Флейм Корвин: другие произведения.

Земля 2252

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    [Ознакомительный фрагмент. Пролог и главы 1-3. Полностью на Author.Today ] Земля 2252 - эпоха после Третьей Мировой войны и Судного дня. Мир, расчлененный корпорациями. Планета четырех сверхдержав и одичалых остатков человечества за границами цивилизации. Андрей и Евгения Ливадовы, брат и сестра, вырваны из 2016-го в жестокий 2252 год. Они увидели новый мир, где человеческая жизнь ничего не стоит. Они никто. Оценки и комментарии оставляйте, пожалуйста, здесь.

  Пролог
  
  - Господин Воронцов! - старик с редкими белыми волосами склонил голову в почтительном поклоне.
  - Здравствуйте, Игорь Иванович, - майор Воронцов протянул для рукопожатия ладонь в тяжелой перчатке.
  Закованный в армейскую экзоброню, старший сын президента Корпорации, высокий и широкоплечий, казался огромным рядом с профессором Мартыновым. Почтенного академика тоже облачили в штурмовую броню, но, будучи ниже ростом, тот смотрелся не столь внушительно. Да и вообще Мартынов ученый, а не солдат, он бурно протестовал, не желая одевать экзокостюм. Однако профессора поставили перед фактом: или подчиняется приказу, или в Дикие земли не летит. Мартынов сдался. Впрочем, себе дороже перечить прямым распоряжениям наследника одной из четырех корпораций, что разделили меж собой Землю, Солнечную систему и человечество.
  Корпорация - это дом, это мать и отец, и каждый в Красном секторе принадлежит Корпорации. Гражданин - для Корпорации, Корпорация - для граждан!
  Владимиру Воронцову рассказали о попытке академика поспорить с капитаном Вариным, начальником вещевой службы базы. Глядя на профессора, бросившего очередной недоуменный взгляд на свою броню, Владимир непроизвольно улыбнулся. Говорят, у профессора злой, мелочный характер, но пока академик только забавляет
  - Прошу вас, профессор, не злоупотребляйте протоколом, - произнес Воронцов, мысленно пожелав, чтобы Мартынов принял его ухмылку за улыбку приветствия; не хотелось начинать знакомство с негатива. - Моя просьба касается и экспедиции. Меж нами достаточно называть меня по имени, а на борту - майором Воронцовым.
  - Почту за честь, - произнес профессор. Всецело поглощенный предстоящим событием, он не заметил невольной насмешки Владимира.
  В восемьдесят с небольшим старик выглядел бодро, лет на десять-пятнадцать моложе своего возраста, и сейчас волновался как юнец. Проект, который профессор вел четверть века, закрыли после первых положительных результатов. Это был тяжелейший удар для Мартынова, он пережил инфаркт. Все, ради чего жил и работал, потеряло смысл. Однако он не сдался, он дал бой бюрократии. Пришлось дойти аж до самого Вице-президента Ролова, но зато лаборатория продолжила замороженную программу. Сегодня важнейший этап возобновившихся исследований.
  - Гос... извините меня, Владимир, - осекся Мартынов. - Моих людей допустят к силовой установке? Я говорю о перелете и самом эксперименте. Признаться, мы крайне обеспокоены за наше оборудование, которое запитали от реактора корабля.
  - Не волнуйтесь. Я, как начальник экспедиции, отдал приказ не препятствовать вашим помощникам. Их могут в чем-то ограничить только после моего непосредственного распоряжения.
  - Благодарю вас, господин Воронцов, - сказал академик, - и простите старого профессора за забывчивость, но иногда я буду обращаться к вам по протоколу.
  Владимир поморщился. В армии протокольный этикет только мешает.
  - Скажите, на каких кораблях мы полетим?
  - Наши номера 042 и 043.
  Воронцов указал на пару выведенных из ангаров бортов с большими белыми цифрами на внешней обшивке. Малые десантные корабли одинаково хорошо подходили как для межпланетных переходов внутри Солнечной системы, так для полетов за периметр без выхода за пределы атмосферы Земли. Огневая мощь и две роты личного состава на двух бортах даже избыточны для короткого визита в Дикие земли, но иначе эту экспедицию не организуешь.
  Майор Воронцов и профессор направились к десантным кораблям. Мощные прожектора делали ветреную ночь днем, и на взлетно-посадочной полосе 10-го отдельного десантно-штурмового полка кипела жизнь. Механики и роботы-техники заканчивали подготовку к вылету.
  - Я читал отчет по заседанию закрытой комиссии Сената, которая заслушала ваш доклад, - чтобы занять время, пока идут к кораблям, Владимир продолжил разговор новой темой, - и, не буду скрывать, очень удивлен, что вы все-таки добились разрешения на эксперимент.
  - Если бы не личное ходатайство Вице-президента и вмешательство самого Президента, мне бы нипочем не удалось их убедить, - развел руками Мартынов. - При том, что исследования моей лаборатории имеют прямое и непосредственное значение для будущего Корпорации. Да что там... Речь обо всем человечестве! Американцы с европейцами тоже ведут работы моему направлению.
  - И японцы, - поправил Воронцов. Ему, как куратору нового совместного проекта Генштаба и Академии наук, за неделю с момента назначения пришлось изучить солидный объем информации: научной, разведывательной и аналитической. Почти всегда с грифом 'совершенно секретно'.
  Все четыре мировые корпорации активно продвигали разработки по варп-двигателям. Межзвездные перелеты - это пока еще мечта, но уже кажется вполне достижимой. Помимо прямых исследований велись десятки смежных. Одно из второстепенных направлений возглавлял профессор Мартынов, и он получил вполне конкретный результат. Обратный поток времени.
  В ученой среде цивилизованного мира давно говорили, что с началом эры варп-двигателей, искажающих пространство и время, путешествия в прошлое или будущее станут реальностью. Полагали, что сначала человечество доберется до чужих звезд, а потом откроются межвременные перемещения. Но все обернулся иначе. Сперва открыли обратный поток времени.
  Два года назад в лаборатории под Новосибирском группа ученых под руководством профессора Мартынова экспериментально доказала возможность путешествия в прошлое. Результаты сверхсекретной работы потрясли высшее руководство. Как полагали, открылось грандиозное окно возможностей, но очень скоро первоначальная эйфория сошла на нет. Эксперименты продемонстрировали, что играть с прошлым крайне опасно: любое вмешательство в былое делает настоящее непредсказуемым, и спустя полгода исследования свернули.
  Но, когда Президент получил информацию, подтвердившую, что в Синем, Белом и Желтых секторах также ведутся активные работы в области обратного времени, и американцы уже получили первые результаты, профессора Мартынов незамедлительно вызвали в Красноярск на закрытую встречу с Владиславом Воронцовым.
  После общения с Президентом исследования продолжились, однако с существенным ограничением. Со строжайшим запретом на перемещения в прошлое! Только без экспериментальной практики работа основательно забуксовала. Тогда Мартынов подготовил новый доклад.
  Он представил программу, открывающую реальную возможность покончить с самым серьезным вызовом современности, на который до сего дня так и не удалось дать адекватный ответ - человечество стремительно вымирает. Сто лет назад впервые зафиксировали мутацию, убивающую функцию продолжения рода, и сейчас в Красном секторе и колониях каждая седьмая женщина не может иметь детей, и процент бесплодных растет с каждым годом.
  По прогнозам недалек тот день, когда воспроизводство человеческого рода будет возможно только искусственным путем, но это не лучшее решение. Дети, рожденные от тех, кто зачат в больничных палатах, почти всегда бесплодны. Генетический код человечества необратимо поврежден. Аналогичная ситуация в тройке других цивилизованных стран мира, как и в их инопланетных владениях. Средь одичалых тоже самое.
  Привлеченная Мартыновом группа биоинженеров убедительно доказала, что мутация зародилась в период Третьей мировой войны. Значит, нужно изъять генетический материал из прошлого, и это возможно. Если Корпорация обратит вымирание своих граждан вспять, то стратегия завоевания господства над цивилизацией обретет вполне конкретные очертания.
  - Кто наша цель? - спросил Владимир. Они прошли половину расстояния до кораблей.
  - Андрей и Евгения Ливадовы.
  Нетчип, вживленный в тело сына Президента, получил от Мартынова файл из архивов МВД за XXI век; они частично сохранились после гибели старой России. Нетчип передал данные по нейросети в мозг, который сформировал проекцию информационного окна, повисшую перед Владимиром словно в воздухе и видимую только ему.
  Воронцов синхронизировал свой нетчип с нетчипом профессора, и теперь они вместе изучали архивные данные. Евгения Константиновна Ливадова, уроженка города Ярославль, 1998 года рождения, и Андрей Константинович Ливадов, уроженец города Рыбинск, 1996 года рождения, пропали без вести при невыясненных обстоятельствах в ночь с 26 на 27 сентября 2016 года в окрестностях Ярославля.
  - Смазливая девчонка, - произнес Владимир, пролистывая старомодные фотографии. - Мы летим за ней?
  - Все так, Владимир Александрович, - забылся профессор.
  - Прошу вас, оставьте это, - напомнил майор. - Две тысячи шестнадцатый год. Вы уверенны, Игорь Иванович? До Третьей Мировой и Судного дня еще довольно далеко.
  - Уверен, - заявил Мартынов. - Вживление нетчипов производилось контрольным экземплярам из десяти разных веков. Умерли все, даже человек из середины двадцатого века. Их сознание не выдерживает вживления, полная аналогия с одичалыми. До закрытия исследований, не успели изъять представителя более поздней эпохи. Сегодня мы продолжим, и на этот раз все получится!
  - Полагаете, что с молодой женщиной из начала двадцать первого столетия выйдет иначе, чем с предыдущими объектами?
  - Да, и у меня есть основания так думать. Именно в этот период началось широкое проникновение сетей. В теории, её психика подготовлена к соединению с нетчипом. Поглядим, как выйдет на практике. Но, смею заверить, что две тысячи шестнадцатый год и начало Третьей Мировой - это по сути один технологический уровень, а первые нетчипы появились на второй год войны.
  Воронцов и профессор миновали линию из десантников. Старший оцепления отсалютовал майору.
  - Допускаю, что ваши предположения верны, - рассуждал вслух Владимир, когда они начали подниматься на борт МДК с номером 042, - однако ж одна, две или даже сотня наложниц не остановят вымирание. Потребуется тысячи и тысячи женщин, которые будут рожать. Вы предлагаете устроить вторжение в наше собственное прошлое?
  - Пускай об этом болит голова у Сената и Генерального штаба, - уклончиво ответил Мартынов. - Мое дело маленькое. Наука.
  Слова Игоря Ивановича позабавили Воронцова, и он не сдержал новой ухмылки. Академик добился возобновления замороженной программы, но сложности практического применения результатов своей работы предпочел взвалить на чужие плечи. Владимир подозревал, что ему отец и поручит проработку данного вопроса, раз уж назначил куратором проекта.
  Мартынов углядел улыбку начальника экспедиции, но предпочел сделать вид, что не заметил ни её, ни ироничного взгляда молодого офицера. За долгие месяцы после закрытия исследований и не на такое насмотрелся.
  Позади с шипением закрылся входной люк. 'Снимайте оцепление!' - сообщил через сеть Воронцов. Спустя секунду из штаба полка пришло подтверждение о получении команды и разрешение на взлет.
  - Если позволите, я выскажу свое мнение относительно вашего вопроса. Но предупреждаю, это всего лишь частные суждения старого профессора.
  - Извольте.
  - Известно, что архивы с персональными данными по гражданам России периода Третьей Мировой и Судного дня сохранились почти в полном объеме. Мы изымем нужных нам женщин, которые погибли при катаклизме, непосредственно перед их смертью, и дадим им новую жизнь в нашем времени.
  - Вы представляете масштаб и сложность подобной операции?
  Мартынов не ответил. Он хотел что-то сказать, но промолчал; наверно, собрался снова умыть руки. Дескать, давайте решать проблемы по мере их поступления. Владимир выругался про себя.
  Они прибыли в командную рубку, где размещалось одиннадцать человек: семеро флотских во главе с командиром корабля капитаном 3-го ранга Минкладзе и четыре офицера из управления роты. Всего двое лишних людей создали тесноту. В МДК свободное внутреннее пространство резали по живому.
  Капитан Минкладзе приветствовал старшего по званию и одновременно сына Президента. Затем доложил:
  - Взлет разрешен!
  - Взлетаем, - кивнул майор.
  Почти мгновенно появилось чувство полета. Воронцов смотрел на главный монитор командного отсека десантного корабля - они набирают высоту. За рабочими местами экипажа только старомодные экраны: считается, что они гораздо надежнее инфопроекций. А под мониторами - выдвижной дублирующий блок управления. Если нарушится связь нетчипа с системой корабля, команды будут подаваться клавиатурой и джойстиком; архаичными, но полностью рабочими.
  Владимир почувствовал, как закололи кончики пальцев, два удара сердца и это ощущение ушло. Сорок третий борт, идущий параллельным курсом, включил маскирующую завесу. Невидимая сфера окутала два судна. Хотя сорок второй ведущий, а сорок третий ведомый, но блок силовой установки на их МДК, питающий радиоэлектронное поле, переключен на оборудование Мартынова. Поэтому маскирующая завеса сорок третьего укрывает сразу обоих. Чужие спутники не должны засечь работу ученых.
  Скоро пара бортов вышла за периметр. Граница Красного сектора, который порой просто именовали Россией, осталась позади, они над Дикими землями. До мёртвого Ярославля сорок минут полета.
  ... - Посадка завершена, - сообщил капитан Минкладзе.
  - Первому взводу первой роты и первому взводу второй роты обеспечить круговую оборону, - приказал по каналу командной связи майор Воронцов. - Далее пятисот метров от бортов не отходить! Дроны и разведчиков в небо поднимать только после моей личной команды! Командиру первой роты майору Городничему принять общее командование в случае нарушения связи со мной.
  - Есть!
  - Теперь ваш черед, Игорь Иванович, - Владимир обратился к Мартынову.
  - Проводите к моим людям, - взволнованно произнес профессор.
  Воронцов отправил с академиком командира третьего взвода, а сам последовал в десантный отсек. Спускаясь вниз, он вдруг понял, что его бьет нервная дрожь. Через каких-нибудь двадцать минут оборудование Мартынова создаст энергетическую сферу, которая обратит время вспять. Вся материя в радиусе одного километра от их кораблей перенесется из 2252 года в 2016. После сигнала профессора взвод бронемобилей выйдет за границу невидимой глазу сферы и проникнет в пространство прошлого. Захватом объектов Воронцов решил руководить лично.
  Добравшись до десантной палубы, Владимир поприветствовал выстроившихся в линию бойцов. Майору подали его шлем. Щелкнув, он соединился с броней, выдвижной визор закрыл лицо.
  - По машинам! - произнес Воронцов.
  Система связи довела его команду до десантников, и взвод развернулся к пяти колесным броневикам. Владимир занял в головной машине пустующее место командира первого отделения. Ему передали крупнокалиберный штурмовой автомат.
  Трехстворчатый люк десантного отсека пришел в движение, впуская внутрь наружный воздух. На грунт опустились выдвижные сходни для выезда техники.
  - Вперед! - произнес Воронцов. Синхронизированный с экзоброней нетчип создал проекцию боевого интерфейса.
  
  Глава 1. Андрей и Женька
  
  Андрей Ливадов ударил по тормозам у старенького покосившегося бревенчатого домика, внутри которого гремела попса. Он примчался сюда после звонка сестры. Женька позвонила час назад и дрожащим голосом попросила забрать её с вечеринки.
  Женька - первокурсница. Летом окончила школу и поступила на истфак ярославской педухи. Она всегда хорошо училась, и дома никто не сомневался, что сестра после одиннадцатого класса продолжит образование. Не то, что он, оболтус.
  Сегодня днем она хвасталась, что идет с ребятами отмечать поступление. И, вот, в десять часов набрала его номер. Андрей услышал в телефонной трубке громкую музыку и испуганный голос Женьки, которая заперлась на кухне от какого-то сбрендившего Вани. Узнав адрес студенческой хаты, Ливадов прыгнул в машину и полетел на противоположный край города.
  Андрей пнул незапертую калитку и вошел в закиданный бычками двор. Дверь в дом также оказалась открыта. Внутри накурено, в большой комнате с надрывающимся музыкальным центром бухает студентура, а у закрытой двери слева сидит на корточках пацанчик в спортивном костюме и кепке. Типичная гопота.
  - Ты Ваня? - спросил Андрей.
  Парень встал, демонстративно осмотрел его с ног до головы и кивнул. Он был на голову выше щуплого Ливадова и гораздо шире в плечах.
  - Я. А че?
  - Кухня там?
  Снова кивок. Выглядел он не сильно пьяным.
  - Урод ты, Ваня.
  Резким движением Андрей захватил своей левой правую руку пацанчика, оттягивая того вниз, и правым локтем наотмашь вмазал по челюсти. Как учили на армейке. Гопник стек по стене на пол и отключился.
  Андрей прикоснулся к сонной артерии. Не переборщил ли он? А нет, Ванёк открыл глаза и начал полуосмысленным взором разглядывать обои на противоположной стене коридора. Все нормально с ним.
  Ливадов застучал кулаком до двери в кухню.
  - Женя! Открывай! Это я!
  - Ой! - сестра выглянула в коридор и испугано посмотрела на пацанчика.
  - Этот к тебе приставал?
  - Он самый. Ты его не убил?
  - Жить будет. Поехали.
  - Я не одна. Там со мной Маринка и Люся. Заберем их?
  - Хорошо. Давайте в машину.
  Андрей подмигнул пацанчику, который до сих пор сидел на полу. Он окончательно пришел в себя и затравлено, без недавней борзоты, смотрел на Ливадова.
  - Э-э-э! Че за дела?
  Четверо пьяных парней вывалились из комнаты, где играла музыка. Они, наконец, заметили, что у кухни происходит что-то не то.
  - Давайте, выходите уже, - сказал девчонкам Андрей.
  Сестра и её подружки выскочили в коридор и спрятались за его спиной.
  - Ты че! Телок наших забираешь?
  Ливадов расстегнул кожаную куртку и выхватил из плечевой кобуры травмат, нацелив его на малолеток. Неискушенный взгляд нипочем бы не отличил Макарыч от настоящего пистолета. Тем более что глаза пацанвы хорошенько залиты водярой.
  - Эй! Не шути! - кто-то из студентов, кажется, протрезвел.
  - А я и не шучу. Правда, Ваня?
  - Пусть они валят, на хер, отсюда! - крикнул братве избитый гопник.
  Они уехали. Андрей отвез пришибленных произошедшим подружек сестры по домам, и теперь они мчались к себе. Дом родителей находился за городом, уж три года как переехали.
  - Не реви.
  - Я не реву, - всхлипнув, ответила Женька.
  Захотелось выругаться, но он сдержался. Побоялся, что сестра вновь расплачется.
  Случившееся будоражило кровь. Такой дозы адреналина он не получал уже несколько месяцев. Эх... После подписания контракта его перевели в Дагестан в бригаду внутренних войск, а Дагестан означал спецоперации. Через два года службы на Кавказе Ливадов не стал продлевать контракт и уехал домой. Может, зря он ушел на гражданку? Работа охранником в супермаркете - совсем не то, о чем мечталось полгода назад.
  - Ты что творишь?
  - Не знаю. Задумался, - ответил сестре Андрей. Погрузившись в размышления, не заметил, что проскочил на красный свет светофора. Последний перекресток перед трассой был пуст.
  Или ну её, гражданку? Когда вмазал тому козлу Ване и утихомирил Макарычем четырех пацанов, ощутил себя, что называется, в своей тарелке. Тут или в бандиты подаваться, или в бригаду возвращаться.
  Ехали в тишине долго. Музыку Ливадов не включал, говорить тоже не хотелось.
  - Антоха звонил вчера.
  - Какой Антоха?
  - Ну, помнишь Антона? В мой отпуск приезжал погостить. Мы вместе служим. Точнее служили вместе, - поправился Андрей. - Я здесь, а он еще в бригаде.
  - А, - кивнула Женька, - вспомнила. Назад зовет?
  - Зовет.
  - И что думаешь?
  - Не знаю.
  Ливадов включил поворотник, съехав с трассы на второстепенную дорогу, которая вела к их поселку.
  - Давай заскочим к пруду?
  - Куда? - Андрей непонимающе посмотрел на сестру.
  В километре от села располагался большой пруд - излюбленное место отдыха местных. Летом там купались, а в остальное время года, когда ребятня не баламутит воду, можно и рыбку половить; зимой мужиков от лунок во льду не отгонишь.
  - Нет, - мотнул головой Андрей. - Что там забыла? Темень на дворе, и дорога к пруду вся разбита. Ну его, застряну где-нибудь или на брюхо сяду. У меня ж приора, а не отцовская нива.
  - Пожалуйста!.. - глаза сестры вновь заблестели. - Ничего ты не застрянешь. Дождей с лета еще не было. Ну что тебе стоит?
  Ливадов притормозил, чтобы не пропустить грунтовку к пруду. Он не выносил слезы в глазах Женьки, а та знает, на что давить. Включив дальний свет - на проселке он точно никого не ослепит, зато дорогу лучше видно - Андрей свернул на две раздолбанные колеи, которые повели его машину к Ведьминому пруду. Название хоть и стрёмное, но народу нравилось это место.
  - И чего тебя потащило туда? - процедил сквозь зубы Ливадов, объезжая очередную яму.
  Машина медленно переваливала через колдобины. Ветви елей едва не цепляли автомобиль. Андрей несколько раз успел пожалеть, что послушал сестру, но развернуться теперь можно только у пруда. Через пятьсот метров роща кончилась. Ливадов заглушил мотор у пологого песчаного берега.
  - Спасибо, - сестра чмокнула в щеку и выпрыгнула из машины.
  - Пожалуйста, - пробормотал Андрей и тоже вылез наружу.
  Рассеянный свет габаритных огней немного разгонял темноту. Холодно, блин. Андрей застегнул куртку и закурил. Здесь всегда ветрено, потому что вокруг слишком много открытого пространства. За прудом за нешироким редким перелеском начинались колхозные поля.
  Андрей оглянулся, не по себе ему что-то. Женька присела на корточки у кромки воды.
  - Матери позвони, - сказал он.
  - Ты ей говорил? - не оборачиваясь, спросила девушка.
  - Нет, конечно! Если она узнает про твои сегодняшние приключения, то, сама понимаешь, будет водить в универ за ручку. И забирать тоже!
  - Можешь принести телефон?
  - А ты не обнаглела?
  - Андрей, ну ты же все равно у машины стоишь. Не вредничай! Принеси, а?
  - Где он?
  - На моем кресле должен лежать.
  Ливадов выбросил недокуренную сигарету. Его проняла дрожь: то ли от порыва холодного ветра, то ли от нервного волнения. Все-таки мордобой взбудоражил кровь, а ведь думал, что после Дагестана ему все нипочём. Не ночная же поездка на безлюдный берег его тревожит? Андрей хлопнул по кожаной куртке, приятная тяжесть Макарыча немного успокаивала.
  - Держи вот, - Андрей протянул сестре мобильник и потянулся за новой сигаретой.
  - Сеть недоступна.
  - Возьми мой.
  - Твой тоже не звонит, - произнесла Женька, повозившись с кнопками несколько секунд, - У тебя же другой оператор?
  - Другой, - кивнул брат. - Ладно, помчали отсюда. Раз связи нет, надо ехать, а то мама волноваться будет.
  Андрей и Женька повернулись машине. Каким-то шестым чувством Ливадов заметил движение над ними. Что-то пролетело совсем рядом, и оно было гораздо крупнее любой птицы. Андрей резко вскинул голову. Рваные облака быстро проносились по темному небу, в прорехах мерцали звезды.
  - Андрей! - тихонько заскулила сестра. - Посмотри на пруд!
  Он перевел взгляд. Теперь его проняло страхом, Ливадову снова захотелось выругаться, но он смог лишь промычать что-то нечленораздельное и спрятать сестру за спину. Над поверхностью пруда метрах в десяти от них в воздухе висела темная человеческая фигура. Она была хорошо различима на фоне воды, хотя ночь скрыла большинство деталей в её очертаниях. Угловатые элементы черной экипировки, которые все же мог различить Андрей, шлем на голове, и неподвижные треугольные крылья, как у самолета, заставили подумать о пришельцах, сколь бы бредово это не казалось.
  - Давай к машине, - выдавил из себя Ливадов. - Только медленней!
  Непослушными негнущимися пальцами он расстегнул молнию на куртке, чтобы мог быстро выхватить Макарыч. Но внутренний голос подсказывал не спешить с травматом.
  - Стоять на месте! Не двигаться!
  Неожиданная команда громко прозвучала на ночном берегу, и Женька, которая сделала один шаг к машине, прыгнула к брату, испуганно уткнувшись носом в его спину.
  - Оставаться на месте! - снова, как будто из динамика, прозвучало в ночи.
  - Кто это? - прошептала Женька.
  - Не знаю, - хрипло ответил Андрей, - наверно, полиция.
  Он произнес явную глупость, чтобы хоть как-то успокоить сестру. Андрей слышал позади всхлипывание, еще чуть-чуть и Женька снова расплачется.
  - Нужно убираться отсюда, - произнес он. - Считаю до трех и отступаю к машине, а ты пятишься за мной. Поняла?
  - Поняла.
  - Раз, два, три...
  Звук стрельбы ударил по ушам. Человек с крыльями за спиной поднял руку с каким-то короткоствольным оружием и открыл очередью огонь по автомобилю.
  - Чтоб тебя! - Андрей толкнул сестру на песок и накрыл собой упавшую девушку. Женьку трусило, она тихонько протяжно выла.
  Ливадов осторожно приподнял голову и посмотрел на машину. Пули прошили капот, передние колеса, крыло и водительскую дверь приоры. Воздух с шипением вырвался из пробитых колес, передняя часть автомобиля осела на грунт. Заголосила и замигала оранжевым аварийная сигнализация.
  Темная фигура опустила оружие и неподвижно повисла над прудом. Андрей отодвинулся в сторону на полметра.
  - Ползи за машину.
  - Но он же...
  - Давай!
  Андрей полз за сестрой, не оглядываясь, и после каждого удара сердца ждал нового окрика или стрельбы, но на сей раз им позволили добраться до машины. Они спрятались за кузовом, прижавшись спинами к дверцам приоры.
  - Почему он не стрелял?
  - Не знаю, - Ливадов достал травмат.
  - Не стреляй в него! - прошептала Женька и вцепилась в левую руку брата.
  - Не буду, - пообещал Андрей. - Это так, на всякий случай.
  Макарыч против пистолета-пулемета, который изрешетил его авто - это, считай, ничего, но рукоятка травмата вселяла хоть какую-то уверенность. Ливадов встал на корточки и, приподняв голову над багажником, выглянул на пруд.
  Пришелец, как окрестил черную фигуру Андрей, подлетел к берегу и приземлился на место, откуда они только что убрались. Он чуть наклонил вперед шлем, как будто изучал песок под ногами, крылья за его спиной сложились.
  Ливадов оглянулся. От них до края леса столько ж, как до воды. У пришельца стопроцентно есть тепловизор, он потому и позволил укрыться за машиной, что все равно держит их в поле зрения, однако нужно бежать.
  Чуть шелестящий звук принес нового летуна, черная фигура приземлилась рядом с первой. Стрелявший из пистолета-пулемета пришелец ткнул рукой в сторону машины, словно указал на них в разговоре с прибывшим. Если удирать, то именно сейчас, когда летуны отвлеклись от них на несколько мгновений. Другого шанса может не представиться.
  - Мы... - Андрей осекся. У деревьев послышался новый негромкий шелест. Черная тень, третья по счету, перегородила путь к лесу.
  - Оставаться на месте!
  Как будто на зоне в рупор кричат! Не сдержавшись, Ливадов крепко выругался, он редко выражался при сестре столь часто. Но они, похоже, крепко влипли!
  Женька подвинулась ближе и прижалась к плечу брата.
  - Кто это? - вновь спросила она. - Инопланетяне?
  Ей на ум пришло то же самое, что и Андрею, но тот не спешил соглашаться.
  - Какие еще инопланетяне? - Андрей попытался взбодрить сестру. - Чего они тогда по-русски говорят? Это какой-то спецназ тренируется. Нам говорили о подобном, ранцы для полета или что-то типа того.
  Ливадов соврал. Но должно же быть разумное объяснение происходящему!
  - Попробуй еще позвонить.
  Сестра послушно достала из кармана два телефона. Они по-прежнему не могли поймать сеть. Женька шмыгнула носом.
  - Они отпустят нас?
  На этот раз ответа не последовало. Внимание отвлек нарастающий со стороны перелеска шум. Как будто ломались сухие ветки. Андрей посмотрел на летунов у пруда - те тоже повернули голову в сторону колхозных полей.
  Спустя несколько минут Ливадов понял, что слух не подвел его. К пруду подъехали бронемашины. Словно в каком-то фильме пять футуристичных броневиков, продравшись через перелесок, ворвались на освещенный Луной берег и рассредоточились вокруг пруда. Андрей не понимал, почему не слышит работу моторов. И отчего не светят фары и габаритные огни?
  Из бронемашин высыпал спецназ и деловито, без лишней суеты занял круговую оборону. Ливадов непроизвольно назвал прибывших спецназом, потому что они действовали почти также, как учили в бригаде. Он вновь подумал, что они напоролись на какую-то сверхсекретную спецуру.
  - Отойти от железа!
  Андрей поднялся и потянул сестру за руку. Они как в дурном, нелепом сне, но его машину расстреляли по-настоящему. Приказы нужно выполнять, особенно сейчас, когда к трем летунам присоединились тридцать человек.
  К ним направились четверо прибывших. Один из спецназовцев жестами заставил отойти от машины ещё дальше. Андрей хотел разглядеть лица неизвестных, но те были в глухих шлемах с черными прямоугольными стеклами на уровне глаз. Экипировка смотрелась очень необычно, как броня солдат будущего.
  - Кто вы? - выкрикнул Ливадов. Какого хрена они вытворяют?
  Женька опять спряталась за его спиной, ищет защиту.
  - Бросить оружие!
  Андрей повиновался. Русская речь и четкие команды вселяли надежду, что, в самом деле, напоролись на какой-то спецназ. Значит, их не убьют; так, задержат, промурыжат до утра, а после компенсацию за авто выплатят. Женька чуть высунулась из-за спины брата, страх немного отпустил её. Андрей решил еще раз спросить, что происходит, но в следующее мгновение увидел дуло поднятого пистолета.
  Спецназовец выстрелил. В грудь сестры вонзилась короткая тонкая стрела, длиной в ладонь, на хвостовике мигала красная точка светодиода. Женька вскрикнула, ноги её подкосились, Ливадов подхватил сестру, не дав её упасть. Женька часто моргала и, кажется, не могла произнести ни звука.
  Острый укол ужалил плечо. Через мгновение Андрей перестал ощущать собственное тело, он рухнул подмяв под собой сестру. Ливадова парализовало, он мог только шевелить глазами и поднимать или опускать веки. Он запаниковал! Отчаянно пытался дернуть хоть пальцем, но бесполезно. Рядом появились сапоги двух чужаков. Его подняли, понесли и кинули через задние дверцы в один из броневиков. Краем глаза Ливадов заметил, как в соседнюю машину бросили сестру.
  Андрей лежал лицом вниз, руки завели за спину. Послышалось, как неизвестные забираются внутрь, хлопнули двери. Появился тусклый свет. Ливадов видел ребристый металлический пол и сапоги одного из спецназовцев. С Женькой, наверно, то же самое. Суки! Что же происходит!.. Спокойно! Спокойно. Если не убили, то зачем-то они понадобились этим тварям. Только зачем?!
  Автомобиль тронулся с места. Также беззвучно, молчали и их похитители. Судя по всему, поехали по полям. Андрей ожидал немилосердной тряски, но подвеска гасила все неровности, словно по асфальту катятся. Хоть бы они застряли, твари!.. Ехали довольно долго, как броневик вдруг остановился. Андрея выбросили на сухую землю, и машина двинулась дальше.
  Андрей упал на бок и мог видеть, куда направились их похитители. Ливадов мысленно застонал. Им встретился не спецназ! Перед ним, в двух или трех сотнях метров стоял космический корабль. Андрей сразу подумал о темном объекте с мигающими сигнальными огнями и направленными в ночь фонарями именно как о космическом корабле. Он был слишком высок и массивен для самолета или вертолета и напоминал вытащенный на сушу корабль, только без палубных надстроек и со срезанной кормой. Один из внешних фонарей освещал три белых цифры на борту корабля - 042 и опознавательный знак. Темно-красное кольцо.
  В хвостовую часть корабля въезжали броневики. Ливадов вдруг понял, что его оставили одного. Пришельцы увозили Женьку. Андрею хотелось выть, но он не мог. Они похитили сестру! Лучше б его прикончили, но Женьку оставили в покое! Женька!..
  Последний из автомобилей скрылся внутри звездолета. Втянулись основания, по которым броневики въехали на корабль. Люк в хвостовой части звездолёта закрылся. Андрей отчаянно силился пошевелиться или хотя бы крикнуть. Зарычать! Хоть что-нибудь сделать! Но он беспомощней младенца.
   Загудели двигатели. Сопла в задней нижней части запылали оранжевым. Корабль с сестрой Андрея на борту поднялся в небо, а следом за ним ушел второй, точно такой же с номером 043, который был загорожен от взора Ливадова.
  Внезапно он понял, что снова может пошевелить рукой. Андрей дернулся и встал на колени. Неуклюже, тело еще плохо слушается его, но он снова может двигаться. Ливадов зарыдал, слезы потекли сами, он не хотел плакать, но не пытался остановить рыдание или вытереть влагу. Он не помнил у себя слез очень давно, наверно с младших классов; как же тоскливо на душе, пусто... Женька исчезла навсегда. Что с ней будет?.. Бедная мать, как её рассказать о случившемся?
  Пускай пришельцы говорили по-русски, но это не наши, не спецназ и не полиция. Таких летательных аппаратов нет ни у кого.
  Ливадов выдернул из плеча стрелу. Боль, пронзившая плечо, странным образом остановила слезы. Он поднялся, сжимая в руке короткий снаряд; размером с обычную шариковую ручку и иглой на острие наконечника. Лампочка не мигает. Это стрела - единственное, что может подтвердить его рассказ.
  Андрей достал мобильник. Сети по-прежнему нет. Нужно добраться до города, его сестра похищена - пришельцами или нет, но он поднимет на уши полицию, спасателей, скорую! Пожарных! Всех! Чтобы использовать даже мизерный шанс на спасение Женьки!
  Охватила злость. А может он насмотрелся слишком много фильмов и с перепугу спутал вертолет с космическим кораблем? Нет никаких пришельцев, и Женьку еще можно вернуть! Какого же он раскис и разревелся как баба?
   Он крепко выругался и оглянулся в поисках признаков жилья или дороги, и ярость вдруг ушла, сменившись на растерянность. Местность вокруг совсем не походила на окрестности Ярославля в двадцатых числах сентября.
  
  Глава 2. Другой мир
  
  Андрей вытер со лба пот. Нет, не может быть! Его везли в броневике от силы час, и они не могли уехать далеко, но он не узнавал родную ярославскую землю.
  - Меня зовут Андрей Ливадов и я не сошел с ума, - за произнесенным последовала трехэтажная брань.
  Кажется, помогло. Полегчало, твою мать! Андрей потянулся за куревом. Поднеся к сигарете зажигалку, обнаружил, что ко всему прочему трясутся руки. Так, спокойно, спокойно... Ливадов глубоко затянулся табачным дымом и еще раз внимательно огляделся по сторонам, насколько позволяла видеть ночная мгла.
  Его окружала высокая, по пояс, трава. Бесшумные бронемобили основательно промяли её колесами, а корабли пожгли соплами двигателей, но травы вокруг еще очень-очень много. Андрей находился на открытой местности; полная луна на безоблачном небе и ясная погода делали округу хорошо видимой. Впереди и слева угадывались островки из десятка деревьев каждый и, возможно, там вдалеке темнеет лес. Все бы ничего, только трава...Трава была сочной, напитанная соком, а воздух насыщен летними запахами.
  Спина взмокла - в куртке жарко. Ливадов снял её, оставшись в толстовке поверх майки, и ему не холодно! Но совсем недавно ежился от пронизывающего ветра у Ведьминого пруда, последние дни даже подмораживало по утрам. В который раз Андрей задался одним и тем же вопросом. Что, чёрт возьми, происходит?
  Ливадов присел на корточки и подсветил фонариком телефона ближайший кустик с тремя большими темно-синими бутонами, чем-то напоминающими тюльпаны. А вон еще цветы, уже другие, помельче. И еще! Андрей снова выругался. Эти растениям ему неизвестны, хотя в общем-то он и не силен в цветах, особенно в полевых, однако в конце сентября под Ярославлем цветы точно не распускаются.
  Где он? Андрей посмотрел на экран телефона - сети по-прежнему нет. Пережитое этой ночью рождало в голове самые дурные мысли. Могли машины, которые доставили их к звездолетам, отвезти столь далеко, что очутились в долбаной саванне где-нибудь в Африке?
  Ливадов заскрежетал зубами. Ну, бред же! Какая Африка? Только он уже видел космические корабли, так почему бы броневикам не проехать через портал на другой конец света или вовсе в параллельный мир? Теперь понятно, по какой причине мобильник не ловит сеть! Стоп! Стоп! Стоп!
  - Не торопись, паря, - самому себе сказал Андрей. - Может, все не так, как кажется на первый взгляд. Как там учил майор Толстосумов? Досчитай до десяти и хорошенько пораскинь мозгами.
  Андрей медленно докурил сигарету и, вынув её изо рта, долго и тупо разглядывал тлеющий бычок. Затем ткнул горячим концом в левую ладонь. Боль взбодрила, прогнала заторможенность.
  Снова посмотрел на телефон. Да, сети нет, но связь пропала ещё у пруда, когда это все ещё не началось...
  Далеко в темноте раздался протяжный вой. Волки! Андрей выпрямился, вслушиваясь в ночь - тихо, больше не слышно. Волки водятся и у них, сосед Петрович ходит на этого зверя каждую зиму. Может, он все-таки поблизости от дома? Может, есть какое-нибудь разумное объяснение цветам и резкому потеплению? В любом случае надо выбираться из этой глуши, нужно найти людей. Часы показывали половину одиннадцатого, время еще не слишком позднее.
  Только куда идти? Ливадов крутил головой, всматриваясь в темное небо. Он искал оранжевый отсвет, какой висит над любым крупным городом. Если Ярославль близко, то он поймет, куда направиться. Но в какую бы сторону Андрей ни обратил свой взор, небосвод везде одинаково черен.
  Плохо дело. Надо взобраться на дерево и хорошенько осмотреться. Вон в той небольшой рощице есть высокие стволы. Андрей зашагал к островку из деревьев, что угадывались в темноте метрах в двухстах от него. Он снова вслушивался в мир вокруг себя, стараясь уловить шумы цивилизации: гул моторов на автотрассе, гудок тепловоза или корабля, хоть что-нибудь говорившее о близости людей. Однако Ливадов слышал лишь звуки первобытного мира: крики ночных птиц, рычание невидимых зверей, стрекот насекомых. В ночи бурлила своя жизнь, и как он сразу не понял, сколь много животных скрывает мгла? Андрей ощутил себя одним единственным человеком среди десятков, а может сотен километров окружающего пространства.
  Но нет! Время для паники еще не пришло. Он шел к деревьям, снова и снова возвращаясь событиям этой ночи. Женька! Как спасти сестру, если он даже не знает, кто её похитил? Но он выручит малую, рано или поздно, либо сдохнет. Не отступит!
  И сперва нужно найти людей и разобраться, куда его занесло. Опять подумалось об одиночестве. О том, что он один на целой планете. Нет! Полная чушь! Все-таки сюда довезли на автомобилях, а не на звездолетах с номерами 042 и 043 и темно-красным кольцом на борту. Кто же они такие?..
  - Сука! - Андрей выбросил из себя короткое слово, как плевок. Чтобы изгнать упаднический настрой, что снова начал одолевать его.
  Брел к роще, понурив голову, и поднял взор только, когда приблизился к деревьям вплотную. Ливадов остолбенел, мысли снова смешались. Прямо перед ним к небу поднималась высоченная пальма. В Абхазии, где прошлым летом... А! Какая разница, что было год назад!
  - Твою ж! - Андрей даже потрогал дерево, дабы убедиться, что пред ним то, что он видит.
  Пальма! Хотя... Андрей пригляделся к кроне дерева. Перед ним высился четырехметровый папоротник - он узнал длинные ветви с характерными листьями. Вспомнилось, как школьная учительница говорила, что у папоротников не листья, а нечто иное, и приводила заумное название, которое, конечно же, забылось. Вайша или вайи, что-то типа того.
  В лесу у них полно папоротников, да и в деревне встречаются, но едва ли с метр вырастают. А здесь - три огромных папоротника; рядом с привычными осинами и берёзами. Как они вымахали в два его роста? Ливадов снова выругался. Впрочем, неважно каким образом в русской глубинке появились тропические растения... Или, наоборот, важно? Он запутался. Андрей провел ладонями по ёжику на голове и опустил на лицо. Он мял физиономию и тёр глаза, пока те не разболелись.
  Нет, это не окрестности Ярославля, и дураку понятно, что он далеко, очень-очень далеко от родных мест. Но где? Ливадов полез на самую рослую осину, раскинувшую лапы у края небольшой рощицы. Он поднимался наверх, пока ветви могли удерживать его вес без риска сломаться, и забрался довольно высоко. Отсюда открывался отличный вид на окрашенную в черно-серые тона степь и темный массив леса к югу от него. Андрей хорошо ориентировался по звездам и легко определил стороны света, однако этим рекогносцировка и ограничилась.
  Ливадова окружала лишь ночь, и ни одного огонька. Вокруг нет ни городов, ни деревень. Нет даже одинокой машины, которую он мог бы заметить по свету фар. Ни-че-го.
  Где он? Куда попал? Андрей не знал ответа, но это точно не его мир. Он в чужом, другом мире либо где-то очень далеко от дома. Ливадов спустился за землю. Что делать? Куда идти? Он еще раз с затаённой надеждой посмотрел на экран телефона - сети как не было, таки и нет, а заряда батареи только треть. Нужно выключить, чтобы растянуть время работы телефона, однако не решился отключать устройство. Вдруг пропустит звонок? Глупо, конечно.
  Он будет ждать рассвета, а потом определится, в каком направлении искать помощь. Андрей натянул куртку и уселся у осины, на которую только что залезал. Сложил руки на груди, опёрся спиной об ствол дерева и, сомкнув глаза, чтобы чуточку вздремнуть, вырубился до утра.
  
  Андрей продрал глаза. Свернувшись калачиком, лежал на траве; за ночь земля остыла, и он основательно продрог. На наручных часах 'Восток' начало восьмого, светает. Ливадов поднялся, вспоминая минувшие сутки, и покачал головой. Не верится, но вот они, три папоротника, и он рядом с ними. Случившееся не дурной сон.
  Включил экран телефона. Батарейка скоро сдохнет, а сеть так и появилась. Когда телефон вырубится, прервется последняя призрачная нить с его прошлой жизнью. Теперь, судя по всему, у него она совершенно другая, и в этой новой жизни есть только одна цель - найти и спасти Женьку!
  Андрей снова полез на осину, чтобы оглядеться уже при дневном свете. Вскарабкавшись на верхушку дерева, Ливадов разглядывал лес, и теперь не был уверен, что там вдалеке не джунгли. Андрей покосился на папоротники рядом с осиной и зло сплюнул. К лесу идти смысла нет, но тогда куда? Взор искал признаки людской деятельности: линии электропередач, шоссе или железку, мост, хоть какое-нибудь строение - однако ж ничего, ни одного следа цивилизации. Андрей крутил головой и силился отыскать хоть что-нибудь, но тщетно. Куда хватало взгляда, простиралась степь с разбросанными в травянистом море деревьями и кустарниками да изредка прореженная небольшими рощицами, а юг захватил лес.
  Ливадов спустился, спрыгнув на землю. Он проголодался, и очень хотелось пить, а еще понять, что же ему делать. Андрей двинулся в противоположном от леса направлении, на север. Шёл долго, уныло разглядывая однообразный пейзаж. Несколько раз замечал одиноких оленей. По крайней мере, так определил их для себя, когда они попались на глаза. Он слышал чье-то отдаленное рычание и шакалий смех, который возненавидел ещё в Дагестане; часто мелькали перед взором разномастные птицы.
  - Это не Ярославль, - постоянно повторял Андрей и ступал дальше.
  В руках появилась тяжелая ветка. Ливадов рассудил, что против серьёзного зверя, что может встретиться на пути, травмат мало поможет, а первобытная дубина лучше, чем ничего.
  Спустя час солнце начало припекать, и он снял куртку, а еще через один час изнемогал от жажды, горло пересохло. К счастью, мучения долго не продлились. Он нашел воду! Ливадов опустился на колени и, сцепив ладони, принялся черпать холодную воду из широкого прозрачного ручья. Он пил жадно, громко фыркая и разбрасывая брызги.
  - Как бы с собой набрать?
  Утолив жажду, Ливадов сидел на песчаном бережку, утыканном отпечатками звериных лап, и размышлял о ближайших планах. По виску сбежала струйка пота. Он посмотрел на часы - одиннадцатый час, скоро полдень, начинается самая жара. Лучше переждать зной в рощице, до которой на глаз две сотни метров. Спешить-то некуда, он вообще не знает, куда ему спешить.
  Роща была немаленькая, несколько десятков деревьев точно. Меж стволов рос густой кустарник, и по-хорошему не стоило переться туда - мало ли кто устроил там логово. Однако Андрея охватило безразличие, если его здесь растерзают, то так тому и быть. Только Женьку жалко...
  Андрей добрался до благословенной тени, хотелось растянуться на зеленой траве и заснуть. Да желательно, чтоб навсегда.
  - Раскис ты, братан, - невесело усмехнулся Ливадов.
  Андрей встряхнул головой. Нет! Он не сдается и не сдастся и будет переть по этой бесконечной саванне, пока не упадет. Спецназ непобедим! Вспомнилось, как сдавал на краповый берет. Тогда его не хватило на самую малость, он сошел на последнем отрезке, и долго потом жалел, что дал слабину. До самой гражданки. Теперь у него нет права на поражение. Они с Женькой выберутся отсюда, он вернется в бригаду и получит свой краповый берет!
  Злость, которая завладела Ливадовым, вернула силы и прояснила мозги. Он что-нибудь придумает, а пока надо отыскать еду. Андрей направился к кустарнику, на котором заметил крупные красные ягоды. Попробует их на зуб. Если вкусные, то скорей всего их можно есть. Есть, конечно, риск отравиться, но выбирать не приходится.
  Взгляд обнаружил, что за кустами что-то есть. Подойдя ближе, Андрей раздвинул листву и замер, не веря собственным глазам, а в животе стал холодный ком. В их деревне еще в советскую пору воздвигли монумент в память о Великой Отечественной. На сером граните выбили имена сельчан, которые ушли на войну и не вернулись. Была там и строка его прадеда - Василия Ивановича Ливадова.
  Андрей провел пальцами по буквам на камне. Он прочитал имя прадеда, сверху и снизу строки и других павших героев, его односельчан. Перед Андреем тот самый монумент, а, значит, он стоит посреди Лопыревки! В самом центре родной деревни!
  Он дома, под Ярославлем. Но как? Будущее? Параллельный мир?
  Ливадов отшагнул назад, пустым взором разглядывая гранит за зелеными листьями кустарника. Андрей закрыл глаза, заморгал. Если сошел с ума и все, что произошло со вчерашнего вечера, оказалось бы его воспаленным бредом... О! Это было бы прекрасно! Плевать на себя, зато с сестрой бы ничего не случилось.
  Позади раздалось рычание. Обернувшись, Андрей увидел, как полусотне метров из кустов выходят волки. Не думая, Ливадов отбросил бесполезную палку и, выронив снятую куртку, кинулся к ближайшему дереву, сработали инстинкты. В прыжке ухватился за толстую ветку и ловким движением затащил натренированное тело наверх, потом еще и еще. Он успел прежде, чем рычащие звери добрались до высоченной липы, на которой Ливадов нашел спасение.
  Его сердце бешено колотилось, мысли о том, куда занесло, отошли на задний план. Кабы волки нашли его совсем недавно, на открытой местности - то все, конец! Хоть в чем-то повезло за последний день. Андрей посмотрел вниз: десять серых хищников кружили под ветками. В этом новом мире волки не боятся человека. По меньшей мере, одинокого.
  Ливадов сощурился. А волки ли там? Один из зверей поднял морду, и Андрей отчетливо разглядел длинные изогнутые клыки, выпирающие из пасти. Как у саблезубых кошек! Да и размером они превосходят обычных волчар. Ливадов представил, что не успел добежать до дерева, и эти твари настигли его. Андрея передёрнуло.
  Почему-то подумалось, что саблезубые волки, как прозвал их Ливадов, надолго под деревом не останутся, но он ошибся... Андрей торчал наверху уже больше трех часов, зад ныл: толстая ветка, на которой он устроился, теперь казалась необычайно жесткой и неудобной. А волки преспокойно разлеглись на траве и ждут, пока он не свалится. Дождутся, суки! Бесконечно долго он на дереве не просидит!..
  Глянул на часы. Половина пятого, он на дереве уже полдня сидит! Попытаться пальнуть по волкам из травмата? Вдруг убегут? Андрей достал Макарыч и с сомнением посмотрел на него: против этих зверюг бесполезная пукалка, но хоть что-нибудь ведь надо предпринять.
  Что это? Ему послышалось? До Андрея доносился едва уловимый рокот мотора. Меньше чем в километре мимо рощи двигался уазик. Люди!
  Ливадов стащил толстовку и, размахивая ей, не жалея горла, заорал! Скоро его заметили, автомобиль повернул к роще. Он спасен! Машина, которая приближалась к деревьям, не слишком походила на козла, да и вообще модель была не совершенно не известна Ливадову, но какая разница! Волки исчезли, и Андрей торопливо спускался вниз, травмат заткнул за пояс.
  Джип, который остановился перед ним, имел трехдверный открытый кузов, лобовое стекло и дугу безопасности. На ней, поверх голов сидевших внутри людей, был закреплен тяжелый пулемет незнакомой конструкции.
  Из темно-зеленного автомобиля выпрыгнули трое. Четвертый, водитель, остался за рулем и двигатель он не глушил. Неизвестные были в камуфляже, чья расцветка тоже никогда не встречалась Андрею, зато вооружены были калашами - АК-74 с деревянным цевьем и прикладом. У всех троих в разгрузочных жилетах по десятку магазинов и две или три гранаты, нож. На левом плече каждого закреплена рация. На глазах тактические очки, головы обриты и без головных уборов.
  - Привет, мужики!
  Андрей улыбнулся и попытался состроить на лице максимально дружелюбное выражение. В ответ получил несколько прерывистых фраз на непонятном языке. Скорее на немецком, но Ливадов никогда не ладил с иностранными языками и засомневался. Точно только, что не на английском.
  - Не понимаю, - Ливадов мотнул головой. - По-русски говорите?
  Морды под масками переглянулись, и один из неизвестных снова обратился к нему. Вроде как повторил то, что сказал чуть ранее. Андрей пожал плечами.
  - Нет, не понимаю, - повторил он.
  Двое крайних вскинули автоматы и нацелились на Ливадова. То, что бы слева направил дуло калаша на оружие Андрея.
  - Эй! Вы чего? - Ливадов попятился и медленно поднял руки ладонями к чужакам. - Я безоружен. Это травмат!
  Тот, что стоял в центре, как будто бы понял его. Он шагнул вперед и забрал у Андрея пистолет. Неизвестный с мимолетным интересом оглядел Макарыч и спрятал его в кармане штанов, затем ткнул указательным пальцем к земле, пролаяв какую-то команду.
  - Я не знаю, - процедил Андрей. Сука! Травмат его! - Не понимаю я.
  Подошедший к Ливадову снова ткнул пальцем к низу и вдруг дернул за ворот майки и за ремень джинс.
  - Раздеваться что ли? - догадался Андрей. - Зачем?
  Один из чужаков передернул затвор, и Ливадов подчинился. Неизвестные без особых эмоций следили, как он стаскивает с себя одежду. Когда разделся до трусов, потребовали отдать часы, снять кроссовки и носки. Телефон, ключи и прочая мелочёвка уже лежали в отдельной кучке.
  Андрей потупил свой обозленный взор. Попал же он! Не к добру все это.
  У неизвестного, который забрал травмат, включилась рация. Он отошел, переговариваясь с кем-то, но ненадолго. Снова приблизился к Ливадову, кивнул и неожиданно ударил в солнечное сплетение. Задыхаясь, Андрей упал; пока хватал воздух, ему умело завели назад руки и замкнули на запястьях наручники.
  - Мразь, - едва слышно прохрипел Ливадов, когда дыхание восстановилось. Он попытался подняться, и его пнули тяжелым сапогом, опрокинув на траву. Встать не позволялось!
  Послышался звук мотора еще одного автомобиля - подъехал второй темно-зеленый джип с пулеметом, и там тоже находились четверо. Забрав одежду Ливадова, первые погрузились и укатили, а Андрей лежал у колес прибывшего автомобиля и ждал неизвестно чего. Из джипа никто не выходил.
  Ливадов попытался рассмотреть маркировку на шинах и обнаружил только черную резину без каких-либо обозначений. А ведь подумалось, что знакомый торговый знак вселит в него хоть какую-то надежду.
  Когда начало смеркаться, раздался гул моторов. Приближалась целая колонна автомобилей. Из джипа, наконец, вылезли двое. Они подняли Андрея, и он увидел десяток грузовиков неизвестной марки. Грузовики ехали в сопровождении еще пяти джипов - словно стадо коров и пастушьи собаки.
  Внешне грузовики походили на сто тридцать первые ЗиЛы. Первым шли два кунга - за кабинами размещались окрашенные в тот же темно-зеленый цвет каркасные фургоны. Кузова остальных восьми везли клетки с людьми. Каждый человек сидел в отдельной секции, руки раскинуты и прикованы к ржавым прутьям. Пленники - в основном мужчины разных возрастов кроме стариков. Последние два грузовика везли женщин и детей, тоже взаперти.
  - Что же это? - произнес Андрей.
  Все люди в клетках были раздеты, как и он. Кто они? Военная добыча? Рабы? И он теперь тоже раб?
  Андрея толкнули прикладом. Его погнали к грузовику в центре колонны; затолкали в тесную клетку, где можно было сидеть, только поджав ноги. Наручники сняли, а запястья вдели в кольца на противоположных сторонах секции. Щелкнули замки.
  - Как же так, - застонал Андрей.
  Все хуже! Только хуже!
  
  Глава 3. Собственность
  
  Ей бы завыть или заскулить, но Женька Ливадова не в силах даже промычать; она и пальцем не способна была пошевелить. Девушка могла лишь двигать глазами и моргать, часто-часто. Хоть бы расплакаться, но слезы так и не потекли из глаз.
  Мамочки! Как же страшно! Как же ей страшно! Почему эти военные напали на них? Куда её везут? Что с Андреем? Где он? Долго она будет парализована? А если навсегда? Нет! Они все-таки выдернут это из её груди!
  Если скосить глаза, то заметно мигание красного светодиода. Женька успела лишь вскрикнуть, когда тонкое жало кольнуло справа от сердца, и почти сразу перестала ощущать собственное тело. Андрей подхватил её, а потом упал сам. Их подняли и понесли в два разных автомобиля.
  Сперва её положили на пол, потом на колени двух солдат, сидящих спинами к борту машины. Напротив разместились ещё двое. Женька видела их неподвижные фигуры, полностью укрытые тёмно-зеленой броней. В неярком желтоватом освещении раскраска снаряжения казалась почти черной. Лица солдат спрятаны под черным стеклом шлемов, которые отдаленно напоминали гоночные. Только меньше размером и угловатой формы. Рядом в специальных креплениях справа от сидений стояли большие чёрные автоматы. Девушка не попыталась угадать, что это за оружие - она никогда интересовалась данной тематикой - только отметила, что автоматы какие-то массивные и тяжелые на вид. У Андрея на фотографиях из Дагестана были совсем другие.
  Внутри автомобиля все выкрашено в серо-стальные тона. По крайней мере, та часть машины, которую Евгения могла видеть. Стекол не заметно; наверно, её везут в армейском броневике - брат рассказывал про такие. Вроде бы, 'Тигр' называется.
  Она снова принялась осматривать солдата напротив, и вдруг подумала, что перед ней робот, и другие военные тоже роботы. А иначе, отчего они сидят неподвижными истуканами?
  Если бы она могла испугаться ещё сильней, то непременно бы это сделала. Только куда уж дальше? Но все равно очень страшно. С людьми хоть можно объясниться. Женька постоянно повторяла про себя, что это сумасшествие, это недоразумение скоро закончится. Военные расспросят её и поймут, что случилась страшная ошибка. Потом приведут брата, перед ними извиняться и отправят домой. Но что если перед ней роботы?..
  Нет! Нет! Быть не может! Таких роботов еще не придумали, а, если придумали, то инопланетяне. Ох, дура! Ливадова рассердилась на саму себя, и страх немножечко отпустил. Нет, не инопланетяне. Наши! Они ведь по-русски говорили. Скоро все образуется! Все будет хорошо!
  Только бы паралич прошел! Когда вспомнила о своей беспомощности, девушку вновь охватила паника.
  Ехали долго, и Евгения немного успокоилась. Машина, которая почему-то не гудела мотором и почти не тряслась во время движения, начала подниматься наверх; они куда-то заезжают. Вскоре остановились. Девушка краем глаза заметила, как открылись задние дверцы.
  Один из солдат на руках вынес Ливадову из машины.
  У броневика стояли двое в белых халатах и колпаках, на лицах маски. Рядом с ними каталка на колесиках, как в автомобиле скорой помощи. Солдат положил Женьку на прорезиненное ложе бледно-голубого цвета. Оно приподнималось под головой, и девушка получила возможность проследить, что делают с её полубесчувственным телом. Один из медиков выпрямил ноги, другой вытянул вдоль туловища руки.
  Все так же мигает красная лампочка на кончике стрелы, которой выстрелили в неё.
  Над запястьями и щиколотками щелкнули полукруглые стальные зажимы, туловище перетянули в трех местах ремнями. Глаза Ливадовой расширились, вновь стало страшно. Если бы она могла кричать и шевелиться, то завопила бы в полный голос, задергалась. Поверх лба встала дугоообразная металлическая полоса. Под ней можно приподнять голову всего на сантиметр.
  Что они собираются с ней делать?
  - Готово, - сказал один из медиков.
  Солдат кивнул тяжелым подбородком. Все-таки это был не робот. Военный отстегнул шлем от брони, продемонстрировав хнычущей про себя Женьки обветренное лицо и черепушку с коротким ёжиком. Её похитили все же люди, да и переговариваются они по-нашему. Это вселяло крохотную надежду, что все обойдется.
  Солдат вытащил из груди девушки стрелу с иголкой на конце, лампочка мгновенно перестала мигать.
  В ту же секунду Евгения поняла, что вновь чувствует себя. Пока не в полной мере, тело как будто онемело, но с каждой секундой сил все больше. Ливадова приподняла голову, насколько могла ограничительной дугой.
  - Вы... Вы... - вместо крика наружу вырвалось рыдание. Она всхлипнула и заплакала. Слезы душили Женьку, не давая сказать ни слова, а ведь хотелось выплестнуть из себя столь многое! Ей есть, что предъявить!
  Каталка тронулась с места. Поехала она сама, плавно и бесшумно. Один из медиков двинулся по правую сторону от девушки, другой позади тележки.
  - Лежи спокойно, - приказным тоном произнес неизвестный в белом халате, который шел рядом с её локтем, - и молчи, пока к тебе не обращаются. Ты никто!
  Внутри Женьки поднялась волна негодования. Её страх почти исчез, уступив место возмущению. Да они сами кто такие! Как смеют обращаться с ней, словно она буйно помешанная! Почему её связали! Она пожалуется! Самому президенту! В Москву поедет и все расскажет!
  - Вы... - но она вновь не смогла выдавить из себя что-нибудь путное. По щекам текли слезы.
  Ливадову везли вдоль бронемобилей, выставленных по два в ряд. Вокруг военные, такие же, как те, что похитили её и брата. Да то они, наверно и есть. Кстати, где Андрей? Почему его не видно?
  Каталка проехала мимо двух техников в синих комбинезонах с оранжевыми ставками. Обслуживающего персонала много; больше, чем солдат. И очень шумно. Они внутри какого-то большого военного корабля. До Волги от Ведьминого пруда и их Лопыревки далековато будет. Однако, когда везли на машинах, счет времени она потеряла.
  Мысль про то, что все окружающее - это большой корабль, окончательно успокоила Женьку. Такое крупное судно не иголка, а Волга не та река, где неизвестно кто может перевозить войска. Ливадова снова повторила про себя, что все образуется. Девушка даже улыбнулась: ей и брату обязательно выплатят компенсацию за похищение.
  Почти все внутреннее пространство корабля было окрашено в такой же серо-стальной цвет, как в бронемобиле. Под потолком проложены толстые чёрные кабеля. Через каждые три метра выпирают ребра жесткости, на них по три включенных фонаря. Вместе с верхними квадратными лампами они давали яркий белый свет.
  Женьке показалось, что они взлетели - вдруг появилось ощущение подъема над землей, и на несколько мгновений закололи кончики пальцев. Подумалось, что это все признаки скорого обморока. Корабль ведь не может летать, он плывет. Но она не хочет потерять сознание!
  - Кто вы? Куда вы меня катите? - Ливадова, наконец, смогла выдавить хоть что-то вразумительное. Говорить, говорить, говорить! Не дать себе отключиться!
  Но Евгению не слушали. Два медика не обращали на Ливадову никакого внимания.
  - Эй! Оглохли что ли! Я слышала, что вы разговаривали! И по какому праву меня задержали!
  Снова ноль реакции.
  - У меня дядя зампрокурора области! - соврала она. Сперва показалось, что очень удачно, но её все также не замечали. Тогда девушка завизжала! Громко-прегромко, что было сил!
  Тележка остановилась. Теперь-то их проняло! Ливадова смолка, чтоб перевести дух.
  - Ефрейтор, - произнес медик; тот, что находился дальше. - Действуйте!
  В руках второго появился шприц, и длинная игла вошла в плечо Женьки. Её укололи прямо сквозь одежду!
  - Что вы...
  Врачи и внутреннее пространство корабля поплыли перед глазами.
  
  Евгения очнулась, заморгала и шевельнула рукой. Она не связана!
  Девушка лежала на неширокой кровати. Откинув простыню, Ливадова села. На ней только белье - трусики-шортики и лифчик-топ. Белая хлопчатобумажная ткань приятна на ощупь. Подумав, что кто-то раздевал её, прикасался к ней, девушка покраснела: пока среди их с братом похитителей были только мужчины.
  - Где же Андрей, - вздохнула девушка.
  Из прежних вещей ничего не видать. Ливадова пробежалась глазами по обстановке скупо обставленной квадратной комнаты, метра четыре на четыре метра. Лаконичная конструкция приставленной к стене кровати напомнила больничную койку - без изысков. Четыре ножки, две невысокие спинки и рама. Пружинами раснатянута плотная материя, как на старых раскладушках. Девушка глупо хихикнула. Около кровати полукруглый столик и две табуретки, такие же строгие. Без лишних деталей; исключительно функционал, воплощенный в металл.
  На столике бутылка из жесткого прозрачного пластика и такой же стакан. Бутылка без этикетки и внутри, кажется вода. Как хочется пить! Евгения открутила крышку и, поднеся горлышко ко рту, вдруг замерла. Вдруг вода отравлена?
  - Ерунда! - отмахнулась от собственных опасений Ливадова. Если кому надо, убили бы уже давно.
  Девушка пила жадно, большими глотками, потом откинулась на подушку и провела ладонью по стене. Та была покрыта бежевой текстурной краской теплого оттенка. Над головой две плоские круглые лампы. Сейчас они выключены; наверно, потому, что хватало дневного света. Он проникал в комнату через широкое и высокое окно и стеклянную дверь напротив. А там, кстати, сад! Женька увидела, что снаружи много зелени.
  Но не выходить же на улицу полуголой! Неужели ей не оставили ничего кроме трусов и топика? Девушка пошлепала босыми ногами к двум дверям в стене справа от кровати. Ливадова довольно улыбнулась. Она легко подхватывала простуду, если ходила босиком по холодному полу. Тут он скорее каменный, но теплый, приятно ступать по такому.
  Двери были раздвижные. За правой обнаружился совмещенный санузел: душевая кабинка, умывальник, унитаз, стены под разноцветной красивой мозаикой. Левая скрывала просторный встроенный шкаф, размером с туалетную комнату, с огромным, выше женькиного роста зеркалом.
  Сам собой включился свет, и Евгения смогла хорошенько рассмотреть собственное отражение. Каштановые волосы обрамляли лицо с тонкими чертами. Она долго отпускала волосы до лопаток, любила подолгу расчесывать их, а сейчас они спутались и вообще в полном беспорядке, как у ведьмы. Косметики нет, кто-то умыл её, девушка снова покраснела. Заморгала большими глазами с длинными ресницами и повернулась боком. Чуть выпирающие скулы делали её похожей на татарку.
  Ливадова привстала на цыпочки, чтобы компенсировать недостаток роста. До метра с шестидесятью ей не хватало двух сантиметров, и поэтому она любила каблуки-шпильки. С ними Женька смотрелась куда как эффектней. Мама всегда говорила, что она тощая, но то, конечно, преувеличение. Не тощая, а стройная, даже не худая. У неё классная миниатюрная фигурка и при этом немаленькая упругая грудь. Девушка выставила к зеркалу попку. Та тоже, что надо. Подтянутая, без целлюлита.
  Что она делает! О чем думает? Евгения застыла, до неё вдруг дошло, что она строит зеркалу глазки. Её и брата похитили; где Андрей, не известно, а она... Как шлюха! Что вообще с ними будет?
  На перекладине висела одинокая вешалка с бледно-желтым халатом, под ним стояли тапочки. Ливадова сорвала халат, запахнулась в него и обулась. Что теперь? Надо найти кого-нибудь и потребовать ответа, что происходит!
  Наружная дверь бесшумно отъехала в сторону, как только Ливадова подошла к ней. Женька ошиблась, решив, что за окном сад. Она находилась на просторной лоджии с большим количеством декоративных кустарников в объемных горшках. Названия большей части растений не были известны Евгении, она узнала только розы. Однако не это сейчас волновало девушку.
  Подёргав ручку двери на стене слева, Женька убедилась, что та заперта. Получается, она здесь на правах заключенной в тюремной камере. Вдобавок над балконным ограждением полупрозрачная сетка. Она закрывала все открытое пространство и была заметна лишь с трех шагов. Наружу не высунешься.
  Вот только стоило ли туда выглядывать?
  - Где же я? - негромко произнесла Ливадова, прикрыв ладошкой рот.
  Глаза широко раскрылись от изумления, когда она увидела небоскребы. Высоченные, с острыми шпилями, пронзающими небеса. В архитектуре зданий из стали и стекла были сделаны акценты, которые создавали особое впечатление. Словно все небоскребы устремлены ввысь. Вот-вот оторвутся от земли и взлетят!
  Куда бы девушка не посмотрела - везде прекрасные здания со шпилями этого неизвестного её места под ярко-голубым безоблачным небом и потоки воздушных судов. А далеко внизу прямые зеленые проспекты. Женька видела парки и усаженные деревьями улицы. Других подробностей не разглядеть - её лоджия очень высоко. Женька боялась даже подумать, на каком она этаже.
  - Это не Россия, - негромко произнесла девушка, - такого города у нас нет.
  Сквозь сетку дул легкий теплый ветерок. Снаружи лето, а дома конец сентября. Нет, её точно вывезли в другую страну. Но кто? И...
  Женька пораженно смотрела на шпили небоскребов, мимо которых плыли маленькие точки. Несколько разнонаправленных потоков из летательных аппаратов; как будто к небесам подняли автомагистрали. Некоторые точки уходили вниз, другие, наоборот, поднимались к общему потоку. Ливадова не могла оторвать от взгляд от воздушных дорог. Это не Россия и даже не Земля. Либо совсем другой, но не две тысячи шестнадцатый год!
  Как? Почему?
  Сзади послышался чей-то разговор. Женька оглянулась. Дверь слева теперь открыта и через нее вошли двое в белых медицинских одеждах с высокими и строгими воротниками. Пожилой сухопарый мужчина с редкими седыми волосами и высокая крепкая молодая женщина с объемной грудью и широкими плечами. Её волосы были стянуты сзади в тугой узел.
  - Здравствуйте, Евгения Константиновна! - улыбаясь, заговорил старик; искренне, как показалось Женьке.
  Впрочем, добрый тон направившегося к ней человека не мог унять подозрительность Ливадовой.
  - Откуда вы меня знаете? - девушка вцепилась правой рукой в ворот своего халата, а левой обхватила живот. Она вдруг сильно разволновалась.
  - Об этом чуть позже, - врачи, как окрестила этих двоих Женька, приблизились к ней. Старик по-прежнему улыбался, а женщина хранила маску бесстрастности. - Меня зовут Игорь Иванович Мартынов. Я профессор Национального университета, в здании которого мы сейчас и находимся. Институт физики в городе Новосибирске
  - Новосибирск? - переспросила Евгения и задала вопрос. Нелепый, но он казался ей очень важным. - Вы по-русски говорите?
  Двое медиков недоуменно переглянулись.
  - Разумеется, мы же в России.
  - А там Новосибирск? - Ливадова махнула рукой в сторону небоскребов.
  - Именно так.
  - Какой сейчас год?
  - Две тысячи двести пятьдесят второй. Четырнадцатое декабря.
  Женьке захотелось лишиться чувств, и, чтобы все, что с ней случилось, оказалось лишь её воспаленным бредом. Чтобы, очнувшись, она лежала на песке у Ведьминного пруда, а Андрей испуганно тормошил её за плечи и говорил, что надо вызвать скорую.
  - Моя помощница Яна. Аспирантка нашего университета, - заговорил старик. - Первое время...
  - Нет! Подождите! - воскликнула Женька. - Я не хочу! Я не могу. Верните меня домой!..
  - Моя помощница Яна, - повторил профессор, - поможет освоиться на новом месте.
  - А если я не хочу! Я не буду здесь осваиваться, - Женька неожиданно почувствовала прилив смелости. - Не желаю здесь оставаться! Я ухожу! Немедленно!
  - Это невозможно, - Мартынов склонил на бок голову и пристально посмотрел на Ливадову.
  - Почему? - выпалила раскрасневшаяся от переживаний Женька.
  - Потому, - ответил Мартынов, взгляд его похолодел, сделавшись похожим на змеиный, - что отныне ты, Евгения Ливадова, являешься собственностью Национального университета.
  
  Продолжение на Author.Today
  

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ) А.Черчень "Дом на двоих"(Любовное фэнтези) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) В.Василенко "Стальные псы 5: Янтарный единорог"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темная Академия" Трансформация 4"(ЛитРПГ) Д.Маш "Строптивая и демон"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"