Firedreamer: другие произведения.

История религии Древнего Египта

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 4.99*5  Ваша оценка:

  ЗАРОЖДЕНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ
  История Египта - это история его религии. Его судьбы контролировали религиозные культы и секты, возникающие внутри этих культов.
  Библейский пророк был недалек от истины, когда называл египтян смешанным народом. Как показывают современные этнологические исследования, в додинастические времена, по крайней мере три различных расовых типа слились в Нижнем Египте.
  В отдаленные времена вся долина Нила была болотом, покрытым густыми зарослями папируса, которое впоследствии сохранилось лишь в районе Дельты. В дождливое время года водные потоки стекали с гор и сочная зелень покрывала ныне выжженные солнцем пустынные склоны. Здесь охотились и пасли свои стада люди каменного века, чьи грубые кремниевые орудия до сих пор можно найти в горных пещерах, на поверхности пустыни и в отложениях глины, смытой с гор.
  Со временем здесь появились люди с более высоким уровнем развития, и спустя многие века, когда увеличилась их численность, они разбились на племена и разделили между собой долину. Таким образом было сформировано несколько маленьких независимых царств. Впоследствии, после объединения Египта, когда правительство в конечном итоге стало централизованным, эти маленькие царства превратились в провинции, называвшиеся номы. Слияние различных племен привело в результате к слиянию религиозных верований.
  Первые поселенцы пришли из Северной Африки, которая была оккупирована племенами средиземноморской расы. Они были светлокожими, "длинноголовыми", низкорослыми, со стройными телами, орлиными носами, черными волосами и глазами. Их верования и племенные обычаи носили в основном матриархальный характер. В восточных районах Дельты они стали додинастическими египтянами; в западных районах Дельты и вдоль морского побережья, где в последующие времена произошел значительный спад, они были известны как ливийцы. Племена последних, по всей видимости, смешались с более высоким, светловолосым народом. Таким образом, в древние времена светловолосые и голубоглазые люди стали появляться в долине Нила. Их изображения встречаются на рисунках, покрывающих стены гробниц, и хотя эти люди никогда не были многочисленными, порой они имели достаточно большое влияние.
  По мере увеличения численности, народы Средиземноморья начали расселяться в различных направлениях из своей североафриканской области обитания. Их миграция на юг остановилась в Нубии, где племена переселенцев вступили в конфликт с ордами кочевников, с которыми они в конечном итоге смешались. Слияние с более высокими африканцами продолжалось и в более поздние времена. Так появились воинственные нубийцы, которые всегда представляли угрозу для династических фараонов.
  Но, очевидно, миграция средиземноморских народов в большей степени происходила в северном направлении, чем в южном. Распространяясь на восток, они проникли в Палестину и Малую Азию. Они были примитивными финикийцами, которые позднее слились с семитами, и они были хеттами, которые смешались с монголами и альпийской расой "широкоголовых". Завладев большими участками земли в Италии и Греции, они стали известны историкам как италийцы, лигурийцы, пеласги и т.д. Они основали великую цивилизацию на Крите, где, согласно имеющимся данным, их первые поселения появились еще около 10000 г. до н.э.
  Миграция на запад, в сторону Марокко, по-видимому, привела к периодически слияниям со светловолосыми горными племенами. Древние переселенцы распространились по Западной Европе и получили историческое название иберийцы. Они также встречались и смешивались с племенами, мигрировавшими вдоль морского побережья из Греции. Это были люди нового каменного века, который продолжался достаточно долго.
  Первые ростки средиземноморской цивилизации появились в районе Дельты. Эти ранние поселенцы были пастухами, охотниками, рыбаками, и среди них появлялись искусные художники и мастера, которые изготовляли из кусков кремня острые ножи, наконечники для стрел и копий. На своих маленьких лодках они плавали по Нилу под парусами и на веслах. Они верили, что жизнь следует за смертью точно так же, как день сменяет ночь, поэтому своих мертвецов они хоронили в неглубоких могилах, устланных козлиными шкурами на боку, в эмбриональной позе, а рядом с ним размещали посохи, кремниевые орудия и глиняные сосуды, наполненные едой и питьем для поддержания сил.
  Прошли века, и в Нижнем Египте появилась новая цивилизация. Здесь поселились племена завоевателей с Востока, которые принесли с собой новое искусство, стиль жизни и религиозные верования. Люди начали пахать землю после разливов Нила, сеять зерно и собирать урожай ячменя и пшеницы. Это была эпоха Осириса и Исиды, и люди поклонялись своему царю как богу. Законы, которые были суровыми и неизменными, словно законы природы, дисциплинировали людей и обеспечивали их благосостояние. Социальная жизнь была подчинена строгой системе правления. Ремесла развивались, коммерция процветала. Так проходили века, пока не наметился упадок цивилизации, вероятно, обусловленный ослаблением централизованной власти.
  Затем наступил период анархии, когда царство, притягивавшее к себе грабителей, подверглось волне нашествий. Орды семитов, возможно, смешавшись с северными горными племенами, хлынули в страну из Сирии и Аравийских степей. Эти захватчики, поклонявшиеся Сету, грабили и угнетали мирное население. Однако их власть была непрочной и установилась лишь в районе западной Дельты, где не утихали народные восстания. Войны расстроили торговые связи и опустошили страну. Искусство пришло в упадок, и наступило смутное время.
  Но потребности страны, в конечном счете, взяли верх, и после оживления ремесел и роста коммерции Север снова начал процветать. Оружие и инструменты из меди входят в повседневный обиход, но продолжает обрабатываться и кремень, причем с поразительным мастерством, не превзойденным другим народом.
  Страна превращается в настоящий индустриальный улей. Пищи было в изобилии, поскольку земледельцы собирали богатые урожаи зерна, а охотники встречали все больше дичи по мере того, как хищники изгонялись из своих логовищ и подвергались истреблению. Для торговли со странами Средиземноморья строились галеры, каждую из которых приводили в движение шестьдесят гребцов. Морские суда других народов также посещали Египет, караваны пересекали границы, направляясь с запада на восток, в то время как в страну прибывали иноземные торговцы и поселялись в ней.
  Север страны попал под постоянно растущее религиозное влияние вавилонян. Это были солнцепоклонники, чья религия в конечном итоге захватила господство во всем Египте. В Дельте священным городом бога солнца был Гелиополь, который, вероятно, в течение некоторого времени был столицей всего Нижнего Египта.
  Искусные ремесленники появлялись также и в Верхнем Египте. Они пришли из Аравии или через нее, принеся с собой культуру отдаленной цивилизации, которую нельзя идентифицировать, подобно цивилизации древней Вавилонии. Переплыв нижнюю оконечность Красного моря, они добрались до зеленой долины Нила либо по прямому пути через пустыню, либо через Абиссинские горы. Они были вооружены медным оружием, и первое их поселение, по всей видимости, находилось в Эдфу. Затем, в результате последовательных завоеваний, они покорили местные племена и распространили свою власть на достаточно большой территории, которая продолжала увеличиваться. Начали использоваться новые, улучшенные методы земледелия. Для ирригации земель стали строиться каналы. Население увеличивалось в численности, росло его благосостояние, в стране был прочно установлен закон и порядок.
  Захватчики были почитателями солнца в образе Гора-сокола, но они приняли также и религиозные верования людей, с которыми слились, в том числе и поклонение богу зерна. Из Эдфу они продвигались на север, к священному Абидосу, месту захоронения царей, и к Тинису, столице четырех объединенных провинций. Несколько монархов, с достоинством носивших белую корону, сменились на престоле царя Верхнего Египта, пока престол не занял Зару, Царь-скорпион. Он повел свою победоносную армию вниз по долине Нила, по мере продвижения расширяя границы царства, пока не достиг провинции Файюм, которая тогда представляла собой одно большое болото. Здесь его продвижение на север было остановлено. Но заря новой эры уже взошла над Египтом, поскольку теперь в стране оставалось лишь два царства - Верхнее и Нижнее. В качестве символа своего царского положения Зару носил белую корону с маленькой головной накидкой, открытой спереди, и он держал в одной руке загнутый пастушеский посох, а в другой - цеп.
  Последние годы правления Зару, по-видимому, были посвящены улучшению завоеванной территории. После смерти царь, как и другие правители из его рода, был похоронен в Абидосе в одной из кирпичных гробниц того времени. Исследования, проведенные британским египтологом Флиндерсом Питри, позволили реконструировать общие очертания истории Египта непосредственно перед основанием I династии. Важно отметить, что мертвых в то время уже хоронили в вытянутом положении, в отличие от эмбриональной позы, употреблявшейся ранее.
  Следующим великим монархом был Нармер, который, по мнению некоторых ученых, был одним и тем же лицом, что и царь Менес. Ему удалось завершить завоевание северного царства и основать I династию.
  Первый триумф Нармера был достигнут в болотистом Файюме, буферном номе, расположенном между Нижним и Верхним Египтом. Он долго противостоял вторжению, но, в конце концов, южные силы добились решительной победы. После этого перед ними лежал открытым весь обширный регион Дельты и окончательный успех уже не вызывал сомнений.
  После завоевания Файюма ливийцы, по всей видимости, стали доминирующим народом в Нижнем Египте. Столицей ливийцев был город Саис, центр поклонения их богини Нейт.
  Менес победил в сражении ливийцев, которые понесли многотысячные потери, и расширил границы своего царства до побережья Средиземного моря. Затем, в присутствии всей своей армии, он принял красную корону царя Нижнего Египта. Он также, по всей видимости, упрочил положение своих наследников, взяв в жены принцессу Нейтхотеп из царского дома Саиса.
  До завоевания Нижнего Египта существовали заметные различия между народами севера и юга. После объединения двух царств правящие классы Верхнего Египта приблизились к расовому типу Дельты. Очевидно, что большая самобытная цивилизация, которая процветала в долине Нила на протяжении многих веков, многим обязана энергичности и гению средиземноморской расы, которая распространяла культуру везде, где оседали ее представители. Местные жители широко использовали линейный шрифт, в районе Дельты также впервые начал использоваться календарь.
  Культура поклонявшихся Гору завоевателей, по-видимому, хорошо прижилась в долине Нила. Самой значительной услугой, оказанной Древнему Египту поклонниками Гора было окончательное распространение оседлого образа жизни на всей территории страны, что было в интересах как личного благосостояния, так и национального прогресса.
  
  ПРОТОДИНАСТИЧЕСКИЙ ПЕРИОД
  К началу династического периода каждая небольшая деревушка или городок, каждый район или провинция и каждый большой город приобрели своего собственного бога. Более того, своего бога имела каждая семья, независимо от ее обеспеченности и положения в обществе. Такой бог являлся неотъемлемой частью семьи (равно бедной и богатой), и его судьба была неразрывно связана с судьбой семьи. Ее упадок влек за собой и упадок культа бога, а периоды процветания ознаменовывались обильными жертвоприношениями, новыми облачениями, а возможно, и новым святилищем. Местного бога могли взять в плен вместе с жителями деревни, а победа его последователей в набеге или схватке приводила к повышению его авторитета и новым почестям. Боги провинций и крупных городов занимали более высокое положение, чем боги деревень и отдельных семей, и в посвященных им храмах находилось множество их скульптурных изображений.
  Иногда атрибуты одного бога приписывались другому, а несколько богов могли быть объединены. Иногда боги заимствовались из отдаленных деревень и городов и даже из других стран. Случалось, что община или город отрекались от своего бога или богов и принимали новый пантеон из какого-либо соседнего района. Таким образом, количество богов и их положение относительно друг друга постоянно менялись. Никому не известный местный бог мог в один день, благодаря победе в войне, стать главным богом города; и наоборот, бог, которому поклонялись, которому предназначались обильные жертвы и пышные церемонии, мог завтра потерять свою значимость и быть предан забвению. Но, помимо местных и семейных богов, были еще и общенациональные боги; боги рек и гор; боги земли и неба; боги, олицетворяющие каждую фазу и функцию жизни, каждое значимое действие и происшествие, каждый час и каждый месяц; были боги сил природы, обожествленные животные, антропоморфные боги, а также боги живых и боги мертвых. Все они составляли обширный пантеон божественных существ.
  После объединения Верхнего и Нижнего Египта, наступила эпоха перемен и заметного прогресса. Знания быстро накапливались и широко распространялись. Общество стало высокоорганизованным, и архаичные племенные верования больше не могли находить себе практического применения в новых условиях, установившихся во всей стране. В объединенном государстве с централизованным управлением и единым административным, политическим и религиозным центром появилась потребность в новой религии. Существовавшие верования не могли объединить и систематизировать интересы мира и порядка, особенно в крупных городах с большим, многонациональным населением, таких как Гелиополь, Абидос, Гермополь и Мемфис. Не случайно, что именно в этих городах возникли первые крупные школы теологической мысли, и жрецы каждой из них делали все возможное, чтобы было признано превосходство именно их богов.
  В течение правления двух первых (тинисских) династий Мемфис был торговой столицей страны - главным рынком для северных и южных городов. Его многонациональное население быстро увеличивалось, а искусство и ремесла достигли высокого уровня. Культ Птаха, - верховного бога мемфисской эннеады, покровителя искусств и ремесел, - постепенно вытеснил культ Гора, - одну из форм поклонения солнцу, которой придерживались высшие классы додинастического Верхнего Египта. Согласно традиции, увековеченной Манефоном, первый храм в Египте был возведен по приказу царя Менеса в Мемфисе, и был посвящен Птаху. Таким образом, Нижний Египет одержал культурную победу над своими завоевателями.
  Птах был объединен с Осирисом и комбинированное божество Птах-Осирис стало главным божеством новой религии, ибо оно контролировало всю повседневную жизнь народа. Птах-Осирис был создателем всего сущего и открывателем истины, согласно которой закон и порядок были приравнены к религиозному долгу. Он определял судьбу живущих, награждал добродетельных и карал грешников.
  Общность мифологических верований, распространенных в Мемфисе и по соседству с гранитными карьерами в Асуане может быть обусловлено присутствием в Верхнем Египте колонии выходцев с севера. Возможно, фараоны ранних династий отправили на юг большое количество умелых рабочих, имеющих опыт добычи и обработки камня. Не случайно главным богом первого порога был Хнум, имеющий близкое сходство с Птахом. Супругой Хнума была Хекет, богиня с головой лягушки. Другой богиней, ассоциировавшейся с Хнумом, была Сатис. Дочерью Хнума и Сатис была Анукет. Очевидно, что такое произвольное объединение богов в районе первого нильского порога было прямым результатом слияния народов различного происхождения. Хекет представляла чисто египетский культ, в то время как Сатис, по всей видимости, была одной из форм Великой Матери первых цивилизованных людей, появившихся в Нильской долине. Она близко напоминает традиционную Исиду. С другой стороны, Анукет, скорее всего, была богиней нубийского происхождения, и ее могли импортировать поселенцы с юга.
  Верования, касающиеся загробной жизни, прияли определенную форму. Все большее распространение получал обряд мумификации. Потусторонний мир был организован так же, как и египетское государство той эпохи. Владыкой потустороннего мира и судьей умерших стал Осирис. Идеи праведной жизни и хорошего управления стали превалирующими, и рост этической мысли нашел свое отражение в концепции загробного суда, который оправдывает или приговаривает усопших.
  В то время как главенствующее положение мемфисского культа было полным и безоговорочным, в Гелиополе начинал набирать силу культ солнечного бога Ра. Политика жрецов Ра сводилась к тому, что они пытались абсорбировать все существующие на тот момент религиозные культы и включить их в свою теологическую систему.
  Хотя между различными культами, распространенными в стране, существовало острое соперничество, население объединяло поклонение фараону, верховное положение которого сделало его единственным официальным служителем, преемником и наместником богов, и в официальной государственной религии культ фараона играл первенствующую роль.
  Однако египетская религия в целом не была полностью систематизирована ни в этот, ни в какой-либо из последующих исторических периодов. Каждый ном по-прежнему имел свою собственную теологическую систему. Старые племенные боги продолжали занимать верховное положение в своих номах и после объединения с другими богами; их положение имело скорее политический, чем интеллектуальный характер. Культурные достижения не проникали во все классы общества, и простые люди, особенно в земледельческих областях, продолжали придерживаться народных верований и ритуалов своих предков. Провинциальная аристократия при поддержке жрецов заручалась лояльностью своих подданных, сохраняя престиж своего древнего племенного бога, который, при необходимости, мог быть связан с божеством другого племени, с которым намечалось объединение.
  
  ДРЕВНЕЕ ЦАРСТВО
  К началу Древнего царства Мемфис уже занял главенствующее положение среди египетских городов, и вскоре стал царской резиденцией. Административная, индустриальная и религиозная жизнь страны на некоторое время сосредоточилась здесь.
  Можно сказать, что правящий дом Древнего царства был основан на камне. Покорение камня было одним из величайших завоеваний, совершенных египтянами. Фараоны протодинастического периода возводили свои гробницы в Абидосе из кирпича и дерева, но Джосер, основатель III династии, строит свою гробницу, - первую египетскую ступенчатую пирамиду, - полностью из камня.
  Отнюдь не случаен тот факт, что перемещение царской резиденции из Тиниса в Мемфис совпадает с началом эпохи строителей пирамид. Мемфис всегда ассоциировался с культом Птаха, покровителя ремесленников, архитекторов и каменотесов, и возвышение города знаменует собой политическое сближение царского дома и жреческой коллегии Птаха.
  Фараоны III династии жертвуют все более возрастающее количество материальных и людских ресурсов на постройку своих усыпальниц, которые, соответственно, становятся все более масштабными. Наконец, при Хеопсе, основателе IV династии, предпринимается самая уникальная, самая грандиозная и самая долговечная постройка в истории, - сооружение Великой пирамиды, - которая поглощает абсолютно все ресурсы развивающегося государства.
  Хеопс не был законным наследником престола, а являлся всего лишь знатным вельможей из провинциального города, возможно сыном аристократа царского рода. Вполне вероятно, что Хеопс уже был заметной фигурой при дворе, когда он захватил корону. Вызывает удивление, что человек, имевший в лучшем случае лишь отдаленные наследственные права на титул фараона, сумел не только занять верховное положение в иерархии, но и превратил страну в авторитарное централизованное государство, работающее как единый слаженный механизм, подчиненный жесткой воле правящего фараона. Безусловно, Хеопс был властным правителем и талантливым администратором, но его непременно должна была поддерживать достаточно могущественная политическая организация, способная изменить правила династической преемственности.
  Такой организацией могла быть мемфисская жреческая коллегия. Напомним, что полное имя Хнум-Хуфу ("Меня защищает Хнум") включает в себя имя Хнума, - бога каменоломен, строителей и каменотесов, - теологически тесно связанного с Птахом. Жрецы Мемфиса, поддерживая Хеопса, вероятно, надеялись упрочить свое положение. В условиях, когда постройка усыпальницы для фараона стала главной заботой государства, и основная масса простых людей трудились фактически на положении рабов, руководители строительных работ, безусловно, должны были занимать почетное положение в обществе и при дворе. Разумеется, этими руководителями были последователи Птаха, которые имели опыт организации подобных работ и, как уже было отмечено выше, всегда считались лучшими архитекторами, инженерами и каменотесами.
  Трудовые повинности, возложенные на низшие слои населения, были настолько велики и непосильны, что даже спустя почти три тысячи лет после правления Хеопса среди простых египтян по-прежнему бытовали истории о невиданной жестокости строителя Великой пирамиды, заставившего своих подданных трудится на себя, словно рабов. Кроме того, народное предание, записанное Геродотом, утверждает, что Хеопс, пытаясь противостоять амбициозному жречеству, преградил дороги во все храмы и запретил египтянам совершать жертвоприношения, заменив культ всех богов поклонением правящему фараону. Поэтому через несколько веков после смерти жестокого тирана его гробница была разграблена, мумия разорвана на части, а все его статуи разрушены.
  Жрецы также сообщили Геродоту, что своим поведением Хафра, строитель второй по величине пирамиды в Гизе, мало чем отличался от Хуфу: "Египтянам пришлось перетерпеть все виды угнетения и бедствий, поэтому они так ненавидели память о двух монархах, что даже не хотели упоминать их имена", - свидетельствует Геродот.
  Непосильное бремя налогов, бюрократия и взяточничество царских чиновников создало предпосылки для религиозной и культурной революции среди образованных классов. По всей видимости, царям правящей династии удалось подавить первую волну недовольства. Но закат культа Птаха, как ведущей политической силы, уже начался, а конкурирующий культ Ра в Гелиополе постепенно стал выходить на передний план.
  В этот переходный период две основные конкурирующие религии, - первая из которых была основана на поклонении земле, а вторая - на поклонении солнцу, - представляли собой интересный контраст. Соперничество между двумя могущественными культами, по всей видимости, было острым и продолжительным. Показательно, что теологическая концепция Гелиополя абсорбировала в себя множество местных культов, но Птах никогда не включался в число спутников солнечного бога; а концепция, согласно которой Птах создал Ра, не имела широкого распространения за пределами Мемфиса.
  Развитие теологической мысли эпохи Древнего царства привело к тому, что были определены атрибуты главных богов, а также скорректировано их положение в общем пантеоне. Различные божества были сгруппированы в триады или семьи, и из массы смешанных верований возникла сложная мифология, объединившая все религиозные воззрения, существовавшие в обществе. Где бы и когда бы ни пытались жрецы установить иерархию богов, они всегда приходили к выводу, что старых местных богов тоже нужно принимать во внимание и необходимо найти для них место в системе. Это можно было сделать, включив их в паут (совет) - группу теологически связанных между собою богов.
  Со временем гелиопольская коллегия стала настолько заметной политической силой, что начала оказывать политическое влияние на правящую IV династию. Это выражалось, в частности, в том, что прочно утвердилась традиция, согласно которой официальное имя, принимаемое фараоном во время коронации, должно было непременно заключать имя Ра (например, Хафра, Менкаура, Джедефра). Однако, по всей видимости, правящие монархи не удовлетворяли амбиций поклонников Ра, желавших чего-то большего, чем формальное признание верховенства своего бога.
  В действительности главенствующее политическое положение, достигнутое гелиопольскими солнцепоклонниками в конечном итоге, было следствием общественного недовольства деспотичной и эгоистичной политикой царей, строивших Великие пирамиды. Политические преобразования стали экономической необходимостью, и потому вслед за религиозной революцией последовал государственный переворот. Гелиопольской коллегии, возможно, при поддержке аристократии, удалось свергнуть царствующий дом, и Усеркаф ("Могущественный в своем Ка"), верховный жрец Гелиополя, заняв престол, основал V династию.
  Возвышение бога солнца имело далеко идущее политическое значение, и в связи с этим, наступившая эпоха обладала яркими отличительными особенностями.
  Хотя верховный жрец Ра восседал на троне, он не стал тираническим диктатором, подобным царям IV династии, поскольку уже не имел той абсолютной власти, которой обладали они. Ему требовалось достичь компромисса с могущественной политической фракцией в Мемфисе, и верховный жрец Птаха стал визирем, заняв пост, который ранее предназначался избранному наследнику фараона. Правители номов также получили расширенные административные полномочия, возможно, в качестве награды за их участие в государственном перевороте, либо просто для того, чтобы заручиться их преданностью.
  Поскольку цари V династии наиболее близко отождествлялись с солнечным культом, личности монархов становились все ближе к богам, постепенно утрачивая связь с земными делами и железная рука центральной власти начала постепенно терять свою хватку. Вместе с тем, могущество местных правителей постепенно возрастало, пока они не стали независимыми и полноправными владетелями в своих собственных провинциях.
  Не смотря на ослабление центральной власти, Египет в целом продолжал процветать, и условия мирного существования способствовали развитию интеллектуальной жизни. Образование широко распространялось среди всех общественных слоев, а накопление богатств способствовало развитию культуры. При правлении Асесы было составлено собрание афоризмов "Поучение Птахотепа", суть наставлений которого сводился к следующему: "Исполняй свой долг, и ты будешь счастлив".
  Политическое возвышение солнечного культа имело также и теологическое значение. Гелиопольский культ, первоначально принятый в основном лишь придворным окружением и выходцами из Азии, вскоре стал официальной государственной религией, бог Ра получил всеобщее признание как Великий Отец группы космических и антропоморфных божеств, а государственная теология стала представлять фараона как сына и преемника бога солнца. Местные правители в целом признавали официальную религию, но продолжали поддерживать и местные культы. Религиозная энергия фараонов была в большей степени направлена на возведение храмов, чем на строительство собственных гробниц. Каждый царь около своей резиденции, вблизи Мемфиса, стал возводить храм, посвященный Ра. Храмовый церемониал усложнился, возросло и количество служителей культа.
  У. Бадж считал, что в этот период богу солнца приносились человеческие жертвы. Описывая обелиск Ра в древнем храме, он говорит, что размеры и количество канавок для оттока крови свидетельствуют о величине жертв. Косвенное подтверждение возрождения додинастических каннибальских ритуалов (правда, в символической форме) можно найти в так называемых "Текстах пирамид" - собрании загробных формул ритуального характера, высеченных в гробнице последнего фараона V династии Унаса, прославляемого как звездный бог и отождествляемого с созвездием Ориона. В этих текстах описывается, как царь пирует после своей смерти, поедая тела, души и тайные имена людей и богов, содержащиеся в их сердцах, печени и внутренностях, и в результате чего становится великим и всемогущим.
  Последующее смещение V династии было следствием борьбы поместных губернаторов за более широкую власть и свободу. Уже в конце правления V династии они получили наследственные права на свои должности и, таким образом, из чиновников центрального аппарата правительства превратились в независимых князей.
  Монархам VI династии удавалось некоторое время контролировать равновесие сил в стране, но царство находилось в состоянии нестабильности и правящая VI династия уже была обречена. В каждом номе правители просили все новых уступок от царского дома, и порой их просьбы принимали форму категорических требований. Местные религиозные культы также набирали силу, а политическое влияние жрецов Гелиополя ослабевало. Около трех веков Ра оставался верховным богом, теперь же его могущество было подорвано.
  В конце концов, могущество земельной знати возросло настолько, что фараон уже не мог остановить распад государства. Восстание сокрушило VI династию, номы стали независимыми, волна анархии захлестнула Египет. Храмы безжалостно разорялись и гробницы обчищались бандами грабителей. Мумии ненавистных правителей были выброшены из своих пирамид, их статуи были разбиты, а поминальные надписи уничтожены. Древнее царство, существовавшее со времен Менеса, распалось, и Египет разделился на целый ряд мелких, враждующих между собою, государств, которыми управляли династии крупных землевладельцев. Египет оказался настолько дезорганизован, что прошло несколько веков, прежде чем центральное правительство снова смогло прочно установить свою власть.
  Процесс децентрализации, ослабивший верховную власть и приведшей в конечном итоге к распаду государства, отчасти был следствием политики, проводимой фараонами-жрецами V династии, которые слишком сильно беспокоились об укреплении религии солнечного бога. Главенствующее положение знати было невозможным, пока в теологическом смысле фараоны являлись верховными жрецами всех египетских культов. Дипломатичные правители ранних династий старались почитать всех местных богов и лично следили за строительством и поддержанием их храмов. Правящий фараон был преградой, разделявшей местную знать и жрецов, которые, не смотря на свою немногочисленность, обладали большой властью и влиянием на людей. Однако когда местная знать стала главным покровителем религиозных культов своих номов, она смогла открыто демонстрировать свое неповиновение царскому двору.
  
  ПЕРВЫЙ ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД
  Первый переходный период был смутным и беспокойным временем. Карликовые египетские государства продолжали вести захватнические войны друг с другом на фоне затянувшейся борьбы за верховную власть. С течением времени политические объединения укрупнялись, и сразу несколько племен объединялись под властью могущественных феодалов.
  В этот период безвластия и междоусобицы каждый ном пропагандировал свою собственную теологическую систему, и система Гераклеополя представляет особый интерес ввиду его близкой связи с монархией.
  Некоторые египтологи считают жителей Гераклеополя иноземными захватчиками, которые, подобно поклонникам Птаха из Мемфиса, были выходцами с гор. К сожалению, не сохранилось никаких записей, способных предоставить точную информацию на этот счет.
  Гераклеополь занимает особое место в египетской мифологии. Он был признан сценой действия мифа о сотворении мира, ибо именно здесь в начале времен Ра поднялся из глубин первобытного океана в форме солнечного яйца или цветка лотоса. Кроме того, в окрестностях Гераклеополя состоялась мифическая битва между Гором и Сетом, отражающая вечную борьбу сил природы.
  Главным богом Гераклеополя был Харешеф, одна из форм бога Гора. Храм Харешефа существовал в Гераклеополе начиная с раннединастических времен, но индивидуальность бога, по-видимому, не смогла пережить теологических изменений переходного периода. Политическое влияние жрецов Гелиополя уже прошло, но особенности их культуры остались, и религия Гераклеополя, несомненно, в значительной степени была окрашена теологией солнцепоклонников. Определенное влияние на нее также оказывали мемфисские верования, поскольку Харшеф сочетал в себе не только атрибуты солнечного бога Гора, но и атрибуты хтонического гиганта Птаха-Татенена.
  В эту смутную эпоху поклонение всем божествам в Египте, - за исключением, пожалуй, культа Ра, - было так или иначе основано на вере в Осириса, бога мертвых. Поэтому Харшеф вскоре стал одной из его ипостасей, носившей название "бог на песке". Другое божество Гераклеополя, бог вина Хенеб, вероятно, тоже представлял собой ипостась Осириса как бога садоводства и виноделия.
  Средоточием культа Осириса стал Абидос, и набожные верующие стремились быть похороненными вблизи гробницы царя I династии Джера, ошибочно принимаемой ими за усыпальницу мифического правителя древности. Правителей номов хоронили в собственных величественных гробницах, но и их мумии нередко сначала привозили в Абидос, где разыгрывалась сцена загробного суда. Поэтому в течение Первого переходного периода Фивы и Гераклеополь вели между собой ожесточенную войну за контроль над Абидосом, чтобы обрести связь с престижем Осириса.
  Страдания и тревоги, пережитые египтянами в течение смутного времени Первого переходного периода, нашли свое отражение в памятниках письменности той эпохи, мрачных и пессимистичных по своему тону. Многовековая система была разрушена. Египтяне чувствовали на себе большую ответственность за произошедшее, и это изменило их восприятие загробной жизни. Концепция загробного суда получила широкое распространение, и душа любого праведного человека после смерти отождествлялась с богом потустороннего мира Осирисом, который превратился в Царя и Судью мертвых.
  
  СРЕДНЕЕ ЦАРСТВО
  После падения Древнего царства и периода множества мелких княжеств, стало понятно, что система обособленного местного администрирования, как бы хорошо отдельные номы ни управлялись своими владетелями, заведомо обречена на неудачу в связи с природными особенностями страны. В стране, которая нуждается в ирригации земель, должны строго соблюдаться законы совместного водопользования. После того как власть фараона рухнула, природные ресурсы Египта пошли на убыль, и поэтому большей части населения страны периодически угрожал голод. Страна в целом страдала от последствий крайней правительственной децентрализации. Рано или поздно, общенациональные интересы должны были возобладать над местными, поскольку наличие централизованного управления являлось экономической необходимостью. Несомненно, что главенствующего положения фиванские номархи достигли при помощи оружия, но немаловажную роль здесь сыграло и то обстоятельство, что благосостояние и процветание всей страны зависело от существования сильного центрального правительства, способного распределять воду для сельскохозяйственных целей.
  Политическое возвышение Фив отчасти было также обусловлено географическим расположением города, благодаря которому фиванские правители владели дорогой в священный Абидос и являлись, таким образом, хранителями гробницы Осириса. Народный бог Осирис, чей культ имел широкую популярность в среде простого населения, приобрел к тому времени статус общенационального бога, и политическое влияние его культа еще долгое время оставалось определяющим.
  Вместе с установлением XI династии и перемещением политического центра в Фивы началось возвышение местных фиванских божеств: Монту, Хонсу, Амона и Мут. Фараоны XII династии, проживавшие в Файюме и проводившие масштабные работы по рекультивации заболоченных земель и совершенствованию ирригационной системы, проявляли тенденцию к возвышению культа хтонической богини Усерт и доселе малоизвестного культа бога-крокодила Себека, главным центром которого был город Крокодилополь.
  Аменемхет I, основатель XII династии, чье имя означает "Амон во главе", был, вероятно, первым правителем, который поддерживал поклонение Амону, местному богу Фив. В то же время Аменемхет I проявлял усердие и в прославлении других влиятельных божеств. От города Таниса, расположенного в Дельте, и до самого сердца Нубии он оставлял свидетельства своего религиозного рвения, которое, безусловно, имело и дипломатические мотивы. В священном Абидосе он возвел красный гранитный алтарь, посвященный Осирису, а в Мемфисе - храм Птаха. Он прославлял богиню Бастет монументами в Бубастисе, а в Фивах, разумеется, он оказывал внимание Амону.
  Сенусерт I, наследник Аменемхета I, продолжил дипломатичную политику умиротворения различных религиозных культов, и его монументы равномерно распределены по всей стране. Он возвел большой храм в Гелиополе, реставрировал и расширил храмы в Абидосе, Коптосе, Гиераконполе и Карнаке.
  Аменемхет III, шестой монарх XII династии, прославлял богов и в то же время ублажал растущее сообщество жрецов, возводя и расширяя храмы. Он оказывал особое внимание Осирису в Абидосе, где многие египтяне всех рангов продолжали искать возможность построить себе гробницу, и Амону, семейному божеству в Карнаке, а также Харшефу в Гераклеополе. Казалось, Птах был забыт, но в действительности он частично слился с Харшефом, с которым имел столь близкое теологическое сходство. Аменемхету III также приписывается возведение большого лабиринта в окрестностях озера Мерис, от которого, к сожалению, не осталось никаких следов. Согласно Геродоту, это был огромный храм с отдельным помещением для каждого из египетских богов.
  В это время на значительной территории Азии и Европы происходило массовое переселение народов. В период правления XII династии пал Вавилон и был захвачен Крит. Среди древних царств лишь один Египет успешно противостоял волнам агрессии, которые захлестнули цивилизованный мир. Однако он тоже был подвержен иноземному влиянию, поскольку естественные границы нильской долины больше не могли служить серьезной преградой для миграционных потоков из Азии.
  Есть свидетельства, указывающие на то, что в это время заключались дипломатические браки, целью которых, по всей видимости, было умиротворение воинственных азиатских соседей. У Сенусерта II была жена по имени Неферт, очевидно имевшая хеттские корни. Ее сына, Сенусерта III, и внука, Аменемхета III, некоторые египтологи называют фараонами "нового типа". Как показывает скульптурная миниатюра того времени, их лица имеют ярко выраженные неегипетские и несемитские черты. Они длинные и угловатые - Сенусерт III выглядит почти как монголоид - с узкими глазами и высокими скулами. Нет сомнения в том, что это результат влияния чужой крови.
  Сенусерт III унаследовал престол фараона в 1887 г. до н.э., не смотря на то, что его мать была иноземкой. Очевидно, что он взошел на трон как сын своего отца. Этот факт представляет особенный интерес, поскольку ранее престолонаследие осуществлялось только по женской линии. Если иноземные принцессы имели столь значительное влияние при дворе, что оказались способны даже изменить правила династической преемственности в пользу своих сыновей, они также могли повлиять и на религиозные представления правящих фараонов. В действительности, миграционные потоки из Азии, египетские экспедиции в Сирию и Палестину, а также появление иноземных принцесс в гареме фараона - это три стороны одного процесса, приведшего в конечном итоге к появлению азиатских элементов в религии Древнего Египта.
  Это выражалось, во-первых, в том, что в египетский пантеон проникли некоторые азиатские божества, впрочем, не имевшие до начала Нового царства самостоятельного культа и собственных храмов. Во-вторых, культ Себека в той форме, в которой он существовал в Крокодилополе, столь тесно ассоциировался с азиатским Сутехом, что невольно возникает мысль о том, что древний племенной культ Сутеха возродился на египетской земле в новой форме - в виде божества-рептилии.
  В-третьих, в конце правления XII династии религия солнцепоклонников получила импульс, подобный тому, который она испытала на себе в додинастические времена, когда солярный культ был впервые импортирован из Азии. Казалось бы, после того, как гелиопольские жрецы утратили свое политическое влияние, Ра должен был лишиться своего теологического главенства. Однако, проводимая в свое время гелиопольскими жрецами политика, в соответствии с которой они стремились внедрить Ра во все существующие местные религиозные культы, принесла ожидаемые результаты: религия солнечного бога проникла, наконец, в широкие массы и заняла преобладающее место в представлении и повседневной жизни простого народа. Таким образом, бог Ра, первоначально принятый, главным образом, только фараонами и высшими классами, действительно стал общенациональным божеством. Как следствие этого, тенденция, возникшая при правлении V династии, сохранилась и во времена Среднего царства: жреческие коллегии по всей стране по-прежнему стремились отождествить своих местных божеств с солнечным богом.
  Например, фиванский Амон до начала Среднего царства, был, вероятно, типичным лунным божеством, чей культ ассоциировался с культом других лунных божеств, таких как Мут и Хонсу. Но уже в конце XI династии была предпринята попытка отождествить его с Ра, а во времена правления XII династии Амон превратился в одну из ипостасей бога-солнца, и стал именоваться своими жрецами Амон-Ра.
  Что касается теологии Среднего царства, то в это время жрецы сделали большой прогресс в истолковании богов, начиная вносить в народные легенды и мифы сакральный философский и нравственный смысл, которого они первоначально не имели. Понимание бога, таким образом, естественно, подсказывалось его положением и ролью в мифе. Легенды стали приобретать каноническую форму и, наконец, вылились в целый ряд драматических постановок, или мистерий, разыгрываемых жрецами во время религиозных празднеств.
  
  ВТОРОЙ ПЕРЕХОДНЫЙ ПЕРИОД
  После завершения правления XII династии египетская история основывается на отрывочных материалах. XIII династия началась мирно, и имена ее правителей (Сехемра, Себекхотеп, Неферкара-Себекхотеп) указывают на то, что культы Себека и Ра сохраняли баланс власти. По всей видимости, политическое влияние, оказываемое фараонами, было строго ограничено. Некоторые из них могли царствовать в Крокодилополе или его окрестностях, хотя столица в конечном итоге оставалась в Фивах.
  Но вскоре Египет снова захлестнула волна анархии. Крупные феодалы опять заявили о своих правах, и царство вновь распалось на множество карликовых государств. Египет был полностью децентрализован и не мог оказывать сопротивления своим врагам, которые давно ждали благоприятного момента для нанесения удара. Нубийским захватчикам удалось на время достичь некоторого успеха, хотя вскоре они были изгнаны жителями Фив; ливийцы проявляли активность на севере, в то время как азиатские племена проникали через границу Дельты.
   Раздробленная страна, лишенная экономической и правительственной централизации, в конце правления XIV династии была покорена полчищами кочевых азиатских племен гиксосов, которые пришли из Сирии и Палестины и, вероятно, начало их преобладания имело вид постепенного мирного переселения на северо-восток страны, в Дельту, где они основали свою столицу Аварис.
  Если бы цари гиксосов последовали примеру некоторых из наиболее популярных фараонов, то они могли бы купить поддержку жрецов различных религиозных культов. Но, очевидно, организация гиксосов имела религиозную основу, и свидетельством тому служит тот факт, что цари гиксосов пытались заставить египтян признать главенство Сутеха, своего верховного бога. Кроме того, согласно утверждению царицы Хатшепсут, гиксосы правили, "не ведая Ра", а Манефон, обвиняя гиксосов преимущественно на религиозной почве, добавляет: "они предали огню наши города и разрушали святилища богов".
  Вместе с тем, Манефон выделяет две династии гиксосов, а это означает, что произошли какие-то значительные политические изменения, что нашло соответствующее отражение и в религиозных предпочтениях завоевателей: гиксосы восприняли в значительной степени египетское влияние, и некоторые из их царей соблюдали традиции египетских фараонов, включая в свою титулатуру имя Ра, сохраняя, впрочем, верность и своему верховному богу, поскольку они также именовали себя и любимцами Сета.
  Согласно древней фольклорной истории, непосредственной причиной восстания фиванских номархов против чужеземцев, была попытка некоторой части правящей верхушки гиксосов заставить египтян поклоняться богу Сутеху. С целью искоренения популярных египетских культов Апет и Таурт, царь гиксосов Апопи I потребовал от фиванского правителя уничтожить гиппопотамов - священных животных, посвященных этим богиням.
  Во время войны за независимость на передний план вышел лунный бог Ях: супругу Секененра, - фиванского номарха, возглавившего восстание против гиксосов, - звали Яххотеп ("Ях доволен"), а первый царь XVIII династии носил имя Яхмос ("Ях родил его"). Поскольку поклонение луне в Египте было значительно более древним, чем поклонение солнцу, фиванский культ должен был обладать большой привлекательностью и способствовать объединению людей, желавших сбросить ярмо гиксосских почитателей Сутеха. Таким образом, политическое значение приказа Апопи I убить гиппопотамов становится очевидным.
  Влияние культа Ра в Гелиополе было ограничено культом Амона, продолжающим набирать силу в Фивах. Не смотря на то, что Амон еще во времена Среднего царства был объединен с Ра, его солнечные атрибуты были не столь заметны, поскольку влияние лунного культа сохранялось еще достаточно долго.
  Правители Мемфиса объединились с фиванцами, чтобы изгнать гиксосов из Египта, и поэтому, когда Яхмос I начал свои работы по восстановлению храмов, первыми богами, которым он уделил внимание, были Амон и Птах. Особый интерес вызывает то обстоятельство, что рабочие, занятые на добыче камня, были представителями сирийского племени фенху. Нет сомнения в том, что эти опытные каменотесы были чужеземцами, которые были приглашены для ускорения работ по восстановлению храмов. Очевидно, Яхмос I последовал примеру своих предшественников, - великих строителей храмов и пирамид, - в привлечении свежего резерва искусных каменотесов.
  Поскольку Амон и Осирис имели много общего и обладали лунными атрибутами, поклонение Осирису в Фивах сочеталось с поклонением Амону. Согласно храмовому песнопению, Осирис "скрывал свою сущность в великом ковчеге Амона", то есть душа Осириса пребывала в Амоне. В свою очередь, Амон в образе барана был воплощением духа зерна. В этой связи следует отметить, что жрецы Амона в течение долгого периода стремились к тому, чтобы быть похороненными в священном Абидосе, тесно связанном с поклонением Осирису.
  
  НОВОЕ ЦАРСТВО. ПЕРВЫЙ ПЕРИОД ИМПЕРИИ
  Победоносные цари XVIII династии, возвращаясь с богатой добычей после многочисленных сражений, совершали щедрые приношения храмам Амона-Ра, и его жрецы стали богатыми и могущественными. Торжество фиванской фамилии обусловило главенство Амона, который стал почитаться как бог-творец и, присвоив себе атрибуты и силу Ра, Хнума, Птаха, Хапи и других великих богов, стал главным богом египетского пантеона. Однако влияние лунного культа сохранялось еще достаточно долго. Об этом свидетельствуют и имена царей. За Яхмосом ("Ях родил его") последовали четыре правителя по имени Аменхотеп ("Амон доволен") и четыре по имени Тутмос ("Тот родил его").
  Не смотря на значимость для истории Древнего Египта такой личности, как Тутмос III, по какой-то необъяснимой причине жрецы не чтили его память. Предубеждение против него проявлялось даже в греко-римский период, когда жрецы невозмутимо приписывали его деяния Рамсесу II или Сенусерту III. Такое намеренное искажение исторической действительности вдвойне удивительно, поскольку не сохранилось никаких легенд о тирании Тутмоса III или о его безбожии, как это было в случае с Хуфу и Эхнатоном. Что же заставляло жрецов Амона умышленно умалять заслуги и замалчивать само имя Тутмоса III?
  Во все времена жреческие коллегии Древнего Египта пытались оказывать политическое влияние на правящих монархов и всячески старались вмешаться не только в дела государственного управления, но и в вопросы престолонаследия. Трудно поверить в то, что междоусобица тутмосидов ограничивалась исключительно внутрисемейной враждой. Несомненно, жрецы тоже не оставались в стороне и принимали активное участие в происходящих событиях. Какие же религиозные организации могли поддерживать наследников в их борьбе за престол фараона?
  Разумеется, наиболее близкой правящему царскому дому была самая могущественная и влиятельная коллегия жрецов Амона. Однако имеющиеся в нашем распоряжении источники свидетельствуют о том, что и Тутмос III, и Хатшепсут в равной степени уважительно относились к фиванскому культу, и жрецы Амона отвечали им за это взаимностью.
  Хатшепсут, например, занималась строительством новых и восстановлением старых храмов и, кроме того, специально для храма Амона, предприняла торговую экспедицию в Пунт за священными животными, благовониями и редкой древесиной, желая "сотворить Пунт в доме Амона". Помимо того, наиболее могущественным сторонником Хатшепсут был ее визирь Хапусенеб, бывший одновременно и верховным жрецом Амона, сочетая, таким образом, в своем лице власть административного правительства и власть ставшей на сторону Хатшепсут жреческой партии.
  Что касается Тутмоса III, то он сам когда-то был жрецом Амона со степенью пророка, и предание гласит, что Тутмос III сместил Тутмоса I в ходе религиозного праздника, на котором оракул Амона провозгласил его фараоном, что, разумеется, не могло произойти без вмешательства жрецов. Впоследствии, по возвращении из победоносных кампаний, Тутмос III никогда не забывал делать щедрые подношения фиванскому божеству.
  Чтобы объяснить, каким образом жрецам Амона удавалось заручиться доверием и снискать симпатии обоих враждующих между собой конкурентов, следует признать, что коллегия Амона сама была неоднородной по своему составу и состояла, по меньшей мере, из двух конкурирующих политических фракций, одна из которых поддерживала Хатшепсут, другая, очевидно, была партией Тутмоса III.
  Какими политическими предпочтениями обладали представители этих партий и в чем заключались их разногласия? Чтобы понять это, необходимо сравнить деятельность правителей, которых эти партии поддерживали. Прежде всего, следует отметить, что во время своего правления Хатшепсут и Тутмос III занимали диаметрально противоположные позиции в отношении вопросов внешней политики. Хатшепсут старалась установить прочные экономические связи с азиатскими странами, ее действия отличалась дипломатичностью и миролюбием. Тутмос III придерживался в отношении своих азиатских соседей активной завоевательной политики и вполне справедливо полагал, что с помощью египетской армии он сможет значительно расширить границы египетской империи и добыть огромные богатства, покорив и обложив данью азиатские города.
  Однако различия между фракциями внутри коллегии Амона отнюдь не ограничивались исключительно вопросами внешней политики, налицо были и религиозные разногласия, которые заключались в различной трактовке теологической концепции Амона - верховного бога египетского пантеона времен Нового царства.
  Не смотря на то, что сейчас уже не представляется возможным достоверно определить изначальную племенную концепцию Амона, его вековая близость с культами других ярко выраженных лунных божеств, - таких как Мут, Ях и Хонсу, - позволяет предположить, что первоначально Амон тоже был лунным божеством.
  Во времена Среднего царства, благодаря заключению дипломатических браков с азиатскими соседями, египетский престол впервые унаследовали правители, в чьих жилах текла хеттская кровь. Находясь под большим влиянием азиатской культуры, они всячески способствовали распространению азиатских традиций на египетской земле. В частности, широкое распространение получила азиатская форма солнцепочитания, и теологические концепции некоторых древнеегипетских божеств были изменены в соответствии с духом времени. Разумеется, в первую очередь эти перемены коснулись Амона, -главного столичного божества и покровителя правящей династии, - искусственно превращенного из лунного божества в бога солнца. Вообще говоря, для древнеегипетских божеств характерно изменение религиозных концепций, и почти всегда подобные перемены предпринимались, исходя из политических соображений.
  В конце XVI в до н.э. возникла потребность в государственной идеологии, способной объединить нацию для борьбы с азиатскими завоевателями-гиксосами. Очевидно, что азиатская форма солнцепочитания для этой цели не годилась, и фиванские правители возродили древнюю форму лунного культа, связанную с поклонением таким древнеегипетским божествам, как Апет, Таурт, Мут, Ях, Хонсу и Амон. Напомним, что, согласно легенде, непосредственным поводом для начала вооруженного восстания против владычества гиксосов послужило требование гиксосского царя уничтожить гиппопотамов - священных животных, издавна ассоциировавшихся с фиванским лунным культом.
  Впоследствии, во времена правления XVIII династии, Амон, постепенно поднимаясь до главенствующего положения общенационального божества как бог солнца и творец всего сущего, стал утрачивать свою изначальную связь с луной. И хотя Амон почти слился с Ра, есть свидетельства, указывающие на то, что соперничество велось не только между Гелиополем и Фивами, но также и между отдельными сектами в Фивах, где общенациональному богу было посвящено сразу несколько храмов. Теологическая система, которая была основана на верованиях, связанных с представлением об Амоне как о старом лунном божестве, имела множество точек несоответствия с теми верованиями, которые распространялись из Гелиополя, дома ученых и философов.
  По-видимому, во время междоусобицы тутмосидов жречество разделилось на два лагеря: сторонники Тутмоса III придерживалась традиционной концепции Амона как воинственного лунного божества и ратовали за продолжение азиатских завоеваний, начатых еще легендарными основателями XVIII династии. Их политические и религиозные оппоненты, поддерживавшие Хатшепсут, были солнцепоклонниками, представляя собою секту Амона-Ра, и выступали за укрепление торговых сношений и мирное сосуществование азиатских и египетских культур.
  В свете всего вышеизложенного, становиться понятным, почему жрецы-солнцепоклонники пренебрегали памятью Тутмоса III: его восшествие на престол, очевидно, произошедшее в результате религиозно-политического переворота, который одновременно знаменует и временную реставрацию древней формы лунного культа. Впоследствии, когда возобладала антитутмосская партия, этот переворот сочли еретическим, а имя и заслуги Тутмоса III было преданы забвению.
  Мы знаем очень мало о религиозных предпочтениях самого Тутмоса III, но нет никаких сомнений в том, что воззрения его сына, Аменхотепа II, можно назвать необычными, если не реакционными. Кроме Амона, он почитал Хнума, Птаха, Хатор и Осириса, бога-крокодила Себека, азиатскую богиню Астарту, а также богинь-кошек Бастет и Сехмет и змею Уаждет. Аменхотеп II был, по-видимому, крайне жестоким и бескомпромиссным человеком: когда он возвращался из Сирии, подавив там очередное восстание, тела семи непокорных сирийских царевичей были подвешены головами вниз к носу его царского судна. Шесть из них впоследствии были вывешены на стенах Фив, а одно отправлено в Нубию. Обнаруженные в его гробнице тело человека с проломленным черепом и мумии женщины и ребенка позволяют предположить, что при Аменхотепе II были возобновлены человеческие жертвоприношения, подобные тем, которые были связаны с поклонением солнцу при V династии.
  Следующий фараон, Тутмос IV, вероятно, не был официально избран Аменхотепом II в качестве своего преемника. Лицо Тутмоса IV свидетельствует о том, что его матерью была азиатская красавица - оно красивое, но несколько женственное. Его царской женой была Мутемвия, дочь Артатама I, арийского царя Митанни. По-видимому, загадочный переворот, возведший на трон юного Тутмоса IV, мог означать окончательное возвращение антитутмосской партии солнцепоклонников. Явное свидетельство очередного вмешательства жречества в вопросы престолонаследия сохранила легенда, согласно которой Тутмос IV был избран в качестве наследника Большим сфинксом из Гизы, которого в то время отождествляли с богом солнца. Кроме того, даже после своей смерти Тутмос IV продолжал пользоваться благосклонностью и симпатией жрецов.
  Аменхотеп III тоже имел ярко выраженный неегипетский тип лица: у него вытянутые щеки, нос немного загнут вверх, а выступающий вперед подбородок и стройная шея являются отличительными чертами как его жены, царицы Ти, так и их сына Эхнатона.
  Множество споров ведется вокруг расового происхождения царицы Ти, которая была одной из самых примечательных женщин Египта. Если некоторые ученые считают ее азиаткой - семиткой, хетткой или арийкой, - то другие настаивают на том, что она была египтянкой или ливийкой. Однако, независимо от того, родилась ли она в Египте или нет, не вызывает сомнений то, что в ее жилах текла чужеземная кровь. Ее отец, Иуйя, по-видимому, был одним из тех азиатских аристократов, которые получали образование в Египте, и в конечном итоге осели здесь.
  Не обладая преимуществами принцессы царской крови, царица Ти поднялась до позиции царственной супруги, и на официальных документах ее имя стояло рядом с именем мужа. С другой стороны, Ти была женщина с интеллектуальным запросами и артистичным темпераментом, ее влияние на искусство своей эпохи было глубоким и благотворным.
  Правлением Аменхотепа III было мирным и блистательным, и он заработал свой титул "великолепный" скорее благодаря своему богатству и любви к роскоши, чем выдающимся качествам государственного деятеля. Монументы Аменхотепа III разбросаны по всей стране от Нубии до Бубастиса. Среди них колоссальные статуи бабуинов в Гермополе и галерея священных быков Аписов в Саккаре. В храме Мут в Ашеру, к югу от Карнака, он распорядился установить 600 статуй богини-львицы Сехмет.
  Египетский царь и царица больше не держались в стороне от людей, подобно тому, как это было принято в Среднем и Древних царствах. При дворе больше не царила атмосфера таинственности и идолопоклонства. Семейная жизнь царственной четы в ее лучших аспектах служила идеалом для широких масс людей.
  Последние несколько лет жизни Аменхотепа III скрыты от нас в тумане. Он страдал от какой-то болезни, которую пытался исцелить царь Тушратта, два раза присылавший из Митанни скульптурные изображения богини Иштар. Очевидно, в этот период царством управляла царица Ти, и, возможно, именно она инспирировала религиозный переворот, который впоследствии стал неразрывно связан с именем ее сына Эхнатона.
  Египет XVIII династии поражает роскошью, не свойственной аристократам Древнего и Среднего царств. После того, как армия фараона установила прочный мир на территории Сирии, торговые маршруты открылись заново, и класс торговцев начал увеличиваться в числе и процветать. Богатства Азии потекли в Египет не только по торговым каналам, но и в качестве дани от зависимых государств, вся нация прониклась духом комфорта и процветания. Обеспеченные классы Нового царства стремились ко всевозможным развлечениям, многочисленным празднествам и удовольствиям. Хотя Египтом управляли люди, руководствовавшиеся высокими идеалами, сказывалось влияние, которое подтачивало жизнеспособность нации. Накопленные богатства и возрастающее стремление к роскоши делало людей менее пригодными для строгого и честного исполнения своего долга. Стало почти невозможно набрать в Египте большую регулярную армию, поэтому для поддержания боеспособности приходилось прибегать к услугам нубийцев, шерденов, ливийцев и азиатов.
  Цари и представители знати начали отдавать предпочтение иноземным женам, в результате чего в египетском обществе появился новый тип лица, что хорошо видно по картинам и статуям того времени: строгие и энергичные лица представителей высших классов Древнего и Среднего царства сменили лица несколько апатичных женственных аристократов и утонченных дам с томными глазами и чувственными губами.
  Иностранная прослойка в обществе оказывала заметное влияние на религиозные верования той эпохи. Египет был полностью открыт для азиатского влияния в религии, искусстве и других областях. В Египет импортировались чужеземные боги, поклонение которым становилось все более популярным. Среди них были Баал, Сутех и Решеп, Астарта, Анат и Кадеш.
  До начала Нового царства жрецы различных святилищ не имели между собой официальных связей, а существовали лишь в виде независимых и совершенно обособленных общин. Все эти жреческие коллегии были теперь объединены в одну большую организацию, главой которой являлся верховный жрец государственного храма Амона в Фивах, благодаря чему его власть далеко превзошла ту, которой располагали его оппоненты в Гелиополе и Мемфисе.
  В эпоху Империи господствующее положение, которое занимал Египет, оказывало глубокое влияние не только на внешние стороны жизни, - на нравы и обычаи народа, на литературу и искусство, - но и на теологические воззрения. Пока царство ограничивалось Нильской долиной, деятельность богов простиралась лишь на владения фараона, и мир, доступный пониманию жрецов, ограничивался этим последним. С древнейших времен фараон являлся наследником богов и владел двумя царствами по верхнему и нижнему течению реки, которыми некогда правили они сами. Таким образом, в мифах жрецы не расширяли египетских владений за пределы речной долины, первоначально же она простиралась от моря до первых нильских порогов.
  Но во времена Империи дело изменилось: расширение границ египетского господства знаменовало в то же время и расширение сферы божества. Государственная теологическая концепция сводилась к тому, что фараон завоевывает новые территории для последующей передачи их богу, то есть для того, чтобы область божества соответственным образом увеличилась. Таким образом, теологическое мышление пришло в тесное соприкосновение с политическими условиями, и теологическая теория должна была неизбежно расширить сферу власти божества до пределов тех областей, откуда царь получал дань. Вовсе не случаен тот факт, что идея мирового бога возникла в Египте в то время, когда он получал дань со всего известного в то время мира. Живя при фараонах, управляющих великой империей, жрецы имели перед глазами пример мирового владычества, и официальная государственная теологическая концепция предваряла идею единого мирового бога. Жрецы Амон-Ра были как никогда близки к тому, чтобы воплотить в жизнь эту идею, но в результате религиозной реформы фараона Аменхотепа IV (Эхнатона) единым мировым богом был объявлен не Амон, а малоизвестный прежде Атон.
  Пытаясь противостоять возрастающему могуществу жречества, руководствуясь, однако, не только политическими, но и религиозными мотивами, Аменхотеп IV, тщательно изучив и переработав существующие теологические верования, ввел почитание высшего и всеобщего бога Атона, и не сделал при этом никакой попытки установить тождество своего нового божества с древним солнечным богом Ра.
  Вскоре в среде жречества, привыкшего занимать высокие и влиятельные посты при дворе, началось открытое проявление недовольства, поскольку реформа Аменхотепа IV угрожала ему полным политическим уничтожением. По-видимому, жрецы пытались всячески противостоять религиозным нововведениям фараона. Безусловно, это вызвало сильный гнев у самостоятельно мыслящего молодого царя, и он начал вести ожесточенную войну против древних культов.
  Последовало упразднение всех культов прежних богов Египта. Официальное служение различным богам прекратилось по всей стране, их святилища были закрыты, их имена и изображения стали уничтожаться, храмовое имущество было конфисковано, а жречество лишилось своих владений. Особенно жестким репрессиям подвергся Амон: имя этого бога было повсюду стерто с монументов, и фараон-реформатор не пощадил даже имени своего отца. Именно в это время он изменил свое имя на Эхнатон ("Дух Атона" или "Угодный Атону").
  Возможно, что ситуация, созданная враждой между отдельными жреческими сектами, облегчила религиозный переворот Эхнатона, который мог бы и не произойти в том случае, если бы конкурирующие секты выступили против него объединенным фронтом, отстаивая свои общие интересы. Религиозную реформу Эхнатона поддержали просвещенная и прогрессивно мыслящая часть высшего общества, для которых архаические взгляды и примитивные суеверия казались отталкивающими и устаревшими. Идеал отрешенного от мирской суеты мудреца впервые был противопоставлен обычаям поглощенных земными интересами жрецов.
  Была предпринята попытка распространить поклонение Атону по всему Египту царским декретом, что заставило широкие массы населения перейти в оппозицию, поскольку у людей вызвало сильное недовольство непрошеное вмешательство в древние обычаи и верования, которые были так тесно связаны с их жизненным укладом. В частности, новая религия пренебрегла народными верованиями, касавшимися потусторонней жизни. Народа лишили магических средств, способных охранять человека в загробном мире, у него был отнят его давний покровитель и друг в обители мрака Осирис. Некоторые пытались связать Атона с древними традициями, но он не был народным богом и слишком был далек от круга повседневных забот, чтобы иметь к ним какое-либо отношение. Народ ничего не понимал в утонченности, характерной для новой веры. Он знал только, что почитание старых богов было запрещено, и что на их место было поставлено чуждое ему божество, о котором он ничего не знал раньше.
  Религиозный переворот, протрясший национальные основы, сказался по всей стране пагубнейшим образом. Наряду со скрытым ропотом и противлением среди массы населения, следует отметить несравненно более опасную силу, а именно, ненависть древнего жречества, в особенности - Амона, чьи храмы стояли пустыми и заброшенными, чья обширная собственность, включавшая города в Сирии и огромные земли в Египте, была конфискована и передана Атону. Но Эхнатон происходил из линии правителей, слишком мощных и славных, чтобы его могло сместить даже самое могущественное жречество в стране; кроме того, в его оппозиции Амону фараона отчасти поддерживали древнейшие жреческие коллегии в Мемфисе и Гелиополе, давно завидовавшие узурпатору, неизвестному фиванскому богу, который был совершенно неизвестен на севере вплоть до начала Среднего царства.
  Религиозно-политическая реформа Эхнатона была заранее обречена на неудачу, поскольку за время своего недолгого правления царь-реформатор не мог существенным образом изменить идеологию древнеегипетского общества, его исконные обычаи и народные верования. Повсюду сохранились практически не утратившие своих богатств и влияния родовая знать и жрецы. Поэтому вскоре после смерти Эхнатона почитание старых богов возобновилось, их храмы были реставрированы, и прежний порядок был восстановлен.
  Не смотря на то, что с точки зрения египетских империалистов, правление Эхнатона было большим несчастьем для страны, мы должны признать, что это был глубоко серьезный человек с великой миссией и вдохновенный пророк, проповедовавший евангелие культуры и всеобщего братства.
  Восшествие на престол Хоремхеба знаменует собой реставрацию культа Амона и восстановление прежнего порядка. Хоремхеб завоевал популярность у поклонников древних культов тем, что безжалостно преследовал адептов религии Эхнатона, повсюду стирая имя Атона.
  После низвержения Атона и возвращения к условностям прошлого государственная религия утратила всякую жизненность и не обладала больше в руках ортодоксальных жрецов творческими силами. Тем не менее, религия известным образом эволюционировала, поскольку внутреннее содержание официальной государственной идеологии устанавливалось доминирующей жреческой коллегией. Государство, тесно связанное с религией, все больше и больше начало рассматриваться как преимущественно религиозное установление, долженствующее восхвалять и почитать богов в лице своего главы - фараона. Наряду с другими указаниями на эту тенденцию, о ней в значительной мере говорят и наименования храмов: отныне каждый храм обозначался как святилище царствующего фараона.
  
  НОВОЕ ЦАРСТВО. ВТОРОЙ ПЕРИОД ИМПЕРИИ
  XIX династия начинается с правления Рамсеса I, но не осталось никаких письменных свидетельств, способных пролить свет на его происхождение или политическое движение, которое усадило его на трон. Но, хотя история умалчивает об интригах данного периода, ее молчание достаточно красноречиво. Как показывает тронное имя царя ("избранник Ра"), он был последователем культа Ра. Также следует отметить, что среди других его имен нет ни одного упоминания Амона. С воцарением Рамсеса I, по всей видимости, началось политическое главенство гелиопольского жречества, откуда и получала поддержку новая партия власти. Солнечные атрибуты Амон-Ра со временем становились все более заметными, в то время, как поклонение луне ассоциировалось в основном с Хонсу и импортированными азиатскими лунными богинями типа Астарты.
  Помимо Гелиополя, цари XIX династии получали поддержку иноземцев, что подтверждает их близкая связь с Танисом - городом в Дельте, в котором еще в конце правления XVIII династии поселилось большое количество хеттских колонистов. Со временем наполовину чужеземный город, где Сутех и Астарта стали главными божествами, приобрел большое политическое значение и, в конечном итоге, стал резиденцией фараонов, в то время как Фивы оставались религиозным центром Египта.
  То, что Рамсес I получала политическую поддержку извне подтверждает и тот факт, что он заключил мирный договор с царем хеттов Сапалулом (упоминаемый в последующем договоре Рамсеса II), хотя они никогда не враждовали между собой. Вероятно, между двумя правителями просто существовали теплые дружеские отношения, которые они и продемонстрировали заключением мирного договора.
  Влияние извне, по всей видимости, было ощутимым. Снова, как во второй половине XII династии и в период господства гиксосов, Сутех под именем Сета выдвинулся в Египте на передний план: его поклонником, очевидно, был и Сети I - сын и наследник Рамсеса I.
  Сети I был высоким, красивым мужчиной стройного сложения с острыми чертами лица и энергичным, умным лицом. Его необычайная набожность, несомненно, имела под собой политические мотивы. Его имя встречается в храмах по всему Египту, и он восстановил многие монументы, которые пострадали во времена правления Эхнатона. В Абидосе он построил большое святилище Осириса, что лишний раз подтверждает, что бог Сет, - которому поклонялся Сети I, - будучи неотличим от своего азиатского прототипа Сутеха, не был врагом Осириса. При Сети I были возведены храмы в Мемфисе и Гелиополе. Сети I называл себя "солнце Египта и луна всех остальных земель", что свидетельствует о главенствующем положении, достигнутом культом солнца.
  Очевидно Птах, так же как и Сет, начал выходить на передний план, поскольку Рамсес II сделал своего любимого сына, которого он пережил, верховным жрецом Мемфиса.
  То, что долгое время было только чаянием жрецов и государственным идеалом, оказалось фактически реализованным: империя стала достоянием богов, а фараону приходилось посвящать себя исполнению обязательств перед всеохватывающим верховным жречеством, и близость каждого фараона к жрецам определялась степенью его податливости на их требования. Храмовые наделы, свободные от податей, стали играть значительную экономическую роль, ремесла стали лишь одним из элементов поддержания богов, а благосостояние и экономические ресурсы страны были постепенно поглощены жречеством. По мере увеличения богатств и могущества богов, главным образом Амона, жречество становилось все более и более значительной политической силой. В результате верховный жрец Амона, чей титул стал наследственным, принялся направлять свое влияние и силу на фараона, предъявляя все новые требования к его казне. Так постепенно возникло жреческое государство, на которое египетские жрецы греческих времен оглядывались, как на золотой век.
  Тлетворная сила магической литературы, повсюду теперь распространяемая жрецами, постепенно погасила религиозно-нравственные устремления, и последние следы моральных воззрений исчезли из государственной религии Египта. Молитвы, высеченные на стенах святилищ, не затрагивали вопросы ни нравственности, ни непорочной жизни, а касались исключительно материальных благ. Например, Рамсес II просит Осириса: "И да даруешь ты мне здоровье, жизнь, многолетие и продолжительное царствование; долгую жизнь каждому моему члену, зрение моим глазам, слух моим ушам, радость моему сердцу - ежедневно. И да даруешь ты мне есть, пока я не насыщусь, и да даруешь ты мне пить, пока я не утолю своей жажды. И да утвердишь ты моих потомков царями во веки веков. И да даруешь ты мне удовлетворение каждый день, и да услышишь ты мой голос при всех моих речениях, когда я буду говорить их тебе, и да даруешь ты мне их с любящем сердцем. И да даруешь ты мне высокие и обильные разливы Нила, дабы совершать тебе божественные приношения и дабы совершать божественные приношения всем богам и богиням Юга и Севера, дабы сохранять в живых божественных быков, дабы сохранять живым народ во всех твоих странах, его скот и его рощи, которые соделала твоя рука. Ибо ты - тот, кто сотворил их всех, и ты не можешь покинуть их, дабы осуществить относительно них другие намерения, ибо это несправедливо".
  Внутри среднего класса развивалась более возвышенная форма религии, которая заключала в себе много идей, преобладавших ранее в религии Атона. Во-первых, постепенно возросло личное отношение верующего к богу, в котором он видел друга и покровителя людей. Во-вторых, человек стал понимать смысл греха, и если прежде религия внушала верующему только надлежащее поведение, то теперь она побуждает его ненавидеть зло и гнушаться того же, что и бог. Наконец, в-третьих, молитва из бессмысленного льстивого и подобострастного словоизвержения превратилась в безмолвное устремление сердца.
  Так как скромный древний культ великих богов давно перестал существовать, простой народ, которому нечего было делать среди блеска и великолепия святилищ, принялся обожествлять различных духов природы, животных, а также древних царей.
  В это время в Египте хлынул такой большой поток иммигрантов из Азии, что, как показывают скульптурные изображения, облик нации резко изменился. Как среди народа, так и в официальных кругах стали почитать многочисленных семитских и иных азиатских богов, которые проникли в египетский пантеон и даже имели свои собственные храмы.
  К концу Нового царства прекратился поток рабов, и усилилась эксплуатация свободного населения страны. Стараясь преодолеть стремление знати к самостоятельности, фараоны пытались опереться на жречество. Они ничуть не пытались уничтожить жреческое влияние, от которого была поставлена в зависимость корона, напротив фараоны дарили храмам земли и рабов, способствуя этим их чрезвычайному могуществу. Невзирая на то, что храмы стали представлять серьезную политическую и экономическую опасность, фараоны продолжали политику своих предков и с невероятной щедростью наполняли священные сундуки из сокровищницы царского дома.
  Такое неблагоприятное для короны положение вещей усугублялось тем фактом, что не соблюдалось надлежащей пропорции в распределении пожертвований отдельным богам. Значительно большая часть их приходилась на долю Амона, жрецы которого имели такую силу, что требования, предъявляемые ими к царской сокровищнице, далеко превосходили претензии всех других храмов, вместе взятых. Амон владел многими храмами, святилищами, молельнями и статуями, которые были обеспечены собственностью, рассеянной по всей стране. В частности, Амон владел более чем 2/3 всей земельной собственности храмов, равнявшейся 15% всей обрабатываемой в стране земли. В то время как все храмы владели не более, чем 2% всего населения на положении рабов, Амон одни, вероятно, владел 1,5%. То же самое наблюдается и в других статьях дохода: из числа 513 храмовых садов и рощ Амон владел 344; из 88 храмовых судов собственность Амона составляли 83; 46 мастерских из 53, принадлежавших храмам, были его; в общей сложности 169 городов в Египте, Сирии и Куше находились в храмовой собственности, и Амон являлся единственным богом, владевшим городами в Сирии и Куше. Кроме того, вся эта собственность была совершенно свободна от налогов.
  Таким образом, поместья и доходы Амона, уступавшие лишь царским, заняли важное экономическое положение в государстве, и политическая сила, которой располагало жречество, владевшее столь огромными богатствами, была такова, что с ней не мог не считаться фараон. Не войдя с ним в соглашение и постоянно его не ублажая, ни один фараон не мог долго царствовать.
  
  УПАДОК
  Влияние Амона стало постепенно распространяться на другие храмы и их достояния. Его верховный жрец стал в эпоху XVIII династии главой всех жреческих коллегий в Египте, в эпоху XIX династии его сан стал наследственным, а при XX династии жрецам Амона принадлежал больший или меньший надзор за храмами других богов. Так постепенно и незаметно власть Амона распространилась на все священные поместья страны.
  Во времена правления Рамсеса XII верховный жрец Амона Херихор, который был главой Фиванского княжества и владел целой провинцией по верхнему течению Нила, стал, к тому же, главнокомандующим всех армий. Наконец, путем постепенного овладения сокровищницей, он захватил в свои руки все нити административного управления, и после смерти Рамсеса XII в 1090 г. до н.э. занял главенствующее положение в государстве, ставшем, таким образом, теократическим.
  При теократическом правлении Херихора неотъемлемой частью правительственного механизма стали оракулы. Все, чего верховный жрец не мог достигнуть законным путем, могло быть санкционировано в любое время специальным оракулом бога, и благодаря особому устройству священное изображение, перед лицом которого верховный жрец возвещал свою волю, неизменно подтверждало ее. Все гражданские документы стали, таким образом, божественными декретами. Жреческое плутовство, управлявшее, если нужно, наперекор закону и справедливости, давало возможность верховному жрецу сообщать божественную санкцию всему, что он желал осуществить.
  При Шешонке I официальным божеством царства стала Бастед - местная богиня города Бубаста. Имея номинальную власть над Фивами, Шешонк I назначил своего сына верховным жрецом Амона-Ра. Амон был сброшен со своего высокого пьедестала, но все еще признавался, в то время как другие божества Дельты разделили главенствующее положение с "доброй Бастет".
  Царь Нубии Пианхи (XXV династия) был воспитан в традициях египетской религии и был большим почитателем египетских богов. Его двор и придворное общество в Напате старались во всем следовать примеру египетской столицы, включая строительство пирамид и поминальных храмов.
  Ассирийское завоевание потрясло Египет до самого основания: храмы утратили большую часть своих владений, Фивы также были захвачены и разграблены, статуи великих богов были увезены в столицу Ниневию, а жречество лишилось своего политического влияния. Упадок верховного жречества Амона было настолько полным, что некогда могущественные должность отправлялась принцессами-жрицами и даже первосвященником Амона была женщина.
  
  РЕСТАВРАЦИЯ
  В то время как фараоны Нового царства и их приближенные поклонялись чужим богам, брали в жены чужеземных невест, перенимали новые манеры и обычаи, простой народ никогда не забывал о тех традициях, которые определяют дух нации и составляют суть истинного патриотизма. Когда Египет пал и оказался под пятой ассирийцев, то именно из стойких и немногословных крестьян он начал черпать силы для возрождения.
  Цивилизация Древнего Египта началась и закончилась с Осирисом. Осирис всегда оставался богом простого народа, хотя великие боги на века отодвинули его на задний план в божественном пантеоне. И теперь, когда большинство древних богов были навсегда преданы забвению, культ бога воскресения и бессмертия Осириса продолжал развиваться и процветать. Осирис вернулся на свою позицию общенационального божества, сохранив существовавшую во времена Древнего царства связь с Птахом: в Мемфисе ему поклонялись как быку Апису, а во времена греко-римского господства под именем Сераписа (Осирис-Аписа) его культ распространилось по всему Египту.
  Египет обратился к прошлому и сознательно стремился восстановить государство былых дней. Почитание царей, правивших Мемфисом в отдаленные дни, было восстановлено, и ритуал посмертной службы по ним стал вновь отправляться и обеспечиваться вкладами. Были в значительной мере исправлены и восстановлены их пирамиды.
  Древние посмертные тексты пирамид вновь вошли в употребление, и, несмотря на то, что часто их не понимали, их высекали на массивных каменных саркофагах. "Книга мертвых", получившая свою последнюю редакцию, ясно свидетельствует о возрождении древней погребальной литературы.
  Гелиопольский Ра и фиванский Амон перестали считаться Великими Отцами египетского пантеона и понизились до уровня местных божеств. Гор и Исида выдвинулись на передний план вместе с Осирисом, причем Исида, вопреки древней традиции, получила сложный культ и широкую известность, впоследствии обеспечившие ей всеобщую любовь. Сет вновь стал считаться демоном и убийцей Осириса, и его культ был изгнан из Египта.
  Религиозный центр, также как и политический, совершенно переместился: Фивы утратили свое политическое и религиозное значение, и не было предпринято никаких попыток восстановить его разрушенные храмы. Чтобы остатки богатств Амона могли оставаться под контролем царского дома Псамметих I заставил верховную жрицу Амона удочерить одну из собственных дочерей.
  Богатейшие храмы находились в городах Дельты - Саисе, Атрибе и Буто. В то время как Мемфис был реальным центром социальной и религиозной жизни Египта, столицей государства стал Саис, и богиня Нейт, - его верховное божество, - приобрела большое значение, хотя широкие массы населения воспринимали ее как одну из ипостасей Исиды.
  Поклонение животным было доведено до абсурда. В то время как раньше почитался лишь один представитель известного класса животных, живший непосредственно в храме, теперь во многих случая все его индивидуумы считались неприкосновенными. Усилившееся почитание этих проявлений богов в особенности подчеркивается сложным культом быков Аписов, которые мумифицировались и погребались в огромной усыпальнице Серапеуме, специально построенным для этой цели Псамметихом I. Старые животные божества приобретали новые формы. Например, Хнум стал изображаться как сокол с головой овна, Бастет - как сокол с головой кошки, а Анубис - в образе воробья с головой шакала.
  Тоскуя по славе прежних времен, Египет начал имитировать самого себя. Все старое стало священным, древние знания считались квинтэссенцией мудрости. Но нельзя было полностью свести к нулю два тысячелетия, прошедших со времен Древнего царства. Сквозь искусственный покров древности, набрасывавшийся на современные условия, все же просвечивались неумолимые факты настоящего. Чтобы разрешить затруднения, современным элементам тоже стали приписывать седую древность. Таким образом, было обеспечено теоретическое возрождение.
  Но новая политика Саисской эпохи не могла примириться с тем, чтобы жрецы присваивали себе значительную часть доходов страны. Флот и множество наемных войск, которыми располагал Египет, ложилось тяжким бременем на царскую казну, и сокращение жреческих доходов было неизбежно. У храмов были отняты их имущества и доходы. Политически бессильные жрецы могли только затаить недовольство, но были вынуждены подчиниться требованиям фараонов.
  Хотя жрецы больше и не имели того политического влияния, которым они располагали в дни империи, народ продолжал почитать их. Все жреческие должности стали наследственными, и теперь жречество составляло более чем когда-либо, замкнутый и отличный от других класс населения. Религия, представителями которой являлись жрецы, состояла из бесчисленных внешних обрядов и чрезвычайно скрупулезного соблюдения предписаний, касавшихся ритуальной чистоты. Из религии изгонялось все ненациональное, и было сделано все, чтобы очистить пантеон от каких бы то ни было позднейших наслоений и освободить ритуал от всяких нововведений. Мы не знаем наверняка, действительно ли жрецы учили всему тому, что приписывают им греки, но возможно, жрецы находили высший смысл во всех этих внешних божественных манифестациях так же, как и в мифологических сказаниях.
  Были воскрешены не только верования Древнего царства: в надписях и литературе саисского периода имитировался также и его язык. Для этого жрецам приходилось изучать язык и форму письма, знакомиться с массой стародавней литературы, несмотря на то, что все это давно вышло из употребления. Таким образом, древняя письменность, уже и ранее считавшаяся божественного происхождения, стала священным занятием, характерным отличием богословской науки и потому была названа греками "иероглифами", или священными знаками. Начертания и священные свитки прошлого ревностно разыскивались и, покрытые пылью веков, подбирались одни к другим, сортировались и приводились в порядок. Прошлое было превыше всего; жрец, которому оно было дорого, жил в царстве теней, и его жизненные силы были потеряны для мира. Начиная с VIII века до н.э. тесные связи, установившиеся между греческими государствами и Египтом, привели к тому, что вскоре вся страна изобиловала греческими торговцами. Непроницаемая сдержанность египтян, а также их безграничные притязания производили глубокое впечатление на восприимчивых греков. Впечатление еще усиливалось благодаря чудесам, наполнявшим страну: огромные здания, пирамиды и храмы, сооружение которых часто оставалось для них загадкой; таинственные письмена, которые они никогда не научились читать настолько, чтобы понимать сохранившиеся летописи или узнать подлинную историю страны; удивительная религия с таинственными ритуалами, казалось, скрывавшие за собой глубочайшие истины; бесспорная древность бесчисленных величественных памятников, окружавшие их со всех сторон, - все это вследствие невозможности объективного непредвзятого изучения народа и его истории неизбежно ослепляло даже греков, посещавших страну в то время. Сами египтяне, огражденные требованиями обрядовой чистоты, стояли совершенно в стороне от соприкосновения с чужеземной жизнью и не давали ей на себя влиять. С течением времени появились переводчики, которые были так многочисленны, что образовали заметный класс населения, и они часто грубо обманывали греков, обращавшихся к ним с расспросами. Хотя сами греки утверждали, что получили свою философию из Египта, подлинный характер египтян и их цивилизация никогда не были правильно поняты греками, и их произведения, касавшиеся Нильской страны, содержат по существу неверные представления. Но, к сожалению, современные исследователи вынуждены использовать скудный запас относящихся к Египту греческих преданий, поскольку их местные аналоги и памятники почти все погибли.
Оценка: 4.99*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Невер "Сеттинг от бога" (Киберпанк) | | В.Казначеев "Искин. Игрушка" (Киберпанк) | | М.Атаманов "Искажающие реальность" (Боевая фантастика) | | Е.Сволота "Механическое Диво" (Киберпанк) | | У.Михаил "Ездовой гном 4. Сила. Росланд Хай-Тэк" (ЛитРПГ) | | Т.Сергей "Мир Без Греха" (Антиутопия) | | В.Кривонос "Магнитное цунами" (Научная фантастика) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа" (Боевик) | | Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"