!
  - Подальше отсюда,- я взялся за ручку двери.- Вам жизнь не мила, а мне очень даже...
  С той стороны кто-то с силой толкнулся в дверь. Ну вот! Дотрепался!..
  - Айден!- донесся снаружи знакомый голос.- Айден, ты здесь? Арлета сказала...
  - Ф-фух...- я утер пот со лба.- Блэйр... Так ведь и паралич схлопотать недолго.
  - Открывай!- по двери шарахнули кулаком.- Открывай скорее, я и так насилу успел... Да ты заснул там, что ли?!
  Что он успел? Зачем? И почему так орет?.. Я, пожав плечами, потянулся к засову и чертыхнулся - девчонка! Мои проблемы - это мои проблемы, но еще и друга в них впутывать...
  - Так!- я обернулся к топчану.- Вон там в углу занавеска - марш туда, и чтобы тихо мне! Предупреждаю - убить все равно не убью, а еще раз чем-нибудь по макушке точно обрадую!.. Понятно?!
  - Д-да,- она испуганно втянула голову в плечи и, резво соскочив с топчана, метнулась за занавеску. Ты смотри, самоубийца, не самоубийца, а черепушки-то жалко... Я поднял засов:
  - Заходи. Чего такой взбудораженный? Тебе Арлета уже разболтала?..
  - О чем?- Блэйр скользнул через порог и захлопнул за собой дверь. Вид у него был странный. Я удивленно хмыкнул:
  - Не успела, значит?.. Ну да ладно. Откуда такой красивый?.. Нашивка вон на одной нитке болтается.
  - Да боги с ней, с нашивкой!- глаза фурьера лихорадочно сверкнули в полумраке сторожки.- Плохи дела, Айден!..
  - Час от часу не легче. Что мы опять натворили?
  - Не мы, а ты! То есть, кажется, не ты, а... Короче, вот я тут принес,- друг расстегнул форменную куртку и вывалил на приоконный столик кучу барахла.- Бери - и беги! Лошадь я у Стефиана увел, на Ветерке тебя никто не догонит. Ребята с Третьей заставы предупреждены... Да что ты встал столбом?! Еще чуть-чуть - и нас обоих тут Цербер накроет!
  Цербер - это была кличка начальника гарнизона, Цингера Матьяша. Он у нас мужик суровый... одного только не понимаю - я-то ему на кой сдался? И Блэйр сам не свой, хотя чтоб его напугать - еще очень постараться надо. Что он тут мне притащил?.. Сухпаек, фляжка, чистые портянки, туго набитый кошель, кисет с табаком... Да я же не курю!
  - Так, погоди,- я поймал фурьера за руку.- Объясни ты толком - что стряслось?! К чему такой аврал? И с какой стати Цербер по мне так соскучился?
  Блэйр нервно взглянул в окошко, судя по всему, ничего страшного не увидел и повернулся ко мне:
  - Ты ведь с его женой шуры-муры крутишь?..
  - Ну... э-э...
  - Крутишь, не свисти! Весь полк про это знает. А сегодня еще и Церберу глаза открыли... Дальше продолжать?
  - Трындец,- емко резюмировал я. Товарищ кивнул:
  - Он самый. Причем с двумя глазами сразу!.. Давай, собирайся, конь за дровяным сараем ждет. Рокуш обещал задержать рогатика, но сам понимаешь...
  - Погоди, Блэйр. А кто меня Церберу сдал?
  Друг крякнул. Запнулся на мгновение, махнул рукой и сказал:
  - Ты!
  - Чего?!
  - Айден, да у меня у самого в голове не укладывается!.. И, главное, своими же глазами... Иду, понимаешь, мимо начальственных хором - а тут капрал Иассир, собственной персоной! Из окна шасть - да в кусты одним прыжком. Даже меня не заметил. А я-то знаю, что ты совсем недавно к Рокушу ушел... И что договоренность имел со Змеями, насчет поговорить, а вы на три часа пополудни условились!.. Гляжу на часы - десять минут четвертого. Не могли же так быстро-то...
  - Ближе к делу!
  - А чего - ближе?- развел руками Блэйр.- Я удивиться толком не успел, как из того же окна начальник гарнизона вылез - рожа красная, усы дыбом, орет на всю улицу!.. Проорался - кликнул свою охрану, прыг в седло и усвистел. Я, понятно, к его ординарцу... И что я узнаю - застукал Цербер собственную жену в постели с капралом Иассиром, взбесился, понятно, да в погоню за оскорбителем и бросился!.. Ясно дело, на нашу заставу в первую голову помчится. А там полроты в курсе, куда ты отправился... Вот я, не дожидаясь развязки, у Стефиана жеребца подрезал - и сюда!..
   Фурьер перевел дух, снова взглянул в окошко и добавил, поколебавшись:
  - Айден... Я на глаза-то не жалуюсь, но...
  - Да не я это был!- у меня аж скулы свело от злости.- Не я!.. Меня у Рокуша уйма народу видела! Пришел в половине третьего - и сидел, встречи ждал... Трын одноглазый! Это какой же сволочи я так насолить умудрился?..
  Блэйр развел руками.
  - Ладно,- я сгреб со столика сухпай, фляжку и кошелек.- Не до дедукций... Спасибо, дружище. Ты беги к Рокушу, помоги ему, если Цербер совсем уж зверствовать начнет... Какую заставу предупредили? Третью?
  - Ну да,- он шагнул на крыльцо.- Если линять, так только через нее - в Мертвый Эгес даже наш безбашенный ревнивец не полезет... Посиди там пару дней, пока страсти не улягутся, а со Змеями я сам поговорю. Они всю шушеру в кнесате на уши поставят!..
  - Хорошо бы,- я улыбнулся и хлопнул товарища по плечу. И только глядя ему вслед, осознал, как же круто влип...
  Тут уже не помогут ни Лигети, ни отец. Причем последний, учитывая мою сомнительную славу по части дам и недавний инцидент с вдовой Фаркашне Каллаи, еще и самолично 'воспитанника' в казематы определит!..
  - У всех на глазах выскочить из спальни жены начальника гарнизона!- тоскливо пробормотал я.- Тут хоть в лепешку разбейся, никому ничего не докажешь... Да, меня видело в 'Зеленой ундине' с полсотни рыл. Но кто их слушать-то будет? Тоже еще, свидетели. Половина из них такие же, как я, вторая половина - еще хуже... Светлые Боги, чем я вас так прогневил?!
  Дрожащие пальчики тронули меня за локоть.
  - Простите, что мешаю, капрал...
  Тьфу ты! Эта ненормальная, из таверны... Совсем про нее забыл. Я обернулся:
  - Прощаю. И прощаюсь... Если вы убиваться не передумали - дождитесь отряд Цингера Матьяша - они в красных мундирах, не ошибетесь. Который самый толстый, с усами - командир. Залезьте на стол, громко назовите его рогоносцем - и привет от меня Вечному Змею!..
  - Да нет же!- девушка тряхнула головой и еще сильнее вцепилась в мой локоть:- Я... Я передумала!
  - Вы меня этим просто осчастливили,- я отцепил ее пальцы от рукава и шагнул через порог. Так. Блэйр сказал, что Ветерок за дровяным сараем? Тут рукой подать. Глядишь, успею смыться. Перед Рокушем неудобно, сил нет! Он и так меня через раз от начальства прикрывает...
  - Капрал, подождите!
  Светлые боги, вот же беда на мою голову...
  - Госпожа,- я тяжело вздохнул,- вы таки твердо намерены подвести меня под монастырь?
  - Нет,- она быстро помотала головой.- Наоборот! Я хочу... то есть, могу... вам помочь!
  - Грудью от Цербера прикроете, что ли?- не удержавшись, хмыкнул я.- Так воля ваша, а было б, чем...
  Зеленые глаза гневно сверкнули, но второй раз по физиономии я все же не огреб. Вместо этого странная девица решительно вздернула подбородок и посмотрела мне в лицо:
  - Я сделаю вид, что не слышала ваших последних слов, капрал Иассир... Вас ведь так зовут, да?.. Я запомню. Убивать вы меня не стали, и не станете, а живой я вам могу существенно добавить неприятностей... И я же в силах вас от них избавить. Вы совершенно правы - никто не будет слушать завсегдатаев окраинной таверны. Но слово урожденной кнесны де Шасвар - совсем другое дело!..
  - Чье слово?..- опешил я. Девушка с достоинством склонила голову:
  - Мое, господин офицер.
  - Ваше?..- ядовито хмыкнул я.- Ну-ну... Решили подсластить мою бесславную кончину минутой здорового смеха? Кнесна!.. А что ж не сразу наследница унгарского престола? Вот это был бы размах, это я понимаю...
  - Прекратите паясничать! Я сказала правду!- она, сжав кулачки, свела брови на переносице. И я снова поймал себя на мысли, что где-то уже все это видел. Только вот где?..
  Перед моими глазами вдруг возникла гостиная в доме капитана Лигети. Чайный столик, диван напротив, а вверху на стене три портрета: император Унгарии Лёринц III, его высокоблагородие маршал Буриан и Калнас Конрад, Великий кнес де Шасвар. Сурово нахмуренные черные брови, падающий на лоб кудрявый завиток непослушных волос...
  - Светлые боги...
  - Кажется, они забыли про нас обоих,- с невеселой улыбкой обронила девушка. И склонила голову набок:- Так что, капрал? Поможем друг другу?
  Нет, я сейчас с ума сойду. Еще и дочки правителя кнесата мне здесь только не хватало!.. Да чем я могу ей помочь?! Мне бы кто помог, честное слово!
  - Возьмите меня с собой,- попросила девушка, глядя на меня снизу вверх.
  - С собой?- тупо повторил я.- В Мертвый Эгес? На межграничье? Я, если что, не на пикник собираюсь, госпожа де Шасвар! Кроме того, меня ищут, и...
  - Это неважно,- голос ее предательски дрогнул:- Я не навязываюсь в попутчики, просто... раз вы все равно собираетесь перейти границу... я... я не могу здесь оставаться! Прошу вас, капрал!..
   Боги! Она что, плачет?.. Нет, ну это уже перебор.
  - Возьмите меня с собой! Пожалуйста!.. Я была не права тогда, в таверне, но... если у вас есть сердце...
  Ну вот и что на это можно было ответить? Что сердца у меня нет?.. Увы, оно есть и всегда было.
  В отличие от мозгов...
  
  Глава третья
  
  Матильда.
  
  Мама говорила, что я должна уметь ездить и в мужском седле, и в дамском, и даже по-лаумейски, без седла. Как сейчас помню ее красивое лицо, черные волосы, заплетенные по последней столичной моде в две толстые, с руку, косы, изящные запястья, серебристое платье с воротником-стойкой, прямой взгляд темных глаз с неимоверно большими зрачками, занимающими практически всю радужку... Прошло уже больше десяти лет с тех пор, как я видела кнесицу де Шасвар в последний раз, а воспоминания настолько свежи, словно это было еще вчера... Впрочем, я отвлеклась.
  Мама говорила, что я должна уметь ездить по-разному. Отец утверждал, что приличным девицам не подобает ездить в мужском седле, раскорячившись, как беременный таракан. Только в дамском!
  В итоге, оказавшись на улице, я замерла перед Ветерком, не зная, что же мне делать дальше.
  -Так и будете стоять? - громыхнул за спиной уже знакомый голос.
  -Я... - я оглянулась и судорожно попыталась подобрать слова, - понимаете, капрал, я не умею... Он не под тем седлом и...
  Милез сердито сверкнул глазами, обогнул меня и одним прыжком оказался в седле. Кажется, даже стремян не коснулся. А потом я и пискнуть не успела, как он, чуть склонившись, подхватил меня и усадил впереди себя на коня. Мать Рассвета, как же тут неудобно!
  -Держитесь, госпожа де Шасвар, - горячо шепнули мне на ухо... А в следующий миг пришпорили коня.
  Копыта выстукивали звонкую дробь по булыжной мостовой, ветер, бьющий в лицо, выбивал слезы, а я... Я, обеими руками вцепившись в гриву, пыталась собраться с мыслями.
  Только этим, а так же тем, что мне слишком сильно дали по голове - недаром она так болела - можно объяснить, что я не сразу поняла, в какую сторону мы движемся. Осознание всех тех неприятностей, в которые я попала, возникло уже когда мы выехали на улицу Зеленой ночи.
  -Капрал, вы действительно решили ехать в Мертвый Эгес?!
  -Вы очень догадливы, госпожа.
  -Но это же самоубийство!!!
   Он только хмыкнул:
  -Вы предпочитаете чуть менее надежные способы?
  Я даже не нашла, что ответить на такую наглость.
  Ворота на Третьей заставе, не смотря на обещания этого... Блэйра оказались закрыты. Кто б сомневался?! Желающих совершить суицид здесь всего двое - я и, как выяснилось, капрал Иассир. А на воротах, ведущих к Мертвому Эгесу, самоубийц никогда не держали. Это знаете ли, чревато.
  Мой спутник тихо ругнулся сквозь зубы и рявкнул в полный голос:
  -Заснули там, что ли? Открыть ворота!
  -Иду,иду! - лениво откликнулся хрипатый голос из сторожки, и через несколько минут по ступенькам спустились двое: субтильный мальчишка в гражданском платье и обрюзгший мужчина лет сорока на вид в мундире с погонами фендрика.
  Зеленый Отец! Неужто это вся стража?! Да еще и на тех воротах, что выходят в сторону пограничья?! Пусть за стенами Мертый Эгес и по доброй воле через него никто не пойдет, но нельзя же так!
  Откуда-то с высоты раздался громкий кашель, я вскинула голову и разглядела, что на стене стоят еще шестеро солдат, лениво наблюдающих за нами. Это уже радует, ворота не брошены на произвол судьбы.
  Вечный Змей, Матильда, о чем ты вообще думаешь?! Тебе надо быстрее уйти из города, раз уж пасть смертью храбрых не получилось, а ты размышляешь об обороноспособности Эгеса!
  -Капрал Иассир! - ухмыльнулся взрослый обер-офицер, - а мы уже вас заждались, думали, вы на другую заставу пошли.
  -Открывай ворота, - отрывисто скомандовал милез, разом забыв об субординации.
  -Никак нет, господин капрал, - вытянулся во фрунт мальчишка, - не положено! - и, прежде чем капрал успел хоть слово сказать, продолжил: - По приказу командования. В Мертвом Эгесе третью ночь болотные огоньки блуждают, ворота запрещено открывать. Только через калитку.
  - Она тут рядышком, - чуть насмешливо продолжил фендрик. - Спешиться только надо. Да вы и сами знаете.
  Калитка была всего на вершок выше головы коня, всадник проехать через нее не мог, так что действительно пришлось спуститься на землю. И если у капрала не возникло с этим никаких проблем, то я не смогла обойтись без его помощи.
  Мальчишка в гражданском услужливо загромыхал замком, капрал потянул коня за повод и, выйдя за пределы города и вскочив в седло, вновь склонился, чтоб усадить меня перед собою.
  -Удачи на новом поприще, капрал! - крикнул нам вослед фендрик. Со стены раздались смешки.
  Ладони милеза замерли на моей талии:
  -В смысле?
  -Мальчик смазливый! - хихикнул толстяк, поспешно закрывая калитку. - А вы его так деликатно за пояс держите...
  Честно говоря, я ничего не поняла. В отличие от господина Иассира: смуглое лицо унтер-офицера от гнева мгновенно покрылось багровыми пятнами.
  -Мерзавец!- прошипел он и, оставив меня на земле, даже коня развернул, но с той стороны уже громыхали засовы...
  Впрочем, 'хочешь умереть...' ну и дальше по тексту. Уже через несколько минут капрал, одной рукой придерживая клеймор, другой вовсю барабанил кулаком в ворота:
  -Открывай, скотина! - кажется, он мгновенно забыл о всяческом уважении к старшим по званию. Даже на 'ты' перешел, как будто к крестьянину какому-то обращался. - Я ж тебя под землей найду!! - А еще он как-то подзабыл о том, что нам надо ехать. И как можно быстрее!
  Тем более, что этот фендрик не сказал ничего такого. По крайней мере, я ничего в его словах обидного не услышала. Да, то, что капрал держит меня за талию, когда подсаживает, да и то, что я еду так близко от мужчины - мало знакомого мужчины, надо отметить - не совсем пристойно, но с другой стороны, я же сейчас в мужском платье! Разве кто-то что-то заподозрит? О том, что было, пока я была без сознания, я и думать не хочу.
  Милез меж тем разошелся вовсю:
  -Хидеж, мерзавец! Открой ворота! Я тебя...
  -Капрал, - осторожно кашлянула я. - Вам не кажется, что нам надо ехать?
  У мужчины как будто стержень какой-то выдернули. Он замер, бросил несчастный взор на все еще запертые ворота, обреченно выдохнул: 'Негодяй' и вздохнул:
  - Поехали.
  Из-за стены послышался взрыв издевательского хохота, а вслед за тем все стихло. И мы остались наедине с Мертвым Эгесом...
  
  Унгария постоянно воевала с Фирбоуэном. В основном, конечно, с фениями - жившие на территории союзного государства мисы больше интересовались торговлей, лаумы - наукой, а агуане собой... Пограничные стычки переходили в затяжные битвы, те в свою очередь затихали, на короткие периоды устанавливался мир, а потом все вспыхивало вновь. Провокации были и с той, и с той стороны, но суть не в этом. Пару веков назад было решено поставить Границу. Нет, конечно обычная межа между государствами была всегда, но для того, чтобы пресечь войны с нелюдями, нашими магами на границе с Фирбоуэном была поставлена невидимая и практически непроницаемая стена. Лишь в некоторых местах были оставлены врата, через которые возможно было проходить из одной страны в другую. Говорят, правда, что есть еще контрабандные тропки, но речь сейчас не об этом.
  Последняя война между Унгарией, в которою входит кнесат Шасвар, и Фирбоуэном разразилась незадолго до моего рождения. Я не совсем хорошо помню эту часть нашей истории, а потому сказать, из-за чего же начались битвы, не могу. Кажется, причина была в том, что наш, унгарийский принц решившийся посвататься к фенийке из знатного рода потом передумал и, опозорив ее, вернул родителям. Но так ли это или нет - честно, не помню'. Как бы то ни было, граница, поставленная древними чародеями, все еще оставалась такой же непроницаемой, как множество лет назад, войска нелюдей не могли пройти через узкие врата - заставы, и тогда с той стороны началась колдовская атака.
  Вызванный магами Фирбоуэна огненный шквал пронесся вперед, выжигая все на своем пути, но, ударив в колдовскую границу, так и не смог ее разрушить - лишь сдвинул на тысячу лиг вглубь Унгарии.
  Эгес уже тогда был довольно большим городом и располагался у самой межи. Новая, сдвинувшаяся граница, после окончания войны разрезала его напополам, разделив селение на Эгес, который, после моего рождения и стал моим приданным, и Мертвый Эгес, оставшийся на ничьей земле. Чтобы жители Шасвара не видели разрушенных оплавившихся домов, указом кнеса вдоль магической границы была построена крепостная стена, но честные жители все равно редко селились подле уничтоженной войной части города. В отличие от всякого отребья, изничтожить которое не могла даже городская стража.
   Тем более, что, не смотря на то, что все живое было уничтожено здесь более двадцати лет назад, даже трава не росла - а значит эта узкая полоса земли не была нужна даже Фирбоуэну, став ничьей землей, разделяющей границы королевств людей и нелюдей - в Мертвом Эгесе по ночам бродили болотные огоньки, а служащие на Третьей заставе солдаты рассказывали, что над покрытыми черной копотью домами разносится чей-то отчаянный вой...
  И именно в этот Мертвый Эгес, разрушенный, опаленный дыханием огненного шквала, мы и вошли.
  Невысокие двухэтажные дома щерились осколками полопавшихся слюдяных окон. Чернели выжженные провалы дверей, а где-то вдалеке клубился дым - неужели здесь до сих пор может что-то гореть?
  Подсадив меня в седло, милез решительно пришпорил коня. Похоже, капралу Порубежной стражи тоже не терпелось побыстрее покинуть это мрачное место.
  В отличие от Эгеса, где дороги были вымощены булыжниками, каменная мостовая мертвого города спеклась в одну гладкую плиту: черную, чуть поблескивающую в лучах заходящего солнца. На губах ощущался соленый привкус пепла - казалось бы, столько лет прошло, а все-таки... О том, что произошло с теми людьми, что были здесь когда сдвинулась Граница, я старалась не думать.
  Раньше я никогда не была в Мертвом Эгесе: место темное, страшное, сколько Зеленому Отцу с Матерью Рассвета не молись, все равно в какую-нибудь неприятность попадешь. Разве что сказать что-нибудь у алтаря Вечного Змея...
  Ох, Зеленый Отец, как же у меня болит голова... Точно шишка будет. Хорошо, если ее сейчас уже нет.
  Уже через несколько минут Ветерок перешел с галопа на рысь - похоже, капрал, уверившись, что никто его преследовать не будет, решил, что не стоит загонять коня.
  Дорога сильно петляла. Мы уже ехали с полчаса, не меньше, а ворот все не было видно. Я уже и скучать-то начала, когда мужчина внезапно резко натянул поводья. Я прекратила разглядывать конскую гриву, и подняла голову, пытаясь рассмотреть, что заставило нас остановиться.
  Все как и везде в Мертвом Эгесе: обрушившиеся стены, оплавившиеся камни... и невысокая детская фигурка, замершая неподалеку от стены. Но здесь ведь не может быть никого живого! Или может?
  -Только богли мне не хватало! - обреченно выдохнул за моей спиной капрал.
  -Кого? - оглянулась я на него. - Откуда здесь ребенок?! Он что, пришел с межграничья?
  -Это богли, призрак, - тоскливо вздохнул мужчина. - Будем надеяться, он нас не заметит, иначе...
  И, натянув поводья, милез осторожно направил коня к ближайшему зданию. Точнее, к тому, что от него оставалось.
  -Иначе что?
  -Молчите! - отчаянно зашипели мне в ответ. - Если он нас увидит...
  Судя по всему, полукровка рассчитывал обойти странное существо по большой дуге. И ему это почти удалось: богли - кто бы это ни был - увлеченно смотрел куда-то в сторону и пока что не обращал на нас никакого внимания. Вблизи это оказалось невысокое создание, полупрозрачное, хрупкое. Длинные костлявые руки доставали до самой земли, а лохмотья, служившие призраку одеянием, развевались на ветру.
  Не знаю, что мой спутник умудрился сделать с конем, но Ветерок ступал практически бесшумно. Мы уже почти обогнули крошечное существо, когда богли внезапно задергался, зачирикал, подобно странной птице, а, потом, и вовсе крутанувшись на пятках, повернулся к нам. Я охнула, зажав рот рукою: вместо глаз на лице призрака чернело два провала.
  -Вижу... Вижу... - прошипел уродец, показав два ряда острых мелких зубок. - Вижу странников... Мужчину, мнящего себя самым ловким, да женщину, мнящую себя самой умной... - и хихикнув, он поковылял куда-то вверх по улице.
  За моей спиной раздался тихий сдавленный стон:
  -Ну почему именно сейчас?! Я же месяц назад здесь был! Он не мог тогда появиться?!
  И полукровка, развернув коня, направился вслед за мелким чудовищем.
  -Капрал, что вы делаете?! - охнула я. - Мы ведь ехали в другую сторону.
  -То, что надо! - мрачно огрызнулся он. - Вы что, про богли никогда не слышали?
  -Нет...
  Судя по тону, мужчина скривился:
  -Если мы сейчас не пойдем за ним, то из Мертвого Эгеса вероятней всего не выйдем.
  -Почему?!
  -Или камень на голову упадет, или Ветерок ногу сломает, или еще что... Вариантов много...
  -Что за чушь?!
  -Это не чушь, это богли... И если он нас увидел, а мы за ним не пошли, то за пределы города мы не выйдем.
  Я не выдержала:
  -И долго нам за ним идти?
  -Пока он не приведет нас туда, куда хотел.
  -И что потом?
  -А ничего, - печально фыркнул унтер-офицер. - Полюбуемся на открывающийся пейзаж, и вновь отправимся по своим делам. И будем надеяться, что на этот раз не встретим нового богли.
  Уродец беспокойно ковылял на расстоянии нескольких футов от нас и периодически оглядывался, словно проверяя, следуем ли мы за ним. Щерил острые клыки в каком-то подобии улыбки и вновь продолжал свой путь. Расстояние между призраком и Ветерком не изменялось: судя по всему милез не стремился побыстрее догнать это чудовище.
  -А это не опасно? - все не могла успокоиться я. Воображение уже успело нарисовать нас окруженными толпой хищных богли, приготовившихся напасть.
  -Богли не причиняют вреда. Гораздо хуже, что мы теряем время.
  Похоже, уродец решил просто прогуляться по пустынному городу. Богли петлял по остаткам улиц, заворачивал в проулки, нырял под обвалившиеся арки. Он минут пятнадцать, не меньше водил нас по Мертвому Эгесу. А потом вдруг остановился и, на миг оглянувшись на нас, бодро перепрыгнул через обуглившиеся остатки двери и скрылся в каком-то доме.
  -И что дальше? - мрачно поинтересовалась я.
  -Пойдем за ним, - зло буркнул капрал, спускаясь на землю, и набрасывая повод Ветерка на остатки коновязи. Разумеется, и свой меч взять не забыл.
  -Но он же ушел!
  -Но он не растворился в воздухе. Значит, еще не привел, куда хотел. Хотите, можете остаться здесь.
  Я на миг представила, что капрал сейчас уйдет, а я одна останусь на улице Мертвого Эгеса... Скоро начнет смеркаться, в темноте полетят болотные огоньки, на шпиле обрушившегося храма замелькает странная тень - говорят, тот, кто с нею встретится, никогда не вернется в родной дом...
  Я решительно протянула руки мужчине:
  -Помогите мне спуститься, капрал. Я пойду с вами.
  И лишь шагнув вслед за милезом в темноту обуглившегося дома, я поняла, какую же глупость я натворила.
  Я - взрослая серьезная двадцатилетняя женщина. Уже пять лет как совершеннолетняя. Уже два с половиной года как замужняя. Нахожусь наедине с малознакомым мужчиной, да к тому же еще наполовину нелюдем.
  Если я выживу после всего этого, я не смогу зайти ни в один приличный дом Шасвара! Мое имя будут трепать всех салонах! Я - и наедине с мужчиной!
  С другой стороны, я ведь все равно собиралась умереть, не так ли?
  
  В коридоре царил полумрак. В первые годы после окончания войны в Мертвый Эгес заглядывали мародеры, надеясь, поживиться хоть чем-то, но огненный шквал, пронесшийся по улицам пограничного города, уничтожил все, кроме камней, из которых были сложены стены домов. Сила колдовства была такова, что даже то, что находилось внутри зданий, осыпалось горстками пепла. Остались лишь черные, покрытые копотью, оплавившиеся стены...
  Впереди слышалось шлепанье шагов и тихое хихиканье богли:
  -...мужчина и женщина... Самая умная и самый ловкий...
  Под каблуком что-то хрустнуло, я опустила взгляд... И, разглядев, что наступила на выбеленную временем человеческую челюсть, завизжала и шарахнулась в сторону. Вцепилась во что-то...
  -Госпожа де Шасвар, - деликатно кашлянули мне на ухо. - Мне, конечно, очень приятно, но я ведь, кажется, уже говорил, что вы немного не в моем вкусе?
  В конце коридора послышалось злорадное хихиканье богли.
  Я медленно повернула голову... И обнаружила, что обеими руками обнимаю прижатого к стенке капрала Иассира.
  Зеленый Отец, ну почему мне сегодня так не везет?! Я же серьезная замужняя женщина!!! Да, Шемьен - мерзавец, но я-то честная женщина!
  Я осторожно расцепила руки:
  -Капрал Иассир, это... Это совершенно не то, что вы подумали... Тут череп и...
  -Какой череп, госпожа?
  -Вон, там! - я указала пальцем... и поняла, что на полу ничего нет. Но я же видела! Я же действительно видела эту проклятую челюсть!
  -Конечно, госпожа де Шасвар, я все понимаю, - мне показалось, или в голосе милеза действительно прозвучала ирония?
  Но когда я вскинула голову, разглядывая лицо капрала, тот был серьезен как никогда.
  Будем считать, что мне показалось. Но, Мать Рассвета, какой позор! Какой позор!
  Проклятый богли даже не пытался уйти. Как остановился в конце коридора, так и стоял, поджидая нас. Мужчина вздохнул, осторожно отодвинулся от стены и, направился к призраку. Мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.
  Длиннорукое чудовище, меж тем, оглянулось на нас и, в конце коридора, нырнуло в какую-то комнату. Капрал решительно шагнул внутрь, я - следом... И замерла, удивленно оглядываясь по сторонам.
  Огненный шквал, пронесшийся по улицам Мертвого Эгеса, почему-то не затронул это помещение. Казалось, его хозяин покинул комнату только вчера. Обитые дорогими тканями стены. Пара удобных кресел. Книжный шкаф. Небольшой столик с какой-то лежащей на нем безделушкой. Совершенно не выцветший ковер на полу. И радостно скалящийся богли.
  Увидев, что на него, наконец, обратили внимание, уродец облизнулся длинным раздвоенным языком и растаял в воздухе.
  -Забавно, - задумчиво протянул полукровка. - Никогда не подозревал, что в Мертвом Эгесе есть такие места.
  -Получается, он специально нас сюда привел?
  -Кто знает? - пожал плечами мужчина. - Одним богам известно, что на уме у богли. Может, позабавиться решил, а может и специально, - и капрал Иассир направился в обход комнаты. Несколько прядей седых волос выбились из небрежно собранного хвоста на затылке, но мужчина этого даже не заметил.
  Все-таки у милезов, произошедших от фениев, весьма странная внешность. Они взяли всего понемного от каждого из родителей, и в то же время остались не похожими ни на кого из них. У фениев - белоснежные волосы, светлая, почти бледная кожа, голубые глаза. Унгарийцы обычно - смуглые брюнеты. Вот и получается, что милезы смуглые, как унгарийцы, но при этом цвет их волос не белый, как у одного из родителей - а седой, как у стариков.
  Это у мужчин так. Женщину-милезку, пожалуй, от унгарийки-то на вид и не отличишь.
  Книжный шкаф оказался заперт. За дорогими, стеклянными дверцами виднелись корешки книг, но, сколько капрал не дергал бронзовые ручки, сделанные в виде львиных голов, все оказалось безуспешно.
  Я, меж тем, подошла к столику. Лежавшая на нем безделушка оказалась золотым кулоном на тонкой цепочке. Осторожно взяв его в руки, я перевернула медальон.
  -Надо же...
  -В чем дело? - тут же оказался рядом со мною капрал.
  -Здесь такой же рисунок, как у меня: Мать Рассвета, Зеленый Отец и Вечный Змей у их ног... - я провела кончиками пальцев по изображению.
  -И что с того? Это ведь обычное изображение богов.
  -Образки обычно делают немного другой формы, а тут... - покосившись на милеза, я осторожно вытащила из-под рубашки свой кулон.
  Теперь на ладони лежали два абсолютно одинаковых амулета. На них даже царапины были в одних и тех же местах! Лишь на обратных сторонах картинки были разными: у меня - Мать Рассвета, а на найденном - Вечный Змей.
  -Видите?
  -Можете дать посмотреть поближе?
  Я протянула ему тот образок, что взяла со стола.
  -А второй?
  -Я не смогу его снять, - распространяться дальше я не стала. Не рассказывать же, в самом деле, как я, в детстве изучая содержимое маминой шкатулки, увидела интересный кулон на цепочке, примерила его... а потом поняла, что попросту не могу его снять.
  Кажется, капрал не удовлетворился таким ответом, а то и вовсе решил, что я все придумываю, но других вопросов задавать не стал. Взял новую подвеску в руку...
  И в тот же миг у меня закружилась голова, я зажмурилась, а когда открыла глаза, обнаружила, что я и офицер стоим на улице, неподалеку от того места, где впервые увидели богли, а рядом переступает с ноги на ногу Ветерок.
  -Что за наваждение?! - только и смогла выдохнуть я.
  Капрал оказался умнее. Раздраженно буркнув: 'Потом разберемся', он бросил в кошелек на поясе найденный кулон и направился к Ветерку. На миг оглянулся:
  - Вы со мной, госпожа? Или решили остаться здесь?
  А у меня есть выбор?
  Копыта Ветерка выстукивали дробь по обугленным камням мостовой, а моя голова была занята тяжелыми размышлениями.
  Что же я творю? Зеленый Отец, что я творю?! Пытаюсь умереть, потом сбегаю с каким-то подозрительным типом, теперь вот еду на межграничье... Да если там кто-то узнает кто я, или если мой спутник решит воспользоваться моим именем в своих целях - я не говорю о том, что я ему пообещала - да я же погибла!
  
  
  Глава четвертая
  Айден.
  
  - Капрал Иассир!..
  Так, главное - не перепутать... Сегодня четырнадцатое, стало быть, день четный. И вход будет не слева, а справа. Сразу за старым храмом. Нет, ну они хоть бы завал разобрали!..
  - Капрал Иассир, вы меня вообще слышите?!
  Четверть Эгеса к ним ходит, а дорогу до сих пор не расчистили. Придется спешиваться... Куда бы коня пристроить, чтоб его по темени не сожрали?.. Потому что Стефиан тогда нас с Блэйром сам сожрет без ножа и вилки...
  - Капрал Иассир!!
  - Светлые боги,- вздохнул я,- госпожа, я же просил вести себя потише. Мало нам богли, так вы сейчас сюда и кархулов со всего пограничья соберете...
  - Кар... кого?- она захлопала ресницами и, словно очнувшись, знакомо нахмурилась:- Не заговаривайте мне зубы! Я говорила не о том. Уже солнце село, капрал!.. А мы до сих пор из Мертвого Эгеса не выехали, и...
  - И не выедем,- отрезал я, натягивая поводья.- Тпру, стой!
  - Что вы делаете?!
  - Спешиваюсь.
  - Зачем?!
  - За камнем,- хмыкнул я, подавая ей руку.- Ну, ну, не надо сверкать глазами. Я не издеваюсь. А за тем камнем - вход в одно надежное местечко. Один из его хозяев - мой старинный приятель... Спускайтесь, госпожа! Вы верно заметили - солнце село. А ночью в Мертвом Эгесе делать нечего.
  - Но мы же...- она неуверенно оперлась на мою руку и соскользнула с седла вниз.- Мы же здесь?
  - Пока что,- я, покрутив головой, задумчиво посмотрел на развалины старого храма. Хоть одни стены и остались, а святое место, все-таки! И подвал какой-никакой у них там быть должен... Главное - Ветерка туда запихнуть без лишнего шума, и дверь запереть. Если она сохранилась. Конь мне еще понадобится.
  - Я думала, что к ночи мы уже будем на межграничье.- настороженно озираясь по сторонам, неуверенно пробормотала кнесна де Шасвар.- Вы же в бегах, капрал!..
  - Очень временно,- поправил я.- А что до межграничья - так ночью там не безопаснее, чем в Мертвом Эгесе. Придержите лошадь, я сейчас...
  - Куда вы?!- всполошилась она.
  - Не беспокойтесь, я вас не бросаю. Но и коня бросать...- я, спохватившись, вовремя заткнулся, едва не брякнув: 'на съедение'. С каждой минутой все темнее и темнее, а в компании с пугливой девицей шариться по храмовым лабиринтам - только время терять и нервы...
  - Стойте тут,- велел я.- Если что - прыгайте в седло и скачите обратно к Третьей заставе. Только не оборачивайтесь.
  - П-почему?..
  Вот именно. Почему. Почему я не могу обойтись двумя словами?..
  - Потому что. Прикиньтесь деревом и ждите меня. Я быстро.
  - А...
  Не дослушав, я шагнул в полуобвалившийся дверной проем. Солнце давно село, луны не видно - даже без крыши темнотища такая, хоть глаз выколи... Надо поторопиться. Между жизнью и лошадью, пусть даже такой, как Ветерок, я все-таки выберу первое!..
  Я споткнулся о почерневшую от огня и времени балку, выругался сквозь зубы и чиркнул огнивом. Короткая желтая вспышка на мгновение выхватила из сырого мрака обшарпанные стены, высокие колонны в черных трещинах и покрытый копотью алтарь - там, впереди. Удивительно, как здание вообще устояло?.. Ведь вокруг сплошные развалины... Вмешательство свыше? Я криво усмехнулся. И, углядев возле стены высокий громоздкий шкаф, потянул на себя дверцу. Она осыпалась в моих руках жирной черной пылью. Мда. Огонь и время... Наскоро отряхнувшись, я сунул руку в недра шкафа и, нащупав внутри какую-то ветошь, снова щелкнул огнивом, высекая искру на обрывок тряпки.
  Крошечный дрожащий язычок пламени еще больше сгустил темноту. Надо найти какую-нибудь деревяшку для факела, и...
  - Ах ты ж!..- вырвалось у меня. 'Ветошь' оказалась полуистлевшим балахоном храмовника, а подожженная мною тряпка - его оторванным рукавом. Больше того - на оного служителя тот балахон и был надет... Высохшее тело мертвеца не было черным и обугленным, как все вокруг - от горелых ломаных скамеек до самого 'шкафа', оказавшегося исповедальней. Теперь понятно, почему покойник так хорошо сохранился... Я окинул взглядом скрючившееся на скамеечке тело. Бедняга. Почему он тогда не ушел вместе со всеми? Забыли в суматохе, или сам не захотел?.. Поди пойми этих храмовников... Впрочем, мне-то что до них? Мне коня надо спрятать!
  - Прости, старик,- покаянно пробормотал я. Дернул на себя занявшийся балахон и быстро навертел оторвавшийся кусок ткани на подобранную тут же ножку то ли стола, то ли стула.- Тебе оно уже без надобности... Так, факел есть. И где у нас тут вход в подвалы?
  - Слева, за алтарем. Вниз по лесенке. Но лошадь там не пройдет, солдат.
  - Вот незадача... Кто здесь?!
  Я схватился за клеймор, второй рукой беспорядочно тыча факелом в разные стороны. В храме никого не было. Только я.
  Только я и мертвый служитель.
  - Оружие ни к чему,- прошелестел голос. Звучал он, кажется, откуда-то сверху. По крайней мере, скрюченное тело никаких признаков жизни не подавало - надо думать, на мое счастье.- И не вертись. Мой дух неосязаем... Оставь коня здесь, солдат. В храме Вечного Змея ему ничего не грозит.
  - С-спасибо...- выдавил из себя я, оглянувшись на вход. Идея поискать пристанище для Ветерка уже не казалась такой хорошей. То-то я и думаю, почему самоцветы с алтаря еще не ободрали?.. Мародеры - народ ушлый, им что Мертвый Эгес, что живой... Но связываться с храмовниками Вечного Змея, да еще и порядком засушенными, последняя глупость. Они и при жизни миролюбием не отличаются! Нет, не мой сегодня день. Точно, не мой.
  - Как знать,- в безличном голосе, казалось, промелькнула улыбка. Мысли он мои читает, что ли?..- Порой все начинается с конца... Совсем стемнело. Поторопись. Я пригляжу за лошадью. А тебе и так будет, чем заняться...
  - Это вы на нее намекаете?- ляпнул я, махнув рукой в сторону оплавленного крыльца. И запоздало прикусил язык. Ну что мне, заняться больше нечем, как с духами усопших разговоры разговаривать?! Да еще и с такими...
  - Простите, что побеспокоил,- поспешно забормотал я, тихонько пятясь на выход,- не мог знать, чей покой нарушаю... Со всем уважением... А лошадь уж как-нибудь и снаружи переждет, что ей сде...
  - Трое,- перебил меня голос мертвого храмовника.- Заходят со стороны колодца. Голодные. Поторопись!
  - Но я ничего не...
  - А-а-а-а-й-й!!
  - О, боги!..
  
   Помните, я с пару минут назад про кархулов не ко времени брякнул?Ну вот, можете меня поздравить - накаркал, идиот...
  Когда я, размахивая факелом и клеймором одновременно, выскочил из храма под аккомпанемент истошного женского визга, то представшая глазам картина, прямо скажем, не обрадовала. Урожденная кнесна де Шасвар, повиснув на шее хрипящего Ветерка, верещала на весь Мертвый Эгес, а к ней, плотоядно ворча, подступали три темные фигуры - сгорбленные мохнатые спины, маленькие острые ушки, мускулистые трехпалые лапы... И узкие длинные морды с подпирающими носы клыками. Из щелкающих пастей на землю стекала слюна. Слух у покойника - сдохнуть от зависти. Трое, да, и голодные. А если вспомнить, что кархулы сплошь самцы, не чуждые плотских удовольствий и не особо разбирающиеся, какого жертва пола...
  Лучше бы меня Цербер своими же руками удавил!
  - Камень!- завопил я, прыгая вперед. Верный клеймор серебристой молнией распорол ночную темноту.- Камень, у правой стены, белый!.. Да плюньте вы на лошадь, уже не до этого! Нас всех сейчас... У-у, погань слюнявая!!
  Клинок со свистом взлетел в воздух и, ястребом рухнув вниз, перерубил лапу особо нетерпеливой твари. Кархул дико взвыл и отпрянул. Зато его приятели, чтоб им лопнуть, начали заходить с двух сторон...
  - Госпожа де Шасвар!- вертясь юлой, прошипел я.- Вы меня слышали?! Камень! Быстро!
  К ее чести, спорить кнесна не стала. И даже коня отпустила. Визжать не прекратила, правда, ну да ладно уж... Да и кто бы перестал? Кархулы - это тебе не богли, и даже не почивший храмовник. А умереть мы всегда успеем. И хотелось бы - менее варварским способом.
  - Капрал!- запаниковали сзади.- Этот камень слишком большой! Я его не подниму!..
  - Да кто вас просит?!- выругался я, ткнув полыхающим факелом в морду наседающего слева зверя.- Нащупайте там сбоку выступ... Треугольный...
  - Сейчас... нашла! А дальше?
  - Жми!!- заорал я, плюнув на политес. И, съездив напоследок по морде третьего кархула, гигантским прыжком достиг правой стены заброшенного храма. Позади щелкали челюсти и хрипел Ветерок. До слез жаль его, беднягу, но выбирать не приходится. Жизнь дороже. Кроме того, если меня сожрут - еще полбеды, а если дочку правителя Шасвара... Вся рота в каторжные бараки переедет! Я не бог весть какой благородный, но друзей подставлять - последнее дело.
  - Держись!- выдохнул я, швыряя факел наугад через плечо. И, не выпуская оружия, освободившейся рукой уцепил девушку за тонкую талию. Позади с мерзким скрежетом проехались по камню когти, полоснул уши гнусный надтреснутый рев кархула... и распавшийся на две половинки камень сомкнулся снова, приняв нас двоих в темные поземные недра.
  Душный, теплый мрак привычно окутал со всех сторон, как лисья шуба. Ни дуновения ветерка, ни шороха - только мое тяжелое дыхание и несвязное бормотание моей спутницы. Кажется, она молилась. Ну, или пыталась... И я ее понимаю! Когда мы с Блэйром впервые нарвались на кархулов, нас долго преследовало навязчивое желание бросить военную службу и уйти в святую обитель Милостивых Братьев послушниками. Туда принимали даже милезов. И уж там-то мне не пришлось бы скакать из огня да в полымя... Но отец не позволил. Жаль. Почему-то мне кажется, что отринуть мирское мне в ближайшем будущем захочется не единожды!..
  - К-капрал Иассир...
  - Тихо, тихо,- успокаивающе прошептал я, с трудом выравнивая дыхание.- Здесь нас уже не достанут.
  - Капрал Иассир... мне нечем дышать. Не могли бы вы убрать руку?
  - Э-э... извините. Разумеется. - я отпустил ее и, прокашлявшись, поинтересовался:- Как вы? Вас не поцарапали?
  - Хвала Матери Рассвета, нет,- она прерывисто вздохнула:- Но спать я теперь точно не смогу! Эти... они такие... жуткие!
  - Да уж. Кархулы красотой никогда не отличались. Несмотря на то, что для продолжения рода выбирают, как правило, женщин посимпатичнее...
  - Простите?!
  Я поспешно прикусил язык. Который, чтоб мне его дверью прищемили, в последнее время совершенно не хочет сидеть на привязи!.. Мало бедняжке вида кархулов, мало того, что ее едва не съели, так добрый капрал чуть в подробностях не растрепал, чем эти твари любят развлечься перед едой!.. Вот он, результат общения с распущенными сановными женами... Хорошо, тут темно. А то наивная девочка все по моему лицу прочла бы. И, прямо скажем, душевного здоровья оно б ей точно не прибавило!..
  - Гр-р-р...- дружелюбно донеслось из темноты лаза, живо напомнив мне, что на душевном здравии кнесны де Шасвар и так уже можно смело ставить крест. Вновь задрожавшие пальчики судорожно вцепились в мой лацкан:
  - Что это?!
  - Тс-с. Без паники. Все в порядке.
  - Гр-р-ры-ы!- радостно подтвердили впереди. Моя спутница издала придушенный всхлип и, кажется, попыталась упасть в обморок. Я привычно придержал ее за талию:
  - Тихо, тихо!.. Это Изюмчик. Он безвредный.
  - И... ик!.. зюмчик?!
  - Любимый зверек моего приятеля. Я вам про него недавно говорил. Тс-с! Только не кричите! Изюмчик безвредный, но пугливый. А когда он пугается, он и в ногу вцепиться может. И зубы у него, я вам доложу...
  - Ах-х...
  Тьфу. Да когда ж я заткнусь-то наконец?.. Успешно поймав разом отяжелевшее тело девушки, я философски вздохнул и, нащупав ногой уходящие вниз ступеньки, сердито сказал:
  - Цыц!.. Изюмчик, родной, не признал, что ли?
  - Гры-ы...- с облегчением рыкнули в ответ, и колючий слюнявый язык радостно проехался по моему сапогу, снимая стружку с кожи.
  - Ну вот и славненько,- я поудобнее перехватил на руках свою ношу.- Посветишь дяде, малыш?
  Во тьме с готовностью вспыхнули два желтых глаза размером с блюдце. Стали видны уходящие вниз каменные ступени и осыпающиеся мелкой пылью земляные стены глубокого извилистого коридора. Я покосился на свесившую кудрявую головку девушку, снова вздохнул и с энтузиазмом обреченного потопал вниз.
  
  - Кнесна? Кнесна де Шасвар? Айден, ты с ума сошел?..- свистящим шепотом поинтересовался Пемброук, раз уже в пятый оглядываясь на плотно прикрытую дверь 'отдельного кабинета'. Да, в заведении 'Кротовья нора' были и такие столики. Слишком уж порой непростые люди (да и НЕ люди тоже) сюда захаживали.
  - Не трави ты душу,- вяло огрызнулся я, опрокидывая чарку. Горло обожгло огненной волной.- Кхе! Ядреная брага у тебя нынче...
  - Обновленный рецепт,- скромно потупился совладелец 'Кротовьей норы'.- В этот раз на печенках болотного шишкокрыла настаивал... Чего ты плюешься?!
  Я утер губы рукавом и, подумав, махнул рукой. Пемброук, благополучно истолковав этот жест как просьбу повторить, наклонил кувшин... Я подумал - и не стал возражать. В сущности, что такое печенки шишкокрыла против моих проблем?..
  - Дружище,- опрокинув новую чарку и с трудом проморгавшись, прохрипел я,- нужна твоя помощь.
  - Это я уже понял. Но если ты дочку кнеса из отчего дома уволок, то...
  - Окстись, Пем! Я что, совсем идиот, по-твоему?!
  - Ну-у-у...
  - Не понял?
  - Пошутил я,- вздохнув, отозвался приятель.- Помогу, не чужие, небось... На дно залечь хочешь, да?
  - Именно,- я огляделся по сторонам. Большой зал (а попросту говоря - пещера с земляными полами и потолком, скудно освещенная полудохлыми факелами в стенных нишах) был наполовину пуст, но все равно народу здесь хватало. В основном, конечно, наш брат милез, остальные наползут через пару часов, когда ночь окончательно вступит в свои права... В заведении у Пемброука и Дуна случайных людей не бывало. Собственно, ЛЮДЕЙ, знающих о существовании этого места, во всем Эгесе можно по пальцам пересчитать. Что они тут забыли? Другое дело мы... И кое-кто из фениев.
  И такие, как Пемброук.
  Я поднял над столом чарку, вновь наполненную заботливым товарищем, и благодарно улыбнулся:
  - За друзей!
  - Спасибо,- снова потупился тот. Он был славным парнем, очень стеснительным - несмотря на внешность и род деятельности. Совладельцу такого заведения, как 'Кротовья нора' не с руки быть тонко чувствующей натурой, а застенчивый квартерон - вообще ходячая насмешка... Только попробовал бы кто обидеть этого добродушного громилу!.. В таком случае незадачливому насмешнику пришлось бы иметь дело не только со мной, Блэйром или тем же Изюмчиком - ему бы пришлось разговаривать с Дуном. А это, скажу я вам, без вариантов...
  - Капрал,- дверца 'отдельного кабинета' скрипнула, и наружу высунулась растрепанная кудрявая голова,- капрал, мне бы... ой!
  Глаза кнесны, натолкнувшись на Пемброука, в ужасе расширились. Друг привычно вздохнул:
  - Дуна увидела. Ты ей что, не сказал?..
  - Не успел,- я поднялся с лавки.- Госпожа, подождите внутри. Вам не стоит...
  - Ой-й...- голос ее сорвался на шепот. А глаза, все такие же круглые, медленно обводили взглядом зал. И с каждым встреченным посетителем становились все больше и больше...
  - Пем, извини,- я быстро кивнул товарищу и, едва ли не бегом добравшись до дверцы 'кабинета', аккуратно задвинул стоящую столбом девушку внутрь.- Госпожа, я же просил не высовываться! Вас могут увидеть, и...
  - Нет.
  - Что - нет?
  Взгляд зеленых глаз (на их нынешний размер обзавидовался бы даже Изюмчик) медленно переместился с закрытой уже двери на мое лицо:
  - Вы не поэтому велели не выходить, капрал. Не потому, что меня могут увидеть. А потому, что я могу увидеть... их!
  Голос ее дрогнул.
  - И что?- Я развел руками:- Вы рады, что меня не послушали?
  - Нет,- повторила она и сникла.- Я хотела только... ну... неважно!- она с размаху опустилась на резную лавочку возле столика.- Уже не хочу. Ничего не хочу. Вы мне говорили про своего друга - это с ним вы у стойки беседовали, да?
  - Его зовут Пемброук.
  - А это... то, что висит у него за спиной?
  - Этот. Его совладелец, Дун. Они, собственно, братья.
  - Но... но...
  - Тихо,- я присел рядом и утешающе приобнял девушку за плечи.- Это, конечно, не самое приятно зрелище, но и не самое страшное. Да, их двое. И тел у них два. Спина только одна, кхм... Пемброук - он ночной трактирщик, а Дун - дневной. Поэтому сейчас спит - 'висит', как вы выразились. Вы нас застали врасплох, госпожа. Обычно к новым людям братья спиной не поворачиваются... Но оба - отличные парни, даю слово. Не пугайтесь так. Если уж и они свыклись...
  - А остальные? Они... они же...
  - Уроды,- мрачно сказал я.- Так обычно называют квартеронов, госпожа.
  - Квартероны?- она наморщила лоб.- Но ведь полукровки не могут иметь детей!
  - Женщины - нет. А мужчины, увы, могут... Вы не задумывались, почему все так боятся смешанных браков? Нет, не только потому, что в результате получаются такие дети, как я... Гораздо страшнее вот ТАКИЕ внуки.
  Она молчала.
  - Если хотите, я попрошу Пемброука, чтобы он сюда не заходил,- помявшись, предложил я.- Он поймет, вы не думайте. Привык уже. С Дуном, конечно, будет посложнее, учитывая, что мы тут застрянем по крайней мере на несколько дней, но...
  - Не надо,- решительно сказала дочь кнеса.- Он не виноват, что так выглядит. И они,- она неопределенно махнула рукой в сторону тонкой дощатой перегородки,- они тоже не виноваты. Мне стыдно, что я так вытаращилась на них, но я... О, Мать Рассвета! Я никогда не видела такого!
  - Еще бы. Девушкам из приличных унгарских семей, подобных вашей, эту сторону жизни не показывают. В сущности, оно и к лучшему.
  - Это ужасно,- тихо вздохнула она. И, будто собравшись с духом, протянула мне ладошку:
  - Я ведь так и не представилась, капрал Иассир. Меня зовут Матильда.
  - Айден,- я, подумав, коснулся губами шелковистой кожи.- Не лучшие обстоятельства для знакомства, но... Вы не голодны?..
  - Пожалуй,- она смущенно опустила ресницы,- только я не взяла с собой ни монетки, и мне, право, неловко...
  - Да бросьте!- не удержавшись, фыркнул я.- Может, я и не кнес, но даме умереть с голоду не позволю!
  Я многозначительно хлопнул ладонью по поясу, с благодарностью помянув про себя предусмотрительного товарища, и встал:
  - Сейчас принесу чего-нибудь. Или есть особые пожелания? Вы не смотрите, что зал обшарпанный, кухня здесь отменная.
  - Ну разве что...- девушка, поколебавшись, решительно подняла голову:- Вы там, за стойкой, что-то пили, капрал?
  - Редкую дрянь,- честным шепотом признался я. - Но весьма крепкую... А что?
  - Несите!
  - Госпожа де Шасвар, вы уверены?
  - Несите!- повторила она, сведя брови на переносице.- Пусть! Дрянь, так дрянь... Хуже все равно уже быть не может.
  Я пожал плечами и вышел. Хочет бражки по 'обновленному рецепту' - да пожалуйста... Что мне, жалко, что ли?.. Рука снова коснулась пояса, за которым был спрятан туго набитый кошель. Денег было не жаль, это правда.
  А вот кнесну де Шасвар...
  
  Говорят, что болотный шишкокрыл - рептилия ядовитая. Не знаю, голыми руками ловить не приходилось. Но, судя по настоянной на его печенках браге, дыма без огня не бывает...
  - К-капрал, ну впустите его... он так просится!
  - Изюмчик, брысь!.. Брысь, побирушка! Госпожа, я все видел...
  - А что такое?- этаким ангелочком воззрилась на меня она, как будто невзначай отпихивая носком ботинка кусок отбивной в сторону двери. В щель над полом тут же просунулся длинный фиолетовый язык - и мясо исчезло. О, да. Наш Изюмчик умеет найти подход к любому, а особенно - к женскому сердцу! Несмотря на внушительные габариты, игольчатую дикобразью шерсть и четыре десятка клыков в два ряда...
  - Ну капра-а-ал!
  - Если я его впущу, его отсюда уже никто не выгонит,- отрезал я, нетвердой рукой наполняя чарки.- Ваше здоровье!..
  - В-вы так любезны,- церемонно поклонилась кнесна де Шасвар, расплескав половину на испачканный камзол. Мой мундир она залила бражкой еще раньше.- В-вы знаете, капрал... я думала, военные - они такие... ну-у...
  - Дубье, ага,- захихикал я, пытаясь поймать вилкой скользкий грибочек на закуску. Грибочек оказался малым ушлым, и даваться не спешил...- Мы, знаете ли, разные! Но вот наш обер Стефиан - та еще чурка осиновая. Только тс-с...
  - Тс-с,- согласно закивала моя спутница, лихо опрокидывая чарку. Зеленые глаза на мгновение остекленели, слегка разошлись в стороны и, наконец, сфокусировались на мне:- Ой-й... Вы такой симпатичный, капрал Иассир!
  - Ну что вы,- галантно потупился я, борясь одновременно с двумя желаниями - бросив вилку, начать есть руками и... тьфу ты. О чем я вообще думаю?! Тут за счастье будет, если это зеленоглазое чудо получится отцу вернуть в целости, а я уже слюни распустил, как тот Изюмчик!.. Так, надо с брагой заканчивать. Честное слово. Иначе... О, боги! Она камзол расстегивает?!
  - Госпожа, вы... того... не этого!!
  - П-простите?..
  Уже третья пуговица.... Держите себя в руках, капрал Иассир. Держите себя в руках!
  - Тут это... того... сквозняки! Лютые-е... Вы курточку не того... обратно, да?
  - Вы т-такой смешной!.. Уф, жарко...
  Четвертая пуговица. Пятая... Да за что ж мне это все, а? Так, держаться! Я - офицер! Офицер... Офи... А-а-а, да пошло оно все лесом! Да, я офицер, но что ж я, не мужчина, что ли?!
  - Госпожа де Шасвар...
  - Капрал Иассир...
  Наши глаза встретились. Тонкие руки обвили мою шею, розовые губки приоткрылись... И не успел я сомкнуть ладони на узкой талии, как кнесна, упав мне на грудь, душераздирающе зарыдала.
  - Вы такой добры-ы-ый!.. Такой благородный... У вас такие трудности, а я... Я не хотела подводить вас... ик!... под монастырь!.. Правда, не хотела!.. Но вы бы знали-и-и... Ох, если бы вы знали-и-и!
  А я знаю. Я знаю, что если она еще раз ткнется мне носом в шею, ее папа завтра утром убьет нас обоих.
  - ...кто придумал эти проклятые карты?! Кто?! Ну что я такого сделала?.. Почему я должна выходить замуж... н-непонятно за кого?.. Почему, почему-у-у....
  Замуж. Она сказала - замуж?.. Я медленно моргнул. Бархатный туман в голове начал стремительно рассеиваться. То есть, у меня сейчас на коленях сидит дочка Великого Кнеса. Которую собираются выдать замуж. Причем, судя по ее происхождению и рыданиям, жених подобран соответствующий. А я ее чуть было не... Боги! Как у моего отца мог родиться такой на всю голову больной сыночек?!
  - Г-госпожа де Шасвар,- собрав остатки воли в кулак, я попытался снять рыдающую девицу с колен. Не тут-то было.- Госпожа де Шасвар, успокойтесь... Нет-нет, бражки вам уже хватит!.. Чтоб я еще хоть каплю... Хотите грибочек? Вку-у-усный грибочек, честное слово!
  - Н-не хочу,- всхлипнула она, еще теснее прижимаясь ко мне.- Н-не буду! И замуж не пойду! Я... я... я ему так отомщу-у-у... так...
  Я зажмурился, понимая, что в планах 'мести' мне, судя по всему, уготована главная роль. И, что самое поганое, я ничего не имею против. Как там кричала моя последняя пассия, размахивая кинжалом? 'Кобель проклятый'?.. Ну что ж, за что боролись, на то и напоролись...
  Стальной капкан объятий на моей шее внезапно ослаб. Рыдания тоже прекратились - как по волшебству. Не понял?..
  - Госпожа де Шасвар?- я приоткрыл один глаз.- Матильда, вы.... Мда. Для новичка она еще долго продержалась.
  - М-м-м?...- невнятно донеслось из складок моего мундира. Я вздохнул - то ли от разочарования, то ли с облегчением - и поднялся, держа на руках свою мирно посапывающую спутницу. Тут за дверцей и кровать есть. Пемброук нам выделил расширенный кабинет... И если вы сейчас думаете, что я по прежнему намерен губить себе жизнь, то вы сильно ошибаетесь! Перина достанется кнесне, а я как-нибудь и тут возле столика перекантуюсь. Без того чуть не влип по самое не балуйся... Я толкнул внутреннюю дверь ногой и, пригнувшись, вошел в крохотную комнатку для отдыха. Нет, она предназначалась не для увеселений - она предназначалась для таких вот беглецов, как я. И как она... Решительная девушка, однако! Сбежала из-под венца, не убоявшись папеньки? Предпочла самоубийство замужеству?.. Мда. Если б это был мальчик, кнес бы мог им гордиться...
  Я осторожно опустил девушку на кровать, краем уха уловив легкий скрип двери. Судя по сосредоточенному сопению и легкому шороху костяных игл - Изюмчик таки прорвался в райскую обитель.
  - Брысь, паршивец!- тихо шикнул я.- Еще разбудишь, мне тогда только вешаться...
  - Гр-р-ры...- тоже понизив голос, отозвался питомец Пемброука. И, не обращая на меня никакого внимания, с грацией бегемота запрыгнул на кровать. Та натужно заскрипела, но устояла.
  - Изюмчик! Пшел вон!
  - Р-р-р!
  Замечательно. Этот игольчатый паразит мне еще зубы показывает?! Вот нажалуюсь Дуну, он не Пемброук, он ему задаст... А я не буду. У меня всего две руки и две ноги, а Изюмчик уже улегся возле госпожи де Шасвар, по мере сил изображая милого котика. Или песика. Трын его разберет, короче, все равно ни на того, ни на другого он ни разу не похож!
  - Зараза колючая,- скорчив гримасу, проворчал я и вышел, прикрыв дверь за своей спиной.- Хоть грибы доем, что ли... За неимением других радостей.
  - Обязательно,- ухмыльнулся человек в плаще, сидящий нога за ногу на резной лавочке у столика.- И я еще сыру заказал. Что ж вы, капрал, без закуски-то?..
  - Ты кто такой?!- я схватился за клеймор. Без закуски - это еще полбеды. А вот то, что меня только за сегодня уже во второй раз врасплох застают...
  Человек в плаще снова хмыкнул:
  - Расслабьтесь. Никто на вашу голову не покушается... Я от Блэйра.- он откинул капюшон и у меня отлегло от сердца - этот чешуйчатый узор на лице я узнал бы с сорока шагов.
  - Змеи...
  - К вашим услугам,- вежливо склонил голову мужчина. И откинулся спиной на перегородку:- Ну так что, капрал Иассир? Днем поговорить не вышло, учитывая обстоятельства, но сейчас у нас уйма времени! Рассвет еще не скоро. И я весь внимание...
  
  Гомон голосов за тонкой стенкой 'кабинета' давно затих. Посетители расползлись по домам и норам - там, наверху, уже рассвело. Я, опершись локтями о стол, задумчиво гонял пальцем по тарелке героический грибочек, так и не ставший моим трофеем. За дверцей в углу раскатисто храпел обнаглевший Изюмчик. Или у кнесны де Шасвар необычайно крепкий сон, или у Пемброука действительно ядреная бражка...
  Змей ушел с четверть часа назад.
  Ушел, пообещав сделать все, что возможно: то есть, вычислить ту сволочь, благодаря которой меня сейчас с собаками ищет весь Эгес. И я знаю, что обещание Змеи сдержат. В своем деле они мастера. Но проблема не в этом!
  А в том, что за свои услуги они попросили такое...
  ...- Единорог?- я подавился сыром.- Вы сказали - единорог?
  Мой гость легонько пожал плечами:
  - На дикцию я пока что не жалуюсь. Да, единорог. Желательно, живой.
  - Да где я вам его возьму, хоть живого, хоть мертвого? Это же чушь! Единороги - сказка!
  - Есть мнение, что не совсем.
  - Да что вы говорите?
  - Мы за свои слова отвечаем,- чуть нахмурился мужчина.- И информацию привыкли проверять. А она такова, что кое-кто из наших своими глазами видел единорога. И я лично склонен верить этому человеку.
  - Мда?- скептически переспросил я.- А этот 'человек' случайно не любитель...
  - Спиртное у нас под строжайшим запретом,- отрезал Змей. И, поймав мой многозначительный взгляд, поспешно добавил:- Дурман - тем более. И я не понимаю, капрал, что толку в этих препирательствах?.. Учитывая ваше незавидное положение!
  - Угу. 'Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю, что'?
  - Отчего же,- гость нырнул рукой под плащ и вынул свернутый в трубочку лист бумаги.- Что нам нужно, я вам только что озвучил. И вы определенно не раз видели единорогов на картинках. А относительно того, куда вам следует пойти...
  - Гхм!
  - Ну что вы, капрал!.. Туда вы пойдете только в самом крайнем случае,- ехидно обронил Змей. И развернул лист:- Вот карта. Единорога видели здесь. Насколько я знаю из легенд, эти животные не склонны к частой перемене мест, а с момента его обнаружения в Плывущей Долине прошло всего-то дней десять и...
  - Плывущая Долина?- я напрягся.
  - Да.
  - Но это же... Фирбоуэн?
  - Вас что-то смущает, господин капрал?- поднял тонкую бровь мужчина. Его узкие черные зрачки вытянулись в ниточку.- Признаться, я удивлен. С вашей громкой славой одного из лучших офицеров Порубежной стражи, с вашим несомненным мужеством и храбростью...
  - Не тратьте время понапрасну,- отрезал я.- Да, я офицер. Я порубежник. И не самый худший рукопашник... Но я же не идиот!
  - Вы уверены?..
  - Не понял?!
  - Только очень недалекий человек может отказаться от наших услуг из-за такой малости,- скучающим тоном проговорил Змей.- Достать единорога! Что может быть проще?
  - Не знаю. Но я вам скажу, что может быть сложнее - пересечь границу Фирбоуэна и не стать при этом похожим на ежика. Стоит унгарскому солдату приблизиться к фенийской заставе хоть на двести футов - и фении его порвут, как Изюмчик мешок с солониной!..
  - Да, весьма забавный зверек,- тонкие губы гостя дрогнули в улыбке.- И насчет запрета на переход границы я в курсе, конечно... Как и о том, что кое-кто из клана Меняющих Форму имеет к вам некоторые претензии. Но это не проблема, капрал. На обороте карты есть план лабиринта с пометками на свободных входах. По нему вы легко попадете туда, куда надо. Милезов хватает везде, вы в глаза бросаться не будете... Обойдете границу снизу - и участь мешка с солониной вам не грозит!
  - Стойте,- я потер рукой вспотевший лоб.- Какой лабиринт? Где?
  - Здесь,- мужчина неопределенно развел руками.- Мы с вами сейчас как раз в одном из его ответвлений. Еще отец нынешних хозяев засыпал проходы, обезопасив себя от ненужных гостей, однако...
  - Только для меня вы один из этих проходов открыли, да?- процедил я, понимая, что деваться мне некуда. Или Змеи получат своего единорога - или постараются, чтобы Цербер получил мою голову в как можно более сжатые сроки... нет, убивать меня они, конечно, не станут. У них есть свой кодекс. Но разве смерть - единственное, чего стоит бояться?..
  - Значит, договорились?- гость удовлетворенно улыбнулся. Ну да, они не только по губам читать умеют, но и по лицам тоже. А актер из меня всегда был посредственный... Я вымученно кивнул:
  - Договорились.
  - Вот и славно,- Змей набросил капюшон и встал:- Надеюсь, каждый из нас получит желаемое. И со своей стороны могу гарантировать - если вы достанете единорога, вашего 'двойника' мы вручим вам тепленького, прямо в руки и с шелковым бантиком на шее...
  - А бантик зачем?
  - Чтоб рубить было легче,- хмыкнул он, берясь за ручку двери.- Удачи, капрал! Мы будем ждать вас у храма Вечного Змея, того, что наверху - столько, сколько потребуется. Главное - чтобы вы вернулись не с пустыми руками.
  - Ну разумеется... А ловить эту зверюгу мне как раз голыми руками и придется? Я, если что, не бог весь какой наездник. Хоть бы инструкцию дали!
  - Была бы - дали бы обязательно,- Змей развел руками и ухмыльнулся.- Ну вот к примеру, есть легенда, что единорог с невинными девушками ласковее котенка...
  - Угу,- мрачно просвистел я.- Вот у меня знакомых девственниц аж полгорода! И каждая ждет не дождется, когда...
  Я оборвал фразу, поняв, что разговариваю сам с собой. Змей исчез, даже воспоминаний не осталось.
  Осталась только лежащая на столе карта и осознание собственного бессилия. Какой лабиринт, какой Фирбоуэн, какие единороги? Я простой порубежник, а не имперский палладин.
  Еще и девственниц им подавай!
  - Пойду к Пемброуку, напьюсь напоследок,- тоскливо пробормотал я, заглянув в пустой графин из-под бражки.- Эх, госпожа, госпожа... не того вы себе спасителя выбрали!...
  Я поднялся. И тут же сел обратно. Девственницу, значит?.. А что. Да пожалуйста! Вон у меня в соседней комнате одна как раз в обнимку с Изюмчиком тяжелого похмелья дожидается. Из-под венца сбежала? Сбежала. Значит, невинна? Определенно. Дочь кнеса не того воспитания, чтоб до свадьбы честь терять... Ну, наш высокоградусный ужин не в счет. Это обстоятельства. И все равно ведь ничего не было!..
  Я довольно потер ладони, кинул в рот еще кусочек сыра и, покосившись на дрожащую от Изюмчикова храпа дверь, нахмурился. С девственницей это я здорово придумал, конечно. Только где гарантии, что она сама на все это согласится?.. Да, кнесна просила вывезти ее из Эгеса. Но это не значит, что она и дальше за мной побежит, как собачка на цепочке... И вполне возможно, что, поразмыслив, предпочтет постылого жениха сомнительному удовольствию шататься со мной сначала по каким-то лабиринтам, а после - по просторам враждебного государства. Заставить я ее не могу.
  Могу только попросить.
  Но в конце концов, ведь я же пошел ей навстречу, не так ли?..
  
  
  Глава пятая
  
  Матильда.
  
  Судя по храпу, раздающемуся рядом - Шемьен этой ночью опять напился как скотина и, вместо того, чтобы лечь в своей спальне, не придумал ничего лучше, как заползти в мою комнату.
  Стоп. Но почему тогда я не чувствую запаха перегара и у меня так болит голова?! Как же у меня болит голова...
  Да еще и пить хочется...
  -Элуш... - жалобно протянула я. - Элуш...
  Ох, моя ж голова...
  Мне под нос подсунули кружку, чья-то ладонь мягко коснулась затылка:
  -Выпейте, госпожа.
  Это был рассол. Но, Зеленый Отец, такого вкусного рассола я не пила никогда! Такого вкусного, освежающего, такого спасительного...
  Стоп. Голос - мужской. Принадлежит не Шемьену. И храп не стих.
  Не открывая глаз, я медленно повела рукой по кровати, пытаясь сообразить, где я, с кем я, и вообще как тут оказалась. Укололась обо что-то острое и, тихо зашипев, отдернула руку.
  -Осторожней, госпожа, - кто-то перехватил мою ладонь в воздухе: - И скажите спасибо, что у Изюмчика уже закончился яд на иглах.
  Изюмчик.
  Мертвый Эгес.
  Капрал Иассир.
  И я, расстегивающая пуговицы камзола и обнимающая его за шею...
  О, Мать Рассвета! Какой позор, Мать Рассвета, какой позор!
  А самое обидное, я просто не помню, что было после того, как я повисла на шее у капрала. Я помню, как рассказывала, Айдену, - да, точно, его зовут Айден, - что прямо здесь и сейчас буду мстить... И я даже примерно помню, в чем должна была выражаться месть! Какой позор, Мать Рассвета, какой позор!
  О Вечный Змей! Неужели я действительно рассказала офицеру о Шемьене, о его проигрыше?! Как я вообще могла так поступить?!
  Правда, остается вопрос, как именно 'так'. Я ведь действительно не помню процесс отмщения Шемьену. Вот не помню и все. Хотя судя по тому, как я, забыв о своей чести, вешалась на шею офицеру, отступить в последний момент я точно не могла. Да и он вряд ли бы мне отказал, если он настоящий мужчина. Значит, что-то было. Тогда почему я этого не помню?!
  Но, Мать Рассвета, какой же все-таки позор! Я, урожденная кнесна де Шасвар - и веду себя как какая-то продажная женщина!
  И еще у меня дико болит голова.
  За всеми этими размышлениями до меня не сразу дошло, что капрал что-то сказал про яд. Но когда я, наконец, это поняла...
   Я, наконец, распахнула глаза и, подскочив на кровати, скорчилась в комок, прижав ладони к вискам. На миг мне показалось, будто у меня в голове что-то взорвалось, как мука во время пожара на мельнице: перед глазами все закачалось, в ушах зашумело...
  -Спокойно, госпожа, спокойно... - мне под нос опять подсунули посудину. Судя по запаху - все ту же, с рассолом. - Выпейте еще, и вам полегчает.
  Несколько глотков - и туман перед глазами постепенно начал рассеиваться. Я даже смогла разглядеть, что рядом со мною, на краю кровати, сидит капрал. И глаза у него такие встревоженные-встревоженные...
  Шемьен за меня никогда так не беспокоился.
  - Вот и умница, - вкрадчиво проворковал милез, - а теперь еще глоток.
  Он так обо мне печется... Что же было этой ночью, что я ничего не помню?!
  Я покорно отхлебнула из подсунутой кружки, пытаясь привести свои мысли в порядок. Ничего так и не добилась, и так и не вспомнила. Плохо дело. Очень плохо. Смогла лишь рассмотреть помещение, где нахожусь: крошечная комнатка, в которой помещалась лишь кровать да расставленные по всем четырем углам магические прозрачно-голубые шары на подставках - служащие источниками света.
  А ведь трактир этот, в Мертвом Эгесе, совершенно не бедствует, раз может себе такое позволить. Стоимость одного такого светильника равна полугодовому доходу какой-нибудь крестьянской семьи в Шасваре.
  Не бедствуют Пемброук с Дуном, совсем не бедствуют.
  -Грр? - мне в бок ткнулся мягкий холодный нос. Я повернулась... И поняла, что вчера я действительно выпила слишком много.
  Иначе объяснить, как в моей постели могло оказаться это... это... - я даже назвать не могу, что именно - я не могла.
  Уж не знаю, кем были предки зверя, но это чудовище могло легко посоревноваться с кархулами. Огромные, размером с блюдце, глаза , острые иглы - стилеты вместо шерсти и пасть от уха до уха. Ну, и конечно размер с теленка...
  И это создание провело всю ночь со мной в одной постели?!
  Стоп. Если оно спало здесь, значит, с капралом ничего не было?..
  Ф-фух, мне сразу как-то полегчало...
  -Грр? - Изюмчик снова ткнул меня носом под локоть.
  Первым порывом было - оттолкнуть его, но я покосилась на острые зубы и жалобно поинтересовалась у капрала:
  -Что он от меня хочет?
  -Доброты и ласки, - на лице мужчины не отразилось ни единой эмоции.
  -В смысле?! - поперхнулась я.
  Неужели все-таки что-то было?!
  Если господин Иассир и догадался о моих сумбурных мыслях, то виду он не подал:
  -Погладьте его, просто - погладьте.
  А у меня уже и мысли дурные полезли...
  -Он же колючий!
  -По носу, госпожа де Шасвар, - тоскливо вздохнул офицер и, подавая пример, сам коснулся ладонью шершавого носа Изюмчика.
  Чудовище блаженно всхлипнуло и, томно прикрыв блюдца глаз, сонным тюфяком расползлось по кровати, навалившись на меня горячим боком. При этом он как-то сложил иголки, так, что те оказались плотно прижатыми к телу, подобно панцирю, и совершенно не кололись. Я представляю, что бы было, если б он этого не сделал. Да меня б как бабочку нанизало!
  А его нос оказался мокрым и на ощупь напоминал клочок бархата.
  -Изюмчик! - громыхнул из-за двери незнакомый мужской голос.
  'Ручной зверек' Пемброука, меж тем окончательно расслабился и на собственное имя не реагировал.
  -Изюмчик, твою дивизию! Где ты шляешься, обалдуй?!
  Один глаз медленно приоткрылся, обвел взором комнату и снова закрылся.
  -Изюмчик, скотина этакая! - за стеной оглушительно громыхнула дверь, послышались шаги, а в следующий момент во входную дверь несколько раз ударили кулаком: - Айден, не притворяйся, я знаю, что ты не спишь!
  -Так сам ведь не даешь, - кисло отозвался капрал.
  -Отож! - дверь наконец отворилась, и на пороге появился тот, кого я до этого видела 'висящим'... Точнее, спящим. - Ты Изюмчика не видел?.. Понятно, мог не спрашивать.
  Теперь я получила полную возможность рассмотреть Дуна. Он мог бы показаться красивым - молодой, крепко сложенный парень: высокий, мускулистый, кареглазый... Мог бы. Но у меня перед глазами все еще стояло увиденное вчера: как этот самый парень, чуть свесив голову, спал, будучи словно приклеенным к спине другого юноши - такого же высокого, такого же мускулистого... Два тела. И одна спина.
  Изюмчик, открыв, наконец, глаза и что-то забормотав, спрыгнул с кровати. Я почти увидела, как деревянный пол ощутимо прогнулся под его весом.
  -Утро доброе, госпожа! - ухмыльнулся трактирщик, проводя ладонью по мягкому носу Изюмчика. - Привет поближе, Айден.
  Квартерону даже наклоняться не пришлось, такого роста было его домашнее животное.
  Капрал приветливо кивнул в ответ, а я, наконец, смогла убедить себя, что, раз меня охранял Изюмчик, то уронить свои честь и достоинство я этой ночью точно не могла:
  -Доброе.
  Осталось только, если я когда-нибудь все-таки попаду в приличное общество, убедить в этом всех остальных.
  -Изюмчик вам не докучал?
  Мне даже улыбнуться удалось:
  -Нет, что вы. Все в порядке.
  К представителям низшего сословия я привыкла обращаться на 'ты', но сказать это сейчас трактирщику я бы не смогла. Не знаю почему - может, потому, что все равно не воспринимала его как одного человека, а может - потому что он, зная, что он не такой как все, смог дожить до своих лет и жить так, словно все было нормально.
  Парень добродушно кивнул и, обронив:
  -Завтрак скоро будет готов, - отступил на шаг и, свистнув Изюмчику и дождавшись, пока чудовище выскользнет вслед за ним из спальни, осторожно прикрыл дверь, оставив меня наедине с капралом.
  Спиной он так и не повернулся.
  После вчерашних слов капрала я была уверена, что мы на несколько дней останемся Мертвом Эгесе. По крайней мере, вчера он утверждал именно это. Каково же было мое удивление, когда после завтрака офицер, о чем-то пошептавшись с Дуном, сообщил, что ему пора трогаться в путь.
  -Госпожа де Шасвар... Я только хотел бы уточнить, - осторожно начал он. - Я не могу оставаться здесь и вынужден отправиться в Фирбоуэн. И в связи с этим хотел бы выяснить... Вы пойдете со мной или... - тут он запнулся, словно не знал как продолжить.
  А я... Я на миг представила, что буду сидеть здесь, без возможности выйти наружу, без монетки денег, в окружении квартеронов, в полной зависимости от...
  -Я пойду с вами! - по крайней мере, его я уже слегка знаю и могу не опасаться за свою безопасность.
  Кажется, милеза обрадовал мой ответ, но он все равно решил уточнить:
  -Я только хочу предупредить...
  -И слушать ничего не хочу! Вы пообещали вывести меня из Шасвара! Я не останусь здесь! Я пойду с вами!
  По губам мужчины скользнула легкая улыбка:
  -Как вам будет угодно, госпожа кнесна.
  Что бы он там не говорил, я ведь никуда от капрала не могу уйти. Из Мертвого Эгеса в одиночку не выберусь, до границы - точно не дойду, а если все-таки окажусь в Фирбоуэне - без денег и связей... Что я там буду делать? Приду в гости к кому-нибудь из Совета Одиннадцати и заявлю: 'Здравствуйте, я - урожденная кнесна де Шасвар, помогите мне, пожалуйста'? И что тогда будет? В лучшем случае - меня вернут в Унгарию. В худшем - попытаются использовать в своих целях. Понятно ведь, что ни то, ни другое мне не нужно.
  Выбираться наверх из таверны пришлось другим путем. Впрочем, тот, через который мы попали сюда, я бы не нашла. Капрал, наверное, тоже. Иначе, как объяснить, что первым он не пошел?
  Со стороны, наверное, это была комическая процессия. Впереди - Изюмчик, освещающий дорогу ярким светом из глаз, за ним - капрал, накинувший на плечо наспех собранную сумку: переметная осталась на Ветерке (что с ним? Надеюсь, смог сбежать от кархулов...), за унтер-офицером Порубежной стражи - я, а замыкал всю процессию вызвавшийся проводить нас Дун: днем все равно посетителей было не так уж и много.
  Как ни странно, но вышли мы совсем неподалеку от того места, где спустились под землю. Я даже различила знакомые очертания разрушенного храма, возле которого на нас напали кархулы. И как ни странно, но, попрощавшись с Дуном, мы направились именно туда.
  Изюмчик порывался если не пойти с нами, то хотя бы пробежаться рядом, но был остановлен крепкой рукой трактирщика, так что к храму мы подошли уже одни, а когда я оглянулась, то Дун уже скрылся из виду: то ли под землю спустился, то ли еще что...
  
  У входа в разрушенное здание капрал остановился, как-то замялся на пороге, словно не зная стоит ли входить внутрь, а затем, решительно махнув рукой, шагнул под своды.
  Это был храм Вечного Змея. Разрушенный, обветшалый, но до сих пор хранящий дух места. По некогда разрисованным фресками стенам расползлись пятна - то ли плесени, то ли сажи. Колонны, подпирающие остатки почти полностью обвалившегося потолка, были покрыты сеточкой трещин. Даже расположенные за алтарем, с которого сползло полагающееся по обычаям покрывало, раздвижные створки, выточенные из дерева, лишь потемнели от времени. Одна из них была чуть отодвинута, но заглядывать за нее я не стала - ничего интересного там быть не может.
  Капрал порылся в карманах и извлек какой-то свиток. Развернул, некоторое время изучал его содержимое, а затем направился к одной из стен. Остановился подле нее и принялся, периодически сверяясь с неизвестной мне бумагой, простукивать стену.
  Он ничего не хочет мне объяснить? Сказать, что мы забыли в этом храме? Нет, я, конечно, в храмы хожу, но мне почему-то кажется, что сейчас не время...
  Некоторое время я разрывалась между любопытством и страхом (в конце концов, Мертвый Эгес - не место для прогулок), но в итоге все-таки решила, что еще только утро, и выйти из города и перейти границу мы еще успеем. Должен ж представитель Порубежной Стражи знать тайные тропы, чтоб мне не пришлось задумываться о документах?
  Пока господин Айден изучал стены, я подошла к оставшемуся целым алтарю.
  Он отличался от тех, что я видела раньше. Время и огонь не тронули старый храм. Мародеры прошли мимо, не потревожив виднеющуюся впереди, меж приоткрытых створок, статую Вечного Змея... Лишь покрывало, которым полагается укрывать алтари, сползло на пол, обнажив украшенную перламутром поверхность.
  Никогда не видела алтарь без покрывала. Я осторожно протянула руку, не зная, можно ли коснуться его, и замерла, рассматривая стилизованную картину. На плоской поверхности виднелась выложенная перламутровыми пластинками фигура Вечного Змея обвивающая плоскую стилизованную землю - если приглядеться можно было рассмотреть очертания Фирбоуэна - а вокруг россыпь камней. И лишь в короне на голове хранителя жизни и смерти не хватало одного камня. Одного небольшого овального камня... Но почему забрали только его?
  Отверстие гладкое, небольшое, овальное...
  Как мой медальон.
  А ведь это идея. Я свой, конечно, снять не смогу, а вот второй, который мы нашли благодаря богли...
  Милез все еще простукивал стены, изредка сверяясь со своей бумагой и, когда я, подойдя к нему, осторожно поинтересовалась: 'Капрал, а кулон, что мы тут нашли, у вас?' - просто порылся в кармане и, даже не оглянувшись на меня, сунул мне в руку обнаруженный медальон, а сам продолжил заниматься своими делами.
  Ой-ой-ой, какие мы занятые! Не очень-то и хотелось ваше внимание привлекать!
  Я вернулась к алтарю и, крутя в руке найденный золотой образок, принялась изучать поверхность алтаря. Гм, интересная вещь... А ведь можно подумать, что этот кусочек металла вынут именно отсюда - на камне алтаря виднелись царапины, которые, вполне возможно могли совпасть с царапинами на моем кулоне. И вот сейчас как раз проверим, совпадают они или нет.
  Вряд ли конечно, что получится. Может, оно даже не поместится...
  А вот кулон... Кулон легко лег в отверстие на алтаре. Даже ушко пришлось к месту, и цепочку не пришлось вынимать. И царапины совпали.
  Бывает же такое... Но как этот кулон мог оказаться в той, оставшейся целой комнате? И почему он так похож на мой?
  Задумавшись, я медленно провела пальцем по свернувшемуся кольцом Вечному Змею на медальоне... И в тот же миг та фигурка, которой коснулась моя рука, вспыхнула алым. Уже через мгновение она погасла, но загорелась фигурка Зеленого Отца. Потухла - и вспыхнули очертания Матери Рассвета. Потом опять - Змея... и опять - Отца. И опять - Матери... Казалось, вспышки света движутся по кругу. Все быстрее, и быстрее... Они уже слились в одно яркое свечение...
  А в следующий миг кулон, с громким треском выскочив из своего гнезда, покатился по полу храма, упав под ноги вышедшему из-за резных створок Ветерку...
  Первым пришел в себя капрал. Уж не знаю, видел ли он представление с огнями или оглянулся на звук, но отреагировал мужчина очень быстро. Шагнув к невесть как оказавшемуся в храме коню, он, поднял с пола упавший кулон, мимоходом бросив его в кошель с деньгами, провел ладонью по гриве скакуна и протянул:
  -В подземелья он не пройдет, - какие подземелья?! Откуда?! - Я попробую договорится с Дуном, может, он сможет его где-нибудь придержать. - и кажется, он совсем не удивился тому, откуда здесь взялся скакун.
  Кажется, я что-то упустила в этой жизни.
  Впрочем, сейчас капрал не собирался мне ничего объяснять. Совершенно не удивляясь тому, как конь смог спастись от кархулов, милез взял скакуна под уздцы и направился прочь из храма, крикнув напоследок:
  -Госпожа, я сейчас вернусь... И очень вас прошу... Не трогайте ничего!
  Мне показалось, или по помещению пронесся чуть слышный смешок?
  Можно подумать, это я тут бегала по всему храму, перестукивала все стены и чуть ли не мышиные норы перетряхивала! Причем бегал капрал, совершенно не рассказав, что же он все-таки ищет. Ну и вот как тут жить?
  Ничего-ничего. Сейчас вернется, с Ветерком или без, и я уж точно из него всю правду вытряхну, не будь я урожденная кнесна де Шасвар!
  И пусть даже я уже замужем за Шемьеном, но....
  При воспоминании о муже сердце вновь тревожно заныло. Я хоть и оправдывала себя, что ничего этой ночью не было - тут половину кровати один только Изюмчик занимал! - но... Я ведь не помню ничего! А вдруг все-таки что-то было? Неудобно как-то получается...
  И ведь главное, у капрала напрямик ведь не спросишь. Не поймут-с.
  И вот что мне теперь делать?
  Взгляд бездумно скользил по храму. И остановился на полуразрушенной исповедальне у дальней стены. Не особо задумываясь, что я делаю, я шагнула к ней... С тихим писком пробежала крыса, невесть как выживающая в Мертвом Эгесе, чем-то стукнула в исповедальне... Ой, нет, я туда не пойду. Крысы это все-таки как-то... Боюсь я их, в общем.
  Я поспешно отступила к уже изученному алтарю. Медленно обошла его и, отодвинув одну из створок, чудом сохранившуюся за столько времени, шагнула внутрь.
  Там, как и в обычном храме Вечного Змея располагалась еще одна исповедальня - уже для знати: будет ведь глупо, если кнес или барон будет ждать в очереди, пока исповедается какой-нибудь крестьянин.
  Не до конца отдавая себе отчет в том, что я делаю, я медленно подошла к исповедальне, потянула за ручку дверцы и, даже не испугавшись того, что она осыпалась прахом в моих руках, шагнула внутрь. Опустилась на колени и чуть слышно прошептала:
  -Прости меня, о Вечный Змей, ибо я грешна пред именем твоим.
  Ответа я не ждала. Какой, в самом деле может быть ответ в Мертвом Эгесе, где на милю вокруг ни одной живой души - не считать же за таковую богли или пропавших с ночной темнотой кархулов, - но, странное дело, даже в этой, царящей в заброшенном храме тишине мне вдруг послышался тихий шепот:
  -Что привело тебя сюда, дочь моя?
  Страха не было. Казалось, все так и должно быть: старое дерево стен исповедальни - тронь и осыплется пеплом, редкие лучики солнца, проникающие сквозь мелкую деревянную решетку в кабинке, и тихий шепот, которого не могло здесь быть, но который я слышала столь явно...
  -Грех мой, отче, - слова покаяния сами сорвались с губ.
  -Назови его, и коль властен над ним Вечный Змей, очистит он душу твою...
  Слова покаяния четко прописаны и вызубрены с младых ногтей. Разбуди меня в два часа ночи и я назубок назову каждый из тридцати семи смертных и сорока восьми обычных грехов... Так почему сейчас я заговорила совсем не так, как того требовал канон?!
  -Я дура! Я просто дура! Я сбежала из дома, да еще и с незнакомым мужчиной, а сегодня ночью я с ним... точнее он со мной... точнее, я не помню, но думаю, что все таки он... или я... или мы... А еще я напилась, как неизвестно кто, и Шемьен, скотина, проиграл меня и...
  -Дочь моя... - ровный голос, если он все-таки был не плодом моего разыгравшегося воображения, подействовал на меня как ушат холодной воды. - Вечный Змей не волен отпускать такие грехи. Во власти Хранителя Смерти лишь подчинение и своевластие, смерть и конец... Каковы грехи на твоей душе?
  -Я не послушалась мужа.
  -Любишь ли ты его? Хочешь ли быть с ним? Согласна ли на...
  -...тильда?! Где вы?! - голос капрала, раздавшийся где-то совсем рядом мгновенно вывел меня из того странного состояния, в котором я находилась.
  Я вздрогнула и вдруг как-то очень отчетливо поняла, что я нахожусь не дома, не в Эгесе, а в мертвом городе, уже двадцать лет как уничтоженном огненным заклятьем. В городе, где не может быть никакого храмовника, никто не может отпустить мои грехи... Да здесь вообще никого не может быть! Кроме, разумеется Дуна с Пемброуком и их соплеменников.
  Но тогда кто? Или что?!
  Все эти мысли молнией пронеслись в голове, я вскочила, запуталась в собственных ногах, задела плечом истлевшую стену молельни... и вместе с прахом, которым осыпалась исповедальня, рухнула под ноги подбежавшему капралу.
  К его чести - встать он мне помог. И лишь потом начал выяснять, что и как:
  -Что происходит? Где вы были?
  -Простите, капрал, я... Я задумалась, зашла в исповедальню и...
  -Какую исповедальню? - карие глаза капрала метали молнии. - Я весь храм три раза обошел. Вас не было нигде!
  А... Э...
  -Я... тут была... В исповедальне. Вы в нее заглядывали?
  Капрал чеканил слова, словно гвозди забивал:
  -Здесь нет и не было никакой исповедальни. Единственная - у входа и в той - двери нет.
  Но я ведь где-то была!
  И кому-то даже каялась...
  Вечный Змей, спаси и охрани...
  Рука судорожно нащупала образок на шее.
  Наверное, на моем лице что-то отразилось, иначе как объяснить, что капрал Иассир сменил гнев на милость и даже попытался меня успокоить:
  -Главное, что с вами все в порядке, так что можно не беспокоиться и...
  -Но что это было?! - я подняла беспомощный взгляд на мужчину.
  Кажется, я не вовремя его перебила: унтер-офицер запнулся на полуслове и беспомощно покосился на раздвижные створки - то ли не зная, что ответить, то ли подыскивая пути к бегству. В любую сторону, лишь бы подальше от меня.
  Как бы то ни было, достойного ответа капрал Иассир так и не подобрал. Глубоко вздохнул, мотнул головой и резко поменял тему разговора:
  -Я договорился с Дуном. Оставить Ветерка у себя он не сможет - в таверну его не заведешь - но передать коня на руки Блэйру, так чтоб никто не заподозрил, где мы и что с нами - вполне. Так что мы можем спокойно спускаться в лабиринт.
  -Какой лабиринт, капрал? Что мы забыли в этом храме?
  Тут невольно вспоминается, что я уже что-то в этом самом храме нашла, но лучше я пока об этом промолчу.
  Милез на миг задумался, словно не зная, стоит ли мне говорить, а затем медленно начал:
  -Мы ведь с вами договорились, что идем в Фирбоуэн, но унгарцев там недолюбливают, - я как-то в этом и не сомневаюсь. - Поэтому, через рубеж перейдем под землей. Где-то тут начинается лабиринт, туннели которого ведут за пределы Унгарии, так что обнаружив вход в него, мы сможем перебраться к фениям. Ну, и за одно к лаумам, агуанам и прочим.
  Похоже, осталась мелочь - найти вход.
  -Тогда, будем искать, капрал?
  А что я еще могла сказать? Начать капризничать и требовать конного путешествия? Так у меня же документов никаких нет, что я на посту покажу?
  Вход в лабиринт обнаружил капрал. В очередной раз простукивая стены, милез задел нижнюю челюсть изображенного на барельефе Вечного Змея, и в тот же миг за моей спиной раздался приглушенный скрип. Обернувшись на звук, я увидела, как плита за алтарем медленно сдвинулась в сторону, открыв проход под землю.
  -Кто б сомневался, - непонятно буркнул порубежник и приблизился к дыре.
  Некоторое время он вглядывался в темноту, а затем снял с плеча суму и принялся рыться в ней.
  -Что вы ищете, капрал?
  -Там темно, а тащить факелы - не рационально. Я одолжил у Дуна магический светильник.
  -А... вы умеете им пользоваться? - осторожно поинтересовалась я, разглядывая, как он извлекает из рюкзака блеклый хрустальный шар. - Просто, я даже не представляю, как его зажигать... - их столько вариантов... Некоторые, чтоб запалить, нужно потрясти, над другими - сказать магические слова, третьи - окунуть в воду. Мы ведь не знам, какой именно у местного трактирщика.
  Вместо ответа мужчина легонько щелкнул ногтем по волшебному предмету и внутри него начал медленно разгораться алый огонек.
  -Идем? - улыбнулся полукровка, протягивая мне руку.
  
  В подземелье пахло сыростью и, одновременно, тленом и пеплом. У меня дико чесался нос, и хотелось чихать. А еще, почему-то, плакать.
   Капрал уверенно шагал рядом со мною, без раздумий выбирая нужный поворот коридора и лишь изредка сверяясь с зажатым в руке клочком бумаги. Интересно, откуда у него взялась карта? Тоже Дун дал?
  Впрочем, размышлять о тайнах порубежника было особо некогда: шагал мужчина очень быстро, и мне постоянно приходилось его догонять. А если к этому еще добавить, что мы действительно шли по лабиринту - туннель постоянно петлял в разные сторон, да еще и множество боковых ходов расходилось - то, наверное, можно не объяснять, что я и так прилагала все старания чтоб не отстать от милеза.
  Еще одним неудобством было то, что одолженный у Дуна шар был единственным источником света - блеклого, какого-то седого, и постоянно мерцающего. Я каждую секунду боялась, что он погаснет. А вот капрал Иассир над этим, похоже, даже не задумывался. Мужчина держа на вытянутой ладони светящийся шар, уверенно шагал вперед, лишь изредка сверяясь со своей картой, да еще при этом умудрялся тащить сумку и оглядываться на меня, видимо, проверяя, не потерялась ли я.
  Не знаю, почему, но мне очень хотелось сказать ему: 'Не дождетесь!'.
  Справиться с этим желанием, не достойным дворянки, мне удалось с большим трудом.
  Видимо, он слишком часто озирался по сторонам и на меня - иначе как объяснить, что свет впереди увидела я, а не капрал. Темнота и противный запах сырости мне уже порядком надоели, а потому я ускорила шаг и даже обогнала своего спутника.
  Впрочем, это может быть потому, что он начал уставать.
  В любом случае, из темного коридора я выскочила первой... И замерла, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, не снится ли мне увиденное.
  Я и вошедший вслед за мною мужчина находились в пещере. Вся она - стены, пол, потолок, были украшены множеством светящихся ровным золотистым светом кристаллами. Некоторые из них были большими, с руку толщиной, не меньше, но большинство были, пожалуй, размером с мой палец.
  Меж кристаллами вилась тонкая дорожка, ведущая куда-то вглубь пещеры и, кажется, выводящая в еще один коридор.
  -Это... Есть на вашей карте, капрал? - осторожно поинтересовалась я Не смотря на то, что было между нами ночью - или то, чего не было - я так и не могла заставить себя называть его по имени. Как, впрочем, не смогла и подобрать, что же именно 'Это': слишком уж необычными были кристаллы.
  Казалось, каждый из них живет своею жизнью: пульсирует крохотным огоньком, перемигиваясь со своим соседом, о чем-то шепчется, желает сказать...
  -Вроде бы да, - неуверенно протянул мужчина, даже не пытаясь посмотреть на бумагу.
  Я осторожно шагнула вперед и уже даже руку протянула, собираясь потрогать кристаллик, когда меня остановили:
  -Не стоит, госпожа де Шасвар, - по крайней мере, он меня тоже не Матильдой называет. Может, действительно ничего и не было?
  -Почему? Я просто хотела...
  -Не стоит, - вновь повторил унтер-офицер. - Мы не знаем, что это и чем может закончиться.
  -Но это же просто камни!
  -И что с того?
  Подобрать достойного ответа я не смогла, а капрал и ждать его не стал: просто медленно направился по дорожке, петляющей меж кристаллов к выходу.
  Отшлифованные камни торчали со всех сторон, так что я каждую минуту задумывалась лишь о том, чтобы ничего не заджеть и не сломать. Уже на пороге пещеры, когда капрал вновь шагнул в глубину лабиринта, я не выдержала, задержалась на мгновение и, воровато оглянувшись по сторонам, отломала один маленький, тонкий кристаллик, растущий у самого выхода. На миг мне показалось, что в глубине камня мелькнуло и пропало какое-то существо, и я даже попыталась вглядеться, понять, кого я там увидела, но тут меня окликнул мужчина и я, поспешно спрятав кусочек хрусталя в карман, поспешила за капралом.
  Уже через несколько минут свечение из пещеры скрылось за очередным то ли поворотом, то ли перекрестком и единственным источником света стал хрустальный шар в руках у капрала. И пусть господин Иассир нес его легко, как игрушку, но он же наверняка устал!
  Я решила загладить свою вину, о которой полукровка еще не знал, и вежливо предложила:
  -Капрал, а давайте я понесу светильник?
  Мужчина наотрез отказался. Но мне то хотелось быть полезной!
  -Капрал, вы же не можете тащить его постоянно! Давайте я вам помогу!
  -Я справлюсь, все в порядке.
  -Но капрал! Я ведь просто хочу вам помочь!
  -Не надо, я сам, - в голосе мужчины появились легкие неуверенные нотки - можно было и не заметить их. Но я, наученная общением с Шемьеном, легко их обнаружила. А где не обнаружила, там допридумывала.
  -Но как же вы сами? Давайте я вам помогу.
  -Но...
  -Давайте-давайте! - и, не дожидаясь ответа, я решительно выдернула шар из рук милеза.
  -Осторожно! Он тяже...
  Предупреждать надо было раньше. Намного раньше. Еще когда я только предложила.
  Магический светильник, который так легко нес унтер-офицер, оказался неожиданно тяжелым, неудобным и легко проскользнул между ладоней... и, ударившись о каменный пол, разлетелся на осколки.
  Повисла тишина. Брызги разбитого шара медленно гасли осыпавшимися звездочками. В наступающей темноте все явственней слышалось тяжелое дыхание капрала...
  А я только и смогла жалобно протянуть:
  -Я нечаянно! Честное слово...
  
  Я честно пыталась придумать, что же делать:
  -А если нам просто попытаться вернуться?.. А, ну да, лабиринт... А у вас же должно быть огниво!.. Ах, да, факел делать не из чего... А может стоит просто...
  -А может, вам стоит просто помолчать?! - не выдержал капрал. - Госпожа кнесна, я конечно все могу понять, но вы только что лишили нас единственной возможности выйти из лабиринта!
  -Я же сказала, я не специально!
  -То есть я должен быть благодарен вам хотя бы за это?
  -Хотите сказать, что вы не при чем?! Это вы завели нас в эти пещеры! Это из-за вас я брожу по каким-то подземельям и уже натерла ногу! Это вы заблудились в лабиринте и привели нас к каким-то кристаллам ...
  И тут я замолчала, явственно вспомнив, как всего с час назад я отломила один из выше упомянутых кристаллов. А ведь они еще так хорошо светились...
  Оборвав свою речь на полуслове, я судорожно принялась рыться в карманах, разыскивая свой сувенирчик.
  -Почему вы замолчали? - напряженно поинтересовался из темноты капрал.
  Вот так и пойми этих мужчин. Ругаешься, им не нравится. Не ругаешься - тоже возмущены.
  -Сейчас...
  Наконец, пальцы нащупали тонкую палочку, и я осторожно потянула ее наверх. Кристалл зацепился за подкладку, я дернула сильнее, и, уже вытаскивая его наружу, с ужасом почувствовала, как светящийся камень разламывается прямо в руках. Крошечный кусочек хрусталя лишь вспыхнул на прощанье и потух, когда я извлекла его остатки...
  Кажется, сейчас капрал окончательно поймет, что я круглая дура.
  У меня так защипало глаза, так защипало... Я хлюпнула носом и, совершенно неприлично вытерлась рукавом, чувствуя, что еще секунда, и я разревусь...
  В темноте полыхнули две желтые вспышки, а в следующий миг мокрый бархатный нос ткнулся мне в ладонь:
  -Грр?
  -Изюмчик?! - пораженно выдохнул капрал.
  Только теперь, когда глаза начали привыкать к освещению из глаз диковинного зверя, я разглядела, что перед нами действительно находился Изюмчик. Сейчас, правда, в лабиринте, мне почему-то показалось, что чудовище как-то изменилось в размерах, а иглы то ли поседели, то ли побледнели. Лишь глаза были такими же... Но почему он поменялся? Да и как он мог попасть сюда? Не бежал же за нами, в самом деле?
  Впрочем, капрала сейчас похоже больше интересовало не как сюда попал странный зверь, а какую из этого можно извлечь выгоду.
  -Изюмчик, родной, подойди чуть поближе, я карту посмотрю... - голос офицера звучал так спокойно, словно он каждый день прогуливался по этим лабиринтам в полной темноте и периодически встречал здесь зверя.
  Похоже, сегодня Изюмчик решил, что достаточно того, что он нас нашел. А может, он просто не понял, о чем его попросили (животное, что с него взять?). Зубастое создание равнодушно грыкрнуло, и развернувшись, направилось куда-то вглубь коридоров.
  -Что это он?.. - озадаченно протянул Айден. - Госпожа де Шасвар, вы куда?! - офицер схватил меня за руку.
  -За ним, не видите, что ли?
  -Вообще-то я предполагал...
  -Ваша карта и так завела нас невесть куда. А если Изюмчик как-то умудрился найти нас, то куда-нибудь точно выведет. Хотите, оставайтесь здесь, - и, выдернув руку из крепкой хватки капрала, я шагнула вслед за животным.
  Честно говоря, той уверенности, что сейчас звучала у меня в голосе, я не чувствовала: я так и не поняла, откуда здесь взялся ручной зверь Пемброука, и даже то, что я какое-то время провела с ним в одной постели (прости меня, Мать Рассвета!), особого спокойствия мне не придавало.
  Да, честно признаюсь, я надеялась на то, что капрал пойдет за мной. Ну, не может же он, в самом деле стоять здесь, в полной темноте...
  
  Изюмчик уверенно вел нас вперед. Свет, бьющий из его глаз, выхватывал то стены, испещренные какими-то странными письменами (остановиться бы, да рассмотреть, так ведь отстану!), то пол, покрытый темными пятнами...
  С каждым шагом, не смотря на присутствие рядом капрала, я чувствовала себя все неуютнее. Что-то странное было разлито в воздухе лабиринта. Мне слышались тихие шепотки, где-то вдали чуть заметно раздавалось журчание невидимого ручья, звон таинственной капели - хотя капать было вроде бы было нечему - то стихал, то вновь звенел под сводами пещер. Да еще и вдали, после очередного поворота показалось какое-то свечение.
  -Он опять вывел нас к кристаллам? - мрачно буркнул капрал.
  Мне оставалось только промолчать.
  Господин Иассир оказался неправ. Лабиринт решил явить нам новое чудо: свечение исходило от небольшого серебристого озера, расположенного в центре очередной пещеры. По берегам его росли невысокие плакучие ивы с черной листвой, а чуть поодаль примостился небольшой домик из плохо отшлифованных булыжников. Именно к нему и направился Изюмчик.
  
  Глава шестая
  
  Айден.
  
  Я придержал за локоть радостно припустившую вперед кнесну:
  - Не торопитесь, госпожа.
  - Почему? Окошки же светятся!
  - Вот именно поэтому,- буркнул я, задумчиво разглядывая приземистую избушку. Два полукруглых оконца, выходящие на сторону озера, призывно горели ровным желтым светом. Никакого движения внутри я не заметил, но это мало что меняет...
  - Капрал, что вы встали?- моей неугомонной спутнице, судя по всему, сильно не терпелось вляпаться еще куда-нибудь. Мало нам приключений!..
  - Госпожа де Шасвар,- вздохнул я,- очень вас прошу, постойте на месте хоть пару минут. И, желательно, молча...
  - Но там же люди!
  - Да? И откуда такая уверенность?..
  - А... но...- она недоуменно наморщила лоб, передернула плечиками и независимо фыркнула:- Ой, ну и пожалуйста!.. Стою. Молчу. Довольны?
  - В экстазе...- проронил я, окидывая внимательным взглядом пещеру. Большая. Воздух чистый, свежий - стало быть, где-то неподалеку имеется выход на поверхность. Я вынул карту и, развернув ее рисунком к светящемуся озеру, прищурился. Да, пещерка обозначена... Только вот помечена красным размашистым крестом, и второго выхода не имеет! Странно. Я провел пальцем по пергаменту:
  - Так... Это тупик. Мы свернули не в тот проход,- я недовольно покосился в сторону девушки:- Если бы кое-кто не лез туда, куда не просят...
  Она демонстративно отвернулась, делая вид, что разглядывает неровные стены. Ну конечно, это же я во всем виноват. Она, добрая душа, помочь хотела, а я, скотина неблагодарная... Тьфу.
  - Ладно,- я свернул карту и спрятал ее за пазуху.- Пошли за Изюмчиком. Выбора у нас нет, без огня мы отсюда далеко не уйдем...
  Она вопросительно вздернула брови и не двинулась с места. Вы посмотрите, какие мы принципиальные! Я вздохнул:
  - Госпожа де Шасвар. Если я был резок - простите... Но если вы и дальше намерены брыкаться по пустякам - я отведу вас обратно в 'Кротовью нору' да и дело с концом! Будете перед Пемброуком ножкой топать и характер демонстрировать. Он, может, и стерпит... А у меня нет ни времени, ни желания носиться с вами, как с писаной торбой! Понятно?!
  - Понятно,- еле слышно отозвалась кнесна. И, что-то воинственно бормоча себе под нос, двинулась следом за мной. Не иначе, как сетует на свою несчастную долю да на неотесанных вояк, не имеющих такта и снисхождения к женским слабостям... Вот дернула ж меня нелегкая согласиться взять ее с собой! И без того жизнь не сахар, еще только избалованной кнесовой дочки мне не хватало. Может, действительно разжиться в избушке факелом, да спихнуть эту головную боль на милягу Пемброука?..
  Я вспомнил про единорога и едва удержался, чтоб не плюнуть от досады. Да, конечно, девственниц и в Фирбоуэне хватает, но... 'Смиритесь, капрал Иассир,- с тоской подумал я,- в ближайшее время вам от этого зеленоглазого сокровища никак не избавиться!'
   'Сокровище', спотыкаясь о камни, сердито сопело мне в затылок, но стоически молчало. И то радость... Я выдернул из ножен клеймор:
  - Не отставайте, госпожа.
  Озеро приближалось. Круглое, гладкое, бросающее шелковистые серебряные отсветы на прибрежные камни. Из-за большого валуна вынырнула узкая дорожка, аккуратно мощеная красным кирпичом. Тропка была проложена по берегу странного озера и, изгибаясь жгутом, бежала вперед - к самому крыльцу одинокого домика. Изюмчика видно не было. Куда запропастился этот игольчатый обормот?.. И почему он вообще так странно себя ведет? Команде 'посвети', между прочим, я его сам учил! Она у него от зубов отскакивает - от всех сорока. А тут на тебе - задом повернулся и в кусты... В пещеру, точнее. Сильно подозрительную. Я вспомнил карту и большой красный крест на ней. Интересно, что бы оно значило? Мда. Многовато вопросов... Я задумчиво коснулся острием клинка ветви плакучей ивы. И сбился с шага, вместо шелеста листвы услышав мелодичный тихий звон. Срезанный клеймором черный лист, тускло блеснув в полумраке пещеры, упал мне под ноги. Не мягко спланировал, как ему и полагалось, а именно упал, чуть слышно брякнув о красный кирпич дорожки.
  И разлетелся на мелкие кусочки.
  - Замечательно,- проскрипел я, присаживаясь на корточки и разглядывая осколки.
  - Что случилось, капрал?..
  - Понятия не имею,- я натянул перчатку и поднял с земли то, что осталось от листика. Слюда? Или стекло?.. Ничем не пахнет, внешние края гладкие, узорчатые, даже с прожилками - ни дать, ни взять, самый настоящий лист ивы, только... не живой.- Сторонитесь деревьев, госпожа де Шасвар. Не знаю, что тут происходит, но местечко паршивое. Надо отсюда убираться.
  Девушка, поглядев из-за моего плеча на черные осколки, поежилась:
  - Кажется, я с вами согласна...
  - Для разнообразия?- весело хмыкнул я. Она нахмурилась было, но, поняв, что никто над ней не издевается, неуверенно улыбнулась в ответ:
  - Вроде того. И... простите за магический шар, офицер! Я правда не хотела...
  - Знаю,- вздохнув, я выбросил осколки в озеро и, сняв перчатку, протянул кнесне свободную руку.- Мир?
  - Ага,- девушка снова улыбнулась. И, переведя взгляд на спокойные серебряные воды, ойкнула:- Айден! Они... оно... тают?!
  Меня назвали по имени?.. Ну надо же. Не могу сказать, что это неприятно... Так, стоп! Кто тает? Где?! Я быстро обернулся туда, куда указывал дрожащий пальчик кнесны, и присвистнул:
  - Ого! Хороша водичка...
  - Если это вообще вода,- моя спутница благоразумно попятилась от пологого берега. Я раздумчиво кивнул - да уж. Осколки ивового листа не утонули, хотя на руке вполне себе ощущались, когда я их поднял. Они медленно колыхались на поверхности озера, постепенно расплываясь блестящими черными кляксами. Тают... Не знаю, я бы скорее сказал, что плавятся!
  - Уходим. Быстро,- я с подозрением глянул на красный кирпич дороги. Деревья из камня, вода из непонятно чего, а вдруг и дорожка не так проста, как кажется?
  - Но как же свет?- неуверенно спросила девушка. Я тихонько выругался - она была права. Здесь, конечно, все вверх тормашками, но нас пока вроде не съели. А вот в лабиринте по темноте мы точно сгинем, с Изюмчиком или без... Да, кстати. Где же этот паршивец? Пемброук мне друг, а он очень привязан к своему питомцу. И если сейчас этот питомец, который вечно тянет в пасть что ни попадя, налакается вот той серебристой дряни...
  - Изюмчик!- яростно зашипел я, с опаской косясь на желтые окна избушки.- Изюмчик, зараза! Иди сюда сейчас же, где тебя носит?!
  Само собой, на мой призыв никто не отозвался. Значит, игольчатый поганец таки нашел, чем поживиться. И хоть я тут весь изорись - пока не сожрет, не вернется... Я в сердцах сплюнул себе под ноги (даже не удивившись, что плевок с тихим шипением испарился, едва коснувшись красного кирпича) и поудобнее перехватил клеймор. Выбора не было. Кто бы ни ждал нас там, за дверью, но мне нужен Изюмчик. И факел.
  В мой рукав знакомо вцепились тонкие пальчики:
  - Идем?..
  - Идем.
  
  Дом был совершенно пуст. Нет, я не про обстановку - её-то как раз здесь хватало с избытком...
  Потемневшая от времени жаровня в углу, широкий топчан, почти полностью скрытый кипой скомканных лоскутных одеял, на полу звериные шкуры, между двух окон - высокий, под самый потолок, шкаф с книгами. Рядом со шкафом - грубо сколоченный табурет, у стены длинный стол, заваленный всяким хламом, а над ним - большой круглый шар, горящий ровным желтым светом. Такой же шар, как тот, что недавно нашел свой конец в лабиринте. Такой же, но в два раза больше и другого цвета. К тому же, намертво привинченный к полке - это я осознал, когда попытался его оттуда снять.
  - Не вариант,- пропыхтел я, утирая пот со лба.- На совесть закреплен. Ладно! В жаровне, кажется, еще остались угли...
  Я, сунув руку в карман, нащупал кремень с огнивом. Потом оценивающе оглядел табурет - отлично, ножка факела, считай, у нас в кармане!..
  - Скорее, - прошептала моя спутница, нервно оглядываясь на дверь. Ей, как и мне, не терпелось поскорее покинуть это место. Я кивнул и, перевернув табуретку, взялся за одну из ее толстых ножек. Приколочена так, что обзавидуешься, ну да ничего... Дерево жалобно захрустело. Есть! Теперь одолжим одно одеяльце, на тряпки, и дело в шляпе. Довольно потирая руки, я пристроил отломанную ножку на край стола и подошел к топчану. Вот это, сверху, вроде рваненькое, думаю, хозяин не сильно обидится...
  - Гр-р-р!
  - Изюмчик...- булькнул я, глядя на поднимающуюся из вороха одеял здоровенную буро-черную башку.- Изюмчик?
   Мог бы не спрашивать - глаза уже ясно видели, что питомцем Пемброука тут даже не пахнет. Он был золотисто-песочного цвета, и гораздо мельче этого, бурого... 'Зато крупнее того, серого,- вдруг понял я, вспомнив зверя, что завел нас сюда.- Так их здесь, значит, двое? Замечательно'. Стараясь не делать резких движений, я ногой подтянул к себе табурет. Клеймор - это, конечно, прекрасно, но зверь слишком близко для хорошего замаха. А так, глядишь, успею ему стулом пасть заткнуть хоть секунды на три, чтоб размахнуться...
  Входная дверь глухо стукнулась о стену. Зашуршали костяные иглы. За моей спиной тихо ахнула Матильда.
  Почему я так уверен, что лучше не оборачиваться?..
  - Гр-р-р...
  Я скосил глаза на вход и сжал кулаки. Нет, не двое. Трое! Один на топчане, второй - тот самый, серый, - пялится снаружи через стекло. А третий - серебристо-черный и здоровый, как шкаф, стоит на пороге, нагнув круглую башку и оскалив клыки. Откуда этот-то взялся, светлые Боги?! Нам и первых двух по самые глаза хватило бы!..
  Мне под бок метнулась тонкая фигурка в испачканном камзоле. Метнулась - и уткнулась носом в грудь, мелко дрожа от страха. Хорошо ей. Она этих морд не видит. А я стою, как дурак, с кнесной на шее, с табуреткой в левой руке и бесполезным клеймором в правой... Ну, двух, может, и завалю. Хотя тоже не факт - тот, что на пороге, вдвое крупней Изюмчика. А третий мне с удовольствием за товарищей отомстит.
  Если будет кому мстить, конечно...
  Я чуть пригнулся, насколько позволяла прилипшая ко мне сосновой иголкой перепуганная госпожа де Шасвар, и перехватил табурет за поперечные планки. Щит, конечно, курам на смех, но другого нет. Клеймор качнулся вперед, целясь в оскаленную морду стоящего на пороге чудища. Второе, бурое, встопорщив все свои иглы, приподнялось над топчаном, готовое к прыжку. Свирепое рычание рванулось из двух бездонных пастей. Ну всё, добегался, порубежник!..
  - Гр-р-р-р...
  - Нам конец, да?- зеленые глаза взглянули на меня снизу вверх из складок мундира. Я хмыкнул:
  - Там поглядим. Держитесь крепче, сейчас будет жарко... Ну что, зубастики? Голодные? А хрен вам в глотку, не дождетесь!
  Я отшатнулся к стене, задев бедром твердый угол стола. На пол со звоном и грохотом посыпались какие-то колбы, ступки, ящички... А, да и пусть их! Все равно сейчас тут будет шороху... Звери напружинились. Я стиснул в ладони рукоять клеймора.
  - Гр-р-ры!
  - Клубок! Шнурок! Вы что там позабыли?!- вдруг рявкнул по-фенийски чей-то голос снаружи. Кнесна вздрогнула от неожиданности. Я выронил тяжелый табурет. А мордатые бестии, мигом заткнувшись, подхалимски прижали иглы и, задевая боками мебель, дунули вон из дома.
  - Вконец обнаглели!- ругался все тот же голос.- Кому было сказано - через порог ни ногой?! Если хоть одну склянку грохнули - утоплю обоих, чтоб мне пусто было!.. Вон с глаз, сказал! И чтобы духу вашего больше тут не... Уп. Да у меня никак гости?
  Ступеньки крыльца заскрипели, и на пороге обозначился высокий мужчина в алом балахоне до пят. Руки его сжимали тяжелый узловатый посох с серебряным набалдашником. По широким плечам рассыпались длинные белые волосы, сливающиеся на лбу с такой же неестественно-белой кожей. А прозрачные, как лед, колкие глаза удивленно, но безо всякой настороженности разглядывали нас с Матильдой. Фений. Чистокровный. Какая прелесть... Я вымученно улыбнулся:
  - Здравствуйте. Ваши зверушки?.. Славные.
  - Я вижу, как они вам понравились,- проронил хозяин дома, мельком взглянув на мой обнаженный клеймор. И легко перешел на привычный мне унгарский язык:- Ну да ладно. Вы, собственно, кто такие, молодые люди?
  - Мы... э-э...
  - Ясно,- мужчина вздохнул. Переступил через порог и, прикрыв дверь у себя за спиной, добавил неодобрительно:- Обниматься-то прекращайте уже. Это не мое дело, конечно, но я как-то за традиционные отношения...
  Ну вот, и этот туда же! Выберемся наверх, надо будет купить кое-кому нормальное женское платье... Скрипнув зубами, я наклонился к своей спутнице:
  - Госпожа де Шасвар, от моей репутации и так уже одни лохмотья остались. Отпустите меня, пожалуйста.
  - А эти?.. Они тут?..- донеслось из складок моего мундира, куда дочь Великого кнеса со страху зарылась по самые уши.
  - Их прогнали. Всё в порядке.
  - Правда?
  - Правда, госпожа,- сконфуженно ответил за меня хозяин дома, пробормотав еле слышно: 'Тьфу ты, прости меня Великая Дару, а я уж себе вообразил...'.- Приношу свои извинения, офицер. А вы не волнуйтесь, госпожа, никто вас не обидит! Шнурок с Клубком мирные ребята, это так... охранные инстинкты. Не бойтесь.
  Он весело улыбнулся и отставил посох к стене:
  - Я, кстати, тоже не кусаюсь. И люблю гостей. Располагайтесь, мой дом - ваш дом... Меня зовут Фелан. А вас?..
  
  На раскаленной решетке жаровни, шипя и истекая мясным соком, подрумянивались колбаски. Госпожа де Шасвар, несмотря на благородное воспитание и громкий титул, деловито крутилась у стола, с которого временно убрали весь хозяйский хлам. Я повел носом и сглотнул слюну - пахло аппетитно.
  В дверь просительно поскреблись. Фелан, расставляющий на полке шкафа уцелевшие пузырьки и коробочки, топнул ногой:
  - Кыш отсюда, подлецы! Чтоб я обоих до утра не видел даже! Вы сегодня провинившиеся... Капрал, будьте любезны, подайте мне вон ту книгу. Нет, в красном переплете, с золоченым корешком. Спасибо... Клубок, я кому сказал?! Ты мне еще дверь поцарапай, бессовестный!
  Из-за стены домика долетел приглушенный скулеж, потом тяжелый вздох - и все стихло. Я, улыбнувшись, вынул из кучи барахла нужную книгу и, сдув с нее странную голубоватую пыль, протянул мужчине. Поворошил остальные, беспорядочно разбросанные по полу... И выдернул самую нижнюю, черную. В отличие от прочих, на ее корешке не было ни одного слова.
  Я посмотрел на обложку. Самодел. Кожа натянута кое-как, на уголках остатки клея, да и картинка так себе - две стрелы, грубо намалеванные золотой и серебряной краской. Высокохудожественно, ничего не скажешь... И названия нету. Я тишком скосил глаза на занятого своим делом хозяина дома и быстро перелистал книгу. И правда, самодел - толстые пожелтевшие страницы были сверху донизу заполнены неровными строчками - то синими, то черными, то вообще болотно-зелеными, словно вместо чернил автор воспользовался трявяным соком. Кое-где имелись даже вклеенные иллюстрации - то маленький храм, опутанный зеленым плющом от основания до купола, то обнявшаяся парочка, то женщина в узорчатой маске, то какой-то человек в балахоне с капюшоном, вздымающий в правой руке посох с навершием в форме змеиной головы... Текст книги остался для меня загадкой. Читать я умею, вы не подумайте - просто кроме унгарского да агуанского (спасибо Арлете!) других языков не знаю. И даже несмотря на то, что я наполовину фений, язык предков моей матушки для меня - лес темный. Ну, то есть речь кое-как понимаю, и даже пару слов по-фенийски связать могу - нахватался на пограничье от ополченцев, но читать и писать - увы...
  Увлекшись картинками, выполненными не без таланта, я пролистнул книгу до самого конца и удивленно хмыкнул - добрая треть страниц осталась девственно чистой. Стало быть, труд не был закончен?.. Я пожал плечами и вернулся к самому началу. Убористый текст, сбившийся столбиком в центре первой страницы, походил на стих. И написан он был совершенно иными рунами. Где-то я похожие видел!.. Обилие точек над круглыми буквами, невероятное количество завитушек и подчеркиваний... Да это же другой язык! И, сдается мне, лаумейский. В отличие от остальных, он хотя бы визуально был мне знаком - Атти, наш полковой писарь и мой большой приятель, как раз наполовину лаум. Причем весьма образованный и тяготеющий к духовности... Несмотря на сложные отношения Унгарии и Фирбоуэна, труды лаумейских мудрецов у наших храмовников в большой чести. Как и переводчики. Так что писарь без работы не сидит - все свободное от службы время корпит над старинными текстами... И точки-закорючки что тут, что там - один в один. Только разве что почерк отличается. Я поднял взгляд от рун к верху страницы. Там, у самого края листа, были изображены все те же две стрелы. А под ними - три гравированных золотых овала. Мать Рассвета, Зеленый Отец и Вечный Змей у их ног... Знакомые штучки! Один такой, помнится, носит кнесна?..
  - Господин офицер,- голос Фелана вернул меня к действительности,- вы меня слышите?..
  - А?- я захлопнул книгу и поднял голову.- Простите, увлекся.
  - Любите читать?- глядя на меня с каким-то странным прищуром, поинтересовался он и протянул руку. Я вложил в нее черную книгу:
  - Не особенно. Так, картинки занятные. Кто рисовал?
  Он не ответил. Только осторожно принял из моих рук потертый фолиант и поставил его на полку. Вид у хозяина дома был несколько смущенный. Или встревоженный? Я легонько пожал плечами - подумаешь, книжка какая-то. Не магическая, иначе я б ее даже открыть не смог... И чего, спрашивается, тогда так переживать?
  Я вспомнил изображение на первой странице и задумчиво почесал бровь. Три медальона. Один у Матильды, второй болтается среди монет в моем кошеле... Интересно, а куда подевался последний? И какое они все имеют отношение к черной книге, которую Фелан сейчас задвигает поглубже на полку?.. Еще и другими заставляет плотно, косясь в сторону жаровни. Боится, что упрем, что ли?.. Вот мне (и, тем более, дочери Великого кнеса!) делать больше нечего, угу...
  - Следующую книгу?- я поднял голову.- Или вы сами? Я могу пока осколки собрать...
  - Нет-нет,- быстро замотал головой Фелан. И, увидев мое удивление, с улыбкой пояснил:- Это может быть небезопасно. Мои колючие друзья перебили кучу склянок с волшебными порошками. И добрая половина из них не так безобидна, как кажется на первый взгляд... Это я сам приберу. А вы окажите любезность, верните ножку табурету. Иначе до верхней полки я просто не дотянусь!
  Я вспомнил неудавшуюся заготовку для факела, быстро стряхнул с рукава остатки мерцающей голубой пыли (которая от этого только глубже въелась в ткань) и взял в руки табуретку. Слава богам, хозяин дома не в курсе, кто на самом деле разнес его лабораторию!.. А то в дверь, сдается мне, скреблись бы сейчас не Клубок со Шнурком, а мы с Матильдой... И это - в самом лучшем случае!
  Я, зажав в зубах гвозди, а в руке - молоток, бросил взгляд в затылок Фелану. Маг, определенно. И маг сильный, раз настолько в себе уверен... Иначе бы к незнакомым людям вот так запросто спиной не поворачивался! Я покосился на магический светильник, прикинул его размеры и окончательно уверился в своих предположениях. Такую игрушку не купишь в лавке. Их на заказ делают. А судя по обстановке домика и простенькому балахону, наш новый знакомый в золоте не купается... Не потому ли на карте тот крест стоял, а? Змеи ребята осторожные. И очевидно, что с обладателем пещерки уже сталкивались, раз крест на ней поставили. Да уж, везет мне нынче на знакомства - как утопленнику!
  
  Кнесна де Шасвар, закутавшись в три одеяла сразу, безмятежно посапывала на топчане. Яркий желтый свет магического шара Фелан уменьшил двумя легкими прикосновениями - чтобы не мешать гостье спать. Было, должно быть, уже очень поздно - под землей не понять, но я тоже уже начинал поклевывать носом... Мы с хозяином дома сидели у стола. Сдвинутые к стене миски с остатками недавнего пиршества (а еще говорят, что все благородные дамы - белоручки! Я так вкусно в жизни не ужинал) уступили место кувшину красного вина и двум деревянным кубкам. Вино Фелан достал из личных запасов. Хорошее, хоть и сладковато на мой вкус...
  - Не знаю, как вас благодарить, сударь,- я, сделав глоток, посмотрел на хозяина.- После того, как мы ворвались к вам без приглашения и распугали ваших зверей...
  - Этих, пожалуй, напугаешь!- весело хмыкнул маг, вновь наполняя свой кубок.- Разве что посохом по хребту, да и то - ненадолго... Я гляжу, вы еще одного привели?
  - Скорее, это он нас привел. Мы на него в лабиринте наткнулись. А потом он, видно, собратьев учуял, да сюда повернул...
  - А вы пошли за ним,- задумчиво пробормотал Фелан.- Не испугались? Иглонос - не мышь полевая, обычно от них все шарахаются.
  - Я спутал его с Изюмчиком. Это питомец моего друга... Знаете, там, в самом начале лабиринта, трактир 'Кротовья нора'?
  - Знаю. Захожу иногда. Изюмчик... Да, славный зубастик, хоть и не воспитанный. А друг ваш, смотрю, тоже не робкого десятка!
  - Трусливых квартеронов мне пока встречать не доводилось,- я криво усмехнулся.- Внешность с детства характер закаляет, знаете ли.
  - Ах, квартероны...- маг с любопытством посмотрел на меня:- Так ваш приятель - один из трактирщиков? Ну да, ну да... Они к полукровкам куда как лояльней. И не смотрите на меня волком, капрал Иассир. Пусть я и чистый фений, но эти предрассудки мне тоже не по сердцу!
  - Заметно,- не сдержавшись, ляпнул я и обвел многозначительным взглядом неровные стены избушки. Хозяин ничуть не обиделся:
  - Мое жилище мне вполне по душе. А что до ваших намеков... Ну да, наверху мне не рады. И что с того?- он прищурился и бросил надменно:- Я не золотой гривеник, чтоб всем нравиться!
  - Ссылка?- понимающе вздохнул я.
  - Она самая,- в тон мне вздохнул поникший маг.- Двусторонняя. Ни на родину, ни к соседям мне ходу нет... А если по совести - не больно-то и хотелось.
  Он машинально поворошил алеющие в жаровне угли и пробормотал, глядя куда-то сквозь меня:
  - Какая разница? Все одно лет через триста все до единого выродятся...
  - Не понял?!
  - А?..- он вскинул голову и, словно взяв себя в руки, сменил тему:- Со мной мы разобрались, господин офицер. А что касается вас? Лабиринт - то еще местечко, уж поверьте старожилу! И лазать здесь из праздного любопытства охотников мало...
  - Мне нужно попасть в Фирбоуэн,- не стал скрывать я.- А обычным манером через границу меня не пропустят. Пришлось искать обходные пути. Что же касается моей спутницы... Ну, можно сказать, мы с ней в некотором роде собратья по несчастью!
  - Гхм... Понятно,- вежливо кивнул Фелан, хотя явно мало что понял.- А что вам понадобилось в Фирбоуэне? Служба?
  - И она тоже. Точнее - ее возможное будущее отсутствие...- я махнул рукой:- Не хочу нагружать вас своими проблемами. Это как минимум неудобно, учитывая ваше гостеприимство. Еще раз благодарю за теплый прием и ночлег и обещаю - как только наступит утро, мы избавим вас от своего присутствия... Мда. Знать бы только, когда оно наступит?
  - Часов через пять,- улыбнулся маг.- Вы ложитесь вон на плед у топчана, отдохните. До выхода наверх путь неблизкий, силы вам еще понадобятся. А утром я вас разбужу!
  - Спасибо,- я, улегшись на расстеленный плед, подложил под голову ботинки госпожи де Шасвар.- Давно вы здесь, как я погляжу... Так точно время под землей определять!..
  - За четверть века насобачился,- через плечо бросил маг, сгружая грязную посуду в большой таз. Я вытаращил глаза:
  - Так вы что, тут полжизни сидите, что ли?!
  - Нет, конечно,- губы мужчины тронула снисходительная улыбка:- Я же маг, капрал. И на свои шестьдесят буду выглядеть только лет через сто... Вы спите, спите. Дверь я запер, звери не пролезут.
  - А вы где ляжете?- запоздало устыдился я.- Простите, мы вдь даже и не подумали...
  - Глупости,- отмахнулся хозяин дома, потянув за длинную веревку, что свисала с потолка. В нем со скрипом открылся большой квадратный люк.- На чердаке достаточно места. Отдыхайте!
  Я раскрыл было рот, чтоб еще раз извиниться, но и слова сказать не успел - маг легко подпрыгнул кверху, уцепился левой рукой за край люка и с ловкостью белки шмыгнул в темный провал чердака. Ну ничего себе!.. Сколько, он сказал, ему лет?.. Шестьдесят?
  Люк захлопнулся. Я покачал головой и заерзал на колючем пледе, устраиваясь поудобнее. Не родная койка, конечно, но сойдет... Бывало и хуже! Тут, по крайней мере, ветра нет, крыша над головой и тепло. Только от рукава, слабо мерцающего в темноте лазурными искорками, тянет какой-то едкой дрянью. Что я за склянку кокнул, интересно? И что в ней было? Надеюсь, не какая-нибудь отрава... надо будет мундир постирать, как случай выдастся. С магическими порошками шутки плохи.
  Ботинки под головой были жесткими, пыльными и отчего-то пахли фиалками. Я покосился снизу вверх на топчан и улыбнулся. Спит как сурок... Стащить у нее одно одеяло, что ли? По полу сквозит.
  Я уже протянул было руку, но передумал. Перебьюсь как-нибудь. Мне не привыкать, а она такая хрупкая. Тепличный цветочек, самый что ни на есть... Еще замерзнет, утирай ей сопли потом до самого Фирбоуэна!.. Вздохнув, я повертелся с боку на бок и наконец откинулся на спину. Взгляд, блуждающий по стенам избушки, натолкнулся на книжную полку. Перед глазами снова встала желтая страница, исписанная змеистым мелким почерком. И изображение трех медальонов. Совпадение?.. Возможно...
  Задумчиво нахмурив брови, я нырнул рукой в кошель. Пальцы нащупали тонкую цепочку и потянули ее на себя. В тусклом свете магического шара золотым овалом блеснула плашка медальона.
  Сверху посыпались крупинки песка, глухо закашлялся маг. Мда, скачет он, конечно, как молодой, но возраст таки свое берет... Или сырость пещерная? Тоже не курорт, знаете ли!..
  Пожав плечами, я снова взглянул на медальон. Мать Рассвета, Зеленый Отец и Вечный Змей у их ног. И еще один Змей - с изнанки. Светлые Боги... И чужая безделушка, невесть как оказавшаяся в Мертвом Эгесе. Я вспомнил удивительно хорошо сохранившуюся комнату и нахмурился. Этого просто не могло быть! Все вокруг выжжено дотла, а тут, понимаете ли, даже пыль на столе собраться не успела?.. Ну да ладно. Пусть их всех, и эту комнату, и даже богли - подобные 'сюрпризы' на пограничье не новость, но та обветшалая хибара была не храмом Вечному Змею! И мародерам в ней опасаться было нечего! Так почему же кулон до нас никто не стащил?..
  Нет, у меня голова скоро напополам лопнет от всех этих загадок. Завтра. Все завтра, а теперь - спать!.. Я потряс головой и зевнул. Глаза начали слипаться.
  - Завтра...- повторил я уже заплетающимся языком. И, машинально нацепив амулет себе на шею, сонно смежил веки. На какое-то мгновение мне показалось, что щели в потолке окрасились дрожащим желтым светом. Будто на чердаке кто-то зажег свечу. Фелан?.. Чего ему не спится? Или просто магический шар на полке обманывает уставшие глаза своими бликами?.. А глаза закрываются - совсем... Спать, спать, спа-а-ать...
  
  По серебристой глади озера шла легкая рябь. Как от ветра, хотя никакого ветра под землей нет и быть не может. Фелан чуть наморщил брови, ловко перепрыгнул с дорожки на большой прибрежный валун и опустил кончик посоха в воду. По жидкому серебру пошли круги. Маг присел на корточки и, вглядевшись в озерные глубины, покачал головой. Что он там увидел, интересно?.. Я с любопытством вытянул шею, но совершенно ничего не разглядел: мы с кнесной стояли поодаль, на дорожке. К подозрительному водоему ближе, чем на пятнадцать футов, ни я, ни она подходить не рискнули...
  - Не выспались?- посочувствовал я, глядя на слипающиеся глаза кнесны. Она кивнула:
  - Всю ночь кошмары снились. А вы?..
  - Замерз, как собака. И ботинки у вас жесткие, шея затекла...- я покосился на что-то бормочущего себе под нос мага, и тихо спросил:- Госпожа де Шасвар, вы знаете лаумейский язык?
  - Да,- девушка пожала плечами.- И фенийский, и агуанский, и язык мисов немножко... Папа считал, для кнесны это обязательно. А что?
  - Да так,- я обернулся на избушку, отметил, что игольчатые охранники резвятся по ту сторону озера и, решившись, понизил голос:- Я вчера нашел кое-что любопытное. Там, у Фелана. И, судя по его реакции, второй раз он мне это 'кое-что' даже потрогать не даст...
  - Капрал Иассир!- она округлила глаза:- Вы что же, хотите отплатить кражей за гостеприимство?!
  - Тс-с!- зашипел я, прижав палец к губам.- Может, я и не прав, но только сдается мне, что оно нам с вами пригодится больше. И почему сразу - 'кража'?.. На обратном пути вернем... И извинимся!
  - Но так же нельзя,- прошептала добродетельная дочь Великого кнеса.- Это незаконно и... а если маг вас на воровстве за руку поймает? Вы видели, как он вчера огонь в жаровне зажег одним плевком?!
  Умница. Зрит в корень! Я ухмыльнулся и, склонившись к ее уху, зашептал:
  - А для этого у меня есть вы. Тс-с! Говорю же - всё верну!.. Отвлеките Фелана минут на пять, мне этого за глаза и за уши... Тьфу ты. Возвращается. Надо было ночью спереть, пока возможность была!..
  - Капрал,- зеленые глаза задумчиво обратились в сторону приближающегося мага.- А ЧТО вы такое там нашли?..
  - Книгу. С изображением небезызвестных вам медальонов. И с пояснениями к оным... На лаумейском языке.
  - О?..- девушка приоткрыла ротик. Потом слегка нахмурилась, будто что-то вспомнив, и решительно кивнула мне:- Сейчас я что-нибудь... Ах, капрал, как же тут холодно!
  Эти слова кнесна произнесла в полный голос, подняв на меня взгляд несчастной сиротки из Эгесской ночлежки для малоимущих. Я удивленно моргнул - холодно? Здесь? Пещера Фелана, конечно, не Солнечный берег, но... Тьфу ты, что ж я туплю-то так не по-божески?
  - Потерпите, госпожа,- я бросил извиняющийся взгляд на подошедшего мага:- Чувствительная! И здоровье хрупкое... А у вас тут сыро.
  Матильда, правильно истолковав мое бессовестное вранье, звонко чихнула и хлюпнула носом.
  - Как же мы плащи-то дома забыли?- жалобно пискнула она. И, смущаясь, посмотрела на Фелана:- Простите, сударь. Мы, наверное, пойдем... Вы ведь сказали, что до выхода еще далеко?..
  - Порядком,- хозяин пещеры обеспокоенно взирал на прямо-таки синеющую на глазах кнесну де Шасвар.- Вы не приболели, госпожа?
  - Ничего, всё в порядке,- девушка снова хлюпнула носом и чихнула.- Я потерплю...
  Ну, актриса!.. Я едва не зааплодировал. А маг, который даже в шестьдесят все-таки оставался мужчиной, не лишенным сострадания, коротко качнул головой:
  - Нет, это не дело. Плащ я вам дам. Не обеднею.
  - Ну что вы!- хором возмутились коварные мы.- Это неудобно... Вы и так столько для нас сделали!..
  - Глупости,- отрезал он, стряхивая со своего посоха липкие серебристые капли.- Обождите минутку, я схожу...
  Кнесна предупреждающе закашлялась. Понял, не дурак... Я протестующе поднял руку:
  - Сударь, мне, право, уже совсем неловко! Явились незваные, припасы ваши подъели, на чердаке спать заставили - еще и гоняем теперь туда-сюда... Кроме того, думаю, госпожа вполне обойдется одеялом! Все равно мы от него вчера кусок для обмотки факела оторвали. Нет-нет, стойте! Я сам сбегаю.
  - Но...
  - Апчхи!..- Матильда, снова хлюпнув носом, беспомощно повисла на руке растерянного мага.- Мать Рассвета, как же мне совестно... А-апчхи! Сударь, у вас платочка не найдется?..
  Я успокаивающе кивнул хозяину - мол, уж потерпите пару минуток! - и, развернувшись, припустил по дорожке. Одеяло я, конечно, возьму. Все равно пригодится... Ну, кнесна, ну талант! Даже я чуть было не поверил, что она вот-вот с простудой сляжет!.. И чихает так натурально... Я на бегу обернулся в сторону озера. Фелан, уткнув посох в каменистую землю, торопливо шарил в поясном кармане - видимо, искал платок. Госпожа де Шасвар, кашляя словно чахоточная, благодарно хлюпала носом... Да уж. Не будь моя спутница таких кровей - ей бы была прямая дорога на сцену!..
  
  Проскользнув в приоткрытую дверь, я быстро сгреб в охапку валяющееся у топчана рваное одеяло. И, перекинув его через плечо, шагнул к шкафу. Так. Кажется, эта полка. Перепрятать книгу у хозяина времени не было... Что ж он над ней так трясется-то?..
  - Ладно,- пробормотал я, скользя взглядом по пестрым фолиантам,- с этим мы после разберемся...
  Загадочная книга, которую наш новый знакомый вчера буквально вырвал у меня из рук и заховал поглубже, нашлась с третьей попытки и легла в ладони. Я с сомнением взвесил ее в руках и тяжело вздохнул - жаль, всю с собой не возьмешь. Приметная вещица, если в котомку сунуть - выпирать со всех боков будет, Фелан непременно заметит!.. И в одеяло завернуть не получится - его же придется прямо сейчас на Матильду набросить, чтоб 'до смерти не замерзла'... Я с опаской оглянулся на дверь избушки, прислушался к радостным взрыкиваниям снаружи и, выдохнув, раскрыл книгу. Две стрелы и три медальона... Уф. Ну, ничего, Боги простят!... Тем более, вором меня уже на весь Эгес ославили, что терять-то?
  Я взялся за желтую кромку листа и недрогнувшей рукой выдрал с мясом первую страницу, на лаумейском. Слава богам, отец госпожи де Шасвар в свое время озаботился ее образованием куда больше, чем генерал Ференци - моим собственным...
  Сложенная вчетверо страница тихо улеглась во внутренний карман мундира. Кожаный том вернулся на полку. Лоскутное одеяло перекочевало с плеча в руки. Ну что ж, теперь всяко не до сожалений!.. Я покаянно вздохнул, нацепил на физиономию выражение благодарного смущения и шагнул обратно на красный кирпич дорожки.
  
  Глава седьмая
  
  Матильда.
  
  Меня мучила совесть. Я жалобно хлюпала носом, делала вид, что кашляю, мило улыбалась фению, а сама в этот миг пыталась сообразить, успеет ли капрал найти неизвестную мне книгу прежде, чем маг догадается, что это все ложь. А то и того лучше, вспомнит, что его стихия - пламя (судя по тому, что он показывал в хижине), и решит меня каким-нибудь факельным заклинанием подлечить. У колдунов это быстро - простыл? Огненная магия тебя сразу обогреет! А то, что при этом кого-нибудь, например, того же исцеляемого, может ощутимо обжечь... ну, никто не обещал вам, что все будет хорошо!
  К счастью, уже через пару минут я услышала шум шагов капрала. Оглянулась, хлюпнула носом напоследок и выдавила улыбку, фальшивую, как мне казалось, до последнего зуба. К счастью, говорить сейчас ничего не понадобилось: офицер накинул мне на плечи позаимствованное у Фелана одеяло и принялся бережно меня укутывать.
  А мне так спокойно стало... Так уютно... Я даже на миг забыла, что это все игра, что он обо мне совершенно не беспокоился и изображал такую заботу только чтоб заполучить книгу на лаумейском... Хотелось стоять, чувствуя на своих плечах надежные мужские руки, ни о чем не думать...
  Так, Матильда, ты серьезная замужняя дама! Проигранная, правда, в карты неизвестно кому, но сути это не меняет. В храме Великого Змея тебя еще не развели, в храме Матери Рассвета заново не обвенчали, так что прекращаем тут думать неизвестно о чем и занимаемся делом!
  -Спасибо, капрал, - кажется, получилось, чуть суше, чем я хотела, но менять уже что-либо было поздно: я выпуталась из его рук и, отступив на шаг, поплотнее запахнулась в одеяло.
  А вот полукровка, кажется, принял мою интонацию на свой счет: видимо, решил, что это из-за кражи у фения. Уголок рта чуть дернулся, но мужчина ничего не сказал. Чуть склонил голову - то ли кивнул, то ли поклонился и тоже отступил на шаг.
  -Всегда пожалуйста, госпожа.
  И ведь не объяснишь, что он тут не при чем! Что это все мои дурные мысли!
  К счастью, маг не заметил той маленькой размолвки, что вышла между нами. Протягивая мне найденный, наконец, платок, он участливо вздохнул:
  -Как же так, госпожа, вроде здесь не сквозит...
  Я чувствовала себя последней мерзавкой. Взяла платок, сделала вид, что сморкаюсь и жалобно протянула:
  -Я просто не привыкла к переходам.
  -Понимаю, - вздохнул фений. - Дорога, порой, может быть очень сложной...
  -Все в порядке, господин Фелан, не беспокойтесь, я справлюсь...
  С языка чуть не сорвалось 'тем более, со мной рядом капрал Иассир', но я успела проглотить ненужные слова.
  -Платок оставьте себе, - маг перехватил мою руку в воздухе. - Кстати, забыл спросить... - он легко поменял тему: - Что с иглоносом будете делать?
  -С кем? - не поняла я.
  А у капрала и лицо вытянулось:
  -В смысле?
  Отвечать магу не пришлось: мне в поясницу ткнулся мягкий нос. Как огромный зверь умудрился проскользнуть сюда, так чтоб его никто не заметил, осталось для меня загадкой. А еще через мгновение, покрытое иглами чудище ласково толкнуло меня в бок мордой - я еле на ногах удержалась. А потом, вспомнив, как его приятели скалили зубы в хижине мага, осторожно отступила на шаг. Не тут-то было: зверь, радостно взрыкнув и прижав иглы к телу, вновь толкнул меня - на этот раз, ради разнообразия, боком.
  -С ним, - хмыкнул маг. - Мне, если что, Клубка с Шнурком хватает.
  -Мы не пытались его приручить, - начала оправдываться я, судорожно отталкивая от себя мягкий нос, норовящий ткнуться в ладонь. Почему-то сейчас, под чуть насмешливым взглядом мага, мне стало неуютно. Да еще и одеяло, накинутое мне на плечи заботливым капралом, все время норовило сползти на землю.
  Странный смешок:
  -Не сомневаюсь, - но почему он не сомневается, так и не сказал.
  И почему мне кажется, что он знает об этих существах гораздо больше, чем говорит?
  -И... что делать?
  Фений на миг задумался, а потом пожал плечами:
  -Я могу какое-тио время его подержать, чтоб не увязался за вами.
  -А он не обидится? - осторожно протянула я. Честно говоря, я сама не понимала до конца, что я говорю. Это конечно, дикий зверь, но ведь он привел нас сюда, не кидался, съесть не пытался...
  Зверь как будто понял, что речь идет о нем: ласково всхрапнул и хрюкнул.
   -Он к вам привязался, но хозяевами пока не считает, - мотнул головой колдун. - Просто не кинется, если увидит вас снова.
  Нет, он точно о чем-то умалчивает!
  Знать бы только, с чего этот конкретный иглонос привязался именно к нам! Мало что ли путешественников по этим лабиринтам ходят? Или они все были слишком вкусными и на роль хозяев не подходили?
  -Наверное, так и сделаем, - вздохнул капрал. - Мы будем вам очень благодарны, если подержите у себя. - Кажется, ему было жаль оставлять внезапно появившегося питомца, но я, например, с трудом представляла себя с иглоносом на поводке.
  Ой, а я и забыла, что должна сейчас кашлять и чихать... Надеюсь, никто ничего не заметил?
  Кажется, нет. По крайней мере, Фелан мне ничего не напоминал.
  Кстати, неудобно, как-то получается. Он явно не из простых, а я к нему, хоть и на 'вы' обращаюсь, но просто по имени...
  Если колдуна это и задевало, то вида он никакого не подавал. Кивнув в ответ на слова капрала, Фелан сорвал с дерева черный лист, чуть выгнул его лодочкой и зачерпнул им серебряную воду из озера. На миг сложил ладони, спрятав в них листок, и поднес руки к самому лицу. Шепнув несколько слов, маг раскрыл руки... Между его пальцами повис, не касаясь кожи, крошечный серовато - черный светящийся шарик:
  -Он выведет вас из лабиринта.
  Совесть начала грызть меня еще сильнее.
  А беловолосый мужчина убрал руки, а затем легонько щелкнул ногтем по все еще висевшему в воздухе шарику:
  -Удачи вам. И пусть Великая Дару будет к вам благосклонна.
  -Спасибо, - хлюпнула носом я, вспомнив, что мне ж надо изображать из себя простывшую.
  -Об иглоносе не беспокойтесь. Я о нем позабочусь...
  Кажется, капрал хотел спросить что-то еще, но то ли застеснялся, то ли передумал. Кивнул и тихо обронил:
  -Спасибо. Вы идете, госпожа? - а потом, не дожидаясь моего ответа, направился к выходу из пещеры, вслед за полетевшим вперед шариком, выпущенным Феланом.
  Я, путаясь в одеяле, уже шагнула за унтер-офицером, когда маг перехватил меня за локоток:
  -Две минуты, госпожа,
  -А... - я бросила беспомощный взгляд на почти дошедшего до выхода господина Иассира, который даже не заметил, что я отстала.
  -Мне надо сказать вам всего пару слов, - улыбнулся фений. - Я думаю, доблестный капрал простит, если я чуть-чуть вас задержу.
  Странно. Всю ночь шептался с капралом: я, как ни притворялась, что сплю, так и не смогла расслышать ни единого слова из их разговора - а сейчас хочет что-то сказать мне.
  -Я вас слушаю.
  Мужчина улыбнулся и, легко взмахнув рукой, выудил из воздуха какой-то сложенный вчетверо лист бумаги. Развернул его, пробежал взглядом и, удовлетворенно хмыкнув, спрятал за пазуху. Потом легонько подул, и на ладони у мага заплясал язычок пламени. Но стоило огоньку потухнуть, как на его месте очутилась небольшая, листов на двенадцать, плохо сшитая тетрадь. Фений некоторое время задумчиво изучал получившееся:
  -Кажется навыки растерял... Что-то многовато получилось, - он медленно пролистал страницы, словно впервые видел их - а может так и было? - А это как сюда попало? Ладно, сойдет... Это вам, на память. .
  Я осторожно приняла из рук колдуна сшив, перевернула обложку... и разглядела на первой странице три небрежно нарисованных овальных медальона. А чуть ниже - стих на лаумейском...
  Но ведь унтер-офицер говорил, что видел такое же...
  -Это избранное, - хмыкнул маг, в ответ на мой немой вопрос. - А капралу передайте, что воровать не хорошо.
  -Но... Как же... - я даже слов правильных подобрать не могла.
  Капрал Иассир говорил, что беловолосый фений и посмотреть ему не даст, а тот просто дарит мне... Если это, конечно, 'избранное' из той самой книги, что смотрел унтер-офицер.
  Фелан ухмыльнулся:
  -Каждый труд должен вознаграждаться. А вы так вдохновенно играли простуду.
  Если бы от стыда можно было провалиться сквозь землю, меня бы не остановило даже то, что я уже под землей.
  -Да и капрал Иассир вчера ею так заинтересовался. А в этих выписках нет ничего опасного. В отличие от остальной книги.
  -Я... Я... Спасибо вам... - только и смогла выдавить я, бережно сворачивая тетрадь и пряча ее в напоясный карман.
  -Идите, госпожа, а то капрал вас уже заждался, - мягко улыбнулся огненный колдун. - И пусть вам сопутствует великая Дару.
  Уже на выходе из пещеры я оглянулась. Маг все так же стоял на берегу серебряного озера, опираясь на посох. А у ног его лежал, провожая нас тоскливым взглядом, оставшийся безымянным иглонос...
  Одеяло я отдала капралу, едва мы завернули в коридор: он его присвоил, пусть он его и несет. Впрочем, особо заморачиваться мужчина не стал: попросту спрятал подарок в сумку да и забыл о нем. А о разговоре с Феланом все-таки вспомнил:
  -Что он хотел, госпожа?
  -Потом расскажу, - отмахнулась я.
  Крошечный шарик, парящий в воздухе примерно на высоте моих глаз, давал света больше, чем разбитый мною подарок Дуна. Да и в запутанных переходах лабиринта это творение Фелана разбиралось намного лучше капрала с его картой. По крайней мере, уже часов через пять, когда мы в очередной раз остановились, чтоб господин Иассир сверился со своим планом, офицер, посетовав, что под землей идти гораздо дольше, чем поверху - тут ведь коридоры запутанные, - констатировал, что, судя по всему, мы уже скоро выберемся на поверхность. Как он там ориентировался - я понятия не имею - по мне, все пещеры одинаковые, одну от другой не отличишь: ну, кроме той, в которой жил Фелан.
  К моему удивлению, порубежник оказался прав: из-за поворота скоро показался бледный свет. Я поспешила вперед, но уже в следующее мгновение была остановлена железной рукой капрала Иассира:
  -Ну, что на этот раз? - укоризненно протянула я, останавливаясь.
  -Мы не знаем, куда выйдем.
  -И что с того? В пещере вы меня тоже останавливали. В итоге нас чуть не съели иглоносы. А если бы мы пошли спокойно, напрямик, а не скрывались, как воры, ничего бы и не случилось.
  -Вы не знаете, как бы вас тогда встретил маг, - вздохнул мужчина. - Не стоит так спешить.
  Словно в подтверждение его слов, магический шарик на миг завис без движения, а потом с тихим звоном упал на пол, потускнев и перестав светить.
  -Вот видите? - укоризненно протянул полукровка, подбирая испортившийся подарок и пряча его в карман - вдруг пригодится. - Спешить не надо.
  -А может, он нас просто вывел, поэтому и потух.
  -Вот это мы сейчас и проверим, - и, вытащив из-за спины клеймор, милез осторожно направился вперед.
  За поворотом нас ждал тупик. Редкие лучи света пробивались сквозь грубую каменную кладку, перекрывавшую проход, и оттуда же, снаружи, слышались непонятный шелест и всхрапывания. Господин Иассир, не пряча клинка, приблизился к стене, опасливо заглянул в щель и, тихо выругавшись, отпрянул.
  -Что там, капрал? - шепотом поинтересовалась я. Его тревога передалась и мне.
  -Посмотрите сами, - зло буркнул мужчина.
  Я стала рядом с ним и прильнула к глазку: даже на цыпочки пришлось вытянуться. За грубо сложенной стеной была видна очередная пещера. Лучи света пробивались сквозь ветви, загораживающие выход, а на земле лежало, вытянувшись в струнку и закрыв глаза, странное существо: одна голова у него была львиная, вторая - козья, а хвост оканчивался плоской змеиной башкой. Изредка чудовище приоткрывало рты и начинало чуть слышно бормотать: львиный рык смешивался с козьим блеянием и змеиным шипением, и вся эта какофония гулко разносилась под сводами логова. Неприятное создание спало, или делало вид, но все равно, от одного взгляда на него становилось страшно.
  -Кто это? - осторожно поинтересовалась я у капрала, не надеясь впрочем, услышать ответа.
  Тот сплюнул себе под ноги:
  -Химера.
  Я честно попыталась вспомнить, говорит ли мне что-то это слово, но в голову ничего не пришло, а потому я благоразумно промолчала. Оглянулась на капрала и наткнулась на его вопросительный взгляд. И что он от меня ждет?
  -Я так понимаю, - шепотом начала я, - я должна, как в дурном романе, заявить, что они уже все вымерли, вы мне скажете, что не все и на этом мы успокоимся. Давайте посчитаем, что все необходимые ритуалы мы уже выполнили?
  Кажется, унтер-офицер ждал чего-то иного. Зеленый Отец, да что ж я все время его так длинно называю? Какая разница, унтер он или обер, старший офицер или младший. Офицер, он и есть офицер.
  В любом случае, господин Иассир смог справиться со своими чувствами, какими бы они не были, и я смогла продолжить:
  -Она очень опасна?
  -А разве по ней это не заметно?
  -И... что теперь делать?
  Милез на миг задумался:
  -Варианта в принципе два: можно попытаться разобрать стену и выбраться, пока она спит - но если химера проснется, придется туго, а можно просто подождать, пока она пробудится и уйдет поохотиться.
  -Вариант - вернуться в лабиринт - вы, конечно, не рассматриваете, - хмыкнула я.
  Мужчина только плечами пожал:
  -Фонарик Фелана уже не работает, я с трудом представляю, из чего можно сейчас здесь сделать факел, а без освещения мы не сможем пробраться...
  -А может этого магического светлячка надо просто потрусить, и он опять заработает?
  -Попробуйте, - хмыкнул полукровка. - Можете даже на него подуть.
  Естественно, у меня ничего не получилось. Шарик как был мертвенно-черным, так таким и остался.
  -Значит, остается ждать, - вздохнула я. - Рисковать и надеяться, что она не проснется, мне не хочется.
  -Главное, чтоб она не учуяла нас, когда продерет глаза и решит отсюда уйти.
  Я так и замерла: подобной мысли мне в голову не приходило.
  -А... Она может?
  -Уж будьте в этом уверены! - в голосе полукровки проскользнули нотки гордости. Можно подумать, он сам эту химеру кормил, поил, растил и дрессировал.
  Вот за кого он сейчас больше беспокоится, а? За нас или за это чудовище?
  -То есть...
  -Надо идти сейчас, - кивнул капрал.
  Кладку, перегораживающую выход, милез разбирал сам. Осторожно отодвигал крупные, ничем не скрепленные камни, старался ничем не стукнуть и, с тихой незлобивой руганью, ловил выкатывающиеся булыжники. Судя по тому, как споро работал мужчина, опыт в подобных работах у него был. Интересно, откуда?
  Минут через двадцать высоко, у самого потолка, образовалось небольшое окошечко, через которое, при некотором желании могли бы проползти мы оба.
  Первым в логово химеры проник капрал. Осторожно спрыгнул на землю, протянул мне руки, помогая спуститься. Я, окончательно наплевав на все правила приличия, потянулась к нему - иначе я бы просто не выбралась... И просто выпала из этого самого окошечка ему на руки.
  Разумеется, зашумев при этом и разбудив химеру.
  Если бы в этот момент поблизости оказался какой-нибудь придворный художник, он наверняка рискнул бы запечатлеть эту эпическую картину, не смотря на возможную опасность быть съеденным. Итак. Собранная Дуном для нас сумка - на земле. Капрал с мечом за плечами - у полуразобранного завала. Я, растрепанная и перепуганная, - у капрала на руках.
  И проснувшаяся химера, вскочившая с пола и хлещущая себя по бокам хвостом со змеиной головой.
  На пол меня уронили очень чувствительно, даже не позаботившись о том, не ушибусь ли я.
  Правда, сразу после этого, капрал шагнул вперед и, выхватив клеймор, заслонил меня собой... Мать Рассвета...
  Вскочив и выглянув из-за спины капрала, я разглядела, как химера, ощерившись львиной головой, шагнула к нам. Из козьей пасти вырвался небольшой язык пламени... Еще один шаг - мягкий, скользящий... А в следующий миг она прыгнула на Айдена...
  Кажется, я завизжала.
  Не помню, не могу сказать, как все происходило, но в то же мгновение что-то оттолкнуло меня в одну сторону, капрала - в другую, а когда я, протерев глаза, наконец пригляделась, то увидела, что по полу пещеры, сцепившись в один огромный шар, катаются, рыча, блея, шипя, и скуля, химера и иглонос... Тот самый, безымянный и неприрученный.
  
  Солнечные лучи пробивались через листву. Лабиринт вывел нас в какую-то дубраву, а у самых моих ног виднелся вход в логово химеры - чуть прикрытый корнями вывороченного дерева, сейчас он и не напоминал о том, какая опасность таилась в его глубине.
  Капрал сидел, опершись спиною о молоденький дубок, и флегматично смотрел в небо: кажется, ему надо было собраться с мыслями. У моих ног лежал, положив голову мне на колени и прикрыв мощной лапой исцарапанную и обожженную морду, иглонос. Изредка страшный зверь вздыхал, поднимал на меня счастливые глаза и вновь замирал.
  Он ворвался в пещеру, выбив телом не до конца разобранную порубежником стену. Сшибся с химерой и, не обращая внимания ни на огонь, выплевываемый из козьей головы, ни на укусы змеи, ни на удары когтистых лап, придушил чудовище как кошку...
  -И что теперь будем делать? - флегматично протянул капрал, наконец, сводя взгляд с небес на землю.
  -Что вы имеете в виду? - не поняла я.
  Иглонос хрюкнул, сладко потянулся и, решив показать, какой он весь положительный и нужный, бойко направился к логову химеры и скрылся в нем. Ну и что он там забыл?
  Мужчина вздохнул:
  -Иглоноса, естественно. Я не знаю, почему он так привязался к вам, но я не уверен, что местные жители положительно воспримут такую ручную зверушку. Как минимум, вам очень долго придется объяснять, что он домашний и безопасный. Для начала - убедите в этом себя.
  Ответить я не успела: прежде всего, конечно потому, что не знала, как, а уже после этого - потому, что мне помешали: в кустах, рядом с милезом, что-то зашуршало, и из зелени выглянула лохматая мужская голова. В волосах у неизвестного запутались веточки, а на щеке красовалась свежая ссадина
  -Вы что здесь делаете?! - зло зашипел пришелец на агуанском. - Уходите немедленно!
  -Извините? - непонимающе прищурился капрал, нащупывая рукоять меча.
  Незнакомец оглянулся по сторонам, не увидел никого кроме нас двоих и торопливо зашептал:
  -Мы охотимся за химерой. Где-то здесь поблизости ее логово.
  -За этой, что ли? - милез равнодушно мотнул головой в сторону выхода из пещеры, из которой иглонос, радостно скалясь во всю пасть, как раз вытаскивал за хвост тушу. Змеиная голова свесилась набок, вывалив язык, лапы огромного зверя путались, но наша лабиринтная находка была счастлива по уши.
  -Великий Кернос, - слабо охнул мужчина. - Это... Это ваше?
  Возражать было бессмысленно, тем более, что иглонос бросил свою находку и, подбежав ко мне, радостно ткнулся носом в спину.
  -Наше, - кисло согласился полукровка.
  Собеседник потрясенно выдохнул и медленно вышел из кустов. Яразглядела копытца и ахнула: агуанин! Нет, действительно агуанин... Нет, когда он заговорил на этом языке у меня возникли какие-то подозрения, но я подумала, что он нас за представителей той расы принял...
  Моего потрясения местный житель как будто и не заметил: покосился на иглоноса и поинтересовался:
  -Он не кинется?
  -Нет, - наконец собралась с мыслями я, к счастью, так и не произнеся при этом просящееся на язык 'надеюсь'.
  -То есть вы... эту химеру...
  -Мы, - не стал спорить капрал. - Эту химеру.
  Мне очень хотелось уточнить, что мы тут в принципе не при чем, но разочаровывать агуанина не хотелось. Я промолчала.
  А тот вдруг крутанулся на месте и, поспешно забормотав:
  -Подождите, не уходите, я сейчас! - метнулся в кусты, радостно вопя: - Э-э-эй! Все сюда! Химера мертва!
  Вернулся он примерно через полчаса. Да не один, а в сопровождении еще десятка агуан: все, как на подбор - крепкие, мускулистые и с дрекольем. Впереди вышагивал пожилой мужчина лет шестидесяти на вид: полностью седой - даже шерсть на ногах белесая.
  -Вот! - радостно выдохнул наш новый знакомый. - Они химеру уничтожили!
  
  Нас пригласили в деревню. Капрал, надо сказать, был против: я так подозреваю, он опасался, что сейчас кто-нибудь присмотрится к его волосам и цвету кожи, и начнет возмущаться по поводу полукровок. Но, похоже, местные жители были так рады смерти химеры, что им было совершенно все равно, кто это сделал: даже если бы Вечный Змей вдруг решил помочь, и то б не стали задавать вопросов.
  Лошадь, тянущая телегу, на которую погрузили тушу убитого монстра, фыркала и косилась по сторонам. Изредка ее взгляд падал на трусившего рядом со мною иглоноса и бедное животное в страхе вставало на дыбы: агуанам приходилось все время удерживать кобылу, чтоб та не понесла.
  Судя по разговорам, химера поселилась в лесу около месяца назад. Пришла невесть откуда, облюбовала себе местечко и принялась по ночам навещать близлежащую деревню: резала кур да овец. А потом и за их хозяев принялась.
  Сегодняшняя охота должна была положить конец бесчинствам зверя. И надо ж было так получиться, что мы так удачно выполнили всю грязную работу. Ну ладно, не мы, я даже руки не приложила, но сам факт!
  В любом случае, сейчас агуане собирались устроить праздник по случаю избавления от чудовища, и мы должны были присутствовать на этом празднике в качестве почетных гостей.
  Я следила за прыгающим вокруг телеги иглоносом - я ж так и не придумала, как его звать! - а потому не сразу заметила, что капрал Иассир о чем-то шепчется с тем самым агуанином, который нас нашел. Наконец, милез договорился, кивнул и отошел от собеседника.
  -О чем вы разговаривали, капрал? - заинтересовалась я.
  -Узнавал, нет ли в их деревне лавки готового платья: вам надо бы переодеться в дамское...
  -Вы с ума сошли?! - вспыхнула я.
  Полукровка недоумевающе прищурился:
  -Простите?
  -Я не буду переодеваться! - кажется, я выкрикнула это чересчур громко: на меня начали оглядываться, так что продолжать мне пришлось уже на несколько тонов тише: - Не буду я переодеваться, слышите, капрал?
  -Но почему?! Вам же так будет удобнее...
  -Да потому что это непристойно! - прошипела я, косясь на агуан.
  -Что именно? - нахмурился господин Иассир. Он действительно ничего не понимал!
  -Пока я путешествую с вами, я не могу быть в женском платье!
  -Но почему?!
  -Да потому что это непристойно! Неприлично женщине путешествовать наедине с мужчиной! Неприлично и все! Я же не полковая маркитантка! Одно дело, когда на мне мужской наряд - никто может и не догадается, кто я, и совсем другое, когда женский. Это просто неприлично! Вы обо мне подумали?! О моем имени, в конце концов?
  Судя по округлившимся глазам капрала, такие мысли ему даже в голову не приходили.
  -Извините, госпожа де Шасвар, - хрипло обронил он и отвернулся.
  Обиделся, что ли? Но я ведь ничего такого не сказала!
  Копыта лошади застучали по щелястому мосту над рекою. Чтоб не быть столкнутой телегой в воду, мне пришлось чуть отстать. Зря. Лучше бы это была телега... Потому что уже в следующий момент игривый иглонос проскакал мимо меня за повозкой и походя задел меня мордой. Задел совсем легонько, но этого было достаточно, чтоб я отлетела к самому краю моста, не удержалась на нем...
  Когда вода сомкнулась над моею головой, было совсем не страшно. Просто стало нечем дышать, грудь сжало тисками, а потом все померкло в глазах.
  
  ...Я сидела на краю телеги, катящейся по проселочной дороге, мрачно косилась на лежащий рядом труп химеры и плотнее запахивалась в позаимствованное у Фелана одеяло. Раздеваться, чтоб высохнуть, было неприлично, а сидеть просто так, на летнем ветерке - крайне прохладно.
  Рядом с телегой вышагивал мрачный, обнаженный до пояса и насквозь мокрый капрал. На щеке его красовался отпечаток ладони...
  Для меня все произошло быстро. Потеря сознания, поцелуй, пощечина... Причем моя рука, отвесившая оплеуху обнаглевшему капралу, сработала сама, безо всякого участия разума. И пусть офицер потом оправдывался, что это было просто дыхание рот в рот: мол, госпожа де Шасвар, я вас из воды вытащил, вы были без сознания, не мог же я вас раздевать и делать массаж сердца, тут чужие - но я-то все понимаю!
  Нет, но это просто уму непостижимо! Я серьезная, замужняя дама! А он с поцелуями полез! Да мы знакомы всего три дня! Да как он вообще посмел!
  А еще у него губы потрескались...
  О Мать Расвета, Магьярне Калнас Матильда! О чем ты вообще думаешь?! Ты замужем! Слышишь - замужем! И пусть Шемьен сто раз негодяй, бабник, картежник и пропойца, но ты-то, ты!
  Взгляд бездумно бродил, цепляясь за все подряд и выхватывая ненужные детали: чирикающего стрижа на ветке дерева, перекидывающихся короткими фразами агуан, мускулистую спину ушедшего вперед милеза - чуть ниже левой лопатки застарелый шрам. Странно, а эту цепочку на шее у полукровки я раньше не замечала. Интересно, что за кулон он носит? Может, образок какой-нибудь?
  А Шемьен стройнее и изящнее...
  Капрал Иассир словно почувствовал мой взгляд. Остановился, обернулся, и я поняла, что шрам был от сквозного ранения... Как же он выжил?!
  Ой, Матильда, Матильда, Матильда, да что же ты творишь?! Он же раздет до пояса! Как ты вообще можешь на него сейчас смотреть?! Он же раздет! Это же не прилично!!! Он не брат тебе, не муж и вообще никто!
  Я поспешно отвернулась, но, кажется, мужчина все-таки успел поймать мой взгляд. Усмехнулся своим мыслям и ускорил шаг.
  Я прижала ладони к горящим щекам, чудом не упустив одеяло. Мать Рассвета, что ж со мной творится?
  Убеждать себя, что я серьезная, замужняя дама, становилось все труднее. Зато в голову полезли укоряющие мысли, что капрал и вправду просто делал искусственное дыхание...
  Ну вот о чем я вообще думаю, а? Где моя совесть? Он меня спасает, а я пощечины раздаю...
  К счастью, терзаться мыслями да сомнениями мне пришлось недолго. Уже через несколько минут мы въехали в деревню агуан.
  Селение мало отличалось от подобного в Унгарии: невысокие домишки, играющие в пыли дети, спешащие по своим делам взрослые. Все, как у нас. Только все жители босиком, а вместо ступней у них - козьи копыта.
  Прибывших тут же окружила толпа: восхищенно охали женщины, мужчины щупали бездыханное тело химеры и опасливо поднимали губу на львиной голове, рассматривая острые клыки, а дети прыгали вокруг иглоноса, совершенно его не боясь. Капрал уже несколько раз останавливал шалопаев, норовящих погладить подземного жителя. А я... Если меня не просквозило в пещере Фелана, то теперь я просто замерзла: зуб на зуб не попадал.
  К счастью, местные жители все-таки догадались, что еще чуть-чуть, и один из их чудесных избавителей просто-напросто окоченеет. Меня буквально стащили с телеги и повели куда-то вглубь села.
  ...Уже через несколько минут я сидела укутанная в несколько одеял в доме у местного старосты и пила остро пахнущий горячий настой трав. Дом старосты был выбран потому, что в нем единственном была комната, которую можно было выделить приличной даме.
  В любом случае, сейчас в этой самой комнате - из всей обстановки которой были только кровать да пара сундуков у стены - находилась я одна. Даже полукровка куда-то пропал.
  Кстати, а действительно, где господин Иассир? Куда он уже успел подеваться? Неужели так обиделся на эту пощечину? Так я же не специально, он сам виноват! Не зачем было так себя вести!
  Ох, Матильда, Матильда... Так - это как? Он тебя спасал, а ты...
  К счастью, особо забеспокоиться я не успела: в дверь тихонько постучали.
  -Войдите!
  В комнату заглянул порубежник:
  -Госпожа де Шасвар?
  -Да входите уже, капрал, - вздохнула я.
  -Я вам одежду принес. Чтоб было, во что переодеться, - полукровка положил на край кровати коричневый сверток, отступил на шаг и продолжил: - об иглоносе не беспокойтесь, он внизу, я вроде его убедил посидеть спокойно... Ну, и нам придется остаться здесь до утра: вечером будет празднование, в честь победы над химерой, а утром будем решать, что делать дальше.
  Он уже собирался выходить, когда я наконец решилась - тем более, мысли о том, какая я негодяйка, преследовали меня уже давно:
  -Капрал, подождите!
  Он остановился, держась за ручку двери, оглянулся на меня:
  -Да, госпожа?
  -Капрал, я... - слова было очень трудно подобрать. - Капрал, я хочу извиниться перед вами!
  Как же у меня горят щеки!
  -Извиниться, госпожа?
  Нет, он точно надо мной издевается. Но остановиться я уже не могла:
  -Извиниться, капрал. Я была не права. Я действительно была не права, когда дала вам пощечину. Тогда, возле моста. Простите меня.
  Губы офицера тронула легкая улыбка:
  -Все в порядке, госпожа де Шасвар.
  У меня и камень с души упал. И сразу появились новые вопросы:
  -Капрал, скажите, а это не опасно? Ну, то что мы остаемся у агуан? Вы были против общения с Феланом, а сейчас... - я не договорила, но по-моему и так было понятно.
  -Вы забываете об иглоносе, - хмыкнул полукровка. - Плюс, им действительно хотелось избавиться от химеры, так что они нам благодарны и оснований беспокоиться нет... Переодевайтесь, госпожа, нас еще ждут на деревенский праздник, - и он вышел из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь и бросив напоследок: - для вас ничего другого из одежды не было.
  И лишь когда я потянулась за вещами, принесенными милезом, и мой взгляд упал на сохнущий на спинке кровати мой мужской наряд, до меня дошла вся двусмысленность моего положения...
  Вечный Змей, до чего я докатилась...
  Я осторожно развернула принесенный капралом сверток...
  -Трын одноглазый!
  Я уже его ругательства переняла. Чудесно.
  Хотя, ругаться было с чего - это действительно было платье. Алое. Женское. С щедро расшитой нижней рубашкой и глубоким декольте.
  Ну, вот что прикажете теперь делать?
  
  Иглонос ткнулся носом мне в ногу, намекая, что он голоден как собака, и только что тайком спущенный под стол окорок ему был всего на один зуб. Я стащила со стола колечко колбасы и подсунула под самый нос зверю. Тот обвил лакомство длинным языком, клацнул зубами и радостно хрюкнул. Ну, хоть кто-то счастлив во время этого празднества.
  Хотя нет, я, конечно, преувеличила. Селяне отмечали уничтожение химеры с размахом. Едва начало смеркаться, зажглись многочисленные фонари и факелы, на улицу вытащили столы, где-то в сундуках обнаружились белоснежные скатерти, и сейчас вино лилось рекой, деревенский оркестр наяривал что-то быстрое, веселое, залихватское, а молодежь уже кружилась в танце.
  А мне было грустно. Я и сама не могла понять, что со мной. Нет, конечно, дело не в том, что сейчас я была в женском наряде, совсем нет: моя репутация уже окончательно погибла за эти дни - если я когда-нибудь попаду в приличное общество, ни в один дом меня не примут.
  Хотя надо сказать, это самое платье - дирндль я надела совершенно зря: одно дело, когда какие-то крестьянки носят широкую юбку до пола с ярким фартуком и блузу с корсетом, и совсем другое, когда в подобное одевается урожденная кнесна. Нет, дело не в качестве ткани, совсем нет. Вопрос в том, какое декольте на этой самой блузке. Я уже и ворот пыталась посильнее стянуть, и платочек искала, грудь прикрыть... Бесполезно! Мне оставалось только краснеть за свой наряд.
  Хотя местные девицы чувствовали себя в таком туалете вполне нормально.
  Ойкнув, я почесала ногу: обуви агуане принципиально не носили, мои сапоги сохли вместе с костюмом, так что на деревенский праздник я пришла босая, а комары здесь были просто озверевшие - кусались так, что терпеть было невозможно.
  Мимо промчалась в удалом танце молодая пара: юноша обхватил обеими руками свою спутницу за талию, девушка положила ладони на плечи своему партнеру. Я проводила их тоскливым взором и отвернулась. На душе было пакостно.
  Чья-то ладонь коснулась моего плеча. Я оглянулась:
  -Капрал? Что-то случилось?
  В отличие от меня, мужчина рискнул обуть мокрые сапоги. Да и вообще - остался в своем мундире, решив, видно, что одежде проще будет высохнуть прямо на теле.
  Офицер провел ладонью по голове крутящегося рядом иглоноса, и тот радостно осклабился - только что хвостом по-собачьи не завилял.
  -Вы... Разрешите пригласить вас на танец, госпожа?
  Танец? Под эту музыку? Но ведь она такая быстрая. Да и то, что мужчина обнимает свою партнершу за талию - это так неприлично... Еще и вырез на моей блузке...
  Я поспешно отвела взгляд от кружащейся под пение скрипки пары.
  -Не уверена, что это хорошая идея.
  -Понимаю, - в голосе полукровки зазвучало такое искреннее сочувствие, что иначе как издевкой его и не назовешь, - вы не умеете танцевать...
  -Только если вы не умеете ангажировать, капрал! - вспыхнула я.
  В карих глазах господина Иассира сверкнула усмешка. Мужчина вытянулся во фрунт, и браво щелкнув каблуками, склонил голову в поклоне:
  -Позвольте мне иметь счастье пригласить вас на танец, госпожа де Шасвар?
  
  
  Глава восьмая
  
  Айден.
  
  Это с самого начала была плохая идея. Я не про танцы - хотя они, кажется, всю деревню насмешили... Да, у меня хорошая зрительная память, и Арлета мне кое-какие основные движения показывала. Но кнесна де Шасвар, очевидно, привыкла совершенно к другим увеселениям. Она краснела, бледнела, зажималась, не попадала в такт и каждый раз, стоило мне опустить взгляд ниже ее носа, пыталась одной рукой подтянуть повыше вырез платья. Надо полагать, веселые агуанские пляски не доставляли ей ни малейшего удовольствия. А согласилась она на них исключительно из гордости... Чтоб ее, гордость эту.
  Зря я взял кнесну с собой. Надо было оставить у Рокуша. Или у Дуна. Или у Фелана, в конце-то концов!.. Что, в Фирбоуэне все девственницы на корню перевелись?! Ну, помыкался бы чуть подольше - небось, не рассыпался бы. Так ведь нет. Захотелось господину офицеру попроще да поприятнее... Вот и получайте теперь. Высокородную гордячку, которая предпочтет скорее утопнуть, чем 'опозориться у всех на глазах'!.. Вот со страху мне на шею прыгать - так это не зазорно... А подумать, как я сам себя чувствую? Да, я полукровка. Да, в академиях не обучался. Да, меня собственный отец стыдится... Но что я теперь, табуретка бездушная, что ли?
  Я криво усмехнулся - Матильда, в очередной раз закусив губу, потянулась к вырезу на блузке. Бросьте, капрал, эта девушка думает только о себе. Причем не тогда, когда надо, а уже после... интересно, кого от кого я невольно спас - ее от загадочного жениха или наоборот? Да, кнесна очень красивая женщина. Но терпеть перепады ее дворянского настроения - адский труд. Если б не единорог... Я скосил глаза на пунцовые щеки своей партнерши и внутренне вздохнул. Кого я обманываю? Ведь не в единороге дело. Она мне нравится. Сам не знаю, почему, честное слово - красавиц я видал и полюбезнее...
  Рука кнесны снова соскользнула с моего плеча и метнулась к злополучному корсету. Ну все, хватит!.. Это не танец, а каторга какая-то.
  Я не стал дожидаться, когда музыканты закончат плясовую. Аккуратно 'дотанцевал' запыхавшуюся Матильду до нашей лавочки у стола, поклонился, буркнул пару соответствующих слов и, извинившись, отошел. За мной, чем-то увлеченно чавкая, поскакал иглонос. Надо ему, что ли, имя дать! А то так и будет безымянным бегать, с нашей-то удачей...
  Музыканты, надувая щеки, старались вовсю, извлекая из своих деревянных дудочек развеселую мелодию. Простенькая, но красивая. Интересно, а что-нибудь другое они играть умеют?.. Я остановился неподалеку, ожидая перерыва. Он, судя по всему, должен был наступить очень скоро - рядом с помостом, на пеньке, трудяг дожидался кувшинчик вина и нехитрая закуска... К которой, роняя слюни, уже вовсю мостился наш нахальный подземный найденыш.
  - Брысь, паршивец!- шикнул я, щелкнув зверя по носу. Тот прижал уши и подхалимски завертел хвостом. Впрочем, бросать на пенек нежные взгляды не перестал. Он, интересно, всегда такой голодный?.. Я топнул ногой и состроил свирепую рожу:
  - Брысь, кому сказал?! Нельзя! Чужое!
  - Гры-ы?- на всякий случай уточнил иглонос.
  - Уши оборву!- пообещал я. Зверь тяжко вздохнул, облизнулся и, смешно переваливаясь, потопал к столу. Понятно. К госпоже де Шасвар побежал, не иначе как жаловаться... Она и посочувствует, и угостит. А я, изверг такой, только гавкать и горазд. Чувствую, скоро мои спутники объединятся и начнут активно против меня дружить... Я посмотрел на кнесну. Она понуро сидела на лавочке, поджимая под себя то одну, то другую ногу. Мерзнет, что ли?.. Или... Да она же босая! А я ее танцевать потащил - по земле да сосновым иголкам! То-то ей, бедняжке, не до веселья!.. Я смущенно опустил глаза и почесал в затылке. Обувь моей спутницы сушилась на распорках у огня, агуане ботинок в принципе не носят... Ну, ничего! Сейчас что-нибудь придумаем.
  
  Провозился я долго. Чуть ли не час. Пока отловил, наконец, кого-то из агуанок постарше, пока объяснил, что мне от нее требуется, пока уговаривал, пока ждал... А потом еще пришлось для главы деревенского 'оркестра' за вином бегать - гость я, не гость, убил химеру или нет, а забесплатно старый пройдоха и копытом о копыто не ударил бы. Но отвязаться от капрала Иассира, когда ему дурь в голову стукнет - гиблое дело! Я таки своего добился. И, надеюсь, не зря...
  Агуане, кажется, собирались плясать всю ночь. Уже совсем стемнело, над верхушками деревьев показалась ущербная луна, вокруг маленькой площади зажгли второй круг факелов. Кнесна де Шасвар, грустнея с каждой минутой, сидела все там же, на лавочке, машинально почесывая за ухом блаженствующего иглоноса. Тот зевал во всю пасть. Судя по валяющемуся возле когтистой лапы огрызку кекса, милый зверек сожрал все, что было на нашем куске стола и теперь стоически пытался не заснуть... Я обернулся в сторону музыкантов, сделал предупреждающий знак их главе и, выдохнув, направился к своим спутникам. Точнее - к одной из них, этот обжористый дурень интересовал меня сейчас не больше, чем воинский устав позапрошлого столетия.
  - Вы не замерзли, госпожа?
  Матильда подняла на меня глаза:
  - Нет. Вечер теплый...
  - Ну вот и чудненько,- заулыбался я, выуживая из-за пояса тонкую, как паутина, шаль. Не знаю, из чего ее плетут агуанские мастерицы, но таких узоров я еще нигде не видел.- Держите. Это вам. Тепла от нее никакого, но ваша истерзанная блузка скажет вам спасибо.
  - Капрал Иассир!- она опять покраснела. Я пожал плечами:
  - Не нравится? Ну ладно. Тогда Арлете подарю... Зря я, что ли, две монеты за этот пустячок отдал?...
  Провокация удалась - кнесна, бросив взгляд на свое декольте, вцепилась в подарок мертвой хваткой:
  - Ну что вы! Мне... мне нравится! Правда!.. Спасибо... А кто такая Арлета?
  - Моя старая приятельница,- я пожал плечами.- Может, вы ее в таверне видели? Она тоже из агуан.
  - Подавальщица?
  Мне показалось, или госпожа де Шасвар недовольно сморщила нос? Зря. Меня пусть ругает, как хочет, но друзей я в обиду не дам... Я уже открыл было рот, чтобы высказать все, что думаю о заносчивых кнесовых дочках, но передумал. Чего от нее еще ждать-то? Она ж другой жизни, считай, и не видела. Опять же, воспитание... А, бог с ним, с социальным неравенством! Такой славный вечер. Теплые летние сумерки, мягкий ветерок приносит аромат диких роз, стаканчик вина, распитый с музыкантами, приятно греет кровь... И на меня снизу вверх смотрят самые прекрасные глаза из всех, что я когда либо видел. Смотрят вопросительно, с легкой обеспокоенностью.
  И правда, я что, пялиться сюда шел?.. Сейчас ведь опять по морде схлопочу - за недостойное разглядывание... Я прокашлялся и церемонно опустился перед кнесной на одно колено. Она удивленно моргнула:
  - Что...
  - Тс-с!- заговорщицким шепотом перебил я.- Госпожа де Шасвар! Первая попытка произвести на вас впечатление не удалась, но я настойчивый. Не окажете ли честь...
  'Стать моей женой?'- издевательски хохотнул внутренний голос. Я едва успел прикусить язык. И, подумав, молча протянул недоумевающей девушке сложенные лодочкой ладони. В них, матово поблескивая атласными лентами, лежали мягкие кожаные туфельки. Я такие на одной танцовщице в Эгесе видел, во время выступления. Понятно, что в них особо по лесу не походишь, но на один-то танец хватить должно?
  - О!- сказала кнесна. И захлопала длинными ресницами. По ее щекам опять разлился румянец.
  - С размером не угадал, да?..
  - Угадали...- невнятно пробормотала она, кончиком пальца коснувшись атласной ленты.- Но откуда? Здесь же не носят и...
  - Я же сказал - я настойчивый,- подмигнув дочери Великого кнеса, я со значением изогнул бровь:- И очень расстроюсь, если вы не согласитесь дать мне еще один шанс.
  - Капрал Иассир,- зеленые глаза взглянули на меня уже с откровенным испугом,- вы с ума сошли? Какой шанс? О чем вы говорите?..
  - О танце, разумеется,- ухмыльнулся я.- После недавней бодрящей пощечины ни о чем другом я даже не заикаюсь... Удар у вас, кстати, хорошо поставлен. Это комплимент, если что.
  Матильда снова моргнула. Потом посмотрела мне в лицо и с подозрением прищурилась:
  - Вы смеетесь надо мной, да?..
  - И в мыслях не было... Так я смею надеяться? Или катиться в произвольном направлении?..
  - Капрал!- она, не сдержавшись, фыркнула:- Ну что вы за человек? Я совершенно не могу понять, когда вы говорите серьезно, а когда... Зачем вы туфли убираете?!
  - Мне показалось, вам они не понравились.
  - Я таких никогда не носила,- кнесна, отряхнув стопы от приставших иголок, сунула их в туфельки. Затянула ленты на щиколотках, осторожно опустила ноги на землю - и расплылась в блаженной улыбке:- Такие мягкие!.. И как по мне шили...
  - Замечательно,- я легко поднялся с колен и, отвесив зардевшейся девушке очередной полагающийся поклон, протянул ей ладонь:- Прошу вас...
  За спиной, повинуясь жесту моей правой руки, нежно запела свирель. К ней присоединилась тонкоголосая флейта. Потом подключились скрипки. Глава 'оркестра', хоть и жмот был несусветный, дело свое знал.
  - Осенний Вальс?! - кнесна ушам своим не поверила.- Здесь?!
  Я, спрятав улыбку, пожал плечами:
  - В жизни нет ничего невозможного. Ну так что, госпожа? Рискнем еще раз?.. Может, мое воспитание и оставляет желать лучшего, но по части танцев меня еще никто не упрекал!
  - Вы сама скромность, господин офицер,- фыркнула она. Но руку, тем не менее, навстречу протянула. Я ухмыльнулся:
  - Что есть, то есть...
  
  Праздник грозил затянуться до утра. Кажется, давно перевалило заполночь, а разошедшиеся не на шутку агуане всё плясали и плясали. Я так понимаю, наш пока безымянный питомец оказал им не просто большую, а прямо-таки огромную услугу, прикончив химеру...
  Слева от площади, почти скрытый за пышными кустами, изгибался над нешироким ручьем каменный мостик. Со всех сторон его оплетали гибкие стебли ползучих роз. Мы с кнесной, восстановив свое реноме в глазах благодарных зрителей, сбежали сюда полчаса назад - и сейчас сидели рядышком на гладких перилах, болтая ногами. Несмотря на позднее время, спать не хотелось. Танцевать, впрочем, тоже - за прошедший час мы исполнили весь бальный репертуар (а вальс - так вообще три раза на 'бис'), и порядком выбились из сил. Обжористый иглонос храпел тут же, за нашими спинами, прикрыв лапой морду.
  - И все-таки,- Матильда, сорвав с ветки розовый бутон, посмотрела на меня:- где вы взяли эти туфли, капрал?
  - Сшил.
  - Сам?!
  - Да нет, на заказ,- я весело хмыкнул:- Я, конечно, кладезь достоинств, но уж скорняк из меня точно никакой!
  Я потянулся и отогнул чуть в сторону разлапистую ветку:
  - Вон, видите ту старую агуанку, в зеленом платке? Она в центре круга пляшет.
  - Вижу.
  - Ее работа. Я только эскиз набросал. По памяти...
  Помолчали. Кнесна, потеребив в пальцах благоухающий цветок, улыбнулась:
  - Спасибо. Это был чудный вечер... А где вы научились так вальсировать? Я, признаться, до сих пор под впечатлением!
  - Приятно слышать,- я усмехнулся.- Просто мой учитель фехтования в прошлом был весьма неплохим танцором. Он утверждал, что у меня отменное чувство ритма... Ну и дал дюжину-другую уроков. Так сказать, вспомнил молодость. Хорошо, отец об этом так и не узнал.
  - Хорошо?- она наморщила лоб.- Почему?
  - Генерал Ференци считает, что воину эти 'глупые кривлянья' без надобности. Может, и так, не знаю... А мне нравится!
  - Генерал Ференци?.. Ференци Шандор?- Матильда захлопала глазами:- Он ваш отец?!
  Я нехотя кивнул.
  - Не знала, что у него есть дети. Я думала, он и женат-то никогда не был...
  - Может, и не был,- выдавил я, глядя в землю.- Он мне про мать ничего не рассказывал. Надеюсь, вы не погубите свою репутацию окончательно, якшаясь с бастардами?..
  Получилось несколько ехидно. Но кнесна де Шасвар на мой тон не обратила никакого внимания. Она, кажется, и слово 'бастард'-то не расслышала.
  - Ничего не понимаю!- после паузы сказала девушка.- Генерал Ференци - старый друг и сослуживец моего отца. Он часто бывал у нас дома... Почему же я вас там ни разу не видела?
  - И не увидите. Для всех я - всего лишь воспитанник нашего доблестного генерала. Может, кто и догадывается, конечно... Но во всеуслышанье назвать полукровку сыном, да еще и таскать с собой по светским раутам - это уж слишком. В свете нынешней политической ситуации!
  - И вас это устраивает?..- с недоверием спросила она. Я пожал плечами:
  - А почему нет? Мне нравится моя служба. А что до балов и тому подобного - так мест для танцев в Эгесе и так предостаточно!..
  - Я же не о вальсах. Ваш отец... он...
  - Он меня вырастил и дал образование,- сухо отозвался я.- Большего я от него требовать не могу. Не желает официально признать меня своим сыном - да и пес с ним!.. Какая разница? Это его личное дело...
  Я поморщился. Матильда, кажется, приняла это на свой счет - она смутилась, опустила глаза и сказала официальным тоном:
  - Простите. Я не хотела лезть не в свое дело.
  - Да при чем тут вы,- я махнул рукой.- Ладно! Не забивайте голову. В конце концов, я на отца не сержусь. Мог бы и мне приемным сказаться, но ведь все-таки не стал?.. Разве что... О маме я из него так и не смог ни словечка вытянуть. Ни имени, ничего. Даже фамилия моя - всего лишь название отцовского имения. Ему за заслуги в войне когда-то пожаловали, крохотный кусочек приграничной территории. А 'де Иассиром' называться - для милеза слишком много чести.
  - Это несправедливо,- помолчав, тихо заметила кнесна. И добавила, словно забывшись:- А я маму почти не помню. Так, обрывками. Она умерла, когда мне было десять... Папа даже проводить ее не позволил. Наверное, боялся меня расстроить. И тоже говорить о ней не любит. Тяжесть утраты, я так думаю...
  - Мда,- невесело хмыкнул я.- Отцы у нас с вами, госпожа,- всем на зависть!.. Ну да и Боги с ними! Не желаю я себе такой хороший вечер воспоминаниями портить.
  - Я тоже,- она решительно встряхнулась и посмотрела на сладко спящего иглоноса:- Вы не думали, капрал, как нам его назвать? Нехорошо получается, ведь он нас так выручил - и до сих пор без имени бегает!..
  'Нам', 'нас'... И почему эти слова так греют душу? Эх, капрал Иассир, ничему вас жизнь не учит. Опомнитесь! Кто она - и кто вы? Милез, простой унтер, скорее всего - бастард, пусть и бастард героя войны! И дочь Великого кнеса. Богатая, знатная, красивая... такая красивая... и эти глаза...
  - Пушок?.. Дружок? Бублик?..
  О чем это она? Какие такие бублики? Есть хочет, что ли?..
  - Пончик? Клубок?.. Ой, нет, Клубок уже у Фелана есть...
  Тьфу ты, она же про иглоноса. Имя подбирает... Только все почему-то с гастрономическим уклоном.
  - Сахарок? Кекс?
  Наш любитель вкусно покушать хрюкнул во сне и открыл один глаз. Кнесна де Шасвар, обрадованная таким успехом, захлопала в ладоши:
  - Кекс! Тебе нравится, да?..
  Он облизнулся и внимательным взглядом уставился на ее руки. Угу... Кексы ему, вне всякого сомнения, нравятся. Только, кажется, вовсе не в плане имени! Теперь понятно, почему старина Пем назвал своего зубастого питомца Изюмчиком. Иглоносы ж за вкусняшку мать родную продадут!..
  - Лучше бы уж тогда Колбаской его назвали,- хохотнул я.- Или Окороком!.. Ближе к правде... Ах ты, зараза!!
  Это наш ненажора, расслышав слово 'окорок' подорвался с камней и со всего размаху ткнул меня мордой в бок. Я зашатался на перилах, но усидел...
  - Брысь, паршивец!- делая вид, что не слышу хихиканье кнесны, прошипел я.- Ты что себе, за правило взял хозяев купать?! И так из-за тебя...
  Чуть не брякнув: 'Второй раз ни за что по морде получил', я запнулся и сердито закончил:
  - ...одни неприятности. Брысь, сказал! Лезешь под руку...
  Зверь, плюхнувшись на упитанный зад, с интересом склонил башку набок. И вопросительно 'гыркнул'. Я поднял брови:
  - Что ты мне глазки строишь? Брысь!
  Он замолотил хвостом по мостику. Не понял?.. Или...
  - Кажется, мы не с того боку к вопросу подошли, госпожа де Шасвар,- наконец поняв, в чем дело, фыркнул я:- имя он себе уже выбрал!
  - Какое?
  - Брысь!
  - Гр-р-ы!..- поддакнул иглонос, умильно щурясь. Матильда всплеснула руками:
  - 'Брысь'?! Да какое же это имя, капрал?!
  - Сдается мне, самое подходящее,- я, пожав плечами, поманил зверя пальцем:- Брысь, поди сюда. Иди, иди, не бойся. Нос почешу!
  Найденыш, поколебавшись, шагнул к нам. Осторожно ткнулся носом мне в руку, получил обещанное и, счастливо хрюкнув, зарылся мордой в подол платья Матильды. Она покачала головой:
  - Ну что ж... Если ему нравится... Но Кекс все же было лучше!
  - Осторожнее!- я едва успел придержать кнесну под локоть - вечно голодный зверь при слове 'кекс' радостно подпрыгнул вверх.- Мда. Над выдержкой еще работать и работать... А то так и будем бултыхаться.
  Я с досадой вздохнул:
  - И стоило книжку портить? Теперь ведь, если Фелан пропажу обнаружит, будет мне на орехи!.. А за что? Я и узнать-то не успел, что стащил... Страница где-нибудь в иле гниет, на дне реки. А все этот обормот!
  Кнесна улыбнулась:
  - Не ругайте его, капрал. Он же не нарочно... А за страничку ту не беспокойтесь - у вас ее и так не было!
  - Не понял?
  - Я не успела рассказать,- объяснила девушка,- но маг ее вернул. Вы не видели. Сказал, что воровать нехорошо и взамен дал... Ой!
  Она схватилась за корсет и недовольно фыркнула:
  - Забыла совсем. Тетрадка же в доме у старосты, вместе с мокрым камзолом...
  - Тетрадка?- совсем запутался я. Замечательно! Обворованный маг мало того, что мой хитрый маневр как нечего делать разглядел, так еще и обокрал меня обратно, получается?.. А я ни ухом, ни рылом... Матильда, кстати, тоже хороша! Не могла раньше сказать? Я полдня, как дурак, пока ее горячим молоком отпаивали, по камышам шастал!..
  - Хотите, я принесу?- предложила девушка.- Тетрадка совсем не пострадала от воды... Замагичил он ее, что ли?
  - Вполне возможно,- я поднял руку:- Сидите-сидите! Сам сбегаю. У старосты, да?
  - Ага,- она кивнула.- В маленькой горнице, слева от входа. Я под подушку сунула, вряд ли кто мог взять... Мы вас тут подождем, капрал! Брысь! Брысь, мальчик, ты же меня одну не оставишь?..
   Иглонос, поднявшийся было следом за мной, обернулся к Матильде, подумал - и снова плюхнулся на игольчатый зад. Балбес, не балбес, а поди ж ты - понимает, кажется. Я одобрительно кивнул (бояться тут некого, но все равно с ним кнесне спокойнее будет) и, раздвинув кусты, зашагал по дорожке к дому старосты.
  
  Упомянутая моей спутницей 'тетрадка' лежала там, где ее оставили. Сдвинув подушку, я взял в руки тощую стопку криво сшитых листочков. Хм... Ну и везучий же вы, капрал Иассир! Обокрасть огненного мага - и вместо справедливого возмездия получить в подарок не один лист, а целую кучу? Чудеса случаются... Я медленно пролистнул страницы. Первая - копия той самой, которую я из книги выдрал. Две стрелы, три медальона... Так, вот этот, с изнаночным изображением Матери Рассвета, носит Матильда. А у меня Змей, кажется?..
  Я потянул кверху цепочку медальона. И крякнул - она словно по волшебству укоротилась. Не понял?.. Отпустил - золотая безделушка успокоенно легла на грудь. Снова попытался снять - впилась в шею удавкой... Приехали! Кнесна, конечно, что-то там лепетала насчет того, что ее медальон 'не снимается', но... Нет, это уже даже не смешно. Я, выругавшись сквозь зубы, взялся за цепь и рванул ее вниз. Ладонь обожгло огнем, по шее словно ножом полоснули - а тонкая, как нить, цепочка рваться даже не подумала!..
  - Ну, дела,- растерянно буркнул я, дуя на пальцы. И, плюнув на безуспешные попытки избавиться от подлой безделушки, опустил глаза на поблескивающий в темноте золотой овал. Точно, Змей. Который Вечный. Угу... Стало быть, есть еще и третий медальон, с изображением Зеленого Отца. Интересно, где он?..
  Я, пожав плечами, перевернул страницу. Опять картинки. Те самые, из книги. Вот заросший храм... Вот знакомая пещера с кристаллами... О! Иглонос! Смотри, как похоже вышел. А зачем эти стрелочки и крестики? И значки какие-то непонятные. Хоть бы подписали, что ли, честное слово... Ладно. Со схемами потом разберемся.
  Со следующей страницы на меня взглянуло уже знакомое изображение алтаря в храме Вечного Змея. То есть как - знакомое... Разве что, формой похоже. Но там было изображение божества, выложенное перламутром, да пустая выемка в его короне. А здесь - никаких тебе Змеев и иже и ними! Гладкий прямоугольник да три черных овала по центру. В жизни не видел таких алтарей. Хотя где бы я их вообще увидел - у нас же принято скрывать их от посторонних глаз...
  Я снова пожал плечами и взялся за уголок листа. Перевернул. О, эта картинка мне уже знакома. Женщина в маске. А тут у нас что?.. Хм. Какой герб странный. Никогда таких не встречал. Формой напоминает древний треугольный щит, снизу - мечи, сверху - листья дуба, а по центру: три фигуры - воина, книжника и мага. Со всеми атрибутами. И лента по контуру как будто, с надписью. Текст недлинный, всего три слова. Я понял только одно - оно было написано по-унгарски. Самое первое: 'Честь'.
  Нет, у меня сейчас точно голова треснет!.. Маги, они конечно все не от мира сего, но нам с Матильдой и вовсе странный попался. На грабеж не обижается, головоломки всякие подсовывает... Или крыша у него от вынужденного затворничества слегка поехала, или я просто тонкого юмора не понял?
  - Да где уж мне, темному...- философски протянул я, берясь за последнюю страницу. Картинок мне больше не обломилось. На желтом пергаменте была изображена какая-то карта. Старая, выцветшая, с кучей непонятных названий и обозначений... Приглядевшись, я узнал в левом верхнем углу очертания восточных границ Унгарии. Позвольте... так ведь это же территория Мертвого Эгеса! А все остальное, выходит, Фирбоуэн?
  - Так-так-так...- быстро забормотал я, торопливо запуская руку за пазуху. Карта Змей от воды почти не пострадала. И что она, что вот эта - считай, одно и то же!.. Почти. За исключением пары спорных моментов. Ну, точно! Вот тут не сходится, и здесь, и здесь еще... Да они сговорились все, что ли? Я им не нанимался с утра до вечера играть в игру 'Найди пять отличий'... Покачав головой, я захлопнул тетрадь, свернул карту и сунул все скопом обратно за пазуху. Нанимался, не нанимался - а все эти странности настораживают. Сейчас вернусь к мостику - и многомудрой кнесне представится еще одна возможность подняться в своих глазах повыше... Поморщившись, я развернулся к двери.
  - Трын одноглазый!!
  - Ш-ш-ш-ш...
  На пороге, покачиваясь из стороны в сторону, стояло Нечто. Темно-зеленого цвета, чешуйчатое и блестящее. Нечто скалило зубы и таращилось на меня немигающим взглядом желтых глаз.
  Я отшатнулся и выставил вперед руку, вспомнив, что клеймор остался на площади - снял перед танцами, да так и забыл надеть обратно... А еще я вдруг осознал, что больше не слышу веселого гомона снаружи. И музыки не слышу. И голосов.
  Хрясь!..
  Да, вы все правильно поняли. Тихого шороха чешуи за спиной я не услышал тоже...
  
  Пол был мокрый и липкий. Кое-как придя в себя, я приподнял голову и тихо выругался - перед глазами всё поплыло.
  Во рту ощущался соленый вкус крови. Моей крови. Той же самой, которой были выпачканы половицы. Вторая тварь, которую я преступно проморгал, чем-то неслабо приложила меня по затылку... Я отогнал наплывающую дурноту и с трудом сел. Ощупал ватными руками голову - волосы слиплись, кожа под пальцами расползается - но вроде бы кость цела. Уже кое-что... Уй! Левая рука, ощупывающая пострадавший затылок, мизинцем наткнулась на что-то острое и твердое. Размером с ноготь. Сжав зубы, я ухватил это что-то за краешек и дернул.
  Чешуйка. Зеленая непрозрачная чешуйка, крепкая, как сталь. Я вспомнил замершее на пороге чудище и криво усмехнулся - ну да, оружия ведь у них не было. И рук не было. А вот длинный хвост - был. Стало быть, им мне и прилетело?..
  Хвост.
  Чешуйчатый зеленый гад.
  Затихшая деревня.
  Дом старосты.
  Тетрадка Фелана...
  - Матильда!- взвыл я, подрываясь с угвазданного пола. Сапоги заскользили, голова закружилась... Но прислушиваться к собственным ощущениям было некогда. Матильда!.. Я же ее там оставил, у мостика. В компании иглоноса, но... я уже видел, как эти твари умеют подкрадываться! И бьют без промаха. Да, мне башку не проломили, но в сравнении с хрупкой госпожой де Шасвар... Я придушенно взвыл, костеря свое ротозейство последними словами. Солдат, называется! Порубежник!.. Книжек с картинками он никогда не видел! А теперь что?!
  - А теперь - всё,- сам себе ответил я, цепляясь за дверную притолоку. Дверь все так же была открыта настежь.- У-у, чтоб меня!..
  Дом старосты стоял в самом сердце деревни. Как раз напротив площади - локтей пятьдесят до нее, не больше... Луна светила ярко, так что втоптанные в землю погасшие факелы мне не понадобились.
  Агуане исчезли. Все до одного, будто их и не было. Если б не накрытые столы да не разбросанные по помосту музыкальные инструменты, я бы решил, что давешнее зеленое чудовище - просто пьяный бред. Вино у деревенских было крепкое.
  А вот бойцы из них оказались никакие. Это я уяснил, когда с горем пополам доковылял до опустевшей площади. Ни трупов, ни следов борьбы - они что, даже не сопротивлялись? Или заодно с тварями этими были?.. Я, подумав, отрицательно качнул головой. И, скрипнув зубами от новой вспышки боли, подумал: 'Нет. Это уже чересчур. Пусть я хорошо знаю всего двух агуан - Рокуша и Арлету, но на сговор с такой поганью этот народ неспособен...'
   Результаты поверхностного осмотра не обрадовали - кроме меня, в деревне не осталось ни души. Тяжело переставляя ноги, я поплелся к мостику, теша себя безумными надеждами и уповая на то, что обжора-иглонос оказался расторопнее меня... Увы. Ни найденыша, ни кнесны - живых ли, мертвых,- я у ручья не нашел. Только оборванные ползучие стебли роз, россыпь костяных игл на распаханной когтями земле, красные лепестки в воде, похожие на капельки крови... и одиноко лежащая у перил кожаная туфелька с оборванной атласной лентой.
  Голова закружилась сильнее. Я плюхнулся задом прямо на холодный камень и поднял туфельку. Всё, что осталось. Вы кретин, капрал Иассир. Неужели трудно было догадаться, что одной химерой может и не ограничиться?..
  Стоп.
  Химера?
  Я прищурился, вспоминая чешуйчатую тварь в доме старосты. Гибкий змеиный хвост, блестящая 'броня', желтые звериные глаза, кошачье шипение. И - чтоб мне пусто было - загнутые назад маленькие козлиные рожки!
  - Это полная чушь, дружище,- недоверчиво усмехнувшись, пробормотал я. И скользнул взглядом по истерзанной земле возле мостика. Рытвины, оставленные когтями иглоноса, кое-где были словно заглажены и вдавлены в землю. А ну-ка, ну-ка... Я, прекратив самобичевание, быстро плюхнулся на живот и уткнулся носом в землю. Даже мутить перестало. А погасшие надежды вспыхнули с новой силой: в неверном свете луны стал виден отпечатавшийся в мягкой почве волнистый рисунок. Чешуя! И, если вспомнить, что она идет от головы к хвосту, то по рисунку ясно видно - похитившие моих спутников твари отсюда двинулись в обратную сторону. Вероятно, к логову. И, сдается мне, ушли они не так давно!..
  - Вот и прекрасно,- многообещающе протянул я, вновь принимая вертикальное положение. Усилием воли отогнал головокружение, обернулся в сторону осиротевшей деревеньки и прошипел не хуже зеленого гада:- Ну, теперь держитесь...
  Милезы не отличаются мягкостью нрава, это всем известно. От себя могу добавить только одно - чтобы умереть, совсем не обязательно СПОРИТЬ с полукровкой!..
  ...След чешуйчатых тварей потерять в лесу было нелегко - широкая колея изломанных кустов и словно бельевым катком спрессованная трава услужливо подсказывали дорогу. Клеймор, на всякий случай вынутый из ножен, вселял уверенность. Зеленая ткань мундира слилась с листвой. Голова, правда, все так же раскалывалась на части. Рану на затылке я промыл и кое-как перевязал, чтоб не кровила, но больше ничем поправить здоровье не смог. Головокружение ушло - и на том спасибо!.. Древесные стволы впереди начали редеть. Я пригнулся и перешел с бега на шаг. Не хватало еще, чтоб меня во второй раз в клещи взяли тепленьким...
  Лес кончился. Показалась дорога. И знакомая река, где еще днем мы с госпожой де Шасвар стараниями Брыся в воде бултыхались. Так. Кажется, сумасшедшая мысль насчет химеры все-таки имеет под собой некоторые основания!..
  Я свернул влево, туда, где темнел густыми кронами очередной перелесок. Тоже знакомый. Вон сухая балка, за ней - три кипариса, а чуть дальше - кружок молодых дубков. Помнится, как раз у их корней мы из лабиринта и вылезли?.. Прекрасно. Там я уже был, врасплох не застанут, сволочи...
  Вход в логово химеры черным провалом темнел в земле. Он стал раза в четыре шире. А примятая трава услужливо подсказала, что ночные гости на чужом празднике ушли именно сюда. Кстати, если я прав, они отсюда же и вылезли... Вот сейчас и проверим! Я с сомнением сунул руку в карман и нащупал огниво. С одной стороны, в такой темнотище я точно на кого-нибудь нарвусь. А с другой - привлекать к себе внимание огнем тоже не лучшая идея!.. Пальцы наткнулись на теплый каменный шарик. Подарок Фелана? Жаль, потух. Хорошая вещь, полезная. Я покосился на карман и недоверчиво хмыкнул - из прорези в ткани пробивалось неяркое холодное свечение. Он... работает? Снова? 'Вот уж свезло так свезло!'- мысленно усмехнулся я, вынимая дар подземного мага из кармана. Он светился все тем же ровным светом. Отдохнул и подзарядился, что ли?.. А, да какая разница?!
  Я разжал кулак, и магический шарик плавно поднялся в воздух. Описал кривой полукруг, переместился за мое правое плечо и послушно завис. Отлично. Свет есть, цель вижу - осталось только спуститься, найти Матильду, а дальше по обстоятельствам... Я окинул ностальгическим взглядом притихший перелесок, вдохнул напоследок свежего воздуха - и скользнул вниз. Обратно под землю.
  
  В логове было влажно, холодно - и пусто. Метнувшись к развороченной каменной стене, я сунулся в темноту подземного хода и понял, что кроме нас троих - кнесны, меня и иглоноса - здесь давно никто не ходил. Так куда же подевались чешуйчатые?
  - Ничего не понимаю,- себе под нос буркнул я. И вернулся к центру пещеры. Скудный свет волшебного шарика с трудом разгонял темноту. Покрытые мутными каплями неровные стены, обломки камней, слежавшаяся охапка травы - бывшая лежанка химеры, кости по углам... И ни следа похитителей.
  - Да что они, сквозь землю провалились?- тихо прошипел я, зло пнув носком сапога смятую травяную копну. Сухие стебли с тихим шелестом посыпались на камни. А магический 'фонарь' вдруг мигнул и, погаснув, упал к моим ногам. Не понял? Выругавшись про себя, я присел на корточки, с трудом нашарив в темноте теплый кругляш. Ненадолго заряда хватило. А я-то уже губу раскатал... Стоп. А это еще что такое?.. Из-под лежанки пробивались дрожащие желтые лучи. Ха! Провалились, не провалились, а все-таки здесь!.. Я быстро раскидал жесткую травяную подстилку, смахнул в сторону ошметки какой-то серой скорлупы и довольно усмехнулся - кажется, дар Фелана потух не просто так. Он почуял свет. Нет, дельная игрушка, все-таки...
  Под лежанкой химеры обнаружилась неровная каменная плита. Ее левый край был чуть сдвинут в сторону от широкой горловины земляной норы. Изнутри пахнуло теплом и светом. Кажется, нашел! Теперь бы шуму не наделать... Я, поднатужившись, сдвинул плиту, освободив проход. Хорошо, лежала она на голой земле - был бы это камень, скрежет стоял бы сейчас на пол-лабиринта. Ну, что ж... Обратной дороги нет. Я стиснул в ладони рукоять клеймора и ужом нырнул в дыру. Вопреки всяким опасениям, навстречу мне никто не бросился. Длинный лаз убегал вперед, чуть наискось и вниз, и заканчивался локтях в сорока от плиты. Часовых никаких не было. Пока везет... Я прижался спиной к влажной стене норы и короткими перебежками двинулся к выходу из лаза. Круглому, большому, хорошо освещенному. Местечко-то насиженное, как я погляжу? 'Надеюсь,- мелькнула в голове запоздалая мысль,- этих тварей там не воз и маленькая тележка. Меня и двое-то чуть не уделали'
  Мысль была здравая. А все надежды тихо сдохли, когда я, затаив дыхание, осторожно высунул нос из лаза. Воз, не воз, а дюжина - точно!.. Вздохнув, я сдвинул брови и еще на дюйм высунул нос из-за кромки лаза.
  Пещера. Размером - чуть больше верхнего логова. На стенах, почти под самым потолочным сводом, криво торчат уже виденные ранее мерцающие желтым кристаллы. Я вспомнил другую пещеру, ту, что встретилась нам по пути к Фелану, и нахмурился. Эти кристаллы мне еще тогда не понравились! Одна радость - здесь их совсем немного... Взгляд скользнул вглубь норы. Ха, нашел, чего опасаться! Десяток зеленых гадин длиной в два моих роста - это тебе не светящиеся камушки!.. Уродливые твари, шурша чешуей, деловито суетились в центре пещеры. Нет, не десять. Восемь. Еще двое - у некоего подобия загона, обложенного разномастными каменными глыбами, один, свившийся в жгут, подергивается возле правой стены пещеры, а последний... Меня передернуло: в круге лоснящихся змеиных тел, на некоем подобии пьедестала лежала огромная зеленая туша. Такая же, как остальные, но... в два раза больше, с почти уже совершенно оформившейся козлиной головой, четырьмя культяпыми отростками лап и странным круглым бугром на шее. Бугор подергивался и, натягивая чешуйчатую шкуру, время от времени принимал какие-то знакомые очертания. Пасть чудовища была распахнута. Из нее торчали покрытые шерстью ноги, заканчивающиеся козлиными копытцами. Агуанин?.. Я быстро отвел глаза. Все равно несчастному уже ничем не поможешь. А вот тем, кто стайкой сбился в центре загона... Десять, двадцать, двадцать пять - да тут, считай, вся деревня! Стоят столбиками, неподвижно. Глаза стеклянные. Рты полуоткрыты, лица отсутствующие. Ничего не понимаю... Чисто теоретически, могли попытаться сбежать! Или уже пробовали и больше не рискуют? Я вгляделся попристальнее в застывшие фигуры деревенских. Что-то в них было знакомое. И поза такая... как кролики перед удавом! Даже не моргают! Вот это я влип. Выходит, эти твари еще и гипнозом владеют?.. Я прищурился и тихо выругался, разглядев в топе агуан знакомую кудрявую макушку. Матильда. Стоит, не шелохнется, глаза застывшие, неподвижные, как у остальных... Одна радость - живая и относительно здоровая. Что, в общем-то, уже хорошо. Ведь так? Я завертел головой - если иглонос тоже здесь, то нашей везучести пора ставить памятник!
  - Гр-р!- словно в ответ на мои мысли, раздалось от стены. Я впился глазами в свернувшуюся жгутом зеленую тушу. И, приглядевшись, с облегчением выдохнул: из толстых змеиных колец торчала свирепо скалящаяся морда нашего зверька. Он был жив и страшно зол. Ничего удивительного, химера, помнится, ему тоже сильно не понравилась!.. Странно только, что его сразу не прибили. Или после схарчить намерены, в качестве десерта?
  Ну уж нет. Что я, зря сюда тащился на грани кровопотери?
  Я занес ногу, чтобы шагнуть вперед, и замер. От пьедестала, на котором неподвижно лежало самое крупное чудовище, раздался странный чавкающий звук. Я повернул голову - останки несчастного агуанина исчезли. По телу твари прошла волна, шишка на ее шее увеличилась, затрещала, лопаясь, чешуйчатая шкура... Светлые боги! У меня на почве удара по башке начались видения, или это вторая голова? Львиная голова... Я вспомнил серые осколки скорлупы в логове химеры, сопоставил ее кончину с появлением зеленых гадов - и покрылся холодным потом. Чтоб мне провалиться! Да ведь страхолюдины себе вторую 'мамочку' делают!..
  Пара тварей возле загона зашевелилась. Одна, покачнувшись на хвосте, мигнула желтыми глазищами, а вторая, мазнув скользким брюхом по камням, схватила поперек туловища стоявшую с краю пожилую агуанку в изорванном зеленом платке. Ту самую, мастерицу... Значит, будущая химера вновь проголодалась. И будет жрать до тех пор, пока не изменится окончательно.
  Из горла следующей жертвы, на миг пришедшей в себя, рванулся истошный вопль. Брысь, хрипя, задергался в стальном капкане змеиных колец. А я... А что - я?
  Мне, как говаривал Блэйр, начисто 'снесло башню'.
  
  'Скрип... скрип... скрип...' Что это? Похоже на звук несмазанных колес. К нему примешивается чавканье грязи, постукивание множества копыт и разноголосый шепот. Почему так темно?
  'Скрип... скри-и-ип...' Какой противный скрежет! Голова и так гудит, словно колокол на башне храма Зеленого Отца в праздничный день, а тут еще это. Уши заткнуть, что ли?.. Только почему я не чувствую рук? И ног. И остального тела тоже. Будто осталась одна только голова, да и та вот-вот разлетится на кусочки. Еще и сверху что-то капает. Дождь? А почему он соленый?
  'Скрип... скрип... скри-и-ип...'
  -... держитесь, госпожа. Да пребудет с нами Великий Кернос, все обойдется! Н-но, пошла! Шевелись, ленивая кляча!
  Что ж он так орет-то?! Хуже телеги, честное слово... У-у, моя голова! Я ею что, орехи колол?
  -...уж недолго осталось. Сейчас по мелководью переберемся, там встретят. Насчет знахаря я запиской предупредил.
  - Не проще его к нам вызвать было? Дорога дрянь, а милез и так на ладан дышит.
  - Вот-вот. Пока голубь долетит, пока знахарь до нас доберется - лечить некого будет! Так оно вернее. Час - не два, уж дотерпит как-нибудь... Вот правду говорят насчет полукровок! Это ж надо - в одиночку-то на этакую пакость попереть?! Я б на месте окочурился.
  - Ты и так едва не окочурился. С чистого страху... Молчи уже!
  - Дак я ж чего... Но как он прыгнул-то, а?! Глаза горят, меч как сам по себе летает... Кого он там одноглазого всё поминал-то? И этак еще с дополнениями... С меня в один миг вся одурь слетела!
  'Прыгнул'? Кто прыгнул? Какой меч?.. Светлые боги, дорога совсем дрянная - кажется, меня укачивает. Этого только недоставало! И без того дышать от боли не могу... Честное слово, лучше бы я умер!.. Там, в пещере... Стоп. Пещера? 'Одноглазый'? Да ведь эти люди говорят обо мне!
  - Молился, небось. Богам своим, что ли... И помогли они, выходит?
  - Как тут не поможешь? Ежли с таким-то усердием поминать!.. Твари те лютые ажно по стенам с перепугу размазались! А может, конечно, и не с перепугу... Меч-то вострый! И рука у хозяина евойного тяжелая.
  - И иглоносы жуть до чего кровожадные! Слышь, Джодок, я вот чего не понял - ведь они в деревню только одного привели! А откуда ж тогда еще шестеро взялись? И, слышь, здоровые такие, да злющие...
  - Почем я знаю?.. Взялись, да и все. А если по мне, так и вовремя. Не сдюжил бы он один-то, пускай и милез...
  Кристаллы. Всё дело в кристаллах. Брысь их расколотил в пыль, я видел... Подпрыгнул вверх, как пружина, расколотил - и на гадину, что в центре лежала, бросился... А за ним - еще шесть иглоносов. Как из воздуха появились, или из пыли каменной... Невидимый возница прав - если б не это чудо, нас бы всех сожрали. Скольких я зарубил? Кажется, четверых. Или шестерых... Да, сначала тех двоих, у загона - это я точно помню! Потом подоспели остальные... Первому я снес башку сразу, а с другими пришлось повозиться. Недолго, правда... Клеймор выбили из рук. Толстые кольца стиснули со всех сторон. Острые клыки вцепились в плечо... Сзади кто-то закричал. Голос такой знакомый, женский... У-у, проклятая телега! Меня сейчас точно вывернет!
  - Жалко зверей-то. Всех змеюки положили... А ведь врут про иглоносов, как есть врут! Дикие, мол, да приручить нельзя, да кровожадные-де до ужасу... А ить вон оно как на самом-то деле!..
  - Да уж. О! Неужто мост? Слава Керносу, добрались таки... Н-но, пошла! Шевелись! Невлин, бегом в деревню, упреди, чтоб встречать готовились...
  Что значит - 'всех положили'? Всех иглоносов? А как же Брысь? Он же первым тогда швырнулся... Заткнуть бы уши, пока я еще чего в том же духе не услышал!.. Да когда прекратится этот дождь? Капает и капает, я скоро коркой соляной покроюсь. Хоть лицо прикрыли бы мне, что ли! Только трепаться и горазды.
  Телегу тряхнуло. В голове что-то хрустнуло и взорвалось. Голоса вокруг затихли. Значит, я все-таки умер? Печально. Зато больше не больно... Дышать только трудновато, но в целом - ощущения вполне ничего себе! Так легко... И темнота рассеивается понемножку. Интересно, куда подевалась проклятая телега? И откуда взялась эта река? Гладкая, черная, с серебринками лунных бликов. Только разве что луны никакой нету. Странно... Ну да какая мне разница? Главное - этот соленый дождь прекратился, и голова больше не болит. Ничего не болит. Славно-то как, братцы!.. Небо над головой - звездное-звездное, лодка покачивается, усыпляя... унося всё дальше и дальше...
  - Айден...
  Опять знакомый голос. Все тот же. Такой тихий, ласковый, чуть дрожащий... Слушал бы и слушал, честное слово.
  - Айден!..
  Да, это я. А ты кто?.. И прекрати раскачивать лодку, меня опять начинает мутить...
  - Айден! Не надо!.. Не смей... Не смей, слышишь?!
  Начинается. А что 'не смей'-то? Плыву себе, никого не трогаю... Вечно она всем недовольна. Сейчас еще и по морде получу, как бог свят!..
  Шлёп!.. Шлеп-шлеп-шлеп!
  Ну вот, что я вам говорил?.. Опять эта девчонка всё испортила! Мне было так хорошо, так спокойно... Да что такое, лодка словно взбесилась. Или это волны? Как же болтает-то, а... И голова - о-о, моя голова! Да оставьте вы все меня в покое!..
  - Айден...- прерывистые всхлипывания,- ну пожалуйста... Не уходи! Не бросай меня здесь одну!.. Что же я... что же я без тебя буду делать?..
  - То же, что и раньше,- сипло прохрипел я, с трудом разлепив опухшие веки,- только не так долго... У-у-у, как же мне паршиво...
  - Айден!- над моей головой вспыхнули два сияющих изумруда.- Ты... Вы вернулись! О, Вечный Змей, благодарю тебя...
  - Вернулся,- согласно простонал я сквозь зубы,- вы ж с того света достанете, госпожа де Шасвар... Ну по лицу-то опять - зачем?
  - Чтоб в чувство привести,- шмыгнула носом зареванная кнесна, наклоняясь надо мной.- Простите, я... я так испугалась! Агуанский знахарь сказал, что вы хватанули яду. Сказал, что шансы равные. Что остается только ждать! Я с вами осталась, а вы...У вас глаза совсем закатились, и губы стали такие синие...
  - Замечательно. Значит, эти твари еще и ядовитые?
  - Угу,- она вытерла слезы концом шали. И улыбнулась:- Были ядовитые. Вы убили больше половины, еще одного агуане скопом запинали, а остальных порвали иглоносы... Хотите пить? Знахарь сказал, вам нужно много пить, чтоб яд скорее вышел.
  - Успеется. Где Брысь? Он... Его тоже...
  - Нет,- она снова улыбнулась и, приподняв одной рукой мою голову, поднесла к губам плошку с водой.- Пейте. Вы хрипите, как загнанная лошадь... А Брысь спит там, снаружи. Его знахарь выгнал, потому что он к вам лизаться лез. Хотите, я впущу потихоньку?
  - Не надо,- представив, как по свежим ссадинам прохаживается шершавый язык нашей милой зверюшки, я вздрогнул.- Жив, значит, обормот?
  - Жив,- она отняла от моих губ пустую плошку.- Все живы. Почти все... Несколько агуан чудовища сожрали еще до вашего прихода, двоих уже после, когда свалка началась. Но остальным повезло. Спасибо, капрал.
  - Не за что,- я поморщился. К гудящей голове теперь присоединилось все тело. Светлые боги, лучше б я, как раньше, ни рук, ни ног не чувствовал!.. И свет еще глаза режет... Наверное, действие яда. Надо ж было так вляпаться?..
  - Вы отдохните,- ласково сказала Матильда, поправив мне одеяло.- Хотите, я свечи погашу?
  - Нет,- подумав, отозвался я.- Не надо. И, госпожа де Шасвар...
  - Да?..
  - Вы не могли бы... ну... если вам не трудно...
  - Еще водички?- с готовностью откликнулась она. Я улыбнулся:
  - Пожалуйста. И это... посидите со мной немножко... Ну, так, на всякий случай. Что-то мне умирать расхотелось!
  Она фыркнула. И утешительно погладила меня по руке:
  - Конечно, посижу. Не волнуйтесь... Я бы все равно не смогла заснуть до самого рассвета! Стоит глаза закрыть - так сразу со всех сторон страшилища мерещатся.
  - А вы не закрывайте,- посоветовал я. И, кое-что вспомнив, добавил:- Кстати, вашу тетрадку я в карман мундира сунул. Во внутренний, нагрудный, вместе с картой. Может, достанете?.. И ночь скоротаем, и узнаем, наконец, что нам этот хитромудрый фений подкинул...
  - Вам бы лучше полежать спокойно,- она сняла со спинки стула мой камзол.- Но как знаете. Внутренний карман?..
  - Да,- кивнул я.- Достали? Всё в целости?
  - В полной,- кнесна придвинула свечу поближе и, положив тетрадку себе на колени, раскрыла ее на первой странице.- Подождите, я сейчас прочту, переведу быстренько, и...
  - Прочтите вслух,- попросил я, едва не ляпнув: '..у вас такой красивый голос!'. Она пожала плечами и кивнула:
  - Хорошо...
   Я закрыл глаза и откинулся на подушку. За стенами дома стрекотали ночные сверчки. Потрескивала свечка над ухом. Гудел огонь в очаге. И тихий голос Матильды серебряным перезвоном колокольчиков ласкал слух. Я не понимал ни слова из того, что она говорила. Язык был чужой.
  Но роднее этого нежного голоса у меня, кажется, в жизни ничего не было...
Оценка: 6.23*26  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"