Филатов Павел Николаевич: другие произведения.

Слуга света (1часть романа)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фанфиков на Фикомании
Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Книга рассказывает об обычном четырнадцатилетнем школьнике Артеме Давыдове, который, случайно попадает на Станцию - уникальное место, из которого можно совершить путешествие на любое населенную планету во Вселенной. Вместе со своим новым знакомым, агентом Света, Аланом Шором, он отправляется в путешествие, полное опасностей и открытий, в котором он узнает настоящую цену дружбе, познает боль от предательства и разочарований, впервые влюбляется и спасает беззащитный мир от чудовищ.

  СЛУГА СВЕТА.
  
  
  Огромная благодарность замечательному писателю
  Сергею Садову, без чьей помощи этот роман
  получился бы совершенно иным.
  
  
  Часть 1. СТАНЦИЯ.
  
  
  Глава 1. Дверь в стене.
  
   Над столом кружила муха - черная, крупная, деловито закладывала круги над вазочкой с вареньем и негромко жужжала. Кроме меня, на насекомое, никто не обращал внимания - слишком увлечены разговором. Разговором, в общем-то, ни о чем, и обо всем сразу. Родители обсуждали общих знакомых, работу, и непременно школьные дела своих детей. Все как всегда. Мне происходящее словоблудие, успело изрядно надоесть. Поэтому-то я украдкой, чтобы никто этого не заметил и не обвинил меня в невоспитанности, осматривался по сторонам. К сожалению, ничего интереснее мухи, так и не заприметил. Насекомое же, видно почувствовало внимание к своей персоне и решило показать себя во всей красе: начало закладывать виражи, которые больше пристали самолету-истребителю.
   На кухне, за столом нас сидело четверо - я с мамой, и тетя Лена со своим обожаемым Мишенькой. О нем, о любимом и прекрасном Мише сейчас, как раз, и шел разговор. Собственно все разговоры, которые вела тетя Лена, рано или поздно, неизменно переключались на ее сына. И какой он у нее умненький, и какой красивенький, и талантливый, и замечательный, и друзей то у него много, и девочки на него внимание обращают, и ути-пути. Тьфу! Муха, честно говоря, мне и то симпатичней.
  Причин для неприятия Михаила у меня было предостаточно. Дело не в моей зависти к нему и его мнимым успехам - такого не было и в помине. Тетя Лена многое преувеличивала, а еще на большее закрывала глаза - лишь бы видеть в своем сыне, то, что хотела видеть - идеального ребенка. Она ошибалась, но, как и многие родители, когда разговор заходил о собственных детях, никогда бы этого не признала. Чужие слова ее ни в чем не убеждали, а лично убедиться в том, что Миша далеко не ангел, возможности не предоставлялось. Он не давал ей повода усомниться в своей исключительности, совершая низости вдали от ее бдительного ока.
  Это при своей и моей маме Миша пай-мальчик. Сидит, глазки скромненько потупил, и мелкими глоточками прихлебывает чай. Щеки свои полные кремом от пирожного испачкать успел, смотреть противно. Так вот, это я к тому, что когда нам приходиться с ним оставаться наедине, он перестает строить из себя того, кем хочет видеть его мама, и становиться самим собой. Поверьте, на редкость противный человек - жестокий, ехидный, вредный. Тетя Лена ему внушила, какой он исключительный, и, самое печальное, что он ей поверил.
  Затем его мама посчитала, что в чаде непременно должны проявиться лидерские качества. Как же Михаил может ослушаться? Тем более, что сама идея лидерства пришлась по нраву. Начал эти самые качества проявить, в меру своего понимания. Выразилось это в том, что он запугал сверстников со двора и многих одноклассников. Что и не удивительно, так как в свои тринадцать лет, и при росте в сто семьдесят пять сантиметров, весил он примерно килограмм девяносто. Хрюшка такая приличная! Окружил себя такими же малолетними негодяями, и принялся избивать своих сверстников и одноклассников. Причем, объектами для своих насмешек, неизменно выбирал людей слабых, которые не смогут дать отпора, и сразу же признающих его исключительные лидерские качества. А Мише только этого и надо - ума-то нет. Он попробовал как-то раз ко мне, пару месяцев назад, подкатить. Я ему, вроде как, не оказываю должного уважения, и не испытываю поклонения перед его многочисленными талантами. Однако я только кажусь безобидным ботаником переходного возраста, со своими закидонами. Тихий, высокий, но худой, не раскаченный, я, тем не менее, уже пару лет посещаю секцию самбо. Михаил об этом факте толи не знал, толи забыл, толи не придал значения, посчитав, что сильнее. В общем, огреб он от меня тогда по первое число, приятно вспомнить.
   Я аккуратно отковырял миниатюрной серебряной ложкой, кусочек от пирожного и отправил его в рот. Прожевал, довольно улыбнулся и отпил чай. Красота! Если бы еще не приходилось слушать причитания тети Лены и любоваться жирной физиономией Миши. Но это мечты, такие же, как не ходить в школу, а целый день лежать на диване и читать книги.
   Прислушался. Тетя Лена как раз вещала о том, что ее сыночку отправляют на стихотворную олимпиаду. Я едва чаем не подавился! Чего там этот Пушкин доморощенный написать может? Попросить что ли, чтобы прочитал, что ни будь из своего, бессмертного? Нет, не стоит, он все равно отмажется, а на меня еще больше обозлиться! Будет мстить, как всегда, по-мелкому.
   Тетя Лена была самой лучшей маминой подругой (даже представлять себе было страшно худшую!). В детстве они вместе жили в одном дворе, в школе сидели за одной партой, в институте жили в одной комнате общежития. Так они и идут по жизни вместе. Раз в неделю либо мама к тете Лене приезжает, либо они к нам в гости приходят. Я предпочитаю второй вариант, так как дома и стены помогают. Проще там Михаила выдержать.
   Было до того скучно, что хотелось, какую ни будь гадость сделать. Пускай потом тетя Лена опять начнет визжать, что мои выходки уже никак не попадают под определение бунта переходного возраста, а скорее напоминают уголовщину. Пускай мама снова будет печально качать головой и ставить в пример Михаила. Пускай все это, произойдет раз в трехсотый, зато развлекусь. Вон, даже муха не выдержала рассказов тети Лены, и нашла свой конец в вазочке с вареньем. Отмучилась, бедняжка! Достойная смерть для настоящей мухи, так бы не отказался умереть любой джедай.
  М-да, от рассказов тети Лены даже мухи мрут!
  Эти мысли меня развеселили. Я несколько успокоился.
   И тут, о чудо - зазвонил сотовый телефон, который мне папа на день рождения подарил. Играла моя любимая мелодия из "Звездных войн". Эта музыка всегда звучала, когда в кадре появлялся Дарт Вэйдер.
   Я вскочил из-за стола, едва от поспешности не опрокинув чашку, и бросился прочь из комнаты. Куртка моя висела на крючке возле двери. Телефон во внутреннем кармане, рядом с МП3-плеером. Достал пластмассовый прямоугольник из кармана, откинул крышку и прижал телефон к уху.
   На кухню возвращался победителем. Нашлась причина, сбежать отсюда как можно скорее.
   - Кто звонил? - поинтересовалась мама.
  Тетя Лена, протиравшая сухим полотенцем, только что вымытую посуду, смотрела на меня с крайне недовольным видом - опять я ее перебиваю. И в то же время ей было интересно, кто же может звонить такому как я? Ведь, по ее мнению, у меня и друзей-то нормальных быть не может, одна дворовая шпана, так как дети из приличных семей дружить со мной не станут. Надежда на то, что это звонок из детской комнаты милиции, была написана на ее лице крупными буквами.
   - Мамуль, это Сашка, - честно ответил я. - Ему компьютер новый купили. Очень дорогой и мощный. Можно я к нему поеду, посмотрю как "Крайзис" на максимальных требованиях выглядит?
   - Я еще хотела с тетей Леной пообщаться...
   - Мам, ну, пожалуйста, можно я прямо сейчас, один поеду. Как доберусь, сразу же тебе позвоню. Пожалуйста! - я жалобно посмотрел на нее.
   - Ну, хорошо, - взгляд ее смягчился, и она мне улыбнулась. В какой уже раз я подумал о том, какая же у меня все-таки красивая и замечательная мама.
   - Спасибо, - радостно воскликнул я.
   - Может быть, Мишу с собой возьмешь?
   Это еще зачем? - подумал я. Но смог себя сдержать, и вслух сказал совсем другое:
   - Конечно, мам. Толь разве ему не надо писать стихи для конкурса?
   - Да-да, ему нужно много работать, если он хочет занять первое место! - Вклинилась в наш разговор тетя Лена. Уж она-то точно не допустит, чтобы ее драгоценный наследник общался со мной. Миша еще мог бы вытерпеть мою компанию, тоже, небось, интересно за мощным компьютером посидеть. Но тетя Лена этого не допустит. Она ведь считает меня отпетым хулиганом, который может плохо повлиять на ее сына. Сегодня это сыграло мне на руку.
   - Хорошо, езжай один, - задумчиво сказала мама. - Пойдем, я тебя до двери провожу.
   Мы вместе с мамой вышли из кухни. Она стояла и терпеливо ждала, пока я надену куртку и зашнурую ботинки. Потом протянула мне сто рублей, которые я взял и тут же засунул в карман. "Здорово! Можно будет теперь лимонада купить, и чипсов", - подумал я.
   - Приедешь, и сразу же позвони мне, хорошо? Я буду волноваться! - сказала мама на прощанье.
   - Конечно, не волнуйся, сразу же позвоню. - Я поднялся на цыпочки, и звонко чмокнул ее в щеку. Мигом выбежал за дверь, пока Миша не уговорил свою маму и не присоединился ко мне.
   На улице начинался дождь и подул сильный ветер. Я натянул козырек бейсболки пониже на глаза, включил плеер и пошел к метро. В наушниках заиграла музыка. Моя любимая группа "Наутилус Помпилиус". Хрипловатый голос Бутусова рассказывал печальную историю про одинокую птицу. Под ногами хрустел серый, шершавый снег.
   Тетя Лена жила совсем недалеко от метро. Выйти из двора, свернуть налево и вот спуск в метрополитен. До него я добрался раньше, чем успела закончиться песня.
   Спустился вниз, предъявил сезонку и вступил на ползущие ступеньки эскалатора.
   Электронное табло показывало, что после отправки предыдущего поезда прошло четыре минуты. Значит, следующей электрички стоит ждать еще столько же.
  Я неспешно побрел в другой конец станции - так и время скоротаю, да и выходить будет удобнее.
   Станция "Московская" - восьмая станция самарского метрополитена, построенная несколько лет назад. Сколько лет метро строят, сколько денег вкладывают, а все никак не могут нормальные ветки сделать. Вот в Москве метро так метро, а у нас так, даже рассказать кому стыдно.
   Я добрел до противоположного конца платформы и застыл, прислонившись к колоне. Теперь звучала композиция "Во время дождя". В плеер скинул только свои самые любимые песни. Все альбомы на двести пятьдесят шесть мегабайтов встроенной памяти, просто не уместились бы. Старый у меня плеер.
   Я зашел в пустой вагон, и плюхнулся на ближайшее свободное место.
   Поезд, с легким толчком, поехала вперед. Меня немного вдавило в сидение, и я заерзал, устраиваясь удобней. Вагон уютно покачивался из стороны в сторону, что весьма успокаивало. Даже не заметил того времени, что потребовалось электричке, чтобы доехать от одной станции до другой.
   Сел я не очень удачно - по правую руку от меня была дверь. На следующей станции люди полились в вагон потоком, и меня кто-то приложил объемистой сумкой. Я чертыхнулся сквозь стиснутые зубы. Говорить громче побоялся. Как правило, такие сумки носят пенсионеры, а им только дай повод, сразу же начнут читать нравоучительную лекцию, о прискорбном падении молодежи. И пытаться их переубедить, доказать, что ты совсем не такой - гиблое дело. Со своими-то бабушкой и дедушкой это получалось не всегда, что уж говорить про людей посторонних?
   Люди рассредоточился по вагону, стараясь успеть занять свободные места. Такое небольшое соревнование. Рядом со мной сели парень с девушкой, которые тут же обнялись и принялись оживленно шушукаться.
  Снова немного вдавило в сиденье, когда электричка начала движение. За окном, напротив, с бешеной скоростью, проносились внутренности метрополитена, которые всегда казались мне отвратительными. На серой стене переплетения проводов, какие-то кабели. На короткие мгновения открывался вид на какие-то помещения, едва освещенные, погруженные во тьму. Все это создавало картину незавершенности, отталкивающей неправильности. Будто, что-то там есть, в этой тьме, что-то от чего тебя отделяют лишь тонкие стены вагона. И если электричка не доедет до станции назначения, остановится посреди пути, то оно, то, что скрывается в темноте, непременно доберется до беззащитных людей.
  Я потряс головой из стороны в сторону, пытаясь отогнать наваждение. Все же обладать чересчур развитым воображением не всегда хорошо. Порой, совсем как сейчас, можно всякого нафантазировать, по большому счету от того, что заняться больше не чем. Как наяву увидеть все эти картины, как чудовище начинает выбираться из тьмы и сминает когтями стены вагона, словно они изготовлены из обыкновенной бумаги. Самому придумать, "увидеть" и испугаться. Совсем, как маленький ребенок, только что услышавший страшную сказку.
  Электричка начала замедлять ход.
  Женщина напротив привлекла к себе внимание. Вроде бы ничего в ней примечательного и не было. Самая обыкновенная, неприметная, чем-то неуловимо напоминавшая школьную учительницу. Средних лет, среднего роста. Блеклые, давно не мытые русые волосы, стянутые на затылке в конский хвост. В цвет им старый, вылинявший плащ. Лицо сложно было назвать привлекательным, но и отталкивающего в нем ничего, в общем-то, тоже не было. Острый носик, бледные узкие губы, ни грамма косметики, что лишь прибавляло ей несколько лет. Единственное яркое пятно - красный шарф, в несколько слоев окутавший ее шею. Таких женщин видишь каждый день, в разных частях города, но никогда не запоминаешь. Они серые настолько, что это напоминает маскировку. Такая, никогда не привлечет к себе постороннего внимания, отличаясь скромным характером и тихим нравом.
  Я не знал, что происходит, но не мог отвести от нее взгляда. Понимал, что так вести себя неприлично, но никак не мог взять себя в руки.
  Женщина поднялась с места и подошла к двери. Только ни к той, что была возле меня, а к противоположной, той, что никогда не откроется, а если по недоразумению это и случится, то человек упрется в стену. Тем не менее, женщину это не беспокоило. Она стояла, держась за поручень, и смотрела на дверь перед собой, на которой было написано: "Не прислоняться".
  Кончик шарфа свисал ей едва ли не до колена, и слегка трепетал под порывами легкого сквозняка. Это как будто и не шарф уже был, а ярко-красная змея, которая выбрала себе жертву, обвила шею и выжидала момента для того, чтобы сжаться, ломая шейные позвонки.
  Это никакая не змея! Не змея! Не бывает их такого размера и цвета! К тому же при минусовой температуре они не смогут нормально жить. Или смогут? Это шарф, всего лишь шарф! И хватит себя накручивать!
  Хватит!
  Наконец, пару раз глубоко вдохнув и выдохнув, я смог убедить себя успокоиться. Это же надо, второй раз за минуту, собственное воображение играет со мной злую шутку! Пора заканчивать читать фантастику, а то я так себе нервы через несколько лет капитально расшатаю.
  Я огляделся по сторонам. Никто, кроме меня, не обратил внимания на женщину. Почему же я тогда никак от нее взгляд отвести не могу? Ну, ведь самая обычная, пускай шарф и кажется немного странным. В руке женщина держала объемистую сумку, наполненную, по всей видимости, продуктами. Ну не деньги же у нее там, в самом деле, и не наркотики!
  Я, затаив дыхание, наблюдал за ней из-под низко опущенного козырька. Естественно, что когда электричка окончательно остановиться, женщина обнаружит свою ошибку и выйдет через нужную дверь. Все это понятно. Другое дело, что мне все равно было интересно. По крайней мере, хотелось проследить за ее реакцией.
  Электричка начала замедляться. Люди стали подниматься со своих мест и подходить к дверям.
  Женщина не обратила на это внимания. Все так же смотрела перед собой, а шарф, словно кончик змеиного хвоста, нетерпеливо подергивался из стороны в сторону.
  Двери распахнулись.
  И тут я почувствовал, то о чем много раз читал, но чего со мной самим никогда не происходило - волосы под бейсболкой начали шевелиться, поднимаясь вверх. Двери распахнулись и перед той женщиной тоже!
  Вместо стены, облицованной плиткой, с выложенным рисунком, обнаружилась еще одна дверь. Такая, какой не могло быть в стене станции метро: будто неведомым образом перенесшаяся сюда из старого подъезда - обитая красной фанерой, в потеках краски и трещинах.
  Женщина, как ни в чем не бывало, будто так и надо, открыла ее и шагнула в дверной проем. Дверь за ней закрылась, и, я не поверил своим глазам, растворилась в воздухе, словно ее никогда и не было. Всего секунду назад была перед моими глазами, и тут же превратилась в серый, монолитный гранит, которым были облицованы стены.
  Двери вагона захлопнулись, причем как нормальные, так и те, через которые вышла женщина. Электричка двинулась к следующей станции.
  От этого, довольно-таки плавного толчка, я едва не упал, но кое-как мне удалось сохранить равновесие. Оказалось, что я, сам того не замечая, уже стою на ногах, и во все глаза смотрю на то место, где, всего десяток секунд назад была странная женщина. Как я вскочил с места, совершенно не отложилось в моей памяти.
  Произошедшее только что, никак не желало, укладывалось у меня в голове. Одно дело, всю жизнь читать фантастику, и совсем другое, встретиться с необъяснимым в реальности! Это было жутко. Гораздо страшнее всего того, что я успел напридумывать, пускай на электричку так и не напало чудовище, а шарф не превратился в змею.
  От выплеснувшегося в кровь адреналина, меня начала бить мелкая дрожь.
  Многие сейчас с недоумением смотрели на меня. Со стороны я, должно быть, выглядел более чем странно. Четырнадцатилетний парень, прилично одетый, резко вскочивший с места лишь для того, чтобы уставиться на закрытые двери вагона, как баран на новые ворота.
  Стало неудобно.
  Чтобы скрыться от этих взглядов, и хоть немного прийти в себя, я сел на место, которое никто не успел занять.
  "Что вы все на меня смотрите? - думал я. Две бабушки напротив, прищурив глаза, подозрительно смотрели на меня, и что-то обсуждали между собой. - Что вы так на меня пялитесь, глазастые? Почему же ни кто из вас не увидел, что сотворила неприметная женщина? Или вдруг нормальным стало, когда в стене появляется дверь, которая, через несколько секунд, исчезает?"
  И никто, не только эти две бабушки, вообще никто в вагоне, так и не заметил произошедшего. Сколько я не вглядывался в лица пассажиров - ничего, ни тени изумления, лишь усталость и скука. Будто они и, правда, ничего не видели...
  Или мир начал сходить с ума, или я.
  Хотя нет, этого быть не может. Если я осознаю, что могу сойти с ума, что все мне только кажется, значит с психикой все нормально. Психи, как говорят, считают себя вполне адекватными людьми.
  Постепенно внимание взрослых к моей персоне ослабло. Теперь, когда чужие взгляды не сверлили во мне дырки, я мог немного обдумать случившееся. Первой моей мыслью было - как такое вообще может быть? Как она смогла выйти? Почему перед ней открылись двери? Откуда взялась дверь в стене станции метро? И главное, куда женщина ушла?
  Мысли метались из стороны в сторону, и я ни как не мог найти ответов на эти вопросы.
  А существовали ли в принципе ответы?
  Одно я знал абсолютно точно - теперь приложу все силы, и не успокоюсь, пока во всем не разберусь.
  
  Глава 2. Поиск.
  
  К Сашке идти уже совсем не хотелось, но и домой возвращаться, тоже было не с руки. Наверняка старшие заметят мое потрясение и потребуют дать им объяснения. И что в этом случае делать? Правду говорить? Никто же не поверит. Посчитают, что вру лишь для того, чтобы скрыть нечто важное, какую-то страшную тайну. Учитывая, как много сейчас рассказывают о проблемах в среде подростков, придумать, а, следовательно, и основательно себя запугать, тем, что, по их мнению, могло со мной случиться, родители точно смогут. Сложно представить, какие кошмары могут придти к ним в голову, но они в них искренне поверят, и потом мне не оправдаться. Лучшим выходом было последовать первоначальному плану и отправиться к другу. Там немного посидеть, дождаться, когда схлынет волнение и спокойно идти домой, не боясь встревожить своим поведением родителей.
  Саша мне обрадовался, совершенно искренне, как и полагается лучшему другу. Ради меня, он даже от компьютера оторвался, чтобы подойти к двери и встретить. Как только я разулся и повесил куртку в шкаф, он сразу же потащил меня к себе в комнату, демонстрировать свою новую гордость. Не будь я так потрясен случившимся, компьютер наверняка бы произвел на меня сильнейшее впечатление. После случая в метро, мысли были заняты совсем другим - они тщетно пытались собраться воедино. Компьютер, как компьютер - обычная прямоугольная коробка. Да, картинка на экране выглядела сочно и реалистично, но куда ей до появляющейся и исчезающей двери в стене!
  Мое настроение не осталось не замеченным лучшим другом. Он пока не лез с расспросами, но с каждой минутой сопел все громче, выражая обиду. Я понял, что нужно ему что-то сказать, объяснить, чтобы не испортить отношения, но не смог выдавить из себя и слова. Не до Сашкиных обид мне было, совсем не до них! Если он настоящий друг, то просто обязан меня будет понять правильно.
  Около часа мы сидели молча. Тишину в комнате нарушали лишь грохот стрельбы и взрывов, льющийся из колонок. Сашка долбил по клавишам, норовя сломать новенькую клавиатуру, и резко дергал "мышку" из стороны в сторону. Он был обижен и зол, и я понимал почему. У друзей не должно быть секретов друг от друга, поэтому я испытал легкое чувство стыда, которое ушло сразу же, стоило мне только вспомнить свою поездку в электричке. Я раз за разом проматывал события, произошедшие в метро, в своей голове.
  Наши своеобразные посиделки прервала Сашина мама, тетя Ира. Она пригласила нас к столу. Действительно, уже подоспело время ужина, и дети должны быть накормлены. Я хотел оказаться, потому что не чувствовал не малейших признаков голода, но на кухню пошел вслед за Сашей. Все же не стоило вызывать подозрений, даже такими вот мелочами.
  Картофельное пюре, посыпанное сверху мелкопорезанной зеленью, и тефтели уже поджидали нас на столе. Тетя Ира как раз закончила с салатом из огурцов и китайской капусты, заправила его майонезом, и поставила на стол. Все выглядело таким аппетитным. А запахи! Сразу же выяснилось, что не такой уж я и сытый, а совсем даже напротив - страшно голодный. Лишь переживания сегодняшнего дня, не позволили мне этого сразу же обнаружить. За еду я принялся с несвойственным мне энтузиазмом, и очень быстро справился со своей порцией. Несколько минут пришлось ждать, пока товарищ закончит свою трапезу. Тетя Ира предложила добавки, но я отказался - голод был утолен, и вряд ли бы я смог съесть еще что-то.
  Чай отправились пить в Сашкину комнату. К чаю прилагалось домашнее печенье и пирожки с джемом, и то и другое невероятно вкусное. Сам не знаю как, после обильного ужина, но их я тоже попробовал. Настроение мое окончательно исправилось и, уже можно было возвращаться домой, не опасаясь вопросов от родителей.
  - Что с тобой случилось? - Александр все же не выдержал и полез с расспросами. А я так надеялся, что этого не произойдет, что он сможет проявить деликатность и забыть про любопытство.
  - Да, ничего, все нормально. Правда.
  - А что же ты тогда такой?
  - Какой? - нужно было придумать любую ложь. Забыть, что врать нехорошо в принципе, и вдвойне не хорошо обманывать друзей. Именно ложь, стала бы моим спасением от дальнейших расспросов и помогла бы избежать обиды. Сашка, он ведь настырный и пока не получит ответов не успокоится. Как назло, в голову не приходило ничего, хоть немного правдоподобного.
  - Задумчивый слишком и таинственный. Я же тебя знаю - точно, что-то случилось.
  - Нет, дружище, тебе просто показалось.
  Сашка насупился и пристально посмотрел на меня.
  - У друзей не должно быть секретов друг от друга, - сказал он, наконец. - Ты ведь мне друг?
  - Конечно!
  - Ну а что же ты тогда? Знаешь ведь прекрасно, что я никому и ничего не расскажу.
  Может и правда рассказать? - мелькнула мысль. В конце концов, он ведь и, правда, мой лучший друг. Кто, как ни он сможет понять?
  Стоило лишь представить, как будет звучать мой рассказ, и мысль быть откровенным ушла сама по себе. История получилась бы настолько неправдоподобной и фантастичной, что даже я сам, непосредственный участник событий, вряд ли бы в нее поверил.
  - Саш, я знаю, что ты могила, во всем, что касается тайн. Но я ничего не могу тебе рассказать.
  - Это почему?
  - Потому что нечего!
  - Ой, да ладно тебе врать-то! Что я тебя не знаю, что ли? У тебя же на лице все написано!
  - Если ты считаешь, что я врун, то, пожалуй, лучше мне будет уйти домой, - сказал я. Чай допил, благо оставалось его всего один глоток, и поставил, пустую чашку на стол.
  - Ну что ты, как девчонка-то? Сразу убегать собрался, - Сашка схватил меня за руку. Я вывернулся и оттолкнул его от себя.
  - Значит вот ты как? - он завелся. - Ну, сейчас я тебе устрою!
  С Сашкой мы дружили едва ли не с самого рождения, а потому много и часто дрались. Нет, сейчас-то мы вышли из детского возраста, когда любой конфликт заканчивался короткой схваткой. Это раньше, стоило только посмотреть фильм с драками, или поспорить из-за любой ерунды, как происходила стычка. Гормоны что ли это были, не знаю. Но все дети, и мы не исключение, очень часто дрались между собой, и, всегда непременно мирились. Но это было уже очень давно. С тех пор, как нам обоим стукнуло по четырнадцать, драк больше не случалось. До сегодняшнего дня.
  Сегодняшний вечер вообще получился крайне неудачным. Все кувырком идет.
  Это даже и не драка была, а совсем как в детском саду - грозно сопя, потолкались, поставили друг другу подножки, по полу повалялись, но все это тихо, чтобы не привлечь внимания родителей. Он расквасил мне нос, я разбил ему губу, но мне все же удалось выбраться из комнаты.
  Быстренько оделся и уже от двери пожелал Сашиным родителям доброго вечера. К счастью, они не успели выйти из комнаты, где сейчас смотрели телевизор, а потому не увидели кровь у меня на лице. Вряд ли бы их это обрадовало.
  На улице я собрал в ладонь рыхлый снег и прижал его к носу. Постоял возле подъезда, ожидая, когда перестанет течь кровь.
  Меня переполняла злость на лучшего друга. Не из-за драки, нет. Она, как не странно, наоборот привела меня в чувства. Злился я из-за его настырности и любопытства. Ну, ведь мог бы промолчать и не донимать с расспросами!
  Я жил в соседнем дворе, поэтому для того, чтобы добраться до дома, у меня ушло всего минут пять.
  Мама вернулась из гостей. Вместе с папой, они смотрели какой-то старый, еще черно-белый фильм, по телевизору. Один из тех, что про гангстеров и частных сыщиков, которые всегда и везде, ходят в шляпах. Посидел с ними минут десять, и, поняв, что совершенно не воспринимаю происходящее на экране, пожелав родителям спокойной ночи, отправился спать.
  Усталость навалилась на меня неподъемным грузом, едва мне только стоило прилечь на кровать.
  Что ж, утро вечера мудренее, - решил я и практически сразу же уснул.
  ...Утро началось для меня с упоительного запаха блинчиков и кофе. Я поднялся с кровати, сделал два десятка отжиманий, быстро умылся, тщательно почистил зубы и, лишь после этих обязательных процедур, пошел на кухню.
  Несколько свежих блинов, от которых поднимался легкий парок, ждали меня на столе. Рядом с ними две небольших чашечки, в одной из которых было варенье, а во второй сгущенка. Кофе мне не полагалось - мама считала его слишком вредным для ребенка и готовила исключительно для себя. Но и ароматного земляничного чая мне вполне хватило.
  Блины я уплетал с аппетитом, не забывая про варенье. Вкусно они у мамы получались, впрочем, как и любое другое блюдо. К сожалению, вместе с аппетитом, ко мне вернулись и мысли о вчерашнем вечере. Даже и не мысли, в общем-то, а эмоции - взвинченность и легкая нервозность. В общем, то самое состояние от которого, как я надеялся, мне полностью удалось избавиться, побывав у Сашки в гостях.
  Как обычно, за завтраком, мы вели разговор ни о чем. Естественно, что хоть как-то его поддерживать, я не смог. На мамины вопросы, об учебе, я, погруженный в собственные переживания, отвечал невпопад, и она наверняка поняла, что меня что-то гложет. Однако мама, не стала донимать меня расспросами, справедливо посчитав, что у мальчика в четырнадцать лет уже может появиться личная жизнь, и он имеет право на секреты.
  В школу я ехал, как обычно, на метро. Вместо того, чтобы на короткое время поездки погрузиться в мир музыки, я внимательно смотрел по сторонам. Каждый пассажир удостаивался моего пристального взгляда. Сегодня все было как всегда - старушки сидели, обнявшись с сумками. Люди читали газеты или книжки в мягких обложках, другие просто дремали. Никто из них не попытался выйти из вагона не через ту дверь.
  Я, впрочем, и сам не знал, что буду делать, если вновь встречу ту самую женщину, или любого другого человека, пытавшегося выйти через дверь в стене. Может быть, пристану с вопросами, что да как. Может быть, попрошу взять с собой. Не знаю, я не задавался вопросом, зачем делаю, то, что делаю, предпочитая решать вопросы по мере их возникновения. Сначала, нужно найти ту женщину, а потом уже ориентироваться по обстановке.
  Из метро я вышел ни с чем, однако не отчаивался. Главное не останавливаться, и удача просто обязана будет мне улыбнуться.
  В школе я забыл об охвативших меня проблемах. Контрольная работа по математике (вроде написал) и изложение по русскому языку (с этим сложнее) заставили забыть обо всем, и сосредоточиться на учебе. Да еще и Ленка Синичкина вроде как глазки строила.... С этим тоже следовало разобраться, только позже.
   Сашка со мной не разговаривал, и я, в принципе, его понимал - не знаю, как сам бы повел себя на его месте.
  Домой снова на метро. И вновь разглядывал пассажиров, выискивая среди похожих спин, старое выцветшее и равнодушный взгляд блеклых глаз.
  Безрезультатно.
  Свою остановку я проехал - но совсем не расстроился. Родители на работе, и если приду домой немного позже, никто об этом не узнает. Я решил поездить на метро, благо линия была короткой.
  Проехавшись по линии из конца в конец два раза, я призадумался. Весь мой поиск напоминал безумную авантюру. Я же всего на всего сижу в одном и том же вагоне, на одном и том же месте и просто жду, когда некое лицо, попытается открыть дверь в стене. А что если этот человек будет ехать в другом вагоне, тогда как?
  Мне нужен был план.
  Чтобы на моем месте сделали герои книг?
  Проблема заключалась в том, что не мог припомнить в прочитанных романах аналогичной ситуации. Разве что Городецкий искал в метрополитене вампира. Но ведь ему было намного проще: он, напившись свиной крови, чувствовал зов. Мне такой метод вряд ли поможет, даже если я осушу ведро крови...
   Что же делать?
  Напрашивался самый простой ответ - следовало на каждой станции менять вагон. И тут же я отбросил прочь этот вариант, так как он не гарантировал, что таким образом я смогу встретить нужного человека.
  Так и не найдя решения проблемы, я решил положиться на удачу. Раз один раз повезло, значит, вновь смогу встретится с таинственной женщиной, а если нет, значит не судьба.
  Электричка поехала вперед.
  ... День проходил за днем, неделя за неделей, а мои поиски были все так же безрезультатны. Все свободное время я проводил в метро. Сразу после школы садился в вагон и катался до той поры, пока не подходило время возвращаться домой. Делал я это за полчаса до того, как родители должны были вернуться с работы, и пока не допускал промашек, успевая точно к нужному сроку.
   Все равно родители начали что-то замечать. Они чувствовали, что со мной что-то происходит, но не приставали с расспросами. Считали, что, если им это не просто кажется, то я сам обо всем расскажу, либо они узнают обо всем из других источников. Лишь однажды мама попросила на нее дыхнуть. Проверяла, наверное, не начал ли я курить, или, не дай бог, выпивать. Опасения ее были небезосновательны - некоторые мои одноклассники уже вовсю дымили. Я ж не принадлежал к их числу. Пару раз мы, вместе с Сашкой, пробовали курить, но нам не понравилось, поэтому этот эксперимент не перерос в привычку. В общем, бояться мне было нечего, поэтому я смело выдохнул ей в лицо. Мама в ответ лишь кивнула, будто подтвердились ее догадки, и вернулась к своим домашним делам, попросив меня заодно почистить зубы.
  Поиск той женщины превратился для меня в наваждение. Я видел ее всего пару минут, но ее образ настолько четко отложился в памяти, что я помнил каждую черточку ее лица. Так часто вспоминал и обдумывал эпизод, свидетелем которого стал, что женщина стала приходить ко мне во снах. В них я не видел ее лица, только спину, затянутую в серый плащ. Шарфик на ее шее шевелился, будто налетел порыв ветра. Она стояла, уткнувшись взглядом в дверь, а я, пытался дотянуться до нее рукой. Однако когда до серой ткани плаща оставалось всего несколько миллиметров, женщина неизменно ускользала. Она проходила сквозь двери вагона и исчезала в стене. А я просыпался ни с чем.
  Дней через десять, после злополучной встречи в метро сны изменились, превратившись в кошмары.
  Их сюжет оставался без изменений. Тоже метро, та же женщина, тот же тянущийся к ней, в наивной попытке остановить, я. В отличие от успевших стать привычными снов, в кошмарах, женщина не просто ускользала от меня. Когда моя рука практически касалась ее плаща, женщина резко поворачивалась ко мне. У нее не было лица, только белое пятно. Все черты словно были стерты ластиком. В верхней части безликого овала, заменявшего лицо, горели черные, ненормально большие, круглые глаза. Увидев меня, она начинала смеяться. Рта не было - кожа, в нижней части лица, просто начинала расходиться, словно неровно оборванная бумага. Сначала появлялась небольшая трещина, которая могла бы сойти за презрительную усмешку. Трещина увеличивала, кожа продолжала все так же разрываться, пока не появлялся зловещий оскал, протянувшийся рваной линией от уха и до уха. Из появившегося рта, в котором не было видно зубов, начинал рваться смех - настолько противный, что от него сразу начинала болеть голова. Скрежет какой-то, а не человеческий смех. В следующий момент, она хватала меня за грудки, и тянула за собой в стену. Я сопротивлялся, бил ее руками и ногами, брыкался как рыба на разогретой сковороде. Я хватался руками за железные поручни, но без результата. Она неизменно побеждала в нашем противостоянии, и затаскивала меня внутрь стены. Там было нечем дышать, и царила такая же непроглядная темнота, которая была в глазах женщины. Она сдавливала меня руками, по силе не уступавшим тискам, и выдавливала остатки воздуха из легких. Я пытался закричать, позвать на помощь, но ничего не получалось - я даже вздохнуть не мог...
  После таких кошмаров я просыпался весь покрытый липким потом, и долго не мог прийти в себя, надышаться самым обычным воздухом. В них можно было увидеть предостережение о том, что пора заканчивать с этой, по сути, авантюрой. Но суеверным я не был никогда, поэтому списал кошмары на разгулявшееся воображение. В конце концов, нередко, и ранее по ночам, ко мне приходили герои прочитанных книг.
  Мне стало надоедать попусту, изо дня в день, ездить в метро. Просто надоело. Надоели одинаковые вагоны, одинаковые названия остановок, да и люди тоже надоели. Они уже не казались мне такими уж разными, как раньше. Все абсолютно одинаковые и предсказуемые.
  Очень много размышлял над тем, как же мне изменить тактику, как сузить круг поисков. Я не любил проигрывать, не умел отступать, но уже не видел в своих поисках никакой перспективы. Надежда таяла, как снежок в комнате. Надежда и уверенность в собственных силах тускнели, и я практически сдался. Отмерил себе еще месячный срок, по истечении которого, собирался забыть о таинственной женщине, претвориться, что все мне лишь привиделось, и продолжать жить дальше, как ни в чем не бывало.
  Мне было безумно интересно не столько, как женщина открыла ту злополучную дверь, сколько - куда она ведет? С самого детства я увлекался фантастикой. Сначала папа мне читал, а когда я сам научился, то от фантастических книг было за уши не оттащить. Поэтому и не удивительно, что мне легче поверить в фантастическую теорию, чем найти всему рациональное объяснение. Я полжизни провел в других мирах, населенных драконами, эльфами, бластерами, космическими колдунами, магами и световыми мечами. К тому же, я совершенно не мог объяснить, откуда в обычной стене, из ниоткуда, вдруг появилась дверь. Или почему, наконец, никто не обратил внимания на тетку, просто растворившуюся в воздухе, посреди, вагона? С рациональной точки зрения, объяснить это можно было только галлюцинацией, но я был абсолютно убежден, что все произошедшее было столь, же реально, в какой степени был реален я сам. К тому же, как аксиому принял, что нахожусь в твердом рассудке. Зато фантастика объяснить могла все. Первый вариант,- эта дверь открывает путь в иной мир, а то даже и не в один. Второй вариант - за дверью скрывалась база пришельцев. Инопланетяне ходили среди людей, собирали информацию, либо выполняли какие-то поручения, а потом возвращались на базу. Было бы весьма остроумным спрятать свою штаб квартиру в метро - там просто никто искать не станет. Третий вариант, очень походил на второй, и потому не очень мне нравился. Там могли скрываться остатки древних рас, которые заселяли землю до прихода на нее человека. Либо прятались от государства мутанты, сбежавшие из секретных лабораторий, и к тому же обладающие даром экстрасенсов - благодаря своим уникальным способностям, отводили глаза всем пассажирам.
  Я честно пытался найти более правдоподобное объяснение, но его не было. Нет, я допускал, что некий взрослый человек, более умный, циничный и опытный, чем я, сможет с рациональной точки зрения объяснить даже тарелку пришельцев, опустившуюся возле его дома, однако я подобным талантом не обладал.
   Нужно было срочно менять тактику поисков, что я и сделал, позволив себе одно допущение: дверь открывается только на одной станции, и в строго определенном месте. Если это так, тогда мне больше не придется ездить по кругу. Достаточно будет, на "Гагаринской" сесть в последний вагон, в самую последнюю дверь и ждать женщину. Если никого не будет, то на "Спортивной" быстро перебежать перрон, и запрыгнуть в электричку, уходившую обратно на "Гагаринскую". Всего и делов! Катайся себе между двумя станциями и жди подходящего случая.
  Откровенно говоря, и эта теория была слишком натянутой, но я решительно закрыл глаза на все недостатки плана и принялся за его исполнение.
  Мне пришлось научиться врать и претворяться. Что первое, что второе, из-за недостатка опыта и желания получить такие навыки, выходило слабенько. Родителей даже в школу вызвали, и моя классная высказала серьезные опасения из-за моего нетипичного поведения. Самое забавное, что она так и не смогла внятно объяснить, в чем же выражались, подмеченные ей "странности". Я, во время этой проповеди, только недоуменно пожимал плечами, старательно всем своим видом изображая, будто вовсе не понимаю, о чем идет речь.
  Родители сдержанно поблагодарили учительницу за беспокойство, и мы вернулись домой. Вопреки моим опасениям серьезного разговора не состоялось, и я уже было обрадовался, пока случайно не подслушал родительский разговор. Нет, я никогда раньше не подслушивал, и не стал бы этого делать и на этот раз, если бы случайно не услышал своего имени. Родители как раз обсуждали, какому специалисту меня показать...
  Дослушав их разговор, я понял, что пора срочно что-то менять, если я действительно не хочу попасть на сеанс к психоаналитику. Опасался я этих адептов столь нынче популярной лженауки. Нельзя сказать, чтобы боялся, но считал, что знакомство с ними и их методами, лучше откладывать как можно дольше, и, желательно, совсем обойтись без такой помощи. На цыпочках прокрался в свою комнату и лег спать. На следующее утро я проснулся уже совсем другим человеком. Я стал веселым и приветливым, и взгляды родителей сразу же потеплели. Даже в кино на выходных сходили всей семьей. Но кто бы знал, чего мне стоило скрывать обуревавшие меня эмоции!
  Небольшой конфуз произошел с Сашкой. От него не ускользнул тот факт, что странности в моем поведении исчезли, и я стал таким же, как всегда. В школе он подошел ко мне, смущенный, но полный решимости довести задуманное до конца и попросил у меня прощения. Я перед ним тоже извинился, тем более было за что. В общем, мы помирились, чему я был чрезвычайно рад. К сожалению, Саша не извлек никакого урока из нашей ссоры. Уже на следующей перемене он вновь засыпал меня целым градом вопросов, относительно того, что же со мной приключилось. Мне захотелось вновь посоветовать ему, не совать нос в чужие дела, или попросту послать куда подальше, однако я сдержался. Не с руки мне вновь обострять конфликт. Нужно непременно поддерживать образ примерного мальчика, у которого в жизни нет, и не может быть никаких забот или проблем. Самое обидное, что для этого мне пришлось начать врать и ему, моему лучшему другу, тоже. Из-за притворства перед родителями, и так камень на душе лежал, так я еще один грешок добавил. На ходу придумал крайне простую историю, настолько банальную, но, в тоже время, все объясняющую, что не поверить в нее было нельзя. Понизив голос до шепота, я, под большим секретом, признался лучшему другу, что безумно влюблен в Ленку Синичкину. Что целыми ночами глаз не могу сомкнуть, потому что все время мысли возвращаются к ней, а как подойти и признаться, не знаю. Сашка, с видом опытного ловеласа, понимающе покачал головой, ободряюще улыбнулся и посоветовал мне крепиться. А заодно поклялся, что никто и ничего не узнает о моем секрете.
  Однако узнали.
  Все.
  Уже на следующей переменке, все девчонки из класса, заприметив меня, начинали хихать. Ленка же, когда мы с ней случайно столкнулись в коридоре, покраснела, и убежала. Я нашел Сашку и сказал, что он трепло и даже хуже. Он попытался извиниться, но я и слушать его не стал - был слишком зол. Никак не ожидал от лучшего друга, который действительно всегда умел хранить тайны, такого предательства. Даже отсел от него за другую парту.
  Урок я еле смог досидел до конца и не убежать из класса. Мне казалось, что все смотрят на меня, тычут пальцами и смеются. Было очень стыдно. Придумал историю, на свою голову!
  После урока ко мне подошла Лена, отвела в сторонку и предложила проводить ее до дома. Отказать я не смог, хотя и очень хотелось - отказ, лишь укрепил бы ее в уверенность относительно моих чувств. Я смущенно улыбнулся и согласился.
   Синичкина жила во дворе, прямо напротив школы. Идти - всего ничего. Пытка не продлится очень долго. Только это и радовало.
  Возле школьного крыльца стоял Сашка. Заметив нас вместе с Леной, он начал довольно улыбаться и украдкой показал мне большой палец. Выразил, понимаешь, одобрение и поддержку. Вновь нестерпимо захотелось подойти и, как минимум, наорать на него. Вместо этого, я сделал вид, что ничего не заметил, но в кармане, в ответ, показал ему оттопыренный средний палец.
  По дороге мы с Леной молчали. От смущения и неловкости, я не знал, что мне делать, как вести себя. Попытался, было, найти какие-то слова, чтобы завязать разговор, но в голову ничего стоящего не приходило. Все мои знания, относительно общения с девушками, носили исключительно теоретический характер, и были почерпнуты из фильмов и книг. Можно было бы посоветоваться с Сашкой - он несколько раз ходил на свидания с девчонками, поэтому обладал необходимым практическим опытом - только после его предательства, общаться с ним совершенно не хотелось.
  Хотя чего я так переживаю? Ведь нет у меня к ней никаких чувств, и можно просто молчать! Пускай она на меня обидится, пускай больше в жизни со мной не заговорит - в конечном итоге я ничего не теряю. Только вот грыз какой-то червячок сомнений. Хотелось мне себя испытать, но решимости не хватало.
  Лена же не проявляла никакой инициативы. Просто шла вперед. Светлые волосы выбились из-под шапочки и слегка трепетали на ветру. Она ведь очень даже ничего - красивая, веселая, отличница, к тому же. Среди прочих сверстниц, ее выделяла одна особенность - она никогда не ругалась матом и всегда давала списывать. Хорошая, что и говорить. Она мне всегда была очень симпатична, только вот не представлял я ее в роли своей девушки. Да и вообще никого не представлял...
  Так я и не решился завести разговор.
  Возле подъезда Лена посмотрела мне в глаза и робко поинтересовалась, не хочу ли я пойти в эту пятницу вместе с ней на школьную дискотеку. Это было неожиданно. Это потрясало! И я сразу же согласился!
  В подъезд она впорхнула радостная.
  На что она, интересно, рассчитывает? Неужели я ей нравлюсь?!
  Это уже становится интересным!
  Нужно будет не забыть в пятницу жвачку купить. Вдруг состоится первый поцелуй?..
  От охвативших меня эмоций и перспектив закружилась голова. От ее подъезда, к метро я шел как во сне. Даже глупо улыбался, по-моему.
  Это было невероятно, фантастично! Это было просто здорово!
  Одно то, что я нравлюсь Лене, опьянело. От мыслей о первом поцелуе сердце замирало. Интересно, как это будет? Всем как будто нравится, по крайней мере, не один герой книг, на моей памяти, не жаловался на неприятные ощущения после поцелуя!
  Это переживание изгнало из моей головы все посторонние мысли. Быть может, я бы не был таким взволнованным, если бы знал, что свиданию не суждено случится...
  ...На свое привычное место в вагоне метро я сел прибывая в растерянных чувствах. Потрясение было настолько сильным, что забыл вглядеться в других пассажиров, выискивая среди них худую женщину в сером плаще.
  Что же это получается, Ленка влюбилась в меня?! Рассказать кому - не поверит. Да я и сам до конца не верил в эту догадку. Синичкина ведь настоящая красавица. Как-то сразу вспомнились отдельные случаи, когда к ней подходили знакомиться старшеклассники, которые уже даже бриться начали! Взрослые парни, если не сказать мужчин. Мы тогда с Сашкой украдкой за этим наблюдали и давились от смеха. Не знаю уж почему, но нам это тогда показалось невероятно смешным. А ведь и другие одноклассники были в нее влюблены. Не случайно же, на восьмое марта, ей дарили больше всего цветов и подарков.
  Вот это да! Взрослым парням она предпочла меня! Если бы сам не присутствовал в момент приглашения на дискотеку, ни за что бы ни поверил.
  Влюбилась или нет?
  До пятницы эту мою догадку проверить не представлялось возможным. Да и как это сделать на дискотеке? Взять и спросить в лоб? Вряд ли она ответит, а если и ответит, то крайне сомнительно, что это будет правда. Наиболее вероятным представлялся вариант, при котором она засмущается, или засмеется, или вообще обидится и убежит прочь. Нет, это не дело.
  Можно было самому рассказать о своих симпатиях. Нет, глубоких чувств определенно не было - в этом я четко отдавал себе отчет - но симпатия определенно имелась. Только вот, как преступить свою робость? Где подыскать нужные слова и ни разу не сбиться? Ведь так страшно ошибиться. Вполне может оказаться, что ее чувства были всего лишь плодом моего воображения. И как тогда быть? Если не получу утвердительного ответа, это же настоящий позор! А уж если одноклассники узнают, то еще долго будут высмеивать. Да и вряд ли хватит смелости, чтобы самому сделать первый шаг. От одной мысли об этом мне становилось дурно! И это сейчас, когда Лены нет рядом, и все происходит только у меня в голове. Насколько же я буду напуган при личной встрече?
  Были еще Ленины подруги, которые наверняка знают правду. Поговорить с ними? Нет, эти хитрюжки расскажут очень много разных вещей, наплетут три короба, имеющих к действительно лишь очень приблизительное отношение, и все передадут Лене. Нет, это не вариант
  Что же тогда делать?
  На ум приходил только один ответ - ждать пятницу и импровизировать на ходу. А сегодня лишь среда! С ругой стороны, не так уж и долго ждать осталось. Всего ничего, если задуматься. За уроками и книгами время пролетит быстро и незаметно. Только вот и с импровизациями у меня не все ладно...
  Лучше всего, если события начнут развиваться по следующему сценарию: к ней начнет приставать мерзкий тип, Димка Трифонов, к примеру. А я спасу ее, наваляю обидчику, и стану в Лениных глазах настоящим героем - самоотверженным и сильным. Она подойдет ко мне. Сотрет кровь с моего мужественного лица. В глазах у нее будет плескаться благодарность, и рвущиеся наружу чувства. И нам не будет нужно лишних слов. Она прильнет к моим губам в страстном поцелуе, а я ей отвечу. Вот это будет здоровски!
  Только слишком не правдоподобно. Так не бывает в реальной жизни, лишь в глупых фильмах
  От появившейся внутри моей головы картинки я сам не выдержал и рассмеялся. Дурацкие, откровенно говоря, мысли. Хотя хорошо бы, если все получилось именно так. Можно без драки. Даже лучше без драки - не хотелось прослыть в Лениных глазах хулиганом и драчуном. Меня бы и последняя часть вполне устроила, когда она сама подходит и целует. Главное, что бы мне самому не пришлось предпринимать ни каких шагов. Я ведь, наверняка, все испорчу! Скажется полнейшее отсутствие опыта, помноженное на волнение.
  Противный голосок внутри подсказывал, что не получится отсидеться в сторонке. Нужно будет обязательно сделать шаг на встречу. Только какой? Сказать: "Привет, малыш, ты типа мой идеал!" После этого она убежит прочь, быстрее спортивного болида, и будет абсолютно права.
  Даже, если все сложится удачно, что делать с поцелуем? Вот тут страх все испортить достигал своего апогея. Вдруг Ленка в этом отношении уже опытная барышня, и поймет, что у меня это первый раз? Я же не знаю наверняка, может быть, она ходила на свидание с одним из тех старшеклассников! Наверняка, почувствует неловкость моих поцелуев, и станет надо мною смеяться. Непременно растрезвонят своим подругам, те своим, и не успеешь оглянуться, как о тебе, четырнадцатилетнем парне, еще ни разу, не целовавшегося с девчонкой, узнает вся школа. Позору не оберешься! Черт подери, хоть иди и на помидорах тренируйся, лишь бы избежать всех этих ужасов!
  Если бы не эти панические мысли, я бы непременно сразу обратил внимание на одну приметную особу. Хотя, может быть, причина моей невнимательности крылась совсем в другом. Я ожидал встретить ту самую серую мышь, которая стала наведываться в мои сны. Вместо нее, я увидел другую женщину, увидел краем глаза и почти не придал значения. Так, только скользнул взглядом и уже готов был вернуться к нерадостным мыслям, когда меня словно током ударило. Женщина стояла и смотрела перед собой, в точности как та тетка с шарфиком. Она не рассматривала схему метро, висевшую над дверью, и не изучала рекламные объявления - она просто ожидала, когда перед ней откроются двери.
  Неправильные двери
  Я собрался, и начал исподтишка ее рассматривать. Действительно не серая мышка, скорее уж розовая свинка! Не хорошо было так думать про человека, однако других аналогий придумать не смог. Она была просто чудовищна толста. За ее огромным телом, не было видно обеих створок двери. Одета была в опрятный черный плащ. В руке у нее был чем-то заполненный, огромных размеров желтый пакет из супермаркета. Скорее всего, еда. Нет, а что же еще? Чтобы такую тушу прокормить, наверное, тонна продуктов потребуется!
  Тоже странная, но на первую совсем не похожа. Даже цвет волос у нее был другой - черный, а вместо конского хвоста - каре. Зато странности были очевидны и сразу бросались в глаза. Правая ее рука, та в которой был пакет, постоянно дергалась. Не было для этого никаких объективных причин. Вот рука опущена вдоль тела, и тут ее подбрасывает вверх, как будто тело прошил разряд тока. Никогда ничего подобного не видел!
  Вдруг ей просто плохо? Какое-нибудь нервное расстройство? Или она так, к примеру, мышцы на руке качает, а я уже возомнил себе невесть что?
  Она меня пугала, одним своим видом. Я надеялся, что ошибся, что перед ней дверь в стене не откроется.
  Всего лишь женщина. Самая обычная, пускай и крупная. И нерв в руке защемлен. Объявят остановку, и она, вместе с другими пассажирами, выйдет на станцию.
  Электричка начала замедлять ход.
  Времени на раздумья больше не оставалось. Если я не хочу упустить свой шанс, то должен, когда откроются двери, оказаться к ней, как можно ближе.
   Подскочил с места, и стал пробираться к ней, протискиваясь между пассажирами. Вполне вероятно, что я ошибся, приняв желаемое за действительное. Только вот интуиция нашептывала, что я прав и не должен отступать, иначе все поиски окажутся тщетными, и я всего лишь напрасно потратил свое время.
  Еще один маленький шажок в сторону женщины, за ним еще один, и еще. Представляю, как странно должно быть выглядел со стороны. Словно хищник, подкрадывающийся к жертве. Хотя в данном случае аналогия не уместна. Исходя из разницы в массе тела, на роль жертвы больше подходил я. Небольшой мышонок, подбирающийся к слону, чтобы что? Напугать? Выставить себя на посмешище?
  Я подошел к женщине вплотную. Нас, так же как и в моих кошмарах, отделяло друг от друга расстояние вытянутой руки. И тут произошло странное, то, чего не было в прошлый раз. Мир вокруг меня изменился. Замедлились движения. Голос, объявляющий станцию начал растягиваться, как бывает, если магнитофон зажевывает пленку.
  Потом звуки вообще полностью пропали. Только тишина вокруг, от которой в ушах начало звенеть.
  Я обнаружил, что мир вокруг наполнил яркий свет, превративший лица пассажиров в зыбкие тени. Этот свет окружал женщину, а я лишь оказался рядом. Она будто стояла на сцене, в свете софитов.
  Женщина вдруг начала размахивать руками, изображая карикатурную пародию на аэробику. Да нет, не зарядкой - подобные телодвижения обычно совершают колдуны из фильмов - изломанные, будто в припадке, руки, совершающие нелепые пассы, дергающееся тело, запрокинутая голова. Ничего подобного в прошлый раз не было. Та женщина просто вошла в стену - эта делает что-то другое, боле похожее на часть обряда Вуду, непонятное и внушающее страх.
  Хотя, может быть дело в том, что месяц назад я был недостаточно близко, чтобы разглядеть детали? Поэтому и не увидел свечения и замедления мира вокруг, потому что сам продолжал оставаться его частью?
  Попытался оглядеться по сторонам. Голова двигалась с трудом, будто я вдруг оказался в воде. Наконец мне удалось окинуть взглядом весь вагон. Как и в прошлый раз никто не обращал на происходящие странности внимания. Все люди замерли на своих местах. Неужели остановилось время? Я пригляделся и понял, что это не совсем так. Оно просто очень сильно замедлилось. Мужчина как раз перелистывал страницу книги, но делал все, раз в десять медленнее, чем это происходило обычно. Женщина поправляла челку, словно в замедленной съемке. Если бы сейчас кто-нибудь выстрелил из пистолета, можно было бы увидеть, как летит пуля. Еще одна девушка смотрела прямо на меня. Смотрела абсолютно безразлично, будто ничего странного не происходит. Смотрела сквозь меня и не видела.
  Электричка остановилась.
  Двери медленно, словно приняли снотворное, начали разъезжаться в стороны. В след за ними, так же медленно, некоторые пассажиры, из тех, что предпочитают ждать до последнего, а потом пробиваться сквозь людей к выходу, стали подниматься со своих мест. Я вновь повернул голову к женщине. Она перестала совершать пассы. Стояла, опустив руки вдоль тела, и лишь правая рука немного подергивалась. Двери, перед ее лицом, начали разъезжаться в стороны. Странно было то, что в стекле я не видел ее отражения. Стекла приобрели какой-то сероватый оттенок, в котором абсолютно ничего не отражалось. Будто покрылись пленкой.
  Стена, облицованная серыми гранитными плитками, начала преображаться. Камни, потеряли свою четкость и цвет - превратились в воду, по поверхности которой гуляли слабые волны. Потом, на миг, все замерло, и по поверхности гранита пошли круги, будто от камня, брошенного в лужу. Как только круги разбежались в разные стороны, на месте стены оказалась дверь. Совсем не та, что я видел в прошлый раз. Очень эта дверь была похожа на пластиковую, которую родители установили у нас дома на балконе, вместе со стеклопакетом.
  Женщина спокойно вытянула руку вперед и потянула вниз дверную ручку. Легкий хлопок, и дверь открылась. Я пытался заглянуть за ее плечо, чтобы увидеть, что там, за ней, но у меня ничего не получилось. Дверной проем полностью закрывало исполинская спина.
  Тетка уверенно пошла вперед, а я не знал, что же мне делать. Все мои, надо признать, немногочисленные мысли, куда-то испарились. В горле вдруг пересохло на столько, что не получалось извлечь из себя не звука, для того, чтобы окликнуть женщину. И тут дверь начала, медленно, но неотвратимо закрываться. Я понял, что с секунды на секунду, она захлопнется, электричка уедет на следующую станцию, а мне так и не удастся узнать, что же скрывается за дверью в стене.
  Переполненный отчаянной решимостью, я сделал несколько быстро шагов вперед.
  В неизвестность.
  Я буквально впрыгнул в дверь и в следующий миг жутко испугался. Что же я наделал? Куда меня понесло?! Я резко повернулся назад, намереваясь вернуться в вагон, но было уже поздно. Дверь исчезла, а вместо нее была ровная стена светло-коричневого цвета...
  
  
  Глава 3. Коридор.
  
  Впереди, передо мной, была идеально ровная стена.
  Дверь исчезла, так же быстро, как и появилась. Да и с чего я взял, что она останется на месте? Если в метро она исчезала сразу же, как через нее прошел человек, то логично предположить, что и в пункте назначения случится то же самое.
  Я огляделся по сторонам. Коридор, метров двух шириной. От пола до потолка немногим больше. Никаких указателей, табличек или просто надписей на стенах, но сразу становилось понятно, что это уже никакое не метро. Не могли такой коридор соорудить мои соотечественники - они бы побелили потолок, покрасили стены и пол в разные цвета, а тут все одного цвета и материала. Да и грязи никакой не видно - идеальная чистота, что тоже наводило на размышления определенного рода. Я вошел в дверь в стене метро и оказался в каком-то ином месте.
  В каком?!
  Где я?
  Как отсюда выбраться?
  Паника накатывала волнами, которые грозили захлестнуть меня с головой. Я не знал, где оказался, и, главное, не имел не малейшего представления как вернуться обратно. О чем я думал?! И тут же сам себе ответил - да ни о чем. Поступил, так как поступают герои в книжках - не задумываясь, ринулся вперед, головой в омут. В книгах-то, все заканчивает благополучно. Но ведь это реальная жизнь, в которую нежданно вкралась фантастика. А реальность она куда страшнее - в ней не всегда конец благополучный. И вряд ли я, при всех своих талантах, попадаю под определение героя. Вероятность выбраться из этого коридора, могла быть крайне невелика...
  Стоп! - произнес я мысленно. Панические мысли тут же успокоились, словно с интересом ожидали, что же я смогу придумать.
  Я ведь не просто так здесь оказался - я шел за белым кроликом. То есть не за кроликом, конечно, а за живым человеком. Значит, мне всего лишь необходимо догнать толстую женщину, и попросить ее вернуть меня обратно. Все гениальное просто!
  На деле оказалось, что просто все было только на уровне плана. Женщины, пока я придавался запоздалым размышлениям, уже и след простыл. Куда же она подевалась? Не могла она так быстро убежать, чтобы скрыться из поля зрения. Спрятаться ей было не куда - на много сотен метров вперед тянулся ровный, без ответвлений, коридор. Царила идеальная тишина, в которой я слышал быстрый перестук своего сердца, но не улавливал эха чужих шагов.
   Коридор был весьма скудно освещен. Возле стен переплетались зыбкие тени. Потолок был полностью погружен во тьму. Лишь через каждые метров двадцать попадались освещенные участки. Сколько я не вглядывался, никаких светильников так и не заметил. В определенных местах, потолок светился, испуская бледно-желтый, словно у слабенькой лампочки, свет. Казалось, что это сияние с минуты на минуту исчезнет. Пока же, свет потоком лился вниз, освещая относительно небольшие участки коридора. Между пятачками света притаилась тьма...
  Стоять на месте - не выход - это я прекрасно понимал. Вероятность того, что вновь откроется дверь, которая выведет меня обратно в метро, была крайне мала. Нужно идти вперед, постараться догнать женщину, из-за которой я очутился в этом странном месте. Объяснить ей ситуацию, в которую угодил из-за своей глупости и любопытства, и попросить вывести меня отсюда. Даже если не успею ее нагнать, где-то впереди должен быть выход!
  Только вот не хотелось идти вперед - боязно стало. Я чувствовал, что с этим коридором что-то не так. Страх исходил от стен, и маленькими порциями, проникал в меня.
  Кое-как смог взять себя в руки и заставил сделать первый, робкий шажок. Ничего не произошло: не открылась под ногами ловушка, из стен не выскочили огромные шипы, и поток не стал опускаться вниз...
  И чего, спрашивается, я боялся?
  Сделал еще один шаг. Снова ничего не произошло. Я так этому обрадовался, что укорил шаги, стремясь как можно скорее добраться до первого освещенного участка пути.
  Ничего ужасного, со мной так и не произошло. Коридор хоть и был странным, никаких опасных сюрпризов в себе не таил. По крайней мере, пока.
  Внезапно я осознал, что не слышу своих шагов, да и вообще никаких звуков. Даже шарканья подошв, и то не было - специально проверил. Звуки исчезали, словно впитывались в воздух...
  Лишь оказавшись внутри освещенного участка, я немного успокоился. Даже сам не заметил, что шел по коридору, как по минному полю - напрягшись и постоянно ожидая подвоха.
  Свет стекал по моему телу, и от него распространялось тепло. В буквальном смысле слова. Температура здесь была на несколько градусов выше, чем в пройденном мной участке коридора. Не просто свет лился с потолка, но и тепло исходило, словно от миниатюрного солнышка.
  Позволив себе несколько секунд отдохнуть, я пошел дальше.
  За участком света был, куда больший по размеру, участок темноты. Я робко шагнул в темноту. Снова ничего не произошло - из темноты не вылезло щупальце, которое утянуло бы меня за собой, не выскочил оборотень или вампир, жаждущий испить моей кровушки.
  Я шел вперед, к яркому светлому пятну - стремился к нему, как безмозглая бабочка к огню. Несколько десятков шагов отделяли меня от него, но мне это небольшое расстояние, казалось огромным и непреодолимым - словно растянулось на несколько километров.
  Коридор был по-прежнему ровным и некуда не сворачивал. Достаточно было идти строго прямо, чтобы не сбиться с пути. Вместе с тем, спустя несколько шагов, я не выдержал и оперся правой рукой о стену. Во мне поселился иррациональный страх, что могу заблудиться в окружавшей меня тьме - нашел надежную опору.
   Стена оказалась странной, под стать всему коридору, да и всей ситуации в целом, в которую меня угораздило влипнуть. Вроде покрыта обычной краской, из самых дешевых. Такой вполне могли покрасить какой-нибудь подъезд в "хрущовке". Стоило лишь коснуться поверхности, как малейшее сходство испарилось. Стены в подъездах всегда шероховатые, как наждачная бумага, в потеках, и проводить по ним рукой совсем неприятно. Здесь же стена была идеально гладкой, словно поверхность зеркала. К тому же, она оказалось теплой, и немного упругой. От этого, сразу же создалось впечатление, что стена покрыта человеческой кожей. Едва я только это осознал, как сразу же, преисполненный брезгливости, отдернул руку. Тщательно вытер ладонь о джинсы, пытаясь удалить даже тень воспоминания о том, что касался стены.
   Наконец мне удалось взять себя в руки, и я пошел вперед.
  Оазисы света и тьмы поочередно сменяли друг друга. Я старался ни о чем не думать. Ни о том, где я, не о том, кто построил этот коридор, и, наконец, гнал метлой прочь мысли о том, что ждет меня в будущем. Я сосредоточился на движении. Посмотреть вперед и мужественно сделать шаг, а за ним еще один, и еще. Ровно тридцать шагов, и снова оказываешься в круге света. Немного постоять, греясь, и готовясь шагнуть в темноту, словно прыгнуть в прорубь. У меня создавалось впечатление, что когда я иду во тьме, она медленно и незаметно выпивает из меня жизненные силы. Поэтому я старался подольше находиться, под светом невидимых светильников. Я пытался впитать в себе свет и тепло, сполна пополнив их запасы, чтобы тьме не удалось полностью осушить меня.
   Так я шагал в течение двадцати пяти минут (специально засекал по мобильному), или двух с половиной тысяч шагов. Я зашел в очередной круг света и застыл на месте, пораженный до глубины души.
  Впереди не было света.
  Лишь тьма.
  Несколько минут, до рези в глазах, я вглядывался в клубящуюся передо мной темноту, мечтая разглядеть в ней хоть что-то. Хоть маленький лучик света, небольшой проблеск, яркую искорку - все тщетно. Только лишь тьма, которая уже не казалась самой обычной. Она слегка пульсировала, передвигалась, словно жила своей собственной жизнью.
  Я закрыл глаза, прислушиваясь к колотящемуся сердцу. Не паниковать. Не может быть такого, чтобы в этом коридоре не было не выхода, не входа. Так не бывает! И тьма вовсе не пульсирует - так тоже не бывает! Она не живое существо, а всего лишь, отсутствие света. Все эти перемещения мне померещились. Вот сейчас дам глазам отдохнуть, и наваждение пройдет.
  В конце концов, если отбросить эмоции и постараться мыслить логически - женщина же как-то смогла выйти из этого коридора. Значит и я смогу! Выход есть, его не может не быть. И, наверняка, он впереди. Там впереди, первый, за все время моего путешествия, поворот. Поэтому, из-за угла, я и не вижу следующего светильника! Только и всего - загадка очень просто решалась, безо всякой мистики, вроде шевелящийся тьмы.
  Кое-как заставил себя открыть глаза. Ровным счетом ничего не изменилось. Все та же непроглядная тьма впереди, и продолжающее шалить воображение, которое упорно видело в ней некие шевеления!
  Ерунда это все. Нужно уже переставать быть маленьким мальчиком и научиться принимать важные решения. Если решил, что впереди поворот, и надо идти, значит надо идти.
  Только вот мое сознание, вся моя сущность, активно этому противилось. Все внутри меня протестовало против такого решения. Все внутри вопило - не делай этого! Может быть, это всего лишь обычный страх перед неизведанным, а вдруг нечто больше? Обострившаяся интуиция, или ангел-хранитель, удерживающие от губительного шага.
  Но и стоять на месте, или возвращаться назад - тоже не выход. В коридоре не было иного пути - лишь идти вперед.
  Я глубоко вдохнул и выдохнул, и протянул вперед руку, словно пытался ответить на чье-то рукопожатие. Ладонь погрузилась во тьму. Она буквально в ней исчезла, растворилась! Я не видел своих пальцев, не видел даже размытого пятна на месте запястья.
  Крича от страха и ужаса, я отдернул руку. Все в порядке, все пальцы на месте. Совсем ничего не пострадало, и новое не отросло. Ну, подумаешь, они совсем немного посинели и замерзли. Так в этом коридоре везде так - за пределами освещенных участков немного холоднее. Правда, здесь уже не немного. Впереди, судя по ощущениям, была минусовая температура...
  Нет пути вперед, его просто нет! Стоит мне сделать шаг, выйти за пределы света, и она меня никогда не отпустит. Я растворюсь в ней, сгину навсегда! Стану ее частью, маленьким темным пятнышком, и не останется шансов на спасение.
  Паника. Она уже не просто наступала - она поглотила меня целиком, и не осталось сил, чтобы ей противиться.
  Я не должен быть здесь! Для меня не должно все закончиться так! Я еще слишком молод, чтобы взять и умереть. Я еще ничего не видел, даже не целовался ни разу!
  Это не справедливо!
   Так в книгах не бывает. Не должны положительные герои умирать в самом начале пути. Тем более, если герой повествования ребенок. Особенно, если этот ребенок я!
  Все окружающее вдруг перестало напоминать сказку, в которую я самым чудесным образом попал. Никакое это не захватывающее приключение! Это реальность, в которой можно умереть навсегда, и ни какого продолжения не будет. Неоткуда ждать помощи. И для надежды места не осталось. Я в ловушке, заперт в этом коридоре. И когда погаснут все светильники, я буду поглощен тьмой...
   От страха и жалости к себе я заплакал. Слезы потоком катились по моему лицу. Я стирал их руками - тут же, им на смену, приходили новые. Из последних сил, сдерживал рыдания, но они, раз за разом, прорывались наружу очередными порциями слез и всхлипов. Я стоял на месте, скрыв лицо в ладонях, и рыдал в голос.
   А тьма все так же бесстрастно наблюдала за моими страданиями...
   Вот оно наказание за собственное любопытство и глупость.
   Мне не место здесь. Я домой хочу. Мне здесь не место! Не место!
   Ни знаю, сколько я так прорыдал, то моля высшие силы о помощи, то, проклиная их самыми грязными словами.
   Слезы закончились. Я убрал ладони от лица, и шмыгнул носом. Как бы мне не было страшно - нужно идти вперед. Другого выхода просто нет.
  Открыл глаза, и почувствовал, как отпала челюсть. По правую руку от меня, в стене, появилась дверь! Совсем как у меня дома.
  Откуда? Всего несколько минут назад, на этом самом месте, была идеально ровная поверхность, без зазоров!
   Но ведь и попал я сюда, как раз через такую дверь!
   Зайти в нее? В прошлый раз, это меня привело в этот коридор.
  Но какая альтернатива?
  Пускай эта дверь будет изготовлена из человеческих костей. Пускай! Иного варианта у меня все равно нет. Разве, что остаться на месте и ждать, когда тьма все же до меня доберется.
  Нет, это не вариант!
   Я, взялся за ручку и повернул ее. Щелкнул замок. Я открыл дверь и, зажмурив глаза, шагнул внутрь...
  
  Глава 4. Станция.
  
   Постоял немного, прислушиваясь к ощущениям. Мыслю - значит существую. Жив, здоров. Уже не плохо.
   Открыл глаза.
   Напрасно я считал, что за сегодняшний день уже разучился удивляться. Судьба не уставала преподносить мне сюрпризы, от которых я бы предпочел держаться подальше. А все, из-за моего неуемного любопытства. Ведь мог бы сейчас в безопасности сидеть дома, пить чай и непринужденно общаться с родителями. Черт меня дернул, начать искать приключения, не иначе. Нашел, называется, на свою голову!
   То, что я не дома - абсолютно точно. Дверь из коридора привела меня совсем в иной мир - в этом теперь не оставалось никаких сомнений.
   Передо мной был огромный зал, настолько большой, что я не видел его противоположного края. Весь он был заполнен созданиями, всевозможных форм и размеров, о которых на земле никогда не слышали. Какой-нибудь режиссер ужастиков, или вконец спятивший писатель-фантаст, нашел бы здесь массу интересных объектов, для своего творчества.
   Складывалось ощущение, что не схожесть во внешнем облике, послужило главным критерием отбора. Каждой твари по паре, или вроде того. Здесь исполины, запросто соседствовали с карликами, а существа, чей вид внушал отвращение, шли рядом с прекрасными созданиями, от одного взгляда на которых сладостно замирало сердце в груди.
   Это был не зоопарк - никаких тебе клеток, вольеров или ограждений - к тому же, все существа производили впечатление разумных. Они не просто находились здесь, в этом месте - каждый целеустремленно спешил вперед, преследуя свои цели. Понять бы еще, что это за место такое.
   Двигались существа в разных направлениях, от чего создавалась давка, и нередко происходили столкновения. Но, вместе с тем, из-за этого не возникало конфликтов. На моих глазах, столкнулись существо, больше всего похожее на хищного динозавра, и нечто, внешним видом смахивающее на бегемота - такое большое, толстое и неповоротливое. Вместе с тем окрас у последнего существа, носил ярко-розовый оттенок, что лишь добавляло его облику комичности и несуразности. Ему было самое место в добром диснеевском мультике, чтобы вызывать потоки восторгов у маленьких детей. По логике вещей, динозавр, за такой тычок, просто обязан был накинуться на более слабого противника. Вместо этого, существа лишь кивнули друг другу, и пошли дальше, как ни в чем не бывало. Подобное поведение еще раз говорило в пользу моей теории о разумности всех этих существ.
   Очень многие носили разнообразную одежду. От простой набедренной повязки, каковая красовалась на трехметровом, четырехруком титане, с угрожающей физиономией. Своим единственным глазом он буквально просверливал дырки в каждом встречном, при этом тонкие губы презрительно кривились. Впрочем, что я мог знать о физиогномике существ из других миров? Не исключено, что, таким образом, он наоборот, каждому встречному выражал свое расположение.
   Ему на встречу, стараясь не наступить в слизь, оставленную осьминогом, держась под руки, прошли лисицы, облаченные в костюмы, соответствовавшие веку так девятнадцатому. Передвигались они совсем как люди, на двух ногах и при этом не испытывали от этого никакого дискомфорта. На мужчине, был серый костюм-тройка, в полоску. На голове черный, высокий цилиндр. На его спутнице роскошное белое платье, с оторочкой из жемчуга, и длинным шлейфом. В одежде были специальные места, сквозь которую наружу выглядывали пушистые рыжие хвосты, с белыми кисточками. Их морды, или лица - не знаю, как правильно сказать - казалось, улыбались.
   Следом за ними прошествовала небольшая процессия, состоящая из семи существ, каждый из которых был облачен в серебристый скафандр. Учитывая их рост - немногим больше метра, и цвет кожи - светло-зеленый, больше всего они походили на инопланетян, каковыми их изображали в фильмах пятидесятых годов - те самые захватчики с Марса. На их поясах висели предметы, больше всего похожие на инопланетные бластеры, от чего сходство с кровожадными марсианами лишь усиливалось.
   Над их головами пролетел огромный кузнечик, размерами с взрослую лошадь. В полете, каким-то совершенно фантастическим образом, ему удалось избежать столкновения с миниатюрным птеродактилем. Приземлился тоже не очень удачно - прямехонько на щупальце, некоего совершенно невообразимого существа, обильно покрытого слизью и отвратительного вида наростами. Тот, в ответ, щелкнул клешней, но ни в какой конфликт это снова не вылилось. Если бы это все же произошло, от кузнечика остались бы только лоскутки, учитывая размеры и внешний вид твари.
   От многочисленных лап, щупалец, ног, хитиновых панцирей, костных наростов, хвостов, клыков, всевозможного вида усиков и крыльев, глаз любых форм, размеров и количеств на одной особи начинало рябить в глазах. Тем неожиданней было увидеть, среди всех этих тварей, людей, пускай и весьма необычных на вид. Четыре человека, каждый около двух метров ростом, прошли совсем недалеко от меня. Казалось бы, обычные люди - две руки, две ноги, голова и туловище в единственном экземпляре - но вот цвет кожи, ярко-синий. На лице, и открытых участках кожи ни волоска. Глаза - белые бельма, без малейшего намека на радужку и зрачок. Вместе с тем, это отнюдь не мешает им ориентироваться в пространстве. На лицах нет морщин - они гладкие, кажется даже без пор, из-за чего сложно определить возраст. По строению черепа, самым вероятным было то, что это мужчины. Облачены они были в однотонные черные костюмы, похожие на водолазные.
  Я зачарованно посмотрел им в след, но так и не посмел окликнуть. Сразу ясно, что это тоже инопланетяне и все равно не поймут, чего я от них хочу.
  Эта встреча, однако, пробудила во мне надежду. Вполне могло оказаться, что в этом месте есть и другие люди. Найти их и, как знать, быть может, удастся вернуться домой.
  Что-то пребольно укусило меня за шею, совсем рядом с ухом, и отвлекло от наблюдений. Я звонко шлепнул себя ладоней, по месту укуса, словно пытался прихлопнуть комара. Не удивительно, что здесь есть насекомые, учитывая какое количество всевозможных особей, собралось в одном месте. Какие-нибудь инопланетные блохи на них наверняка притаились. Даже странно, что при этом в воздухе не витает невообразимого смрада, от всевозможных выделений этих существ. Приятный свежий воздух, с легкими оттенками персиков.
  Как бы ни подхватить из-за этого совсем не болезненного укуса, какую-нибудь серьезную инопланетную болезнь! - не на шутку разволновался я. Картины ужасающей гибели проносились в голове с ужасающей скоростью. Вот у меня поднимается температура и останавливается сердце, вот горло мое раздувается на столько, что не могу дышать, или покрываюсь отвратительными волдырями, пятнами и нарывами, после чего я превращаюсь в уродливое чудовище, или взрываюсь, как шарик. Вариантов масса, один другого хуже, особенно, когда не знаешь, чего можно ожидать от инопланетных инфекций.
  Несколько минут я простоял в состоянии молчаливой паники.
  Прислушался к ощущениям и не заметил в себе ровным счетом никаких изменений. Все, как будто, в порядке. Оставалось надеться, что пронесет, и ничего не излечимого, я от укуса не подхвачу.
  Укус, тем не менее, кроме очередного выброса адреналина в кровь, сыграл и положительную роль - вывел меня из оцепенения вызванного одним видом инопланетян. Стоять на месте, и следить за ними можно было бесконечно долго, но это вовсе не поможет мне вернуться домой. Нужно действовать, идти и пытаться найти выход.
  Как странно, почти месяц я разыскивал странную женщину, почувствовав, что дело пахнет настоящим приключением. И вот я оказался посреди него, самого настоящего приключения, о котором, начитавшись книг, столько мечтал. Только вот вместо энтузиазма испытываю прямо противоположные чувства. А все о чем мечтаю - скорее вернуться домой, где все так знакомо, просто и понятно.
  Родители уже, должно быть, начали беспокоиться и обзванивают всех моих знакомых...
  Эти мысли, от которых в горле сразу же образовался ком, я постарался изгнать. Понимал, что сейчас не время и не место придаваться сантиментам. Вместо этого, следовало немедленно заняться поисками выхода.
  Температура в помещении около двадцати градусов Цельсия, может быть чуть меньше, поэтому в своей теплой зимней куртке, я чувствовал себя как в парилке. Стянул с себя куртку, бейсболку убрал во внутренний карман, и ладонью вытер пот со лба. Волосы на голове были мокрыми и слиплись в неопрятный ком. Я пригладил их рукой, зачесал назад. И перекинул куртку через руку, чтобы не мешалась.
  Прежде, чем идти вперед, нужно было осмотреться по сторонам, только не столь эмоционально, а подмечая и анализируя все мелочи. Это вполне могло мне помочь определиться с последующими действиями.
  Стоял я возле стены, в краю зала. Вокруг меня было свободное пространство, совершенно не запруженное инопланетянами. Впереди, метрах в трех от меня, широкая колонна, подпиравшая, так мною и не увиденный свод. Колонны эти, из светло-серого материала, шли по ровной линии, с интервалом метров в двадцать. Они служили разделом, линией, за которую пришельцы просто так не заходили, даже для того, чтобы обогнуть возникший затор.
  Объяснение этому я нашел очень быстро и склонялся к тому, что оно верное. Колонны отделяли, своего рода, место прибытия. Каждую минуту, в стене, открывались все новые и новые двери, из которых появлялись очередные инопланетяне. Новоприбывшие, в отличие от меня, не замирали на месте, а целеустремленно шли вперед, вливаясь в общую массу существ. Для них, это место не было чем-то диковинным или не обычным. Я сейчас, словно дикарь, впервые увидевший трамвай, или типа того. Потому как ни чем иным, как неким вариантом вокзала, это место не могло оказаться. Пускай, здесь нет привычного транспорта, а путешествия осуществляются по средствам дверей. Назначение, видимо именно такое.
  Значит точно, необходимо идти вместе со всеми. Рано или поздно, дойду либо до выхода, либо до местного аналога касс. Второе, пожалуй, более предпочтительно. Там можно будет жестами, или как-то еще, объяснить постигшие меня трудности и получить помощь. Только вот куда идти, направо или налево? Большинство новоприбывших, шли вправо - наверняка именно там и располагался выход. Поэтому я пошел налево, желая найти служащих этого вокзала.
  Не придаваясь рассуждениям, знал, как далеко они могут меня увести от намеченной цели, я шагнул в толпу. Было страшно. Ну а вдруг, кто-то меня не заметит и раздавит? Страхи рассеялись спустя всего минуту, когда я понял, что все создания вокруг дружелюбны и миролюбиво настроены. Они не перли на пролом, даже если было заметно, как сильно они торопятся. Проявляли вежливость и учтивость, внимательность и учтивость, стараясь ни на кого не то что наступить, а даже ненароком задеть.
  Это придало мне уверенности, и я ускорил шаг.
  Впереди проползла улитка, величиной со средний микроавтобус. Следом за ней тянулся липкий, отвратительный на вид след из слизи. Нужно быть осторожней. Не дай бог на таком вот подарочке от инопланетян поскользнуться. Мало того, что противно и ботинки после этого не сразу очистишь, так еще и навернуться можно очень прилично, не без последствий.
  И как они здесь, интересно, с грязью справляются? Весь пол должен быть изрядно уделан такими вот и похожими выделениями. Но он чистый, на плитах, образующих какой-то хитрый орнамент, даже следов элементарной грязи и то не было заметно. Никаких уборщиков с тряпками или иными приспособлениями тоже не наблюдалось. Все встало на свои места, когда я увидел, как слизь просто втягивается в пол. Буквально через секунду от нее не осталось и следа - только подогнанные друг к другу плиты, по внешнему виду очень похожие на мрамор, идеально чистые, словно их только что вымыли.
  В очередной раз за сегодня я удивился, правда, уже не так сильно, как раньше. Ну, очищают полы сами себя и ладно. Очень практично и удобно. До дверей, появляющихся ниоткуда и ведущих в другие миры, им все равно далеко!
  Украдкой кидал взгляд вверх, но потолок так разглядеть и не смог. Было заметно, что стены, ближе к верху, несколько сближаются. Наверняка там купол, как в церкви. Только вот не видно его было потому, что сверху клубился непроглядный серый туман, в котором, очень быстро, мелькали черные тени. Серый туман висел, где-то на высоте пятиэтажного дома. Какое расстояние от него до купола, можно было только догадываться. Даже не хотелось себе представлять, что это может быть такое. Сквозь туман, местами, словно сквозь листву, пробивались золотистые солнечные лучи, из чего можно было сделать вывод, что купол над головой прозрачный.
  Я шел уже минут пять, а вокруг ничего не менялось. Помещение все тянулось и тянулось, заставляя в очередной раз удивляться его исполинскими размерами. Противоположной стены я тоже не видел, так она была далеко. Мне показалось, что где-то в дали, по правую руку от меня, я вижу ровный ряд колонн, но не смог бы поручиться, они это были или очень высокие инопланетяне.
  Ни одного указателя так и не заприметил, зато версия, что очутился я в каком-то гигантском межпланетном вокзале, наконец, получила свое подтверждение. Инопланетянин, одетый в темно-фиолетовый френч, и с пучком щупалец вместо рта, прокатил тележку, на которую были навалены чемоданы и сумки, самого банального вида. Зато тележка передвигалась вперед безо всяких колес - она спокойно парила в воздухе, сантиметрах в двадцати над полом.
  - Смотри, куда прешь! - кто-то врезался мне в плечо.
  В том, что я все же с кем-то столкнулся, не было ничего странного. Странно было другое - неведомый обидчик обратился ко мне на чистом русском языке!
  Я повернулся, и схватил человека, толкнувшего меня за руку. Да это было грубо, и не прилично, но упустить свой шанс вернуться домой я тоже не мог!
  Оказалось, что это был совсем молодой парень, мой ровесник. Ну, может быть, совсем немного постарше. Примерно одного со мной роста, только гораздо шире в плечах. Сразу заметно, что ему не чужды занятия спортом. Одет в достаточно привычные для меня вещи - кожаную, темно коричневую куртку, с широким воротником, на которой, к тому же, было огромное количество карманов; Темно-синие штаны, очень похожие на джинсы, только пошитые как-то непривычно и совсем не из джинсовой ткани. Под курткой, что-то вроде водолазки. На ногах, тяжелые, грубые ботинки, какие обычно носят неформалы.
  Лицо самое обычное, как у любого другого мальчишки, нашего возраста. Худощавое, располагающее к себе. Тонкий нос с горбинкой, смотрел немного в сторону - видно его, минимум один раз ломали. Черные волосы зачесаны назад.
  - Отпусти меня, а то руку сломаю! - пригрозил он мне, и глаза его угрожающе сверкнули.
  - Подожди, не уходи, - попросил я, и лишь после этого отпустил его предплечье. - Мне нужна твоя помощь.
  - Какая еще помощь?
  - Понимаешь, я попал сюда из-за глупого стечения обстоятельств и теперь не знаю, как мне выбраться обратно. Ты мне не поможешь?
  - Чего?! - он был не просто изумлен, а ошарашен и даже не пытался этого скрыть.
  Добавить что-либо к уже сказанному было нечего, поэтому я лишь пожал плечами.
  - Ну-ка, пошли, поговорим, - решился, наконец, парень. Он целеустремленно пошел через толпу, ничуть не заботясь о том, чтобы соблюдать правила приличия. Толкался и пихался, если кто-то оказывался у него на пути, и даже не пытался за это извиниться. Такое наглое, вызывающее поведение ровесника меня коробило.
  Мне пришлось поспешить, чтобы не отстать от моего нового знакомого.
  Едва мы только выбрались из толпы инопланетян, и зашли за колонну, как парень вдруг резко повернулся ко мне и схватил за грудки. Мое впечатление было верно - он точно занимался в спортивном зале, потому что силы в нем было на двух таких, как я.
  - На кого работаешь? - прошипел он мне в лицо, и я удивился, какими безумными стали его глаза. - На Тьму? Кто тебе послал? Зачем? Говори!
  - Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь! - скороговоркой ответил ему я. Да я знал приемы и занимался в секции некоторое время, только сразу понял, что шансов против него у меня нет. - Не знаю, где оказался и совершенно не представляю, как можно вернуться домой. Встретил соотечественника, и решил попросить помощи!
  - Соотечественника? - удивился парень и чуть ослабил хватку. - С какой планеты ты родом?
  - Как с какой? С Земли!
  - Никогда о такой не слышал, - задумчиво проговорил он. - Какой у нее порядковый номер в общем реестре?
  - Понятия не имею! - признался я.
  - Тогда с чего ты взял, что мы с тобой родом из одного мира?
  - Так ты же разговариваешь со мной на одном языке.
  - На каком?
  - На русском! - он чего, претворяется что ли? Как будто не понимает о чем идет речь.
  - Не слышал о такой народности, - сказал он и отпустил меня. - Я сначала подумал, что ты под дурака косишь, но оказывается, нет - и, правда, дурак. Я чувствую, когда мне лгут.
  - Зачем же сразу обзываться?
  - Я не имел в виду ничего дурного, - парень задумчиво смотрел на меня, словно пытался что-то для себя решить. - Как тебя зовут?
  - Артем Давыдов, - представился я. - Но можно просто, Тема.
  - Очень приятно. Меня зовут Алан Шор младший, наследный герцог Адорский. Можешь называть - Алан.
  Надо же, обычное земное имя. И даже титул. Такой молодой, а уже герцог. Только бы он не оказался из золотой молодежи!
  - Значит, говоришь, не понимаешь, где оказался?
  - Совершенно верно, - кивнул я.
  - Позволь, угадаю. Перед тобой, в совершенно невероятном месте появилась дверь. Появилась там, где ее никогда не было, да и не могло быть. Я прав?
  - Так и все и было! - похоже, что Алан действительно был в курсе происходящего. Историю с коридором, я решил пока что не рассказывать.
  - И ты никогда не слышал про станцию?
  - Смотря про какую.
  - Про ту самую, на которой мы сейчас разговариваем! Межпланетный пассажирский центр, или, как ее все называют - Станция.
  - Нет, о такой не слышал, - признался я.
  - Значит ты из закрытого мира.
  - В смысле?
  - В прямом смысле. Там, где о существовании Станции и возможности путешествия между мирами ничего не известно. Либо эта информация сознательно срывается от населения, и пользуются такой возможностью, лишь единицы из правящей элиты. В любом случае, на такой планете нет своего представительства Станции, и подавляющему большинству жителей о ней неизвестно.
  - Но ведь может быть и такое, что это на Станции никто просто не знает о моей планете, поэтому нет представительств и информации о вас.
  - Такой вариант можно сразу же исключить, - покачал головой Алан. - Координаты всех миров, на которых присутствует разумная жизнь, есть в архиве Станции. Планеты, которой нет в этом списке, быть не может. Значит, к вам должны были отправляться посланники, чтобы предложить место в содружество миров. Если вы отказались вступать и соблюдать общие законы, значит, ваш мир считается закрытым, и доступ в него ограничен. Впрочем, ладно. Не так это сейчас и важно.
  Про Станцию, на самом деле, было бы интересно послушать. Кто и когда ее построил? Кто собирает информацию о других мирах, и почему она считается такой полной, без исключений? Есть ли у Станции иные функции, кроме вокзальной? Много вопросов, из которых вылилось бы еще больше вопросов. Другое дело, что сейчас меня больше интересовали совсем иные проблемы, а любопытство, в этот раз, может и неудовлетворенным побыть.
  - Пусть так. Пускай Станция и множество миров. Но как я сюда попал, если наш мир закрытый? Ты что-то знаешь про двери в другие миры!
  - Конечно, знаю, - рассмеялся Алан. - Отделения станции в каждом мире, нужны только для того, чтобы любой, самый обычный человек, или не-человек, мог отправиться в путешествие и посмотреть многообразие вселенной. Вместе с тем, всегда есть люди, которые могут открывать двери на Станцию, без посторонней помощи. Ты один из них.
  Я решил ничего не говорить о том, как я нашел эту дверь. Не время пока для этого. Вон как Алан заинтересовался, когда узнал, что я могу самостоятельно путешествовать. Если же окажется, что я всего лишь удачно увязался за нужным человеком, его интерес сразу же пропадет. А это для меня означало лишь одну вещь - он может и не помочь мне выбраться из этой ситуации.
  - То есть, я вроде как избранный?
  - Что? - Алан не доверчиво посмотрел на меня, а потом расхохотался так сильно, что у него из глаз брызнули слезы.
  - Нет, никакой ты не избранный, - отсмеявшись, сказал он. - Просто бывает такое, когда двери открываются перед самыми обычными людьми. Перед теми, кому их собственный мир стал слишком тесен, для кого привычных красок и впечатлений уже не хватает. Кто мечтает увидеть другие миры, во всем их многообразии. Это те, в ком проснулась жажда к путешествиям!
  - То есть любой ребенок? Ну, или взрослый, который никак не может выйти из подросткового возраста, и продолжает жить своими фантазиями, а не реальной жизнью?
  - Конечно, нет, - поморщился Алан. - Что за нелепое предположение? Все не так просто. Нужно, чтобы ты стал своему миру чужим человеком. Чтобы начали рваться нити, связывающие тебя с ним, чтобы ты отдалялся все дальше и тогда он тебя отпустит, и откроются проходы в другие миры, как способ сбежать от обыденности. Главное, при этом, не цепляться за рациональность и призрачные воспоминания о прошлом. Они будут притягивать тебя назад, и, в конечном итоге, ты зависнешь в некоем промежуточном положении, но и твоя жизнь уже станет тебе не мила. Так нередко происходит с по-настоящему талантливыми людьми, с гениями и если они не находят в себе сил отказаться от прошлых привязанностей, то сходят с ума, или умирают, слыша зов иных миров, и не имея возможности в них попасть.
  - Подожди! - взмолился я. - Никакой я не гений. Да, я мечтал о других мирах, о путешествиях, но не больше, чем любой другой ребенок на моем месте, обчитавшийся фантастики! Я люблю свой мир, своих маму с папой, своих друзей. У меня скоро, может быть, и девушка бы появилась. Мне нравится моя жизнь! Как могли порваться эти самые нити и связи, между мной и моим миром? - от слов Алана, мне, почему-то стало страшно. Как-то жутко это звучало - "чужой для своего мира".
  - Я не знаю, что произошло и почему. Точно мне известно лишь одно - если бы все было не так, дверь бы не то что, не открылась, ты ее даже увидеть бы не смог! Только и всего. Ладно, приятно было познакомиться и поболтать, но мне нужно спешить.
  - Подожди. А как же я?
  - В смысле?
  - Как мне вернуться домой?
  - Учитывая, что ты не знаешь порядковый номер планеты, а лишь ее местное название, сделать это будет не просто. Займет несколько дней, или недель. Никогда подобных запросов не делал, поэтому могу только предполагать.
  Я погрустнел. Несколько дней-то представлялись мне кошмаром, что уж говорить о неделях! Родители там точно с ума сойдут от горя, решив, что я попался в лапы маньяка! Как жалко маму...
  - Эй, не грусти! Ты же настоящий путешественник.
  - Я не путешественник!
  - Поверь мне - он самый! Будь ты обычным, рациональным, скучным человеком, ты бы никогда не зашел в дверь, если бы она появилась, в каком-нибудь чудном месте. Ты бы списал бы ее появление на усталость и обратился к врачу. В тебе есть авантюрная жилка. В тебе есть страсть к путешествиям и доля романтики, - усмехнулся романтик. - Ты - путешественник, пускай еще нигде и не успевший побывать. Слушай, у меня есть к тебе деловое предложение.
  - Какое?
  - У меня есть одно необременительное задание, в одном очень мирном и уютном мирке. Пошли со мной? В компании веселей будет! А тут, как раз, подоспеет ответ на твой запрос.
  Предложение Алана меня заинтриговало. Ведь если все равно ждать, терять время, то почему бы не провести его с толком? Когда еще представится случай побывать в другом мире? Скорее всего, никогда! Такая возможность может пропасть, из-за моей нерешительности!
  - А меня пустят? У меня нет денег на билет.
  - Не волнуйся! В моем пропуске указан "плюс один". Так что все будет нормально.
  - Но ты ведь торопишься! Как я успею подготовить запрос о номере своего мира?
  - Не беспокойся. Бумагу мы сможем написать уже в месте назначения, и ее перешлют сюда, без нашего участия. Не исключено, что так получится даже быстрее.
  - А паспорт или иное удостоверение личности не потребуется? У меня ведь их нет!
  - Не беспокойся. Ты же ребенок, а, следовательно, у тебя есть ряд преимуществ. К тому же, ты ведь со мной, так что никакие лишние бумаги тебе не пригодятся! Если согласен, то говори сейчас. Через пять минут откроется проход в нужный мне мир, и я не хотел бы опоздать!
  Похвальбы Алана мне определенно не нравились. То, как он подчеркивает, свое привилегированное положение. И ведь не как не проверишь, врет он о нем, или говорит правду. Хотя, какая разница? В целом он вроде парень нормальный, пускай и со странностями. А уж когда начинает говорить о других мирах, так и вообще глаза загораются.
  - Хорошо, - решился я, наконец. - Я с тобой!
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"