# "Где раки зимуют"

Аноним Флайф

"Когда рак на горе свистнет" - об очень малой вероятности наступления какого-либо события.

Мало кому сегодня известен изначальный смысл этого выражения. И уж, тем более, ОТВЕТ на этот вопрос! А я есть тот, кто является как-раз одним из тех, кому предначертано роком было ЗНАТЬ изначальный смысл этого выражения! Одно дело - узнать из рассказа, но совсем другое - постичь на собственном опыте! Вот как это стало реальностью. Когда-то мне попала в руки книга (что само по себе было огромной удачей) одного жреца старинного полузабытого служения балансу. Имя его неизвестно, однако приставка после него означает "Старейшина Пихты". Названия я не скажу, хоть и уверен, что отныне к книге есть доступ только у тех, кто действительно ГОТОВ узнать, что узнает. Так вот, из этой книги я узнал примерное месторасположение в нашем мире проекции пресловутой Кудыкиной горы, которую многие считают лишь чем-то шуточным. А однажды, путешествуя, я вдруг осознал, что та живописная земля, красотами которой я наслаждаюсь, И ЕСТЬ та земля, о которой я прочитал когда-то. И тут меня охватило любопытство, что с моего рождения толкало меня на безрассудные, но питающие воображение приключения. Что если НАЙТИ ту самую гору?! Что если ВЗОБРАТЬСЯ на неё?! Однако, точного месторасположения я не знал. Но мне и не нужно было его знать. Я её отыскал, ориентируясь на внутреннее чувство безпокойства, ощущаемое при взгляде на одну из гор, среди которых я осуществлял прогулку-экспедицию, и усиливающееся при мысли о восхождении на неё. Это чувство казалось мне не предупреждением, а маячком, ведущим меня, пожалуй, к какой-то ТАЙНЕ. Когда я стал взбираться на Кудыкину гору (а согласно книге Старейшины Пихты, её проекцию в привычном нам мире), я почувствовал необыкновенную легкость подъёма, будто гравитация здесь была какой-то иной, но, при этом, и тревога во мне усилилась, вот только я будто загипнотизировал сам себя, не позволяя ей меня остановить от подъёма.

И вот я поднялся. Воздух на вершине был иной, чем у подножья, и он весьма не соответствовал по своей разряжённости такой небольшой высоте. Только я стал обдумывать это, как почему-то потерял сознание. Проснулся я будто от дождя, моросящего по лицу. Но не было туч. Однако я чувствовал его. И я услышал свист. Свист, являющийся чем-то подходящим под это определение только в моём сознании, я, скорее, понимал это, чем воспринимал слухом, не знаю как. И меня поразило не это. Меня поразило воспомянание о том, как я в шутку высказал, что, если я и посещу места, о которых написано в книге Жреца, то "после дождичка в четверг". А ведь это был четверг. Тогда шуточная поговорка обрела серьёзный, тайный, мистический смысл для меня, а в сознании стал складываться пазл. И свист. Гора! И тут я вспомнил про рака. Я УВИДЕЛ ЕГО! Я не могу описать того, кто разговаривал со мной, так как не понимаю даже КАК проходил тот разговор, НО ОН БЫЛ, я просто ЗНАЮ это! Моему разуму и чувствам явился разум и явилось чувство, выражающие ВОЛЮ... Воля эта балансировала круговороты жизни, какой я её знаю. И я почувствовал: разум и чувства того/тех, что/кто балансирует волей течение жизни в её проявлениях, обращены ко мне. Я ЗНАЛ: я постигаю непостижимое для меня, потому, что я - тот, кто способен на это (почему? не знаю.) И пожелал этого в самой потаённой глубине себя. Так вот. Я знаю, что имя ему/им звучит на языке, привычном слуху этого мира, приблизительно так: "Ра-Акк". И он/она/оно/они сообщается с переменой времён года и как-то участвует в этом. Тогда-то меня и пробило открытием: вовсе не раки, а Ра-Акки ЗИМУЮТ,и НЕ ТОЛЬКО! Но украдкой подумав о том, ГДЕ, я получил ответ: вот этого, и прочего боле, мне нельзя пока узнать. Одно уже то, о чём я рассказываю, стало для меня тем, что кардинально поменяло моё сознание и осознание себя и восприятие. А рассказываю я это, так как не получается, пожалуй, у меня НЕ делать этого.