Фирсанова Юлия Алексеевна: другие произведения.

Страсти по Джокерам, или семейный кавардак

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 9.42*13  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Повесть относится к циклу "Джокеры". Время - после всех романов цикла. Тем, кто скучал по героям и особенно по Джею. ;)

  Повесть относится к циклу "Джокеры". Время - после всех романов цикла. Тем, кто скучал по героям и особенно по Джею посвящается. ;) Герои те же + кое-кто из молодого поколения.
  Тем, кто забыл, напоминаю: положительных героев тут нет, моральные нормы и правила людей к богам не применимы.
  Фирсанова Юлия
  Страсти по Джокерам, или семейный кавардак
  (время действия рассказа - после явления Джокеров, т.е. окончания романов цикла)
  
   последний кусочек
  
  Столь же вдохновенный, сколь и пьяный менестрель, каким-то чудом ухитрявшийся попадать в ноты, завершил очередную 'Песнь о Триаде'. Теперь под одобрительный стук кружек по столешницам он угощался новой порцией пива за счет заведения.
  Трезвый по младости лет ученик перехватил эстафету. Он наигрывал на гитаре что-то ненавязчивое, то ли создавая музыкальный фон вечера, то ли ясно демонстрируя всем конкурентам, желающим пристроиться в хороший кабак, что место занято.
  Рэф задумчиво цедил хмельной напиток в одиночестве. Ушел он на прогулку по дивным улицам древнего города без всякого сопровождения. Тишком ускользнул от родственников, чтобы в очередной раз побродить, проникаясь легендарным духом великого места, бывшего родиной его семьи. Парень хотел подумать и, наверное, попытаться осмыслить, куда же он опять вляпался.
  До недавнего времени все казалось простым и понятным, есть отец, мать, дремлющие силы, где-то там далекая родня и великое дело в перспективе. Потом как-то вдруг обнаружилась тетя и - раз! - перспектива оказалась настоящим определенным, а он невольно завязшим по все, как комарик в янтарь. И непонятно, то ли спокойно тонуть, то ли из последних сил пытаться вырваться и бурно возмущаться. Да еще свежие вести добавили повода для головной боли.
  - А я говорю врата были из роз!
  - Нет, из лоз!
  - Музыка сфер и сияние великого света Творца было, никаких роз и лоз, хватит брехать!
  За соседним столом трое мужиков, выглядевших как туповатые наемники и тихо шепчущиеся о чем-то своем заговорили неожиданно громко.
  Последний, отличавшийся от лысых и бородатых сотрапезников или собутыльников наличием шевелюры и гладко выбритыми щеками, огляделся и решил привлечь арбитра для разрешения спора.
  - Эй, парень, скажи, ты слыхал, как Джокеры явились через врата?
  - Слыхал, - вынужденно согласился Рэф, понимая, что если ответит 'нет', то подогретая выпивкой троица поклонников Триады ринется на него дружно и не с вопросами, а с мордобоем.
  Скандал и драка в кабаке - нет, таким прославить этот день в городе Рафаэль совсем не хотел. Для кутежей и бузотерства есть иные миры. Огорчение матери, удивление отца (чего сразу не пожар с трупами-то?) и ироничный хмык тети представились очень живо.
  - И? - поторопил арбитра второй тип, сторонник версии про лозы.
  - Все было: врата из лоз и роз, сияние сфер и музыка гармонии - Силы же постарались! Они этого явления тысячи лет ждали, хотели покрасившее все сделать! - раскололся Рафаэль.
  - Не врешь, парень? - поутихли довольные - каждый оказался прав - спорщики.
  - А смысл? - пожал плечами Рафаэль. - Какой мне с того толк? Все ж логично: розы для Элии и Мирабэль Лоулендских, к тому же роза - символ богини любви, лозы - знак Элегора Лиенского, а все остальное (музыка с радужными переливами) - для красоты Силы приложили.
  Трое, выглядевших как типичные тупые дуболомы, и оказавшихся столь подкованными в сферах божественных, чтоб вести идеологические споры о деталях, одобрительно заворчали. Они, явно расчувствовавшись, даже предложили угостить умного паренька за свой счет.
  Рэф скосил взгляд на то, что плескалось в кружках у собеседников, и великодушно отказался от угощения. Достаточно было снова представить удивленно вскинутую бровь тетушки и укор в маминых глазах. Ушел погулять и набрался как свинья - настоящий мужчина! Гася конфликт в зародыше - как же, щенок угощением брезгует! - парень сам оплатил выпивку нечаянной компании во славу Джокеров и, пока ему не пришлось платить за весь кабак, потихоньку слинял за порог.
  'Уф', - перевел дух парень и, насвистывая прилипчивый мотив троекратно слышанной сегодня песенки, двинулся по мостовой.
  - 'Это тебе еще повезло!' - хмыкнул над ухом знакомый голос.
  - В чем, Связист? - удивился Рэф, только сейчас понимая, почему ему так легко позволили смыться без пригляда.
  - Узнали б, чей ты сынок, пока с каждым не выпил бы, не выпустили, - хохотнул бас.
  Юноша только тяжело вздохнул. Связист же встревожился:
  - Эй, ты чего загрустил?
  - Да так, пустяки, - попытался отмахнуться Рэф от своего незримого сопровождающего.
  Впрочем, присмотр Связиста, отродясь никому не читавшего мораль и не учившего жизни, чем грешили многие знакомцы Рэфа, был наименьшим из зол. Да и посоветоваться с ним порой, чтобы взглянуть на проблему с точки зрения Сил, не вредило. Однако сейчас речь шла о такой проблеме, которая, как ни крути в число доступных пониманию Вольных Сил, даже Туза Сил, входящего в число самых преданных сторонников Джокеров, не входило, просто потому что Связист был Силой. Зато он годился, чтобы посоветоваться о той, которая на роль советчицы подходила как нельзя лучше.
  - Колись, парень, с кем тебе еще обсудить-то? Не к Элии ж идти? - будто подхватывая эту мысль продолжил Связист.
  - А может и в самом деле мне к тете надо? Лучше нее никто совета не даст, только это раньше я мог запросто к ней завалиться с ворохом вопросов, а теперь попробуй пробейся...- вздохнул Рэф, запрокинув на миг голову к подмигивающему ему тысячью глаз лукавому звездному небу. Ветерок взъерошил темные волосы бога.
  - Это, конечно, Элия советы правильные дает, - на секунду замялся Связист.
  - Тетя сейчас не одна, - догадался юный бог, машинально кидая монетку музыканту, вдохновенно наяривающему на гитаре дорожный романс дяди Кэлера.
  - Ну как бы... она сейчас вообще редко свободна бывает, - чуток смущенно поддакнула Сила, завиваясь вокруг собеседника десятком разноцветных энергетических спиралей. - Но если тебе и впрямь очень надо, давай я ее в коридор осторожно позову.
  - А чего не в гостиную? - удивился Рэф, уловил что-то вроде толики смущенного восхищения со стороны Связиста, совершенно явственно относящегося не к нему, а к объекту беседы и сообразил: вероятно тетя не только не одна, а очень сильно не одна и прямо в гостиной или в такой близости от этой комнаты, что ему там не место.
  Не дожидаясь объяснений обыкновенно бесцеремонных Сил, с чего-то вдруг решивших проявить тактичность, юный бог решил довольствоваться малым.
  - Ладно, позови, пожалуйста, - попросил Рэф.
  - Оки, - брякнул Связист жаргонное словечко, подхваченное где-то в урбанизированных мирах, и телепортировал юношу к дверям апартаментов принцессы на диванчик в ближайшей нише.
  Створки с изящной монограммой богини препятствовали не только прохождению звуков, они, после последней доработки, блокировали и любое излучение энергий изнутри, потому юный лорд не мог определить ни того, у себя ли тетя, ни того, с кем она сейчас.
  Рэф откинул голову на спинку диванчика, поерзал и приготовился терпеливо ждать. Да, усидчивость никогда не была сильной стороной порывистого в силу юности и по характеру бога, но порой ждать действительно приходилось просто потому, что ничего другого не оставалось.
  Стремительно мчащийся по коридору песочный вихрь притормозил рядом с диванчиком и обратился в чуток встрепанного, но ему всегда шла эдакая легкая небрежность, дядю Джея.
  Окинув окрестности цепким взглядом, принц с показной беспечностью приветствовал племянника:
  - Привет, малыш! Скучаешь? Игрушек не захватил?
  - Привет дедушка, как поживают твои старые приятели артрит, артроз и остеопороз? - почти машинально копируя тон родственника, отшутился Рэф, которого задолбала кличка 'малыш'.
  - Не припомню таких, - прищурился Джей, перебирая знакомых демонов и прикидывая, где его подкалывает племяш.
  - О, так в их компанию еще кузены альцгеймер и склероз затесались, - чуть развеселился юный лорд.
  - Что такое склероз принц знал, потому мгновенно сориентировавшись в русле беседы, скривил губы:
  - Издеваешься, пацан?
  - Как можно, старость надо уважать! - прыснул Рафаэль, но продолжить пикировку с желчным дядюшкой не успел.
  Дверь не скрипнула или звучно грохнула об косяк, она отворилась совершенно бесшумно. Из апартаментов Элии пронеслась такая мощная волна причудливого смешения родственных сил воителя Нрэна, романтика Лейма и богини любви, танцевавших совсем недавно свой извечный танец единства, что Рафаэля буквально подбросило с диванчика. Закрутила эта волна и Джея, заставив содрогнуться всем телом, развернуться в сторону дверей и сбить дыхание.
  - Прекрасный вечер, обожаемая! Не заскучала? Может, третий кавалер нужен? - задорно и привычно уточнил принц, пожирая взглядом женственную фигуру в домашнем переливчато-синем платье с причудливой шнуровкой на лифе, распустить которую было бы так заманчиво. Лишь чуть хрипловатый голос выдавал его настрой.
  Джей подступил к богине и, завладев поданной ручкой, запечатлел на ней куда более пылкий, чем требовал этикет и дозволяли правила приличия поцелуй. Он ожег принцессу взглядом, в котором читалась столь откровенная бездна желаний, в сравнении с которой жесткая порнография всей громадной королевской библиотеки, собираемой тысячи лет, показалась бы сборником потешек для младенцев.
  - Прекрасного вечера, тетя, прости, что помешал, - запросто игнорируя настрой Джея, встрял молодой лорд. Уж чего-чего, а нахальства Рэфу было не занимать. Происхождение обязывало!
  Своими словами он в первую очередь обозначил для буйного дядюшки ради чего, вернее, кого, сейчас были распахнуты двери апартаментов. В воображении Рафаэля тоже мельтешили картинки не из мультиков, но он нашел в себе силы продолжить беседу в деловом ключе:
  - Я понимаю, что не вовремя, но мне очень нужен твой совет.
  - Рэф, в нашей бешеной круговерти сложно выбрать время абсолютно уместное, - согласно качнула головой Элия. Небрежно потрепав по соломенным вихрам брата, подрагивающего от возбуждения пополам с бешенством из-за нахального вмешательства сопляка, богиня извинилась:
  - Прости, Джей, мне надо перемолвиться словечком с племянником.
  Понимая, что прогнать брата без бурного скандала не получится, Элия поступила проще. Коснулась запястья Рэфа, перенося его и себя в кабинет. Коль не вышло побеседовать в коридоре, придется жаждущему срочного разговора пареньку потерпеть бурю энергий, пляшущую в комнатах. Надо же приучать молодое поколение к действию своей силы! Сколько можно оберегать, уже не несмышленыш, пусть учится просчитывать риски. Небольшая прививка не повредит.
  Рэфу всегда нравился запах кабинета Элии - запах тайн, древних загадок, чем-то напоминающий смесь ароматов хорошей библиотеки и роскошного будуара. Наверное, последняя ассоциация возникала из-за тонкой нити духов тетушки, вобравшей в себя нотки запаха роз альтависте, персика и утренней свежести.
  Потянув его носом, юный бог ощутил не только вполне закономерное удовольствие, но и странное успокоение. Наверное, аромат Элии ассоциировался у юного бога не только с прекраснейшей из женщин, но и той, которая всегда выслушает и даст ответ на любой, самый заковыристый вопрос. Конечно, родителям Рэф тоже доверял, но мама всегда принимала любую его проблему слишком близко к сердцу. Потому юный бог и старался лишний раз не тревожить ее. Тетя же никогда не выказывала тревоги, какую бы кучу животрепещущих вопросов не сваливал на ее голову племянник. И это, пожалуй, успокаивало более иных логичных доводов.
  Как это успокоение разума уживалось у него с истинным мужским восхищением, замешанным не только на любовании, но и на вполне себе низменной жажде плотского обладания, Рэф для себя разобрать не мог. В общем-то и не пытался разбираться. Ему вполне доставало сознания того, что его тетя - богиня любви, Джокер и вообще одна такая во Вселенных, а значит и чувства она просто обязана вызывать уникальные. А что не принадлежала и никогда ему принадлежать не будет, так ведь и солнце со звездами одни на всех. Зато он, в отличие от многих и многих, может похвастаться тем, что разглядывал их вблизи и не сгорел дотла.
  Присев в кресло, Рэф не удержался и таки покосился на притворенную дверь. Элия вопросительно выгнула бровь.
  - Дядюшка... - пожал плечами юный лорд.
  - Побесится и перестанет, - философски констатировал богиня, слишком привычная к нраву брата.
  - Зная дядюшку, я бы сказал, начнет беситься по другому поводу, - ухмыльнулся Рафаэль и тут же посерьезнел, вспоминая о своем поводе для разговора. Набрав в грудь побольше воздуха, парень выпалил:
  - Теть, тут такое дело. Короче, я когда гулял на нижних уровнях с полгода назад, сказку одну нашел про повелительницу гор. Захотелось познакомиться. Нашел. Ну и... теперь у меня там двое детей.
   - И? - не увидела проблемы Элия.
  Со времен первой вести о племяннице - дочке Кэлера, успевшей не только подрасти, но и удачно выйти замуж, богиня попривыкла к систематическому пополнению семейства. Настолько систематическому, что Королятник, учебное заведение для младших членов семьи, собранных по мирам и получающих самое лучшее образование и воспитание в лоулендском духе, не только не пустовал, а еще и функционировал с двумя разновозрастными курсами-наборами одновременно.
  - Она грозится убить детей, если я не женюсь. Настаивает, чтобы союз был заключен не там, а здесь, - выпалил Рэф, сцепляя руки в замок и устремил на тетю умоляющий взгляд серых глаз, так похожих на отцовские. Правда, такой степени просительности они достигали у Лиенского-старшего не часто. Пожалуй, всего пару-тройку раз, когда Элегор просил посредничества у Элии в ухаживаниях за принцессой Мирабэль.
  - И ты, видя множественность вариантов, не знаешь, какой предпочесть. Забрать ли детей силой, дать матери желаемое или предложить приемлемый выкуп, - констатировала Элия, потирая подбородок.
  - Все так, кроме жениться, - нервно кивнул Рэф.
  - Жалеешь амбициозную сучку? - приподняла бровь принцесса и пояснила в ответ на непонимание, плеснувшееся в очах племянника. - Если уровень низок, то она умрет, не справившись с ломкой силы, стоит ей преступить границу нашего вечного мира.
  - О-а... ясно, - понимание смешалось с жестковатой семейной усмешкой на губах юного лорда.
  - Но реакцию детей на такую смерть матери я предсказать не берусь. Если не поймут сейчас, позже могут счесть подставой. Мертвым порой куда проще оправдаться. Давай попробуем вариант с откупом. Если она грозила тебе смертью детей, вряд ли питает к ним неистовые материнские чувства.
  - А дети? Их можно забрать сюда? - почти перебил тетю Рэф, испугавшись против воли за еще незнакомых, но своих по крови малышей. - Их надо будет где-то в безопасных мирах оставить?
  - Нет, Лоуленд - родной мир отца станет для них лучшей защитой, нежели материнский, если, разумеется, твоя кровь в них сильна. А по-другому у нас сейчас не бывает. Связывайся с матерью своих близнецов и торгуйся.
  - Аа-а-а, если она не согласится? - нахмурился молодой лорд, вертикальная складка прочертила лоб.
  - Тогда мы убьём ее, приглашением ли сюда, или более скрытно, и заберем детей, - любезно предложила вариант светлая богиня.
  Рэф тряхнул головой:
  - Я предпочел бы решить вопрос менее кардинально.
  - Пожалуйста, - повела рукой Элия, пряча в уголках губ довольную улыбку. После ее циничных заявлений всякая опаска у племянника испарилась летней росой. Чтобы он ни предпринял, все равно получится лучше, чем чернушные тетушкины варианты со смертями невольными и вольными убийствами, чего, собственно богиня и добивалась.
  Рэф сплел заклинание связи и позвал:
  - Медейра.
  Великая роскошь и столь же великий хлад - так восприняла картинку видения богиня. Бездушное сияние магических светильников, малахитовые колонны, сверкание хрусталя, холодный блеск изумрудов и рубинов. Искусная резьбы по камню, где узор мастера является продолжением прихотливого природного узора, а одно причудливо перетекает в другое. Полюбоваться этим подгорным музеем разом можно, но жить, не заморозив душу? Увольте!
  - Ты подумал, Рафаэль? - повернулась на зов статная зеленоглазая брюнетка в тяжелом сверкающем атласном платье, облекающем ее фигуру перчаткой. - Готов сделать предложение?
  - Готов, - решительно отрубил юноша и прежде, чем самодовольная улыбка воцарилась на губах гордой красавицы, продолжил:
  - Назови свою цену за то, чтобы передать мне детей.
  - Ах вот что ты выбрал, - зеленые глазищи разозленной красотки сверкнули лазером, и она процедила, выдав, как ей показалось почти непомерное условие:
  - Что ж, за каждого вдесятеро по весу камней чистой воды. За мальчика - алмазы, за девочку - рубины.
  Рэф метнул взгляд на Элию, отследил ее кивок и согласился:
  - Договорились. Ты получишь драгоценности. Поклянись, Медейра! Скрепи договор!
  - Я отдам тебе детей в час, когда получу плату, - буквально выплюнула из себя женщина обещание.
  - В миг, в полном здравии телесном и душевном, - поправил женщину Рафаэль, считав поправку с уст тети.
  Губы повелительницы каменных недр скривились. Кажется, поправка разрушила какие-то ее планы. Но Медейра еще не верила, что непомерная цена, назначенная ею, будет представлена скромным странником-менестрелем, пусть и божественного толка. А именно таким представал перед властной зеленоглазкой Рафаэль в своих прогулках по нижним уровням.
  Элия встала первой и протянула руку племяннику. Рэф не очень понимая, зачем она это делает, взял тетю за руку. Реальность мигнула, перенося богов в роскошные каменные чертоги.
  - По праву старшей в роду женщины я исполняю роль посредника, - с властной надменностью объявила Элия. - Доставь сюда детей, чтобы получить причитающееся.
  - Их приведут, - мстительно оскалилась Медейра, а Рэф икнул от неожиданности. Одно дело узнать о собственном отцовстве, другое, узнать, что его потомство уже не орущие комки в пеленках, а способные к самостоятельному передвижению чада. Да и стоимость живого 'товара' по массе брутто и нетто заодно возрастала. Тете достался еще один виноватый взгляд.
  Элия не выказала ни тени удивления. По опыту наблюдений за подрастающим поколением богиня примерно такого и ожидала. Тела маленьких богов в первые месяцы жизни росли стремительно, так же как и интеллект. Плоть подгонялась под феноменальный уровень силы, доставшийся потомкам и родичам Джокеров.
  Медейра взмахнула рукой, створки сплошного малахита распахнулись и гигантские ящерицы, больше смахивающие на перекормленных стероидами королевских варанов, привезли в залу двух парадно одетых в зеленое и золотое малышей. При всей роскоши вещей, они явно не отличались удобством. Тот, кто их одевал, заботился о внешнем впечатлении, а не о нуждах ребятишек.
  На взгляд мало смыслящего в детях Рафаэля, крохи выглядели годика на четыре-пять. Детская умилительная пухлость уже начинала сходить, проявляя фамильные черты Лиенских: острые скулы, брови вразлет, тонкий нос, упрямый подбородок. Волосы малявкам достались папины - густой волной, с трудом приводимой в приличное состояние, а вот глазищи Силы Случая им подарили мамины - зеленущие, не темный малахит очей Повелителя Межуровнья Злата, а яркий изумруд.
  На незнакомцев: очень красивую тетю и удивительно родного, пусть и никогда не виданного прежде дядю, дети уставились с опасливым любопытством диких зверьков. Впрочем, на мать они косились с гораздо большей опаской, чем на гостей. Какие бы чувства не связывали Медейру с близнецами, любовью, теплом и родственной привязанностью там не пахло. Дети были лишь средством для достижения цели. Или же, поначалу, как могла предположить Элия, их вообще рассматривали лишь как неприятный сюрприз, избавляться от которого оказалось поздновато.
  - Каков их физический возраст? Имена? - мысленно уточнила Элия у Связиста.
  - Пять месяцев, Тильдерин и Мелинда, - выпалила Вольная Сила. - Вот дают, как подрасти-то хотели, чтоб из этого могильника слинять! Ну чего, я отсыпаю по весу?
  - Давай, из моего хранилища, - приказала принцесса и перед повелительницей гор возникли гигантские весы-качели о четырех чашах. На первых двух, как в мягких креслах устроились дети, третья и четвертая чаша, уравновешивая малышей, стремительно заполнились отборными каменьями превосходного качества и огранки.
  - Оплата внесена. Признаешь ли ты, Медейра, именуемая Повелительницей Гор, договор исполненным?
  - Да, - прошипела любящая мать, обжигая Рафаэля ненавидящим взглядом обманутой в амбициозных замыслах и отвергнутой женщины. - Будь ты...
  Неизвестно какое проклятие пыталась добавить на прощание Медейра, но язык вдруг отнялся. Она не могла вымолвить ни слова.
  - Не стоит, - холодно покачала головой Элия и недобро прищурилась, - а то я тоже могу пожелать тебе что-нибудь на прощанье. Хочешь? Мои-то пожелания непременно сбудутся.
  Волна силы прокатилась по залу, Медейру снесло к стене, и она отчаянно замотала головой, только сейчас начиная понимать, что уподобилась шавке, осмеливающейся тявкнуть на дракона. Каким бы слабаком ни был юноша (или он только ей казался таковым?) старшая в роду способна стереть ее в пыль одним движением брови.
  - Умница, - прохладная улыбка скользнула на прекрасные уста. Элия обернулась ко все еще сидящим на весах-креслицах ребятишкам. Драгоценные камни уже лежали двумя горками у ног торговки, но равновесие чаш сохранялось волею Туза Сил.
  - Тильдерин и Мелинда, я Элия, ваша тетя. Хотите уйти отсюда с отцом? - предложила богиня малышам.
  - Это наш папа? - первая заговорила зеленоглазая девочка, опережая заробевшего мальчонку, ткнула в направлении Рэфа пальчиком.
  - Да, я ваш отец, - хрипло признался юноша и нервно тряхнул головой.
  - Папа, ты, правда, хочешь нас отсюда забрать? - голос мальчишки был ломок и звонок. Он искательно вгляделся в лицо того, кто назвался отцом. - Хочешь? А не потому, что так положено?
  - Хочу, - сглотнул комок в горле Рафаэль.
  - Тогда мы идем с тобой, - храбро объявила общее решение девочка, не интересуясь зачем, куда и как. Она улыбнулась и сцапала более стеснительного брата за ручку.
  Связист только того и ждал. Перенес близняшек к Рафаэлю. Тот не стал брать ребятишек за руки, сразу подхватил их в объятия. Дети обвили ручонками шею отца и прижались покрепче, будто опасались, что он может их уронить или, что гораздо хуже, не забрать с собой, оставить в чужом и холодном каменном мире, так и не ставшем своим.
  Связист телепортировал всех назад в Лоуленд, туда, откуда боги исчезали. А уж из кабинета принцессы Рэф планировал довести малышей до своих покоев. Так и пошел юный лорд с детьми на руках через гостиную принцессы, где ожидали возлюбленную Нрэн и Лейм. Обернувшись, чтобы кивнуть в знак признательности за помощь, юноша еще успел увидеть, как садится к богам на диван тетя.
  Руки Нрэна тут же сомкнулись железным и одновременно бережным хватом на талии любимой. Лейм опустился на ковер, нежно обнимая ее ноги и скользя по ним подушечками пальцев в безотчетной ласке. Естественно, правильно, гармонично, никакой неловкости или унижения. Так жаждущий приникает к роднику, утоляя смертельную жажду, так лепестки цветка раскрываются навстречу солнечным лучам.
  Рэф невольно позавидовал этому союзу и понадеялся, не сейчас, пожалуй, еще рановато, не нагулялся, но когда-нибудь в далекой перспективе, и у него найдется та, рядом с которой можно будет вот так в молчании посидеть. Не зря ведь говорят, когда вам есть о чем поговорить - хорошо, но когда есть о чем помолчать - поистине прекрасно.
  Дверь в коридор распахнулась, пропуская молодого лорда с его ценной живой ношей. Помощи в переноске никто из дядьев не предложил, да юноша ее и не принял бы. Сейчас это была его ноша, обязанность и, пожалуй, честь. Представить детям мир, помочь им освоиться, ввести в семью, сделать не наобум, а по закону, как полагается.
  Элия не обманула, юный бог ощущал, как сила Лоуленда окутывает новичков, пропитывая их тонкие структуры, как ребятишки тянутся к этой живительной мощи в ответ. Как слетают с душ и сил маленьких богов незримые путы, отпускает их напряжение, как воцаряется в душах ощущение абсолютной правильности. И пусть Рафаэль еще не видел, какими именно божественными силами наделил Творец его детей, так на это еще будет время. Пусть подрастут! Зато юный бог чувствовал, силы и яркости его малышей (воистину тетя права!) достанет, чтобы стать полноправными членами семьи!
  Впрочем, некая неправильность в коридоре все-таки была. Это Рэф заметил лишь мельком, слишком сосредоточен был на детях. Той ниши, где он терпеливо ждал тетю с полчаса назад, больше не существовало, легкий призрак гари в воздухе намекал на ее участь. А еще сбоку от дверей в апартаменты Элии прямо на полу сидел вооруженный бутылкой чего-то весьма крепкого, судя по темноте стекла и устойчивому аромату, дядя Джей.
  Шествие племяша с парой сопляков на руках он проводил многозначительным хмыком и, отсалютовав троице, снова приложился к бутылке.
  - Какой красивый дядя, - завороженно прошептала малышка Мелинда на ухо Рафаэлю. - Я хочу за него замуж, когда вырасту.
  - Это твой родной внучатый дядя Джей, - подавился воздухом, вздрогнул и поспешно ответил юноша, начиная с каждой секундой все глубже понимать серьезность и тяжесть отцовской миссии.
  - Нельзя, да? - нахмурилась девочка, упрямо сложив губки бантиком.
  - Найдем тебе другого, красивее и добрее! Когда подрастешь! - торопливо пообещал Рафаэль, понимая, что если с красотой и возникнут некоторые сложности, потому как это субъективное понятие - вопрос личного вкуса, то практически любой знакомый юного лорда однозначно будет добрее принца Джея Ард дэль Лиос Варга.
  - Ладно, - смилостивилась девочка, а Рэф в очередной раз задался вопросом: - Что ж такого находят соплячки в дядюшке Джее, что липнут к нему пачками. Красивый? Так все в семье один краше другого! Опасный? А кто в семье не опасен? Обаятельный? Так и любой другой дядюшка таков! Веселый? Ну блин, лишь один Нрэн выглядит откровенным букой. Нет, никогда ему не понять девиц!
  А Джей сидел, мрачнел и пил еще час-другой, пока дверь в апартаменты Элии не распахнулась снова.
  Принцесса встала перед ним и, скрестив руки на груди, вопросила:
  - Пить и громить родной замок - нет достойнее занятия для Туза Джокеров. Тебе скучно? Найти работу?
  - Мне тошно, - хлебнув из горла, поделился откровением Джей, жадно разглядывая снизу верх Элию. Свою самую большую проблему, страсть и недостижимую цель.
  Она была как раз такой, как он желал, весь вопрос только в том, что не была его и не стремилась стать таковой. Лишь дразнила обещанием, краткой жгучей лаской, пробиравшей до самой сути, и снова ускользала, оставляя алчное желание, утоленное лишь на жалкий глоток и с каждым разом полыхающее все сильнее. Это было как с крепкой выпивкой. Вроде и булькает, а жажду утишить не может, хоть обпейся. Послать бы все и Элию в придачу к драным демонам, так ведь именно недостижимость и притягательность цели неизменно влекла азартного бога стократ сильнее любой иной игры.
  - Алкаш, - Элия двинула ножкой, вышибая из цепких пальцев почти пустую бутылку.
   Руки Джея метнулись и ухватили лодыжку, чуткие пальцы погладили шелковую нежность кожи, ноздри раздулись, втягивая аромат, заводивший круче любого наркотика. Губы прошлись вдоль стопы, чередой мелких поцелуев. Нет, так как Лейму, богу воров от ножек богини крышу не рвало, но тоже пробирало изрядно. Поймав ртом мизинец с крохотным аккуратным ноготком, принц пощекотал его языком. Ножка, упиравшаяся ему в лицо и грудь, чуть заметно вздрогнула.
  - Опять разозлился, - задумчиво усмехнулась Элия. Высвободила конечность и присела рядом с принцем, развалившимся прямо на паркете, как на лучшей пуховой перине.
  - Видел я твои дела, занятая моя, - Джей мотнул головой в ту сторону, куда ушел Рэф с парочкой малышей. - Но на Лейма и Нрэна ты минутку находишь!
  - На тебя тоже нашла, - рука богини прошлась по встрепанной светлой шевелюре вора.
  - Мало, всегда мало, - горько посетовал принц.
  - Тебе больше сейчас нельзя, рехнешься, - тихо объяснила Элия.
  - А им можно? - хищно оскалился чуть пьяный Джей, стукнув затылком в стену, за которой находились апартаменты принцессы, Нрэн и Лейм соответственно. - Почему?
  - Представь себе жаркий край, в котором пару десятидневок не выпадал дождь, - вместо ответа начала вешать на уши брату какую-то муть богиня. - Что будет, когда пойдет ливень?
  - Ручьи, лужи, буйный рост всякой травы, - передернул плечами принц, подозревая, что неспроста принцесса ударилась в ботанику с метеорологией.
  - Да, ручьи, лужи, но вода довольно быстро уйдет в землю, даст толчок обновлению и буйному цветению всему живому, - согласилась Элия. - Теперь представь, что такой дождь и не ливень на час-другой, а затяжной, хотя бы на сутки, решил обласкать собой землю, где дождей не было веками?
  - Поначалу однозначно болото сверху, гниль, миазмы, а под мертвой коркой на пару метров вглубь сушь, - раздраженно выпалил Джей, мотнув головой, будто хотел вытрясти из-за ушей фиалки, запихиваемые туда Элией.
  - Вот тебе и ответ, - вздохнула принцесса, снова потрепав брата по волосам. - С воздействием силы ситуация аналогичная. Не надо пытаться отхватить от этого пирога больше, чем тебе по зубам, дорогой. Ты рехнешься, и я не уверена, что смогу излечить того, кто категорически не желает быть исцеленным. Ты слишком любишь ходить по грани и за гранью.
  - Удовольствие того стоит, - выдохнул Джей, млея под руками богини.
  - Не рушь пасьянса, не путай расклада, - еще раз ласково попросила принцесса. - Я не отвергаю тебя, лишь страхую.
  - К демонам все страховки, хочу, всего хочу, всегда, - жадно потребовал принц, запрокидывая голову, пожирая Элию сильно посветлевшими, почти белыми от возбуждения глазами.
  Богиня снова взъерошила волосы брата и нахмурилась. Вертикальная морщинка пролегла меж бровей. В светлой шевелюре Джея отыскалась седая прядь. Или она там была с каких-то пор?
  - Чего, опять разонравился? - улавливая настрой сестры, насторожился принц.
  - У тебя прядь седая, - почти растерянно промолвила Элия.
  - Это потому, родная, что ничто не дается даром даже таким везучим сволочам, как мы. Мы не помнили вас четко, пусть и старались держаться вместе. Хотя Нрэн с Леймом часто в мирах пропадали, но не думаю, чтоб всегда парочкой. Я как-то сильно пьян был, воителя нашего спровоцировал, так пару дней едва ноги волочил. Его причиндалами только стены сносить вместо тарана... Сам-то я все больше в Галерее Портретов и Зеркал пропадал, бродил, сам не знаю зачем, как слепой. Все что-то искал, и не смотрел же на портреты, а все равно там ошивался. Будто пытался найти то, что не терял. Как торчка к дозе туда тянуло и сюда, в коридор к твоим апартаментам... Я в той нише или прямо тут, на полу из горла хлебал.
  - Моя вина. Раньше ты был только весел и беспечно зол. Слишком опасны те силы, с которыми я глупая играла, едва шагнув на стезю обладания даром. Не на родичах стоило точить коготки, хоть, не спорю, вы - самая притягательная из целей. Я навредила тебе, - Элия снова нежно пропустила недлинную прядь волос бога сквозь пальцы, чуть прикусив губу.
  Инстинктивно чуя всем нутром надвигающуюся опасность, принц отшатнулся и почти прорычал:
  - Не тронь, я не разрешаю тебе применять свою силу. Тебе, может, так проще, но я не хочу! Если ошиблась и заигралась тогда, что ж, теперь живи с тем, что получилось. Или с кем! Долги не только карточные святы! Ты, конечно, всегда права, леди Джокер, но и я себя неправым не чую!
  Джей позволил себе болезненную гримасу, обозначающую улыбку.
  Принцесса, желавшая лишь точнее проверить состояние брата, отступилась. Все равно смотреть на что-либо, когда жертва враждебно ощетинилась всеми иглами души и тела, не имеет смысла. Прав Джей, за все свои игры рано или поздно приходится платить по счетам. За каждый ход. Все что она могла, лишь немного предостеречь азартного принца, используя старый как мир метод наглядности.
  - Составь мне компанию, - попросила богиня, поднимаясь. Домашнее платье сменилось официальным: синь, россыпь серебристо-белой искусной вышивки по подолу, вороту и оторочке, серебро рукавов. Сирениты дополнили наряд.
  Джей машинально трансформировал одежду, подстраиваясь под стиль сестры, и предложил ей руку. Он все еще подозревал Элию в какой-то игре, но отказываться от нее не стал. Не пристало такое богу игроков! Он порой играл даже тогда, когда выиграть не было ни единого шанса, потому что игра была его сутью и жизнью. И реальность менялась, подбрасывая в колоду джокеры и козыри, на ходу создавая новые правила для своего любимчика.
  - С тобой хоть на край света, обожаемая. Но сейчас далеко ли мы? - полюбопытствовал Джей, теребя шаловливыми пальчиками браслетку на запястье сестры.
  - Не очень, - качнула головой Элия и перенеслась вместе с принцем несколькими уровнями выше под своды ажурного, благоухающего розами храма, вместо обычного алтаря которого имелся портрет в изящной черненой серебром раме и белоснежная мраморная плита, заваленная неувядающими розами.
  По ранней утренней поре - заря лишь обмакнула кончик парадной тоги в розовый, - храм почти пустовал. В нем не было ни души, не считая явившихся богов и эльфа, фанатично творящего на большом холсте прямо перед алтарем. Встрепанного и истощенного (дунешь - упадет) мужчины со свисающими сальными сосульками волосами, скрученными для простоты в небрежный хвост.
  Из одежды на мастере была лишь легкая туника, заляпанная красками до состояния, неотличимого от палитры. Такая запущенность, убогость рубища и босые грязные ноги никак не вязались с дорогущим фамильным браслетом на тонком запястье художника и изысканным плетением цепочки амулета главы рода, проглядывающем в вороте.
  Вдохновенный эльф не видел и не слышал ничего вокруг, он дерзновенно творил. Кисть летала по холсту. И в вечность с мольберта взирала на Вселенную удивительно знакомыми Джею глазами богиня Элия в той самой дивно-мудрой ипостаси всезнающей, чувственной и вечно прекрасной, на которую взгляд-то поднять порой жутко и в то же время хочется любоваться бесконечно.
  - О блин, гребаный гений, - восхищенно выругался сквозь зубы принц. Такую картинку он и сам бы не отказался иметь в личной молельне.
  - Мельхиэль, наш договор исполнен. Ты снова живешь и чувствуешь все краски жизни. В горении высокого чувства, ты создал истинные шедевры для моих храмов, - торжественно обратилась богиня к художнику.
  - Моя богиня, я счастлив служить, - выронив кисть, эльф распростерся перед своей повелительницей в позе бесконечного преклонения.
  - Настала пора награды, - благосклонно промолвила Элия.
  - Единственная награда, которой я жажду, в твоей власти! Я покорно молю - оставь мне свет вдохновения! - взмолился художник.
  - Это горение изорвет твою душу в клочья, - укоризненно покачала головой богиня.
  - Пусть, я ни о чем никогда не пожалею, - прорыдал эльф.
   - Зато пожалею я, - снова качнула головой Элия, склонилась и положила длань на грязную макушку художника.
  Того выгнуло дугой, будто попал под высоковольтное напряжение, и вырубило.
  - Вроде жив, - прикинул Джей с естествоиспытательским и одновременно каким-то болезненным интересом. Ладно хоть не попинал для надежности. Он уже сообразил, зачем Элия потащила его в храм и устроила показательные выступления.
  - Спит. Проснется, будет думать иначе. Связист, перенеси его в родной лес.
  - Оки, Элия, - деловито отозвалось пространство.
  Художник замерцал по контуру. Тело исчезло из храма. Но перед тем, Джей мог бы поклясться, на его груди появилась печать богини - переливающаяся роза и жахнуло благословением. Кажется, гений не остался без награды, пусть и получил совсем не ту, на которую рассчитывал его рассудок, помешавшийся на поклонении.
  - И? - выжидательно хмыкнул Джей. - Вряд ли ты пожелала одарить меня этим чудным портретом и заодно познакомить с мастером.
  - Этот портрет под чарами избирательного доступа (рассмотрит лишь тот, для кого созерцание неопасно) займет свое место в одном из моих храмов. А Мельхиэль очень и очень старый эльф. В усталости от бытия он утратил даже призрак радости и вдохновения, потому просил о милости. Горение чувства обновило его душу, он снова может чувствовать, творить, любить. Он подарил храмам портреты кисти великого мастера, я вернула ему вкус к жизни. Как по мне, так вполне адекватный обмен.
  Пока Элия говорила, портрет и в самом деле исчез из храма, чтобы, к огорчению принца занять место в другом мире.
  - Украсть его, что ли? - задумался вслух бог.
  - Тебе и оригинала под боком хватит, - погрозила ловкачу пальцем принцесса.
  - Если под боком, то я согласен, можно попробовать. В чью спальню отправимся? Впрочем, ковры, диваны и прочая мебель тоже подойдут. Да что диваны, я согласен даже на травку в Садах, обожаемая, или песок у прудов, - распустил язык бог. - Что предпочтешь ты?
  - Ужин! Кстати, травка тебе противопоказана, ты и без нее буйный без меры, - усмехнулась принцесса, щелкнув брата по кончику острого носа. - Картинку же я тебе показала вот зачем, хоть ты и сам все понимаешь, даже если делаешь вид, что нет. Не увлекайся и чрезмерно не провоцируй меня, родной, пожалуйста. Так легко помочь тебе, как этому длинноухому, я не смогу. Ты сам не позволишь. Потому не перегибай.
  - Утопишь? - припомнил свежую метеорологическую лекцию Джей. - Боишься, я захлебнусь?
  - Боюсь. Ты дорог моему сердцу, - тихо призналась принцесса.
  - А как насчет твоей прошлой лекции о моей бесконтрольной жажде наслаждений и эгоистичной неготовности платить по счетам? - недоверчиво прищурился бог, сунув большие пальцы за ремень и перекатившись с пятки на носок.
  - Сейчас все иначе. Ты изменился, готов ставить на кон все, и размер этой ставки тебя больше не пугает, - вздохнула Элия. Играть словами, когда требовали ответа от сути божества, в собственном храме было невозможно.
  - И? - жадно поторопил сестру Джей.
  - Зато это пугает меня, - закончила принцесса и протянула руку собеседнику: - Пошли ужинать.
  -Не очень адекватная замена, - вслух прикинул Джей. - Хотя все зависит от общества и меню.
  Усмехаясь, принцесса перенесла брата в гостиную своих лоулендских покоев, где у накрытого стола ее ждали Лейм и Нрэн. Боги не бездельничали. Такой вид времяпрепровождения был совершенно чужд обоим мужчинам. Они коротали время за разбором срочных обращений из тех, кто апеллировал к правосудию Джокеров и. нуждался в решении бога войны или покровителя техники и романтики. Отнюдь не каждое воззвание, принятое в храмах великой триады к рассмотрению Силами, занимающимися сортировкой такой 'корреспонденции', требовало личного явления. Порой вполне достаточно было нескольких слов.
  - Ну... меню традиционное для тебя, - оглядевшись, громко возвестил принц. - А я сейчас согласен на любую перемену блюд. Или вопрос потопа, королева моя дорогая, уже не будет актуален.
  - Ты не понимаешь, чего требуешь и опять слишком спешишь, - беззлобно попеняла принцу богиня. - Иной раз ужин - это действительно ужин.
  - Тогда это не то блюдо, которое мне по нраву! - разом встопорщился Джей. - Не держи меня за идиота, радость моя.
  - Хорошо, не буду, - подозрительно мирно кивнула принцесса и немного приспустила блоки с силы. Азартный спорщик свалился там, где стоял, рядом с креслом Лейма, хватая ртом воздух и не в силах найти даже толику его в комнате. Все тело полыхало диким огнем. Перед глазами кружился калейдоскоп цветных огней, от неистовых волн блаженства и одновременной жажды немедленного обладания корежило всю суть бога.
  - На, - спустя миг или вечность кто-то сунул ему в руки бокал.
  Джей машинально глотнул, закашлялся. В голове чуть-чуть прояснилось. Жажда не имеющая общего со стремлением к воде и пище все еще накатывала волнами, все тело жгло, томило и потряхивало от смеси пережитого экстаза и неистовой потребности продолжения, но он смог немного соображать. Измаранную одежду, кажется, подправил Связист.
  - Это ты теперь свою силу под такими блоками держишь и лишь с ними - принц мотнул головой на Лейма с Нрэном, - погулять отпускаешь, - хрипло предположил принц, сумевший сквозь царящий в душе бедлам, вычленить главное.
  - Ты и десятой доли не ощутил, а уже отключился, - без пренебрежения, скорее для информации, сухо сообщил воитель.
  - Не совсем так, или совсем не так, Джей, - опустилась в кресло принцесса, с благодарной улыбкой принимая от Лейма бокал красного вина в качестве аперитива. - Сейчас после всех ломок, моя божественная сила такова, что я не могу ее блокировать тогда, когда она проявляется через физические действия в мирах.
  - То есть, если ты даже кого-то целуешь, сила выплескивается, а уж коль вознамеришься поваляться на ложе, то и вовсе хлынет водопадом? - уточнил Джей.
  - С теми, кто мне хоть сколько-то не безразличен, да. И чем сильнее привязанность, тем мощнее проявление силы, - пояснила богиня.
   Тогда бог игроков развернулся к кузенам и задал самый животрепещущий вопрос:
  - Как же тогда вы до сих пор не рехнулись?
  - А кто тебе сказал, что мы не рехнулись? - задумчиво усмехнулся Нрэн, сгибая из ножа какое-то причудливое оригами.
  - Те, кто из века в век жил рядом, могут воспринимать мою силу без непоправимого вреда для рассудка. Иного другого даже мое мимолетное увлечение сейчас сведет с ума без вариантов, - дала настоящую справку Элия. - Некоторый иммунитет имеется лишь у встретивших половинку. У тебя, как члена семьи, есть шанс или попробовать адаптироваться или уйти, сохраняя душевный покой.
  - В каком месте ты у меня покой видела? Покажи, я тоже позырю, - скривился Джей, откинувшись в кресле. - Если привела, теперь и пинками не выставишь, даже если кто-то другой будет сильно против.
  Переведя взгляд на Лейма с Нрэном, принц прищурился, пытаясь угадать их реакцию на это наглое заявление. Первый ответил ему кивком и понимающей улыбкой. Без вражды, больше с готовностью принять любое решение Элии. Второй снова усмехнулся, полыхнул витарным взором и 'ласково' отрубил:
  - Кого-то другого, пожалуй, убил, без вариантов, но не тебя.
  - С чего такая роскошь? - ухмыльнулся мало-помалу приходящий в себя Джей.
  Он все еще чуял силу Элии, как жар солнца под боком, готовый в любую секунду обрушиться на него, но пока это было лишь блаженное тепло, а не огонь, сдирающий заживо кожу. После первой демонстрации принцесса снова озаботилась блокировкой силы.
  - Ты меня возбуждаешь. На вас с Элией я хочу смотреть и участвовать, - откровенно ответил Нрэн.
  - Ты их действительно свела с ума! Чтобы Нрэн прямым текстом объявил о своих желаниях, - громко восхитился белобрысый шулер и серьезнее добавил: - Хотя я его таким не только откровенным, а еще и умиротворенным отродясь за века не видел. Вечно губы поджимал, будто в какашку вляпался или вот-вот наступит.
  - Теперь проще, - пожал плечами воитель и снова полыхнул сумасшедшими золотыми глазами: - Мы с Элией, пока нужны ей. А потом для меня просто не будет, потому что без нее не будет потом. Лейм мне пытался когда-то давно это объяснить, но поверил я только сейчас. Это раскрепощает.
  - Всегда знал, что ты чокнутый, - умиротворенно заключил Джей, окинул стол хищным взглядом и оживленно потребовал: - А теперь кормите меня!
  - Сам ешь, - скупо усмехнулся Нрэн, толкнув в сторону вора композицию с соусниками.
  - А я-то думал, ты меня с ложечки или с вилочки, - всхлипнул шулер.
  - Могу засунуть, - великодушно предложил альтернативу принц, тем самым показывая, что, несмотря на все откровения и любовное сумасшествие, остается все тем же старым, недобрым Нрэном.
  - Про засунуть мы с тобой потом обсудим, после ужина, - не упустил шанса подковырнуть собеседника Джей и взялся за создание очередного невообразимого гастрономического шедевра из соусов и несочетаемых даже самыми изощренными гурманами продуктов.
  Воитель только снова едва заметно усмехнулся, оценивая злой язык кузена, и занялся своим, практически столь же невообразимым с точки зрения лоулендских обывателей ужином из овощей, тушеных с травами. Мясо Нрэн обычно ел мало, возможно, удовлетворял свои хищные инстинкты на полях битв, или намеренно тушил и без того неукротимый нрав растительными трапезами.
  Некоторое время в гостиной царило умиротворенное, насколько понятие умиротворения вообще было свойственно богам безумной семьи, молчание. Слышался лишь мелодичный перезвон бокалов, постукивание столовых приборов и намеренное смачное шлепанье лакомых для Джея кусочков, купающихся в острых соусах и подливах.
  - Я в негодовании, - удержать язык на замке надолго азартный бог не смог бы и под страхом смерти. Едва первый голод был утолен, он опять принялся трепаться:
  - Почему наши повара даже мои любимые блюда для тебя готовят вкуснее, чем для меня, а, драгоценнейшая? Или это потому, что я с парнями в Лоуленде лишь наездами бываю, а ты тут последнее время почти безвылазно торчишь?
  Элия едва заметно поморщилась при упоминании личной оседлости. Зато Лейм не утерпел и ехидно, практически риторически, подразумевая вполне очевидный ответ, поинтересовался у кузена:
  - И почему бы Элии так поступать, а, братец?
  - Соображения, что е...ть вас на своем траходроме ей удобнее, опустить? - плутовато ухмыльнулся шулер.
  - Прости, любимая, - коротко извинился Лейм, полыхнув алым взглядом, после чего встал и без замаха зарядил Джею в челюсть.
  Бога игроков вместе с тяжелым высоким креслом снесло к дальней стене. А потом случилось чудо. Вместо того, чтобы кинуться в драку с обидчиком, принц тряхнул головой, проверяя не сломалось ли чего в процессе эффектного перелета, кроме безнадежно испорченной спинки несчастной мебели. После вспышки злости Лейма мебель магической починке не поддавалась. Выплюнул пару выбитых зубов, оперативно отрастил новые и констатировал:
  - Вот сейчас не понял!
  - Ты совсем беспамятный? - оскалился Лейм. - Забыл, кто составляет Триаду, и чем это чревато, кроме вселенской славы? Столько, сколько работает сейчас Элия, и каким щитом она служит для всех нас - злейшему врагу такого не пожелаешь.
  - Снова не понял, - озадаченно пожал плечами принц и нахмурился. - Есть же жребий Джокеров. Мы все пашем на него раз в тринадцать дней, как проклятые. Силы, захочешь-не захочешь, из любой задницы выковырнут, если за временем сам не уследил.
  Вместо ответа бог романтики желчно хохотнул и с тихим шипением посоветовал:
  - Спроси свою сестру, когда она в последний раз вдосталь спала, когда она гуляла по мирам не потому, что откликалась на зов, а для личного удовольствия, и когда последний раз играла роль живой мишени, чтобы Силы снова выставляли щит от внешней атаки очередного безумца сверху!
  - Ну-у, всякие ублюдки сверху тут регулярно появляются по наши души, не привыкать, - нахмурился Джей, сцапав целое кресло из комплекта и возвращаясь за стол. - А что сейчас Элию особо привилегированной мишенью сделали? И как это связано с сидением в Лоуленде?
  - Цели не рассредоточены. Мир Узла - родина Триады и один из Джокеров в одном месте - оптимальная точка концентрации вероятностного удара, - сухо проинформировал кузена тактик.
  - То есть, вы хотите сказать, что нам, всем остальным, семечки достаются, а основной душ дерьма на голову Элии валит? - окончательно посмурнел и подобрался вор.
  - Ты сказал, - подтвердил Нрэн.
  - И вы прикрываетесь бешеной страстью, чтобы держать Лоуленд и врагов под контролем, - догадался Джей.
  - Почему же прикрываемся? Одно другому лишь помогает. И, кстати, очень способствует усилению всех божественных даров, необходимых для функционирования колоды, - поостыв, уже деловито пояснил Лейм. - Свободная сила Джокера и двух Ферзей Координатора и Войны - лучшая основа для магических щитов любого рода.
  - Сестра! Ты опять все берешь на себя? - выдохнул сквозь зубы воздух принц. - Элия, почему?
  - Потому что могу и хочу вас защитить, - без уверток ответила богиня.
  - Забыла, не только вы - Триада миров, но и мы - ваша колода?
  - Помню, родной, потому и берегу, как могу. Каждый на своем месте. Где и так, как должно, как правильно, - серьезно пояснила Элия. - Мы сильны. Так, как не бывали сильны никогда прежде, ибо наша сила обладает удивительным даром реагировать на угрозу. Но мы еще и уязвимы из-за младших членов семьи, так, как не были раньше. И работа... да, ее значительно больше. Лейм постоянно держит несколько потоков сознания на аналитике. Пара его дублей неплохо справляется, распределяя поручения по Силам и прочим служителям. Он лишь чуть корректирует узловые моменты. Нрэн был и остается живым щитом и орудием устрашения для миров, которому не приходится ржаветь в ножнах. Гор и Бэль - ветер странствий и перемен, проносящийся по мирам. Никто не бездельничает, драгоценный мой, и вы тоже. А что я не спешу собирать семейный совет и скрупулезно посвящать каждого члена семьи в детали отведенной ему Творцом роли - так вы давно не дети, коль пожелаете, разберетесь сами. Или просто будете играть, не зубря сценария. Импровизация всегда была нашей сильной стороной.
  - Знаешь, обожаемая, иной раз я тебя ненавижу за твою правоту, - мрачно вздохнул Джей.
  - Имеешь право, - безмятежно согласилась Элия и повела головой в сторону двери.
  - Не дождешься, - снова оскалился принц. - И, кстати, хоть я силен в импровизации, в либретто хотелось бы хоть иногда заглядывать для профилактики, чтоб его не пытались записывать на моей физиономии всякие стоматологи-любители.
  - Радуйся, что за тебя не взялся профессионал, - досталась Джею еще одна короткая фраза 'болтливого' Нрэна.
  Если бы за поучение брата принялся он, то парой выбитых зубов дело бы точно не ограничилось. Дозирование титанической силы воителя было двух видов: 'ударил и не убил' и 'ударил и убил'.
  - И что дальше? - снова спросил Бог Игроков после ужина. Он ощущал себя умирающим от голода перед рестораном, в стене которого забыли сделать дверь, зато издевательски позаботились о роскошной витрине. - Отправитесь на свой траходром, укреплять щиты, а я за дверь, радовать себя мокрыми фантазиями, как малолетка?
  - Ты уже большой мальчик, - жестко огрызнулась Элия, уставшая от препирательств и настойчивости прущего на рожон брата. - Можешь остаться и смотреть. Щит, если не полезешь, выдержит.
  - Остаюсь, - жарко выдохнул Джей, взирая на богиню любви выцветшими до белизны глазами.
  Зов через заклятье связи разорвал весь чувственный накал момента самым банально-несвоевременным образом.
  - Доченька, зайди, - попросил Лимбер, или вернее приказал, поскольку распоряжения короля Лоуленда, даже оформленные в виде просьбы, должны исполняться неукоснительно, будь ты хоть десять раз Джокер и единственная дочь.
  - Иду, - откликнулась принцесса и встала из-за стола, оставляя за собой напряженное, исполненное чувственной жажды, ожидание. Любовникам досталась легкая извинительная улыбка, исполненная намека на грядущее искупление нечаянной отлучки.
  Кабинет монарха встретил советницу грудами документов, из-под которых едва проглядывала черноволосая макушка Лимбера. Привилегированное положение государя центрального мира Уровня усугубилось высокой честью проживания на территории мира членов великой триады. Легендарность мира возросла, а вместе с ней прямо пропорционально и объем работы абсолютного властителя. Да, теперь в помощниках у государя постоянно состояли Риккардо, Мелиор и Эйран, часть дел, в том числе связанных с представительскими функциями вне Мира Узла, Лимбер перевесил на детей, но общий фронт работы от этого если и уменьшился, то незначительно. Благо, Силы вошли в положение короля и стали устраивать ему регулярные каникулы в мирах с ускоренным течением времени. Не будь этой разгрузки, владыка Лоуленда, пожалуй, мог бы свихнуться.
  - Прекрасного вечера, папа, - теплые губы Элии коснулись щеки отца, руки обвили плечи, а подбородок устроился на макушке Лимбера.
  - Угу, растратчица, - хмыкнул король и ткнул пальцем в смету, заверенную радужной печатью Связиста, которой Туз Сил обзавелся с недавнего времени и очень любил использовать для маркировки сотворенной корреспонденции. - Это у нас такая явная недостача родственников нарисовалась, что теперь мы их по живому весу за драгоценные камни скупаем?
  - Смотря каких родственников, - со смешком пояснила Элия и ткнула ноготком в первый пункт сметы. Тиль - тот, кого ждала колода и семья. Мальчик еще мал, потому ты и не сопоставил.
  - Что с чем? - насторожился Лимбер, сильно недолюбливающий сюрпризные новости о родственниках с той самой поры, как Источник объявил Мирабэль богиней бунтов.
  - Он - тот самый Плетущий Мироздание с карты из кургана великана, найденной когда-то Элегором и Джеем. Сила пока дремлет, но в ближайшее время под воздействием силы родичей, мира, пляски крови, пробудится окончательно. Связист присмотрит.
  - Хм, - одобрил разумность траты король. - За такого стократ по весу заплатишь и не в убытке останешься. А девочка тоже уникум?
  - Девочка неплохой эмоциональный балансир для брата. Поможет в его становлении на первых порах. Но ничем иным, кроме своего намерения выйти замуж за Джея, пока себя не проявила, - хихикнула Элия.
  - Что эти нимфетки в нем только находят? - повторяя удивление Рафаэля, хмыкнул Лимбер и не удержался от подколки: - Устроишь счастливый семейный брак?
  - Нет, разумеется, Джей мой, до тех пор, пока не встретит половинку.
  - И что по этому поводу думает сам Джей? - чуток удивился король.
  - Согласен, разумеется, правда насчет условия-ограничения с половинкой я его в известность не ставила, - беспечно откликнулась богиня.
  - Добился-таки своего, стервец, - похвалил сына Лимбер и покосился на дочь, ожидая комментария.
  - Он выполнил условия договора, - задумчиво констатировала Элия. - Когда-то мы говорили с ним, о его жадной до удовольствий натуре, о бесконтрольной тяге к наслаждениям, о стремлении брать, ничего не давая взамен... Знаешь, почему тебя так любят женщины, отец? - вроде как резко сменила тему богиня.
  - Божественная суть у меня такая, - гордо улыбнулся Лимбер, многозначительно кладя пальцы на пряжку ремня.
  - Дело не только и не столько в том, как ты великолепен в постели, папа. Твоя суть еще и в том, насколько щедро ты даришь свою пусть не любовь, но симпатию той, с которой делишь ложе. Каждую свою избранницу, хоть на несколько минут, ты возвышаешь своим восхищением, желанием, нежностью до себя.
  - Хм-м, - потер подбородок озадаченный король, никогда не рассматривавший свои отношения в таком странном ракурсе, однако сейчас, слушая дочь, он понимал и признавал ее правоту.
  - Джей же всегда был другим.
  - Но теперь он стал раздавать милостыню, уважать старость и дал обет бедности? - расхохотался Лимбер, хлопнув ладонью по столу.
  - Он не стал ни добрее, ни бескорыстнее, но теперь он действительно любит. И это не только и не столько тяга к удовольствиям плоти, это та жажда, без утоления которой невозможна сама жизнь. Он мой со всеми потрохами. Что тому виной: века разлуки, которые даже через пелену забвения не унесли его чувств, а лишь освободили их от наносной шелухи, или он всего лишь немного повзрослел, научившись терять, потому смог подняться над собой прежним? Не знаю. Может быть, ничего, а может, все разом. Но сейчас Джей стал достоин того, к чему стремился. Нас не было долго, вы выдержали, выстояли, дождались. Но лишь у Лейма, Нрэна и Джея в волосах появилась седина. Мук души не выдержало даже божественное тело.
  - Насчет седины... Нрэн блондин, на нем не видно, но Лейм... - засомневался Лимбер. - Иллюзию я бы заметил.
  - Без краски для волос из урбанизированного мира у твоего младшего племянника голова была полосатой, как у Эйрана, только не оранжевый и черный, а серебро и смоль. А у Нрэна, гада белобрысого, согласна, волосы настолько светлы, что седина в них искусно маскировалась.
  - Я сейчас должен устыдиться, что такой невнимательный? - выгнул бровь король.
  - Думаю, это лишнее. У тебя в любую пору дел с избытком, не до парикмахерских тонкостей. Я и сама... - Элия чуть заметно покачала головой, не желая вдаваться в подробности. - Ладно, папочка, если по обвинению в растрате государственного имущества меня не собираются взять под стражу немедленно, я, пожалуй, пойду.
  - Смета на ремонт королевской тюрьмы в этом году не заложена, - проворчал король. - Хотя, какой там ремонт, если твои Ферзи за тебя обидятся, думаю, придется нам новую столицу отстраивать.
  - Тогда не надо, мне старая пока не надоела, - поспешно открестилась принцесса, еще раз поцеловала отца и исчезла из кабинета. По пути же решила уточнить один вопрос. Потому двинулась пешком.
  - Связист, мы вроде договорились насчет списания расходов на Рэфову парочку за мой счет?
  - Мало ли о чем ты договаривалась, - деловито проворчал Связист. - Королевская сокровищница во многом и вашими трудами полнится.
  - Так и в моей сокровищнице тоже не последние монетки дно прикрывают, - заулыбалась богиня домовитости Сил.
  - Блин, Элия, не пыли. Дети - это государственное дело, а не заказ платья. Потому деньги из государственной казны пошли, - пояснил свою позицию Туз Сил и замолчал с окончательной неумолимостью в эмоциональном фоне.
  Элии оставалось только покачать головой. Похоже, общение с Джокерами бесповоротно изменило Силы. Из беспечного гуляки, авантюриста и бабника выросла поистине великая личность, способная мыслить и как создание чистой энергии, и как создание плоти. Мало того, кажется, Связист вобрал в себя лучшее от обеих сторон и использовал свои умения для трудов на благо Триады так, как полагал наилучшим, даже если кто-то другой, пусть хоть сами Джокеры, полагал иначе.
  - Дорогая? Прекрасный день! - отвлек богиню от размышлений о природе уникальной Силы негромкий голос из левого коридора, который и не заметишь-то до тех пор, пока из теней не выйдет тот, кто им воспользовался.
  - Тетя, прекрасный день, - вежливый тихий голос юноши вторил отцовскому.
  Перед принцессой встали Тэодер и его наследник - Тонидэор. И нет, имя не было насмешливой издевкой над младшим в линии теневых богов. Так назвала своего сына мать, не ведавшая об истинном имени отца ребенка. Тонкий в кости, очень похожий чертами лица на родителя, столь же сероглазый и темноволосый юноша внимательно рассматривал богиню из-под полуопущенных ресниц.
  - Прекрасный день, дорогие мои. Тэодер, Тони... - Элия приложила ладонь к щеке племянника, нежно погладила и коснулась поцелуем щеки. - Ты совсем взрослый! Берегитесь, красавицы, серых глаз!
  - Иди, - тихо приказал Тэодер сыну, полыхнувшему румянцем.
  Тот поклонился тете, неохотно отступил и растворился в тенях.
  - Ты хочешь поиграть с мальчиком? - напряженно уточнил принц.
  - Ни в коем случае. Зачем рвать на куски юную душу? Просто пареньку было слишком любопытно. Я подарила ему толику впечатлений.
  - Он нашел у меня в столе твою миниатюру, - пояснил, едва заметно поморщившись, Тэодер причину встречи. Разумеется, на горячем сына бог не ловил, и следов Тони не оставил, но Тэодер не был бы Тэодером, если бы не знал, кто, когда и как касался его собственности.
  - Нет, влюбленности нет. Может быть, когда-нибудь, спустя века, восхищение и переродиться в нечто большее, но сейчас нет. Он любопытен, жаден до знаний, власти, но слишком ценит закулисную игру и трезвый рассудок, - дала необходимую 'медицинскую' справку принцесса.
  Тэодер завладел ладонью кузины, поднес к губам и с горьковатой нежной улыбкой шепнул:
  - Я тоже. Но порой выбирать не приходится, дорогая.
  И столько было привычно-усталой муки в его голосе, что Элия внезапно нахмурилась:
  - Скажи, ты тоже скрываешь седину?
  - Зачем тебе это знать, родная? - насторожился Туз Теней.
  - Пожалуйста, покажи, - мягко попросила принцесса.
  Бог вздохнул и провел рукой по волосам, снимая привычную маску. Виски посеребрились, серебряная прядь украсила левую сторону головы от пробора. Вздох принца смешался с виноватым вздохом богини.
  Связист стал третьим в когорте, чувствуя, что за недосмотр и несвоевременный доклад Элия может выразить недовольство ему, и протараторил 'на ушко' принцессе:
  - Этот последний. Больше ни у кого.
  - Что теперь, милая? - напряженно уточнил Тэодер.
  Вместо ответа Элия быстро огляделась и буквально втолкнула кузена в ближайшую, тоже таящуюся в тенях нишу.
  - Сядь, - потребовала богиня, указывая на одно из мягких кресел. В таком скорее получалось с комфортом полулежать, нежели по-настоящему сидеть. Тэодер повиновался в легкой озадаченности.
  Он сел, руки легли на подлокотники, Элия опустилась рядом на ковер и положила пальцы на ремень брюк бога.
  - Ч-что т-ты хочешь с-с-делать? - прорвалось заиканием крайнее волнение Тэодера сквозь маску вежливого внимания.
  - Всего лишь миньет, - провокационно пояснило прекрасное видение, склоняя голову, и шепнуло:
  - Кричи для меня, я так люблю твои крики!
  Больше не в силах сдерживаться, получив предварительное отпущение грехов, мужчина заорал, утопая в наслаждении столь редком, столь изысканном, неожиданном и желанном. Бесконечно желанном.
  Голос он сорвал...
  Несколько позже Элия поднялась с колен, присела на ручку торопливо отремонтированного магией Сил кресла, и поцеловала восстанавливающего дыхание кузена в губы. Его собственный запах на губах богини спровоцировал новый взрыв блаженства. Сухой и от того еще более острый.
  - Почему сейчас? Почему так? - шепнул принц, растекшись в кресле. Он не в силах был пока двинуться с места.
  - Другого, без опаски необратимо свести тебя с ума, подарить не могу, - пожалела богиня любви, зарывшись пальцами в волосы кузена, любуясь им, наслаждаясь созерцанием результатов своих трудов. - Но так, если очень хочется, иногда можно...
  - А порой и нужно, - пошловато прокомментировал Связист, материализуя перед Тэодером малое зеркало, где отразилась его голова. Волосы снова были черны, как вороново крыло.
  - Благодарю, - Тэодер прикрыл глаза.
  - Ты чудесен, дорогой, - искренне заверила бога Элия. - В такие моменты, как сейчас, я готова проклинать свои возросшие силы, вставшие непреодолимой стеной перед желаниями, требующими утоления.
  - Но, кажется, ты отыскала калитку в этой стене, - первая настоящая улыбка за многие дни скользнула по губам принца.
  - Я же, как говорит Гор, хитрая стерва, - хихикнул Элия, потершись носиком о висок кузена. - А личный бог справедливого суда мне точно необходим в здравом рассудке.
  Еще раз нежно поцеловав кузена в губы, богиня поднялась.
  - Элия, не уверен, что это важно, - окликнул кузину бог.
  - Твои замечания важны всегда и всегда своевременны, дорогой, - приостановилась принцесса.
  - По внутренним каналам очень издалека доходят слухи об очередном интересе к нашей пирамиде Уровней у опасных соседей, - сообщил Тэодер, соединив подушечки пальцев, как поступал обыкновенно начиная излагать коллегам свои соображения. - На этот раз западный темный конгломерат, где структура управления целиком заточена под теневую систему.
  - Обычно твои собратья вполне вменяемые партнеры, стоит им только убедиться в нашей силе и проблем ждать не приходится, - потерла подбородок богиня, ожидая пояснения.
  - В большинстве своем - да, - согласился принц. - Но слухи о странном кипении в тамошних верхах до нас тоже дошли.
  - Я учту, спасибо, - кивнула Элия и испарилась из ниши, чтобы продолжить путь к личным апартаментам.
  - Парень подглядывал, - проинформировал Связист.
  - Мастурбировал? - полюбопытствовала принцесса.
  - Так... быстро спустил, сопляк еще, - снисходительно хмыкнула Сила. - Зато теперь понимает, как ты опасна и почему его отец таков. Может, побережется.
  - Этот осторожный и вовремя предупрежден. Может, - согласилась богиня любви, заканчивая разговор.
  В личных комнатах ее ждали трое, впрочем, не только и не столько коротая время за умными разговорами, сколько готовясь к тому, что именно было обещано.
  - Заждались, драгоценная, - вальяжно развалившись на кровати, поведал Джей.
  - Дела и проблемы не выбирают времени, подходящего для жертвы, у сердечных симпатий, впрочем, та же беда, - констатировала Элия, присаживаясь на ложе. Джей тут же перекатился и умостил взлохмаченную голову на коленях богини. Согнув ногу в колене, чтобы его богатая и вновь готовая к любым действиям одаренность поневоле услаждала взор принцессы.
  Лейм слез на ковер и, как был обнаженным, не спеша принялся расстегивать ремешки на туфельках любимой. Острый каблук намеренно уперся в руку бога, вызывая довольный вздох жертвы.
  - Да, мы точно беда, нет, пожалуй, целая катастрофа! И вообще, таких как мы нет, не было и больше не надо, миры не снесут, - гордо подтвердил бог игроков, нежась под лаской любимой и столь же невыносимой, как они сами, женщины.
  А Нрэн втянул раздувшимися ноздрями воздух и шумно вздохнул. Элия не стала убирать нити ароматов, повествующие о тех, с кем была за эти часы. Если насчет Лимбера никаких тревог у воина не имелось, то аромат отчаявшегося, возбужденного и удовлетворенного брата столь же спокойным принца не оставил. Да еще к этому аромату примешивалась тончайшая ниточка его тайком спустившего соки наследника.
  Впрочем, зная свою мнительность, воитель понимал, почему возлюбленная поступила именно так, как поступила. Убери она все запахи или оставь только один, он измучился бы, пытаясь определить остальные. Скорее всего, отправился бы бродить по дворцу, восстанавливая картину, и даже не найдя ничего, не успокоился бы. Теперь же он знал, чем занималась Элия, и мог утешаться тем, что Тэодера с ней сегодня в полном смысле этого слова не было и вряд ли будет в ближайшее время. Окажись намерения богини иными, ей ничего не стоило привести сюда еще одного мужчину, которого, так легко, как белобрысого хорька, он принять бы точно не смог.
  Иронично усмехнувшись собственным ревнивым доводам, Нрэн потянулся к губам любимой за поцелуем, способным легко выбить из головы все лишние мысли. Губы раскрылись, одна из рук Элии, ерошащих шевелюру Джея, легла на плоский живот воина, скользнула ниже. Вырывала короткий довольный рык, в свою очередь обернувшийся пока лишь слабой, но неудержимо выбивающейся с каждой долей секунды аурой силы богини любви. Джея опять торкнуло.
  Богиня спихнула его с колен, а Нрэн добавил, вышибая резким тычком с шикарного ложа на мягкий ковер. Наверное, ловкачу стоило бы в очередной раз смертельно оскорбиться, но принц вовремя, какой-то милостью Творца, вспомнил о договоре.
  Элия не обижала его, лишь страховала, убирая из зоны действия своего дара, чтобы воздвигнуть щит. Так и остался он на роскошном эндорском ковре, выхватывая жадным взором из пляски мягких полутеней пляску живых тел, сплетающихся в извечном и бесконечно прекрасном танце.
  Случалось, он и раньше подглядывал за сестрой. Вору ли не сыскать лазейки в самой совершенной из защит? (Или ему позволяли ее отыскивать?) Даже скупал за бешеные короны у Рика кристаллы, требуя эксклюзива, но никогда это зрелище не завораживало его так, как сейчас, не будило столь неистовую на грани и за гранью самой потребности жить, жажду. Смотреть было больно, потому что там, на ложе, его не было. Не смотреть, отвести взгляд - невозможно.
  И он поступил, как любой, самый жалкий из поклонников великой богини, как мальчишка Тони парой часов раньше, слишком ярко представляя, что и он сейчас там, с ними. И к финалу они подошли вместе, его крик смешался с криками кузенов. Пусть сейчас там, на ложе его не было, но ему обещали. И такое ожидание он был готов снести, пусть это и противоречило нетерпеливой натуре азартного игрока.
  Отдышавшись, Джей встал и, пошатываясь, как пьяный от действия силы Элии, касавшейся его уголком крыла, заполз на постель. Вклинился между переплетёнными телами богов, вдохнул горячий аромат любви и прохрипел:
  - Было круто, но я все равно хочу участвовать, а не развлекаться с рукой!
  - Кто бы сомневался, - прокомментировал необычайно разговорчивый в первые минуты после любовных утех Нрэн.
  И будто в продолжение его слов прозвучали не то чтобы совсем неожиданные, но, разумеется, совершенно лишние комментарии незваного наблюдателя:
  - Смотри, сын, ты советовал вести переговоры с этой? Одна из Великой Триады? Джокером, предсказанным Силами? Проводником воли Творца? Да она просто шлюха, удерживающая на поводке своей похоти нескольких сильных богов!
  - Это еще кто? - лениво оскорбился Джей. Сильно было пока влом. Слишком уж откровенным враньем веяло от едких, злобных и пустых упреков неизвестного придурка-смертника.
  - А это очередной кандидат на титул 'идиот века', вставший вероятно во главе освободительной армии вторжения, поднимающейся против диктатуры Джокеров, - столь же лениво отозвался Лейм, поглаживая ножки возлюбленной.
  - Да, кузен предупреждал, - чуть принахмурившись, припомнила сегодняшний разговор Элия. Впрочем, легкая хмарь сбежала с совершенного чела от нежных ласк романтика.
  Нрэн же осведомился коротко:
  - Убить?
  - Пока лишнее, даже игра в солдатики пока не нужна, - похлопала любовника по плечу принцесса. - Что взять с озлобленного импотента под проклятием, с разрушающейся душой? Даже анализы, как говорят в одном урбо-мире, и те будут скверными.
  - Что у отца с душой, леди Джокер? - торопливо вмешался второй неизвестный, вероятно, тот самый сын, неизвестно каким образом оказавшийся у импотента. Кажется, оправдывались его самые худшие подозрения.
  - Я сказала, - зевнула богиня, нежась под руками возлюбленных. - С теми, кто хоть сколько-то нравится ему, ничего не может в постели - раз, божественное ощущение истинности утратил напрочь - два, зерна проклятия разъедают саму структуру души - три. Не стоило убивать сына могущественной ведьмы, даже чужими руками, или более осмотрительно надлежало отдавать приказ о ликвидации и лучше прятать концы. Мы, женщины, порой очень изобретательные и мстительные создания. Не всадим клинок прямо, так достанем иначе.
  - Вы в силах помочь ему? - взмолился мужчина. - Лишь ради этого я поддержал нелепые идеи отца о вторжении.
  - С чего бы? - выгнула бровь богиня. - Он, кажется, нас убивать идет... М?
  - Предатель! - взвыл преданный последним и единственным кому еще верил во Вселенной безумец и, кажется, что-то попытался сделать со своим защитником. Силы, страхующие переговоры, среагировали своевременно и надежно зафиксировали пациента.
  Понимая, что Элии и ее компании может быть любопытно созерцание не только внутренним божественным взором, Связист подсуетился и развернул экран связи.
  Кабинет очень напоминал просторную комнату с личным и совещательным столами, предпочитаемую Тэодером в техномирах. Исключение составляли несколько магических карт на стене и пара наборов из артефактов связи на бюро сбоку.
  За столом, в высоком кресле с жесткой пыточной спинкой, сидел агрессор. Помещен он туда был неумолимой волей Сил вместе с приклеенным к пальцам стилетом. Вполне заурядный внешне, по мнению Элии, вдобавок потрепанный жизнью, тощий пепельный блондин, лишенный даже толики истинно-мужского шарма. Рядом стояла его более молодая и чуть более привлекательная внешне копия. Что забавно, сходство внешнее являлось лишь игрой случая и сродства божественных сил. Ни капли одной крови в венах богов не текло.
  И если первый, зафиксированный, как и подобает буйно помешанному, тщетно напрягал все силы и пузырился до пены на губах от бешенства, то второй буквально искрил от тревоги за первого.
  Потому, вполне предсказуемо на небрежный вопрос Элии с чего ей вообще напрягаться ради потенциального убийцы, молодой блондин опустился на оба колена, покорно склонил голову и промолвил:
  - Во имя того чувства высшей истинности, что дарована тебе Творцом, Одна из Триады, ради устранения нарушения равновесия, ради гармонии в мирах.
  - Он не пришел в храм Триады или мой храм. Даже Храм любой из Сил обошел стороной. Он не просил помощи, - иезуитски напомнила Элия.
  - Я приду и буду просить, я готов заплатить любую назначенную тобой цену, леди Джокер. Прости, что потворствовал этому безумию, иного пути привести отца пред твои очи не измыслил. Во имя не милосердия, но высшего ощущения правильности бытия, помоги!
  От безумца пахнуло не только яростью, но и страхом за приемного сына, помноженным на первое осознание своей болезни. Если раньше он отказывался признавать проблему, то теперь стилет в пальцах, едва не нашедший сердце названого сына в секунду ярости, слишком откровенно указывал на прогрессирующий недуг.
  - Хорошо, - не торгуясь, согласилась Элия.
  - Что нужно делать? - буквально обмяк на полу молодой блондин, испытывая колоссальное облегчения от того, что его план удался.
  - Армию вторжения заменяй избранными переговорщиками. Я дам координаты того, с кем поведете диалог.
  - Будет исполнено. А отец?
  - А его ждут неимоверные муки, - задумчиво пояснила леди Джокер, руководствующаяся ощущением абсолютной правильности.
  - Но ты же обещала? - растерялся блондин, запутавшись в своих собственных чувствах. С одной стороны, слова богини и звучали как последняя истина во всех инстанциях, с другой, обрекать приемного отца на страдания он вовсе не планировал.
  - И исполню, - кивнула Элия. - А что, по-твоему, в состоянии восстановить структуру души в кратчайший срок? Ее или переплетать заново, распустив до последней нити с помощью демона-расплетателя, и тогда колоссальные муки обеспечены априори...
  - Не-е-т, - в ужасе распахнул глаза приемный сын, отчаянно затрясся кистями рук в местном жесте полного отрицания.
  - Либо вымывать посторонние включения проклятия, повлекшие изменения в структурах, направленными в нужные узлы плетения болевыми воздействиями. Твой отец не первый и не последний из тех, кто едва не загубил целостность своей души собственными же поступками. Силы умеют дозировать боль, один из моих братьев специализируется в такого рода воздействии и корректирует лечение. Это у вас Лайгос Рагерад великий серый покровитель, удержавший до сих пор пост лишь твоими усилиями, здесь он будет одним из многих пациентов Энтиора. У таких спрашивать согласия на лечение бесполезно, но ты просил за него, тебе и решать. Передаешь его на излечение или я зову Силы Смерти и Ферзь Войны озаботиться переводом души в следующую инкарнацию, где исправление структуры затянется на несравнимо более длительный срок. Полагаю, в случае успешного течения процесса, займет пять-семь перерождений.
  - Прошу простить вспышку моего недоверия! Позаботьтесь о моем отце, леди Джокер, умоляю! Исцелите его! - пепельный блондин покорно склонил голову.
  - Связист, забирай, - приказала Элия.
  - Оки, - опять ляпнула Сила. После чего он сам и пациент, зафиксированный настолько надежно, чтобы не нуждаться в обезболивании по медицинским показаниям, исчезли из кабинета.
  Элия перебросила юному мафиози, оставшемуся на хозяйстве, нить контакта Тэодера и отключилась.
  - А ведь есть и другой способ изменения структуры души, - задумчиво присовокупил Лейм, тая от ощущений женской стопы на своей груди.
  - Разумеется. Сила любви смывает все посторонние вкрапления, крепко перетряхивая душу. Но, во-первых, эта скотинка ничем такой чести не заслужила, во-вторых, ты и сам знаешь, любить очень часто бывает больнее любой самой профессиональной пытки, и, в-третьих, исцеленного потом пришлось бы освобождать от воздействия моей силы. Так к чему столько лишних телодвижений? Силы и Энтиор великолепно справятся сами.
  - Да уж, порой любовь еще та сука, как, впрочем, и ты, обожаемая, - с философской задумчивостью согласился Джей, водя носом по руке богини.
  - Боль порой тоже желанна, - на выдохе протянул Нрэн.
  - Не путай теплое с мягким, - отреагировала богиня. - То, что для иного неимоверная мука, для тебя зачастую безумно заводящая игра с легкой щекоткой, ничего общего с исцелением через страдания не имеющая.
  - Да-а, - жадно согласился воитель, млея под ставшими бритвенной острыми коготками Элии, выписывающими на его груди свои инициалы высоким лоулендским шрифтом. Взрезанная кожа тут же регенерировала до выцветающих бледно-розовых царапин.
  - Вы тут сейчас все кровью закапаете, - чуть принахмурился Джей, наморщив лоб и недовольно повел чутким носом, ноздрей которого коснулся пряный аромат. Все бы ничего, но он слыхал из надежных источников, что кровь воителя способна оборачиваться и смертельным ядом. Не хотелось бы надышаться отравой. С другой стороны, не станет же Нрэн травить возлюбленную заодно с соперниками? Хотя с кузена сталось бы сделать свою кровь избирательной отравой...
  - Нет, для жестоких забав у нас есть другое место, - фыркнула принцесса.
  - Мясо, реки крови, сломанные кости? - беззаботно поддержал игру принц насмешливым вопросом.
  - Именно, - бурно вздохнул воитель.
  - Демоны, да ты не шутишь, - приподнявшись на локте и заглянув в полыхающие расплавленный витарем глаза кузена, поразился принц. Порой он и сам баловавшийся остреньким, но дальше глубоких царапин и синяков забавы никогда не заходили.
  - Это и правда временами заводит, - задумчиво прокомментировал бог романтики, иногда дававший выход темной стороне своего 'я', доставшейся в наследство от Алого бога.
  - И тебе, Элия, все это тоже по вкусу? - с плохо скрываемым напряжением уточнил Джей. Нет, ради того, чтобы его пустили в круг избранных, он был готов терпеть и боль, просто не рассчитывал, что ее вообще придется терпеть.
  - Дурак, - беззлобно фыркнул Нрэн. - Она - богиня любви! Элия не гадает, она всегда точно знает, что, как, сколько ты хочешь. Она дарит то, что ты жаждешь сильнее всего. И то, что она знает обо всех твоих желаниях, заводит неимоверно. Она такая, как ты мечтаешь, потому что она - это она.
  - Это наш тактичный кузен утешает и уведомляет, что тебе кости в любовных забавах ломать не будут, - хищно хохотнул Лейм, и резко присев на ложе, жарко выдохнул на ушко богини, скрывая за длинными ресницами рубиновый цвет глаз:
   - Любимая, эти разговоры о гранях чувств будят бездну острых желаний.
  - Вот таких? - серебристо рассмеялась Элия, ставя за бедро кузена ножку, обзаведшуюся туфелькой на остром и длинном трехгранном каблучке-стилете.
  - Воистину, - протянул бог, балансируя на грани экстаза. Нарочито дернувшись, он рассадил себе острым каблуком кожу на бедре и откровенно застонал.
  - Вы такие маньяки, что я рядом с вами чувствую себя почти нормальным, странное ощущение, - довольно, с нотками зависти сообщил кузенам Джей, сползая на ковер сам, пока его в очередной раз за эту ночь не турнули любящие родственники. Нарастающий ветер силы Элии, обжигающий кожу, однозначно указывал на правильность выбранной тактики.
  Себе ломать Джей ничего не хотел, но совершенно не собирался стыдливо отводить глаза от Элии, одетой лишь в туфли на острейших каблуках, пришпоривающей Лейма. Кузен совершенно очевидно орал не от боли. И поучаствовать в таких скачках шулер точно не отказался бы! А кто бы стал отказываться? Уж точно не он!
  
  
  Утро для всех в Лоуленде наступало по-разному: для кого-то, проведшего за ночными забавами большую часть темного времени, лишь после одиннадцати часов, кто-то, как его величество Лимбер, каким бы играм на личном широком ложе он не предавался, ровно в девять уже сидел за рабочим столом. Кто-то, не будем показывать пальцем на Кэлера, вместе со старшим сыном (со времен первой дочки счастливый принц успел настрогать аж шесть отпрысков и всех мужского пола) часиков в десять брел на кухню за легким завтраком.
  А кто-то, тут можно абсолютно точно сказать кто, едва пробило шесть, грохнул дверью об косяк в апартаментах сына и звучно провозгласил:
  - Рэф, зараза, и когда ты собирался рассказать нам с матерью, что заделал детишек, превратив нас в деда с бабкой? Где они, кстати?
  Зараза, сомкнувшая очи часиков в одиннадцать, потому что сначала в очередной раз за последние три дня рассказывала до заплетания языка сказки своим взволнованным малышам, а потом бегала по кабинету, переваривая факт отцовства, выскочила в прихожую и гневно зашипела:
  - Т-с-с! Разбудишь!
  - Ты их что, у себя поселил? - резко сбавив уровень шума, удивился Элегор, машинально почесав обыкновенно ободранную скулу, и тряхнул головой, убирая с глаза упрямую прядь.
  - Они маленькие еще, от меня не хотели уходить, - виновато улыбнулся Рэф, пожимая плечами. - Силы и замок поработали, расширили покои, чтобы детские комнаты сделать.
  - Ну... логично, - признал герцог и жадно выдохнул: - Покажешь? Мама не пошла пока, волнуется очень.
  - Только тихо, они спят, - попросил юноша и, поманив отца за собой, приоткрыл дверь в милую спаленку на двоих. Разлучаться Тиль и Мелинда категорически отказались. Зеленый и золотой плюш теплых тонов, мягкие игрушки, овальные кроватки с высокими бортиками, чтобы малыши случайно не скатились ночью на ковер - вся комната стараниями Сил и замка дышала теплым уютом. Вот только ни единого малыша в ней не было.
  - И где? - искательно обежал глазами помещение Гор.
  - Не знаю, - растерялся Рэф.
  Две пары одинаково серых глаз глянули друг на друга с одинаковой оторопью.
  - Украли? Сбежали? Спрятались? - выпалил скороговоркой три самых вероятных предположения герцог и требовательно воззвал: - Связист?
  - Аюшки? - отозвалось пространство и недовольно проворчало:
  - Пока ты, Гор, вопить и дверьми грохать не начал, тут были, спали, а потом раз - и нету. Куда делись - отследить не могу. Видать, дар у крох такой. Сами напугали, сами и ищите. Или Бэль с Элией позвать на помощь?
  - Не надо! - хором отчаянно взмолились мужчины, отлично понимая, кто и что о них подумает и что скажет. - Сами найдем!
  Разнос от острой на язык Элии - это то еще удовольствие, но если к кузине присоединится 'тихая, мирная и добрая' богиня милосердия (призвание к бунту опустить), вставшая под знамя защиты детей, мало не покажется никому. Ой-ой-ой!
  - Ну-ну, - хмыкнул Связист и замолчал, отстраняясь от беседы. Дескать, сами провинились, сами и исправляйте!
  
  Шесть утра для визита к любимой сестре, если она богиня любви, не лучшее время. Это Мирабэль Лоулендская сейчас понимала превосходно, но волнение было столь сильно, что принцесса решила рискнуть и постучаться во всегда открытые для нее двери.
  Привычно соорудив щит, отгораживающий ее от потоков неистовых сил, бурлящих в апартаментах и чуждых ее целомудренной природе, Бэль принялась мерить ковер в гостиной нервными шагами.
  Спустя двадцать минут Элия появилась в комнате.
  - Прости, что разбудила, - нервно заломила тонкие пальцы Мирабэль.
  - Я еще не ложилась, - усмехнулась старшая принцесса. - Прекрасное утро, родная!
  - О, - Бэль на миг озадаченно округлила ротик и нахмурилась. - Проблемы? Почему ты не вызвала нас с Гором?
  - Нет, - рассмеялась принцесса, приобнимая сестру. Пусть Бэль и повзрослела, но оставалась все такой же тонкой в талии, как девочка, и невысокой по меркам рослых лоулендцев. - Все нормально, у вас с Гором вдосталь своих срочных дел в мирах, у меня свои, все равно они, эти дела, общие и наши.
  - Но внуки появились у меня, - надула губки кузина, машинально принимаясь накручивать на пальчик вьющуюся прядь каштановых с медным отливом волос. - В голове не укладывается... Я и бабушка!?
  Бэль беспомощно развела руками. Элия задорно рассмеялась, глядя на растерянную сестренку, и шутливо уточнила:
  - Морщины и седину перед зеркалом не искала?
  - Нет, - озадаченно хлопнула длинными ресницами вечно юная богиня.
  - Значит, шок не смертелен, - еще раз рассмеялась богиня любви. - Твой дядя - мой папа - вообще уже многократный дед, но что-то этот титул ни на постельной его резвости, ни на профессиональных умениях политика никак не сказался.
  - Эли, я боюсь, а что если... - чего она боится и что если, договорить Мирабэль не успела.
  - Эй, королева моя дорогая, - послышался откуда-то со стороны будуара задорный голос Джея, - если ты надолго, я займу твою ванну.
  - Плещись, - отмахнулась Элия. - Все равно ведь не захлебнешься.
  - А ты бы этого хотела? - удивился принц, таки входя в гостиную и приветливо кивая кузине Бэль. - Я знал, что женские вкусы порой причудливы, но чтобы тебя потянуло на покойников...
  - Вот еще! Я люблю живых, горячих мужчин, - брезгливо фыркнула богиня, подпихивая рефлекторно потянувшегося за лаской принца в сторону ванной.
  - Для тебя я буду полыхать, не зальешь, - жарко пообещал Джей и нехотя - девочкам тоже порой надо перемолвиться словечком без чужих ушей - исчез из гостиной.
  - Что? - хмыкнула Элия, изучая озадаченную мордашку кузины, где смешивалось неуемное любопытство и капелька растерянности.
  - А Лейм и Нрэн? - родила вопрос Бэль.
  - Полагаю, уже в ванной, она большая. Как-нибудь ужмутся и поместятся втроем, на худой конец бросят жребий, - пожала плечами принцесса. - Соскучилась, позвать?
  - Нет, - потупилась Бэль и все-таки выпалила: - Джей теперь по-другому лучится. Он все еще колется, как ежик, но уже не болючий, а по-хорошему буйно-горячий, как костер в ночь солнцеворота. Он ведь, ты и сама знаешь, тебя тоже очень любит. После нашего возвращения сильно заметно стало. Мне последнее время страшно порой становилось. Он такой отчаянно-злой был, весь в иголках, как сломанные качели без балансира...
  - Он всю жизнь без балансира и как-то ухитрился до сих пор шею не свернуть, а добрым и вовсе отродясь не был, - с восхищением буркнула себе под нос Элия, дивясь тому, с какой феноменальной скоростью Джей адаптируется к воздействию ее силы.
  Она уже не вышибала мгновенно бога в беспамятство, как всего пару суток назад. Вероятно, сказывался упрямый нрав принца, умевшего добиваться желаемого. Если для того, чтобы получить вожделенный приз ему следовало приспособиться к всесокрушающему воздействию силы любви, Джей твердо собирался это сделать в кратчайшие сроки. Просто смотреть и находится в обществе богини, тогда как привилегии других значительно шире, ему было отчаянно мало и осознание этого 'мало' нарастало в арифметический прогрессии, подталкивая божественную способность адаптации к новым вершинам.
  - Так чего ты собралась бояться, бабушка? - со смешком вернулась к начальной теме беседы Элия.
  Собственный странный титул в устах сестры заставил Мирабэль невольно прыснуть. Она еще покрутила локон на пальце и призналась:
  - Не знаю. Я до сих пор не привыкну, что мама, а тут Рэф приводит в Лоуленд своих детей, моих внуков. Все так странно...
  - Я тебе больше скажу, родная, все, что с нами происходило, происходит и будет происходить, и есть главная странность Вселенной. Но поскольку эта странность устраивает Творца, то кто мы такие, чтобы ею возмущаться? Всего лишь его Джокеры!..
  Элия выдержала маленькую паузу и коварно уточнила:
  - Хочешь глянуть на ребятишек?
  - Да, но рано... Маленькие в это время спят... - засомневалась Мирабэль.
  Сама-то она как раз рано утром и отправлялась тайком от нянюшки на всякие вылазки по замку. Но не четырехмесячным же крохам, пусть даже выглядевшим на четыре годика, брать с нее пример?
  Пространство над ними как-то смущенно поперхнулось, реагируя на выводы принцессы, потому Элия протянула:
  - Связи-и-ист! Ты ничего не хочешь нам сказать?
  - Не хочу, я парням обещал, - протараторил не умеющий врать помощник.
  - Зато я могу проклясть! - нажала богиня любви на уязвимую точку Сил.
  - Я ж пашу на вас, как проклятый, недоедаю, недосыпаю, недое... А ты! - взвыл Связист.
  - Особенно трагично последнее, - вкрадчиво согласилась Элия.
  - Тебе ли не знать, - засопел Связист.
  - Мне, мне, - уже добрее улыбнулась принцесса и коварно вопросила: - Так что они там натворили, говори! Мы не скажем, что это ты ребят заложил!
  - Они их чуток спросонья напугали шумом, и крохи куда-то делись, - раскололась Сила.
  - Опасности нет? - прикинула личные ощущения Элия, делая знак Бэль не спешить. Сестренка уже готова была сорваться с места и нестись причинять добро.
  - Не-а, я уже обмозговал, что к чему. Но подсказывать не буду. Малыши в безопасности, а эти шумливые пускай понервничают, в следующий раз будут думать, чего и где творить!
  - Нам-то покажи, прозорливый наш, - подольстилась к Силе Элия.
  - Нате, такого вы точно еще не видели! - похвалился растаявший Связист и явил чудное (больше с ударением на втором слоге) видение уютной спаленки, уже виденной нынче утром Элегором Лоулендским.
  - Ой, - поднесла ладошку ко рту растерянная Мирабэль. - Как же так?!
  - Ты теперь не просто дважды бабушка, а еще и дважды зообабушка, или ящербабушка, Бэль, - гоготнул Связист, давая образ в приближении.
  Между подушками у самой дальней от двери кроватки, свернувшись колечками, спали две малахитовые в золотистых узорах, идеально сливающиеся по цвету с постельным бельем, маленькие ящерки с аккуратными хохолками-коронами на головках.
  - Хорошенькие, - умилилась Мирабэль, начиная уже очно любить своих крошек-внуков. Испуг от титула бабушки сменился желанием познакомиться с малышами поближе и непременно погладить чудесные хохолки на головках.
  Связист гордо, будто эта парочка хвостатых была его личным произведением, рассиялся ворохом фейерверков. Заклинание отключать не спешил, впрочем, как и раскрывать Рэфу и Элегору, ставившим весь дворец с ног на голову, тайну местонахождения детей. Ничего, пускай с полчасика поносятся, потом уж... Хотя, если Лимбер будет шибко сердиться на шум и пугаться стража, придется пораньше!
  Распрощавшись с кузиной, Бэль отправилась караулить момент пробуждения малышей, а Элия занялась личным делом, совершавшим заплыв в ванной комнате. Конечно, ни один из ее мужчин проказливо пакостить в ее покоях не рвался, как неоднократно делал герцог Лиенский, но зато они могли выкинуть что-нибудь другое.
  
  - Не мешай Элии, не докучай ей попусту, - выговаривал Нрэн, зафиксировав Джея постановкой стопы ему на спину. Ощущения от этого элементарного, казалось бы, действия казались жертве сродни многотонной бетонной плите, придавившей все тело так, чтобы не двинуться, ни вдохнуть. Лейм в такт словам брата макал белобрысую голову кузена в исходящую паром воду и, перехватив эстафету нотаций, продолжал:
  - Если она устанет от нашего общества, просто исчезнет. Ты не сможешь почувствовать направления, будешь не в силах понять, есть ли она во Вселенной или нет и никогда не было. Будешь метаться, будто сердце из груди выдрали...
  - Но она же вернется, - выплюнув воду, возразил мокрый Джей, бесясь от чувства беспомощности и одновременно пытаясь разобраться в причинах наезда. - Она же сейчас, сам говорил, не уходит надолго.
  - Поверь, тебе хватит и пять минут, чтобы понять, что такое абсолютная пустота, - горько возразил Лейм с потемневшим от боли взглядом. Не ярый рубин, но мшистая болотная зелень плескалась в нем. - Вспомни свой худший кошмар и представь его наяву. Ее нет нигде. Ощущения те же.
  - Гонишь... - недоверчиво брякнул шулер, на миг даже позабыл о своем положении.
  - Если бы, - качнул головой принц. - Ее сила многократно выше нашей, и если Элия не желает, то ты можешь орать молитвы до хрипоты в ее храме, сцедить всю кровь в ритуале призыва или многократно ублажать себя в личной молельне, отклика не почуешь...
  Нрэн, уяснив, что брат сказал все, что хотел, снял стопу со спины. Тщетно рвущийся на свободу принц, утратив точку приложения сил, кувыркнулся в бассейн, ошибочно именуемый личной ванной богини любви. Всплыл, кашляя, и почти извинился:
  - Не знал... И часто такое бывает?
  - Тебе хватит и раза, чтобы понять, каково это, - отвернулся от кузена Лейм и тоже полез в воду.
  - И что ты предлагаешь? - неуверенно уточнил бог, нервно ероша мокрые пряди.
  - Не предлагаю, советую. Просто не лезь, когда она отходит по делам, - тихо проронил принц, открывая свой любимый травяной гель.
  - Вы из-за этого так разозлились? - хмыкнул Джей, решивший, что нашел разгадку головомойки.
  - Злиться? Мы и не начинали, - отрубил Нрэн, берясь за свою жесткую, как терка мочалку.
  - Джей, тебе сейчас хочется быть с ней рядом неотлучно, дышать одним воздухом, касаться каждую секунду... - начал терпеливо объяснять Лейм.
  - И что, потом это пройдет? - перебил бог, недоверчиво прищурившись.
  - Нет, - с отчаянно-безнадежным весельем хохотнул Лейм, - но ты привыкнешь с этим жить, получать удовольствие от того, что имеешь, и не портить жизнь ей и себе.
  - Ты так говоришь, будто мы для Элии обуза и тебе в тягость эта любовь, - поморщился принц, хоть и считавшийся любым знакомцем тем еще подарочком, но никогда не воспринимавший себя, великолепного, как нечто обременяющее.
  - Моя любовь - величайшее из сокровищ, каким только мог наградить Творец бессмертного. Я не променял бы ее ни на что иное. Я счастлив тем, что желанен ей. Элия никогда и ни с кем не разделит ложе по обязанности или из жалости, - ответил Лейм. - Но знаешь, в чем самая большая разница между нами?
  - Догадываюсь, - хмыкнул Джей, скосив глаза на свое богатое хозяйство.
  - Паяц, - прокомментировал Нрэн, до скрипа натирая кожу и собственное не менее щедрое оснащение.
  - Она без нас будет жить и дальше, мы же попросту сдохнем с гарантией, - грубо, чтобы до Джея наконец дошло, отрубил романтичный бог.
  - Пытаешься меня напугать, чтобы я сам ушел и затихарился подальше, пока еще не поздно? - нехорошо прищурился Джей. - Не стоит, она уже пробовала. Не вышло ни хера. И у тебя не выйдет, я и без ваших пугалок-макалок на грани 'сдохнуть' балансировал. Почему ты, думаешь, Элия согласилась? - принц болезненно скривился.
  - Ты идиот, Джей, - болезненную его гримасу как зеркало отразил Лейм, в сердцах отбросив мочалку. - Повторюсь, Элия никогда не будет с нежеланным и нелюбящим ее мужчиной, это противно ее божественной сути.
  - Да я как-то в любви ей не клялся, обетов верности не давал, - разом остыв, озадачился соседней темой принц, его мысли заскакали сумасшедшими белками.
  - Ты думаешь, мне нужны твои клятвы и обеты? - пока разговоры не привели к безобразной драке, вступила в беседу принцесса, входя в ванную и одним легким движением плеча сбрасывая домашнее платье. Одеяние растеклось по плитам серебристо-голубой шелковой лужицей, привлекая львиную долю внимания мужчин к совершенному телу. - Мы не в храме у алтаря, Джей. Если с губ Лейма слова любви слетают естественно, как дыхание, а Нрэн выдавливает их из себя с мазохистской радостью, то ты скорее кровью харкнешь, чем скажешь то, что на сердце. Ты, мой драгоценный, готов без умолку трындеть о своих желаниях и фантазиях, но не о подлинных чувствах.
  Улыбаясь, Элия скользнула в воду, мимоходом подхватила из ниши мягкую губку и протянула Нрэну. Тот, отложив свою мочалку, принял поданое, добавил персиковый гель и принялся с удовольствием ухаживать за принцессой. Не дожидаясь разрешений или запретов, Лейм взял еще одну губку и занялся ножками любимой.
  Джей остался за бортом этой почти семейной невинной сцены. Нарочно ли Элия так провела границу или случай помог? Важно ли, стоит ли гадать? Зато боль по сердцу, совершенно явственно доказывая его наличие и имеющиеся чувства, резанула принца самая настоящая. Резкая, как удар лезвием, нанесенный с оттягом.
  - Харкнуть кровью? - повторил он и тряхнул головой. - Да запросто.
  Материализовав из воздуха кинжал, Джей небрежно от плеча до паха резанул себя по груди, давая алому потоку хлынуть жарко и свободно, прямо в воду, где плескалась принцесса. - Скажешь, когда хватит, любимая?
  - Я должна сейчас, по-твоему, устыдиться, удовлетвориться или возбудиться? - повернула принцесса голову к безумствующему богу.
  - Не знаю, любимая, - глядя прямо в глаза Элии, повторил слово 'любимая' принц второй раз не только за день а, возможно, и за всю свою долгую циничную жизнь. Никогда не лезущее на язык, невозможное слово сказалось само собой. Оно, это слово 'любимая', было сейчас удивительно уместно и правильно. - Но зато теперь не так больно.
  - Хватит, - сказала богиня. Повинуясь воле высшего вампира, кровь унялась. Элия поманила Джея пальчиком. Тот прошел по парящей воде, пузырьки воздуха бурлили у его бедер, и остановился вплотную к принцессе, лихорадочно шаря глазами по ее лицу. Смеется? Бесится? Равнодушна? Он ничего не мог прочитать в серебристой, затягивающей душу бездне. И в эту секунду с потрясающей ясностью осознал, насколько правдивы слова Лейма: если без нее, то лучше сдохнуть. Уйти после последних дней он не просто не захочет, не сможет. Пусть решает!
  Ухватившие и потянувшие его за вихры тонкие пальцы вышибли из Джея часть фаталити-настроя, трансформируя его в совершенно иной. Даже эта властная хватка богини и легчайшие иголочки боли оказались к месту.
  - Ты что творишь, засранец? Зачем мою ванную пачкаешь? - прошипела Элия. - Тебе же сказали, для таких игр есть другие помещения.
  - С тобой я готов на любую игру, в любое время, в любом месте по твоему желанию, - Джей скользнул в воде на колени, теперь влага доходила ему до шеи, запрокинул голову. - Меня только одна разновидность игр не устроит.
  -М? - выгнула бровь принцесса.
  - Та, в которой мое участие не предусмотрено, - хрипло выдохнул принц, придвинувшись к Элии так, чтобы откровенно коснуться ее ноги. - Только трахни меня уже поскорее, не могу больше терпеть, дрочить и смотреть. Трахни, Элия. Если чокнусь, вылечишь, ты сможешь. Свяжи, избей, только трахни...
  Джея всего трясло. Он не то молил, не то грубил и требовал, содрогаясь от пробегающих по телу волн силы. Откровенные слова Лейма будто приоткрыли в его сознании тщательно закрытую на запоры последнюю дверь, в которой он прятал от себя самого свои собственные чувства.
  'И это Бэль называла улучшением состояния. Как причудливо устроена голова у богов-целителей', - пробормотала себе под нос принцесса.
  Насчет причудливости устройства голов всех остальных членов семьи не то что вопросов, даже тени сомнения у богини не возникало. Доказывая сию аксиому, грохнула о косяк дверь и под ойканье и матерок увлекшегося созерцанием чувственной картины признания Связиста, в ванную ввалился Элегор.
  - Привет, Леди Ведьма, я знаю, ты здесь! Хай, парни! Можете трахаться дальше, только ответь Элия (ты все равно все знаешь!), где мои внуки?
  - Он вроде Джокер, а я Туз, так почему мне сейчас неудержимо хочется его убить? - раздраженно протянул Джей, поднимаясь на ноги.
  - Такую сцену испохабил, - вслух пожалел и Туз Сил.
  - Это нормально, - хмыкнула Элия.
  - То, что нам его убить хочется или насчет испохабливания? - иезуитски уточнил Лейм и неодобрительно нахмурился.
  - Оба факта, - рассмеялась принцесса и коварно протянула герцогу в ответ: - А вот не скажу! Жену иди спрашивай!
  - Мстишь? - догадался с легким содроганием Элегор. Что и как ему скажет любимая милая супруга, можно было даже не загадывать, именно из-за этого он и решил рискнуть гневом Элии...
  - Разумеется, - довольно объявила принцесса и кивнула на дверь: - Ступай вон, Гор, не мешай нам... хм, трахаться.
  - Скажи хотя бы, с ними все хорошо? - шагнул к двери герцог подальше от сердитых глаз друга. На Нрэна и Джея ему откровенно плевать, но Лейм...
  - Да, - коротко ответила принцесса и, дождавшись тихого демонстративного хлопка телепортации герцога, обернулась с Джею.
  Тот, нахмурившись так, что стали видны лапки морщин у глаз и поперечная складка на лбу, предельно внимательно смотрел на богиню и ждал решения... наказания... приглашения... Но Джокер Элия или не Джокер? Предсказуемость - это скучно, потому дождался принц инструкции.
  - Трахнуть тебя? - процитировала богиня пожелания шулера. - Очень заманчивое предложение и очень опасное. Но шанс остаться в своем уме у тебя есть неплохой по двум причинам. Первая - родство крови, дающее известную долю сродства сил, вторая - высказанная и проявленная готовность принять любое проявление моей силы. Все должно было бы происходить постепенно и бессознательно под, скажем так, воздействием среды погружения, но тебе же, нетерпеливый мой, нужно все и сразу...
  - Всегда... - жарко выдохнул Джей.
  - Тогда тебе придется поработать с энергией, - приказала принцесса. - Я буду освобождать силу из-под блоков постепенно, чтобы ты попытался приспособиться. Из своей собственной силы и моей тебе нужно будет создать буфер между чистым течением сил. Настрой зрение и посмотри для начала, как это происходит у Лейма и Нрэна. Учти, для них этот процесс рефлекторный, тебе же надлежит манипулировать силой осознанно.
  - Давай, - мгновенно согласился принц.
  - А давай сначала закончим водные процедуры? - иронично попросила принцесса. - Хотя бы с той точки зрения, что падать без чувств на кровать куда удобнее, чем на мрамор в ванной.
  - Я уж и на битое стекло, и на бритвы согласен, но как скажешь, - с энтузиазмом объявил Джей и предложил, сцапав из ниши еще одну губку: - Потереть тебе спинку?
  - Ты считаешь, любимая, пора? - задумался Лейм, просчитывая шансы кузена на успех.
  - Или он будет пробовать осознанно, пока хоть что-то соображает, или полезет на рожон, потому что нельзя, но безумно хочется. И тогда откачивать этого адреналинового наркомана мне придется куда как дольше, - пожала плечами принцесса, подставляя Джею спину.
  Нрэн, припоминая собственные затяжные периоды помутнения сознания после ссор с возлюбленной, чреватые слуховыми и зрительными галлюцинациями, посторонними жертвами и прочими 'веселыми' деталями в кровавых тонах, задумчиво кивнул. Иногда они с кузеном бывали невероятно похожи именно в безумстве поступков.
   Отведя медовые пряди, Джей с удовольствием прошелся по спине богини не губкой, а губами, слизывая капли воды, как редкое лакомство от плеч все ниже и ниже до соблазнительной ямочки, где так хотелось задержаться языку. И лишь чуть погодя, подавив невольный вздох сожаления, бог взялся за мочалку. Права Элия, еще немного и он перестанет соображать вовсе.
  Вопреки готовности белобрысого вора согласиться на любое место, время и способ, из ванной боги вернулись в спальню. Связист титаническим усилием воли подавил в себе желание декорировать помещение хотя бы иллюзией из полосы битого стекла и леса лезвий. Удовольствия на пару мгновений будет, а недовольство Элии точно подольше продержится и неизвестно чем обернется. Мстить коварная женщина умела изощренно даже в мелочах.
  Джей почти растерянно остановился на пороге, не зная, куда следовать дальше. Толчком раскрытой ладони Элия придала ему направление к ложу и присовокупила инструкции:
  - Смотри и, когда поймешь, что и как делают Лейм и Нрэн, повторяй в своем стиле.
  Наверное, если бы Элия сказала: попробуй, попытайся, дерзай, Джей мог бы и усомниться в своих возможностях. Но богиня сказала так, как сказала, и он не стал тратить времени на колебания. Хлопнулся на край ложа, давая дорогу кузенам, и стал смотреть, балансируя на грани между своей жаждой, переросшей в потребности сродни дыханию, и инстинктивным божественным даром к решению головоломок.
  В этот раз щит между ним и тремя был совсем тонок. Джей видел, как осенними листьями слетают блоки с великой силы богини, как пылко раскрываются силы богов ей навстречу, впитывают, переплетаются, сливаются прежде, чем соприкоснуться тела. Он видел не просто красоту танца любви, где сплетаются тела, души, энергия, он неожиданно разглядел и тот слой смешанных сил, слияние которых смягчало сокрушительную мощь Элии, преобразовывая испепеляющий жар в живительное тепло.
  Джей потянулся к этому теплу всей своей сутью, захотел быть там, захотел сделать так же, принять силу любви во всей ее полноте, не утонуть, растворяясь, но дополнить совершенную картину своей. И его впустили в восхитительный, безумный круговорот.
  Только сейчас, присоединившись к этому танцу не жертвой или вором, но равным партнером, принц понял, чего был лишен века и почему его макали сегодня в водицу кузены.
  По сравнению с этим меркла даже пытка жгучим наслаждением силы Пожирательницы Душ, прежде почитаемая за вершину экстаза и представляемая в сладострастных грезах. Знай он раньше, что возможно такое... И что бы он сделал? Явился бы и стал требовать у Элии места на ложе? Нет, требовать бы мог, нахальства ему всегда хватало, но вряд ли бы получил что-то кроме пары хлестких затрещин. Так неужели он века напролет крал сам у себя право на любовь только потому, что отрицал ее, подменяя вожделением, не желал признаться самому себе в подлинности чувств, боялся, как слабости? А предполагаемая слабость обернулась триумфом. Воистину очередная шутка Джокера!
  Отбросив все сомнения, страхи, Джей любил, как мог, как умел, и крик его: 'Я люблю тебя, Элия!' - больше не рвался из груди с кровью, а взлетал ввысь, вместе с летящим богом легко, свободно, правильно.
  Утратив счет времени, он заново познавал неистовое желание, томную муку прелюдий, нежность, изысканную изощренность ласк. Сбывалось и то, о чем недавно молил. Не он владел, а брали его, властно, даже жестко, не целовали, ставили метки принадлежности, ласкали душу, плоть, силу.
  Джей только орал, срывая голос, выгибаясь от наслаждения в испрошенных путах, требуя еще и еще, желал этих следов, как вещественных доказательств того, что его приняли. Впервые он, пожалуй, желал не владеть, а принадлежать без остатка той, которая понимала и принимала его всяким: злым, буйным, мстительным, пьяным, мрачным, лукавым, жестким, лживым, бешеным...
  Он не желал быть для нее прекрасным благородным рыцарем, он просто желал быть для нее и с ней.
  А потом давно уже не нежный и юный кузен, покровитель романтики, протянул возлюбленной лунд и ферзал. Тогда-то Джей, пусть и развлекающийся время от времени с этими игрушками, почувствовал, чем отличается любитель от профессионала. Он понял, о чем бормотал заплетающимся языком вдрызг укуренный Энтиор, когда шутники-братцы сыпанули в его кальян особой смеси 'греза и откровение'.
  Вампир тогда глотал дым и не то стонал, не то рыдал, о своей сбывшейся мечте, которая никогда более не повторится, о том, чего стоят плеть и стек для любовных развлечений в руках Элии. Блаженство воспоминаний на его лице мешалось с мукой от невозможности повторения, превращая дивный лик-грезу в маску беспросветного отчаяния. Знаток игр, в которых наслаждение проходит по тонкой грани боли и крови, не соврал ни на диад. Это было запредельно...
  Ощущение времени и реальности вернулось к Джею спустя срок, точно измерить который он был не в состоянии. Голос оказался сорван начисто, тело ломило, и в то же время ощущалась невероятная легкость и бурлящая сила. Кажется, он сейчас мог воистину все. И одновременно он снова желал...
  - Элия, почему я снова хочу тебя? - одними губами прошептал принц, зачарованно скользя по чертам богини взглядом.
  - Ты думал, в сказку попал? Если только в страшную... - цинично усмехнулся Нрэн.
  - И для взрослых. С очень высоким рейтингом, - продолжил его речь Лейм, следя затуманенным взором за ферзалом в пальцах принцессы. - Если всю жизнь глушил лишь прокисшее пиво, то отведав редкого вина, не захочешь иного. А одного бокала будет недостаточно.
  - Судя по всему, вы к выпивке пристрастились крепко, - хохотнул Джей. - Да и я тоже...
  - О, прошли те года, когда Лейм краснел от одного взгляда на эти милые игрушки, - промурлыкала Элия, а ферзал медленно прочертил полоски на бедрах бога.
  - Я готов все забыть, чтобы научиться этой игре заново, - бархатно прошептал Лейм. - Покажи нам, любимая, как играть, преподай урок.
  И девятый вал наслаждения снова накрыл богов с головой, заставляя переплетаться тела и силы, оставляя лишь жажду, требующую утоления...
  
  Джей проснулся резко, когда Нрэн едва коснулся его руки. Доли секунды собирал мозаику реальности. Шулер удивленно нахмурился, когда увидел Лейма в дверях, и проследил за кивком воителя, однозначно подсказывающим, что и им надлежит выметаться из спальни.
  Скандалить прямо сейчас, рискуя разбудить Элию, принц не стал. Решил отложить разборки до соседней комнаты.
  - Чего? - прикрыв за собой дверь, спросил Джей.
  - Пошли, Элия хочет побыть одна, - снизошел до щедрых объяснений Нрэн.
  - Не слышал, - заупрямился счастливый любовник.
  - Достаточно видеть, - коротко и почти деловито ответил Лейм. - Она предпочла лечь подальше.
  - Это, типа, нас выставляют? - скривился принц. Сама мысль о том, чтобы покинуть Элию сейчас и вот так была болезненной.
  - Лейм неопределенно пожал плечами, не желая свариться с кузеном и сказал:
  - Она позовет. А ты пока можешь привести в порядок дела, присмотреть ей подарок...
  - Подарок? - растерянно повторил Джей. Мысль о подарке показалась неожиданной, привлекательной и нуждающейся в осмыслении.
  Да, случалось он ухаживая за девицами и, добиваясь их расположения, тратился на цветы и побрякушки. Хотя, обычно, благодаря магнетическому божественному обаянию, все ограничивалось парой, в крайнем случае, тремя подарочками, а потом Джей получал желаемое, и всякая надобность в подношениях отпадала.
  Элии же или Бэль он, бывало, дарил всякие милые безделицы просто так от сердца, без задней мысли или преподносил дорогие подарки к праздникам, но дарить богине что-то, как возлюбленной... Эта новая мысль серьезно озадачила Джея. Больше ни на что не реагируя, он телепортировался прочь...
  Часа через три в кабинет Лейма, разумеется, даже не подумав постучать, ввалился взъерошенный Джей и с порога выпалил, отрывая бога от каких-то расчетов:
  - Я не знаю, что ей подарить! Помоги!
  - Ты о чем? - рассеянный зеленый взгляд скользнул по родственнику. Принц все еще пребывал в научно-технических эмпиреях и наслаждался стройной логичностью выкладок.
  - Я не знаю, что подарить Элии! - взвыл Джей, ероша волосы на голове, и заметался по кабинету. - Думал, может, украшение какое-нибудь купить подороже или своровать что-нибудь легендарное... Но на фиг оно ей сдалось? Нрэн сундуками дорогущие побрякушки таскает!
  - Джей, - Лейм аккуратно опустил карандаш в стаканчик, откинулся в кресле и участливо покачал головой, - не зацикливайся. Элия - богиня любви, ей важен не столько сам дар, сколько тот эмоциональный посыл, что ты вкладываешь в него. Нрэн с каждым своим сундуком вручает Элии всего себя. Именно это она ценит в гораздо большей степени, чем дороговизну подношения. Потому, какой бы ты подарок ей ни принес, она его примет, будь то фенечка из урбо-мира или карманный дворец.
  - Ха, - принц снова взъерошил соломенную копну и как-то потерянно уточнил: - Ты такой спокойный, вон, считаешь чего-то, а я опять с ума от желания схожу и жду! Как ты можешь о ней не думать сейчас?
  - Кто тебе сказал, что я не думаю? Хвала многоплановости божественного мышления. Я работаю, но это не мешает мне грезить о любимой, мечтать и ждать, когда мы претворим мои фантазии в жизнь, это и возбуждает невероятно и в то же время в чем-то успокаивает, позволяя ждать...
  - Ты так уверен, что ВСЕ фантазии? - прищурился Джей, приостанавливая свой бег по кабинету.
  - Разумеется. Для Элии есть очень мало исключений, моих желаний они не касаются, - кивнул Лейм и, отвечая на невысказанный вопрос озадаченного брата, пояснил: - Кузина не ляжет с отцом, но я и сам никогда не вожделел Лимбера, и не пригласит другую женщину. Ее сила просто спалит дотла все тонкие структуры любой идиотке.
  - Что, были прецеденты? - невольно заинтересовался вор.
  - Горничная одна не в меру любопытная как-то попалась, слишком близко оказалась там, где не нужно. Элия потом объяснила, когда я о труп споткнулся, - невозмутимо просветил брата зеленоглазый бог. - Потому я наслаждаюсь мечтами и нахожу удовольствие в предвкушении, чего и тебе советую. Любую фантазию, Джей, значит любую. Желаешь ли ты, чтобы одновременно ты любил Элию, а тебя Нрэн, или хочешь, чтобы Элия взяла тебя лундом, или ласкала лундом и ферзалом так, как сегодня ласкала меня, или...
  - Хва-а-атит, - прохрипел Джей, содрогаясь от накатывающего волнами возбуждения, его снова всего трясло. - Я сейчас от одних твоих слов прямо здесь... Не могу... Скажи, потом хоть чуть легче будет или вы просто привыкли, или я такой чокнутый?
  - Всего понемногу, - ответил Лейм. - Ты все еще умираешь от жажды, а мы чуть-чуть пригубили. Ее сила гуляет в нашей крови, это возбуждает и дурманит. С этим сложно, но и без этого уже невозможно.
  Вор как раз хотел кое-что уточнить насчет подарка, когда Элия связалась с Леймом. Голос богини был суховато-деловит.
  - Дорогой, где аналитика по последним мирам с западных горизонтов, вошедшим в нашу пирамиду Уровней, нам с Гором и Бэль нужна твоя раскладка.
  - Заканчиваю, любимая. Через полчаса все будет, - отчитался принц, возвращаясь в рабочее кресло к карандашу и каким-то - их Джей заметил только сейчас - светящимся цифрам и схемам, висящим прямо в воздухе и начертанным живой силой на столешнице, как на большом экране.
  - Она сердится? - аккуратно уточнил вор.
  - Нет, работает, - рассеянно отозвался Лейм, все глубже погружаясь в вычисления. - Элия - Джокер и богиня логики, но я Ферзь Координатор и аналитика моя сильная сторона. Иди, брат, чем раньше мы закончим с этой работой, тем выше шанс, что кузина решит отдохнуть в нашем обществе.
  - Могу помочь? - тут же предложил простимулированных обещанной перспективой принц.
  - Нет, по твоему профилю пока нет работы.
  - Оки, - слямзенным у Связиста словечком отозвался Джей и покинул покои бога.
  В коридоре этажом ниже принц наткнулся на Энтиора и чуть оживился.
  - Прекрасный день, брат, отправляешься лечить болью очередного недоумка?
  Лорд-Дознаватель Лоуленда и Ловчий Колоды машинально взбил кружево на манжетах (теперь он не носил их длиннее ширины двух пальцев от запястья), элегантно приподнял бровь и с достоинством ответил:
  - У меня в достатке такого рода пациентов. Одним больше...
  - И каждый их них именует Элию 'шлюхой, удерживающей на поводке своей похоти нескольких сильных богов'? - подкинул каверзную цитату с вопросом белобрысый провокатор.
  - Теперь я буду работать особенно вдохновенно, спасибо, - вполне искренне поблагодарил брата вампир, в бирюзовом льду взгляда замерцала столь же ледяная ярость. За сестру любой из братьев всегда был готов убить, а если убить нельзя, то хотя бы качественно, от души и с выдумкой помучить.
  - За такое-то? Да всегда пожалуйста! - хмыкнул Джей и, уже собравшись уходить, опомнился и уточнил в спину:
  - Энтиор, а с тобой когда-нибудь играли лундом или ты все больше сам?
  Вампир едва заметно вздрогнул, медленно обернулся, окинул вопрошающего взглядом из-под ресниц. Не издевается ли? Но нет, брат был совершено серьезен, и интерес испытывал нешуточный. Потому принц таки снизошел до профессионального ответа:
  - Я искал усладу в забавах разного рода. Если лунд в руках истинного мастера, это фантастическое по остроте ощущение наслаждения с тончайшей примесью боли, обостряющей блаженство многократно. Стек и его ответвления меняют остроту, толщину, фактуру, длину. Лунд - живой проводник воли и божественной силы своего владельца и именно это делает его совершенной игрушкой в руках профессионала.
  - Лучше члена? - подкинул провокационный вопрос Джей.
  - Это удовольствие иного рода, - томно вздохнул принц, балансируя на грани погружения в круговорот упоительных воспоминаний. - Элия владеет лундом и ферзалом, как никто иной. Если пожелаешь, она покажет тебе все грани игры, а не внешний слой легких забав. Ты ведь это хотел услышать, а не предложить мне развлечься?
  - Эм, - нахмурился принц, соображая каждой ли собаке в Лоуленде теперь известно, что он делит с богиней ложе. Не то, чтобы он был против, но все же. Одно дело хвастаться, другое - произвольно расползающиеся слухи.
  - На тебе ее печать, ее запах, сила... - грустно усмехнулся Энтиор.
  - Злишься? - не мог не задать вопроса принц.
  - Нет, бесконечно завидую. Увы, наши с Элией силы в ряде аспектов столь схожи, а моя суть вампира столь сильна, что я не выстою перед высшей. Не посмею, не захочу сопротивляться, стоит ей проявить лишь чуть более сильный интерес, чем тот, что нас связывает ныне. Стради щадит меня, я понимаю и принимаю ее позицию, но время от времени грезить о ее силе, власти, бездне темных удовольствий мне никто запретить не может. И да, Джей, если захочешь, мои двери открыты. Я тоже мастер лунда и ферзала, не столь совершенный, как сестра, но весьма искусный.
  - Я буду иметь в виду, - без издевки кивнул Джей, начиная невольно сочувствовать тому, кто попал в капкан. В отличие от него, у Энтиора выхода не было.
  - Привет, дядюшка, - едва не сбил с ног вовремя отскочившего принца племянник, гнавшийся за золотисто-зеленой молнией.
  - Что, опять дети потерялись? - хохотнул вор, вспоминая устроенный Гором бедлам.
  - Нет, мы в догонялки играем, - выпалил Рэф и рванул дальше, туда, где раздался звон бьющегося стекла.
  - Милый дом, - покивал своим мыслям шулер, понимающе переглянулся с Энтиором, и, насвистывая, двинул в свои покои.
   Если Элия ценит в подарке именно внимание, значит, надо порыться в коллекции своих любимых сувенирчиков. Обязательно отыщется что-нибудь эдакое. А еще у Джея резко зачесались руки, и, вспоминая чокнутого художника из храма, он проказливо ухмыльнулся, мысленно представляя себе карту Джокера Элии в руках которой будет отнюдь не роза, а кое-что поинтереснее. В предвкушении реакции возлюбленной на свою выходку, принца пробирала дрожь возбуждения. Так не терпелось ему встретиться с карандашами, а потом испытать все, о чем там завлекательно поведал Энтиор. Его опять поманили сладкой конфеткой, краешком обещания, а он, игрок и любитель острых ощущений до мозга костей, как обычно, захотел всего!..
  - Джей! - настойчиво звали его, выдергивая из дурмана вдохновения. - Джей!
  - От...сь! - не глядя, огрызнулся принц, поглощенный нанесением последних штрихов к своему шедевру. На то, чтобы метнуть в помеху что-то смертоносное, банально не хватило свободных пальцев.
  - Мне уйти? - голос Элии не звучал оскорблено, лишь чуточку удивленно.
  В себя принц, завершивший шедевр, пришел резко и очень вовремя. Мгновенно осознал, кто и что говорит рядом, а самое главное, что он сам только что ляпнул этому 'кому-то'.
  - Нет! - вскрикнул бешено Джей и, отбросив карандаши, цепко схватил богиню за запястья, будто боялся, что она действительно может исчезнуть не сейчас из мастерской, а вообще из его жизни. 'Абсолютная пустота... Вспомни свой худший кошмар и представь его наяву. Ее нет нигде...' - так, кажется, говорил Лейм. Слова эти и тон кузена пробрали циничного бога до печенок. Потому сейчас он по-настоящему испугался.
  - Ты мне руки сломать хочешь или ограничишься синяками? - уточнила принцесса.
  - Прости, - мгновенно разжал пальцы, отступил Джей и тряхнул закружившейся головой. - Я рисовал для тебя подарок. Он готов! Не понимал, что и кто вокруг. Всегда такой, когда творю.
  - И когда вытворяешь тоже, - со снисходительной усмешкой согласилась богиня.
  - Примешь? - Бог сорвал с подставки свое творение и протянул сестре, впившись взглядом в лицо.
  - О-о-о, - улыбнулась принцесса, забирая собственный портрет - игральную карту Джокера. Произведение Джея дышало такой откровенной чувственностью, что рассмотреть его и не рехнуться от вожделения смогло бы лишь начисто лишенное всех признаков пола создание. Оценивая работу художника, Элия прокомментировала. - Настоящий шедевр исключительно для внутрисемейного пользования. И как точно переданы детали... Они, полагаю, выбраны не случайно?
  - Отнюдь, - жарко выдохнул бог. - Но правильно ли лежит в пальцах лунд, может определить лишь истинный мастер.
  - Хочешь проверить еще раз? - догадливо предположила Элия.
  - Да, все, до конца, - выпалил Джей. - Здесь, сейчас!
  -Раздевайся, - приказала принцесса, оценив мягкий ковер в мастерской.
  Джей рванул запутавшуюся шнуровку и хрипло уточнил:
  -А ты?
  - А я буду на тебя смотреть и, может быть, потороплю, - многозначительно пообещала Элия и в пальцах ее вместо карты появился гладкий стек цвета слоновой кости, точно такой, как рисовал талантливый художник. Одно неуловимое движение лундом, короткий проблеск лезвия и шнур рубашки принца распался на несколько коротких веревочек, вызвал непроизвольную дрожь возбуждения жертвы. Он нарочито замешкался и с ремнем, ровно настолько, чтобы снова дрожать об возбуждения, чувствуя гладкость лунда и холод стали, коснувшийся кожи у паха.
  Сила богини плясала в мастерской, дразнила, звала, ласкала, и Джей, раскрывшись этой мощи, плавился в невероятном, остром предвкушении блаженства, возбуждение нарастало, а вместе с ним и жажда изведать все, что только может подарить богиня любви.
  Он уже был полностью обнажен, Элия же сменила свой строгий рабочий наряд на черное кружево белья, что вызвало тихий стон бога, в чьих фантазиях принцесса частенько фигурировала именно в этом облачении. Она воистину все знала, и это невероятно кружило голову.
  Поцелуй-укус в губы, засос на шее, толчок, опрокинувший на ковер, и вот уже Элия оседлала распростертого, выгнувшегося в первой судороге накатывающего удовольствия мужчину. Поцелуи бабочками скользнули по бокам, зубки прикусили один сосок, второй, Джея снова тряхнуло. Богиня чуть сместилась, развела его бедра и опустила голову, лаская властно и почти жестко. Именно так, как он хотел. Пальцы заскребли по ковру, потянувшись к мучительнице. Цокнув языком, богиня покосилась на бежевый ворс, и тот мгновенно отрастил жесткие браслеты, зафиксировав руки бога. А лунд уже гладил нежную кожу бедра, спускаясь ниже.
  Энтиор не соврал, стек стал продолжением силы Элии, ее проводником, даря жар и сплетая вихри колкого удовольствия, поглощающего любовника. Джей потерялся в ощущениях блаженства и потерял счет оргазмам. Кажется, снова сорвал голос. Когда его в очередной раз выгнуло в судороге удовольствий, принц даже не понял, почему слышится звон стекол в рамах и дрожит не только он, а и весь лоулендский замок.
  - За...сь, - каркнул он, растекшись по ковру, - раньше меня так мощно, до землетрясения, не штырило. А если б у тебя еще и ферзал был, мы бы на развалинах очнулись?
  - Не обольщайся, это не ты, - проводя коготками по животу любовника, отметила богиня, прислушиваясь к ощущениям.
  - Кого-то еще жестко отымели? - хмыкнул любопытный бог.
  - Нет, это кое у кого первый всплеск пробудившейся истинной силы пошел.
  - Ты опять все знаешь, - сладко потягиваясь всем жилистым телом, признал удовлетворенный принц. - Зачем тебе бог информации в колоде, леди Джокер?
  - Чтобы рассказывать интересные сплетни остальным, разумеется, - фыркнула Элия, на самом деле высоко ценящая обоих братьев-информаторов разной специализации, и уточнила, используя грудь любовника в качестве жестковатой подставки под локоть. - Связист, кто сейчас с маленьким Плетущим?
  - Отец, Гор с Бэль и близняшка, Мелинда, - после небольшой паузы, доложил Туз Сил.
  - Значит, разберутся без нас. Вон, даже заблаговременно предупрежденный папа не бушует и меня на ковер не требует, - рассудила Элия, исповедуя принцип разделения обязанностей. - Потом Громердана напряжем на еще одну экскурсию и в компании Ята проведем.
  - Ты сейчас о чем? - озадачился принц. - Хочешь сказать, мелкий Рэфов шкет тоже Плетущий Мироздание, как Ятринк Итварта?
  - Угу, сам же с герцогом его карту отыскивал. Мир Узла - родина отца, пробудил спящий дар в считанные дни, - довольно промурлыкала Элия, возобновляя ласки. - Все лучшее в семью и для семьи. Малышей же порой учить легче, чем подростков или взрослых. Они не ведают слов 'невозможно' и 'не бывает'. А ты, Связист, зараза эдакая, если уж подглядываешь, поток своего безмерного восхищения блокируй.
  - Элия, но ведь красиво... - восхищенно с ничтожно малой толикой вины протянул бессовестный друг, не раз огребавший за свои наклонности вуайериста, но даже не подумавший их бросить. - Не меньше, чем игра Плетущего со струнами Мироздания, красиво! Такая пляска потоков силы, переливы сияния. Глаз не оторвать, какая к еб... э-э, драным демонам, блокировка? Красивей, чем сейчас, только когда Гор с Бэль, ну так они ж половинки, или когда к вашей с Джеем силе переливы ферзей добавляются, ты их как фокус умножаешь...
  - Знаешь, мне его даже убить не хочется, - задумчиво поделился Джей, блаженствуя под ласками богини. - Наверное, потому что я эксгибиционист и в качестве соперника его не воспринимаю.
  - Та же петрушка, - хихикнула богиня.
  - М-да, если бы ты считала Связиста соперником, я бы, пожалуй, начал волноваться, - хохотнул принц и первым, к легкому удивлению Элии, предложил: - Пусть полюбуется на переливы в фокусе, а?
  -- Тебе это, пожалуй, нужно, - задумчиво согласилась богиня, приглядевшись к Джею.
  - Еще бы, - поддакнут Связист. - Его сила, будто у подростка, в рост пошла, спектр даров ширится, под тебя подлаживается, с Ферзями корректировка легче идет.
  - Так это то, о чем Лейм говорил, - припомнил, наморщив нос, принц. - Приумножение сил через слияние.
  Туз Сил угукнул, а Элия сплела зов. Лейм откликнулся почти сразу, а Нрэн рявкнул короткое:
  - Занят, скоро, - и отключился.
  Кажется, там, где он был, шло жаркое сражение. К удивлению Джея, принцесса совершенно не обиделась. Пользуясь паузой ожидания, исчезла в ванной принца. А прибывший Лейм с тихим смешком пояснил озадаченному кузену:
  - Я могу для работы в другой мир сместиться и завершить расчеты по-быстрому, Нрэну так не везет, или везет не всегда. Силы Времени корректируют, но порой это недопустимо. А Элия пока твой запах чуть приглушит, чтобы Нрэну полегче было.
  - Чего, так возревнует ее? - недоверчиво хмыкнул принц.
  - В какой-то степени, но больше, что без него и так, как хотелось бы и ему, - уголком рта улыбнулся Лейм.
  - А, ну это нормально, я сам такой. Тогда, Связист, пока ждем, давай искупай свой вуайеризм нашим! - потребовал Джей, даже не подумав одеться или подняться с ковра. Так и лежал голым, подперев рукой взлохмаченную голову. И его, подтверждая недавнее заявление об эксгибиционизме, нисколько не трогало, что Лейм пока одет и стоит. Насчет 'стоит', то есть занимает позицию выше, вообще отражало небывалый уровень доверия к родичу. Раньше белобрысый шулер так безмятежно валялся бы лишь в присутствии Рика, Клайда или добряка Кэлера.
  - Это ты о чем? - озадачился бестелесный помощник.
  - Покажи, что там и как у мелкого с пробуждением силы было, - потребовал любопытный бог.
  - А, ага, пять сек, - согласился Туз и развернул модернизированный экран связи, настроенный на трансляцию событий недавнего минувшего.
  Лейм тоже заинтересовался, присел рядом с Джеем на ковер и уставился на экран. Только что ведерочко попкорна себе не материализовал по старой памяти.
  Тильдерин, или по младости лет для всех и каждого, исключая официальные бумаги, просто Тиль вместе с сестренкой затаились в какой-то гостиной за большим кожаным диваном. Двое маленьких ребятишек легко проскользнули в зазор между высокой спинкой роскошной мебели и стеной, обитой тканевыми обоями с тонким узором по-эльфийски изящных травинок. Только мастера остроухой расы из обычного рисунка могли создать такой шедевр. Но, честно сказать, малышам на обои было наплевать. Больше всего Мелинду и только Мелинду, никаких Мел или Мели, в отличие от любимого братика, интересовало другое: найдет их папа опять почти сразу или не найдет?
  - Мы хорошо спрятались, - уверил сестренку Тиль.
  - В прошлый раз тоже хорошо прятались, а он сразу нашел, - недовольно надула губки девочка.
  - У тебя ленточки от банта из-за шторы торчали, - хихикнул мальчик. - А этот диван большой, нас совсем не видно.
  - Плохо, что мы еще колдовать не умеем, а в ящерок обещали больше не оборачиваться, - вздохнула девочка. - Вот бы где-то такое укрытие сотворить, чтобы папочка враз не нашел!
  Тиль задумчиво засопел, а Мелинда тут же женским чутьем определила наличие шанса.
  - Брат-и-и-к? - вопросительно протянула сестренка и дернула своего близнеца за рукав.
  - Я не уверен, - нахмурив тонкие бровки, выдал не по-детски серьезное суждение Тиль. - Ты же знаешь, я все время вижу яркие ниточки, из которых все вокруг сплетено...
  - Ага, - согласилась с привычным утверждением брата сестренка. - Ты мне их рисовал. Я пыталась так же смотреть, только голова сразу болеть начинает.
  - Ну ни х... себе сестренка Плетущего, - присвистнул Джей. - Это она структуру мира позырила и головной болью отделалась? Вот же ж, детки...
  - Теперь, кажется, я не только смотреть на эти ниточки могу, но и сделать из них складку, чтобы попробовать нас спрятать, - выдохнул Тиль.
  - Давай! - сходу потребовала Мелинда. Ободренный уверенностью сестренки, мальчонка дал. Свел бровки, зашевелил пальчиками, будто и впрямь собирал складки материи. Впрочем, это и была материя великого полотна Мироздания.
  И вот уже парочка карапузов исчезла даже для зрения богов. Но не для всезнающего ока Сил. Связист перенастроил канал, и запись трансляции продолжилась. Теперь диван, стена и прочие предметы материальные выглядели лишь призрачными контурами физического мира, а истинной реальностью стали те самые яркие и звонкие, завораживающие дивными гармоничными переливами нити полотна реальности Мира Узла, доступные при необходимости божественному взору. Нереальная красота нитей Мироздания при длительном созерцании шибала по головам даже могущественным богам, оборачиваясь вполне себе физической, куда там хорошему похмелью, болью.
  - Красиво, - прижмурив глаза и прикрыв их ладошкой, признала Мелинда. - На струны на папиной гитаре похоже. Только у него всего семь, а тут множество. Интересно, на них так же красиво можно играть?
  - Не знаю, мне кажется, да, - завороженный идеей сестры, прошептал Тиль и нежно провел рукой по нескольким ближайшим нитям. И замер, прислушиваясь к звучанию музыки сфер, слышимой лишь ему.
  Вот тогда замок и тряхнуло. Одновременно перепуганные дети вывалились из складки мироздания, над которой Тиль утратил контроль, в объятия паникующего отца, тот, едва началось трясение тверди, телепортировался к источнику тревоги по зову крови. К Рэфу практически одновременно присоединились Гор и Бэль.
  Всхлипывая и лепеча, что они ничего не делали, а оно само, карапузы вцепились в Рафаэля, привычно подхватившего их на руки, предоставив паре Джокеров ликвидировать не слишком-то и разрушительные последствия первого проявления дара Плетущего Мироздания.
  - Тише, все уже кончилось! Вы в безопасности! Мам, пап, это что было? - прижимая к себе детей, выпалил Рафэль.
  - Э, кажись, землетрясение, слабенькое, - выдал мудрую сентенцию Гор, а Бэль поглаживая своих внуков по спинкам, дополнила слова мужа:
  - Первое проявление божественной силы Плетущего Мироздания! Так обычно бывает! И радуга, - Бэль покосилась в восстановленное трудами Сил до первозданной целостности окно, - пляшет над Садами Всех Миров, приветствуя пришедшего в мир бога - Плетущего Мироздание! Поздравляю, Тиль! Я так за тебя рада!
  Теплый восторг богини-эмпатки омыл всех, смывая тревогу детей, заменяя ее ощущением великого чуда.
  - А что делает Плетущий? - любопытство - отличительная семейная черта - положило панику на обе лопатки и толкнуло своего обладателя на стезю вопросов.
  - Миры чинит, - брякнул взбудораженный Элегор.
  Его собственный титул деда потряс не меньше, чем Мирабэль возвышение до бабушки. Но, поскольку он за утешением к Элии не ходил и переваривал сногсшибательные вести самостоятельно, в голове их хорошенько уложить не успел. Да, дети в королевской семье росли очень быстро, сказывалась сила душ и дары богов, подгонявшие в первые месяцы тело до такого состояния, когда можно активно познавать мир и общаться. Но даже среди таких уникумов Тиль и Мелинда, стремящиеся побыстрее вырваться из чертогов материнского мира, отличились феноменальной скоростью.
  - О! - после слов деда о починке, детские глазенки загорелись интересом. Слезы высохли, и настала пора двум Джокерам и одному папане отдуваться, объясняя необъяснимое.
  - Может, Элию позвать? У нее объяснять здорово получается, - сделал вялую попытку улизнуть от дедово-джокерской ответственности герцог.
  - А она занята, очень, - мстительно сообщил Связист. - Лимбера я успокоил, Ятринку зов послал, когда освободится, заглянет, с Громерданом принцесса переговорит, когда придет пора. Растолковывать же детям, что к чему, вам!
  Да уж, объяснять малолетке высокий жребий, это не в мирах шухер наводить, миссия куда как серьезнее. Подавив вздох, Элегор мужественно ринулся на штурм интеллектуальной цитадели.
  Детей усадили на все тот же диванчик. Вернее, Тиль пересел на колени Бэль, Мелинда оккупировала отцовские, и старшие родственники принялись рассказывать о Плетущих Мироздание.
  Силы ликовали, и все (боги, смертные, иные создания, удостоившиеся созерцать чудо) любовались тремя косами радуг без дождя, вставшими над королевским замком.
  - Знаешь, я думал, герцог теперь себя никогда дураком не чувствует, ошибался. Приятно, что во Вселенной кое-что остается неизменным, - хихикнул Джей, показав Связисту на пальцах знак восхищения представлением.
  - Порой чувствовать себя дураком полезно любому, а для Джокера, пожалуй, необходимо, - мудро рассудил Лейм и просиял улыбкой, встречая возвращение принцессы.
  - Любовь моя, я соскучился, - принц приблизился, завладел руками богини и запечатлел на каждой по нежному поцелую.
  - Долго работал? - Элия нежно погладила любовника по щеке.
  - Пустяки, несколько расчетов для Триады и Сил, теперь я вернулся и свободен, - прикрыл глаза бог, ловя ласку принцессы.
  Нрэн же возник в мастерской беззвучно, без всяких патетичных или кратких известий о своем возвращении. Просто шагнул сквозь пространство, меняя легкий доспех и меч на обычный наряд по-лоулендски. Грохнул подле ног возлюбленной громадный, тяжело звякнувший ларец с подношением из ювелирных трофеев, опустился на колени рядом и обхватил ноги Элии руками, замер, прижимая ее к себе. Вбирая запах, тепло, силу, ощущение близости всем существом.
  - У тебя брызги крови на шее, черные, синие и лиловые. Похоже, демоническая дрянь, - задумчиво проронил Джей, машинально и не без зависти оценивая стоимость невскрытого ларца, как запредельную.
  - Плевать, - проронил бог, не меняя позы.
  - Плевать, - согласилась принцесса, потянула за увязанные в высокий хвост волосы любовника, заставляя его запрокинуть голову, и уточнила:
  - Очень соскучился?
  - Невероятно, - выдохнул принц. - Дай мне минуту.
  - А лучше просто дай, - скабрезно посоветовал Джей, нарушая патетику момента. Принц пожирал глазами невинно-романтичную для стороннего наблюдателя, но такую чувственную картину, искрящую от напряжения пляшущих сил.
  - И тебя третьим позови, - догадливо продолжила мысль принцесса.
  - Я согласен и на четвертого, - великодушно объявил бог, пока Элия сдергивала заколку с мягких волос Нрэна и дозволяла тому распустить узелок на своем халатике, а затем уложить на ковер.
  Воителю же пока было плевать на всех и все, кроме богини. Он действительно сильно стосковался, потому ноздри его раздувались, вбирая дивный, любимый аромат, губы чертили дорожку по персиковой коже груди, живота, ниже... Ее вкус на языке вырвал из груди Нрэна первый не то стон, не то рык, и все остатки сдержанности разлетелись вдребезги, захлестывая с головой, затягивая в чувственный водоворот всех.
  Связист получил свои переливы сил и фокус, приумножающий мощь.
  - Знаешь, Элия, - много позже задумчиво прокомментировал свое состояние Джей, - если бы замок и впрямь рушился, хрен бы я заметил. Одно только непонятно...
  - М? - приподняла бровь Элия.
  - Зачем ты, Нрэн, одевался, если одежду на клочки разнесли. Такие траты! - хихикнул принц, намекая на прижимистость кузена.
  - Переживу, - небрежно буркнул воитель, умиротворенно созерцая глубокие, настолько глубокие, что все еще оставались розовыми полосами, узоры на своей груди и ниже, пополняющиеся новыми деталями под коготками богини.
  - Или, - догадливо предположил Джей. - Ты потом все соберешь и Рику на сувениры сплавишь?
  - Ни за что! - отчеканил Нрэн, начиная раздражаться.
  - Джей, заткнись, - наставительно посоветовал Лейм. - Любая вещь, несущая отпечаток пляски наших сил, опасна.
  - Ты серьезно? - удивился шулер, нежась под пальчиками Элии, запутавшимися в прядях его волос.
  - А то ж, как урна с прахом, - уважительно поддакнул Связист. - Мы эксперименты проводили на приговоренных. Такая разбалансировка всех тонких структур идет в считанные мгновения! Иному расплетателю не переплюнуть. Приходится, пока необратимых изменений не началось, в иную инкарнацию жертвы отправлять.
  - Экие мы опасные, - Джей уважительно выругался, а Нрэн только усмехнулся и отрывисто попросил у возлюбленной:
  - Сильнее. Я слишком соскучился.
  - Ковер жаль, от твоей крови не отмоешь даже заклинаниями. Куда там бедным демонам со своей отравой в венах, - посетовала богиня. - Придется сменить место.
  - Да, - мгновенно согласился воитель.
  -Я присоединюсь, или тебе надо по максимуму? - уточнил Лейм.
  - Второе, - проронил воитель Глаза его заполыхали расплавленным витарем, а тело закаменело в предвкушении.
  - Пойдем! - Элия и Нрэн исчезли из мастерской, а Джей недовольно фыркнул: его обошли вниманием, не пригласили поучаствовать.
  - Такие игры не для тебя, - кривовато усмехнулся Лейм, - даже я не всегда хочу так...
  Джей задумчиво скривился, а вот раздухарившийся от похвал своим талантам вуайериста Связист показал принцу картинку в темно-красных тонах, где фигурировали длинные и очень острые лезвия, цепи, кнуты и заходящийся в крике экстаза восторженный Нрэн, выгибающийся в путах далеко не в попытке освободиться.
  То, что творила с богом войны Элия, любого другого заставило не то, что голосить от невыносимой боли, скорее убило бы в мучениях, этот же безумец явственно ловил невероятный кайф.
  - Не для меня, - передернув плечами, согласился Джей к таким высотам извращений не восходивший никогда.
  - Жестко, - согласился Лейм не без удовольствия наблюдавший экзекуцию.
  - Хочешь присоединиться? - поразился вор.
  - Нет, я иногда люблю подобное, но несколько помягче, - раздумчиво поводя пальцем по губам, как порой делал Эйран, ответил Лейм. - Но смотреть... да, меня это возбуждает.
  - И Элию тоже? - испытующе уточнил принц.
  - Она - богиня любви, - вместо прямого ответа по обыкновению констатировал собеседник.
  - И это значит, что да? - стал допытываться Джей.
  - Это значит, все, что желаешь ты, она воплотит, разделяя твои желания, - ответил принц, закрывая тему.
  Шулер снова фыркнул, но уже задумчиво.
  А потом пришел он - жребий Джокеров.
  Тот, что проходил раз в тринадцать дней в каждом из Храмов Триады во множестве миров. Тогда любой, переступивший порог храма и желающий суда, совета, помощи Джокеров, мог не подавать прошение через канцелярию Сил, а испытать свою удачу и степень нужды. Вытянувший счастливый жребий получал право на немедленную помощь Триады.
  Всем разом стало не до забав любого рода, перемежаемых работой. Порой очередной вал проблем и забот захлестывает с головой даже богов и Силы. А все потому, что даже могущественные, со множественностью потоков мышления боги и Силы. способные к воспарению в абстрактных вершинах мыслительной деятельности. не всеведущи и реально далеко не всемогущи, вдобавок имеют конечное число вышеназванных потоков и тел.
  С чем-то справлялись Силы по уже наработанным сценариям, где-то импровизировали и творили члены колоды и сами Джокеры, но дел хватало всем. Элия даже отца вовлекала в общий процесс. Советы бога Политики порой оказывались очень уместными.
  После одного такого краткого совещания тет-а-тет богиня встретила Рэта у приемной отца.
  - Прекрасный день, дорогой, - улыбка принцессы была исполнена истинной приязни.
  - Прекрасный, ваше высочество? - почти в духе прежнего непримиримого Оскара Хоу скривил подвижную физиономию в подобии улыбки лучший шпион королевства, используя при обращении титул официальный, а не свое обычное 'королева моя дорогая'. И, отвесив нижайший поклон, Грей с демонстративно-уничижительным восторгом воскликнул: - Как прикажете!
  - Рэт? - приподняла бровь Элия. - Что случилось?
  - Ничего, совершенно ничего, что стоило бы высочайшего внимания великой богини, одной из величайшей Триады, - снова скривил губы так, что вышел оскал, граф и выдал очередной придворный поклон.
  - Ах, вот оно что, - догадалась богиня и велела, направляясь в один из кабинетов для приватного ожидания аудиенции: - Пойдем побеседуем.
  - Выше высочество снизойдет? - удивился ей в спину остроносый шпион, но перечить не стал. Прошел за богиней и аккуратно притворил дверь, хотя шваркнуть ей хотелось со всей силы, чтоб дворец сверху донизу содрогнулся.
  - Дорогой мой, - грустно улыбнулась принцесса, приблизившись к бывшему любовнику и, как ей хотелось верить, настоящему другу, - я не отвергаю тебя из небрежения, нелепой гордости или глупости. Ты по-прежнему привлекателен для меня, как мужчина, но я больше не могу беспечно наслаждаться твоим обществом. Не толкай меня на клятвопреступление. Помнишь, я обещала?
  - Прогнать меня, если станет слишком опасно? - мгновенно цепко ухватил суть Рэт.
  - Да, - кивнула богиня - Моя сила сейчас такова, что уничтожит тебя, как личность. Прости.
  - Значит, все, королева моя дорогая? Даже не дашь поцелуя на прощание? - горько усмехнулся бог, понимая теперь, почему принцесса избегала его. Гордость, честь, радость жизни легли на одну чашу весов, на другой же осталась его... да, любовь, потому что, как ни юли сам с собой, он действительно любил Элию очень и очень долго.
  - Поцелуй? - чуть нахмурилась богиня, взвешивая свою способность к самоконтролю. - Что ж, я подарю тебе поцелуй, Рэт, может, тогда ты поймешь не рассудком, а душой, почему все так, а не иначе.
  - Я понимаю, - иронично скривился Грей.
  - Нет, - качнула головой Элия и, шагнув к мужчине, коснулась его губ, отпуская силу ровно настолько, ни на волос больше, чтобы сохранить рассудок друга, но дать ему почувствовать всю ту мощь, что осталась непроявленной, как бушующий океан, который сдерживает лишь тонкая пленка масла.
  Жар захлестнул любовника, унося все крупицы разума. Остался только сплав души, плоти и силы, вопящий от безграничного наслаждения, волна за волной топящая того, кто и не желал плыть.
  Когда Рэт пришел в себя, он лежал в кресле. Элия, пощадив его гордость, магией привела в порядок тело и одежду. Жаль, натянутым нервам и душе, ноющей, как разверстая рана, ничем помочь не смогла.
  - Прости, - коснулась богиня нежным поцелуем щеки графа и выскользнула из апартаментов.
  - Я понял, - выдохнул Грей и прикрыл глаза, переживая последние мгновения безграничного удовольствия и понимая, действительно понимая, почему Элия больше не зовет его на ложе. Стать псом, клянчащим подачку - участь хуже смерти. А боль, что ж, он справится, всегда справлялся...
  Привалившись к стенке у двери и жонглируя цветными шариками, Элию ждал Джей. Вернулся он с исполнения очередной задачки жребия Джокеров и хотел сразу лично отчитаться принцессе. Только вместо этого пришлось слушать, как орет в экстазе другой, тот, кого он и соперником-то не числил. Потому бог был демонски зол.
  - Ну как, обслужила своего крысеныша по полной? - вместо 'прекрасный день, любимая', или на худой конец 'привет', брякнул принц.
  Элия сузила глаза и отвесила оскорбителю хлесткую пощечину. Но это не было прелюдией к началу жесткой игры. Она отвернулась от брата, как от пустого места, и телепортировалась из коридора прочь. Куда? Джей не смог определить. Практически сразу на принца нахлынуло ощущение всепоглощающей пустоты. Он больше не чувствовал присутствия богини во Вселенной. Вообще!
  Нерассуждающая паника захлестнула Джея с головой. Он несколько раз попробовал переместиться к Элии по закону желания, но тщетно. Лейма в замке не было. Тогда принц телепортировался к Нрэну и заорал с порога, отвлекая кузена от медитативного поглощения горчайшего напитка, условно именуемого чаем:
  - Нрэн, скажи, Элия в Лоуленде?
   - Да, - проронил воитель, внимательно оглядел родича и практически приказал: - Рассказывай!
  - Я ее оскорбил. И теперь не чувствую совершенно. Никак! - взвыл Джей.
  - Серьезно оскорбил? - педантично уточнил Нрэн.
  - Фактически назвал шлюхой, - выдавил из себя бог, ероша волосы обеими руками так, будто хотел драть их клоками.
  - Серьезно, - констатировал воитель, впрочем, не делая попыток встать, поймать кузена и переломать ему все кости в качестве наказания. К чему? Тот и так наказал себя больше, чем мог кто бы то ни было.
  - Она никогда не простит? - выдавил то самое страшное, что наполняло его беспросветным ужасом Джей.
  - Простит, - поразмыслив, рационально предположил Нрэн и с задумчивой кривой усмешкой пояснил: - Когда-то я был на твоем месте. Она простила, когда я сошел с ума и стал опасен для миров и родичей. Полагаю, не захотела ослаблять семью. Ты - одна из высших карт Колоды Творца, значит нужен.
  - Как я могу извиниться? - простонал принц.
  - Не поможет, - качнул головой воитель. - Сейчас она не даст тебе даже приблизиться к себе. Ты оскорбил ее божественную суть. Даже кровью такого не смыть.
  - И что? Все, что мне остается - сойти с ума, чтобы Элия, взвесив мою пользу для колоды, семьи и Мироздания, сочла себя отомщенной и сняла бойкот? - взвился от безнадежности бог.
  - Дурак, - бросил Нрэн. - Она не будет тебе мстить. А ушла, чтобы не убить своим гневом. Элия не только Джокер Триады. Ей сейчас подвластно слишком многое.
  - Ушла, чтоб не разорвать на клочки мою душу? - горько пошутил вор.
  - Так, - ничуть не шутя, согласился воитель.
  - Куда уж больше-то, она и так располосована, - отчаянно хохотнул Джей. - Пусть бы закончила, чем эта пустота...
  Нрэн промолчал. Слова 'сам виноват' сказаны не были, они и без того не то что висели в воздухе, а были выжжены для не вовремя распустившего язык принца кислотой по содранной коже.
  Махнув рукой, Джей телепортировался к себе. На душе было настолько скверно, что не хотелось даже напиться.
  Звонок Рика, зовущего на пирушку с Клайдом и девочками, принц отбил, не вникая. В чернущей меланхолии прослонялся по самым темным закоулкам миров, нарываясь на драки, но и в крови утопить боль не смог. Потом ушел в страшный запой и в череду грязных видений, среди которых или и в самом деле мелькнул образ элитного многоцветкового борделя Лоуленда. Где ни веер прелестных хрупких созданий неопределенного пола, ни череда зрелых красоток не вдохновили бога на подвиги. Нет, он не утратил мужских сил, зато начисто пропало всякое желание их применять. Все эти вьющиеся вокруг, готовые на любые услуги шлюхи уподобились даже не прокисшему винишку, о котором вел речи Лейм. Хуже! После любви с Элией - роскошного эликсира многолетней выдержки, вкус девок отдавал помоями и ослиной мочой, противной любому.
  Грань между домыслами и реальностью для Джея понемногу начинала стираться. Кажется, или и в самом деле, шулер наткнулся в лабиринтах 'Роскоши удовольствий' на Рэта, окруженного красавицами и шоколадом и отчаянно требовавшего лечить его разбитое сердце. Вроде как девицы хохотали, Грей смеялся, но Джей почему-то четко видел, что тот рыдает.
  Тогда принц отчетливо понял еще одно: в тот раз, за запертыми дверями Элия прощалась с Рэтом так, как могла лишь она, разбивая вдребезги и одновременно врачуя сердце. Под гнетом истины бог снова попытался утопить вину, отчаянную тоску вместе с жаждой и горечью потери в новой бочке спиртного. Не помогло. Чем больше пил, тем трезвее становится и тем сильнее была его жажда: увидеть, прикоснуться, услышать. Жгло и ломило от неутоленной неистовой потребности всю суть бога. Элия же оставалась неуловимой. Столкнуться с ней или увидеть хоть краем глаза издали не получалось даже случайно. Семейных трапез, на которые являлся Джей, она избегала.
  В стремлении хоть как-то заглушить жгучую боль и тоску принц зашел в личную молельню. Уставился на портрет, не такой, какой рисовал одержимый вдохновением эльф Мельхиэль, и не столь чувственная провокация, которую устроил пару лун назад сам, но лик богини любви был передан превосходно. Джей порылся в ларце с трофеями - вещицами Элии, благодаря Рикову заклятью сохраняющему аромат бывшей владелицы, достал кружевной лоскутик трусиков. Вдохнул и едва не заорал в голос, настолько острый приступ тоски и жажды накрыл его с головой. Бросив черное кружево назад и захлопнув крышку, принц шатнулся в угол и рухнул на пол. Сцепив пальцы, уставился в лицо Элии. Молча. Если она ничего не слышит, а он не знает, что сказать, к чему трепать языком?
  Принц сидел неподвижно, будто решил стать вечным элементом интерьера комнаты, а потом подошел к алтарю. Провел кончиками пальцев по гладкой поверхности дорогого серебристого, как глаза Элии, с фиолетовыми прожилками оттенка ее силы минерала, узнать название которого не удосужился. Просто увидел в одном далеком мире и заплатил мастеру за роскошный алтарь для своего святилища.
  Боль накатывала волнами, и тогда Джей решил выпустить ее. Любимый кинжал привычно лег в руку. Он разделся, нетерпеливо срывая одежду, будто спешил на ложе к возлюбленной. В какой-то степени оно и было так. Обнаженным бог лег на плиту, провел пока лишь кончиком кинжала по груди. Что ОНА примет? Пусть отклика не будет, но алтарь работал всегда, это Джей знал, не раз щедро орошая плиту семенем. Теперь он хотел принести ЕЙ больше. Лезвие выписывало на гладкой коже слова признания. Прощения он не просил. Смысл? Нрэн ведь сказал, бесполезно. Бог прижимался ранами слов к алтарю, и камень жадно вбирал в себя горячую кровь и силу бога. Он выписывал все, что желала сказать ЕЙ, и становилось легче. Пусть ненамного, но хоть чуть-чуть. И на толику меньше становилась жажда быть с ней...
  Изящная женская ручка с совсем не женской силой буквально смахнула Джей с алтаря на ковер.
  - Ты что опять вытворяешь? - гневно прорычала Элия, жестко вцепившись в белобрысую шевелюру брата. Судя по тону, она едва удерживалась от желания хорошенько пнуть окровавленную обнаженную жертву и не единожды, а, как минимум, с десяток раз и не ножкой в туфельке, а подбитым железными набойками сапогом, к тому же пнуть под ребра.
  - Тебе кровь и сила моя теперь противны? - горько улыбнулся Джей, невольно наслаждаясь цепкой хваткой возлюбленной на своих волосах и самим ее присутствием. Сейчас он бы охотно поменялся с Нрэном местами в той комнате с цепями, кнутами и лезвиями, причем вовсе не из великой жажды мучений. Но если никак иначе Элия его касаться не будет, пусть хотя бы так.
  - Ты лег на плиту абсолютной жертвы от великого ума или желая посильнее досадить мне? - хмуро уточнила Элия.
  - Какой жертвы? - вскинул брови Джей.
  - Значит, всего лишь дурак, - устало, пусть и с некоторой долей облегчения констатировала богиня. - Где ты раздобыл это наследие эпохи Пожирателей Душ, даже спрашивать не хочу, но мои предки умели жестоко шутить. Превосходный мрамор, окропленный их кровью, обращался вот в такую игрушку, ничем внешне не отличимую от красивого камня до тех пор, пока на нее не прольется случайно или намеренно кровь. А уж потом сила, вложенная в творение, просыпалась и начинала толкать пробудившего ее на очередную жертву.
  - То есть, я сейчас едва не отдал тебе добровольно кровь, жизнь и душу? - задумчиво улыбнулся принц, не делая попытки встать. Он так и сидел у ног сестры. - Воистину шутка Творца! К чему тебе то, что и так твое? Если только в нагрузку больше не будет моего проклятого языка... Удобно, а любимая?
  Принц почти с тоской покосился на плиту, где так свободно и умиротворенно в пику мучительным дням разлуки чувствовал себя совсем недавно. В награду за этот взгляд он заработал оплеуху. Впрочем, камешку повезло и того меньше. Богиня гневно сузила глаза, и алтарь истаял, будто никогда его в святилище не было.
  - Прости, Элия, я не желал проблем для тебя, - принц встал перед любимой на одно колено, все еще не решаясь коснуться ее, чтобы не получить-таки обещанный взглядом пинок. - Прости, я слишком ревнивая сволочь. Если не могу убить тех, кого ты даришь своей милостью, то злюсь до потери рассудка и теряю контроль. Особенно теперь, когда я в полной мере понимаю, что значит быть с тобой. Если гневаешься, накажи, как считаешь нужным, но не лишай шанса хоть чувствовать тебя. Эту пустоту невозможно заполнить и жить с ней тоже невозможно. Кэлберт тогда, в лабиринте Нафила, правильно рассказывал о той прошлой жизни, как мы уходили после предательства и страшной потери. Если тебя нет в мирах, то и куска нашей души тоже нет. Эту рану не зарастить ничем.
  Джей вскинул голову, пытаясь поймать взгляд богини. Дивный лик почему-то расплывался перед глазами. Что-то горячее скатилось по щеке принца и капнуло на подставленную богиней руку.
  - Ты прощен, - вздохнула Элия, выпивая с ладони слезу того, кто не плакал веками ни в тоске, ни от боли физической.
  - Я не могу даже поклясться, что не выкину чего-то подобного снова, когда крышу снесет от жажды быть с тобой и ревности, - горько бросил принц, подобно Нрэну обнимая любимую, не вставая с колен. От ее силы, желанного аромата, близости тела щемило сердце. И было страшно разжать руки. Что если она пропадет опять?
  - Я не богиня милосердия, Джей, мой гнев порой воистину губителен, - проронила принцесса, умалчивая о том, что пустота от ее исчезновений с блокируемым ощущением присутствия проявляется рефлекторно, без контроля сознания. Только услыхав откровения Лейма, Элия обещала себе отслеживать подсознательные действия, чтобы не ранить дорогих сердцу мужчин.
  - Тогда бей, лучше бей им со всей силы, - горячечно выпалил принц. - Я живучий, накажи лучше сразу, пусть что угодно, только не эта мука. И... - Джей вскинулся осененный ужасной идеей, - если твои предки таких подарков в мирах понаставили, то, коль их всех истребили в мирах, то где-то и поныне тебе жертвы приносят, душу пятная? Надо найти эту пакость!
  - Нет, персонифицировать и посвятить алтарь смог лишь ты, талантливый мой, - усмехнулась краем рта богиня. - Но идею я оценила. Проверишь. Искать всякую дрянь ты умеешь превосходно, и чем опаснее пакость, тем скорее она к твоим рукам прилипает. Порой и в прямом смысле этого слова.
  - Сделаю, - пообещал принц, тоже усмехнувшись при упоминании о цепи-пиявке. - Только не гони от себя сразу, дай побыть рядом хоть еще чуть-чуть.
  - И лучше просто дай? - процитировала скабрезностью любовника Элия.
  - Я не заслужил, - грустно хмыкнул шулер. - После такого-то...
  - А мое ложе не пьедестал для вручения наград, - ехидно отбрила богиня.
  - Еще бы, - осторожно, боясь поверить своему счастью, согласился Джей. - Права взойти на него добиться куда труднее!
  Но шаловливые пальчики уже против воли рассудка ласкали ноги любимой, поднимая складки юбки, а острый нос скользил по чулкам, подбираясь к границе между кружевом и желанным телом. Зубы прихватили край резинки и потянули вниз. Дорожка поцелуев пробежала по нежному шелку кожи. Джея била мелкая дрожь едва сдерживаемого предвкушения.
  Он очень редко рвал одежду любовниц, только если бывал зол и хотел показать это, наказывая досадившую, но не успевшую надоесть ему девку. Раздевать желанную женщину для обладателя ловких пальцев шулера было удовольствием, сродни забаве со вскрытием замков и подбору отмычек. Кстати сказать, иные женские придумки с крючками, шнуровкой давали сто очков вперед любому хитроумному запору.
  Но сейчас наслаждение предвкушением в ожидании самого наслаждения было особенно острым. Желания раздевать медленно, для сладкую муку, и порвать красивые тряпки на клочки, добираясь до цели, мешались примерно в равных пропорциях. Это кружило голову еще сильнее. Руки Элии, ласкающие его, пока почти невинно, нарочито не касаясь самых чувствительных и интимных мест, лишь распаляли жажду.
  Алтаря в святилище больше не было, зато с его ролью превосходно справился ковер. Наслаждение на пике в этот раз оказалось столь острым, что Джей отключился и пришел в себя с непривычным за последние тяжкие дни ощущением сладкой истомы во всем теле. Не было боли, пожирающей душу, будто закрылась сочащаяся кровью и застарелым гноем разверстая рана.
  Нос принца уткнулся в ложбинку между персей Элии. Это было так приятно, так правильно быть с ней, держать в объятиях, переплетясь телами и силами.
  - Знаешь, драгоценная, я без тебя, может, и выживу, но лучше уж сдохнуть, чем жить так, - констатировал Джей, подводя итоги затянувшегося конфликта.
  - Тебя недавно, кажется, предупреждали: если ты и попал в сказку, то в страшную, - отозвалась Элия, небрежно ероша пряди светлых волос бога.
   - А меня высокий рейтинг устраивает, - с прежним нахальством объявил принц и жадно попросил: - Трахни меня, любимая, погрубее, чтоб вшырило! Распни, оседлай и трахни!
  - Какие невинные желания... Пожалуй, я их разделяю, - соблазнительно прошептала принцесса, опрокидывая нависшего над ней Джея спиной на ковер. Мягкий ворс ложа словно стал большой ловушкой, зафиксировал бога, раскинувшего руки и ноги, оставляя подвижной лишь нижнюю часть торса.
  Губы Элии скользнули по шее любовника, а прорезавшиеся клыки вонзились в шею, одновременно богиня отпустила свою силу. Джей заорал, содрогаясь в остром приступе удовольствия.
  С шеи нежные губы спускались к плечам, затем к подмышкам, ноготки чертили борозды по груди до живота, к бедрам, неглубокие, но достаточные, чтобы обострять чувствительность и служить контрастом к жарким поцелуям. Вот рука принцессы скользнула еще ниже, огладила, покатала и сжала его твердо и сильно, утверждая право принадлежности. Голова склонилась, и клыки вскрыли артерию на бедре принца, ставя еще одну печать. Новый оргазм накатил приливной волной. Бедра задергались, рот распахнулся в крике.
  - Оседлай меня, - хрипло взмолился снова готовый Джей, и Элия исполнила его просьбу, задавая жаркий и жесткий темп скачки. Бог, остро нуждавшийся в ощущении принадлежности и метках - весомых подтверждениях прощения, получил все, что желал и даже больше.
  Оставив в святилище любовника, в очередной раз отрубившегося с блаженной улыбкой на губах, Элия вышла из его покоев, не используя телепортацию, чтобы не тревожить магическими возмущениями пространство. После жестковатых забав с кровью ей требовалась ванна. Где-то на периферии восприятия умиротворенно вздохнул Связист, глубоко переживающий малейший конфликт в семье.
  У дверей покоев богиню застали слова Дариса, лично проверяющего посты замковой стражи:
  - Прекрасного дня, моя принцесса. Нужна помощь?
  Сообразив, что вопрос вызван несколькими пятнышками крови, оставшимися от игр в святилище, Элия улыбнулась и пошутила:
  - Нет, своих родственников я перебью поодиночке и сама. Таким удовольствием не делятся!
  Успокоенный Дарис чуть склонил голову и отступил на шаг в намеке на извинение за неуместность вопроса. Начальник стражи даже пошутил:
  - Если потребуется подержать, позови.
  Уж в чем-чем, а в намерении разделаться с теми, на чью защиту Элия бросалась не раздумывая, воин никогда бы не заподозрил принцессу. Сила бога с высокого Уровня, запредельный контроль своих желаний и века ожидания встречи с любимой позволяли Дарису изредка пользоваться ее благосклонностью и сейчас. Но вовсе не эти привилегии, а безграничное уважение к мудрой женщине заставили его поклониться. Принцесса коснулась легким поцелуем щеки воина, нежно погладила по плечу, даря намек на более долгую и сладкую встречу и телепортировалась в собственные покои.
  Но и там спустя считанные минуты уединение было нарушено Нрэном. Не получив просьбы удалиться, принц обнажился, демонстрируя жилистое великолепное тело и присоединился к отдыхающей в ванне возлюбленной. В воздухе витали лишь ароматы свежести, персиков и роз альтависте. Чтобы не будоражить вампирскую суть Энтиора богиня всегда первым делом тщательно убирала следы крови.
  - Элия, - осторожно обратился воитель к любимой, начиная массаж. - Я не имею права вмешиваться, но...
  - Но? - Богиня приоткрыла один из прижмуренных от удовольствия глаз.
  - От Джея пахнет безумием, - отрубил Нрэн.
  - От него всегда им пахнет, - лениво отмахнулась принцесса.
  - Нехорошим безумием, - скорректировал доклад воин.
  - Хм, я могла бы подумать, что за ловкача придет просить Лейм, но не ты, - мимолетно удивилась Элия.
  - Оскорбления, нанесенные тебе, по меркам брата слишком тяжкий проступок, меру искупления которого имеешь право определять лишь ты сама, - обосновал Нрэн.
  - А ты так не считаешь? - тень холодка проскользнула в голосе богини.
  - Считаю, любимая, - согласился принц, склонив светловолосую голову, не прерывая массажа. - Но неистовая ревность редко поддается контролю. Я был на его месте, помню, как опасно мы порой подходим к грани сумасшествия. И безумие так соблазнительно своей свободой от боли...
  - Или тебе его не хватает? - хмыкнула Элия, не особенно веря в чистую благотворительность среди мужчин-эгоистов. Выбравшись из купальни, богиня легла на кушетку, давая любовнику возможностью продолжить применение своих талантов в искусстве массажа.
  - Я люблю наблюдать за вами, мое возбуждение возрастает, когда мы ласкаем тебя одновременно, - откровенно согласился Нрэн. - Но говорю я за Джея не поэтому.
  - Он прощен, - проронила богиня и снова прикрыла глаза, перевернувшись и подставляя умелым рукам спину.
  Нрэн умиротворенно вздохнул и, уловив еще одну тончайшую нить чужого запаха, не сдержал недовольного тихого рыка.
  - Что? - потребовала ответа Элия.
  - Дарис, - воин скорее уронил имя, не выплюнул, ибо уважал коллегу, пусть и не мог избавиться от ревности.
  - Да, встретила его в коридоре, - небрежно согласилась богиня.
  - В коридоре? - скрытый жар и зависть опалили слова Нрэна.
  - Только встретила, - мимоходом утоляя ревность неистового бога, хихикнула Элия.
  - Но он тебе все еще нравится, - не удержался от констатации-уточнения воин.
  - Иногда. Я люблю разнообразие, - невозмутимо согласилась Элия, - Но коридор и Дарис? Хм... Не представляю. Он слишком правильный. Для таких проделок не хватит той извращенной дозы безумия, что клеймит вас.
  - Клеймит... - теперь ревность в протяжном мечтательном выдохе Нрэна сменилась жадной жаждой.
  - О? Тебе этого сейчас хочется? - богиня обернулась к застывшему над ней кузену. Обнаженное тело откровенно выдавало его возбуждение. Но, пожалуй, никакая одежда, разве что очень широкая шуба, не смогла бы надежно замаскировать откровенной реакции бога.
  - Да, твои вензеля, выжженные на мне, - хрипло выдохнул тот. В глазах снова плавился витарь. В протянутых пальцах появилась печатка. Несомненно, изящная, несмотря на размер крупного диска с виньеткой-росчерком Элии. Выполненная из мифрила вещь была явно авторской работы самого воителя.
  - Где тебе поставить первое клеймо? - надевая украшение на указательный палец, благосклонно промурлыкала богиня, перенося их с кузеном в гостиную и легким кивком указывая ему место на диване.
  - Там, - присел и с готовностью развел ноги Нрэн.
  - О да, это действительно мое, - бархатно согласилась кузина, скользнув на диван следом, и с удовольствием огладила выдающиеся детали анатомии принца.
  - Да, - выдохнул бог и застонал от первой волны наслаждения, когда раскаленное магией клеймо коснулось мгновенно регенерирующей кожи паха, усиливая возбуждение. Там, где иной корчился бы и орал от боли, Нрэн с его запредельно высоким болевым порогом лишь блаженствовал от нарастающего удовольствия.
  А уж когда жар металла заиграл оттенком контраста с искусными губами и языком принцессы, Нрэн и вовсе отпустил вожжи воли, отдаваясь желанной игре.
  Лишь спустя долгий срок бог утолил первый голод, и Элия не упрекнула, констатировала:
  - Ты опять слишком долго был на границах.
  Нрэн промолчал. Превыше своих личных желаний он неизменно ставил долг и защиту Лоуленда: мира и семьи. Он привык терпеть почти невыносимую боль разлуки с любимой, твердо зная, что его ожидания будут вознаграждены, а жажда утолена.
  - Хочешь еще?
  - Всегда, - просто согласился воитель и почти попросил: - Вызовешь Джея?
  - С чего вдруг такая благотворительность?
  - Я помню, каково было мне. И он не крадет моего удовольствия, лишь умножает его, - разложил по полочкам свои выводы Нрэн.
  - Вот как, - усмехнулась Элия, нежась в объятиях любовника, и уточнила: - Связист, Джей спит?
  - Не-а, его там сейчас соблазняют, - скептично хмыкнула Сила.
  - Да уж, оставь подремать на часок-другой, и он там сразу соблазняться начинает, - нарочито патетично посетовала богиня.
  - Не-е, он не соблазняется, - встал на сторону принца Связист.
  - Чего так? - удивилась богиня, не числившая за шулером ни особой разборчивости в удовлетворении сиюминутных желаний, ни стремления эти желания контролировать. Слишком жадным до удовольствий он всегда был. Частенько Джея совершенно не интересовал ни возраст, ни само согласие выбранного объекта.
  - Ваш любимый довод: 'А не хочу!' - объяснил вездесущий вуайерист с глумливым смешком.
  И когда только добрые по определению Силы успели научиться семейному злорадству оставалось для всех загадкой, но ведь научились же! Подтверждая свой титул выдающегося извращенца Связист врубил для богов трансляцию.
  Взъерошенный принц, насвистывая что-то бравурное, сновал по комнате. Из всей одежды на нем были пока лишь узкие брюки цвета охры. Служанка сноровисто сервировала стол в комнате, сгружая блюда с огромного подноса. Соусники и заправки соблазнительно позвякивали, источая немыслимую с точки зрения любого, кто не являлся принцем Джем, смесь ароматов.
  Позвякивание быстро стихло, и девушка отступила на шаг, стрельнув в принца кокетливым взглядом:
  - Ваше высочество, все готово.
  - Угм, - бросил принц, приземляясь на изящный табурет рядом. Стулья бог не очень-то любил, потому как они мешали ему крутиться, как заблагорассудится.
  - Принц, - позвала почему-то застывшая рядом служанка.
  - Могу ли я еще услужить вам?
  - Нет, ступай, - отмахнулся бог, принимаясь священнодействовать с соусниками.
  - Ваше высочество, еще один вопрос, умоляю! - не отставала упрямая служанка.
  - Ну? - нетерпеливо дернул уголком рта Джей.
  - Я... я симпатична по-вашему? - судорожно вздохнув выпалила служанка, залившись красой от шеи до корней волос и комкая в пальчиках край юбки.
  - Миленькая, - небрежно бросил бог.
  - Возьмите меня, - пальчики пунцовой от смущения служанки потянулись к шнуровке корсажа, скрывающего высокую грудь.
  - Не-а, - лениво отказался принц, даже не глянув больше в сторону глупышки.
  -Но вы же сказали... - растерянно пролепетала девушка.
  - Кони в замковой конюшне и собаки на псарне тоже недурственны, что мне их всех теперь перетрахать, детка? - насмешливо удивился великолепный мужчина, на миг отвлекшись от изучения сервировки.
  Его почти благостный настрой после примирения с Элией пока хранил идиотку от исполнения ее желания. Будь Джей сейчас хоть чуточку злее, навязчивой девчонке можно было бы лишь посочувствовать. Бог в полной мере помог бы ей на собственной шкурке почувствовать истину старинной поговорки: 'Бойтесь своих желаний, они могут исполниться. Смертной снести божественный темперамент вряд ли было реально в одиночку. Тем более молоденькой глупышке. Девочек из веселых домов и тех принц использовал для удовлетворения плотских нужд оптом. Нет, случись ему увлечься обычным человеком, Джей придерживал свой темперамент, чтобы не нанести ущерба, но сейчас ситуация была иной.
  Перезвон амулета связи, который использовал бог для контактов с агентами пребывающими в мирах с иным течением времени, донесся со стороны ванной. Джей чертыхнулся и слетел с табурета, устремляясь к вещице.
  Тем временем отвергнутая служаночка, о которой бог и думать забыл, выдернула из кармашка юбки крохотный пузырек с алым содержимым и занесла руку над соусником с подходящей по цвету подливой.
  - Ого! - удивилась принцесса, Связист же продолжил трансляцию записи, включившись в игру.
  - Не стоит, - донесся до аудитории его ворчливый с нотками добродушной укоризны голос. - Виселица для отравителя не стоит краткого мига радости от мести.
  Девушка испуганно вздрогнула, утопила пузырек в густом соусе, стала пунцовой и торопливо зашептала, оправдываясь:
  - Это только приворотное.
  - Яд это, детка, яд высшей пробы. Алая жажда называется. Отведавший его умирает в страшных мучениях, не силах напиться, сколько не пьет. Не знаю уж, кто тебе такую прелесть за приворотное посоветовал, но давай-ка я тебя к Лорду Дознавателю оправлю. Он весь клубочек размотает. Сама пойдешь, или стражу вызвать?
  - Сама, - всхлипнула девушка. Слезы ручейками заструились у нее по щекам. Связист перенес незадачливую отравительницу-соблазнительницу к Энтиору, присовокупив в качестве улики злополучный соусник с утопленным флакончиком яда и деловито прибавил для Элии с Нрэном:
  - Так-то ясно, отраву последняя девка Джея подсунула, которой он отставку дал, но мало ли, что еще всплывет. В таких историях и двойное и тройное дно случается, отыскать. Ваших бывших частенько как ширму используют.
  - От блин, - ругнулся так же осчастливленный откровениями отравительницы Джей с порога ванной. Быть отравленным насмерть он не боялся, какой только дряни за свою долгую жизнь сожрать не умудрился, но расстройство желудка мог получить даже живучий бог. Нейтрализация же яда однозначно убивала вкус приправ и специй. Потому бог посетовал: - Мой любимый соус испоганила, тварь!
  - А я думала у тебя совсем другой любимый соус, - промурлыкала Элия.
  - Это какой? - наморщил нос Джей. - Чего-то не вижу...
  - Он не здесь, - подал голос Нрэн, и легкая насмешка в его голосе сама по себе была намеком.
  - О... это точно, мой любимый соус, и он не здесь, - выдохнул принц, уловив, откуда и куда дует ветер. И пусть он так и не успел толком перекусить, один Джеев бутерброд в ожидании стола не в счет, плевать, если его зовут!
  Сочтя, что приглашение прозвучало, бог телепортировался к принцессе. Уже на месте окинув Элию в одном полупрозрачном намеке на халатик и Нрэна в черном коротком одеянии, Джей весело подтвердил:
  - Да, драгоценнейшая, это мой самый любимый соус. С ним я схарчу почти все, что угодно.
  - Но сначала лучше просто поешь, - улыбнулась богиня, перенося на стол поодаль Джееву невообразимую трапезу. Каким-то чудом на одной небольшом клочке пространства уместился и заказ Элии и еда, доставленная из апартаментов брата. - Заодно расскажешь, что успел накопать по плитам из редкого минерала.
  - Агентам задачку обрисовал, координаты и образ места перекинул. Но там время быстрее текло, века три минуло. На месте города руины. Сейчас Силы бег чуть тормознули. Больше структура мира не дает. Она там какая-то гнутая и слишком силой перекачана. Как свежие вести получу, сам смотаюсь, - доложился Джей, на ходу начиная сооружение очередного многоярусного кулинарного 'шедевра'. - Хочешь прогуляться со мной, обожаемая? Ты все-таки в этих кровавых делах профи!
  - Хочу, но сейчас из Лоуленда сложно уйти незаметно, оставляя эффект присутствия, - с искренним сожалением вздохнула Элия, скучавшая порой не меньше брата по их авантюрным эскападам. То была серебряная пора, когда на плечах не лежал великий груз ответственности, тогда все, чем они рисковали, были лишь их собственные жизни. Что ж, богиня хотела изменить Вселенную и теперь, получив шанс делать то и так, как считала правильным, платила за это право свою цену.
  Нрэн кивнул, соглашаясь с временной невозможностью проведения маневра, и потянулся за пиалой с чаем. При движении пола халата его случайно или нарочно распахнулась. Джей мгновенно сделал стойку, сопоставив украшение на коже воителя и печатку на руке принцессы. Принц тут же жадно потребовал:
  - Я хочу такую же. Только чуть выше на бедре и еще одну на груди.
  Бог приземлился на диван рядом с Элией, пользуясь тем, что мягкая мебель игнорировалась Нрэном, как класс, и запечатлел нежный поцелуй на ключице любимой.
  - Ты же не жалуешь боли, - едва заметно усмехнулся Нрэн.
  - Все зависит от того, кто, как и что делает, сам знаешь, - хищно и жарко ответил усмешкой на усмешку бога Джей. - Весь смысл в нюансах, не правда ли, кузен?!
  - В них, - довольно согласился воитель, вспоминая недавние обстоятельства получения меток. Элия в этот момент как раз слизывала с булочки сладкую присыпку. От этого невинного для непосвященных действия кузена пробила дрожь. Уж больно ярким оказался флешбэк. Участившееся дыхание с головой выдало состояние Нрэна.
  - Тоже сладкого захотелось? - снова подколол кузена принц, торопливо поглощая пищу.
  - Никогда не любил сладкое, а вот острое - напротив... - ответил Нрэн, буквально пожирая Элию взглядом. Кажется, невинный ножичек, которым, полакомившись обсыпкой, вооружилась богиня, чтобы намазать масло на булочку будил у воителя совсем не кулинарные желания.
  - Береги нож, Элия, а то отхватит кусок лезвия, чем масло тогда резать? - шутливо забил тревогу Джей.
  - Не волнуйся, потребность кузена в остром мы будем утолять иначе, - промурлыкала Элия.
  - Блин, теперь я ему почти завидую, - удивленно посетовал шулер. - Ты так спокойно терпишь все его закидоны.
  - Неверное слово. Повторюсь, я наслаждаюсь всеми вашими 'закидонами', дорогой, - без усмешки заверила любовника богиня, позволяя в полной мере почувствовать тот женский интерес, который неизменно заставлял учащенно биться сердца мужчин. - Будь иначе, вы не были бы моими избранниками.
  - Докажи! - низким голосом потребовал Джей, голубые глаза его выцветали.
  - Непременно. Только поешь, а то сил на полное восприятие доказательств не хватит, - намекнула Элия. - Они разнообразны...
  - Хочу все, - завороженно прошептал принц и ткнул вилкой вместо салата, залитого массой заправок, в стол. Наколоть бедную мебель у бога получилось, а вот поднести ко рту - нет.
  - Не знала, что ты настолько оголодал... - удивилась принцесса. Брови приподнялись в демонстративном удивлении.
  - Очень, - легко выдернув вилку, по-своему истолковал тему голода Джей. - И чем дальше, любимая, тем сильнее мой голод. Прежде я не понимал, как он велик. Теперь же не думаю, что смогу когда-либо утолить его до конца.
  - Заказать на кухне добавки? - великодушно предложила Элия.
  - Не на кухне, - Джея уже потряхивало, и на любые блюда, даже приготовленные самыми прославленными поварами Вселенной, ему было откровенно плевать. Та, что стала для него желаннее самых изысканных напитков и яств находилась совсем рядом и невинными вопросами разжигала и без того полыхающий в сердце пожар.
  А Нрэн смотрел на взбудораженного кузена и почти улыбался. Не в насмешку. Сейчас бог думал о собственных страхах, сомнениях, мучительных раздумьях. Его желания были куда жестче и кровавее, чем все самые извращенные фантазии Джея, и счастлив он был утолить их с Элией. Его приняли таким, какой он есть, со всеми вывертами сознания. Лишь с возлюбленной он мог не только погрузиться в бездну наслаждения, но полностью отпустить себя, убрать напряжение, освободиться от тяжкого бремени лучшего меча Вселенных. Не завоевывать и побеждать, но сдаться!
  - Не на кухне, - повторил шулер. - Такую добавку подают лишь в твоей спальне! Впрочем, как уже говорил, я согласен на будуар, ванную, гостиную, кабинет, любое иное помещение, даже прихожую. Только чур там уже стоя. На коврик-Кальтиса не лягу, не заслужил, а вот смотреть и призрачные зубы от злости стирать - пускай!
  - Какой ты у меня добрый, - умилилась Элия.
  - Вау! Где? - откусив еще кусок бутерброда, с полным ртом удивился принц.
  - Это был сарказм, - подсказала богиня.
  - О, ну ладно! Я, когда голоден, плохо слова воспринимаю, только действия!
  - Вот такие? - Принцесса, скользнула на пол рядом с диваном. Тонкие пальцы мимолетно погладили и каким-то чудом умудрились распустить шнуровку на узких штанах Джея, не только обтягивающих мускулистые ноги, но и очень откровенно выдающих интерес к теме. Нижнего белья на боге, разумеется, не оказалось. Он его вообще частенько игнорировал. Губы прошлись по горячей плоти чередой будоражащих поцелуев.
  - А-х-х, ха, да, да, - простонал принц, запрокидывая руки на спинку дивана, чтобы удержаться от искушения и не сцапать ими настроенную поразвлечься провокаторшу.
  - В прихожей стены жесткие. Обопритесь на меня, - спустя десяток минут, очень богатых на крики чувствительного бога, и одну поставленную на бедре добровольной жертвы печать, предложил Нрэн.
  - Ты себя мягче считаешь? - мимолетно удивился Джей, впрочем, отказываться не спешил.
  - Горячее и надежнее, - уточнил параметры воитель. - Элия любит тепло.
  - Годиться, пошли, - согласилась теплолюбивая богиня. Кожа Нрэна действительно всегда была почти горячей на ощупь, в отличие от приятно теплого Лейма. А Джей, как ни странно (или же вполне предсказуемо?) оказался серебряной серединой.
  Джей распрямляющейся пружиной взметнулся с дивана. От внешней расслабленности не осталось и следа. Подхватив Элию на руки и не прекращая осыпать ее поцелуями, принц понес ее в прихожую, чтобы уже там прижать не к стене, а к надежной груди кузена нужной температуры.
  Тот не мешал, но легко придерживал кузину на весу именно так и там, где у Джея не хватало рук, ласкавших любимую женщину.
  
  
  - Дядя, прекрасный день, - вежливо обозначил легкий кивок Рафаэль, одновременно с принцем Энтиором приблизившись к апартаментам тетушки.
  - Прекрасный день, - суховато кивнул бог в ответ.
  Мельтешение нового выводка малолетних отпрысков в королевском замке не приводило принца в умиление. Признавая несомненную пользу прилива свежей сильной крови для приумножения могущества семьи, мира и колоды, Королевский Дознаватель все же предпочитал иное местонахождение младших родственников. К примеру, в Королятнике, где безопасность и всестороннее образование от лучших учителей Уровня сочеталось с относительной удаленностью от Лоуленда. Там, кстати, пребывало ныне двое из его детей и такая ситуация, когда он видит сыновей пару раз в луну и общается с ними через заклинание связи вполне устраивала прохладного со всеми, кроме своей бесценной стради, вампира.
  К ней он сейчас и спешил по вопросу, требующему ее личного решения. Потому, не дожидаясь пока раскрывший было рот племянник - сынок сумасшедшего Джокера Лиенского, а значит тоже совершенно сумасшедший, продолжит беседу, бог взялся за ручку двери и потянул.
  Если Элия оказывалась занята, двери банально не открывались, и тогда стоило воспользоваться звонком или передать информацию и просьбу о встрече через Связиста, взявшего на себя роль всеобщего секретаря Джокеров помимо массы других обязанностей.
  Но на сей раз ручка словно сама повернулась под пальцами, створка распахнулась, обрушивая на неподготовленных зрителей водопад из смешавшихся в экстазе божественных сил, эмоций, эффектного зрелища и звуков: криков и стонов блаженства.
  Они были у левой стены, три обнаженные фигуры: прекраснейшая из женщин и двое великолепных мужчин.
  С открытием двери почему-то вдребезги разлетелась и защита апартаментов. Сила мгновенно рванулась во все стороны разом.
  Рафаэль, будто получив удар в грудь тараном, отлетел к противоположенной стене широкого коридора и там рухнул на пол. Энтиор пал, где стоял, у самой створки. Глаза вампира закатились, тело забилось в судорогах.
  - Элия, спасай! - оперативно скомандовал Связист богине и коротко доложился: - Прости, защита распалась, не перепроверили параметры при натяжении в такой близости к контуру. Но уж очень вовремя все случилось, всю верхушку очередной команды ликвидаторов с большой верхотуры накрыло. Теперь с ними даже разбираться не надо, все само утрясется. Рэфа я успел клочком рушащейся защиты прикрыть, по нему лишь мазнуло. А с Энтиором тебе, боюсь, повозиться придется, крепко шарахнуло.
  Элия ступила на пол из нехотя размыкающихся объятий. Прищелкнула пальцами, отдавая команду звездному набору. Обнаженные боги облеклись в комфортные домашние одеяния.
  - Доедай пока, Джей, - нежно улыбнулась Элия принцу и скомандовала Нрэну:
  - Энтиора на диван оттащи.
  Нрэн едва заметно скривился и резко кивнул.
  - Я, чего, для переноски вампиров не гожусь? - удивился белобрысый шулер в спину воителя, предусмотрительно не приставая с вопросом к богине. Элия уже опускалась на колени рядом с Рэфом.
  - Я несъедобный, - коротко пояснил Нрэн, подхватывая бьющееся тело Энтиора на руки. Тот было выпустил рефлекторно клыки, но втянув ноздрями воздух, тут же убрал их.
  - А-а-а, - протянул Джей. - Ну... мы конечно все та еще отрава, но ты, похоже, на вершине рейтинга.
  - Именно, - усмехнулся воитель, занося кузена в апартаменты богини и захлопывая дверь.
  Элия потрепала племянника по щеке.
  - Рэф, взгляни на меня? Ты как?
  - Тетушка, - серые глаза под длинными ресницами юноши распахнулись.
  Тут же в них зажегся свет свежих воспоминаний, Рэф стал густо красным, явственно смутился и одновременно до смерти перепугался. Интересное вышло выражение на физиономии: страх, восхищение, какая-то тайная жажда и искренняя неловкость.
  - Цел? - уточнила принцесса, деловито сканируя тушку у стены.
  - Такое впечатление, что из меня отбивную готовили, но почему-то бросили в середине процесса, - честно отчитался Рэф и, не утерпев-таки, уточнил: - Я теперь до смерти в тебя влюблюсь?
  - Созерцание в течение нескольких секунд моего обнаженного тела в откровенных обстоятельствах не всегда гарантирует немедленную и окончательную влюбленность, - цинично усмехнулась Элия, закончив детальное изучение сына Элегора. - Связисту спасибо скажи, успел он тебя защитой падающей прикрыть, потому не облучение, а только смягченный кинетический удар чистой энергией схлопотал.
  - Оно того стоило! - немедленно заверил богиню любви бесстыжий племянник и мечтательно прикрыл глаза.
  - А вот этого не советую, - построжел голос. - Забыть не забудешь, но в памяти крутить брось, а то и в самом деле получишь неплохой шанс влюбиться по собственному желанию. Даже переданный по отцовской линии частичный иммунитет на воздействие не прикроет.
  - То есть, я запросто в тебя втрескаюсь, тетушка, если сам этого пожелаю? - уточнил параметры Рэф.
  - Именно, - подтвердила Элия и, потрепав племянника по плечу, поднялась на ноги.
  - Знаешь, тетушка, будь у меня хоть какой-то, даже мизерный шанс, я бы рискнул, - прикрыв на всякий случай один глаз, а вдруг его сейчас по мордасам съездят, выпалил нахал. - Но сравнение с дядюшками не в мою пользу. Я, конечно, молодой и красавчик, а у них тысячелетний артрит и геморрой, но опыт опять-таки не пропьешь...
  Элия расхохоталась, припоминая пикировку у ее дверей, процитированную Связистом.
  - Что хотел-то, Рэф? - отсмеявшись, уточнила богиня.
  - Насчет Тиля и экскурсии в лес словечком переброситься. Ятринк ждет твоей отмашки. Говорит, что моего сына уже можно туда сводить.
  - Я переговорю с Громерданом и дам вам знать, - решила принцесса и перенеслась в свои покои. А юный бог не спешил вставать. Покосился еще раз на вновь запертые двери и мечтательно улыбнулся.
  - Парень, Элия зря предупреждать не будет, - настороженно предостерег юношу Связист.
  - Не, я понимаю, куда мне против таких монстров... - Рафаэль тряхнул головой. - Но песню-то я написать могу...
   - Ах вот ты о чем. Пиши, конечно, - успокоился Туз Сил. - И насчет опыта не переживай. Все у тебя будет.
  - Угу... а боги не стареют, - кривовато усмехнулся юный Бог Странников и одним прыжком оказался на ногах.
  
  Элия же склонилась над распростертым на диване Энтиором. Где бы ни витал его разум, но от этих дебрей или далей до сознания тела было далековато.
  Первым делом принцесса наколола палец и выдавив крошечную капельку крови, мазнула по губам брата. Того перестало трясти непрерывно, выгнуло в тугой лук, а потом бескостно расслабило.
  Принц приоткрыл очи, где танцевал бирюзовый огонь, а не плавился неизменный лед, и простонал:
  - Стра-а-ади...
  - Я приказываю тебе, не сопротивляйся, - жестко повелела Элия, методично наматывая длинные волосы брата на кулак.
  - Все, что пожелаешь, - безропотно покорился вампир, полностью и с безграничным удовольствием отдаваясь во власть богини.
  С добровольно передавшим бразды правления собственной защитой, даже при условии высокого уровня личной силы, работать для богини было гораздо проще, чем с клиентами, сопротивляющимися всеми фибрами души. К таковым всегда относились Нрэн или Лейм, а с некоторых пор и Джей.
  Впрочем, легко и просто с мужчинами семьи никогда не бывало, не стал исключением и этот случай. Полностью освободить Энтиора от действия своей силы Элия не могла и не собиралась, потому что одним из краеугольных камней новой личности и основой 'я' карты Колоды Творца - Ловчего, прошедшего относительно недавно ломку и трансформацию сути из самовлюбленного и бесконечного эгоистичного садиста-дознавателя, были именно чувства к своей стради. Ради нее и семьи он некогда пошел на муки изменений, через искусные пытки.
  Но загнать уровень привязанности в те рамки, что являлись личной нормой и помогали жить - это было во власти богини. Правда, и для этого после удара сырой силой принцессе пришлось постараться.
  Нрэн и Джей наблюдали с другого конца гостиной как Элия сначала сидела рядом с братом, намотав волосы того на кулак и заставляя запрокидывать голову. Такая поза совершенно очевидно нравилась Энтиору. А потом богиня выпустила клыки и коснулась шеи вампира. Не вскрывая ни одну из крупных вен, но принцу хватило и этого, чтобы длинный стон бесконечного блаженства полился с губ.
  Джей недовольно зафыркал. Демонски захотелось оказаться на месте кузена. Что такое наслаждение укусом Элии - принц знал превосходно.
  - Для вампира такое прикосновение Высшей удовольствие почти невыносимое, - дал суховатую справку Нрэн. - Все блоки и защиты слетают. Сейчас Элия его спокойно долечит.
  - Завидуешь? - въедливо уточнил шулер.
  - Нет, эти игры не для меня, - качнул головой воитель, которому принцесса никогда не отворяла кровь.
  - А... ну да, ты ж ядовитый и не вкусный, - припомнил Джей.
  - Он по-другому вкусный, - мурлыкнула Элия, оторвавшись от приходящего в себя вампира, и у непробиваемого Нрэна заалели скулы.
  - Стради, прости за несвоевременный визит, - начал разговор с извинений очнувшийся Энтиор, присаживаясь на диване. - Спешил к тебе на доклад и не учел необходимости уведомления.
  - Бывает, - повела плечиком принцесса. - Как состояние?
   - Спасибо, драгоценная, пришел в себя. Мне удалиться и вернуться с докладом позднее, когда приду в форму, или выслушаешь сейчас?
  - Говори, - велела Элия, - прекрасно понимая, что перспективное планирование сейчас, при массе изменяющихся непрерывно внешних обстоятельств, штука почти бесполезная.
  - Попытка отравления Джея. Ниточка ведет наверх. Будет твоя санкция на чистку? - коротко, ибо состояние его все еще оставляло желать лучшего, доложился и испросил инструкций Энтиор.
  - Уже все, карты в отбой... - нахально вставил Связист. - Не надо никаких санкций. Когда первое покушение через марионеток не удалось, они на массовую атаку решились. А удача всегда на стороне Джокеров играет. Как Энтиор не сподобился постучаться, все и случилось. То, что от идиотов осталось, только если в совочек сметать. По всей их сети удар пошел. Даже в суд тащить некого. Компенсацию за ущерб я имуществом возьму! Кое-какие артефакты интересные имеются и кое-что другое по мелочи...
  - Насколько я помню, в пострадавших значится лишь соусник Джея, - уточнила Элия, легко забывая о сторонних жертвах, вроде мстительной любовницы брата, которой промыли мозги и моральных терзаниях влюбленной в принца дурочки-служанки.
  - И что? Соусник Туза Авантюр подороже всей этой шушеры будет. И намерения вкупе с неудавшимися действиями так же подсудны. Это тебе любой Суд Сил подтвердит! Особенно если я прошение подмахну! - мигом взвился и забурчал хозяйственный Туз Сил так рьяно, что Элии только осталось поднять вверх ладони в шутливом знаке сдачи.
  - Ну если подмахнешь... - улыбнулась энтузиазму друга богиня.
  - И вообще, подруга, лови шанс, пока тут пепел в совок сметаем, можешь погулять в миры смыться! Только с быстрым течением выбирай, - перейдя на таинственный шепот, предложил Туз Сил.
  - Так я как раз в такой и звал алтарные плиты Пожирателей искать, - мгновенно подхватил идею греющий уши Джей, подступая к богине. - Стопор Силам снять всяко проще, чем с пустого разгонять.
  - Ступай, любимая, - согласился Нрэн, в очередной раз ставя долг Ферзя и желания Элии превыше всего иного. - Я пригляжу за Лоулендом. Ты слишком давно не гуляла в мирах.
  Несколько секунд принцесса молча просчитывала варианты, обстоятельства, факторы, а потом опустила веки, отвечая согласием.
  Джей издал ликующий крик и выпалил:
  - Я собираться, через двадцать минут у тебя. Успеешь?
  - Успею, - улыбнулась радости принца Элия, и бога как ветром сдуло.
  А принцесса сплела заклинание связи. Прогулки по мирам влекли, но для начала надо было исполнить взятое на себя обязательство и связаться с одним очень нужным богом.
  - Прекрасного дня, лорд Громердан, - начала разговор богиня, едва контакт установился, пусть экран связи и не развернулся по всю ширь.
  Впрочем, первых слов оказалось достаточно, чтобы это случилось. Едва Громердан узнал голос собеседницы, как тут же к звуку прибавился и видимый облик.
  За истекшие века Повелитель Тверди ничуть не постарел внешне. Только добавился серый налет какой-то застарелой тоски, пеплом припорошившей холодный взгляд. Все те же каменной жесткости предметы мебели, псы, тяжелая и какая-то аскетичная роскошь. Почти оксюморон. Запредельной ценности и древности предметы в интерьере и совершеннейшее равнодушие к их наличию у владельца.
  - Богиня, мое почтение, - громыхнул, перекатываясь гигантскими булыжниками, обвал в голосе бога. - Ничто не меняется. Ты опять скрываешь облик туманной вуалью.
  - Прости, герцог, по-другому сейчас невозможно, - искренне пожалела Элия. - Моя сила нынче слишком опасна. Я не имею права рисковать гармоничностью структуры чужих душ. Как ни драгоценны воспоминания о наших прошлых встречах, увы, они не станут надежным щитом.
  - Это мне так повезло с опасностью для души? - окончательно мертвым голосом уточнил мужчина.
  - Если бы... - снова от души пожалела об ограничениях богиня и замолчала, давая собеседнику возможность додумать самому.
  - Значит, снова дела. Каменный лес? - угадал Громердан, возвращаясь через силу к деловому ключу беседы. - Вашему высочеству понадобился еще один кристалл дремы во имя равновесия в мирах?
  - Нет, еще одна экскурсия для нового Плетущего Мироздание.
  Эта весть заставила бога из Мэссленда почти поперхнуться воздухом. Секунду поразмыслить и смиренно констатировать:
  - Я к твоим услугам, леди Джокер. Служители Сил, коим дарован столь великий и редкий талант, воистину бесценны! Они сокровище Уровня.
  - Благодарю, герцог. В таком случае Ятринк и его спутник свяжутся с вами для согласования удобного времени экскурсии.
  - Как будет угодно леди Джокеру, - еще раз чуть заметно наклонил коротко-стриженную голову каменный герцог, подтверждая согласие словом, что вернее печати.
  Элия отключила заклинание связи. Нрэн, молча созерцавший переговоры, неожиданно промолвил:
  - Ты все делаешь вовремя. Даже развеиваешь заклинания. Еще мгновение, и он бы начал просить. Встречи с тобой, любимая, оставляют такие раны, которые болят веками, и даже спустя столетия они воспаляются, гноятся и вскрываются от неосторожного движения.
  - Поэт! Жалеешь его? - одними губами усмехнулась богиня и сама превосходно понимающая состояние бывшего любовника.
  Их ни к чему не обязывающие встречи были приятны обоим. Пожалуй, Элия не без удовольствия подарила бы несколько свиданий каменному герцогу снова. Но, увы, тут она не солгала, при нынешнем уровне силы и могуществе дара, разделить ложе с Громерданом, означало бы гарантированно измотать его душу неистовой горечью тоски.
  - Нет, - жестко ответил воитель, резко мотнув головой. - Соперником меньше. А боль... Справедливо. За все надо платить. За право быть с тобой тем более.
  - Как всегда логично, - констатировала Элия, призывая пассом свою походную сумку. - Я готова! Осталось только приказать звездному набору: 'Стиль мира - цели'.
  - Быстро. У тебя еще есть тринадцать минут, - скрупулезно подсчитал Нрэн.
  - Ты хочешь что-то предложить? - догадливо предположила богиня.
  - Уходить всегда проще, чем оставаться... Я хочу чувствовать твой вкус на языке, - подступая к Элии, шепнул воитель. Трепетнувших в знаке согласия ресниц ему оказалось достаточно, чтобы начать действовать.
  Сильные руки подхватили и усадили возлюбленную, сам Нрэн опустился на колени рядом, длинная юбка поползла складками вверх, открывая длинные ноги в чулках. Светловолосая голова склонилась, на миг прижимаясь щекой к бедру, двинулась выше вслед за ставшими такими бережными и чуткими пальцами...
  - Уже готова?! Я тоже! - спустя одиннадцать минут в апартаменты ввалился Джей в любимой шляпе набекрень и с прицепом из Элегора и Мирабэль. Элия, сидя в кресле, задумчиво изучала пошив куртки-жакета, сменившей домашнее платье. Нрэн стоял у окна верстовым столбом. Такой же прямой и безмолвный, но, пожалуй, втрое повыше.
  - А они - шулер обвиняющее ткнул пальцем в пару Джокеров, - в нагрузку идут. Лиенский клещом прицепился, как про пожирательские камешки услыхал, не отмотаться! Хочешь, сама его посылай!
  - Смысл? - фыркнула богиня, оправляя одежду и поднимаясь на ноги. - Уж кто, когда и сколько раз только ни пробовал. Куда послали, не идет!
  - Правильно, леди Ведьма! Я иду только туда, где меня не ждут, так гораздо веселее! - подхватил шутку герцог. - И вообще, давненько мы втроем никуда не выбирались!
  - Так! Я не понял! - встопорщился Джей. - У тебя с арифметикой проблемы, Лиенский? Вче-тве-ром! Кто наводку дал?!
  - Да куда ж без тебя, - усмехнулся герцог и, неожиданно остро глянув на принца, согласился: - Тебе надо!
  - Ну, понятное дело, не только и не столько тебе больше всех надо, - разом успокаиваясь, ухмыльнулся шулер.
  Бэль же рассматривала кузена с радостным любопытством, словно сейчас, неожиданно для себя, разглядела в нем новое и интересное, как несколько упущенных страниц в любимой книжке.
  - Чего? - вскинулся Джей, уловив такое пристальное внимание кузины. - Санитаров мне вызывать пока рановато, если что, ребята точно напутают и с твоего мужа начнут!
  Лиенский громко и радостно расхохотался, расценив подковырку принца, как комплимент. Элия поднялась с кресла, являя готовность к путешествию, и сеанс обмена шутками завершился. Только Бэль передала сестре задумчивую мысль:
  - Эли, я ошибаюсь, или у Джея новая божественная суть открывается?
  - Со стопроцентной гарантией только Источник скажет, он у нас специалист по родовым семейным дарам, но мне кажется, ты права, - согласилась принцесса, присмотревшись к брату. - Надо же, теперь не только на любой порог встать может, но, пожалуй, и любой путь проложит и проводит за собой все равно, куда и кого. То-то я чувствовала, как его ломает. Сила новый дар встраивала. Хорошо, что мы трое рядом будем, походный круг силы ему всегда заменим. А ломку ослабить и я смогу.
  Бэль согласилась и улыбнулась мужу, поправляя ремешок сумки, переброшенный через плечо.
  Прощаться словами Нрэн никогда не умел, а иначе с Элией он уже простился, всех же остальных ни добрым, ни недобрым напутственным словом одаривать не собирался. Во-первых, Джокеры все равно все сделают по-своему - так, как считают правильным, во-вторых, если он им понадобится - позовут, и в-третьих, надолго они точно не исчезнут. Прошли те давние времена, когда любой из членов семьи мог пропасть из виду на сотни лет.
  Потому воитель лишь коротко кивнул на прощание и четверо покинули Лоуленд. Да-да, без Джея никто никуда уходить не стал, да и как уйдешь без того, кто открывает дорогу и ведет за собой.
  Лиенский с Бэль - в нагрузку проводнику-специалисту особой радости, понятно, не добавляли, ну так от них все равно не избавиться, а потому пусть идут. Монет на отдельные комнаты в трактире у него всегда достанет. Пальцы-то имеются! И если вдруг винодел поиздержался, так принц ему номер оплатит. Да что номер, Джей готов был от щедрот оплатить семейной парочке неугомонных родственников целый постоялый двор желательно где-нибудь на соседнем континенте, но прекрасно понимал, что ни демона драного у него не выгорит. Ленский как репей в задницу вцепится и единственное, на что он может точно рассчитывать, так это разные комнаты в одном трактире. Зато Гор - парень веселый и неприятности, читай, приключения, его любят. Так что, скучно всяко не будет.
  Погоды в почти наглухо закрытом плотным энергетическим пологом мире стояли летние. Потому прожаренная солнышком дорога приняла стопы путешественников, нежно утопив их по щиколотку в пыли обочины.
  - И где мы? - тут же закрутил головой неуемный Лиенский. Может, ожидал, что прямо сейчас из-под земли выскочил пяток Пожирателей Душ и станет весело?
  - Из тех картинок, что мне агенты перебросить успели, я выбрал Лимойю. Именно в этих краях я свой сувенир когда-то отыскал. Тогда здесь столица империи стояла. После большого землетрясения полтысячи, плюс-минус сотня лет назад город с землей сравняло. Нечего отстраивать было: дома, храмы, дворцы вместе с правящей династией - все, что с камнем не перетерло, то в пожарищах после сгорело, - абсолютно равнодушно к давнему людскому горю дал справку принц.
  Он досадовал только на то, что все эти пожары с землетрясениями не подождали чуток. Зашел бы он в те края, пока город целым стоял, по мастерским пробежался, все про алтарные плиты толком разузнал. Теперь ищи вчерашний день, лови слухи за хвост. Нет, ясное дело - и так интересно. За компанию с Элией он вообще куда угодно готов был лезть и раньше, а уж нынче и подавно, но все же.
  - А сейчас мы что делать будем, в развалинах рыться? - встрепенулся в душе Элегора неуемный черный копатель. Склонила головку набок заинтригованная Бэль, разделяющая почти все увлечения мужа.
  - Смысл? - пренебрежительно хмыкнул Джей, тоже немало полазивший по чужим ухоронкам вне зависимости от здравия владельцев оных, потому рассуждавший тоном записного знатока. - В полудне пути отсюда Лаймойа, городок, что из деревеньки окрест вырос.
  - Предлагаешь нам прогуляться? - неприятно удивилась Элия, изучая слой пыли на сапожках. Она предпочитала более продуктивно проводить время, в отличие от бродяги-герцога, уже готового сорваться с места и стрелой понестись вдаль.
  - Упаси Творец, драгоценнейшая! - всплеснул руками принц, вовсе не собираясь сердить возлюбленную и столь бездарно тратить время. - Лучше уж телепортом. Отсюда портал построим. Картинок местности мне накидали. Но силу мира на него брать буду, а не нашу или Источника Лоулендского.
  - Логично, Действуй - одобрила Элия. - Здесь слишком плотный кокон энергий свит, чужая может струны мира потревожить. Нам пока шумиха ни к чему!
  Насвистывая нечто фривольное, шулер изобразил шутовской поклон и активировал новый портал. Тот перенес четверых на очередной участок пыльной дороги, как брат-близнец похожий на предыдущий.
  - И? - не понял юмора Элегор.
  - А теперь ножками, родственнички, для создания имиджа странников, - лихо сбил шляпу набекрень Джей. - За тем поворотом дороги Лаймойа, через полчаса будем в городе. Обожаемая, позволь предложить тебе руку?
  Принц протянул ладонь Элии, та с улыбкой приняла ее. Гор зашагал рядом с женой. Кареглазая богиня задумчиво хмурила брови. И в итоге выпалила в ответ на молчаливый вопрос мужа:
  - Слишком много энергии, но не от природных источников, как в Мирах Узла. Здесь она как игристое вино в бутылке. Того и гляди вышибет пробку, искажая структуру и разрывая нити на десятки если не сотни миров окрест. Так не должно быть, но так есть. И, кажется, потому здесь присутствия Сил вовсе не ощущается. Не доступ ограничен, как в техномирах, думаю, им, как человеку на глубине, здесь неприятно находиться.
  - Твоя правда, Бэль, - согласился вездесущий Связист, на миг-другой сунув нос с неприятный мирок. - Такое чувство, как будто мне под рубаху кусачих мурашей насовали. Не смертельно, но ощущения сугубо на любителя или радикулитного страдальца! Вовремя вы сюда сунулись. Впрочем, вы все сейчас так делаете!
  - Со структурой это что, Элия, штучки Пожирателей Душ? - в лоб спросил герцог, машинально кладя руку на эфес верного клинка - дара Звездного Тоннеля Межуровнья.
  Богиня чуть замедлила движение и глубоко вдохнула воздух, словно пробуя его не носом или языком, а как-то иначе. Потому ответила:
  - Не уверена, что все это связано прямо, но как минимум косвенная связь возможна. В мире сейчас нет живых пожирателей по уровню могущества способных сотворить те плиты. Или они погружены в столь глубокий стазис, что живыми не воспринимаются. Однако крупицы их силы чрезвычайно живучи и могли исказить силу и структуру мира, каким угодно образом.
  - Стазис - неплохо, найдем добьем.Если уже дохлые - тем лучше. Главное, чтобы тут не нашлось типов, подобно нашему старому знакомцу, которого собрали паззлом, прежде, чем он явился к тебе на крышу, - оптимистично заключил Элегор под ревниво-встревоженный фырк Джея. Тот историю о расчлененном монстре, рассказанную когда-то Элегором семье под бутылку-другую-пятую-десятую, помнил превосходно.
  Но даже завзятому авантюристу герцогу не хотелось вступать в битву с опаснейшими вампирами. Сам-то он, ясное дело, не съедобен, но пока упокаивать монстра будет, тот, чего доброго, полмира на закуску пустит. А кому разгребать? Это раньше можно было творить, что угодно и смываться в иные дали, а теперь, увы, все вокруг было зоной ответственности Триады. Так что развлекаться на славу получалось отнюдь не всегда.
  - Местные деньги у тебя есть? Или наворуешь и пару побрякушек продадим? - небрежно уточнил Элегор у Джея, поправляя чехол с любимой гитарой на плече, когда впереди показалась городская стена.
  Ну как стена, скорее место ею официально назначенное. Каменный бортик в половину человеческого роста и простенькая энергетическая охранная завеса-сеть по периметру. Не от человека, от хищного зверья. То ли здешние края давно не ведали войн, то ли здесь не желали тратить средства на возведение укреплений, которые все равно можно разрушить за пару минут, если руки у мага из правильного места растут. А может, тут уж сообразил Джей, низкая стена и отсутствие высоких - выше двух этажей домов - были следствием давнего страшного землетрясения и его периодически повторяющихся товарок. Если тут то и дело трясет, высотным строительством заниматься бессмысленно. Строителей не напасешься, да и желающих прикупить этажный домишко, из выживших после очередного буйства стихий тоже.
  - Деньги будут, не трать время зря, - ухмыльнулся вор и дал указания спутникам: - От ворот налево двигайте по третьей улице до трактира 'Песня и кубок'. Там встретимся. Драгоценная, не прощаюсь!
  - Как скажешь, - хоть и не был драгоценной, ответил Элегор пустому месту рядом. Джей вроде как только что был здесь и в следующую секунду исчез. Шагнул что ли сквозь пространство?
  - Новые штучки? - искренне без тени зависти восхитился герцог трюку с исчезновением.
  - Растет, - задумчиво согласилась Элия, прикидывая какой мощный толчок силе и талантам принца дала их связь.
  Он, и так щедро одаренный Творцом божественными талантами, рванул вверх гигантскими темпами. Может быть, ей стоило раньше... Нет, все-таки не стоило. Всему свое время и свой срок. Сажать и поливать незрелое семя без толку, не прорастет, сгниет.
  Ворота в город были столь же номинальными, как и стены. Позевывающая, разморенная дневной жарой стража даже не выползла из караулки. Так, проводила трех путников ленивыми взглядами и вернулась к дреме. Толку высовываться, если проездную монету только с повозок и верховых можно стребовать?
  Широкополые шляпы скрывали лица богов. Но вздумай они снять головные уборы, ничего бы существенно не изменилось. С тех давних пор, когда Элии требовалась косметика для маскировки, уровень владения силой у нее и иных членов королевской семьи вырос достаточно. Банального мимолетного нежелания привлекать внимания, не противоречащего закону сохранения сути, хватало. На гостей Лаймойи лишний раз никто даже не посмотрел. Жарковато для пустого любопытства.
  Обычный провинциальный городок, выросший на обломках столицы некогда славной империи, предстал перед лоулендцами. Ничего уникального в нем ни на первый, ни на второй взгляд не было. Впрочем, боги прибыли как раз для более детального осмотра и розыска поросших быльем следов. Вполне вероятно, что после перетряхнувшей миры истории с Богом Пожирателем, готовым поставить на кон души значительной части Уровня, они банально перестраховывались. Но пусть лучше так, пытаться высмотреть то, чего нет, чем упрямо отворачиваться от явной беды, как поступали порой не только живые, но и Силы.
  Заведение с пафосным названием 'Песня и кубок' оказалось, как и любое другое здание на пыльной улице, двухэтажным. Только что раздалось вширь поболее, чтобы впустить в свои пределы двор с конюшней и лишнюю пристройку для постояльцев.
  Изнутри, вопреки названию, доносилась не песня, а вполне приличный струнный наигрыш. И с кубками в дверях посетителей тоже никто не встречал. Может, не знали, какой именно напиток предпочтет пригубить каждый клиент во второй половине дня?
  Джей уже был внутри и призывно махнул рукой родичам, приглашая за широкий стол, где уже высилась пара кувшинов и большая тарелка с нарезкой. В ожидании заказанной трапезы можно было промочить горло и послушать, о чем говорят местные и поглазеть на них в непринужденной обстановке. Может, даже поставить кому-то особо говорливому кружку-другую.
  Элия, конечно, села на скамью рядом с принцем. И тот едва удержался от ставшего в последние дни естественным и привычным движения. Потереться носом о впадинку на шее, вдохнуть любимый аромат, коснуться дразнящим поцелуем розовой раковины ушка, пробежаться шаловливыми пальчиками по краю блузки.
  Снова хотелось всего и сразу, будто он и не был с Элией этим утром, а виделся не меньше луны назад. Тлеющий в груди жар вспыхнул от невинного соседства с богиней так явно, что Джей скрипнул зубами от накатившего возбуждения. Не сейчас, позже. У них будет комната и ночь - одна на двоих. Но яркие картинки того, как могло бы быть, если бы они начали здесь и сейчас, никак не хотели покидать воображение. Останавливало только одно: всякое быдло не достойно глазеть на НЕЕ!
  Подливая масла в огонь, герцог, бережно спустивший инструмент с плеча, уточнил:
  - Комнаты здесь снять можно?
  - Уже, - коротко бросил Джей. - Вам с Бэль и нам с Элией по одной на втором этаже в левом крыле. Здесь, прости драгоценная, по одиночке женщины не путешествуют и в одиночестве не ночуют. Всегда в сопровождении: родич, охранник, супруг, компаньонка. Если она одна, то значит, ищет компании.
  - Хм, так может нам это будет полезно? - деловито уточнила богиня.
  - Я снимал комнаты для брата с женой и для сестры, - нехотя буркнул принц, мгновенно начиная ревновать ко всем гипотетическим компаниям для несравненной богини. - Так что всегда можно сделать вид...
  Пока шло обсуждение принесли еду: мясо в горшочках, тушеное с грибами и овощами. Мелодичный перебор струн прервался и к компании богов направился музыкант с каким-то струнным гибридом лютни наперевес. Причем держал он его таким образом, будто собирался начать беседу, треснув Элегора по голове.
  - В 'Песню и кубок' нельзя входить со своим инструментом! - инстинктивно чуя конкурента, прошипел певец, сурово насупив узенькие, кажется, даже выщипанные до состояния ниточки, брови.
  - Я играть здесь не буду, - небрежно утешил парня Элегор, перекладывая Бэль в тарелку мясо из горшочка. Есть прямо оттуда жена не хотела - горячо.
  - Тогда к сцене ближе, чем на семь шагов не подходи, - окончательно обнаглел музыкант.
  - Ладно, тогда и ты ближе, чем на семь шагов к нашему столу не приближайся, - подчеркнуто дружелюбно согласился герцог.
  - Почему? - невольно удивился менестрель.
  - Тут сидит моя жена и сестра, - пояснил Гор.
  - Э-э? - протянул ничего не понимающий собеседник.
  - Ну у тебя же тоже инструмент при себе, - кивком указал скрытое ярко-оранжевыми штанами хозяйство Элегор. И зал, вроде бы почти не прислушивающийся к диалогу, рухнул от хохота.
  - Я не... - начал было жалко оправдываться певец, но его лепет безнадежно тонул в раскатах громового хохота.
  Немудреная шутка Элегора сделала вечер всему постоялому двору. Так что дамы, поев, сочли за лучшее подняться в комнаты, а мужчины, мгновенно ставшие считаться своими в 'Песне и кубке' остались ловить информацию, которой с ними охотно делились все. Да еще и угощение проставляли. Джей сыпал солеными шутками, Элегор травил байки. Но гитару, как и обещал здешнему менестрелю, из чехла не достал к вящему разочарованию публики. Почему? Нет, вовсе не потому, что хранил чуткую душу невежественного собрата по профессии от неизлечимой травмы: случись ему услышать игру бога. Так же, как сила любви Элии начинала подниматься приливной волной, стоило в душе вспыхнуть хоть искре интереса к мужчине, так и божественная сила Странника вплеталась в звучание его инструмента, будоража души, умы, давая понять каждому, кто именно находится рядом.
  Потому вечер на постоялом дворе так и остался исключительно вечером выступления артистов разговорного жанра. Бренчание струн и вялые попытки певца завести какую-то песню мигом тонули в очередном взрыве хохота посетителей. В конце концов он плюнул на неблагодарную публику и удалился из зала. 'Отряд потери бойца' не заметил.
  В комнаты Джей поднимался, когда окончательно стемнело. Неслышной тенью скользнул по ступеням наверх, привычно отпер запертую изнутри дверь и задвинул за собой засов. Бесшумно прошел к тонкой полоске света от сети магических светляков, выбивающейся из-под неплотно прикрытой двери в ванную.
  Для себя и принцессы он выбрал лучший номер. Потому и ванная была недурна. Высокая каменная чаша оказалась полна воды и пены. Элия полуприкрыв глаза блаженствовала в воде.
  Принц опустился на бортик, жадно скользя взглядом по дивным очертаниям, скорее угадываемым, чем просматривающимся сквозь пену.
  - Джей, - промурлыкала принцесса.
  - Элия... - выдохнул он. - Сколько раз мы с тобой бродили по мирам, сколько раз я видел тебя такой и сколько затрещин получал, когда пытался сделать вот так...
  Принц склонился к лежащей красавице и слизнул с ее шеи сверкающую капельку воды. Элия приподняла руку и провела по обнаженной груди Джея в распахнутой рубашке. Капли воды заискрились и на его коже. Богиня чуть приподнялась и прошлась языком по влаге, вырвав из груди мужчины рваный вздох. Сон, мечта оживали, перемешиваясь с явью. Снова бешено захотелось всего: и продолжить прямо здесь, в воде, или подхватить Элию, унести на ложе. Да, так лучше!
  - Затрещины отменяются... Пока, - выдохнула ему на ухо принцесса, выхваченная из воды.
  - Я соскучился, - честно объявил принц, принимаясь осыпать любимую поцелуями, жадно и жарко взывая к спрятанной под многочисленными щитами силе богини.
  Он ласкал, ласкали его, а когда под надежно сплетенными щитами Связиста вырвалась и затопила комнату сила Элии, обостряя и без того почти невыносимое удовольствие, Джей закричал, утопая в блаженстве, сам полностью отпуская вожжи. Воистину с ней можно было все, и она всегда знала, как он хочет.
  Грохот взломанной двери стал неожиданностью для обоих, едва успевших завершить первый раунд любовной игры.
  - Упс, - смущенно выдохнул излишне увлекшийся созерцанием Связист, упустивший из виду происходящее в реале и не озаботившийся никакой иной блокировкой на комнате, кроме блокировки божественных сил. Он и сейчас-то едва успел среагировать, чтобы заглушить рванувшуюся наружу волну энергии богов.
  Два звероватого вида бородатых мужика с топорами и одна зареванная мордочка в платье служанки маячили в бездверном проеме.
  - Эта... кого тут убивают-то? - не понял один из мужиков, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в полутемной комнате.
  - Сейчас тебя будут и всех, кто с тобой, - зловеще пообещал разъяренный принц, подлетая над кроватью.
  Набросив на Элию тонкую ткань одеяла, он, как был обнаженным, но с кинжалом в руке двинулся к двери.
  - Эй, эй, парень, ты чего? - попятился от худощавой, но излучающей дикое бешенство фигуры как можно дальше в коридор громадина-бородач, заслоняясь топором. - Алька нас сюда гнала, вопила, будто тут когой-то убивают зверски. Крик, дескать, стоит отчаянный!
  - Девушка столь наивна, что не знает, почему люди кричат ночью на ложе? Бедняжка! - насмешливо протянула Элия, одним своим тоном усмиряя ярость Джея.
  - Тогда нехрена чужие двери ломать, пусть свою открывает. Вон, чувствую, уже есть парочка желающих научить ее крикам! - рявкнул чуть поостывший принц.
  - Но з-здесь так к-кричали... - жалобно вякнула дурища из коридора.
  - И как дверь на место приладите, продолжим, - рыкнул бог.
  - Эта... Дверь совсем того, - скорбно признал до сих пор молчавший второй ломатель. - Мы эта... сейчас с другого номера снимем и приладим.
  - Действуйте, - поторопил вандала принц и переведя взгляд на отчаянно пятнистую девку (от переживаний и страха - бледность, от смущения и потрясений иного рода - неприятные красные пятна по всему лицу), брезгливо бросил:
  - Сгинь, дурища, пока не пришиб.
  Дурища не двинулась с места, ее взгляд будто приклеился к принцу. Нет, посмотреть, конечно, у Джея было на что во всех смыслах этого слова: и в чисто эстетическом плане и по части мужской одаренности! Но девка действительно впала в ступор, не в силах ни двинуться, ни отвести взгляда.
  - Прощения просим, - за нее смутился второй топороносец, и пока первый, подвесив оружье в петлю на поясе, снимал целую дверь с петель свободной комнаты, сгреб Альку в охапку и понес по ступенькам вниз. Каждый шаг его сопровождался звучным шлепком по тощей попе служанки и советом не тревожить в ночи занятых делом постояльцев. Разумеется, ни одного цензурного слова в совете не было.
  Новая дверь встала на место вырванной ретивыми защитниками, Джей шагнул к ложу.
  - На чем мы остановились? - хрипло уточнил он.
  - Тебе рассказать, написать или показать? - провокационно уточнила принцесса, отводя с лица прядку волос. При этом тонкое одеяло как-то само собой соскользнуло, приоткрывая значительную часть того, что спешно маскировал от посторонних глаз Джей.
  - Последнее, однозначно, - хрипло выдохнул принц, приникая к сладчайшим губам. Вновь падая в бездну и взлетая ввысь, растворяясь в наслаждении.
  В миг приближения наивысшего удовольствия, двигаясь в ритме прекраснейшего и древнейшего из танцев, соединяющих плоть, силу, души, Джей запрокинул голову, одним этим жестом требуя, приглашая, пылая неистовой жаждой. И острое блаженство укуса Высшей смешалось с иным, переплавляясь, исторгая из груди бога новые и новые стоны, и крики.
  Чуть отдышавшись, принц убежденно констатировал:
  - Если б опять в дверь долбили - всех бы убил. Такой кайф нельзя ломать! Элия...
  - М?
  - Ты никогда не пьешь много моей крови, я тоже не вкусный, как Нрэн?
  - Ты очень вкусный, везде, - шепнула богиня, чьи губы заскользили от груди к животу и ниже. А кровь... Мне достаточно нескольких капель для удовольствия. Не будем глушить ликер тысячелетней выдержки кувшинами.
  - Тогда какой же выдержки твоя кровь, если Энтиор улетает от единой капли? - невольно ляпнул принц, млея под ласками.
  - Моя для подобных ему в малых дозах - сильнейший наркотик, в иных - смертельный яд. Твоя же - квинтэссенция божественной силы и сути. Ее много не надо, - почти невинный разговор, который вела богиня, закончился ее резким укусом в бедро, от которого Джей снова улетел, срывая голос. Довольное мурлыканье обожающей откровенные проявления страсти богини сопровождало его концерт.
  - Элия... - отдышавшись, прохрипел Джей. - У меня же после тебя ни на одну девку не встанет...
  - А тебе мало? Решил продолжить в городе? - приподняла бровь принцесса.
  - Ты - это навсегда, - с задумчивой обреченностью и каким-то почти облегчением заключил принц.
  - Так ведь и у меня выбор развлечений не сказать, чтоб широк, - усмехнулась богиня, имея в виду разрушительное действие своей силы и слишком узкий список тех, кто ей способен противостоять, без риска непоправимо лишиться рассудка. - Так что будем искупать количество высочайшим качеством.
  Джей, включенный в число избранников по качеству, самодовольно ухмыльнулся.
  - Но чуть позже, а пока, поведай мне, дорогой, что вы выудили из болтовни местных, - попросила принцесса, нетерпеливо постукивая пальчиками по груди бога.
  - Я бы предпочел повторить все по новому кругу и проверить на вкус тебя, драгоценнейшая, но, повинуюсь, - со вздохом согласился принц и начал конспективно излагать почерпнутую из искусных расспросов завсегдатаев постоялого двора информацию.
  Кто бы мог подумать, но Лиенский наловчился-таки не ляпать первое, пришедшее в голову и невыносимо раздражающее всех окружающих в самый неподходящий момент. Теперь он проявлял свою талант возмутителя, лишь когда хотел, ну или не давал себе труда сдерживаться. Как в случае с бедолагой-менестрелем, чью карьеру в 'Кубке' загубил нынче одной остроумной репликой.
  Подливать, задавать наводящие вопросы и восхищенно выдыхать, восхваляя 'эрудицию' собе... хм, собутыльников, Гор тоже насобачился недурственно. А уж пить так, чтобы под столом оказались все, кроме его светлости, тренированной бесконечными подвалами с бесконечными запасами спиртного, умел давно.
  Итак, живых богов, то есть, являющих свою волю и лик хотя бы изредка, пусть раз в несколько сот лет, в мире, похоже, в настоящее время не наблюдалось. Во всяком случае чуда схождения с небес и прочих чудесных явлений они пастве не демонстрировали.
  Так-то официальная религия существовала, с некоторыми изменениями кочуя из страны в страну. Поклонялись божественной чете Брату и Сестре, которые якобы породили все живое, начиная от самого мира и заканчивая каждой малой тварью в нем.
  Храмы великой паре тоже имелись повсеместно. Особенно до той поры, пока череда страшных землетрясений не стерла их с лица мира. Или не заставила сменить дислокацию.
  Сестру и Брата просили, как водится, обо всем. На алтари, однако ж, никогда не возлагалось даров материальных, вроде цветов-фруктов-украшений и прочей дребедени, обычной среди адептов многих религий.
  О нет! Тут Джей не мог не расплыться в самодовольной улыбке, этой неуловимой парочке приносили вовсе не ягодки-цветочки. И база под алтарные жертвы были подведена ой какая продуманная!
  Тот, кто просил богов о милости, должен был направить зов великой парочке. Зов дело сложное, боги создания занятые, чтобы до них достучаться надо хорошенько постараться. И пляски с молитвами, практикуемые жрецами, в том лишь малое подспорье. Проситель должен был сосредоточиться мыслями и чувствами на своем обращении с помощью касания к алтарной плите. Иной раз и по несколько часов стоять приходилось, снося нарастающую усталость. Если же у кого нужда была и срочность великая, раны себе наносили, перед тем, как руки на алтарь класть и молитву-зов шептать. Поговаривали, таких самострельщиков боги гораздо быстрее слышали и прошение охотнее исполняли. Но случалось и обратное: порой гнев свой являли и испросивший немыслимое в прах пред алтарем обращался в назидание иным взыскующим милости.
  - Умно, - недобро усмехнувшись, согласилась Элия. - Скотинку массово не на мясо забивали, кровью забавляясь, а шерсть стригли. Но, похоже, где-то просчитались, иначе бы мир не сотрясли катаклизмы.
  - Усладил ли я слух великой богини информацией подобающего качества? - с нарочито подхалимскими интонациями осведомился Джей.
  - Данные о храмах, ушедших под землю, есть? - вместо ответа задала новый вопрос Элия.
  - Будут, пока только наметки, - нехотя признал недоработку принц, почесав ухо. - Считаешь, эта парочка до сих пор где-то здесь прячется качественно, а не в Межуровнье к Злату под крылышко откочевала?
  Элия пожала плечами:
  - Такие умеют таиться, впрочем, как и нападать, разя внезапно и беспощадно.
  - Так не только они умеют, - ухмыльнулся бог.
  - Чтобы сделать попытку отследить, нужно место с отпечатком силы. Храм из старых подошел бы идеально, продолжила нить рассуждений Элия.
  - Будем искать. Те, что после катаклизмов повсеместно отстраивали, получились уже без старых связующих с богами алтарей. Так что самим искать надо. Утром, вчетвером, я как магнит на гадости, Гор как специалист по влипанию в переделки, Бэль как эмпатка - детектор всякой дряни, - согласился собеседник, опуская бодрое заявление о том, что Элии чуять родственников по сути сам Творец велел. И невинно предложил: - Пока же скрасим время ожидания новостей, драгоценная?
  А потом, чуть посерьезнев, продолжил, покрывая нежную шею любимой быстрыми поцелуями:
  - Оторваться от тебя не могу, тянет неудержимо, обожаемая. Сколько ни был с тобой, всегда мало...
  
  Утро грохнуло о косяк дверью в комнату и ворвалось в дрему богов до отвращения бодрым голосом герцога Лиенского:
  - А ты права, Бэль, они и, правда, спят. То есть спали.
  - И ты сие досадное недоразумение исправил, - фыркнула Элия, понимая, что злиться на герцога бесполезно, а проклинать пока нет особого резона.
  - О, у вас дверь новая. Куда старую дели? - мимоходом удивился Гор.
  - Старая пала жертвой трех дебилов разного пола, не знающих, отчего люди кричат ночью, - язвительно усмехнулся Джей.
  - А чего заглушку не ставили? - еще разок удивился герцог.
  - Своей силой нельзя, не сработает, конфликт структур. А Связист так увлекся метафизическими аспектами тщательной тотальной блокировки, что совершенно упустил из виду внешний физический фактор, - глубокомысленно объяснила богиня.
  - Ну, Элия, я ж уже извинился, - взвыл Туз Сил, особо уязвленный изысканностью формулировки своего просчета.
  - Ну, так я твои извинения приняла, - повела плечами принцесса.
  - Но поскольку стерва - это ее состояние души, то не упустила случая об этом напомнить, - осклабился Элегор и, отбросив пикировку, бодро уточнил:
  - Я тут прошвырнулся с утречка вместе с Бэль по городским храмам. Глухо!
  - Течения энергии и божественного следа нет и намека, - согласилась супруга, переборов легкое смущение от вторжения в комнату сестры и нахождения в ней в присутствии не только обнаженного, но и очень сильно фонящего утоленной и неутолимой жаждой кузена.
  - Куда пойдем искать: в катакомбы близ развалин старой столицы или в пещеры? - продолжил свою мысль Гор.
  - Да уж, герцог, тебе бы только куда-то влезть! И чем 'вылез' из этого 'куда-то' будет сложнее, тем интереснее! - поддакнул Джей, к облегчению Бэль переключаясь из настроя любовника на готового к приключениям авантюриста.
  - Сам будто другой? - хмыкнул герцог.
  - Не без того, - согласился принц, выбираясь с кровати. Чтоб не смущать отвернувшуюся Бэль, мигом подхватил и натянул брюки. - Пошли, поищем завтрак.
  - Кухня-то здесь всяко есть, - поддакнул Элегор.
  Спустя несколько минут боги спустились в зал, где подавальщица с такими кругами под глазами, будто всеми силами души хотела родиться пандой, а заполучила человеческое тело, притащила клиентам огромную сковороду с яичницей, кружки и кувшин с каким-то горячим травяным напитком.
  - О, снова ты, - опознал вчерашнюю девку-вопилку Джей, накидываясь на завтрак. - Тебя вчера не пришибли? Тогда чего-нибудь остренького к еде метнись, притащи. Есть тут приправы какие?
  Девка закивала и, посекундно оборачиваясь на белобрысого шулера, умчалась на кухню.
  - И все-таки, что они в тебе находят? - покачала головой Элия в легком удивлении. - Напугал, оскорбил, а у этой дурочки уже голова кругом идет. И ведь, чем моложе и наивнее девица, тем сильнее эффект.
  - Я красавчик, обаяшка и мерзавец - убойное сочетание, драгоценнейшая, - хулигански ухмыльнулся принц.
  - М-да, в прямом смысле этого слова даже чаще, чем в переносном, - философски согласилась богиня.
  - Мотыльки летят на пламя. Разноцветное, сильное, яркое, манящее и сверкающее более всего, что они когда-либо видели в своей жизни и о чем смели мечтать, - с грустинкой подтвердила Бэль, имея в виду всех тех, кто пал и еще падет жертвой невыносимого обаяния богов. Ее братья и муж были из таких, сестра, впрочем, тоже. О собственном огне богиня целомудрия привычно не подумала. Хотя и в нем сгорело дотла немало. Взять хоть принца далекого Мэссленда, которого из этого пламени смогла вытащить лишь дорога к половинке, проложенная волей Элии. Теперь-то Дельен был благополучно счастливо женат и даже перестал яростно отбрыкиваться от перспективного наследства - трона Мира Узла.
  - Разноцветное пламя! Красиво сказано, сестренка, - подмигнул кузине Джей и тоном записного обольстителя уточнил у Элии:
  - Ты как, обожаемая, не хочешь сгореть в моем огне?
  - Мы с тобой взаимодействуем по принципу встречного пала огнеборцев, милый, - иронично усмехнулась богиня.
  - Пламя на пламя, - понятливо согласился Джей и задумчиво улыбнулся, не став говорить о том, что сам чувствует себя порой, нет, не мотыльком, а счастливым пироманом, сгорающим заживо в собственноручно разожженном пожаре.
  Девица-мотылек приперла и сгрузила перед принцем, похоже, все специи, соусы и приправы, что имелись на кухне. Тот одобрительно заурчал и, привычно перенюхав подношение, превратил вполне обычную яичницу в Джеево-безумие, отведать которое, без риска прожечь дыру в желудке, взялся бы лишь сам создатель.
  Остальным хватило яичницы традиционной с колбасой (Элии и Гору) и сыром (Бэль). После чего компания рассосалась по комнатам готовиться к походу в город. Элия предложила начать с ближайшего пустого храма и постараться нащупать ниточку, если таковая имеется, к любому старому храму-капищу-месту силы, откуда могли или все еще продолжают черпать силу практичные Пожиратели Душ, устроившие кормушку из целого мира.
  Джей быстро сбежал по лестнице вниз, давая Элии время на сборы. И чуть не столкнулся в коридоре с той девкой.
  - Мажери, - обратилась та к принцу.
  - Чего?
  - Научите меня кричать ночами? - на выдохе, одним махом, выпалила девушка и стала пурпурной.
  - Тех обалдуев, что тебя нынче тащили, проси, - небрежно отмахнулся от девки Джей.
  - Это не то, не так, - залопотала девица.
  - А как надо, так? - принц метнулся к девке, броском пришпилил ее к стене, ухватил за волосы, грубо заставив запрокинуть голову.
  Но ожидаемой паники и крика боли не добился. Девица поплыла еще сильнее, хотя куда уж больше, дыхание ее участилось.
  - Да-а, - простонала она, мечтательно прикрывая бледно-голубые глазенки.
  - Тьфу, дура, - бросил ее стоять в прострации с подгибающимися ногами принц и предпочел вернуться к сестре. Это ж надо, на мазохистку напороться! Те, которые хотели боли сами, его сроду не возбуждали. Сопротивление и паника, если уж ему хотелось поиграть в такие игры, должны были быть искренними.
  Четверка богов с видом жадных до зрелищ туристов снова направилась в город. В ближайшем храме Элия, как единственная, еще не изучавшая новостройки религиозного толка, приблизилась к алтарю и понимающе усмехнулась.
  Серебристая с фиолетовыми прожилками структура камня не была материалом, меченным Пожирателями Душ. Она оказалась всего-навсего скверно прокрашенным куском известняка. Краска, кстати, как проверила принцесса, ковырнув алтар ноготком, уже начала облупляться.
  Маячивший в отдалении служитель храма, обряженный в ритуально-фиолетовую с серебряным кантом хламиду, остался ни с чем. Перспективные клиенты не кликнули жреца для свершения ритуальной молитвы с чашей. А навязывать свои услуги было запрещено заветом Двоих. Жаждущий общения с богами, должен был сам просить, звать, предлагать. Только тогда он имел права провести ритуал.
  Прислушавшись к внутренним ощущениям частично схожей сути с темными нитями силы, Элия отрицательно качнула головой.
  - Ни единой зацепки. Нет, и не было. Здесь никогда не собирали энергии для передачи Пожирателям. Лишь разливали ее без толку.
  - В пещеры или катакомбы? - жадно уточнил распорядок дня герцог, еще и у любимой супруги галантно справился:
  - Тебе куда больше хочется, моя фея?
  Вместо призадумавшейся над соблазнительными перспективами Бэль, ответила Элия.
  - Не угадал, - ухмыльнулась богиня. - Пока сканировала, кое-что другое нащупала. Кажется, за городом поближе местечко есть. Может, капище, где крохи старой силы задержались? Надо глянуть. Если жертвы были, Бэль тоже почует.
  - Телепорт или повозку наймем, обожаемая? - прикинул Джей.
  - Сам нас проведешь, это близко, - выбрала третий вариант принцесса. - Постарайся шагнуть с путей так, чтоб рядом встать, никого и ничего не задев. Слишком перекручены потоки силы.
  - Хм, ну давай, попробуем, - на миг наморщил лоб принц, прикидывая свои новые возможности действий в любом мире, в которых была столь уверена Элия. - Двинули!
  - Нам за тебя держаться или как? - уточнил Гор.
  - Просто идите следом, - небрежно отмахнулся белобрысый бог, открывая путь туда, куда его просила шагнуть любимая и Джокер. Сочетание не менее, а то и более убойное, чем красавец, обаяшка и мерзавец.
  Из светлого и типичного для храмов помещения - пусто, пафосно, резьба, колонны и ароматические курильницы (в девяноста процентах случаев для наркотических смесей, изменяющих состояние сознания - четверо шагнули на лесную поляну.
  Тут тоже было пусто в смысле безлюдно. О том, что место не обычная проплешина в смешанном лесу, свидетельствовало одно - большая и совершенно очевидно расколотая надвое глыба изначально серебристо-фиолетового цвета. Почему изначально? Потому что первичный цвет перекрывался многочисленными потёками крови. Очень старой, уже бурой. Свежих мазков не имелось.
  - И? - первым, разумеется, не вытерпел разочарованный герцог. - Тут уже кто-то похозяйничал до нас?
  Даже если первой здесь была группа неизвестных носителей справедливого возмездия, это совершенно не устраивало Элегора просто потому, что первым был кто-то другой, а не он. И вовсе не из-за мнимой жажды лидерства, просто эти кто-то отхватили себе кусок того интересного, на которое уже настроился, на которое рассчитывал сам Элегор.
  - Ты будешь смеяться, но нет, - опровергла самую логичную из версий богиня.
  - Тут тоже пусто, - недовольно фыркнул Джей.
  Бэль же зябко поежилась. Невзирая на теплынь, царящую вокруг, по спине пробежал неприятный холодок. Пусть сейчас тут было пусто, но эманаций некогда действующего алтаря богине исцеления хватило для неприятных впечатлений. Место пахло дурманом, болью и обманутыми надеждами.
  - Версия о том, что создатели темных алтарей покинули мир или слишком глубоко спрятались, подтверждается, - резюмировала Элия, постучав ноготком по крупному осколку редкого камня. - Из него не выкачивали силы в полной мере настолько долго, что алтарь, вбиравший ее, не выдержал.
  - Хочешь сказать, кувшин разнесло от напора изнутри? - недоверчиво нахмурился герцог.
  - И вся невостребованная сила растворилась в пределах мира, накачивая его и без того плотный слой, если таких местечек было много, ничего удивительного в творящемся энергетическом беспределе я не вижу, - подвела итог принцесса. - Останавливаясь на частностях, отсюда остаточный фон поляны, притянувший нас.
  - Ладно, - беспечно пожал плечами Гор. - Отыщем другое местечко с работающим камнем, пока этот мир сам как кувшин не разнесло.
  Элия задумчиво кивнула, признавая логичность суждений брата и печальные перспективы мира. Связист угукнул.
  - Предлагаю, не шататься по окрестностям в поисках мест и слухов о тайных древних храмах, а на живца половить? - азартно предложил Джей. - Думаю, больше толку выйдет! Я, конечно, всегда за движуху, но время у нас вроде как не резиновое...
  - Устроите вторую попойку и развяжете языки? - ухватила суть идеи богиня.
  - Почему нет, - пожал плечами Гор. - Может же быть у двух богатеньких идиотов одна мечта, для воплощения коей срочно нужен действующий алтарь?
  - Можем для наглядности даже ссору и страдания брошенных влюбленных изобразить, - развил идею шулер. - Только, чур, обожаемая, ни с кем не утешаться! Просто устроим скандал и ссору! Сможешь?
  - Как скажешь, милый, - усмехнулась богиня. - Скандал из ничего тебе любая женщина может закатить, для этого богиней любви быть не надо.
  - Да нет, я о твоем втором профиле, Богиня Логики.
  - Пустяки, я переключусь из режима общей в раздел женской, а в нем всегда найдется повод для скандала, - снова весело улыбнулась Элия.
  - Ты главное выключиться из него не забудь, - неподдельно встревожился Элегор.
  - Я подумаю над этим вопросом, - расплывчато пообещала принцесса, вероятно, уже перейдя в опасный режим.
  На самом деле, конечно, затевать скандал богиня не стала, хватило ее выражения надменного неудовольствия и выдающегося актерского мастерства Джея. Получив индульгенцию на представление, бог все исполнил самостоятельно, в том числе и грохот свеже восстановленной дверью о косяк и возмущенный рык с биением кулаком в грудь:
  -Клятые женщины! Чего вам не хватает, стервы! Всю душу из мужчины вынуть готовы и кровь по капле сцедить!
  После этого демонстративного представления, Джей и Элегор при столь же демонстративном попустительстве-игнорировании своих спутниц в стиле 'Не подходи ко мне я обиделась!' - снова засели вечерком в зале постоялого двора.
  Боги приступили к первому этапу интенсивной накачки спиртным, чтобы уж потом отправиться в поход по другим заведениям города, желательно в компании нескольких местных охочих до выпивки мужиков, готовых пить и хаять баб, если им выставят хоть кружку на халяву.
  Девка-мазохистка снова крутилась на раздаче и специально для Джея притащила не только кувшин, но и кружку с крепким пойлом. Принц глотнул и отправил Элии задумчивую мысль:
  - Драгоценная, дрянным мыслям границы миров не преграда! Меня снова то ли отравить, то ли усыпить хотят. Какая-то странная смесь в бокале.
  - И?
  - Давай я отравлюсь и усыплюсь, вдруг это то, что нам нужно? - азартно предложил авантюрист.
  - Вот повезло! Почему ты? - позавидовал напарнику герцог Лиенский, обойденный порцией отравы.
  - Как почему? Потому что я красавчик, обаяшка и мерзавец, а ты только красавчик и мерзавец, - Джей мысленно показал Гору язык.
  Вылакав все дрянное пойло, бог поерзал на лавке и, покачиваясь, направился в сторону двери, ведущей на задний двор, к отхожему месту. Надо же предоставить отравителям-усыпителям простор для задуманного маневра.
  Девица-подавальщица перехватила свою жертву на выходе и предложила, заикаясь и краснея:
  - Пойдем со мной, мажери, тебе нужно прилечь!
  - Ну... двинули, - согласился принц, пошатнулся и был заботливо дотащен до какого-то сарая на задворках постоялого двора. А там оказалось вовсе не сено, где мог бы проспаться перебравший постоялец и поутру очнуться в объятиях лишенной или якобы лишенной чести девицы. В сарае оказалось второе дно, как раз под слоем того самого сена, которое тощая девка откидала с такой энергией и силой, будто была киборгом.
  Под сеном имелся люк, лестница и длинный полутемный (ошметки светящегося мха не в счет) коридор по которому Джея, которому эскапада начала чуток надоедать, да и пахло от девки мерзко, потащили дальше.
  Принца - вот ведь и впрямь везучий на влипание в пакости сукин сын! - дотащили до подземного тайного святилища с уже знакомой серебристо-фиолетовой плитой, излучение которой накрепко блокировалось слоем грунта и камнем. В подземелье имелась красивая мозаика в стиле день и ночь, изображавшая слившуюся в экстатическом объятии пару: мужчину и женщину, очевидно, тех самых Брата и Сестру.
  Шатающегося Джея, умудрявшегося так мотать головой, чтобы транслировать родственникам всю обстановку, сгрузили на плиту. Элегор еще раз завистливо вздохнул. Так влипать в нужные неприятности, как у везучего белобрысого шулера, у него никогда не получалось! Чаще всего все неприятности были неожиданными, а что они нужные подтверждалось лишь спустя довольно долгое время. Этот же раз - захотел храм найти, два - его в тот же день туда приволокли. Впрочем, наблюдатели предпочли еще понаблюдать за представлением. Джею было интересно, что именно задумала девка-мазохистка.
  Тощая идиотка между тем позвала:
  - Мама, помоги!
  Из темного угла, куда не доставало света слабых светильников и туманом завивались дымки курильниц прошаркала старуха в фиолетово-серебристом платье жрицы.
  Неожиданно остро глянула на раскинувшегося на алтаре принца и прошамкала:
  - Оставь его, дочка, он не твой. Он другой принадлежит целиком и всегда принадлежать будет, твоим не станет никогда. Не по силам нам так ритуал-прошение завернуть, чтоб его судьбу изменить.
  - Мама, я все равно молитву проведу! Нужен он мне, только он нужен, - истово и уперто объявила девица.
  - Не помощница я тебе в этом, - наотрез отказалась старуха, взмахнув обеими руками. - И Двое мне в том порукой!
  - Тогда я сама! Не мешай! - ожесточенно воскликнула девка и, выхватив кухонный ножик для чистки овощей, резанула себя по руке, намереваясь прижать рану к алтарной плите.
  Советов Элии принцу не понадобилось, он и без них после недавней отповеди богини понимал, что кровь на алтарь пожирателей душ приносить нельзя. Лениво разогнулась полусогнутая нога, и девка отправилась в полет до ближайшей стены, где затихла без сознания. Кинувшаяся вперед старуха-мать присоединилась к внеплановому отдыху незадачливой дочки неопрятной кучкой.
  - Алтарь почти полон, - между тем вынесла вердикт богиня любви. - Из него давно не брали силы. Хорошо бы его активировать и глянуть, высветит ли он сеть других камней в мире. Разом выловить все было бы проще, чем ощупью каждый.
  - Как скажешь, любимая. Бэль, отвернись! - Джей, потянувшись всем телом, опустил руку ниже пояса и жарко простонал, запрокидывая голову: - Элия-я-я!
  Практика перепосвящения алтарей Пожирателей Душ у бога уже имелась. Потому он и решил воспользоваться уже испытанным приемом. Семя не кровь, но тоже сила. А уж отданное в экстазе, с призывом любимой на устах...
  Элия с удивительной синхронностью коротко выругалась одновременно с Тузом Сил, и позвала Гора с Бэль:
  - Нам придется идти, вы составите защитный контур, я стану проводником и сосудом. Если полных алтарей в мире много, Джей выгорит, замыкая силу прежде всего на себе, а уж потом передавая мне.
  - У меня здесь маловато возможностей, компенсатором не сработаю. Очень плотный кокон концентрированной энергии, - с досадой согласился Связист и утешил на ушко смущенную предстоящим представлением Бэль: - Но завесу вам поставлю, чтоб только вихри силы видели.
  - Хорошо устроился! - в очередной раз восхитился изворотливости принца герцог. - Он удовольствие получает, а нам работать!
  - - Потому-то он Туз Лжи и Авантюр, а ты - Джокер, - в качестве утешения похлопала брата по плечу Элия и позвала:
  - Джей, открывай нам путь!
  - Идите, - коротко постанывая от приближающегося пика блаженства, отмахнулся принц.
  Бэль и Гор шагнули на плиты подземного храма, Элия прямо к алтарю, скрываясь за оперативно созданной Связистом ради скромности Мирабэль завесой.
  Элия оказалась у плиты как обычно вовремя, чтобы поймать губами крик принца и разделить восторг его экстаза. Короткий возглас-имя поглотили жаркие губы, Джея выгнуло дугой, рванула божественная сила, разливаясь вокруг, натыкаясь на контур, установленный Гором и Бэль, впитываясь в почти заполненный за века камень алтаря, перепосвящая и переполняя его.
  Одновременно Элия уколола подушечку пальца острым кончиком ногтя и мазнула по поверхности, замыкая контур, заставляя именно этот алтарь с присутствующим рядом божеством стать главным, центральным. А сила Джея, пролитая на серебристо-фиолетовый мрамор стала проводником, соединяющим камень со своими аналогами, скрытыми, спрятанными в мире и просто погребенными под спудом земли и веков.
  - Б..., Элия, такая прорва силы, больше, чем в источнике иного центрального Мира Узла на высоком Уровне, - прохрипел Связист. - Не удержим!
  - Удержим, точнее, перенаправим, - заверила друга принцесса, скидывая одежду и присоединяясь к любовнику на плите-алтаре. Пальчикам с острыми ноготками снова нашлась работа по избавлению партнера от излишков одежды. Чуть одурманенный преподнесенным напитком, разжигающим страсть, и куда более собственными яркими грезами в темноте храма и поцелуями богини любви, Джей вообще никаких вопросов не задавал, только тянулся к ней в неистовой жажде.
  - Без крови! Твоею тут нельзя ничего метить, - предупредила Элия, ставя на шее принца первый засос.
  - Как пожелаешь, обожаемая, я весь твой, люби меня нежно, - хрипло выдохнул Джей, лаская высокую грудь любимой, скользя пальцами и губами по теплому шелку кожи и млея от прикосновений богини, разжигавших в нем и без того неистово полыхающий огонь.
  Сила танцевала между любовниками, сдерживаемая защитным контуром, который поддерживали два Джокера и Туз Сил, она властно перехватывала доступ к алтарям Пожирателей Душ, вскрывая их как бутылки с застоявшимся шипучим вином. Но не позволяла выплеснуться разом в мир, чтобы не покорежить его и без того гнутую, дрожащую от напряжения структуру. Нет, она, очищенная фильтром из силы богини, текла полноводной рекой дальше, разветвляясь за границами мира на сотни и тысячи мелких ручейков устремляясь именно туда, где нуждались в срочном приливе энергии.
  Ровный ее ток поддерживал древний танец любви, в котором сейчас не было места излишней жесткости, только страсть и нежность, нежность и страсть.
  Очередная волна наслаждения схлынула, оставляя переплетение двух тел на не самом удобном из лож. Голова Элии покоилась на груди принца, ножка на его бедре. Тот, прижимая к себе самое великое из сокровищ, задумчиво выдохнул:
  - Знаешь, драгоценнейшая, теперь я, пожалуй, соглашусь, что за...ть можно даже меня, если такой объем силы через себя пропустить. Хочу спать, действительно спать, пусть и с тобой.
  - Спи, - милостиво разрешила Элия, - теперь можно.
  - А потом снова тебя любить, - жадно пожелал принц и отключился, не разжимая объятий.
  Элия выскользнула из кольца рук, словно вода утекла меж пальцев, ухитрившись не разбудить чуткого бога. Призвала звездный набор, одевая себя и брата, меняя жесткий камень на мягкое ложе.
  - Все? - выдохнул герцог, когда Связист снял защитный контур и, дождавшись согласного бурчания Сил, плюхнулся на каменный пол там, где стоял. Бэль он щадил, ставя контур большей частью за счет своей энергии и попутно умудряясь скрывать систему несправедливого распределения потоков от любимой. Та почуяла неладное слишком поздно для споров. Чтобы не навредить процессу перекачки энергии из алтарей, Мирабэль пришлось смириться с мужниным произволом. Впрочем, это не значило, что негоднику все спустят с рук. Но сейчас больше обычной усталости немного переоценившего свои силы супруга Бэль заинтересовала пара женских тел: жрицы и ее непутевой дочери.
  Обе были живы, но хапнули столько побочного излучения силы, что впали в глубокий - с пушками не добудишься - сон. Тот грозил перейти если не в смертный, то в вековой, как порой бывало с созданиями, влезающими не в свое дело.
  Сама младшая богиня, не видя в душах особой грязи, походя бы вылечила смертных, но стоило учитывать мнение условно пострадавшей стороны. То есть опоенного Джея. С одной стороны брату вовсе и не стоило злиться на девушку, благодаря которой они смогли вскрыть сеть алтарей Пожирателей Душ и освободить мир из скорлупы душной энергии, с другой, вспышки агрессии у Туза порой бывали непредсказуемы, и конфликтовать с ним из-за смертных, не являющихся ее паствой, Бэль не желала. Потому переложила вопрос на плечи не мужа, но старшей сестры.
  - Эли, мы их тут оставим? - кивком указала Мирабэль на спящих.
  - Джея они, конечно, пытались поиметь, с другой стороны, оказались в дураках сами и нам принесли пользу... - хмыкнул герцог.
  - Как оно обычно и бывает, - гордо поддакнул Связист.
  - Что ж, пусть спят и видят сон о совсем покинувших мир двоих и троих, сошедших в мир по зову четвертого. Пусть поработают глашатаями нашей воли, Силам сюда дорога отныне открыта, помогут, - практично объявила Элия.
  И Бэль радостно улыбнулась. Если просто так пожалеть - Джей может и рассердиться, а если ради Триады, то никогда!
  - Организую, сон наведу, спецэффекты обеспечу. Старушку никто посвятить не хочет? - деловито уточнил Туз Сил у Джокеров.
  - Давай, Элия, - хохотнул Элегор, одновременно прикидывая, сможет ли он сейчас встать или придется подождать, пока организм чуток восстановится. - Старая карга точно по твоей части: логику и любовь выше дочкиных интересов поставила!
  А богиня любви взяла и согласилась:
  - Ты прав.
  Прошлась до спящей старушки и коснулась ее лба кончиком пальца. Обзор на маленькое шоу герцогу загородила Бэль, применяющая длань исцеления к непутевому супругу. Когда жена, молча проводящая восстановительную процедуру, чуть отодвинулась, вместо упрямой бабушки Гор разглядел спящую на полу красотку на самом пике расцветшего великолепия. Одеяния ее тоже сменились из грязноватой хламиды на вполне пристойное платье. Кстати, свою избранницу Элия пощадила и хоть касалась лба, но знак триады украсил ладонь экс-бабки, а не голову.
  Джей заворочался на плите и подскочил чертиком из табакерки.
  - Выспался! А тебя нет, драгоценная! Ты мне уже с какой-то бабкой изменяешь, безобразие!
  - Безобразие что изменяю, или что с бабкой?
  - Все неприятно, а последнее еще и оскорбительно, - поведал принц, заключая возлюбленную в объятия, и потянулся к ее губам за поцелуем.
  Элия подарила ему нежный и долгий поцелуй, вновь заставляя жалеть о неподходящих для продолжения обстоятельствах, месте и времени. Работа в сочетании с удовольствием, увы, подошла к концу, потому заняться исследованием мягкости модернизированной богиней плиты, как ложа любви, не получится.
  - Знаешь, драгоценная, с одной стороны, это удобно: мы теперь везучие, как Зверь Счастливчик, все делаем вовремя и даже решение серьезных проблем не становится серьезной проблемой, - пробормотал принц, уткнувшись носом в шею любимой.
  - Но с другой? - приподняла бровь принцесса.
  - Бесит! - честно признался шулер. - Не успел я кайф от нашей эскапады поймать, а уже все сделано, и у вас, Триады, на очереди, небось, очередной ворох срочных подвигов, которые необходимо совершить ради спасения миров. Или гора нужной текучки.
  - Второе страшнее, - вставил герцог, содрогнувшись так, как не дрожал перед лицом Пожирателя Душ или в Бездне Межуровнья.
  Бэль только тихонько вздохнула, целиком соглашаясь с супругом. Она снова начинала чуть-чуть сомневаться: разве годятся такие любители странствий на роли Джокеров Великой Триады? Впрочем, как обычно, никто принцессу ни убеждать, ни разубеждать ни в чем не кинулся. Смысл? Процесс идет, миссии исполняются, а ворох сомнений и мучительных раздумий, изредка одолевающий одну из троих, пройдет как насморк. То есть, можно не лечить.
  - Прости, - без особого раскаяния, скорее в информативных целях, добавил Связист, забивая последний гвоздь в крышку гроба смутных надежд бога на продолжение приключений. - Когда потоки энергии в мире в норму пришли, течение времени тоже с остальными сравнялось. Теперь два к одному с Лоулендским.
  - Это вообще ни о чем, - насупился Джей, прижимаясь к богине и отчаянно жалея и желая. Ветреная девчонка реальность, у которой с Привратником были свои отношения, соблазнительно улыбнулась любимчику и выкинула фокус.
  Шулер вместе с Элией испарились из подземного храма, чтобы очутиться в непроглядной полной, не поддающейся сканированию темноте по ощущениям замкнутого пространства.
  - И где это мы, Связист? - уточнила богиня, но ответила ей лишь тишина, сменившаяся озадаченным хмыком белобрысого авантюриста. Чтоб Связист, который как шило в ж.., то есть затычка в любой бочке не последовал за ними или, если последовал, сподобился промолчать - такого просто не могло быть. Однако ж, случилось.
  Пожав плечами и не собираясь исследовать тьму пространства ощупью, богиня приказала:
  - Свет!
  Возникший из ниоткуда мягкий серебристый свет личной силы принцессы залил хрустальный грот с роскошным ложем, на котором, обнявшись, глубоким сном спали двое. Парочка светловолосых богов с прекрасными до боли ликами, хранящими печать мирной неги.
  Джей тихо выругался. Куда бы он, руководствуясь собственными смутными желаниями убраться хоть к черту на рога, чтоб никто не мешал наслаждаться близостью с Элией, не смылся, здешняя точка пространственно-временного континуума уже была занята. И скорее всего, парочка спящих на ложе при выборе своей ухоронки руководствовалась схожими мотивами. А иначе они не совпали бы в пространстве.
  - Ну что я могу сказать, по части розыска гадостей ты, мой дорогой, как обычно бьешь все рекорды, оправдывая высокое мнение Триады. Отыскал закапсулированный во времени и силе кармашек на стыке ткани реальности мира, - констатировала Элия.
  - Это они? Та самая сгинувшая и затихарившаяся парочка Пожирателей - творцов плит-ловушек? - мигом догадался принц.
  - В точку.
  - И что? Сейчас они проснутся и попытаются нас скушать? - почти настроился на развлечение принц.
  - Не-а, - разочаровала брата богиня. - Их сон слишком глубок и кокон силы, в котором они скрылись для сна, слишком плотен, чтобы быть потревоженным снаружи обычным визитом гостей.
  - Ясно, - почти не расстроился Джей и уточнил, имея в виду пару Джокеров: - А наши-то где?
  - Где и были. Ты их с собой не позвал и, пожалуй, к лучшему. Гор мог бы случайно сразу сломать кокон, а Бэль бы стошнило. Она плетения душ Пожирателей на дух не переносит, - объяснила Элия.
  - А мы что сделаем? Придушим их подушками? - заинтересовался принц.
  - Смысл? - пожала плечами принцесса. - Суть плетения, отвечающая за дар, переходит из инкарнации в инкарнацию. Эта печать не исчезает, если только не была взломана и переплетена основа.
  - Варианты? - коротко уточнил Джей, поигрывая кинжалом.
  - Убить - раз; переправить в Межуровнье под власть Злата, где недобитые Пожиратели на просторах Бездны порой встречаются, - два; переплести души, лишив пожирательской метки - три, - обстоятельно перечислила Элия, задумчиво изучая спящих не столько внешне, сколько детально знакомясь со структурой их темных душ.
  - Кидаем монетку? Правда у нее две стороны, значит, за третий вариант будет ребро, - ухмыльнулся шулер, подбрасывая материализовавшийся в гибких пальцах диад и ловко вращая золотой.
  - Интересное предложение, - усмехнулась богиня. - Но, увы, в нашем случае неприменимое. Свобода выбора, личная воля и путь души - через такое, дорогой, нельзя переступать, тем паче нельзя переступать нам.
  - Раньше было веселее, - пожалел Джей, всегда обожавший жестокие забавы и шутки на грани и за гранью фола.
  - Преимущества есть везде, - пожала плечами Элия.
  - Тут я даже не спорю, - жарко согласился принц. - Ради этого преимущества, любимая, я готов пренебречь всеми прочими. Только давай мне чувствовать это преимущество почаще. Стало быть, будем их будить? И как? На вид эта парочка, конечно, миленькая, но с поцелуями я бы лично к ним лезть не стал, а тебя отпускать не хочу, тут же неистово заревную!
  Шуткой шулер прикрывал вполне справедливые опасения. Общество истинных Пожирателей Душ ни для кого не являлось желанным и способствующим продолжительности жизни. Слишком опасными они были тварями. А иначе их бы не травили столь яро в мирах.
  - Все проще. Сильнейший призывает, слабые повинуются, - отказалась богиня с усмешкой. - Обойдемся без лишних лобзаний. Целовать я предпочитаю своих мужчин, а не посторонних девиц.
  - Я готов, любимая, целуй меня жарко! - тут же вставил Джей, даря богине очень откровенный взгляд, где читалась не только и не столько потребность в поцелуях.
  - Ты всегда готов, но чуть позже. Сначала дела, - улыбнулась Элия и, приблизившись к ложу, постучала ноготком по хрустальной стенке, отозвавшейся мелодичным звоном: - Тук-тук, пока вставать. Есть разговор.
  Двое обнаженных подхватились с ложа синхронно, будто и не спали веками, а лишь на миг смежили веки. Застыли настороженные внутри, расслабленно-невинные снаружи.
  - Мажери, высочайшая, темных ночей, сладкой добычи, - в один голос приветствовали они Элию, четко давая понять, что признают ее силу и запрокинули головы, подставляя шеи.
  Наготы парочка красавцев ничуть не стеснялась, совершенно справедливо полагая, что ничего более прекрасного, чем данное им творцом платье - внешность, - они одеть не в силах.
  - С пробуждением, - не стала следовать вампирскому протоколу принцесса. - Вы долго витали в грезах, миры изменились. И Пожирателям Душ на просторах Вселенной осталось место лишь в страшных сказках и Бездне Межуровнья.
  - Но ты, мажери, есть и мы тоже? - осторожно уточнил вечно-юный блондин, косясь на Джея с истовым восхищением, где смешался восторг эстета, тяга гурмана и опыт сладострастника.
  - Он мой, - проронила принцесса, и восторженный взгляд был поспешно отведен. Конфликтовать из-за добычи с высочайшей двое не планировали. Если белобрысый вкусняшка приглашен не на трапезу троих в качестве главного блюда для закрепления союза, то и глазеть на него не стоит. - Вы есть, и в этом есть проблема. Мой рацион легко корректируется, ваш же однозначно подразумевает поглощение энергии струн души.
  - Мы такими сотворены Создателем Изначальным! - жарко выпалила блондинка
  - Не спорю, - согласилась Элия и продолжила, пока братец не ляпнул, что созданное Творцом недолго и рассоздать. Дескать, он так не раз и не два делал. - Потому озвучу предложение.
  И богиня поведала пробужденным Пожирателям о трех альтернативах, одна из которых из разряда 'убиться об стенку' им не понравилась решительно, а над двумя другими темные боги задумались. Обсуждать что-то они, понимающие друг друга с мысли и полувзгляда, не стали. Лишь блондин осторожно уточнил:
  - Ты ручаешься, мажери, что сможешь изменить структуру душ, но не уничтожить нас в блаженстве или муках?
  - Уже делала, успешно, - утешила мужчину принцесса и поторопила: - Ваше решение?
  - Мы хотим бродить по мирам, надоело скрываться, - очень по-человечески пожаловалась красавица, присаживаясь на ложе и складывая ладошки на коленях. - Сделай нас обычными вампирами, мажери, чтобы пить кровь или силу.
  Элия кивнула, принимая заказ, и позвала, используя свою силу:
  - Злат, мне нужна для работы пара, лучше четверка расплеталочек.
  - И это вместо 'прекрасного вечера, любимый племянник', - проворчал в ответ юношеский голос, прозвучал демонстративный вздох, пахнуло силой Бездны и четыре демона-расплетателя, готовые исполнить любое повеление богини материализовались в хрустальном гроте, замерев скульптурами воплощенного ужаса тьмы.
  - Благодарю, прекрасного вечера, любимый племянник, - исправилась принцесса.
  - Не за что, тетушка, демонов потом только домой верни, - попросил Злат, не пытаясь даже вызнать, зачем Элии испрошенное.
  Захочет, потом сама расскажет, заодно повод заглянуть на бокал вина выпадет. Не захочет, расплеталочек можно будет допросить. Впрочем, вряд ли принцессе демоны понадобились для игры в пятнашки. Все опять для миров и ради миров, во исполнение очередной миссии Триады.
  Пара Пожирателей Душ замерли статуями, пожирая преданными взглядами Высочайшую, спокойно вызывающую себе демонов на подмогу. Теперь малейшие сомнения в успехе миссии их оставили. Желай Высочайшая их убить, даже не стала бы вызывать на поединок, выпила так. Но раз интересовалась их мнением касаемо преобразований душ, значит, воистину собиралась действовать.
  - Ложитесь, так будет удобнее, - предложила богиня и даже пояснила необходимость вызова демонов. - Эти тварюшки очень полезны, когда нужно придержать расплетаемые нити или сплести их по образцу. Ими манипулировать удобнее, чем щупам силы.
  - Как будет угодно Высочайшей, - покорно согласились двое и вернулись на ложе. Лишь блондинка почти робко уточнила: - Будет больно?
  - Больно? Нет, - качнула головой принцесса и призвала свою силу, начиная работу. Джея гнать или изолировать не стала. Во-первых, все равно не уйдет, во-вторых, пусть смотрит, и либо начнет разумно опасаться, либо окончательно всякий страх потеряет. И тогда уже она будет держать контроль за обоих сильнее.
  А дальше были стоны, крики, сорванные до сипа голоса, порванные в пароксизме бесконечного наслаждения ошметки постельного белья и сосредоточенно работающая пятерка: четыре демона бездны и Джокер Творца. Элия теперь разбиралась в структурах душ не хуже Сил Исцеления и смогла, действуя максимально четко, переплести, внося изменении в плетения пары за какой-то час. Два свежеиспеченных обычных вампира, остались безмятежно почивать на ложе. Зато сама кровать была перенесена принцессой в безымянную пещеру средь конгломерата темных миров. Пусть странствуют и сами прокладывают дорогу своей судьбы и платят по счетам, накопленным за тысячи лет. Впрочем, эти двое не были бездумно сеявшими боль монстрами. Сбор энергии с алтарей давал им возможность пользоваться своим страшным даром, не распуская нити чужих душ ради утоления голода массово. Разумеется, вовсе не из нелепого милосердия, а скорее потому что оба хотели жить и были чрезвычайно заняты друг другом, чтобы отвлекаться на забавы с посторонними. Схожесть их душ была почти равна половинкам.
  Утомленные, но сытые расплеталочки отправились назад в Бездну. А Джей и Элия остались вдвоем в хрустальном гроте.
  - Понравилось? - утомленно уточнила у принца богиня.
  - Спрашиваешь! - выдохнул принц. Отлипая от стены, где сидел все это время, почти не дыша. - Заводит неимоверно. Поиграй со мной в ужасно-прекрасную пожирательницу и жертву. А то я чище Нрэна буду вместо тарана все сносить.
  - Вот как? - уголком губ улыбнулась Элия. Джей в очередной раз ее удивил, не кинувшись в крайность, но оставшись верен себе в тяге к острым ощущениям и запретным удовольствиям.
  - Вот так, - согласился принц, взмахом руки создавая точную копию отбывшего в неизвестном направлении ложа. Плюхнувшись на него, принц раскинулся морской звездой.
  - Путы из силы взметнулись жгутами, фиксируя жертву, одежда слетела ворохом осенних листьев. Обнаженный и жаждущий бог предстал перед возлюбленной.
  Он снова хотел жесткой игры, жаждал ощущать полную власть над собой, тонуть в ощущениях бесконечного блаженства и покоряться, поскольку до демонов опостылело ему за века лишь покорять и властвовать. Но такой, какой хотелось бы сдаться, не было. Кроме той, что ныне разделяла с ним ложе, нет и не было никогда.
  Губы богини коснулись его шеи, язык лизнул кожу, зубки чуть-чуть прихватили складочку и сжались.
  - Мучительница, - выгибаясь, требуя большего, как можно скорее, простонал принц.
  - Разумеется, - мурлыкнула Элия. - И ты сам пожелал всего и так.
  - Сам, - выдохнул Джей. - Отымей, распни, выпей меня, любимая.
  - Часто так нельзя, - предупредила принцесса и отпустила силу, вонзая клыки. Душу и силу принца спеленала суть темного дара богини. Каждое касание было, как ожог и невыносимое блаженство одновременно, которому принц сдавался, раскрываясь с жадным восторгом.
  Много позже Джей уточнил:
  - Почему нельзя?
  - Нити плетения души ослабеют.
  - Но изредка? - жадная надежда всколыхнулась в голосе азартного бога.
  - Изредка даже полезно. Плетение становится гибче и прочнее. Его уже не перервать никому, - порадовала принца богиня.
  - Кайф, - блаженно прижмурился принц и тут же вертикальная складка прочертила лоб, а гусиные лапки морщин сложились у вечно-лукавых ярких глаз.
  - В чем дело? - четко уловила смену настроя Элия.
  - Я никогда не смогу доставить тебе равное удовольствие, любимая, - горько констатировал Джей.
  - Какая чушь, - качнула головой богиня. - Ни один вампир, какой бы породы он ни был, сейчас не сможет зачаровать меня, а, следовательно, и доставить удовольствие. Что же касается тебя, все иначе. Ты великолепный любовник, мой драгоценный. Твои крики и стоны, твоя жажда наслаждений, фантазия и готовность к любым экспериментам заводят стократ сильнее любого темного дара Пожирателя Душ. Ты - идеален для меня именно таким, каков есть.
  - Это ты меня утешаешь или хвалишь? - вскинул бровь Джей.
  - Констатирую факт, - пояснила с загадочной улыбкой принцесса, прищелкнув пальцами.
  Любовники снова оказались одеты и очень вовремя, потому что в грот с окончательно снятой защитой телепортировались Гор с Мирабэль.
  - Не делай так больше без предупреждения! - пробурчал Связист, испуская вздох облегчения. А то я даже подключиться сюда не сразу смог, уж больно парочка Пожирателей прятаться наловчилась.
  - Как получится, меня ведет удача, я следую за ней, - беспечно повел плечом принц, не испытывая даже проблеска угрызений совести.
  - Здорово ты с расплеталочками работать наловчилась, - оценил работу сестры герцог. Трансляцию развлечений Элии Связист, понятное дело заблокировал, чтобы в очередной раз не смущать Бэль. Герцогу-то все равно. Он в такие игрушки не играет.
  Элия царственно кивнула, принимая заслуженный комплимент, а Мирабэль задумчиво спросила:
  - Как думаешь, куда они теперь?
  - А что - я? У нас Привратник рядом, его и спрашивай. Любые дороги - его прерогатива, - мячиком перекинула вопрос богиня.
  - Правда, что ли? - вслух задумался Джей, наморщил нос, глядя куда-то вглубь ли себя, то ли в пространство, и констатировал:
  - В темные миры подались. Может, и выживут. Веером дороги раскинулись. Как по счетам платить решат: все разом или с отсрочкой, так и карты лягут. Души-то чернющие, поневоле сутью замаранные. Хотя... эта парочка так жатву собирала, чтоб меньше до донышка выжирать.
  Джей замолчал, кажется, сам удивившись своим выводам и нежданной проницательности. А потом задал быстрый вопрос:
  - Это я теперь из-за тебя такой крутой стал?
  - Из-за себя, - поправила его Элия. - Но быстро крутой, пожалуй, да. Сила пляшет, зовет, манит, ты тянешься и растешь.
  - Миакран ты наш, бесценный, - походя, подковырнул шулера Элегор, намекая на скорость роста бога, аналогичную ценному ядовитому растению.
  - А что? Я такой! - гордо согласился принц, демонстративно приосанившись и стукнув кулаком в грудь. Прыснула в ладошку Бэль.
  - Мир вы вскрыли, силы течет свободно, структура сама выправиться, только теперь кому-то хорошо по окрестностям прогуляться, кое-где течения и узлы вручную поправить, - подвел итоги Связист, закончив гоготать. - Отправитесь? Вещи я ваши с постоялого двора прихвачу.
  - Отпуск закончился, пора с делами разгребаться, - догадался Элегор.
  - Как бы да, - со вздохом согласился Туз Сил, и сам жалевший, что не может дать друзьям возможности отдохнуть за маленьким приключением побольше.
  - Работаем, - кивнула Элия, понимая, что капризничать им всем невместно. Мог бы Связист дать еще чуток времени, сам бы тишком с Силами Времени перетер и отпуск продлил.
  Реальность мигнула, смещая четверых. Каждого по своему вектору. Элегора и Бэль - вечных странников - ждали дороги миров, призывающие к себе джокеров и те самые узлы силы для коррекции вручную, Джея накопившиеся задания по профилю, а старшую из принцесс родной Мир Узла.
  - Гм, Элия, - кашлянул Связист, перенося богиню в покои. - Там Колебатель просил тебя о разговоре, как только ты сможешь ему уделить несколько минут.
  - Прямо вот так вежливо? - почти удивилась богиня.
  - Он явно не в себе был, - поддакнул Туз Сил. - Выглядел так, будто его в стиральной машинке убро-мира стирали.
  - Что мокрый? И в пене? - фыркнула богиня, щелком пальцев меняя одежду на домашнее платье, уместное для аудиенций.
  - Не, насчет пены не скажу, это уже бешенством попахивает, но ты меня поняла, - хмыкнул Связист.
  - Поговорю. По временным рамкам меня для начала сориентируй.
  - Тут трое суток, в Мэссленде семь. Тиль и Ятринк на экскурсию в лесок сходили. Рэфов пацан пищит от восторга.
  - После такого леса для ребенка с его даром это нормальное состояние, - по-доброму улыбнулась Элия, вспоминая светящиеся истовым восторгом глаза Ятринка, сына Итварта, побывавшего в первый раз на экскурсии в Хидиар - гигантском живом камертоне, отвечающем за гармонизацию струн Мироздания многих Уровней. Что Плетущие Мироздания, даже сама принцесса, когда однажды ступала под своды великого леса прониклась торжественностью звучания музыки сфер, постигая суть гигантского камертона Вселенной. Эту память, как святыню бережно хранила ее душа, несмотря на то, что визит в лес был сопряжен с многими опасностями и спокойным не выдался. Их тогда к герцогом Громерданом пытались убить не раз и не два.
  - Ага, - согласился Связист с подругой. - Гор и Бэль того же мнения.
  - И с этой информации нужно было начинать, выводя гипотетические причины состояния Колебателя, - отстраненно, (похоже, уже опять анализировала несколько десятков информационных потоков), указала богиня.
  - Надо, но не интересно. Как же интрига и загадка? - завздыхал Туз.
  - Я не Кэлер, потому промолчу в ответ, - хмыкнула богиня, цепляя защитный покров.
  Связист заржал, как жеребец, сходу догадавшись, какую грубоватую шутку про 'как' и 'верх' имела в виду богиня. А Элия прошла в кабинет и опустилась в рабочее кресло.
  - Кстати, почему ты нам всем об этом не сказал? Куда так торопился Гора с Бэль сплавить?
  - Все-то ты знаешь, - снова вздохнул Туз, признавая проницательность подруги.
  - Да-да. Я вижу всех вас насквозь и на три метра по окружности, - вспомнила и перефразировала богиня старую шутку, побарабанив острыми ноготками по подлокотнику рабочего кресла. - Ну?
  - Разумный вулкан за пару миров от закапсулированного Пожирателями от избытка прилившей силы проснулся. Мог с пяток миров лавой затопить, пеплом засыпать. Он прикольный, жалко губить... Элегор ему сыграет, чтоб рвение направить в нужное русло. Огненным саламандрам и демонам лава-то в кайф будет. А там он после путевой песенки и заснет снова под колыбельную.
  - И Бэль тебе там тоже срочно понадобилась для контроля, чтобы ареал демонов и саламандр не расширился чрезмерно, увлекись наш бесценный шальной джокер интересной формой опасной огненной жизни, - проницательно продолжила за друга Элия.
  Связист коротко хекнул. Чего возражать и изворачиваться? С богиней не пройдет, сама все видит, знает, чувствует и если сочтет нужным, шеи намылит обоим: и Тузу Сил и Джокеру, еще и Бэль достанется за потворство и попустительство. Джокеры все без исключения являлись натурами творческими и порой удержу в своих творениях не знали. Бэль сдерживала суть богини милосердия, Элия же руководствовалась логикой. И умела осаживать не только себя, но и других, наступая на горло неистовым желаниям.
  - Ладно, включай Громердана, - оставила допрос соратника богиня.
  И Связист развернул экран заклинания связи. Герцог был не в кабинете, допросной или ином официальном месте, приличествующим непоколебимому Колебателю Земли. Он возился со своими громадными псами на псарне, осматривая щенков. И, правда-правда, на губах бога блуждало нечто напоминающее улыбку. Элия мысленно усмехнулась: А улыбался ли этот тип когда-нибудь хоть одной женщине с той теплотой и открытостью, каковой удостаивались его псы? И сама же себе ответила: вряд ли. Эти здоровенные широколобые, большелапые, рослые и клыкастые твари были единственными, кому Громердан доверял настолько, чтобы открываться. Даже с Элией в минуты их близости древний герцог таким не был.
  - Прекрасный день, герцог, вы просили о разговоре? - начала Элия.
  Улыбка тут же вылиняла с лица мэсслендца, он бережно положил щенка на землю, к терпеливо ожидающей матери и перенесся в кабинет.
  - Прекрасный день, леди Джокер.
  Герцог опустил взгляд, и тут же решительно поднял его на принцессу. Чувствуется, его безумно раздражал 'коконообразный образ богини любви', но больше претензий он на этот счет не предъявлял. И безнадежность, стынущая в его глазах, и вина явно не имели ничего общего с чувствами оставленного возлюбленного.
  - Согласно договору я допустил в лес Хидиар тех, о ком вы просили.
  - И? - не поняла принцесса смятения герцога.
  - Я глубоко виноват перед вами, леди: допустил двух детей в опаснейший лес без сопровождения. Меня не извиняет то, что один из богов, Плетущий Мироздания, уже бывал там. Я забыл, каково это быть ребенком, слишком давно выросли мои собственные потомки. Не сопроводил, не дал исчерпывающих инструкций, неосмотрительно положившись на разум юнца.
  Кажется, герцог с трудом подбирал слова и готовился понести некое ужасное наказание. Если бы Элия уже не успела получить доклад от Связиста, то, пожалуй, занервничала. Вместо этого богиня недоуменно нахмурила брови и вежливо уточнила:
  - Что вы имеете в виду, герцог?
  - Смотрите сами, моя богиня, вот что выдала паутинка слежения на Хидиаре, - выдохнул Громердан и перебросил принцессе образ.
  Сумерки сгущались над Хидиаром. Толстые струи тумана плавно скользили между гигантских, свитых из множества толстых стволов деревьев, ветви которых начинались высоко над землей и терялись в невообразимой вышине. Царила тишина, только изредка слышались потрескивания и шорох опадающих или трущихся друг об друга чешуек, защищающих плоды леса - кристаллы, именуемые в Мэссленде кристаллами неодолимой дремы, но на самом деле имевшими совсем иное предназначение.
  Ни листьев, ни травы в этом лесу не имелось, животных тоже не водилось. Но Хидиар воистину был жив, только совсем не так, как иные другие леса, потому что предназначение его было иным.
  В туманных извивах на малой полянке телепортации, свободной от корней и чешуек возникло две фигуры. Первая - повыше - юноши, очень похожего внешне на учителя воинских искусств принцессы Элии - Итварта. Только никогда у невозмутимого воина не было такого сверкающего вдохновенно-одухотворенного лица. Вторым оказался уже знакомый принцессе мальчишка Тиль. Он сжимал ладонь Ятринка и, едва возникнув в круге телепортации, жадно завертел головой по сторонам. Зеленые глазищи ребенка была широко-широко распахнуты. Тильдерин благоговейно выдохнул:
  - О-о-о!
  - Ага, - исчерпывающе ответил Ят. - Это он, Хидиар!
  - Жаль, что Мелинду нельзя было привести, - вспомнил о сестре и пожалел мальчик, привыкший делиться с близняшкой всем.
  - Ты ей расскажешь. Другим богам, не Плетущим, нельзя ступать под своды Хидиара, - по всей видимости в который раз напомнил спутнику старший товарищ, как аксиому, не чинясь, без малейшего намека на избранность и чувство превосходства. Просто рыбе не дано парить в небесах. - Не жалей, будь она рядом, ты бы волновался за нее и не смог бы смотреть и слушать так, как должно. Мой отец тоже никогда не был здесь.
  - А мой был с дедушкой, говорил, это грандиозно. Я верил, но не понимал до конца насколько. Эта музыка - она, она такая...
  - Когда ей в унисон сверкают грани кристаллов, это еще более потрясает, - согласился Ятринк.
  - Жаль, что сейчас вечер, - вздохнул Тиль.
  - При свете звезд они тоже сияют, - мечтательно улыбнулся Ятринк.
  - Ух, ты! А можно я туман разгоню, чтобы послушать и посмотреть? - почти взмолился Тиль и, поймав ободряющую улыбку Ята, восторженно подпрыгнул, взял да махнул ладошкой. Не плетя заклинаний, маленький бог попросил и мир древнего леса откликнулся на его просьбу.
  Истаял туман, облака расползлись, ярко засияли на бесконечной чаше небосвода звезды. Зашелестели, раскрываясь чешуйки, заливая нежными хрустальными переливами все вокруг. И лес запел, зазвучал, грянул! Двое Плетущих слушали это пение, обхватив один из самых больший стволов вечного леса и ветви с сияющими кристаллами колыхались прямо над их головами, будто повинуясь взмаху невидимой режиссерской палочки.
  На этом запись, продемонстрированная Громерданом, обрывалась. Герцог молча ждал приговора суда.
  - Очаровательное зрелище, - тепло улыбнулась принцесса. - Связист докладывал об успешном посещении Тильдерином леса. Но я, признаться, не думала, что это будет столь завораживающе и величественно. Понимаю, что мое предложение может показаться не слишком тактичным, но, герцог, я прошу предоставить копию записи для учеников в нашей семье. Детям стоит это видеть, чтобы понять!
  Мэсслендец обратился в статую имени самого себя. Он не понимал, ничего не понимал, и богиня продолжила:
  - Могущество сияющего леса таково, что любое разумное создание из плоти и большинство Сил свело бы с ума, но Плетущие Мироздания - создания особенные. Для них пребывание в поющем Хидиаре лишь на пользу, стимулирует развитие дара и способствует более глубокому понимаю сути плетения и структуры Мироздания.
  Слова богини отзвучали, и Громердан почти обмяк в кресле. Предельное напряжение, с которым он пытался бороться на псарне, лаская псов, отпустило бога. Коротко стриженная голова склонилась и снова взметнулась:
  - Благодарю, богиня, за науку. Кристалл с записью, разумеется, ваш.
  - Примите ответную благодарность, - промолвила принцесса, и Связист споро прибрал к рукам бесценную информацию.
  - Прекрасного дня, герцог, - попрощалась богиня, развеивая заклинания.
  - Я в Королятник кристалл сброшу и приглашу Ятринка лекцию почитать с демонстрацией, - деловито прокомментировал свои действия Туз Сил.
  Элии оставалось только кивнуть. Она потянулась к папкам, высоким стопам бумаг, шкатулкам с записями посланий, скопившихся за пару дней отсутствия, и погрузилась в работу, параллельно слушая сжатый Связиста то том, что, где, как и почему.
  Спустя три часа перед богиней осталась пустая столешница. Она устало откинулась на спинку кресла. Предельная скорость нескольких мыслительных потоков нелегко давалась даже почти всемогущей женщине.
  Связист откашлялся где-то в пространстве над головой.
  - М? - выгнула бровь богиня.
  - Лейм и Нрэн ждут в гостиной.
  - Что-то случилось? - не испытывая интуитивной тревоги, почти лениво уточнила принцесса.
  - Соскучились, - односложно доложил друг.
  - Всего два дня, - повела плечами Элия, чуть нахмурившись.
  - Ты была вне границ Лоуленда, - объяснил Связист и, видя, что до принцессы не доходит, пустился в расшифровку:
   - Когда ты здесь, Мир Узла спокоен, это как нить основы в плетении. Она может быть вынута на миг-другой, но если будет отсутствовать дольше, все поползет по швам. Твои Тузы ощущают это особенно сильно.
  - Гор и Бэль почти все время пропадают в мирах, - резонно возразила богиня.
  - Вы сами выбрали такое распределение обязанностей, - буркнул друг. - Никто не неволил.
  Элии кивнула, оставляя спор. Туз Сил не обманывал. Она и в самом деле перестала ощущать себя комфортно, когда надолго покидала Лоуленд. Нет, она не тосковала по дому и родным, не стремилась к максимальному удобству и роскоши, бесконечные дороги миров влекли богиню по-прежнему. Но все было проще и сложнее одновременно: она просто чувствовала, где должна быть, чтобы было правильно. Значит и Лейм с Нрэном чувствовали то же самое, и нарушение привычного порядка вещей вызывало у богов безотчетную тревогу, густо замешенную на чувствах, питаемых к принцессе.
  
  
  Продолжение следует! Сейчас пишу очень мало, когда дети дома (карантин, даже погулять их не отправишь) - времени просто нет, сорри.
  
  
Оценка: 9.42*13  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Кутищев "Мультикласс "Слияние""(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) В.Касс "Избранница последнего из темных"(Любовное фэнтези) Т.Серганова "Танец с демоном. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) О.Гринберга "Ребенок для магиссы"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"