Фольмер Владимир Петрович.: другие произведения.

В Твоей руке ни мои

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 3.20*5  Ваша оценка:

Фольмер В.П.

В Твоей руке дни мои.

Полтава-Оффенбург 1991-2009. Cодержание:

Краткая автобиография.

Слово автора.

1. Вместо предисловия.

а) Этнометодология исследования истории российских немцев.

2. Хронология установления первых контактов между Россией и Германией.

3. Выход России в Европу. Первая волна переселения немцев в Россию при Петре-I.

4. Вторая волна масового переселения немцев в Россию при Екатерине-II.

а) Манифесты Екаатерины Великой.

б) Основание немецких колоний в России и освоение территорий:

в) причины эмиграции немцев Германии;

г) почему именно Россия; вербовка; условия;

д) прибытие на место; начало и становление; климат; почва;

е) конфликты с местным населением; самоуправление; успехи;

ё) зачем они были нужны России.

5. Немецкие колонии на Волге.

а) Строительство и архитектура.

б) Немцы Поволжья:

в) хозяйственное развитие;

г) немецкие колонисты в новых общественных условиях;

д) немецкий вопрос и пути его решения;

е) школа; культурная жизнь.

6. Российские немцы в первой мировой войне.

а) лояльное отношение; нападки в прессе; погромы4

б) законы о ликвидации.

в) период между Первой мировой и Великой Октябрьской

7. Октябрьская революция и российские немцы.

а) исторические условия после Февральской революции;

б) захват власти большевиками в октябре 1917 года;

в) первые органы власти; декрет о мире и российские немцы;

г) декрет о земле и российские немцы;

д) декларация прав народов России; декрет о свободе совести;

е) борьба большевиков за сохранение власти в 1918-1922 годы;

ё) последствия военного коммунизма для российских немцев.

ж) защита и сопротивление российских немцев (1917-1930 годы)

8. Российские немцы СССР в 20-е годы.

а) начало;

б) стремление к автономии;

в) на пути к автономии;

г) борьба с голодом.

9. Автономная Советская Социалистическая Республика немцев Поволжья-АССР НП.

а) правительство; конституция; территория; значение;

б) интернациональные связи; экономическое развитие;

в) АССР НП и "районизация; образование и культура.

г) Проблемы деструктурирования и социальной натурализации АССР НП.

10.Сталин и российские немцы.

а)Коллективизация; раскулачивание; голод 1932-1933 годов;

б)Сталинские чистки. Репресии против советских немцев дo начала массовой операции 1937 года.

в)Из истории "немецкой операции" НКВД 1937-1938 годов.

г)Красный тиран. Призрак ужасного грузина.

11.Германия и российские (советские) немцы.

а) Германия как жизненное пространство.

в) Веймарская республика и российские (советские) немцы.

г) Третий Рейх и российские (советские) немцы.

д) Пакт о ненападении между Германией и Россией.

е) Адольф Гитлер. Жизнеописание.

12.Нападение гитлеровской Гемании на СССР.

а) российские немцы в Великой Отечественной войне;

б) последствия немецкой оккупации для российских немцев;

в) депортация и спецпоселения советских немцев;

г) крах Третьего Рейха.

13.Послевоенное развитие до 1955 года.

а) спецкомендатура с 1945 по 1955 годы;

б) репатриация после войны;

в) новые места проживания;

г) распределение по местам проживания;

д) насильственная ассимилиция;

е) воспоминания свидетелей событий тех лет.

14.Российские немцы с 1956 по 1964 годы.

а) Реабилитация: трудный путь из тупика;

б) КГБ перед проблемой немецкой эмиграции. Эпизод 1957 года.

15.Российские немцы с 1964 года до перестройки.

а) Движение советских немцев за выезд в ФРГ.

б) Депортированные народы в Сибири (1935-1965 годы);

г) Сравнительный анализ.

16.Перестройка, гласность и российские немцы.

а) Горбачёв Михаил Сергеевич;

б) Перестройка, гласность и советские немцы;

в) Развитие общественного движения российских немцев в контексте российский государственной политики;

г) Основание Всесоюзного общества советских немцев Возрождение;

д) Роль и место общенациональных съездов советских немцев;

е) Автономия и эмиграция.

ё) О проекте концепции Федеральной целевой программы

"Социально-экономическое и этнокультурное развитие

российских немцев на 2007-2012 и до 2017 года".

17.Эмиграция российских немцев в Германию.

а) Российские немцы: образ Германии и интеграция в германское общество;

б) Переселение немцев с 1956 по 1998 годы;

в) Причины переселения российских немцев в Германию;

г) условия приёма.

.18.Новый старт в Германии с 1990 года.

а) ожидание; проблемы;

б) языковая интеграция;

в) жилищная ситуация;

г) профессиональная интеграция;

д) религиозная и культурная ситуация;

е) дети;

ё) молодёжь;\

ж) виды интеграционной помощи;

з) переселенцы в зеркале немецкой прессы.

.19.Заключение.

"В Твоей руке дни мои Псалом 30,16

Краткая автобиография

Я, Фольмер Владимир Петрович, родился 6 декабря 1945 года, в Пермской (бывшая Молотовская) области, Кизеловский район, Коспашский поселковый совет, шахта 32 "бис, в семье шахтёров-трудармейцев.

Мой отец, Фольмер Пётр Петрович, родился 8 апреля 1924 года, в городе Краснодаре. В 17 лет, в 1941 году, он был "призван в трудовую армию и направлен на Урал, на угольные шахты. Слово "призван я специально взял в кавычки, потому что на самом деле, Сталин просто упрятал немецкий народ в так называемую трудовую армию, а в сущности в те же лагеря тюрьмы и поселения. Но ведь это была советская коммунистическая страна и надо было всё обставить так, чтобы со стороны это выглядело пристойно и не вызывало подозрений у международного рабочего движения, руководство которым осуществлялось именно из Москвы. Призвать можно в армию, призвать можно к исполнению какого-либо долга, вот сталинская верхушка и придумала этот иезуитский термин для 15-17 летних парней и девчат: "подлежит призыву в трудовую армию, для оказания помощи в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками.

Призвать можно было только в 18 лет, даже тогда и даже в той стране, но никак не с 15-17 лет, вот и было официально объявлено о мобилизации в трудовую армию. На самом деле Сталину нужно было упрятать "пятую колонну то есть, немцев в глубь страны, подальше от фронтов. Он боялся, он не доверял своему народу, и не только немцам. Та же участь, только чуть позднее, постигла почти все народы страны.

Мой папа своих родителей почти не помнил. Своего отца он помнил плохо, моему папе было пять лет когда дедушка умер. Он умер от голода, в 1929 году в Краснодарском крае было голодно и чтобы прокормить своих четверых детей (три девочки и один мальчик) дедушка отдавал весь свой хлеб им, только отрезал себе тоненький кусочек и густо мазал его горчицей, это и явилось причиной его смерти. А бабушка наша умерла в 1931 году, когда отцу было семь лет. В этот год снова было голодно из-за того что весь хлеб колхозники сдавали государству и рабочим тоже мало чего доставалось. Мой отец был почти всё время голодным и бабушка чтобы его как-то поддерживать, до семи лет кормила его своей грудью, хотя и сама была полуголодная, наша бабушка тоже умерла голодной смертью. Отец только на всю жизнь запомнил и лишь однажды рассказал нашей младшей сестре, о том, как он всю ночь пролежал, не то дремал, не то спал под боком у мамы и никак не мог понять почему она такая холодная и молчаливая. Только утром он понял что его мать мертва. Бабушка перед смертью работала на военном заводе и когда она умерла отец стал сыном завода, так как никто не знал есть ли у него кто-то ещё из родных.

Ещё некоторое время папа оставался сыном завода. Профком завода ещё некоторое время одевал и обувал моего отца, пока не нашлась старшая сестра , наша тётя Маргарита, 1916 года рождения. Поначалу тётя Маргарита пользовалась тем, что о ней никто не знает и обувь, которую папа получал от завода и которая немного приходила в негодность и папе выдавали новую, она, подремонтировав её немного продавала на базаре и этим они и жили а потом завод отказался помогать моему отцу и он стал жить у своей сестры

Папа жил со своей старшей сестрой, две его сестры, немного старше его, попали в школы интернаты и с тех пор их следы затерялись. До самой своей смерти папа так ничего и не смог узнать о судьбе своих сестёр. Промелькнул как-то слух, что они вроде бы перед самой войной, как-то умудрились перебраться не то в Канаду, не то в Аргентину и больше о них ничего не известно. Когда стали забирать молодых людей от 16-ти лет в трудармию тётя Маргарита сделала отцу документы, что он родился в 1926 году, надеясь, что его, 14-летнего, не возьмут, но видимо у Сталина не хватало рабочей силы и правительство издало новый указ о призыве в трудармию с 14-летнего возраста. Так папа попал в трудармию на Урал на шахты, только он потом всё время шутил, что из-за своей сетры ему пришлось работать лишних два года до пенсии.

Мама, Фольмер (Прийс) Лея Давыдовна, родилась 6 января 1926 года в городе Гулькевичи Краснодарского края. Ещё перед началом войны мамину семью высылают в Дагестан, затем в ноябре 1941 года их семью снова высылают, но теперь уже в Казахстан, а оттуда маму и её сестру, Марию 1924 года рождения, отрывают от родителей и высылают на Урал, то есть "призывают в трудармию. Мама попадает работать на шахту, а тётя Маруся на лесоповал.

Там на шахте уже работал мой отец, там они с мамой познакомились, а позднее и поженились. Папа работал в забое, добывал пневматическим молотом уголь, а мама, запрягшись в вагонетку, гружённую этим углём, по штреку, на четвереньках, местами по пояс в ледяной воде, тащила её к главному стояку, а оттуда, уже лебёдкой, уголь подавался на гора.

До женитьбы папа жил в мужском бараке для трудармейцев, мама в женском. После того как они поженились им выделили "комнатку в семейном бараке. Это был такой же барак как и первые, только каждая семья отделялась от общей массы ситцевыми занавесками. В таких условиях мы прожили до 1948 года. В 1948 году моим родителям разрешили построить собственный дом, на окраине городка и государство даже помогло построить нам этот дом, но за это к нам "на квартиру подселялись бездомные трудармейцы, спецпоселенцы или освобождённые ЗЕКи.

С маминой стороны, на момент моего рождения, ещё был жив мой дедушка Давид. Когда в 1948 году родилась сестричка Лида, мама сообщила нашему дедушке, который жил на прежнем месте поселения: Кокчетавская область, Щучинский район, курорт "Боровое, о нашем рождении. Он так обрадовался, что захотел немедленно повидать своих внуков. Он собрался и поехал на Урал, но где-то под Омском, его сняли с поезда и вернули на место поселения, так как немцы ещё не имели права, без специального разрешения комендатуры, покидать места поселений.

Дедушка почти полгода ждал разрешения на посещение дочери и своих внуков, и когда он узнал, что разрешение наконец-то пришло и уже находится у коменданта, и комендант ему его завтра вручит, он был так рад, так счастлив, что его сердце не выдержало и он умер от инфаркта ночью (как тогда говорили от разрыва сердца), не дожив всего несколько часов до получения разрешения. Утром приехал комендант вручить это разрешение дедушке, а хаодно проверить остальных поселенцев, но было уже воздно, дедушки не стало. Комендант положил документы на грудь усопшего и сказал:

-Ну вот теперь ты можешь ехать куда хочешь.

Никто из нашей семьи конечно этого не видел, но очевидцы всё-таки есть, которые помнят об этом до сих пор. Двоюродный брат моей мамы Отто Вармке, который сейчас тоже проживает в Германии, рассказывал об этом нашей маме, а она уже рассказала нам. Вот и получается, что мы с сестрёнкой стали как-бы невольной, косвенной причиной смерти нашего дедушки. У мамы были ещё старшие братья и сёстры, из них тётя Маруся ещё жива и живёт в Германии, в Бремергафене, ей сейчас 85 лет.

Дядя Гильмар, старший брат мамы, всегда помогал и поддерживал своих сестёр, всегда старался, чтобы они жили где-то рядом, недалеко от него, После смерти родителей, он был сёстрам как отец. Наверное поэтому и наша мама всю свою жизнь мечтала, чтобы её дети всегда жили недалеко от неё. Но жизнь распорядилась по своему и её дети были разбросаны по всему бывшему СССР. Трое жили в Казахстане, двое на Северном Кавказе и я на Украине. Родители наши всегда старались жить с младшей дочерью, нашей младшей сестрой Раей. Сейчас родительская мечта сбылась, мы все живём в Германии: пятеро в Оффенбурге и средняя сестра в Гиффорне, только наши родители остались лежать на кладбище в Джигинке под Анапой.

Когда с немцев сняли комендатуру, дядя Гильмар первым поехал искать новое место жительства, место где бы компактно жили немцы, поэтому сначала он вернулся туда откуда они были выселены, то есть в Боровое, затем он вызвал и своих сестёр и они попытались устроить там свою жизнь. Позднее мы снова переехали на Северный Кавказ в Ставропольский край, оттуда снова в Казахстан, но уже в Чимкентскую область и уже к концу своей жизни мои родители переехали в Джигинку Анапского района Краснодарского края, но, как мой папа говорил, везде было хорошо там где нас нет.

В 1952 году, ещё на Урале, я пошёл в первый класс. В 1957 году наша семья, в которой было уже пятеро детей, вернулась в Ставропольский край, где в нашей семье прибавился ещё один ребёнок, теперь нас стало шестеро: три брата и три сестры. Здесь я пошёл в четвёртый класс, вступил в пионеры. В седьмом классе я вступил в комсомол. В то время обычно в комсомол вступали всем классом, потому что шла борьба за количество, это и были три мои ступени "партийного роста, от слова партия (партия товаров, партия леса, партия угля) то есть количество. 1-3 классы октябрята; 4-7 классы пионеры; 7-10 классы комсомол, ну и затем уже самая большая партия- партия коммунистов, вот в эту-то партию я так и не вступил.

Национальный вопрос уже стоял не так остро и всё делалось ради количества, вот только в КПСС нужно было заслужить право вступить, потому что членам КПСС везде был почёт, уважение и карьера. В комсомольском билете не было графы "национальность, как не было её и в профсоюзном билете. Я тогда не думал, что мне даст членство в комсомоле, все вступали и я вступил, но я был активным комсомольцем, ибо я верил в то, к чему призывал комсомол. Я был молод, энергия била через край, мои товарищи, сокурсники, сослуживцы уважали меня и я мечтал перестроить мир, сделать его добрее, сделать его единой, братской, дружной семьёй, как мы и пели тогда в наших комсомольских песнях, как хвалились на весь мир, что СССР многонациональная, дружная, большая семья. Глупый, как я был наивен тогда, я тогда ничего не знал о Библии, о Иисусе Христе Который две тысячи лет назад за это и был распят. Он очень хотел мира среди людей, Он желал их веры, а они Его и распяли. А ведь моральный кодекс строителя коммунизма, это один к одному десять заповедей Божьих. Только вот кто этот кодекс соблюдал?

После семи классов, я пошёл работать в совхоз, так как семья у нас была большая и родителям нужна была помощь. Я работал разнорабочим в совхозе, затем прицепщиком, помошником комбайнёра и в то же время учился в вечерней школе, за один год я закончил сразу два класса 8 и 9. В 1961 году, здесь же на отделении совхоза, я прошёл курсы подготовки трактористов и стал работать трактористом-комбайнёром. После войны мужчин было мало, а те кто был, были либо после тяжёлых ранений, либо калеки, поэтому на селе очень требовались механизаторы, вот из нас юнцов на местах и готовили механизаторов-скороспелок, так называемых механизаторов широкого профиля.

В 1963 году я поступил в Ейский техникум механизации и электрификации сельского и лесного хозяйства ЕТМЭСХ, на отделение электриков. Пошёл по линии отца, он в это время работал электриком. Учёба давалась мне легко. Я был полон энергии, к тому же ещё и стихи немного пописывал. На первом курсе даже напечатал в районной газете "Зоря приазовья несколько своих стихотворений посвящённых матери. Меня вскоре заметили в техникуме и уже на втором курсе назначили редактором стенной печати техникума. Мы выпускали ежемесячную стенгазету "Техник и

еженедельную сатирическую стенгазету "Культиватор. На третьем курсе я стал капитаном команды КВН отделения электриков. Эта игра тогда ещё только входила в моду и быть капитаном команды было почётно и ответственно. В каждой группе была своя команда и по итогам межгрупповых соревнований набиралась команда отделения. Таких команд было две: команду механников возглавлял Фёдор Гугуев, тоже активный комсомолец, а команду электриков естесственно я. Но довести до конца начатое мероприятие я не успел. В связи с большим недобором в 1965 году, в армию призывали всех кого только можно было по состоянию здоровья, была снята броня со всех и за неделю до игры, я был призван в ряды Вооружённых Сил СССР. Тамара Бутко, оставшаяся капитаном команды вместо меня, прислала мне впоследствии фотографию нашей команды, победившей в этой игре. Кто-то в роте, где я начинал службу, узнал об этом и меня тут же назначили председателем жюри, при первой попытке игры в КВН между ротами. На втором году службы я уже был капитаном команды КВН батальона связи и мы победили на городских соревнованиях команду масложиркомбината города Полтава и стали чемпионами города. Возможно мы побеждали потому что я всю программу всегда составлял в стихах.

В армию меня призвали с третьего курса техникума. Моя мама, до последнего дня своей жизни так и не поверила, что я не добровольно пошёл в армию. Она говорила: "Немцев в армию не берут, да ещё с твоим здоровьем и твоим зрением. 24 декабря 1965 года нас привезли в город Полтава и с того дня вся моя дальнейшая жизнь связана с этим прекрасным городом. Срочную службу я проходил на телеграфной станции при штабе дивизии ВВС, телеграфист первого класса, старший смены узла связи. Не знаю, возможно моя принадлежность

к комсомолу сыграла здесь не последнюю роль и помогла мне. На срочной службе стать старшим смены узла связи уже на втором году службы, это большое доверие. Я был прилежен, законопослушен, верил в справед-

ливость, быстро усваивал материал, поэтому уже на втором году службы сдал нормативы первого класса телеграфиста и получил первый допуск секретности, то есть имел право допуска к секретным документам, телеграммам и секретной аппаратуре связи (ЗАС).

Во время моей срочной службы меня никто не упрекнул моей национальностью. Командир роты, капитан Важничий, прошедший всю войну от рядового до капитана, от простого связиста до командира роты связи, провоевавший от первого до последнего дня, имевший много ранений и наград, ни разу не напомнил мне о моей национальной принад лежности. Он имел всего-навсего начальное образование, как мы тогда шутили: "закончил церковно-приходскую школу и коридор и хотя он был специалистом высокого класса, он не смог продвинуться по служебной лестнице выше командира роты. Но это был честный, смелый, справедливый и трудолюбивый офицер, это был настоящий офицер и мы все его очень любили, как и он нас, возможно ещё и поэтому он не смог продвинуться по служебной лестнице, да он и не переживал по этому поводу, он любил свою работу, его можно было разбудить среди ночи и спросить где проходит кабель такого-то номера телефона, он тут же по памяти нарисует его полную схему.

А вот при переходе на сверхсрочную службу, моя национальность дала о себе знать. Я мог бы вернуться домой, закончить техникум, но моя девушка, с которой я встречался уже пять лет, вдруг в самый последний момент, выходит замуж. Я конечно же не мог вернуться домой, так как мы жили рядом и я боялся что не смогу вынести её замужества и что-нибудь натворю. Я и решил: "Отслужу ещё пару лет, раны зарубцуются и тогда я смогу вернуться домой, техникум может ещё подождать. Но Господь распорядился по-своему. Он подарил мне здесь мою Лиду и на всю жизнь связал мою судьбу с армией и с Полтавой. Так, Господь привёл нас с Иваном Ивановичем Гаак, в разные годы, но в одно место, где мы, впоследствии, должны были стать служителями Его Слова. Иван Иванович, как и я не был коренным полтавчанином, Господь привёл его в Полтаву.

А пока, я подал рапорт на сверхсрочную службу и теперь уже действительно добровольно. Вот тут-то и достала меня моя национальность. Как говорят. В семье не без урода, так и тут, нашлись те, кому помешала моя национальная принадлежность. На срочной службе, как я уже говорил выше, я заслужил первый допуск секретности и поэтому подал рапорт направить меня служить начальником секретной части дивизиона связи. Я прошёл все инстанции и все начальники подписали моё утверждение на эту должность. И вдруг, уже при собеседовании с командованием части назначения, мне предлагают другую должность, на два разряда выше. То есть я шёл на пятый разряд, а мне предложили седьмой, с существенно большим окладом. Мне предложили должность начальника наземного ответчика системы тактического бомбометания-СТБ. Правда этот объект находился за 350 километров от Полтавы в городе Прилуки, Черниговской области, но я был молод, холост, полон сил и мне было всё-равно где служить, к тому же там, в Прилуках, была отдельная трёхкомнатная квартира для нашей части и именно для начальника наземного ответчика СТБ.

Я был так счастлив, это же большая удача. В то время получить сразу седьмой разряд да ещё и квартиру в придачу. Ну как тут не быть счастливым, да у меня просто крылья выросли за спиной. Вот, думаю какие у нас отцы командиры, как они заботятся о своих молодых кадрах. Наивная простота, как я был глуп и наивен. Только намного позже, когда из нашей части ушёл начальник штаба, я узнал всю подноготную этого назначения.

Когда из штаба армии пришёл приказ о моём назначении на должность, начальник штаба, недавно пришедший в нашу часть, майор Кутырёв, оказывается встал на дыбы, поднял такой шум:

? "Как это, начальником секретной части назначен немец, да он же все наши секреты продаст Германии. Ему говорят:

? "Да ведь у него первый допуск, который не каждый офицер имеет.

? "Ну и что. Он немец, и пока я начальник штаба я не доверю ему секретную часть вверенного мне дивизиона.

И это происходило в 1968 году, 23 года после войны. Вот где достала меня моя национальность, тем более, что я отказывался вступать в ряды КПСС, мотивируя это тем, что я ещё не достоин носить такое высокое звание. Но приказ пришёл свыше и просто так от меня они не могли отделаться, уволить меня не могли, с назначенной должности снять без моего согласия тоже не могли, нужно было моё добровольное желание перейти на другую должность. А тут как раз увольнялся в запас и уезжал к себе на родину, освобождая квартиру, прежний начальник наземного ответчика и майор Кутырёв предложил командованию части этот выход из создавшегося положения. Объект далеко, секретности никакой, а значит можно спать спокойно, ответственности у начальника штаба не будет и можно не бояться за свои секреты. А я, как дурачёк попался на эту удочку, да ещё и с большой радостью развязал им руки, подписав рапорт о переводе на новую должность, хотя возможно это было предопределение Господне, чтобы я не стал членом антихристовой партии. Он отвёл меня от этого. Таких "Кутырёвых было уже не так много, но они всё-таки были и они-то и не давали нам забыть кто мы и где наше место.

В 1969 году я женился. Моя жена, Фольмер (Негруб) Лидия Ивановна, родилась 13 июля 1950 года, здесь же в Полтавской области, в семье плотника и разнорабочей. Жизнь этой семьи тоже была не сладкой. Дедушка Лиды по материнской линии, Швець Пётр Павлович, 1905 года рождения, отсидел 10 лет строго режима от звонка до звонка, только за то, что осмелился собрать упавшие колоски пшеницы на уже убранном поле, чтобы прокормить семью, жену и двоих малых деток. Обвинение было очень жёстким: "За расхищение колхоза и срыв хлебозаготовок, поэтому и приговор был очень жёстким: "10 лет строго режима. Отец Лиды, Негруб Иван Матвеевич, 1924 года рождения, в 17 лет был вывезен в Германию как остарбайтер, по просту говоря, вывезен на каторжные работы. Поначалу он работал на кирпичном заводе, пытался бежать, но был схвачен и только по счастливой случайности не попал в концлагерь, его и ещё нескольких человек, забрал к себе один бауэр, ему нужны были дармовые крепкие и здоровые работники, а тесть мой был крупного телосложения и он до конца войны проработал на бауэра, как значится в архивной справке государственного областного архива за номером 06-14/Н-2190 "24 октября 1942 года вывезен в Германию, работал в городке Меттманн в хозяйстве бауэра, освобождён 16 апреля 1945 года. Госпроверку проходил до 5 сентября 1945 года, компрометирующие факты в архивном деле отсутствуют. Когда Лиде исполнилось три годика, её семья, в поисках лучшей жизни, переехала в Хабаровск. Этот город остался у неё в памяти в основном тем, что там она впервые увидела дирижабли. Хабаровск, город приграничный и дирижабли почти постоянно висели над городом и она их видела из окна своей квартиры. Она вспоминает: "Они просто заглядывали ко мне в окна.

В Хабаровске жизнь тоже не удалась и они вернулись в Полтаву. Здесь Лида закончила школу, профтехучилище и пошла работать на швейную фабрику. В этот период мы с ней и познакомились, а затем и поженились. В 1970 году у нас родилась дочь Наташа, а в 1972 году родился сын Виталик.

В 1970 году я перешёл на службу в часть базового обеспечения дивизии и был избран секретарём комитета комсомола автотехнического батальона. Это была должность освобождённого секретаря и относилась к категории политработников. Утверждая меня в должности секретаря комитета комсомола, политотдел дивизии не напомнил мне о моей национальной принадлежности, так как в этом батальоне служили военнослужащиие 18 национальностей, в том числе были и немцы из Казахстана, Сибири и Урала, это был поистине интернациональный батальон. Политотдел только настаивал на том, чтобы я как можно скорее вступил в партию, но я уже не был так наивен и постоянно помнил о том, что я немец. Поэтому всякий раз, когда заходил разговор о вступлении в партию, я всегда отвечал, что ещё "не чувствую себя достойным носить это гордое звание.

Я прослужил секретарём комитета комсомола 4 года, так как в комсомоле можно было состоять до 28 лет, а если ты на руководящей должности то до 32 лет. Затем ты должен или стать членом партии и продолжать занимать руководящие посты в комсомоле, или автоматически выбываешь из комсомола по возрасту и должен искать себе другую работу, что я и сделал.

В 1972 году, 8 мая мне было присвоено звание "прапорщик. В 1974 году я оставил комсомольскую работу и снова вернулся на СТБ, но теперь уже начальником радиостанций. Затем служил старшиной этого подразделения до его расформирования в 1985 году. До выхода в отставку в 1990 году, служил старшиной узла связи батальона связи. В 1990 году вышел в отставку, получил пенсию 158 руб.

В 1991 году я организовал и был избран первым председателем областного общества немцев Украины "Возрождение в г. Полтава и в Полтавской области. В 1992 году, в связи с тяжёлой болезнью моего тестя, я вышел из общества и ухаживал за ним, так как он был парализован на левую сторону и самостоятельно даже кушать не мог. Жена моя работала, тёща умерла в 1991 году, я был на пенсии потому и взял на себя уход за тестем. 1 декабря 1993 года тесть умер и я хотел было вернуться в общество, но тут нас постиг новый удар, погиб наш сын. Я был подавлен, разбит, уничтожен, одно время даже сильно запил, но взял себя в руки и в 1996 году вернулся в общество, но после трагической смерти нашего сына, у меня не было ни сил, ни терпения, ни желания ни рвения как прежде.

В 1997 году, по воле Господа, я встретил пастора нашей общины Иван Ивановича Гаак. Он посоветовал мне прийти в общину. И с этого момента, как будто кто-то снял с моей души камень, снял груз, давивший меня вот уже три года. Я понял, что только с Богом, только в общине я смогу перенести боль утрат, обрушившихся на нас в последние годы. В 1988 году умерли почти одновременно мои родители. В 1991 году мы похоронили мать моей жены, добрейшей души человека. В 1993 году похоронили отца моей жены и в 1994 ггоду похоронили сына. И только благодаря тому, что мы с женой в это время поддерживали друг друга заботились друг о друге, а сколько вынесла моя жена, особенно, когда я запил с горя, ведь только благодаря ей, я не умер где-нибудь под забором в пьянном угаре. Но мы оба выстояли в этой борьбе и оба поняли, что только с Богом мы сможем найти успокоение и силы снова стать полезными людям.

В том же 1997 году община избрала меня председателем церковного совета общины. В 1998 году община рекомендовала меня на курсы предикантов в Одессу и в том же году я поступил на заочное отделение Новосаратовской Евангелическо-Лютеранской теологической семинарии под Санкт-Петербургом. В 2002 году я закончил семинарию и получил диплом о высшем теологическом образовании по специальности бакалавр теологии.

В 2002 году, в ноябре, от нашей общины были приглашены в партнёрскую общину Неллингена в Германии, председатель церковного совета общины Виктор Лейс, руководитель детской группы общины Наталья Кольвах и член общины Шульмайстер Инна для обмена опытом работы. Именно здесь они и узнали, что с первого января 2003 года Германия ужесточает правила приёма переселенцев. Теперь все члены семьи позднего переселенца старше 10 лет, должны сдавать шпрахтест и нашим представителям посоветовали передать в общине, что те, у кого уже есть приглашение на переезд, поспешили бы с выездом. Поэтому и из нашей общины выехало несколько семей, в том числе и мы.

Мы выехали 13 февраля 2003 года. По большому счёту мы с женой могли бы и не выезжать, так как у Лиды были большие пробле-мы с языком. Прожить мы могли бы и там, потому что я получал уже пенсию, подрабатывал сторожем в школе, Лида тоже вскоре должна была выйти на пенсию.

У нас был свой дом, свой сад, большой огород, была трёхкомнатная квартира в городе, которую мы сдавали в аренду. Но у нас было два внука, которые там, на Украине, не имели будущего. Они не имели шансов получить хорошее образование, так как высшее образование стало платным и очень дорогим, а зарплаты токаря на это не хватит. Медицинское обслуживание тоже стало платным и тоже дорогим, а если платить нечем, то тебя так и лечить будут. Но что самое главное, что заставило нас задуматься о целесообразности переезда, так это то, что мои внуки в скором времени совсем забыли бы о своей принадлежности к моей национальности, растворились бы в обществе и всё. Кем они могли бы стать трудно себе представить. Как их отец, который остался на Украине, не захотел ехать со своими детьми, по сути бросил их, сказал: "А что, я же работаю токарем на заводе и ничего, и мои дети окончат профтехучилище и будут работать как и все. Может быть он и прав, но такого будущего я бы не хотел своим внукам, поэтому мы и решили переехать в Германию. Здесь мои внуки молодцы. Они быстро схватили язык и теперь свободно владеют немецким, но и русский и украинский мы не даём им забывать, он хлеба не просит и плечи не оттягивает. А здесь Господь подарил нам уже и внучку, которая будет истинной немкой. Я владею немецким языком не так чтобы уж очень хорошо, но на работу я мог устроиться и работал почти года на стройплощадках. Но тут немного не повезло, серъёзно заболел, почти полгода пробыл на больничном, по состоянию здоровья признан нетрудоспособным, сейчас получаю государственную помощь до 65 лет, затем назначат пенсию. Тяжелее всего моей жене, нашей "бабушке. Немецкий язык ей просто на даётся, наверное сказывается возраст, словарный запас у неё прекрасный, но когда к ней кто-то обращается на немецком языке она просто теряется, хотя всё понимает, но что ответить не сразу сообразит. Но она у нас молодец, крепится, ради внуков она выдержит всё и будет жить только ради них, и в конце-концов заговорит по-немецки. Конечно здесь жизнь тоже нелёгкая, ведь это же капиталистическая страна и каждый имеет равные возможности, но не каждый хочет их использовать, вот и страдают и жалуются на тяжёлую жизнь, а наша бабушка не жалуется, она живёт и радуется этой жизни, радуется за своих внуков, что они вырвались из нищеты и что у них есть будущее, надо им только сейчас немного помочь, а там они и сами справятся

В настоящее время мы живём в Оффенбурге, земля Баден-Вюртемберг. Для тех кто пожелает нам написать вот наш адрес:

Waldemar Vollmer.

Albert-Schweitzer-Straße 6

77654 Offenburg.

Tel: 0781/2899260.

Händi: 0173/8261549.

E-Mail: vfolmer@yandex.ru

"Во всех путях твоих познавай Его,

и Он направит стези твои.

Притчи 3,6

Слово автора.

Да простит меня мой читатель, что я взял на себя смелость попытаться написать эту книгу. Я не писатель и не философ, не исследователь и не историк, я только бакалавр теологии, но меня очень заинтересовала и взволновала судьба народа, к которому я принадлежу, история нашего народа, его истоки, причины, обстоятельства и последствия того, что произошло с моими предками. Они ведь не ограничиваются только периодом депортации. Мне хотелось бы в достаточной степени ясно представить историю российских немцев на протяжении многих веков, на протяжении целого тысячелетия. Именно поэтому я и задался целью собрать весь материал, какой только можно, как-то систематизировать его и написать эту книгу для своих внуков, для наших потомков, чтобы они знали и помнили историю своего народа, так как вся его история разбросана в стольких книгах, очерках, статьях, рассказах и воспоминаниях, что простому человеку понять эту историю очень сложно, не всегда есть возможность найти материал и пусть меня простят те чьи статьи, книги, очерки и воспоминания я использовал в этой книге, ибо у меня нет возможности найти их и спросить у них разрешение на использование их материала, который я собирал на протяжении почти 20 лет.

Ещё когда мы жили на Украине, в бытность мою председателем Полтавского общества немцев Украины "Возрождение, мне часто приходила в голову мысль: "Как мало мы знаем о наших предках. Как, почему и откуда взялись немцы на территории России, Украины, Полтавщины? Кто мои праотцы и откуда они прибыли?

В советской истории, о судьбе российских (советских) немцев было известно крайне мало, а точнее сказать почти ничего. А между тем судьба этого народа сложилась так же трагично и несправедливо, как и судьба крымских татар, да и вообще судьба многих народов бывшего СССР. Но татары в конце-концов всё-таки добились возвращения на прежние места жительства, а с российскими немцами этого так и не произошло. Почему? Где, в чём корень этого зла? И почему они-и это огромная культурная и экономическая потеря для России-постепенно покидают Россию навсегда. А те кто там ещё остался, просто постепенно растворятся в российской среде и эта нация-российские немцы-навсегда исчезнет.

Мне хотелось бы, чтобы вдумчивый и внимательный анализ событий прошедшего тысячелетия истории российских немцев, помог всем нам освободиться от предубеждений, ложных представлений и стереотипов, ведущих в конечном итоге к национальной розни и этническим конфликтам, помог сохранить то ценное, что ещё можно сохранить.

Взяв в руки шариковую ручку, чтобы начать писать эту книгу я вдруг с ужасом подумал: "Ой как стыдно, я ведь почти ничего не знаю о жизни моих родителей и ничего вообще не знаю о моих дедушках и бабушках, не говоря уже о праотцах. И только сейчас, когда мне уже самому за шестьдесят, я начал по крупицам восстанавливать их жизнь, их родословную, восстанавливать всё, что я потерял за 60 лет своей жизни. Как получилось, что мой отец почти не помнил своих родителей? Отца своего он вообще не помнил, сохранилась только одна фотография его отца и его матери. Свою мать он ещё как-то смутно помнил, поэтому нам детям он почти ничего не рассказывал о своих родителях.

Почему мой дедушка по маминой линии, живя от нас за тысячи вёрст, умер от радости, но так и не смог повидать своих внуков. Десятки "почему, десятки "отчего, "зачем, "как. Мне очень не хочется, чтобы и мои внуки, мои потомки продолжали жить как и я в неведении. Поэтому уже более 15 лет я собираю всё, что касается немцев России: книги, журналы, статьи, исследования историков, воспоминания живых свидетелей, ну и естесственно я пишу и о том, что пережил сам. И если, дорогой мой читатель, тебе покажется, что ты где-то, что-то подобное уже читал, не удивляйся, я привожу в своей книге цитаты, отрывки и даже целые статьи из подобрааных мной материалов. В этой книге я собрал воедино результаты трудов сотен людей: историков, исследователей, писателей и просто воспоминания свидетелей прошедших событий, на себе испытавших всю горечь судьбы немецкого этноса России, Украины, Казахстана, Беларусии, Киргизии, Узбекистана и других стран бывшего СССР. Я старался скомпоновать всё это и как можно яснее рассказать моим потомкам, почему они живут в Германии, а их родители, дедушки и бабушки родились в России, на Украине, в Казахстане? И почему в России, на Украине и в Казахстане живут их сверстники, у которых родители, дедушки и бабушки немцы?

Кто такие российские немцы? Какова история их существования в России? На этот и многие другие вопросы ответить достаточно сложно без рассмотрения различных аспектов российской истории. Жители бывших советских республик, не имевшие непосредственных контактов с российскими немцами по работе или по соседски, ничего о них не знают. Для них, они в лучшем случае одна из 150 народностей бывшего СССР, в худшем, потомки немцев-военнопленных, оставшихся на территории СССР после войны. Да и здесь в Германии, местные немцы, несмотря на то, что уже более двух миллионов переселенцев русские немцы, которые с конца 80-х годов 20-го столетия массового стали расселяться по Германии, ничего не знают о том, как эти люди, утверждающие что они тоже немцы, попали в Россию, на Украину и в Казахстан и почему они теперь снова массового иммигрируют в Германию, США, Канаду и так далее.

К середине XVIII века Россия сформировалась как многонациональное государство, проводившее определённую национальную политику. Достаточно отчётливо её последствия видны на примере российских немцев-колонистов, массовое переселение которых в Россию продолжалось на протяжении второй половины XVIII-первой половины XIX веков. Именно в период правления Екатерины-II, Павла-I, Александра-I в отношении российских немцев проводилась открытая протекционистская политика, выражавшаяся, в частности, в предоставлении различных налоговых послаблений.

Середина 19 столетия в истории России характеризуется изменениями во всех областях общественной жизни. Особенно отчётливо это прослеживается на примере буржуазно-демократических реформ в период правления Александра-II. Либеральные реформы, несомненно, имели положительное значение для последующего развития российской государственности. Однако проводившиеся в те годы мероприятия в некоторой степени имели негативные последствия для определённых групп населения, в том числе и для российских немцев. Нарушение сложившегося равновесия привело к вознкновению национального конфликта особого рода. В основе его была несовместимость интересов сторон, вовлечённых в противостояние. Но этот процесс разворачивался не совсем обычно-немецкое население ответило на меры, принимаемые по отношению к нему (реформа немецкой колонии по Закону от 4 июля 1871 года, введение всеобщей воинской повинности в 1874 году и другие), началом массовой эмиграции за пределы Российской империи. Основными местами нового поселения российских немцев стала Северная и Южная Америка. По данным Ш.А. Богиной, в течении 70-80-х годов 19 века только в США переселилось около 10 тысяч выходцев из поволжских и южнороссийских колоний. В Канаду же в течении последней трети 19 века выехало около 75 тысяч меннонитов, 10 тысяч лютеран и католиков, более 5 тысяч представителей других вероисповеданий, которые составили 40% эмигрантов-немцев на Среднем Западе. В 1870-е годы возникают немецкие колонии также и в ряде стран Южной Америки, куда выехало немало бывших колонистов России. Какие последствия имела эта акция для экономики и культуры России, объяснять не приходится.

Наступления на немецкие поселения на этом не закончились. В 1890-е годы российские власти начали вмешиваться в систему образования. 24 февраля 1897 года Государственный Совет министерства народного просвещения распорядился по мере возможности вводить в школах бывших иностранных колонистов преподавание на русском языке, оставив изучение родного языка и Закона Божьего их исповедания в числе уроков, необходимых для усвоения этих предметов. С одной стороны, данный шаг был направлен на введение единой с русскими школами программы образования, что давало бы возможность немцам продолжать обучение в учебных заведениях последующих ступеней вплоть до университетов. С другой-это означало и давление на национальную школу, и немцы опасались, что будут лишены возможности обучать своих детей на родном языке. Это вызвало новую волну эмиграции из России за океан.

События начала 20 века не обошли стороной немецкое население России. Сначала правительство П.А.Столыпина инициировало кампанию по ограничению гражданских прав иностранных граждан, в том числе немецких колонистов в вопросах землевладения в трёх губерниях Западного края (Киевской, Волынской и Подольской). Однако внесённый в Государственную думу в 1910 году законопроект вызвал недовольство у думского большинства, а потому в мае 1911 года правительство вынуждено было забрать его "на доработку. Но уже в 1912 году он был повторно внесён в Думу с некоторыми поправками и на этот раз принят. Согласно этому закону, немецкие колонисты, принявшие российское подданство после 1888 года, ограничивались в праве приобретения земельной собственности. К упоминавшимся ранее губерниям на этот раз была добавлена и Бессарабская.

1914 год. С этой датой связана ещё одна трагедия немецкого народа. Начавшаяся первая мировая война дала повод шовинистически настроенной части общества начать антинемецкую кампанию в России. Она нашла своё отражение в первую очередь, в депортации немецкого населения из 100-километровой приграничной с Австро-Венгрией и Германией зоны. Произошли погромы в крупнейших городах, в том числе Петрограде и Москве, были введены так называемые ликвидационные законы. Эти шаги правительства, поддержанные, а иногда и инициированные частью общества в лице, например, депутатов Государственной думы, государственных чиновников, представителей предпринимательских кругов, шовинистически настроенными представителями интеллигенции и простого народа, усилили национальный конфликт. Немцы видели две возможности выхода из этой ситуации: эмиграция за рубеж или миграция на окраины России, как можно дальше от политичиского центра. Говорить о соотношении этих возможностей достаточно сложно, но одно известно-число мигрировавших в Сибирь, Центральную Азию и на Дальний Восток превысило численность эмигрантов.

Пришедшие к власти большевики не оставляли без внимания национальный вопрос. Уже в первые послевоенные годы при ЦК РКП(б) были образованы бюро национальных секций для работы с национальными меньшинствами. Главная задача этих структур сводилась к тому, чтобы облегчить распространение большевизма среди народов России, в том числе и среди немецкого населения, осуществить его советизацию, поставив тем самым под жёсткий политический контроль. Однако политическая работа среди немцев не давала должной отдачи. Например, в Западносибирском крае в первой половине 1920 годов проживало 86 759 немцев, из которых лишь 214 состояли в партии, 215-в комсомоле, а 182 были пионерами. В работе крестьянских комитетов принимало участие всего 6% немецкого населения региона. Всё это говорит о том, как неохотно немцы воспринимали новые политические веяния. При этом следует помнить, что часть немцев-активистов была либо прислана на места из центра, либо совсем недавно находилась в качестве военнопленных в лагерях. В целях усиления работы с национальными меньшинствами в 1923 году партийные и советские власти пошли на создание национальных сельских советов. К 1925 году в Сибирском крае было образовано 56 немецких и 30 смешанных сельсоветов. Однако эти шаги не принесли желаемых результатов.

Необходимо было принимать более радикальные меры, а потому уже в середине 1925 года заговорили о возможном создании национальных районов, в частности немецких. Сказалась здесь и ситуация, которая сложилась к тому времени в среде немецких крестьян. По одну сторону стояли достаточно сильные в экономическом и организационном плане меннонитские общества, не терпевшие вмешательства в свои дела, а с другой стороны им противостояли партийные и советские органы, стремившиеся к полному контролю за их жизнью. И именно создание немецких национальных районов, по замыслу властей, должно было сначала ослабить, а затем и вовсе исключить меннонитские организации из общественной жизни немецкого населения.

4 июля 1927 года ВЦИК принял решение: выделить в Славгородском округе Немецкий район с центром в селе Гальбштадт. То есть созданная сверху квазиавтономия имела конкретную задачу-привлечь экономические и людские ресурсы для построения социализма в отдельно взятой стране. Немецкие районы должны были стать мехнизмом советизации деревни, население которой, по словам современников, было сплошь кулацким. Каково было отношение рядовых немцев к данной акции? Сегодня говорить об этом достаточно трудно. Вероятно, многие из них надеялись, что в рамках национального района у них появится возможность сохранить традиционную культуру, язык, вероисповедание и в целом привычный жизненный уклад. Являясь консерваторами по натуре, они надеялись остаться в стороне от тех акций, которые проходили в СССР, ибо в течение более чем ста лет у них выработалась такая черта, как невмешательство в большую политику и привычка безропотно, по крайней мере внешне, переносить тяготы, выпадающие на их долю по вине власть предержащих. Однако на этот раз события развернулись несколько иначе.

Смена политического курса после смерти Ленина не замедлила сказаться на всех сторонах жизни советского общества. Экономические дискуссии закончились победой Сталина и сторонников ускоренной индустриализации. А для этого необходимо было выжать все средства из деревни. "Новый курс в сельском хозяйстве после кризиса хлебозаготовок 1928-1929 годов был нацелен на коллективизацию индивидуальных хозяйств.

Немецкий крестьянин традиционно был весьма зажиточным. Достаточно сказать, что доля средне-и крупнокапиталистических хозяйств составляла до 60%. Немецкая деревня являлась на тот момент одной из самых обеспеченных машинами и механизмами, в основном американского производства. К середине 1920 годов немецкое хозяйство начинает восстанавливаться от нанесённого ему гражданской войной и экономической разрухой урона. В 1928 году по основным хазяйственным показателям немецкий крестьянин достиг довоенного уровня. Наблюдается заметный рост сельскохозяйственного производства: например, в конце 1920 годов на одно хозяйство в Немецком районе производилось свыше 422 руб. товарной продукции, товарное производство зерна достигло 80%, до 50% к площади посева составлял пар, обеспеченность сложными машинами также была выше, чем в среднем по округу-0,45 трактора на 100 га посева (по округу-0,24).

Для хозяйственного развития немецкой деревни первой трети 20 века характерной чертой является высокий уровень кооперированности. Уже накануне 1917 года охват немецких хозяйств различными формами кооперации составлял от 30 до 100%, к концу 1920 годов этот уровень был достигнут вновь. Основными формами кооперации в немецкой деревне были кредитные, племенные, семеноводческие, мелиоративные, машинные товарищества, маслодельческие артели. Немецкие крестьяне являлись основными производителями высококачественного сливочного масла северо-запада Алтая (9 маслоартелей, в которых на 1929 год было занято 2816 человек), до 80% произведённого ими масла вывозилось за пределы Сибири (Москва, Ленинград), до 50% вывезенного масла отправлялось на экспорт в Великобретанию и Германию.

Это была не извращённая кооперация, навязываемая коммунистическим режимом, а подлинная кооперация свободных крестьян на истинно добровольных началах. Крестьянам были понятны выгоды от такой кооперации. А потому, полагая, что они уже имеют достаточно высокую степень коллективизации, немцы не проявили рвения в осуществлении планов "большого скачка. Не стоит много говорить о том, что насильственная коллективизация встретила по всей стране упорное сопротивление. В немецкой деревне эта акция также вызвала недовольство, которое нашло свой выход в открытой и латентной формах. Под открытой формой подразумеваются вооружённые выступления, например в Гальбштадте в 1930 году, латентная форма это эмиграционное движение 1929-1930 годов, как одна из форм скрытого сопротивления укрепляющемуся в СССР тоталитарному режиму. Для немецкого населения, несогласного с политикой партии и правительства, это был выход из продолжающегося национального конфликта. В чём заключалась причина противостояния сибирских немцев и властей? Причины были очевидны: коллективизация и раскулачивание; пятилетка; большие налоги и высокий уровень хлебозаготовок; антирелигиозная пропаганда; призывы юношей-меннонитов в армию; насильственное внедрение русского языка в национальных школах. Участие в антисоветских мероприятиях не только кулаков, но также середняков и бедняцкой части населения свидетельствуют о том, что недовольство властями носило действительно общенародный характер.

К сожалению, немцы не имели возможности повлиять каким-то образом на проводимые акции. Им не оставалось ничего иного, как прибегнуть к уже ставшей привычной для них мере неповиновения-эмиграции за пределы Советского Союза. О том, насколько массовым было эмиграционное движение на этот раз, говорит тот факт, что только в Славгородском округе эмигранты составили 25,6% немецкого населения, из которых 29% были зажиточные крестьяне, 56,4%-середняки и 14,6%-бедняки и батраки. Ещё более наглядно о массовости движения говорит то, что осенью 1929 года оно охватило 1477 хозяйств. Далеко не всем удалось покинуть СССР, многие вынуждены были вернуться на прежнее место жительства. Но и эта акция нанесла серьёзный удар по экономике России.

"Немецкий кулак, сопротивляясь нашему наступлению, не стал стрелять из обреза, но дал политический бой, который куда сильнее по своему действию, чем тяжёлая утрата отдельных активистов деревни от кулацкого обреза. Кулацкий террор-чепуха по сравнению с такой политической кампанией, которую провёл немецкий кулак, ведь организовать и повести за собой в Америку на 13 году существования Советской власти бедняцко-середняцкие массы куда сложнее и эффективнее, нежели пристрелить тёмной ночью одиночку-активиста",-писали в своих сводках тех дней партийные деятели.

Какова была реакция властей, чем они ответили на выступления немецкого населения? В первую очередь, они сделали всё возможное, дабы выехало как можно меньше желающих. Из 1477 хозяйств, пожелавших эмигрировать, 1034 вынуждены были под давлением властей вернуться. После водворения немцев на места прежнего проживания поначалу были предприняты шаги по сглаживанию противоречий: была оказана финансовая помощь, выделялись материалы для восстановления порушенного хозяйства и т. д. Однако и в этих условиях мнимого либерализма партийные и советские органы проводили мероприятия по идеологической обработке населения.

Необходимо было оторвать массы от идеологов эмигрантского движения, в качестве которых выступали религиозные проповедники. Власти не нашли иного способа воздействия, кроме репрессий. Недаром секретарь Славгородского РК ВКП(б) отмечал, что "одни меры воспитательного порядка-убеждения, без сочетания с административно-судебным воздействием, являются бессильными.

После убийства Кирова 1 декабря 1934 года, началось новое наступление на всё, чуждое сталинскому режиму. Вновь вспомнили и о немцах, об их желании эмигрировать, о том, что они до сих пор получают денежные переводы из-за границы и не передают их в МОПР (Международная организация помощи борцам революции). Реакция на всё это была однозначно репрессивной-велась работа по чистке партячеек: в них старались выявить как можно больше кулацких и прочих социально чуждых элементов. В 1934-1935 годах по Немецкому району прокатилась волна антинемецких кампаний в рамках этнических чисток (дело Гальбштадтской МТС, дело контрреволюционных организаций и т.д.). Репрессии 1937-1938 годов, военных лет, утопили в крови стремление немецкого народа к независимости и самостоятельности.

Относительное потепление в отношениях между российскими немцами и властями наблюдается в годы хрущёвской "оттепели. В это время с немцев были сняты обвинения, выдвинутые против них в годы войны, начали восстанавливаться институты национальной культуры. Но потепление это было кажущимся, ибо допускались лишь те мероприятия, которые не противоречили политике партии, да и протекать они должны были так, как укажут власти, т.е. без лишней самодеятельности и под контролем. Однако многие немцы во второй половине 1950-х годов это недопоняли, приняв стремление властей реабилитировать их народ за чистую монету, за что и поплатились. В первую очередь это коснулось тех, кто заговорил о восстановлении автономии немцев Поволжья как о главном реабилитационном мероприятии. Но это не входило в программу властей и потому было пресечено самым суровым образом. Вплоть до конца 1980-х годов немцы фактически никак не заявляли о себе на общественно-политической арене СССР.

Перестройка во внутренней и внешней политике в корне изменила существующую ситуацию. Получив право говорить, немцы заявили о том, что в условиях данного политического режима у них нет возможности сохраниться как самостоятельной национальной группе, т.е. развивать национальную культуру и язык. Начался новый этап эмиграции немецкого населения из республик Союза. Только с 1987 по 1990 годы СССР покинуло 1 056 000 немцев. Столь высокие темпы эмиграции заставляли определённые круги задуматься: по данным всесоюзной переписи населения 1989 года, в СССР проживало 2 035 807 немцев. При таких темпах выезда на постоянное место жительства в ФРГ к началу 21 века субнациональная немецкая группа могла просто исчезнуть. А потому нужна была идея, которая удержала бы немцев в СССР. И эта идея была найдена-в очередной раз, но уже в совершенно иных политических условиях, заговорили о восстановлении немецких автономий, которые были ликвидированы в годы сталинизмаю В ряде исследований последних лет основная заслуга в инициировании и реализации данной идеи приписывается исключительно обществу "Возрождение. Но даже при поверхностном изучении документов в глаза бросается то, что идея восстановления Немецкого района на Алтае каждой из сторон-немцами и властями края-наполнялась разным содержанием. Если население, горя идеей воссоздания национального района, подразумевало под ней в первую очередь создание механизмов возрождения и сохранения немецкого языка и культуры, то представители краевых органов, поддерживая стремление немецкого населения, говорили прежде всего об экономических выгодах, которые принесёт это решение. Для большей иллюстративности можно привести два высказывания, прозвучавшие на сельских сходах. Первое принадлежит сельскому учителю: "Неважно, что мы будем иметь от немецкого района в экономическом плане, давйте подумаем о своей культуре, о своих детях, второе-представителю номенклатуры: "Край тоже за немецкий район. Мы отлично видим экономическую выгоду от создания немецкого района....

Таким образом, в основу негласной концепции создания и развития немецкого района была заложена идея преуспевающей экономической зоны. Однако был совершенно упущен культурный аспект, хотя лишь параллельное развитие экономики и культуры позволило бы удержать коренное население от выезда в Германию. Но этого не произошло, а потому все ожидания немцев, связанные с восстановлением национальной автономии, не оправдались. Немцы, прибывающие из республик Центральной Азии, из-за высокой степени их ассимилированности не в состоянии воспринять идеи национальной культуры. Именно этим и объясняется провал в работе по сохранению культуры и языка немцев в России. В результате процесс эмиграции продолжился.

Таким образом, уже в течении боле ста лет немцы России-СССР-России живут в состоянии латентного национального конфликта, основа которого кроется в первую очередь в непонимании государством их устремлений. К сожалению, до сих пор государство старалось решать все проблемы методом диктата. На самом же деле выход из создавшейся ситуации необходимо было искать сообща, идти к достижению общей цели одной дорогой.

На сегодняшний день мне кажется, что чем дальше, тем больше будет забываться история российских немцев, а с уходом из жизни последних живых свидетелей ещё и искажаться. Читая сегодня русско-язычную прессу здесь в Германии, я всё больше и больше убеждаюсь: надо писать как молжно больше правдивых книг о нашей истории и на немецком и на русском языках. Очень много пишут о нас, немцах, те, кто не имеет ни малейшего представления о нашей истории и очень хотелось бы, чтобы они, прежде чем писать о нас, заглянули бы в книги тех о ком они пишут, кто сам пережил всё это, кто помнит и чтит историю своего народа.

Многие из тех, кто пишет сейчас о нас, приехав сюда в Германию не как переселенцы, а как эмигранты в поисках лучшей жизни, остались теми же советскими гражданами, с той же ненавистью к нам, русским немцам. И эта ненависть, которую им привили ещё там, в бывшем СССР, не выветрилась даже за десятилетия, прожитые уже здесь в Германии, и я уверен, что это чувство не личного характера. Они и друзей-то выбирают себе подобных, потому что у них намного больше общего с ними, чем с нами, их связывает одно общее прошлое, да и настоящее тоже. Среди их друзей нет ни русских немцев ни местных, и приехали они сюда только ради более лёгкой жизни, чем там, на их родине, которой они лишили нас 28 августа 1941.

А вот у русских немцев-переселенцев много друзей и среди местных немцев и среди турок, итальянцев, албанцев, я знаю сотни таких примеров. Например в строительной бригаде, где я работал, были и местные немцы и русские немцы и французы, итальянец и даже ливиец, и мы прекрасно ладили между собой, это был очень дружный коллектив, да он и сейчас остаётся таким, хотя я к сожалению по состоянию здоровья был вынужден уйти из бригады, но я их часто навещаю и на стройплощадках и на фирме.

Среди друзей моих внуков тоже много и немцев и турок и детей переселенцев, с родителями которых я встречаюсь на родительских собраниях в школах, мы с уважением относимся друг к другу и никто даже не пытается упрекнуть один одного в принадлежности к другой нации или к другому вероисповеданию, хотя в классах есть и католики, и лютеране, и мусульмане, и иудеи

Мой отец, моя мать, я да и многие немцы, всю свою сознательную жизнь всегда оставались сами собой, то есть немцами родившимися в России, Казахстане, на Украине. Именно немцами, хотя изменить это было проще простого, стоило лишь изменить национальность в паспорте и этим избавить себя от многих проблем. Некоторые, не выдержав трудностей и лишений, желавшие хть как-то улучшить своё положение и обеспечить будущее своих детей и внуков, так и поступали, но наша семья с гордостью несла свою принадлежность к немецкому народу, давшему миру Шиллера, Шуберта, Штрауса, Андерсена и многих других великих людей, хотя Германия дала миру и Гитлера, по вине которого наш российский немецкий народ перенёс столько страданий и лишений. Я никогда даже не допускал мысли изменить национальность в паспорте и никогда бы не посмел предать свою нацию, свой народ, хотя мнея довольно часто и настойчиво принуждали к этому. Я никогда не был в бывшем СССР русским и никто меня русским не называл, немцем да, немчурёнком да, иногда фашистом, но никогда русским. Так почему же это должно измениться здесь в Германии.

Не подумай пожалуйста дорогой читатель, дорогой потомок, что мы жалуемся, что мы "стенаем о своей судьбе, а она у нас действительно намного сложнее, чем у всех народов бывшего СССР вместе взятых. Мы чтим и помним своё прошлое. И я считаю, что люди, которые сумели сохранить свои традиции, свою историю и свою совесть, несмотря ни на какие гонения и преследования, заслуживают, по меньшей мере, глубокого уважения и преклонения, но ни в коем случае порицания. Не знаю кто это сказал, но сказано очень верно: "Кто не чтит историю и традиции своего народа, тот не достойный человек, а кто не уважает чужой народ, тот не достоин называться человеком. Я горжусь своим народом и своей (именно моей) историей.

Я с глубоким уважением преклоняюсь перед стариками, которые за долгие годы молчания наконец-то осмеливаются рассказать настоящую историю, а не ту, которой меня, да и вообще всех в СССР, учили в школе. И ни у кого нет права затыкать им рты, как это делалось долгие десятилетия в СССР, не те времена, да и страна не та. Что могут знать о нас русские, казахи, украинцы, узбеки, не испытавшие и сотой доли того, что выпало на долю нашего народа. И не только в далёком прошлом, а и совсем недавно, в так называемые золотые "застойные 70-80-е годы прошлого столетия. Это живая рана, а не "труп, как осмеливаются некоторые называть нас в русско-язычной масс-медиа здесь в Германии.

Наш российский немецкий народ как тот человек, который перенёс страшнейшую сложнейшую операцию, перенёс сильнейшую боль возвращения к жизни. Нет страшнее боли, чем боль возвращения к жизни. Всё, до самой последней клеточки, соткано из боли, всё переполнено радостным ожиданием смерти. Вот сейчас смерть подойдёт, едва прикоснувшись, поцелует и заберёт с собой, но не забирает смерть, вместо смерти возвращается жизнь и это и есть самое страшное. Так бывает и в жизни народов, так было и в жизни российского немецкого народа. Сотни, тысячи лет карабкался народ вверх, вверх, вверх, к солнцу, к свету, к жизни. И надоедает карабкаться, ломать ногти и задыхаться. Устаёт народ, Останавливается народ и начинает скользить. Заскользит и сорвётся. И так хорошо будет лететь вниз, никакого напряжения, ничего делать не надо, летишь, воздух свежий, думать не надо, ни о чём заботиться не надо. И всем видно, народ в движении и даже с ускорением, аж в ушах свистит. Потом УДАР. Для некоторых народов удар бывает смертельным. И исчезают народы. Но некоторые не погибают, не исчезают, как не погиб, не исчез немецкий народ России, хотя для этого в России было сделано не мало. И чудовищная боль, боль хуже смерти переполняет тело и душу. И сознаёт народ: переломаны руки и ноги, возможно хребет и шея, всё в крови, всё пропитано кровью. И боли мучительны, но жив народ, верит и знает, всё пройдёт и придёт мир и покой в душу народа не здесь в России так там, на исторической Родине, в Германии.

Я родился в конце последнего военного года и отношусь как бы ко второму поколению того народа-врага, который по словам И.Оренбурга, должен был исчезнуть с лица земли и для чего в бывшем СССР было сделано немало. Моё поколение родилось слава Богу после войны, но всё ещё под комендатурой и всю свою жизнь несёт на себе печать врага, поставленную ещё на наших отцах и дедах. Многим тысячам молодых людей нашего и следующих поколений было очень проблематично поступить в ВУЗы, и это не из-за их тупости или лени. Нет! Многие были возможно намного способнее других. Просто в каждой республике бывшего СССР, хотели иметь свои, так называемые "национальные кадры. И нам, врагам, лишённым Родины, как прокажённым сиротам, места там не находилось. Вот и приходилось молодым людям с безупречными аттестатами идти в техникумы, профтехучилища или просто на заводы, куда нас принимали с "распростёртыми объятиями, потому что прекрасно знали о нашей добросовестности и трудолюбии. И всё-таки те, кто ещё не утратил мужества, помимо работы, учились заочно, потому и имеют высшее образование. Но мы никого не обвиняем, мы не испытываем ненависти ни к русскому, ни к какому либо другому народу за наши разбитые мечты. Мы от всей души благодарны людям, с которыми мы жили бок о бок, за их доброту и человечность. Люди не отвечают за действия и ошибки своих правительств.

А что качается тысяч людей, погибших от рук фашистов, это не всегда и не во всём правда. Однажды, листая подшивки газет в центральной городской библиотеке имени Т.Г.Шевченко в городе Полтава, я наткнулся на одну из статей, вышедших в газете "Аргументы и факты за 1990 год. Там, на основании серьёзных документов, доказывается, что некоторые сёла в Беларусии были полностью уничтожены переодетыми сотрудниками КГБ, а не фашистами, на которых позже взвалили ответственность за эти преступления. Не жалели даже детей, нет свидетелей-нет преступления. И сделано это было лишь с одной целью, усилить в народе ненависть к врагу, к немцу.

Я не могу не верить столь популярной и серьёзной газете. Тем более история показывает нам много примеров вероломства знаменитого КГБ. Взять хотя бы историю появления указа от 28 августа 1941 года, или внимательно присмотреться к событиям в Чехословакии, Польше, Венгрии в 60-70 годы. А июньские события 1962 года в Новочеркасске?

В самом начале войны Сталин провёл провокационную операцию у себя в глубоком тылу, в республике немцев поволжья. Он переодел в немецкую форму 400 своих комсомольцев и "забросил десант в республике поволжья. Но провокация не удалась, немцы поволжья выдали десант органам НКВД. Тогда Сталин арестовал весь "десант, провёл его по колониям, смотрите мол, десант арестован и в Саратове расстрелял всех комсомольцев, чтобы не оставлять свидетелей, а затем уже и был издан этот пресловутый указ, объявивший немцев поволжья ненадёжными и враждебными русскому народу.

В 60-70 годы 20-го века народы Венрии, Польши, Чехословакии пытались пойти собственным путём развития, но Москва силой своих Вооружённых Сил "восстановила там "демократию.

В июне 1962 года, в Новочеркасске народ выступил в защиту своих законных прав. Народ вышел на демонстрацию, но Хрущёв приказал любыми средствами, любыми способами утихомирить народ, не останавливаясь ни перед чем. Для того, чтобы оправдать террор против собственного народа, нужны были провокации, нужны были подставные агитаторы, что и было сделано. Народ пришёл на центральную площадь перед горисполкомом. Демонстранты расстреливались с крыш соседних домов, находились под перекрёстным огнём КГБ-истов-стрелков сидящих на крышах домов окружавших площадь. Сколько людей погибло до сих пор неизвестно, найдено пока только 27 захоронений, причём хоронили в сужих могилах под гробами уже давно захороненных, чтобы было невозможно найти и только благодаря ещё живым свидетелям удаётся находить погибших. И как и при Сталине, аресты продолжались ещё и после этих событий. Целые десятилетия детей отрывали от родителей. Более сотни человек было арестовано и осуждено "за попытку свержения власти и бандитизм на сроки от 10 до 15 лет. Все, кто был осуждён, кто принимал участие в разгоне демонстрации, расстреле и захоронении погибших, давали подписку о неразглашении государственной тайны под страхом расстрела.

Я нисколько не оправдываю и действия фашистов на захваченных ими территориях. За их действия мы расплачивались ещё долго после войны, да и сейчас ещё расплачиваемся. Я просто привожу факты, доказывающие, что в действиях любого народа можно выявить поступки, которых ему стоило бы стыдится, вспомним власовцев, бындеровцев. Стараниями ли КГБ или с помощью фашистов, но цель была достигнута. Фашисты благополучно вернулись домой вести сытую жизнь и предаваться "приятным воспоминаниям о далёкой стране. А на месте остались мы, немцы России. Должен же кто-то понести наказание за всё содеянное зло. Виновный найден, вот и неси на себе наказание за чужие грехи. Что мы и делаем десятилетиями. А иначе как расценить статистику? В 1932 году насчитывалось около восьми миллионов немцев в СССР, в переписи населения за 1989 год уже насчитывалось около 2,5 миллионов немцев. Куда же подевались остальные?

Ответ на этот вопрос мы и найдём в рассказах очевидцев, стариков, которые не "бубнят о своих пережитых трагедиях, а повествуют достоверные факты, напечатанные на их собственных шкурах. И, кстати, сколько бы я ни читал статей написанных этими людьми, я ни разу не заметил, что они осуждают или ненавидят своих мучителей, они не выступают как "неблагодарные нытики, только и делающие, что навязыват свои проблемы другим. Кто поймёт, что чувствовали мы, когда вынуждены были слушать истории о немцах-злодеях. Но мы, в отличии от других, должны были молчать "чужие среди своих.

Моя мама, умершая в 62 года (сказался тяжкий труд в шахте по пояс в ледяной воде во время трудармии), царство ей небесное, пусть земля ей будет пухом, говорила мне: "Когда женишься и у тебя появятся дети, не давай им взять немецкую национальность, пусть хотя бы наши внуки будут жить нормальной жизнью. Мама даже представить себе не могла, что наших детей, её внуков кто-то будет спрашивать какую национальность они хотели бы взять. При получении паспорта у них уже стояло в графе "национальность русский или украинец.

Уже с молоком матери мы впитали: "Молчи, а то накличешь беду. И это не в далёком прошлом, а каких-то 20-30 лет назад. Местное население Германии мы тоже не осуждаем и не обижаемся на них за то, что они называют нас "русаками откуда бы мы ни приехали: России, Украины, Казахстана, Киргизии, Узбекистана, Сибири. Хот это для кого-то может быть и больно и обидно, но я считаю это нисколько не обидным, это просто подчёркивает, что мы родились в России и что наши родители и мы прожили там нелёгкую и непростую жизнь. Им просто неоткуда взять правдивую информацию о нас. Ведь масс-медиа и политики передают сильно искажённую и негативную информаци, видимо кому-то это всё ещё просто выгодно.

Но нельзя забывать одной простой истины: "Нет и никогда не было народа-преступника, народа-предателя, а паршивую овцу в любом стаде отыскать можно. А в ответ на обвинения о якобы преступной деятельности немцев-переселенцев, хочу привести один любопытный факт. По данным статистики "Франкфуртер Альгемайнде за март 2003 года, в течении последних десяти лет в Германию въехало лишь 25% граждан немецкой национальности из стран СНГ.

И всё-таки, как немцы оказались в далёкой и неприветливой, холодной России. Это очень длинная история, с очень различными главами и с трагическим заключительным актом, начавшемся 22 июня 1941 года, когда Гитлер развязал вторую мировую войну, напав на Советский Союз. Вторая Мировая нанесла и Германии и России ужасные раны, как физические, так и моральные.. И немецкое меньшинство СССР, не по своей воле попавшее в мельничные жернова двух мощных государств и перенёсшее исключительно тяжкие потрясения, до сих пор не может прийти в себя. Но история немцев России длится не 60-70 лет, а уже более 1000 лет.

Книга первая.

Немцы России.

"Восшумели народы; двинулись царства;

Всевышний дал глас Свой и расстаяла земля

Псалм 45,7

1. Вместо предисловия

Этнометодология исследования российских немцев.

Крупнейший мыслитель русского зарубежья Георгий Федотов как-то задался вопросом, отчего же софийная Русь так чужда Логоса? "Она похожа на немую девочку, которая так много тайн видит своими неземными глазами и может поведать о них только знаками. Россия живёт уже более 30 лет в рамках новой складывающейся цивилизации, но до сих пор не имеет даже гипотезы (не говоря уже о теориях и программах) социальных, экономических, геополитических изменений или их последствий. Начиная с 1986 года реальность подбрасывает нам всё более жёсткий эмпирический материал "этнического в политике и экономике, но он остаётся на уровне представлений, описаний сумм сведений, фактов, между которыми устанавливается чисто формальная связь. В этом смысле мы остаёмся безоружными как в описании общих макропроблем специфического социокультурного и экономического пространства России, так и частных, связанных с межнациональными взаимодействиями! Новое время требует новой терминологии. Умозрение открывается в слове, в развитой теории органически соответствующей описываемому объекту. И здесь начинается самое сложное, особенно в тех сферах, которые относятся к "этническому "национальному, "родоплеменному и однопорядковым с ними.

Можно категорически утверждать, что для анализа этнических проблем недастаточен ни узкосоциологический взгляд, ни приёмы так называемой этнометодологии, по определению которой это "исследование рациональных свойств, индексических выражений и других практических действий как контекстуально обусловленной реализации организованных искуссных методов повседневной жизни. Этнометодология, как синтетическая наука об этносах, нациях, должна базироваться на следующих предпосылках:

Во-первых, в неё должен быть введён модус времени:- закономерности культуры познаются через ретроспективную рефлексию, через историю цивилизаций, государств и отдельных народов, а любые науки о человеке познают реальность через объективированное "прошлое. В принципе, лучшие умы России считали, что "история и социология, две неразрывные части одной и той же науки о соборности, приобретают для нас главенствующую роль. История даёт нам конкретный материал для нашего действия, описывает элементы ему подвластные. Социология же даёт нам правила для этого действия, не отвлечённые, но конкретные.

Но именно здесь нужно упомянуть, что в России до 20-х годов, а затем и в русском зарубежье, как раз отсутствовал узкоэмпирический взгляд на социологию. Один из наиболее ярких представителей русской школы П.А.Сорокни отмечал, что экономика, политика, религиоведение имеют дело лишь с одной сферой социокультурного пространства, метасоциология же "исследует общество как род, с присущими ему свойствами и отношениями, которые обнаруживаются в любом обществе, будь то фирма, церковь, государство, клуб, семья и т.д..

Поэтому, во-вторых, в этнометодологию должны быть внесены принципы социокультурной динамики и этнодинамики культуры, исходя из того факта, что именно культура выступает определяющим фактором национальной интеграции. При таком понимании социологии труд историка будет иметь ещё большее значение.

И, наконец, третье. Этнометодология-это то, что интегрирует ряд наук, занимающихся этносами, придаёт органическое единство этнографии или этнологии, этнополитике, этнолингвистике, этнопсихологии и т.д., снимает релятивизм и их специализацию. Во всяком случае, именно проблема российских немцев требует подобный тип этнометодологических приёмов. Он имеет не только теоретическое, но и практическое значение, особенно при решении вопросов национальной самоидентификации либо производных от них проблем юридического характера, которые особенно проявляются при переселении в Германию и связаны, например, с утратой языка и с межнациональными браками.

Немцы-колонисты в России были теми же русскими крестьянами, только говорившими на другом языке, либо теми же германскими крестьянами, которых судьба забросила в русские степи, и где они оставались теми же германскими жителями, виноделами или ремесленниками. История освоения территорий показывает, что в таких условиях они не могли не преобразоваться в нечто новое и стать тем, чем они являлись до самого последнего времени:-российскими немцами.

Кто перед нами? Немец, русский, поляк или маргинал? Немцы, приезжающие из Казахстана, часто говорят по-русски и по-казахски; немцы приезжающие из Украины, свободно говорят по-русски и по-украински, а родной язык сохранило только поколение тех, кто, к сожалению, скоро уйдёт из жизни.

Новое поколение российских немцев не говорит по-немецки, но всё-таки они немцы. Об этом же говорит система идентичных сегментов, вычлененных на базе разнообразных наук. В предисловии трудно построить их иерархию и полный комплекс, перечислю лишь некоторые из них:

? немцами осознаётся факт общего происхождения и жизни их предков на

общей территории, где они сформировались в особую национальную группу;

? они имеют достаточно чётко выраженные черты национального характера,

национальной психологии, бытовой культуры;

? особенности трудовой морали отличают немцев от других народов, этот факт

осознаётся ими самими и их окружением.

Кроме того, очень важно учитывать факторы, связанные с религиозной ориентацией:-в государствах бывшего СССР ни один из народов, кроме немцев, не исповедует лютеранство и католичество.

Известны блестящие исследования Густава Шпета в области этнопсихологии, Ивана Ильина в изучении национального характера, Питирима Сорокина в сфере этнокультуры. Национальный вопрос не обходил ни один крупный социальный философ или социолог России (К.Леонтьев, С.Соловьёв, Н.Данилевский, Н.Бердяев, П.Струве и т.д.).

Можно воспроизвести ещё много критериев и подтвердить их цифрами. Однако важно помнить: кризис идентичности российских немцев налицо. В этом смысле труд исследователя, восстанавливающего Историческую память,-- Б Е С Ц Е Н Е Н.

Эта вода течёт в восточную сторону земли,

сойдёт на равнину и войдёт в море;

и воды его сделаются здоровыми.

Иезекииль 47,8

2. Хронология установления первых контактов между Германией и Россией.

В самом фундаментальном, акдемическом, марксиском труде по истории феодальной России, многотомных очерках по истории России и СССР, выходивших в 50-60 годах, первые сюжеты. Относящиеся к взаимоотношениям Древнего Киева и средневековой Германии, воспринимаются сегодня не просто с неожиданностью, но и даже с некоторой символикой.

Большинство из приводимых сведений сейчас почти не используются в научных исследованиях из-за того, что они не укладываются в принятые норманистские и антинорманистские концепсии начала истории Руси. Некоторые известия искусственно привязываются к Киеву (в частности, сообщения о браках германских графов и герцогов с русскими княгинями и королевами). В объяснении нуждается и ошибочное употребление этнонима, поскольку ошибки могут навеиваться какими-то представлениями, уходящими в далёкое прошлое. Естесственно, что наиболее убедительной будет концепсия, которая менее всего оставляет необъснённого.

Первая, упоминаемая историей, встреча между русскими и немцами, произошла в 959 году, когда послы, только что окрещённой в Константинополе Киевской Великой княгини Ольги, прибыли ко двору Кайзера Оттона-1 в Ахене и попросили о миссионерах-епископах. Но почему именно к Оттону-Великому княгиня Ольга послала своих послов, мы поймём если, заглянем немного вперёд, в историю становления земли русской.

В сведениях иностранных источников о "Руси и ругах мы находим документ датированный 946 годом, в котором Балтийское море названо "морем ругов. Аналогичное название повторено и в документах 1150 года

Между 948 и 952 годами, Константин Багрянородный упоминает Русь "ближнюю и Русь "дальнюю, а также даёт паралельное обозначение названий днепровских порогов по-русски и по-славянски.

954-960 годы. Раны-руги выступают в союзе с Оттоном-1, помогая ему в покорении восставших славянских племён. В результате были покорены все племена, жившие у моря "против Руси. Аналогичным образом Адам Бременский и Гельмольд определяют местоположение острова ругов как лежащего "против земли вильцев.

959 год. Посольство к Оттону-1 "королевы ругов Елены (Ольги), с просьбой прислать епископа и священников. Епископом на Русь был назначен Либуций монах майнского монастыря. Но Либуций умер в 961 году и вместо него был назначен епископ Адальберт, который и совершил в 961-962 годах поездку к ругам. Но княгини Ольги уже не было и её, преданный языческим богам сын Святослав, отправил епископа Адальберта назад. Таким образом предприятие закончилось полной неудачей; руги просто изгнали миссионеров, в следствии чего христианизация Киевской Руси, была отложена

ещё на два десятилетия и была проведена не немецкими епископами, а греческими священниками. Сообщение об этих событиях описано так называемым Продолжателем Регинона, за которым исследователи видят самого Адальберта. В других хрониках вместо Ругии называется Руссия. (Кайзер Отто-Великий это сын кайзера Генриха-1, Отто-1 (912-973) ставший Отто-Великим за заслуги перед Римской Церковью в христианизации славянских народов).

В 965 году Ибн Якуб посетил с дипломатическим поручением Германскую (Священную Римскую) империю и встречался с Оттоном-1. в донесении оп поездке, которое мы находим в сочинении автора 11 века аль-Бекри, он даёт описание славянских земель и называет русов, которые граничат на востоке с владениями польского князя Мешко, а также с запада на кораблях совершают нападения на пруссов.

В 968 году, Адальберт утверждён магдебургским архиепископом. В грамоте напоминается, что он прежде ездил к ругам-руссам.

В 973 году Ламберт Херсфельдский говорит о прибытии ко двору Оттон-2 в Кведлинбург в числе других и русских послов.

До 995 года в саге об Олаве Трюггвасоне (списки 13-14 веков) говорится о пребывании Олава на Руси при дворе князя Владимира. Упоминается и провидица Аллогия, очевидно, историческая Ольга. Такое написание имени княгини позволило антинорманистам 19-го столетия отвергнуть скандинавскую этимологию имени (от Хельга). По саге, Олав подсказывает Владимиру мысль о принятии христианства, что служит практически единственным аргументом католических историков, пытающихся приписать Риму заслугу христианизации Руси.

997 год. В некоторых списках Жития Адальберта, погибшего в Пруссии, убийцами названы рутены. А вместо Пруссии, Руссия.

Около 1002 года. Комментатор Адама Бременского (около 1075) говорит о подчинении Болеславом Храбрым в союзе с Оттоном-3 всей Славонии, Руссии и Пруссии.

1008-1009 годы. Бруно Керфурдский посетил Киев и дал описание поездки в письме к Генриху-2. После поездки к печенегам он направился к пруссам и был убит на границе Пруссии и Руси. В житии Ромуальда, написанном в 1040 году Петром Дамиани, Бруно упомянут как миссионер, крестивший Русь.

1035 год. Комментатор Адама Бременского отмечает, что Кнут Великий "отдал

в жёны свою сестру Эстрель за сына короля Руссии.

1040 год. Анналист Саксон сообщает, что в день святого Андрея (30 ноября) в город Альштедт (Тюрингия) к Генриху-3 прибыло посольство русов с большими дарами.

1042 год. Комментатор Адама Бременского отмечает, что викинг Гаральд Грозный, "возвращаясь из Греции, взял в жёны дочь короля Руссии Герцлейфа

(Ярослава). Саги знают её под именем Эллисив, или Елизавета.

1043 год. Ламберт Херсфальдский упоминает о посольстве русов в Госляр к Генриху-3 с предложением руки дочери русского короля. Посольство успеха не имело.

1061 год. Агмунда-Анастасия по смерти мужа Андрея-1 с сыном Шаламаном и снохой, сестрой Генриха-4 (1056-1106), бежала в Германию и именно в Тюрингию. Факт этот может иметь значение потому, что княжество Русь в Тюрингии существовало до 1920 года, а возвращались вдовы из Руси чаще всего на родину.

Так, в 1065 году, киевский князь отпустил в Венгрию вдову погибшего у Тмутаракани Ростислава Владимировича венгерскую герцогиню. В том же году Генрих-4 направил на Русь пфальцграфа саксонского Фридриха.

1062 год. Скончался маркграф саксонской северной земли Бернхард-2. Согласно Саксонской всемирной хронике жена его происходила "из Руссии. Анналист Саксон сообщает о браке в это же время графини Кунигунды Орламюнде и "короля руссов. Орламюнд город в Тюрингии на реке Сале (в землях лужицких сербов), непосредственно примыкающий к известному здесь позднее княжеству или графству Русь (Рейс). Мнение о том, что этим "русским королём был либо Изяслав Ярославович, либо Ярополк Изяславович, не имеет под собой каких-либо оснований.

1075 год. Изяслав Ярославович и Ярополк, его сын, изгнанные в 1073 году Святославом Ярославовичем из Киева, прибыли к Генриху-4 в Майнц просить помощи против узурпатора престола. До этого они неудачно пытались заручиться поддержкой в Польше, а затем нашли прибежище в Тюрингии у маркграфа саксонского Деди, который сам сопровождал их в поездке к королю. Генрих-4 направил к Святославу пробста Трирского собора Бурхарда, на сестре которого был женат киевский князь. Посольство вернулось с большими дарами и Генрих более не пытался как-то воздействовать на Святослава.

Около 1075 года. Адам Бременский и его комментатор неоднократно упоминают Русь. Даётся описание города Юмны (Волина) у устья Одера, где живут варвары и греки, причём варвары отвергают не вообще христианство, а католичество. От Юмны до Острограда в Руссии (видимо Новгорода) можно пройти под парусами за 14 дней. Киев непосредственно помещается в "Греции и сопоставляется с Константинополем как его соперник. Комментатор добавляет данные о расстояниях. Так из датской Скопии до Бирки в Швеции плыли пять дней. Из Бирки до Руссии тоже пять дней. Такому расстоянию соответствуют области Роталии и Вика в Западной Эстонии. Давая описания островов, прилегающих к южному побережью, хронист называет Семланд, "смежный с Русью. Речь идёт о Самбийском полуострове, нынешняя Калининградская область.

80-е годы 11 века. По сообщению анналиста Саксона, сын маркграфа Удона-3, Генрих Длинный Штаденский обручился с дочерью русского царя. В Саксонию прибыло пышное посольство с богатым приданным. Невеста была помещена в Кведлинбургский монастырь и по имени его настоятельности получила имя Адельгейда. Предполагается, что под именем Адельгейда в европейскую историю вошла дочь Всеволода, Евпраксия, вернувшаяся позднее на родину и постригшаяся в 1106 году в монастыре.

Уже в конце 10-го начале 11-го веков, немецкие научные экспедиции пытались проникнуть и заглянуть в глубь России. Вместе с научными экспедициями, в глубь России пытались проникнуть и купцы. Так, например, история знает о некоем немце, не лазутчике, не кондотъере, объявившемся на беспокойном западном рубеже России, а о благочестивом жителе городка Регенсбурга по имени Гартвиг, который в начале 11 века оказался в Киеве по торговым делам. И перед смертью он завещал одному из православных монастырей 18 фунтов серебра.

В 11 же веке в Киеве стали появляться и другие купцы, в основном это были Ганзейские купцы из Любека и Данцига, которые успешно торговали лесом, мехами, смолой и другим товаром.

Оттон, епископ Бамбергский, дважды в 1124-1127 годах посещал страну с целью обращения населения в христианство. Описание этих поездок принадлежит спутникам епископа Герборду и Эбону, которые так описывают эту страну: "Изобилие рыбы в море, реках, озёрах и прудах настолько велико, что кажется просто невероятным. На один динар можно купить целый воз свежей сельди, которая настолько хороша, что если бы я стал рассказывать всё, что знаю о их запахе и толщине, то рисковал бы быть обвинённым в чревоугодии. По всей стране множество оленей и ланей, диких лошадей, медведей, свиней и кабанов и разной другой дичи. В избытке имеются коровье масло, овечье молоко, баранье и козье сало, мёд, пшеница, конопля, мак, всякого рода овощи и фруктовые деревья и будь там ещё виноградные лозы, оливковые деревья и смоковницы, можно было бы принять эту страну за обетованную землю.

В 12 столетии стали появляться немецкие строители и архитекторы во Владимире и Суздале. В начале 13 века немецкие архитекторы появились и в Новгороде. Неудивительно, что в этих городах иногда встречаешь строения, отдалённо напоминающие строения средневековой Германии. И уже в 13 веке в Москве стали появляться первые немецкие поселения. Это были первые как-бы ознакомительные попытки немецких купцов, торговцев и ремесленников, поселиться на новых российских землях.

Но татаро-монгольское нашествие на долгие десятилетия, более чем на два столетия, прервало торговые и культурные связи России и Германии. И только после изгнания татаро-монгол с просторов России, снова начались взаимные обмены посольствами, поехали купцы в Русь из разных немецких земель. Потянулись врачи, аптекари, инженеры, архитекторы и военные.

В 16 веке началось расширение России на восток и на юг. В 1574-1577 годах, Тимофей Ермак со своей дружиной в 1650 человек, двинулся вглубь Сибири, за Урал, от реки Чусовой. После захвата Средней и Нижней Волги, Россия победила в двух турецких войнах и присоединила к себе Крым и северное побережье Чёрного моря. Для того чтобы закрепить за собой эти завоевания. На новых землях сооружались пограничные укрепления, проводилось заселение территорий. Для чего и были приглашены иностранные поселенцы, в том числе и из Германии. После того, как столицей России вновь становится Москва, в 1570 году, в ней вновь возникает немецкое поселение, так называемая "первая немецкая слобода. В ней поселяются немцы, которые работают врачами, учителями, служат чиновниками и офицерами.

В 1612 году-вторая попытка обжить московские просторы. Возникает второе поселение немецких переселенцев в Москве, "вторая немецкая слобода и уже в

1643 году в столице России насчитывалось около 400 немецких дворов. Если посмотреть на карту Москвы того времени, это составит не менее трети города. Но всё это были ещё лишь попытки поближе узнать условия жизни в этих суровых климатических широтах, ознакомиться с "великороссами, приспособиться к этому климату.

Но уже в 1652 году в Москве возникает "иностранная окраина, т.е. происходит третья попытка заселиться в Москве, возникает "третья немецкая слобода. Усиленный спрос привлёк в Москву множество иноземных техников, офицеров и солдат, врачей, мастеров, купцов, заводчиков. Ещё в 16 веке при Иване Грозном из западноевропейских пришельцев образовалась под Москвой на реке Яузе немецкая слобода. Бури смутного времени разметали это иноземное поселение.

У Ивана Грозного отношение к немцам было неоднозначным. В техническом обеспечении штурма Казани ему помог знаменитый оружейник Фюльстерберг. Но позже в приступе гнева Иван Грозный сжёг Немецкую слободу и многих немцев поместил в тюрьму вместе с татарами, где пленённый татарский хан воскликнул: "Вам, немецким собакам, так и надо! Вначале вы вручили русским оружие, которым они избили нас. Сегодня этим кнутом они лупят вас". Лжедмитрий первый немцев защищал, а Лжедмитрий второй их преследовал.

С воцарения Михаила (1596-1645), когда усилился прилив иноземцев в столицу, они селились где только могли, покупая дворы у москвичей, заводили пивные, строили кирхи внутри города. Тесное соприкосновение немцев с москвичами, соблазны и столкновения, отсюда возникавшие, жалобы московского духовенства на соседство с кирхами, смущали московские власти, и при царе Михаиле был издан указ, запрещавший немцам покупать дворы у москвичей и строить кирхи внутри города. Путешественник и летописец Олеарий рассказывает об одном из случаев, вынудивших правительство Москвы принять меры к разобщению москвичей и иноземцев. Жёны немецких офицеров, взятые из иноземных купеческих семейств, глядя свысока на простых купчих, хотели и в кирхе сидеть впереди тех, но те не уступали, и однажды у них с офицершами разгорелся спор прямо в кирхе, перешедший затем в драку. Поднявшийся шум был слышен и на улице, и привлёк к себе внимание патриарха, на беду проезжавшего в это время мимо кирхи. Узнав в чём дело, владыка, как блюститель церковного порядка и среди иноверцев, приказал снести кирху и она была в тот же день срыта до основания. Этот случай произошёл в 1643 году и тогда же все кирхи внутри города были снесены и отведено место было для постройки новой кирхи за земляным валом, а в 1652 году и все немцы, расселённые в Москве, были выселены из столицы за Покровку, на реку Яузу и там, на месте бывших некогда немецких дворов отведены были им участки по чину и званию каждого. Так возникла немецкая, или иноземная, так называемая "третья немецкая слобода, разросшаяся вскоре в значительный и благоусроенный городок с прямыми, широкими улицами и переулками, с красивыми деревянными домиками. Там были три лютеранские кирхи, одна реформатская и немецкая школа.

Разноплеменное, разноязычное и разное по званию население слободы жило в достатке и весело, не стесняемое в своих обычаях и нравах. Это был уголок Западной Европы, приютившийся на восточной окраине Москвы. Это немецкое поселение и стало проводником западноевропейской культуры, ломая старые русские предубеждения, вкусы и привычки, воспитывая в нём новые, более утончённые вкусы, незнакомые русским людям прежних поколений.

В 1682 году, в немецкой слободе уже проживало 18000 иностранцев из 200 тысяч жителей Москвы, т.е. почти 10% жителей Москвы были иностранцы. Были ли это действительно только немцы или были и другие иностранцы, сейчас сказать трудно, потому что русские жители Москвы называли всех немцами. Но это не означало, что они все были обязательно из Германии. Дело в том, что русский народ не понимал языка жителей слободы и те не понимали или плохо понимали русский язык, они были для русского человека как-бы немыми, вот русские жители Москвы и прозвали всех проживающих в слободе немыми, то есть "немой, "немец.

Праведен Господь во всех путях Своих

И благ во всех делах Своих.

Псалм 144,17

3.Выход России в Европу. Первая волна массового переселения немцев в Россию при Петре-I.

Кто не знает Петра Великого, кому это имя не знакомо? Наверное нет ни одного государства в Европе, где бы никто и ничего не знал о Петре-I, Петре-Великом, "самодержце всея Руси, одной из ключевых фигур истории конца 17 начала 18 столетий.

Пётр-I, Пётр Алексеевич, великий русский царь с 1682 года, первый российский император с 1721 года, выдающийся государственный деятель, полководец и дипломат, вся деятельность которого связана с радикальными преобразованиями и реформами, направленными на устранение отставания России от европейских стран в начале 18 века.

Пётр-I родился 30 мая 1672 года. Большое влияние на формирование его интересов оказали иностранцы Ф.Я.Лефорт, Я.В.Брюс, Л.И.Гордон в начале как учителя в разных областях, а затем и его сподвижники. Царь с детства знал немецкий, позже изучил голландский, отчасти английский и французский языки. Детство Пётр провёл почти в постоянных войнах со своими потешными полками.

В 1689 году мать заставила Петра жениться на дочери мелкопоместного дворянина , Екатерине Лопухиной, родившей ему через год сына Алексея. Но "честный брак между молодыми не получился: молодожён проводил время не с супругой, а с друзьями в немецкой слободе. Там Пётр узнал иной тип межличностных отношений, иной тип быта; там же у него пробудилась любовь к морю, мореплаванию, родилось восхищение немецкой культурой. Там, в 1691 году он познакомился с дочерью немецкого ремесленника, Анной Монс, ставшей впоследствии его возлюбленной.

Для того чтобы яснее представить себе жизнь и быт немецкой слободы в Петровские времена и понять почему Пётр Великий начал учиться европейскому образу жизни и именно у немцев, я приведу несколько отрывков из книги Льва Николаевича Толстого "Пётр-I.

"Ворота открылись и Алексашка очутился в немецкой слободе на Кукуе. Приветливый свет из окошек небольших домов падал на посыпанные песком дорожки, низенькие ограды, на подстриженные деревца, на стеклянные шары, стоявшие на столбах среди песчанных дорожек. В огородах перед домиками белели и чудно пахли цветы. Кое-где на лавках и на крылечках сидели немцы в вязанных колпаках, держали длинные трубки.

/Мать честная, вот живут чисто/,- подумал Алексашка, вертя головой сзади кареты. В глазах зарябили огоньки. Проехали мимо четырёхугольного пруда,-по краям его стояли круглые деревца в зелёных кадках, и между ними горели плошки, освещая несколько лодок, где, задрав верхние юбки, чтобы не мять их, сидели женщины с голыми по локоть руками, с открытой грудью, в шляпах с перьями, смеялись и пели. Здесь же, под ветряной мельницей, у освящённой двери аустерии, или по-нашему кабака, плясали, сцепившись парами, девки с мужиками. Повсюду ходили мушкетёры,-в Кремле суровые и молчаливые, здесь-же, в растёгнутых кафтанах, без оружия, под руку друг с другом, распевали песни, хохотали без злобы, мирно. Всё было мирное здесь, приветливое: будто и не на земле,-глаза впору протереть. Выехали на широкий двор, посреди его из круглого озерца была вода. В глубине виднелся выкрашенный под кирпич дом..

Одним из иностранных друзей Петра-I был Франц Яковлевич Лефорт, авантюрист из Женевы, пустившийся за тридевять земель искать счастья и попавший в Москву, невежественный немного менее Меньшикова, но человек бывалый, весёлый говорун, вечно жизнерадостный, преданный друг, неутомимый кавалер в танцевальном зале, неизменный товарищ за бутылкой, мастер веселить и веселиться, устроить пир на весь мир с музыкой, с дамами и танцами-словом душа человек или "дебошан французский, как его называли в компании Петра-I. Вот он-то однажды и привёз Петра-I в немецкую слободу и познакомил с его обитателями. Вот как описывает это событие Лев Толстой:

"Ловок, хитёр был Лефорт. Пётр и не опомнился, как уже размахивая руками, шагал рядом с ним к воротам слободы. Здесь окружили их сытые, краснощёкие, добрые кукуйцы и каждый захотел показать свой дом, свою мельницу, где в колесе бегала собака, свой огород с песчаными дорожками, подстиженными кустиками и ни одной лишней травинкой. Показали все умственные штуки, о которых говорил Лефорт.

.Пётр удивлялся и всё спрашивал: "А это зачем? А это для чего? А как это устроено? Кукуйцы качали головами и говорили одобрительно: "О, молодой Пётр Алексеевич хочет всё знать, это похвально.... Наконец подошли к четырёхугольному пруду. Было уже темно. На воду падал свет из отворённой двери аустерии. Пётр увидел маленькую лодочку, с маленьким, повисшим без ветра парусом. В ней сидела молоденькая девушка в белом и пышном, как роза, платье. Волосы её были подняты и украшены цветами, в голых руках она держала лютню. Пётр ужасно удивился,-даже стало страшно отчего-то. Повернув к нему чудное в сумерках лицо, девушка заиграла на струнах и запела тоненьким голоском по-немецки такое жалостное и приятное, что у всех защекотало в носу. Между зелёными шарами и конусами подстриженных деревьев сладко пахли цветы табаку. От непонятного впечатления у Петра дико забилось сердце. Лефорт сказал ему:-"Она поёт в Вашу честь. Это очень хорошая девушка, дочь зажиточного виноторговца Иоганна Монс.. Сам господин Монс, с трубкой, весело поднял руку и покивал ладонью Петру. Соблазнительный голос Лефорта прошептал:-"Сейчас в аустерии соберутся девушки, будут танцы и фейерверк, или огненная забава...

Такие праздники с весёлым гуляньем, пивом, табаком и фейерверками, танцами и пением проходили только по воскресеньям, только раз в неделю были хмель и веселье. В понедельник кукуйцы надевали свои вязанные колпаки, стёганные жилеты и трудились как пчёлы. С большим почтением они относились к труду, будь то купец или простой ремесленник. "Он честно зарабатывает свой хлеб-говорили они поднимая уважительно палец.

Разгульная жизнь Петра отразилась на его семейных отношениях. Лефорт сблизил Петра с семейством Монсов, где было две дочери; Петру сильно приглянулась одна из них-Анна. Умная, кокетливая немка умела привязать к себе тем наружным лоском обращения, которого не доставало русским женщинам.

Делом всей жизни Петра было усиление военной мощи России. И здесь он опять-таки многому научился у иностранцев, в том числе и немцев. Девяти лет от роду Пётр становится свидетелем стрелецкого бунта, где на его глазах происходит убийство близких к его матери бояр. Вскоре его увозят в деревню. Здесь он предоставлен себе на целый ряд лет. Играя со сверстниками, Пётр организует свои потешные полки, которые затем становятся полками гвардии. Играя, он учится управлять парусами найденного им ботика.

Многому в военном деле он научился у П.И. Гордона. Осенью, в год его совершеннолетия был раскрыт заговор стрельцов и Петру, спасаясь от смерти, пришлось бежать в Троицко-Сергиев монастырь, куда позднее прибывают его потешные полки вместе с генералом Гордоном. Подавив стрелецкий бунт, пережив жесточайший шок, в результате которого у него выработался жестокий и вспыльчивый характер, Пётр с ещё большим рвением взялся за военное дело.

Лефорт мало имел основательных сведений в военном устройстве и в кораблестроении, зато с жаром и восторгом говорил об этом перед Петром и располагал Петра к усвоению наружных признаков иноземного строя. Таким образом, под его влиянием Пётр пристрастился к иноземному платью. Рассказывают, что Лефорт сам лично являлся перед Петром то в той, то в другой военной форме, с позволения Петра переодел русских солдат в иноземные мундиры, обучал их в глазах царя военным эволюциям и этим приводил в восторг Петра. Царь сам нарядился в иноземную военную форму и вздумал пройти всю военную службу, начиная с малых чинов, сам учился всяким приёмам военного искусства, и, при необыкновенной своей восприимчивости, скоро приобрёл навыки владения огнестрельным оружием, устраивить понтоны, мины, копать окопы и прочее. Вскоре Пётр произвёл Лефорта в генерал-майоры, устраивал с ним примерные битвы, которые были и потехами, и средством обучения. Эти потехи не обходились однако даром; на одном из подобных примерных сражений лопнувшая ручная граната опалила лицо царю и ранила многих офицеров. На другом таком сражении, происходившем 4 сентября 1690 года, было много раненых, и сам генерал Гордон, с повреждённой ногой и обожённым лицом после того, пролежал с неделю в постели. На следующий год, осенью, потехи такого рода стали ещё большего размера. Царь приказал построить близ села Преображенского земляное укрепление, названное им Пресбургом, разделил войска на две половины: одна должна защищать укрепление, другая взять его. На этой примерной бытве было ещё больше раненных, чем прежде, а один из приближённых царя, Иван Долгорукий, погиб.

В Переяславе мастер Карштен Брант, по царскому приказанию строил суда и к 1689 году построил два малых фрегата и три яхты. Царь в это время упражнялся в постройке небольших гребных судов. В конце лета 1691 года он заложил первый русский военный корабль. Переяславское озеро было слишком тесно и Пётр, летом 1693 года отправился в Архангельск, чтобы видеть море и устройство купеческих кораблей, приходивших в этот единственный русский порт. Царь с большим любопытством осматривал суда, всякие иноземные товары, привозимые из Европы, обо всём расспрашивал и тут же делал себе заметки о заведении русского флота и расширении торговли. При посредничестве опять-таки сопровождавшего его Лефорта, Пётр заказал большой корабль, поручив его снаряжение амстердамскому бургомистру Витцену. Кроме того, начата была постройка двух кораблей в самом Архангельске, в постройке которых принимали участие и мастера из Германии.

В январе 1694 года скончалась царица Наталья Кириловна. Пётр жалел и плакал о ней, потому что он любил свою мать, но смерть матери развязала ему руки. Он с жаром принялся за дело кораблестроения, приказал заранее отправить в Архангельск оружие, порох, снасти, изготовить досчанники для плавания по Двине. 29-го апреля Лефорт дал у себя прощальный пир с музыкой и барабанным боем, но без танцев, по причине недавней утери царя. Вслед за тем царь отправился с четырьмястами приближённых в Архангельск. Уже плывя по Двине, Пётр тешился, называя досчанники флотом, и выдумал для этого флота особый русский флаг: красный, синий, белый, оставшийся до сих пор русским флагом. Выходит, в том что у России до сих пор именно этот флаг есть часть заслуги и немцев, так как они сопровождали Петра в этом потешном путешествии и поддержали эту его идею. К величайшему удовольствию Петра, один из строившихся в Архангельске кораблей уже был готов и спущен на воду 20-го мая 1694 года. Царь на этом корабле пировал и угощал иностранных мастеров, строивших этот корабль, среди которых большинство были немцы.

июня 1694 года был спущен на воду второй корабль, построенный в Архангельске. Пётр вновь устроил пир на радостях. 21 июля прибыл корабль заказанный в Голландии. Это дало повод к ещё большему торжеству, и Пётр по этому случаю писал в Москву своему другу Виниусучто у них "Бахус почитается и своими листьями заслоняет хотящим писати пространно. В августе Пётр со своими кораблями опять пустился в море. При плохом умении управлять кораблями, царь подвергся опасности кораблекрушения, но счастливо избежал его и воротился в Архангельск. С этих пор Пётр считал свой флот существующим и назначил его адмиралом своего любимца Лефорта.

Дело судостроения шло довольно успешно. В1698 году были построены требуемые суда, но Петру приходилось часто и жестко бороться с разными помехами: рабочие беспрестанно убегали, иностранные мастера часто ссорились между собою, а некоторые брали деньги, а от дела отлынивали.

Любимая до страсти Петром мысль о кораблестроении последовательно увлекала к более тесному сближению с Западной Европой. Постройка судов таким образом как она совершалась, не могла быть прочной основой на будущее время. Кумпанства, поневоле обязанные давать средства на постройку судов, не могли сделать и шага без иностранных мастеров. Пётр был недоволен таким состоянием дел, многие из иностранцев были просто искателями счастья, думавшие, что они пришли в такую страну, где и плохая работа может показаться отличною. Более добросовестно относились к своим обязанностям немцы, поэтому они и были более приближены к царю. Сверх того, подобный способ судостроения заствлял Россию постоянно пользоваться услугами иностранных мастеров и тем самым зависеть от них. Надо было приготовить знающих мастеров. С этой целью Пётр отправил за границу 50 молодых человек-стольников и при каждом по солдату. Целью посылки было специальное обучение корабельному искусству и архитектуре, а поэтому они отправлены были в такие страны, где в то время процветало мореплавание: в Голландию, Англию, Италию, преимущественно в Венецию. Эта мера возбудила сильный ропот: в России, жившей столько веков в отчуждении от Запада, постоянно господствовала боязнь, чтобы русские, усваивая знания от иноверных народов, не потеряли чистоты своей веры; духовенство толковало, что русским православным людям, "новому Израилю не следует сообщаться с иноплеменниками, подобно тому, как это было запрещено Богом в Ветхом Завете израильскому народу. В начале 1697 года, некто монах Аврамий смело подал самому Петру обличение поступков царя. Пётр не обращал ни на что внимания, преданный до страсти своему делу, он решился ободрить и увлечь подданных собственным примером. Он сознавался перед боярами, что, не получив надлежащего образования, не способен ещё совершать дела, которые считал полезными для государства, и не видит иного выхода, как, сложивши на время для видимости корону, отправиться в просвещённые европейские страны учиться. Подобного ещё не было в истории русских царей.

Пётр снарядил полномочных послов в Вену, Голландию и Англию. Во главе этого великого посольства он поставил своего любимца адмирала Лефорта, новгородского и сибирского наместника Фёдора Алексеевича Головина и белевского наместника, думного дьяка Прокопия Возницына. При послах было более двадцати дворян, тридцать пять волонтёров, которые собственно и назначались для изучения корабельного искусства, и, сверх того, большое количество служителей и мастеровых, среди которых много было и немцев обжившихся в России. Пётр был в свите посольства под именем капитана Петра Михайлова. Посольство отправилось в марте 1697 года к шведскому рубежу в Лифляндию, и первым иноземным городом, где ему пришлось остановиться была Рига. Пётр хотел оставаться совершенно незамеченным: все почести предоставлены были послам; строго запрещено было русским говорить, что между ними находится их царь. Шведский губернатор Риги Дальберг принял русское посольство с официальной честью, но, однако, без особенной предупредительности, и не позволял себе ни малейшего отступления от своей обязанности. Дальберг хотя и знал, что в свите находится царь, но показывал вид, что даже не подозревает этого, исполняя тем самым буквально желание Петра, находиться инкогнито. Когда Пётр захотел осмотреть в зрительную трубу укрепления Риги, Дальберг тотчас обратился к Лефорту и потребовал, чтобы люди его свиты не смели позволять себе таких вольностей. Этот поступок сильно разозлил Петра: он не забыл его и тогда, когда впоследствии завоевал Ригу; и тогда, вспоминая о суровости Дальберга, он называл Ригу проклятым местом. В сущности же Дальберг просто честно исполнял свою обязанность.

В Митаве курляндский герцог принял русское посольство радушнее. Пётр, которого больше всего занимало море, оставил послов следовать до Кёнигсберга сухим путём, а сам в Либаве сел на купеческий корабль с волонтёрами и отправился морем. 2-го мая он пристал в Прусском порту Пиллау, а оттуда приехал в Кёнигсберг. Прусский герцог курфюрст Бранденбургский принял его хорошо и приготовил приличное помещение в двух домах. Посольство прибыло позже и было принято с большой пышностью. Здесь Пётр пробыл до 10-го июня. Пребывая в Пруссии, Пётр усердно занимался артиллерийским делом у инженерного подполковника Штернфельда и привёл его в изумление своей необыкновенной понятливостью.

Путешествие русского царя инкогнито, не помешало распространиться вести о нём по всей Германии. Две принцессы курфюрстины: Ганноверская София и её дочь, Бранденбургская София-Шарлотта,-щеголявшие в то время в Германии учёностью, покровительством наукам и знакомством с Лейбницем,знаменитостью своего века-страстно захотели увидеть царя дикой Московии, ехавшего в Европу; они встретили Петра во владениях герцога Цельского с тремя принцами Ганноверского семейства и толпою придворных, в местечке Кённенбурге. Пётр сначала дичился и не хотел идти к ним, но, преодолевши свою застенчивость, явился к принцессам с тем условием, что бы там не было придворных. Ловкие курфюрстины своей любезностью ободрили его и довели до такой развязности, что он позволил войти придворным.

Пётр нетерпеливо рвался в Голландию, страну кораблей и всякого местерства. Оставив позади себя посольство, он поплыл по Рейну и каналам с несколькими волонтёрами и немногочисленной прислугой. Миновав Амстердам, оставив там большую часть своих людей, Пётр прибыл в Саардам 7-го августа 1697 года. Здесь он приютился в доме знакомого кузнеца, некогда жившего в Москве, в немецкой слободе, Геррита Киста. Пётр упросил хозяина дома не говорить кто он таков и выдавал себя за простого русского плотника.

После Голландии Пётр со своим посольством побывал в Англии, где он убедился в преимуществе английского кораблестроения перед голландским и решил что впредь будет принят английский способ постройки судов и он будет приглашать преимущественно английских мастеров. Здесь же заключил с английскими купцами договор о свободном ввозе табака в Россию, нанял мастеров для прорытия канала между Волгою и Доном.

18-го апреля 1698 года Пётр простился с королём Англии и на подаренной им яхте отплыл снова в Голландию. 17-го мая отправился из Голландии в Вену и в ожидании разрешения вопросов о разных условностях, касающихся приёма русского посольства, испросил у императора согласия на свидание с ним и его семейством, без церемоний. Это дало ему возможность, не стесняя себя придворным этикетом, осмтреть все достопримечательности Вены.

Путешествие Петра было великим событием, с которого началась преобразо-

Вательная деятельность государя, и русское общество пошло безвозвратно по новому пути сближения с Европой. Началом преобразований было изменение внешних признаков, отличавших русскую жизнь от европейской. Под видом изучения кораблестроения и морского дела, сам царь прошёл полный курс артиллерийских наук в Кёнигсберге и Бранденбурге, полгода работал плотником на верфях Амстердама, изучая корабельную архитектуру и черчение планов, окончил теоретический курс кораблестроения в Англии. По его приказу в этих странах закупались книги, приборы, оружие, приглашались иностранные мастера и учёные. Великое посольство заставило его сменить внешнеполитический курс с южного на западный. Он надеялся изменить не только внешний облик людей, но и облик своей страны, сделав её похожей на западную, но сохранив при этом самодержавие и крепостничество.

Творец нового русского государства, Пётр Алексеевич Романов, известный всему миру как Пётр-Великий, ввёл свою империю в современную европейскую и мировую историю. Он привлёк иностранную силу и знания для строительства своей современной империи. Именно по приглашению Петра-I впервые в трану прибыло много немецких специалистов: техников, ремесленников, учёных составивших впоследствии костяк первой Российской Академии наук, офицеров, которые помогали строить новую армию России. Большинство из них временно проживало в Санкт-Петербурге.

Пётр-I сам прошёл профессиональное европейское образование. Из своих заграничных поездок он привозил с собой десятки а то и сотни инженеров, архитекторов, специалистов морского дела, врачей, учителей. Он, как никто другой понимал, какое значение имеет Европа для России.

Именно поэтому, на время правления Петра-I и выпадает первая массовая волна иммиграции немцев в Россию. На призыв Манифеста Петра первого от 16 апреля 1702 года откликнулись тысячи немцев-военных, учёных, учителей, художников и архитекторов, которые и помогли ему "прорубить окно в Европу" К этому времени в Москве уже существовала большая "немецкая слобода, частым гостем которой был и Пётр-I и в которой к тому времени уже проживало около 20000 человек.

В 1703 году Пётр-I основывает и начинает строить Северную столицу России "окно в Европу-Санкт-Петербург. В строительстве города также принимали участие архитекторы и строители из Германии.

В первых числах октября 1703 года Петр-I выйдя в финский залив для обследования фарватеров, наткнулся на Ритусаари т.е. Крысиный остров, который петербуржцы и сейчас ещё называют Котлин. Сделав промеры, он решил между островом Котлин и мелью построить морскую крепость, преграждающую путь в Невскую губу и Неву. Несмтря на суровое зимнее время и трудности, строительство велось быстро и к весне 1704 года крепость была закончена. 7 мая 1704 года Пётр-I с ближайшими соратниками осмотрел её, после чего она была освящена и названа Кроншлот (Коронный замок).

Под защитой крепостных стен на Котлине начинается строительство города. С самого начала город мыслился не только как крепость, но и как крупный порт. При петре-1 на русской службе состояло значительное число иностранцев-моряков, инженеров, ремесленников, художников и т.д. Немало их было и в Кроншлоте-Кронштадте

Пётр-I прекрасно понимал. Какую роль в жизни переселенцев играют религиозные чувства. Он понимал, что отрицательное олтношение к иноверцам мешает переселению из Европы специалистов не православного вероисповедания. И именно поэтому. После того как в Москве в 1689 году были сожжены на костре как еретики Квириний Кульман и Конрад Нордерман. Петр-I. в 1702 году, своим указом, гарантирует всем переселенцам свободу вероисповедания. После этого в Россию потянулись как и в прошлые столетия учителя, военные, купцы. Но вместе с тем, теперь в Россию потянулись и крестьяне и ремесленники. Первые переселенцы в большинстве своём. Селились в основном в больших городах и вокруг них, где они почти до 20-го столетия входили в элиту этих городов и естественно, внесли ощутимый вклад в развитии этих городов.

В результате северной войны 1701-1721 годов, к России были присоеденены прибалтийские провинции и часть Финляндии. Пётр-I закрепил и усилил привилегии и самоуправление Балтийских немцев этих провинций. Им была дана свободща вероисповедания и признан немецкий язык, как официальный язык. Немцы, которые здесь проживали, были потомками рыцарей Тевтонского и Ливонского орденов пришедших сюда в 1186-1199 годах. Потомки этих орденов. Ставшие впоследствии прибалтийскими (остзейскими) помещиками тоже перешли на службу к Российским императорам и сильно разбавили военную и гражданскую администрации, офицерский корпус армии и флота.

П.Е.Ковалевский даёт крайне интересную оценку царствованию и преображениям Петра-Великого (Исторический путь России). "Главную ответственность за неправильное направление петровских реформ надо возложить на мать Петра и на князя Б.Голицына, которые не только не дали ему соответствующего образования и воспитания, но предоставили его целиком, вплоть до 21-летнего возраста, общаться с людьми некультурными, стоявшими вне русских интересов и не понимавшими ни русских исторических традиций, ни православия.

В самом Петре объединилось благочестие и богохульство. Он увлекался всем иностранным, но был до конца русским. Он не отделял себя от государства, полагая, что лишь он знает, как преодолеть российскую отсталость, невежество и лень: "Наш народ-яко дети неучёныя, кои никогда за науку не примутся, коли от мастера не приневолены будут-говорил он.

"То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник (А.С.Пушкин), Пётр-I не жалел себя и готов был игнорировать личные интересы во имя процветания России с её неисчислимыми природными богатствами. Безжалостный к себе, к совему здоровью, одержимый идеей служения государству, он в России "внедрял Европу как варвар (А.И.Герцен). По В.О.Ключевскому он "добрый как человек, был груб как царь.

С одной стороны, положительные преобразования Петра это те, которые продолжают и развивают начатое при отце и предшественниках, отрицательные, те, которые нарушают самоё существо русской жизна и представляют разрыв с русской национальной самобытностью. С другой, без необходимости модернизации на западный лад, Россия должна была неминуемо пасть жертвой западных стран и русская самобытность потерпела бы урон значительно больший. Пётр не допустил такого развития событий, во многом благодаря и немецким учёным, военным, архитекторам, строителям, ремесленникам и крестьянам и потому русская самобытность сохранена и до сих пор.

В связи с этим хотелось бы вспомнить наиболее выдающихся немцев, которые внесли огромный вклад в историю развития России по западному образцу, это:

Миних Христофор Антонович (Бурхард-Христофор 1683-1767) граф, российский военный и государственный деятель. Родился 9(19) мая в селении Нейенгунтдорф под Ольденбургом (северо-запад Германии) в семье чиновника заведовавшего плотинами в графствах Ольденбург и Дальменгорст. Получил инженерное образование. В конце 1710 года он направил Петру-I трактат о фортификации и в 1721 году перешёл на русскую службу, был представлен Петру и после испытаний в качестве инженера (ему было поручено начертить план укрепления Кронштадта) получил звание генерал-майора русской службы. В должности генерал-инженера руководил сооружением шлюза на реке Тосна, строительством Обводного канала и дороги вдоль Невы от Шлиссельбурга до Петербурга. В 1723 году возглавил работы по прокладке Ладожского канала. В 1726 году пожалован в генерал-аншефы. В 1727 году, получил звание главного директора над фортификациями. В 1728, в связи с окончанием строительства Ладожского канала, возведён в графское достоинство; назначен губернатором Ингерманландии, Карелии и Финляндии и командующим войсками в этих областях, в 1729 стал главным начальником артиллерии.

Фигура Б.Х.Миниха получила самые противоречивые оценки в историографии. Его часто критиковали за насаждение в русской армии прусских порядков, за неумелые действия (медлительность, неспособность развить успех) и за огромные потери во время русско-турецкой войны 1735-1739 годов, за то, что он являлся одним из лидеров "антинациональной (немецкой) партии, доминировавшей при Анне Иоановне и Анне Леопольдовне. Будучи в значительной мере порождением ксенофобских настроений русского общества конца 30-х начала 40-х годов 18 века, эта критика не может, однако, затмить позитивной роли Миниха в строительстве новой России как выдающегося инженера, как военного реформатора и полководца и как незаурядного политического деятеля.

Остерман Андрей Иванович (Генрих Иоганн Фридрих. 1686-1747), граф, российский государственный деятель и дипломат. Родился в Вестфалии (графство Марк в семье лютеранского пастора. Учился в Иенском университете, однако, не окончив курса, уехал в Голландию). В 1703 году в Амстердаме познакомился с русским вице-адмиралом К.И.Крюйсом, по поручению Петра-I вербовавшем для России "полезных и сведущих людей, и стал его личным секретарём. Оказавшись в России перешёл на государственную службу. Замечен Петром-I, который в 1707 году определил его в собственную канцелярию. Владел латинским, французским, немецким, итальянским, голландским языками и прекрасно изучил русский. В 1708 году был назначен переводчиком, а в 1710 тайным секретарём Посольского приказа. В 1711 сопровождал Петра-I в Прутском походе и учавствовал в заключении Прутского мира. В 1713 вёл переговоры с прусским королём Фридрихом Вильгельмом-I, затем со шведами. В качестве второго уполномоченного России (после Брюса) сыграл видную роль на Алаандском конгрессе 1718-1719 годов, обсуждавшем условия русско-шведского мира. В1720 назначен тайным советником Коллегии иностранных дел. В 1721 успешно провёл переговоры со Швецией, добившись заключения Ништадтского мира, положившего конец Северной войне и давшего выход России к Балтийскому морю; удостоин титула барона. В 1723 учавствовал в подготовке договора с Персией, по которому Россия получила юго-западное побережье Каспийского моря и выгодные условия для торговли. В том же году стал вице-президентом Коллегии иностранных дел, а в 1725 вице-канцлером и действительным тайным советником.

Реакция русского общества против немецкого засилья при Анне Иоановне сформировала сугубо негативный образ А.И.Остермана как беспринципного карьериста, двуличного и лживого, руководствовавшегося исключительно своей личной корыстью. Беспринципный анализ источников позволяет, однако, увидеть в нём крупного государственного деятеля и выдающегося дипломата, продолжателя дела Петра Великого. На протяжении двадцати лет он руководил внешней политикой России, гибко и в то же время последовательно добиваясь укрепления её авторитета и влияния на международной арене, в первую очередь на Балтике, в Польше и Черноморском регионе. Будучи ловким царедворцем и мастером интриги, А.И.Остерман отличался при этом крайней неподкупностью и никогда не жертвовал национальными интересами страны, ставшей его второй Родиной.

Франц Яковлевич Лефорт, женевец, сын зажиточного гражданина, занимавшегося торговлей. В молодости он отправился в Голландию, оттуда в Данию, учился военному искусству и с датским посланником прибыл в Архангельск искать счастья в Московском государстве. То было ещё при Алексее Михайловиче в 1675 году. Лефорт скоро выучился по-русски, женился в России на иноземке, дочери богатой вдовы Соге, подобно другим иноземцам служил в войске, получая за службу чины, пользовался расположением временщика князя Голицына, перед которым ходатайствовал за Лефорта женевский сенат, но, впрочем, не выделился ничем особенным. Любознательный Пётр вообще естественно привязывался к иностранцам, так как от них толькомог получить ответы на свои расспросы и так как они более русских могли сочувствовать его страсти к нововведениям, которая в нём уже проявлялась. Но никто из иноземцев до такой степени не понравился Петру, как Лефорт. По свидетельству знавших его лично, это был человек малосведущий, но зато умевший обо всём хорошо говорить, человек весёлого нрава и необыкновенно приятный собеседник. В этом качестве, столько сродном племени, к которому принадлежал Лефорт, заключается причина, почему Пётр привязался к этому человеку. Лефорт обладал редким житейским тактом. Пользуясь благосклонностью и привязанностью царя, он никому не вредил, не имел высокомерия, которым вообще вооружали против себя русских, живущие среди них иностранцы. Лефорт, знакомя Петра своими рассказамио культурном ходе европейской жизни, отнюдь не старался своим влиянием выводить вперёд иностранцев перед русскими; наоборот, советовал Петру приближать к себе русских, возвышать их, и сам постоянно казался преданным пользе страны, в которой нашёл себе новое отечество.

Никто лучше его не умел устраивать пиры. Он ввёл Петра в иноземное общество в немецкой слободе, где царь нашёл полную непринуждённость обращения, противоположную русской старинной чопорности. Там господствовал самый широкий разгул: пили вино до безобразия, плясали до упаду. Иногда по два, по три дня пировали без устали, не ложась спать. Женщины учавствовали в этих кутежах, придавая им своим присутствием живость и разнообразие.

Общая численность немцев в Российской империи достигала в начале 60-х годов восемнадцатого века примерно 166 тысяч человек.

"Господь поддерживает всех падающих

и восставляет всех низверженных.

Псалм 144,14

4. Вторая волна массового переселения немцев в Россию при Екатерине Второй-Великой.

Екатерина Алексеевна Вторая-Великая (21.04.1729-06.11.1796) -российская императрица (с 28 июня 1762 года), единственная из русских правительниц, удостоившаяся в исторической памяти соотечественников, как и Пётр-I, эпитета "Великая", урождённая София Августа Фредерика, принадлежала к дому немецких князей Анхальт-Цербстских.

Царствование Екатерины-II было особенно блестящим, она окружила себя исключительными выдающимися русскими людьми. Несмотря на политическую теорию абсолютизма, которым отличается правление Екатерины-II, она пишет в своём "Наказе: "Мы думаем и за Славу себе вменяем сказать, что Мы сотворены для нашего народа, а не он для нас. Наряду с модернизацией государствен-

ного аппарата Екатерина-II проводила планомерное заселение неосвоенных земель в Зауралье и на юге России.

Со времени кончины Петра-Великого прошло около 40 лет. За это время на российском престоле сменилось пять правителей и все эти сорок лет шла борьба за престол. Этот период в истории России называется эпохой дворцовых переворотов. Можно отметить только несколько важных событий произошедших в этот период:

-При Екатерине-I, жене Петра-I, восшедшей на престол после его смерти, можно отметить открытие Академии наук 19 ноября 1725 года, отправку экспедиции Витуса Беринга на Камчатку, улучшение дипломатических отношений с Австрией.

-Пётр-II пробыл у власти около двух лет и умер в пятнадцатилетнем возрасте, так ничего и не сделав для блага России.

-Царствование Анны Иоановны вошло в историографию как время "бироновщины, что обычно трактуется как засилье иностранцев и ужесточение полицейских репрессий. В реальности занимавшие высокие должности при её дворе Бирон, Миних, Остерман, братья Левенвольде и другие учавствовали в борьбе за политическое влияние на императрицу наряду с русскими вельможами, не образовывая при этом единой "немецкой партии. В этот период практически не встречалось дел в Тайной канцелярии, связанных с антинемецкими настроениями.

-Ненависть в русском обществе к иностранным временщикам, симпатии к дочери Петра-I в гвардии, дипломатическая игра французского посла Шетарди, сплетали нити заговора в пользу Елизаветы, которая и пришла к власти после Анны Иоановны. В результате переворота немецкая партия у российского престола пала. На смену немецким фаворитам пришли русские и украинские дворяне, заинтересованные в делах страны. Во внешней, как и во внутренней, политике, правительство Елизаветы придерживалось принципов Петра-Великого и учитывало общенациональные интересы. В основе её лежало признание трёх союзов: с "морскими державами Англией и Голландией во имя торговых выгод, с Саксонией во имя продвижения на северо-западные и западные земли, оказавшиеся в составе Речи Посполитой, и с Австрией для противостояния Османской империи. Елизавету отличала страсть к развлечениям, французским нарядам и танцам. Необходимость заселения Сибири и её колонизация диктовали свои условия, которые императрица решала с помощью русских и немецких поселенцев.

-Пётр-III, воспитан гофмаршалом Брюммером в духе лютеранской религии и шведского патриотизма, выражавшегося в ненависти к России. Оставаясь в душе лютеранином, Пётр-III с пренебрежением относился к православному духовенству. Окружённый голштинцами, он стал переделывать на прусский лад российское войско и тем вооружил против себя гвардию. Побуждаемый своими прусскими симпатиями, Пётр-III сразу же после восшествия на престол отказался от участия в Семилетней войне, а вместе с тем и от всех русских завоеваний в Пруссии, а в конце своего царствования начал войну с Данией за герцогство Шлезвиг, принадлежавшее ранее его предкам по отцу, чтобы передать его Голштинии. Это возбуждало против него народ, который остался равнодушен, когда дворянство, в лице гвардии, открыто выступило против Петра-III и провозгласило императрицей Екатерину-II.

Сложности в вопросе наследования престола, обусловившие появление временщиков и приведшие к власти нерусские элементы, для которых всё русское было чуждо и непонятно; полный отрыв от коренного населения страны, подпавшего под иностранное влияние высшего класса, при одновременном унижении раздираемой внутренним расколом Церкви,-всё это вызвало к жизни большое количество проблем, так или иначе получивших своё разрешение во времена правления Екатерины Великой.

Немецко-протестанское влияние, распространённое ранее, в царствование Екатерины-II стало заменяться ещё более опасным: французско-философским, масонским и атеистическим, которое получило при Екатерине-II вопреки её воле решающее значение. Обладая огромным умом и большим тактом, Екатерина Великая, с одной стороны, благоволила французским энциклопедистам и философам, поддерживала с ними переписку, сама возглавляла это направление мысли в России, но одновременно она ограничивала вредное масонское влияние на Россию. Некоторых особо вредных масонов-Радищева и Новикова-Екатерина Великая репрессировала. В своей реальной правительственной деятельности Екатерина Великая не увлекается теориями, а наоборот, философия является лучшим украшением её трона перед лицом Европы, орудием её славы, а философы-лучшими глашатаями по Европе. Именно поэтому вторая и наиболее массовая волна эмиграции немцев в Россию выпала как раз на время правления Екатерины Великой.

В сороковых годах 18 века разразился так называемый "шёлковый бум. Например женское шёлковое платье стоило тогда целого состояния. Тогда-то советники и подали мысль императрице Елизавете, страстно любившей французские наряды, пригласить из Европы мастеров этого дела, но смерть дочери Петра-I на четверть века задержала реализацию этого проэкта. И только Екатерина-II решила реализовать задуманное, но уже без прежнего "шёлкового акцента. Великая русская императрица продвинула границы империи ещё дальше на юг-на северные берега Чёрного и Азовского морей, на Кавказский хребет, которые практически представляли собой безлюдную пустыню. О заселении этих отдалённых районов русскими нельзя было и думать-помещики никогда не согласились бы отпустить своих крепостных крестьян на волю. Зная о конфессиональных распрях между католиками и протестантами в Германии, Екатерина вторая своим Манифестом от 4 декабря 1762 года пригласила европейцев для поселения в степных владениях Российский империи. В результате численность немцев в России достигла в 1796 году-262 тысячи человек. С 1820 года приглашение немецких колонистов в Россию было прекращено. К 1860 году в России проживали 840 тысяч немцев (1,7% всех жителей страны).

а) Манифесты Екатерины Великой:

Екатерина-II руководствовалась в своей колониальной политике опытом заселения территорий, который уже имелся у западно-европейских держав. Этот же опыт колониальной политики предлагал Екатерине и М.В.Ломоносов (19 ноября 1711-15 апреля 1765). Русский учёный, поэт. Энциклопедист, сын беломорского рыбака. Выдающийся представитель просвещения в России. Отстаивал тезис принципиашльной познаваемости мира, считал, что природа находится в постоянном развитии, выступал за отделение веры от науки, за развитие тесной связи теории с практикой. Наряду с работами по естествознанию он занимался вопросами создания промышленности, выдвинул проэкты государственных реформ, идеи улучшения социальных отношений и развил русское языкознание. В своём письме от ноября 1761 года Ивану Ивановичу Шувалову он писал: "Места сбежавших за границу можно удобно заполнить приёмом иностранцев, если будут приняты соответствующие меры. Теперешние губительные военные времена в Европе вынуждают не только отдельных людей, но также целые развалившиеся семьи оставить своё отечество и искать места, далеко расположенные от военных действий. Просторная империя нашей великой императрицы в состоянии принять целые народы в своё лоно и обеспечить всем необходимым. Для своего процветания она ожидает не более как соизмеримую человеческим усилиям работу. Были ли известны эти мысли Екатерине Великой и насколько они повлияли на принятие ею решений, неизвестно.

Прусский король фридрих Вильгельм-I говорил: "Я считаю людей за величайшее богатство., и это было главной целью внутренней колонизации. Мощь государства, прежде всего должна крепнуть благодаря росту его населения и увеличению его территорий.

В Пруссии эту политику после Фридриха Вильгельма-I продолжил его сын Фридрих-II (Силезия, Бранденбург, Западная Пруссия), а в Австрии-Мария Терезия и её последователь Иосиф-II (дунайские швабы на Балканах). В России ту же политику проводила Екатерина-II

Главный представитель этой теории, Иоганн Генрих Юсти (1720-1771), утверждал, что государство должно заботиться о том, чтобы "принадлежавшие республике земли хорошо обрабатывались и обустраивались. Использование "недвижимого имущества должно увеличивать и приумножать достояние государства, "благоденствие которого покоится на власти и силе. Необходимым условием для этого Юсти считал достаточно высокую плотность населения.

Подобно Юсти видел главную цель государственной деятельности в увеличении численности населения Иосиф фон Зонненфельдс. С ростом населения будет расти и число налогоплательщиков, а значит, и государственный доход. Кроме того, вместе с хозяйственным развитием будет укрепляться внутренняя и внешняя безопасность страны. Зонненфельс предлагал ввести критерии оценок государственных мероприятий, которые должны способствовать росту населения.

Значительный прирост населения должен был достигаться за счёт приёма иностранцев. Они привезли бы с собой не только своё имущество, но и способствовали бы всеобщему хозяйственному подъёму. Зонненфельс отмечал, что важнейшей предпосылкой для иммиграции является предоставление личной свободы, поощрение торговли и ремесла, временное освобождение от налогов, финансовая поддержка, предоставление кредитов, стройматериалов и орудий труда. Эта точка зрения отразилась и в Манифестах Екатерины-II, особенно в Манифесте от 22 июля 1763 года.

Первым шагом к вербовке колонистов был манифест от 14 октября 1762 года, в котором сенату предписывалось руководить заселением новых земель иностранцами и повелевалось: "раз и навсегда, без дальнейшего доклада принимать на жительство в Россию всех иностранцев.

С самого начала своего правления Екатерина-II столкнулась с необходимостью усмирять крестьян приписанных к казённым и частным заводам. Для усмирения заводских крестьян пришлось использовать армию, с этой целью был отправлен генерал-квартирмейстер князь А.А.Вяземский, в инструкции которому говорилось, что он "прежде всего должен привести крестьян в рабское послушание, потом сыскивать подстрекателей.

7 октября Екатерина, присутствуя в Сенате, объявила, что государственные крестьяне, живущие в Казанской, самой лучшей, губернии, "приведены в великую бедность и без дозволения местных смотрителей не смеют завести даже ни одного поросёнка, будто-бы для того, чтоб эти животные не ели дубовых жёлудей, которых, однако, не было ни одного посажено. Поэтому и возникали беспорядки. Императрица приказала послать туда для освидетельствования всех беспорядков, надёжного чиновника. Выбор пал на вице-президента Штатс-конторы Швебса.

В одной из записок Екатерина пишет, что в беспорядках принимали участие:-заводских крестьян-49 000, а монастырских и помещичьих до 150 000. в другой записке она пишет, что усмирять этих крестьян были посланы князья А.А.Вяземский и А.И.Бибиков, которые "не единожды принуждены были употребить против них оружие и даже до пушек.

В инструкциях Вяземскому был поставлен вопрос: а нельзя ли заменить приписных к заводам крестьян вольнонаёмными работниками? Вопрос не мог быть решён положительно из-за малочисленности населения на территориях России, поэтому Екатерина-II и издаёт Манифест от 14 октября 1762 года.

Обнародованный манифест не вызвал за границей ожидаемого результата. Тогда Екатерина-Вторая издаёт дополнительный указ 4 декабря 1762 года:

"Указ Екатерины-II сенату от 4 декабря 1762 года.

Указ Нашему сенату.

Так как в России много глухих и незаселённых местностей и многие иностранцы просят разрешения поселиться в этих пустынных краях, поэтому Мы раз и навсегда этим указом даём Нашему сенату разрешение согласно законам и с согласия коллегии иностранных дел-потому что это дело политическое-в будущем принимать тех, кто хочет поселиться в России за исключением иудеев.

Мы надеемся тем самым приумножить благоденствие империи во славу Господа и православной церкви.

Екатерина.

Это относится также и ко всем русским переселенцам.

Екатерина.

Обнародовать этот манифест на всех языках и напечатать во всех иностранных газетах.

декабря 1762 года.

Екатерина.

Несмотря на исключение иудеев, многим не понравилось позволение селиться иностранцам-иноверцам, в особенности православной церкви. Этот манифест также не произвёл никакого впечатления и за рубежом, и Екатерина-Вторая издаёт новый манифест от 22 июля 1763 года, который должен был завоевать доверие зарубежных переселенцев.

"Манифест императрицы Екатерины-II от 22 июля 1763 года.

Божьей милостью

Мы, Екатерина Вторая, царица и самодержица всех русичей Москвы, Киева, Владимира, Новгорода, царица Казани, царица Астрахани, царица Сибири, дворянка Пскова и великая княгиня Смоленска, Княгиня Эстонии, Лифляндии, Карелии, Твери, Югории, Перми, Вятки и Болгарии и многого другого, великая княгиня Новгорода Нижнего, Чернигова, рязани, Ростова, Ярославля, Белозёрска, Удории, Обдории, Кондинии и всего Севера, покровительница юрской земли, карталинских и грузинских царей, Кабарды, черкесских и горийских князей и многих других наследница и владычица и прочая и прочая и прочая.

Приводить здесь весь манифест, дословно, не имеет смысла, необходимо отметить только, что в отличие от октябрьского манифеста 1762 года, манифест от 22 июля 1763 года оговаривал целый ряд привилегий, которые звучали весьма заманчиво и должны были привлечь внимание за рубежом.

Приведу здесь только его основные положения, касающиеся нас немцев.

1 Колонисты и их наследники получали личную сободу.

2 Им предоставлялась свобода передвижения, т.е., право поселиться в любом месте Российской империи и возможность вернуться в любое время обратно на родину.

3 Проездные и транспортные расходы брало на себя российское правительство. В зависимости от пола и возраста колонисты получали суточные.

4 Они получали свободу вероисповедания.

5 Им была обещана финансовая поддержка (беспроцентный кредит сроком до десяти лет) для строительства дома, приобретение скота и сельхозоборудования.

6 Колонисты получали разрешение на автономное поселение и им было гарантировано местное самоуправление.

7 Колонисты временно освобождались от налогов (на несколько лет колонисты освобождались от всякой пошлины, налогов, отработок, оброков. Здесь Екатерина упорядочивает эти привилегии. Приезжие купцы и ремесленники освобождаются от налогов на пять лет, а колонисты, поселившиеся на новых неосвоенных землях,-на тридцать в течении этого срока колонисты и их потомки вкушали плоды полной свободы, а после должны были наравне "со всеми другими Нашими подданными нести "без осложнений обыкновенное бремя. Свободные от всяких обязанностей годы, были хорошей рекламаой для иммигрантов. Датский король Фредерик-V обещал, например, в своём манифесте от 29 ноября 1748 года 20 "свободных лет), а от военной службы-полностью и бессрочно (Колонистам и их потомкам было обещано освобождение от воинской службы. Этот пункт был решающим для прибывавших переселенцев, если взять во внимание "голод по пушечному мясу, который испытывали правители немецких графств и княжеств. Следует обратить внимание на тот факт. Что Гессен в первой половине 17-го века продал английской короне 10 000 своих сыновей для войны в Северной Америке. В России военная служба длилась 25 лет. В общинах солдаты выбирались из среды военнообязанных мужчин по жребию. Освобождение немецких колонистов от воинской повинности было особой привилегией, которая поощряла людей к переезду.

8 Канцелярия по делам опекунства ведала вопросами немецких колоний и непосредственно подчинялась императрице, как высшая административная инстанция.

Активными распространителями манифеста в германии являлись так называемые локаторы, которые действовали по заданию российского правительства. Благодаря их усилиям началось массовое переселение. Правительства немецких земель, обеспокоенные активностью локаторов и сокращением налоговых доходов, издавали различные запреты на выезд своих подданных.

б) Основание немецких колоний в России и освоение территорий.

Вопрос о характеристике и о временных границах основания немецких колоний имеет большое принципиальное и методическое значение в исследовании истории немецких колонистов в России. Без решения этого вопроса общая история немецких колоний перед глазами исследователя "расползается на куски и превращается в собрание локальных историй, разбросанных по статьям и брошюрам и относящихся к различным территориям России. И в этой истории при всём её многообразии есть общие черты и принципы: единое законодательство, аналогичные исходные условия и факторы развития, общий культурный и отчасти общий конфессиональный фон, один язык, родственные и общинные связи.

В то же время периодизация истории немецких колоний выдвигает как будто даже непреодолимые трудности: заселение колоний продолжалось в целом пости 100 лет (1763-1860 годы если не считать колонистов Волыни). Причём начало процесса переселения из германских земель и основания колоний варьировалось в пределах данного временного отрезка самым причудливым образом в зависимости от расширения границ России, от событий в Европе, от изменений во взглядах российских правительств на колонизацаию и так далее.

Если рассматривать колонизацию одного отдельного региона или колониального округа, то картина более или менее ясна: колонии основываются в одной местности и в течение довольно ограниченного времени, от которого и начинается отсчёт их истории. Так Д.Шмидт или Г.Берац, наряду с другими историками, могли спокойно определять начальный период развития немецких колоний в Поволжье как время возникновения или основания колоний от основания первой колонии и до окончания постройки всех колоний. Для Поволжья это были 1764-1775 годы, по окончании которых графом Орловым был представлен императрице "всеподданейший отчёт об окончании кампании по приглашению колонистов и основанию поселений.

Правительство Екатерины-II в самом начале предусмотрело такой начальный переходный период для основания колоний, законодательно установив льготные 30 лет, в течении которых российские налоги с колонистов в сельской местности не взимались. Таким образом, этот период должен был закончиться для Поволжья в 1794 году, в зависимости от года основания конкретной колонии.

Однако при рассмотрении истории колонизации в целом подобная схема не работает: Когда колонисты Поволжья уже прожили на новом месте около 30 лет, колонисты юга, то есть меннониты прожили на Украине лишь 3-4 года, а многие вообще ещё не думали о переселении в Россию. По Штумппу, только массовое переселение колонистов из Вюртемберга в Новороссию проходило в течение 20 лет, но с такими большими колебаниями по численности, что вообще трудно ставить вопрос о времени заселения новых колоний и, следовательно, об освоении территории. Этот процесс был растянут во времени и в трудом поддаётся описанию, поскольку зависел не столько от ситуации в России, сколько от событий в германских государствах-наполеоновские войны, голодные годы 1816-1817 годов и тому подобное. Так он приводит следующие данные по иммиграции из Вюртемберга в Россию в начале 19-го столетия:

Год Количество

иммигрировавших. Год Количество

иммигрировавших.
1798 326 1817 9394
1804 3076 1818 1016
1815 12 1819 471
1816 1071 1820 289
15655
Но сложности при определении начала этого первичного заселения территорий

несравнимы с ещё большими трудностями при определении его продолжительно-

сти или времени окончания. Продолжительность процесса заселения определялась не только законодательством, но и фактическим состоянием колоний, их экономическим развитием. В конце периода речь шла уже не только и не столько о строительстве жилья, школ, церквей и о распашке земель, сколько о благосостоянии колонистов, которое позволяло бы им вносить установленные законом крестьянские подати и постепенно возвращать полученный за это время в виде пособый и субсидий казённые долг. Но степень экономического развития уже не могла быть установлена законом, она варьировалась в зависимости от фактического положения колонистов в достаточно широких пределах.

На экономическое состояние колоний влияли социальное и имущественное положение колонистов при заселении, время и темпы поступления государствен-

ных пособий и материалов, время отведения или покупки земли для колонистов, темпы постройки домов и освоения людьми необходимых сельскохозяйственных навыков, и, наконец, оно было тесно связано с наступлением момента, когда колонисты могли бы не только обеспечить своё существование, но и уплачивать хотя бы минимальные подати. Вот почему именно это время и принимается за точку перехода от первоначального освоения территории к нормальному сущест-

вованию колоний как хозяйственного механизма, как части государственной экономики России.

Следует также учесть, что льготные сроки были предусмотрены не только для податей, но и для казённого долга, образовавшегося во время переезда и в первое время существования колоний из различных выплат, а также продовольственной и имущественной помощи (одежда, обувь, мебель и т.д. кроме самого необходимого скота и минимума орудий труда по норме, принятой для русского престьянина). По казённому долгу льгота была значительно меньше: согласно манифесту 1763 года она составляла только 10 лет. Фактически же выплата казённого долга растянулась на долгие десятилетия, долг передавался детям и внукам первых поселенцев и был выплачен колонистами Поволжья только в 1844 году, то есть с опозданием на 70 лет. По уплате долга также неоднократно предоставлялись льготы и отсрочки из-за "неимущества новосёлов, так что по сравнению с податями этот долг можно считать вторичным, он взыскивался не так строго, уплата его была единовременной, а сумма с течением времени не возрастала. Поэтому логичнее всего положить в основу определения срока периода освоения именно начало выплаты колонистами подати и только во вторую очередь-уплату казённого долга.

Описанные экономические характеристики периода освоения понимали и современники, которые имели дело с колонистами. В отношении иммигрантов в Новороссию председатель Попечительского комитета по делам иностранных поселенцев Южной России генерал Инзов определял срок освоения новых колоний так: "Десять лет первых необходимы для освоения поселенцев с климатом, устроения домов, размножения скота и достижения некоторого избыточества.... Через 17 лет уже можно думать о садоводстве и лесоводстве. Но это писалось в 1821 году в проекте правил для колонистов, практика же показала, что эти сроки малы, а поволжские, беловежские, петербургские и рибенсдорфские колонисты более полстолетия не могла избавиться от необходимости периодически обращаться к правительству за продовольственной помощью и с просьбами об отсрочке платежей. Так, петербургские колонисты "не приносят государству той пользы, каковой при их заведении надеялись... в поте лица своего тщательно работая, не могут в годичное время извлечь из земли достойную подать и запас на собственный пропиток. Колония Рибенсдорф в Воронежской губернии через 30 лет своего существования характеризуется так "имея 12 десятин на душу мужского пола, хлебопашество производят весьма малое... слобода сия дурно устроенною, домы колонистов малые, бедные и из хворосту построенные... все изъявляют их неимущественное состояние... долг свой казне уплатить не могут.

Положение южных колоний в первый период чётко описано в записке министерства внутренних дел в 1813 году: "новые колонисты не могут быть в настоящем положении Новороссийского края быть устроены не претерпев нужд и бедствий"... хотя стоимость их вселения и составляла не менее 750 рублей на семью. Даже сравнительно более состоятельные меннониты ещё долгие годы после основания колоний испытывали значительные трудности. Так, в 1800 году хортицкие меннониты часть необходимого хлеба ещё покупали, а десятилетняя льгота по податям указом Павла-1 официально была продлена "в уважение их бедности и неимущества.

Имевшиеся у колонистов производственные навыки, в том числе и навыки у более опытных в сельском хозяйстве меннонитов, не годились для новых условий: "в первые годы обрабатывали свои поля по немецкому образцу, иногда навозом удобряли... нашед опыты своего обрабатывания со свойством здешней земли несовместимыми, начали они подражать соседям своим малороссиянам, но даже среднего уровня их добились не сразу.

Не говоря уже о таких факторах освоения новых территорий, как непривычный климат, неудовлетворительное жильё, эпидемические заболевания и так далее, что также сказывалось на состоянии, трудоспособности и настроении колонистов. "Повсюду видны больные, расслабленные и унылые люди,-вот впечатление ревизора Контениуса, одного из самых деятельных чиновников-пепечителей колоний, в декабре 1805 года на юге.

Для конкретной характеристики даже самых лучших колонистских хозяйств возьмём статистику меннонитских колоний за тот же 1805 год.

Вид имущества. Имеется всего. Приходится на семью. То же по стоимо-

сти в ценах 1851 г
Лошади. 1450 4,2 126
Крупн.рог.скот 4361 12,5 250
Овцы 1327 3,8 17-20
Плуги 146 0,4 14
Бороны 167 0,5 5
Телеги 341 1,0 60
Итого 472,20
Из приведённой таблицы видно, что основные расходы даже у меннонитов были связаны в основном с приобретением крупного рогатого скота, а не лошадей или сельскохозяйственных орудий. Сравнительная стоимость скота и орудий определяется по ценам 1851 года, которые устанавливались самими меннонитами для определения ущерба и возмещения при пожарах, то есть по следующей шкале:

1 Лошадь - 30 рублей;

2 Голова крупного рогатого скота -20 рублей;

3 Овца -4 рубля 50 коппек;

4 Плуг -35 рублей;

5 Борона -10 рублей;

6 Телега -60 рублей.

Таким образом, стоимость крупного рогатого скота составляет у меннонитов в 1798 году 53% от стоимости "обзаведения, что свидетельствует, конечно о примитивном степном скотоводстве, а не о развитом земледельческом хозяйстве. У колонистов Йозефсталя, приехавших в то же время и из тех же окрестностей Данцига, что и меннониты, стоимость крупного рогатого скота составляла 41,5%, а лошадей только 2,5 вместо 4 на хозяйство, что также является признаком потребительского, а не товарного хозяйства (эти колонисты к тому же получили вдвое меньше земли, чем меннониты, стоимость их имущества составила 71% от меннонитских). В отчёте ревизора о них было сказано: "только половина занимается хлебопашеством, с земледелием обращаться не умеют.

Итак, какова же была продолжительность периода освоения в среднем, если здесь вообще можно говорить о средних числах. С учётом всех приведённых факторов, согласно архивных документов, можно составить следующую таблицу:

Таким образом при всей относительности точности этих показателей и при недостатке некоторых сведений средняя длительность периода освоения достигает 23-24 лет. Окончание периода определяется по свидетельствам современников и по документам, указавшим на окончание выдачи пособий на обзаведение и прокормление, а также на переход от льготных лет на обычное крестьянское налогообложение.

Определив, таким образом, достаточно сложную картину периода осоения для разных потоков иммиграции, стоит оговориться, что этот процесс находит своё отражение и продолжение ещё и в ходе последующей внутренней миграции. Начиная примерно с 1860 года немецкие колонисты под давлением социально-экономических факторов переезжают в более или менее организованном порядке в восточные районы России, начиная с Дона и Северного Кавказа, проходя далее в Башкирию и Оренбургскую губернию и проникая, наконец в Сибирь и некоторые местности Средней Азии.

Здесь жители "дочерних колоний должны были снова проделать тот же цикл от первого колышка до образования полноценных товарных хозяйств. Но эта миграция была не только другой, внутренней, она проходила большей частью уже вне всякого "отеческого управления со стороны попечителей и контор, без больших государственных субсидий, но при наличии в старых "материнских колониях экономической базы и накопленного сельскохозяйственного опыта. Поэтому время освоения новых мест было всё же короче, а жертвы и лишения были не столь суровы и многочисленны. Но принцип оставался прежним-от основания колонии и до её укрепления должен был пройти "период освоения длительностью в несколько лет, а то и в полтора-два десятилетия.

Что же всё-таки заставило немцев Германии покинуть свою Родину и искать прибежища в России, на это было три важнейших причины:

? Экономические причины эмиграции.

-Численность населения Германии на протяжении всего 18 столетия постоянно возрастала и достигла 22 миллионов человек. Прирост населения продолжался и в 19 веке и отмечен значительными колебаниями. Периоды высокого прироста прерывались периодами застоя, а иногда и драматическими спадами. Периоды длительного спада были обусловлены войнами и эпидемиями. С середины 18 века началась новая фаза роста, которая продолжалась вплоть до середины 19 века. В единичных районах перенаселение привело к обнищанию народа. Эмиграция в Северную Америку, на юг или на север Европы была выходом из данной ситуации. В отдельные периоды эмиграция приобретала массовый характер. Только в период с 1846 по 1855 годы в Америку эмигрировало около миллиона немцев. Широкому слою населения грозило полное обнищание. Надёжно и надолго предотвратить его могла лишь начавшаяся с 1840 года индустриализация Германии

Рост населения привёл к нехватке сельскохозяйственных угодий. Право прямого наследования и реальное распределение наследства побуждали к переселению. Число людей, которые жили исключительно доходами от своего двора, резко сокращалось, а число малоземельных и безземельных напротив сильно возрастало. Чтобы обеспечить себе прожиточный минимум, они вынуждены были искать себе побочный заработок.

По доминировавшему в северо-германских районах праву единонаследия крестьянский двор полностью переходил в наследство одному из наследников. Всем остальным предоставлялось право выбора:

1 пойти работать батраком или прислугой и, тем самым, пополнить слой безземельного сельского населения;

2 купить крестьянскую усадьбу, приобрести её путём заключения брака или переселиться на предоставленные неплодородные целинные земли;

3 заняться ремесленничеством в селе или в городе.

При фактичесом разделе наследства каждый наследник получал равную долю земли. Это привело к дроблению земельных наделов и крестьянских хозяйств до такого предела, при котором семьи уже не могли обеспечить себе прожиточного минимума. В конце 18 века в таких хозяйствах проживало уже около двух третей крестьянского населения. Возможность обеспечить прожиточный минимум побочными доходами была ограничена. Рост населения опережал возможности трудоустройства, которое гарантировало хотя бы прожиточный минимум:

1 Дополнительные крестьянские дворы не создавались из-за нехватки земли.

2 Число малоземельных крестьян, которые не могли прокормить себя своим трудом, увеличивалось. К концу 18-го века они составили уже две трети всего населения.

3 Чтобы иметь дополнительный доход, приходилось заниматься побочным промыслом. Но спрос на кустарные изделия не соответствовал предложению.

4 Расширяющийся аграрный и промышленный экспорт предоставлял рабочие места, но их не хватало из-за высоких темпов роста населения.

Таким образом, крестьяне были обречены на неминуемую бедность.

При непомерных налогах и низком доходе крестьянские дворы едва сводили концы с концами. При дополнительных повинностях хозяйству грозила вечная задолженность или полное разорение.

1 Государственные и помещичьи повинности и подати ложились тяжёлым бременем на крестьянский двор и часто превышали величину его дохода. Главным источником этого дохода были деньги, вырученные от продажи сельхозпродуктов. Чтобы рассчитаться со всеми долгами, приходилось отдавать и часть прибыли, полученной от животноводства. Таким образом, общий крестьянский доход урезался и с этой стороны.

2 Чем меньше был крестьянский двор, тем тяжелее ложилось на него бремя поборов. Мелким хозяйствам по сравнению с большими приходилось нести более тяжёлый груз налогов и податей.

3 "Доход мизерного, да ещё при этом обременённого налогами майерского двора позволял в то время крестьянину и его семье потребить лишь тот минимум, без которого его крестьянствование было бы несостоятельным. Такое заключение дал инспектор в одной из подоходных ведомостей от 4 января 1794 года после того, как он проанализировал все источники дохода среднего крестьянского двора в Йетенберге, ведомство Бюккебург. После выплаты всех налогов (натурального, денежного, всеобщего, военного, пожарного), податей (куриной, дворовой, сторожевой, контрибуционной, мельничной), затрат на содержание батраков и прислуги, затрат на производственные и личные нужды у крестьянина не оставалось резервов для чрезвычайных затрат. Ими в данном случае могли быть, например, обязательства, которые "современный крестьянин несёт соответственно полисному страхованию перед своими детьми в случае их женитьбы....

4 При подобных или других дополнительных издержках хозяйству грозила длительная задолженность и принудительная распродажа с аукциона. Тот факт, что такие распродажи не были редкостью, подтверждается попытками гессенского правительства социальными мерами (предоставление долгосрочного беспроцентного кредита) предотвратить разорение крестьянских дворов и последующую эмиграцию.

5 Крестьянину Иоганну Петеру из Швикартсгаузена эти меры в его ситуации уже ничем не смогли помочь. В своём прошении к гессенскому ландграфу он пишет: "Чем больше мы старались своевременно отработать господские деньги и избавиться от других долгов, тем меньше мы были в состоянии это намерение осуществить, напротив, день ото дня мы всё глубже туда погружаемся, так что сейчас мы больше не видим пред собой никаких средств для дальнейшего нашего пропитания, кроме как податься с кем-нибудь в российское царство.

Целинные земли внутри страны были непригодны для земледелия и попытка создать на них новые крестьянские хозяйства не увенчались успехом. Внутренняя колонизация проводилась в целях заселения людей на целинных землях внутри страны. Следующий пример показывает попытки использования малопригодных для сельского хозяйства земель:

Летом 1788 года мюнстерское правительство под руководством архиепископа Максимилиана Франца распределило по жребию 441 участок земли в 14 колониях на Боуртанских болотах. Этот заболоченный ландшафт был непроходим и безлюден. Болота образовывали натуральные границы с соседними территориями. В общей сложности ко времени колонизации 40% Северного Эмсланда было покрыто болотами, которые почти никем не обрабатывались. К концу 18-го века во всех эмских землях проживало всего около 50000 человек. Несмотря на это, Северный Эмсланд считался в то время перенаселённым из-за недостатка земель, пригодных для сельского хозяйства.

Начатая в 1888 году колонизация заболоченных земель преследовала две цели:

1. Создание дополнительных поселений и разработка новых пахотных земель должны были улучшить положение малоземельных и безземельных крестьян. Это соответствовало меркантильным интересам архиепископа.

2. Колонизация одновременно была стабилизирующим фактором, направленным против притязаний соседней Голландии на эти приграничные районы.

При основании колоний государство ограничивалось лишь выделением мест для поселения и десятилетним освобождением от налогов. Несмотря на ожидаемые колоссальные трудности, предстоящие при освоении и облагораживании болтистых земель, резонанс вокруг проекта колонизации архиепископа, особенно среди безземельного сельского населения, был очень велик. Но колонисты быстро убеждались в том, что доход от их дворов не сулил им уверенности в их дальнейшем существовании.

Генрих Бланке, крестьянин Эмсланда сообщает: "Поселенцы, за редким исключением, прибывали из дальних краёв отечества и тогда говорили, что они прибыли из семи разных краёв: из Мюнстера, из Альт-Ганновера, Гильдесхайма, Падеборна и даже из Голландии и Брабанта. Семья за семьёй приезжали, и старожилам Эмсланда казалось, что началось великое переселение народов. Но многие доходили только до краёв болот. Из-за нужды и горькой жизни они прибывали в большой надежде заиметь вскоре большое поле и богатый двор в свою собственность. Но при виде болот их покидало мужество, и разочарованные они возвращались обратно. И только семьи, готовые на любую жертву и самоотверженный труд, оставались. Почти без средств к существованию, но имея кучу детей, бедные в полном смысле этого слова, начинали первые колонисты свою новую жизнь. Было трудно. Не было ни общины, ни общества, каждый разговаривал на своём диалекте. Поэтому колонисты вынуждены были искать дополнительный источник доходов и здесь большое значение приобретали такие источники дохода, как например, пчеловодство (мёд, воск), производство и продажа шерстяных изделий.

В какой мере переработка шерсти определяла рабочий день жителей Эмсланда в 18-м веке объясняет выдержка из опубликованного в 1780 году письма: "Тут вяжут все, кто только имеет руки: крестьянин с крестьянкой, дети, батрак и служанка, начиная с пятилетнего возраста и до самого преклонного. Как только появится свободное от хозяйственных работ время, все сидят у костра или в тени и вяжут. Слуга вяжет за телегой с навозом, по дороге на поле, на луг или ещё куда-нибудь; также и служанка, и все дворовые люди, и пастух, пасущий овец; и тут редко встретишь сельского жителя по дороге без вязания.

Вязались, в основном, чулки, которые закупались торговцами и перепродавались потом в Голландии и Восточной Фрисландии. Вторым значительным источником дохода подёнщиков в Эмсланде стало так называемое хождение в Голландию. Мужчины-переселенцы нанимались от одного до трёх месяцев косцами или рубщиками торфа в соседнюю Голландию. В течении этого времени на хозяйстве оставались женщины и дети. Часто только такими заработками можно было заплатить за аренду земли, а занятие ремеслом как в селе так и в городе едва гарантировало прожиточный минимум.

Бедность (отсутствие собственности и нужда) являются феноменом присущим всем историческим эпохам.

1 Бедность как массовое явление, обеднение и обнищание широких слоёв населения всё больше проявлялось в конце средневековья. Проблема нищеты становилась всё более гнетущей, и организации, создаваемые по борьбе с ней, уже на исходе 16-го века достигли своих границ. Это также касалось так называемого разрешения на вспомоществование бедным (еженедельной поддержки в денежной форме или натурой). По нему бедным в определённые дни официально разрешалось просить милостыню для поддержания своей жизни.

2 По мере возрастания численности бедняков менялось отношение общества к ним. Всё больше и ожесточённее преследовались "чужие бедняки и тунеядцы.

3 Помощь оказывалась только официально признанным лицам: "подписочным беднякам и так называемым "стеснительным беднякам. "Подписочным беднякам, например, не разрешалось заходить в трактирные дома. С целью контроля упомянутые обязывались носить на своей одежде отличительный знак.

4 Массовое обнищание и обеднение, начиная с середины 18-го века называлось пауперизмом.

Число бродячих попрошаек, уличных артистов, инвалидов войны и стариков резко возрастало. Всё большее количество людей зависело от государственной, коммунальной, церковной или частно организованной помощи бедным. Колоссальные разрушения и обнищание народа явились следствием тридцатилетней войны. Это потребовало создания новых форм социального обеспечения. Организованная на коммунальном уровне помощь постепенно перенималась государством. Главной задачей стало принятие жёстких мер против попрошаек, бродячих артистов, мошенников, цыган и бродяг.

Штрафы, которые применялись к этим людям, были разнообразны вплоть до высылки из страны. Повторно задержанного нарушителя принародно секли розгами, а при последующем задержании клеймили, рекрутировали на военную службу или даже подвергали смертной казни. Тех, кто скрывал преступников, наказывали штрафом.

В 18-м веке начались регулярные гонения на "бродячий люд. На административных границах возникали так называемые "цыганские шесты. Это были вывески с надписью: "Мошенникам и цыганам-штраф. Чтобы это было понятно даже безграмотному, надпись сопровождалась картинкой с избитым цыганом и виселицей.

Штрафы не были решением проблемы нищеты. Следующим шагом было создание заведений закрытого типа: богаделен, рабочих и исправительных домов. Создание подобных заведений преследовало следующие цели:

1 Создание стационарных богаделен, госпиталей для престарелых, домов для умалишённых и сирот.

2 Перевоспитание трудом и ресоциализация людей с отклонениями в поведении.

3 Устрашающее воздействие трудовых и исправительных домов (надзор и принудительный труд) должно было уменьшить число "злостных бедняков.

4 Использование государством рабочей силы всех его подданых.

Следует отметить, что во второй половине 18-го века большая часть населения обеспечивалась питанием, одеждой и жильём на очень низком, а в отдельных местах-угрожающе низком уровне. Представление об этом дают нормы питания, установленные для жителей приюта города Гамбурга:

Завтрак-четверть меры (0,29 литра) жидкого супа плюс полфунта хлеба;

Обед-блюда, приготовленные из местной зелени и овощей. Ни жиров, ни молока, ни мяса в рацион не входило.

Ужин состоял из ? фунта хлеба, супа и сыра. Вместо сыра иногда давали суп, сваренный из остатков предыдущего обеда.

Недельное меню было стереотипно. Названия блюд не отличались разнообразием. За перловкой следовала морковь, капуста, свекла, горох, чечевица, картофель и вдобавок полфунта хлеба.

К каждой трапезе подавалось пол-литра пива. Мясо давалось только в особые праздники, да и то в мизерном количестве. В общей сложности ижтели приюта получали в день до 2500 килокаллорий. Примерно так же питались родственники этих людей за пределами приюта. Фактически этими мерами была охвачена незначительная часть населения.

Положение низших слоёв населения ухудшалось ещё и тем, что повышались цены на жизненно важные продукты, и это приводило к дальнейшему снижению жизненного уровня. Жизненные условия были примитивными. Жилища и одежда тех времён, которые сегодня можно увидеть лишь в музее, были далеко не каждому по карману. Каждый клочок одежды, каждый предмет быта или часть мебели перечислялись в завещании отдельно.

Для обнищавших или для тех, кому грозило разорение, единственным выходом из данной ситуации была эмиграция, это заставило сотни тысяч людей искать лучшей доли в других странах, в других землях. Северная Америка и Восточная Европа стали вожделенной целью эмиграции. Предложение императрицы Екатерины-2 о предоставлении целинных земель в России иностранным поселенцам оказалось очень своевременным. В Россию выехало в 18-м веке более ста тысяч человек.

? Политические причины эмиграции.

Семилетняя война 1756-1763 годов со всеми её негативными последствиями (рекрутство, военные налоги), французская оккупация рейнских областей в конце 18-го и в начале 19-го веков, вынужденное участие в наполеоновских военных походах увеличивали число эмигрантов.

Эмигранты выезжали в основном из тех районов, которые больше всего пострадали от тридцатилетней войны и постоянных военных конфликтов, продолжавшихся вплоть до начала 19-го века. Бесчисленные войны сопровождались грабежами, насильственным рекрутством в солдаты, конфискациями для военных целей и контрибуциями. Семилетняя война повлекла за собой не только высокие военные налоги, но и вызвала послевоенную депрессию и следующую за ней инфляцию.

Во время войн гибли урожаи. Это приводило к скачкообразному росту цен на продукты питания, что сильнее всего отразилось на простом народе. В конце 18-го и в начале 19-го веков подъём цен на хлеб повлёк за собой длительный голод. С ростом цен на продукты питания снизился спрос на промышленные товары и на коммунальные услуги, что привело к снижению доходов рабочих.

Народ должен был не только кормить армию и нести военные расходы, но и платить налоги на содержание роскошных дворцов своих правителей, это лежало тяжёлым бременем на плечах крестьян и ремесленников и им приходилось эмигрировать, искать приемлемых условий жизни.

? Религиозные причины эмиграции.

Принадлежность к определённой религиозной конфессии часто являлось причиной для различных санкций и преследований, а также экономических ущемлений. Это явилось основной причиной эмиграции многих немецких семей.

По религиозным причинам уезжали в Россию прежде всего меннониты и пиетисты (христианские протестанты). Меннониты являются представителями вероисповедания, которое основано на Новом Завете. Приверженцы этого направления христианской веры, названного по его основателю Менно Симонсу, отвергают таинство крещения младенцев, они выступают за осознание крещения в более зрелом возрасте.

Следуя нагорной проповеди Иисуса Христа, они уклонялись от службы в армии, в государственных учреждениях и от присяги. Всё это явилось причиной для их преследования. Вера запрещала меннонитам давать клятву, служить в государственных учреждениях и нести военную службу. Отношение меннонитов к военной службе каждый раз приводило к конфликтам с государственной властью.

В 16-м веке из-за религиозных преследований меннониты бежали из Южной Германии и Фландрии и селились в устье Вислы, где отвоёвывали себе земли, осушая болота. В 1780 году Фридрихом-2 им были дарованы привилегии, которые освобождали их от воинской повинности. Кроме того, им оказывали содействие в занятиях промыслом, большинство меннонитов занимались производством и обработкой тканей. Приобрести землю они могли лишь с разрешения короля.

Взошедший на престол король Фридрих Вильгельм-2 отменил эти привилегии и ужесточил запрет на приобретение земли. Меннонитам было запрещено приобретать в собственность большие земельные участки. А с 1789 года покупка земли стала для них вообще невозможной. Это было своего рода карой за их уклонение от воинской повинности. Под вопросом стояло будущее их детей. На этом фоне усилия вербовщиков действующих по заданию Екатерины-2, нашли отклик среди меннонитов. Их призыв поселиться на юге России увенчался успехом Для определённой части населения Германии эмиграция явилась единственным выходом из создавшегося положения.

Почему же немцы большей частью эмигрировали именно в Россию.

Карл Штумп пишет в своей книге "Эмиграция из Германии в Россию за 1763-1862 годы:

"Причина, имеющая решающее значение для эмиграции, никогда не была единственной. Их всегда окзывалось несколько, причём в одной земле преобладающей была одна, а в другой-другая.

Предпосылки же для такой массовой эмиграции были созданы не только в эмиграционной, но и в иммиграционной стране.

В Германии того времени:

1 Угнетение оккупационной, государственной и собственной княжеской властью.

2 Несение военной службы и барщины как в своём, так и в оккупационном государстве.

3 Хозяйственная нужда, неудавшиеся урожаи, голодные годы, нехватка земли, высокие налоги.

4 Жестокое, а иногда и несправедливое управление.

5 Нововведения в школьном и в церковном ведомствах.

В России того времени:

1 Возможность свободно жить и развиваться.

2 Освбождение от военной службы на "вечные времена.

3 Предоставление земли, почти безграничные возможности покупки земли, освобождение от налогов.

4 Свободное самоуправление.

5 Полная свобода вероисповедания.

Всё это было достаточной причиной для того, чтобы покинуть свою страну в надежде найти вдали новую, лучшую долю.

Переселенцы прибывали, прежде всего из Гессена, Вюртемберга, Бадена, Рейнпфальца, и начинали они свой путь со сборных пунктов.

Сборный пункт для гессенских переселенцев находился в городе Бюдингене. Отсюда начинали свой путь в Россию тысячи людей. Так как русское правительство проявляло больший интерес к семейным парам и семьям, то перед отъездом стали заключаться семейные браки. Это отразилось в так называемом регистрационном листе брако-

сочетаний церковного управления Бюдингена. Между 4 февраля и 8 июля 1766 года было зарегистрировано 375 браков. В некоторые дни регистрировало по 11 пар. В регистре для бракосочетаний отмечено место проживания 170 мужчин и 110 женщин, чем подтверждено, что большинство переселенцев являлось жителями Гессена. Из одного только Гельнгаузена, причём легально, выехало 112 человек. Можно предположить, что беженцев, нелегально покинувших страну по религиозням причинам, было намного больше.

Через ангальтский город Рослау, который Фридрих Август определил пунктом сбора для переселенцев,-сами переселенцы предпочитали город Косвиг-выехало 11 поездов с 3440 колонистами. Этот факт действовал убедительнее, чем все вместе взятые вербовщики, происходил как бы "эффект домино. Колонны переселенцев, которые двигались к месту сбора, действовали на местных жителей так, что люди, ничего ранее не слышавшие об эмиграции, спонтанно присоединялись к ним.

Впечатление, которое производили эти движущиеся колонны на местное население малых немецких государств, описывается в одном из отрывков церковной книги Штоккгаузена под Гисеном, в котором к транспорту присоединилось 46 семей: "Если бы не господский запрет, то село, ради тщетной мечты о хвалёной земле, опустело бы на половину.

Следующим примером "эффекта домино был обоз с переселенцами, проезжавшими в 1766 году через Шлиц (севернее Фулды). Этот случай описан в докладе высокопостав- ленного священника Бёккнера: "Сегодня, 13 мая 1766 года, через Шлиц проехал первый транспорт с людьми. С ним тайно убежали и шлицкие крестьяне, оставив свои хозяйства, говоря, что начальство слишком жестоко, а труд тяжёл. Далее автор сообщает, что через их местность прошло семь транспортов, в каждом около 500 человек.

В Рослау к проезжавшему обозу присоединились незамужние молодые женщины. Через общественные объявления их призывали выходить замуж за переселенцев: "В Рослау возле города Дессау в "Чёрном медведе вас хорошо обслужат и обо всём позаботятся. А именно, хозяин гостинницы Гоффман будет платить каждому человеку по 4 гроша 6 пфеннигов в день, при бесплатном жилье и перевозке. Требуются и принимаются незамужние женщины для замужества. Каждая должна сама лично явиться как можно скорее, потому что комиссар через четыре недели отправляется в Санкт-Петербург.

Из 105000 жителей ангальтского города Дессау выехало за рубеж 97 мужчин, 105 женщин и 250 детей. Среди них была 21 мать-одиночка с 32 детьми. В листе бракосочетаний отмечено, что из 25 женившихся мужчин 18 имели профессии. Один батрак-землепашец и 17 ремесленников со следующими специальностями: ткач льна, рубщик мяса, каменщик, плотник, булочник, ленточник, плотник по дереву, пуговочник, ткач по дамасту и сапожник.

Подготовка российского правительства к приёму поселенцев и вербовка.

Проводимое в 18-м веке российским правительством ускоренное заселение новых земель ориентировалось на соответствующую политику европейских держав, так называемую политику Пейплиризации.

По указанию Екатерины-2 22 июля 1763 года была образована "канцелярия по опеке иностранцев с резиденцией в Санкт-Петрбурге. Председателем этой канцелярии, которая по "власти и превосходству приравнивалась к государственным коллегиям (министерствам), был назначен граф Орлов.

1 Задачей канцелярии по попечительству было "удовлетворять все законные требования, которые предъявят вновь прибывшие, и нести ответственность за то, чтобы прибывшие в Россию не изнурялись, при первой же возможности предоставлять им временное жильё до тех пор, "пока каждый

не будет прописан по собственному желанию.

2 Ежегодный бюджет канцелярии составлял 200 000 рублей. Из этих денег должны были выплачиваться вспомоществования колонистам для постройки домов, приобретении семян, крупного рогатого скота, лошадей и сельхозинвентаря.

3 Для решения повседневных вопросов и проблем на местах создавались региональные конторы. Первой была создана такая контора в Саратове. Эта контора была подтверждением манифеста от 1763 года, который гарантировал местное самоуправление.

4 После подавления восстания Пугачёва (1773-1775 годы) Екатерина-2 приступила к реформе государственного управления. Россия была поделена на губернии, которые в последущие годы получили административное управление. В 1782 году реформы коснулись и колонистских администраций.

5 28 апреля 1782 года по указу Екатерины-2 были упразднены попечительские конторы в Санкт-Петербурге и Саратове. Колонистов вместе с русскими казёнными крестьянами отдали в подчинение камерному двору в Саратолве.

6 "Бесконтрольное время продлилось 15 лет. В 1797 году Павел-1 отменил это положение. Попечительская контора была восстановлена. В 1800 году была открыта контора в Новороссии в Екатеринославле. Для немцев-колонистов "бесконтрольное время осталось в памяти как время хаоса и неопределённости.

7 После отмены контор некоторые немецкие колонии переняли от русских сельских общин их "мировой уклад. Чтобы получить землю, колонисты Поволжья в восьмидесятых годах 18-го века стали перенимать общинный уклад русских крестьян. Роспуск попечительских контор Екатериной-2 в 1782 году и последующее "бесконтрольное время способствовали этому. Эта система лишь временно решала проблему безземелья. В дальнейшем она привела к негативным последствиям. Земельный надел крестьян постоянно уменьшался. С 1793 года земельный надел некоторых крестьянских дворов уменьшился до двадцати десятин на семью. В 1840 году он уже составлял 15 десятин-в три раза меньше того, что получала каждая семья при переезде в Россию.

8 Изданный 4 июля 1871 года царём Александром-2 закон о колониях не только упразднил все привилегии колонистов, но и подчинил их общему управлению.

Попечительские конторы были закрыты. На том закончилось и местное самоуправление. В царской России 18/19-го веков господствовала общинная форма земледелия. Земля была общественной. Она не передавалась по наследству, а каждый раз распределялась по-новому по числу душ мужского пола. Чем в семье больше мужчин, тем больше она имела земли.

Колонисты получали землю не в частную собственность, как это им было обещано, а в наследственную аренду. Земля принадлежала царской короне и передавалась общине для пользования. Община отвечала также за натуральный и денежный налог. Этот общинный уклад не встретил большого признания у колонистов. Он противоречил немецким традициям. При таком укладе все старшие сыновья не могли получить какую-либо профессию, чтобы покинуть общину и уйти в город на заработки. Они вынуждены были крестьянствовать.

Черноморские колонии, которые образовались позднее, не стали перенимать мирскую систему. В отличие от поволжских колонистов там получали по 60 десятин и не делили землю между наследниками. Сыновья, не получившие своего наследства, должны были покинуть отцовский двор и приобрести какую-нибудь профессию. Можно было остаться и в селе "соседом-безземельным хозяином небольшого подворья и наниматься подёнщиком к родному брату или искать какой-нибудь заработок на стороне. Это привело к тому, что в 19-м веке в черноморских колониях наёмная рабочая сила состояла в основном из самих немцев.

Манифест Екатерины-2 был опубликован во французских, английских и немецких газетах. Суть его доходила лишь до малой части сельского населения, так как многие не умели читать. Его читали в церквах, там слушателям можно было расписать жизнь в колониях в лучших красках.

Жителям села Меттенхайм в графстве Бартенберг с трибуны среди прочего провозглашалось: "Верующим любой конфессии-добро пожаловать! Место расположено на реке Волге в Астраханском (бывшем) ханстве, возле немецкого города Екатериненбург. Эта местность напомнит некоторым Верхний Рейн. Что касается климата и плодородия почвы: она богата виноградом, зерновыми и луговыми растениями, лесом и реками полными рыбой... Кто дома не имеет, может там стать счастливым. Итак, все, кто захочет иметь долю этих богатств и поехать в Россию, где уже имеется немецкая колония в более чем 1000 жителей, могут подать заявление в Вормсе, откуда 13 марта 1766 года пойдут корабли и где вам будут выданы дорожные деньги.

Заманчивым бало даже то, что предоставлялась возможность дальнего бесплатного путешествия и знакомство с новым народом.

Неизвестно, побудило ли кого-нибудь к выезду письмо крестьянина, выехавшего в 1788 году из Ангальт-Дессау. В котором он рассказывает о положении в России. Но описания бытовых условий переселенца наверняка произвели впечатление: "...слава Богу, теперь имею пашню, коней, коров и другого скота так много, даже больше чем достаточно, ещё ни разу не было повода жаловаться. Церковь и школа есть здесь тоже.

Не только вид на новую жизнь, но и в некоторой степени любопытство и жажда приключений манили людей в далёкую страну. В этой атмосфере по-видимому и созревало решение подмастерья Христиана Готлоба Цюге покинуть Германию. Прежние намерения выехать в Америку, чтобы "увидеть отдалённые от моего отечества земли, он круто изменил. В Любеке его переубедили некоторые "прилично одетые люди пойти с ними в Россию, "так как там Великая Екатерина, сама немка, всем своим землякам, которым дома не нравится, открыла новый рай. Туда идёшь навстречу счастью, до цели путешествия преодолеваешь немалую часть мира, знакомишься с казаками, мордвинами, калмыками, чукчами и множеством другого народа и увидишь бессчётное количество вещей, о которых тут в стране вряд ли кто слышал

Родившийся в 1746 году в Гере сын текстильщика, подмастерье Готлоб Цюге, путешествуя, попал в 1764 году в Любек. Здесь он примкнул к поезду выезжающих эмигрантов. В своей изданной в 1802 году книге "Русский колонист, или жизнь Христианина Готлоба Цюге в России. Попутное описание нравов и обычаев русских, преимущественно живущих в азиатских провинциях он даёт не только малолестную характеристику выехавшим в Россию людям, но и описывает свои впечатления о путешествии в места поселения и о первых трудностях.

После прибытия в колонию он вскоре переехал в Саратов, где работал на мануфактуре. Затем он был членом театральной группы. После того, как ему удалось под чужим паспортом удрать из России, он вернулся в 1774 году в родной город.

По заданию российского правительства вербовкой занимались специальные вербовщики, которые работали в различных местах Германской империи.

Опубликованный в газетах и листовках манифест от 22 июля 1763 года не мог охватить всего сельского населения, поэтому понадобились вербовщики, агенты, которые действовали наряду с царскими комиссарами (чиновниками российского правительства). Они организовывали как частные предприниматели вербовку колонистов и их отъезд в Россию. Одним из известных вербовщиков был барон Фердинанд де Кано де Борегард. Представленный в первоисточниках как швейцарец и выходец из Брабанта, Фердинанд де Кано де Борегард был, видимо, самым успешным вербовщиком на службе русского правительства. Он заключил договор, в котором обязался завербовать 4000 колонистов. За их перевозку в Гамбург и в Любек ему было выдано 15 000 рублей. При успешном выполнении этого обязательства ему во владение выделялось 3% поселенческих земель и 350 рублей беспроцентной ссуды.

В договорах с поселенцами он заручился их согласием на отдачу десятой части продуктов и преимущественное право сельхоззакупок. Однако Борегарду удалось завербовать только две тысячи колонистов. Вследствии этого у него с российским правительством произошли разногласия. Екатерина-2 отклонила последующее сотрудничество такими словами: "тем самым никаких дальнейших дел иметь не желаю.

Имя вербовщика носят два посёлка на левом берегу Волги (Кано и Борегард). Члены его семьи также вошли в историю немецких поволжских колоний. Колонии вблизи Катариненштадта-Эрнестиненфельд и Филиппсфельд напоминают о его дочери и сыне. Северная Сюзанненталь была названа в честь его жены.

За каждую завербованную семью вербовщик получал от 5 до 10 рублей плюс три участка земли в местах поселения за сто завербованных семей. Финансовой стартовой помощью были десятилетний беспроцентный заём в размере 4000 рублей. Вербовщики имели право заключать с отъезжающими особые обязательства и договоры. Представление о таком праве показывает проект поселенческого договора. В нём вербовщику предусматривалось право на преимущественную скупку всех продуктов, которые бы хотел продать поселенец. В то же время он не имел права устанавливать цену на товар. Поселенец обязывался также отдавать десятую часть от всех зерновых продуктов и птицы руководителю колонии-своему бывшему вербовщику.

В 1764 году 63 бывших вербовщика стали директорами ста четырёх поселений по обеим берегам Волги. Колонисты сопротивлялись их запросам. Действующим в Южной Германии частным вербовщикам, как было сказано выше, разрешалось заключать с завербованными колонистами особые договоры.

В колониях бывшие вербовщики, ставшие директорами, претендовали на ещё большее. Они пытались взять под контроль исполнительную и судебную власть. Чтобы избавиться от претензий директоров на десятую долю урожая, поселенцы подавали прошение в попечительскую канцелярию о преобразовании их колоний в казённые, так как эти колонии освобождались от всяких поборов.

Представитель Людвиг из колонии Каменный Овраг ходатайствовал в 1768 году "нижайше нас от дирекции освободить и в качестве кронколонистов принять и записать. В своём прошении представитель указал и на то, что обещанных священников, учителей, врачей и акушерок до сих пор никто не видел.

Должности директоров были в начале семидесятых годов 18-го века упразднены. Исследователь и путешественник Симон Паллас уже в 1773 году установил, что из тысячи семей ровно девятьсот были подвластны короне. Понадобилось ещё несколько лет для того, чтобы бывшие вербовщики свою власть и все колонисты могли иметь равные права.

Случай с Готлибом Цюге является очень показательным, Бывший подмастерье не имел навыков земледелия и не мог стать крестьянином в России и тем самым создать себе новую жизненную основу. Та же участь постигла многих его попутчиков. Всё это и многое другое Цюге описывает в своей книге.

Это не было единичным случаем, как показывают результаты проведённой в 1769 году Екатериной-2 инспекторской проверки поволжских колоний. Тогда было установлено, что 9% всех переселенческих семей не были приспособлены к крестьянской работе. Из 6433 живущих там семей таких было 579. После второй проверки в 1774 году было выявлено уже 10% таковых. В этом были виноваты не только вербовщики, но и само российское правительство. Оно считало, что колонизацию можно обеспечить одним лишь приростом населения.

Привилегии обещанные колонистам, были частью колониальной политики. В Гемании на это среагировали запретом на эмиграцию. Причиной этих запретов был отъезд многих семей, "откликнувшихся на обман зазывал и злых людей в так назывваемые новые земли или под другие более выгодные господства. Отъезжающие действовали "в воображаемой надежде найти большего счастья, что рассматривалось как нарушение их верноподданического долга.

В запрете на выезд по указанию архиепископа трирского от 28 апреля 1763, чтобы в будущем предотвратить "особенно вредную сущность выездов, было предложено:

1 Подданным, пытающимся выехать, грозит не только конфискация всего имущества, но и телесное наказание.

2 Со всех тех, кто купит у желающих всё их состояние, оно будет безвозмездно взыскано в пользу "дворовой пенсионной палаты архиепархии.

3 С отъездом все члены семьи теряют право возврата в свои прежние усадьбы.

4 Они и их наследники теряют все претенизии на будущее наследство во всей архиепархии независимо от его происхождения.

5 Оное перейдёт "в пенсионную палату.

6 Всем, кто будет вербовать подданных архиепархии для выезда, грозит потеря всего состояния в пожизненное исключение из архиепархии.

7 Перед исключением они вынуждены будут много часов стоять у позорного столба. При этом им должна быть повешена на шею табличка "обманщики подданных.

8 В особо тяжких случаях не исключена и смертная казнь.

Подобные указы издавались почти во всех землях, откуда эмигрировало наиболле много семей, князья Кёльна, Майна. Пфальца, Вютремберга, Гессена и так далее издавали указы такого же характера. Например: "Указ пфальцского правительства о запрете на выезд от 29 апреля 1766 года. Этот запрет отличается от других "предостережением от опасностей, которые подстерегают переселенцев на чужбине.

Начиная с 1709 года Пфальц потерял большое количество населения из-за эмиграции. С тех пор до середины 18-го века в Америку выехало от 12 000 до 15000 человек. Это обескровило страну. И правительство издало 27 февраля 1764 указ о запрете на выезд, который направлен против российских зазывал.

В указе отмечалось следующее:

1 Всех вербовщиков, которые переступили границу Пфальца, заключать в тюрьму и допрашивать.

2 Предупредить своих подданных, чтобы они "предвидели предстоящие неудобства и опасности для своей жизни и не доверяли такого рода людям, которые ради им обещанной оплаты хотят их только купить. Одновременно подданных предостеречь в том, что не стоит менять свою "большей частью унаследованную, данную Богом и природой достаточно благословенную зеслю на такую, "которую из-за трудного переезда по морю мало надежды достичь имеют и в которой они под чужим небом будут подвержены многим болезням, в которой язык, образ жизни им неизвестен, при этом не могут знать, какая их там ожидает судьба и вместо ими ожидаемой доброй земли им придётся поселиться в болотистой пустынной неплодородной и ненадёжной местности...

3 Местных представителей власти обязать, чтобы "следили за неблагонадёжными и подозрительными неимущими подданными и от случая к случаю высылали к ним ночной дозор, дабы предотвратить такие намерения...

4 Отъезжающих подданных преследовать, догонять, сажать под арест, допрашивать и по указанию начальника штрафовать.

5 Тем же, которые пытаются выехать вопреки запрету, грозить "тюрьмой или другим штрафом.

6 Местному управлению, которое не помешало выезду, грозить также штрафом.

Из аббатства Фулда и прилегающих рыцарских поместий выехало 300 семей. Так же, как и правители Пфальца, князь аббатства предостерегал оставшихся подданных от обещаний вербовщиков: "Через Регенсбург мы узнали, что у эмигрантов на границе забирают обратно выданные ранее деньги и выжигают на лбу клеймо, чтобы, если вдруг они вздумают бежать, их быстро могли бы узнать и рабами отправить в шахты.

?Условия иммиграции.

Екатерина-2 прекрасно сознавала, что количество иммигрантов должно быть строго регламентировано. Она также прекрасно понимала, что для заселения иммигрантов, как специалистов, так и простых ремесленников и крестьян, необходимы большие земельные территории, чтобы они имели возможность жить и работать. Поэтому Екатерина издаёт дополнительные указы, приложения к манифестам и предписания для переселяющихся колонистов в вопросах землевладения и землеустройства.

Готовясь к наплыву иностранных переселенцев, Екатерина-2 издала 19 марта 1764 года дополнительный колониальный закон. В договорном формуляре колониального закона оговаривались особые обязательства, которым впоследствии противились колонисты. Закон предписывал:

1 Выделить на каждые 100 семей по округу диаметром от 60 до 70 вёрст.

2 Основать по обоим берегам Волги 52 колонии.

3 В колониях селить поконфессиям.

4 Каждой семье выделить по 30 десятин наследственной аренды. Землю нельзя при этом продавать, делить и сдавать в аренду. Она остаётся собственностью общины.

5 Использовать каждой семье выделенную землю: 15 десятин пахоты, 5 десятин под двор и приусадебный участок и 5 десятин леса.

6 Наследование. Наследство передавать только одному из детей, самому младшему сыну (если он недееспособен, отец может передать наследство предпоследнему сыну или другому родственнику). Каждый отец, ознакомленный с этим законом обязан приложить все усилия, чтобы обучить своих детей какому-нибудь ремеслу.

7 Районное и общинное самоуправление. Каждый колонист при своём прибытии должен был поклясться не нарушать законов самоуправления, а признавать их и следовать им.

Благодаря этому кодексу, колонисты становились независимым сословием с определёнными значительными привилегиями и свободами (свобода передвижения, въездные и выездные лицензии, свободный переход из одного сословия в другое: гражданское, военное, духовное, дворянское). Местное население называло немецких колонистов "свободными людьми. Вместе с рядом дополнений эти обязательства имели силу в течении ста лет. (Отменены в 1871 году). Завербованные колонисты подписывали договорный формуляр.

Договор формально заключался между дирктором бароном Кано де Борегардом как уполномоченным Екатерины-2 по заселению колонии Екатеринин Лен и колонистом. Представителем барона и второго директора Отто Фридриха фон Монжу, являлся комиссар Иоганн Фридрих Вильгельм фон Нольтинг, владелец замка Фауербах, расположенного в Веттерау недалеко от Фридберга.

I Из формуляра следует, что колонисты, прибывая в Россию, уже являются должниками российского правительства. Этот долг ещё более увеличивалс после предоставления займа.

1 Колонист получает за проезд от... до Петербурга через Любек ежедневно по 15 крейцеров, его жена-по 10, дети мужского пола тоже по 10, а несовершеннолетние по 6 крейцеров. Третью часть этих денег и других выплат, которые получит колонист, его наследники или потомки ("авансом в деньгах или вещами), после истечения десяти "годов проживания в Екатеринином Лене следует выплатить в течении трёх первых лет. Проценты не высчитываются. Транспортные расходы от Петербурга до мест поселения берёт на себя царская казна.

2 На случай выезда из России в течение ближайших десяти лет выплате подлежат только расходы на транспорт и доплата к дорожным до Петербурга. Кроме того, колонисту следует выплатить пятую часть стоимости всего имущества, которое он приобретёт в первые пять лет. Если выезд произойдёт между пятым и десятым годами, выплачивается только десятая часть.

3 Каждый колонист получает деньги на приобретение домашних животных, инвентаря, дома, хозпостроек, семян. С этих приобретений он обязан вернуть долг.

4 Российская империя освобождает от всех денежных налогов и барщины в последующие тридцать лет.

5 Срок возврата долга устанавливается заранее.

6 Право наследования точно определяется.

7 Беспошлинный провоз товаров стоимостью до 300 рублей при въезде разрешён.

II В формуляре договора также указывались обязанности российского правительства перед колонистами.

1 Свобода вероисповедания.

2 Стрительство общественных школ для каждой конфессии.

3 Предоставление медицинского обслуживания.

4 Освобождение от всяких налогов и пошлин в первые годы.

5 Выезд возможен при выполнении ряда условий.

III Колонист получает землю "пашню, луга, лес и так далее, одно из лучших и плодороднейших угодий, для пользования и содержания всей семьи в собственность с правом наследования. Если прибывают взрослые дети, которые создают свою семью, то они тоже получают землю на таких же условиях.

IV Колонист, в свою очередь, обязуется во время пребывания в России вести себя как верный подданный царицы, то есть "послушно соблюдать законы и порядки, созданные в колониях, и подчиняться полицейской управе. Ежегодно отдавать руководителю колонии десятую часть своего продукта. Ему первому предлагать все сельскохозяйственные продукты и не предлагать ему товары по цене выше установленной.

Кроме предписанных российским правительством условий для поселения, между колонистами и вербовщиками заключались ещё и особые договорённости.

Наряду с личной свободой колонистам также была обещана свобода передвижения и свободный выбор места жительства. Это обещание впоследствии правда не исполнялось. Большинство колонистов, видимо, не обратило внимание на содержащееся в манифесте условие: каждый иностранец, отметившийся в одном из приграничных городов или в попечительской канцелярии, должен поклясться в верности новому государству. Параграф пятый гласил:

"Немедля по прибытии в Нашу Империю каждого иноземца с намерением обосноваться на жительство и по сей причине представляющегося в учреждённой для иноземцев опекунской канцелярии или же в пограничном городе Нашей Империи сий должен, как предписано выше параграфом 4, огласить своё намерение и дать по соответствующему религиозному обычаю клятву верноподданничества и преданности.

Колонисты, прибывавшие по Балтийскому морю, давали клятву в соотвествии с их религиозной принадлежностью в Ораниенбауме, собираясь в тамошней дворцовой кирхе. Текст клятвы прочитывался пастором Йоганном Христианом Кёнигом и повторялся присутствующими. Давая клятву, которая была обязательным условием иммиграции, новоприбывшие становились российскими подданными. По меньшей мере с этого момента все осознавали, что обратного пути практически нет. Однако, чтобы не вступать в конфликт со своей совестью, если всё же пришлось бы возвращаться на старую родину, некоторые по наблюдению Христиана Готлоба Цюге, "лишь шевелили губами, не произнося слова клятвы.

? Прибытие на места поселений.

Манифест от 22 июля 1763 года обещал европейцам, попавшим на своей родине в безысходную ситуацию, плодородные земли, богатые рыбой водоёмы и благоприятный климат в местах поселений, в которых "почти бесплатно можно достать рыбу, птицу, овощи и другие продукты питания. Тем, кто подался в колонисты, эти обещания казались раем по сравнению с нуждой, которая окружала их на родине. К 1774 году в Россию выехало в общей сложности около 30 000 поселенцев.

Не все из них пережили тяготы переезда. Многие умерли от голода и эпидемий. Некоторые теряли мужество и бежали обратно. Так в 1774 году из Петербурга в Саратов выехало 26 500 колонистов, а на место прибыло только около 23 000.

На карте показаны важнейшие маршруты, по которым шло переселение немецких колонистов в период до 1830 года.

? Гессенская эмиграционная волна проходила в 1763-1768 годах через Балтику из Любека в Ораниенбаум (пригород Санкт-Петербурга) и далее в новые места поселений на Волге.

Для многих колонистов Любек был последним пунктом путешествия на немецкой земле. Продолжение путешествия через Балтику в Санкт-Петербург организовывал состоящий на службе русского правительства купец Христоф Генрих Шмидт. После его смерти с 30 мая 1766 года эту деятельность перенял любекский юрист Габриэль Христиан Лемке.

Уже в январе 1764 года коллегия по внешним делам в Санкт-Петербурге рекомендовала этот морской путь как наиболее выгодный для транспортировки колонистов. Сухопутный путь был не только более продолжительным, но и более дорогим. Колонистов оказалось столько много, что любекских кораблей для их транспортировки не хватало. На помощь были вызваны суда из Киля, Нойштадта и даже из Англии. К ним подключились также и суда, пришедшие из России. На грузовых пакетботах и рыбацких парусниках, не предназначенных для перевозки людей, было вывезено 3100 колонистов. Всего из Любека вывезли в Россию 22000 колонистов.

Обозы с переселенцами шли в Любек через Регенсбург, Веймар, Люнеберг или от Вормса вниз по Рейну, чтобы затем сухопутным путём через Вестфалию и Ганновер попасть в порт. Прибыв в Любек, колонисты должны были из-за большого скопления людей настроиться на долгое ожидание. Зажиточных комиссар Шмидт определял на квартиры. Прочим доставались места в бараках, находящихся недалеко от порта. Эти здания строго охранялись, чтобы предотвратить попытки к бегству.

На период ожидания колонисты получали суточные: мужчины по 8, женщины по 5, дети по 3, а младенцы по 1 шиллингу. Деньги и продукты питания раздавались выбранным "старостой, "начальником или "управляющим. Происходившие в Любеке столпотворения являлись ярким отражением екатерининского манифеста. В 1765 году здесь ожидали отправки тысячи людей. Имевшиеся в распоряжении корабли того времени могли вместить не более 280 пассажиров. Морское путешествие обычно длилось от 9 до 11 дней. При плохой погоде (штиль или шторм) путешествие могло продлиться и до шести недель. Поэтому хлеба и воды не всегда хватало. Среди капитанов всегда находились такие, которые искусственно продлевали путешествие, чтобы выманить у колонистов все деньги, которые выдавались им на двухнедельный проезд.

Бернгард Людвиг фон Платен отразил такое путешествие в своей поэме "Описание путешествия колонистов, а также образ жизни русских". Родившийся в 1733 году в Померании фон Платен служил офицером прусской армии и принимал участие в семилетней войне. В 1766 году он вышел в отставку и завербовался в Любеке колонистом. В 1766-1767 годах, во время переезда в Россию он и сочинил эту поэму. В 67 строфах описаны его переселенческие приключения. При вербовке Платен указал на своё дворянское происхождение и выразил желание служить императрице офицером. ("Скажи что я офицер и дворянин. Прошу милости служить императрице.) Это желание не было удовлетворено. Его, так же как и других, поселили в деревне на Волге. Своё разочарование он выразил в описании путешествия: "Никаких тебе офицеров и никаких дворян. Превратили нас в крестьян и не дали никакого права..."

Платен не захотел стать крестьянином, и ему пришлось зарабатывать себе на хлеб сельским учителем (процептором). В 1774 году Бернард Людвиг фон Платен умер в общине Иост на левом берегу Волги. С участью колониста, испытавшего много "мучений, горя, грусти и тоски он, по-видимому, так и не смирился. Это чётко выразилось в его строках ; "Зол в своём я новом званьи. Платен признан первым поэтом немецкого Поволжья.

После двухнедельного ожидания в Любеке фон Платен вместе с другими колонистами попал на корабль: "Здесь каждый человек был пищей обеспечен. И кораблём до Петербурга, морем плыли, но дул нам встречный ветер, он плыть мешал. Еда пришла к концу и денежек не стало. Шесть недель должны мы были водный путь сей пережить. Страх, бедствия и голод сутками преследовали нас. Уже в конце мы получали по нужде заплесневелый хлеб и морскую с солью воду.

Во время этого путешествия оплакивались уже первые умершие. Пекарь Иоганнес Хен из Гельгаузена давал показания для протокола. Он с супругами Дельк и их двумя дочерьми плыл из Любека в Россию на судне, принадлежавшем Якову Бауэру. На второй день дочери, которых он хорошо знал, умерли на судне от возникшей ужасной болезни. Мёртвые были на его глазах опущены в море. Из Кронштадта, одной из крепостей Петербурга, путь шёл сразу в Ораниенбаум (ныне город Ломоносов). Там колонисты могли сменить одежду, предъявив начальнику проездное свидетельство. Срок пребывания в Ораниенбауме не был определён. Там же колонисты давали присягу верности царской короне.

Из Ораниенбаума колонисты направлялись на новые места поселения на Волге. Путешествие из Ораниенбаума продолжалось уже в сопровождении охраны под командованием офицера. Дальнейшее продвижение шло по двум направлениям.

Часть колонистов продвигалась по суше, в то время как другая часть спускалась дальше водным путём. Второй путь оказался выгоднее для передвижения, особенно для больших групп в сотни колонистов. Этот путь шёл из Петербурга по Неве, по Ладожскому каналу через Волхов в Новгород. Здесь оставляли больных, которые имели возможность за зиму поправиться. Из Новгорода путь шёл в Мсту, в Вышний Волочек.

Сухопутный путь шёл через Торжок, Тверец до Твери, а оттуда по Волге в Ярославль, Кострому, Нижний Новгород и Саратов.

Колонистов, продвигавшихся водным путём в Поволжье, грабили так же как и на море по пути из Любека в столицу. И здесь корабельное начальство было заинтересовано растягивать путешествие до тех пор, пока не распродаст свои продукты по завышенным ценам. Полностью сухопутный путь шёл через Петергоф, Новгород, Тверь, Москву, Рязань, Пензу и Покровск на Волге (ныне-Энгельс напротив Саратова).

По прибытии в Саратов колонистам выплачивали по 150 рублей подъёмных. На эти деньги они должны были купить себе дом или постоить его, купить семена, сеот, сельхозинвентарь. Из Саратова переселенцы отправлялись на места своих поселений. Они были у цели. Какие чувства они испытывали при виде своей новой родины,-описал Христиан Готлоб Цюге.

Подмастерье Цюге, выходец из Геры, передаёт нам в своём описании горькое разочарование, которое охватило колонистов в первые дни на новом месте. В своей книге "Русский колонист он пишет: "Наш вожатый крикнул: "Стой! Мы страшно удивились. Для ночлега было ещё слишком рано. Нашему удивлению не было предела, мы были шокированы, когда нам сказали, что мы уже у цели нашего путешествия и прибыли на место. С испугом мы смотрели друг на друга. Вокруг, куда ни глянь, бескрайняя степь. Кроме маленького лесочка-ничего, только трава в три фута (около метра) высотой до самого горизонта. Никто из нас не шевельнулся, чтобы сойти с коня или с телеги. Когда первый шок прошёл, на всех лицах можно было прочесть лишь одно желание: домой!...

"И это тот рай, который нам в Любеке русские вербовщики понаобещали!-печально воскликнул один из моих несчастных попутчиков. Конечно, это было глупо с нашей стороны ожидать на российских необжитых просторах райский сад; и потому разочарование наше было очень велико-вместо этого увидеть голую степь, мало отвечающую даже самым скромным нашим запросам. Мы не заметили в этой необжитой местности ни малейшего намёка на какие-нибудь приготовления к нашему приёму. Этим никто не занимался и в последующие дни, хотя казалось бы, нужно было торопиться при виде надвигающейся зимы.

Хотя поселенцы, как заметил Цюге, при ближайшем исследовании местности установили, что земля не такая уж и плохая, как всем показалось вначале, тем не менее не обнаружили обещанных условий. Строительный материал не был доставлен. Вместо этого колонисты заметили в степи одни лишь вешки, которые обозначали границы будущих строений. Чтобы защититься от надвигающейся непогоды, для начала пришлось строить землянки.

Из-за большого наплыва колонистов российское правительство, видимо, не успевало с организационными работами по устройству поселенцев, поэтому первые впечатления о России не соответствовали обещаниям свободы, изложенным в манифесте. Вид пустынных степных ландшафтов и царящий там суровый климат приводил колонистов в уныние.

Обещанные каждому иностранцу свобода выбора места поселения ("каждый выберет то место, которое посчитает для себя наиболее выгодным) и трудоустройство по профессии не состоялись. Мечты о том, что они смогут применить свои профессиональные знания и навыки в городах и передать их дальше, тоже не исполнились. Всем пришлось поселиться в Поволжье и заняться крестьянским трудом, даже тем, кто не имел о нём никакого представления.

Свобода выезда из России также была ограничена, хотя манифестом от 1763 года всем иностранцам, принявшим присягу верности российской короне, такое право однозначно гарантировалось. Условием выезда являлась выплата государству определённой доли нажитого колонистом состояния. Эта доля зависела от продолжительности проживания в колонии. Проживший в колонии менее пяти лет выплачивал 20% от "благоприобретённого состояния. После пяти лет проживания с отъезжающего колониста высчитывали "только лишь 10%. Кроме того, при выезде нужно было возвратить подъёмные, проездные и суточные.

Финансовые обязательства и присяга делали легальный выезд невозможным. Оставался один путь-бегство. Христиану Готлобу Цюге это удалось, и он вернулся в свой родной город, преодолев путь, полный приключений. Известны также и неудачные попытки возвращения. Группу колонистов, попытавшуюся выехать домой через Саратов, казаки пригнали обратно в колонию. На других напали татары и всех перебили.

Сами колонисты характеризовались весьма неоднозначно. Например Христиан Готлоб Цюге в своей книге "Русский колонист даёт характеристику людям, предпринявшим вместе с ним путешествие из Любека на волжские земли. Его оценка, да и не только его, не очень лестна. При этом, надо иметь ввиду, что Цюге воспринимал самого себя как честного подмастерья и смотрел на своих попутчиков с высоты своего положения несколько высокомерно. Он тут однозначно выступает как "дитя своего времени.

"Отщепенцы, которые ищут в необъятных далёких местах жильё, потому что отечество выплюнуло их или, по крайней мере, уготовило им такую судьбу... Бескультурщина, которая чувствует себя в любом положении вольготно, если только может беспрепятственно предаваться своим прихотям, образовала второй, не более приятный класс. В третий, самый маленький из всех классов, сгруппировалось несколько несчастных, которых удары горькой судьбы или преследования соотечественников гонят из отечества. Четвёртый, самый многочисленный класс, собрался из ищущих прикличений, легкомысленных людей, готовых к любому отважному предприятию, или из неопытных, которые поддались на льстивые обещания золотых гор и в этом нисколько не сомневались.

Мнение русского поэта Александра Сергеевича Пушкина о немецких колонистах тоже было не из лестных. Для него это были "бродяги и бездельники, которые присоединились к пугачёвскому восстанию. Таких было, видимо, всё-таки немного. Петер Симон Палас ценил колонистов, прежде всего, как "добрых пахарей. Менее оптимистическая оценка встречается в отчёте Е.П.Б.Вебера.

В своей, изданной в 1787 году, книге "Русские. Или пробный отчёт о путешествии в Россию и через Российскую империю в Европу Вебер показывает, какими обещаниями сманивали людей и какие трудности там людей ожидали. Это, как и описание прибытия обоза колонистов, даёт представление о людях, которые тогда отправились в путь. Здесь создаётся впечатление, что это не были "авантюристы или "легкомысленные, как пишет Х.Г.Цюге, а напротив люди, которые вместе со своими семьями и последним скарбом в надежде на лучшее будущее прибыли в чужую страну и попали в руки невежд и местного начальства.

"Правительство считало, что для того, чтобы заселить и окультурить землю, достаточно туда заманить побольше людей. Для этого оно разослало вербовщиков во все земли, которые опираясь на указы и инструкции, заманивали колонистов, обещая им выгодные условия. Ремесленному люду обещали необходимый для работы инструмент, материал для обработки и, кроме того, ещё годовое жалование, соответствующее профессии-600 рублей. Прежде всего-каменщикам, столярам, плотникам. В зависимости от квалификации жалованье увеличивалось или уменьшалось на сумму до ста рублей. Для покрытия данных и других расходов на управление (зарплата служащим, ведение строительства и так далее) губернатору выделялось до 18 миллионов рублей в год.

На самом же деле всё обстояло иначе. Весь поток колонистов из Франции, Италии, а главным образом из всех земель и провинций Германии, кроме тех немногих, которые нашли приют и поддержку земляков в Херсоне, отправлялся по маршруту на Кавказ, где большинство из нах погибало от нужды, голода и холода. Во время моего пребывания в Херсоне я видел транспорт с колонистами из Германии, состоящий из нескольких сот человек. Они пришли пешком и должны были там остаться. Иные были с детьми и жёнами и только некоторые из них несли какие-то личные вещи в узелке под мышкой. Всех выстрили перед банком. Вызывал по списку сопровождающий, который с ними прибыл, и вручал по 2-4 рубля на руки. И они расходились кто куда. Что при таком положении колониальная система не могла развиться на высоком уровне, было видно невооружённым глазом.

Прибывающим в Петербург переселенцам компетентные служащие передавали подробные описания всех "необжитых земель. Одновременно чиновники составляли опись привезённого ими с собой имущества.

На выбор, прежде всего, предлагались поволжские земли. Они хотя и считались покорёнными, но полного мира на них ещё не было. Поселение колонистов на этих землях поэтому имело ещё и военно-тратегическое значение. В ходе административной реформы в Поволжье образовались две губернии-Самарская и Саратовская

С 1765 по 1770 годы здесь было основано 104 колонии. Первая колония получила название Екатериненштадт (позднее Баронск, ещё позже Марксштадт). В 1772 году это основанное евангелическими колонистами поселение имело 283 жителя. В том же году евангелический поселок Галка, основанный на правом берегу Волги, насчитывал 240 жителей. Основанная в 1765 году евангелическая колония Бальцер насчитывала 459 жителей; католическая колония Мариенталь была основана в 1766 году и насчитывал 400 жителей. Евангелическая колония Варенбург была основана в 1767 году, в 1772 году в ней проживало 592 жителя.

Районы заселения в 1760-1860 годы.

Поволжье-1764/1767

Беловежская колония

1765

Санкт-Петербург-1765

Рибендорф-1765

Ямбург-1767

Бориславская колония

1782/1804

Иосифсталь-1784

Альт-Данциг-1786

Колония в Хортице-1789

Крым-1804/1810

Одесская колония

1804/1824

Колония в Пришибе

1804/1827

Колония на Березине-1809

Волынь-1816/1831/1861

Южный Кавказ-1817

Мариупольская колония

1823/1842

Бессарабия-1841/1842

Самарская колония

1854/1859

?Начало и становление.

После того, как долгий и утомительный путь был пройден, колонисты увидели себя во многих отношениях ущемлёнными. Климат совершенно не соответствовал обещаниям вербовщиков. По сравнению с привычным, родным, он был экстремально противоположным. Почва большей частью солончаковая. Безводье. Не было соответствующего опыта для жизни на такой земле. А ведь многих людей побудили к отъезду именно уверения вербовщиков в том, что "мягкий климат и плодородные земли в местах поселения такие же, как и на Верхнем Рейне. Думалось, что едут в "землю, подобную Италии.

Прибыв же в Поволжье, люди убеждались в том, что тамошний климат был совершенно иной, чем у них на родине, не говоря уже про Италию. В Поволжье основные осадки выпадали между октябрём и апрелем. Штормовые весенние ветра высушивали почву, поэтому нужно было вовремя производить глубокую вспашку и посев, чтобы зерновые получали достаточно влаги и не высыхали. Зимой приходилось заботитьс я о влагозадержании, так как бушевавшие бураны срывали весь снежный покров, колонисты строили из камыша или соломы как бы маленькие заборчики и расставляли их в поле, поэтому возле этих заборчиков и накапливался снег, который таял дольше, а значит и влаги было больше весной (кстати этот опыт немцы привезли с собой позже и на Северный Кавказ и в Казахстан). После оттепелей мороз сковывал поля ледяным панцырем, колонистам приходилось также считаться с весенними поздними заморозками, которые могли нанести вред урожаю, они сжигали эти соломенные и камышовые заборчики при приближении заморозков и низко стелящийся дым как бы одеялом накрывал землю от холодного неба. И не только морозы и засуха, но и град, а также и мыши приводили к большим потерям урожая.

По обоим берегам Волги земля была достаточно плодородной для того, чтобы выращивать на ней пшеницу, ячмень, арбузы, картофель, лён,подсолнечник. Росла также вайдя используемая в качестве красителя.Феноменом многих рек России является то, что левый (восточный) берег-пологий, а правый (западный) крутой. Заселённый колонистами левый берег Волги получил название "Визензайте (Луговая Сторона), а правый-"Бергзайте (Гористая Сторона). По левому берегу Волги тянулась болотистая от разливов полоса земли. Эти пойменные луга использовались колонистами как пастбища и покосы. Следующая за ней степная полоса была пригодна для выращивания зерновых, особенно хороший урожай здесь давала пшеница. Опыт разведения пшеницы колонисты перенимали у ранее поселившихся в 1747-1750 годах, сбежавших с Украины запорожских казаков (Императрица Елизавета разогнала Запорожскую Сечь и отняла у казаков их вольности) и создавших на левом берегу Волги украинские колонии

Правый берег, высокий и крутой, переходит в возвышенность, которая изрезана многочисленными речными поймами. В то время, как левобережным колонистам можно было расширяться и образовывать новые селения за счёт целины, на правой стороне это было невозможно. Здесь жили в прилегающих районах местные русские крестьяне.

? Конфликты с местным населением и кочевыми племенами требовали всё новых жертв. Возникали конфликты и с директорами колоний из-за статуса колонии.

Страх перед нападением кочевых племён с азиатской стороны был небезосновательным. Переселенцы выходили из деревень лишь вооружёнными группами по пять-десять человек. Ранили и убивали не только одиноких путников, но нападали даже на целые деревни и разоряли их. Так, основанная в 1766 году колония Цезарфельд была в 1772 году разорена казахами. Не легче пришлось и основанному и основанному в 1774 году католическому посёлку Хайзол. Всего в 1774 году из шести колоний было уведено в плен 1573 поселенца. Только половину из них удалось выкупить обратно, других либо убили либо продали в рабство. Даже 20 лет спустя семьи пострадавших получали весточки от пропавших с просьбой помочь им освободиться из р абства.

В 1774 году были полностью разорены казахскими и киргизскими кочевниками колонии Цезарфельд и Шасселуа. В том же году подверглись набегам и были разорены колонии Келлер и Лейтцингер. Оставшиеся в живых жители этих двух деревень основали впсоледствии новую колонию-Кустарная Краснорыновка.

В 1776 году подверглась нападению колония Мариенталь. Её жителей пленили и продали в рабство. Отряд в 150 человек, вызванный из Екатериненштадта и спешивший под руководством евангелического пастора Вюрборнера на помощь селу, был разбит. По преданию, звон колокола, зовущий верующих на службу, выдал казахам месторасположение селения. Описапние этого нападения дано в рассказе "Красавица Амалия из Мариенталя и Михаил-киргиз. Степная картина Поволжья 18-го века.

? В 1769 колонисты получили право на самоуправление, но и здесь у них тоже возникали проблемы. Они имели право каждые три года выбирать старосту и его помощников. На уровне района (от трёх до пятнадцати деревень) выбирался районный староста. Избранных утверждала попечительская контора. Старостами и их помощниками разрешалось избирать большинством голосов только "трезвых и неподозрительных мужчин среднего возраста, которые проявили себя хорошими земледельцами.

Старосты обладали широкими полномочиями. Они имели право предупреждать и штрафовать непорядочных, ленивых поселенцев. Если они считали нужным, могли заставить провинившегося работать на пользу обществу или запереть и посадить его на "хлеб и воду. Если и эти меры не помогали, старосты с согласия уважаемых колонистов могли даже применять телесные наказания (до 30 ударов бичём).

Когда нарушались церковные правила, налагались штрафы, которые нужно было вносить в церковную кассу. В 1857 году все разрозненные правила объединили в так называемом колониальном уставе. Старосты и их помощники должны были обращать внимание на то, чтобы:

1 Все трудоспособные колонисты "учились делу и "прилежно работали в своём хозяйстве;

2 Никто не давал в своём доме распутным женщинам и мужчинам убежище;

3 Все селяне применяли трёхпольную систему и переходили на шести-и семипольную систему;

4 Каждый откладывал достаточный запас продуктов и семян для своей семьи и новых посевов, содержал в порядке инвентарь, как можно раньше выезжал в поле, достаточно глубоко пахал, вовремя ежедневно засевал определённую площадь яровыми и озимыми, во время уборки при хорошей погоде молотил и тщательно складировал зерно;

5 Зимой скот был хорошо ухожен, а женщины регулярно сдавали масло и держали птицу;

6 Завозили достаточно сена (если поселенец не справлялся, он не должен был уходить с поля до тех пор, пока не напосит достатчно сена);

7 Все дома, хозяйственные постройки и заборы содержались в хорошем состоянии.

Читая эти правила, можно подумать, что речь идёт не о свободных крестьянах, которые сами заинтересованы в добротном ведении хозяйства, а о крепостных, которые обрабатывали землю по принуждению. К этим правилам был добавлен ещё целый ряд пунктов.

Старосты должны были обращать внимани на то, чтобы все жители села "вели трезвый, спокойный, трудолюбивый образ жизни, соответствующий положению. Имелся общий список всех сельчан с пометками о нарушениях. Нарушителям грозила после нескольких предупреждений потеря земли. Её передавали "добрым и прилежным семьям, у которых те должны были работать батраками. Призыв к доносительству, однако, не нашёл отклика среди жителей колоний.

Под "трезвым, спокойным и трудолюбивым образом жизни подразумевался отказ от всяких "отклонений. Старосты должны были, например, следить за тем, чтобы не допускалось излишних затрат на крещение детей и на свадьбы.

Злостных нарушителей на основании обвинительных актов препровождали в государственные органы власти, им грозила тюрьма.

И несмотря на все эти вышеперечисленные трудности, проблемы, несоответствия с обещаниями вербовщиков, количество колоний на Волге росло. Из акта 1769 года известно, что в это время по обоим берегам Волги существовало 104 колонии (смотреть приложение ?.3). На правом берегу их было 45, а на левом 59. В них проживало 6 433 семьи, в общей сложности 12 145 мужчин и 10 964 женщины. Они проживали в 4 560 домах и они достигли определённых успехов. В их хозяйствах имелось: 13 842 коня; 11 552 коровы; 704 телёнка; 1 019 свиней.

Проведённый опрос показал, что 579 из 6 433 семей не были приспособлены к работе в сельском хозяйстве. О дальнешйем хозяйственном развитии мы можем узнать из книги немецкого учёного, путешественника и исследователя Петера Симона Палласа, вышедшей в 1773 году под названием "Путешествие по различным провинциям Российского государства.

Селения колонистов получали названия в честь их основателей или вербовщиков-директоров, а также по названиям тех мест, откуда приехали переселнцы. В 1768 году они были административно переименованы по русским названиям рек, ручьёв, логов, долин. Эти названия долгое время игнорировались колонистами. Для некоторых мест существовало до трёх различных обозначений. Швейцарские, например, названия-Базель,Шаффхаузен, Солотурн, Цюрих или Цуг-были даны не колонистами, прибывшими из Швейцарии, а Фердинандом де Кано де Борегардом.

В последующие десятилетия число поселений увеличивалось за счёт основания дочерних колоний. В первой половине 19 века вблизи существующих колоний стали образовываться новые поселения, так называемые дочерние колонии. Причиной тому явилась нехватка пахтной земли в некоторых общинах.

В поисках новых земель переселение пошло на восток России. Через Дон и Северный Кавказ дошли до Западной Сибири, Казахстана и Киргизии. Семьи с шестью восемью детьми были не редкостью среди колонистов. Дети вносили немалый вклад в благоустройство родного двора. Несмотря на это многодетность привела к ухудшению жилищно-бытовых условий. Второе поколение находилось уже на грани своих возможностей.

Дополнительные пахотные земли и участки под строительство предоставлялось общиной. Строились обычно за околицей деревни. К 1800 году некоторые сёла растянулись на многие километры.

Молодая семья, ещё не имевшая детей, проживала обычно в родительском доме. С рождением первенца переходили к строительству нового дома. Община отделяла молодым часть родительского надела. Эта сложившаяся практика противоречила ранее принятым условиям, раздробляла крестьянские хозяйства и как следствие вела к обнищанию колонистских семей. В колонии Городок, например, к 1807 году семейные наделы снизились до 7, а кое-где и до 3,5 десятин. Это негативное развитие продолжалось во всех беловежских сёлах и лишь временно тормозилось основаниекм дочерних колоний.

Ещё в Манифесте от 20 февраля 1804 года Александр-I призвал немецких колонистов селиться на побережье Чёрного моря. В беловежских сёлах колонисты обсудили эту возможность и решились на основание дочерней колонии. Лишь в 1817 году была выбрана доверенная делегация и её руководители, которые выработали план переселения на основе самофинансирования. Каждая заинтересованная в переселении семья должна была внести свой посильный материальный вклад. Пришли к компромиссу: более зажиточные крестьяне обязывались дополнительно предоставить тягловую силу и другие услуги. Наряду с таким сельхозинвентарём, как телеги, плуги, бороны, необходимо было ещё закупить скот, хлеб, семена и корм для скота. После решения этих вопросов можно было уже приступить к более тщательному изучению новых мест для поселения. Первые сведения о Причерноморье отпугнули новых колонистов от предпринятой затеи. Степь казалась пригодной лишь для пастбищ, да и условия, в которых там проживали ранее поселившиеся меннонистские колонисты, не вызывали восторга. И всё же был составлен план переселения, которому в дальнейшем следовали:

1 Предварительное планирование всех работ;

2 Поэтапное переселение: первыми едут строители и строят дома;

3 За ними едут первые переселенцы;

4 После них все переселенцы;

5 Малоимущие и многодетные поддерживаются завербованными молодыми мужчинами.

Переселение планировалось провести в 1823-1825 годах, но только в мае 1831 года в дочерней колонии появились первые поселенцы. Материнская и дочерняя колонии отстояли друг от друга на 750 километров.

26 семей должны были основать пять деревень. Каждая община получила по 1 800 десятин земли. После распределения земли можно было считать, что образование новой колонии состоялось. По своей форме и по содержанию эта колония копировала старую-деревню с одной улицей.

Путешественник исследователь и историк Петер Симон Паллас объездил в 1773 году всё немецкое Поволжье и насчитал там 6 194 семьи с общим населением 25 781 человек (13 441-муского пола и 12 340-женского). По сравнению с 1769 годом произошёл значительный прирост населения, хотя число семей при этом уменьшилось и ожидаемая продолжительность жизни была очень низкой. Результаты переписи населения за 1807 и 1809 годы показали. Что лишь некоторые достигали шестидесятилетнего возраста. В Германии в конце 18-го века этот процент был выше, что явилось социальной проблемой. Сравнительно низкая средняя продолжительность жизни в российских колониях была, очевидно, следствием тяжёлых условий жизни в первые годы образования колоний, когда требовалось много усилий для того, чтобы построить дом, завести хозяйство, распахать целину. Пословица гласит: "Первые годы принесли смерть, следующие-нужду, а последние-хлеб....

При инспекторской проверке в 1769 году было выявлено 579 семей, не имеющих опыта крестьянской жизни. Часть этих семей покинула колонию и ушла в город на заработки ремесленникми и рабочими, что, видимо, и отразилось на последующей статистике. Остальные из этого числа остались в колонии и работали ремесленниками или батраками.

Не только у "негодных, но и у опытных крестьян было много хозяйственных и жизненных проблем (климат, целина), поэтому российское правительство дало колонистам в 1775 году новые кредиты на возмещение потерь семян, скота и инвентаря. Кроме того, давалась отсрочка для возврата долгов сроком на пять лет. Прирост населения шёл, в основном, за счёт высокой рождаемости. Семьи с десятью детьми не были редкостью. Петер Симон Паллас пишет, что в колониях происходил "прирост свежайшей молодёжи

Автор "Путешествия по различным провинциям Российской империи в 1768-1773 годы упоминает также и представителей различных профессий, которые стали колонистами, чтобы найти в России своё счастье. Но для многих из них мечта так и не осуществилась. Их профессиональные знания не находили там применения, и им приходилось заниматься крестьянским трудом. О живших в Екаиериненштадте ремесленниках Паллас пишет: "Ни в какой другой колонии нет столько профессионалов, как здесь, и некоторые, благодаря близости Саратова, смогли получить кое-что для пропитания. Ловкий столяр, хороший токарь, некоторые шляпники, красильщики, ткачи, суконщики, каретники, слесари, часовщики заслуживают того, чтобы о них упомянули. Ещё больше простых подмастерьев: раскройщиков, сапожников, пекарей, мельников, мясников, бочкарей и т.д. Попали сюда даже несколько шахтёров. Вместо отбойного молотка им пришлось встать за плуг, чтобы заработать себе на хлеб. Если бы поблизости было больше возможностей использовать этих людей, то Екатериненштадт мог бы стать благословенным местом. Земледелие слабо развивалось из-за обычной для этих мест засухи и вызванных ею неурожаев.

Екатериненштадт-единственный промышленный центр, достойный упоминания как центр ремесленничества-расположился на левом бетегу Волги, северо-восточнее Саратова. В 1776 году, согласно записи в ревизионной книге в Екатериненштадте проживало всего-716 человек, из них 602 прибыло из Германии другие прибыли из Голландии, с территорий современной Бельгии, Франции, Швеции, Дании, Люксембурга, Прибалтики и Венгрии.

В Екатериненштадте проживало 29 крестьян, 2 аптекаря, 10 пекарей, 2 банщика, 1 шахтёр, 5 бочкарей, 1 пивовар, 1 писарь, 3 глянцевателя ситца, 1 химик, 4 хирурга, 1 повар, 1 дестилятор, 4 токаря, 1 красильщик, 1 фельдшер, 2 рыбака, 6 мясников, 3 садовника, 1 стекольщик, 1 ювелир, 3 шляпника, 1 охотник, 6 продавцов, 1 медянщик, 5 ткачей льна, 1 паяльщик, 2 художника, 4 каменщика, 6 мельников, 2 музыканта, 2 эконома, 1 спекциалист по парфюмерии, 1 парикмахер, 2 фабриканта фарфора, 1 изготовитель пудры и крахмала, 3 офицера, 1 колесник, 2 седельщика, 1 канатчик, 16 закройщиков, 12 сапожников, 2 учителя французского языка, 5 булочников, 1 студент, 8 столяров, 3 горшечника, 5 суконщиков, 1 отбеливатель воска, 2 кожевенника, 1 чесальщик шерсти, 4 инструментальщика, 2 плотника, 1 оловоплавильщик.

Представителям некоторых профессий, наверное, жилось, как тому шахтёру, о котором упоминал Петер Симон Паллас. Их умения и навыки вряд ли находили спрос в колониях. Трудно себе представить, чтобы парикмахер или фабрикант фарфора смогли бы заработать себе на жизнь в колониях. Они, очевидно, как и многие другие, поехали в Россию под влиянием манифеста, обещавшего свободу выбора места жительства.

Зачем они нужны были России? Они были нужны России для того, чтобы заселить, освоить и закрепить за Россией пустующие земли на её окраинах. Проводимое в 18-м веке российским правительством ускоренное заселение новых земель ориентировалось на соответствующую политику европейских держав. Так называемую политику Пейплиризации. Массовое заселение крестьян-колонистов и освоение ими целинных земель имело не только хозяйственное значение. Колонии были одновременно заслоном от набегов местных кочевников. 75% российских крестьян были крепостными.

В 17 столетии русские крестьяне окончательно потеряли личную свободу и свободу передвижения. Ещё в 16-м веке они имели формальное право один раз в году (чаще всего 23 ноября-в день Святого Георгия) уйти от своего хозяина. Теперь же крестьяне были обязаны служить своему хозяину вечно. Крестьяне говорили тогда: "Вот тебе бабка и Георгиев день. Хозяин мог вернуть своего беглого крепостного в любое время.

После замены оброка денежным налогом крестьяне стали ещё больше зависеть от своих хозяев. Налоги платились не только за аренду господской земли, но и за личные расходы (например свадебные). Собственными орудиями крепостных отрабатывалась также барщина (рукодельная, гужевая и пахотная). Эти отработки были в качественном и количественном отношении ничем не ограничены. Документы того времени определяли круг обязанностей крепостного следующим образом: "Он обязан выполнять любую работу, "должен служить так же, как и все его соседи. Крепостной крестьянин должен платить налоги, отрабатывать барщину и не имел права уходить от своего помещика. Зависимость усуглублялась ещё и тем, что хозяин мог его продать, подарить или отдать взаймы.

Поэтому для заселения новых территорий крепостной крестьянин не подходил и годились только государственные (царские) крестьяне или же иностранные колонисты. Государственных крестьян называли казёнными. Они обрабатывали землю, которая принадлежала царской казне. Они не должны были иметь крепостных и жили общиной.

С правовой точки зрения к этой группе относились и колонисты. Они так же получали землю с правом наследования и относились к царскому двору. В отличие от казённых крестьян колонисты имели другое самоуправление, налогообложение и право наследования (минорат). В русских общинах происходил регулярный передел земли по числу душ мужского пола.

Кроме всего прочего поселения колонистов на этих землях имело ещё и военно-стратегическое значение.

Очи всех уповают на Тебя,

и Ты даёшь им пищу их в своё время;

Открываешь руку Твою и насыщаешь

всё живущее по благоволению.

Псалм 144,15-16

5. Немецкие колонии на Волге.

а). Строительство и архитектура.

Немецкие колонии в Поволжье, как первые, основанные в 1760-1770 годы (материнские), так и второй генерации (дочерние), неизменно привлекали пристальное внимание современников-путешественников, учёных, литераторов. Например цитаты из В.А.Жуковского, И.С.Аксакова, П.-С.Палласа, И.И.Лепёхина, С.-Г.Гмелина в ходу у всех, изучающих историю немцев в России. Даже государственные чиновники, которым приходилось по служебной необходимости бывать в колониях, составлять отчёты, документировать те или иные стороны жизни этих необычных поселений, нередко увлекались, сбивались с сухого канцелярского языка на возвышенный, почти поэтический слог. Хорошо известны, в частности, заметки В.Г.Орлова, Г.Р.Державина, А.М.Фадеева. В хрестоматии, посвящённой поволжским колониям, будь такая собрана, нашлось бы немало вдохновенных страниц.

Характерным в этом ряду является один из документов до сих пор неопубликованных в советской печати. Речь идёт об "Обозрении саратовских колоний, сделанном в 1830-1833 годах, одним из высокопоставленных чиновников министерства внутренних дел. Статский советник Пётр Алексеевич Шлыков, кавалер орденов св. Владимира 3-й степени и св. Анны 2-й степени, состоял чиновником особых поручений при департаменте исполнительной полиции МВД (фигура серьёзная-чин 5-го класса, приравненный к генералу). 10-го ноября 1830 года он был командирован МВД в саратовские колонии для "обозрения во всех частях их устройства. Документы свидетельствуют: была и другая, секретная и менее благородная, миссия-произвести "следствие о злоупотреблениях и беспорядках, открытых в саратовских колониях. П.А.Шлыков пробыл в Поволжье порядочный срок-до конца 1833 года. А в 1834 году 24 февраля, он представил в министерство отчёт о своей экспедиции.

Поводом для инспекции, предпринятой министерством внутренних дел, были донесения с мест, поступавшие в саратовскую опекунскую контору и далее, в МВД. Причины же, по-видимому, следует искать глубже. Политическая обстановка в империи была непростой: только что заключён мир с Турцией, в разных губерниях вспыхивали "холерные бунты, назревало Варшавское восстание. Идея поездки, вероятно появилась у А.А.Закревского после посещения им Саратова в середине 1830 года. Положение тогдашнего саратовского губернатора В.Я.Рославца, заступившего на эту должность в июне 1830 года, было чрезвычайно неустойчивым. В первые же недели своего правления он с трудом подавил волнения удельных крестьян Золотовской волости Камышинского уезда (в опасной близости от мест проживания немецких колонистов). Практически сразу же после этого в губернию с низовьев Волги поднялась холера. Борьба с ней продолжалась с переменным успехом до середины осени. Приезд А.А.Закревского в Саратов был не случаен: он имел особое чутьё и бдительность в отношении "холерных бунтов-реальных и потенциальных. Вместе с Закревским Саратов посетил "директор (один из управляющих министерства) Ф.Л.Переверзев протеже министра, сменивший менее чем через год (вноябре 1831) после этих событий губернатора В.Я.Рославца, который по оценке современников не успел сделать для края "ни дурного, ни хорошего.

Кроме того, министерство было всерьёз обеспокоено тем, что с увеличением населения в Заволжье, становился более ощутительным недостаток полицейского надзора. Не случайно именно Ф.Л.Переверзев через несколько лет инициировал и подготовил "открытие трёх заволжских уездов: Новоузенского, Николаевского и Царевского.

Дополнением или подкреплением шлыковских записей, служит, также малоизвестный, так называемый "переверзевский альбом-рукописный, прекрасно иллюстрированный репрезентативный том, подготовленный губернской чертёжной сразу же после проведения восьмой ревизии в 1834 году. " колоний в сей губернии, кроме Сарепты, находится 102, которые выстроены по проектным планами зданиями своими являют немалый избыток обитателей. А ныне считается колонистов уже 52 300 мужского и 50 069 женского пола, всего же 102 369 душ. Действительно, за 60 лет (1760-1820 годы) число немецких колонистов на Волге утроилось. Сами же поселения после некоторого спада в развитии, отмеченного в конце XVIII века, оживились вновь: умело и успешно хозяйствовали, налаживали промыслы, активно строились. Комплексная застройка по регулярным планам подготовила даже к исходу первой четверти XIX века новое качество-"городской облик ряда преуспевающих колоний, "Екатериненштадт, имея много красивых и несколько каменных домов, походит на хороший город, по крайней мере, большая часть иностранных поселенцев считает его таковым. В самом деле обширность сей колонии, положение её среди прочих, хорошая пристань, немалое число капиталистов, делают сию колонию, так сказать, заменою

города.

Практически тоже, в том же 1834 году и даже более эмоционально, утверждает и П.А.Шлыков: "Наружный вид каждой колонии, а в особенности поселённых на луговой стороне по р. Волге, представляют регулярно выстроенные городки; прямые широкие улицы, правильно разделённые кварталы с предосторожностями от пожарных случаев; хорошие и большие дома, прекрасные вновь строящиеся церкви, читота... Они год от году более и более производят строений домов своих, стараясь один против другого превосходить в отделке и украшении оных даже до избытка. Динамика строительства жилых домов колонистов, представленная в регулярных статистических отчётах саратовской конторы опекунства иностранных, вполне согласуется с этим наблюдением. В 1798 году чиновники конторы отмечали: "Строение большей частью ветхое, а нового очень мало. Действительно, колонисты до конца XVIII века жили в казённых (временных, возведённых при их заселении за счёт государства) деревянных домах. Однако на рубеже веков повсеместно разворачивается интенсивное строительство новых жилых домов. Наряду с деревянными всё большее распространение получали капитальные постройки. За 1820-1823 годы, жильё в колониях обновилось на три четверти; старые дома составляли теперь немногим более 6% всего жилого фонда.

"Колонисты имеют страсть строить большие дома, каковые впрочем и нужны им по многолюдству семей их. Подсчёты подтверждают этот тезис. Так, в правобережных колониях в одном доме жила, в среднем, семья из 7-8 человек, в левобережных-из 5-6 человек. Население правобережных колоний росло быстрее, жилое строительство в них велось более интенсивно, и сами дома отличались от левобережных размерами и материалом.

Здесь тон "Обозрения становится более сдержанным. П.А.Шлыков, словно спохватившись, замечает: "Впрочем в колониях нет никаких особенных заведений и заслуживающих внимания зданий, кроме церквей, пасторатов, школьных домов, обыкновенных мельниц, амбаров для ссыпки хлеба... Так имелись примеча-

тельные постройки или их не было вовсе? Это противо- речие разрешится на

последующих страни-

цах "Обозрения, а пока же автор неумолим: "Затем остаётся только пожелать саратовским колонистам:

1 а). чтобы они умели сами плотничать, ибо.... строят им дома приходящие

каждую весну большими партиями из Симбирской губернии крестьяне;

2 б). чтобы снабжены они были лучшими фасадами для домов;

3 в). чтобы не уклонялись от изданных правил в отношении расширения улиц

и интервалов для пожарных случаев;

1 г). чтобы более наблюдали на улицах чистоты и опрятности".

В самом деле, колонисты столкнулись, и не в 1830-е годы, а гораздо раньше, ещё при основании колоний, с очень серьёзной проблемой-нехваткой строительного леса на правобережье, или практически полным его отсутствием на

левобережье. Первоначально государство закупило для обустройства колоний

значительную партию леса в верхневолжских губерниях. Из этого дерева были возведены первые, временные жилища колонистов; в строительстве, как справедливо заметил автор "Обозрения, участвовали государственные крестьяне Симбирской и Саратовской губерний.

Ранее уже отмечалась весомая (по сравнению с другими, например, русскими или малороссийскими сёлами) доля капитальных домов в колониях. Здесь, в условиях дефицита строительной древесины, были предложены, отработаны и испытаны временем новые для региона технологии, методы, способы и приёмы возведения домов: из местного камня, глины, кирпича. Некоторые хозяева строят себе дома из целого известкового крепкого камня, выломанного квадратами, смазывая его глиногй и потом обтёсывая изнутри и снаружи. В колониях Голом и Лесном Карамышах (Бальцер и Гримм) начали произврдить строения из мелкого плитняка (отверделая глина). Подбирают куски камня так, чтобы они легли в ящик плотнее один на другой, пустоту заливают глиной с мелкими кусочками плитняка; по углам же употребляют целые и крупные ломанные камни. Во многих колониях, особенно на нагорной стороне, колонисты построили себе и продолжали строить дома и надворное строение из кирпича-сырца... При кладке кирпичей употреблялась мятая глина, а потом стены гладко обтёсывались и выбеливались. Такие оперативность и изобретательность колонистов были не случайны-переселенцы "привезли с собой свои стереотипы жилища. Капитальное строительство, общепринятое в Германии и других среднеевропейских странах, естественно и органично продолжалось и развивалось в колониях. Трудно удержаться от ещё одной цитаты того времени-речь идёт о колонии Сарепта: "Лучшим доказательством тогдашней постройки служат развалины домов, сгоревших в 1823 году; дерево сгорело, но ни один кирпич не выпал, даже штукатурка не обвалилась. Из глины, добываемой на берегу Сарпы, жители приготовляли очень хороший кирпич, и по германскому обычаю покрывали крыши домов черепицею.

Любопытна динамика соотношения капитальных и деревянных домов на протяжении XIX века. В 1790 годах судя по архивным описаниям, первые встречались единицами в некоторых колониях; в 1807 году их доля составляла 9,1% от общего количества построек к 1865 году 21,7% жилых домов колонистов были капитальными; в 70-е годы их количество возросло до трети всех построек. А на рубеже XIX-XX веков энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона при описании Саратовской Губернии свидетельствовал: "...у мордвы кирпичных и каменных изб 0,5%, чуваш 1,2%, великороссов 2,6%, мещеряков 3%, татар 6,7%, малороссов 6,8%, немцев 47%. Естественно, строительство из капитальных, несгораемых материалов в сочетании с точным расположением построек в соответствии с регулярными планами, предполагавшими достаточную ширину улиц и проездов, противопожарные разрывы в застройке, постановку зданий по красногй линии улиц, резко сокращало вероятность пожаров в немецких поселениях. Это, в свою очередь, вело к динамичному, размеренному их развитию.

Колонии с их своеобразной архитектурой несколько выделялись из общего ряда российских городов и поселений, во многих из которых строительство ещё в XVIII веке велось по специальным "образцам. В 1809-1812 годах столичными архитекторами было подготовлено "Собрание фасадов..., разосланное во все губернии для обязательного применения, с целью "регулирования застройки. Идея "спустить сверху такие же образцовые проекты для колоний витала в воздухе. В 1820 году в строительном комитете были даже подготовлены немногочисленные первые "планы и фасады для построения в саратовских колониях сельских домов. Как видно, они практически не нашли применения на местах-таким образом, удалось избежать нивелировки архитектуры колоний. Колонисты предпочитали традиционные типы жилища, возводили дома сами без профессиональных проектов. В другом случае на предложения "по улучшению сельских построек колонисты ответили, что "строят весьма изрядно избы из сырцового кирпича. Очевидно, этот "непорядок и беспокоил П.А.Шлыкова, рекомендовавшего "лучшие фасады для домов.Можно заметить, что в 1840-е годы рассматривался, напротив, вопрос о строительстве в губернии "крестьянских домов и амбаров на немецкий манер-тенденция к этому времени достаточно окрепла.

В 1820 году князь В.П.Кочубей, управлявший тогда Министерством Внутренних Дел, проезжая некоторые из саратовских колоний, заметил, что они планируются без всякого поря\дка, и потому приказал Саратовской опекунской Конторе составить для каждой колонии планы, с тем, чтобы без позволения и без показания места колонисты не строились. С этого времени Контора ввела порядок, чтобы сельское начальство о каждом желающем строиться доносило через окружное правление, а от Конторы всякий раз за счёт колонистов посылалсь землемер для отвода и показания места. На самом деле, до начала 1820 годов строительство в колониях велось по сертежам (фактически схемам генеральных планов) 1760-х годов; накопившиеся за полвека перемены-территориальный рост колоний, их планировочная и пространственная адаптация к реальному ландшафту, увеличение численности и плотности населения, изменения в типологии построек. Укрепление строительной базы и т.д.-требовали обновления плановых чертежей. Кроме того, недостаточно последовательный контроль со стороны саратовской опекунской конторы за строительством (что становилось причиной самодеятельности и споров во многих поселениях), запутанный бюрократический механизм отвода участков для строительства и, главное, недостаток в конторе профессиональных землемеров и отсутствие архитекторов представляли серьёзные препятствия для дальнейшего строительства. П.А.Шлыков указывает на некоторые конкретные непорядки:

1. -во многих колониях уменьшены дворовые места и дома сделались сплошными, без прогалин и интервало...;

2. -проулки сделаны уже нежели им должно быть, особливо в многолюдных и больших колониях....

Говорится также о неудачно "сзади колонии назначенном месте для строительства новой церкви в одном из поселений; о том, что кладбища, по мере роста некоторых колоний, оказались внутри них, "между жилыми домами и т.д.

"Планирование колоний началось с 1820 года и продолжалось до 1826 года. Первые планы были составлены для колоний, находящихся по большому Астраханскому тракту и одной за Волгою, через которые князь В.П.Кочубей тогда проезжал. А именно: Таловки, Усть-Золихи, Лесного Карамыша, Россоши, Елшанки, Каменки, Пановой, Илавли, Усть-Грязнухи и заволжской Екатеринштадта. Контора представляла сии первоначально сделанные планы на утверждениме в Департамант Государственного Хозяйства и публичных зданий, который одни из них утвердил, а другие возвратил для исправления, но Контора не представляла уже их более в Департамент, а утверждала сама и выдавала в колонии. Что же касается до вышесказанных десяти колоний, для коих даны были в 1824 году рассмотренные в Департаменте Государственного Хозяйства и публичных зданий планы, то все оные совершенно почти выпланировались по новому направлению улиц и расположению кварталов и редко где можно видеть старый оставшийся дом не по плану; не могу однако ж утверждать, во всём ли соответственно апробированным в Департаменте Государственного Хозяйства и публичных зданий планам сие сделано, ибо подлинные не отысканы, а каждая из тех колоний имеет у себя выданные от Конторы в 1826 году с некоторою переменою, но впрочем весьма порядочно. Но здесь необходимо отметить, что новые планы десяти перечисленных колоний не могли быть "отысканы, ибо их, этих проектных планов, не было составлено вовсе.

Обратимся к "Мнению Конторы саратовских иностранных поселенцев, противу присланной выписки из подробного обозрения Саратовских колоний (сделанного Г-м Шлыковым)-этот документ хранится в том же архивном деле, что и "Обозрение: "Колониям всем выданы от Конторы планы их поселению. Некоторые планы были действительно переменяемы-по желанию и просьбе самих обществ или по оказавшимся местным надобностям... Но сия перемена была с немногими колониями (упоминается единственная-Верховье)-всех прочих колоний планы с довольно уже давнего времени остались основными, не переменялись и по оным колонии строились и строятся, и Контора не имеет до сего ни просьб от обществ о перемене планов и не находит надобности с том. Были точно не в давнем времени ещё выданы двум или трём колониям новые планы, но только копии старых, сделавшихся по ветхости неспособными, а притом без малейшей перемены поселения.... Как видим, здесь на лицо банальная бюрократическая уловка: чиновники Конторы не показывали инспектору планов, а лишь рассказывали о них. П.А.Шлыков мог видеть в самих колониях (хотя и этого нельзя с определённостью заключить из его заметок) только планы, составленные при их основании, или копии этих документов с дополнениями и коррективами. Новые проектные планы для колоний не составлялись, за единичным исключением, ни в 1820-е, ни в1830-е годы, ни позже (достаточно сказать хотя бы, что "Мнение Конторы... было представлено в министерство государственных имуществ 11 апреля 1841 года). Тем не менее реальное состояние планировки колоний можно восстановить. Так, в "переверзевском альбоме представлены планы колоний Екатеринштадт и Шафгаузен по их состоянию на 1834 год.

Плановый чертёж крупнейшей из левобережных колоний фиксирует развитое, сопоставимое по величине с уездными городами и выгодно отличавшееся от них зрелостью планировки, поселение. За десятилетия своего роста колоний более чем вдвое увеличилась в размерах-новые кварталы выдвигались широкой полосой вдоль Волги, вниз по течению, на юг. Принцип регулярности, приёмы застройки неукоснительно соблюдались, повторялись на новых территориях: старая и новая части плана практически неразличимы по рисунку и масштабу.

Изменения коснулись и центра поселения. Перпендикулярная Волге Государственная улица, бывшая в XVIII веке основой плана, притягивавшая все важнейшие функции и организовывавшая городок пространственно, уже не могла в одиночку "удержать его растущий организм. Фуекционально окрепший и получивший архитектурное выражение центр располагался на площади своими крыльями раздвигавшей главную улицу. По периметру площади в начале XIX века были возведены сменившие раннюю деревянную застройку несколько общинных многоквартирных домов, каменные торговые лавки и склады, пасторский дом. Одно-двухэтажная застройка оттеняла новый, традиционный архитектуры, католический храм. В противовес старой площади утверждалась новая, вокруг филиальной лютеранской церкви. Связка двух площадей объединяла северную и южную части города.

Планировка других заметных колоний - Шафгаузена, Голого Карамыша, Привальной, Усть-Золихи и др.-развивалась в это время по тем же закономерностям; отличаясь от Екатеринштадта более скромными размерами, они, в большинстве, имели по одной центральной площади с неизменно капитальной застройкой периметра общественными зданиями и церковью посередине. Впрочем, последняя могла располагаться и в "кармане расширении главной улицы; в этом случае она стояла в линию с соседней застройкой.

Колонии представали саморегулирующейся планировочной системой: каждое из этих поселений планомерно росло по принципу подобия,, используя апробированные градостроительные приёмы и корректируя неизбежные ошибки. Перечисленные в "Обозрении беспорядки и плановые недостатки колоний со временем устранялись или не получали развития: выверялись трассы улиц, увеличивалась их ширина, сносились по мере амортизации самовольно выстроенные и ветхие "казённые дома и т.д. В этом есть известная заслуга самого П.А.Шлыкова, детально изучившего "порядок и дозволения строиться. Смысл его, по П.А.Шлыкову, в том, что в каждом конкретном случае староста колонии посылал письменный рапорт о намерениях колонистов в Окружной приказ; оттуда прошение передавалось в саратовскую опекунскую контору, которая через некоторое время передавала назад старосте своё решение. Последнее, будучи результатом такой усложнённой и длительной процедуры, ничего более не заключает в себе, как всегда одинаково: "желающему дозволить строиться на назначенном по плану месте, прогалины засадить деревьями и крышу выкрасить красной краской. П.А.Шлыков отмечает, что такой порядок существует ради проформы и пишет далее: "...никакой нет надобности испрашивать всякий раз от Конторы особого предписания, а могут отводить места и наблюдать, чтобы каждый строился по плану, местные начальники....

Далее говорится: "Относительно самих проектов планирования колоний, дабы... прекратить частые произвольные перемены составляемых уже планов, я полагаю, чтоб общества колониальные ныне же рассмотрели сами те планы и сообразя свои надобности, объяснили бы на них, довольны ли они таковыми или же находят что нужным переменить, а потом приказать доставить в Хозяйственный Департамент. По рассмотрении ж в оном скрепить их и возвратить в контору с тем, чтобы никаких уже перемен без представлению Департаменту не делать. Вероятно, П.А.Шлыков согласовал этот вопрос с опекунской конторой ещё во время своего пребывания в Саратове: "Прежний порядок в деле дозволения колонистам строиться изменён по предложению Управляющего Конторою ещё в 1832 году. С того времени, положено и предписано Конторою всем старшим старостам, чтобы каждый из них в январе каждого года собирал по своему округу сведения, кто именно из колонистов... желает строиться...; в Генеральной ведомости о дворовых местах отмечается, что такие-то места отданы таким-то колонистам.

б). Немцы Поволжья.

?-хозяйственное развитие.

После первых, с трудом достигнутых успехов в колониальном хозяйстве Поволжских и Черноморских районов в течении девятнадцатого века произошли позитивные изменения. Их базой стала, помимо прочего, обработка колонистами огромных площадей земли. До начала первой мировой войны эта площадь возросла до 13,4 миллиона гектар во всех поселениях включая и Балтику. Число колоний возросло до 3000. В колониях отмечался постоянный рост населения.

В целом численность населения российских немцев к началу первой мировой войны достигла 1,7 млн. Человек. Такой рост объясняется, среди прочего, сокращением детской смертности вследствии улучшившихся гигиенических условий и обогащённого витаминами питания. Из-за эмиграции, начавшейся в конце девятнадцатого века, население российских немцев несколько сократилось. Причиной для эмиграции послужили введение всеобщей воинской повинности в 1874 и законы об иностранцах восьмидесятых-девяностых годов девятнадцатого века.

Рост населения в Поволжье и Причерноморье был различен. Не смотря на малый естественный прирост населения поволжских колонистов (болезни, внешнее влияние) в первые десятилетия девятнадцатого века он ежегодно составлял почти 3,5 процента. Исходя из данных ревизии 1857 года, первой всеобщей переписи населения в России за 1897 год, как и данных о развитии немцев поволжских колоний, представленных за 1912 год, население между 1857 и 1897 годом возросло до 193 077 человек. Олтсюда выходит, что средний годовой прирост населения составлял одну 1,3%, что соответствовало проценту роста всех остальных 50 губерний европейской части Российской империи. Меньший рост в сравнении с предыдущими десятилетиями обусловлен эмиграцией в Северную америку и голодом в девяностых годах девятнадцатого века. Между 1897 и 1912 годом ежегодный прирост населения снова составил 3,5%. Население поволжских немцев выросло с 326 861 до 548 516 человек. В целом насление поволжских колоний с 1857 по 1912 год увеличилось более чем в три раза.

Колонии в России и на Украине отличались аграрными системами: в Поволжье была общинная система, а в Черноморских колониях (о них будет сказано во второй книге "Немцы Украины)-минорат то есть когда всё наследство принадлежало одному наследнику. Эти системы задерживали хозяйственное развитие. В то время, как в поволжских колониях происходило обнищание населения, в черноморских нарастала социальная дифференциация. Число безземельных крестьян на Украине, появившихся уже через несколько десятилетий после образования там колоний, постепенно возростало.

При общинной системе колонистами Поволжья редко подавались прошения о предоставлении новых земельных площадей. Несмотря на увеличивающееся население, все мужчины-колонисты оставались земельными собственниками, хотя наделы по системе наследственного распределения с каждым разом становились всё меньше. Уже в 1850 году правомочный при наделе в некоторых местах получал уже только 3,8 десятины земли. Безземелье и обнищание, однако, мало замечались отдносельчанами, так как все имели те же проблемы. В 1840 году Николай-I выделил колониям Поволжья 458 000 десятин целинных земель на правобережной стороне Волги. Таким образом он предполагал восполнить недостаток в земельных площадях для колонистов. Но эти земли долгое время оставались неиспользованными, так как колонистам не хватало средств для их освоения. С большим трудом создавались дочернии колонии, названия которых часто начинались со слова "Ново-. Землю, которую так и не смогли освоить, в 1871 году пришлось возвратить короне.

Поволжские колонисты не имели материальной возможности купить или арендовать новую землю. Около 1890 года доля купленной земли составляла только 10,8% всех пахотных площадей. Колонистов, которые покупали себе новую землю, называли между собой "манишка-бауер, что означало богач. Среднестатистическое крестьянское хозяйство в поволжских колониях обладало 15-25 десятинами земли и имело от четырёх до шести лошадей. Семьям, состоящим из 10-12 человек. дохода от такого хозяйства часто не хватало. Нужно было арендовать новую землю или искать дополнительный заработок на стороне.

В земледелии во второй половине девятнадцатого века наблюдался прогресс. Начал распространяться метод семиполья. Появились новые машины и оборудование. Колонисты всё энергичнее вовлекались в межрегиональную торговлю. В начале 19-го века колониям Поволжья было разрешено выйти на российский рынок. Пригородные хозяйства уже не справлялись с поставками зерна для российских столиц С.-Петербурга и Москвы, поэтому правительство вынуждено было закупать его в более отдалённых районах, например, в Поволжье. Для этого были налажены торговые связи. Естественным и наиболее выгодным транспортным путём была Волга. Колонистам представилась возможность выгодно продавать излишки зерна поволжским купцам. Со строительством железнодорожных магистралей Москва-Тамбов-Саратов-Уральск-Астрахань и Тамбов-Камышин колонисты получили возможность сдавать излишки зерна от двенадцати до двадцати миллионов пудов на приёмных пунктах на Волге или вдоль железных дорог.

Их товарооборот достигал 50-60 млн. рублей в золоте. Торговля зерном стала главным источником дохода поволжских колонистов. Это послужило стимулом к развитию агротехники и мукомольной промышленности. Для колонистов Южной России семидесятых годов большое значение имели установившиеся торговые связи между центральными губерниями Российской империи и портовыми городами Одессой, Ростовом на Дону и Севастополем. До восьмидесятых годов 19-го века немаловажным источником дохода была также торговля табаком.

Со второй половины девятнадцатого века индустрия и ремесленничество играли всё большую роль в хозяйственном развитии колоний. В ремесленный и промышленный центр на Волге развился в первую очередь город Екатериненштадт. Примером может служить находившаяся там фабрика Шефера. На этой фабрике перед первой мировой войной от 300 до 400 рабочих производили плуги, повозки, просорушки, мельницы, отливки, ситовейки.

Отделение зерна от мякины производилось вначале с помощью ветра. Потери урожая при этом были значительны. Кроме того, крестьяне зависели от погодных условий. С использованием так называемых ситовеек крестьяне стали независимыми от погоды, в то же время потери зерна стали намного меньше. Cитоввейка работала по следующиму принципу: при помощи рукоядки приводи- лось в действие одно из ветряных колёс, производя- щее поток воздуха. Этот поток охватывал насыпае-

мое сверху через отверстие воронки зерно и выдувал такие более лёгкие примеси как мякина, пыль, семена сорняков и остатки соломы. Более тяжёлые зёрна падали в подставленный мешок. Благодаря встроен- ному встряхиваемому ситу ситовейка стала ещё более эффективной. Около 1900 года ситовейки были почти в каждом крестьянском дворе. Позже они были постепенно вытеснены молотилками с встроенными очистными приспособлениями, но иногда ещё использовались для очистки семян клевера, свеклы и, особенно, зёрен злаков.

Ситовейки, изготавливаемые частично кустарным способом на высокой стороне Волги, продавались в Сибирь, Туркестан и Бессарабию. До первой мировой войны было продано около 40 000 таких машин.

В 60-х годах 19-го века в сельском хозяйстве преобладали ветряные мельницы, которые до конца века во многих местах были заменены мельницами с механическим приводом. Переработка зерна в муку на ветряных мельницах требовала большого терпения. Иоганн Брендель так описывает ситуацию на ветряной мельнице при безветрии: "Иногда крестьянин с полными мешками зерна просиживал время у мельницы, ожидая ветра и помогая мельнику крутить по ветру жернова. Ветер почти всегда обманывал их-дул с противоположной стороны или успокаывался совсем. До сих пор в немецком языке сохранилось выражение о лгуне как о непостоянном, "ветренном, человеке. Ветер мог долгое время дуть не так, как требовалось, перемалывание зёрна на муку из-за этого задерживалось и крестьянам приходилось запасаться терпением и подолгу ждать своей муки".

Первое облегчение принесли так называемые напольно-давильные мельницы, мельничный жернов которых приводился в действие конской силой (упряжка до-4 лошадей). Воспоминания о ненадёжности ветряных мельниц нашли своё отражение в языке. Если работа не нравится, то сомнительному работнику говорят: "Не надо мне твоей ветряной мельницы.

Развитие мукомольной промышленности в колониях на Волге позволило получать для продажи качественную муку. К 1914 году там уже было 429 ветряных, 80 водяных мельниц и 122 мельницы с механическим приводом. Центром мукомольной промышленности был Саратов, где располагались фирмы "Конрад Райнеке и сыновья с суточным объёмом производства в 20 000 тонн и 300 рабочих, а также фирмы "Братья Шмидт, "Эммануил Борелль и сыновья, и "Давид Зайферт. Переработка зерна на мельницах имела для колонистов двойное преимущество. Во-первых, они получали таким образом высококачественную муку, имеющую на рынках былее высокую цену. Кроме того, они могли использовать получаемые отруби в качестве корма для скота и конечно же давали работу безземельным или совсем обнищавшим колонистам.

Кроме машиностроения и мукомольной промышленности следует также упомянуть деревообрабатывающую промышленность, производившую дышловые повозки, мебель, бочки и ткацкие станки.

Ещё в 1803 году начальник комитета по обеспечению Контениус критиковал тот факт, что колонисты недостаточно активно искали дополнительные источники доходов в побочном производстве. В конце столетия ситуация коренным образом.

В поволжских колониях получили значительное развитие кустарный промысел и малое производство, ко-

торые, по мнению ревизора Палтова, способствовали тому, что даже в годы неурожая колонисты платили налоги вовремя и в полном объёме. На гористой стороне Волги было широко развито производство сарпинки. В 1866 году на 69 фабриках имелось уже 6000 ткацких станков, на которых изготавливалась эта хлопчатобумажная ткань. К началу 90-х годов их число увеличилось до 7000.

Вначале производством сарпинки занимались только колонисты, не пригодные для работы на полях. Затем и другие колонисты стали в зимние месяцы заниматься этим промыслом, который в этом регионе превратился в важный источник дополнительных доходов. Упадок Сарепты как центра ткацкого производства сарпинки положительно отразился на кустарном производстве, которое стало расцветать в колониях. Производство сарпинки стало уделом плохо оплачиваемых ткачей. В 1837 году имелось уже 1000 ткачей с общим заработком в 716 000 рублей проживавших ,в основном, в районе Камышина, который до конца века оставался центром производства сарпинки.

Другим кустарным промыслом в последнем десятилетии 19-го века стало корзинное производство, для которого имелось достаточно сырья. Для поддержания этого малодоходного промысла в 1903 году в колонии Брабандер земством была организована корзинная мастерская, производящая на продажу дорожные корзины, чемоданы, детские коляски и мебель. Кроме указанных направлений кустарного производства следует упомянуть также соломенное производство, гончарное ремесло и производство знаменитых курительных трубок. "Фирменный знак поволжских колонистов-трубка производилась в 15 различных видах.

Различия в хозяйственном развитии колоний Поволжья и Юга России были значительны. Причиной такой дифференциации были различные аграрные законы. Если в поволжских колониях закон, дающий общине право делить землю на всех наследников, тормозил дальнейшее хозяйственное развитие, то в южных районах, где наследство передавалось только одному из сыновей, хозяйство развивалось, но зато остальные сыновья становились безземельными. В колониях Поволжья земля в аренду не сдавалась. Покупать или арендовать её вдали от поселений было невыгодно. А в колониях Южной России селения были разбросаны, поэтому здесь имелась возможность купить или арендовать землю у соседей.

При таких условиях южные колонисты имели возможность развивать свой промысел. Вначале это были телеги и кареты. А затем последовали плуги и другой сельскохозяйственный инвентарь. Который производился уже серийно. Так возникли фабрики по производству косилок и молотилок. Крестьянское хозяйство в южнорусских колониях находилось в одних руках, поэтому оно было эффективнее. Хозяевам не приходилось, как волжским колонистам, разрываться между далеко друг от друга (до 30 км.) находящимся участкам земли, что приводило не только к большой потере времени, но и мало способствовало улучшенной обработке пахотных земель. Многополье с последовательными севооборотами поволжские колонисты переняли от меннонитов только в восьмидесятых годах 19-го века. тогда как в южных колониях эту систему использовали уже около тридцати лет.

Поволжские колонисты жили общиной. Это тормозило развитие частной собственности и предпринимательства вплоть до конца 19-го века. Поэтому здесь, в отличии от южнорусских колоний, было мало зажиточных крестьян и богатых предпринимателей. Раздробленные участки земли, неблагоприятные климатические условия, отсутствие севооборотов (выращивали только пшеницу) были причиной частых неурожаев и хозяйственных кризисов. Всё это было хорошо известно южнорусским колонистам, и они пользовались этим. Вот что об этом пишут в одной из статей "Одесской газеты от 22 января 1881 года: "На Волге как исключение нет голода, поэтому работники в Крыму очень редки и дороги, летний заработок молодой девушки с Поволжья составляет 115-125 рублей....

И всё-таки колонистами были достигнуты определённые успехи, которые были обусловлены многими причинами. Наряду с привилегиями и свободами, которые были дарованы колонистам, немаловажными оказались и привезённые с родины знания и умения, которые передавались от поколени к поколению. Несмотря на в целом позитивные хозяйственные успехи, с середины 19-го века в колониях обоих поселений начали развиваться признаки кризиса.

?-немецкие колонисты в новых общественных условиях.

История российского общества в 19 веке знаменательна рядом противоречивых проявлений и изменений. Изменившиеся общественные условия в России повлекли за собой изменение общественных, хозяйственных и политических условий жизни российских немцев.

К середине 19-го века в России возник экономический кризис, который усугубился последствиями Крымской войны 1853-1856 годов. Разрыв между российским уровнем экономики и экономическим уровнем западных стран становился угрожающим. Назрела необходимость коренных ркформ. К реформам, проведённым при царе Александре-II, относятся:

2 Манифест 1861 года об отмене крепостного права-ровно 90% населения

страны было занято в сельском хозяйстве. Этот манифест должен был стать поворотным пунктом в аграрном вопросе. Но данная реформа не решила земельной проблемы крестьянства, так как земельная собственность феодальной прослойки осталась неприкосновенной.

3 Первого января 1864 года вступил в силу "Закон о земских учреждениях

в округах и губерниях, который побуждал к созданию самоуправлений. По этому закону следовало создавать органы самоуправления или "земства в округах и губерниях Земские управы должны были стать исполнительными органами, они должны были претворять нововведения в жизнь и следить за их выполнением. Эти реформы предусматривали также создание школ современного типа, систем здравоохранения и местной экономики.

Ранее существовавшая система управления была упразднена. Если до этого страной управляли московские ставленники, поддерживаемые местной знатью, то теперь управление сталдо выборным. В органы самоуправления избирались представители от всех слоёв населения. Система управления подразделялась таким образом: село, округ, губерния.

В земские органы избирались представители от трёх слоёв населения так называемых курий: дворяне, горожане и крестьяне. При этом представители дворянства и горожан имели особую выборную квоту. От курии дворян имел право голосовать только тот, кто владел от 200 до 450 десятинами земли. Этим правом пользовались и избиратели, имевшие застрахованное недвижимсое имущество стоимостью в 15000 рублей или товарооборот по меньшей мере в 6000 рублей.

Каждая курия выбирала своих делегатов в районное земство сроком на три года. Районное земство выбирало из них от трёх до шести человек в земское управление и посылало своих представителей в губернское земство.

Первое время этот закон не распространялся на немцев. И только по закону от 17 декабря 1866 года управление немецких колоний было передано в государственный департамент по крестьянским вопросам. В компетенции попечительского комитета остались только церковные и школьные вопросы.

4 июня 1871 года немецкие колонисты самыми последними из всего крестьянства были переведены под земское управление и только теперь в немецких колониях право голоса имел каждый владелец двора или земельного надела. Остальна же часть населения выбирала оп редставителю от каждого десятка для участия в сельском сходе. Таким рбразом исключалось преимущество голосов деревенской бедноты и сохранялось равновесие.

4 В ходе всеобщих реформ происходила и перестройка в армии. В связи с

этим 1 января 1874 года был принят "Закон о всеобщей воинской обязанности. Теперь в армии должны были служить и немцы, достигшие 21 года. Они должны были служить шесть лет и девять лет состоять в резерве. Многие из нах восприняли это как потерю последней привилегии и нарушение ранее данных царицей обещаний. В стихотворении "Манифест это настроение выразилось в следующих словах:

Мы покинули нашу отчизну Так они добились хитростью

И переехали сюда в Россию Чтобы не были мы колонистами.

Русские нам очень завидовали, Ай, мы теперь не колонисты

Что были мы долго свободны. И должны носить оружие.

Что вот может сделать зависть-

Манифест нарушить.

Выходцы из рейха-

Превратились в русских.

Потеряв эту привилегию, многие немцы эмигрировали из России в Северную и Южную Америку. Среди эмигрантов было много меннонитов. Несмотря на то, что по особому закону от 14 мая 1875 года меннониты имели право на альтернативную службу, большинство из них предпочло эмиграцию. Указ о всеобщей воинской обязанности вынудил большое количество российских немцев эмигрировать в Бразилию и Аргентину, но прежде всего в США и Канаду.

В США с 1862 года существовал закон о почти бесплатной раздаче земли на малоосвоенном западе страны тем, кто желает заниматься земледелием. США и Канада старались завербовать. Прежде всего, меннонитов, так как считали их наиболее опытными и приспособленными для этой деятельности. В американских вербовочных листовках писалось дословно: "Если вы остановитесь в США, вы сделаете себя и свою семью счастливыми. Меннониты России посылали делегатов в Канаду и Сша, чтобы те узнали условия переселения и благоустройства. Несмотря на то, что американское правительство не хотело освобождать меннонитов на все времена от воинской службы, делегация вернулась в Россию с благоприятным заключением. Потому что благосостояние живущих там единоверцев было достаточно высоким. В 1874 году 1275 семей общей сложностью в 5800 человек первых меннонитов покинули Россию. До 1880 года Россию покинуло в общей сложности 15000 меннонитов. Они поселялись, помимо прочего, в штатах Канзас и Северная Дакота.

Об эмиграции в Бразилию в 1878 году поётся даже в песне, до сих пор известной среди российских немцев Бразилии. Бразилия тоже была заинтересована в притоке рабочей силы, так как с запретом работорговли исчез её важный источник. Бразильское правительство в переговорах с делегацией российских немцев, желающих выехать в Бразилию, согласилось в 1875 году на широкий спктор уступок. Так, оно выразило согласие представить достаточно общественной земли и дало иммигрантам право на конфессиональные поселения закрытого типа. Затраты на проезд от бразильского порта и на продовольственное снабжение во время проезда до места поселения оно также брало на себя. При необходимости государство обеспечивало иммигрантов питанием ещё 12-20 месяцев. Правительство обязывалось, кроме того, финансировать строительство жилья и связующих дорог. Эти условия ускорили подготовку к выезду. Подбирался транспорт, годный для месячного морского путешествия, которое, как правило, начиналось в Гамбурге.

Примерно в сентябре 1877 года первые российские немцы прибыли в бразильский порт Паранагуай. В 1878 году число колонистов составляло уже 2500 человек. В бразильской песне поётся о переселении в эту южно-американскую страну.. После того, как в Россию поступили сообщения о серьёзных проблемах при создании колоний, количество желающих выехать в эту страну резко сократилось. Эмиграционный поток российских немцев значительно усилился только после "Указа об иностранцах, выпущенного в России в 1887 году. 1890 год, год голода, стал кульминационным в возобновившейся эмиграции. В то время только из волынских областей, из \луцка, Ковеля. Владимира выехало в Бразилию 10 000 россиских немцев. В настоящее время в Бразилии живёт около 70 000 потомков этих эмигрантов.

О размерах эмиграции достоверных данных нет. По оценкам, в Бразилию и Аргентину выехало около 250 000, а в США и Канаду-около 750 000 человек. В Херсонской губернии после 1874 года было выдано 3311 загранпаспортов. В Одесской губернии однажды не явилось на призывной пункт 133 допризывника, 80 из которых уехали в Америку. Наряду с легальным выездом, сущестьвовал и нелегальный. Сообщается, что в волости Глюксталь все немцы призывного возраста за исключением троих сбежали за границу. Но не только несение военной службы было причиной эмиграции. После введения земского управления увеличился страх перед руссификацией и самодурством начальников. Голод также сыграл свою роль.

Кроме религиозных были ещё и экономические причины, побуждавшие российских немцев к выезду и прежде всего в Америку. В выпущенном там в 1862 году законе о переселенцах, каждому переселенцу, достигшему 21 года предоставлялась возможность получения земельного участка размером в 160 акров (65 десятин). Земля давалась почти бесплатно, он должен был только письменно обязаться жить на ней и обрабатывать надел, по меньшей мере, пять лет. Дальнейшую возможность покупки дешёвой земли предоставляло Американское железнодорожное общество. Оно рассчитывало на дополнительный доход от создания поселений вдоль железных дорог. Сообщения родственников, друзей, бывших соседей о богатых урожаях в США для многих меннонитов звучали заманчиво. Ввод земского управления, беззащитность перед произволом русского начальства подогревали эмиграционные настроения.

"Одесская газета от 13 августа 1878 года в ?180 опубликовала рассказ одного из колонистов о причинах своей эмиграции. Главной из них он назвал "введение нового управленческого и судебного порядка в колониях, видя в этом угрозу прежней обособленности немецких поселений. В одном районе рядом с двумя немецкими деревнями будут находиться десять русских деревень. Большинством голосов именно они будут выбирать старост, которые не умеют ни читать, ни писать, ни считать, "которых в наших хозяйствах не взяли бы даже в работники, но которые часто станут давать указания, от которых мы чётко видим неизбежный ущерб для нашего хозяйства и общины. А секретари этих начальников-зачастую пьяницы, и "мы должны подчиняться такому начальству! Это уж слишком, этого нам не пережить, этому мы не можем подчиниться. Если меннониты будут жаловаться на русских их начальникам, то они, конечно же, проиграют процесс. Это стало поводами для массового выезда в 1877 году из Бессарабии. О причинах эмиграционных настроений писала в то время и "Одесская газета.

Российская общественность очень критично относилась к эмиграции немецких колонистов. Она обвиняла их в том, что они "десятилетиями обогащались за счёт русских людей, почти сто лет ели российский хлеб, имели неограниченные привилегии, не платили налогов, истощали почву, опустошилли русские карманы, а теперь, когда их поставили в равное положение с другими подданными и призвали к защите страны, покидают её и забирают с собой нажитое богатство.

"Одесская газета от 13 августа 1878 года так выражает своё мнение: "Они-мошенники, и русское правительство неправильно поступает, что потакает эмиграции. Но, в конце концов, это и хорошо, если они наконец уедут, русские крестьяне смогут, наконец, вернуть себе хорошую землю, которой пользовались хитрые немцы.

Но не все российские немцы негативно относились к воинской службе. В одном из читательских писем в "Одесскую газету от 10 октября 1878 года высказывалось мнение, что "наши немцы в Германии тоже ведь должны служить. И существуют ли вообще государства, в которых не надо было бы служить? Кроме того, в законе имеется много условий, которые освобождают от военной службы или сокращают ее сроки (число сыновей в семье, уход за престарелыми родителями, вдовами и сиротами, хозяйственное положение, образование). Это мнение выражается в стихотворении Филиппа Книеса "Царь:

Царь зовёт, и мы идём, Так пусть поможет нам наш Бог

Как первенцы немецкой крови. Немецкий дух наш и отвага.

До 1859 года в России практиковалось насильственное рекрутирование солдат для двадцатипятилетней службы в армии. Потом срок службы сократили до пятнадцати лет. Община по жребию выбирала семью, которая должна была представить призывника. Рекрутство имело тяжёлые последствия для семей. Крестьянское хозяйство оставалось без рабочей силы, и вероятность того, что сын вернётся инвалидом или вообще больше не вернётся, была очень велика. С введением всеобщей воинской обязанности с 1 января 1874 года пятнадцатилетний срок службы сократили до шести лет. Если призывник имел законченное образование, его служба в армии сокращалась.

При введении всеобщей воинской обязанности русское правительство предусмотрело для выпускников разных типов школ различные сокращения военной службы. Деревенские и центральные школы признавались учебными заведениями 4 или 3 степени, поэтому их выпускникам срок службы сокращался на два или три года. В 1890 году один из ревизоров в Крыму увидел в этом причину того, что 76 детей колонистов пошли учиться в русскую школу. В большинстве случаев сыновья богатых немецких крестьян на короткий срок становились учителями, чтобы таким образом избежать службы в армии.

Уже во время Турецкой 1828-1829 годов и Крымской 1853-1856 годов войн в немецких деревнях Черноморского побережья давали русским воинским частям квартиры, снабжали их подводами, провиантом и кормом для лошадей, устраивали лазареты, ухаживали за ранеными. Производились также высокие денежные взносы. О первом участии немецких призывников в возобновлённой в 1877-1878 годах войне с Турцией Елена Шмиц пишет по случаю двухсотлетия родного города Одесса: "Мой прадед, доктор медицины Йоган Дукарт, был участником войны с Турцией, которую вёл Александр-II совместно с Румынией, Сербией и Монтенегро. Деда наградили двумя орденами за оказание помощи раненым. Освобождённые от несения военной службы меннониты снабжали армию провиантом и деньгами. А русско-японской войне 1904-1905 годов, а затем и в первой мировой войне российские немцы были уже обычным явлением. Меннониты же должны были нести альтернативную службу.

Вышеперечисленные реформы не дали ожидаемых общественных свобод в России. Она оставалась вплоть до первой русской революции 1905 года абсолютной монархией без конституции и парламента. Не изменили ситуации в стране и столыпинские реформы.

Возникшее в стране в результате индустриализации социальное напряжение привело к революционным всплескам, проще говоря к революции 1905-1907 годов, которые вынудили царя Александра-II издать 17 октября 1905 года манифест, в котором он даровал всем гражданам России, представителям всех конфессий и национальностей свободу совести, слова и собраний. Кроме того, были объявлены всеобщие выборы в Государственную Думу. На этом фоне, соответственно общественной структуре, образовалась система политических партий, которая просуществовала до 1917 года.

Самодержавие, экономические и политические привилегии аристократии остались, как и прежде, неприкосновенными, сохранились и глубоко идущие противоречия в обществе. Это было поражением революции. Немецкие колонисты были захвачены революционными событиями врасплох. Политических организаций у них не было как на Волге, так и на юге России. Об их участии в революционной деятельности остались очень скудные сведения. Так, в течении революции на Средней и Нижней Волге было разрушено более 700 дворянских хозяйств, среди них и хозяйства Петра Столыпина.

Политическое и социальное расслоение общества коснулось также и российских немцев. В то время, как зажиточные колонисты Южной России поддерживали консервативную монархическую партию октябристов. Эта партия возникла в конце октября-началеноября 1905 года. Октябристы боролись за сохранение имущества и при решении аграрной проблемы предлагали не трогать многоземельные хозяйства, что явно соответствовало интересам немцев Причерноморья, которые имели большие земельные наделы. Партия пополнялась за счёт консервативно ориентированных дворян и предпринимателей. Октябристы ориентировались на выпущенный 17 октября 1905 года царём Николаем-II "Октябрьский манифест и выразили это в своей программе "Союз 17 октября. Реформы, выходящие за рамки манифеста, они отвергали. Среди российских немцев были октябристские группы, ведущим представителем которых был профессор Линдеман К.П.

Карл Линдеман родился в 1847 году в Нижнем Новгороде в семье известного врача. У него было весьма счастливое детство. В пятнадцать с половиной лет Линдеман начал изучать в Казанском университете анатомию и психологию, в шестнадцать поступил в Московский университет, а в двадцать один год закончил естественнонаучное образование в университете города Дорпат. Почти всю свою жизнь Линдеман успешко посвятил науке и исследованиям. Его имя стало известным в учёном мире. Большую часть жизни он учился и преподавал в Москве (1885-1918), а последние годы жизни провёл на Крымском полуострове.

Он был профессором сельскохозяйственной академии и секретарём Российского государственного общества естествоиспытате-. лей изучал и исследовал сельское хозяйство и вредных насекомых почти по всей России, куда приводили его научные путешествия. Он слыл одним из лучших знатоков российского сельского хозяйства. Учёный пользовался большим авторитетом как в царское, так и в советское время. Защищал права российских немцев. Линдеман был руководителем образованной в 1905 году в Петербурге немецкой организации "Союз 17 октября. Выступал против ликвидации немецкого землевладения. Ещё задолго до войны процветающие немецкие колониальные селения возбуждали зависть панславистских кругов.

Антинемецкие кампании обострились во время первой мировой войны. Линдеман понимал, что враждебное отношение к немцам продвинулось уже в правительственные слои, и чтобы отвести опасность от своих земляков, пытался доказывать лояльность и полезность немецких колонистов по отношению к российскому государству. Но, несмотря на своё огромное влияние, он не смог добиться отмены принятого в 1915 году царём (без согласия думы) закона о ликвидации. Известный ненавистник российских немцев Хвостов хотел всех их лишить земли. Представители колоний из разных областей советовались с Линдеманом. Благодаря своим заслугам он сумел опротестовать эти решения. После падения царского правительства в результате Февральской революции 1917 года российские немцы тоже получили свободу. Линдеман организовал в Москве 20-22 апреля 1917 года Всероссийский немецкий конгресс. В котором участвовали представители всех конфессий из пятнадцати губерний. Под его руководством был создан "Главный комитет российских граждан немецкой национальности с президиумом в Петербурге (позднее в Москве), которые отвечал за отмену принятых во время войны враждебных указов и за восстановление разрушенных сельскохозяйственных структур в немецких поселениях. С 1918 года жить становилось всё труднее, и Линдеман переселился из Москвы в Крым. Он умер в 1928 году в меннонистской колонии Орлов близ Мелитополя.

С 1915 года октябристы принадлежали к "Прогрессивному блоку оппозиционных думских партий. В думе в 1917 году они были кратковременно представлены во Временном правительстве.

В противополжность колонистам Южной России, поволжские немцы симпатизировали левым либералам и кадетам. КД (КА ДЭ)-партия конституционных демократов требовала передать государственный и царский земельный фонд малоимущим и безземельным крестьянам. Они предлагали конфисковать землю у богатых крестьян. За вынужденнйю конфискацию была предусмотрена справедливая компенсация. Из 478 представителей первой государственной думы (с апреля по июнь 1907 года) 179 были кадеты. Они, таким образом, имели наиболее сильную фракцию. Из тринадцати немецких представителей в Думе пятеро были от Кадетской партии. Они пришли из Москвы, с Поволжья их средней и южной губернии и имели в большинстве своём академическое образование. Во второй государственной думе (февраль-июнь 1907 года) было только четыре немецких представителя, один из нах был кадет. Во всех коалиционных правительствах с февраля по октябрь 1917 года кадеты ставили своих министров.

Под давлением революции 1905-1907 годов царское правительство было вынуждено взять новый курс в аграрном вопросе. В 1906-1910 годах вышел в свет указ, который вошёл в историю как "Столыпинская аграрная реформа по имени его главного инициатора-тогдашнего премьер-министра Петра Столыпина.

Согласно указу каждый член общины имел право продать свою долю земли и выйти из общины. Целями этих реформ было: сохранение крупных землевладений, ускорение капиталис- тического развития сельского хозяйства, устранения социальной напряжённости в общинах за счёт займов и земли для переселенцев в Сибирь.

Немецкие колонисты по-разному встречали эти реформы. Южно-и малороссийские колонисты посылали "разведчиков в Сибирь, потом следовали за ними. В течение 1906-1910 годов там возникли многочисленные колонии.

Поволжские колонисты отнеслись к реформам, скорее, выжидательно. Только около половины из них воспользовались возможностью стать владельцами земли. Число вышедших из сельской общины в разных колониях колебалось между 25 и 95 процентами.

В результате реформы частично удалось создать новые крепкие и политически стабильные середняцкие хозяйства. Приватизация земли привела, однако, к социальному расслоению деревни. До 1913 года была приватизирована десятая часть всей общественной земли. Административная рутина (обмер земли, внесение в земельную книгу, очистка лугов, оценка, переоценка, расчёт компенсаций и т.д.) сильно замедляла проведение реформы.

Аграрная реформа 1906 года, начатая подписанием царём Николаем-II указа от 9 ноября 1906 года "О некоторых дополнениях к постановлениям действующего закона относительно крестьянского хозяйства и крестьянского пользования землёй предписывал среди прочего следующее:

5 В общинах, где земля уже хотя бы более 24 лет периодически не перераспределялась, общинную собственность отменить. Каждый крестьянин становился собственником обрабатывемой им на данный момент земли.

6 Там, где периодическое перераспределение земли ещё имело место, каждый крестьянин получал право объявить свой выход из общины и потребовать причитающуюся ему долю земли в свою собственность.

7 В особых случаях постановлением собрания общины, принятым большинством голосов, общинная собственность во всей деревне могла быть отменена и превращена в индивидуальную.

8 Переход земли в личное пользование должен был по заявлению заинтересованного лица сочетаться с объединением разрозненных участков с целью рационализации хозяйствования. Если общинное собрание в большинстве своём согласно с изменением землеустройства, то меньшинство должно было согласиться на обмен участков. Кто при новом переделе получал землю хуже той, которая была у него, получал право на большие площади и компенсацию деньгами.

9 Приватизация личных земель в пользу крестьян не была предусмотрена. Земля им должна была выделяться из госфонда за плату.

10 Крестьянский банк обязывался откупать предлагаемые крупные землевладения и продавать их мелкими участками крестьянам под кредиты. Таким образом должна была быть решена проблема безземелья.

Реформа Александра-II разрушала существующий, исторически сложившийся уклад деревенской жизни некоторых национальных групп в многонациональной России. Для российских немцев это означало потерю оставшихся привилегий, которая воспринималась многими очень близко к сердцу.

? Так, сфера действия земского закона постепенно распространялась и на российских немцев. В 1866 году в Поволжье управление колониями было передано государственным органам, а немецкой конторе в Саратове оставили полномочия в церковных и школьных вопросах.

? С 1867 года специально созданная комиссия вырабатывала предложения по внедрению немецких колонистов во всеобщее российское управление. Со вступлением 4 июня 1871 года в силу так называемого Уравнительного закона упразднялись существовавшие до того времени законы колониального кодекса, а вместе с ними и все особые права колонистов. Их как последнюю национальную группу подчинили всеобщему управлению. Это было одновременно концом местного самоуправления немецких колоний. Важнейшими нововедениями для немецких колонистов, которые теперь назывались поселенцами, были следующие:

1. поселенцы были подчинены губернским и волостным управлениям, а также местным управлениям по крестьянским вопросам;

2. все решения, принятые деревенским или волостным собранием, отсылались губернатору на подпись. Губернатор или министерство внутренних дел имело право отменять решения сельских и районных собраний, если они противоречили законам или рассматривались как нарушение государственных интересов;

3. колонисты подвергались контролю со стороны волостного и губернского ведомств;

4. земскому управлению кроме школ подчинялись медицинские и сельскохозяйственные ведомства. Во всех государственных учреждениях, включая суды, русский язык стал официальным. В параграфе 4,1 этого закона говорится: "Решения общинных и волостных собраний. Как и заключения волостного суда, будут издаваться на русском языке, и всеобщее ведение делами в общинном управлении производиться на русском языке. Практическое применение этих требований ещё долгое время заставило себя ждать не только из-за трудностей с языком, но и потому, что на нижних ступенях продолжали управлять по-старому. Только в девяностых годах стали строже следить за перестройкой, при которой была налицо политически обоснованная русификация;

5. "Уравнительный закон был напрямую связан с земской реформой 1864 года. Постановление о подчинении колонистов российскому управлению открывало для них реальные возможности активно представлять свои интересы в земстве и принимать участие в общественных процессах всей страны. Вместе с тем, подчинённость немецкого образования земствам и введение русского языка как государственного вызывало боязнь русификации;

6. существовавшее в Южной России право наследования было отменено;

7. колонисты получили право выхода из деревенской общины. Они могли выкупить государственную землю за откупную сумму и стать единоличными хозяевами. По новому закону землю можно было выкупить у общины в рассрочку на 20 лет. Проценты получала губернская касса. Колонистами Поволжья такая возможность почти не использовалась, так как общины в большинстве своём были против выхода единоличников. Об объединении маленьких земельных наделов решало общее собрание большинством голосов;

8. освобождение от квартирной повинности сохранялось ещё на десять лет;

9. закон об освобождении колонистов от военной службы сохранялся до вступления в силу Закона о всеобщей воинской обязанности. В 1874 году его действие было продлено;

10. колонисты могли в течении десяти лет сменить свой гражданский статус или отказаться от российского гражданства.

? С введением Уравнительного закона и Закона о всобщей воинской обязанности в 1874 году коныились и привилегии, освобождавшие от военной службы.

? Для осуществления данных правовых норм проводились дальнейшие ассимиляционные урегулирования:

1. Так, например, особые правила несения службы в армии с 1875 года допускали альтернативную службу. в 1870 году между меннонитами и русским правительством начались переговоры о их статусе при введении Закона о всеобщей воинской обязанности в России. Председатель законотворческой комисси граф Гейде предложил меннонитам служить только в санитарных подразделениях. Представители меннонитов отклонили это предложение, так как оно также означало втягивание из в военную организацию. В дальнейших переговорах меннониты добились особого статуса, узаконенного 1 января 1874 года: "Меннонитов использовать только на службе при невоенных действиях в госпиталях или в морском деле и в подобных предприятиях, где они были бы освобождены от ношения оружия. Но это право не распространялось на меннонитов, которые примыкали к какой-либо секте или прибыли в Россию из-за рубежа после издания закона. Несмотря на эти послабления, часть меннонитов по-прежнему уезжала из России. Они рассмтривали службу в лазаретах как одну из форм военной службы. Это отношение вынудило царя Александра-II послать генерала Тотлебена для дальнейших переговоров на юг России.

Наконец, договорились, что меннонитские допризывники будут проходить альтерантивную службу, не подчиняясь военному министерству, и проходить она будет в Южной России. Служба должна быть заменена работой "в мастерских морского пароходства, в пожарных и особых командах лесничества, дабы облесить юг России. Меннониты должны были работать группами, "дабы иметь возможность проводить богослужения, как положено по их вере.

В 1880 году меннониты приняли предложение министерства по госделам

образовать в губерниях Крыма и Екатеринославля шесть мобильных

команд лесничих с четырёхлетней службой под досмотром избранных

представителей и взять их на довольствие. В 1903 году в этих командах

служило 550 молодых меннонитов, на содержании которых общины

выделяли на основе самообложения 78 тысяч рублей.

2 По закону о школах 1881 года все школы, которые до тех пор были под

надзором немецкого духовенства, передавались государственному управле-

нию. Одновременно закон предусматривал введение в школах русского

языка.

Немецкие колонисты традиционно оставались верными царю, но многие ответили на воинскую повинность эмиграцией. Многие колонисты выразили "пассивное сопротивление при введении русского языка в госучреждениях и школах. Однако они видели также и некоторые преимущества, например, возможность активного участия в орбщественной жизни, особенно, при выборах в земство. Впервые после отмены самоуправления и перехода на земское правление колонисты получили право баллотироваться в районные и губернские органы. Немцам, однако, редко удавалось пробиться в земства. Исключение составляла Саратовская губерния, где немецкого населения было всего 6,9%, а в земском управлении оно было представлено тремя из четырёх членов. В Камышинском районе Саратовской и в Новоузенске Самарской губерний при доле немецкого населения в 37-40% в районных земствах вплоть до 90-х годов 19-го века больше половины представителей были немцы. При малой численности населения российские немцы в районах Южной Украины, Бессарабии и на Волыни играли в земских управлениях немаловажную роль. В компетенцию депутатов-колонистов входило, прежде всего, управление системой образования, здравоохранения и сельскохозяйственными организациями.

Проводимая царским правительством политика ассимиляции немецких колонистов способствовала во второй половине 19-го века подъёму антинемецких настроений во влиятельных кругах российского общества.

?-немецкий вопрос и пути его решения. С середины 19-го века в российском обществе растёт критика колониальной политики. Сначала это был трезвый поиск ответов на вопросы, являлись ли немцы действительно примером для подражания и показательными хозяевами. Хотя в дискуссиях и признавались успехи колонистов, а колонии характеризовались как "оазисы в пустыне, в то же время указывалось на то, что они не имеют достаточного влияния на русское окружение. Немцы-де живут обособлено и очень привязаны к своему языку и обычаям, поэтому почти не имеют контактов с русскими соседями. Русский этнограф и писатель Афанасий Чужбинский представил в своём докладе о поездке по Южной Украине немецких колонистов Екатеринославля образцовыми хозяевами, но заметил, что русские крестьяне с их отсталой аграрной организацией не в состоянии угнаться за немецкими показательными хозяйствами.

Формулировка "примерные хозяева впервые возникла в милостивых привилегиях Павла-I от 1800 года. В них подчёркивалось трудолюбие и образцовый стиль жизни меннонитов. Эти качества должны были служить "остальным колонистам хорошим примером. Призыв "служить образцом для соседей сначала касался только меннонитов. С них должны были брать пример немецкие колонисты. Очевидно потому, что план вербовки колонистов по прусским критериям не мог осуществиться на практике. Роль "образцовых хозяев, которая первоначально отводилась меннонитам, в течении 19-го века постепенно перешла на немецких колонистов, живущих в причерноморских областях.

К концу 19-го века картина "образцового хозяина закрепилась, прежде всего, за причерноморскими колонистами. Они чувствовали своё превосходство перед местными и не позволяли себя ставить с ними на одну ступень. Это превосходство признавалось местными крестьянами и отмечено в отчётах того времени. Например, ревизор Плотников в своём отчёте сообщает, что немецкие колонисты "не вызывают абсолютной симпатии у своих русских соседей. Причиной этого он назвал "большую обособленность местных немцев, которые, сознавая своё культурное превосходство, смотрят на русских сверху вниз и нередко в обращении с ними выказывают обидное высокомерие. Однако он указывал дальше, что русское население видело различия среди немцев. Так, создалось очень высокое мнение о меннонитах. Их высоко ценили за трудолюбие, сдержанность и строгость.

Путешественник сир Дональд Маккензи Уолас при посещении России за 10 лет до Постникова также записал подобные впечатления: "Ассимиляция немецких колонистов в России едва заметна. Хотя отцы и деды их, возможно, родились уже в новой стране, они до сих пор обижаются, если их называют русскими. Они не уважают русского крестьянина за его бедность, безграмотность, лень и нечестность, боятся тиранства и вымогательства начальства и никогда не вступают с русскими в браки из-за различия в вероисповедании и национальности. Выражением снисходительного отношения колонистов к русским было слово "русёнок, которым они прозвали русского крестьянина. В их глазах он был "незрелым ребёнком, который всё ещё не мог избавиться от "инертности присущей его прадедам, и поэтому так медленно развивается. И даже то малое, что он умеет делать (по замечанию "Одесской газеты за июнь 1888 года) перенято от колонистов.

Афанасий Чужбинский записал высказывание одного украинского крестьянина: "Украинцы никогда не смогут достичь немецкого благосостояния. У немцев больше земли, они с детства приучены к труду и порядку, имеют более справедливое начальство, повсюду школы, да и кони у них быстрее. Русский крестьянин боится заменить медлительных волов на более быстрых лошадей, потому что начальство его сразу же потянет в извоз. То же самое и с домами: стоит построить добрый дом, как к тебе сразу же кого-нибудь подселят.

Чужбинский, так же, как и П.А.Бибиков в 1863 году, указывал на различные условия хозяйствования немецких и русских крестьян: не "русская лень и пьянство виноваты в отсталости сельского хозяйства России, а условия, в которых крестьянам приходится жить и работать. "Следует взять во внимание выгоды и преимущества, которые были предоставлены колонистам, говорящие уже сами за себя, и не забывать, что ещё по сей день на нашем крестьянине висит двойное ярмо: крепостничества и полицейского произвола.

Различия между колонистами и русскими крестьянами объясняли обычно тем, что колонисты имели привилегии и были щедро наделены землёй. Так, анонимный автор указывал в журнале "Современник за 1865 год на то, что русские крестьяне не уступали бы колонистам в отношении трудолюбия, морали и порядка, если бы им не приходилось бороться с худшими общественными условиями (крепостничеством): "Если бы украинским крестьянам дали те же привилегии, то Россия могла бы обойтись без колонистов, так как всё Черноморское побережье превратилось бы в цветущий сад, да к тому же сэкономили бы очень много денег.

Весомый вклад в дискуссию о немецких колониях и неблагоприятных условиях для русских крестьян внёс статский советник А.А.Клаус в своей книге "Наши колонии. История и статистика немецких колоний в России. За 1867 год. Для него, во всяком случае, основой благосостоянии колонистов были не привилегии, а общинный закон и право наследования земли. Эти два фактора, по его мнению, нужно было бы перенять всему крестьянству в России. Но предложение Клауса не было поддержано. В глазах большинства его современников главной причиной хозяйственных успехов в колониях оставались привилегии.

А.А.Клаус впервые провёл обширное обследование неменцких колоний в России. Он считал, что неправильно обвинять колонистов или русских крестьян в "недостаточном внешнем воздействии: "Их влияние (колонистов) скажется, как только мы сами начнём исследовать причины и условия успехов колонистских поселений и переймём их опыт в организации труда. Кто знаком с условиями жизни, в которых нашему крестьянину приходилось действовать и в которых он иногда и до сих пор ещё "плавает, тот не станет его обвинять в том, что он не понимает и не желает перенять от соседних колонистов то, что у них хорошо и что желательно было бы видеть во всех наших селениях и деревнях.

Начиная с 70-х годов рациональный аспект дискуссий, однако, начал вытесняться ультранационалистическими тенденциями, приведшими, особенно в западных приграничных районах, к агрессивной политики русификации немецкого населения. Это явление приняло ещё более негативный оборот в связи с образованием в 1871 году Германской империи и её внешней политикой. Несмотря на проведённые реформы, внутриполитическая ситуация всё больше обострялась. Так в 70-х годах 19-го века дискуссия о результатах русской колониальной политики приобретала всё больший ультранационалистический характер. Хозяйственные успехи и общественное влияние немецких колонистов вызывали зависть у менее удачливых соседей, поэтому немцы стали мишенью националистической пропаганды.

Ревизоры Кинг и Чарушин пишут в своём докладе за 1890 год о существующем в немецких колониях националистическом духе. Эти замечания ревизоров привносили в дискуссию националистические нотки.

1 Так, они критиковали колонистов за то, что в их домах и даже у представителей власти висели портреты Бисмарка и Вильгельма-II.

2 За то, что в колониях жили и работали рабочие и ремесленники, отслужившие в армии немецкого рейха и это, якобы, оказывало негативное влияние на колонистов.

3 Евангельских пасторов обвиняли в деятельности, тормозящей интеграцию немецких колонистов в российское общество. В отличие от католического духовенства, многие евангельские пасторы не знали русского языка и ещё гордились этим, например пастор Шенк из колонии Глюксталь и Эппелер из колонии Кассель.

4 Газета "Христианский народный вестник упорно распространяет немецко-патриотические новости, в особенности о кайзеровской семье. Выпущенные в немецком рейхе учебники географии и истории, по которым учат детей в школах, пропитаны немецким духом и посвящают России очень мало страниц. В учебнике по географии среди прочего написано: "В целом русские имеют ещё низкий уровень образования, неграмотны, суеверны, подвержены пьянству.

Увеличивающаяся земельная собственность и рост колоний прозванные "немецким земельным голодом, вызывали опасения у части населения, а также среди русской министерской бюрократии. Камнем преткновения в "немецком вопросе стала земля. Националистическая пропаганда представляла немецких колнистов как захватчиков, нацелившихся на "германизацию русской земли. Русский народ запугивали дальнейшей экспансией со стороны немецких колонистов.

Причины панславизма 80-х годов 19-го века нужно искать в соотношении процента населения немецких колонистов с их земельной собственностью:

Население. Земельная собственность.

Бессарабия 3,0% 11,1%

Херсон 6,8% 19,4%

Екатериненбург 5,4% 25,0%

Крым 8,8% 38,3%

Слишком высокий процент немецкого землевладения вызывал озабоченность у государственных органов. Российский министр внутренних дел Н.П.Игнатьев выдвинул в 1881 году требование: "наплыв колонистов с запада приостановить, а иностранным гражданам вообще запретить покупку или аренду земли и поселение в приграничных районах России. Этим поощрялось насильственное принятие российского гражданства. Разговоры об экспансии немецкого землевладения пошли в 1909 году по новому кругу. В мае в третьей Государственной Думе русские националисты раздули дискуссию о немецких землях в российских западных областях, а именно на Волыни и в Бессарабии. Конкретно же речь шла о купле и аренде земли у русских помещиков немецкими колонистами. Это оценивалось как продвижение немцев на восток.

Генерал-губернатор Дондуков-Корсаков предостерегающе докладывал российскому министерству внутренних дел о быстро растущей численности немецких поселенцев. Он полагал, что такой быстрый рост ставит в опасность "нормальное развитие страны на национально русской основе.

По его данным, количество чужеземных колоний на границах юго-западных губерний между 1830 и 1860 годами возросло с 476 до 2471. После подавления польского восстания в 1863 году приток немецких семей сильно возрос. В общей сложности на Волынь из российской части Польши прибыло 6600 семей. В своём докладе генерал-губернатор жаловался на то, что большинство проживающих на Волыни немецких переселенцев (в1870 году их было уже 9000 семей) никакого контакта с русскими не налаживают и упорно придерживаются своих национальных обычаев и своего языка. Очень много немцев-работников и мелких арендаторов не имело российского подданства. Даже если бы они и приносили неоспоримую выгоду хозяйству страны, дальнейший прирост их населения был бы-де неприемлем.

Право гражданства в царской России было закреплено в ?? 836-857 основ юридического закона от 10 февраля 1864 года. В законе содержались следующие пункты:

1 Гражданство рассматривается как связь между личностью и государством и определяется взаимной защитой и преданностью. В законе о гражданстве граждан ещё называют подданными. При вступлении иностранцев в российское гражданство они должны были давать клятву верности.

2 Гражданство дифференцировалось по территориальному, национальному и рассовому признаку.

3 Российское гражданство можно было получить по рождению, женитьбе и заявлению. По закону дети, происходившие от браков россисйских граждан, получали гражданство автоматически. Внебрачные дети получали российское гражданство, если мать была русская.

4 Российское гражданство можно было получить нормальным и более лёгким путём.

Для получения гражданства нужны были следующие предпосылки:

1 Иностранец должен был иметь "намерение постоянного проживания в границах имперского государства (? 837).

2 Это заявление должен был заверить губернатор. С данным заверением иностранец получал прописку в России, формально же продолжал считаться иностранцем (? 837).

3 После пяти лет проживания в стране иностранец мог подать заявление о приёме в гражданство (? 839).

4 К заявлению о приёме нужно было приложить документ о прохождении воинской службы на родине, если это было всеобщей обязанностью, здесь же указывалось место прежнего проживания и общественный статус (? 842)

5 Приём в гражданство сопровождался клятвой верности царю и отечеству (? 846).

6 Жён приниали в гражданство вместе с мужьями автоматически. Им не надо было давать клятву. Дети, родившиеся до вступления родителей в гражданство, не имели права на автоматическое гражданство (? 855).

После февральской революции 1917 года было провозглашено равноправие всех граждан.

Сообщение генерал-губернатора Дондукова-Корсакова было серъёзно воспринято как в министерстве внутренних дел, так и во внешнеполитическом ведомстве. Генерал-губернаторам Варшавы, Вильны, Гродно и Ковно было дано указание представить отчёты о численном состоянии колоний чужеземцев в их владениях.

Генерал-губернатор Варшавы и Вильны граф Котцебу докладывал, что в его ведомстве на 1 января 1874 года живут 116.102 переселенца. Которые имеют во владении 185.515 десятин частной и 67.424 десятины арендованной земли. Онемечивание в ближайшем будущем области не грозит, хозяйственная выгода, которую получает область от колонистов, неоспорима. Рестриктивные меры не нужны, разве что разрешить приобретение земли при условии вступления в российское гражданство.

Проблему чужеземных колонистов юго-запада России обсуждали 2 июля 1887 года в Совете министров. Министерство внутренних дел получило задание выработать приемлемые предложения по интеграции данных областей. В 1876 году министерство представило перечень предложенных мер. Эти предложения нашли затем отражение в "Законе об иностранцах от 1887 года:

1 Иностранцев с русским подданством должно включать в крестьянство и крестьянское управление. Переселенцы с иностранным подданством приписываются к ближайшей волости для уплаты податей, но не подпадают под юрисдикцию волостного суда.

2 Имеющееся имущество за ними сохраняется, но в будущем запрещается закупать землю за пределами города.

3 Право на наследство должны иметь только российские подданые или иностранцы, поселившиеся в колониях до принятия данного закона. Все остальные наследники должны принять российское подданство или в течение трёх лет продать унаследованное имущество.

4 Для получения российского гражданства достаточно двухлетнего проживания в России.

Разразившаяся война с Турцией прервала дискуссию вокруг немецкого земельного вопроса. К ней снова возвратились только в 1881 году. В том же году киевский генерал-губернатор фон Дрентельн дал указание собрать данные в цифрах по всем колониям чужеземцев. Из собранного материала стало известно о концентрации колонистов в приграничных областях Российской империи. Поэтому Дрентельн настаивал на ужесточение предложений 1876 года, предлагая запретить иностранцам арендовать землю или брать её в качестве залога.

Приобретение немецкими колонистами земель на Волыни послужило поводом для раздувания у населения страха перед онемечиванием российских приграничных областей. "Земельный голод не был чисто немецким феноменом, а следствием быстро развивающегося капитализма в России.

После образования Германского рейха и в связи с развитием его экономики и милитаризма российские националисты рассматривали немецких колонистов как "пятую колонну Германии и усиливали нападки на них. Немецкий посол Лотар фон Швейниц говорил в 1883 году о том, что против немецких колонистов вспыхивает "пламя ненависти. Колонисты рассмтривались российской стороной как "послушное и активное орудие германизации России. Без оружия и кровопролития они-де захватят Россию, задавят её экономически и духовно, присвоив лучшие земли. Ведущий представитель панславизма А.Велицын требовал, чтобы "они уходили туда, откуда пришли, а также не давать им приобретать землю. Лучше передать её болгарам, грекам или сербам, так как эти не настолько чужды русским, и, кроме того, за ними не стоит такая мощная держава.

"Опасность германизации территорий у российских западных границ стала "боевым кличем панславистских кругов. В одном из сочинений, напечатанных в 1883 году в правительственном вестнике, была выстроена цепь причинных связей, привлекавших немецких поселенцев на Волынь:

1 Низкие по сравнению с Польшей цены на землю подталкивают немецких колонистов к приобретению земли и поселению.

2 Эти переселенцы через пасторов сообщают ожидавшим в Польше о каждом выгодном предложении о продаже земли, и немцы, благодаря своим покупальским способностям, скупают эти земли.

3 Как только переселенцы встают на Волыни на ноги, они приглашают к себе батраков и специалистов, которые, в свою очередь, при первой же возможности сами приобретают землю.

4 Таким образом возникает всё новый спрос на землю. И только высокая стоимость труда в Польше и нехватка долгосрочных ссуд могут помешать ещё большему наплыву переселенцев.

В то время, как всеобщее внимание общественности было сконцентрировано на волынских поселениях, в сферу действия антинемецкой газетной шумихи попали в конце 80-х годов 19-го века и немецкие колонисты Причерноморья, которые теперь стали "национальными врагами. Колонистов упрекали в приобретении земли, финансирование которой происходило из сомнительных источников, а попросту говоря германским правительством. Их обвиняли в том, что они якобы смотрят на русских как на зверей, которые требуют от своей же, русской, рабочей силы нечеловеческих усилий.

Но здесь военно-стратегические измышления не играли такой роли как на Волыни. Причиной данных разногласий являлась территориальная экспансия. В земстве Екатеринославля было оглашено опасение по поводу скупки земли колонистами. Это-де в ближайшие десятилетия может привести к полному "онемечиванию области. Отсюда требование: немцам земли в данной области больше не продавать или хотя бы ограничить продажу до 10 десятин на человека мужского пола. Данное заявление правительству должно было послужить стимулом к изданию нового закона. Но это намерение было провалено на земском собрании губернии.

Немецкий посол в Санкт-Петербурге информировал своё правительство о негативном отношении к немецким колонистам. В мае 1883 года Рейхсканцлер Бисмарк поручил своему посольству в Санкт-Петербурге собрать материал по всем немецким колониям в России и составить доклад, предварив своё задание запиской следующего содержания:

"Они рано или поздно станут российскими подданными, а их прилежание, благосостояние, без сомнения, укрепят налоговую систему и экономику России. Для Германии же они станут экономической и налоговой потерей.

Бисмарк не поддерживал озабоченность русского правительства относительно германизации всей территории, считая её преувеличенной и необоснованной. С его точки зрения, патриотические чувства вые-

хавших немцев не настолько велики для

подобного развития. Рейхсканцлера зани-

мала совершенно другая проблема: по его мнению, выехавшие немцы в течение короткого времени могли стать национальным достоянием принявшей их страны и, перейдя в другую веру,-злейшими критиками или противниками Германии.

В своём докладе посол поддержал рейхсканцлера в том, "чтобы рейх не заботился о поддержании связи с данными колониями. Кто оставил свою родину, не имеет права ожидать от неё защиты. В докладе он делится впечатлениями о своём посещении раз-

личных колоний. Он отмечает чистоту, аккуратность и более высокий уровень жизни по сравнению с соседскими деревнями. Но в то же время приходит к выводу, что колонисты в большинстве своём "почти не проявляют интереса к бывшей родине, равнодушны к своему прошлому. Не имея "связи с отечеством, не интересуясь его историей, литерату-

рой, её техническим прогрессом, они почти не посылают на родину своих сыновей для получения образования, за исключением Сарепты.

Бисмарк уполномочил своего посла не ввязываться во внутреннюю политику вверенной ему страны, если даже немецких граждан-колонистов будут принуждать принимать русское подданство или высылать из страны. Консульства должны впредь заботиться о развитии экономического сотрудничест- ва и "не обращать внимания на немецких колонистов, которых побуждает действовать не подданическая верность отечеству, а оппортунистические убеждения.

В ультранационалистически окрашенном обсуждении "немецкого вопроса появлялись и рационально-обоснованные доклады о вкладе российских немцев в хозяйственное развитие России 19-го века. В отличие от оценок Кигна и Чарушина ревизор немецких колоний Екатеринославской губернии Арцимович отмечал, что никаких врждебных настроений против России и русских он там не заметил. Колонисты, по его мнению, не станут сочувствовать немцам за рубежом и поддерживать с ними какию-либо связь. Они выписывают только религиозные, а не политические газеты и журналы. Газетные атаки последнего времени их очень "огорчают и обижают. Они протестуют против обвинений в "германизации и объясняют, что "Россию любят и верят, что им нигде больше не будет так хорошо, как в России. Их отношение к России очень хорошо отражено в стихотворении "Родина. (смотреть приложение).

И как-бы в ответ на опасность "онемечивания, российское правительство стало проводить в жизнь политику русификации. Основной идеей этой политики было: укрепление единого и неделимого Российского государства при гегемонизме великороссов, в котором существовал бы единый язык и единое правительство. Области и национальные группы со своими особенностями не соответствовали этой цели.

Начиная с 60-х годов 19-го века политика русификации охватила немецкие колонии. В результате этой ультранационалистической дискуссии вокруг "немецкого вопроса политика русификации российских немцев приобретала всё более навязчивый характер. В школах немецких колоний русский язык стал обязательным, был издан "закон об иностранцах.

После польского восстания 1863 года российское правительство старалось интегрировать западные области в империю, чтобы не допустить их отчуждения. Поэтому военное министерство придавало большое значение сообщениям о возрастающей численности населения немецких колоний. А уже в 1882 году представители военного министерства указывали на стратегическое значение присутствия иностранцев в приграничных областях.

С их точки зрения, необходимо было очистить приграничную территорию в 25 вёрст шириной от иностраннных шпионов, которые поселились там под разными предлогами. Это относилось также к стратегически важным объектам и средствам связи. В том, что немецкие колонисты в приграничных областях представляли собой стратегический риск, были убеждены многие военные. В одной из статей журнала "Русь эти опасения не только разделялись, но и драматизировались.

Иван Аксаков-издатель журнала и глашатай монархистски настроенных славянофилов-в одном из изданий за 1883 год обвинил проживающих на Волыни подданных в том, что они в любое время готовы выполнить долг перед Пруссией и не имеют никакой привязанности к России. В своей статье Аксаков пишет: "Переселенцы почти все, за исключением пруссаков,-лютеране, уже вторая генерация пруссаков отслужила в прусской армии и вернулась обратно, во время французской войны здесь оставались только старики и дети. Все колонисты хорошо вооружены. Почти весь Новгород-Волынский край и большая часть Житомирского заселена пруссаками, которые не имеют ни малейшей привязанности к России и даже гордятся тем, что относятся к "великой нации, исполняя в действительности свои верноподданические обязанности. Короче, в этих областях находится целая дивизи, хорошо организованная, а вскоре, возможно, появится и целый корпус.

Под впечатлением этих событий и под давлением националистов-великороссов царь Александр-III издал 24-26 марта 1887 года закон об иностранцах. По этому закону предлагались привилегии лицам иностранного происхождения, принявшим российское подданство. За ними сохранялось право на обладание землёй в западных провинциях России. Подданство можно было получить по закону о гражданстве от 10 февраля 1864 года (о нём говорилось выше). Причиной издания закона об иностранцах послужили также меры принятые в Германии против российских граждан, нелегально проживавших в рейхе. Так, в 1885-1886 годах немецким правительством было выслано из страны 30 000 российских граждан. Эти меры были направлены, прежде всего, против иммигрантов-нелегалов, которые жили и работали там в сельском хозяйстве и на шахтах. Они вызвали волну протестов в хозяйственных кругах и в обществе и были достаточно быстро приостановлены. Решение о выдворении данных лиц было встречено Россией официально "с пониманием, внутриполитически же этот акт стал "моральным оправданием изданного в 1887 году закона об иностранцах.

По этому закону:

1 Ограничивалась купля и аренда земельных угодий и владений в западных областях России лицами, не имающими российского подданства;

2 Лица не имеющие российского подданства, ограничивались в правах на местном уровне и должны были платить более высокие налоги;

3 По оценке немецкого консула в Киеве Раффау уже в 1887 году гражданство приняло около 25 000 немецких колонистов, так как колонисты, принявшие гражданство, не подвергались указанным выше ограничениям.

Кто не был готов стать российским подданным, должен был рассчитывать на то, что договоры на аренду не будут продлеваться или условия их так ужесточатся, что аренда станет экономически выгодной. Создавшиеся условия привели к тому, что с 1890 года началась массовая эмиграция немецких колонистов в Южную Америку.

Реакцией на закон об эмигрантах стал выезд около 10 000 немецких колонистов в Бразилию. Прежде всего это коснулось Волыни, где в 1889 году ещё проживало от 25 000 до 30 000 немецких поселенцев. Надежда, некоторых колонистов найти новую родину в восточной Пруссии или в познанской области вскоре быстро развеялись. Согласно одному из докладов немецкого посла фон Швейница рейхканслеру, в Росии имели место стремления евангелитческой церкви дать немецким колонистам возможность переселиться в Западную Пруссию или Познанскую область.

Генерал-суперинтендант и вице-президент евангелической лютеранской консистории Лааланд обратился к послу с вопросом, "возможно ли колонистам из юго-западной России, которые подверглись жестоким притеснениям, разрешить поселение на землях, приобретённых комиссией по делам переселенцев в Познани.

Наперекор прежней германской политики невмешательства в дела колоний посол указал на то, что "немецкие колонисты, которые обеспечены необходимыми средствами, имеют возможность поселения в Западной Пруссии или в Познани в той мере, в которой это разрешает ограниченный объём предоставленной земли и при условии, что российское правительство этим людям выезд разрешит. Однако посол убедительно просил Лааланда "не возбуждать каких-либо надежд у наших земляков в России, чтобы избежать впоследствии горьких разочарований. Земли, которыми могла бы распорядиться комиссия по делам переселенцев, по сравнению с занятыми немецкими колонистами земельными площадями на юго-западе России так мизерны, что могли бы частично удовлетворить только немногих середняков. Но и они, привыкшие к широкому ведению хозяйства, вряд ли смогут вписаться в наши тесные, строго упорядоченные условия. Если же на основании слухов, что мы собираемся якобы давать возвращенцам землю, возникнет поток реэмиграции, то может случиться непоправимое бедствие.

Дипломатически посол даёт своему респонденту понять, что шанс на возвращение будут иметь только деловитые и опытные в земледелии колонисты, да и то в ограниченном количестве. Бразилия или США оставались для большинства эмигрантов единственной альтернативой.

Эмиграцию переселнцев спровоцировали в немалой степени бывшие немецкие учителя. Оставшись без работы, в связи с переходом школ на новую программу и переводом на русский язык обучения, они занялись агитацией. По данным генерал-суперинтенданта Лааланда, речь шла о 270 безработных учителях. Какую роль они сыграли в эмиграционных настроениях колонистов Волыни, описывает немецкий консул Раффау в одном из докладов рейхсканцлеру Каприви: "Действительными агентами и подстрекателями к выезду в Бразилию являются удивительным образом, немецкие учителя в колониях. После того, как все учителя, в обход паспортов, вынуждены были подписаться в том, что будут в колониальных школах преподавать русский язык, чего почти никто из них не мог делать, они вынуждены были оставить свои места. А так как дело по вербовке колонитстов в Бразилию выглядело заманчиво, оставшиеся без куска хлеба учителя

кинулись в этот бизнес.

Чтобы предотвратить массовую эмиграцию, Российское правительство усилило контроль на западных границах. Потенциальных эмигрантов, не имеющих при себе документов, возвращали туда, откуда они сбежали.

С изданием закона об иностранцах создались, по словам того же консула Раффау, такие условия, что колонист, "остался ли он в немецком или принял российское подданство, стал совершенно бесправным. Колонисты "продавали землю по смехотворной цене или просто бросали её, если не находился покупатель, чтобы только выбраться из России (в большинстве случаев без паспорта).

Один из евангелических священников обобщил сказанное Раффау о причинах эмиграции так: "хуже, чем здесь, людям нигде не бывает Изданная в 1899 году статистика отражает подъём эмиграции сразу после издания закона об иностранцах, хотя немцы в ней конкретно и не указаны. Поэтому стоит исходить из того, что причиной расширения эмиграции является всё-таки этот закон. Через Гамбург, Бремен и Штеттин между 1871и 1875 годами выезжали ежегодно в среднем 6 079 человек, а в последующие годы эмиграция характеризовалась следующими цифрами:

1887-29 355; 1888-38 747; 1889-35 874; 1890-85 548; 1891-109 515;

1892-74 681; 1893-40 545; 1894-17 792; 1895-36 725; 1896-32 127;

От данной политики страдили не только российские немцы:

1 Начиная с 1865 года принимались меры против польских землевладельцев, проживавших вдоль западных границ. По закону от 10 декабря лица польской национальности могли теперь получить землю только по наследству. Притеснение хозяев иной национальности проводилось под эгидой "укрепления российского землевладения, реформирования управления и поселения русских крестьян. В законе от 27 декабря 1884 года лицам польской национальности запрещалось арендовать или брать в залог поместья, лежащие за пределами городов.

2 В 1869 году польский университет в Варшаве превратился в русский.

3 Украинцам по указу от 30 мая 1876 года запрещалось пользоваться "малорусским диалектом, т.е. украинским языком, во всех наиболее существенных областях культуры и науки.

4 В 1899 году была отменена финляндская конституция, по которой финны имели право на автономию.

К 1890 году эмиграция немцев из юго-востока России постепенно улеглось. Немецкий посол в Петербурге фон Швейниц в одном из своих докладов информировал, что акция раздутая против иностранцев российским правительством постепенно достигла границ, при которых нарушились экономические интересы наместников, заинтересованных в рабочей силе и платёжеспособности немецких колонистов. Попытка залатать хоязйственные дыры на Волыни чешскими поселенцами не привело к ожидаемым результатам.

Посол фон Швейниц в своём докладе от 1893 года сообщал рейхсканцлеру Бисмарку об экономических интересах российских генералов и служащих, которые присвоили конфискованные польские поместья или купили их за бесценок у обнищавшей знати. Намерение российского правительства создать таким образом "русское сословие помещиков разбилось о "недостаток у поощрённых желания и способностей к самостоятельному хозяйствованию в легко доставшихся им поместьях, в которых они редко или вообще никогда не жили. Чтобы выжать из них хоть какой-нибудь доход, они часто, в обход законов, обращались к евреям, или изредка смавили немцев управляющими, или же приглашали немецких колонистов, которые выкорчёвывали леса и брали эту землю в продолжительную аренду, а затем покупали её по высокой цене или по истечении срока договора возвращали её в таком хорошем состоянии, что она давала высокую прибыль.

Так как местные крестьяне имеют достаточно своей земли для проживания и слишком пассивны в проведении арендной мелиорации, то естественно, что русский помещик, не имеющий права продавать землю ни католику, ни еврею, и не найдя предприимчивого человека либо специалиста-агронома православной веры в качестве покупателя, арендатора или управляющего, только выигрывает, если приглашает на помощь немцев. Одним законом тут вряд ли что исправишь.

Поэтому 1 апреля 1892 года был издан второй, ещё более строгий закон об иностранцах, по которому те практически не могли приобрести землю:

1 Они не имели права приобретать усадьбу за пределами города.

2 Землю можно было получить теперь только по наследству.

3 От условий данного закона освобождались лица, принявшие православную веру.

Дальнейшее ужесточение законодательства предусматривалось в представленном в 1912 году соответствующем законопроэкте, целью которого было оттеснить колонистов с западных районов империи и получившем название колониального проэкта, но эта попытка провалилась, в не малой степени благодаря сопротивлению немецких представителей в думе.

14 декабря 1912 года министр иностранных дел А.А.Макаров внёс в думу проэкт закона о землевладении иностранцев. Важнейшими положениями этого законопроэкта были:

1. "Лица иностранного происхождения, принявшие российское подданство после 15 июля 1888 года, а также их прямые наследники по мужской линии, которые не говорят на русском языке, в дальнейшем лишаются наследования недвижимой собственности в городских поселениях губерний Киева, Подолии и Волыни, и так же лишаются права на приобретение собственности и получения доходов от заключённых договоров на аренду.

2. "Лицам иностранного происхождения с российским гражданством, но не говорящим на русском языке, впредь запрещается получать права на собственность за пределами городских поселений в Бассарабии.

3. "При приобретении недвижимого имущества за городской чертой вышеназванных губерний, как и при имущественном найме или аренде оного, лица иностранного или польского происхождения должны обращаться к генерал-губернатору или к губернатору за удостоверением приобретения ими российского гражданства.

4. "Действия данного закона не распространяется на лиц иностранного происхождения с российским гражданством, на лиц русской или чешской национальности, на лиц православного исповедания, на лиц, которые получают имущественную и земельную собственность по нисходящей линии наследования. Во всех других случаях наследство продаётся в течении трёх лет.

Проэкт данного закона по настоянию партии октябристов, в которой немалую роль играли представители российских немцев во главе с Карлом Линдеманом, долее не рассматривался.

В 1913-1914 годах в общественных кругах возобновилась дискуссия о законопроэкте, причём исход дискуссии вокруг "немецкого вопроса в предверии первой мировой войны был ещё открыт. Только с началом войны создалась новая ситуация, в которой русское правительство приступило к новым радикальным попыткам решения "немецкого вопроса. С принятием в 1915-1916 годах законов о ликвидации это развитие достигло апогея.

?-Роль школы. До революции 1917 года в немецких колониях школа и церковь были тесно связаны между собой. "Одесская газета в одном из номеров за 1911 год касается этой темы в связи с полемикой о причинах зажиточночти немецких колонистов. Один из аргументов звучал примерно так: "Они умеют читать и писать, это плод совместной работы школы и церкви. С начала колонизации и до самой революции прослеживается тесная связь школы и церкви. Отсюда и названия: "церковно-приходская школа,дьячок-учитель.

Как в католических, так и в евангелических общинах школа была тесно связана с церковью. Церковно-приходские школы строились и содержались за счёт общины. Основной задачей школы было преподавание Закона Божьего и подготовка детей к конфирмации. Соответствующая установка школам давалась в "Правилах преподавания катехизиса от 1840 года.

Евангелическое духовенство рассматривало школу как этап жизни между крещением и конфирмацией. Духовенство контролировало учителей и их работу. Посещение школы было предпосылкой для успешной конфирмации. На саратовском консисториуме в 1820 году было постановлено не допускать к конфирмации тех, кто не умеет читать. От лиц мужского пола требовалось ещё и умение разборчиво писать. Молодожёны не допускались к венчанию, если не успели овладеть основами грамоты. В этом вопросе особенно прославился генерал-интендант Игнатий Аврелий Феслер, который во время своих вояжей по Поволжью прибегал к необычным методам. Он публично заставлял читать выдержки из библии и позорил всенародно безграмотную молодёжь. Воздействие было огромным. Особенно на невест, которым было стыдно за своих безграмотных женихов. И, действительно, несколько свадеб пришлось отложить.

По мнению колонистов, лишь это и удерживало учеников от прогулов, в противном случае лишь одна десятая часть детей ходила бы в школу. Конечно, штрафы тоже предотвращали непосещение школы. Образование являлось одной из основных функций церкви. Церковь отвечала за строительство и работу школ, за учебные программы и планы, а также за опеку молодёжи. В этом кроется уникальность её положения. Церковно-приходская школа давала и светские знания по математике и письму. Число желающих учиться возросло с введением сокращённой военной службы для лиц с определённой степенью образования. Даже в учебном плане школы явно отражается влияние церкви.

Недельная сетка часов была ориентирована на прусскую систему образования и выглядела следующим образом:

1 6 часов на историю Библии,

2 2 часа на катехизис,

3 2 часа на псалтырь,

4 2 часа на крылатые фразы из Библии.

В плане также были часы математики, письма, чтения и пения. Основным учебным пособием были Библия и Псалтырь. С переходом школ в подчинение министерству народного образования программа изменилась:

1 18 часов обучения на русском языке-язык, литература, арифметика, естествознание, география;

2 12 часов обучения на немецком языке-религия, язык, пение.

В принятом в 1832 году законе о евангелическо-лютеранской церкви зада-

чи священника определя-

ются следующим образом: "Священник должен при-

лежным образом посе-

щать сельские школы и следить за религиозным образованием как в шко-

лах, так и в общинах. В распоряжении от 1840 года "О религиозном и школьном преподавании в Саратовских колониях говорится: "Пасторы римско-католической церкви и протестанские священники обязаны при всяком подходящем случае следовать своему священному долгу и внушать детям богобоязненность и послушание и привлекать их к обучению в школе, где они бы воспитывались в религиозном духе. Ограниченность школы религиозными проблемами доказывает также предложенный в феврале 1876 года лютеранским консисториумом проект школьного устава: "Школа-это заведение, где детей готовят к конфирмации.

Эти традиции и собственные усилия колонистов давали определённые результаты. Безграмотных крестьян в немецких сёлах было намного меньше чем в русских или украинских, благодаря усилиям евангелического пастора, который умел убедить общину раскошелиться на достойного сельского учителя.

Среди первых колонистов были свои учителя, но со временем они исчезли из школы. Их низкая квалификация сказывалась на качестве обучения. Община старалась сделать образование дешёвым и потому нанимала тех учителей, которым можно было платить меньше. Учителя одновременно работали дьячками, писарями и органистами.

После ухода первого поколения учителей ситуация в школах к концу 18-го века ухудшилась.

?Учителей катастрофически не хватало. В школах преподавали свои же выпускники. Они зачастую назначались просто по знакомству.

?Переполненность классов вследствии нехватки учителей и растущего числа учеников стала обычным явлением. В поволжских колониях, например, в 1867 году на правом берегу на одного учителя приходилось 232 ученика. На левом берегу картина выглядела немного отраднее. Здесь на одного учителя приходилось в среднем 150 учеников. В экстремальных случаях на одного учителя приходилось ещё большее количество учеников: в колонии Бальцер, например, учителю пришлось "обучать 800 учащихся. В 1900 году вышло постановление запрещающее обучение более 200 учеников в классее. Если же общины не нанимали дополнительных учителей, то многие дети школьного возраста не могли посещать школу. В 1910 году школьная администрации постановила: одному учителю обучать в классах не более 70 учеников, а в 1912 году разрешалось обучать только 50 учеников. В колониях Южной России положение было не таким драматичным. Из-за разбросанности колоний количество учащихся в классе там колебалось в 1900 году от 40 до 1000. О положении, которое создалось из-за переполненности классов, и качестве такого преподавания говорится в отчёте А.А.Клауса.

Александр Клаус описывает в своём ревизионном докладе школьные будни в колонии Гримм (Лесной Карамыш) зимой 1867-1868 годов: "Школьное здание имеет приличный внешний вид, значительную величину и состоит из зала о 18-ти окнах по длинной стороне. Я здесь обнаружил 450 учащихся, среди них- около 100 девочек в возрасте от 7 до 15 лет. Оказалось что это только половина учеников-утренняя смена. Ещё 450 детей придут на занятия с обеда. Все сидели на очень узких тонких длинных досках или скамейках и держали свио книги свободно в руках, так как столов не было. У учителя был помошник, который занимался с первоклассниками (около 100 детей) вполголоса. Он занимался с каждым в отдельности, в то время как учитель прослушивал громкое чтение Библии более старших учеников. На вопросы по другим предметам дети отвечали громким хором.

На окне я заметил свежий прут в полдюйма толщиной и в аршин длиной. Дети сидели, тесно прижавшись друг к другу в мокрой от снега одежде и обуви. Почти на всех лицах был виден пот. Несмотря на то, что с утра светило солнце, в зале из-за испарений едва можно было читать... Об обучении в полном смысле слова в таких условиях не могло быть и речи. Всё сосредотачивалось на поддержке строгой дисциплины, без которой в подобных условиях, разумеется, невозможно было удержать такую массу подвижных тел в застывшем положении. По рассказу учителя, он читает ученикам каждый вопрос по 30-50 раз и заставляет повторять за ним, затем заставляет их то же самое пропеть 50-100 раз кряду, затем бьёт по рукам 10-15 раз тех, кто не может пересказать это.

Ещё в 1907 году подобное же рассказывал епископ Йоганнес Коскиол из волжской колонии Гнаденталь, но подчёркивал в то же время достижения учителей при передачи знаний: "Уму непостижимо, как смогли достичь школы того, чего они достигли!-такую высокую оценку дал он труду сельских учителей и преподавателей церковно-приходских школ.

Несмотря на плохие условия:-теснота в школьных помещениях, низкая квалификация учителей, низкая посещаемость,-процент безграмотности в немецких колониях был намного ниже, чем у их русских и украинских соседей. Школы обучали чтению, письму и арифметике.

Сравнительно высокий уровень грамотности населения в колониях Поволжья подтверждается ревизорским отчётом за 1862 год. Из 100 809 душ мужского пола 20 679 в возрасте от 7 до 15 лет посещали школу, 56 031 были в возрасте от 16 до 60 лет. Из 27 339 мужчин в возрасте от 15 до 30 72,3% могли читать письменный и печатный текст, 18,2% не умели читать. Писать могли только 4,8%, 52% смогли написать только свою фамилию, а 5,2% вообще не умели писать. Из 28 692 мужчин возрастной группы от 30 до 60 лет умели читать письменный и печатный текст 74,3%, а 13,2% не умели читать. Писать могли 7,2%, 39% вообще не умели писать. В возрастной группе от 16 до 30 лет не умели считать и решать задачи 43,7%, а в старшей группе таковых было 41,5%.

В данном сравнении бросается в глаза то, что старшие поволжские немцы имели более высокий уровень образования, чем младшие. Этот разрыв объясняется снижением качества обучения и ослаблением всей системы образования в немецких колониях. Церковно-приходские школы превратились в переполненные детьми учебные заведения, в которых малоквалифицированные учителя избрали основным педагогическим методом зубрёжку и физическое наказание.

Священник Йоганнес Куфельд сообщал в 1915 году, что многие колонисты хотели бы вернуть то время переполненных классов, зубрёжки и прутов, между прочим ещё и потому, что тогда они были дешевле. Преподавателей нового поколения с их новыми, более свободными методами преподавания они обвиняли в том, что "у вас дети ничему не учатся. Вы им не задаёте домашнего задания и не наказываете их. Вот у нас, когда мы ещё ходили в школу, был учитель, который лупил нас так, что шкура с прута летела. Вот тут был страх, но зато и чему-то учились, не то, что сейчас. Пастор Бейнинг пишет в "Одесской газете от 9 февраля 1866 года об учителе, который "раздаёт лентяям направо и налево подзатыльники, пытаясь удержать класс под контролем. Это было выражение определённого консерватизма в поволжских колониях.

? Кроме того, что учитель должен был дать образование детям колонии, ему приходилось работать в общине ещё и за дьякона и замещать священников в их отсутствие. У пасторов было до двадцати приходов, и очередь посещения той или иной школы подходила лишь через несколько месяцев. В это время его функции исполнял сельский учитель: готовил к венчанию, конфирмации и вёл регулярное богослужение. Когда в деревню наезжал настоящий пастор, то учитель отчитывался перед ним за свою деятельность. Тот утверждал проведённые мероприятия и доводил их до конца: крестил, венчал и конфирмировал.

В католических общинах бремя учителя было меньшим. Учитель прибирал в церкви, помогал одеться пастору, мог постоять привратником. Если были способности, то он допускался и до игры на органе. Наряду с этим учителю приходилось исполнять и обязанности писаря.

Эти факторы стали причинами развала всей школьной системы в немецких колониях. Профессия пастуха стала более значительной, чем профессия учителя. Пастух имел больший доход, чем было жалованье учителя. В 1820 году евангелический суперинтендант Игнатий Аврелий Феслер описывает состояние школ в колониях следующими словами: "Как правило, колонист рассмтривает учителя как общественное ярмо и не имеет ни малейшего интереса в образовании своих детей, предпочитая использовать и калечить их на хозяйственной работе. Батрак или пастух получает в деревне больше, чем учитель.

Зарплату учитель получал от общины, которая была заинтересована в наименьших затратах. Поэтому нанимали учителя, не имевшего больших претензий. В протоколе областного синода правобережной стороны содержатся данные о годовой зарплате учителей за 1871 год:

1 Деньгами от 20 до 85 рублей;

2 От 100 до 700 пудов зерна, обычно в равных долях-пшеница и рожь;

3 Кроме того, натуральная оплата получалась и с участка в 1-2 десятины, выделенного для этого общиной под огород;

4 Сбор за крещение, конфирмацию, венчание, похороны и за каждого учащегося-от 3 до 7 копеек. За одно крещение и одну кофирмацию учитель получал 30 копеек, за одни похороны-50 копеек.

Помошники учителя получали годовую зарплату от 50 до 100 рублей.

Чтобы скомпенсировать нехватку учителей, в начале 19-го века делаются попытки организовать подготовку учительских кадров. Основываются центральные школы. Уже в начале 19-го века стали поступать жалобы на плохое образование и неквалифицированное преподавание в общинных школах. Член попечительской комиссии Фадеев в 1830 году обратил внимание на связь между целью сделать колонистов обрзцовыми хозяевами и необходимым для этого школьным образованием. Он распределил 116 учителей, относящихся к Екатеринославскому комитету, поквалификации на три группы. Только трёх из них он признал пригодными, пятерых-условно пригодными. Остальные, по его мнению, были "совершенно неспособные старики, которые сами еле могут читать и едва написать свою фамилию. Главное, они довольствуются зарплатой в 8 рублей в год.

По мнению многих колонистов, для учителя достаточно только знать таблицу умножения, немного читать и писать "и под рукой иметь хороший прут для воспитания..., чтобы быть представительным школьным монархом. Основным методом школьного обучения являлось механическое повторение за учителем и зубрёжка. Прежде всего, под давлением евангелической церкви были созданы центральные школы, задачей которых была подготовка квалифицированных учителей.

Несмотря на нерегулярное посещение школы, часть колонистов получала таки элементарное образование. Из источников известно, что в середине 19-го века почти все дети колонистов посещали так называемые зимние школы (с 1 октября по 31 марта). Несмтря на введённую систему штрафов за нарушение закона о всеобщем обучении, посещаемость этих школ была низкой.

В "Одесской газете от 9 февраля 1866 года пастор Бейнинг сетует на то, что в учебном полугодии за партами половина детей опять будет отсутствовать: "Если бы Боже милостивый не покрыл все молотильные тока снегом и не заморозил бы все лемеха у плугов, то мы бы вообще никого и никогда в школе не увидели. Даже зимой число прогулов остаётся на высоком уровне, а весной с первыми лучами весеннего солнца дети несутся прочь из школы. Учитель уговаривает, пастор предупреждает, староста делает вид, что завалит штрафами, волостной рассылает бумаги с угрозами, заверенные гербовой печатью и зарегистрированные исходящим номером. Но всё остаётся по-старому.

В Поволжских колониях картина была не лучше. В одном отчёте второй половины 19-го века она описывается так: "С сентября по ноябрь и с февраля по март в школах встретишь лишь горстку учеников, а иногда вообще ни одного. Если весной нагрянет комиссия, то сельские дружинники сгоняют в школу всех, кто им на пути случайно встретится. Хорошо, если к 15-летнему возрасту ребёнок в общей сложности проучился 700 дней, у некоторых и 365 не неберётся. Было б в это время хотя бы непрерывным курсом, а то ведь оно растянуто на восемь лет!

В 1904 году пастор Якоб Штах указывал на очень низкую и "отчаянно непостоянную посещаемость школ как главное препятствие для сколь-нибудь успешного обучения. "Во многих школах и сегодня сидят ещ1 от 100 до 150 детей в одном классе. Конечно же, не все сидят, половина отсутствует.

Среди поволжских немцев были выдающиеся личности, боровшиеся за открытие новых, центральных школ, повышение качества образования и подготовку учительских кадров. Во второй половине 19-го века эти усилия стали ещё более интенсивными. Среди наиболее известных подвижников на ниве народного образования можно назвать:

Якоб Штах.

Родился 23 сентября 1865 года в Грунау под Мариуполем (Приазовье). Умер 23 ноября 1944 года в Каценельбогене (Германия).

Он оказал большое влияние на развитие немецких сельских общин и лютеранских приходов Причерноморья. В 1922 году эмигрировал в Германию и организовал там помощь голодающим Южной России. Внёс большой вклад в развитие школьного дела и в исторические исследовани я развития немецких поселений на Украине.

Иоганн Корнис

Родился 20 июня 1789 года в Бёрвальде близ Данцига. Умер 13 марта 1848 года в Орлове (Причерноморье).

Меннонитский колонист. Самоучкой приобрёл широкий научный кругозор, стал уполномоченным по делам меннонитских поселений. Председатель "Союза подъёма сельского хозяйства и ремесленничества. Был одной из влиятельнейших личностей среди колонистов Южной России.

Франц Ксавер фон Цоттманн

Родился 27 июня 1826 года в Орнбау (Бавария). Умер

ноября (12 декабря) 1901 года в Орнбау.

Работал частным учителем в Москве и в Петербурге. В 1860 году принял в Саратове сан священника. В 1861 году стал инспектором и единственным немецким профессором в тамошней католической семинарии. Став ректором, "германизировал семинарию. Под его руководством семинария достигла апогея в научной сфере. Российская корона оценила его труд и жаловала ему сан российского дворянина.

Игнатий Аврелий Феслер.

Родился в 1756 году в Цурндорфе (Австрия). Умер в 1839 году в Петербурге.

Католический монах венгерского ордена капуцинов. В 1791 году перешёл в евангелическую конфессию. С 1818 по 1832 год-архиепископ Саратовской лютеранской церкви.

Целью своей жизни он определил для себя, поднять культурный уровень жизни немецких колоний. Его заслугой свляется то, что к конфирмации допускались только те конфирманты, кто умел читать. Он также ввёл так называемый свадебный экзамен, где молодожёны должны были показать умение читать катехизис. В поволжских колониях существовало три вида школ:

1. Церковно-приходские школы.

В 193 таких школах обучалась основная масса детей российских немцев.

2. Частные кооперативные школы.

Частные школы, которые называли также "кооперативными, стали всё чаще возникать начиная с 1840 года. Их основывали зажиточные колонисты, стремившиеся дать своим детям лучшее образование по сравнению с переполненными деревенскими школами. Школы отличались тем, что там работали хорошо обученные учителя, а классы были относительно невелики. Кроме русского и немецкого языков в качестве основных предметов преподавались религия, арифметика и география.

3. Земские школы.

Земские школы стали основываться по всей России начиная с 1864 года по инициативе земств. В поволжских колониях к концу 19-го века насчитывалось 64 общественные и земские школы, в которых обучалось около 2 200 мальчиков. Поначалу они пользовались у российских немцев большой популярностью, поскольку преподавание велось на русском языке. Однако число учеников там резко возросло, так как для окончивших такие школы сокращался срок обязательной с 1874 года воинской службы, а последующее посещение учительских семинаров давало возможность полного освобождения от неё. Колонисты стали затем чаще отдавать своих детей в земские школы ещё и потому, что всё отчётливее осознавали необходимость знания русского языка.

В южнорусских поселениях ещё раньше по сравнению с поволжскими существовала дифференциация школьной системы. Меннониты основали там учебные заведения более высокого уровня, готовивших, главным образом, учителей и священников. Со временем все школы на юге России, стоящие выше уровня сельской школы, стали называться "центральными, что, однако, никак не отражалось на качестве образования. В конце 19-го века помимо "центральных школ существовали также "прогимназии, называвшиеся также "реальными гимназиями. Лишь немногие из них сохранились до 1905 года как частные учебные заведения, остальные же были закрыты в процессе русификации немецких школ или же перешли к государству. В результате революции 1905-1907 годов властям пришлось смягчить политику русификации, и частные школы пережили ещё один расцвет, длившийся, оджнако, недолго.

Центральными школами назывались учебные заведения для подготовки будущих учителей. В южнорусских колониях центральные школы имели несколько иное предназначение. Центральные школы впервые возникли в Гримме и Екатериненштадте в 30-х годах 19-го века по инициативе протестанских священников. В них готовили будущих учителей. Среди прочего, была надежда улучшить качество обучения колонистов и повысить их знание русского языка.

В центральную школу набиралось до 25 учащихся. Они являлись "стипендиатами своих колоний. Преподавание в основном велось на русском языке. Наряду с этим в программе обучения был немецкий язык, арифметика, география, пение и Закон Божий. Обучение в центральной школе проводилось на основе оконченной сельской школы. "Они должны быть 14-15-летнего возраста и, что особенно важно,-обязательно крещёнными.

Первые результаты не оправдали ожиданий учредителей центральных школ. Выпускники не шли в школу, а устраивались писарями или чиновниками вместную администрацию. В 1859 году центральные школы закрыли. Екатериненштадтская центральная школа была преобразована в учебное заведение по подготовке учителей а Гриммская была вновь открыта в 1868 году с определённой целью-готовить учителей для сельских школ. Обучение в этих школах было продлено до шести лет. За период с 1868 по 1916 год только в одной Гримме было обучено 3 400 учащихся.

С 1871 года центральные школы потеряли право подготовки учительских кадров. В немецкие школы к педагогической работе допускались лишь те учителя, которые сдали соответствующие государственные экзамены и были в состоянии преподавать все предметы на русском языке. В 1881 году немецкие школы были переведены в подчинение министерству народного образования. За этим последовала русификация преподавания. В центральных школах она была более выраженной, чем в других.

С 1840/41 учебного года в немецких колониях было введено обязательное школьное обучение на основе распоряжения "О школьном и религиозном преподавании в Саратовских колониях.

5 марта 1840 года был принят Устав школы и правила преподавания катехизиса. Под нажимом духовенства были приняты дальнейшие меры по введению обязательного обучения:

1 Каждый ребёнок был обязан, начиная с семи лет, посещать школу. Учебный год длился с октября по март. Отец ребёнка отвечал за ежедневную посещаемость школы. Кроме того, каждый ученик был обязан принимать участие в воскресном богослужении и изучать катехизис.

2 Каждый учитель был обязан вести "поимённый список всех детей, которые должны появляться в школе. После уроков, а также часов катехизиса или наставничества учитель был обязан представить список отсутствующих.

3 Список отсутствующих представлялся администрации общины. Та, свою очередь, выявляла причину пропусков и "если она таковые законными усмотрит, то примет их во внимание, в противном случае снимет установленный денежный штраф с родительского комитета

4 За каждый пропуск уроков без уважительной причины родители, опекуны, воспитатели или родительский комитет платили штраф по 3 копейки серебра.

Сами представители сельской администрации порой не воспринимали всерьёз свои обязанности по надзору за детьми. Они обосновывали свою позицию тем, что "в зимние дни у них нет ни времени, ни надсмотрщиков, которые вызывали бы к себе отцов, чьи дети пропустили занятия, и выслушивали бы их объяснения и извинения. В 1842 году СинодЛевобережья установил, что представители деревенской администрации "сами воспитаны в духе попустительства и потому не заинтересованы в перевоспитании молодёжи и готовы "из-за своей инертности, в угоду односельчанам, вообще отменить всю систему штрафов, учреждённую против прогульщиков.

Российские реформы второй половины 19-го века затронули и немецкие школы. Изменения произошли в двух сферах. Со 2 мая 1881 года все немецкие школы перешли в подчинение министерству народного образования. Таким образом Церковь потеряла своё влияние на школу. Кроме того, планировался постепенный перевод обучения на русский язык.

Немецкие колонисты не оспаривали необходимость такой меры, но их тревожил рост шовинистских настроений, который этим мерам сопутствовал. После упразднения особого управления в 1871 году и перевода немецких школ на русский язык обучения сами колонисты стали зачастую способствовать ускорению темпов русификации обучения. Это была естественная необходимость. Вызванная не только условиями администативного управления, но и развитием хозяйственных связей внутри страны. Распространению русского языка в немецких колониях способствовало также введение всеобщей воинской повинности.

"Одесская газета от 13 августа 1878 годавыступила в критикой радикальных противников "русификации образования. Распространение русского языка оценивалось на её страницах не как насилие, а как благодеяние, которое необходимо производить и под нажимом, ибо: "Колонисты говорят на таком многообразии немецких наречий, которого ни в какой германистике не встретишь, а их ломанная русская речь стольже непонятна. На своём непонятном диалекте они не могут объясниться ни в одном государственном учреждении. Лишь знание государственного языка даст им возможность изучить законы и пользоваться своими правами.

Уже в 1881 учебном году министерство народного образования указало на необходимость осмотрительного введения закона 1881 года. Одновременно с этим заострялось внимание на условиях допуска к учительству. В школах могли работать лишь те учителя, которые сдали российские госэкзамены. Если таковых школа не имела, то туда присылали нового учителя. Учителя и дети зачастую не могли понять друг друга. Переход на русский язык обучения рассматривался колонистами как начало грядущей русификации.

В 1897 году было намечено провести полный перевод обучения на русский язык. Возникшие конфликты обострялись шовинизмом некоторых учителей, приехавших в немецкие школы по направлению и не имевших на малейшего представления о культуре и быте колонистов. Тут немаловажным был и материальный вопрос. Сельской общине приходилось содержать двух учителей: русского и немецкого.

Эти меры привели к негативным последствиям: уровень образования в колониях снизился, а в некоторых местах произошёл полный развал школьного дела. Революция 1905 года дошла и до немецких деревень. Многие сельские общины попросту прогнали своих русских учителей.

С другой стороны, росли голоса сторонников мер россиских властей. Священники, в частности, поддерживали основные требования колонистов, но в то же время призывали не оценивать эти меры однозначно негативно, а включиться в российское развитие. Именно они первые заговорили о "русификации как о желанном процессе. Однако же возврата к 1881 году или к 1891 году не желал никто. Это подтверждают различные инициативы, сопутствовавшие революции 1905 года.

Во время революции 1905-1907 годов 135 колонистов подали коллективное заявление в земство Тирасполя. Они потребовали права на местное самоуправление и равноправие наций и языков. Особым требованием оговаривался перевод элементарных школ на родной язык обучения. Земство Тирасполя наложило резолюцию, которая давала общинам право выбора языка обучения. Аналогичную петицию отправил властям лютеранский Синод Одессы. Подписи под ней поставили жители 300 общин.

В 1907 году первые и вторые классы немецких элементарных школ были переведены на родной язык обучения. Русский язык как предмет вводился с третьего класса. Программой предусматривалось 10 чесов русского языка в неделю. Кроме того, преподавание географии и истории проводилось по-прежнему на русском языке.

По инициативе меннонитских общин Молочного округа, представители всех немецких школ Южной России встретились в Шёнвизене и выработали общую школьную программу начальной четырёхлетней школы и двухгодичного педагогического курса. Большинством голосов немецкий был утверждён как основной язык обучения. Пение и Закон Божий также должны были вестись на родном языке. Школам предоставлялось право выбора языка преподавания истории и естествознания.

Несмотря на все свои недостатки, учебные заведения немецких колоний вплоть до образования земских школ давали более качественное образование, чем соседние русские или украинские школы.

Во второй половине 19-го века земские школы скомпенсировали недостатки сельских и церковно-приходских школ. Первая земская школа в Поволжье была открыта в 1866 году в селе Пфанненштиль. В школе работали русские и немецкие учителя. К 1917 году в России было уже около 30 000 земских школ. В которых обучалось около двух миллионов детей. Это были школы нового типа. Они работали по трёхгодичной программе и являлись образцом российской народной школы. В 1909 году в колониях Поволжья третья часть всех народных школ была земскими.

Колонисты отдавали земским школам предпочтение. По сравнению с церковно-приходскими школами качество обучения в них было намного выше. Учителя были более квалифицированными, а перечень предметов-обширнее: география, русский и немецкий языки, математика. Эти преимущества оттесняли недовольство русификацией на задний план. Для родителей качество обучения детей было намного важнее. Получив лучшее образование и необходимые знания русского языка, выпускники земских школ имели затем большие шансы продвижения по службе и в обществе.

Этот фактор натолкнул в 1911 году многие сельские общины Ойгенфельд-Пришибской волости на идею основания центральной школы. В основе данной инициативы лежит осознанная оценка новых социальных условий, при которых безземельные молодые крестьяне не могли пробиться в городе при нарастающей конкуренции на рынке труда и были обречены на нищету. Роль образования росла и была сравнима со стартовым капиталом для будущей жизни молодых людей.

?-Культурная жизнь. Частью повседневной жизни немецких колонистов являлась забота о сохранении родного языка и культуры. Немецкий язык являлся средством общения в школе, церкви, семье и общине. Немецкие переселенцы, прибыв в Россию, сохранили свои родные диалекты. Они общались между собой на своих наречиях. В разных поселениях немецкие колонисты говорили в зависимости от своего происхождения на разных гаречиях и диалектах: гессенском, рейнском, пфальцском, вюртембергском и так далее. У нах было много контактов с русским населением, что приводило к культурной и языковой обособленности немецких поселений.

В течении многих десятилетий происходжило смешение и выравнивание немецких диалектов. Образовались местные наречия, которые лишь отдалённо напоминали диалекты их Родины. На Кавказе и в Причерноморье можно было ещё встретить чистый швабский, потому что все кавказские и причерноморские поселения были основаны вюртембергскими швабами.

Больше всего сохранился "меннонитский говор-один из нижненемецких диалектов. Часть меннонитов владела также и литературным немецким языком. Поволжские колонисты говорили в основном на рейнфранкском наречии, относящемся к средненемецким диалектам. В смешанных поселениях диалекты подвергались взаимному влиянию или же "меньшинство приспосабливалось к "большинству. Поволжское наречие образовалось от смешения разных диалектов. При этом доминировали южно-гессенские, рейн-гессенские и пфальцские наречия.

Языковые изменения, произошедшие на немецкой родине, не сказались на развитии обиходной речи колонистов. В немецких колониях многие диалекты начиная с 18-го века оказались надолго "законсервироваными.

Большой вклад в исследование диалектов внёс поволжский германист Георг Дингес.

Некоторые примеры наречий можно посмотреть в приложении.

На немецком говорили в обиходе, на немецком велись административные и судебные дела переселенцев. С середины 19-го века начали выходить немецкоязычные газеты и журналы, что также способствовало сохранению немецкого языка.

С 1840 по1863 год попечительский комитет под руководством колониста Зондереггера из

Гросслибенталя издаёт ежемесячный "Листок

немецкого поселенца в Южной России. Сель-

ские старосты провели обязательную подписку в объёме 200 экземпляров. В 1863 году типография братьев Ницше и К. Кисиг начинает печатать немецкоязычную

"Одесскую газету. Эта газета имела всего от 400 до 500 постоянных подписчиков при тираже в несколько тысяч экземпляров. Обязательная подписка не могла существенно повлиять на тяжёлое финансовое положение издателя. Газета помещала "кроме политических новостей и полезные каждому сообщения из всех областей человеческих знаний и, кроме того, "была органом распространени идей угодных правительству. Типография также издавала "Христианские народные послания для евангелическо-лютеранских общин Южной России и "Новый домашний сельско-хозяйственный календарь для немецких поселенцев Южной России (1868-1918)

Для переселенцев-католиков с 1896 года издавались: еженедельник "Клеменс, "Немецкое обозрение, "Народный календарь и отрывной календарь "Дома. Наряду с этими публикациями издавался также "Одесский календарь тиражом в 15 000 и русскоязычные "Имперские новости тиражом в 5 000 экземпляров.

Согласно статистическим подсчётам 1904 года, на 11 жителей приходился один журнал. 60 процентов печатных изданий освещали в основном семейную и религиозную тематику. Доля обществен-но-политических изданий составляла всего лишь 12,8 процента. В 1915 году все немецкие газеты были закрыты.

При культурной и хозяйственной обособленности немецких поселений необходимость в русском языке поначалу не возникала. Контакты с русским населением стали расширяться с развитием хозяйственно-политических отношений. Знание русского языка становилось требованием времени для всех немецких колоний. Знаменательна в этом отношении речь Херсонского губернатора, которую он произнёс в 1899 году в связи с переименованием сёл и деревень (протокол по памяти современника Х.М.Куглера): "...но основной заботой немецкого населения должно быть изучение русского языка. Жить в России, быть русским подданным и не знать русского языка... это неприлично, более того-это позор для русского подданного.

После отмены особых прав в 1871 году и при Александре-III, который следовал принципу "один царь-один закон-один язык, началась планомерная русификация общественной жизни России. Сопротивляясь культурной ассимиляции, часть переселенцев эмигрировала в Америку. Оставшиеся по-разному восприняли ход событий.

Колонисты заботились не только о сохранении родного языка, но и немецких обрядов и обычаев, которые они принесли со своей родины.

Семейные обряды и обычаи. Для внутрисемейных отношений и домашней жизни немцев были характерны как общие черты, присущие семье российских немцев в целом, так и местные особенности, обусловленные специфическими условиями развития данного края, области, района. Играло роль также и некоторые локальные и конфессиональные особенности. Положение заселяемой территории, характер заселения этой территории приводили к высокой степени замкнутости немецких населённых пунктов. Замкнутость быта немцев в начале века усугублялась и религиозной обособленностью населения. Характерным проявлением этого было заключение браков в основном в пределах своей деревни и религиозной общины. Совместное проживание в большой семье имело для каждого переселенца большое материальное и моральное значение.

Рассматривая структуру семьи немцев конца 19-го начала 20-го веков можно выделить несколько её типов:

1 Сложная на три поколения семья однолинейного подтипа. Этот тип семьи

Был одним из самых распространённых. Для этого типа характерным было совместное проживание в одном доме стариков (дед, бабушка или один из них), одного из их детей с семьёй. Под одной крышей могли проживать три поколения родственников, дедушка, бабушка, родители, дети. Остальные дети проживали отдельно. Обычно с родителями оставался младший сын, поддерживая тем самым непрерывность традиционной связи "родители-дети по мужской линии,

которая прерывалась лишь естесственным путём-смертью.

2 Сложная на три-четыре поколения семья многолинейного подтипа. Этот тип семьи подразумевает совместное проживание вместе со стариками, родителями женатых сыновей со своими семьями. Однако чаще всего такие семьи были переходными от сложных к простым семьям, так как дети обычно предпочитали заводить самостоятельное хозяйство. И оставаясь жить на некоторое время после свадьбы в родительском доме (обычно на срок около одного года), сыновья при помощи родителей и других родственников начинали строить свои дома, чтобы быстрее отделиться. Обычно к этому времени в молодой семье уже появлялся ребёнок.. Таким образом, для сельской немецкой семьи характерным был выдел детной семьи, а не брачной пары.

Это была типичная ситуация для всех многодетных немецких семей. Однако и после отделения от родителей дети поддерживали с ними тесные взаимоотношения. И хотя материальная зависимость от родителей становилась всё меньше, сыновья часто обращались к отцу за помощью и советом, и в свою очередь помогали родителям. Между родителями и отделившимися детьми сохранялись тёплые родственные отношения, осуществлялась взаимопомощь, моральная поддержка. Дети старались жить с родителями не дольше двух лет. Родители помогали построить дома тем детям, которые оставались жить в родной деревне. Отделившись и став вести самостоятельное хозяйство, дети помогали родителям. Если дочь выходила замух, она уходила жить в дом своего мужа, но это не означало прекращения отношений со своими родителями. Если дети предпочитали жить самостоятельно. Всё равно родители и дети старались помогать друг другу.

3 Третьим типом семьи в немецких сёлах была простая, на два поколения

семья, состоящая из одной брачной пары (или одного из родителей0 с неженатыми детьми. Количество таких семей к середине 20-го века стало преобладающим, за счёт семей пожилых супругов, молодых семей, живущих самостоятельно.

В целом в сельской местности даже до настоящего времени достаточно высокой остаётся доля сложных семей.

Одной из особенностей немецкой семьи в сельской местности является большое количество детей-от 4 до 15. В первую очередь большое количество детей обусловлено религиозными причинами, христианская вера запрещает предохранение от зачатия и прерывание беременности. Представители различных религиозных групп (католики, лютеране, баптисты, меннониты, адвентисты) одинаково отрицательно относились и относятся к регулированию рождаемости: женщина должна иметь детей столько, сколько Бог даёт и пока у неё есть силы. Однако низкое качество медицинского обслуживания, тяжёлый физический труд достаточно быстро истощали женский организм. Поэтому в конце 19-го начале 20-го веков характерным явлением были ранние смерти женщин в возрасте 35-40 лет. Так, например, как вспоминает Зюзанна Петровна Унру из села Гришковка на Алтае, у её родителей к 1920 году было шестеро детей. Но в 1922 году мать умерла, ей было 32 года. Детей стала воспитывать бабушка, мать отца, она же помогала отцу в ведении хозяйства.

Вся жизнь, права и обязанности членов семьи были регламентированы, и за этим строго следил глава семьи. Возглавлялись семьи мужчиной, старшим по возрасту. Однако если глава семьи с возрастом начинал много болеть, то его обязанности передавались сыну. Глава семьи руководил хозяйством, которое было общим. Сыновья должны были во всём подчиняться отцу. Женщины (дочери и снохи) по очереди выполняли обязанности по приготовлению пищи, выпечки хлеба, стирали все вместе. При расширении семьи главенство в ней оставалось прежним: новая семейная ячейка включалась в прежнюю, продолжающую свою жизнь. Это проявлялось и в свадебном ритуале, смысл которого и заключался в приобщении молодой жены к родительской семье её мужа.

Женщина становилась во главе семьи только в случае смерти мужа, и если у неё не было взрослых сыновей. Особенно часто во главе семьи женщина становилась во время репрессий и в годы войны, когда из немецких деревень забирали всех трудоспособных мужчин, оставляя лишь стариков и женщин с маленькими детьми. По рассказам старшего поколения, типичным для немецкой семьи было безусловное подчинение младших членов семьи старшим, жён-мужьям, детей-родителям.

Основной функцией главы семьи было руководство хозяйственной деятельностью семьи. Он представлял свою семью перед общиной, распоряжался трудом её взрослых членов, главным образом мужчин. Его поручения выполнялись безоговорочно. Жена главы семьи хранила общесемейные деньги, ведала продуктами, следила за порядком в доме, распределяла работы между женщинами.

В немецких семьях строго соблюдался авторитет родителей. Дети не могли ослушаться родителей, иначе их ждало наказание. В семье существовал равный авторитет родителей. Дети одинаково выполняли поручения отца и матери. Отец не мог отменить наказания матери и наоборот. Родители много внимания уделяли воспитанию детей, но никогда на били их. Строгих наказаний, для детей не применялось, чаще всего провинившегося (если, например, кто-то не выполнил наказ родителей или сбежал без разрешения гулять) ставили в тёмный угол на колени, до тех пор, пока не попросит прощения у родителей. Дети не могли поступать против воли родителей, они должны были признавать, что родители всегда правы и справедливы.

Чётко прослеживалось разделение труда между мужчиной и женщиной. Мужчины выполняли тяжёлые сельскохозяйственные работы, ухаживали за рабочим скотом, заготавливали дрова и т.д. Женщины выполняли некоторые полевые работы (жатва, сенокос), обрабатывали огород, ухаживали за домашним скотом, на них ложились работы по приготовлению пищи, шитьё одежды, уход за детьми.

В немецких семьях детей рано начинали приучать к труду, дети начинали трудиться с раннего возраста. Дети учились, наблюдая за деятельностью родителей. Трудовым воспитанием дочерей руководила мать, сыновей-отец. Начиная с 4-5 лет, дети помогали родителям: подметали пол, пололи грядки. Обычно обязанности между детьми были распределены: девочки помогали матери по дому, мальчики следили за скотом. В обязанности мальчиков входило наведение порядка во дворе и хозяйственных помещениях. Но это распределение обязанностей не было строгим: мальчикам мать вполне могла поручить мытьё полов и другие работы в доме. Детей старались научить всем необходимым в сельском хозяйстве навыкам.

В 5-6 лет мальчики уже хорошо ездили верхом, лет с 10-12 помогали взрослым в пахоте, молотьбе и др. К 17-18 годам юноша становился полноправным работником в доме. В 9-10 лет девочка уже доила корову и парисматривала за малолетними детьми. Начиная примерно с 10 лет, её учили прясть, вязать, шить, вышивать. К 15 годам девочку могли оставить за хозяйку.

С 15-16 лет молодёжь начинала участвовать в посиделках, гуляниях, где и происходило знакомство девушек с парнями. Знакомилась молодёжь также и во время совместных работ, церковных праздников. Традиционно брачным возрастом для девушек было 18-20 лет, для юношей-после 20 лет. Обычно до свадьбы встречались довольно долго-иногда до трёх лет. Эти встречи происходили тайно, чтобы не знали родители. Наиболее распространённой формой брака был брак по сватовству. Обязательным было согласие на брак родителей и религиозной общины. Если брак заключался без родительского благословения, то девушка не получала приданного и молодая семья оставалась без необходимой материальной поддержки. Вступление в брак считалось обязательным. Безбрачие осуждалось. Особенно отрицательно относились к девушкам, долго не выходившим замуж. После 25 лет девушка считалась старой девой и подвергалась нападкам со стороны односельчан. Традиционным для всех религиозных течений было отрицательное отношение к разводу. У католиков, лютеран, баптистов, меннонитов разводы были строго запрещены. Только смерть могла разлучить мужа и жену. У адвентистов же развод и повторный брак допускались. Развод был неизбежным в случае измены одного из супругов. Причём для заключения повторного брака важно было, по чьей вине расторгнут прежний брак. Если была виновата жена, то муж считался свободным и мог снова вступить в брак. До того, как бывший супруг заключит повторный брак, его бывшая жена не имела права выходить замуж. И, наоборот, в случае измены мужа. Традиционным было отрицательное отношение к заключению брака с представителями другой национальности и инаковерующими. При этом нетерпимое отношение было к браку с мусульманами. Принадлежность к мусульманской религии была непреодолимым препятствием для вступления в брак. История любой немецкой семьи является частью истории всего немецкого народа России.

Колонисты отмечали знаменательные события традиционными обрядами, отмечались также домашние, народные и церковные праздники:

Рождение и крещение ребёнка. Комплекс обрядов , связанных с рождением ребёнка был у немцев несложным. Рождение ребёнка, особенно первенца,

было радостным событием для переселенцев. Забота о потомстве прослеживается с самого момента создания брачной пары. Уже в ходе свадьбы совершались обряды, направленные на то, чтобы молодожёны произвели на свет потомство. Молодую пару во время свадебной церемонии осыпали зерном (чаще всего всего пшеницей). Также на свадебном столе обязательно была каша (пшеничная, просяная, ячменная). Обрядовые действия с зерном имели продуцирующее значение, так как зёрна содержат в себе зародыши жизни и, следовательно, их употребление или соприкосновение с ними способствует постоянному возрождению жизни.

Немцы считали, что предпочтительно в качестве первенца иметь сына. С этой целью во время свадебной церемонии на колени невесте сажали мальчика. Меннониты считали, что пол будущего ребёнка не имеет значения. Поэтому у них не существовало примет, связанных с определением пола новорождённого.

Особое значение придавалось первой брачной ночи молодых супругов. Постель новобрачным стелили замужние женщины, имевшие детей. Перед входом в спальню женщины поднимали невесту на руки и качали три раза. Мужчины качали жениха. Эти действия также имели продуцирующее значение. Также со свадебными действиями связана прмета о течении родов. У невесты во время застолья воровали туфлю. Если туфля снималась с ноги легко, то и роды у неё будут проходить легко. У представителей всех конфессиональных групп немцев существовало отрицательное отношение к прерыванию беременности. У баптистов и меннонитов до сих пор сохраняется категорический запрет на прерывание беременности. Это считается смертным грехом. У баптистов бесплодие женщины не считалось пороком, и невозможность иметь детей на её положении никак не отражалось. Женщину, не имевшую детей, не осуждали.

Осуждению в немецкой деревне подвергались девушки, имевшие внебрачные связи. Таким девушкам на Троицу у ворот дома разбрасывали яичную скорлупу, солому, навоз или мусор. Страшным позором считались измазанные дёгтем ворота, к внебрачным детям не было особого отношения. Дети ни в чём не виноваты, поэтому отношение к ним должно быть таким же, как и к детям, рождённым в законном браке.

Как правило, в немецкой крестьянской семье беременных женщин примерно за две недели до родов ограждали от всех работ по дому и в хозяйстве. В это время шили детское бельё. Раньше этого срока детскую одежду не шили, так как это считалось плохой приметой и могло привести к гибели ребёнка. Но в трудные для немцев годы репрессий и войн женщины работали до последнего дня беременности.

Обычно женщины рожали дома, принимать роды приглашали повитуху. Дети и муж уходили на время родов к родственникам, соседям. В доме оставались только мать роженицы или свекровь. Рядом могла оставаться также близкая подруга. Они помогали повитухе в подготовке к принятию родов, например, грели воду. Во время родов близким родственникам запрещалось работать, считалось, что этим они сохраняют роженице силы.

Женщину, принимавшую роды, называли "гросмутер, "краусмудер. В течении девяти дней после родов она навещала молодую мать, обучала её тому, как надо обращаться с ребёнком, помогала купать младенца, стирала пелёнки. За эту помощь ей платили деньги. В знак благодарности могли подарить отрез ткани.

Для предотвращения тяжёлых родов применяли народные средства. Так Лидия Яковлевна Нейман 1923 года рождения, лютеранка из с. Николаевка Немецкого национального района на Алтае рассказала, что для ументшения болей при родах беременная женщина заранее должна была принимать специальную настойку. Для приготовления настойки один стакан сока одуванчиков, собранных в мае, перемешивали с одним стаканом спирта, наполовину разбавленную водой.

После рождения ребёнка в семье царила праздничная атмосфера. Родственники и друзья семьи навещали молодую мать и приносили ей в честь рождения ребёнка угощения:хлеб и красное вино. Штольн Ева даниловна 1915 года рождения, лютеранка, поволжская немка вспоминала, что после родов женщина 9 дней лежала дома. Ей не разрешалось вставать. Через 9 дней она начинала ходить, заниматься домашними делами, а также могла пойти в церковь и крестить ребёнка.

По старому обычаю "все ближайшие родственники, в особенности бабушка и дедушка нового жителя мира, оповещались о родах и рождении и приглашались к предстоящему крещению ребёнка. Здорового новорождённого крестили обычно в певрое после его рождения воскресенье. До крещения в доме день и ночь горел свет, отгоняя злых духов. Выбор крёстных зависел от степени родства. Первыми в этом ряду были братья и сёстры родителей. При крещении мальчик получал зачастую имя своего крёстного, а девочка имя своей крестной.. раньше давали ребёнку два или даже три имени. Незамужние крёстные во время обряда надевали белое платье и приходили в церковь с венком на голове. Крёстные покупали для ребёнка серебряный или золотой крестик, голубую или розовую ленту, которая обвязывалась вокруг тельца.

После церковного обряда в доме новорождённого начиналось пиршество. Пили за здоровье ребёнка, за здоровье матерни, которая иногда ещё лежала в постели после тяжёлых родов. Этот особенный обряд перешёл к колонистам, видимо от русских. Повитуха приготовливала подслащённую самогонку и пускала её по кругу. Первыми отпивали из стакана крёстные и клали в стакан серебрянную монету-чтобы сохранить здоровье ребёнка. То же делали и остальные гости. Стакан, полный монет, переходил в конце концов во владение повитухи в знак благодарности за её труды и счастливый исход родов.

В прежние времена рождение ребёнка и свадьбы отмечались с таким размахом и так расточительно, что попечительский комитет иногда в негодовании рассылал угрожающие директивы с требованием прекратить подобные разгулы.

У лютеран крещение детей проводится почти сразу после рождения. В крёстные выбирают родители. Крёстными могли быть кто-либо из близких друзей родителей новорождённого или кто-то из родственников, например, двоюродных братьев, но обязательно муж и жена. Они должны были взять на воспитание своего крестника в случае несчастья с родителями ребёнка. На праздники (Новый год, Пасха) крёстные обязательно дарили своему крестнику подарки. Подарки на крещение не дарили. В выборе имени учавствовали отец и мать ребёнка вместе, иногда-бабушка. Могли дать имя отца или матери.

Крестиь ребёнка в церковь несут будущие крёстные. В церкви младенца брал на руки священник и поливал крестообразно голову водой. При этом ребёнку давали имя. Затем голову вытирали белым платком, и ребёнка несли домой, где устраивался праздничный обед. (Некрещённому ребёнку, который умирал, не ставили крест на могилке). Меннониты и баптисты крестят и крестили во взрослом возрасте, как правило, начиная с 18 лет.

Рождество Христово. Основу календаря у российских немцев, безусловно составляли церковные праздники в сочетании с древними языческими обычаями. Все религиозные праздники отмечались в кругу религиозной общины. Устраивались праздничные молитвенные собрания и церковные службы. Из праздников, не имевших никакой связи с христианским календарём, можно отметить лишь праздник по случаю убоя скота-"шляхфест (Schlachfest). Считалось, что именно после этого праздника наступает зима. Шляхфест не имел точной даты. Этот праздник, завершающий осенний цикл обрядов, можно считать границей между осенью и зимою.

Главным праздником зимы и календарного года в целом было Рождество, которое отмечалось переселенцами так же, как и на их родине. Рождество отмечалось 25-го декабря праздничными молитвенными собраниями и церковными службами.

Рождеству предшествовал период подготовки-Адвент, включающий четыре воскресенья, то есть три полные недели и от одного до шести дней, в зависимости от того, на какой день приходилось Рождество. Время Адвента рассматривалось в первую очередь как период духовной подготовки к празднованию Рождества: пост и покаяние должны были привести к очищению души и отвести зло от приближающегося нового года. Во время предрождественнского поста немцы-католики отказывались от употребления мяса и других продуктов животного происхождения. С той же целью очищения немцы тщательно чистили и мыли свои дома, обязательно их белили, приводили в порядок двор и хозяйственные постройки. Все домашние работы должны были закончиться до Рождества. Во время рождественнской недели немцы не оскверняли праздничного времени работой. По поверью, нарушивших этот запрет, ожидали различные несчастья. В это время нельзя было гулять по улицам после полуночи. Считалось, что после захлда солнца видно, как по небу летает "адвенткатце. Она может поцарапать того, кто провинился, также соблюдался древний церковный запрет-жениться во время адвента.

На время Адвента увеличивалось количество молитвенных собраний. В канун Рождества в немецких домах устанавливали и украшали ёлку (Christbaum_ Weinachtbaum). Кроме того, у немцев сохранился архаичный обычай украшения домов ветками лиственных деревьев. Рождество было прежде всего семейным праздником. Вся семья собиралась вместе на так называемый "святой ужин(heiliger Abend, Christabend). Набор рождествннских блюд был традиционным. В первую очередь подавались супы: Rindflischsuppe или Huhnersuppe mit Nudel. Это супы с лапшой домашнего приготовления на говяжьем или куринном бульоне. За ними обычно следовало Schweinebraten-жаркое со свининой или тушёная капуста со свининой. Немцы считали, что свинина приносит счастье, капусте же они приписывали целебные свойства и обязательно на стол ставили квашеную капусту(Sauerkohl, Sauerkraut). Кроме того, обязательной принадлежностью праздничного стола были каши из различных злаков, бобовых растений. Согласно народным представлениям, употребление в пищу на Рождество большого количества зёрен должно способствовать богатому урожаю в наступающем году. Обязательными и любимыми, прежде всего детьми, были традиционные сладости:Sussspeisen-мёд(Honig), и орехи (Nussen). Их подавали с компотом из засахарённых фруктов. Также к Рождеству хозяйки пекли много булочных изделий. Прежде всего это были Streuselkuchen (или Rivelkuchen) насыпной пирог, K?sekuchen-пирог с сыром, Zuckerkuchen-сладкие пироги, Brezel-крендели, Zwiback (или Tweeback)-двойные булочки, Schnetke-фигурные пряники, Portzel-рождественнские пончики.

После рождественнского ужина вся семья собиралась у ёлки и пела "Тихая ночь, святая ночь-песню, которую в Рождество поют немцы во всех странах мира. Кроме того, пели и другие рождественнские песни, например "Рождественнское дерево- самое прекрасное дерево". На Рождество был широко распространён обычай обмениваться подарками. Детей одаривал Дитя Христос (Christkinde), в роли которого выступала обычно девушка в белой одежде. Чаще всего Кристкинде сопровождал Рупрехт или Пельцникель, ряженный в вывернутый мехом наружу тулуп и валенки. Иногда Пельцникель был подпоясан металлической цепью, выкрашенной в красный цвет. На морозе она покрывалась инеем и выглядела весьма зловеще. Иногда Пельцникель в руках держал старые крышки от кастрюль и стучал ими. Если родители ребёнка, к которому приходили эти персонажи, говорили, что он вёл себя плохо, то вместо подарка этот ребёнок получал луковицу, а Кристкинде легонько била по рукам прутиком. Дети выполнившие просьбу Кристкинде и рассказавшие стихотворение, получали подарки от неё.

Под пушистым, слепящим глаза снегом лежат поля, сады, лес и дома. Зимнее солнце на тёмно-синем небе пытается согреть своими лучами замёрзшую землю. И вот, вдруг белое покрывало начинает переливать- ся тысячами кристаликов разных цветов. Благословенная тишь.

Приближающееся Рождество переполняет радостью сердца взрослых и детей. Дети с особой радостью ждали этого праздника. Скоро к ним придут Дед Мороз и его спутник-слуга Рупхельт. Дети колонистов, как и все дети на земле, хотели, чтобы Дед Мороз исполнил их заветные желания. О них дети говорили своим родителям, а те, в свою очередь, обещали поговорить с Дедом Морозом, если встретят его по дороге к ним, но только с условием, что дети будут слушаться и хорошо учиться. Дети, конечно же,старались изо всех сил.

Слуга Рупхельт приходил к детям после первого адвента. Он появлялся поздно вечером с большим шумом. У Деда Мороза была, как и положено, длинная белая борода, а на голове меховая шапка. На нём была надета овечья шкура с широким воротником, которую в немецких колониях называли "тулуп", за спиной мешок, в руках кнут. Для детей его появление всегда было внезапным и таинственным. Слуга Рупхельт назывался ещё "пельцникель или "пельцебуб. Он должен был пугать детей. Поздоровавшись дети должны были читать наизусть стихи о Младенце-Христе, молитвы и отвечать на вопросы по детской Библии. Порой это были сложные вопросы:-"Сколько детей было у Иакова и как их зовут? Кто такой Давид и какие подвиги он совершил?. Дети должны были прочитать "Отче наш и спеть рождественнские песенки. Если родители говорили, что они довольны своими детьми, то Дед Мороз открывал свой мешок, а кнут забирал назад. Это был важный воспитательный урок для детей.

Было принято готовить к Рождеству родителям и родственникам небольшие подарки. Дети шили, вязали, мастерили, но так, чтобы никто не узнал, кому какой подарок предназначен.

Перед Рождеством в каждом доме шла грандиозная уборка. Всё натиралось, чистилось, мылось. Шторы на окнах крестьянских домов были белы как снег. Одеяла и наволочки были украшены вышивкой и самодельными кружевами. Всё радовало глаз. В доме, сарае и хлеву наводился полный порядок. С 22 декабря, вплоть до полудня 24, на кухне что-то пеклось, жарилось, тушилось. В каждом доме пахло пряниками и пирогом с сахарной крошкой, который на Волге называли "рибелькухен или "ривелькухен.

Но после обеда в доме всё успокаивалось. Дети готовились к детскому богослужению, которое начиналось около четырёх часов вечера. Как только начинал звонить колокол, ватага детей спешила к находившейся в центре колонии кирхе. Большая церковь на тысячу и более мест была гордостью общины. Несмотря на скромное убранство кирха производила на прихожан большое впечатление. Детей встречала большая ёлка, украшенная свечами и игрушками. Церковь всегда была переполнена. Разыгрывался рождествен- нский спектакль, дети читали стихи, пели рождественнские песни. С радостью и умилением рассмтривали они стоявшую под ёлкой композицию, изображающую вифлеемский хлев. Детские сердца озарялись радостью и глубокой верой в Бога и совершившееся чудо.

После богослужения каждый ребёнок получал небольшой подарок, обычно сладости. Хоть и скромно, но дети всегда были искренне рады. Потом дети бежали домой. Всё небо было усеяно яркими звёздочками. Дома их ждали родители, там было уютно и тепло.

В 19 часов колокольный звон созывал в церковь взрослых. Снова церковь была заполнена. Ёлка радовала теперь прилежных и добропорядочных крестьян, потрудившихся на своих полях в поте лица. Теперь они отдыхали, хвалили Бога, молились, благодарили Его за всё, возносили к небу свои прошения. Праздник длился три дня, и в это время все дела по дому оставлялись-ухаживали только за скотом. Все ходили друг к другу в гости. Особенно благочестивые братья собирались на свои молитвенные собрания. В первый день Рождества богослужение начиналось в 9 часов утра. А дети в это время катались на улице или с горки на санках.

Богослужение для взрослых кончалось довольно поздно и дети с нетерпением ждали возвращения своих родителей. Потом дети по обычаю должны были сидеть в тёмной комнате и ждать, пока родители в соседней комнате наряжали ёлку. Это длилось довольно долго. И вот открывается дверь и детям разрешается войти. Огонь свечей слепил глаза. Под ёлкой каждый из детей отыскивал свой подарок, а на столе рядом с ёлкой для каждого стояла тарелка со сладостями (бунтер теллер).

Затем дети доставали приготовленные подарки, поздравляли родителей и друг друга, желали всем здоровья, радости и долгой жизни. Дети читали приготовленные для родителей к Рождеству стихи, пели рождественнские песни: "S?sser die Glocken nie klingen. "Ihr Kinderlein kommet, oh kommet doch all. "Stille Nacht, heilige Nacht. "O du fr?hliche, o du selige, и другие. Праздничный стол был уже накрыт: традиционный жареный гусь с яблоками, ветчина, жаркое из свинины и многое другое. К чаю или кофе было всегда много выпечки: пряники, коврижки, кекс, пироги с яблоками и творогом. А в Сочельник-обязательно галушки с маком.

Но главное в празднике был не праздничный стол, а само осознание чуда Рождества. В семью приходили радость, мир, душевный покой. В Сочельник перед богослужением родители поздравляли всех близких знакомых. Им также дарились подарки. Для больных и престарелых ночами пелись рождественнские песни. Иные чле- ны общины позд- равляли громким пением немощных односельчан ещё с улицы. В святую ночь ложились спать очень позд- но. Последующие праздничные дни использовались для взаимных визитов. В некото- рых семьях эти традиции сохрани- лись и до сих пор.

Новый Год, по представлениям немцев, являлся менее значительным по сравнению с Рождеством.

Встреча Нового Года имела общественный характер, было принято ходить в гости и принимать гостей. Новогодний ужин, как и рождественнский, был обильным и сытным. В новогоднюю ночь по улицам немецких сёл ходили ряженые: чаще всго Пельцникель в сопровождении спутников, лица которых закрывали маски. Наиболее распространёнными были маски медведя и быка. На Новый год писали пожелания-новогодние записки "нойярсцетль"- и клали их под подушку. Утром первую бумажку доставали и читали вслух-желание должно сбыться. Также на Новый год писали записки любовного содержания, которые бросали во двор любимой девушки или парня. Кроме того, в новогоднюю ночь по домам ходили компании молодых парней и девушек, которые рассказывали " "виндши (благопожелания) и получали за это угощение.

Утром 1 января по домам с пожеланиями ходили дети. Гости обсыпали хозяев зерном. Мальчишки и девчонки ходили к своим крёстным славить и возвращались домой с кучей подарков: с кренделями, пряниками да орехами. Самое ходовое новогоднее пожелание звучало примерно так: "Дорогой крёстный, желаю Вам счастливого Нового Года, здоровья, долгой жизни и вечного счастья для души Вашей.

В момент встречи Нового года в деревне устраивался большой шум. Стреляли из ружей, стучали палками, громко кричали. Взрослая молодёжь, особенно молодые люди, также ходили славить и в новогоднее утро. Они заряжали свои ружья и пистолеты, шли через всю деревню, стучали в окна, будили крёстных, дедушек и бабушек, своих девушек и громко кричали новогодние пожелания. Потом гремел оружейный залп так, что стёкла в окнах дребезжали. Открывались двери, и стрелков приглашали в горницу. На столе уже стояла водка, вино, закуска и сдоба. Получив подарок, парень исчезал из дома так, чтобы не нарваться на стража порядка и не попасть в каталажку. Новогодняя стрельба в немецких колониях традиционно сохранялась, невзирая на многочисленные несчастные случаи и наперекор всем полицейским запретам.

В иных сёлах молодёжь устраивала конные скачки по главной деревенской улице, а вечерами собиралась в каком-нибудь доме на танцы. И так вплоть до 6 января. В последний день уходящего года с шумом появлялся Пельцникель (герой эльзасских былин). Это чудище в вывернутом наизнанку овчинном тулупе, растрёпанной рваной шапке и с маской на лице, шутя распределяло нагоняи между непослушными детьми. В некоторых общинах Пельцникель появлялся вместе с Христом. В новогоднюю полночь церковный колокол возвещал об уходе старого года и наступлении нового. Этот момент часто сопровождался богослужением.

Праздник Крещение (Три волхва). Рождественнско-новогодный цикл заканчивался Праздником трёх королей или Большим Новым годом. 6 января-христианский праздник Крещения или Богоявления. В этот день дети ходили в гости к родственникам, где их угощали конфетами, печеньем, давали мелкие монеты. К этому дню католики и лютеране освящали мел и писали им с внутренней стороны входной двери в левом верхнем углу (чтобы было видно, когда откроют дверь) инициалы имен трёх королей (С+B+M) и дату наступающего года. В колониях Южной России бытовал старинный христианский обряд Крещения. Три мальчика в возрасте от одиннадцати до тринадцати лет изображали волхвов, предсказателей Рождества Христова. В белых рубахах, с коронами на голове они несли звезду как благую весть о предстоящем рождении Христа и шли от дома к дому с песней "Трёх волхвов ведёт Божья рука звездою с востока. (см. приложения).

Сретенье (Maria Lichtmess) 2 февраля считалось предвестником весны. В этот день было принято измерять продовольственные запасы: хватит ли их до весны. Празднование Масленницы (Fastnacht) не было широко распространено у немцев. Однако отдельные масленичные обряды сохранялись лишь у немцев католиков и лютеран. Тем не менее, с 1950-х-1960-х годов немецкое население Сибири активно стало принимать участие в праздновании Проводов русской зимы. То, что праздник Проводов русской зимы удачно вписался в быт немецкого населения явилось следствием сходства масленичной обрядности русских и немцев. Праздничные действия включали в себя сожжение соломенного чучела зимы, катание с гор и на лошадях, обильное угощение. Причём наряду с блинами, традиционным угощением на Проводах русской зимы у всех народов, немцы готовили кребли, кухи и другую немецкую выпечку.

В ноябре колонисты забивали домашний скот на мясо. Колбаса и буженина заготавливалась на зиму. Второй символический забой совершался в канун Великого поста и поставлял семье на стол свежее мясо. Хозяйка уже загодя хлопотала на кухне: месила тесто и стряпала. Тесто для кренделей раскатывалось валиком и разрезалось в особой форме. Крендели с шипением пеклись на топлённолм сале. После всех забот и хлопот хозяйка торжественно накрывала на стол. Вершиной её кулинарного творчества была огромная чаша с ворохом вкусных кренделей. К столу приглашались гости. Трапеза заканчивалась весёлыми танцами. Начало Великого поста отмечалось 40-часовой молитвой. Для многих колонистов этот праздник был связан с большими расходами. Об этом можно судить по одной народной песне:

"Пост Великий, Пост Великий,

Зачем деньги я стерёг?

Положил бы зуб на полку

Цел остался б кошелёк.

Предпасхальный пост, традиции которого повторяют традиции Адвента, начинался за 40 дней до Пасхи. Католики употребляли только постную пищу: рыбу, тёрли редьку в квас. Мясо, яйца и другую пищу животного происхождения не ели.

Наступление весны, а вместе с ней и тепла немцы связывали с 25 марта-Благовещением (Maria Verkundigung). К этому дню хозяйки пекли фигурные пряники в форме птиц. Благовещение считалось значительным днём в жизни крестьянина. Во-первых, считалось, что в этот день можно предсказать погоду. Хорошая погода 25 марта предвещала хороший урожай. Во-вторых, после этого дня можно было начать подготовку к весенне-полевым работам.

Самым главным весенним праздником у немцев была Пасха (Ostern), которой предшествовала страстная неделя. В страстную неделю в колониях усердно работали и вели размеренную жизнь. Особенно много хлопот и забот было у женщин. Надо было приготовить дом и двор к празднику Пасхи.

Но важнее этого были в эти дни звонари. В католических и лютеранских сёлах с четверга на страстной неделе переставали звонить колокола, в знак печали о распятом Спасителе. И поэтому у мальчиков была особая задача: они должны были заменить звон церковных колоколов звуками своих специальных трещёток и колотушек. В определённые часы ходили они, стуча, по деревенским улицам, пробуждая этим стуком сердца людей и напоминая им о крестной смерти Христа. За это они получали вознаграждение в страстную субботу. Также в это время звонари (ученики-семинаристы) шли крестным ходом по улицам с "рече-деревянными трещётками в руках и сходились в конце деревни, где начинали крутить трещётки. Минут пять стоял невероятный шум. Потом главный звонарь поднимал на головой трещётку и всё смолкало. Все начинали петь песню:

Утром: Забрезжил рассвет

Для богатых и для бедных.

Аве Мария гратиа плена!.

В полдень: "Люди, люди, мы вам сказать хотим!

Колокольчик в полдень звонит.

Аве Мария гратиа плена!

Вечером: "Люди, люди, пришло время молитвы

Аве Мария гратиа плена!

Приглашая в церковь: "Идём в церковь первый (второй, последний) раз.

За это особое служение звонари получали от села дань. Они шли от дома к дому с корзиной и пели: "Мы звонили у гроба Господня

Подайте нам сегодня!

Не мало, не много,

Чтоб в короб вошло.

После подношения (пасхальные яйца или деньги) они пели:

"Это самый лучший дом,

Живут три ангела в нём.

Страстной честверг носли звание зелёного (Gr?ne Donerstag). В этот день обязательными были щи из крапивы. Пятница отмечалась строгим постом. В субботу пекли пироги и булки к Пасхе, красили яйца. В страстную субботу перед церковью разжигали костёр, на котором сжигали соломенное чучело Иуды. Ночью по домам ходил хор молодых парней, исполнявший под окнами религиозные песни. Католики и лютеране утром смотрели, как восходит солнце. Специально за три недели немцы высевали зерно пшеницы или овса. В проросшую зелень рано утром на Пасху укладывали яйца. На Пасху одаривали детей, считалось, что подарки им приносит пасхальный заяц.

Колонисты начинали праздновать Пасху уже в страстную пятницу. В этот день взрослые полностью воздерживались от еды. Пасхальное воскресанье отмечали с восходом солнца хоровым пениеми игрой духового оркестра. Община собиралась перед церковью. Оттуда все шли с песнями за село на кладбище. На кладбище провозглашались пасхальные речи и пелись пасхальные песни. Затем все расходились по погосту и молились перед могилами своих родных за упокой их душ. После этого все шли домой и готовились к пасхальному богослужению. В церкви или молитвенном доме собиралась вся деревня. Здесь договаривались с родственниками о визитах на понедельник. Пасхальный понедельник был днём визитов. Обязательным было посещение замужними дочерьми своих родителей.

В воскресенье детей ожидал приятный сюрприз. Пробудившись ото сна дети спешили к "пасхальным гнёздам, которые они с вечера соорудили для пасхального зайца. На зелёном мху в гнезде красовались разукрашенные пасхальные яйца. Для многих малышей долгое время оставалась загадкой способность зайцев нести яйца в пасхальные гнёзда. Но рано или поздно малыш догадывался, что это те самые яйца, которые его мама несла на прошлой неделе в подоле из курятника.

Получив от своих родителей и крёстных пасхальный подарок, ребятня набивала свои карманы пасхальными яйцами, шла на улицу и собиралась в компании. В немецких сёлах были очень любимы на Пасху игры с яйцами.Одной из самых любимых игр была следующая: насыпали горку земли, на неё клали яйцо и усаживалсь вокруг. В чью сторону яйцо скатилось тому оно и принадлежало. Победителем оказывался тот, в чью сторону прикатилось больше яиц. Пасхальными яйцами бились на спор. Счастливчики приносили домой в карманах и за пазухой кучу выигранных таким образом яиц и хвалились своей удачей и ловкостью всей семье. Проигравшие же иногда со слезами на глазах жаловались матери на свою неудачу. В ходе другой пасхальной игры яйца расставлялись на полу полукругом. Поодаль ставилась под небольшим уклоном дощечка. На неё клалось пасхальное яйцо. При скатывании оно должно было удариться о какое-нибудь яйцо, лежащее в полукруге, которое тогда переходило в собственность того, кто "катил в прежние времена играли также в пасхальные читалки. Эта игра очень нравилась даже взрослым мужчинам.

Пасхальный обед, как и в любой праздничный день, отличался обилием блюд. На первое подавали куриный суп с лапшой (Nudelsup). Лапшу к праздничному обеду начинали готовить заранее. Также на пасхальном столе обязательно были яйца, сыр, масло. Пекли к Пасхе и фигурное печенье в форме барашка, зайца, лошади, белки и других животных. Ели на обед и булочки-"пасхи. В пасхальное воскресенье день начинался знаменитым пирогом "Риввель, к которому подавали кофе из обжаренного ячменя. В полдень нравилось всем кушать суп из ломтиков сухофруктов, фруктовый суп и клёцки "Мерве. В пасхальный понедельник была капуста со свининой и каша (картофельное пюре). Третий день после Пасхи носил также праздничный характер и требовал традициооного блюда: белого молочного супа, к которому ещё раз угощали оставшимся превосходним пирогом.

Через 40 дней после пасхи праздновался церковный праздник Вознесения Христова (Himmelfahrt Christi). Считалось, что утром в Вознесение вода и растения приобретают целебные свойства. Поэтому те, у кого болели ноги до восхода солнца босиком ходили по росе. Также рано утром молодые женщины с детьми и девушки собирали траву для чая. Сорванные перед рассветом в Вознесение травы имели особую целебную силу. Прежде всего собирали тимьян (Thumian) и солодку (Sussholz). Чай из этих трав помогал от многих болезней, в первую очередь, от болезней глаз и при простуде. В это утро обычно делали запасы трав для чая на весь год. Травяной чай у немцев был самым популярным напитком после кофе. На Вознесение также совершались обходы полей с молитвами о плодородии. Плохой приметой в этот день считался дождь, и особенно гроза.

Большое внимание крестьяне уделяли готовности почвы к пахоте. Земля не должна была пересохнуть, но и влажность должна была быть такой, чтобы кони и волы не вязли в чернозёме. Лето очень жаркое, и сохранить как можно больше влаги было одной из главных задач. Дожди летом редкие гости, и мгла (так называли в Поволжье знойный пыльный ветер) порой сжигала урожай. В тот день, когда пора было вызжать в поле и протянуть первую борозду, ранним утром совершался молебен. Всё готово к отъезду, на телеги погружены бороны, плуги и всё, что нужно для пахоты; домашний скарб, необходимый для хозяйства на полевом стане.

Ещё темно, колокола зовут к молитве. Крестьяне спешат, празднично одетые, в церковь: она до отказа полна людей, тишина, какая-то особая атмосфера ожидания. Входит пастор, звучит орган, поют прихожане. Несмтря на то что приходилось вставать очень рано, все жители села в это утро приходили в церковь. Все прихожане в едином порыве опускались на колени, у алтаря пастор на коленях и молитва с просьбой благословить труд пахаря, отвратить от посевов град и заморозки, не допустить его уничтожения саранчоё и мглой, сохранить скот от всякой напасти, не допутить пожара, спасти от болезней селян-поднималась к Господу Богу. Молили чтобы Бог не покинул их и дал силы, выдержку закончить полевые работы, содержать поля, сады и огороды в чистоте, собрать урожай. Они просили укрепить их веру в Бога и Иисуса Христа, не допустить отступления от пути Господнего! В заключении читали "Отче наш.

Всё это было так торжественно, так искренне, хватало за сердце, и не мудрено, что эта молитва осталась в душах детей навечно. После молебна крестьяне спешили домой, где уже был приготовлен завтрак. Проходило не многим более часа, и телеги, гружённые плугами, боронами и другими приспособлениями, покидали деревню, чтобы вернуться домой только осенью. Этот день был святым.

Троица (Pfingsten) была праздником, заканчивающим весенний цикл обрядности немцев. Троица была любимым праздником колонистов. Вся община собиралась во второй половине дня на кладбище и проводила там богослужение. Особенно торжественно Троица прраздновалась в Поволжье. С вечера по всей колонии слышались песнопения. Многие семьи совмещали Троицу с конфирмацией своих детей. На это торжество пригалшались все родственники. Многие приезжали ради такого случая даже издалека. Хоры и музыканты шли с визитом к своим друзьям, к священнику, учителю, к больным и исполняли так одну или две песни. В некоторых коллониях проводились троичные скачки.

На юге России на Украине было принято проводить праздник наездников во время Троицы: За три-четыре недели до Троицы среди молодёжи начиналось оживление. Детально обсуждался план проведения предстоящего праздника и приводился в порядок необходимый для торжества реквизит. В воскресные дни выводили лошадей на зелёный луг и проводили там тренировки. Возраст наездников был строго ограничен: в скачках участвовали парни от 18 до 21 года. Даже небольшие отклонения от этого правила допускались очень редко. Наездники распределяли между собой будущие роли. Надо было выбрать из своей среды полковника, двух офицеров, двух казаков. Остальные становились солдатами. Полковник и офицеры командовали парадом, казаки следили за порядком. В параде участвовали и разряженные под цыган парни. Их возраст не ограничивался. Решающим здесь были их клоунские способности. Они должны были веселить народ и поднимать своими шутками всеобщее настроение. Полковник и офицеры надевали кавалерийские мундиры. Казаки также одевались соответствующим образом. Солдаты наряжались попроще: белые рубахи и одинаковые кепки с повязкой. У офицеров и казаков сапоги были со шпорами и портупеи с саблями. Их кони шли под сёдлами. Солдаты скакали безоружными, а вместо сёдел довольствовались попонами. "Цыгане появлялись на празднике в рванье. Их руки и лица были измазаны дёгтем или сажей.

Праздник начинался в понедельник после обедни. Кавалькада проезжала по главной улице через всю деревню. Впереди всех скакал наездник с праздничным букетом цветов. За ним стройно следовала вся кавалькада: солдаты посередине, казаки и офицеры по бокам. Процессию замыкал "военный оркестр. Все пели солдатский марш "Я был всегда солдатом. Немного поодаль тащилась разбитая цыганская кибитка, крытая рваным полотнищем. Один из- цыган сидел на коне задом наперёд и всячески пыталсья сдвинуть с места непослушное животное. Его друзья-цыгане приходили ему на помощь, и им кое-как удавалось догнать процессию. Следом за ними собиралась толпа сельчан. Ребятня дразнила цыган. Те будто злились и пытались достать своих обидчиков кнутами. Старшие не унимались, а малышня сильно пугалась от таких выпадов.

На центральной сельской площади стоял стол с пивом, вокруг несколько стульев. Здесь полковник или один из офицеров обращался к публике примерно с такой речью: "Мы здесь проездом из Австрии. Долго не задержимся. Нам надо дальше в родной Германский рейх.... Кавалеристы направляли своих лошадей по кругу вокруг стола, офицеры и полковник в это время садились за стол. Цыгане норовили пробраться к столу и стащить бутылку пива. Порой им удавалось увести из под носа стражи даже осёдланную лошадь. Иногда им не удавалось уйти от погони. Казаки догоняли цыган и задавали им трепака. Цыгане смешили народ своими выходками, солдаты пили пиво, пели песни, например: "Я мира свет увидел дивный, "Поднимитесь на вершину и в долину бросьте сверху взгляд, "Зов гремит, как грохот грома. Потом один из офицеров взгромождался на стол и держил торжественную речь, которая прерывалась острыми коментариями цыган. Всё торжественное застолье кончалось песней "Настало время покинуть отчий дом. После этого процессия направлялась в чистое поле и там проводились конные скачки. Победитель конных соревнований получал в награду букет цветов и освобождался от всех праздничных расходов. Танцы во время Троицы не устраивались, но и без них было очень весело. На веселье схезжалась молодёжь из окрестных деревень.

В Сибири, на Алтае, немецкие женщины наводили порядок в доме и во дворе. Обязательно украшали дом и двор распустившимися ветками берёзы и полевыми цветами. Их рвали обычно рано утром девушки и женщины. Ветки вешали над дверьми и окнами, по углам дома. На подоконники и столы ставили букеты из полевых цветов, чаще всего из ромашек. Ветки берёзы и цветы ромашки использовали и для украшения забора и хлева.

С Троицей было связано выяснение отношений между влюблёнными. С этой целью использовали обычай установления майского дерева (Maibaum). В связи с этим необходимо отметить, что на Алтае, как и в Сибири в целом, на Троицу чаще всего устанавливали не общее для всей деревни майское дерево как в Гемании, а ставили майские деревца перед домами любимых девушек. Майское дерево рассмтривалось как символическая форма предложения. Обычно это было настоящее дерево, срубленное в лесу. Чаще всего для этой цели использовали берёзу. Ветки обрубали, зелёной оставляли только вершину. Ствол дерева украшали лентами, флажками, платками, как правило красного и белого цвета.

Очень часто установка майского дерева оказывалась нелёгким делом. Вызвано это было тем, что одна девушка могла нравиться нескольким парням. Поэтому право посадить дерево перед её домом доказывали с помощью кулаков. Кроме того, уже установленное дерево могли украсть соперники или просто деревенские парни без злого умысла, просто ради забавы. Поэтому влюблённый закапывал деревце глубоко в землю, часто укреплял его тяжёлыми цепями. Парень всю ночь до утра сидел в засаде, охраняя своё дерево от нападения. Часто возникали настоящие потасовки.

Однако гораздо большим ударом для парня казывалась выставленная в ответ на его дерево корзина. С помощью пустой корзины девушка давала понять, что не отвечает взаимностью. В таком случае оскорблённый влюблённый мог отомстить. И тогда у ворот дома, в котором жила девушка, появлялась куча мусора или навоза, а поутру можно было обнаружить, что ворота измазаны дёгтем. Это считалось страшным позором. Поэтому девушке, отвергнувшей любовь парня приходилось охранять свои ворота всю ночь напролёт.

На Троицу молодёжь устраивала различные проказы. Для развлечения переворачивали скамейки или уносли их к соседнему дому, скидывали в кювет, выливали воду из бочек. Также как и в ночь на Празднип трёх королей, снимали калитки с петель, засоряли печные трубы. Как правило, эти действия воспринимали как шутку. Однако, если стены дома оказывались испачкаными яйцами, то это рассматривалось как оскорбление. Обычно яйца бросали в дома людей, нелюбимых в деревне за злой характер или в том случае, когда у бросавшего имелась какая-то личная обида на хозяина дома.

Рано утром на Троицу до восхода солнца устраивался обход полей с молитвами о плодородии. В торжественной процессии принимали участие все жители деревни. На полях молились, читали отрывки из Евангелия. Пастор или старший брат общины окроплял водой посевы и участников обхода.

Обрядность летне-осеннего цикла беднее зимней и весенней. Во многом объяснается это тем, что лето и осень-самый напряжённый период трудового сельскохозяйственного года, связанный с обеспечением крестьянина и его семьи в течении длительного времени, вплоть до сбора урожая следующего года. Главным летним праздником у немцев был день святого Иоанна-24 июня-Gehane. В этот день немцы жгли костры. Место для костра по традиции выбиралось на возвышенности. Распространённым было поджигание колеса, укреплённого на шестах. Огонь и дым обладали особыми целительными свойствами. Парни и девушки парами пригали через костёр. Девушки гадали в этот денгь о замужестве с помощью венков из полевых цветов-Геханенкранц. Такой венок вешали на дверях дома, между рамами окон, выходящих на улицу. По поверью, 24 июня особой целительной и чудодейственной силой обладали травы и цветы, собранные в эту ночь. Особые целительные свойства приписывались 24 июня и воде.

Летних обычаев, непосредственно связанных с заботой об урожае, у немцев Сибири не много. Самыми распространёнными были действия, направленные на "обеспечение хорошей погоды, необходимой для созревания богатого урожая. Для вызывания дождя немцы ходили на могилы родственников, которые окропляли водой. Осенний цикл обрядности в силу природно-климатических условий укорочен и соответствовал лишь периоду уборки урожая.

Главный осенний праздник немцев России, как и немцев Германии-Праздник урожая (Erntedankfest). Этот праздник имел съезжий характер. В нём принимали участие гости из соседних деревень. Отмечался он обычно в конце октября-начале ноября. Церковь или молитвенный дом украшались лучшими плодами нового урожая, венками из колосьев пшеницы. Эти уборочные или жатвенные венки изготавливались заранее из колосьев последнего снопа. Их хранили на чердаке. Считалось, что они защищают от злых сил и несчастий. Такие венки, например, во многих сёлах Алтая плетут и до сих пор. Устраивался коллективный обед, которому придавалось большое значение. Он считался кульминационным моментом праздника.

Колонисты Поволжья привезли с собой обычай прикреплять три первых колоска, выдернутых или срезанных, к распятию в доме. Однако больше чем первые колоски, почитались три, семь или девять последних колосков. Аккуратные "связки урожая, "праздничные связки хранились в течении всего года в доме на видном месте. Весной зёрна этих колосков использовали для нового посева. Последнее поле жнецы скашивали не полностью, а в качестве благодарности, для того чтобы на следующий год снова что-нибудь выросло, оставляли маленький уголок.

Праздник урожая отмечался после того, как было собрано зерно с последнего поля или во двор завозилась последняя телега с урожаем. После завершения работы крестьянин произносил на поле благодарственную молитву. Жнецы и помогавшие при сборе урожая складывали свои косы и серпы, опускались на колени и молились. Прибыв во двор, крестьяне вешали орудия труда на балки перекрытия в сарае до следующего года.

Существовал прекрасный обычай, согласно которому помогавшие при сборе урожая женщины в начале праздника вручали своему хозяину корону (Erntekrone) или венок, сплетённые из особенно красивых колосков четырёх видов зерна: ржи, пшеницы, овса и ячменя. При этом они произносили специально посвящённое урожаю изречение, за передававшимися из поколение в поколение строками которого следовали собственные стихотворения, содержание которых заключалось в намёках на особые происшествия во время сбора урожая. Меню по случаю напряжённых недель сбора урожая было обильным. В праздничные яства входил бочонок пива или вина. В изобилии имелись пирожки (выпечки в жире), наготове стояла традиционная баба из дрожжевого теста, каждому человеку, помогавшему при сборе урожая, предназначалось определённое количество пирога, и горе тому крестьянину, который не придерживался этого правила: в следующий раз ему было непросто получить помощника, потому что известие о его жадности быстро распространялось по округе.

Во многих местах выпекались хлеба в виде каких-нибудь образов (Gebildebrote), которые кроме всего прочего могли иметь форму петуха или курицы. Эти животные являются старыми символами плодородия.

Время сбора урожая было для крестьян самым трудоёмким временем года: "великое событие в течении крестьянского года отчётливо давало людям понять, как зависит урожай от погодных условий, насколько бессмысленны все труды без благословения свыше. Благодарение за всё, что даёт природа людям во время сбора урожая, старо как мир. Наряду с овощами, фруктами, зерном благодарность приносилась и промышленными товарами.

В Евангелическо-лютеранской Церк- ви России, где количество праздников сведено до оптимального минимума, единственным днём, напрямую связан- ным с сельским хозяйством, стал День Жатвы, отмечавшийся в первое воскресенье после 22 сентября. О том, какое значение ему придавалось, свидетельствует Служебник 1897-1898 годов, где части Проприума изменяются в зависимости от того, был ли год годом "обильного урожая, "скудного урожая или неурожайным. В праздник Жатвы алтарь декорировался снопами пшеницы и иными плодами земли, а основным содержанием молитв и проповедей была благодарность, воздаваемая Творцу за ниспосланный Им хлеб насущный.

Примерно в том же ключе этот праздник , приходящийся на первое воскресенье октября, отмечается и сегодня, хотя и с меньшим размахом. В наши дни российское лютеранство представлено преимущественно городскими община- ми в которых связь с сельской жизнью либо сильно ослаблена, либо вовсе утрачена. Аналогичная тенденция утраты данным праздником былой значимости наблюдается и в Германии, так как, с одной стороны, люди обеспечены настолько, что имеют пропитание даже в неурожайные годы, а с другой-люди живущие в крупных городах, уже вообще не достаточно представляют, откуда берутся потребляемые ими продукты. Хотелось бы надеяться, что никакие достижения технического прогресса не вытеснят из христианского сознания подлинную основу жизни-хлеб насущный. И когда будет наступать первое воскресенье октября, мы всегда, от всего сердца, будем возносить хвалу Отцу Небесному за хлеб насущный словами благодарственных молитв.

К празднику урожая относили и праздники Освящения церкви и праздник забоя скота (Schlachfest). Праздник Освящения церкви обычно проходил осенью. Определённой даты для него не было. Приготовления начинались уже за две недели до торжества. Варили, жарили, парили, делали генеральную уборку во дворе и в доме. Одновременно покупали зимнюю одежду, обувь, утварь. К этому времени пастухи сгоняли в деревню скот с выпасов и получали расчёт деньгамси или натурой. В назначенное воскресенье начинался праздник воскресной борозды. Два дня гуляли-танцевали, пили вино. Нередко случались драки, а позже пояалялись на свет незаконнорождённые дети. Неудивительно, что Церковь противилась проведению этого праздника.

В отношении праздника Освящения церкви (праздник "керве) большой интерес представляет собой так называемый "Березаньский отчёт. Вот что в нём пишется об этом празднике: "Березаньцы-очень серьёзные люди, но если барабанная дробь зовёт на "керве, то они забывают обо всем на свете и всей душой отдаются веселью. Особенно молодёжь, которая готова веселиться и танцевать до упаду.

Но поговорим о старине. Сейчас "керве уже не справляют так, как раньше в тарину, лет пятьдесят назад. Уже накануне праздника в пятницу и в субботу женщины хлопотали по дому, мыли полы, прибирали двор, белили заборы, чистили амбары, погреба, кладовые. Мужчины забивали скот. На кухне готовили колбасу, окорока, пекли пирога, без чего не бывает настоящего "керве. До этого березанец перебивался на воде и хлебе, теперь же пришло время разговеться: "Керве бывает раз в году. На праздник съезжались гости из других колоний. Местом встречи (чаще всего 6 октября) становился обычно базар в посёлке Ландау. Молодёжь залезала после вечерни на крышу и барабанной дробью возвещала о начале праздника. В гостиннице снимали зал для танцев и украшали его. Перед входом водружался столб с букетом цветов, лентами и бутылкой вина. Нанимались музыканты. После всех приготовлений начиналось настоящее веселье. Иногда на вечер заявлялся сам верховный староста со всей своей свитой. Кто-нибудь из его коллег приглашал его жену на первый круг танца. Парни танцевали первый танец со своими девушками, потом приглашали на танец других дам. Для девушек было настоящим несчастьем не получить в этот вечер ни одного танца. Другим, наоборот, так везло, что они ни минуты не сидели и были нарасхват. Плясали, пока подмётки от туфель не отрывались. Отчюда пошла поговорка: "Она вчера оторвалась, что было высшей похвалой для девушки. Чаще всего танцевали вальс. Нравились и другие танцы: седьмой прыжок, шотландский танец, русская полька=мазурка, казачок. Для проголодавшихся танцоров на подоконниках выставляли колбасу, салаты, солёные огурцы и вино. Каждый брал сколько хотел и, утолив голод или жажду тагцевал дальше. В полночь приходила полиция и предлагала сделать перерыв. Танцы продолжались в понедельник и во вторник после церковной службы. Во вторник вечером "керве кончался. Но бывали и "продолженные керве, когда танцевали ещё и в среду и четверг.

Тогда выходили танцевать взрослые и даже бабушки и дедушки. Веселье разгоралось вовсю. Старики танцевали "по-германски, и это вызывало интерес у молодых. Любо было посмотреть. Вечером в четверг устраивались "похороны керве. Выходили ряженые, среди которых-знаменитый сельский клоун, умевший подстраивать свой голос под кого угодно. Все участники праздника шли к месту "похорон. Там копали могилу и бросали в неё бутылку вина и красную ленту, снятую с праздничного венка. Могила зарывалась под оглушительный вой и грохот. Стучали по вёдрам, лейкам и кричали так сильно, что казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Потом резко всё стихало и все расходились по домам.

Праздник забоя скота (Schlachfest) был своеобразным апогеем деревенской жизни. С его началом заканчивалось полуголодное существование. В ноябре кололи свиней, бычков, овец. Школы в это время распускали детей на каникулы. Сельчане топили сало, готовили буженину, коптили окорока. Копчение и засолка были основными способами консервыировани я продуктов.

Как и у праздника урожая, так и у праздника по случаю убоя скота, не было чётко фиксированной даты. Проведение праздника зависело от срока наступления морозов. Обычно он приходился на первую половину ноября. В этот день старались зарезать весь скот. Который предназначался для забоя. Однако основные обрядовые действия связаны были со свининой. Для убоя скота собирались вместе родственники, друзья, соседи по очереди друг у друга, чтобы помочь хозяину. Также приглашали человека, который умел хорошо забивать скотину-так называемого шлахтера (от немецкого глагола schlachten-колоть, резать скот). Для забоя скота мужчины собирались рано утром в 5-6 часов. После того, как закалывали свинью, тщательно рассматривали её внутренности. Считалось, что при внимательном осмотре селезёнки можно увидеть очертания гроба. По поверью, это означало смерть в ближайшее время одного из родственников хозяина.

Мужчины забивали скот и разделывали туши, а женщины чистили внутренности, топили жир, коптили сало, рубили мясо на фарш округлыми топориками и лопаточками. После того, как скот был забыт, устраивался праздничный ужин с песнями и танцами. Гостей угощали блюдами из свежего мяса. Главной едой были кровяная колбаса (Blutwurst), жареная свинина и свиное сало и суп на отваре из колбасы с мозгами свиньи (Metzelsuppe). Гостей угощали водкой, вином и пивом. Особенно любимым лакомством были фаршированные мясом желудки-шводемове. Также в этот день угощали детей, которые специально ловили птиц, привязывали записку, в которой просили об угощении.

Помощникам, участвовавшим в забое скота, как правило, ничего не давали за работу, так как подразумевалась ответная помощь. Шлахтера же обычно вознаграждали несколькими кусками свежего мяса и кольцами колбасы.

В советское время общественные формы календарных обрядов были в основном утрачены. Это связано с религиозными гонениями со стороны властей. Но полностью традиционная обрядность не исчезла, так как обряды и обычаи стали исполняться в семейном кругу.

Родители в семьях немецких колонистов обладали непререкаемым авторитетом. Дети обращались к ним только на "Вы. Заслуживает внимания структура внутрисемейных связей. Бабушка, мать и тётки заботились о "духовной сфере ребёнка. Они пряли пряжу и между делом рассказывали детям сказки, поговорки, пословицы, басни и предания , которые переходили потом из уст в уста. Они также внушали детям суть десяти заповедей Божиих. Бабушки учили своих внуков и внучат петь народные песни и прививали им любовь к народной музыке.

Сказки были для российских немцев отголоском их далёкой немецкой родины. Многие дети российских немцев знали, так же как и их германские сверстники, сказки братьев Гримм. При этом топонимические изменения в сказкх не играли никакой роли. Сюжет и идея оставались неизменными.

Наряду со сказками от поколения к поколению передавались легенды, сказания, басни, пословицы, поговорки, загадки и различные истории. Например, "История о киргизе Михеле.

На рубеже столетий в Поволжье возникло множество произведений устного и печатного творчества о жизни тамошних немцев. Первым автором, описавшем жизнь и быт переселенцев в своих "Путевых заметках, как уже отмечалось выше, был прусский офицер Бернгард Людвиг фон Платен.

Давид Куфельд, поволжский учитель, издал к 150-летнему юбилею немецкого заселения Поволжья "Песню дьякона Дэйса. В этом эпическим произведении, вышедшем в свет в 1914 году, описана жизнь и созидательная работа колонистов.

Колонисты любили петь народные песни, особенно хоровые. В церквях хором читались молитвы, хором пелись песни.

? Девочка-пастушка.

? Добрый друг, тебя спрошу я.

? Бодро вперёд, путники.

? Зима наступила.

? Ночь прелестная, в дымке тёмной.

? Если нет у меня любимой.

? Гоп-ля затируха.

? Гоп-поп-поп.

? В море я уходил.

? Путь в Италию.

? Милый цветочек.

? Два порядочных человека.

? Будьте веселы, друзья.

? Капуста, картошка и морковь.

? Мечта женщины.

? Кукушка на дереве.

? Кофейник.

? Я и моя жена молодая.

? Когда однажды в летний день.

? Отныне должен жить в печали я.

? Жил да был мельник на море.

? Добрый вечер.

Немецкие народные песни сохранились как устное народное творчество, которое передавалось от поколения к поколению. Их выучивали наизусть и пели во время праздников и по воскресеньям после богослужений. Песня сопровождала колониста всю жизнь. Она звучала в день рождения, во время крещения, на свадьбе. В поле и дома, в будни и в праздники, во время похорон. Многие песни сочинялись на ходу и передавали ту или иную актуальную тему. Отражая настроение народа.

Большую роль в жизни немецких колонистов играли одежда, дом и утварь.

Из рассказа колониста: "Раньше мужчины носили то, что привезли сюда с родины. Кожанные ботинки с пряжками на выходной день, а деревянные чоботы- в будни. Брюки и жилетка с серебрянными пуговицами, фрак из синего сукна, рубашка сстоячим воротничком, фетровая шляпа, у богатых- цилиндр, у бедных-синий картуз с широким козырьком. Это была одежда наших прадедов. Сейчас же у колонистов всё по-другому. Колонисты одеваются сейчас модно, как господа. У кого нет денег, тот займёт у еврея-ростовщика до певрого урожая. Костюм из тонкого трикотажа, тонкое бельё. Белая или цветная соломенная шляпа, красивые сапожки-это обычная одежда зажиточного колониста. Бедные должны "по одёжке протягивать ножки и носить вместо трикотажа вуксин и другую дешёвку. Химой богатые ходят в пальто или в волчьих шубах, у бедных же овчинные тулупы. Многообразна и богата одежда колонисток: туфли, чулки, рубашки, юбки, кофты, фартуки-всё разного цвета, одного покроя, который, однако, меняется каждый год. Богачки носят дорогие шёлковые платья, те, что победнее-ситцевые. Платки всегда шёлковые, даже у бедных. У березаньских девушек с недавних пор вошли в моду красивые шляпки. У некоторых богатеев дочки имеют в гардеробе по 60-70 платьев и юбокю Католички носят на шее серебрянные крестики и медальоны.

Фасад колонистского дома обычно имеет три больших окна. Оконные стёкла прозрачны, иногда из богемского стекла. Если вход не со двора, то на месте среднего окна расположена дверь. На фронтоне прикреплён щиток с номером дома и фамилией хозяина. Крыши покрыты либо черепицей, либо камышом. На коньке-

резные конские головы. Во дворе за каменной оградой ряд акаций. При входе в дом попадаешь сначала через небольшой коридорчик в кухню. По обеим сторонам от кухни расположены жилые комнаты. В спальнях кровати отгорожены занавесками. За ними стопкой сложены одеяла и подушки. Эта важня деталь обстановки является гордостью каждого колониста. Горница обычно расположена справа от кухни. В ней массивный стол со стульями и скамейками. У стены застеклённый посудный шкаф

Тарелки, чашки, ложки, кружки в нём расположены аккуратно напоказ. Тут же стоит платяной шкаф. На стене висят часы и зеркало, а также главная достопримечательность дома-целый ряд картин на религиозные темы. Слева от кухни расположена "задняя ком ната-спальня для детей и прислуги. Обстановка здесь попроще, чем в горнице.

Большое влияние на колонистов и на церковный приход имел сельский священник. Его право "сказать свой слово глубоко проникало в семейную жизнь. Священник был, в известном смысле, гарантом нравствен- ного воспитания де-, тей, стражем мораль- ного порядка, обря- дов и обычаев.

Постоянное участие в воскресной церковной службе было неотъемлемой частью ритма семейной жизни россиских немцев.

Свадебные обряды: к ним относятся сватовство или смотрины, а также экзамен для жениха и невесты и сама свадьба.

Традиционно свадьбе предшествет сватовство. Обычно сватали в пятницу и ходили сватать чаще всего в полночь. Сваха или сват сиучали в дверь невесты и будили весь дом. Отец невесты приглашал визитёров к столу. Те осторожно заводили с ним разговор и намёками объясняли причину столь позднего визита. Хозяин дома мог сделать вид, что не понял намёков. И потушить свет. Это означало. Что время позднее и пора идти спать.

Если же гости пробудили в нём интерес, то он обращал внимание на принесённое вино. Тут к столу приглашалась хозяйка дома и невеста. Жених подавал родителям своей любимой руку. Невеста получала от своего жениха в подарок платочек и обещала жениху сшить к свадьбе рубашку. Помолвка тут же "обмывалась. Это решение участники торжества должны были на следующий день, или лучше всего в субботу обнародовать.

Молодым предстояло выдержать экзамен на готовность к семейной жизни. Священник проверял уровень знаний по основам религиозной морали, и только после этого молодые допускались до бракосочетания. Жених носил в период между помолвкой и свадьбой петушинное или павлинное перо на кепке. Бытовали и другие формы сватовства и смотри.

Например в Сибири, на Алтае, сватать невесту шли отец жениха или кто-то из близких родственников. У католиков в сваты шёл обязательно крёстный жениха. Сват, придя в дом невесты, говорит иносказательную фразу, вроде "У нас есть хороший бычок, а у вас добрая тёлочка, или "У нас есть купец. У вас-товар или "Нам нужна служанка, мы узнали, что у вас есть такая, и мы пришли её нанять. Ответ, как правило, давали сразу, и если он был положительным, угощали сватов. В случае отказа сваты получали пустую корзину. Отказ могли получить, если родители жениха и невесты находились в ссоре, если жених был из другой деревни или принаджлежал к другой конфессиональной группе, или вследиствии неравного материального положения семей жениха и невесты.

Сваты могли сидеть за столом очень долго, весь вечер, а то и ночь прихватить. В этот вечер могли прийти родители жениха, чтобы обо всём договориться. Невеста подавала на стол угощение-краутсуп-суп с капустой, нудльсуп, печенье, булочки-кухелин, пирожки с мясом. Сватовство обычно проходило в пятницу вечером, а свадьба назначалась на субботу-воскресенье через 2-3 недели.

В случае согласия назначают день свадьбы, о котором объявляют в церкви или молельном доме. У лютеран для обсуждения материальной стороны свадьбы жених и невеста с родителями собирались ещё раз обязательно в доме жениха. После достижения договорённости начинаются приготовления к свадьбе. В Поволжье свадьбы обычно праздновались весной. Существовал определённый ритуал приглашения гостей. На Алтае жених и невеста вместе с друзьями ходили по деревне и приглашали родственников и знакомых: они в знак согласия должны повязать ленточку на специальном жезле. Также они собирали с приглашённых ложки, вилки, посуду для свадьбы. У лютеран гостей приглашает крёстный невесты. У баптистов в роли пригалшающего на свадьбу выступал сват.

На Поволжье сама свадьба начиналась в середине недели. В последний перед свадьбой воскресный день молодые обходили своих неженатых друзей и родственников и приглашали их. Остальных гостей приглашали особые зазывалы, обычно-крёстные молодых, если им это позволял их возраст. Самое первое приглашение получала сама невеста и её родители. Приглашение произносилось в стихотворной форме Дружки и подружки молодых обязаны были собрать для свадьбы стулья, столы и посуду. Эти приготовления заканчивались небольшим

застольем-как бы размин- кой перед свадьбой. После неё друзья жениха собира- лись на мальчишник, а подруги невесты-на деви-чник

После выкупа невесту благословляли в новую жизнь (обычно это делал местный учитель). Затем гости шли к дому жениха в следующем порядке:

?первыми-зазывалы с украшенной тростью;

?музыканты;

?невеста с дружками;

?гости; ?родители;

? процессию замыкали стрельцы, которые палили дорогой из ружей.

В доме жениха всем оказывался радушный приём. Потом все шли к церкви под музыку и звон колоколов. Венчание происходило по определённому ритуалу.

На обратном пути первым шёл жених. Это был знак его будущей ведущей роли в семье. В дрме все садились за столы. Тамада открывал застолье молитвой. По обычаю, трапеза происходила в отсутствие жениха, и невеста поэтому тоже отказывалась от еды. После первого блюда жених уводил невесту от дружек в другую комнату, где молодым был накрыт отдельный стол.

Между тем, готовилась комната для танцев. Молодые шли туда в сопровождении зазывал и принимали от гостей подарки. Бал открывали молодые

отдельным танцем. Потом танцевали крёстные, потом дружки. После этого ритуала гуляли и танцевали все до полуночи. В полночь "оттанцовывался полькой свадебный венок. Молодая после этого шла в дом своей крёстной за невестинской подушкой. Для гостей это был уже тонкий намёк на окончание свадебного вечера. Жених уводил после этого невесту к небесному ложу. Мальчишки по дороге могли молодым подстроить какую-нибудь каверзу. Сам день свадьбы принадлежал молодёжи. Старики старались уйти на задний план. Они сидели в других комнатах, пели народные песни, рассказывали анекдоты, спорили о политике. Бытовал ещё один обычай: перед ужином пожилые шли погулять или прокатиться на санях. Следующий день принадлежал им: танцы, песни и шумное застолье, как на праздничном карнвале.

На Алтае эти обряды и обычаи были несколько иными. Приглашение было обычно в форме стихотворения примерно такого содержания: "Приглашаем вас на свадьбу. Пока не привяжете ленту к моему посоху, я никуда не уйду. Я буду стоять здесь в течении 14 дней и 14 ночей и вам придётся меня поить и кормить и я буду постоянно на вашей дороге. Вам надо будет меня обходить. А если вы согласитесь, то приносите с собой в кармане вилку, ложку, ножик, чтобы есть на свадьбе. Иначе вам придётся есть руками.

Чаще приглашение на свадьбу устраивалось более шумное и весёлое. По деревне ходил сват, который нёс специальный посох-"пендешток. Сверху он был украшен цветами. Каждый кого приглашали, должен был завязать цветную ленту на посох-по количеству лент потом считали приглашённых гостей. При этом сват произносил следующие слова: (если вы мою палку не обвяжете, то я разобью вашу печку). Позади свата шла компания молодёжи с корзинами: с приглашённых они собирали посуду-тарелки, ложки, стаканы.

Обычно приглашали всю деревню, но иногда (особенно в большом селе) свату давали список тех людей, кого надо было пригласить. За неделю до свадьбы жених вёл невесту в дом своих родителей на смотрины. Перед свадьбой проводился вечер прощания с холостяцкой жизнью или вечер подарков-полтерабенд, полтерфест. Собирались у кого-нибудь дома, накрывали на стол (обычно подавали кофе и булочки), жених и невеста усаживались в центре стола и им дарили подарки. Кроме обычных подарков, которые могут пригодиться в хозяйстве (мебель, посуда, одежда, ткани и т.д.) дарят подарки и символические, например петуха или курицу. Молодёжь начинала петь, танцевать, веселиться, бить посуду. Били посуду старую, треснувшую, которую специально приносили с собой. Посуду били на счастье. Главное-это произвести побольше шума. Чтобы отпугнуть злых духов и название вечера-шумный вечер.

В этот вечер показывали невестино приданое. Его обычно начинали собирать, когда девочка была ещё маленькой. Часто девочки сами собирали во дворе перья и пушинки для подушек и перин. В приданое обычно входили постель, бельё, одежда, скот. Жених должен был иметь свой скот и возможность построить свой дом. Первое время молодые жили с родителями мужа, а потом отделялись. На Волге, где земли было много, часто жили большими семьями. В отдельной комнате спали родители, а в общей женатые дети. Поэтому, если девушка выходила замуж за младшего сына в семье, мать ей говорила: "Ты будешь спать у порога, тебе можно и одеяло похуже дать. В приданое девушки входила и прядка. Девушка должна была всё уметь делать по дому, ходить за скотом, рукодельничать. Кроме того девушка должна была быть честной. Если она гуляла до свадьбы с парнями, то пышного торжества не устраивали, был просто вечер, ужин. Такая невеста не могла носить венок, а её голову украшал один цветок. Если эта девушка, пытаясь скрыть своё прошлое, всё же наденет венок, а родители её устроят свадьбу, то в деревне всегда находился кто-то, кто знал всё про всех и мог опозорить невесту.Он мог прийти в дом в разгар торжества, сорвать с невесты венок и повязать ей на голову чёрный платок. После этого свадьба расстраивалась, жених отказывался от невесты. Но такие случаи были очень редки. Большинство девушек вели себя честно.

Иосиф Фридрих из д. Шумановка немецкого национального района рассказывал, как 6 пар дружков весь вечер перед свадьбой охраняли невесту, так как её могли украсть. Немцы проводили этот обряд раньше, но потом перестали, зато могли приехать русские и украсть невесту и потом требовать за неё выкуп.

Утром в день свадьбы невесту одевают в свадебный наряд. Свадебное платье и туфли невесте дарил жених. У меннонитов невеста должна была сшить платье сама. Платье было светлое-жёлтое или розовое, или кремовое, это сейчас невесты в белых платьях. Могла быть белая блузка и тёмная юбка. Но что было обязательно-так это венок (кранц) из восковых цветов и фата (шлаер). На груди невесты также крепились украшения из искусственных цветов. Дружки (браутмедхен) также выделялись своей одеждой-у них могли быть розочки на груди, или маленький веночек на голове, ленточки. Жених обычно одет в тёмный костюм и светлую рубашку. На лацкане пиджака у него укреплён был цветок с лентами (блюмен штраус). Число дружек со стороны жениха и стороны невесты разное, но всегда парами-по двое, четверо или даже шестеро. Подружка Браутмедель, дружок-Браутбуш.

В последний день перед свадьбой невеста должна была встать поздно, так как она последний раз спала в родительском доме, а в доме мужа ей нужно будет вставать рано, нельзя будет "валяться. Утром приходили подружки и всё готовили, украшали дом зеленью Для неженатых и незамужних гостей готовились красные ленточки (веночки), которые крепились на левой стороне груди. Так в свадебной толпе (а собиралось от 100 до 400 человек) можно было определить холостых.

Начало свадьбы обычно в 10-11 часов. Невесту наряжают мать или крёстная мать и подруги. Посреди зала ставят два стула, на один садится невеста. Жених в это время, на лошадях или быках украшенных цветами и лентами, вместе с дружками едет к дому невесты. В некоторых алтайских колониях жених мог только пешком приходить за невестой, даже если он шёл из соседней деревни. В доме невесты собирались друзья и родственники, они пытались помешать жениху забрать невесту из родного дома, завязывали ворота лентой, или закрывали на ключ, а ключ топили в банке с водой. Все требуют "позолотить ручку, "выложить дорожку из денег-ведь жених забирал из дома работницу и родственникам нужна была компенсация, выкуп. Сваты, которые шли рядом с женихом, пели песни, отвлекали внимание, старались сбить цену. Когда жених, преодолев все препятствия, всё же входил в дом, его ждало новое испытание. На стул рядом с невестой сажали подружку, их обеих накрывали простынями и жених должен был угадать, где его суженая. Или ему давали разное рукоделие и он должен был угадать, где то полотенце, которое вышила его невеста. После этого обряда "узнавания молодые выходили из дома невесты и направлялись в церковь или молитвенный дом. Когда молодые выходили из дома родители пели. На пути молодых сопровождала музыка, песни, играла гармонь, стреляли из ружей.

Обычно свадьбу праздновали два-три дня. Если свадьба проходила по религиозному обряду, то в субботу устраивали полтерабенд, а в воскресенье-венчание и застолье. Если свадьба проходила по народным обычаям, то полтерабенд делали в пятницу, а в субботу регистрировались или венчались, гуляли и в воскресенье. В понедельник обычно устраивали угощение для поваров. Этот день назывался хвост от свадьбы. Но были в деревне и такие любители погулять, что могли ходить в гости всю неделю.

После совершения обряда бракосочетания все шли в дом жениха, родители жениха встречали их на пороге своемго дома. Здесь тоже стреляли из ружей.

Молодых усаживали в центре стола, по боками усаживались дружки. Вели свадьбу сваты. Распорядитель свадьбы назывался: (Hausvater). На свадеьбный стол подавали разнообразные кушанья: чем больше, дороже, сытнее, и вкуснее, тем лучше. Существовал и обязательный набор свадебных блюд. Это нудльсуп. Его часто варили из куриц, которых приносили с собой гости. В более дальнем прошлом существовал обычай, когда накануне свадьбы молодёжь крала кур в деревне у соседей. Подавали также жаркое из мяса с картошкой, сладкую рисовую кашу, компот, кофе и булочки. Изделий из теста готовили очень много. Накануне свадьбы в доме невесты заводилось дрожжевое тесто, и жених с невестой разносили это тесто по приглашённым, чтобы они приходили на свадьбу уже со своим печеньем. Существовала примета: если на свадьбу идёт снег или дождь, это к счастью.

Место жениха и невесты за столом особо отличалось. Их стулья перевязывались лентами. Тарелки перед ними стояли наполненные костями, а рюмки были перевёрнуты, ложки были с отверстиями, то есть молодым нельзя было ни есть, ни пить. Из спиртного подавали водку или самогон. Жених и невеста не могли есть и пить до даров. Подарки начинали дарить тогда, когда все уже съедят первые блюда, отодвинут столы и приготовят место для танцев. Порядок дарения устанавливал распорядитель или крёстные родители. Часто подарки дарили после того, как потанцуют с невестой. Дарили деньги-их обычно прикалывали булавкой к платью невесты. Все подарки подсчитывались, записывались и этот список зачитывали перед гостями. Танцевали в основном весёлые танцы, польку, вальс. Много было танцев с высокими прыжками. Танцевали под аккордеон, гармонь, если была свадьба состоятельных людей, то приглашался оркестр.

После даров все снова садились за стол и начинали пить и есть. Теперь уже можно было есть и жениху с невестой. Застолье несколько раз могла прерываться танцами. Во время обеда у невесты крали туфель, а дружка должен был выкупить его, так как это он проворонил. Выкуп обычно составлял полный туфель денег.

В 24 часа в полночь, происходил обряд снятия венка с невесты. Как праввило, невеста и жених садятся в центре комнаты на стулья, а крёстная мать снимает с невесты венок и повязывает платок (чепчик). Ритуал "очепления фиксирует переход новобрачной в новое состояние. Обряд этот является общепринятым, соблюдается и в случае смешанных браков, даже если невеста не немка. С жениха в то же время снимают цветок с лацкана пиджака. Все поют "Schon ist die Jugend. Существовали также локальные варианты этого обряда. Так, например, гости могли водить хоровод вокруг молодых, исполнялись и другие песни. Венок снимали не только крёстные, но и просто пожилые женщины или дружки. Существовал обычай выборов новых жениха и невесты. Для этого невеста надевала свой венок, а жених нагрудный цветок тем девушке и парню, которые должны были скоро играть свадьбу. Если такой определённой пары ещё не было, то венок разыгрывался. Невеста могла его просто бросить в толпу: кто из девушек его поймает, та и будет будущая невеста. Или она с закрытыми шла в круг девушек и останавливалась наугад и вручала стоящей перед ней девушке свой венок. Или невеста могла танцуя, в момент внезапной остановки музыки передать венок ближайшей девушке. То есть вариантов было очень много, а смысл этого обычая один=чтобы в деревне чаще играли свадьбы и постоянно создавались новые семьи, так как вместе со своим венком невеста передавала новой девушке свою способность к замужеству.

После этого жениха и невесту и новых "выбранных молодых подбрасывали: поднимали вверх стулья на которых они сидели, а они должны были в воздухе поцеловаться. Сваха в это время шумела и прыгала по лавкам. Гости продолжали веселиться, а молодые уходили в дом к кому-нибудь из родственников, где для них специально была приготовлена комната.

На второй день гости собирались часам к 10-11 утра. Они входили в дом через выкуп: бросали мелкие деньги в чашку или корзину. Тех, кто опоздывал, или не хотел платить, мазали сажей (Schwarz machen). Невеста надевала фартук, подаренный ей крёстной, и накрывала столы. Если в первый день свадьбы гостей обслуживали в основном молодые незамужние девушки, которые олжны были показать своё прилежание и трудолюбие, то на второй день в роли хозяев выступали молодые муж и жена Им устраивали различные испытания. Например, жених рубил суковатое бревно, а невеста пеленала куклу. Гости специально мусорили и заставляли молодых убирать мусор, чтобы проверить их в совместной работе. Тестя или даже самого жениха привязывали к стулу, а невеста должна была его побрить. Ритуальное бритьё, как и многие другие элементы свадебного обряда, имели архаическое происхождение. В древности ритуальное бритьё символизировало переход мужчины в другой социальный статус. Тогда брили только жениха, причём делали это накануне свадьбы. По некоторым сведениям, бритьё на свадьбе было первым в жизни мужчины, тех же, у кого борода ещё не росла, брили символически. Под подбородком молодого держали платок или полотенце, чтобы не растерять сбритые волоски, так как верили, что с их помощью можно околдоватьжених. В настоящее время переходной смысл этого ритуала утрачен, он превратился в своеобразную демонстрацию того, как молодая жена будет ухаживать за мужем и тестем.

На второй день утром по домам ходили ряженые, которые собирали кур у тех, кто присутствовал на свадьбе. Кур нацепляли на палку, с которой ходили по деревне. Эту процессию называли "свадебным хвостом. Зафиксирован и вариант, при котором кур воровали. Но это была более древняя форма обычая. Иногда кур приносили сами гости. Затем из этих кур варили бульон с лапшой домашнего приготовления-нудельсуп, который был обязательным угощением на второй день свадьбы.

Во второй день свадьбы выходили на первый план развлекательно-игровые элементы. Здесь присутствовали танцы, игры, различные испытания молодых, ряженые. Наиболее распространённой формой ряжения было переодевание мужчин в женскую одежду и наоборот (так называемый травестизм-обрядовая перемена пола). Устраивалась шутовская свадьба со "второй невестой-обычно переодетым мужчиной. "Вторая невеста подпоясывалась ремнём. К которому прицепляли прищепками различные орудия для хозяйства (поварёшка, колотушка, кочерга и т.д.). Потом этот ремень одевают на настоящую невесту и обучают её, как ими пользоваться.

На второй день свадьбы жениха и невесту катали на лошади. Дугу и сбрую украшали специально для этой цели. В некоторых местах был обычай вывозить родителей на импровизированных санях и выбрасывать их если жених не успеет выкупить их. К концу второго дня в дом жениха на телегах везли приданное невесты.

На третий день, как правило, устраивали угощение для тех. Кто готовил еду и обслуживал свадьбу. Причём этот день также носил название "хвост от свадьбы. На этом свадьба заканчивалась.

У баптистов свадьба длилась один день. Жених и невеста не обменивались кольцами. Запрещено было употребление спиртных напитков. Невесте и жениху перед тем, как идти спать, смачивали руки в воде для того, чтобы "войти в семейную жизнь чистыми. Мать жениха передавала невесте как будущей хранительнице очага, лучину.

После свадьбы новобрачные жили в доме родителей жениха. Обычно молодые жили с родителями год-два. Они вели общее хозяйство. Только построив собственный дом. Молодые супруги начинали вести самостоятельное хозяйство.

Похороны. Старики доживали до 60-70 лет. Если кто-то чувствовал, что жизненные силы покидают его, то около его кровати ставился столик, накрытый белой скатертью, на него клали Библтю или Псалтырь, зажигали две свечи. При умирающем справляли вечернюю мессу. В последнюю минуту рядом должны были, по возможности, находиться все родственники и сказать своё последнее

"прости. Все молились и плакали. Умершего клали на возвышение, зажигали воско- вые свечи, у изголовья ставили святую воду. Родственники молились на коленях за упокой души усопшего.

Похороны проводили на третий день после кончины. Во время похорон служили панихиду. Панихиду служили также на седьмой и тридцатый день. После похорон проводилось траур- ное застолье. В нём принимали участие родственники и могильщики. На могилу ставились деревянные или железные кресты. Наиболее богатым усопшим ставились памятники из гранита. Так например, под Санкт-Петербургом в посёлке Ново-Саратовка (до революции немецкий посёлок), по словам ещё живых очевидцев на местном кладбище, возле бывшей церкви Святой Екатерины, ныне Лютеранская теологическая семинария, было очень много гранитных памятников и надгробий, но во время стройки Ленинградского метро почти все памятники и надгробия были сняты и использованы для украшения станций метро в Ленинграде.

Комплекс обрядов, связанный с погребением усопшего, был и остаётся относительно несложным. Погребальный ритуал условно можно разделить на три основных цикла:

4 Действия, связанные с фактом смерти и подготовкой покойника к захоронению;

5 Непосредственно погребение;

6 Поминальные обряды.

Католическая и протестанская церкви относились и относятся довольно нетерпимо к народным обычаям, магическим действиям. Древние элементы в похоронной обрядности немцев сохранились в меньшей степени, чем в свадебной обрядности или чем у окружающего славянского населения. В то же время и сейчас у немцев почти не встречаются элементы ритуала гражданских похорон, возникших при советско власти: духовой оркестр, звёзды на памятника и т.д.

То что немцы разделяются в основном на три конфессиональные группы, вносит определённые различия в структуру погребального обряда. Основной смысл погребальной обрядности сводится к следующему: это окончание жизненного цикла одного из членов семьи, оплакивание усопшего, его погребение и забота о его загробном существовании. Для каждой конфессиональной группы важным считается, чтобы каждый человек перед смертью покаялся, то есть искренне попросил прощения зап свои грехи у Бога. Не имеет значения, сделает ли это он один или в присутствии кого-либо. Для того, чтобы умирающему облегчить страдания, члены семьи стараются не шуметь, не разговаривают громко, завешивают окна. Если тяжело больной человек долго мучается, страдает, но не умирает, считается, что Бог не хочет брать его к себе или он не до конца покаялся. Все, у кого умирающий просит прощения, должны простить его, иначе все его грехи перейдут на них.

Обычно люди старшего поколения уже сами начинали готовиться к смерти, приготавливая специальную "Смертную одежду. Причём мужчины реже, чем женщины готовили себе одежду на смерть. Погребальная одежда является обычной, предпочитаются тёмные тона. Однако если умирает молодая девушка или неженатый юноша, их одевают в свадебный костюм. Девушку хоронят в свадебном венке из восковых цветов, волосы заплетают в две косы. Считается, что девушка становится "божьей невестой. Женщинам на голову повязывают платок тёмного цвета и завязывают его под подбородком. Волосы женщины расчёсывают и закалывают в пучок.

У алтайских немцев, как и в целом у немцев Сибири, зафиксирован обычай хоронить умерших без обуви, в белых носках или чулках. Это объясняется тем, что "в рай нужно идти босиком. В последние годы этот обычай встречается всё реже. В некоторых деревнях хоронили в специально изготовленных тапочках. Самое активное участие в похоронах принимают братья по общине. Делают они это безвозмездно. Они оказывают посильную материальную помощь и моральную поддержку семье умершего.

Покойника в доме можно держать до похорон три дня. Пока покойник находится в доме, соблюдаются определённые запреты: нельзя громко разговаривать, шутить, заниматься рукоделием. Известие о смерти передаётся с помощью похоронного письма, которое пишут родственники. В письме сообщается имя умершего и приглашаются все односельчане на похороны. Конверт для этого письма обводят чёрной рамкой. Текст в настоящее время пишут на двух языках. В день похорон в доме вывешивают чёрный флаг.

Гроб начинали изготавливать именно в день смерти не раньше. Как и в случае с обмыванием, изготовлением гроба запрещено заниматься родственникам усопшего. Родственники должны по возможности воздержаться и от других погребальных приготовлений. Гроб обычно делает столяр по заказу или кто-то из мужчин общины. Внутрь гроба кладут стружку, которую накрывают белой простынёй. Стружкой же набывают подушку на которую кладут голову усопшего. Гроб никогда не готовили заранее, даже если человек тяжело болен.

Определённый символизм прослеживается в выборе цвета для обивки гроба. Большинство немцев оббивают гробы тканью чёрного цвета. Если умирает ребёнок, то гроб оббивают светлой тканью, чаще голубого цвета. Это характерно, прежде всего, для лютеран. Часть немцев-католиков хоронила молодых людей в гробах красного цвета. Внутри гроб оббивают белым материалом или кладут простыню, по краям прибивают кружево. Немцы-лютеране иногда гроб изнутри белили. Меннониты писали на крышке гроба дату рождения и смерти. Немцы-католики на крышку гроба приклеивают ангелов, вырезанных из белой бумаги, и рисуют крест. У одного из ангелов в руке должна быть рюмка-символ того, что покойный причастился.

Руки покойного скрещивают на груди и вкладывают в них образок или чётки. Меннониты руки умершего кладут вдоль тела. В гроб молодым девушкам и женщинам кладут много живых цветов. Пока тело умершего не окоченело. Совершался обряд обмывания покойного. Для обмывания тела покойного приглашают кого-нибудь из односельчан. В основном этим занимаются пожилые женщины. Родственникам участвовать в обмывании покойного категорически запрещается. Это считается плохой приметой: в семью может прийти ещё одна смерть. В последнее время этот обычай не всегда соблюдается. Религиозный смысл обряда заключается именно в очищении тела: в загробный мир не положено вносить "грязь земной жизни. Воду, которой обмывали покойника выливают обычно за двором. Католики тряпку и мыло сжигают. Меннониты хранят как память о покойном.

До изготовления гроба покойника клали на лавку или на пол головой к окну, ногами к дверям. На пол предварительно насыпали песок или глину и накрывали белой простынёй. После того, как гроб изготовлен, тело перекладывают в гроб. Гроб с телом устанавливают посередине комнаты, ногами к дверям, обычно на лавке или на стульях. У гроба католики ставят свечи, которые горят то время, пока покойник находится в доме. Вокруг на стульях сидят те, кто пришёл прощаться с покойным. Обысно это родственники и слены общины. Читаются молитвы. Ночью над покойным сидеть не принят о. Считается, что его можно оставлять одного, так как душа уже далеко, а тело лишь одежда души.

У немцев не существует никаких обычаев, связанных с плачем и причитанием по умершему. Мситается, что каждый выражает свою скорбь по своему. Два дня покойник лежит в доме, хоронить полагается на третий день, после полудня, когда солнце начинает клониться к закату. Самоубийц хоронили в тот же день смерти. В церкви их не отпевали. Самоубийство считалось и сейчас считается страшным грехом.

В выборе места погребения на кладбище руководствуются пожеланиями покойного, если он таковое выразил. Если нет, то могилу копают последовательно в общем ряду. При выборе места для могилы обычно соблюдается лишь временной принцип. Семейных могил или мест. Отведённых для лиц одного вероисповедания, нет. Могилы ориентируют с запада на восток. Этот обычай объясняется тем, что когда наступит конец света, покойник встанет и увидит восход солнца. Могилу копают за день до похорон. Глубина могилы от 2 до 2,5 метров. Могилу копают по размеру гроба-шире в головах, уже в ногах. Закапывают могилу те, кто ее готовил. Лопаты и другие инструменты хранятся на кладбище, в доме их хранить не рекомендуется.

Близким родственникам запрещается копать могилу. Считалось, что если кто-либо из родных покойного убдет копать ему могилу, то покойник в скором времени заберёт ещё одного члена семьи.

В день похорон в 11 часов начинается отпевание, которое длится обычно до 12 часов. Приходит священник и члены религиозной группы. Отпевание происхо- дит в комнате, находящейся рядом с комнатой, где лежит покойник.

Вынос тела обычно назначается на 12 часов. К этому времени подходят односельчане, которые хотят проститься с покойным. Гроб выносят обычно 4-6 человек мужчин. У них на рукавах прикреплен белый платок, угол которого украшен чёрным кружевом. Родственникам на рукав прикрепляют повязку чёрного цвета или белую с чёрной каймой. Во дворе гроб ставят на скамейку, чтобы желающие могли проститься с покойным. Вокруг гроба садятся близкие родственники. Дальше на стульях и скамьях сидят те, кто пришёл попрощаться с покойным. При прощании поются песни религиозного содержания. Старший брат общины читает отрывки из Евангелия, рассказывает об умершем, о тех добрых делах, которые он совершил, о его работе, семье. Предварительно родственники покойного отдают старшему брату общины текст биографии покойного. О покойнике говорят только хорошее. Обычно родственники фотографируются рядом с гробом, поэтому в каждой семье имеется много подобных фотографий.

После прощания похоронная процессия движется в сторону кладбища. Впереди идут члены семьи или крёстники и несут крест. Затем дети и внуки несут венки. За ними едет лошадь с телегой (сейчас машина), на которой везут гроб. Сбоку от лошади или машины идут копальщики. За ними идут остальные родственники и односельчане. На кладбище старший брат общины или священник читает биографию покойного и молитвы. После этого гроб заколачивают и опускают в могилу на верёвках или полотенцах.

Когда гроб опускают в могилу, первым горсть земли кидает в могилу священник или старший брат общины, затем родственники покойного. В отличии от православных, крест или памятник ставят не в ногах, а в головах. Оградки раньше не ставили. Над могилой возводили холм.

Сразу на могиле устанавливают надгробье с крестом или памятник. Крест устанавливается в том месте, где находится голова покойного. Многие из присутствующих идут на могилы своих родственников.

Члены семьи покойного приглашают всех присутствующих на поминки. Поминки проходят чаще всего у соседей, в настоящее время в столовой, но не в доме, где жил погребённый. Немцы в отличие от православных не поминают покойных ни на 9-й, ни на 40-й день ни через год. После смерти, считают немцы, душа сразу улетает на небо. Непосредственно после погребеничя участников церемонии приглашали родственники покойного и угощали кофе с выпечкой. Еду для поминовения не разрешалось готовитьв доме умершего, её можно было приготовить в доме у любого из братьев общины. Также и поминальный обед обычно проводился у родственников, у соседей, но только не в доме, где лежал покойник. Спиртное на поминках не употребляли, и до настоящего времени употребление спиртного при поминовении осуждается представителями старшего поколения

Через несколько дней идут на кладбище, чтобы подправить осевшую могилу, если нужно, подкрасить оградку или памятник. Специальных дней поминовения у немцев нет. Кладбище посещают по случаю-в дни похорон или в дни религиозных праздников (Пасха, Троица). Долго ухаживать за могилами не принято. Память живёт в голове, говорят немцы. Через несколько десятков лет могилы сравниваются с землёй, зарастают травой. От них не остаётся никакого следа, по ним можно ходить. После захода солнца категорически запрещается посещение кладбищ. Кроме того плохой приметой считается перейти дорогу похоронной процессии.

Народная медицина. В условиях сурового климата средства народной медицины играли большую роль в жизни колонистов. Простуда считалась основной причиной всех заболеваний. Чтобы защитить себя от простуды, мужчины носили зимой и летом толстые нательные рубашки, а женщины-целую дюжину нижних юбок. При простуде больное место обёртывали верблюжей шерстью.

Колонисты хорошо разбирались в степных травах и лечили ими многие болезни. Свои знания они привезли с родины, но и многому научились у местного населения. В Поволжье до 60-х годов 19-го века единственная больница была в Саратове, поэтому за врачебной помощью обращались лишь в самых крайних случаях. Долгий путь в больницу по возможности откладывался, но к услугам знахарей и всяких там шаманов прибегали крайне крайне редко и то это были только не верующие. Амбулаторного лечения требовали распространённые в колониях заболевания-костный туберкулёз, скарлатина, трахома.

Некоторые земства пытались в 60-х годах организовать систему медицинского обслуживания населения. Это было второй по важности сферой после народного образования, которая заботила администрацию. Упор в основном делался на гигиеническое просвещение и профилактику заболеваний.

Медицинское обслуживание достигло к 1910 году в России более высокого уровня. В стране к тому времени работало 3 802 земских врача, появились госпитали, амбулатории, больницы и аптеки.

"Не надейтесь на князей,

на сына человеческого,

в котором нет спасения.

Псалм 145,3.

6. Российские немцы в первой мировой войне.

По истории Первой мировой войны написано очень много книг, сохранилось много документов, но о немцах в Первой мировой войне, именно российских немцах сохранилось очень и очень мало документов. Только в Сибирских архивах, в архивах Алтайского края сохранилось небольшое количество документов о немцах первой мировой, благодаря которым можно составить примерную историю жизни немцев России в годы Первой мировой войны, да и этих документов слишком мало.

Российские немцы всегда были заложниками российско-германских отношений. Разразившаяся первая мировая война обострила направленную против российских немцев политику.

Накануне войны наиболее острые противоречия существовали между Великобританией и Германией, интересы которых сталкивались во многих районах земного шара, особенно в Африке, Азии, на Ближнем Востоке. Их соперничество превращалось в ожесточённую борьбу за господство на мировом рынке, за захват чужих территорий. Эти противоречия привели к образованию двух врждебных друг другу коалиций государств. Россия стала членом Антанты, Германия возглавила тройственный союз. Отношения между этими двумя странами становилилсь всё более неприязненными, что не могла не отразиться и на положении немецкого населения России. В обществе всё более нарастала неприязнь к немцам, набирало силу мнение об опасности для России "немецкого засилья.

Непосредственным поводом к войне послужило убийство 28 июня 1914 года в городе Сараево (Босния) наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца Фердинанда. Подстрекаемая Германией, Австро-Венгрия 28 июля объявила войну Сербии. 1 августа Германия объявила войну России, 3 августа-Франции и Бельгии, 4 августа Великобритания объявила войну Германии. Позднее в войну было вовлечено большинство стран мира (на стороне Антанты-34 государства, на стороне германо-австрийского блока-4). Враждующие стороны начали войну, имея многомиллионные армии. Военные действия охватили территорию Европы, Азии и Африки, велись на всех океанах и многих морях. Главными сухопутными фронтами в Европе, на которых решался исход войны, были Западный (французский) и Восточный (русский). По характеру решаемых задач и достигнутым военно-политическим результатам события Первой мировой войны можно разделить на пять кампаний, каждая из которых включала в себя несколько операций, проведённых на различных театрах военных действий.

Первая мировая война продолжалась более 4-х лет (с 1 августа 1914 по 11 ноября 1918 годов). В ней участвовало 38 из 59 существующих на то время государств, на её полях сражалось около 74 миллиионов человек, из которых 10 миллионов погибло, 20 миллионов было ранено, 3,5 миллиона человек остались калеками.

Первая мировая война по своим масштабам, лоюдским потерям и социально-политическим последствиям не имела себе равных во всей предшествующей истории. Она оказала огромное влияние на экономику, политику, идеологию, на всю систему международных отношений. Война привела к крушению самых могущественных европейских государств и складыванию новой геополитической ситуации в мире.

Первая мировая война послужила своеобразным катализатором революционных процессов в России, приведших к Октябрьской революции 1917 года. События в России, а также несогласованность действий союзников сорвали стратегические планы Антанты. Германии удалось отразить удары противников на суше. Однако объявленная ею 1 февраля 1917 года неограниченная подводная война не дала желаемых результатов.

? Лояльное отношение. Первая мировая война началась 19 июля (1августа) 1914 года, Россия и Германия в ней оказались противниками, и это самым негативным образом сказалось на судьбе Российских немцев. Вступление России в войну привело к бурному всплеску великорусского шовинизма и патриотической активности значительной части населения, сопровождавшейся, в частности, разгромом здания германского посольства в Петербурге, резким усилением антинемецких настроений. В этих условиях многие видные представители российских немцев: члены Государственной думы, крупные предприниматели, учёные, деятели культуры и другие сочли необходимым сделать патриотические заявления о своей преданности России, готовности своим капиталом и трудом оказывать всю возможную помощь для достижения победы в этой войне.

Заявления сопровождались реальными патриотическими делами. Так, в Саратове немцы на свои средства открыли госпиталь для раненых российских воинов. Жители немецких колоний, как горного, так и лугового берегов Волги, активно участвовали в сборе средств на нужды армии, брали под сврю опеку лазареты игоспитали, оказывая им большую материальную помощь.

Тем не менее, враждебное отношение к российским немцам продолжало нарастать, особенно в 1915 году, когда русская армия терпела ряд тяжёлых поражений, отступала на восток. Оставляя противнику большие территории (Польшу, часть Прибалтики, Западную Беларуссию, Западную Украину). В антинемецкую кампанию включилось и само государство. Был объявлен ряд мер, направленных против "немецкого засилья в стране: запрещались все немецкие общественные организации, немецкоязычная пресса, преподавание в школе и публичные разговоры на немецком языке и другое. Ещё в конце 1914 года все немецкие населённые пункты были переименованы, получив русские названия. Так, например, Екатериненштадт стал называться Екатериноградом, коллония Зихельберг получила название-Серпогорье, Блюменфельд превратился в Цветочное и так далее.

В феврале и декабре 1915 года император Николый-II подписал ряд законов, которые лишили немцев, проживавших в западных губерниях страны, их земельных владений и права на землепользование. Эти законы планировалось распространить и на немцев Поволжья. Всё немецкое население Поволжья подлежало выселению в Сибирь. Выселение хотели начать с весны 1917 года.

Факты массового лишения собственности и депортация немцев западных губерний на восток, в том числе и в Поволжье, деморализовали поволжских немцев. Весной 1916 года их посевные площади значительно сократились, местами наполовину. Русские крестьяне Поволжья, воодушевлённые ликвидацией немецкого землевладения в западных губерниях, открыто требовали передачи им земли поволжских немцев. В противном случае они грозились взять землю силой.

И это происходило в то время, когда почти все взрослые мужчины-немцы Поволжья (свыше 50 тысяч человек) были призваны в армию и находились на фронте. Там они также подвергались дискриминации. Если в первые месяцы войны они воевали на разных франтах, то уже к началу 1915 года всех их перевели на Кавказский фронт, где противником России была Турция. Но даже и там оружие поволжским немцем, как правило, не доверяли. "Главнокомандующий не признал желательным назначать немцев для обслуживания тыловых учреждений и возможным вливать их в части войск других родов оружия, желая избавить эти части от лишних пытливых, зорких глаз людей хтя и русскоподданных, но немцев по духу,-отмечалось в одном из донесений. Всего около 4 тысяч немцев направили в боевые части-в пехоту-по 10 человек в каждую роту, но и внутри рот их распределяли по разным взводам и отделениям таким образом, чтобы в одном подразделении находилось не более 2-3 немцев. Несколько сотен поволжских немцев попали в казачьи части, где выполняли вспомогательные работыю Отношение казаков к немцам было особенно жестоким, что нередко приводило к трагическим последствиям.

Основная масса немцев на Кавказском фронте проходила службу в запасных и ополченческих бригадах, а также в ополченческих рабочих ротах, находившихся в распоряжении Начальника военных сообщений и окружного интенданта. В ходе наступления, по мере продвижения в глубь турецкой территории, командование Кавказской армии всё большее внимание вынуждено было уделять восстановлению разрушенных в боях дорог, мостов, портов, станций, инженерных укреплений, крепостей и так далее. Основная тяжесть по выполнению этих работ и ложилась на запасные батальоны и рабочие ополченческие команды, в которых значительную часть личного состава составляли немцы. В частности, российские немцы использовались совместно с военнопленными-турками как рабочая сила для проведения инженерных работ по укреплению крепости Эрзурум, порта Трапезунд, Сарыкамышской дороги и так далее.

Дискриминация призывников-немцев, фактическое приравнивание их к военнопленным вызывало ответную реакцию. Ранее всегда стремившиеся к законопослушанию, немцы стали легко поддаваться на большевистскую агитацию, быстро революционизироваться. Росло их дезертирство с фронта. После февральской революции прочесс революционизации и разложения в среде военнослужащих-немцев принял особенно широкий характер. Именно фронтовики впоследствии, возвращаясь в свои колонии, становились там опорой большевиков. Они создавали Советы, формировали Красную гвардию, взламывали традиционный образ жизни колонистов.

Немецкие колонисты после начала войны однозначно приняли сторону России. По крайней мере сообщений о симпатизирующих Германии колонистах до осени 1917 года не было. Российские немцы Причерноморья жертвовали деньги на создание лазаретов и санаториев, а также снабжали русскую армию продовольствием и фуражом.

Четыре делегата четвёртой думы проголосовали 26 июля и 8 августа 1914 года за военные кредиты и послали царю торжественное заверение в верноподданничестве, в котором выразили готовность немецких поселенцев встать на зищиту России. Послание о верноподданничестве было зачитано делегатом думы бароном Гамикаром Фёлкерзамом после речи председателя думы Родзянко, посвящённой открытию думы. Родзянко в своей речи подчеркнул, что все патриотические силы страны во главе с императором сплотились в едином порыве ради общего дела и все народы империи, как единая семья, встают на защиту родного отечества.

Фёлькерзам клялся от имени всех немцев, австрийцев и меннонитов: отдать все силы на защиту единства и величества Российскиой империи по примеру своих предков. Российские немцы готовы были принести в этой войне в жертву кровь, богатство и всякие прочие жертвы на дело защиты единственного отечества.

Несмотря на то, что Россия и Германия являлись врагами в этой войне, российские немцы честно и самоотверженно выполняли свой долг в российской армии. В 1916 году около 250 000 колонистов несли военную службу и около

000 меннонитов служили в санитарных подразделениях. Традиционно высокой в этой войне оставался и процент российских немцев в офицерском корпусе.

Но по стране стали расползаться слухи о коварстве и жестокости немцев. Первыми по времени, видимо, стали рассказы тех русских, которые к моменту объявления войны оказались в Германии и вынуждены были возвращаться в Россию по враждебной территории. Сразу необходимр отметить, что некоторые такие рассказы являлись просто выдумками прессы. Например история о том, как на выезжавшую после объявления войны из Берлина вдовствующую императрицу (Марию Фёдоровну) "сыпалась брань, а кое на кого из её окружения посыпались палки и зонтики. На самом деле императрица тогда в Берлине вообще не была, а была в Лондоне, и возвращалась в Россию через Скандинавию. До российского обывателя доходили рассказы о ругательствах, избиениях российских подданных, их заключении в тюрьмы.

После первых военных неудач русских войск осенью 1914 года, появилось подозрение, что в этом виноваты российские немцы, начался поиск внутреннего врага, "Внутреннего немца (что стало синонимом). Он, видимо, начался с "дела командующего 1-й армией генерала П.К.Ренненкампф .Именно с его именем связали в общественном сознании поражение русских войск в Восточной Пруссии в начальный период войны. Военные понимали, что большую часть вины несёт не Ренненкампф, а его непосредственный начальник, генерал Жилинский. Но тот свалил свою вину на генерала с немецкой фамилией. "Ренненкампф предал Самсонова-этот слух получил массовое хождение. Ренненкампф был отставлен и с 1915 года жил в Петрограде.

Материалы военной цензуры показывают, что в армии имели место постоянные слухи о том, что "немцы примазываются к штабам, что "помимо Ренненкампфа есть ещё генералы-изменники Шейдеман, Сиверс, Эберхардт.... Всё это побудило разослать по армии специальный приказ главнокомандующего: "не верить не обоснованным слухам и обвинениям.

Но дело дошло до отставки офицеров и генералов, большинство российских немцев было переброшено с западного фронта на южный, турецкий фронт. Здесь погибло около 40 000 российских немцев.

Многие российские немцы, попав в плен, испытывали конфликт лояльности. Чем дольше длилась война, тем меньше оставалось у рос- сийских немцев уверенно- сти в её исходе. Это ощущение усиливалось в результате отношения к ним в плену. "Союз по попе-чительству немецких реэ- мигрантов добился того, чтобы попавшие в плен российские немцы рассма-тривались таковыми только условно. Их отправляли на сельскохозяйственные работы, им платили больше, чем другим военнопленным, они работали без охраны и ходили в гражданской одежде.

Но несмотря на пламенные заверения депутата думы Фёлькерзама, несмотря на патриотизм немецких солдат в арми, в думе всё-таки была создана комиссия по борьбе с "немецким засилием во всех областях российской жизни. Указом от 18 августа 1914 года царь запретил употребление немецкой речи в общественных местах. Немцам запрещалось также собираться больше двух на улицах и площадях. В 1915 году были запрещены немецкие газеты и печатание книг на немецком языке.

? Нападки в прессе. После начала первой мировой войны националистическая антинемецкая пропаганда усилилась. Особое влияние на формирование общественного мнения с конца 19-го века в России начинает играть пресса. Не могла она оставить без внимания и этот вопрос. С начала войны газеты, особенно столичные, буквально пестрели заголовками антинемецкой направленности. В прессе заявлялось об опасности немецкого господства в России. С появлением "ликвидационного законодательства, например, ни один номер "Нового времени не выходил без антинемецкий публикации, а бывало, что в номере их было несколько. Подобного рода материалы затрагивали не только немецких колонистов, но также городских жителей. Именно пресса сыграла не последнюю роль в организации антинемецких погромов в крупных городах, в том числе Петрограде и Москве.Как бы то ни было, но пресса не осталась в стороне от антинемецкой кампании. В первую очередь, она нанесла удар по немцам-русским подданным, или уже много лет проживавшим в России и ведущим здесь свои торговые и иные дела.

В качестве показательного примера можно привести ситуацию, которая сложилась вокруг дела прусского подданного Роберта Ивановича Крюгера, владельца крупнейшего в Сибири пивоваренного завода. В рамках распоряжений по линии министерства внутренних дел, касавшегося имущества лиц германского подданства, чиновники описали и конфисковали на пивоваренном заводе Крюгера имевшихся в наличии лошадей, конскую упряжь и повозки. И всё это было предпринято против человека, который к 1914 году прожил в России безвыездно 35 лет! Подобные действия привели к тому, что более 200 семей были лишены заработка, а ячмень, ранее скупавшийся в больших количествах для нужд производства, перестал находить сбыт в прежнем объёме.

Для облегчения собственной участи и жизни членов своих семей многие немцы, в течении длительного времени проживавшие в России, но ещё не принявшие русского подданства, начали обращаться к властям с просьбой о принятии их в подданство. Массовый поток прошений приходится на период после появления ликвидационных законов февраля 1915 года. Для получения русского подданства немцам приходилось проходить через унизительную процедуру заполнения различных анкет, сбора метрических свидетельств о рождении, справок для уездного исправника от волостного старшины о неподсудности и т.д. В одном из рапортов того времени уездный исправник по поводу одной такой просьбы указывал, что "названный иностранец, как родившийся в России и проживающий в ней безвыездно более 50 лет и совершенно свыкшийся с условиями и обычаями русской жизни вполне является благонадёжным и законопослушным, стремясь получить права руского подданства по своему искреннему убеждению, а не выгоды ради. Как правило, заявления такого рода удовлетворялись властями, хотя и не всегда. Это были, скорее всего, частные случаи, каждый стремился решить возникшую проблему самостоятельно. Но были в "немецком вопросе аспекты, которые решить в частном порядке представлялось весьма затруднительно, а, скорее, невозможно. В первую очередь это касалось вопроса землевладения лиц немецкой национальности и насильственного перемещения немецких колонистов в Сибирь в течение 1915-1916 годов.

С началом Первой мировой войны началась так называемая "Газетная война. Правительства могли влиять на умы своих народов с помощью коллективных установок формировавшихся газетами, журналами и популярной литературой. "Газетная война в русско-германской войне началась после публикации 18 февраля 1914 года в газете "Kölnische Zeitung корреспонденции из Петербурга. В этой корреспонденции с ещё необычной для этой эпохи резкостью и категоричностью говорилось об усилении русской военной мощи, о том, что "через три-четыре года Россия будет готова напасть на Германию.

На публикацию отреагировали не только в России, но и в странах Антанты в Англии и Франции. Это было воспринято как одобренный Берлином поход на завоевание немецкого общественного мнения. В ответных публикациях русские газеты стали говорить о немецком экономическом диктате в России, о необходимости "сбросить с себя наложенную на нас в годину наших бедствий дань немцам. 24 февраля "Berliner Tageblatt в объёмной анонимной статье "Русские ведомости откликнулись: "Перед нами, несомненно сознательная обработка немецкого общественного мнения в антирусском духе. Достаточно сравнить заголовки русских и немецких газетных статей того времени: "Невероятное зверство германцев и "Казачьи козни, "Христиане ли немцы? и "Мародёрство русских при Эйдткунене, "Германские неистовства и "Люди или звери, "Как воюют палачи и "Партизанская война в России. Каждая из сторон старается представить истинным виновником войны своего противника, выставляя себя невинной жертвой.

Немецкие газеты называют главной причиной войны "зависть других держав к Германии, которая могла бы сделаться самым могущественным государством, а чтобы этому воспрепятствовать, нужно было её уничтожить. Далее следует характеристика членов неприятельской коалиции: "С этой целью и соединились такие противоположности, как Россия, представительница самого крайнего абсолютизма, и мать революции и гильотины, Франция. Россия, в которой каждый монарх без исключения погибает насильственной смертью, протягивает руку Сербии, осквернённой цареубийством, самое старое на свете конституционное государство Англия не стыдится стать в одном ряду с царскими живодёрами, подавляющими свободу при помощи кандалов, кнута и виселицы. Англия, связанная Германией узами крови, разыгрывает до последнего момента роль приятеля, чтобы в конце концов погрузить свои руки в братскую кровь. В свою очередь газеты государств Антанты возлагают ответственность за развязывание войны на Германию с её "извечной агрессивностью нацеленной на миролюбивых соседей, и не жалеют ярких эпитетов для критики её и её союзников. В печати обоих враждующих блоков всячески подчёркиваются систематические нарушения противником законов и обычаев ведения войны, определённых международным правом.

"Русского-пулей, француза-в пузо, бритта-в ланиту!-рифмовали немцы в 1914 году. Для образа англичан как врагов находились только старые клише исползовавшие представления о бездушных, лицемерных капиталистах, об их агрессивности и "английском коварстве.

В Мюнхенском еженедельнике "Jugend в годы Первой мировой войны впервые появился "Гимн ненависти, вся Германия распевала его наряду со своим нациоанльным гимном, автор гимна Эрнст Лиссауэр. (см. приложение).

Настроения описанные в этом гимне питались разочарованием из-за того, что Ангия всё-таки встала в войне на сторону противника. Напротив, Франция со времён Наполеоновских войн и особенно франко-прусской войны 1870-1871 годов считалась "наследственным врагом. Поэтому по контрасту с мнимыми "французскими свойствами-лживостью и двуличием, безволием и упадочничеством,-немцы подчёркивали в качестве исключительно своих национальных свойств мужественную твёрдость, прямоту и честность.

Но если за противником на Западе (Великобритания и Франция) признавалось их историческое место в общем культурном прогрессе, то Германию от России отделяла- в представлении большинства немцев- глубокая и принципиальная пропасть. Критике подвергались не только самодержавное политическое устройство, но и политико-экономическая отсталость страны. Для большинства немцев такое состояние России было производным от особенностей русского национального характера. Носителям его приписывались необузданность, леность, нечистоплотность, беззаботность, эмоциональность, бесплановость. В целом - некое по-детски промежуточное состояние между расслабленностью и разрушительными эмоциональными вспышками, суммируясь, эти черты определялись понятием "азиатский тип.

Одновременно выстраивался образ недифференцированного врага, центральным пунктом которого были "немцы. Представления о немцах, распространённые в народной культуре, формировались главным образом в среде городского простонародия. Крестьяне, даже в тех местах, где по соседству жили немецкие колонисты, были с ними мало знакомы. Неизменные анекдоты, смешные рассказы, добродушные карикатуры на "своих немцев: так была представлена в них немецкая тема.

На протяжении десятков лет всё те же Адам Адамыч и Карл Иваныч пьют вино, курят табак, изъясняются на неудобоваримом русско-немецком наречии, попадают впросак вследствие собственной скупости. Голос простонародья того времени можно, однако, услышать в текстах народных представлений, в лубочных книжках, создававшихся сочинителями "из народа, в текстах раешников, в пословицах и поговорках. Уважение к немецкой мастеровитости отражено, например, в пословице "У немца на всё струмент есть. "Немецкая учёность-говорили в России, желая подчеркнуть точность и широту знаний. "Настоящим немцем называли человека, отличавшегося пунктуальностью и педантичностью.

Однако надо отметить, что немецкой учёностью называли также школярство, а выражение "настоящий немец относили к человеку с причудами. Совершенно особое городское увеселительное зрелище представлял собой раёк. Иначе панорама. В небольшом ящике, снабжённом увеличительным стеклом, с помодью несложного устройства менялись картинки. Владелец райка крутил ручку и читал лекст. Большей частью сочинявшийся им самим. На одной из раешних картинок использовалась бесчётно повторяющася в печати карикатура: лысая голова и три волоска над лбом; подпись: "Имеет три волоска. А поёт на тридцать три голоса. Авторы текстов приспосабливали прочитанное и услышанное к уровню и вкусу публики. Например: "А вот, извольте видеть город Берлин!

Живёт в нём Бисмарк господин!

Его политика богата.

Только интригами таровата!

В Неметчине народ грубый

На всё точит зубы.

Им давно хочется

На Балтийский край броситься.

Да бояться каr бы сдуру

Не лишиться самим шкуры.

А сколько существовало в 19-м веке присказок и прибауток о немцах, сколько прозвищ! "Немец-перец колбаса, "Немец-шмерец", "Немец-копчёный", "сосиска", "штуки-шпеки, немецки человеки", "Шпрехен зи дейч, Иван Андреич", "Вас ист дас, кислый квас". В представлениях простых русских людей о немцах соседствовали и пренебрежение, и уважение, и добродушная насмешка, и готовность к критике.

Обнаруживая превосходство "чужого, испытывали смешанные чувства: и уважение, и зависть, стремились при помощи иронии принизить образ чужого. Насмешка выступала как форма самоутверждения, способ уверить себя, что русский человек не хуже, что он обладает чем-то, что выше и учёности, и ловкости, и богатства. В целом же в народной культуре немец являлся чужим, но отнюдь не врагом.

Начало войны и реакция на него населения России также подтвердили отсутствие германофобии как массового явления. Это можно проследить по народному фольклору начала войны. Ни немец, ни австриец, ни турок не являются для русского населения носителем зла. Они практически отсутствуют в фольклоре этого периода. "Царь позвал на войну-значит так тому и быть. Война в народном сознании того времени-это стихийное бедствие, божья кара, не являющаяся следствием рациональной деятельности живущих людей. Если уж обвинять кого в несчастье, постигшем семью, деревню, общину, так это конкретных чиновников, лиц и даже предметы, связанные с уходом близкого человека на фронт, на свидание со смертью.

Но пресса старалась представить другого немца. При этом делалось различие между "внешними и "внутренними немцами. "Внешние немцы изображались в листовках и газетах чудовищем или свитой антихриста, чаще всего с лицом германского кайзера Вильгельма-II. "Внутренних же немцев представляли шпионами, паразитами и нахлебниками русского народа. Эти стереотипы выстраивались у русских систематически с 70-х годов 19-го века в результате шовинистических дискуссий вокруг так называемого "немецкого вопроса

Столица России Санкт-Петербург, бурно реагировала на события в Европе, сообщения оттуда заполняли передовицы газет. "Сегодня войска Австрии вторгнутся в Сербию. Белград покинут сербами. Австрия отвергла предложения России, направленные к сохранению мира-под такими "шапками вышла 13 июля 1914 года "Петербургская газета. В Петербурге круглые сутки. Даже ночью, проходили многотысячные патриотические манифестации. Обычно они направлялись к посольству Сербии, которое находилось на Фурштатской улице.

15 июля Австрия официально объявила войну Сербии. В этот день в Петербурге прошли многотысячные манифестации на Невском, Сергиевской, Фурштатской. Толпа пела "Боже царя храни и "Спаси, Господи, кричала "Да здравствует русское войско!, "Да здравствует Государь Император!. Петриотический подъём достиг апогея у сербского посольства: в ночной демонстрации тут приняло участие до 25 тысяч человек. "В толпе смешались положительно все классы,-писали газеты,-тут и рабочий, и студент, и сановник, приказчик, мастеровой. Всех сближает искренний порыв.

На Суворовской площади толпа окружила памятник полководцу, ораторы призывали всех "лечь костьми за Россию и её младшую сестру Сербию. Добровольцы просились на войну, а в увеселительных заведениях публика требовала играть исключительно сербский марш и русский гимн. На рабочих окраинах сразу же забыли о классовой вражде. "Братцы, сейчас не до забастовок,-говорили рабочие,- сейчас надо быть готовыми отстоять русскую честь.

В ночь с 17 на 18 июля Николай II подписал указ о начале мобилизации. Германия потребовала от России приостановить мобилизацию, но после решительного отказа 19 июля официально объявила о состоянии войны с Россией. На следующий день, 20 июля, Николай II подписал манифест о начале войны. "Россия радостно встретила объявление войны,-писала "Петербургская газета.- Массы населения повергают к стопам государя Императора одушевляющие их чувства любви и преданности и свидетельствуют свою готовность принести жизни за спасение Родины, за славу Государя и отечества".

В день манифеста о войне с Германией огромная толпа собралась перед Зимним дворцом. После молебна о даровании победы царь обратился к людям с торжественным обещанием не кончать войны, "Пока хоть одна пядь русской земли будет занята неприятелем. На улицах начались сборы пожертвований в пользу семей солдат, призванных на военную службу, а один из столичных богачей собрал на свои средства "дружину смерти, участники которой поклялись не возвращаться с войны, пока немцы не будут разбиты.

Целыми днями по городу ходили многотысячные манифестации, славившие Святую Русь и русское воинство и проклинающие немцев и австрийцев, которых иначе, чем "швабы, никто и не называл. Женская демонстрация вышла под лозунгами: "Мы тоже пойдём сражаться против немцев.

"Патриотическая толпа жаждала видеть битого врага и уже 22 июля устроила в Петербурге антинемецкие погромы. Объектом ненависти разбушевавшейся толпы стало германское посольство на Исаакиевской площади. Полиция вяло пыталась поддержать порядок, давая бесчинствующей толпе выпустить пар: погромы во имя "царя и отечества была куда безопаснее для власти, чем баррикады на рабочих окраинах. Наряд полиции. Охранявший здание посольства был смят многотысячной толпой, которая ворвалась в здание и крушила всё на своём пути. Часть демонстрантов взобралась на крышу, где стояли "безобразные статуи голых германцев, и сбросила одну из них. Толпа тут же утопила её в Мойке. "Такая же вас, немцев, ждёт смерть в Балтийском море!-раздавались голоса. На флагштоке посольства был поднят русский флаг. Выброшенную из посольства мебель свалили в кучу и подожгли.

В конце концов полиция выдворила оттуда погромщиков. На крыше здания, возле уцелевших статуй, был обнаружен труп чиновника посольства-тайного секретаря МИД Германии 60-летнего Альфреда Катнера.

"Погром германского посольства-ответ на зверства немцев,-заявил министр иностранных дел Сазонов поверенному в делах Соединённых Штатов, когда тот выразил свой протест по поводу случившегося.

На следующий день демонстранты потребовали объявить "бойкот всему немецкому. Петербуржцы закрашивали белой краской слова "немецкая в названии магазинов. Нападению толпы подверглась редакция немецкой газеты "Petersburger Zeitung на Невском и кафе на углу Невского и Садовой, хозяином которого был немецкий подданный Рейтер. Редакцию забросали камнями, а витрины кафе вдребезги разбили. Та же участь постигла и популярный у столичных модниц магазин "Венский шик. Толпа кричала: "Долой немцев!

Был возбуждён вопрос о немедленной замене немецких терминов русскими. А министерство путей сообщения предложило отказаться от "нерусских слов, коими были сочтены "бухгалтер, "бухгалтерия и т.д. В дирекции Императорских театров поставили вопрос о снятии с репертуара всех опер Вагнера, а дирекция концертов Русского музыкального общества решила заменить все включённые в программу произведения немецких композиторов на сочинения русских авторов. Из столицы в массовом порядке стали выселять немепцких и австрийских подданных. По сообщению "Петербургского листка от 5 августа, "вчера около ста человек наших врагов были доставлены в бронированных автомобилях под охраной... и отправлены по Северной железной дороге.

На этой волне было принято решение о переименовании Санкт-Петербурга в Петроград. 14 августа столичные газеты сообщили, что "сотни обывателей ходатайствуют о "восстановлении русского исторического названия столицы: "пора исправить ошибку предков, пора сбросить последнюю тень немецкой опеки. Спустя пять дней, 19 августа газеты сообщали: "Государь император 18-го сего августа высочайше повелеть соизволили именовать впредь город Петербург Петроградом. Сразу же посыпались предложения о дальнейших переименованиях, чтобы "стереть с лица России всё немецкое: заменить Оренбург на Оренград, Ревель-на Колывань, Екатеринбург на Екатериноград. Группа гласных шлиссельбургского уездного земства подняла вопрос о переименовании Шлиссельбурга в Орешек. Так в Петербурге начиналась первая мировая война. Дачники спешно покидали пригороды и возвращались в столицу. На бирже подорожал хлеб, а с прилавков магазинов исчезли тирольские фрукты.

С первых же дней войны, живущим в России немцам пришлось испытать немало оскорблений и иных проявлений враждебности. В Москве толпа забросала камнями карету великой княгини Елизаветы Фёдоровны, сестры императрицы, к царице и её сестре, бывшим германцким принцессам, относились враждебно, как к немкам.

В 1915 году в Москве стартовала широкая антинемецкая пропаганда в прессе под названием: "Борьба против немецкого господства. В результате этой антинемецкой кампании живущие в Москве немецкие предприниматели были исключены из объединений торговых организаций, например, из Московского битжевого комитета. Немного позднее под контроль было взято большинство немецких фирм. Одновременно в прессе появились призывы к бойкоту немецких предприятий. В результате этой пропаганды русское население города было настроено против немецких граждан.

Среди полуторамиллионного населения Москвы по результатам переписи в 1912 году насчитывалось 28 500 жителей, указавших принадлежность к немецкой национальности. Немцы занимали после славянской группы населения Москвы второе место. Немцы, начиная с середины 19-го века, занимали прочное положение в деловом мире Москвы и превосходили по численности и влиянию всех остальных представителей западно-европейских государств.

Немцы, среди прочего, играли ведущую роль в машиностроительной, химической и электротехнической промышленности, торговали хлопком, тканями и колониальными товарами. Кроме того, они были активны в финансовой сфере. Провокации против немецких сограждан настроили москвичей враждебно к ним, что выражалось в анонимных письмах, адресованных представителям городских властей. В одном из таких писем верховному командующему Московского военного округа князю Феликсу Юсупову говорится:

"Намечаются волнения, так как немецко-русское правительство нас само к этому толкает. Уже год как народ ожидает, чтобы немцев прогнали и убрали с ответственных постов. Но в течение всего этого года ничего подобного не случилось. А народ требует этого и обязан в силу данной присяги этого требовать, а предателей уничтожать. До тех пор, пока в думу не изберут представителей народа, мы будем громить подряд всё немецкое, что нам встретится в российском руководстве. Ведь уму непостижимо: представители военных округов - немцы, заведующие железной дорогой - немцы, куда ни глянешь - повсюду немцы, а русский народ сидит за 75 копеек в месяц в окопах на передовой...

Это письмо стоит в одном ряду с высказываниями московской "патриотической организации, которая в поисках ответственных за тяжёлое экономическое и военное положение во всей России, а особенно в Москве (подъём цен и хозяйственная разруха в результате поражения российской армии в феврале 1915 года), видела их в евреях, поляках и немцах, а проблемы-в изгнании этих групп из России, а вместе с тем и из Москвы. Того же требовал и анонимный автор "открытого письма главе города Челнокову: "Чтобы выиграть войну против немцев, нужно очистить тылы не только от немцев, но и от их соучастников в Москве, Киеве, Петрограде и других городах.

В конце мая 1915 года антинемецкие выпады в прессе участились. Это, как и отношение отдельных представителей местного управления к немцам, побудило некоторых жителей Москвы к антинемецкому погрому. В результате погрома были разграблены и разрушены магазины и фабрики. Именно антинемецкая пропаганда московской ежедневной прессы (её в связи с этим прозвали "шестой властью) сыграла решающую роль в инциденте.

Протокольная запись московского губернатора Челнокова из доклада председателю совета министров подтверждает, что "настойчивая кампания против немецкого засилия, которая превратилась в выведывание и травлю некоторых лиц немецкого происхождения с опубликованием списка их индустриальных и торговых предприятий и призывом к бойкоту против них, ...стала очевидной причиной беспорядков на улицах Москвы в мае сего года.

Погром начался 27 мая 1915 года. В этот день рабочие ситцевой фабрики "Хюбнер потребовали, чтобы с фабрики изгнали всех немецких рабочих и служащих, в противном случае грозили забастовкой ("немцами были эльзасские рабочие, которые находились под защитой французского правительства и по его настоянию не подлежали высылке из Москвы. Все попытки донести это до сознания рабочих оказались безуспешными).

Рабочие под российским флагом, с портретами царя Николая II и лозунгом "Долой всех немцев! направились к мануфактуре фабрикантов Прохоровых. Их попытка ворваться туда была остановлена полицейскими. На следующий день демонстранты отправились к мануфактуре "Эмиль Цюндель, где полностью разгромили контору шведского гражданина Карлсена, жестоко избили его и затем утопили в Москве-реке. В тот же день участниками погрома был захвачен дом директора фабрики Роберта Шрадера и опустошён. Затем та же участь постигла квартиру соучредительницы этой фабрики-русской потомственной дворянки Бетти Энгельс. Находившиеся здесь четыре женщины были изнасилованы и убиты. Фабрику и квартиры подожгли, а пожарным не давали тушить пожар.

28 мая погром охватил всю Москву. Группы в 15-20 человек повсюду учиняли грабежи и не задерживались при этом полицией. Этим погромом двигала слепая ненависть к немцам. Об этом говорит и зафиксированный очевидцами трагикомический эпизод. По докладу Николая Харламова, один иностранец стоял целый день в дверях своего магазина с бюстами царя и царицы в руках и при приближении очередной группы погромщиков изо всех сил начинал горланить на ломанном русском языке гимн "Боже царя храни. Таким образом ему удавалось охранять свой магазин от разгрома. К вечеру, уставший и охрипший от многочасового пения и успокоенный кажущимся спокойствием на улице, он забрал свои бюсты и отправился домой. Проходившая мимо магазина припозднившаяся группа погромщиков разорила его дотла. Не менее комично было наблюдать, как одна из групп погромщиков несла вортрет кайзера Вильгельма II и заставляла всех подозреваемых иностранцев плевать ему в лицо. Достоверно известно, что отказавшихся плевать на портрет не было.

Около трёх часов пополудни того же дня погромщики стали громить все без разбора-предприятия и магазины. Погром по всему городу превратился в откровенный грабёж при пассивном (по показаниям свидетелей) созерцании полиции. Представители полиции позднее и не отрицали этого, объясняя тем, что их было слишком мало, а стрелять в безоружных было запрещено. Погром был остановлен только 29 мая регулярными частями армии.

Во время погрома было разорено 732 помещения-магазины, склады, конторы, жилые квартиры. Непосредственный материальный ущерб составил 50 миллионов рублей. В эту сумму не вошли ещё векселя, ценные бумаги и деньги. Целью нападений были фирмы и предприниматели, названия или имена которых имели иностранное звучание. Благодаря враждебному настрою, под горячую руку попали и русские предприятия с иностранно звучащими названиями. Это подтверждает в своём докладе комиссия по расследованию немецкого погрома. Комиссия установила:

"Громили без разбора все предприятия, конторы и магазины с иностранными фирменными вывесками независимо от национальности и государственной принадлежности их хозяев. В некоторых случаях нападали совершенно ошибочно, даже на стопроцентных русских".

Из конфиденциальных источников московского управления известно, что жертвами погрома стали 113 немецких или австрийских подданных, 489 российских подданных с иностранными фамилиями и 90 русских граждан с русскими фамилиями. О том, что погрому подверглись и русские деловые люди с иностранными фамилиями, уведомляет, среди прочего, французский генеральный консул Энггельгардт в своём сообщении от 31 мая 1915 года главнокомандующему Москвы князю Феликсу Юсупову:

"Около 5 часов вечера 29 мая собралась толпа в 400 человек, напала на французскую ткацкую фабрику и, невзирая на присутствие офицера полиции, трёх жандармов и четырёх полицейских, стала грабить дома двух русских служащих с по-немецки звучащими фамилиями.

Писатель Николай Харламов описывает отчаянные, но чаще всего безуспешные попытки купцов спасти свои предприятия от погрома. О плачевных результатах этих насильственных событий Николай Харламов пишет:

"Когда я проезжал с Николаевского вокзала по городу, ...меня, при виде московскитх улиц, ч3уть не хватил удар. Можно было подумать, что город только что подвергся бомбардировке вильгельмовской армии. Выбитые окна многих компаний были забиты досками, на которых виднелись огромные плакаты с весьма оригинальными надписями. На одном из разгромленных торговых домов в Камергерском переулке можно было прочитать: "А. Быков, который торговал от имени российского гражданина и дворянина Шварца, стал по недоразумению жертвой погрома". На некоторых плакатах торговцы, которые имели несчастье носить иностранную фамилию, расписывали свою родословную, доказывающую русское происхождение хозяина. Из одной такой надписи я, например, узнал, что родители хозяина разгромленного магазина, как и все его ближайшие родственники, захоронены на Ваганьковском кладбище.

В результате погрома многие предприятия и торговые центры с иностранно звучащими названиями полностью прекратили свою деятельность в Москве. Это коснулось также предприятий граждан стран Антанты-союзников России.

Апогеем газетной шумихи, раздутой националистической прессой, которая привела к немецким погромам, стали законы о ликвидации, вступившие в силу в 1914-1915 годы. Панславизм, становившийся вследствие войны всё более радикальным, поставил в конце концов под вопрос право на существование всех немецких колонистов в России. Исполнение закона от 2 февраля 1917 года, о роспуске поволжских колоний и депортации немецкого населения было отменено Февральской революцией.

? Законы о ликвидации. Проблема российских немцев, как разменной монеты в большой политической игре, существует уже более ста лет. И она будет сохраняться до тех пор, пока существует в России данная субнациональная группа. В научной литературе последнего десятилетия эта тема пользуется повышенным интересом: она являлась либо предметом самостоятельного изучения, либо поднималась в контексте общей истории немецкой диаспоры России-СССР-России.

Впервые данная тема с позиций относительной беспристрастности была поднята в исследовательских работах после Второй Мировой войны. Особое звучание она получила на фоне скудной информации о репрессиях в отношении немецкого населения СССР в годы правления сталинского режима. Особое внимание в этой связи было обращено на политическую сторону жизнедеятельности немцев в России в годы Первой Мировой войны. В меньшей степени подверглись изучению, отчасти по причине отсутствия источников, экономический и социальный аспекты. Наиболее отчётливо были прорисованы контуры антинемецкой кампании 1914-1917 годов на примере группы волынских немцев.

В западногерманской литературе второй половины 80-х годов определилась тенденция рассматривавшая положение россисйских немцев в годы Первой мировой войны в рамках так называемого немецкого вопроса. В монографии И.Фляйшхауэр "Немцы в царской империи: два века русско-немецкого сотрудничества.(Штуттгарт, 1986), например, отмечается, что Первая мировая война позволила русским шовинистам узаконить антинемецкие меры, в первую очередь, против той части этой национальной группы, которая "сидела на русской земле.

На постсоветском пространстве данная тематика рассматривается российскими и украинскими исследователями. Особенность данной историографии заключается в том, что в работах, изучению подвергается судьба локальной группы российских немцев, что привело к тому, что до сих пор отсутствуют обобщающие работы отечественных исследователей по данной тематике. В последнее время, правда, предпринимаются попытки провести комплексный анализ и дать объективную оценку антинемецкой кампании в годы Первой мировой войны.

Анализируя "первые правительственные проекты по ограничению немецкой экономической активности в России И.Г.Соболев. например, упоминает лишь заключение правительственной комиссии 1885 года и проект министра внутренних дел А.А.Макарова 1912 года. Но возникает вопрос, куда исчез законопроект правительства Столыпина 1910 года об ограничении прав землевладения и землепользования немцев-колонистов трёх губерний Западного края, который вызвал переполох среди немецких поселян-собственников. Или, по мнению исследователя, он не сыграл никакой роли в истории "немецкого вопроса? Но в то же время он активизировал отток немцев-колонистов на новые земли в Сибири, о чём свидетельствуют статистические данные.

Далее в диссертационном исследовании указывается на то, что "ни один из этих проектов не был осуществлён практически, так как их продуманность оставляла желать лучшего. Подобная аргументация заставляет лишь развести руками. А может, свою роль в нереализации данных проектов сыграла позиция думского большинства, и здесь стоит вспомнить высказывания А.И.Гучкова и прочих лидеров оппозиции, чьё отрицательное отношение к данным проектам "как вредным и ненужным заставило правительство не доводить дело до парламентских дебатов.

Вызывает возражения высказывания И.Г.Соболева о том, что "ни одна из них (существовавших тогда структур МТП, МВД) не стала тем ключевым звеном в государственной машине, которое взяло бы на себя руководство ликвидационной политикой Как же тогда объяснить слаженность работы системы МВД, по линии которой тысячи немцев были высланы из Европейской части империи в Поволжье, Сибирь и Среднюю Азию Ведь происходило не только насильственное переселение огромной массы народа, но также реализация остающегося после немцев имущества. Без слаженности государственной машины реализация подобных мероприятий была бы просто невозможна. Тем самым следует признать, что историки добились гораздо больших успехов в изучении влияния Первой мировой войны на положение немецкой диаспоры в отдельных регионах Российской империи, но во всероссийском масштабе эта проблема остаётся нерешённой.

Вплоть до начала войны со странами Тройственного союза немецкие колонисты, проживавшие на территории России не знали особых проблем во взаимоотношениях с властями и местным населением. Однако события 1914 года резко нарушили сложившийся баланс сил. Надо сказать, что уже в довоенный период проявляются попытки шовинистически настроенных правящих кругов, придать силу законов законопроэктам, направленным на ограничение основных гражданских прав немецкого населения Российской империи. Это в частности, нашло своё проявление в попытке провести в 1910 году через Государственную Думу законопроект, согласно которому предполагалось ограничить права на владение землёй немецких колонистов и их потомков трёх губерний Западного края. Однако позиция думского большинства, настроенного против, заставила кабинет министров не выносить на рассмотрение парламента. Уже в те годы для обоснования своих позиций "патриоты выдвигали тезис о наличии "пятой колоны в лице российских немцев. Их не смущало то, что российская императрица была немкой, многие государственные деятели имели немецкие корни и носили немецкие фамилии. Не последнюю роль в нагнетании истерии сыграли публикации в германской прессе, провоцировавшей конфликт между немецкими колонистами, проживающими, в первую очередь, в приграничных губерниях, и правительственными кругами.

Начавшаяся война катализировала назревший конфликт. Надо сказать, что антинемецкая кампания, принявшая широкий размах по всей Российской империи, не везде была поддержана. Например, отличие Алтая и Сибири в целом, заключается в том, что кампания была инициирована не местными властями, как это было, например, в Ставропольской губернии, а из Петрограда. Здесь она не приняла широкого размаха, не вылилась в выселение немцев в другие регионы. При этом следует отметить некоторую пассивность властей в её реализации.

Возможно, алтайским немцам удалось бы остаться в стороне, если бы в одной из столичных газет в ноябре 1914 года не появилась заметка анонимного автора, описавшего в довольно мрачных тонах следующиюю ситуацию. По его словам, относящимся к Алтаю, "почти все самые лучшие куски земли в Барнаульском уезде в немецких руках, а почти все кабинетские земли арендуются немцами. При этом ставится вопрос: почему лакомые куски попали "в эти варварские а не русские руки. Ещё 17 и 21 октября 1914 года Совет Министров принял предложение о ликвидации немецкой собственности в России и распространении "репрессивных в отношении к германцам и австрийцам распоряжений на всё пространство империи. На этом фоне появившаяся месяц спустя заметка не могла пройти незамеченной.

С самого начала первой мировой войны ситуация для российских немцев круто изменилась. Российское правительство издало в 1915 году два закона, которые современниками были прозваны "законами о ликвидации, так как оба были нацелены на подрыв жизненной основы российских немцев-земельной собственности, направленными на вытеснение и ограничение немецкого землевладения и землепользования.

Так закон от 2 февраля 1915 года "О прекращении землевладения и землепользования австрийских, венгерских или германских выходцев-первый закон по ликвидации в силу "особых обстоятельств был подписан царём в обход думы. Закон гласил:

1 Все лица немецкой, австрийской и венгерской национальности, которые стали российскими подданными после 1 января 1880 года, живущие в зоне 150 вёрст вдоль германской и австрийско-венгерской границы, должны в течении 10 месяцев, а живущие в зоне 100 вёрст вдоль побережья Балтийского, Чёрного и Азовского морей,-в течение 16 месяцев продать свои усадьбы.

2 Действие закона не распространялось на колонистов, принявших православие, добровольцев и офицеров русской армии, а также членов их семей.

3 Действие закона не распространялось также на участки земли, предоставленные коллонистам изначально по прибытии в Россию.

13 декабря 1915 года вступил в силу второй закон о ликвидации:

1 Под постановления первого закона по нему подпадали все приграничные районы.

2 Подпадавшие под этот закон крестьяне обязывались продать землю земельному крестьянскому банку, который должен был затем продать его русским крестьянам, прежде всего, фронтовиками.

3 Теперь ликвидации подлежали и земли, дарованные колонистам при переезде в Россию.

Вследствие вынужденной продажи цены на землю упали так низко, что это смело можно было назвать конфискацией. С западных границ России было депортировано в Сибирь и на юго-восток России около 110 000 немцев. Депортация немецких крестьян из Волыни была запланирована на 20 июля 1915 года. 28 июня 1915 года колонистов Новгород-Волынского района ознакомили с указом следующего содержания:

"Все немцы-колонисты Новгород-Волынской области, не принявшие православную веру и не проживающие в общих поселениях, подлежат выселению. Они могут до 10 июля ликвидировать своё хозяйство. Оставаться на своих местах могут только: жёны колонистов, которые находятся в нашей действующей армии, их дети и родители. Подлежащие выселению могут забрать с собой всоё имущество. В домах немецких поселений будут временно расквартированы беженцы из Галиции. Они обязаны будут убрать урожай и следить за имуществом выселенных, которое те по каким-либо причинам не смогут забрать. За насилие, применённое в колониях к беженцам, виновные будут отвечать перед военным судом. На период выселения колонисты должны предоставить заложников, которые будут нести ответственность за любое оказанное противодействие, вплоть до смртной казни. Остальное население области предупреждается: те, кто незаконным образом присвоит себе имущество, оставленное по каким-либо причинам выселенными, будут подвергнуты наказаниям по законам военного времени

В общей сложности, депортации в Волынской области подверглось около 70 000 человек. Выселенные крестьяне оставили около 72 000 десятин обработанной земли. По данным председателя совета министров, сообщённым на заседании думы 30 марта 1916 года, эта земля была распределена следующим образом: около 50 000 десятин передано беженцам из Западной Галиции, ещё 10 000 десятин получило местное крестьянство в кредит, а 12 000 десятин были временно объявлены общественными пастбищами.

Конечная цель антинемецкой кампании, проводимой царскими властями в течение 1914-1917 годов, была чётко сформулирована в отчёте генерал-лейтенанта Курлова: заставить российских немцев "отмежеваться от германцев, забыть об общности происхождения, забыть об общности языка и совершенно вычеркнуть из своей памяти родственников, сражающихся в войсках наших противников. Ограничения прав собственности и прочих гражданских прав немецких колонистов властям показалось мало, и они принмают беспрецендентное для России решение о депортации населения на основе этнического признака.

Уже 31 декабря 1914 года генерал Н.В.Рузский обратился к начальнику штаба Верховного главнокомандующего генералу Н.Н.Янушкевичу за разъяснением распоряжения Верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича о "выселении из Привислинского края всех немецких колонистов. При этом им было предложено в дополнение: "Первое-выселять только мужское население в возрасте 15 лет и выше, женщин и детей не выселять; второе-выселять только сельское население, не распространяя выселение на городское население; третье-благонадёжных лиц, состоящих на государственной и общественной службе, не выселять; четвёртое-лиц, заподозренных в малейшей неблагожелательности к нам, выселять, не взирая на возраст, пол, место жительства или служебное положение.

11 января 1915 года генерал Н.Н.Янушкевич распространил зону выселения на всю линию фронта, а уже 15 января того же года директор Департамента полиции МВД генерал В.Ф.Джунковский разрешил депортировать немцев во все губернии, кроме объявленных на военном положении. При этом вопросы депортации находились в ведении военных властей, а проблемы приёма и водворения немцев решались гражданскими властями.

В число губерний, в которые надлежало направлять выселяемых из прифронтовой полосы немцецких колонистов, входили Томская, Пермская, Вятская, Вологодская, Тобольская, Акмолинская, Астраханская, Семипалатинская губернии, которые начали принимать первые партии депортированных немцев только летом 1916 года. 3 июля 1916 года в Томске, Перми, Вятке, Вологде, Тобольске, Акмолинске были получены телеграммы из МВД, в которых указывалось, что "губерния предназначена для водворения немцев-колонистов выселенных юго-западного фронта распоряжением военных властей.

Анализ архивных документов свидетельствует о том, что в конце июля-начале августа 1916 года в Томскую губернию были направлены две группы депортированных. Первая группа была направлена 26 июля со станции Новгород-Волынский в составе 333 немцев-колонистов; несколько позже, 6 августа со станции Костополь "на станцию Обь отправлена партия выселенных немцев-колонистов Луцкого уезда в количестве шестидесяти девяти душ. 16 августа первая партия прибыла в Ново-Николаевск, откуда была "этапным порядком отправлена в город Колывань. Однако не все смогла достич нового места поселения: из 333 человек, отправленных с Волыни, в Сибирь прибыло 321. а 12 человек скончались в пути.

Приближённое рассмотрение состава группы депортированных немцев позволяет слелать ряд выводов о характере депортационной кампании властей в этот период. Это возможно благодаря информации, которая содержится в сохранившемся "Именном списке немцев-колонистов, выселенных по распоряжению военных властей Юго-Западного фронта и предназначенных для водворения в город Колывань Томской губернии. Анализ сведений "Именного списка позволяет восстановить географию выселения, половозрастную структуру, вероисповедание, вид хозяйственной деятельности немецких колонистов данной партии.

География прежнего места жительства депортированных семей вполне локальна в рамках Российской империи: 74 из 79 семей были высланы из Волынской губернии и лишь 5 семей-из губетний Привислинского края. При более пристальном рассмотрении можно заметить, что данная партия была сформирована преимущественно из числа немецких колонистов, проживавших до лета 1916 года в колониях Луцкого уезда и в городе Луцке (69 семей). При этом создаётся впечатление, что на отправочном пункте военные власти, отвечавшие за депортацию, преднамеренно перемешивали жителей по партиям и местам водворения, чтобы на новом месте не были восстановлены прежние общества. Анализ половозрастной структуры прибывших в Томскую губернию немецких колонистов также оставляет много неясностей.

Половозрастная структура партии немецких колонистов прибывших

в г. Колывань Томской губернии 16 августа 1916 года

возраст м.п. ж.п. о.п.
До 8 лет 36,29% 17,31% 25,83%
8-18(16) 31,51% 25,70% 28,31%
18(16)-60(55) 17,12% 40,78% 30,15%
Старше 60(55) 15,08% 16,21% 15,71%
В рассматриваемой группе более 54% составляли несовершеннолетние дети в возрасте до 16 лет у женщин и 18 лет у мужчин, при этом дети до 8 лет составляли 25,8% в общей группе. Не столь значительной была старшая возрастная группа-старики в возрасте 55(60) лет составили почти 16% от общего числа депортированных. Очень непонятны данные по средней возрастной группе-немногим более 30% высланных могут быть отнесены к данной возрастной категории, при этом обращает на себя внимание тот факт, что доля мужчин в возрасте от 18 до 60 лет в своей половой группе едва превысила 17%. То есть, немногим более 1/3 из числа депортированных являлась полноценной.

Столь низкая доля взрослых мужчин в составе депортированнй партии заставляет задуматься: почему столь значительно нарушено равновесие в половозрастной структуре. К сожалению ответить на этот вопрос сегодня очень трудно, но зная историю депортации в годы Второй мировой войны, можно предположить различные варианты ответа.

Высланные немцы не были однородны в своём конфессиональном составе. Правда, почти 87% депортированных исповедовала лютеранство, однако имелись также семьи, в которых исповедовали католичество и православие. География вероисповедания практически полностью совпадает с географией прежнего места жительства: лютеране проживали в колониях Волынской губернии, католики же и православные были высланы преимущественно из г. Луцка и губерний Царства Польского.

Достаточно интересны сведения о хозяйственной деятельности немецких колонистов в прежних местах проживания. Однако сначала надо отметить, что почти 95% семей до депортации проживало в сельской местности, а 5% семей относились к городским жителям.

Основная масса колонистов занималась земледелием (60,76% хозяйств), при этом можно выделить группу хозяйств, которая занималась обработкой собственного земельного надела (56,25%), а также тех, кто работал на арендованных землях (43,75%). Однако речь не идёт о том, что в данном случае мы имеем дело с крупными собственниками или владельцами земли, ибо лишь в одном случае мы имеем дело с семьёй, владевшей на правах собственности 128 десятинами, тогда как в среднем надел земли едва превышал 15 десятин на одно хозяйство. Оставшиеся семьи жили за счёт неквалифицированной временной работы (24,05%) либо выполнения работ, не связанных с земледелием (13,92%). Эти данные позволяют выдвинуть предположение, что именно последним, связанным с плотничеством, портняжничеством, кузнечеством и т.д., было несколько проще в условиях нового города устроиться и найти пропитание для своих семей.

Именно с проблемой обустройства на новом месте жительства столкнулись немецкие колонисты в первое время проживания в Колывани. Высланные под надзор полиции и ограниченные в свободе передвижения, они, лишённые своего имущества, должны были самостоятельно о себе заботиться, а влястям при этом было указано, что "немцам-колонистам русским подданным... надлежит производить за счёт средств, отпускаемых из Государственного Казначейства на оказание воспособлений беженцам, и лишь в случае крайней необходимости и отсутствия заработка в месте проживания. А это означало, что депортированные немецкие семьи были брошены на самовыживание.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что по отношению к российским немцам на территории Алтайского округа ликвидационное законодательство применялось не в полной мепре, как это происходило в других регионах Российской империи в 1914-1916 годах. Оно затронуло лишь арендаторов, тогда как большинства немецких переселенцев оно коснулось опосредственно, что выразилось в смене немецких названий посёлков на русские.

Помимо этого в годы Первой мировой войны было принято несколько групп депортированных немецких крестьян из приграничных губерний. Таким образом эти колонисты невольно пополнили немецкую диаспору на Алтае. Эти мероприятия царских властей отличались слаженностью механизма выдворения и надзора. Но депортационные мероприятия вовсе не предусматривали наличие каких бы то ни было элементов оказания помощи в новых условиях.

С учётом изложенной картины, когда подавляющую часть высланных составили дети, старики и женщины, перечисленные шаги властей могут быть расценены не иначе как геноцид субнациональной группы в рамках Россиской империи по национальному признаку. Правда, здравый смысл достаточно быстро взял верх над эмоциями ярых шовинистов, кричавших о "немецкой угрозе внутри России. Но практика депортации народов не была забыта, она очень пригодилась и была востребована, и активно эксплуатировалась уже в годы сталинского тоталитаризма в СССР.

Значительная часть выселенцев из Волыни осела на территории нынешнего Любинского района Омской области. Их пригнали из прифронтовой полосы как подозрительных "германизаторов русских земель, хотя на самом деле они были вытеснены из центральной Польши после восстаний поляков в 1830 и 1863 годах, а затем корчевали леса и осваивали целину как арендаторы земель польских помещиков. Это была самая бедная группа немецких колонистов в России.

В сентябре-октябре 1916 года действие "ликвидационных законов было распространено на Каннский уезд Томской губернии, Тюкалинский и Ишимский уезды Тобольской губернии. 6 февраля 1917 года действие законов. Ограничивающих немецкое землевладение и землепользование, было распространено на Акмолинскую область Барнаульский, Змеиногорский и Томский уезды Томской губернии.

Гонениям подвергались немецкая школа и печать. 2 июля 1916 года Совет министров постановил запретить "повсеместно в Империи, начиная с 1916-1917 учебного года преподавание на немецком языке "вовсех учебных заведениях, не исключая частных и содержимых евангелическо-лютеранскими пасторами. Исключение делалось лишь для преподавания закона Божьего и "собственно немецкого языка "для тех лиц евангелическо-лютеранского вероисповедания, для которых немецкий язык является природным.

В июне 1916 года был учреждён "Особый Комитет по борьбе с немецким засильем, в задачу которого входила координация деятельности правительственных и общественных учреждений по осуществлению "ликвидационных законов и разработке мероприятий "по освобождению страны от немецкого влияния во всех областях народной жизни Государства Российского

Администрация регионов с рвением приступила к исполнению этих шовинистических узаконений, предписывая заменять немецкие названия посёлков русскими, развернула кампанию по выяснению подданства немцев, выискивая в их рядах шпионов и тем самым возбуждая недоверие к немцам у русского населения. Особеноо ярко это выражено в истории немцев-колонистов Сибири, дошедшей до нас. К примеру, Тобольское губернское управление в декабре 1915 года постановило приступить по истечении 6-ти месяцев к продаже с публичных торгов недвижимого имущества немецких колонистов, если оно не будет в течение этого срока ликвидировано самими владельцами.

Настойчиво добивался ликвидации немецкого землевладения и землепользования в своём Степном крае генерал-губернатор Н.А.Сухомлинов, рисуя в письмах министру внутренних дел страшные картины "немецкого засилья в крае. В этих письмах говорилось о существовании между немцами "особой политической связи и организации, о наличии особой почты и почтальонов для сношений друг с другом, о таинственных аэропланах, скрывающихся в немецких колониях и т. п. Н.А.Сухомлинов добивался передачи немецкого землевладения в крае в воинский запас. Вот одно из его писем министру внутренних дел А.Н Хвостову: "Милостивый Государь, Алексей Николаевич. Вследствие телеграммы от 17 ноября сего года, за ? 6960, имею честь сообщитль Вашему Высокопревосходительству нижеследующие соображения по вопросу о распространении закона 2 февраля 1915 года "о прекращении землевладения и землепользования австрийских, венгерских или германских выходцев в приграничных местностях на вверенный мне Степной край.

В Акмолинской и Семипалатинской областях русские подданные из германских выходцев осели на землях Сибирского казачьего войска, на переселенческих участках и вы незначительной степени на дачных и лесокультурных участках ведомства местного Управления земледелия и государственных имуществ.

Из прилагаемой при сём карте края, с нанесёнными на ней знаками мест расположения земельных владений немецких выходцев, Ваше Высокопревосходительство, изволите усмотреть, что земли Сибирского казачьего войска тянутся полосой с места пересечения границ Оренбургской и Тобольской губерний и областей Тургайской и Акмолинской по направлению на север вдоль линии железной дороги к Омску и оттуда по обеим сторонам Иртыша спускаются на юг по Акмолинской области и ниже - по Семипалатинской. Кроме этих земель казаки являются собственниками значительных тземельных пространств в Кокчетавском уезде и менее значительных в некоторых других уездах обеих областей.

На означенном пространстве казачьих земель немецкие выходцы владеют на правах собственности 73840,9 десятинами, расположенными на 89 участках, и на правах аренды 83034,2 десятин земли, имея из сего последнего числа на 10273,2 десятин запродажные записи. Большая часть немецких земель расположена по Омской железной дороге на участке Омск-Петропавловск и по обоим берегам реки Иртыша в тех его частях, где река эта омывает северную часть Омского уезда и города Павлодар. А меньшая часть земель находится около города Кокчетава.

Обращаясь к вопросу о ликвидации немецких владений на землях Сибирского казачьего войска и принимая во внимание, что земельные участки немецких выходцев расположены преимущественно вдоль Омской железной дороги и по берегам указанных частей Иртыша, я нахожу, что распространение действия закона о ликвидации немецкого землевладения на Степной край в том его виде, как он вылился во 2 день февраля 1915 года, едва ли представлялось бы по местным условиям вполне соответственным ввиду важного стратегического значения Омской железной дороги и того же, жотя и в меньшей степени, значения реки Иртыша, который до сих пор является единственным прямым путём сообщения не только с г. Семипалатинском, но и с местностями, лежащими по верхнему течению названной реки вплоть до Китайской границы. Закон 2 февраля предусматривает целый ряд изъятий из установленных сим законом ограничительных правил и тем самым не может в применении своём вполне обезвредить как ныне, так и в будущем железнодорожный путь от посягательств со стороны враждебных России элементов, а также обеспечить правильное и безостановочное железнодорожное и пароходное сообщения. Но не одни эти причины государственного значения обязывают меня высказаться за необходимость расширения пределов действующего ограничительного закона. Здесь есть и другая сторона дела.

Казачье население вполне осведомлено о том, что попавший к немцам в плен казак, по большей части, принимает мученический венец смерти. Ввиду сего, ненависть казаков ко всему немецкому дошла до крайних пределов; она охватывает положительно всё казачье население и сказывается во многих проявлениях казачьей жизни. Я убедился в этом и путём личных наблюдений и имею, кроме того, документальное о сём доказательство. Останавливаясь на ненависти казаков к немцам, я отнюдь не имею в виду ожидать ныне каких-либо насильственных против немецких выходцев действий - в настоящее время их не будет. Порукой мне в этом служит крепкая среди казаков дисциплина военного времени. Но с окончанием войны, когда казаки возвратятся в свои станицы, повествования этих свидетелей немецких зверств легко могут найти подготовленную почву к насильственному проявлению народного негодования. С этим возможным в будущем явлением я не могу не считаться и как главный начальник края, и как атаман Сибирского казачьего войска. Приведённые соображения заставляют меня высказаться за необходимость распространения закона о ликвидации немецкого землевладения на землях казачьего войска без каких-либо в сём отношении изъятий.

Перешедшие в собственность немецких выходцев казачьи земли были в своё время выделены, по закону 7 мая 1877 года, из общего войскового земельного фонда генералам, штабс- и обер-офицерам и классным чинам, взамен пенсии, и составляют так называемые офицерские участки. С получением данных на потомственное владение участками, многие и даже большинство владельцев из лиц казачьего сословия распродали их в частные руки, при чём лучшие участки и в лучшей местности перешли к немецким выходцам, которые этими владениями как бы облепили Омскую железную дорогу на участке Омск-Петропавловск. С другой стороны офицеры и чиновники, не получившие ещё данных, а только временные свидетельства, также, хотя и вопреки закона, запродали их лицам немецкого происхождения, причём последние, являясь держателями запродажных записей, владеют пока участками на правах аренды. Принимая во внимание, что указанные земли были выделены из войскового запаса, и что в настоящее время казачий земельный фонд настолько истощился, что при образовании новых казачьих посёлков установленный размер душевого надела в 30 десятин удобной земли сократился, в виду необходимости, до 20 и менее десятин, я нахожу крайне желательным, чтобы указанные участки перешли обратно в казачьи руки путём покупки их за счёт войскового капитала и при содействии Крестьянского поземельного банка. По изложенным соображениям я полагал бы необходимым:

1 распространить действие закона о ликвидации немецкого землевладения на все принадлежащие немцам-выходцам и находящиеся в их арендном пользовании земли на территории Сибирского казачьего войска без каких-либо изъятий,

2 предоставить Сибирскому казачьему войску право преимущественной покупки этих земель по оценке Крестьянского поземельного банка на счёт войскового капитала и при содействии сего банка, и

3 срок ликвидации земель установить шестимесячный, предоставив держателям запродажных записей право иска на общем основании.

Обращаясь к вопросу о ликвидации немецкого землевладения на переселенческих участках, считаю долгом отметить, что разрешению этого вопроса я придаю столь же неотложный характер, как и ликвидации владений немцев на казачьих землях.

По последним имеющимся у меня сведениям в Акмолинской области имеется 56 посёлков на областных землях ёмкостью в 13 532 душевых доли, с площадью в 260 518 десятин земли, с населением около 27 000 душ. В Семипалатинской области-12 немецких посёлков ёмкостью в 2 974 доли, с площадью в 60 526 десятин.

В законе 2 февраля 1915 года не имеется каких-либо укакзаний о ликвидации земель на переселенческих участках. Статья 4 закона "О прекращении землевладения и землепользования австрийских, венгерских или германских выходцев в приграничных местностях, между прочим, гласит, что действие настоящих правил не распространяется на отведённые указанным в статье 3 обществам и лицам по актам поземельного устройства, но так как отведённые им участки имеют характер надельных земель, то надлежит прийти к тому заключению, что действие указанного закона на них не распространяется.

В письме на имя предместника Вашего Высокопревосходительства, от 11 сентября 1915 года, за ?5923, я с возможной полнотой описал отношение немцев-колонистов ко всему русскому и их, вплоть до глумления, возмутительное отношение к представителям правительственной власти.

Если в своё время заселение Степного края немецкими выходцами имело целью влить в мало окрепшее в культурном отношении русское население чужеземный элемент более высокой культуры, то в настоящее время не настоит необходимости доказывать насколько эта политика колонизации края была ошибочной. Не говоря уже о том, что немцы-колонисты ни в какой мере не оправдали возлагавшихся на них надежд приспособить русское население к более усовершенствованным способам ведения сельского хозяйства, я не могу не высказать вновь своего опасения по поводу дальнейшего оставления их в Степном крае. В способности их пойти во всякое время на предательские действия меня всё более и более убеждают их ненавистническое отношение ко всему русскому, с одной стороны, и, с другой, их национальный сепаратизм, тяготение к родине, обособленность и , наконец, широкая организация шпионажа в Германии, которая, несомненно, сумеет, если не сумела уже, проложить себе путь к немецким селениям Сепного края. Я признаю ликвидацию немецкого землевладения крайне необходимой и считаю, что эта мера должна быть проведена, не взирая ни на произведённые громадные затраты и труды переселенческой организации по устройству немцев-колонистов, ни, тем менее, на неизбежные при применении всякого ограничительного закона жертвы.

Указанные доводы побуждают меня обратиться к Вашему Высокопревосходительству с просьбой, не признаете ли Вы соответственным возбудить законодательное предположение о распространении закона о ликвидации немецкогот землевладения и на немцев-колонистов, водворённых на переселенческих участках. Мера эта не только разделила бы ряд поселенцев, но дала бы возможность поселить на места выбывших колонистов русских переселенцев, что в виду замкнутости немецких селений представлялось бы вполне совевременным. В случае, если Ваше Высокопревосходительство изволите разделить высказанный мною по этому вопросу взгляд, то самая ликвидация немецких земель могла бы быть произведена путём вознаграждения отдельных лиц применительно к признакам циркуляра бывшего Главного управления землеустройства и земледелия, ныне Министерства земледелия, от 6 июня 1914 года, за ? 22, об отсуждении под железнодорожное строительство земель, состоящих в пользовании крестьянского и иногородческого населения Азиатской России.

Что касается, наконец, землепользования немецких выходцев на дачных и лесокультурных учестках местного Управления земледелия и государственных имуществ, то это землепользование, вследствии маловерности и незначительных самих владений, не может, конечно, иметь сколько-нибудь решающего в настоящем деле значения, но, если иметь в виду, что дачные участки расположены около самой станции Исиль-Куль Омской железной дороги и сданы Управлением в арендное содержание на 48 лет, то нельзя не признать, что это обстоятельство должно быть также принято во внимание при расмотрении вопроса о включении Степного края в ликвидационную полосу.

За всем тем, позволяю себе довести до сведения Вашего Высокопревосходительства, что немецкое землевладение в соседних с вверенным мне краем Томской и Тобольской губерниях тяготеют почти исключительно к железнодорожному пути и р. Иртышу, а самый город Омск, лежащий при самой границе Тюкалинского уезда Тобольской губернии, охвачен плотным кольцом земель немецких выходцев.

По вопросу о ликвидации немецких земель на территори Сибирского казачьего войска я, одновременно с сим, вхожу также с представлением к Военному министру.

Прошу Ваше Высокопревосходительство принять уверение в отличном моём уважении и совершенной преданности. Подписал покорный слуга Сухомлинов.

Ноября 28 дня 1915 г. ? 7558 г.Омск

С подлинным верно:Младший делопроизводитель канцелярии

Степного генерал-губернатора Мих. Комаров.

С копией верно: Зав. Делопроизводством землеотводного отдела

(подпись неразборчива)

Немцы-колонисты обвиняются в шпионаже и в докладе "испольняющего обязанности начальника жандармского управления в Забайкальской области директору департамента полиции, 18.11.1914 года. (Где русско-германский фронт и где Забайкальская область). Вот этот доклад:

" Секретно.

Сего числа мною получены из негалсного источника нижеследующие сведения относительно деятельности агентов германского шпионажа в Сибири:

С апреля месяца текущего года во всех более крупных пунктах расположения наших войсковых частей, в особенности в местах расположения управлений военных округов,-определённые лица особо зорко следили за всеми передвижениями как отдельных войсковых частей, так и перевозкой орудий, снарядов, амуниции; сведения добывались германскими агентами довольно легко.

Так, например, в Омском округе проживали некие О.Г.Нольте, запасной офицер германской службы и Э.К.Штиглиц, имеет брата-капитана германской службы; Ново-Николаевским звеном заведовал Г.Ю.Шредер, вольноопределяющийся 1-го разряда германской службы; в Канске был Г.Ф.Вассерманн, того же звания, что и предыдущее лицо. В Иркутске был лишь передаточный этап и несколько лиц являлись укрывателями. В районе Иркутск-Манжурия центр был в Чите; затем передаточный пункт в Харбине, где эти обязанности исполнял главный служащий у Кунст-Альберса-Вольф и на заводе Врублевского-некий Реткер.

В Хабаровске, Благовещенске, Никольск_Уссурийске и Владивостоке работали агенты под наблюдением некоего Даттана, состоящего в двойном подданстве и имеющего чин нашего действительного статского советника. Последнее лицо, состоя фактически на службе "Дойтче-Банк-Берлин и пользуясь капиталом Германского императора, имело доступ во всех высших кругах нашего военного ведомства.

В Забайкалье наблюдение было сосредоточено в течение последних трёх лет в руках одной германской фирмы под названием "Сибирское торговое товарищество: членами этого товарищества состоят: 1)германский подданный, еврей Ахиль Альбертов Мюллер, живший ранее в Харбине и Порт-Артуре и поселившийся в Чите лет пять тому назад; 2) германский подданный, вольноопределяющийся 1 разряда Густав Зигмунд, проживавший два года в Гамбурге и 3) русский подданный Август Фрюллинг.

Эта фирма субсидировалась одним крупным еврейским гамбургским экспортёром-банкиром, причём цель его предприятия, помимо чисто коммерческой, была-наблюдение за местными воинскими частями; два года тому назад эти лица завели весьма близкое знакомство со служащим в читинском местном артиллерийском складе подполковником Эвальдом, затем с казачьими частями, через посредство шорно-седельной мастерской и Войскового хозяйственного управления Забайкальского казачьего войска. Весной этого года ими были приложены все старания, дабы завести знакомства на Песчанке и Антипихе (стоянки войск), причём они предлагали разные предметы строительной комисси и постоянно бывали в этих пунктах, а также на Дивизионной и в Берёзовке под Верхнеудинском.

Весной Мюллер значительное время провёл в Германии, а по обхявлении мобилизации, недели три спустя, в Харбине, а во Владивосток уехал Фрюллинг, где имел сношения с переехавшим в Мукден германским консулом. Вернувшись в Читу с Дальнего Востока, Фрюллинг усиленно хлопотал о получении заграничного паспорта, но это ему не удалось; тогда он собрал значительную сумму денег (в том числе около 30 тысяч с Управлениями Амурской железной дороги), перевёл эти деньги через Русско-Азиатский банк на своё имя и уехал в Москву, намереваясь там получить заграничный паспорт. Теперь он ещё должен быть в Москве, негласно же он посетил некоторые города Прибалтийского края.

Сведения об отправке из Забайкалья в Европейскую Россию воинских частей действительной службы были переданы Мюллером ещё в июле через Шанхай. В настоящее время он устраивает сборы тёплого платья для австрийских и германских военнопленных на Песчанке.

Одним из главных посредников при передаче сведений из одного района в другой является некто Лизегант, фельдфебель германской службы, арестованный в Ново-Николаевске и высланный в Тобольск; эта личность имела весьма близкие связи с Мюллером и разъезжала по Сибири под видом коммивояжера.

Мюллер возмутительно отзывается о нашем Царствующем Доме и нашем правительстве вообще, распространя\ет слухи о грандиозных потерях наших войск, о революционном настроении масс и прочее.

Ввиду изложенного, в целях проверки означенных сведений, мною сего числа приступлено к переписке, в порядке положения о Государственной охране; Ахиль Мюллер арестован и заключён в читинскую тюрьму; об аресте Августа Фрюллинга сего числа послано телеграфное требование начальнику Московского охранного отделения. Подлинное за надлежащей подписью.

С копией верна:

Старший адъютант, штабс-капитан Павловский.

4 сентября 1916 года Сухомлинов, уже как Наказной атаман Сибирского казачьего войска, борясь с "немецкой обособленностью и "корпоративностью, подчинил все немецкие колонии, находящиеся на землях казачьего войска, войсковому начальству и запретил немцам-колонистам разговаривать по-немецки:

"Приказ войскового наказного атамана Сибирского казачьего войска

об ограничении прав немцев-колонистов. 4.09.1916 года

Войсковой наказной атаман Атаманам 1,2 и 3 военных отделов

Сиб(ирского) каз(ачьего) войска Сиб(ирского) каз(ачьего) войска

сентября

? 2266

При посещении нескольких немецких колоний мною замечено, что эти колонии, поселившись на войсковой земле и на казачьих офицерских участках и находясь между казачьими станицами и посёлками, считают себя вне веджения войскового начальства; колонисты продолжают вести разговор на немецком языке, некоторые же до сих пор совершенно не знают русского языка, а потому приказываю:

1. немецкие колонии, находящиеся на территории войска приписать к ближайшим станицам и посёлкам и через поселковых и станичных атаманов подчинить войсковому начальству во всех отношениях, и только в чисто полицейском отношении, как-то: производство дознаний, протоколов о разного рода происшествиях и т.п., они остаются в ведении уездной полиции;

. воспретить немцам-колонистам разговаривать по-немецки;

. не допускать в колониях и хуторах никаких вывесок, объявлений и надписей на немецком языке;

. возложить на станичных и поселковых атаманов неослабное наблюдение, чтобы все немцы-колонисты разговаривали только по-русски, не устраивали никаких сходов для обсуждения исключительно своих корпоративных интересов;

. привлечь их к отбыванию земских общественных повинностей наравне с прочими разночинцами.

Подписал: генерал-лейтенант Сухомлинов.

Результатом антинемецкой правительственной политики и пропаганды стал рост взаимного недоверия между русским и немецким населением. Как свидетельствуют, например, донесения Барнаульского уездного исправника Томскому губернатору осенью 1915 года среди местного русского населения наметилось "скрытое, ничем пока не проявляемое враждебное настроение по отношению к немцам. И это наблюдалось на территории всей России, где проживали немцы-колонисты. В то же время среди населения немецких посёлков появилось "заметное враждебное отношение ко всему русскому. Жители этих посёлков высказывались, что им "теперь тут не жить, нужно уезжать. И хотя в форму явного проявления недовольства эти настроения не выливались, тем не менее они являлись тревожным для самодержавия симптомом, свидетельствующим об утрате им доверия среди лояльных прежде немецких колонистов.

Опасаясь негативных экономических последствий, власти, однако, приостановили исполнение закона о ликвидации на юге России. Из практических соображений радикальные меры по исполнению законов о ликвидации на юге России были в 1916 году приостановлены. Земское собрание в Крыму уже в январе указало на ожидающиеся катастрофические последствия в случае их вступления в силу. В думе, государственном совете и других органах управления также опасались возможного снижения урожая и пробле5м с продовольственным снабжением.

Член государственного совета князь Н.Б.Щербаков сделал запрос министру сельского хозяйства А.Н.Наумову: какие меры тот собирается предпринять по поддержанию уровня производства в военное время. Этот запрос содержал критические замечания и предостережения по поводу проведения ликвидационной политики:

"Распространяющаяся ныне с целью борьбы против немецкого господства ликвидация колониальных землевладений содержит в себе опсность того, что в этом году значительные площади земли останутся незасеянными и необработанными. Превращение более 100 000 человек, производящих зерно, в его потребителей-действительность, которая заслуживает серьёзного внимания, так же как и ликвидация всех зерновых мельниц в сельских районах, которые имеют производительность в несколько миллионов пудов, и закрытие фабрик по производству сельскохозяйственных машин, которые работают на оборону и производят годовую продукцию на более чем 23 млн. рублей в год. В марте было принято постановление о приостановке ликвидации первоначально до зимы 1916 года.

В августе 1916 года и начале 1917 года последовало распространение действия законов о ликвидации почти на всю Россию. Так, ликвидация и вынужденная продажа имущества поволжских немцев была запланирована на 16 февраля 1917 года. В Волыни постановления закона к тому времени уже широко реализовались. В Черноморских районах было изъято: В Херсонской губернии-100 000 десятин или 12% всей земли колонистов, в Крыму-60 000 десятин (7%), в Бессарабии-80 000 десятин (33%). Полному исполнению закона помешала Февральская революция 1917 года. Временное правительство 11 марта 1917 года предварительно отменило этот закон.

" Циркуляр Министерства внутренних дел Временного правительства

о приостановке исполнения ликвидационных законов. 29.05.1917 года.

Временное правительство 11 марта сего года постановило приостановить исполнение узаконений 2 февраля и 13 марта 1915 года со всеми позднейшими изменениями и дополнениями к ним по отношению к русско-подданным выходцам из неприятельских государств.(с.у.ст.367).

Между тем, как усматривается из поступающих в Министерство переписок, губернские правления продолжают исполнять в отдельных случаях требования некоторых статей означенных правил.

Ввиду сего, предлагаю Вам приостановить до особого распоряжения производство губернскими правлениями принудительного отчуждения земель выходцев, в каком бы положении дело не находилось.

В частности, губернскому правлению надлежит принять к руководству следующее:

1. Землепользование, подлежащее по сим узаконениям прекращению, но не прекращённое ещё почему-либо, сохраняет свою силу, а прекращённое-может быть возобновлено, по желанию сторон, на общем основании.

2. Со времени получения на месте соответственного номера Собр. Узак и Расп. Правит., губернское правление не должно предпринимать каих-либо действий по отношению к недвижимым имуществам выходцев, основанных на узаконениях 2 февраля и 13 декабря, а также расчёты по этим имуществам до особых распоряжений не должны производиться.

3. Применение узаконений 2 февраля и 13 марта 1915 года по отношению к неприятельским подданным должно продолжаться.

4. Надлежит незамадлительно сообщить Департаменту общих дел о положении в губернии (области) ликвидации землевладения неприятельских подданных и, если таковая не закончена, то по каким причинам и в каком размере (количество имений и десятин).

Подписал: Зам министра, товарищ министра Д.Щепкин

Скрепил: Дирктор Е.Шинкевич

Верно: Чиновник особых поручений (подпись неразборчива).

Вот как, например, отреагировало на этот циркуляр Тобольское временное правительство:

"Обращение Тобольского губернского комиссара к колнистам 29.03.1917г.

Временным Правительством постановлено приостановить исполнение узаконений о землевладении и землепользовании австрийских, венгерских и германских выходцев впредь до пересмотра этих узаконений Учредительным собранием или в установленном им законодательном порядке.

Объявляя об этом, считаю нужным обратить ваше внимание на то, что в настоящее тяжёлое для Родины время на вас лежит гражданский долг направить все усилия к обсеменению возможно большей площади своих земель, дабы способствовать тем укреплению нового государственного порядка и защите его от внешнего врага.

Губернский комиссар Пигнатти.

29 марта 1917 года

Гор. Тобольск

Все эти события, законы о ликвидации, шовинистическая истерия в годы Первой мировой войны объясняют, почему российские немцы встретили свержение самодержавия с надеждой на осуществление своих национальных чаяний. Особую радость вызвало приостановление Временным правительством 11 марта 1917 года действия "ликвидационных законов. Первой реакцией на смену политического режима и на приостановление ненавистных законов стали приветственные телеграммы в адрес новых органов власти, в которых немцы спешили заверить Временное правительство и Петросовет о своей лояльности и поддержке. Телеграммы-приветствия в Петроград отправили немцы Балакова, Измаильского уезда Бессарабской губернии, общее собрание меннонитов-санитаров общественных организаций Москвы. Всероссийский меннонитский съезд, проходивший в июне 1917 года в г. Молочанске Таврической губернии, евангелическо-лбтеранское духовенство поволжских колоний, немцы-колонисты волостного села Манновка Новоузенского уезда Саратовской губернии и другие

Правда радость немцев омрачало то, что приостановление "ликвидационных законов объявлялось временным, до пересмотра их Учредительным собранием. Настораживали и некоторые заявления новых министров. Так, мнистр иностранных дел П.Н.Милюков в обращении к 1-му запасному полку заявил: "Мы должны разделаться с немцем внешним и покончить с немцем внутренним.

Поэтому, помимо приветствий в адрес нового государственного строя, немцы выражали беспокойство в связи с подобными заявлениями, требуя разхяснения и скорейшего определения своей судьбы. Так, южнорусское областное делегатское собрание Всероссийского союза немцев и меннонитов 21 сентября 1917 года потребовало, во-первых, полной отмены "ликвидационных законов, во-вторых, возвращения отнятых у немцев земель, в-третьих, компенсации за причинённые убытки. (Через 70 лет подобные требования выдвинут уже советские немцы.)

? Период между Первой мировой и Великой Октябрьской. Период с февраля по октябрь 1917 года, когда Россия на короткое время стала одной из самых демократичных стран мира, стал для российских немцев временем самоопределения и самоорганизации, попыток создания самоуправления, способного стать эффективным механизмом защиты прав и интересов всей немецкой диаспоры в России.

Национальное движение российских немцев в условиях революции выразилось в созыве съездов и в создании органов национального самоуправления на региональном и всероссийском уровнях. На 1 конгрессе немцев Поволжья в Саратове 25-27 апреля 1917 года был создан Центральный комитет немцев Поволжья, издававший "Саратовскую немецкую народную газету. В мае 1917 года в Одессе возникает Союз немцев Юга России во главе со своим центральным комитетом. В мае 1917 года в Москве созывается общероссийский съезд немецких колонистов, на котором "единодушно было принято решение об объединении всех русских граждан немецкой национальности в общероссийскую организацию-Всероссийский союз немцев и меннонитов. В местах компактного проживания немцев: в Поволжье, Новороссии, Сибири создавались губернские (областные), уездные (окружно-районные) и местные (городские и сельские) комитеты как отделения Всероссийского союза немцев.

Процесс создания системы немецкого самоуправления, которая должна была охватить всё немецкое население России, не был простым. Внутри немецкого движения развернулась борьба между октябристско-кадетским направлением и социалистическим, в котором понясалу не было серьёзных разногласий между народниками и социал-демократами. Особенно острый характер эта борьба приобрела среди немцев Поволжья. Здесь в июне 1917 года был создан объединённый "Союз немцев-социалистов Поволжья со своим временным центральным комитетом и газетой "Колонитст.

Немецкое самоуправление в России мыслилось в форме культурно-национальной автономии, с идеей которой выступил 1-й конгресс немцев Поволжья в апреле 1917 года. Многие социалисты поддержали идею культурно-национальной автономии. В течение года идея культурно-национальной автономии поддерживалась приктически всеми политическими течениями в немецком национальном движении, находила она поддержку и в массах. Так, многолюдное собрание немецкой бедноты Поволжья 28 апреля 1918 приняло специальную резолюцию о предоставлении культурно-национальной автономии колонистам-немцам.

Популярность идеи культурно-национальной автономии среди российских немцев понятна, поускольку немцы в России не имели общей территории проживания. Составляя относительно компактные анклавы населения в Поволжье, на юге Европейской части России и в Западной Сибири, немцы в то же время были расселены на этих территориях в значительной степени дисперсно. Культурно-национальная автономия, одной из определяющих черт которой является экстерриториализм, была в этих условиях оптимальной формой самоопределения немецкого национального меньшинства в России, поскольку давала возможность объединения всех немцев России в единый национальный союз со своими представительными и исполнительными органами.Культурно-национальная автгономия была приемлема для немцев ещё и потому, что принималась кадетами, эсерами и меньшевиками, позиции которых были наиболее сильны в немецком национальном движении. Культурно-национальная автономия фактически служила связующим звеном между немецкими либералами и социалистами, так как была общерпиемлемой для немцев формой национального самоопределения.

Однако, как известно, реальная практика решения немецкого вопроса в России сложилась иначе. Культурно-национальная автономия была отвергнута Советской властью, и немецкая автономия стала создаваться на "советских началах, то есть национально-территориальных, в форме Трудовой коммуны немцев Поволжья, преобразованной в 1924 году в Автономную республику немцев Поволжья. В результате немецкое население других регионов оказалось за пределами автономии. Не решило проблему и создание немецких административно-территориальных единиц (районов и сельсоветов), которые во 2-й половине 30-х годов были ликвидированы.

В Сибири, как и в других районах страны, процесс самоопределения немцев и создания органов национального самоуправления в условиях революции приобрёл также активный характер, отражая общие для немецкого национального движения закономерности, но и имея специфические черты.

Но, имеющиеся в литературе отдельные упоминания офактах немецкого национального движения в Сибири противоречивы и неточны. Так в брошюрах А.Рейнмаруса и Г.Фризена, вышедших в начале 30-х годов в издательстве "Безбожник и выдержанных в духе антирелигиозной пропаганды, содержатся как откровенные фальсификации, так и неверные оценки и явные неточности. Немецкое национальное движение в России в целом, и в Сибири, в частности, тактуются как буржуазно-поповское. В работе "Меннониты говорится, что в сентябре 1917 года в Славгороде состоялся съезд немцев-колонистов Славгородского округа, целью которого было образование федеративной немецкой республики Западной Сибири. В другой работе те же авторы утверждали, что Славгородский съезд состоялся с мае 1917 года и его задача состояла в том, чтобы "учредить нечто вреде автономной немецкой республики Западной Сибири. Обнаруженные в Госархиве Томской области протоколы первых двух организационных собраний немцев Западной Сибири, позволяют внести некоторую ясность в освещение этих событий.

Центром и зачинателем немецкогодвижения в Сибири стал город Славгород Барнаульского уезда Томской (с июля 1917 года-Алтайской) губернии. 7 мая 1917 года в Славгороде было созвано многолюдное (1497 человек) "первое организационное собрание западно-сибирских колонистов-немцев, русских граждан, на котором был избран Комитет российских граждан немецкой национальности Западной Сибири из 9-ти человек (по 3 представителя от римско-католического, лютеранского и меннонитского вероисповедания).

На следующем собрании, состоявшемся в Славгороде 1 июня 1917 года, был принят Устав Славгородского Комитета. Целью Комитета объявлялась защита интересов граждан немецкой национальности без различия вероисповеданий; контроль за деятельностью сельских, волостных и других участковых комитетов и регулирование взаимоотношений между ними; распространение среди немецкого населения "правильных сведений по политическим и экономическим вопросам. Особо оговаривалось, что вопросы конфессионального характера, за исключением церковно-политических, компетенции Комитета не подлежат и разрешаются каждым вероисповеданием самостоятельно. В сответствии с "Уставом численный состав Славгородского комитета определялся не в 9 человек, как было решено на первом собрании, а в 15 (6человек были доизбраны), избираемых общим собранием населения из "примкнувших селений. Комитет из своей среды избрал президиум из 5-ти человек и 3 комиссии: продовольственную, юридическую, культурно-просветительную. Средства Комитета составлялись из добровольных пожертвований и единовременных взносов в 25 копеек с каждого "примкнувшего гражданина и гражданки.

Как можно судить из "Устава Славгородского комитета, объединение немецкого населения Западной Сибири строилось на принципах, близких к культурно-национальной автономии: экстерриториализма и добровольного присоединения к союзу как целых селений, так и отдельных граждан. Славгородский комитет создавался как центральный орган немецкой автономии Западной Сибири. Позднее он так и будет именоваться: Центральный комитет российских граждан немецкой национальности Западной Сибири.

К июню 1917 года, когда состоялось второе собрание немецких колонистов в Славгороде, Комитетом уже была проделана определённая работа: был подготовлен проект открытия в Славгороде четырёхклассного высшего начального училища с трёхгодичными педагогическими курсами для подготовки народных учителей, а также меннонитских проповедников и лютеранских и католических кистеров. Собрание единогласно утвердило проект училища.

Собрание приняло также решение послать представителей Комитета в Москву, где на середину августа был назначен съезд немцев, и в Омск, где 4 июня было намечено собрание немцев Омска и окрестностей. Омское собрание состоялось 17 июня 1917 года. Немецкий союз в Омске стал называться "Омская группа объединённых российских граждан немецкой национальности.

В дальнейшем в Западной Сибири сложилась целая система органов культурно-национальной автономии с центральным комитетом в Славгороде и районными комитетами в Омске, Славгороде, Змеиногорске и Павлодаре. Создавая органы национального самоуправления, сибирские немцы стремились к тому, чтобы иметь своё представительство в органах власти и местного самоуправления, выдвигая с этой целью самостоятельные национальные списки в ходе выборов в городские думы и Учредительное собрание. Так, на выборах в городское народное собрание в Славгороде 23 июля 1917 года список немецкого союза (?6) получил 6 мест из 20-ти (12%). На выборах в Учредительное собрание немецкий список (?6) в Алтайскоу губернии получил 8048 голосов из 713946, опередив по числу полученных голосов списки Трудовой народно-социалистической партии (?3) и меньшевиков (?4).

Стремясь быть лояльными к власти, немцы не могли, тем не менее, остаться в стороне от разворачивающихся в Сибири бурных политических событий. Волею судеб сибирские немцы оказались ближе к социалистическому лагерю, прежде всего к эсерам, включившись вместе с ними в областническое движение. Думается, что немаловажную роль в этом сыграла выдвинутая областниками, под влиянием эсеров, национальная программа, в которой центральное место принадлежало праву национальных меньшинств на национально-персональную автономию (синоним культурно-национальной автономии). "Основными законами страны,-говорилось в решениях 1-го съезда областников, состоявшегося в октябре 1918 года в Томске,-должны быть обеспечены права национальных меньшинств в местностях со смешанным населением и права наций без территорий путём образования экстерриториальных персонально-автономных союзов со своими местными, областными и центральными представительными органами, для заведования всеми своими культурными и национальными делами.

Связывая с областничеством осуществление своих национальных притязаний, немцы приняли участие в съездах областников в октябре и декабре 1917 года и в работе областнических институтов: Сибирского областного комитета и Сибирской областной думы. В работе 1-го съезда областников учавствовали в качестве представителей Славгородского комитета предприниматель Ф.Ф.Васловский, Славгородский евангелическо-лютеранский пастор Я.Г.Штах, бухгалтер Д.Д.крекер, от Омской группы немцев-В.И.Фризен. Ф.Ф.Васловский вошёл в состав избранного съездом Сибирского областного совета в качестве представителя немцев Западной Сибири, объединённых в национальную организацию. На Чрезвычайном съезде областников в декабре 1917 года присутствовал только Васловский. Но после октября 1917 года у немцев Сибири начались проблемы с Советской властью. 31 декабря 1917 года по постановлению президиума Омского совета, согласованному с Военно-окружным комитетом, была закрыта, как "шпионажный орган, едва приступив к изданию, еженедельная газета для немецких крестьян "Сибирский вестник. В апреле 1918 года были арестованы "по подозрению в контрреволюционной деятельности, члены немецкого районного комитета в Змеиногорске.

Неудивительно поэтому, что падение Советской власти в Сибири в мае 1918 года многими немцами было воспринято с облегчением, "как избавление от власти насильников, всюду насаждавших бесправие и ненавистный немцу беспорядок. Съезд представителей немецких посёлков Славгородского уезда, состоявшийся в Славгороде 14 июня 1918 года, принял резолюцию, в которой заявил о поддержке Временного сибирского правительства, спасшего Сибирь от окончательного развала и ставшего на защиту попранных прав и путь "водворения свободного, демократическо-правового строя в автономной Сибири.

После свержения Советской власти возобновились контакты и сотрудничество немецких организаций с органами власти областников и, прежде всего, с Сибирской областной думой, разогнанной большевиками в январе 1918 года и с июня 1918 года восстановившей свою деятельность. В августе 1918 года в Томске открылась 2-я сессия Думы. Приветствуя её открытие, представитель Центрального комитета немцев Западной Сибири в частности сказал: "Тяготы последних лет несли мы наравне со всеми сынами России. Царская политика сеяния и разжигания антагонизма между национальностями и душившие нас газы недоверия, клеветы и ненавитси со стороны царских приспешников разуверили было нас в возможности государственной и общественной справедливости. Но февральская революция 1917 года, явившаяся судьёй истории, провозгласила права гражданина и народов, и все угнетённые воспрянули духом, все принялись за строительство свободного государства несмотря на продолжающуюся ещё разрушительную деятельность некоторых общественных течений. Мы верим в окончательное торжество истины и справедливости. Да послужат они путеводными звёздами для Сибирской думы, долженствующей довести Сибирь до Сибирского Учредительного собрания, которое узаконит, мы надеемся, основы справедливости и правопорядка.

К открытию августовской сессии Сибирской думы в её составе оформилось 4 фракции: областников, эсеров, социал-демократов и национальная. В состав национальной фракции, насыитывавшей свыше 20-ти человек, входило 5 представителей немецких организаций6 Ф.Ф.Фрезе и П.И.Болдт от Центрального комитета немцев Западной Сибири, Г.И.Шварц представлял Омский районный комитет, И.Г.Реннер-Славгородский и Г.Г.Больдт-Павлодарский. Представитель-

ство национальных организаций в Думе было сформировано в соответствии со статьёй 8 Положения о временных органах управления Сибирью, утверждённых Чрезвычайным съездом областников в декабре 1917 года. Тем не менее на сессии представительство немцев было подвергнуто сомнению. Член Думы Бедро усрмнился в правомочности представительства немецких организаций в Думе, которые, по его мнению, явились "самочинными. Поводом для сомнений стало то, что, по его словам, в Славгороде имелось целых три немецких организаций, "как будто там фабрика немецких комитетов.

Отвечая от имени национальной фракции на обвинения в "самочинности национальных организаций, Ф.Ф.Фрезе сказал, что национальные организации в такой же мере самочинны, как Областная дума и Временное сибирское правительство. И те и другие-"факторы революции, задача которых состоит в том, чтобы привести Сибирь к Учредительному собранию и к автономии.

В развернувшемся конфликте левого эсерского большинства Думы с его правой частью и с Омским правительством национальная фракция, в большинстве случаев, поддерживала фракцию эсеров. И дело здесь заключалось не только и не столько в том, что национальная фракция "подобно полякам в Австрии и ирландцам в Англии, последовательно шла за большинством в надежде, при его помощи наилучшим образом обеспечить свои национальные притязания,-как писали лидеры фракции областников в Думе А.В.Андрианов, Н.Я.Новомбергский, Г.Н.Потанин и В.М.Попов. Причина поддержки национальной фракцией эсеровского большинства заключалась в немалой (если не в определяющей) степени в привлекательности национальной программы эсеров, в частности, отстаиваемой ими идеи национально-персональной (культурной) автономии, которая в случае её осуществления давала всем национальным меньшинствам Сибири (в том числе и немцам) гарантии национального самоопределения и обеспечения их автономных прав в культурной, религиозной и хозяйственной сфере.

Всё сказанное выше позволяет сделать следующие выводы. Создаваемая в 1917-1918 годах немецкая автономия в Западной Сибири строилась на близких к культурно-национальной (национально-персональной, экстерриториальной) автономии принципах. Специфика расселения немцев в крае тремя компактными анклавами (Алтай, Омский уезд, Тобольская губерния) и наличие, вместе с тем, дисперсно расселённых групп немецкого населения определяли приемлемость для них экстерриториального варианта национальной автономии. Немецкая автономия в Сибири предполагала добровольное вхождение в её состав "примкнувших селений и отдельных граждан. Компетенция автономии распространялась на церковь, школу и хозяйственную жизнь. "Самочинная немецкая автономия в Западной Сибири являлась "фактором вызванного революцией национального самоопределения и самоорганизации, и, в случае её осуществления, могла стать элементом формирующегося гражданского общества.

Желания боящихся Его Он исполняет,

вопль их слышит и спасает их.

Хранит Господь всех любящих Его,

а всех нечестивых истребит Псалом 144, 19-20.

7. Октябрьская революция и российские немцы.

После Февральской буржуазной революции 1917 года, с падением царского режима и изменением исторических условий, у российских немцев появились новые надежды. Но после захвата власти большевиками, в октябре 1917 года, всё сложилось по-иному.

Период от февраля до октябрьского восстания большевиков в исторической литературе рассматривается как время подготовки перехода власти к большевикам. Фактически этот переход был обусловлен незавершённостью Февральской революции, борьбой за её завершение, за решение её задач. Монархия была свергнута, но другие насущные задачи демократической революции не были реализованы: о выходе из войны, о земле, рабочий вопрос. Всё это откладывалось до "лучших времён, было причиной недовольства народа, озлобления широких масс, их недоверия октябристам и кадетам и блокировавшимся с ними партиям социалистического спектра, что оставляло большевикам "удобренное поле для взращивания планов завоевания власти. Большевики шли на захват власти, имея поддержку рабочих, значительной части солдат, которые были теми же крестьянами. Но эта поддержка была вызвана бездеятельностью Временного правительства, а не осознанием массами целей большевиков. Их лозунги были просты и привлекательны, внушали надежды, что они будут реализованы и народ получит, наконец, мир, крестьяне-землю, рабочие-8-ми часовой рабочий день. Используя благоприятные для них обстоятельства, большевики расчитывали претворить в жизнь свои планы революционного переустройства России.

Намерения большевиков о построении нового социалистического общества стали ясны с выходом декретов о мире и о земле, декларации прав граждан России и декретом о свободе совести и вероисповедания. Первые годы прошли под знаком внутренней борьбы за власть, негативные последствия которой не замедлили сказаться и на российских немцах.

? Исторические условия после Февральской революции 1917 года. Свержение царского режима в ходе Февральской революции 1917 года означало и для российских немцев новый этап в их истории. С большой надеждой приветствовали они выборы Временного правительства. 11 марта специальным постанорвлением было приостановлено исполнение всего "ликвидационного законодательства, направленного против немецкого населения России. В постановлении указывалось, что окончательное решение по этому вопросу должно принять Учредительное собрание. Когда в декларации 16 марта 1917 года в России были отменены все национальные и религиозные ограничения (Декрет о свободе), российские немцы тоже начали политически организовываться. Немецкая пресса, которая была запрещена в начале войны 1914 года, начала опять расцветать. Вновь начали создаваться немецкие общества и союзы.

Уроки истории, в особенности тяжёлого военного времени, не прошли даром: российские немцы начали работать над объединением всех немецких групп, так как совместно было бы легче предъявить Временному правительству свои претензии о национальной автономии и самоопределении и воплотить их.

На волне бурного развития демократических процессов возникло и стало развиваться движение немцев России за политическое и национальное самоопределение. Первоначально оно приняло форму борьбы за отмену дискриминационных мер, осуществлённых российским правительством в годы первой мировой войны по отношению к немецкому населению, за ликвидацию их негативных последствий. Один из крупнейших центров автономистского движения немцев сложился в Поволжье, в Саратове. В отличие от других центров, например, в Москве и Одессе, он не претендовал на всероссийский масштаб и чётко заявил о своих чисто региональных интересах-интересах защиты прав поволжских немцев. Ещё в начале февраля 1917 года, как только стало известно о распространении "ликвидационных законов на немцев Поволжья, состоялось собрание представителей поволжских немцев, на котором был избран Распорядительный комитет из наиболее известных и уважаемых граждан (Ф.Шмидт, К.Юстус, Г.Шельгорн, Г.Клинг, Я.Шмидт, А.Зейферт, В.Шевалье, И.Борель). Комитету было поручено предпринять меры по защите прав и интересов поволжских немцев, в том числе подготовить и созвать съезд представителей волостей с немецким населением.

После Февральской революции этот комитет, наряду с защитой земельных прав, стал добиваться решения вопросов возрождения самоуправления, языка, церковной жизни, культуры. На основе Распорядительного комитета 4 апреля 1917 года в Саратове был образован Временный комитет немцев - поселян-собственников Самрской и Саратовской губерний. В новый комитет вошли предприниматели, духовенство, учителя. В апреле-мае 1917 года комитет выпустил семь номеров газеты "Первый, "Второй и т.д. "Летучий листок для колоний Поволжья. 14 апреля Временный комитет избрал комиссию для подготовки съезда представителей немецких колоний Поволжья. В комиссию вошли Ф.Шмидт, К.Юстус, Г.Шельгорн, А.Бир, Я.Шмидт. Кроме того, были созданы комиссии по разработке проекта школьной реформы и аграрной платформы.

Всем правительствам, с марта до октября сменявшим друг друга, не удалось решить проблем, оставленных им царским режимом: окончание войны, аграрный вопрос (земельная реформа), обеспечение населения самым необходимым-хлебом.

Уставшие от войны русские солдаты братались на фронте с немецкими солдатами, дезертировали в большом количестве и возвращались домой. Восстания крестьян, убийства помещиков и погромы помещичьих усадеб охватили всю страну. Плохое снабжение в городах радикализировало взгляды рабочих.

В этой обострившейся ситуации большевики под предводительством В.И.Ленина, с помощью Петроградского Совета и красногвардейцев (15-20 тысяч человек) совершили 7 ноября (25 октября) 1917 года переворот, свергнув в ходе вооружённого восстания Ф.Керенского и его Временное правительство. (Кстати и Ленин и Керенский родились в Симбирске-ныне Ульяновск. См. Приложения)

Российские немцы тоже были среди тех, кто учавствовал в обоих революциях 1917 года. Восстанием на крейсере "Очаков, например, руководил Николай Шмидт, участником первой русской революции был большевик Николай Бауман. Широко известно имя уроженца Поволэья Эмануила Квиринга, секретаря большевитской фракции в 4-й Государственной думе и одного из первых сотрудников ленинской "Правды. После Октябрьской революции Квиринг работал в ЦК Компартии Украины, был заместителем председателя ВСНХ и Госплана СССР. В Петербурге вели революционную деятельность Людвиг Мартенс, член "Союза борьбы за освобождение рабочего класса, впоследствии первый официальный представитель Советского правительства в США, и Василий Шмидт, в 1920 годы занимавший посты наркома труда и заместителя председателя Совнаркома.

Февральская революция 1917 года всколыхнула политически активную часть населения немецких колоний. Влиятельной силой стали предприниматели-немцы Саратова, их поддержали духовенство и учителя. Протоколы общих собраний временного комитета поселян-собственников Самарской и Саратовской губерний,обнаруженные в архивах, сохранили богатую информацию о начале национального движения немцев Поволжья за самоопределение.

Первое заседание прошло 4 апреля 1917 года Ф.П.Шмидт, избранный председателем, зачитал собравшимся письмо-обращение профессора К.Э.Линдемана, депутата Государственной Думы, в котором тот, в частности, писал, что 20 апреля в Москве состоится совещание представителей поселян-собственников для учреждения организационного объединения в интересах Учредительного собрания в поддержку Временного правительства. Письмо заканчивалось просьбой прислать на совещание десять представителей от немцев Поволжья. После обсуждения обращения решено было послать делегатов, уточнив, что они являются представителями Временного комитета, а не всех поволжских немцев. Делегатам было предложено на совещании в Москве поставить вопрос о мерах по устранению последствий, вызванных законом от 2 февраля 1915 года о ликвидации землепользования и землевладения поселян-собственников из российских немцев.

14 апреля 1917 года Временный комитет избрал комиссии для подготовки съезда представителей немецких колоний Поволжья. В комиссию по разработке проекта программы, задач и круга деятельности ЦК вошли Ф.П.Шмидт, К.Ф.Юстус, Г.Х.Шельгорн, А.Ф.Бир, Я.И.Шмидт. В комиссию по разработке школьной реформы были избраны учителя, известные в немецких колониях, а также предприниматели Р.И.Штауб, И.О.Зибенгар, А.Л.Грасмие, Г.П.Клинг, И.Э.Борель. Для разрабюотки аграрной платформы была сформирована политико-аграрно-переселенческая комиссия в составе: Ф.П.Шмидт, Г.Х.Шельгорн, К.Ф.Юстус, Г.П.Клинг, А.Д.Зейферт и другие. Делегатами в Москву были избраны Я.И.Шмидт, К.Ф.Юстус, Я.Е.Дитц, патер Баумтрог, Ф.П.Щмидт, Г.Х.Шельгорн, Р.Р.Штауб, И.Э.Борель. На Съезд представителей немецких колоний в саратове 25 апреля 1917 года решили пригласить делегатов из Самары, Балакова, Камышина, Царицына и дргих, с тем, чтобы представительство с мест было более полным.

Через неделю, 21 апреля 1917 года, на заседании комитета , комиссии доложили о первых результатах работы. Школьная комиссия под руководством пастора Эрбеса представила подробный доклад о состоянии школьного дела и проведении в немецких школах реформы. Много споров вызвал земельный вопрос. Аграрная комиссия не пришла к единому мнению и рекомендовала собственной программы не вырабатывать, а "присоединиться к программе одной из прогрессивных левых партий народной свободы.

25-27 апреля 1917 года состоялся 1 конгресс 334 уполномоченных немецких поселян-собственников всех волостей Саратовской и Самарской губерний, представителей немецких диаспор городов Саратова, Самары, Царицына, Сарепты, Астрахани. На съезде был избран Центральный Комитет и Центральное бюро для разрешения всех вопросов, отстаивания прав и соблюдения интересов немецкого населения Поволжья. В ЦК вошло по одному представителю от волости. Центральное бюро как постоянный рабочий орган для решения практических вопросов было избрано из членов ЦК.

Делегаты съезда высказались за необходимость самоопределения в составе Российского государства в рамках демократической республики. Для широкой агитации населения немецких колоний, объединения всех заинтересованных политических сил вокруг ЦК было решено организовать собственную газету, так как национальная печать в годы первой мировой войны была закрыта. Поселяне-собственники готовы были поддержать материально её издание. Глубокое сочувствие на съезде было выражено бывшему директору Лесно-Карамышского центрального русского училища Карлу Петровичу Доршу, уволенному в ноябре 1916 года на волне антинемецкой кампании. К.П.Дорш отдал училищу 35 лет своей жизни, и этот период был самым плодотворным в истории училища. Съезд поручил ЦК принять все меры для реабилитации К.Дорша и восстановления его в прежней должности, выдал ему специальное удостоверение за подписью председателя съезда Ф.Шмидта, где была подчёркнута "безупречная и примерная служба его на благо колоний

После съезда Центральное бюро сразу же включилось в повседневную политическую деятельность. Активными членами бюро были Г.Шельгорн, А.Зейферт, И.Борель, К.Юстус, Г.Дингес, представители духовенства А.Ротермель, И Шлейнинг, Баумтрог и другие.

На заседаниях бюро 15-17 мая 1917 года рассматривался ряд вопросов, касающихся агитации среди колонистов по созыву Учредительного собрания. К.Юстус огласил просьбу немецких учителей созвать учительский съезд с целью начать работу по подготовке школ к учебному году. От группы учителей Новоузенского уезда в ЦБ обратился Кляйн с просьбой организовать курсы для подготовки учителей к преподаванию немецкого языка. К.Юстус предложил активнее привлекать учителей к разработке программы деятельности ЦК, к участию в политической огитации, тем более что с мест приходили сообщения, что некоторые учителя ведут агитацию против частного землевладения и выступают при этом от имени ЦБ. Было решено ускорить издание "Саратовской немецкой народной газеты, с тем, чтобы через печать информировать о деятельности ЦБ, о событиях в колониях и проводить линию на объединение национальных сил.

Выпускать газету решено было 2 раза в неделю тиражом в 10 тысяч экземпляров. Пробный номер вышел 14 июня 1917 года. В редакционную комиссию, наблюдавшую за "направлением газеты, были избраны К.Юстус, А.Бир, Р.Штауб, Г.Клинг, В.Шевалье. Редактором единогласно был избран пастор И.Шлейнинг, помощником-С.Караханьянц. Для поддержки редакции, закупки типографии, бумаги решили установить налог в 20 копеек с души, а с владельцев земли по 15 копеек с десятины. Сельские сходы активно собирали деньги на поддержку газеты, о чём в архивах сохранились джокументы.

Не имея возможности выехать на съезд немецких колоний юга России, члены ЦБ послали в Одессу приветственную телеграмму. Остро стоял вопрос об агитации вокруг идеи объединения всех национальных сил среди колонистов. Бюро постановило проводить агитацию всем членам ЦК, а конечной целью мероприятий считать выборы в Учредительное собрание. По предложению патера Баумтрога после долгих прений было решено привлечь для агитации в колониях лютеранское и католическое духовенство. Слово патеров и пасторов церквей много значило для укрепления авторитета ЦБ на местах.

Следующее заседание бюро немцев Поволжья прошло 14-16 июня 1917 года. Большое место на нём заняло обсуждение вопроса о созыве учительского съезда. ЦК взял на себя все расходы по его проведению. На съезд приглашались все учителя, желающие работать в немецких школах и знающие немецкий язык. Учителя сообщили тревожную информацию об угрозе закрытия Центрального училища в Лесном Карамыше в связи с отсутствием финансирования. Для выяснения положения дел член бюро Г.Клинг был командирован в Лесной Карамыш. По результатам его доклада позднее было решено взять училище под контроль ЦК. Практически на каждом заседании очень остро стоял вопрос об отношении к другой политической организации поволжских немцев-Союзу немцев-социалистов. Протоколы не сохранили полного текста выступлений членов бюро, но были мнения и "за и "против объединения. К единому решению так и не пришли. Члены комитета понимали, что, если они хотят действовать на демократических началах, им необходимы контакты с другими партиями. Поэтому 28 июня 1917 года бало решено приглашать на заседания бюро председателя Союза немцев-социалистов Г.Кенига. Видимо, не все были согласны с этим, так как 16 июля опять поднимается вопрос о совместной работе с немцами-социалистами. После длительных дебатов постановили приглашать представителей социалистов на заседания по всем вопросам, касающимся общей политической линии. 21 июля в заседании бюро принимал участие Г.Кениг.

В тот день члены бюро заслушали доклад гостя из Одессы Райтсиха, который рассказал о работе ЦК южных колоний России. На этом же заседании члены бюро ещё раз однозначно заявили о "национальном стремлении-сохранении частного землевладения, поэтому земельные вопросы обсуждались "в плане защиты от посягательств на частную собственность, от кого бы они ни исходили

Центральный комитет и его бюро решали самые разнообразные вопросы текущей жизни-о создании кредитных обществ, о сборе пожертвований для солдат-немцев Кавказского фронта, о снабжении учебной литературой школ к новому учебному году,-проводили сбор по подписному листу на создание газеты... Так, на заседании 21-23 августа рассматривалась школьная программа, разработанная в соответствии с решением 1 съезда немцев Поволжья. В подготовке программы приняли участие К.Дорш, А.Вульф, И.Штауб, А.Лозингер, Лихтнер, пастор Эрбес, патер Кривински. Школьная комиссия при бюро, возглавляемая И.Штаубом, представила коложение о школьных советах, призванных руководить работой учебных заведений. Причём по предложению комиссии такой совет мог обращаться в бюро и ЦК немцев Поволжья напрямую.

По предложению ЦК 8 августа 1917 года К.Дорш сделал подробный доклад о состоянии Лесно-Карамышского училища со дня его основания в 1866 году и до 1917 года, предложил меры по организации ремонта, увеличению жалования, подбору преподавателей. ЦК вступил в переписку с директором народных училищ Саратовской губернии Никольским, прося о содействии в открытии Лесно-Карамышского училища.

Колонии живо олткликнулись на многие мероприятия Центрального бюро. Так были собраны значительные средства для немецких солдат Кавказского фронта, от сельских обществ поступили деньги на газету. В бюро обращались жители колоний с просьбой возобновить обучение детей в центральном училище, поддержать начальника училища К.Дорша. Учителя адресовали свои запросы о предоставлении работы, проведении учительских курсов.

Оживлённая переписка поддерживалась с Москвой, Одессой, городами Сибири по установлению связи и обмену информацией между региональными комитетами российских немцев. Особенно много наказов от крестьян-колонистов поступало в бюро накануне открытия второго съезда немцев Поволжья. К примеру, крестьяне Лесного Карамыша приняли 18 сентября 1917 года наказ, в котором записали: "1. уполномоченным голосовать при выборах в Учредительное собрание исключительно за список эсеров. 2. Считаем, что земля крестьян, которые обрабатывают собственным инвентарём, должна остаться у владельца. 3. Земля крестьян подлежит прогрессивному налогу в зависимости от количества и качества земли. 4. Неприкосновенны земли опытных и селекционных станций, учебных заведений и общественных организаций. 5. Образцовые частные хозяйства с усовершенствованным инвентарём, садами, племенным скотом или хозяйства со специальной культурой, имеющие государственное значение, могут остаться неприкосновенными и не подлежащими крестьянам на правах землепользования. 6. Крупные землевладельческие хозяйства, эксплуатирующие исключительно наёмный труд или сдачей в аренду-отчуждаются в случае нужды в земле в государственный фонд за вознаграждение.

Центральному бюро "Немцев Поволжья удалось в короткий срок развить бурную деятельность в Саратове и колониях и практически в течении всего 1917 года, даже после победы большевикеов в центре и Саратове держать значительную массу поволжских немцев под своим влиянием. Основные программные цели ЦБ, выработанные 1-м конгрессом, сводились к восстановлению местного самоуправления, лквидации всех дискриминационных актов царского правительства в отношении немцеких колонистов, решению аграрной проблемы, возрождению национального языка, образования культуры.

"Немцы Поволжья являлись общенациональной организацией, объединившей в своих рядах людей самых различных политических взглядов, от консерваторов-националистов до крайне левых. В частности, 1-2 июня 1917 года в Саратове прошёл учредительный съезд Союза немцев-социалистов Поволжья, который объединил в одну организацию отдельные разрозненные группы, отражавшие взгляды почти всех существовавших в России социалистических партий. Наиболее влиятельными были группа большевистской ориентации в Саратове (А.Гиль, Я.Гиль, Г.Кениг, Г.Клингер, А Мейерович, В.Штромбергер и другие). Союз немцев-социалистов развернул активную работу среди немецких рабочих Саратова, однако его влияние в колониях оставалось слабым. При решении общих для всех поволжских немцев вопросов Союз часто занимал раскольнические позиции, ослабляя, тем самым, всё их национальное движение.

19-22 сентября 1917 года в Шиллинге (Сосновка) прошёл второй съезд представителей немецких колоний Поволжья. Выступавшие делегаты представляли самые разные слои населения и политические движения. Большинство из них ратовало за республиканскую форму правления в России, за объединение немцев не только Поволжья, но и всей страны в единый союз. По аграрному вопросу мнения разделились: социалисты-Г.Кениг, В.Мюллер, А.Эмих, часть поддержавших их крестьян выступили за передел земли, но они остались в меньшинстве. Были приняты решения о помощи и организации беженцев, наводнивших колонии во время войны, подробно обсуждался вопрос об организации немецких школ в колониях и подготовке учительских кадров в Екатериненштадтском и Лесно-Карамышском училищах.

Таким образом, после свержения самодержавия промышленники, духовенство, учительство немецких колоний образовали крупную политическую силу с центром в Саратове, способную решать насущные вопросы экономической, социальной, но, главным образом, национально-культурной жизни. Эта сила материализовалась через действия Центрального бюро немцев Поволжья. Лето и осень 1917 года прошли под знаком агитации среди колонистов для объединения всех колоний на платформе Немецкой национальной партии, как называли себя члены ЦБ немцев Поволжья ещё с середины мая 1917 года.

Вторая политическая сила-немцы-социалисты-практически не оказывала заметного влияния на жизнь колоний. Союз немцев-социалистов был создан на учредительном съезде в мае 1917 года, но до самого конца года ячейки социалистов были немногочисленны и сосредотачивались в основном в Саратове и Екатериненштадте.

В Саратовской губернии кандидатами в Учредительное собрание России от "Немцев Поволжья стали И.Шмидт и патер Шенбергер, в Самарской губернии-пастор И.Шлейнинг и учитель А.Лозингер. Руководство Союза немцев-социалистов в нарушение решений 2-го съезда "Немцев Поволжья выдвинуло в Самарской губернии собственных кандидатов.

12 ноября на выборах в Учредительное собрание за список ЦК "Немцев Поволжья в Саратовской губернии проголосовало 50025 (4,8%), в Самарской губернии-42705 (3,5%) человек. Список немцев-социалистов собрал 42148 голосов (3,5%). Часть немцев голосовала за другие партии. В результате такого разброса кандидаты в Учредительное собрание от поволжских немцев не набрали нужного числа голосов. Выборы в Учредительное собрание проходили в условиях, когда к власти в России уже пришли большевики. В это время повсюду, в том числе в Саратове и немецких колониях, производится национализация предприятий немецкой буржуазии, экспроприация и конфискация частной собственности колонистов, развивается политика террора и насилия.

После Октябрьского переворота 1917 года деятельность Центрального бюро немцев Поволжья, как и всей Немецкой национальной партии, резко осложнилась. Большевики расценивали эту национальную организацию как "буржуазно-националистическую и соответственно к ней относились. В декабре 1917 года по решению большевистского руководства Саратова Центральное бюро лишилось всех своих помещений, "Саратовская немецкая народная газета была закрыта, её запасы бумаги на сумму 32 тысячи рублей конфискованы. Преследованиям и репрессиям подверглись многие руководители Немецкой национальной партии. Естесственно, что подобые меры постепенно привели к фактическому прекращению деятельности этой общенациональной организации поволжских немцев. Тем не менее пропагандировавшиеся ею идеи национально-культурной автономии пустили глубокие корни среди немецкого населения саратовского Поволжья.

В то же время на колонистов произвела серьёзное впечатление большевистская "Декларация прав народов России с её идеей самоопределения наций. Она заставила ряд политических лидеров изменить свои позиции. О колебаниях и противоречиях в среде немецких колонистов в то время свидетельствуют решения съезда представителей немецких колоний Новоузенского уезда, состоявшегося в феврале 1918 года. С одной стороны, на нём были осуждены насилие и террор, чинившиеся в немецких колониях различными красногвардейскими и воинскими отрядами, был выражен протест против закрытия "Саратовской немецкой народной газеты, преследований активистов немецкого национального движения, с другой стороны, делегаты съезда решили направить в Москву в Совнарком делегацию с ходатайством перед Советским правительством о предоставлении немцам Поволжья территориальной автономии.

Можно констатировать, что съездом в Варенбурге завершился первый, небольшевистский этап национального движения поволжских немцев за своё самоопределение, начавшийся в феврале 1917 года и наибольшего своего развития достигший летом и осенью 1917 года. Главной движущей силой и авторитетом этого движения была надклассовая общенациональная Немецкая национальная партия и её руководящий орган-Центральное бюро. Исследования подтверждают вывод о том, что на этом этапе основными требованиями немецкого национального движения были отмена антидемократических дискриминационных мер по отношению к российским немцам, введённых царским режимом в годы первой мировой войны, возможность беспрепятственно осуществлять своё национально-культурное развитие, предоставление местного самоуправления, ликвидированного в 1871 году. Эти требования не выходили за рамки национально-культурной автономии.

? Захват власти большевиками в октябре. Октябрьская революция (Великая Октябрьская социалистическая революция, Октябрьский переворот)-переломное событие в истории России, в результате которого было свергнуто умеренно социалистическое Временное правительство, а к власти пришла партия большевиков-РКП(б), первоначально в союзе с анархистами и левыми эсерами.

Октябрьская революция-одно из ключевых событий ХХ века, оказавшее громадное влияние на развитие России и всего мира и имевшее радикальнейшие последствия. Существует широкий спектр оценок Октябрьской революции-от признания её национальной катастрофой, приведшей к значительным жертвам и установлению тоталитарной системы, до убеждённости в том, что революция явилась попыткой построения социализма как демократического строя социальной справедливости.

Медлительность и непоследовательность действий Временного правительства после Февральской революции в решении рабочего, аграрного, национального вопросов, продолжающееся участие России в Первой мировой войне привели к углублению общенационального кризиса и создали предпосылки для усиления крайне левых партий в центре и националистических партий на окраинах страны. Наиболее энергично действовали большевики, провозгласившие курс на социалистическую революцию в России, которую они считали началом мировой революции. Большевики, выдвинув популярные лозунги "Мир-народам, "Земля-крестьянам, "Фабрики-рабочим, к концу августа-началу сентября 1917 года завоевали большинство в Советах Петрограда и Москвы и приступили к подготовке вооружённого восстания, приуроченного к открытию Второго Всероссийского съезда Советов. Выступая на съезде Ленин возвестил: "Социалистическая революция, о необходимости которой столько говорили большевики-совершилась. 26 октября 1917 года съезд Советов принял Декреты о мире(Россия выходила из Первой мировой войны), о земле (земля объявлялась достоянием государства и безвозмездно передапвалась крестьянам), Декларацию прав народов России(отменялось сословное деление общества, провозглашалось право народов на самоопределение вплоть до выхода из состава России). На съезде было сформировано новое правительство-Совет Народных Комиссаров (СНК). Председателем правительства был избран Ленин (Ульянов).

Революция произошла 25 октября 1917 года по старому стилю, который был в то время принят в России, и хотя уже с февраля 1918 года был введён григорианский календарь, а уже первая годовщина революции (как и все последующие) отмечалось 7 ноября, революция по-прежнему ассоциировалась именно с октябрём, что и нашло отражение в её названии.

Название "Великая Октябрьская социалистическая революция (Октябрьская революция, Великий Октябрь) утвердилось в советской официальной историографии к 1930 годам. В первое десятилетие после революции она официально именовалась Октябрьским переворотом, при этом данное название не несло в себе негативного смысла (по крайней мере, в устах самих большевиков), а напротив, подчёркивало грандиозность и необратимость "общественного переворота. Так статья Сталина, посвящённая десятилетию Октября (1927), называлась "Об октябрьском перевороте. Впоследствии слово "переворот стало ассоциироваться с заговором и противоправной сменой власти, и термин был изъят из официальной пропаганды (хотя Сталин пользовался им вплоть до последних своих работ, написанных уже в 1950-е годы). Зато выражение "октябрьский переворот стало активно употребляться, уже с негативным смыслом, в литературе, критической по отношению к Советской власти (в эмигрантских кругах, а после перестройки и в России).

25 октября (7 ноября) в 21:45 холостой выстрел носового орудия "Авроры подал сигнал к штурму Зимнего дворца. Вооружёнными рабочими, солдатами петроградско- го гарнизона и матросами Балтий- ского флота во главе с Владимиром Антоновым-Овсеенко был захвачен Зимний дворец и арестовано Временное правительство. Съезд, на котором большевикам вместе с левыми эсерами принадлежало большинство, рдобрил свержение Временного правительства, принял Декреты о мире и о земле, сформировал правительство-Совет народных комиссаров во главе с Лениным.

Одним из первых шагов нового большевистского режима в Поволжье стало преследование организации "Немцы Поволжья, как "буржуазно-националистической. По решению большевистских руководителей Саратова в декабре 1917 года Центральное бюро лишается всех своих помещений, закрывается газета "Saratower deutsche Vоlkszeitung, принадлежавшая ей бумага и оборудование конфискуются. Многие деятели немецкого национального движения подвергаются преследованию и репрессиям. Всё это приводит к фактическому прекращению деятельности общенациональной организции поволжских немцев.

В то же время большевики пытаются усилить роль Союза немцев-социалистов. Руководство этой организацией берут в свои руки немцы-большевики Саратова. Они начинают издавать газету "Vorwärts, создают в колониях свыше 50 своих первичных организаций, хотя и очень малочисленных, активно участвуют в проводящихся большевиками акциях.

Переворот 25-26 октября произошёл почти без выстрелов и без жертв. Однако уже 29 октября (11 ноября) произошло восстание юнкеров, которое было подавлено отрядами красногвардейцев и матросов, с использованием артиллерии и броневиков. Подавив в Петрограде и Москве сопротивление сил, верных Временному правительству, большевикам удалось быстро установить контроль над основными промышленными центрами России. Партия кадетов была объявлена вне закона, арестован ряд их лидеров, запрещена оппозиционная печать. Несмотря на это на выборах в Учредительное собрание 12 (24) ноября 1917 года большевики получили лишь около 25% голосов избирателей.

Учредительное собрание (Петроград, 5 января (18 января) 1918 года, отказавшееся принять ряд ультимативных требований большевиков, было ими разогнано. Это способствовало дальнейшему расколу страны и обострению борьбы между противостоящими силами, которая в конечногм счёте привела к Гражданской войне. К марту 1918 года Советская власть была установлена на значительной территории России, национализированы банки, началась национализация предприятий, заключено перемирие с Германией. Попытки стран Антанты помешать выходу России из войны и утверждению власти Советов привели к интервенции иностранных держав. Недовольные политикой большевиков и роспуском Учредительного Собрания силы начали гражданскую войну против советской власти. Благодаря поддержке большей части населения, большевикам удалось добиться победы в гражданской войне.

С захватом политической власти большевиками во главе с Лениным закончился короткий период буржуазно-демократического правления в России. Проходивший во время восстания II Всероссийский Съезд Советов, на котором доминировали большевики, принял 8 ноября (26 октября) Декрет о мире, Декрет о земле. Они соответствовали сокровенным мечтам большинства граждан страны о мире и о земле. Неделей позже, новое правительство приняло декларацию прав народов России. Советское правительство пыталось этим ответить на самые важные вопросы революции о мире, земле, национальном самоопределении.

Октябрьская революция означала для истории российских немцев новые перемены. И у них произошли изменения в социальных и политических структурах, в вопросах собственности, производственных отношений. Исторически новым было то обстоятельство, что как одно из национальных меньшинств немцы получили права, которые давали обширные возможности для самостоятельного развития. В ходе революционных преобразований в жизни российских немцев произошли и перемены, ставившие под вопрос их традиции, как например, роль церкви. Как и у других народов, религия играла важную роль в жизни российских немцев. Теперь они были конфронтированы с большевистской государственной политикой атеизма, которая нашла отражение в Декрете о свободе совести, о церковных и религиозных объединениях.

? Первые органы власти. Петроградский Военно-революционный комитет (ВРК) был создан по инициативе ЦК большевистской партии 12 октября 1917 года при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов и существовал до 5 декабря 1917 года. Созданный как легальный орган для противодействия контр-революционным планам Временного правительства, он вскоре становится органом по подготовке и проведению восстания в Петрограде. По предложению Ленина он был создан как внепартийный орган. В состав его в момент создания вошли представители ЦК и Петроградского комитета РСДРП(б), профсоюзов, армии и флота и т.д.. Первым председателем ВРК был избран левый эсер, затем его возглавил большевик Н.И.Подвойский. Секретарём ВРК был избран большевик В.А.Антонов-Евсеенко. При ВРК было бюро ЦК рабочей Красной Гвардии.

ВРК был высшим органом власти в стране с 10 часов утра 25 октября 1917 года и до принятия в 5 часов утра 26 октября 1917 года Вторым Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов воззвания "Рабочим, солдатам и крестьянам, где говорилось о том, что "съезд берёт власть в свои руки.... Фактически же ВРК был высшим органом власти значительно дольше, постепенно утрачивая эти полномочия с открытием Второго Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов, с образованием ВЦИК и СНК, с созданием отделов ВЦИК и аппарата наркоматов.

ВРК обладал реальной силой, опираясь на отряды Красной Гвардии, верные большевикам армейские части, матросов флота, на районные и Петроградский Советы рабочих и солдатских депутатов, на Советы и местные военно-революционные комитеты. Красная гвардия к моменту Октябрьской революции была уже ощутимой силой: накануне восстания она насчитывала по стране более 100 тысяч человек, её отряды имелись в более чем 100 городах.

ВРК назначал своих комиссаров в воинские части, в отдельные учреждения, предприятия Петрограда и в провинцию. С момента своего создания и до 10 ноября 1917 года он назначил 184 комиссара в гражданские учреждения, 85-в войсковые части и 72 в провинцию. Комиссары ВРК наделялись полномочиями по реорганизации госаппарата, по увольнению персонала, правом ареста "явных контрреволюционеров. Они должны были действовать в тесном контакте с общими собраниями и комитетами солдат и рабочих, с Советами. Декретом от 10 ноября 1917 года упразднялись все сословия и сословные деления граждан и сословные организации и учреждения.

Второй Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов утвердил принцип полновластия и единовластия Советов на местах в решении местных дел. Местные Советы создавали свои вооружённые формирования (отряды рабочей милиции), что усиливало их власть. Первой по числу депутатов партией в местных Советах были большевики. Так, по данным съездов губернских Советов в 19 губерниях в первой половине 1918 года, большевиков было около 47,5%, а представителей других партий, в основном левых эсеров-около 25%. 14 июня 1918 года из состава ВЦИК были исключены представители эсеров (и правых и центра) и РСДРП(меньшевиков), и предлагалось всем Советам "удалить представителей этих фракций из своей среды.

27 октября 1917 года ВЦИК на своём первом заседании постановил провести выборы в Учредительное собрание в назначенный ещё Временным правительством срок, 12 ноября 1917 года. Выборы состоялись по спискам, составленным ещё до революции. Например, разделившиеся на две партии с разным отношением к Советской власти левые и правые эсеры шли одним списком, как эсеры. Историки, в том числе буржуазные, признают, что соотношение числа депутатов правых эсеров(370) и левых эсеров(40) было случайным и не отражало позиции крестьянства к этим уже двум разным партиям. Среди делегатов крестьянских съездов, на которые правые и левые эсеры избирались уже по отдельным спискам, преобладали левые эсеры. А на выборах в Советы в городах эсеры уступали даже кадетам.

Отношение к Учредительному собранию было вопросом принципиальным, поскольку это был орган, который по типу своему соответствовал буржуазно-либеральному пути развития революции. 13 декабря 1917 года были опубликованы "Тезисы об Учредительном собрании-важнейшая после Апрельских тезисов работа В.И.Ленина о государственном строительстве в русской революции. В ней говорилось, что возможность сосуществования двух типов государственности исчерпана, поскольку крестьянство и армия определённо перешли на сторону Советской власти, а буржуазные силы начали с ней вооружённую борьбу (восстание Каледина, действия буржуазных режимов на Украине, в Беларуссии, в Финляндии и на Кавказе). Поэтому вопрос об отношении к Учредительному собранию не является юридическим. Оно может быть включено в государственное строительство лишь при условии признании им Советской власти. Являясь вершиной демократии в ходе буржуазной революции, Учредительное собрание "опоздало.

В приводимых историками данных о количестве голосов, поданных на выборах за те или иные партии, есть расхождения. Видимо, в выборах участвовало около 44 млн. Избирателей. Было избрано 715 депутатов (по другим данным 703). За эсеров, меньшевиков, различные национальные партии проголосовало около 60% за большевиков около 25%, за кадетов и другие правые партии около 15%.

Таким образом, партии с принципиально буржуазной программой получили около 15% тех, кто принял участие в выборах, партии с разными социалистическими программами-85%. Конфликт, который возник в связи с Учредительным собранием-это конфликт между социалистами, и прежде всего, между двумя революционными партиями социалистов-большевиками и эсерами (меньшевики имели 16 мест, а эсеры 410). Эсер В.Чернов с места председателя даже декларировал "волю к социализму. Это важно подчеркнуть, так как в годы перестройки пресса внедрила в общественном сознании представление, будто речь шла о выборе между буржуазно-либеральным и социалистическим путём развития России. В ряде вопросов (например, в отношении к террору) большевики были более умеренной партией, нежели эсеры. Передача власти Учредительному собранию (рассмотренная как умозрительный вариант) означала бы не возникновение дееспособной буржуазной государственности, а продолжение "керенщины.

Накануне созыва Учредительного собрания, 3 января 1918 года ВЦИК принял постановление "О признании контрреволюционным действием всех попыток присвоить себе функции государственной власти, где говорилось, что вся власть принадлежит Советам и советским учреждениям и поэтому всякая попытка присвоить функции государственной власти будет подавляться вплоть до применения вооружённой силы.

Учредительное собрание начало свою работу 5 января 1918 года в Петрограде, в Таврическом дворце. Присутствовало около 410 депутатов при кворуме 400. Председателем был избран правый эсер В.М.Чернов (бывший министр Временного правительства). Председатель ВЦИК Я.М.Свердлов зачитал "Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа и предложил собранию принять её то есть признать Советскую власть и её важнейшие декреты: о мире, о земле, и т.д.. Левые эсеры также призвали собрание принять Декларацию и передать власть Советам.

Учредительное собрание Декларацию отвергло (237 голосов против 138). После этого большевики и левые эсеры покинули собрание. Собрание, уже не имея кворума, приняло постановление о том, что верховная власть в стране принадлежит ему, а также успело принять "Закон о земле, в главных положениях повторявший советский Декрет о земле. В пятом часу утра командовавший охраной анархист матрос А.Г.Железняков предложил В.М.Чернову прекратить работу собрания, заявив: "Караул устал. В 4.40 Учредительное собрание прекратило свою деятельность. 6 января 1918 года ВЦИК принял декрет "О роспуске Учредительного собрания. Расстреливать Таврический дворец не было необходимости, его двери просто заперли.

Отказ правых эсеров от сотрудничества с Советской властью направил события в худший коридор. Признание эсерами Советской власти, по мнению Ленина, предотвратило бы гражданскую войну. Он писал: "Если есть абсолютно бесспорный, абсолютно доказанный фактами урок революции, то только тот, что исключительно союз большевиков с эсерами и меньшевиками, исключительно немедленный переход всей власти к Советам сделал бы гражданскую войну в России невозможной. Но признать власть Советов эсеры и меньшевики не согласились, и та часть народа, что их поддерживала, сложилась в достаточную для гражданской войны "критическую массу.

Учредительное собрание как альтернатива Советам в тех исторических условиях было нежизнеспособно. Оно не имело социальной базы, которая могла бы оказать ему поддержку, хотя эсеры вели работу в войсках и на заводах. Судя по воспоминаниям очевидцев, роспуск Учредительного собрания в тот момент не привлёк большого внимания (он стал важной темой в антисоветской идеологической кампании совсем недавно, во время перестройки).

Красноречива дальнейшая судьба депутатов. Часть из них, создав нелегальный "Межфракционный совет Учредительного собрания, летом 1918 года образовала на Волге и Урале, где Советская власть была ликвидирована белочехами, антисоветские правительства (Комуч, Временное сибирское правительство, затем Директория, объявленная всероссийской властью). После прихода к власти Колчака часть депутатов-"учредиловцев была выслана за границу, другая часть арестована. 23 декабря они были расстреляны в Омске по приказу Колчака.

10 января 1918 года собрался III Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов, который выглядел как преемник Учредительного собрания. 13 января начал работу III Всероссийский съезд Советов крестьянских депутатов. Эти съезды объединились и таким образом в стране возник единый высший орган власти. Съезд одобрил роспуск Учредительного собрания, а также решил снять в наименовании Советского правительства слово "временное.

? Декрет о мире, первый, программный, внешнеполитический документ Советской власти, принятый Вторым Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов 26 октября (8 ноября) 1917 года. Проект декрета был подготовлен В.И.Лениным и представлен им съезду в докладе о мире. Великая Октябрьская социалистическая революция победила в обстановке мировой империалистической войны. Вопрос о выходе из войны был наиболее важным для сотен миллионов людей. В Декрете о мире содержалось предложение всем народам и правительствам открыть немедленно переговоры о заключении всеобщего мира на условиях отказа от всех аннексий и контрибуций. На период мирных переговоров Декрет о мире предлагал заключить перемирие сроком на 3 месяца. Декрет о мире явился важнейшим программным внешнеполитическим документом Советской власти, исходившим из возможности длительного мирного сосуществования с капиталистическими странами. Впервые в истории были провозглашены новые принципы международной политики мира и мирного сотрудничества, пролетарского интернационализма, признания полного равноправия всех народов, уважения их национальной и государственной независимости, невмешательства во внутренние дела других стран. Впервые в истории верховный орган власти признал законность и справедливость освободительной борьбы угнетённых народов.

Правящие круги империалистических стран Антанты враждебно встретили советское мирное предложение. Они призывали к организации вооружённой интервенции в Советскую Россию. Декрет о мире восторженно встретили народы России и зарубежных стран. 9 (22 ноября) 1917 года Ленин обратился по радио к солдатам и матросам с призывом выбирать уполномоченных и вступать в переговоры с неприятелем о перемирии. На фронтах стали заключаться "солдатские миры. В Великобритании, Франции, США прокатилась волна демонстраций, митингов с требованием мира, поддержки Советской России. После отклонения советских мирных предложений правительствами стран Антанты Советское правительство вынуждено было начать мирные переговоры с Германией само.

Декрет о мире должен был показать противникам России её готовность к немедленному установлению мира без контрибуций и аннексий. После трёхлетней войны это отвечало всеобщему стремлению к миру и одновременно выражало позицию российских немцев. Претворение решений декрета в жизнь выразилось в немедленном перемирии и переговорах о мире Советской России с Германией. Мирные переговоры привели 3 марта 1918 года к Брест-Литовскому мирному договору. Несмотря на то, что условия этого мира были навязаны Советской России, было исполнено главное требование революции. В то же время оно было крайне необходимым, так как русская армия находилась в процессе распада и деморализации.

Брест-Литовским договором большевики смогли укрепить своё положение внутри страны, но одновременно они теряли территорию, на которой проживало 34 процента населения страны, находилось 54 процента промышленных предприятий и 90 процентов угольных месторождений, а также значительные источники нефти и большие посевные площади на Украине. В дополнительных пунктах Брестского мирного договора 27 августа 1918 года Советская Россия обязывалась выплатить шесть миллиардов марок. Особая глава дополнительного российско-немецкого договора была посвящена возвращению переселенцев. Немецкое правительство имело в виду и российских немцев.

В  21 и  22 того же договора, подписанном 3 марта 1918 года, говорилось, что в течение десяти лет после ратификации договора о мире, переселенцы имеют право на возвращение в страны своего происхождения. Кроме того, переселенцы должны были получить возмещение за нанесённый им во время войны материальный ущерб, имели право продать своё имущество перед выездом и все доходы взять с собой. С немецекой стороны это постановление имело целью всё-таки заселить обширные балтийские провинции, "опробованным Востоком немецким контингентом, как это предлагалось националистическими элементами ещё до войны.

После немецкой ноябрьской революции российское правительство аннулировало 13 ноября 1918 года Брестский договор. Сколько российских немцев использовало возможность выехать из России за короткий промежуток между подписанием и аннулированием договора, неизвестно. Считается, что во время революции, гражданской войны и немецкой оккупации Украины примерно 120 000 немцев переселилось на территорию Германии. Примерно половина из них выехала в Северную и Южную Америку.

В соответствии с 21 и 22 дополнительного договора к Брестскому миру в Саратове было создано консульство во главе с уполномоченным "Немецкой эмиграционной и реэмиграционной службы Рейха, который выдавал так называемые охранные грамоты. Неизвестно, сколько таких охранных грамот было

выдано, а также смог ли кто выехать при тогдашних обстоятельствах в Германию.

Брестский мир с Германией стал поворотным моментом в становлении Советского государства. Он резко изменил политическую ситуацию. Начать с того, что те социальные слои, что поддерживали Временное правительство и его политику считались патриотами, врагами Германии, теперь были заинтересованы в продолжении войны с Германией именно как её союзники, как "пятая колонна немцев. Они теперь видели в наступлении немцев избавление от власти больше-виков. Социальный интерес оказался гораздо сильнее национального.

Как и все глав- ные политичес- кие решения большевиков после Февраля, Декрет о мире и затем его реа-лизация в прак-тически дости-жимой форме, были вызваны реальным со-стоянием стра-ны и соответст-вовали чаяниям народа. Вовсе не сразу приш-ли большевики к пониманию этого состоя-ния. Член Ис-полкома Петро-градского Сове-та меньшевик Н.Н.Суханов в своих "Записках о революции вспоминает, как 21 сентября 1917 года на заседании Со-вета прибыв-ший с фронта офицер говорил: "Солдаты в окопах не хотят ни свободы, ни земли. Они хотят сейчас одного-конца войны. Что бы вы здесь ни говорили, солдаты больше воевать не будут. Как пишет Суханов, на это послышалсь возгласы: "Этого не хотят и большевики!. Но офицер продолжал твёрдо: "Мы знаем, и нам неинтересно, что говорят большевики. Я передаю то, что я знаю и о чём передать вам меня просили солдаты.

Что старая армия не могла воевать, стало ясно ещё до Октябрьской революции. Последний военный министр Временного правительства генерал А.И.Верховский заявил о необходимости мирных переговоров и за это был отправлен в отставку. Разумеется, часть интеллигенции и знать не хотела о том, что солдатам уже было невмоготу воевать и бессмысленно гибнуть массами. Н.А.Бердяев глубокомысленно изрёк по этому поводу: "Русский народ не захотел выполнить своей миссии в мире, не нашёл в себе сил для её выполнения, совершил внутреннее предательство.

Большевики, принимая тяжёлое решение о выходе из войны, не следовали никакой доктрине. Напротив, критика политики большевиков на переговорах о мире с Германией, была именно доктринальной-и внутри России, и в мировом левом движении. В декабре 1917 года немецкий республиканец Г.Фернау, живший в Швейцарии, в открытом письме обвинил Ленина в том, что он пошёл на переговоры с военщиной Германии, вместо того, чтобы "довести до конца дело освобождения трудящихся и эксплуатируемых масс от всякого рабства. Ленин ему ответил тоже открытым письмом, в котором говорилось: "Мы хотели бы спасти наш народ, который погибает от войны, которому мир абсолютно необходим. Требуете ли Вы, чтобы, если другие народы всё ещё позволяют губить себя, наш народ делал бы то же самое из духа солидарности?. Наряду с переговорами о мире Советское правительство начало строительство новой армии, первые успехи которой в большой мере стабилизировали положение.

? Декрет о земле. Продовольственное положение в крупных городах после прихода большевиков к власти оставалось тяжёлым. В марте паёк в Петрограде составлял 150 грамм хлеба в день, в апреле упал до 50 грамм. На местах начался грабёж хлебных эшелонов. Государственные твёрдые цены были низки, крестьяне предпочитали прятать хлеб или сбывать его по высоким ценам на "чёрном рынке.

Власть предприняла попытку организовать товарообмен промышленной продукции на хлеб. Но он не удался, так как большевики, желая поддержать бедноту, осуществляли обмен не индивидуально, а по волостям. После того как волость сдавала хлеб, она получала товары, которые делились поровну между всеми её жителями. Таким образом, за хлеб, сданный зажиточным крестьянином, получал товары его неимущий сосед.

13 мая, когда провал товарообмена стал очевиден, был принят декрет ВЦИК и СНК о предоставлении чрезвычайных полномочий наркомату продовольствия (наркомпроду). В конце мая в деревню были направлены составленные из рабочих и солдат продотряды, получившие право изымать излишки хлеба насильственно, при необходимости применяя оружие. Успех действий продотрядов зависел от их поддержки сельской беднотой.

Продовольственный вопрос оказался связанным с главным вопросом деревни-о земле. Декрет о земле, положивший в основу решения аграрного вопроса принцип уравнительного распределения по потребительно-трудовой норме, был принят в октябре 1917 года. Реализация его на большей части России началась лишь весной 1918 года, после того как сошёл снег. К этому времени законодательство по вопросу о земле изменилось.

Декрет о земле, один из первых декретов Советской власти, был принят Вторым Всероссийским съездом Советов рабочих и солдатских депутатов в 2 часа ночи с 26 октября (8 ноября) на 27 октября (9 ноября) 1917 года. Проект декрета был подготовлен В.И.Лениным и представлен им съезду в докладе о земле. При написании Декрета о земле Ленин использовал "Примерный наказ, составленный на основании 242 наказов, доставленных местными депутатами на Первый Всероссийский схезд крестьянских депутатов в Петрограде в 1917 году, раздел которого "О земле целиком вошёл в текст декрета. Также была использована эсеровская аграрная программа.

Декрет отменял помещичью собственность на землю без всякого выкупа и передавал помещичьи, удельные, монастырские, церковные земли со всем инвентарём и постройками в распоряжение волостных земельных комитетов и уездных Советов крестьянских депутатов, на которые возлагалось принятие мер для соблюдения порядка при конфискации помещичтих имений. Декрет устанавливал также, что земли рядовых крестьян и рядовых казаков не конфискуются. Декрет определял новые принципы землевладения и землепользования: право частной собственности на землю отменялось, запрещалась продажа, аренда и залог земли, вся земля объявлялась всенародным достоянием, т.е. переходила в исключительную собственность госу-

дарства (что означало национали-зацию земли); земельные участки с высококультурными хозяйства-ми, питомники, конные заводы и прочее, а также весь хозяйствен-ный инвентарь конфискованных земель передавались в исключительное пользование государства или общин; право пользования землёй получили все граждане при условии обработки её своим трудом, семьёй или в товариществе без наёмного труда, на основе уравнительного землепользования при свободном выборе форм землепользования, в том числе и артельной. По декрету крестьяне России получили бесплатно 150 млн. десятин земли, они были освобождены от уплаты 700 млн. рублей золотом ежегодно за аренду земли и от долгов за землю, достигших к этому времени 3 млрд. рублей. Основные положения Декрета о земле были развиты и конкретизированы в ряде законодательных актов Советского государства, в том числе в законе "О социализации земли 1918 года, в земельном кодексе РСФСР 1922 года и других. Осуществление Декрета о земле и других актов аграрного законодательства Октябрьской социалистической революции обеспечило поддержку Советской власти со стороны трудового крестьянства, ликвидацию помещичьего землевладения и класса помещиков и создало "... земельный строй, наиболее гибкий в смысле перехода к социализму. (Ленин т. 37 стр. 326)

Экспроприации подверга-лись и многие помещики из российских немцев. Летом 1918 года под предлогом так называемого зернового кризиса была произведена частичная экспроприация земли и у зажиточных крестьян-немцев. Особенно это коснулось щедро наделённых землёй колоний меннонитов. Передачей конфискованной земли ненемецким крестьянам было частично разрушено этническое равновесие в колониях.

Как русские, так и немецкие зажиточные крестьяне были названы кулаками. Слово кулак было символом богатства. Земля, скот и земледельческие машины принадлежали людям, которые держали всё это в одном кулаке. Также это слово было символом ростовщичества или сельского капиталиста. А среди самих крестьян-кулаков ходила присказка, что кулак это крестьянин всю жизнь работающий в поле, а ложась спать ложил под голову кулак вместо подушки. У всех этих обозначений есть исторические корни. Только в ходе коллективизации сельского хозяйства 1930-х годов это название получило негативный оттенок, благодаря партийным функционерам, и в том же значении стало употребляться крестьянами. Это слово стало обозначать эксплуататоров наёмного труда и послужило оправданием раскулачивания и устранения богатого слоя сельского населения.

Причисление к слою состоятельного, зажиточного крестьянства осуществлялось партийными и государственными функционерами исходя из разных критериев и зачастую очень произвольно. В этом был свой политический замысел. Основанием зачисления в кулаки служило введённое в 1928 году "Постановление об индивидуальных налогах на сельские подворья. Так, в пояснениях к закону о едином налогообложении в сельском хозяйстве от 21 апреля 1918 года, говорилось что:

1. Установление величины сельскохозяйственного налога проводится индивидуально, особенно в крестьянских хозяйствах единоличников, которые выделяются из общей массы крестьян данной местности использованием наёмного труда, нетрудовыми доходами, являющимися выше средних.

2. К отличительным признакам нетрудовых доходов и наличия неподдающихся учёту доходов принадлежат в общем купля-продажа, ростовщичество, владение сложными земледельческими машинами, предназначенными для аренды и получения выгоды, систематическое использование в хозяйстве наёмных работников, наличие побочного промысла (как например, мельница, маслобойня для продажи продукции на рынке) и так далее...

Насколько растяжимо было понятие "кулак, видно из итогов борьбы Советской власти против кулаков в немецких поселениях, где зачастую целые деревни объявлялись кулацкими, или при подавлении сопротивления крестьян против насильственной коллективизации, когда все поголовно, даже маленькие хозяйства, назывались кулацкими, если они "добровольно не вступали в колхозы. С этого времени кулаками стали называть и крестьян, имеющих двух коров или лошадей, живущих в доме "лучше, чем у других или попросту вырастивших хороший урожай.

Так как конфискация коснулась церквей и религиозных общин, то немецким церковным общинам и священникам, для которых земельные угодья традиционно были важным источником финансирования их деятельности, был нанесён сильный удар, который был одним из первых в борьбе большевиков против церкви и преследовал цель-лишить её экономической базы.

Правящая большевистская партия стремилась обеспечить выполнение собственной аграрной программы, целью которой было создание не мелкотоварного, а крупного коллективного сельского хозяйства. 27 января (9 февраля) 1918 года ВЦИК принял Основной закон о социализации земли. Сохраняя принципы декрета о земле, закон предоставил преимущества коллективным формам ведения хозяйства, в том числе коммунам и артелям. К лету 1918 года их стало уже около 500. Однако коммуны и артели создавались бедняками, большинство же крестьян стремилось разделить землю в индивидуальное ползование. При разделе земли возникали противоречия. Зажиточные крестьяне настаивали на том, что арендованные или купленные земли делиться не должны, а помещичью землю предлагали разделить по имеющемуся в хозяйстве скоту и инвентарю. Беднота требовала передела всех земель по едокам.

В этой обстановке 11 июня 1918 года был принят декрет ВЦИК и СНК об организации комитетов бедноты (комбедов). Комбедам предоставлялись широкие полномочия по изъятию и распределению излишков хлеба. При этом действовал принцип: чем быстрее проводилось изъятие хлеба, тем большая его часть оставлялась в распоряжении сельской бедноты. Фактически это означало разжигание в деревне гражданской войны. При поддержке органов Наркомпрода комбеды фактически превратились в органы власти, оттеснив (в ряде случаев распустив) сельские Советы. Они не только изымали хлеб, но заново делили землю, конфисковывали у зажиточных крестьян инвентарь, скот, семена и другое имущество.

В решении продовольственного вопроса комбеды и продотряды оказались малоэффективны. Политически они принесли Советской власти большой вред: недовольное изъятием хлеба крестьянство летом 1918 года поддержало белое движение. Декрет о земле чётко определил отношение новой власти к частной собственности, к наёмному труду. Эти формулировки надолго стали основой земельной политики СССР и стран социалистического лагеря. Право частной собственности на землю вновь было закреплено только в Конституции 1993 года.

? Декларация прав народов России. Уже на заре человеческой истории людям было свойственно стремление объединяться в сообщества сначала по кровнородственному, а затем по территориальному признаку. Возникали племена, затем племенные союзы, которые с появлением государственной власти стали преобразовываться в крупные государственные образования. Но они, несмотря на всю их внешнюю мощь и порой высокий уровень культуры, были довольно непрочными. Торговые связи между отдельными их территориям практически отсутствовали или были очень слабыми. Многочисленные группы населения таких государств, часто включённые в них насильно, различались между собой по языку, культуре, уровню развития экономики и другим признакам, что не позволяло им считать себя единыи и целым. Какое-то время они держались только силой оружия и необходимостью сплочения перед угрозой нападения внешних врагов. История показывает, что все империи древности и средневековья, создававшиеся путём покорения народов, не имели исторической перспективы, хотя и существовали порой очень долго. Такова была судьба Римской империи, которой не помогло даже распространение римского и латинского гражданства на завоёванные территории, имерия франков Карла Великого, Золотой Орды и другие.

Древнерусскому государству завоевательные тенденции были присущи меньше, чем другим государствам. Но всё же слабость внутренних экономических связей привела его к распаду на отдельные территории и в дальнейшем к зависимости от Золотой Орды. В то время в русских княжествах, при отсутствии государственного единства, основной массе населения необходимо было как-то отличать себя от других по принципу "свой-"чужой. Это нашло своё выражение в религии, ставшей мощнейшей идеологической силой. Идея сплочения для борьбы за христианскую веру поддерживала русских в деле возрождения Русского государства. Не случайно в борьбе против Мамая, закончившейся Куликовской битвой в 1380 году, московский князь Дмитрий обратился за помощью к авторитетнейшему в народе настоятелю и игумену Троице-Сергиева монастыря Сергию Радонежскому, поддержка которого в значительной степени и обеспечила успех объединения почти всех русских князей под московским знаменем. Это уже проявление национального вопроса в религиозной форме, первые вехи национального самосознания.

Но религия не могла стать долгосрочной основой государственной политики какой бы то ни было страны. Иван Калита спокойно принимал участи в карательном походе ордынских войск, не задумываясь о вопросах веры. В 15 веке великий князь московский Иван-III вступил в союз с крымским ханогм Менгли-Гиреем против христианского, хотя и католического, польско-литовского короля Казимира, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Во время Великого посольства Петра-I в Европу с целью создания антиосманской коалиции европейские дипломаты быстро объяснили российскому царю, что союз христианских народов против турок дело, конечно, хорошее, но менее важное, чем возникшие проблемы борьбы за испанское наследство. Уже в 19 веке Османская империя неоднократно участвовала в европейских коалициях, выступая на стороне одних христианских государств против других. Таким образом, национальный вопрос приобретал уже не столько религиозный, сколько государственный характер.

Процесс развития капитализма с образованием единого внутригосударственного рынка, интенсивным обменом товаров между отдельными территориями, с одной стороны, способствовал ломке внутренних границ, исчезновению или ослаблению языковых диалектов и консолидации населения в единую нацию; с другой, вступал в противоречие с естественным стремлением народов сохранить национальную самобытность, культуру, стиль жизни и т.п.. В разных странах с этой проблемой пытались справиться по-своему, но универсального её решения добиться так и не удалось.

С течением времени вследствие колониальной политики ведущих европейских государств национальный вопрос вступил в новую фазу, так как колониальные империи стали государствами многонациональными, где нация страны-метрополии выступала в роли угнетающей по отношению к народам колоний, что в свою очередь привело к усилению национально-освободительной борьбы с их стороны. К началу 20-го века, когда мир уже был практически поделён, национальный вопрос всё более стал приобретать межгосударственный характер, поскольку столкновения крупных государств из-за передела мира объяснялись их национальными интересами.

В России национальный вопрос имел особую специфику. Процесс развития капиталистических отношений шёл здесь медленнее, чем в большинстве европейских стран, а территория государства продолжала расширяться, присоединяя к себе области, где жили народы, находившиеся порой даже на дофеодальном уровне развития. В то же время государство пыталось не просто грубо эксплуатировать новые территории, а включать их в свою экономическую систему. Это привело к тому, что Россия стала более прочным многонациональным государством, чем, например, Австро-Венгрия, и межнациональные противоречия в ней носили несколько менее острый характер, чем в ряде других стран, хотя и представляли собой серьёзную проблему.

С 16 по 19 века в состав Российского государства вошли Сибирь, Кавказ, Средняя Азия, Казахстан, польша, Прибалтика, Финляндия и ряд других территорий, совершенно различных по экономическому, культурному, религиозному и другим уровням. К началу 20хго века собственно русское население в России составляло менее 50%. В стране проживало около 200 народов, каждый из которых представлял собой самобытную общественную систему.

Россия была унитарным государством с жёстко централизованной системой управления, где не предполагалась возможность самоуправления каких-либо отдельных его территорий. Правда, на практике допускался ряд исключений; некоторые элементы автономии имела Финляндия; сравнительно недолго существовала конституционная система в Польше; в Средней Азии были формально назависимые Бухарское и Хивинское ханства, но в действительности они полностью зависели от российского правительства.

России в попытке решить национальные противоречия была присуща известная гибкость. Так, богатая правящая верхушка присоединённых народов включалась в элиту и получала права российского дворянства. Нерусские народы дали России много выдающихся военных и государственных деятелей, учёных, художников, композиторов, писателей (Шафиров, Багратион, Крузенштерн, Лорис-Меликов, Левитан и много других). Правительство старалось со вниманием относиться к местным национальным традициям и обычаям. Таким образом, известное высказывание В.И,Ленина о России как о "тюрьме народов было существенным преувеличением, преследовавшим конкретные политические цели. Точно так же "тюрьмой народов можно было назвать любое многонациональное государство того времени.

И всё же национальные отношения в Российской империи нельзя представлять как идиллию. В ней периодически вспыхивали межнациональные конфликты, нередко перераставшие в открытые столкновения с немалыми человеческими жертвами. Сильной дискриминации подвергалось еврейское населениею Оно было ограничено в праве жительства и свободного передвижения; исключение составляли только купцы первой гильдии и лица с университетским образованием. В начале 20-го века в ряде городов России происходили кровавые еврейские погромы. В неравноправном положении находилось и польское население и немецкое население. Многочисленные правовые ограничения были установлены как для поляков так и для немцев на государственной службе и в армии. В 1898 году вспыхнуло восстание среди узбеков тогдашней Ферганской области, недовольных политикой царской администрации в отношении мусульманского населения. Во главе его стоял ползовавшийся огромной популярностю местный религиозный вождь Дукчи Ишан. Восстание было жесточайшим образом подавлено-все кишлаки, где жили руководители восстания, сравняли с землёй. В 1916 году произошло восстание под руководством А.Иманова в Средней Азии.

Межнациональные конфликты происходили в России не только между русскими и еациональным населением. В конце 19-начале 20-го веков резко обострились армяно-татарские отношения, вылившиеся в самую настоящую резню. Для решения национального вопроса предлагались различные варианты. По одному из них необходимо было предоставить национальным меньшинствам культурно-национальную автономию без права государственного отделения. Такое решение ставило их в неравноправное отношение к остальным народам. По другому-признать права нации на самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства. Это, однако, противоречило общемировой тенденции интернационализации экономики и формирования крупных государств. Теория социалистических учений признавала национальный вопрос неразрешимым в рамках существования капиталистических общественных отношений. Только с их ликвидацией исчезнет основа для межнациональных конфликтов, и, следовательно, национальный вопрос будет решён. После Октябрьской революции 1917 года попытка реализации этих положений была предпринята при образовании СССР.

Первый Съезд Советов в июне 1917 года провозгласил право народов России на свободное самоопределение. Второй Съезд Советов в октябре 1917 года подтвердил это неотъемлемое право народов России более решительно и определённо. Исполняя волю этих съездов. Совет Народных Комиссаров принял Декларацию прав народов России-исторический акт Советской власти, положившей в основу своей национальной политики принцип равноправия и самоопределения народов. Принята Советом Народных Комиссаров 2 (15) ноября 1917 года Декларация характеризовала национальную политику царизма как систему натравливания одних народов на другие, а политику Временного правительства как более тонкую форму национального гнёта, прикрытого "словесными заявлениями о "свободе и "равенстве народов. После установления Советской власти, подчёркивалось в Декларации, эта политика "должна быть заменена политикой добровольного и честного союза народов России, "открытой и честной политикой, ведущей к полному взаимному доверию народов.

В декларации утверждалось:

1 Равенство и суверенитет всех народов России;

2 Право народов на самоопределение вплоть до отделения и создания самостоятельного государства;

3 Ликвидация национальных, национально-религиозных привилегий и ограничений;

4 Право на свободное развитие национальных меньшинств и этнических групп.

Эта декларация имела ощутимые последствия для российских немцев. Она поощряла возникшее после Февральской революции 1917 года стремление к автономии в немецких колониях. В школах, в районах проживания немецких колонистов, снова было разрешено обучение на родном языке. Родной язык был поставлен на одну ступень с русским. Но выраженная в декларации советская национальная политика с самого начала была очень амбивалентной, противоречивой, отличалась изменчивостью в отношении властей к национальным меньшинствам, в том числе и к российским немцам.

С одной стороны, власти обещали свободное самостоятель-ное развитие, но с другой стороны-подрывали все попытки самостоя-тельных действий, если они шли в разрез с мнением центрального руководства. Это доказывает и решение создания автономной области на Волге в 1918 году.

Декларация послужила важной основой создания и развития собственной автономии российских немцев при Советской власти. Декларация начала претворяться в жизнь с первых дней существования Советской власти. Принципы, положенные в основу Декларации, имели фундаментальное значение не только для формирования советской национальной политики. Они сыграли первостепенную роль в осуществлении ленинской внешней политики Советского государства, в борьбе Советской России за мир и дружбу между народами.

СССР представлял собой федерацию национальных государств, т.е. страну, где при наличии единой центральной власти её отдельным государственным образованиям (в данном случае национальным) предоставлялась большая самостоятельность в решении внутренних вопросов. Предполагалось, что объединение трудящихся устранит причины, побуждающие народы к отделению их от России, хотя такое право было зафиксировано в Декларации. В образованном в 1922 году СССР это право закрепляла Конституция. Считалось, что совместная защита от капиталистического окружения, социалистическое строительство, добровольность объединения союзных республик будут способствовать сближению народов СССР и объединению их в одно союзное многонациональное государство. На определённом этапе действительно так и было, что позволило СССР построить мощную экономику и одержать победу в тяжёлой Великой Отечественной войне 1941-1945 годов.

Именно это и послужило исходным тезисом утверждения, что в СССР национальный вопрос решён полностью и окончательно. В какой-то степени межнациональные противоречия сгладились, но полностью их ликвидации не произошло, так как идеи социализма были реализованы в СССР в искажённом виде и практическое их воплощение далеко не совпадало с теорией. Самостоятельность союзных республик в значительной степени была формальной. Право выхода из СССР практически не могло быть использовано (да оно и не предполагалось). Кроме того, в 30-40-х годах 20-го столетия многие народы (немцы, балкарцы, калмыки, крымские татары и другие) были насильственно депортированы с мест, где они проживали. Экономическая политика центрального правительства нередко приводила к однобокому развитию союзных и автономных республик. Национальные и культурные традиции народов часто не принимались во внимание и так далее. В результате межнациональные проблемы были загнаны в глубь. С распадом СССР они вспыхнули с новой силой. В настоящее время национальный вопрос в Российской федерации и странах бывшего СССР представляют собой одну из самых важнейших государственных проблем. Исторический опыт показывает, что силовые попытки его решения малоперспективны. Жизнь требует поиска новых форм решения национального вопроса.

? Декрет "О свободе совести, о церковных и религиозных общинах, изданный 2 февраля 1918 года, дал правовую основу для ликвидации церковного влияния на общество, религии как таковой и конфискации церковного имущества.

Свобода совести-право каждого селовека на осуществление свободного мировоззренческого выбора, на определение отношения к религии, включая право иметь, менять, распространять религиозные и нерелигиозные убеждения при исключении какх-либо преимуществ или ограничений в пользовании гражданскими правами в зависимости от данного отношения. Право на свободу совести в настоящее время относится к числу неотчуждаемых прав человека, что зафиксировано, в частности, во "Всеобщей декларации прав человека (1948) и "Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод " (1950), действующей Конституции Российской Федерации (1993).

А вот как определеят свободу совести Патриарх Тихон в своём письме к "всесоюзному старосте М.И.Калинину в июле 1920 года: "По общему современному учению свобода совести заключает в себе:

1. Свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды, предполагающей и свободу основания новых религиозных учений.

2. Свободу исповедания, включающую в себя свободу церковной организации и управления, свободу проповеди.

3. Независимость гражданских и политических прав от религиозного исповедания и в связи с этим полное равенство в правах всех существующих религиозных обществ.

Непосредственно после захвата власти выпущенный декрет о земле, согласно которому были экспроприированы церковные земельные угодья, лишал одного из самых крупных землевладельцев экономического фундамента. Декрет о свободе совести, о церковных и религиозных общинах базировался на атеистической политике большевистской партии и Советского государства. Он предусматривал:

1 Отделение церкви от государства и ликвидацию всех ограничений на свободу совести. Религия была объявлена частным делом каждого.

2 С этого момента разрешалось производить записи актов гражданского состояния только гражданским инстанциям.

3 Отделение школы от церкви, отмену преподавания религии в государственных и частных школах.

4 Всё церковное имущество объявлялось народным достоянием. Церковь не являлась более юридическим лицом.

5 Использование экспроприированного церковного имущества церковными общинами во время богослужений стало возможно только с разрешения местных органов власти. Оно было бесплатным, но зачастую за использование этого имущества взимались особые налоги, что должно было заставить обедневшие церковные общины отказаться от богослужений и отправления каких бы то ни было религиозных актов.

Особой темой правовой истории России в советское время является религиозная политика. Здесь государство столкнулось с одним из основных устоев старого общества. Причём если старый государственный аппарат сломать было достаточно легко, попросту лишив чиновников и иных служащих их привычного заработка, то с церковью дело обстояло гораздо сложнее. Проблема заключалась в том, что основные доходы церковных организаций поступали не от государства, а от верующих, а также от скопленных церковью веками ценностей и имущества, движимого и недвижимого. В 1919 году один из организаторов антирелигиозной работы С.Красиков писал: "Мы разбили, уничтожили в октябре всю старую государственную машину, мы уничтожили старую армию, старые суды, школы, административные и другие учреждения.... Однако оказывается, что, сломав всю эту помещичью жандармерию и т.д., мы церковь, которая составляет часть старой государственной машины, не уничтожили. Мы лишили её государственного содержания, лишил её государственной власти и всё же этот обломок старой государственной помещичье-капиталистической машины сохранился. Существуют эти десятки тысяч священников, монахов, митрополитов, архиереев. Почему же с такой незаслуженной ею осторожностью, отнеслась советская власть к этому обломку старой машины?. На риторический вопрос Красикова можно ответить так: осторожности никакой и не было, но вырвать церковь из тесных, соединивших её с жизнью различных групп населения уз оказалось, выражаясь языком вождя ревроюции, архисложно.

Чтобы лучше понять это, необходимо обратиться к некоторым историческим фактам, характеризующим положение религии и религиозных организаций в России, так сказать, в динамике. Россия была не только многонациональной, но и "многорелигиозной страной. Её жители исповедовали православие, протестантизм, католицизм, лютеранство, ислам, буддизм, иудаизм и более примитивные, доисторические представления, которые часто обобщённо называют шаманизмом.

Каждая из исторических религий распадалась на отдельные конфессии. Естественно, в этом пёстром море религиозных убеждений особое место принадлежало русской православной церкви. К привреженцам её по самым скромным подсчётам принадлежало свыше ста миллионов подданных Российской империи. Православная церковь являлась официальной церковью, православие-

государственной религией России. Однако с конца XVIII века, со времён Екатерины-II веротерпи-мость в религиозно-конфессио-нальных вопросах стала законом в российской государственной поли-тике. Правящими кругами осозна-валась необходимость терпимого отношения к старообрядцам и, естественно, магометанам, будди-стам, лютеранам, католикам и т.д. Подобная политика была связана тесным образом с национальной политикой царизма, стремившего-ся сплотить разноэтнические, раз-ноконфессиональные группы имперских подданных. Борьба с религией, в первую очередь с пра-вославной, имела историю, уходящую в XVII век. Всем памят-ны слова Радищева о церкви, которая "союзно с самодержа-вием угнетала общество. В XIX веке манифестом революционных демократов стало письмо В.Г.Белинского Н.В.Гоголю, прямо направленное против религиозных устоев российского общества. С церковным "обескурантизмом и мракобесием с энтузиазмом боролись Герцен, Огарёв, Писарев и многие другие.Религиозно-нигилистические (атеистические) воззрения несли в массы и последователи Чернышевского, и народники, ну и, конечно, социал-демократы. Без этой подготовки антицерковная революция как одно из проявлений общего революционного процесса в России едва ли была возможна.

Когда говорят о религиозной политике ленинского правительства, в первую очередь обсуждают знаменитый декрет об отделении церкви от государства. Этот "Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви был принят 20.01.1918 года Совнаркомом. Об исключительной "важности этого акта говорит та длительная и интенсивная подготовка, которая предшествовала "эпохальному решению. В начале декабря 1917 года Совнарком принял постановление "О передаче дел о воспитании, образовании из духовного ведомства в ведение комиссариата по народному образованию. Тогда же была образована специальная комиссия по подготовке декрета об отделении церкви от государства. Состав этой комиссии был достаточно солиден: нарком просвещения А.В.Луначарский, нарком юстиции П.И.Стучка, известный юрист М.А.Рейснер, свщенник М.В.Галкин, а также специалист по вопросам религии, занимавший соответствующий пост в коллегии наркомата юстиции, П.А.Красиков. 31 декабря 1917 года в газете "Дело народа комиссия опубликовала проект декрета из 13 пунктов. С определённой редакционной правкой эти 13 положений вошли в уже названный "Декрет о свободе совести, церковных и религиозных обществах от 20.01.1918 года. Декрет содержал декларативно-институционную часть (она достаточно широко известна и вполне укладывается в "буржуазно-лемократические правовые рамки), но не только: последние пункты декрета менее известны, они были направлены на уничтожение правовых основ материального существования церквей.

"Церковные ведомости весной 1918 года писали: "Декрет о свободе совести является началом планомерного законодательного похода против церкви. В стране, покрытой на трудовую копейку тысячами православных храмов, монастырей, часовен, в стране, многомиллионный народ которой призывает благословение церкви на брак, рождение детей, обращается к ней за молитвой во все дни своей жизни и напутствием в последный земной путь,-провозглашается отделение церкви от государства, и последнее, как грезится оно совету народных комиссаров, под беспрерывную стрельбу пулемётов, стоны убиваемых, дикий разгул пьяных орд, носит безусловно атеистический характер.

Каждым постановлением Декрета подрывалась быза церкви, её живительная артерия, во все времена соединявшая её с российским народом. Были в Декрете пункты, запрещавшие религиозным обществам владеть собственностью, лишавшие их прав юридического лица и провозглашавшие национализацию всего церковного имущества. Такие положения вообще не имели связи с так называемым отделением. Подобных ограничений не знало ни одно из соответствующих законодательных европейских государств. В особенности это касается статей 9, 10, 12. Но дело усуглублялось ещё и тем, что эти статьи декрета разъяснялись другими подзаконными актами исключительно в антицерковном духе. Эти нормативные акты издавались и распространялись пятым отделом Комиссариата юстиции, который сами работники комиссариата называли "ликвидационный.

14 мая состоялось первое заседание "ликвидационного отдела. Его вёл управляющий делами Совнаркома, он же известный партийный религиовед, В.Д.Бонч-Бруевич. Он поставил перед отделом задачу-руководить деятельностью местных властей, "направленной к установлению новых, созданных октябрьским переворотом, отношений между государством и исповеданиями. 18 мая члены отдела провели острую дискуссию ("закрытую от общественности, разумеется) о первоочередных мероприятиях в сфере церковной политики. Возобладала юридически абсурдная, но "политически оправданная позиция: "общества верующих получают во владение церковные здания, предметы культа, богослужебные книги и тем самым, де-факто, становятся "субъектами права, но данный специфический субъект права не признаётся ни юридическим, ни физическим лицом. Разъясняя эту абсурдную с юридической точки зрения позицию, один из участников дискуссии высказал такую мотивацию: крупные "церковные общества-православные, католические,-"это враги, с которыми нужно бороться, и потому никаких послаблений по 12 и 13 пунктам декрета допускать нельзя. Пункт 13 гласит: Всё имущество существующих в России религиознях обществ объявляется народным достоянием.. Вывод из 13 пункта очевиден: "бери, "конфискуй и т.д. Приведённые факты свидетельствуют об активной роли государственных органов в провоцировании и, отчасти, организации антицерковных революциооно-насильственных действий.

Революционные действия предусмотренные и не предусмотренные законами, развивались в таких направлениях: во-первых, в плане ликвидации материальной базы церкви, во-вторых, в ослаблении или ликвидации священнослужителей и церковного актива, и, в-третьих, в уничтожении святынь церкви.

К лету 1920 года всё основное имущество православной церкви было национализировано, не говоря уже о других конфессиях. Только в Москве было изъято: 551 жилой дом, 100 торговых помещений, 52 школьных здания, 71 богадельня, 6 детских приютов и 31 больница. Руководитель 5-го отдела НКЮ Красиков отмечал, что за годы гражданской войны у церкви были изъяты все наличные капиталы, все земли, все здания, храмы, склады, лабазы и т.д.

Большая часть церковного имущества была сосредоточена у монастырей, которых в России до революции было 1253 (включая архиерейские дома, скиты, подворья). Операция по ликвидации монастырей вылилась в разбойничий поход против них. Наркомюст рекомендовал производить обыски в монастырских храмах и даже в кельях монастырей на предмет "поиска благородных металлов. Монастырские церкви подлежали ликвидации "на общих основаниях. Во многих губерниях была учреждена специальная должность "комиссара по монастырям. Они имели явно диктаторские функции, осуществляли полный контроль хозяйственной жизни монастыря, подписывали приходные и расходные документы, визировали заявки на доставку дров, следили за движением монастырского населения и многим другим. Комиссар был "полномочным представителем советской власти в монастыре, осуществлявшим административный и политический надзор за бытом и деятельностью монастырского населения, т.е. фактически руководил всеми сторонами монастырской жизни.

В силу ряда не зависящих от большевиков обстоятельств национализация монастырских имуществ растянулась на несколько лет и завершилась в основном только в 1921 году, хотя первоначально планировалось завершить это в несколько месяцев. К концу 1918 года сведения о ликвидации монастырей поступили только из нескольких губерний, в том числе из Костромской, где процесс этот начался ещё до издания Декрета.Обеспокоенный такой ситуацией, Наркомюст в декабре 1918 года "напоминает губисполкомам, что в инструкции по проведению Декрета в жизнь предписывалось провести национализацию церковных и монастырских имуществ в двухмесячный срок со дня его опубликования (30 августа), а между тем от большинства исполкомов не поступало никаких сведений "о проведении этой акции. Подстёгнутая директивой центральной власти, местная власть засучила рукава. Уже в начале следующего года калужский отдел юстиции сообщил, что из имеющихся в губернии 16 монастырей все монахи и монахини выселены. Аналогичное сообщение поступило из Курской губернии. Пермский губисполком всерьёз запрашивал московское руководство, должен ли вообще существовать институт монашества. Контекст запроса был таков: если наверху считают, что не должен, то пермские большевики будут руководствоваться таким мнением. В Москве к середине года из большей части монастырей монахи и монахини были выселены. По решению Моссовета все бывшие монастрыские помещения должны были поступать иселючительно в ведение отдела народного образования. На практике они использовались самым различным образом. Так, в Спасо-Андрониевском монастыре были устроены пролетарские квартиры, а Новоспасский монастырь превращён в концентрационный лагерь, Страстной монастырь занят военным комиссариатом, а в кремлёвском Чудовом монастыре разместился кооператив "Коммунист. "За активную контрреволюционную деятельность была закрыта Троице-Сергиева Лавра в Сергиевом Посаде. Город переименован в Загорск. О судьбах Католических и Лютеранских церквей и говорить не приходится, их даже не имели ввиду. Словно их вообще не существовало. О судьбах Лютеранских церквей мы будем говорить во второй части данной книги: "Лютеранское вероисповедание в России.

К концу 1920 года в стране было ликвидировано 673 монастыря, а 1921-го ещё 49, т.е. всего 722. Обитатели монастырей оказались на улице. Национализация монастырских имуществ и ликвидация монастырей характеризуется советскими историками как "сложный и во многом драматический процесс. На самом деле, если быть честными, то это одна из самых жутких и кровавых акций большевиков. Они "не гнушались никакими мерами. Насилие, кощунство и алчность всегда были карманными жизненными средствами всех революционеров. При ликвидации монастырей они использовали их в полную меру. Институт монашества, строившийся духовными усилиями тысяч подвижников на протяжении десятка веков, большевики разрушили в несколько лет.

Однако материальные потери церкви не идут ни в какое сравнение с людскими жертвами. Советский закон гласил: "ни один священник, епископ и т.д. не был и никогда не будет арестован только за то, что он духовное лицо. Однако в коридорах партийной власти говорили по-другому: "религиозные объединения-это единственные легальные организации, впитавшие в себя все враждебные элементы. Вождь революции призвал бороться с релинией по-настоящему, а рядовой матрос Кранов предлагал руководителям партии вообще упразднить религию. Пещерная ненависть к религии родила у большевиков жуткий психологический рецидив первых веков христианства, только бросали жертву не ко львам в клетку, а ставили "к стенке. Уже в первые дни революции был убит матросом священник Чефанов в Севастополе только за то, что напутствовал приговорённых к смерти. Его вывели из храма и тут же на паперти расстреляли. Церковные ведомости первой половины 1918 года фиксируют далеко не полный список убитых священников, к какой бы конфессии они не принадлежали, но и он насчитывает несколько десятков имён. В некоторых случаях красногвардейцы действовали с особой жестокостью: в квартиру елабужского протоиерея отца Павла Дернова ворвались ночью пятнадцать красногвардейцев и увели троих его сыновей, а вскоре и отца. На рассвете стало известно о судьбе юношей: они сидели под арестом. Отца Павла разыскать не могли. Вскоре матушке сообщили, что за городом у мельницы лежит тело священника. Оказалось, что отец Павел расстрелян. Когда сыновьям сказали, что их отец расстрелян, то один из них назвал красногвардейцев душегубами. Этого было достаточно, чтобы всех вывели на пристань и расстреляли. Ещё один случай произошёл в Тверской епар-

хии: в начале апреля на волостном сходе прихожане села Гнездова стали упрекать красногвардейцев в том, что они незаконно захватывают имущество церквей. Тут же на сходе было арестовано около 30 человек. Их избили и повезли в уездный город Вышний Волочек. Дорогой десять арестованных были замучены до смерти. Расправа была жуткой. Ещё в волостном комитете Петра Жукова так избили, что по словам его жены, вся голова его была в ранах, пальцы рук переломаны. На седьмой версте конвоиры разрезали ему скулы, вырезали язык и застрелили. Другого арестованного по дороге в уездный город били беспрерывно два дня, нанесли ему 8 штыковых ран и застрелили. С убитых сняли обувь. 20 апреля в городе Костроме был убит старейший во всей губернии священник 87 лет, бессменно служивший 63 года в одном храме-в Борисово-Глебской церкви, убит ночью в своём доме, кинжалом в сердце. Игумен Евгений, настоятель Александро-Свирского монастыря и с ним 5 человек братии за сопротивление разграблению монастыря были расстреляны. Их заставили рыть себе могилу. Перед расстрелом они пели "Христос воскресе. 30 апреля под пасхальную заутреню священнику Иоанну Пригоровскому (Кубанская епархия) выкололи глаза, отрезали уши и язык, за станицей ещё живого закопали в навозной яме.

Этот жуткий список можно долго продолжать. Если единичный случай можно отнести за счёт потери рассудка у исполнителя, то столь массовые примеры такому объяснению вряд ли поддадутся. Что же за люди это делали, что или кто их вёл и напутствовал? Ответ, вероятно, надо искать не только в области политики, идеологии, педагогики и психологии, но и в сфере иррациональной, духовной. Великий русский провидец Ф.М.Достоевский назвал это "бесовщиной. Душа, лишённая святого, становится вместилищем тёмных сил, по религиозной терминологии-бесов; помутнённый разум, ожесточённое сердце, почерневшая душа-свидетельство сатанинской власти. Известны некоторые общие цифры, возможно, неполные: в 1917 году насчитывалось 100 тысяч священнослужителей русской православной церкви, к 1929 году их осталось 35 тысяч. Можно с уверенностью сказать, что в 1918-1920 годы, в годы ленинских репрессий, организация православной церкви была разрушена, её лучшие кадры уничтожены, богатства, хранящиеся в храмах и монастырях, расхищены.

Положения Декрета о свободе совести затрагивали как русские православные, так и немецкие церкви. Мы рассмотрели отношение к православной церкви, а что уже говорить об отношении в России того времени к немецким церквям. Они также потеряли свои благотворительные заведения, школы для глухонемых, дома престарелых и детские дома. Новые законы ущемляли церковную жизнь колонистов и их этническую специфику. Церковное влияние на сохранение немецкой культуры, которое осуществлялось через школы в колониях, было сведено к нулю. Сохранение обычаев и обрядов стало частным делом каждой семьи.

?Борьба большевиков за сохранение власти в 1918-1922 годы. Сразу после переворота большевики пытались распространить власть Советов по всей территории России и одновременно воплотить в жизнь провозглашённые перемены в государстве и обществею Такие законы как:

1 Декрет о земле.

2 Декларация прав народов России.

3 Введение рабочего контроля.

4 Национализация жилого фонда.

5 Национализация промышленности.

6 Аннулирование государственных займов

и последовавшие в связи с ними изменения для прежних представителей экономической и государственной системы (русских и нерусских помещиков и буржуазии) вызвали массивное недовольство со стороны оппозиции и сторонников старого режима, что привело к беспощадной гражданской войне.

Гражданская война 1917-1922 годов продолжает оставаться одним из важнейших событий отечественной истории. Историография этой проблемы насчитывает более 20 тысяч книг, диссертаций, научных статей. В то же время нужно отметить, что у многих современников сформировались неоднозначные и порой искажённые представления об этой трагической странице истории.

Почему началась гражданская война в России? Каковы её причины? Кто виновен в её развязывании? Как относились российские немцы к этой войне? Участие российских немцев в гражданской войне? Ответы на эти вопросы неоднозначны. Учитывая последние взгляды исторической науки, можно считать, что причины войны нельзя свести к виновности в её начале какой-либо одной стороны. Её исторические предпосылки следует искать в состоянии российского общества до февраля 1917 года, когда Россия входила в состояние гражданской войны, а причины-в действиях или бездействии основных политических сил страны в период от февраля 1917 года примерно до лета 1918 года.

Началом гражданской войны принято считать весну-лето 1918 года. Одной из причин начала гражданской войны и иностранной интервенции была политика советского правительства: отказ от создания коалиционного правительства, былоо разогнано Учредительное собрание, избранное народом, начиналась национализация земли, предприятий, банков и т.д. Власть сталкивала различные социальные группы.

Война-самое крайнее, острое выражение политики, когда выявляется суть всех институтов государства. Война-эксперимент над государством, открывающий историку важное знание. Советское государство прошло через две тотальные войны, когда столкновение было совершенно непримиримым. Первой была гражданская война 1918-1922 годов, сопряжённая с иностранной военной интервенцией. Роль Запада в порождении гражданской войны у нынешних поколений как-то недооценивается. А в то время она была всем очевидна. Ленин говорил 2 декабря 1919 года как о вещи общеизвестной: "Всемирный империализм, который вызвал у нас, в сущности говоря, гражданскую войну и виновен в её затягивании... (т.39, стр.342). Вальтер Шубарт писал в книге "Европа и душа Востока: "С 1914 года мы вошли в столетие западно-восточной войны. В 1918-1922 Запад вёл её в основном руками российских "белых, а потом поляков.

Мы говорим о российских немцах, но чтобы лучше понять отношение российских немцев к этой войне и глубже понять историю российских немцев, которая именно в этот период и начала ухудшаться, когда негативное отношение к российским немцам во время Первой мировой войны стала всё более и более углубляться, хотя и была создана автономия немцев поволжья сразу после революции.

Гражданская война-катастрофа более страшная, чем война с внешним врагом. Она раскалывает народ, семьи и даже саму личночть человека, она носит тотальный характер и наносит тяжёлые душевные травмы, которые надолго предопределяют жизнь общества. Поскольку в гражданской войне нет тыла, она разрушает всю ткань хозяйства, всё жизнеустройство в целом. В ходе гражданской войны в России погибло несколько миллионов человек (количественные оценки резко различаются). Подавляющее большинство погибших потеряли жизнь не от "организованного насилия-на поле боя или от репреввий, а от голода, болезней и особенно эпидемий (тифа). А также от "молекулярных, местных конфликтов, не связанных с целями воюющих сторон.

Вялотекущая гражданская война началась в момент Февральской революции, когда произошёл слом старой государственности. Военные столкновения и вспышки насилия большей или меньшей интенсивности происходили до конца 1917 года, и события октября не выделялись из этой череды. Например, "корниловский мятеж в августе по своим размерам был гораздо более крупной войсковой операцией. Но в тот период ещё не существовало необходимой для войны психологической основы-стороны расходились миром или дело ограничивалось небольшими стычками. Взаимная ненависть назревала постепенно. Важным моментом в этом процессе было образование на Юге России Добровольческой армии "белых и декрет изданный в январе 1918 года генералом Л.Г.Корниловым: "пленных не брать.

Надо вспомнить важнейший ист орический факт принятия вполне сознательного решения о начале гражданской войны. Она вовсе не выросла из стихийных волнений крестьян или казаков против советской власти-эти волнения были фоном всей политической жизни России с марта 1917 года и вовсе не обязательно должны были "сложиться в войну. Фактически, решение о войне было принято на Западе и реализацию в виде интервенции и мятежа чехословацкого корпуса. Именно это и послужило для эсеров сигналом к объявлению войны Советскому государству. Вот слова В.М.Чернова об этом решении которое последовало после начала мятежа белочехов: "В этих условиях в июне 1918 года Поволжский областной комитет партии социалистов-революционеров (ПСР) заключил с уральским казачьим войском союз для ликвидации большевистской диктатуры и провозглашения власти Учредительного собрания в Поволжье и Приуралье. Центральный комитет ПСР... этот союзный договор утвердил.

Затем белочехи заняли Самару, и 8 июня эсеры образовали Комитет членов Учредительного собрания, который объявил себя верховной властью в России, а затем начал мобилизацию в армию. 30 июня 1918 года в Омске при участии интервентов было создано Сибирское правительство из меньшевиков, эсеров и кадетов. Оно провозгласило "государственную самостоятельность Сибири. Цель этих акций и была началом полномасштабной гражданской войны.

Таким образом, для всего понимания этого периода истории мы обязаны твёрдо запомнить и обдумать этот факт: гражданская война против Советской власти не выросла стихийно, она была начата и даже объявлена в результате вполне конкретных решений, принятых вполне конкретными политиками. И начата была эта война социалистической революционной партией. Но той партией, которая вступила в союз с российской буржуазией и с Западом-против того большого проекта, который был порождён традициями и историей русского народа. И в этом столкновении изначально "белые вовсе не были патриотами, которые хотели спасти царя-батюшку и Русь-матушку от злых большевиков-марксистов, агентов еврейского социализма. Главнокомандующий Русской армией (белых войск в Крыму) П.Н.Врангель назначил министром иностранных дел белого правительства бывшего марксиста П.Б.Струве.

Официальная советская история героизировала гражданскую войну и создала ряд упрощающих мифов. Сегодня, в условиях общего культурного кризиса, легче эти мифы преодолеть. Легче-не значит легко, но это надо сделать. Во-первых гражданская война была порождена не только классовым, но и цивилизованным конфликтом по вопросу о том, как надо жить в России, в чём правда и совесть. В важной работе П.А.Сорокина "Причины войны и условия мира, опубликованной в 1944 году, он пишет: "Гражданские войны возникали от быстрого и коренного изменения высших ценностей в одной части данного общества, тогда как другая либо не принимала перемены, либо двигалась в противоположном направлении. Фактически все гражданские войны в прошлом происходили от резкого несоответствия высших ценностей у революционеров и контр-революционеров. От гражданских войн Египта и Персии до недавних событий в России и Испании история подтверждает справедливость этого положения.

Народ России, в том числе и российские немцы, был расколот примерно пополам (значит, не по классовому признаку). В армии Колчака, например, были воинские части из ижевских и воткинских рабочих. Очень важен для понимания характера конфликта раскол культурного слоя, представленного офиыерством. В красной армии служили 70-75 тысяч офицеров, т.е. 30% всего офицерского корпуса России (из них 12 тысяч до этого были в Белой армии). В белой армии служили около 100 тысяч (40%), остальные бывшие офицеры уклонились от участия в военном конфликте. В Красной армии было 639 генералов и офицеров Генерального штаба бывшей царской армии, в Белой-750. Цвет российского офицерства разделился пополам. При этом офицеры, за редким исключением, не становились на "классовую позицию большевиков и не вступали в партию. Они выбрали красных как выразителей определённого цивилизованного пути, который принципиально расходился с тем, по которому пошли белые.

Чистым, почти экспериментальным случаем можно считать политику меньшевиков, которые пришли к власти в Грузии. Руководил ими талантливый марксист Жордания, в прошлом член ЦК РСДРП (кстати, как и Сталин, исключённый из духовной семинарии). В отличии от меньшевиков в России, Жордания в Грузии убедил партию не идти на коалицию с буржуазией и взять власть. Сразу была образована Красная гвардия из рабочих, которая разоружила солдатские Советы поддерживающие большевиковт (в этих Советах русские были в большинстве). В феврале 1918 года Красная гвардия подавила демонстрацию большевиков в Тифлисе. Само собой, турки пошли в наступление, легко разбили грузин, и тем пришлось призвать на помощь немецкую армию, а потом и британскую. Какова же была внутренняя политика правительства Жордании? Типично социалистическая. Была проведена стремительная аграрная реформа-земля помещиков конфискована без выкупа и продана в кредит крестьянам. Затем национализированы рудники и почти вся промышленность (по найму у частных собственников к 1920 году в Грузии работало всего 19% занятых). Была введена монополия на внешнюю торговлю.

Таким образом, возникло типично социалистическое правительство под руководством марксистской партии-непримиримый враг Октябрьской революции, ведущий войну против большевиков. Как это объясняется? Жордания объяснил это в своей речи 16 января 1920 года: "Наша дорога ведёт к Европе, дорога России-к Азии. Я знаю, наши враги скажут, что мы на стороне империализма. Поэтому я должен сказать со всей решительностью: я предпочту империализм Запада фанатикам Востока!. Дело, конечно, не в речи. Важнее, например, что Жордания считал крестьянство частью буржуазии, и аграрная реформа свелась к приватизации земли на началах чистого индивидуализма и с сознательным подрывом общинных отношений в деревне.

Другим примером может служить Юзеф Пилсудский, ставший диктатором Польши и начавший, под давлением Антанты, войну против Советской России в 1920 году. Он был революционером и социалистом, поклонником Ф.Энгельса, руководителем Польской социалистической партии. Но главным пунктом в его политической программе была "глубокая ненависть к России. Он был сослан по тому же делу о подготовке покушения, по которому был казнён брат Ленина Александр Ульянов. Находясь в ссылке в Сибири, он, по его признанию, "вылечился от остатков тогдашнего русского влияния, очистился для западноевропейского влияния. В 1895 году он написал брошюру "Россия, в которой говорит почти дословно то же самое, что говорили демократы спустя сто лет, в начале 90-х годов 20-го века. Даже не верится, как можно с такой точностью повторять старые тезисы.

Правовым основанием для войны против РСФСР Пилсудский считал подписанный 21 апреля 1920 года тайный договор с С.Петлюрой, которого сегодня так чтят на Украине. Петлюра был интернирован в Польше и подписал с Пилсудским договор, согласно которому "Украинская Народная республика уступала Польше Галицию и ряд других областей-до границ 1772 года! За это Польша бралась восстановить власть Директории на Украине.

Во-вторых, важноподчеркнуть, что война "белых против Советского государства не имела целью реставрировать Российскую империю в виде монархии. Это была "война Февраля и Октября-столкновение двух революционных проектов. Монархически настроенные офицеры в Белой армии были оттеснены в тень, под надзор контрразведки (в армии Колчака действовала "тайная организация монархистов, а в армии Деникина, согласно его собственным воспоминаниям, монархисты вели "подпольную работу). Виднейший деятель Белой армии генерал Слащов-Крымский писал, что по своим политическим убеждениям эта армия была "мешаниной кадетствующих и октябриствующих верхов и меньшевистско-эсерствующих низов. Во всех созданных белыми правительствах верховодили деятели политического масонства России, которые были непримиримыми врагами монархии и активными организаторами Февральской революции. Противником сильной царской империи был и Запад, который на деле и определял действия белых.

Приняв от Антанты не только материальную, но и военную помощь в форме иностранной интервенции, антисоветская контрреволюция быстро лишилась даже внешних черт патриотического движения и предстала как прозападная сила, ведущая к потере целостности и независимости России (Колчак называл себя "кондотъером). Это во многом предопределило утрату ширококй поддержки населения и поражение Белой армии. Напротив, Красная армия всё больше воспринималась как сила, восстанавливающая государственность и суверинитет России.

Бескровно получив власть в октябре 1917 года, Советское правительство, естесственно, делало всё возможное, чтобы избежать гражданской войны. Известный тезис о "превращении войны империалистической в войну гражданскую имел чисто теоретический характер и, поскольку до Февраля большевики политического влияния не имели, никакого воздействия на общественную практику не оказал. После Февраля он был снят и заменён лозунгом справедливого демократического мира. После Октября, во время наступления немцев, был выдвинут лозунг "Социалистическое Отечество в опасности.

С целью предотвратить столкновение было сделано много примиртельных жестов: отмена смертной казни (это был первый декрет Второго Съезда Советов), освобождение без наказания участников первых антисоветских мятежей, в том числе их руководителей (генералов Корнилова, Краснова и Каледина); многократные предложения левым партиям образовать правительственную коалицию; отказ от репрессий по отношению к членам Временного правительства и перешедшим в подполье депутатам Учредительного собрания, даже отказ от репрессий против участников опасного мятежа левых эсеров в июле 1918 года в Москве (были расстреляны лишь 13 сотрудников ВЧК, причастных к убийству посла Мирбаха) и амнистия в честь первой годовщины Октября.

В целях примирения Советская власть смотрела сквозь пальцы на нарушение официальных запретов: летом 1918 года издавалась газета запрещённой партии кадетов, выходили гозеты меньшевиков и анархистов. Даже после разгрома ВЧК "анархистских центров в Москве Нестор Махно летом 1918 года приезжал в Москву и имел беседы с Лениным и Свердловым.

Первые месяцы Советской власти породили надежды на мирный исход революции без крупномасштабной войны. О том, что эти надежды советского руководства были искренними, говорят планы хозяйственного и культурного строительства и особенно начавшаяся реализация крупных программ. Например, открытие в 1918 году большого числа (33) научных институтов, организация ряда геологических экспедиций, начало строительства сети электростанций или программа "Памятники республики. Никто не начинает таких дел, если считает неминуемой близкую войну.

В целом, Советское государство создавало механизм, подавляющий тенденцию к гражданской войне, но сила его оказалась недостаточной. Даже для тех действий, которые сегодня многие относят к разряду ошибочных или преступных, в тот момент было трудно предсказать итоговый эффект с точки зрения разжигания или гашения войны. К таким действиям относится красный террор.

Но подходить к социальным конфликтам масштаба революции с позиции абстрактного гуманизма в лучшем случае наивно. Более того, отказ государственной власти от насилия ведёт к Смуте и самым большим по масштабам страданиям населения. В условиях кризиса государственности принципом реального гуманизма является политика, ведущая к минимуму страданий и крови, а не к их отсутствию.

Террор (от французского слова ужас) государства обычно имеет целью подавить эскалацию действий его внутренних врагов созданием обстановки страха, парализующего волю к сопротивлению. Для этого проводится краткая, но интенсивная и, главное, наглядная, вызывающая шок репрессия. Принцип террора-неотъемлемая часть революционной традиции Нового времени, он юридически обоснован Робеспьером и философски-Кантом. Робеспьер писал: "В революцию народному правительству присущи одновременно добродетель и террор: добродетель, без которой террор губителен, и террор, без которого добродетель бессильна. В Росии все революционные партии принимали идею террора, социал-демократы отрицали лишь террор индивидуальный. Противниками любого террора были именно консерваторы и "реакционеры (в частности "черносотенцы).

Советское государство объявило красный террор как ответ на обострившийся летом 1918 года белый террор, после покушения на В.И.Ленина 30 августа (в организации белого террора, были, кстати, замешаны английские спецслужбы, что признаёт в своих мемуарах посол Локкарт). Государственным документом, вводившим эту меру, было воззвание ВЦИК (от 2 сентября), выполняющим её органом-ВЧК. Самой крупной акцией был расстрел в Петрограде 512 представителей высшей буржуазной элиты (бывших сановников и министров, даже профессоров). Списки расстрелянных вывешивались (по официальным данным, всего в Петрограде в ходе красного террора было расстреляно около 800 человек) Прекращён красный террор был постановлением VI Всероссийского съезда Советов 6 ноября 1918 года, фактически в большинстве районов России он был закончен в сентябре-октябре.

Станкевич В.Б., занимавший в 1917 году пост комиссара Временного правительства при Верховном главнокомандующем, в эмиграции писал, отвечая тем, кто возлагал вину за террор на большевиков: "Мы защищались. Но ведь большевики тоже защищались. И террор, и массовые казни появились лишь после того, как мы объявили им войну. Видимо, красный террор, скорее, подтолкнул к расширению гражданской войны, чем отвратил от неё. Парализовать сопротивление Советской власти с помощью страха не удалось. Если же считать террор акцией уже начавшейся войны, то он привёл к резкому размежеванию и "очистил тылы-вызвал массовый отъезд активных противников Советской власти в места формирования Белой армии и районы, где Советская власть была свергнута (например, в Казани во время красного террора было расстреляно всего 8 человек, так как "все контрреволюционеры успели сбежать)

Сегодня, когда хорошо изучен процесс разжигания и эскалации примерно десятка гражданских войн последних десятилетий (Ливан, Нигерия, Шри Ланка, Югославия и т.д.), когда выявлена роль в этом процессе государства, можно реконструировать весь период от февраля 1917 года до конца 1918 года как систему становления и воспроизводства гражданской войны (более строго, эту систему следовало бы рассмтривать начиная с 1905 года). Советское государство было одним из действующих элементов этой системы-с очень небольшими средствами для воздействия на фундаментальные процессы самоорганизации.

Одновременно были предприняты попытки со стороны прежних союзников царской России задушить революцию с помощью интервенции, так как правительства стран Антанты и США в свою очередь опасались, что российская революция окажет влияние на рабочих их стран, а также не хотели терять огромные суммы денег, данных взаймы царскому правительству и вложенных в экономику России.

Историки разделили гражданскую войну и интервенцию на четыре этапа:

Весна-осень 1918 года.

В марте без объявления войны началась интервенция с высадки в Мурманске английских, французских и американских войск (затем и в Архангельске). В апреле 1918 года на Дальнем Востоке высадились японские войска, позднее во Владивостоке высаживаются английские и американские интервенты. Осенью 1918 года весь Дальний Восток был захвачен иностранными войсками. На юге страны турками были оккупированы Армения и часть Азербайджана; англичанами-часть Туркмении и Баку; немцы захватили Ростов-на-Дону, Таганрог и вступили в Крым и Грузию.

В мае 1918 года начал мятеж Чехословацкий корпус, растянутый от Волги до Урала, и был поддержан эсерами и белогвардейцами. Таким образом, в рассмтриваемый период интервентами была захвачена власть в Поволжье, на севере, Урале, Дальнем Востоке, в Сибири. Наряду с борьбой против интервентов велась война с внутренней контрреволюцией. На Северном Кавказе была образована Добровольческая армия под командованием Деникина, к Царицину подходили войска донских казаков во главе с П.Н.Красновым, на Урале действовали казаки А.К.Дутова. У белогвардейцев не было единого командования, был создан ряд правительств (наиболее сильное-в Самаре).

В этих тяжёлых условиях большевики начали формирование регулярной Красной армии. После покушения на Ленина был введён "красный террор. Несмотря на кризисную ситуацию, к осени 1918 года большевикам удалось освободить крупные города-Самару, Симбирск, Казань и т.д. Защитники Царицина в тяжёлых боях отстояли город.

Ноябрь 1918-весна 1920 годов.

Начало этого периода ознаменовала революция в Германии, в результате которой Германия признала поражение в первой мировой войне. Советское правительство аннулировало Брестский мирный договор, и немецкие войска были выведены с территории Украины, Белоруссии и Прибалтики. Но окончание мировой войны позволило странам Антанты усилить свои действия в России. Однако солдаты Антанты не были заинтересованы в продолжении войны и подчас оказывались под влиянием большевистских идей, в результате чего весной 1919 года Антанта стала эвакуировать свои войска и попыталась сделать ставку на белогвардейских генералов, помогая им лишь материально. В этот период на юге страны укрепляется власть генерала Деникина, на северо-западе-генерала Юденича, на севере-генерала Миллера, в Сибири к власти приходит адмирал Колчак. Советское правительство объявляет Восточный фронт главным фронтом гражданской войны.

Весна 1919-весна 1920 годов.

Этот год оказался самым тяжёлым для Советской республики. В апреле 1919 года основным был Восточный фронт, в ходе боёв Красная Армия под командованием М.В.Фрунзе перешла в наступление и практически разбила армию Колчака (6 января 1920 года он попал в плен и был расстрелян). Летом армия Деникина захватила большую территорию юга страны и подошла к Туле. Основным стал Южный фронт. Против А.И.Деникина выступали Первая Конная армия, латышские войска, крестьяне. В марте 1920 года войска Деникина были окончательно разгромлены под Новороссийском. На протяжении всего периода войска Н.Н.Юденича вели войну на севере страны и трижды пытались захватить Петроград, но каждый раз неудачно. Армия Юденича была разбита Красной Армией.

Апрель-март 1920 года.

В апреле 1920 года против России начала военные действия Польша. В мае поляки захватили Киев, но это были лишь временные успехи. Западный и Юго-Западный фронты Красной Армии начали наступление, но так как они были плохо подготовлены, то начали терпеть поражения. Обе стороны оказались не в состоянии продолжать военные действия и в марте 1921 года с Польшей был подписан мирный договор, по которому Польше отошла часть Украины и Беларуссии. Одновременно с советско-польской войной шла борьба на юге и в Крыму с армией П.Н.Врангеля. Борьба длилась до ноября 1920 года, когда Южный фронт под командованием М.В.Фрунзе окончательно овладел Крымским полуостровом.

Несмотря на то, что основными противоборствующими силами были красные и белые, всё-же нельзя не учитывать и роль, так называемого "зелёного движения (Махно, Григорьев, Антонов и другие). Но это особый разговор. Гражданская война и интервенция принесли много горя всем народам России, в том числе и российским немцам, страна была разорена, погибло около 12 млн. человек. исторический опыт свидетельствует, что гражданскую войну легче предотвратить, чем остановить. Гражданская война была порождена сложным комплексом внутренних и внешних отношений.

На российских немцах, как и на всех остальных народах Советской республики, отразились события, вызванные Гражданской войной, западной интервенцией и военным коммунизмом в стране. При этом нужно учитывать и региональные различия.

Западная часть Причерноморья (Бессарабия) была занята румынскими частями, центральная часть находилась под контролем свободной буржуазной "Украинской народной республики, а в восточной части Украины переходила из рук в руки: то к большевикам (красным), то к контрреволиционерам (белым). Кроме того, здесь бесчинствовали многочисленные банды, которые пользовались ситуацией безвластья и анархией, господствующей во всей стране, мародёрствуя и грабя мирные колонии.

Немцы в поволжских регионах с лета 1918 года находились в непосредственной близости от трёх фронтов На севере воевали красные чешские легионеры(бывшие военнопленные) против чехов. На юге наступали белогвардейцы, а казаки занимали районы на востоке колоний с луговой стороны. В большей части колоний во время этих военных действий была установлена Советская власть.

На фронтах Гражданской войны российские немцы воевали как на стороне Красной Армии, так и на стороне белогвардейцев. Так, например, на стороне Красной Армии воевала группа из 115 добровольцев из Мариенталя против чехов. Потеряв после первого боя под Вольском многих бойцов, оставшиеся присоединились к дивизии легендарого Чапаева.

В письме от 17 июня 1918 года Льву Троцкому, военкому, члены "Комиссариа-та по вопросам немцев Поволжья Эрнст Рейтер и Карл Петин просили разрешения на создание немецого подразделения Крас-ной Армии "для осо-бых нужд колоний. Они предложили ис-пользовать для этого немецкое подразде-ление интернациона-циональной бригады Саратова (Первый интернациональный стрелковый полк). Бригада была сформирована в середине 1918 года.

В конце декабря 1918 года Первый екатеринбургский коммунистический полк, состоявший из 2000 человек, при-нял участие в наступлении на Украине против немецких и австрий-ских войск. За ним последовали другие воинские подразде-ления из районов Поволжья. Они внесли свой вклад в процесс консолидации Советской власти.

К моменту образования немецкой автономии в октябре 1918 года Поволжье уже являлось районом интенсивных боевых действий развернувшейся гражданской войны. Фронты проходили недалеко от границ молодой области, поэтому на долю её населения выпали все тяготы жизни в прифронтовой полосе. К концу 1919 года немецкие колонисты, как и их соседи других национальностей, в полной мере познали и испытали на себе всевозможные реквизиции, контрибуции, военные и трудовые мобилизации.

С удовлетворением и надеждой воспринявшие образование своей автономной области, поволжские немцы на первых порах, как правило, добросовестно и без какого-либо принуждения выполняли все приказы, указания и распоряжения областных и уездных органов власти. Надеясь найти в их лице защиту от всё продолжавшегося произвола частей и подразделений Красной Армии, занимавшихся у себя в тылу "самоснабжением, беззастенчиво грабя местное население, от многочисленных набегов продовольственных отрядов из соседних с областью немцев Поволжья уездов Саратовской и Самарской губерний. В первые месяцы существования области значительная часть немецкого населения достаточно лояльно относилась к местным коммунистам, возглавившим областные, уездные, а также некоторые местные органы новой власти, признавая тем самым их заслугу в организации немецкой автономии.

Социальные противоречия в немецких колониях в тот период в целом носили мирный характер, лишь в отдельных случаях перерастая в острые конфликты. Имеются сведения о "кулацких крестьянских выступлениях в ряде сёл горной стороны, северного левобережья. Эти выступления являлись актами протеста и сопротивления непрекращавшемуся грабежу со стороны различных представителей новой власти.

На этом фоне ярким контрастом стало открытое вооружённое восстание противников большевистского режима в крупном немецком селе Варенбург (Привольное), которое к началу 1919 года стало совеобразным центром оппозиционных большевикам политических сил. Восстание, произошедшее в начале января 1919 года характеризовалось особой жестокостью с обех сторон. Руководству Области немцев Поволжья удалось подавить его лишь на пятый день, в результате штурма Варенбурга подразделениями регулярных войск.

После установления советской власти на территории автономной области немцев Поволжья в 1918-1919 годах были национализированы наиболее крупные предприятия и учреждения (завод Шефера в Екатериненштадте, пристани, екатериненштадтское отделение Русского торгово-промышленного банка и другие).

Вся слаборазвитая промышленность области немцев Поволжья в годы гражданской войны работала на оборону Советской республики, выполняя военные заказы. В Бальцерском уезде свыше 20 000 кустарей, занятых в текстильной промышленности на мелких фабриках, вырабатывали сарпинку, которая полностью изымалась военным ведомством. В том же уезде на Красную Армию работало несколько механических заводов. В Ровном (Зельмане) ремонтировали пароходы. Марксштадтский уезд обеспечивал красноармейские части обозом, табаком, мылом. Все уезды выделывали и поставляли армии кожу, обувь, сбрую. Однако главное, что производила в большом количестве и вывозила по нарядам автономная область как для Красной Армии, так и для центральных районов страны, было продовольствие.

В течении 1919-1920 годов в Области немцев Поволжья непрерывно осуществлялась так называемая "продовольственная кампания, представлявшая собой изъятие по продразвёрстке самых различных продуктов. Эта кампания занимала центральное место и требовала наибольших усилий партийных и советских органов в те годы, она вызывала больше всего противоречий, споров, разногласий в руководстве Области немцев Поволжья. Дело в том, что продразвёрстка, да и вся политика "военного коммунизма проводилась в немецкой автономии ещё более беспощадно, чем в соседних губерниях (немецкие колонии считали "кулацкими гнёздами), сопровождалась вопиющими злоупотреблениями, массовыми репрессиями и обнищанием населения. к примеру, осенью 1920 года немецкое село Франк Бальцерского уезда области немцев Поволжья должно было сдать государству 93 тысячи пудов хлеба, в то время как соседнее село Александровка Аткарского уезда Саратовской губернии 3 тысячи пудов. Оба села насчитывали около 5 тысяч десятин земли каждое. Колония Байдек получила продовольственный наряд на сдачу 200 тысяч пудов зерна, столько же, сколько весь Камышинский уезд Саратовской губернии.

Политика откровенного грабежа и репрессий в отношении немецких крестьян вызывала всё большее их возмущение и сопротивление. Если в 1919 году стихийные выступления крестьян были единичными, то с началом 1920 года они стали приобретать всё более массовый характер. Самое активное участие в этих выступлениях принимали женщины. Волна "женских бунтов неоднократно прокатывалась по области. Весной 1920 года руководство области вынуждено было объявить военное положение и создать чрезвычайные органы власти-ревкомы как в самой области, так и в уездах. Летом и осенью 1920 года в сёлах Ровненского уезда Области немцев Поволжья развернулось широкое движение за выход из состава немецкой автономии и присоединение к соседнему Новоузенскому уезду Самарской губернии. Такое стремление немецких крестьян имело свои конкретные и весьма простые причины: у соседей норма продразвёрстки была существенно меньше, чем в немецкой области, а следовательно меньше было "грубости и издевательств над населением. Именно так объясняли эти причины, в частности, жители села Моргентау, арестованные за "антисоветские выступления.

Продразвёрстка, однако, не была единственным бременем, которое новая власть обрушила на крестьянство. В эти годы на основании всеобщей трудовой повинности десятки тысяч людей привлекались на отгрузку зерна, на лесоразработки (в пойме Волги), на земляные и строительные работы, на заготовку топлива. Большое количество поволжских немцев в составе Немецкой трудовой бригады и других трудовых подразделений исполняли трудовую повинность на Алгай-Эмбинской железной дороге, перевозили гужом нефть из Гурьева в Покровск с тем, чтобы дальше по Волге транспортировать её в промышленные районы Центральной России.

В 1919-1920 годах многие поволжские немцы были призваны в ряды Красной Армии, участвовали в боях на стороне советской власти, в том числе и в составе национальных воинских формирований: 1-го Екатериненштадтского коммунистического немецкого полка, 2-го Бальцерского добровольческого стрелкового полка, Немецкой кавалерийской бригады. Красных командиров для немецких национальных частей готовили 1-е Саратовские пехотно-пулемётные курсы. Там в 1919-1920 годы функционировало специальное немецкое отделение.

? Последствия военного коммунизма для российских немцев. "Военный коммунизм, гражданская война не могли не наложить заметного отпечатка на общественно-политическую и духовную жизнь российских немцев.. Для российских немцев политика военного коммунизма была таким же тяжёлым бременем, как и для всего крестьянства России. Так как колонии относились к тем производящим зерно регионам, к которым Советская власть ещё имела доступ в период всё больше разгоравшейся Гражданской войны, крестьянские хозяйства особенно страдали от чрезвычайных мер по заготовке зерна после введения "продовольственной диктатуры, которая предписывала повинность по сдаче зерна (май 1918 года).

Для выполнения этой принудительной меры Советская власть организовала так называемые "комитеты бедноты комбеды из демобилизованных солдат, лишённых корней пролетариев, безземельных или малоземельных крестьян и прочих. Под девизом переноса классовой борьбы в деревню они поддерживали продовольственные отряды при насильственной конфискации зерна. "Поход за зерном стал важнейшей задачей в борьбе за власть. Хотя крестьяне-колонисты, особенно на Волге, вовремя и полностью сдавали продналог, проводились ещё и дополнительные конфискации. Эта заготовительная политика доходила до того, что у крестьян изымалось даже последнее зерно, предназначенное для посева. Так в 1919-1920 годах из-за этого была обработана лишь малая часть посевных площадей. Несмотря на плохой урожай, принудиттельные нормы сдачи зерна были увеличины. Неурожай в Поволжье в 1920 году привёл к катастрофе-продолжавшийся до 1923 года голод унёс огромное количество человеческих жизней, в том числе и немецких крестьян.

Как среди крестьян в русских сёлах, так и в немецких колониях возникали стихийные восстания против произвола при конфискации зерна. В начале апреля 1918 года восстали поволжские крестьяне в Шафхаузене. Во время проведённой продотрядом, состоявшим из красногвардейцев и рабочих, конфискации зерна крестьяне из самообороны убили 19 красногвардейцев. Кровавая расплата пришла на несколько дней позже, когда усиленный отряд красногвардейцев беспощадно расправился с крестьянами, убивая их и грабя последнее. Новый кровавый всплеск восстаний произошёл в марте 1921 года, что было явным признаком кризиса политики военного коммунизма в конце Гражданской войны. Одновременно с другими попытками восстаний в русских деревнях против большевиков в колониях Гримм, Мариенталь, Штауб и Варенбург произошли наиболее кровавые восстания при Советской власти. При этом погибло около 100 коммунистов. В середине апреля в Зельманском районе были убиты все коммунисты и советские функционеры. После восстановления Советской власти в Мариенталь приехал реввоентрибунал, который вынес множество смертных приговоров.

В начале 1921 года Гражданская война и политика военного коммунизма с её насильственными методами окончательно разорили сельское хозяйство. Но и промышленность пришла в полный упадок-многие предприятия не работали из-за отсутствия профессиональных кадров после поспешной национализации предприятий некому было наладить на них производство продукции, не хватало сырья и других поставок, многие рабочие из-за нехватки продовольствия покинула города. Чтобы уберечь страну от окончательной разрухи, большевики были вынуждены сделать тактический отход к новой экономической политике (НЭП), которая привела к существенным изменениям в жизни немецких крестьян.

В Поволжье, в политической жизни, безраздельно господствовала областная организация РКП(б), созданная в феврале 1919 года на основе Союза немцев-социалистов Поволжья. Коммунисты, занимая важнейшие посты во всех органах власти, решительно проводили в жизнь утопическую политику "военного коммунизма. Об этой решимости любой ценой создать для трудящихся "новый мир в своём выступлении на второй областной партийной конференции в сентябре 1919 года очень образно высказался руководитель коммунистов автономной области П.Чагин: "Несмотря ни на что, по горам мёртвых тел, через кровь, слёзы и мучения, по горам дымящихся развалин мы идём к новому миру трудового братства.

Вместе с тем, степень фактического влияния коммунистов на трудящиеся массы автономии все эти годы была далеко не столь значительной. Об этом свидетельствует прежде всего общая численность областной коммунистической организации, её социальный состав, количество и структура партийных ячеек. Так, к июлю 1919 года в составе областной организации РКП(б) числилось 420 членов партии и 125 сочувствующих. Через полтора года в декабре 1920 года членов РКП(б) в области насчитывалось 571, кандидатов в члены-37. Из 54 существовавших тогда партийных ячеек рабочих было всего 2, крестьянских 24 (в то время как немецких сёл было свыше 200). Остальные были в воинских частях-17 и советских учреждениях-11.

Для влияния на молодёжь партийной организацией активно использовался комсомол. Областная организация РКСМ была создана в сентябре 1919 года и к 1921 году в области насчитывалось 177 комсомольцев, объединённых в 16 ячеек.

Орудием проведения политики РКП(б) в жизнь были органы власти-Советы всех уровней-областные, уездные и местные. Однако, по мере углубления продразвёрстки, они всё больше становились совершенно бесправными, так как всю власть на местах вершили продотряды, а члены сельских советов фактически становились их заложниками, поскольку первыми расплачивались своим имуществом, свободой, а то и жизнью за невыполнение селом развёрстки.

Как и всюду в зерновых районах России, именно продразвёрстка стала основной причиной не только голода, но и восстаний доведённого до отчаяния крестьянства. Особенно трагическим для Области немцев Поволжья стал 1921 год. По сути дела, весной этого года там шла гражданская война. Она была невероятно жестокой и разрушительной, привела к многочисленным жертвам. Три с лишним недели почти вся область, за исключением Марксштадта, Бальцера и ещё нескольких колоний на севере, находилась в руках восставших крестьян. Восстание удалось подавить только благодаря использованию регулярных частей Красной Армии. Расправа над повстанцами была чрезвычайно жестокой. Только в сёлах Марксштадтского уезда, принявших участие в восстании, по приговорам военного трибунала было расстреляно 286 человек. Около 20 расстрелянных не перешагнули 18-летнего возраста и примерно 30 приговорённым к смерти перевалило за 60, а некоторым из них и за 70 лет.

Жестокая расправа над восставшими явилась одной из основных причин последующего развития бандитизма в автономной области немцев Поволжья, как впрочем, и в других губерниях России, где проходили крестьянские восстания. Некоторые крестьяне, участвовавшие в востании, побоялись вернуться домой и предпочли остаться в составе остатков разбитых повстанческих формирований, постепенно превратившихся в уголовный сброд. Лишь амнистия для добровольно сдавшихся позволила к концу 1922 года покончить с этим социальным злом.

? Защита и сопротивление российских немцев. 1917-1930 годы. Какова же была реакция российских немцев на давление и репрессии со стороны советского режима. Термины, которыми обычно в таких случаях оперируют-приспособленчество или сопротивление, может быть, коллаборационизм и сопротивление, не отражают всего комплекса реакций и поведенческих структур российских немцев. За последние десятилетия опубликовано большое количество работ, посвящённых репрессиям против советских немцев. Однако до сих пор мало изучалось поведение самих немцев в советский период. Это объясняется характером письменных источников, которыми располагают исследователи, и осторожностью, с которой они относятся к воспоминаниям очевидцев-письменным и устным.

Возникает вопрос, какими терминами тут можно оперировать. Предлагается для характеристики немецкого населения, которое в большинстве своём являлось сельским, ввести понятие "резистентность (Resistenz), которое взято из медицины и более точно переводится на русский язык как "сопротивляемость или устойчивость, в данном случае понимается реакция организма на болезнь. (Впервые этот термин был использован в исследовательском проекте "Бавария в период национал-социализма для оценки весьма прохладного отношения к национал-социализму большинства верующего сельского населения). Позже к этому термину стали прибегать и другие исследователи. В трактовке историка М.Брошата: "резистентность-это сопротивляемость, это холодное отношение к власти, вне зависимости от причин и мотивов.

Резистентность может проявляться и в сохранении относительно независимых институтов и структур в обществе, в соблюдении нравственно-религиозных норм или в защите корпоративных или экономических интересов, в приверженности прежним правовым, художественным и другим принципам, а также в активном противодействии отдельных лиц или целых групп, в гражданском неповиновении, в стремлении к объединению единомышленников вне национал-социалистических организаций или просто во внутренней приверженности отдельной личности убеждениям, противоречащим нацистской идеологии и пропаганде и в возникающем, благодаря этому, духовном иммунитете.

Всё же для характеристики поведенческих реакций русских немцев, проживавших в сельской местности, более подходящим было бы немецкое слово "Abwehr и соответствующее ему слово "защита. Во-первых, дифференцируя эти понятия, можно избежать опасности всякий конфликт с властями рассматривать как резистентность. Во-вторых, немецкие деревни, как правило, выступали солидарно против репрессий и давления со стороны партии и государственной власти. Эти репрессии часто проводили представители других этнических групп, городские жители или бывшие немецкие военнопленные.

Этот термин поможет глубже и точнее охарактеризовать реакцию сельского населения. Конечно, нельзя обойтись и без термина "сопротивление, однако под ним следует понимать лишь такие открытые выступления против режима, как массовые забастовки, стачки, вплоть до вооружённых восстаний, т.е. те акции, которые требуют определённой организации. Национальному меньшинству обычно трудно бывает оказывать сопротивление, особенно когда это меньшинство (за исключением Республики немцев Поволжья) рассеяно среди других этнических групп. Характерным для образа жизни немцев из этнически гомогенных деревень или районов было стремление к самоизоляции, к тому, чтобы не допускать влияния политических организаций, к сохранению собственных, прежде всего церковных, традиций. На давление извне немецкая деревня отвечала солидарной защитой.

Вопросом "защиты и "сопротивления российских немцев историки занимались гораздо меньше, чем темой репрессий. Одна из причин этого заключается в том, что представители немецкого меньшинства и в дореволюционной России, и в СССР всячески демонстрировали свою лояльность. Такая позиция обуславливалась рядом причин и, прежде всего, тем, что как национальное меньшинство российские немцы не могли обходиться без защиты со стороны государства, так же как евреи в монархической Пруссии или австрии.

Постоянная демонстрация своего благожелательно-нейтрального отношения к власти приносила плоды вплоть до 90-х годов 19-го века, т.е. до тех пор, пока не началась русификация немецкой начальной церковной школы. И на дискриминационные всплески во время первой мировой войны-депортацию немцев с Волыни, ликвидационные законы, нападки в печати-российские немцы отвечали заявлениями о своей лояльности. Даже в воспоминаниях или в исторической литературе, посвящённых депортациям в период второй мировой войны, в качестве доказательства несправедливости обвинений в реальном или потенциальном предательстве, приводятся рассказы о немецких партизанах, о самоотверженном труде советских немцев в тылу во имя победы.

Однако ещё до революции, наряду с демонстрацией лояльности, ярко проявлялась и другая черта российских немцев-стремление обособиться от властей и от живущих по соседству представителей других этнических групп. До 1871 года от рекрутской повинности колонистов ограждало попечительное управление, на них также не распространялась российская система землевладения, т.е. общинное владение землёй. Проживание в национально-однородной деревне и религиозные различия давали немцам возможность существовать в узком мирке, где можно было отгородиться от внешних влияний, существовать автономно, избегая вмешательства властей в их жизнь. Активное сопротивление властям не было в целом свойственно российским немцам, об этом свидетельствует их пассивность в период русификации или слабое участие в революционных событиях 1905 и 1917 годов. С такими глубоко укоренившимися традициями российские немцы встретили новый режим.

Именно приверженность этим традициям, а вовсе не восприимчивость к новой идее национальной автономии побудили лидеров российских немцев сразе же после революции добиватьсться такой автономии. Если до революции попечительное управление ограждало немцев от вмешательства в их жизнь российских властей, то после революции эту функцию должны были взять на себя автономные органы и институты. Именно этим и объясняются нереалистические представления российских немцев о характере автономии. Так, призыв немецких депутатов Новоузенского земства в январе 1918 года можно рассматривать как попытку отделить поволжские колонии от общей политической линии. Депутаты писали, что давно уже назрело время вывести экономически-культурные вопросы немцев на базе национального самоопределения на новый, независимый путь.

Варенбургская конференция, состоявшаяся в конце февраля 1918 года, постановила отделить немецкие деревни от национально-смешанных волостей. Они предпологали объединиться в округа и присоединиться к "Федерации немцев на Волге, чьи органы управления должны были вступить в непосредственные отношения с центральными органами управления Российской Федерации. Эта попытка была заблокирована Сталиным через постановление комиссариата по немецким делам в апреле 1918 года.

У причерноморских немцев преобладали две разные точки зрения на автономию (речь идёт о периоде оккупации этой территории немецкими и австро-венгерскими войсками между февралём и ноябрём 1918 года). В сущности, они преследовали одинаковую цель-одни выступали за подчинение немецких колоний германскому протекторату, другие-за создание так называемой "национально-персональной автономии. При установлении советской власти на юге Украины причерноморскими немцами были организованы по этническому или конфессиональному признаку товарищества и региональные союзы. О меннонитском союзе достаточно много известно, о других существенно меньше. Иногда только название, например, "Объединение южнорусских колонистов и граждан германской расы.

В период установления советской власти меннониты стремились прежде всего оградить свою молодёжь от военной службы. Они хотели организовать нечто вроде альтарнативной службы и создать орган, который учредил бы и финансировал эту "лесную службу. Однако после переговоров с украинским правительством стало ясно, что власть вряд ли поддержит такую организацию. Им рекомендовали использовать для этих целей зарубежную помощь. После того, как Московский ЦК поддержал меннонитское "культурное хозяйство, в апреле 1922 года был официально признан и "Союз потомков голландских выходцев на Украине. Российские меннониты, следуя примеру украинских, также объединились и создали свою структуру-всероссийское меннонитское сельскохозяйственное общество, которое было зарегистрировано в мае 1923 года. Оба эти объединения, украинское и русское, создали свои представительства на местах и занялись организацией товариществ для выведения чистосортного семенного материала, разведения коров и расширения молочного хазяйства. Они также пропагандировали расширение образовательной и благотворительной деятельности меннонитов. Но стремление этих этнически-конфессиональных союзов к независимости вступалов противоречие с линией немецкой секции при ЦК, стремившейся руководить всей деятельностью советских немцев или, по меньшей мере, взять все их организации под свой контроль. Принцип межрегионального этнически-конфессионального разделения немцев вступал в острое противречие с национальноц политикой Советов. Поэтому вскоре вместо объединений, организованных по принципу самоуправления, были созданы территориальные единицы, которые должны были взять под свой контроль и провести советизацию немецкого национального меньшинства. Именно поэтому немцы Южной Украины и Западной Сибири активно выступали против образования так называемых "национальных районов.

Экспроприация и уравнилоска, которые власти начали проводить в немецких поселениях, прежде всего повлекли за собой разорение крупных и эффективных хозяйств. Однако возникшее социальное равенство между бывшими крепкими хозяевами и безземельными крестьянами привело к объединению общин и общему сопротивлению государственному и партийному аппарату. (Кажется, только немцы в Сибири использовали землю не по правилам передельной общины, а продолжали хозяйствовать на земле, которой владели ещё до революции).

Колонисты не поддерживали сельсоветы. К тому же в них не могли избираться ни священники, ни те, кого объявляли "кулаками. Кандидатам в члены сельских советов было необходимо заручиться согласием или, по меньшей мере, к ним не должно было быть претензий со стороны партийных органов или групп бедноты, этими же органами организованными. Решающим было то, что те, кого выбирали в сельсоветы, не выражали интересов большинства колонистов. Они полностью зависели от партийных органов. Именно поэтому российские немцы использовали для обсуждения и решения своих вопросов такую форму, как традиционный сельский сход. Например, ещё в начале 1930 года крестьяне деревни Ново-Романовка в Западной Сибири твёрдо настаивали на том, чтобы все решения принимал сельский сход, а сельсовет лишь выполнял их. Это, конечно же, противоречило линии партии, в соответствии с которой всё должно было происходить наоборот-группа деревенской бедноты формулировала предложения, передавал их в сельсовет, а сельсовет принимал решение и обязывал сельский сход его выполнять.

"О большевизме немецкий крестьянин знать ничего не хочет,-писал ещё в 1926 году немецкий консул в Одессе.-Не хочет признавать разделения на кулака, середняка и бедняка, которого в немецких колониях вообще не существует, и никак не поддерживает усилия по привлечению немецкой молодёжи в пионеры и комсомол. Молодёжь подчиняется строгой семейной дисциплине, и это тормозит проникновение новых идей в её среду. Молодые показывают пальцами на тех, кто учавствует в пионерском движении. Никак не поддерживается в немецких колониях и союз безбожников.

В немецких поселениях было весьма невелико число желающих вступить в партию или взять на себя какие-либо руководящие функции. Немцы были очень слабо представлены и в местных партийных организациях. Дефицит кадров наблюдался и в Поволжской республике, где в так называемых "немецких, а на самом деле нациолнально-смешанных "национальных районах и в сельсоветах многие руководящие должности занимали представители других национальностей. В результате партийные органы подбирали свои кадры из бывших немецких и австрийских военнопленных, немецких рабочих и политэмигрантов, покинувших Германию. Например, в 1925 году в Сибири только 34 из 214 руководителей были местными, остальные пришлыми. Но даже и этих "чужих немцев постоянно не хватало, чтобы занять руководящие посты. Зачастую важнейшие задания поручались представителям других национальностей, на знавших местных условий и не владеющих немецким языком. Это, с одной стороны, создавало барьер между партийными функционерами и немецкой деревней, а с другой-способствовало большей изоляции деревни от партийного контроля.

Колонисты не выступали непосредственно против отделения церкви от школы, но старались организовать религиозное обучение детей вне школы. При этом организованные по демократическому принципу общины меннонитов, баптистов и пиетистов обладали определёнными преимуществами перед иерархическими структурами в лютеранской и католической церквах. Там на место выбывшего или арестованного священника не мог быть избран новый-простым голосованием членов общины. в апреле 1924 года меннониты обратились к советскому правительству с требованием, чтобы школа заняла нейтральную позицию по отношению к религии и чтобы воинская повинность была заменена "необходимо-полезной работой для государства. Усилия меннонитов, баптистов и толстовцев, их борьба за отмену воинской повинности увенчалась успехом. В законе 1925 года о воинской обязанности было зафиксировано, что представители религиозных групп, чьи верования запрещали проходить воинскую службу ещё до революции, могли выбрать альтернативную службу.

В то же время российские немцы выступали и с организованным протестом против властей, особенно в Поволжском регионе. Так, поволжские немцы в 1918-1919 годах организованно выступили против конфискации зерна и скота, против насильственной мобилизации их сыновей в Красную Армию. Непосредственное участие пополжские немцы приняли в так называемом "восстании голодных крестьян Поволжья под руководством эсеров в 1921 году. К сожалению аналогичные работы, которые могли бы пролить свет на ситуацию в Причерноморском регионе неизвестны.

Многое уже известно о вооружённом сопротивлении меннонитских колоний (благодаря воспоминаниям и историческим исследованиям эмигрантов-меннонитов) в период гражданской войны. Особенно хорошо изучена история обороны против отрядов Махно. К сожалению очень мало известно о восстании в Гросслибентале в июле 1919 года против направленной туда германской группы "Спартаковцы. Или о взаимодействии восставших колонистов с белогвардейскими частями генерала Деникина.

Вторая волна организованных актов сопротивления российских немцев была направлена против антирелигиозных мероприятий, коллективизации и раскулачивания, проводимых советскими и партийными органами. Эти протесты прокатились по всем немецким поселениям от Волги до Казахстана.

Так, в Республике немцев Поволжья в конце 1929 года крестьяне 39 деревень совместно выступли в поддержку пострадавших от раскулачивания собратьев-колонистов. Так же как и в русских деревнях, протестами поволжских колонистов руководили женщины, против которых ГПУ не всегда рисковал прибегать к таким жестоким мерам, как арест или расстрел. Колонисты пытались помешать высылке кулаков и освобождали арестованных крестьян. Они не только забирали назад своё имущество из колхозов, но и возвращали кулакам то, что было у них конфисковано. Они избивали представителей власти, громили партийные помещения. В Мариенфельде, например, (кантон Каменка) немцы-колонисты перерезали всех быков, завили, что не будут принимать участие в посевных работах и что хотят покинуть страну. Только при поддержке людей из русских деревень ГПУ удалось арестовать и вывезти руководителей этого восстания.

После публикации 2 марта 1930 года статьи Сталина "Головокружение от успехов, в которой подвергались критике темпы и принудительные меры в период коллективизации, уже к началу мая того же года половина крестьян Поволжской республики покинула коммуны. Российские немцы требовали возвращения депортированных кулаков и открытия церквей. В южноукраинской деревни Гюлдендорф колонисты забрали всех своих лошадей из колхозных конюшен уже через несколько дней после выхода в свет статьи Сталина; пять шестых всех крестьян этого села затем в течении двух месяцев покинуло коммуну. Когда началась депортация кулаков на Крайний Север, поволжские колонисты начали всеми способами противодействовать милиции. С декабря 1930 года поапрель 1931 года жители почти всех деревень Горной стороны и многих поселений Луговой стороны выступили против коллективизации, раскулачивания и закрытия церквей. На подавление этого восстания были брошены армейские части и части ГПУ.

За период с начала Октябрьской революции до окончания гражданской войны из страны эмигрировало 120 000 немцев, т.е. почти десятая часть всего немецкого населения. с 1923 года по 1928 год Советский Союз покинули 23 000 меннонитов (из 91 000, проживавших в стране). Органы ГПУ получили указание поддержать эмиграцию "антисоветских элементов и затруднять выезд из страны немецкой бедноты. В то время, как немцы на Волге, В Южной Украине и в Казахстане ещё выступали с протестами, большая часть сибирских немцев уже была на пути в Москву, чтобы добиваться у властей разрешения на выезд. Меннониты, лютеране и католики, которые к ним присоединились, отстаивали право воспитывать детей в духе своей религии. Они выступали и за право самостоятельного ведения хозяйства, считали членство в коммуне одной из форм крепостничества.

Меннониты Славгородского округа оказались в преимущественном положении по сравнению с немцами других регионов-1 июня 1929 года одной из групп было разрешено эмигрировать. Эмиграционное движение, которым были охвачены Немецкий и Славгородский районы, быстро перекинулось и на другие регионы, где был высокий процент меннонитов, охватило немецких лютеран и католиков, а затем и поляков, латвийцев, эстонцев ибелорусов. Если бы не вмешательство органов ГПУ в середине ноября 1929 года, эмиграционное движение охватило бы не только всех немцев, но распространилось бы и на другие национальные меньшинства Советского Союза. После вынужденоого возвращения в родные места, меннониты Славгородского района организовали посевную забастовку, они на своих собраниях требовали предоставления свободы совести, возвращения гражданских прав священникам, снижения темпов пятилетки, уменьшения налогов для самостоятельных хозяев, прекращения насильственной коллективизации.

Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых,

И не стоит на путях грешных,

И не сидит в собрании развратителей,

Но в законе Господа воля его,

И о законе Его размышляет он день и ночь!

Псалом 1. 1-2.

8. Российские немцы СССР в 20-е годы.

? Начало. Переход к миру в Советской России сопровождался большими трудностями. Первая мировая война, революция и Гражданская война оставили на теле страны глубокие раны. Общие экономические потери России оценивались в 50 млрд. рублей золотом. Около двух млн. человек погибло в результате войн, эпидемий, болезней и вследствии террора. От одного до двух млн. граждан России покинуло страну, среди них-десятки тысяч российских немцев, которые в течении многих поколений были составной частью городского населения, царского чиновничества и крестьянства.

Промышленная продукция страны сократилась в семь раз, крупные промышленные предприятия Москвы и Петрограда потеряли от 50 до 60 процентов своих рабочих. Апимерно одна треть всех железнодорожных путей сообщения вышли из строя. Ситуация в сельском хозяйстве была катастрофической. Так как она всё ещё являлась главным сектором народного хозяйства, это имело особые последствия. Посевные площади сократились на четверть; валовый объём с/х продукции составлял всего 2/3 довоенного периода.

К разрушенному хозяйству страны в 1921 году прибавился ещё и страшный голод вследствии катастрофического неурожая. Социальное положение рабочих было неважным, материальная заинтересованность в производстве была минимальной. Почти повсеместно возникали забастовки и крестьянские восстания. Советскую Россию охватил глубокий экономический и социальный кризис. Эта ситуация требовала немедленных экономических изменений.

В марте 1921 года X съезд РКП(б) утвердил новую антикризисную программу. Предусмотренные в ней хозяйственные и социально-политические мероприятия означали отход от политики военного коммунизма и вошли в историю как Новая Экономическая Политика (НЭП). Она предусматривала, в первую очередь, улучшения продовольственного снабжения населения, которое было катастрофическим. Кроме того, нужно было создать предпосылки для построения нового общества, не дожидаясь мировой революции.

Главными признаками нового курса было:

1 Возвращение к частным методам хозяйствования (мелкие и средние предприятия), прежде всего, в сельском хозяйстве, а также в торговле и ремесленничестве.

2 Разрешение свободной торговли внутри страны.

3 Ощутимое ослабление централизации снабжения предприятий сырьём и распределения готовой продукции.

4 Замена продразвёрстки натуральным продовольственным налогом.

Натуральный налог (Закон о продналоге) устанавливался всегда перед весенней посевной кампанией на весь последующий год.Он был прогрессивным и по объёму вдвое меньше, чем поставки до этого времени в рамках обязательной хлебосдачи. Крестьяне могли в дальнейшем прродавать на рынке все излишки, оставшиеся после сдачи натурального налога. Кроме того, им предоставлялсь возможность, менять с/х-излишки на товары из госфонда (с/х-инвентарь, товары повседневного спроса). Крестьяне получили также право арендовать землю и нанимать с/х-рабочих. На этой основе мелкие хозяйства смогли свободно вздохнуть в экономическом отношении и укрепиться. К середине 20-х годов в сельском хозяйстве удалось достигнуть довоенного уровня. К тому времени мелкие крестьянские хозяйства производили 98% с/х продукции в стране.

Государственный сектор промышленности, централизованная финансовая система и монополия государства на внешнюю торговлю оставались неприкосновенными так же, как и политическое руководство страны РКП(б). После преодоления денежной инфляции (денежная реформа 1922 года) продовольственный налог был заменён денежным. Главные налоговые тяготы несли частные предприниматели в городах и зажиточные крестьяне в сельской местности; середняки платили только половину налога. Рабочие, батраки и бедняки были освобождены от налога. В целом предусмотренные мероприятия, в последующие годы привели к нормализации хозяйственной жизни. Во второй половине 20-х годов в народном хозяйстве удалось достичь довоенного уровня.

Предложенная Лениным и утверждённая новая экономическая политика в сочетании с новой национальной политикой привела к недолгому экономическому и политическому расцвету, в особенности у немцев Поволжья. Во время Гражданской войны и военного коммунизма с их постоянными рекрутскими наборами немецкие колонии обезлюдели и ослабели в хозяйственном отношении. Сельскохозяйственные и другие предприятия были разрушены или пришли в упрадок. В сельском хозяйстве из-за декрета о земле, а также из-за экстремального сокращения зажиточных хозяйств, которые сопротивлялись продразвёрстке, произошло существенное перераспределение земли.

Данные по Нижней Волге свидетельствуют о том, что здесь было ликвидировано 15 процентов зажиточных хозяйств, а одна треть единоличных хозяйств потеряла часть своих наделов. В Саратовской губернии в 187 общинах из 366 вообще исчезли единоличные хозяйства. Бедняки часто организовывали на переданных им землях привычные им общины-"мир или коммуны. Немецкие крестьяне-колонисты были вовлечены в эти процессы.

Украина (о ней будет отдельный разговор во второй книге), Северный Кавказ и Сибирь (с её значительными посевными площадями) в результате Гражданской войны были многие годы вне влияния Советской власти. Благодаря этому, Поволжье уже в 1918 году стало важнейшим поставщиком зерна в Советской России. В 1919/20 годах из автономной области поволжских немцев было вывезено 1465 млн. пудов зерна (1 пуд=16,38 кг.). В сравнении с 12-20 млн. пудов зерна, которые поставляли на рынок волжские немцы до революции, это было не так уж и много. Но в период Гражданской войны не было "нормальных урожаев, а запасы закончились. Колонии были к 1920 году настолько истощены, что они-также и из-за плохих погодных условий-смогли достичь очень невысоких урожаев. Поэтому Советское правительство ввело для колонистов по требованию поволжских немцев-рабочих нормы поставок зерна.

Но недовольство насильственными методами заготовок зерна на местах привело в 1921 году к кровавому восстанию в автономной области поволжских немцев. Цнгтоальная комиссия по расследованию восстания была вынуждена установить, что методы обязательных поставок на практике не только подрывали хозяйственные основы жизни колонистов, но и не оставляли им практически никаких резервов. Было принято решение вернуть поволжским колонистам издержки "минимального продовольственного фонда.

Страшная засуха 1921 года и последовавший заней страшный голод помешал планомерно ввести в Поволжье НЭП. Напротив, были предприняты чрезвычайные меры. Государство выделило волжским немцам зерно для озимых, на корма и т.д.. Другие положения НЭПа были модифицированы в пользу колонистов. То же самое произошло из-за нового неурожая в 1922 году. Таким образом, НЭП в поволжских колониях вступил в силу только в 1923 году.

А вот в Сибири в условиях НЭПа среди немцев-колонистов получила широкое распространение национальная кооперация чисто буржуазного направления, с сохранением частного хозяйства. К концу 1925 года кооперация охватила почти 100% немцев-крестьян Сибири, тогда как средний уровень кооперирования сибирского крестьянства даже в 1927 году составлял лишь 60%. Но вот начавшуюся вскоре насильственную коллективизацию немцы Сибири встретили в штыки, предпочитая колхозам эмиграцию. По данным Сибкрайисполкома 1928 года немцы обладали самым "культурным хозяйством, заготавливали 50% от всей площади паров и зяби, "посев производили исключительно чистосортными семенами, проводили "агромероприятия, способствовавшие повышению продуктивности скота и урожайности полей.

К середине 20-х годов немецкое хозяйство Немецкого района (Немецкий национальный район Алтайского края 1927-1938 годов, в 1991 году восстановлен, расположен в северо-западной части Алтайского края, В 40 километрах от г. Славгорода, административный центр-с. Гальбштадт), начинает восстанавливаться от нанесённого ему Гражданской войной и экономической разрухи урона. В 1928 году по основным хозяйственным показателям немецкий крестьянин достиг довоенного уровня 1914 года. Наблюдается заметный рост сельскохозяйственного производства: в конце 20-х годов на одно хозяйство в Немецком районе производилось свыше чем на 422 рубля товарной продукции (средний показатель для Славгородского округа 270 рублей), товарное производство зерна достигло 80%, до 50% к площади посева составлял пар (по округу-8%); обеспеченность сложными машинами также была выше, чем в целом по округу-0,45 трактора на 100 га посева (по округу-0,24). Для хозяственного развития немецкой деревни первой трети 20-го века характерной четрой является высокий уровень кооперированности. Уже накануне 1917 года охват немецких хозяйств различными формами кооперации составлял от 30 до 100%, к концу 20-х годов этот уровень был достигнут вновь. Основными формами кооперации в немецкой деревне были кредитные, племенные, семеноводческие, мелиоративные, машинные товарищества, маслодельческие артели. Немецкие крестьяне являлись основными производителями высококачественного сливочного масла северо-запада Алтая (9 маслоартелей, в которых на 1929 год было занято 2816 человек), до 80% произведённого ими масла вывозилось за пределы Сибири (Москва, Ленинград), до 50% вывезенного "немецкого масла отправлялось на экспорт в Великобританию и Германию.

Общую картину существования и развития немецких поселений Северного Кавказа в советский период позволяют восстановить фонды центров хранения документов новейшей истории-РЦИХДНИ (Москва), ЦДНИ СК (Ставрополь). Документы этих фондов свидетельствуют о том, в какой степени на положение этнических немцев влияла политика центрального, краевыхи областных партийных руководств, выявляют методы управления, формы проведения многочисленных партийно-советских мероприятий. Например, материалы фонда отдела агитации и пропаганды при ЦК КПСС раскрывают механизм подготовки и проведения антирелиниозных кампаний в немецких колониях; дают возможность представить себе систему коммунистического политпросвещения и обучения немцев, процесс вовлечения их в социалистическое строительство.

Документы из рассекреченных государственных архивов: ГАРФ (Москва), ГАСК (Ставрополь), ЦДНИ СК позволяют усидеть, насколько реальное положение немцев не соответствовало принципам, декларируемым советским государством, и определить действительные побудительные мотивы принятия многих решений, влиявших на судьбы этнических немцев. К числу таких документов можно отнести материалы Особого совещания секретарей райкомов и начальников политотделов МТС в Орджоникидзевском крае (1934 год), с которого началась антинемецкая кампания в 1930-е годы на Северном Кавказе; или, например, докладную записку о немецком населении Орджоникидзевского краевого управления НКВД секретарю крайисполкома М.Суслову перед выселением немцев в 1941 году.

В результате процессов иммиграции, реиммиграции и внутренней миграции, немецкое население Северного Кавказа, куда в конце девятнадцатого века переселились и семьи моих будущих родителей Фольмер, Прийс, Вармке и Руге, увеличилось с 1920-х по 1940-е годы по неполным данным с 72 317 до 198 097 человек. В основном это были сельские жители. В городах проживала незначительная часть немцев: в Ростове-1982, в Краснодаре-900, в Таганроге-810, в Ставрополе-362 человека, в остальных окружных городах-в каждом менее 100 человек. В середине 1920-х годов самым многочисленным немецкое население было в Терском (20 000), Армавирском (13 984), Таганрогском (11 000) округах.

В период становления советского государства, когда складывались основные структуры и устанавливался политический режим, немецкое население продемонстрировало определённую активность. В этом убеждает содержание документов из фонодов местных и центральных архивов. При землеустройстве немцы получали большие наделы, тогда как остальное население стремилось их сократить. Высокий уровень кооперации, активная позиция в поисках средств для поднятия хозяйств-вот что отличало немцев от местного населения.

Поднять хозяйство, быстро достигнув хороших результатов, было возможным только при поддержке государства. Но не смотря на то, что официально немцев относили к национальным меньшинствам, советское государство не давало им никаких привилегий. Даже в неурожайные годы, когда посевы страдали от погодных условий и хозяйствам наносился значительный урон, государство снижало размеры налога, давало отсрочку или освобождало от его уплаты хозяйства всех национальных меньшинств, но только не немецких. Нередкими были конфликты между государственными земельными органами и этническими немцами по поводу арендной платы за землю.

В целом можно сказать, что в ситуации, сложившейся в 1920-х годах, государство рассматривало немецкие хозяйства, особенно в таком полиэтническом регионе, как Северный Кавказ (Ставропольский, Краснодарский край, Кубань в целом), как основу возрождения и развития сельского хозяйства. Чтобы не упустить, не оставить без государственного контроля происходящие процессы, советский режим сосредоточил руководящую и контролирующую функции в руках партийных органов. Контроль осуществлялся и со стороны Административно-организационного управления НКВД. Только при наличии разрешения этого управления могли начать свою деятельность всероссийские и местные организации и общественные объединения немцев. Исполнительная функция вменялась комиссиям по обследованию национальных меньшинств и работе среди них, инструкторам окрисполкомов и уполномоченным райисполкомов.

Одним из слагаемых успеха в сференациональной политики объявлялось дальнейшее выделение и укрепление существующих сельских советов и районов национальных меньшинств. В 1927 году Президиум Северо-Кавказского крайисполкома принял Постановление "О возможности образования на территории края нацменовской административной единицы, объединяющей немецкое население. В соответсвии с ним были разработаны проекты создания немецких национальных районов в Терском и Армавирском округах. Проэкт создания Немецкого района в Терском округе остался неосуществлённым. В Армавирском округе был создан Ванновский национальный район.

Стараниями комиссий по работе среди национальных меньшинств в течение 1924-1925 годов в Северо-Кавказском крае были созданы 25 немецких сельских советов и запланирована их дополнительная организация. Официальное оформление осуществлялось на основе общего положения. Пополнение управленческого аппарата немецкими работниками проходило очень трудно. Если назначение немцев на должности школьных работников, на выборные должности было распространено широко, то на должности судебных работников, милиционеров, инструкторов они назначались весьма в редких случаях. Часть немецких сельских советов возглавлялась русскими председателями, не знавшими немецкого языка и это расценивалось как неудобство "при полном проведении национальной политики. Окружные партийные и советские руководители были обеспокоены тем, что вовлечение немцев в советское строительство не соответствовало процентному отношению этой категории национальных меньшинств к русскому населению.

Эффективной формой партийно-воспитательной работы, широко охватывающей немецкое население, признавались беспартийные конференции. Они проводились на районном, окружном, краевом уровнях. Немецкое население было заинтересовано в проведении беспартийных конференций, так как эти мероприятия давали возможность заявить о своих нуждах и проблемах. Количество проводимых конференций росло. Но к началу 1930-х годов немцы убедились в том, что результаты этой деятельности незначительны.

В 1929-1934 годы коллективизация была осуществлена в среднем в 92,5% немецких хозяйств Северо-Кавказского края. В местах компактного проживания немцев в регионе возникали немецкие по национальному составу колхозы. Там, где немецкие хутора находжились рядом с русскими и украинскими поселениями, казачьими станицами, создавались немецкие бригады в колхозаях. Коллективизации подверглись и отдельные немецкие хозяйства, которые включались в русские или смешанные национальные колхозы. Чтобы подчеркнуть национальную специфику немецких колхозов, в соответствии с проводившейся национальной политикой в СССР, им давались названия на немецком языке-Ленинфельд, Роте-Фане, Рот-Фронт.

Процесс коллективизации вызвал существенное падение сельскохозяйственного производства. Колхозы, созданные принудительно, в условиях жесткой политики государства, не могли выровнять ситуацию. Вместо поддержки и помощи государство проводило беспрерывные кампании по хлебозаготовкам, антикулацкие кампании, "штурмы единоличных хозяйств. Деятельность большевиков на селе определялась и измерялась центнерами хлебосдачи, процентами выполнения хлебозаготовок. Стремясь во что бы то ни стало выполнить хлебозаготовки и хлебозакупки, местные власти от безысходности и бессилия использовали жесточайшие методы, оскорблявшие честь и достоинство человека, допускали рукоприкладство, насилие над личностью. В начале 1930-х годов при сельских советах создавались комитеты содействия (комсоды). Это были возрождённые комитеты бедноты периода военного коммунизма, единственная функция состояла в том, чтобы выявлять факты сокрытия хлеба и составлять списки для исключения из колхозов и выселения из усадеб. В Невыномысском районе Армавирского округа уполномоченный райкома, вызвав в сельский совет женщину-единоличницу, сорвал с неё одежду перед членами комсода, кричал при этом, что продаст вещи, чтобы покрыть недоимки по хлебозаготовкам. При разборе этого случая в райкоме, он заявил, что лишь повторил приём секретаря райкома партии, который тот использовал в других комсодах.

В начале 1933 года взрывоопасная ситуация в деревне заставила власти создать новые органы-политотделы машинно-тракторных станций (МТС). В очередной раз "основным звеном в цепи антикризисных мероприятий становились чрезвычайные органы.

Так же, как и комсоды, политотделы просуществовали в течении двух лет, но их функции были шире. Прототипом политотделов МТС послужили армейские политотделы. Они отличались от обычных партийных органов тем, что не подчинялись сельским райкомам партии, сельским советам и юридически обладали правом осуществлять не только политические, но и хозяйственные функции. Начальник политотдела МТС одновременно являлся заместителем директора МТС и наряду с ним отвечал за выполнение производственных и заготовительных планов, за организационно-хозяйственное сотсояние колхозов. Всего в штате политотдела МТС при его полной укомплектованноисти было шесть человек: начальник политотдела, два заместителя (по партийно-массовой работе и по ОГПУ), помощники по комсомольской работе и по работе среди женщин, редактор многотиражки. В официальных документах партии, в печати о принадлежности второго зама к ОГПУ умалчивалось, обычно речь шла о двух заместителях "по общепартийной работе или же работника ОГПУ называли помощником по спецработе.

В первую очередь политотделы создавались на Украине, в Поволжье и на Северном Кавказе. Они объединяли под своей властью колхозы, обслуживаемые данной МТС, в том числе и немецкие. В Терском округе Северо-Кавказского края (в последующем Орджоникидзевский и Азово-Черноморский края) Немецкая, Стародубская, Степновская, Воронцово-Александровская МТС объединяли по четыре-шесть немецких колхозов. Партийные документы, выступления Сталина ориентировали политотделы на использование в деревне чрезвычайных мер для выполнения хлебозаготовок. Чтобы обеспечить безусловное и своевременное выполнение колхозами своих обязательств, политотдельцы были обязаны очистить колхозы и МТС "от антиобщественных и классово-враждебных элементов.

Оказавшись в деревне и столкнувшись с реальной жизнью, начальники политотделов вынуждены были признать, что люди голодают. Колхозники питались хлебом из магара (разновидность проса) землисто-гразноватого цвета и черствевшего уже через сутки после выпечки. Но и такого хлеба было мало. Чтобы провести весеннюю посевную кампанию, политотдельцы добивались продовольственной помощи колхозникам. В соответствии с апрельским решением Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) политотделы осуществляли выдачу так называемой "продовольственной помощи, размер которой был прямо пропорционален выполнению задания. При стопроцентном выполнении плана можно было получить 600 граммов хлеба из магара в день. При недовыполнении плана норма снижалась, при невыходе на работу хлеб вообще не выдавался. На работу не выходили те, кто уже окончательно лишился сил. По свидетельству начальника политотдела Немецкой МТС Н.Коптева в результате длительного, полугодового существования в каждом доме Воронцово-Александровского района Терского округа, в колхозах, относящихся к этой МТС люди гибли от голода.

Со второй половины 1933 года на Северный Кавказ стала поступать адресная помощь из Германии в виде продуктовых посылок и денежных переводов. Священнослужители и учителя немецких колоний помогали отправлять в Германию письма с просьбами о помощи и способствовали их получению. Советское государство, запретив официальную помощь голодающим со стороны Германии, хотя и разрешило помощь от частных лиц, тем не менее делало всё, чтобы в обществе возникло негативное к ней отношение.

В ходе этой кампании широко пропагандировались факты демонстративного отказа от "фашистской помощи, уничтожение посылок. В колхозах Рот-Фронт, Ленинфельд, Роте-Фане Невыномысского района Армавирского округа из 40 немцев, получавших помощь в течение 1934 года, 20 официально отказались от неё и под "общественным давлением сдали доллары и марки. В центральной газете "Правда было опубликовано письмо немцев-колхозников кохоза Ленинфельд. В нём ленинфельдцы категорически отказывались от немецких денег и осуждали тех, кто их получает. Кроме того, распространялись те письма, присланные уехавшими в Германию, в которых сообщалось о том, что выехавшие оказались безработными, терпят бедственное положение или очутились в тюрьме.

Советское руководство, вынужденное согласиться на предоставление иностранной благотворительной помощи, не ограничивалось проведением политических кампаний. 5 ноября 1934 года ЦК ВКП(б) разослал шифрованную телеграмму за номером 33,34 в ЦК, крайкомы, обкомы. В ней ЦК упрекал местные партийные органы и органы НКВД в том, что они ослабили свою работу среди немецкого населения и это привело к активизации антисоветских и контрреволюционных элементов. ЦК требовал добиться от немецкого населения полного прекращения связи с заграничными "буржуазно-фашистскими организациями, которая выражалась в получении денег, посылок. Подчеркнув, что на местах неправильно понимают международную политику советского государства. ЦК ВКП(б) предложил применять репрессивные меры-произвести аресты, высылку и расстрелы-и обязал секретарей крайкомов, обкомов, райкомов в декадный срок сообщить о их выполнении. Это было прямым сигналом к началу антинемецкой кампании во всех регионах СССР.

12 ноября 1934 года бюро Северо-Кавказского крайкома ВКП(б) провело совещание представителей обкомов, секретарей райкомов, начальников политотделов МТС, на территории которых были расположены немецкие колонии, с повесткой дня: "О партийно-массовой работе среди немецкого населения. В соответствии с указаниями ЦК ВКП(б) крайком должен был создать "образ внутреннего врага, внедрить его в сознание, если не всех, то хотя бы партийных работников, в предельно сжатые сроки. Для этого необходимо было использовать каждый подходящий факт, как свидетельство профашистских настроений среди немцев. Но таких фактов не бало. Доклады секретарей райкомов и начальников политотделов МТС в целом были лояльными. Самым тяжким преступлением со стороны немцев было негативное отношение к партийным и советским работникам и получение посылок и денег из-за границы.

В своём выступлении представитель крайкома посетовал на то, что советская власть в 1920-е годы создала самые благоприятные условия для "онемечивания немецких колоний и школ, создав немецкие сельские советы и разрешив преподавание на немецком языке. Всё то, что во второй половине 1920-х годов вводилось советской властью в немецких колониях, было охарактеризовано им, как исполнение распоряжений фашистского руководства-вступление в колхозы, участие в выборах, выдвижение на партийные и советские должности. Получение гуманитарной помощи из Германии было названо одним из способов вербовки в национал-социалисты и создания особых групп, занимающихся экономическим шпионажем. Крайком призвал не терять бдительность, потому как "за внешним абсолютным благополучием кроется социал-фашизм, а ударничество в немецких колхозах есть не что иное, как класоовая борьба.

На совещании были выработаны методы проведения антинемецкой кампании. Её предполагалось начать с перепечатки письма ленинфельдцев в местных газетах и инспирирования общего решения немецкого населения о выселении получавших помощь из-за границы из немецких колоний и об изгнании их за пределы СССР. Крайком советовал внести в наказы избирателей при перевыборах в Советы пункты об обязательном выселении получающих иностранную гуманитарную помощь.

Под флагом "борьбы с фашизмом тоталитарный режим начал мощное наступление на всякое проявление национальной специфики: начались преследования на религиозной почве, вводились запреты на национальные традиции, обычаи. НКВД начал ведение дел по деятельности религиознях общин. Были репрессированы лютеранские пасторы Фрицлер (Каррас Минводского района), Юргенс, Геросянц (Минводы), Янц (Либенталь Спицевского района), проповедник адвентистов седьмого дня Эбельмайер, профессор теологии Ремпель, переселившийся из Поволжья, и другие, обвинённые в антисоветской националистической пропаганде и вербовке агентов для германских спецслужб только лишь на основании их частых разъездов по немецким колониям.

Ликвидация в декабре 1933 года германской концессии "ДРУЗАГ (Армавирский округ) было использовано как повод для массовых арестов её рабочих и служащих. 166 немцев, бывших сотрудников концессии, подвергались репрессиям ещё в течении четырёх лет после её закрытия "за систематическое вредительство в полеводстве, животноводстве, на предприятиях. Арестованных обвиняли в установлении связей с "комитетами помощи в Германии и получении немецких марок в "обмен на клеветническую антисоветскую информацию, т.е. в написании писем с просьбой об оказании помощи в голодные 1930-1934 годы.

После подписания советско-германских соглашений 1939-1940 годов общественно-политическое положение этнических немцев в СССР осталось по сути прежним, но усуглублялось ещё и тем, что советское правительство видело в немцах "пятую колонну в случае войны с Германией. Поводом для этих подозрений послужила нацистская практика использования существования фольксдойче (так называли в Германии немцев, проживающих вне её территории) в своей экспансионистской политике под предлогом защиты их в странах Европы. Хотя публичных высказываний на эту тему после подписания советско-германских соглашений не было, эти подозрения отчётливо просматривались в формулировках обвинений, предъявляемых НКВД немцам при арестах.

Наряду с обвинениями в распространении фашистского влияния и культивировании националистических настроений, немцам приписывались попытки организации диверсионных актов на железных дорогах в Ростове, Минводах и других городах (подготовка взрывов воинских эшелонов, воинских грузов). Их обвиняли в готовящихся диверсиях на предприятиях. Необходимо отметить, что в докладной записке "О немецком населении Орджоникидзевского края, составленный краевым управлением НКВД для секретаря крайкома ВКП(б) М.Суслова в 1941 году, нет сведений о состоявшихся диверсиях. Вся информация о намерениях получена из показаний арестованных.

Непродолжительный период возрождения и развития традиционной культурной жизни, её поощрения со стороны государства (1925-1927 годы) сменился противостоянием немецкого этноса и власти. Немцы желали сохранить и укрепить своё этническое единство, в то время как власти ограничивались декларацией национальной идеи. Классовый и национальный подходы соблюдались государством при создании органов самоуправления, выдвижении на руководящие должности, при отборе педагогических кадров, но декларируемый принцип "пролетарского интернационализма в середине 1930-х годов сменился явным шовинизмом по отношению к немецкому населению в связи с ухудшением отношений с Германией.

? Стремление к автономии. Революционные события и изменения после 1917 года послужили толчком для российских немцев-колонистов в их стремлении к политической самостоятельности. В различных местах их компактного проживания это выражалось по-разному. Паралельно этому возникли надежды на общее улучшение положения российских немцев. При этом особое внимание обращалось на законы о ликвидации и возврату к немецкому языку в школах и официальных учреждениях.

Особенно настойчиво преследовали идею политической самостоятельности поволжские, черноморские, северо-кавказские и украинские немцы. Её носителями были, в основном, представители зажиточной верхушки и близкая им по духу интеллигенция, духовенство, которые ориентировались на великорусские или украинские партии или были их членами.

Ввиду очевидной необходимости защиты своих политических интересов в течении 1917 года представители российских немцев собирались несколько раз и основали в конце концов множество обществ по защите интересов российских немцев.

18 марта 1917 года состоялся первый съезд российских немцев в Одессе. 28-го марта там же был основан "Всероссийский Союз российских немцев, а с 14 по 16 мая 1917 года был проведён первый "Всероссийский съезд российских немцев С 20 по 22 апреля 1917 года в Москве собралось 86 представителей немецких колоний различных губерний, которые образовали "Объединение российских граждан немецкой национальности. В Саратове с 25 по 27 апреля 1917 года заседали районные уполномоченные волжских колоний. Они избрали свой Центральный комитет как исполнительный орган власти. И в других регионах России и Сибири проводились собрания делегатов немецких колонистов.

По мере усиления борьбы-после захвата власти большевиками и с началом Гражданской войны-появились и социалистически настроенные силы. Они горячо выступали за политическое решение национального вопроса в рамках большевистских представлений о нём. Такое развитие событий наметилось, прежде всего в Поволжье. Там 1 июня 1917 года был основан Союз немцев-социалистов Поволжья. Среди черноморских и украинских немцев не было поначалу чёткой политической линии, так как немецкие колонии в буржуазной Украине почти полностью перешли в подчинение Центральной Рады. Она, в свою очередь, была нежизнеспособной без "защиты немецких и австро-венгерских войск. Политические и хозяйственные интересы немецких колонистов чувствительно затрагивались особенно из-за законов о национализации земли и об украинском гражданстве, принятых Центральной Радой. На вопрос о дальнейшей линии поведения давались различные ответы.

Разрабатывались различные методы достижения автономии, среди которых были планы с большим размахом и абсолютно не соответствовавшие действительности. Пастор Винклер из Одессы, например, выступал за право автономии в районах компактного проживания немцев и за тесный контакт с Германией. Он даже взвешивал всерьёз, как добиться присоединения территории крымских татар, и пытался склонить к своему мнению пастора Иоганна Шленинга из Поволжья для соответствующей поддержки. Принятие колонистами немецкого гражданства, военная защита немецкими войсками, помощь в создании самообороны и "взамен поставки зерна и сырья в Германию, предоставление резервистов для немецкой армии и, наконец, переселение в Германию в случае неудачи-вот важнейшие пункты его плана.

Другой проэкт, тоже возникший в кругах Одесского Центрального комитета Объединения немецких колонистов, был намного реалистичнее. Он предусматривал широкие автономные права для немецких колонистов, однако лишь в существующих местах компактного проживания в рамках украинского государства. В то время, как пастор Винклер, из страха перед украинским национализмом отрицал всякое сотрудничество с Центральной Радой и полностью ориентировался на немецкие официальные и военные структуры, сторонники внутриукраинской автономии хотели добиться её с помощью украинского руководства. Хотя Винклер потом добился большинства в Одесском ЦК негласными методами и развернул заметную активность в пользу массового переселения колонистов в Германию (без их согласия), он потерпел поражение. Немецкая ноябрьская революция и распространение Советской власти на всю Украину в конце 1918 года привели к крушению планов автономии. В Поволжье же, напротив, стремление к политической самостоятельности увенчалось успехом.

? На пути к автономии. 22 октября 1917 года в обоих губернских городахСаратове и Самаре, которым принадлежали немецкие колонии на Волге, установилась Советская Власть. К концу года это произошло и на уровне районов. Земства были отменены. Эта отмена в зависимости от соотношения сил происходила либо минро, либо насильно. В некоторых местах, как например, в колонии Райнгарт (Осиновка) Аткарского района, в этот процесс были вовлечены и крестьяне-колонисты.

Как говорилось уже ваше, в числе самых первых политических актов Советского правительства было принятие 2 ноября 1917 года "Декларации прав народов России, провозгласившей национальное равенство и право народов на самопределение, вплоть до отделения от России и образования самостоятельных государств. Декларация имела большое политическое и, особенно, пропагандистское значение для страны, 57% населения которой составляли нерусские народы. "Декларация прав народов России произвела впечатление на немецкое население, прежде всего на интеллигенцию, породив определённые ожидания.

Стремительные революционные процессы принесли в колонии изменения, не предусмотренные Центральным комитетом партии Поволжья. ЦК, до той поры почти не проявивший активности, окончательно потерял своё влияние. Дальнейшее развитие района Поволжья определяли, поначалу, политики из земств. Хотя немецкие служащие земских учреждения Поволжья и были лишены своих прав, они тем не менее, активизировали свою деятельность. Их организационный комитет Новоузенского района обратился в январе 1918 года с воззванием к другим районам собраться вместе в колонии Варенбург с целью "выработки практического плана всестороннего объединения немцев на Волге. Целью инициаторов было самоопределение и самоуправление национальной и культурной жизнью в колониях.

24-28 февраля 1928 в колонии Варенбург (Привольное), южнее Саратова, прошёл съезд депутатов-немцев Новоузенского и Николаевского уездных земских собраний Смарской губернии. Противоречивые решения съезда наглядно характеризуют те колебания, которые испытывала интеллигенция по отношению к новой власти.

С одной стороны, съезд резко осудил бесчинства в колониях, чинившихся различными вооружёнными отрядами, закрытие немецкой газеты, репрессии против участников национального движения немцев, с другой-опираясь на "Декларацию прав народов России, разработал "Проект национального объединения всех немцев Поволжья в автономную немецкую республику Поволжья в составе Российского федеративного государства. Вот некоторые пункты этого проекта:

1. Немцы Поволжья объединяются на основе закона о самоопределении народов в качестве "Федерации немцев Поволжья.

2. Автономия распространяется на все административные, правовые, культурные и финансовые вопросы жизни немцев Поволжья.

3. Управленческие органы немецкой Федерации подчиняются непосредственно Центральным органам власти Российской Федерации.

4. Конституция Федерации немцев Поволжья утверждаются съездом депутатов.

Были приняты также решения по новому урегулированию налоговой и судебной систем, а также по организации "гражданской обороны.

Так в Варенбурге впервые был поставлен вопрос о национально-территориальной автономии немцев Поволжья. Для реализации этого проекта была избрана Временная центральная администрация немецких колоний Поволжья во главе с Административным советом, в который вошли М.Кизнер (председатель), К.Брюггеман, И.Гросс, Д.Ойрих, и Д.Тиссен, Совету поручили ходатайствовать перед Советским правительством о предоставлении немцам Поволжья автономии, направив с этой целью в Москву делегацию. В состав делегации были избраны земские деятели М.Кизнер, И.Гросс и известный социалист А.Эмих.

По настоянию Эмиха, делегацию уполномочили заручиться поддержкой и содействием влиятельных большевистских лидеров саратовского комитета Союза немцев-социалистов Поволжья. Союз со дня своего основания 1 июня 1917 года состоял из социалистов различных направлений. В него входили земские учителя, церковно-приходские учителя, сельская интеллигенция и рабочие Екатеринбурга и его окрестностей.

В вопросе национальной автономии Поволжья было много различных мнений: некоторые члены партий, как например, Август Лозингер, которые присутствовали и в Варенбурге, голосовали полностью за содержание принятых там решений. Другие, придерживавшиеся позиций пролетарского интернационализма, были категорически против стремления к автономии и выступали за единое социалистическое государство. Наконец, третья группа стояла на большевистской позиции политической автономии. Она и сумела одержать победу вечером накануне поездки в Москву.

Таким образом, перед саратовским комитетом встала необходимость чётко определить своё отношение к проблеме немецкой автономии. Решение принималось в горячих спорах. Большинство членов комитета, занимая известные большевистские позиции, было против автономии, считая что её образование будет "мешать немецким трудящимся укреплять интернациональные связи с русским пролетариатом и поможет национальной буржуазии сохранить влияние на трудящихся. Но, вместе с тем, высказывалось опасение: если делегации варенбургского съезда удастся в Москве добиться автономии, то социалисты окажутся в стороне и национальное движение непременно "попадёт в руки буржуазии. В конце концов было решено включить в состав делегации своих представителей: Г.Клингера и венгра-военнопленного Кельнера и в случае положительного решения вопроса об автономии возглавить всю работу по её образованию.

На 13 мая 1918 года было намечено проведение съезда на котором должны были быть выработаны основные законы автономии. Во время переходного периода делами должен был управлять избранный совещанием временный административный Совет в Зельмане (Ровно). В апреле административный Совет послал свою делегацию в Москву для переговоров с Советским Правительством о вожделенной автономии. Эти переговоры, а также совещания с другими представителями немцев Поволжья привели к решению Советского правительства организовать в конце апреля Поволжский комиссариат по немецким делам.

Обновлённая делегация, в которой немцы-социалисты имели большинство (трое из пяти членов делегации), выехала в Москву 10 апреля. Она была принята 18 апреля 1918 года Народным комиссаром по делам национальностей И.В.Сталиным. Союз немецких социалистов представляли Адам Эмих, Густав Клингер и П Келлнер, чтобы изложить позицию союза в неотложных вопросах самоуправления и школьного образования. Кроме того, они передали Центральному комитету подробную информацию о развитии поволжских колоний.Правительственная газета "Известия и орган РКП(б) "Правда подробно сообщали о совещании поволжских немцев в Комиссариате по делам национальностей. До этого уже был опубликован целый ряд сообщений о положении на Волге. При этом особое внимание было обращено на сопротивление колонистов изъятию излишков зерна Советами, которое считалось угрожающим. Волжские социалисты сумели с помощью точной информации о социальной структуре колоний и о создании и деятельности первых Советов уточнить сложившуюся в Москве картину положения в Поволжье.

Нарком обещал помощь в организации самоуправления и учебных занятий, в передаче власти рабочим. Создании и координации работы губернских Советов в Саратове и Самаре, а также при создании немецкого отдела в Наркомате. Организацию этого отдела Советское правительство поручило большевистски настроенным немецким и австрийским военнопленным.

На переговорах с чиновниками Народного комиссариата по делам национальностей, в том числе и с руководителем наркомата И.Сталиным, было достигнуто "принципиальное соглашение об организации "самоуправления немецких трудящихся масс на советских началах. 25 апреля И.Сталин прислал саратовскому комитету немцев-социалистов телеграмму, в которой сообщил о фактическом согласии правительства РСФСР на такое самоуправление, выразив при этом надежду, что оно обеспечит "окончательное торжество социализма в немецких колониях на Волге.

Однако, не слишком доверяя местным большевикам, всё ещё состоявшим в одной организации с меньшевиками, эсерами и другими "мелкобуржуазными социалистами, советское руководство направило в Саратов своих представителей-"коммунистов-интернационалистов- германца Э.Рейтера и автрийца К.Петина с полномочиями "организовать Поволжский комиссариат по немецким делам.

Поволжский Комиссариат по немецким делам с центром в Саратове, был сформирован в течение нескольких дней и 30 апреля 1918 года приступил к работе. В его первоначальный состав, кроме Э.Рейтера и К.Петина, вошли местные социалисты Г.Клингер, А.Эмих и А.Моор. Руководство комиссариата, согласно подписанному Председателем Совнаркома В.И.Лениным распоряжению, принял Эрнст Рейтер (1889.1953). Перед комиссариатом были поставлены следующие задачи:

1. Быть идейным центром социалистического движения среди немцев Поволжья.

2. Помочь немцам Поволжья организовать у себя самоуправление на советских началах.

3. Подготовить съезд советов рабочих и беднейших престьян немецких колоний.

Мандат на это, как позже утверждал Рейтер, был "шире Волги. Помощником Рейтера был Карл Петин, австриец литовского происхождения. Оба до этого активно участвовали в революционной пропаганде среди военнопленных Московского военного округа и были членами только что организованной немецкой секции РКП(б). Рейтер, член коммунистической партии Германии с 1918 по 1922 год, позже социал-демократ, стал в 1945 году членом городского Совета, а с 1950 по 1953 годы-бургомистром Западного Берлина.

29 мая 1918 года задачи Поволжского комисариата были официально зафиксированы в Уставе Комиссариата, подписанным двумя членами правительства-наркомами: по делам национальностей И.Сталиным и внутренних дел Г.Петровским. Таким образом, Поволжский комиссариат стал в руках большевистского руководства страны орудием установления советской власти в немецких колониях Поволжья

Как и во всех других полостях и уездах саратовского Поволжья, в немецких колониях насаждалась большевистская идеология, административными мерами устанавливалсь советская власть. Проводились национализация крупной промышленной и банковской собственности, перераспределение (социализация) земли в пользу беднейших колонистов. С 6 июня начал издаваться информационный орган Поволжского комиссариата-газета "Nachrichten ("Известия). К октябрю её тираж достиг 2,5 тысячи экземпляров.

В июне 1918 года состоялся второй конгресс Союза немцев-социалистов Поволжья. Под давлением коммунистов он принял решение о недопустимости нахождения в одной организации представителей различных социалистических течений, избрал инициативную группу, которая должна была подготовить создание Партии немцев-коммунистов и распустить Союз немцев-социалистов. Группу возглавил Э.Рейтер. Партия немцев-коммунистов была организована в сентябре 1918 года. Она провозгласила себя составной частью РКП(б).

Создание чисто коммунистических партийных организаций в городах и колониях ликвидировало последние остатки социал-демократического свободомыслия, усилило процесс насаждения советской власти в колониях, сделало его более жестким. В июле-августе были сформированы уездные немецкие комиссариаты в Екатериненштадте и Ровном (Зельмане) Самарской губернии, Голом Карамыше (Бальцере) Саратовской губернии. В то же время выделение самих немецких уездов в отдельные территориальные образования из-за усложнившейся военно-политической обстановки и сопротивления саратовских и отчасти самарских губернских властей затягивалось.

В Саратове в руководство комиссариата было вовлечено четверо поволжских немцев: Георг Дингес, Адам Эмих, Густав Клингер и Александр Моор. Оргкомитет из четырёх членов Союза немецких социалистов и представителей некоторых колоний подготовил первый съезд Советов немцев Поволжья.

Вначале национально-территориальная автономия немцев Поволжья виделась в форме "Федерации Среднего Поволжья. Эта автономия предполагалась лишь на уровне национальных уездов в Саратовской и Самарской губерниях. Между немецкими уездами должны были осуществляться отношения федерации, но дальше них автономия не распространялась, так как сами уезды административно подчинялись губерниям, в состав которых входили. Такое решение, в частности, принял первый съезд Советов немецких колоний Поволжья, проходивший в Саратове 30 июня-1 июля 1918 года

На Первый съезд Советов в Саратов съехалось 70 делегатов. 1 июля они приняли решение, согласно новому порядку и основам автономии отдать в ведение Советов "все вопросы школьного и культурного характера, а также местного самоуправления. Предусмотренный исполнительный комитет не был избран по той причине, что ещё не было формального согласия Советского правительства. Делегаты могли исходить из согласия и поддержки центра, так как Поволжский комиссариат по немецким делам в обострённой борьбе за власть проявил себя как надёжная организация.

Уже 29 мая 1918 года Народный комиссариат по делам национальностей поддержал Поволжский комиссариат через "общие положения. В них Комиссариат объявлялся "духовным центром социалистической работы среди трудового немецкого населения. Решения русских губернских и районных Советов, "которые касаются интересов трудового населения в немецких колониях, могли быть приняты и претворены в жизнь только с его согласия. Поволжский комиссариат по немецким делам под руководством Э.Рейтера был просто подтверждён. В нём были предусмотрены отделы культуры, образования, хозяйственный и правовой, и он практически имел характер правительства.

Однако опасения возможных демаршей со стороны Германии, крайне болезненно относившейся к процессу большевизации и советизации немецких колоний на Волге, а также самоуправные действия в отношении колонистов со стороны местных органов власти заставили Москву и Поволжский комиссариат по немецким делам пойти на создание автономной Области немцев Поволжья, напрямую подчинённой органам государственной власти Российской федеративной республики. Декрет о создании области был подписан председателем правительства В.Лениным 19 октября 1918 года.

" Декрет Совета народных комиссаров РСФСР.

О создании области немцев Поволжья.

В целях укрепления борьбы за социальное освобождение немецких рабочих и немецкой бедноты Поволжья, развивая принципы, положенные в основу устава Поволжского комиссариата по немецким делам, утверждённого 29 мая сего года постановления Совнаркома от 26 июля сего года, а также в согласии с единодушно высказанными пожеланиями первого съезда Совдепов немецких колоний Поволжья, Совет Народных Комиссаров постановляет:

1. Местности, заселённые немцами-колонистами Поволжья и выделившиеся, согласно устава Поволжского комиссариата, в уездные Совдепы, образовывают в порядке ст. 11 Основного Закона РСФСР областное объединение с характером трудовой коммуны, в состав которого входят соответствующие части территорий Камышинского и Аткарского Саратовской губернии и Новоузенского и Николаевского Самарской губернии....

2. Вся власть на местах в пределах, указанных ст. 6в1 Основного Закона, в объединённой согласно п. 1 территории, принадлежит исполнительному комитету, избранному съездом Совдепов немецких колоний Поволжья, и местными Советами немецких рабочих и немецкой бедноты.

Совет Народных Комиссаров выражает уверенность, что при условии проведения в жизнь этих положений, борьба за социальное освобождение немецких рабочих и немецкой бедноты в Поволжье не создаст национальной розни, а наоборот, послужит сближению немецких и русских трудовых масс России, единение которых-залог их победы и успехов в международной пролетарской революции.

Председатель Совета Народных Комиссаров

В.Ульянов-Ленин.

Секретарь Совета Народных Комиссаров

Л.Фотиева.

19 октября 1918 года. Москва, Кремль.

Состоявшийся 20-24 октября в Ровном (Зельмане) Второй съезд Советов немецких колоний Поволжья, на основании декрета от 19 октября,объявил себя высшим государственным органом Области немцев Поволжья и избрал руководящий орган автономной области-Исполнительный Комитет,объявивший себя преемником Поволжского комиссариата по немецким делам.

В соответствии с положениями декрета Совнаркома РСФСР от 19 октября 1918 года территория немецкой автономии была определена в период с ноября 1918 года по август 1919 года специальными смешанными комиссиями, в состав которых входили представители Области немцев Поволжья, Саратовской и Самарской губерний. Поскольку к автономной области отошли лишь немецкие сёла с их земельными наделами, её территория приобрела клочкообразный вид со множеством анклавов, находившихся в соседних губерниях. До мая 1919 года руководство Области немцев Поволжья находилось в Саратове, затем переехало в Екатериненштадт (с июня 1919 года-Марксштадт), который стал первым административным центром немецкой автономии на Волге.

На втором съезде Советов немецких колоний Поволжья было завершено создание Советов как органов управления. 277 действительных депутатов, избранных в 122 колониях, представители рабочих из Саратова, профсоюзов, социалистических партий и поволжских немцев-красноармейцев совещались по всем этим вопросам в Зельмане. Они были первыми, кто ознакомился с принятым 19 октября в Москве Совнаркомом, Декретом "О создании Области немцев Поволжья. Этот подписанный Лениным документ был официальным признанием провозглашённой на первом съезде Советов немецких колоний Поволжья автономией. Согласно статье 11 первой русской Советской Конституции (июль 1918) было предписано создание "областного объединения с характером Трудовой Коммуны на базе колоний в районе Камышина, Аткарска (Саратовская губерния), а также Новоузенска и Николаевска (Самарская губерния), которые уже управлялись Поволжским комиссариатом по немецким делам. Кроме того в 7 пункте Декрета было подтверждено употребление немецкого языка во всех областях политической, культурной и духовной жизни.

Слово коммуна было в Советской России после Октябрьской революции очень популярным. Защитники и поклонники нового порядка связывали с ним идею мировой революции. Из уст её противников оно звучало саркастически. Это слово не было ругательным для людей, которые верили в неё и пытались претворить в жизнь. В многонациональном Советском государстве коммуна была выражением поиска форм совместной жизни в создании национальной советской государственности. Коммуна была необычным, ещё не до конца продуманным в правовом отношении решением. Кроме Трудовой Коммуны Поволжья в ранней стадии советского строительства существовали ещё Северная Коммуна (Петроград и Петроградская губерния) Карельская и Эстонская коммуны.

Делегаты съезда распустили комиссариат и выбрали согласно декрету 25 членов исполнительного комитета. 23 из них были коммунисты; Эрнст Рейтер стал председателем, т.е. главой правительства (до своего возвращения в Германию в конце 1918 года).

Исполнительный комитет обладал верховной властью в автономной области. В колониях на местах власть принадлежала местным Советам. В случае несходства мнений между исполнительным комитетом и русскими губернскими Советами необходимо было обратиться к Советскому правительству в Москве.

В российских органах Поволжья немецкие институты управления были незаметны, а утверждённые мероприятия центральных органов по их строительству были спорными, нередко доводившие до конфронтации и игнорирования решений, принятых в Москве. Так, например, в немецких колониях случались перегибы со стороны так называемых уполномоченных российских Советов. В июле 1918 года Совет Народных Комиссаров категорически запретил самоуправство губернаторам Саратова, Самары, а также местным Советам в отношении немецких колоний: "Каждая контрибуция, конфискация и изымание зерна у немецких колонистов должна производиться только по согласованию с комиссариатом по немецким вопросам в Саратове. С дальнейшим формированием советских структур эти проблемы остались, а декрет об образовании рабочей коммуны немцев Поволжья содержал новые соответствующие положения.

Выделение принадлежавших к будущей автономной области поволжских колоний из советских губернских структур власти и решение всех связанных с этим процессом вопросов осуществляла до марта 1919 года так называемая ликвидационная комиссия. Область получила статус губернии. Решение Наркомата внутренних дел от 16 апреля 1919 года (опубликовано 29 апреля 1919 года) подтвердило соответствующее территориальное деление Поволжской области. Оно обязывало все советские организации учитывать образование области как при выделении кредитов, так и в других административных вопросах.Перенос центра исполнительной власти из Саратова в Марксштадт в апреле 1919 года был дальнейшим важным шагом на пути к самоопределению. Попыткам вмешательства русских советских органов в дела немецких колоний был поставлен барьер. 17 февраля 1921 года Всероссийский Центральный исполнительный комитет утвердил административную структуру территории Поволжской коммуны в её сложившемся виде.

Рабочая коммуна была образована по национальному признаку. Но между немецкими колониями находились исторически возникшие русские и украинские сёла. Из-за этого с обеих сторон возникали проблемы и преграды, особенно в хозяйственных вопросах. Поэтому исполком стремился включить эти сёла Саратовской губернии в территорию автономной области. 22 июня 1922 года московское руководство подтвердило в специальном декрете это территориальное расширение. Согласно декрету территория рабочей коммуны была заново структурирована и разделена на 14 районов. Две трети населения составляли поволжские немцы, почти одну треть русские и около одного процента-украинцы. Этот состав существенно не изменился до административного роспуска Республики немцев Поволжья в 1941 году.

Одновременно с территориальными изменениями город Покровск (в1931 году переименованный в Энгельс) стал из-за своего центрального географического положения центром автономной области (25 июля 1922 года).

? Борьба с голодом. После Гражданской войны и военного коммунизма в 1921 году все силы были брошены на восстановление Советской России. Это, прежде всего, относилось к пришедшей в абсолютный упадок промышленности.

Страшная засуха и неурожай 1921-22 годов привели к катастрофическому по своим масштабам голоду. Начавшийся в конце 1920 года в Области немцев Поволжья голод достиг своего пика зимой 1921-22 годов. Это произошло потому, что весной 1921 года поля остались незасеянными. У крестьян не оказалось зерна. Всё оно было отобрано продовольственными отрядами и вывезено за пределы немецкой автономии. Засуха уничтожила посевы озимых, высаженных осенью 1920 года. В результате голодало практически всё население автономии. По приблизительным подсчётам, вымерла почти четверть населения немецкой области. Советское руководство оказалось не в состоянии предпринять серьёзные меры борьбы с голодом. Область посещали, одна за другой, различные комиссии из центра, они фиксировали бедственное положение, однако эффективной помощи голодающим не оказывалось. Последствия голода могли быть ещё более катастрофичными, если бы не активные действия зарубежных благотворительных организаций. В первую очередь-Американской администрации помощи (АРА) и Международного союза помощи детям (МСПД), возглавлявшегося Ф.Нансеном. Они помогли выжить населению автономной области в самые трудные месяцы.

Помощь международных благотворительных организаций АРА и МСПД, оказывавшиеся области немцев Поволжья (по состоянию на июнь 1922 года)

Категория населения. Голодало человек. Оказывалась помощь. Население охваченное поморщью
Дети 203760 180000 88%
Взрослые 272634 255864 93%
Всего 476394 435864 91%
Из таблицы явствует, что АРА и МСПД помогали подавляющему большинству голодающего населения области. Весьма значительным был общий объём поступившего из-за границы продовольствия. Это хорошо видно из таблицы:

Продовольственная помощь, поступившая в область немцев Поволжья на 1 октября 1922 года в пудах.

Каналы поступления помощи Государственные поставки. Пожертвования. Товарообменные операции.

187791 397506 212226
Общее количество отечественной продовольственной помощи. Помощь зарубежных организаций.

797523 1562012
Эта таблица наглядно свидетельствует, что объём зарубежной продовольственной помощи в два раза превышал общее количество отечественного продовольствия, поступившего в область. Что же касается чисто государственной помощи, то она оказалась на порядок ниже помощи иностранных благотворительных организаций.

События 1918-1921 годов и особенно голод привели хозяйство немецкой области в состояние полного расстройства, отбросили его на много лет назад. Достаточно отметить, что в сравнении с 1914 годом объём посевных влощадей сократился в 3,5 оаза, поголовье скота уменьшилось в 5,5 раз, объём валовой продукции промышленности снизился в 6,5 раз. Постановления НЭПа в этих условиях невозможно было реализовать. Вместо них необходимы были чрезвычайные меры, в особенности, интернациональная помощь, так как речь шла о физическом выживании немцев Поволжья и голодающих других регионов.

Советское правительство создало 18 июля 1921 года центральную комиссию помощи голодающим под председательством Михаила Ивановича Калинина. Она изменила план импорта, выдвинув на первое место жизненно необходимые товары. В ноте правительства всем странам она сообщила о размерах катастрофы, собственных контрмерах и выразила надежду на интернациональную помощь. В.И.Ленин обратился со страстным призывом к международному пролетариату помочь Советской России. Максим Горький обратился по тому же поводу "ко всем честным людям проявить гуманность.

Совместными усилиями Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала и Советского правительства 12 августа 1921 года в Берлине был создан Иностранный комитет по организации помощи голодающим в Советской России. Немного погодя он был преобразован в Интернациональную помощь рабочим под руководством Клары Цеткин. Комитет немецкого рейха помощи рабочим в Советской России собрал до 1922 года вещей на 23 млн. марок и 7 млн. наличными. В тот же период Общенемецкий союз профсоюзов переслал через Интернациональный союз профсоюзов для голодающих Советской России 8 млн. марок. До весны 1922 года гуманитарную помощь оказывала и "Пролетарская кампания помощи, созданная по инициативе Второго Иетернационала. Первый пароход с пожертвованиями немецких трудящихся был отправлен 15 октября 1921 года из Штеттина, за которым последовало ещё 16. Ощутимую помощь и поддержку, организованную под руководством известного режиссёра Эрвина Пискатора, оназал комитет помощи артистам в октябре 1921 года. Бюро помощи немецкого правительства "Хильфсверк, выделившее 5 млн. Марок для борьбы с эпидемией, выглядело бледно на этом фоне. Антисоветские настроения удерживали промышленный и банковский капитал от предоставления более щедрой помощи. Но соответствующие организации не стеснялись требовать высокие суммы за транспортировку собранных пожертвований и вещей.

20 августа 1921 года АРА (The American Relief Administration) заключила с Советским правительством договор об оказании помощи. АРА создавала в Поволжье общественные столовые, пункты медицинской помощи, детские дома для сирот и снабжала их продуктами питания и медикаментами.

27 августа 1921 года известный исследователь Заполярья и представитель интернациональной конференции Красного Креста Фридтёв Нансен заключил с Советским правительством договор о гуманитарной помощи. При этом было обговорено условие, что раздачу помощи осуществят советские органы, что при внешнеполитической изоляции страны было шагом в сторону нормализации. "Помощь Нансена получила поэтому и широкое официальное признание. Нансен, гуманист и пацифист, энергично призывал международное сообщество к широким интернациональным акциям помощи, но столкнулся с выжидательными позициями правительств и монополий. Он писал: "Мы просим все правительства Европы собрать совместно 5 млн. фунтов стерлингов. Это всего половина того, что стоит современный военный корабль. Но правительства просто на хотят....

Другим образцовым источником помощи было организованное в 1919 году в Берлине Общество немцев Поволжья. Его членами были, например, пастор Иоганнес Шлейнинг и предприниматель Фридрих Шмидт. Общество сумело организовать в 1922 году при поддержке Немецкого Красного Креста 7 караванов помощи с одеждой, продуктами и медикаментами для Саратова. Восьмой караван был в пути больше года. Он пришёл в декабре 1924 года, но тоже внёс свою лепту в борьбу с голодом. Деньги для оказания помощи были собраны немцами-эмигрантами в Поволжья. Также оказали помощь бывшие немцы Поволжья, эмигрировавшие в Северную и Южную Америку.

Кроме мер, принятых центром, Москвой, оказать помощь голодающим старалась и администрация автономии.В сложной для Советской России ситуации государственные и партийные органы Волжской коммуны выступили со множеством инициатив. Они осуществляли их собственными силами или благодаря поддержке федеральных советских институтов власти. При этом органы автономии были не только объектом игр между государственными и партийными органами на различных уровнях. Их влияние наглядно выдно, например, при модификации продналога.

В числе принятых органами Поволжской коммуны мер были: организация столовых для голодающих, устройство безработных нефтяниками в Баку и обеспечение сырья для производства сарпинки, которое позволило сохранить рабочие места и содержание 8000 ткачам. Кроме того они организовывали выпас скота врайонах, где ещё была трава на лугах, и эвакуацию голодающих детей. В катастрофические 1921 и 1922 годы органы области имели право "до определённых границ "реквизировать зерно и другие продукты сельского хозяйства для обеспечения детских домов, болльниц, суповых кухонь и т.д.. В 1922 году это было 1219 пудов зерна, около 807 пудов подсолнечника, 1419 пудов картофеля, 1115 пудов масла и 16151 пудов мяса. Нередко крестьяне и сами добровольно сдавали продукты для этих целей. Они по собственному почину организовывали комитеты, сотрудничавшие с областным комитетом помощи голодающим. Проводились особые недели или дни пожертвований для школ или для туберкулёзных больных.

Эвакуация детей, среди которых было много сирот, из Поволжья в более сытые немецкие колонии была, если учесть разрушенную во время Гражданской войны транспортную сеть, крайней мерой, рождённой отчаянием. Областной исполнительный комитет эвакуировал осенью 1921 года тысячу детей из Одесской губернии. Их размещение, приём. Обеспечение продовольствием в школах было произведено с помощью немецкой секции Одесского РКП(б). Она, как и многие другие организации, образовала специальную комиссию помощи голодающим Поволжья.

Из 1000 эвакуированных детей в Одессе осталось 103, 897 были отданы в семьи колонистов Тираспольского и Вознесенского районов. Не всегда колонисты соглашались добровольно взять в свои семьи лишнего едока. Юг России тоже пострадал от последствий засухи. Из-за "критического положения детей Поволжья в Одесской губернии благодаря интернациональной помощи тоже были организованы общественные столовые. В мае 1922 года администрация Марксштадта организовала возвращение детей.

В центральных органах власти Поволжская коммуна добилась абсолютного запрета на вывоз продуктов питания из районов Поволжья, пока они там ещё были. Одновременно они добились, несмотря на сопротивление советских хозяйственных органов, чтобы помощь из-за границы-техника, сменное зерно и племенной скот-доставлялись в Поволжье без таможенных пошлин.

Важнейшей задачей было распределение прибывающей из страны и из-за рубежа помощи: предоставление транспорта, чтобы её можно было сразу же распределить в Саратове. Пока сохранялась надежда на хорошие всходы и новый урожай, это относилось и к пожертвованному семенному зерну. Позже пришлось изменить это решение, и семенное зерно использовать для обеспечения голодающих. Несмотря на кажущуюся безвыходной ситуацию, руководство коммуны неуклонно выступало за сохранение крестьянских хозяйств. Борьба с голодом требовала радикальных мер, и областной исполком ввёл высшую меру наказания. Особой главой во взаимодействии советских органов Поволжья в борьбе с голодом были попытки получить находящиеся в Колониальном банке в Берлине "деньги эмигрантов. Но к такому решительному шагу банкиры из эмигрировавших зажиточных колонистов не были готовы.

Последствия голода были более чем драматичны и для населения, и для сельского хозяйства, и для промышленности Поволжья. Из-за небывалого неурожая 1921-1922 годов в Советской России впервые люди стали умирать от голода. Из пяти миллионов умерших было около 120.000 российских немцев. В поволжских колониях потери были особенно ощутимыми по сравнению с другими охваченными засухой и голодом регионами (30 губерний с населением более 30 миллионов на Северном Кавказе и на Южной Украине). Голодная смерть, болезни и бегство в другие части страны или эмиграция уменьшили население с 452.000 в 1920 году уже к августу 1921 года до 359.000. В 1922 году население уменьшилось на 27 процентов. Из них на 10% из-за голодной смерти.

Последствия засухи и голода в сельской местности, где проживало 90% немцев Поволжья, были катастрофическими. Посевные площади пшеницы и ржи сократились с 1920 по 1922 годы на 236.000 десятин. Поля заросли сорняками, были полны жуков-вредителей. В 1922 году новая засуха и особенно появившаяся в большом количестве саранча похоронили последние надежды на хороший урожай, который был возможен благодаря хорошим всходам присланного из всех концов страны семенного зерна.

Недостаток рабочего скота и молочных коров был вопиющим. На 1 января 1922 года на десять дворов (всего их было более 58.600) приходилось девять единиц рабочего скота. Всего было потеряно до 70% рабочего скота. Сельхозмашины-если они были в наличии-были распределены очень неравномерно и часто неригодны для использования или нуждались в ремонте. Большая часть инвентаря была обменена "на хлеб. Введённый во время НЭПа продналог в 1921 году в Поволжской коммуне не взимался. В 1922 году он составил 168 млн. пудов зерна (из 248 по всей России). Но он был наполовину сокращён из-за действительно плохого урожая. Если крестьяне платили налог сразу после уборки урожая, то он сокращался на 10%. Сданное зерно сразу же посылалось в голодающие регионы.

В области промышленности тоже не удалось избежать негативных последствий. Многие большие и малые предприятия прекратили производство из-за недостатка сырья. Это особенно относилось к мельничному хозяйству. Из 429 ветряных и 80 водяных мельниц, из которых 122 были с механическим приводом, многие не работали.

Кроме домашнего хозяйства, которое в голодные годы чаще всего было единственным источником доходов, значительно сократилось производство сарпинки. Но её удалось сохранить и избежать более тяжёлых последствий, благодаря поддержке центральных органов. С поставкой сырья извне эта отрасль промышленности была быстро восстановлена.

Переход к новой экономической политике, сопровождавшийся отходом от жёсткого централизованного управления и предоставлением предприятиям и крестьянам определённой экономической самостоятельности, развитием мелкой частной собственности, различных форм кооперации, позволил экономике воспрянуть. В 1922-1923 годах наметилась очень робкая, едва заметная тенденция хозяйственного подъёма.

Ощутимый вклад в развитие экономики автономной области немцев Поволжья внесло сотрудничество с поволжско-немецкой эмиграцией в Германии и Америке. В 1922 году заметную благотворительную помощь немцам Поволжья оказала эмигрантская организация Hilfswerk-Дело помощи. Примерно в то же время создаётся русско-германское общество Wirtschaftsstelle der Wolgadeutschen-Хозяйственное общество поволжских немцев. Создавшие его предприниматели-поволжско-немецкие эмигранты-поставили перед собой цель с помощью взаимовыгодных торговых операций с автномной областью оказать содействие в подъёме её экономики после массового голода. В соответствии с заключённым договором область должна была отправлять в Германию сельскохозяйственное сырьё (кожу, щетину, шерсть, табак и т.п.), получая взамен сельскохозяйственную технику, инвентарь и другие материальные средства, необходимые для восстановления разрушенного хозяйства. В Берлине организовали представительство автономной области, которое возглавил А.Шнейдер.

Успешное проведение первых торговых операций с Германией позволило получить определённые валютные средства, которые стали первоначальным основным капиталом созданного в ноябре 1922 года Немецко-Волжского банка сельскохозяйственного кредита (Немволбанка). В дальнейшем банк увеличивал свой капитал за счёт государственных средств, местных вкладов, а также привлечением средств из-за границы. С этой целью его филиалы в Берлине и Чикаго реализовывали среди поволжско-немецкой эмиграции свой заём.

Немволбанк получил от Советского правительства в концессию 100.000 десятин государственных земель на территории немецкой автономии. Их Немволбанк намеревался сдавать в субконцессию иностранным предпринимателям и фирмам, чтобы доходы от последней использовать для погашения процентов по заёму. Однако сдать в субконцессию удалось лишь 20 тысяч десятин Германско-Русскому Аграрному Товариществу (ДРУАГ), возгавлявшемуся германским предпринимателем фон Рейнбабеном. На сданных в субконцессию землях было организовано зерно-животноводческое хозяйство, в котором работали местные крестьяне.

В 1921-1922 годах немецкой автономии пришлось пережить также ряд административных реформ. Декретом ВЦИК РСФСР от 17 февраля 1921 года вместо существовавших трёх уездов в области было образовано 13 районов, спустя несколько месяцев они получили название кантонов. В дальнейшем деление автономной области, а затем и автономной республики на кантоны сохранялось в течение всего времени существования немецкой автономии.

Выше отмечалось, что Область немцев Поволжья создавалась по национальному признаку и поэтому её территория представляла собой ряд отдельных территорий, некоторые из которых не были даже связаны между собой. В таких условиях очень сложно было организовать связь, управление и практически невозможно было создать единый областной хозяйственный комплекс. Поэтому с началом восстановительного периода остро встал вопрос о так называемом "округлении немецкой области, то есть включении в её состав всех русских, эстонских, татарских сёл и хуторов, располагавшихся между немецкими сёлами или находившихся в анклавах, глубоко врезавшихся в территорию автономии поволжских немцев. Своим декретом от 22 июня 1922 года ВЦИК РСФСР осуществил такое "округление. В результате территория Области немцев Поволжья выросла на 39%, достигнув 25,7 тысяч кв.км. Население увеличилось на 64% и составило 527,8 тысяч человек. Национальный состав населения выглядел так: немцев-67,5%, русских-21,1%, украинцев-9,7%, другие-1,7%.

Административный центр Области немцев Поволжья был перенесён из Марксштадта в Покровск, небольшой городок, располагавшийся напротив Саратова на левом берегу Волги и оказавшийся включённым в состав немецкой автономии. В связи с "округлением было разработано новое административно-территориальное деление области. Границы кантонов устанавливались, исходя из экономической целесообразности. В результате было создано 14 кантонов. Среди них оказались как чисто национальные (русские и немецкие) так и смешанные.

"Округление области и её новое административно-территориальное деление существенно повысили жизнеспособность национально-территориальной автономии немцев Поволжья, оказали благоприятное воздействие на её становление и развитие. Однако они породили и массу проблем, среди них-проблему взаимоотношений немецкого большинства с русским и украинским меньшинством, проблему отношений с соседней Саратовской губернией, проблему формирования новых органов власти и другие. Как показала жизнь, решать их было далеко не просто.

Политическая жизнь автономной области немцев Поволжья после ликвидации крестьянских выступлений и бандитизма, ликвидации голода, как и во всей стране, характеризовалась постепенным укреплением командно- административной системы и тоталитаризма. Областная организация РКП(б) пережившая в 1921 году глубокий кризис, тем не менее, к концу 1923 года укрепила свои позиции и довольно уверенно контролировала политическую и духовную жизнь области, не допуская ни инакомыслия, ни инакодействия. Это проявилось в полном подчинении большевикам Советов и общественных организаций-профсоюзов, комсомола и других, в установлении с помощью органов ЧК, а затем ГПУ тщательного надзора за жизнью и деятельностью всех их бывших или возможных политических оппонентов из запрещённых политических партий, своевременном пресечении любых "антисоветских действий, неусыпном присмотре за содержанием образования и просвещения, контроле за средствами массовой информации. Особое внимание уделялось борьбе с двумя "идеологическими противниками-эмиграцией и церковью, существенно влиявшими в то время на жителей немецкой автономии. В результате, к моменту преобразования в республику (начало 1924 года) область представляла собой вполне сформировавшуюся автономию советского типа.

Блажен, кому помощник Бог Иаковлев,

у кого надежда на Господа Бога его.

Псалом 145,5.

9. АССР.НП-Автономная Социалистическая Советская Республика Немцев Поволжья.

Рабочая коммуна Поволжья после преодоления самых страшных последствий голода делала определённые успехи. Налицо были стабильные государственные структуры. Экономика благодаря НЭПу быстро восстанавливалась. Эти успехи в экономическом развитии стали основой решения XI съезда Советов Поволжской области, состоявшегося 6 января 1924 года, превратить её в Автономную Социалистическую Советскую Республику. Декрет ВЦИКа от 20 февраля 1924 года означал првращение АССР НП в субьект федеративного значения РСФСР.

"Декрет Всероссийского Центрального Исполнительного комитета и

Совета Народных Комиссаров об Автономной Социалистической

Советской Республике Немцев Поволжья.

Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров постановляет:

1. Преобразовать Автономную Область Немцев Поволжья в Автономную Социалистическую Советскую Республику Немцев Поволжья, как федеративную часть Российской Социалистической Федеративной Советской Республики в пределах ныне существующих границ названной области...

20 февраля 1924 года.

И.В.Сталин, Генеральный секретарь ЦК КПСС.

Однако помимо Поволжья немцы проживали крупными компактными группами и во многих других местностях СССР-в России, на Украине, в Грузии, Азербайджане и Казахстане. Здесь были созданы немецкие национальные районы и многочисленные немецкие сельсоветы, сиавшие очагами прогрессивного экономического и культурного развития. Но в 1938 году, на общем фоне ужесточения внутренней жизни страны, по инициативе ЦК КПСС все эти образования были ликвидированы как "искусственно созданные, делопроизводство в них перевели с национального языка на русский, национальные школы, высшие и средние учебные заведения закрыли, равно как и издательства, газеты и журналы на немецком языке. Уцелела только АССР немцев Поволжья, которая неизменно занимала одно из первых мест в СССР по показателям экономического, социального и культурного развития.

Было сформировано правительство, образцом структуры которого послужила РСФСР, но был учтён и опыт автономной области. Было создано десять народных комиссариатов или отделов: внутренних дел, юстиции, здравоохранения, финансов, сельского хозяйства, труда, социального обеспечения, а также рабоче-крестьянская инспкция и совет народного хозяйства. Монополия внешней политики и внешней торговли принадлежала Советскому правительству в Москве. Было разрешено образование соответствующего аппарата внешней торговли в республике. По вопросам обороны декрет предусматривал образование военного комиссариата. Он подчинялся ближайшему окружному военкомату. Непосредственно при Совнаркоме был организован орган политического управления РСФСР (ГПУ-ответственно за вопросы госбезопасности).

Для сохранения финансового и экономического приоритета РСФСР наркоматы финансов, труда, рабоче-крестьянская инспекция и Совнарком подчинялись соответствующим структурам РСФСР. За выполнение плановых заданий полную ответственность нёс Совнарком АССР НП. Остальные наркоматы работали автономно. 27 марта 1924 года АССР НП была официально провозглашена.

Сразу же после образования АССР НП была начата разработка Конституции.

января 1926 года III съезд Советов АССР НП принял первую Конституцию Республики Немцев Поволжья. Современные немецкие правоведы высоко оценили ясность и доступность языка этого документа.

Конституция повторила положения декрета об образовании АССР НП. Она закрепила добровольность входа АССР в РСФСР. АССР "вольна определять форму взаимоотношений с всероссийской федеральной властью РСФСР и при этом "опирается на своё право автономии согласно конституции РСФСР. Как и в декрете об образовании АССР, Конституция содержала решение о равноправии-соответственно составу населения-немецкого, русского и украинского языков. Это означало, что официальная переписка в каждом районе велась на языке населения, составлявшего в нём большинство. С центральными советскими органами в Москве правительство немцев Поволжья общалось на русском языке.

В то время как права и обязанности выборных советских органов на всех уровнях были подробно описаны в Конституции, в ней не было-как и в её всесоюзном образце-никаких параграфов о правах и обязанностях граждан. Для отдельных частей населения АССР активные и пассивные выборные права были ограничены.

Активные и пассивные избирательные права имели "независимо от вероисповедания, национальности, места проживания и т.д. все граждане, которые "не использовали наёмный труд для личной наживы, а зарабатывали на жизнь "общественно-полезным трудом. Граждане, использовавшие наёмный труд для личной выгоды или занимавшиеся частной торговлей, а также монахи и другие представители церкви, бывшие чиновники, военные, полицейские не имели ни активных, ни пассивных избирательных прав. Исключение составляли граждане, которые при определённых условиях использовали наёмный труд в сельском хозяйстве. Согласно земельному кодексу РСФСР они имели избирательные права, если не было других причин для ущемления их в правах. Это было компромиссное решение, обусловленное НЭПом, допускавшим использование наёмного труда в определённых границах

Во время выборов в Советы народных депутатов в 1926 году в республике в городах было лишено избирательных прав 759 человек, а в сельской местности-около 4.000, согласно "Инструкции о выборе в Советы народных депутатов.

В год образования АССР был распущен Народный комиссариат по делам национальностей СССР. Для национальных меньшинств это было недостатком, так как они потеряли своё представительство во всесоюзном государственном аппарате. Наркомат по делам национальностей заменил Совет национальностей, в котором у АССР НП было пять депутатов.

? Территория, административное деление и население АССР НП. В момент создания АССР НП её площадь составляла 25.447 кв.км. (перед округлением, т.е. внедрением русских и украинских сёл и других территорий-19.694 кв.км.). До 1929 года её территория увеличилась в результате других округлений до 27.400 кв.км.. АССР, таким образом, по площади была почти равна Бельгии.

АССР была расположена между 49 и 52 градусом северной широты и между 44 и 49 градусом восточной долготы. Она граничила с северо-запада, севера и востока с Саратовской губернией, на юго-западе и юге-со Сталинградской (Волгоградской) и на юго-востоке-с созданной в 1925 году Казахской ССР.

Население по переписи 1926 года составляло 571.240 человек. Из них, как и во время первого округления в 1922 году, около двух третьих-немцы, более 20%-русские и около 10% -украинцы. 1,2% населения приходилось на 25 других национальностей, как-то: татары, мордва, эстонцы, казахи и другие. До 1929 года численность населения поднялась до 610.200 человек.

Административное деление АССР, в основном, осталось таким, каким было до укрупнения. Она состояла из 14 кантонов ( в 1929-из12), которые согласно Конституции были приравнены к районам. Статус города имели кроме столицы Покровска (в 1926году-34.064 жителей) Марксштадт, Зеельман, Красный Кут и Бальцер.

Особое значение для населения имело то, что административные органы АССР НП имели полномочия, которых не было у других регионов. Так, 12 июня 1924 года немецкий язык был введён как государственный язык и язык обучения в школах, форсированными темпами началось строительство народного образования и создания немецкого государственного издательства. Русский и украинский языки были признаны на территории АССР НП как равноправные (Статья 11 декрета)

С Республикой Поволжья с самого начала были связаны представлениями об образцовой республике. Для её волжских основателей и для центральных органов в Москве было ясно, что они создают что-то совершенно новое для немецких колонистов. АССР должна была стать "образцовой крестьянской республикой, которая демонстрировала бы преимущества советской системы и советской автономии и имели бы соответствующее влияние на иностранных крестьян и рабочих. Особые надежды возлагались на воздействие этого примера на Германию и немецких рабочих и крестьян. К моменту её основания надежд на социалистическую революцию в Германии уже не осталось. В связи с событиями 1923 года (восстание в Гамбурге) они с новой силой вспыхнули в Советском Союзе и сознательно поддерживались.

Различные поволжские и германские голоса восхваляли образование АССР НП и возникающие при этом новые возможности для поволжских немцев. Эдгар Грос, представитель АССР НП при ВЦИКе в Москве, писал, что образование автономной республики соответствовало не только внутренним потребностям и растущему политическому самосознанию немцев Поволжья, "но и небывалому интересу к судьбе поволжских немцев в Германии, где политические события зимой 1923-1924 годов привели к окончательной победе революции

Вильгельм Курц задолго до того, как он стал председателем Совнаркома Поволжья, писал: "Нужно, наконец, дать немецким колонистам почувствовать на деле, что РСФСР-не мачеха, а ...родная мать националльных меньшинств.

Гарри Рихтер, директор Дипломатического архива в Берлине и руководитель пресс-центра немцев Поволжья, так передал официальное мнение советского руководства, говоря о государственном образовании, "которое является образцовым для всех близлежащих областей. АССР-может стать "исходным пунктом для культурного и экономического возрождения всего Волжского региона.

Как и другие автономные советские республики, АССР НП не была мифом или потёмкинской деревней. Даже пастор Иоганн Шлейнинг, эмигрировавший из Советской России в Германию, превозносил образование АССР: "Уже само провозглашение... будет иметь непреходящее историческое значение и, может быть, сыграет свою роль в очень сложном вопросе национальных меньшинств.

Немецкие правоведы, исследовавшие это новое образование на Волге, особенно выделяли имеющиеся предпосылки для употребления немецкого языка и гарантии этого. "Надо честно признать прогресс по сравнению с царскими временами, и мы, немцы из рейха, можем и должны радоваться спасению небольшого островка немецкого народного быта,-писал юрист Манфред Лангханс-Ратценбург.

Кроме АССР НП для советских немцев определённое значение имели и другие формы автономии. Для колонистов, компактно проживавших вне Поволжья не значительно меньших территориях, большое значение имели немецкие районы (национальные округа) и немецкие общины. Здесь тоже разрешалось использовать родной язык населения для административной переписки и обучения в школе. На одной только Украине было создано 20 немецких национальных округов, среди них-в Грослибентале (Спартаковский район) с населением 15.300 человек, Кучурган (Фридрих Энгельс) с населением 14.500 человек и Березань (Карл Либкнехт) с населением 24.200 человек. Кроме того, недолгое время просуществовало ещё десять немецких районов с самоуправлением в других частях Советского Союза.

В ходе восстановления и развития политической и экономической жизни автономная республика расширяла и собственные интернациональные контакты. Договор, заключённый между Советской Россией и Германией в 1922 году был выгоден для преодоления последствий голода и засухи в экономике немцев Поволжья и ускорения возрождения региона. Благодаря договору были восстановлены дипломатические отношения и стало возможным обоюдовыгодное сотрудничество. Центральные советские органы уделяли АССР НП в договоре важное место. К важнейшим интернациональным мероприятиям относились:

1 Деятельность представителя Поволжья в советском Торгпредстве в Берлине, начиная с 1926 года.

2 Работа Немецко-русского аграрного акционерного общества в Поволжье. Немецко-русское аграрное акционерное общество возникло на основе Рапальского договора. Оно приобрело на Волге обширные земельные угодья для разведения племенного скота. При этом оно использовало свои связи с кредитным кооперативом Райффайзена для выгодных импортов в АССР. В 1922 году в Саратов поступили первые сельхозмашины из Германии. В 1924 году стал возможным ввоз тракторов и сельхозмашин на 600.000 рублей. Финансовые операции велись через основанный в 1923 году Волжский банк со стартовым капиталом в 300.000 рублей золотом.

3 Участие АССР в Лейпцигской и Кенигсбергской ярмарках, начиная с 1927 года. СССР уже несколько лет участвовал в обеих ярмарках; начиная с 1926 года он снова экспортировал зерно. В 1927 году АССР НП впервые приняла участие в Лейпцигской ярмарке. Её экспонатами были продукты сельского хозяйства. Особый интерес посетителей вызывала волжская пшеница, вновь достигшая международных стандартов. На Кенигсбергскую восточную ярмарку в 1927 году поехал поволжский комиссар сельского хозяйства, после того как он со специальной комиссией ознакомился с разведением молочного скота в Бранденбурге, на юге Германии и в Восточной Пруссии.

4 Развитие контактов между поволжскими советскими функционерами. Германия постепенно превратилась в излюбленное место поездок после того, как здесь в 1925 году поволжские советские функционеры впервые ступили на дипломатический паркет. Председатель Совнаркома АССР НП Вильгельм Курц пробыл более двух месяцев в Германии, чтобы установить экономические и культурные контакты. Немецкая сторона (Германия) открыто и с готовностью шла навстречу официальным представителям немцев Поволжья. Директор банка немцев Поволжья смог организовать своё представительство в Берлине. В дальнейшем была основана экономическая служба, которая обеспечивала взаимную информативность. Вначале эта служба находилась в Берлине, затем в Покровске.

По всем вопросам совместной работы в области культуры и искусства был создан комитет из представителей руководства, научных учреждений и вузов. Сторону немцев Поволжья представлял в нём Вильгельм Курц. Комитет должен был, в числе прочего, организовывать посылку учителей и оказывать содействие по льготному обучению немцев Поволжья в немецких (германских) высших и средних учебных заведениях.

В том же,1925 году, в Германию с целью обмена опытом приезжали заместитель комиссара по сельскому хозяйству и руководитель Союза сельхозкооперативов на Волге. В феврале 1926 года прибыли председатель ЦИК АССР Иоганн Шваб и директор Волжского банка Иванов. В марте 1926 года в Берлин приехал Иосиф Шойнфельдер, народный комиссар образования, с тремя директорами школ, чтобы зондировать почву для отправки очень нужных учителей немецкого языка на Волгу.

1 Участие немецких специалистов в восстановлении АССР НП. Из Германии в 20-е годы приезжали учителя, врачи, инженеры, техники, учёные-агрономы, художники и представители других профессий. Они хотели помочь в создании нового мира или просто увидеть, как функционирует немецкая автономная республика, хотя и не отождествляли себя с ней. В 1925 году на Волгу приехала первая делегация немецких рабочих. Эта поездка, в основном, была организована Союзом друзей Советского Союза и Коммунистической партией Германии. Устные и письменные сообщения членов делегации были в Германии встречены с большим интересом.

В сообщениях об АССР НП часто подчёркивалось, что члены делегации не столкнулись с "желаемым для некоторых недовольством населения против Советов. Чаще их уверяли, что не желают другой власти, кроме Советской. Но о недостатках крестьяне говорили открыто. Одновременно, приехавшие немецкие рабочие удивлялись готовности крестьян платить налоги. Но они были низкими и если платились вовремя, то это давало преимущества, даже при покупке или аренде сельхозмашин.

В 1928 году профессор доктор Отто Аухен, атташе по сельскому хозяйству немецкого посольства в Москве, посетил республику немцев Поволжья. Он увидел большие успехи, чем в Германии могли себе представить. Особое впечатление произвело на него то, что немецкие колонии могли развиваться "абсолютно свободно.

Экономическое развитие и успехи АССР Немцев Поволжья. Экономическую основу АССР НП составляло сельское хозяйство. В нём было занято около 90% работоспособного населения республики. В сельском хозяйстве до конца 20-х годов однозначно доминировали крестьянские единоличные хозяйства, в основном малые. В условиях НЭПа увеличилось и на Волге количество больших кулацких хозяйств. Их число составляло по всей России около 15%.

Члены немецкой крестьянской делегации, посетившей в 1927 году Республику Поволжья, заинтересовались и поволжскими зажиточными немцами-кулаками и отношением властей к ним. Они так описали свои наблюдения: "Его (кулака) подушный надел на семь членов семьи составлял 42 десятины (около 45 гектар), собрал он около 3000 пудов зерна (около 960 центнеров), налог составил 316 рублей (равно стоимости примерно 375 пудов зерна, это 12% от урожая). Из скотины у него было 6 верблюдов, 3 лощади и 5 коров. Он арендовал у соседа 15 десятин, которые тот не мог обрабатывать из-за отсутствия рабочего скота... Из-за аренды он потерял избирательные права..., кулаки притесняются правительством... им не дают кредитов, им трудно приобрести сельхозмашины,... на них косятся и строго контролируют.

Большинство крестьян пользовалось привычними методами ведения хозяйства. По-прежнему практиковался раздел земли между мужскими членами семьи. Число сельских хозяйств ощутимо увеличилось с 60.000 в начале до 90.000 в конце 20-х годов. Возможности малых хозяйств были ограничены. Около 600 бедняцких крестьянских хозяйств, чтобы выжить, уже очень скоро после своего основания были вынуждены объединяться в коммуны. В 1925 году использовались лишь три четверти посевных площадей, засевавшихся до войны. К концу 20-х годов это были четыре пятых посевных площадей. Поголовье скота было также ещё недостаточным.

К важнейшим сельско-хозяйственным культурам относились пшеница и озимая рожь. Пшеница в Поволжье была традиционно одной из важнейших зерновых культур. Плодородные чернозёмы Волжской низменности были благодатной почвой для её выращивания. После голодных лет пшеница на короткое время была вытеснена рожью, так как в качестве пожертвований в основном была собрана и получена рожь. Этот сорт зерна оказался более приспособленным к климатическим условиям, чем пшеница, и стал играть среди зерновых более важную роль, чем прежде.

В 1925 году впервые после Первой мировой войны, Гражданской войны и неурожаев выдался хороший урожай: было получено более 6,6 миллионов пудов ржи, более 5,5 миллионов пудов пшеницы, остальные полевые культуры, такие как ячмень, овёс, просо, подсолнечник, картофель вместе составили почти 12 миллионов пудов. После всех вычетов (на собственные нужды крестьян, налог, семенной фонд) остались для продажи излишки от 6,5 до 7 миллионов пудов, из них 4 миллиона пудов ржи и пшеницы. После долгого перерыва волжское зерно снова стало поступать на экспорт.

В 1925 году было экспортировано 2,3 миллиона пудов зерна из районов Поволжья. Другие сельскохозяйственные культуры, сырьё и полуфабрикаты служили поначалу для удовлетворения нужд самой республики. С повышением урожаев и расширением производства они получили признание и в других регионах и стали интересными и для экспорта. Они служили важным эквивалентом для так необходимой импортируемой сельхозтехники. Это, в первую очередь, относилось к экспорту подсолнечника, жмыха, табака, лечебных трав, кож, кишок, а также костной муки.

Кроме пшеницы и ржи производились и другие сельскохозяйственные культуры. Например, кроме зерна, всё более важную роль начал играть табак. Его производство в начале 20-х годов резко сократилось. В 1922 году было получено только около 75.000 пудов табака-сырца. В 1925 году было собрано уже 500.000 пудов сырца. С тех пор производство постоянно расширялось. Табак получил межрегиональное значение и стал предметом экспорта.

В экономическом отношении всё больший вес приобретало и производство молочной кукурузы. Она была приспособлена к климатическим условиям Поволжья и слыла относительно надёжной "страховкой. В 1925 году было собрано более 600.000 пудов кукурузы, посевные площади были увеличены.

Трагический опыт засухи и голода скоро привёл к мысли о необходимости создания образцовых и опытных хозяйств и мелиорации полезных сельскохозяйственных угодий. После ряда засушливых и голодных лет в районе Поволжья целенаправлено создавались образцовые и опытные хозяйства с целью вывести устойчивую к климатическим условиям региона пшеницу и чистые сорта для посева. В середине 20-х годов уже 50% посевной площади смогли засеять селекционным зерном. На большей части остальных площадей обошлись зерном из самой республики.

В 1926 году по заданию Наркомата сельского хозяйства 500 крестьянских хозяйств были превращены в образцовые или опытные. Из-за особенно выдающихся результатов в хозяйственном и культурном развитии правительство республики Поволжья объявило весь кантон Ерасный Кут "образцовым. Важную роль в освоении и селекции играли и концессионные земли Немецко-русского аграрного акционерного общества в республике Поволжья. Оно достигло очень хороших результатов в попытке аклиматизировать в Поволжье соевые бобы из центральной Азии.

Первый значительный проект по мелиорации в засушливом регионе Поволжья был предпринят в 1924 году. Трёхлетний план РСФСР предусматривал мелиорацию больших частей Волжской низменности. Урожаи с орошаемых площадей были в три раза выше, чем на неорошаемых. Регулирование и обеспечение водного хозяйства полезных площадей имело также большое значение для ухода и сохранения лесов Поволжья.

К 1926 году сельское хозяйство настолько окрепло, что республика Поволжья сумела собрать самый большой урожай среди всех областей Советской России. С тех пор её долевое участие в экспорте постоянно возрастало. Важную роль в успешном развитии сельского хозяйства играла ускоренная механизация и образование различных кооперативов.

Восстановление и развитие сельскохозяйственной продукции крестьяне Поволжья осуществляли своими домашними методами с помощью немногих сохранившихся или отремонтированных сельхозмашин. Пожертвованными из-за рубежа или там купленными машинами и тракторами можно было обработать лишь малую часть посевных площадей. Потребность в сельхозтехнике была огромной. Поэтому 1924 год стал переломным в сельском хозяйстве республики Поволжья, когда машиностроительный завод "Возрождение в городе Марксе выпустил первый трактор. Он из-за своих малых размеров был назван карликом. Этим было положено начало "тракторизации (поволжский неологизм того времени). Четыре года спустя на полях республики работало уже 650 тракторов. Это было мало по сравнению со спросом, но очень много по сравнению с другими сельскохозяйственными районами России. Завод "Возрождение поставлял также в большом количестве веялки и сеялки, моторизованные плуги и зерноочистительные машины. Кроме того, в малой индустрии и ремесленных мастерских также производились сельхозмашины.

Государственные и кооперативные организации занимались продажей современной сельхозтехники. При устойчивых ценах 1925-26 годов они продали на 120.000 рублей, а в 1926-27 эта сумма увеличилась в четыре раза.

В условиях НЭПа возникли различные формы крестьянских объединений, к которым в предверии коллективизации сельского хозяйства относились две трети всех крестьянских хозяйств. Они поощрялись и правительством Республики Поволжья. Заместитель комиссара по сельскому хозяйству Шлегель назвал в 1925 году "существенное развитие сельскохозяйственных кооперативов "важнейшей особенностью сёл поволжских немцев.

С начала 20-х годов кооперативные формы закупок и продажи развивались особенно успешно. Так к 1927 году более половины всех крестьянских хозяйств принадлежали к одному из кооперативных объединений. Они внесли полноценный вклад в развитие сельского хозяйства, снабжая крестьян высококачественным семенным зерном, а также тракторами и другими сельхозмашинами.

С помощью кредитов Волжского банка возникли также кооперативные хозяйства по переработке продуктов сельского хозяйства-например, 19 сыроваренных заводов и 26 по производству масла работало в 1926 году. В целом, во второй половине 20-х годов существовало 118 крупных кооперативных предприятий, включая мельницы, которые были арендованы государством.

В Республике Поволжья важную роль в снабжении населения. особенно сельского, играли потребительские и кооперативные объединения. Они продавали не только сельскохозяйственную продукцию, но и почти две трети промышленной продукции, произведённой на государственных предприятиях.

Союз потребительской кооперации мог, кроме того, представить свои средства на развитие культуры. В конце 20-х годов он, например, содержал 85 детских яслей, 14 детских садов и 120 детских игровых площадок, где находилось под присмотром около 7000 крестьянских детей. На фоне широкого спктра кооперативных объединений в 20-е годы 181 коллективное крестьянское хозяйство выглядело исключением, к тому же в экономическом отношении они были очень слабы.

В 20-е годы второстепенной отраслью сельского хозяйства было скотоводство, оно не было самостоятельной отраслью и сельского хозяйства Поволжья. Скот в основном использовался как тягловая рабочая сила. Вследствии засухи и голода поголовье скота ощутимо снизилдось. В 1928 году, к 10-летию автономии в крестьянских хозяйствах осталось только 53% довоенного поголовья рабочего скота.

Наркомат сельского хозяйства, начиная с 1925 года, ориентировал на то, чтобы наряду с производством зерна систематически развивалось и скотоводство. Это особенно относилось к молочному хозяйству и к необходимой для него кормовой базе. Перепись скота в 1926 году выявила первые результаты: в АССР НП насчитывалось около миллиона единиц скота. Из них 106.000 молочных коров, около 150.000 крупного рогатого скота (предназначенный на убой и тягловый скот), почти 200.000 свиней и 370.000 овец. Скот как тягловая сила был по-прежнему дефицитом.

В это время на Волге не было развитой промышленности. Её структура сложилась ещё в дореволюционное время, её продукция. Прежде всего переработка сельхозпродуктов, мало изменилась. В конце 20-х годов в АССР, как и в целом по Советскому Союзу. Удалось ликвидировать безработицу.

К середине 20-х годов в республике Поволжья кроме государственных фабрик, как например, тракторный завод "Возрождение, заработало большинство текстильных предприятий, пилорам, мельниц, кожевельных и табачных фабрик. Они работали, постоянно увеличивая продукцию, то есть были по тогдашнему уровню техники модернизированы и расширены. На фабриках по производству сарпинки в 1926 году работало 10.000 ткачей. К концу десятилетия производство продукции выросло до 20% в год.

Промышленный сектор дополнялся кооперативными предприятиями, занимавшимися переработкой продукции сельского хозяйства, и рядом силовых установок, работавших на нужды промышленности и населения. В начале 30-х годов снабжение АССР электроэнергией значительно улучшилось. Благодаря вводу в эксплуатацию большой электростанции в Саратове.

С середины 20-х годов Наркомат промышленности республики 25% дохода от промышленной продукции вкладывал в так называемый промышленный фонд. На эти средства обновлялся машинный парк, промышленные установки и строилось жильё для рабочих. Расширение индутриальной базы. Какой бы скромной она ни была, стало для этого важнейшей предпосылкой. Начиная с 1926 года бюджет республики Поволжья был стабильным. Хозяственные преобразования облегчились тем, что АССР регулярно получала средства из бюджета СССР. Кроме того, автономные республики Поволжья могли распоряжаться доходами с налогов на своей территории. В 1928 году им нужно было перевести на союзный счёт всего один процент с промышленного и сельхозналогов.

? АССР НП и "районизация. Со стороны партии и правительства АССР в конце 20-х годов проводился в жизнь "Сталинский новый курс, так как от него зависело экономическое развитие и надежда на особые возможности Республики Поволжья. в руководстве Коммунистической партии-ВКПб-во второй половине 20-х годов победили силы, сгруппировавшиеся вокруг И.В.Сталина и имевшие упрощённое представление о строительстве социализма. Они ориентировались на форсированную индутриализацию. Это означало отход от НЭПа. Средства для нового экономического курса должны были быть найдены за счёт максимального сокращения расходов в социальной области, быстрой коллективизации сельского хозяйства и централизации управления народным хозяйством и обществом.

Только в области промышленности в первом пятилетнем плане Советского Союза (1928-1932) был предусмотрен инвестиционный вклад в АССР НП в количестве 109 миллионов рублей.

Уже к началу пятилетки Советский Союз был, с точки зрения административной целесообразности, заново поделён-была проведена так называемая "районизация. АССР НП должна была стать составной частью региона "Нижней Волги. Кроме АССР НП к вновь образованному району должны были примкнуть: Саратовская губерния, Сталинград, Астрахань, Пугачёвский район Самарской губернии и Калмыкия. Центром должен был стать Саратов. Все эти регионы имели похожие или одинаковые климатические условия. Перед ними стояли аналогичные народнохозяйственные задачи, как-то: скорейшее восстановление и развитие промышленности и раорганизция сельского хозяйства. Кроме этого, по всей этой территории должен был пройти Волго-Донской канал-большое проект. Предусмотренный первым пятилетним планом.

"20-го июня 1928 года пятый (Чрезвычайный) съезд Советов немцев Поволжья принял постановление о присоединении к Нижневолжскому региону. В соответствуюещей резолюции говорилось, что таким образом экономическому и культурному росту АССР будет дан "мощный импульс. Но условием присоединения к этому району было, тем не менее, сохранение автономных прав АССР НП.

Кроме принципиальных соображений. Представителям немцев Поволжья было особенно важно подчеркнуть свои автономные права в связи с присоединением "старого соперника-Саратовской губернии- к новому административному образованию. Советское руководство Поволжья выдвинуло следующие условия присоединения Нижневолжского района:

2 Право свободного присоединения и выхода.

3 Неприкосновенность основ Конституции Немцев Поволжья.

4 Соблюдения принципа единого хозяйственного руководства в лице правительства Поволжья на основе района, причём, особое внимание уделялось дальнейшему "разветвлению советского аппарата, в смысле его "онемечивания.

5 Выборы членов райисполкома на съезде АССР.

6 Независимость бюджета АССР от района.

7 При необходимости включение профсоюзных и общественных организаций АССР в целом по району.

8 Разрешение возможных противоречий между АССР и районом через ВЦИК СССР и Совнарком.

Президиум ВЦИК СССР безоговорочно подтвердил это решение 28 июня 1928 года. Уступленные АССР в пользу Центра права и обязанности переходили к советским органам районов. Принципиальная позиция принесла АССР НП соответственно её значению представительство в советских органах нового района.

АССР НП послало на съезд Советов Нижне-Волжского района 29 депутатов, в исполком было отдано 18 членов; в его призидиуме сидело два представителя немцев Поволжья, так же как и в комиссии по делам национальных меньшинств. Со стороны немцев Поволжья выборы Наркома финансов АССР В.Я. Шпренгера в члены исполкома района трактовались как дополнительный очевидный успех, так как этот орган обладал обширными полномочиями.

? Образование и культура в АССР НП в 20-е годы. Условия культурного развития для немцев Поволжья в АССР были как никогда в истории существования колоний благоприятными. Оздание нового общества должно было привести не только к улучшению материальных условий жизни трудящихся, но и дать им широкий доступ к образованию и культуре. Но к началу восстановительного периода реальным фактом была и бедность, и власть традиций, основанная на определённой консервативности поволжских немцев.

После восстановления экономики к середине 20-х годов стало возможным выделение большего количества средств для образовательного и культурного секторов, особенно для внедрения немецкого языка в школах и в административной переписке. Все документы Советского правительства, зафиксировавшие различные этапы автономии, а также Конституция немцев Поволжья 1926 года закрепляли неограниченное право на употребление немецкого языка. Равноправие в употреблении немецкого языка в общественно-политической и культурной жизни было ещё раз подтверждено через однозначное решение ЦИК АССР от 19 мая 1924 года.

Официальные решения печатались с тех пор в правительственной газете "Известия на немецком. В регионах со смешанным населением официальным языком согласно Конституции наравне с немецким был язык большинства.

Исходя из этого основополагающего принципа Народный Комиссариат образования принял решение об открытии школ на немецком языке в селениях с исключительно немецким составом населения. Употребление "правильного языка в "правильном месте было трудно внедрить в жизнь-руководство и разговоры в советских учреждениях велись почти только на русском. Постоянно подчёркиваемая "национализация и "онемечивание учреждений на деле оказалось задачей, требовавшей большого чувства меры и такта. Последствия царской политики русификации нельзя было преодолеть в одночасье. Языковая дилемма усугублялась и тем, что немцы Поволжья, учившиеся в русских школах, лучше говорили по-русски, чем по-немецки.

Об остроте языковой дилеммы в 1925 году писал президент АССР НП Иоганн Шваб в "Известиях (? 126): "Естественно, что немецкий крестьянин, слышавший в официальных инстанциях только русский язык, себя чувствует чужим и беспомощным... поэтому мы должны обратить особое внимание на школы, в них должны мы готовить служащих и для немецких сёл. Пока же мы должны сказать нашим сотрудникам, в первую очередь, секретарям сельсоветов, что им надо писать по-немецки так, как умеют. Может быть, в начале и будет хромать грамматика, но это будет написано по-немецки, лишь бы крестьянин это понимал. В другом случае мы не сможем втянуть немецкого крестьянина, немецкую крестьянку в Советское строительство. Так как менталитет и образ жизни многих колонистов привёл к тому, что они понимали только свой диалект. Эта проблема также тормозила развитие культуры.

Самые первые шаги автономии были связаны с мероприятиями по решению остро стоявшего школьного вопроса. Основы, структуры и содержание нового школьного образования в Поволжье определялись принципами, начертанными на знамёнах Советской власти. К этим принципам относились:

1 Отмена буржуазной образовательной монополии.

2 Свободный доступ к образованию для детей рабочих и крестьян.

3 Бесплатное образование.

4 Создание образовательной системы, которая делала возможными переходы на следующие более высокие ступени, начиная с детского сада и до высшей школы.

5 Идеологизация содержания всех образовательных ступеней в духе коммунистического мировоззрения.

6 Связь школы с производством (единые трудовые школы, политехнические школы.)

С 1918 года Советская Россия ввела двухступенчатую общеобразовательную школьную систему: первую ступень-до 13 лет и вторую ступень до 17 лет. Она много раз модифицировалась до середины 30-х годов.

Все общественные и частные школы стали государственными, и главным условием их существования было подчинение их Наркомпросу. Так что независимость, учёт традиций колонистов были почти невозможны. Общая система образования к началу 20-х годов сильно пострадала за годы войны, революции и голода. Во многих колониях школы не работали. Только с образованием республики Поволжья стала возможной нормализация школьного образования для всех детей.

В сложный начальный период успехи в образовании достигалсь с трудом. Многие школы находились в непригодном для занятий состоянии. Количество детей школьного возраста тоже было нелегко установить точно. Перепись детей школьного возраста была трудной задачей, так как не все крестьяне-колонисты были согласны добровольно отказаться от детского труда. В 1920-21 годы было установлено 103.752 ребёнка-52.000 мальчиков и более 50ю000 девочек. Но только половина из них (56.364) посещала школу. В 1921-22 учебном году количество учащихся вследствие страшного голода снизилось до 34.451. К 1 января 1922 года из имеющихся тогда 312 начальных школ было открыто всего 206, из 13 школ сторой ступени-всего десять.

Другой важной образовательной задачей была ликвидация безграмотности. По всей Советской России ликвидация безграмотности была важной образовательной задачей. При этом, исторически сложившаяся исходная ситуация в Поволжье была относительно благоприятной; только 42,8 процента населения старше восьми лет в 1919 году не умели читать и писать, в то время как по России средний показатель безграмотности составлял 75%.

В середине ноября 1919 года соответствующее отделение Советского правительства за так называемую ликвидационную работу. Были подготовлены "ликвидаторы и многочисленные местные отделения по ликвидации безграмотности. Их первоочередной задачей была перепись неграмотных. Многие поволжские немцы не хотели регистрироваться "из страха, что их позже насильно пошлют в школу, что никогда не практировалось. Эта работа была продолжена и в первый голодный год, и только зимой 1921-1922 годы она застопорилась. До этого 246 "ликвидаторов преподавали в 96 школах почти 5.000 охваченным неграмотным в возрасте от 14 до 49 лет. В 1928 году АССР НП по количеству умеющих писать и читать стояла на втором месте после Ленинградской губернии. В 1931 году научились читать и писать последние безграмотные.

Одним из драматических последствий революции, Гражданской войны и голодных лет была нехватка учителей, Человеческие потери, мобилизация в Красную Армию, использование учителей для административной работы и, не в последнюю очередь, через "чистки учительских кадров от "старых элементов их количество сильно уменьшилось. В 1922 году на почти 35ю000 учащихся единых трудовых школ приоходилось всего 638 учителей.

Кроме того, использование учителей в Поволжье усугублялось языковой проблемой. Многие учителя получили образование в русских институтах и в недостаточной степени владели немецким языком. Начиная с 1918 года Наркомпрос уделял особое внимание учителям. Так, например, уже в августе-сентябре 1018 года в Зельмане были организованы учительские курсы, где 500 будущих учителей знакомились с основами единой трудовой школы.

Резко увеличившаяся потребность в учителях в 20-х годах в какой-то мере удовлетворялась за счёт учителей из Германии. После соответствующих переговоров в 1926 году смогло въехать в страну сначала 15 учителей, позже 60 и в 1932 году ещё 64. Их использовали для занятий в начальных школах. Об упорстве АССР НП в создании системы школьного образования в целом и подготовке учителей в частности говорят следующие цифпы: если в 1922 году был всего 771 учитель, то в 1938 году их было уже 3.207.

Нехватка учителей и связанная с этим задача "онемечивания школ в 20-е годы была долговременной проблемой АССР. Нехватку учителей удалось постепенно снизить за счёт образования педагогических техникумов. Большое значение для подготовки учительских кадров-в первую очередь для высших школ-имело открытие пединститута в Покровске в 1930 году.

Педагогический институт в Покровске был открыт в честь 6-й годовщины АССР НП. Сначала он имел отделения немецкого языка и обществоведения. В 1931 году к ним прибавилось естественно-географическое отделение, так что он начал приобретать характер университета. Ректором института стал Иоганнес Шваб, который одновременно оставался президентом АССР, проректором был Георг Дингес, активист Поволжского комиссариата и одновременно известный языковед.

Георг Дингес (1891-1932) в течении долгого времени занимался диалектологическими исследованиями и в 1923 году впервые опубликовал свои материалы в "Заметках по краеведению немецкого Поволжья. В своей статье "О наших диалектах Дингес перечислил следующие "отфильтрованные исследователями диалекты, пфальцский правобережный, южно-гессенский, верхне-гессенский, восточно-тюрингский, верхнесаксонский, нижнепрусский.

Приложенная к статье "Пробная карта их распространённости до сих пор высоко оценивается исследователями. Дингес обнаружил в немецких диалектах Поволжья около 800 слов, заимствованных из русского языка.

В советское время Дингес сделал карьеру "мультифункционера, получил признание и поддержку на государственном уровне. Когда он стал директором педагогического института, открытого в Покровске в 1929 году, зловещие тени "ударного строительства социализма коснулись и его. В 1930 году из-за его диалектических исследований его обвиняют в национализме, освобождают от всех занимаемых должностей и арестовывают. Через два года он умер от тифа. Его соратник, археолог из Зельмана Пауль Рау, узнав об этом, покончил жизнь самоубийством.

Ощутимое улучшение экономической ситуации в середине 20-х годов дало возможность увеличить инвестиции в школьное образование. Кроме строительства многих школьных зданий, удалось значительно уменьшить наполняемость классов при растущем количестве учащихся, а школьные структуры улучшить.

В 1928 году было 374 школы первой ступени с 48.000 учащихся. Общее число учеников начальных школ составляло 90.000, две трети из них были немцы. Кроме начальных школ (1 и 2 ступени) было 39 семи-и девятилетних школ (4.100 учащихся) и 8 так называемых школ крестьянской молодёжи, в которых за семь лет кроме обычного учебного материала преподавались и основы знаний по сельскому хозяйству.

Кроме педагогических техникумов в Марксштате и Зельмане, которые работали с середины 20-х годов, были открыты механический, текстильный (в Бальцере) и агротехнический техникумы (Красный Кут, на базе опытной станции), две политические школы, одна сельскохозяйственная и одна музыкальная.

К началу учебного года в 1929-30 годов, например, в распоряжении колонистов было 50 школьных зданий. С началом учебного года 1930-31 в Поволжье было введено обязательное школьное образование для детей с восьмилетнего до одиннадцатилетнего возраста. К этому времени уже во всех начальных классах были введены занятия на немецком языке.

Профессиональное образование стало возможным через систему различных техникумов. Для получения высшего образования в АССР в 1931 году существовало десять институтов, два рабфака, пединститут и партшкола. Кроме того, с 1928 года при Саратовском университете и его педагогическом факультете существовали немецкие отделения со студентами из немцев Поволжья.

Абсолютно новым делом в системе образования стало создание детских садов (в 1922 году их было уже 51) и детских домов (в 1922 году их было 43). Почти все они были наследием страшных голодных лет, они принимали сирот.

В 1923 году в Покровске был основан Немгосиздат, который имел решающее значение для обеспечения школьной системы АССР учебным материалом на немецком языке. До середины 20-х годов по выпуску учебников для начальных классов он достиг объёмов которые покрывали не только спрос в республике, но, как и предусматривалось планом, почти всех школ Советского Союза. В дальнейшем это касалось выпуска учебников всех типов школ в немецких колониях. Это не изменилось и когда в 1929 году издательство стало отделением московского издательства "Иностранная литература.

В 1928 году издательство выпустило 27 наименований учебников, большинство из них было переиздано второй и третий раз. Как свидетельствует один из списков, четыре наименования были переведены с русского, одиннадцать составлены "осевшими в стране иностранцами (очевидно, бывшими военнопленными учёными из Германии), а двенадцать принадлежали перу учителей из немцев Поволжья. За неполные три года издательской деятельности до 1926 года выпущено было всего 188 наименований книг тиражом от 5000 до миллиона экземпляров.

К книгам, выпущенным в 1926 году, кроме всего прочего, относились:

1 60 названий крестьянской литературы. 29 написаны "сынами народа, другие-русскими агрономами, ветеринарами и т.д., которые "десятилетиями работали для народа;

2 61 название книг политического содержания, из них 7 написаны поволжскими авторами;

3 7 названий научной литературы, из них 5 написаны поволжскими немцами или "получившими гражданство иностранцами;

4 12 названий научно-популярной литературы-7 написаны колонистами;

5 21 название художественных книг, из них 10-поволжских поэтов, 11-переводов русского поэта Демьяна Бедного, написанных также "местными немцами.

В 1927 году в Немгосиздате была опубликована уже тогда ставшая заметным явлением книга Ф.П.Шиллера "Литература по истории и краеведению немецких колоний в Советском Союзе в 1764-1926 годах (1000 экземпляров).

Многие книги Немгосиздата попадали в библиотеки и читальные залы республики, сеть которых начиная с 1925-26 годов стала более ширококй. В 1922 году было всего 124 библиотеки, об их фондах ничего не известно. В 1928 году насчитывалось уже 131 библиотека с фондом в 80.000 книг, из которых пятая часть была на немецком языке. Одновременно существовало 80 читальных залов, в основном, в сёлах. Это был заметный прирост в сравнении с 1922 годом, когда их было всего 11. Количество читателей также увеличивалось, благодаря успехам в ликвидации безграмотности.

Большое образовательное значение и не меньшее значение для укрепления чувства собственного достоинства имел центральный музей АССР НП в Покровске. Музей в то время был для национального меньшинства важным культурным центром. В 1926 году он начал свою работу под руководством Георга Дингеса, известного поволжского языковеда. Дингес, поддерживаемый многими энтузиастами, собирал этнографический материал о поволжских немцах, который составлял большую часть экспонатов. В Зельмане с начала 20-х годов работал маленький археологический музей, связанный с таким же, но более крупным музеем в Саратове.

В 20-е годы сельскохозяйственные опытные станции с их научно-агрономическими исследованиями имели непосредственное практическое значение для развития республики Поволжья и большое влияние на научно-исследовательские институты. К концу этого периода их было пять. По инициативе Комиссариата сельского хозяйства периодически организовывались экскурсии крестьян на эти станции.

В 1925 году, 1 октября, под руководством профессора Георга Дингеса в Саратове был открыт центр по изучению диалектов немцев Поволжья. Он был первым научно-исследовательским институтом, открытым по распоряжению правительства республики немцев Поволжья. Задачей центра был сбор диалектологического материала из всех сёл, в которых проживали немцы, его анализ и научная обработка в соответствии с определёнными критериями. Были запланированы словарь поволжских диалектов, лингвистический атлас, собрание пословиц и полная библиография работ о диалектах немцев Поволжья.

Обозрение литературы поволжских немцев того времени не отмечают в первое десятилетие Советской власти выдающихся литературных всплесков. Больше сообщается о переизданиях литературы по истории и быту народа и затем сразу же следует переход к развитию прессы. Так же, как снабжение школьными учебниками, пресса была в центре внимания и заботы правительства и финансировалось им. Ввиду ограниченных материальных возможностей правительство автономии стремилось к максимуму информации. Прежде всего, о политических и экономических событиях и решениях, а также их идеологическому обоснованию.

Начиная с середины 20-х годов, в Покровске выходила ежедневная газета "Известия (основанная в 1918 году). "Наше хозяйство выходило раз в две недели. Другие еженедельники, а также газеты и журналы, выходившие раз в месяц на немецком языке, выписывались из Москвы: "Наша крестьянская газета, "За новую школу. "Новый путь (в помощь для изучения немецкого языка) и ежемесячно выжодивший сборник Союза меннонитов "Наш листок. Поступавшие из Москвы дотации для немецкоязычной прессы распределялись по указанию ВКП(б) таким образом, чтобы создать "определённые ценовые нормы для "обеспечения общедоступности, что было немаловажно в то время. Городские рабочие платили в среднем за месячную подписку от 60 до 80 копеек, крестьяне от 20 до 40 копеек.

Немецкие писатели и поэты Поволжья, такие как Петер Зиннер, не считали ниже своего достоинства печатать свои литературные произведения в газетах. Зиннер, впрочем, публиковал свои заметки и стихи и в выпускаемом в Берлине эмигрантами "Ежемесячнике поволжских немцев.

Осторожно-оптимистическое настроение немецкого населения Поволжья в конце 20-х годов отражает стихотворение, обнаруженное в 1927 году в одной из начальных школ в Поволжье веймарским высшим советником правительства Г, Якоби: На могучей Волге-реке

Вопреки неудачам, войне

Цветёт наша Советская

Автономия немецкая.

История поволжских немцев в первое десятилетие Советской власти с историко-критической точки зрения вполне позитивна по своим результатам и успехам в культурном строительстве. Одновременно многое-из-за своей идеологической направленности РКП(б) на диктатуру пролетариата и строительство социализма-превратилось в догмы идеологических доктрин.

? Проблемы деструктурирования и социальной натурализации. По данным опубликованных в 1992 году материалов Всесоюзной переписи населения 1937 года, в АССР НП проживало: 322.652 немца, 106.466 русских, 1989 представителей других национальностей, а всего 489.929 человек, составлявших население единого территориального государственного образования.

Республика немцев Поволжья отличалась прочным и последовательным внутринациональным взаимодействием социальных сил, затрагивающим в первую очередь сферу национальных интересов и национальной политики государства, и сложившимися за период функционирования социалистического общества межнациональными отношениями. Главной задачей была реализация народами своих интересов, собственно национальных и общенациональных.

Складывавшиеся межнациональные отношения в Республике немцев Поволжья носили комплексный характер, включая экономический, социально-политический, духовный и идеологический аспекты. Естественно, что эти межнациональные отношения определялись социально-политической системой, в рамках которой происходило их развитие. Однако это не мешало их относительной самостоятельности. Разумеется, развитие межнациональных отношений наряду со сближенимем не исключало и конфронтации.

О том, насколько важна эта проблема, свидетельствует принятие в последние годы 20-го столетия таких нормативных государственных актов, как "Концепция государственной национальной политики Российской Федерации", законы "О национально-культурной автономии", "О реабилитации репрессированных народов", "О реабилитации жертв политических репрессий" и другие, которые позволили по-новому оценить процессы, имевшие место в СССР, в частности, в 1940-1950 годы.

За последние десятилетия 20-го века российской исторической наукой накоплен значительный материал по проблеме репрессий, к которым прибегало государство в условиях "социального эксперимента" по отношению к этносам, включая и российских немцев, проживавших как в АССР НП, так и дисперсно в других регионах бывшего СССР.

Вряд ли необходимо анализировать вышедшие труды по этой теме, однако надо отметить, что все они заслуживают внимания в плане расширения знаний по истории народов, их взаимоотношений, позволяют рассматривать различные аспекты процесса формирования и совершенствования межнациональных отношений, трагической страницей которых и были репрессии.

В канун войны 1941-1945 годов в СССР обострились национально-политические конфликты в обществе, когда при не всегда удачном воплощении в жизнь идеологических установок партии и правительства (коренизация госаппарата, раскулачивание, коллективизация) дело доходило до принятия таких жестких мер, как депортация этносов, целых групп населения.

Трудно объяснить, как в государстве, строившемся, казалось бы, на гуманных принципах (равенство народов, солидарность и др), на вооружение были взяты осуждённые мировой историей методы формирования отношений между народами. Не разделяя точки зрения, согласно которой такие репрессивные действия, как депортация, являются порождением социализма, (фактор принудительности в решении проблем межнациональных отношений имел широкое применение в политике государств, правители которых стремились тем самым предотвращать восстания, устранять недовольство, подавлять в корне какие бы то ни было социальные протесты, достигать однородности состава населния и т.д. На территории Египта по этим причинам возникло этническое еврейское меньшинство, также на территории Испании, когда еври были массово изгнаны и Англии и Франции. В начале 20-го века (1913 год) возникло болгарское этническое меньшинство (125.000 человек) на территории Восточной Македонии и в Западной Фракии. После Гражданской войны в Испании на территории Франции остались 180.000 испанцев. Корейцы вынужденно расселялись на территории Японии. В 1940 году их было там 59.400 человек. Всего же в 1939-1944 годах из Кореи было депортировани 443.000 человек и т.д.) можно всё же предположить, что это был, скорее всего, один из эффективных методов, как оценивал его тоталитарный режим, упрочения административно-командной системы, который давал возможность избежать назревавших более мощных по своей силе социальных конфликтов, включая и конфликты, вспыхивающие на национальной основе.

Научные исследования, появившиеся в последние десятилетия прошлого века и посвящённые изучению социальных процессов, позволяют сделать аргументированный вывод о том, что подобными мерами, предпринимаемыми Сталиным и его окружением, была нарушена хрупкая связь, достигнутая в сфере межнациональных отношений. Пошатнулась единая система, включающая такие компоненты, как национальная культура, национальное сознание и национальное самосознание.

В начале 1940-х годов по чисто превентивным соображениям была ликвидирована АССР НП (где проживало, по данным на 1939 год, 366.685 граждан немецкой национальности), исчезли созданные дисперсно на территории СССР в 30-е годы национальные немецкие сельские советы как в России, так и на Украине (Ваннинский, Сементальский, Мариентальский, Джигинский, Александровский, Воронцовский и т.д.)

Российские немцы расселялись в принудительном порядке в восточных районах Российский Федерации, в республиках средней Азии и Казахстана. Имел место процесс деструктурирования не только немецкого этноса, но и его государственности-Автономной Республики немцев Поволжья (в советском варианте). Постепенно ликвидировались все атрибуты государственности. Появились Указы Президиума Верховного Совета от 5 мая 1942 года "О переименовании некоторых районов и городов Саратовской области", от 5 июня 1942 года "Опереименовании некоторых населённых пунктов и сельских советов Саратовской области", которые в срочном порядке внедрялись в жизнь. Исчезли с географических карт немецкие названия районов и селений.

В 1943 году были переименованы и остававшиеся с немецкими названиями сельские советы, в частности Нейфранский сельский совет переименовывался в Красноармейскийи др. Прекратила своё существование столица республики, была ликвидирована её граница.

Однако, если процессам деструктурирования самих этносов в связи с репрессиями уже уделялось внимание в исторических исследованиях, то проблема деструктурирования государственных структур за редким исключением не становилась предметом специального изучения.

По мнению историков-исследователей, эта проблема включает в себя не только сам факт *юридический акт, его анализ, причины) ликвидации государственности как таковой, но и предусматривает возможность решения судьбы территории, на которой базировалась республика, оценку того населения, которое не подвергалось репрессиям, оставаясь на территории бывшей республики, включает формирование новых отношений между народами. Сюда входит вопрос о необходимости заселения свободных территорий, проблема кровных связей лиц, подвергшихся репрессиям, с местом своего исторического обитания, в частности для российских немцев это в значительной мере-Республика немцев Поволжья.

В новых условиях развития российской государственности на фоне идущих процессов местное население продемонстрировало скорее агрессивное восприятие идеи, заложенной в законе "О реабилитации репрессированных народов" и связанной с восстановлением автономии немцев Поволжья. Разумеется, этот вопрос соприкасается с положением статей 3 и 6 названного закона, т.е. он касается территориального восстановления автономии.

Аналогичным образом эти процессы развивались и в тех регионах, где государственные образования являлись самостоятельным субъектом права (Чечено-Ингушская АССР, Северо-Осетинская АССР, Карачаево-Черкесская автномная область) и где они в 1940-е годы таковыми не были (например, Ингушская Республика).

Вопрос об освоении территорий, где были ликвидированы автономные государственные образования, уже в 1940-е годы приобрёл острый характер. Репрессивные меры, направленные против того или иного этноса или его части, не освобождали государство от необходимости проявить заботу о данных регионах, не допустить выключения из экономического потенциала огромных земельных массивов, обеспечить производительными силами территорию бывших респблик.

Чтобы правильно оценить складывавшуюся ситуацию, необходимо обратиться к экономическому аспекту проблемы, а именно к уровню экономического развития 11 приволжских регионов в момент присоединения их к Саратовской области (1941 год). В 11 районах было закреплено за колхозами всего земли 1275,7 тысяч гектар, в том числе пахотной-908,6 тысяч гектар. Ежегодно эти колхозы поставляли государству свыше 60 миллионов пудов высокосортного зерна и большое количество продуктов животноводства и птицеводства.

До выселения немцев в 280 колхозах 11 административных районов было 43.974 хозяйства колхозников, из которых 37.651 составляли немецкие хозяйства (владельцы выселены в 1941 году), и 6323 хозяйства русских старожилов (оставались в районах).

После выселения из республики граждан немецкой национальности в колхозах оставлось 33.103 жилых дома с надворными постройками, крупного рогатого скота около 80.000 голов (в индивидуальном пользовании около 39.000 голов), овец и коз-около 43.000 голов (в индивидуальном пользовании-около 90.000 голов), лошадей около 20.000 голов, верблюдов-около 1500 голов.

Фактически весь этот экономический потенциал и вся территория временно выключались из экономической сферы государства, т.е. реструктурировалась экономика региона. Необходимо было срочно решать задачу по укреплению народного хозяйства, обеспечению региона производительной силой. Распространённой формой заселения территорий являлось плановое задание областям по переселению их жителей, в том числе и в Республику немцев Поволжья.

В 40-е годы эти меры, наряду с НКВД СССР, проводили и создаваемые в структуре СНК СССР и РСФСР Главные переселенченские управления. Архивы располагают богатыми материалами по этой теме.

3 сентября 1941 года СНК СССР принял постановление 2030/920, на основании которого был утверждён план переселения 59.794 колхозных хозяйств, в том числе: в Саратовскую область-44.744 хозяйства, в Сталинградскую область-15.050 хозяйств.

По данным на 10 ноября 1941 года, когда уже основная часть граждан немецкой национальности последовала в принудительном порядке на Восток, в республику были направлены (данные на середину октября 1941 года) 10.350 хозяйств из шести областей Украины (Сумской, Харьковской, Ворошиловской, Запорожской, Полтавской, Днепропетровской). Одновременно было переселено 560 хозяйств из Курской области и 3983 из Орловской области. Всего-14.893 хозяйства.

На январь 1942 года в районы бывшей АССР НП было вселено 23.936 хозяйств. Из колхозов, отобранных в районах, откуда направлялись люди для вселения,-12.457 хозяйств, за счёт эвакуированного населения было заселено 11.479 хозяйств. Выполнение плана по переселению составило 40%. Переселнческое управление вынуждено было признать, что области "по существу сорвали выполнение задания СНК СССР по отбору и отправке переселенцев-колхозников в районы вселения."

Наряду с этим, облисполкомы подведомственных территорий, население которых было намечено на переселение в бывшую Республику немцев Поволжья, всячески стремились воспрепятствовать этим мерам, перекладывая задания по переселению на плечи других. "Вместо принятия реальных большевистских мероприятий,-пишется в сообщении,-Саратовский исполком просит переселить в пределы области в плановом порядке 20.000 хозяйств из других областей, тем самым ослабляет работу по выполнению постановления СНК РСФСР от 26 ноября 1941 года "О мероприятиях по сельскому хозяйству в районах бывшей Республики немцев Поволжья".

Просьба Саратовского облисполкома не была удовлетворена по той причине, что привлечённые к реализации этих мер Пензенская, Тамбовская области, Мордовская и Чувашская АССР имели "ограниченные возможности отбора переселенцев". В 12 районах Саратовской области выселялось 40.000 немецких хозяйств, отошедших из АССР НП. На начало 1942 года было вселено 19.972 колхозных хозяйства, из них наибольшее число было принято в Краснокутском (3413), Мариентальском (2521), Марксштадском (1900), Бальцерском (1815) районах. Предпринимались и такие меры, которые зачастую носили принудительный характер, например, "выселение переселнцев-колхозников и эвакуированных, отобранных из проходящих эшелонов для районов бывшей Республики немцев Поволжья".

Симптоматично, что в таких городах, как Саратов, Энгельс, Вольск, была организована радиопередача, транслировавшаяся трижды, с призывом к городскому населению к переселению на постоянное место жительство в районы бывшей Республики немцев Поволжья. На узловых железнодорожных станциях (Саратов-1, Аткарск, Покровск, Урбах, Анисовка) работали инспектора Пересленческого отдела, в обязанность которым вменялась "проверка и отбор людей, желающих выехать на постоянное место жительства в колхозы бывшей АССР НП на условиях кохозников-переселнцев". Отбор проводился главным образом из числа эвакуированного населения из эшелонов, проходивших через территорию области.

Из эвкуированных, проезжавших через территорию Саратовской области, планировалось направить на правах переселенцев-колхозников в районы бывшей Республики немцев Поволжья 17.000 семей. Всё это проводилось при отсутствии транспортных средств, хотя джля этих целей и были выделены Саратовскому облисполкому 60.000 рублей. Областные и районные земельные отделы явно устранялись от решения этой задачи.

Однако все эти меры по своему объёму оказывались недостаточными. Поэтому Переселенческий отдел Саратовского облисполкома ставил перед Правительством СССР вопрос об ускорении переселения колхозников в Саратовскую область из соседних областей (Куйбышевской, Сталинградской, Пензенской) и Западного Казахстана в количестве 20.000 хозяйств. Председатель Переселенческого отдела Саратовского облисполкома Матвеев вынуждени был признать, что Постановление СНК РСФСР от 26 ноября 1941 года "О мероприятиях по сельскому хозяйству районов бывшей Республики немцев Поволжья" выполняется неудовлетворительно. Действительно, потребность в освоении хозяйств была ощутимой. Так, в Каменском районе, где имелись 640 хозяйств, требовалось доселить ещё 2500, в Бальцерском, при наличии 1105 хозяйств, потребность определялась в 3000 хозяйств.

В результате проведённой работы в Саратове, Энгельсе, Вольске удалось направить в опустевшие немецкие колхозы около 1000 хозяйств, хотя и это далеко не решало проблемы восстановления трудовых ресурсов. Заселение отдалённых от железнодорожных станций районов (Каменского, Зельмановского, Бальцерского, Унтервальдского) составляло 20-25 процентов.

Медленность заселения отдалённых районов обуславливалась наступлением зимы 1942 года, бездорожьем, перебоями в транспорте и т.д. Всё это затрудняло возможности проведения предстоящего весеннего сева, выполнения других сельхозработ. В марте 1942 года пришлось рассылать новых гонцов по соседним областям в целях агитации по переселению. Их направляют в Тамбовскую, Пензенскую, Воронежскую области. Для вселения готовилось 2877 домов, оставленных гражданами немецкой национальности. В результате в Тамбовской области были отобраны для переселения 2051 хозяйство, в Пензенской-2600, в Воронежской-1350, Саратовской-2034 хозяйства. План был выполнен к апрелю 1942 года на 107,9 процента. На конец мая 1942 года из 40868 немецких хозяйств 12 районов, присоединённых к Саратовской области, имелось уже 32.154 хрзяйства.

План вселения был выполнен на 82,8%. Одновременно число трудоспособных сократилось с 94.031 до 5286 человек. в целом динамика переселения в первые два года после ликвидации АССР НП выглядела следующим образом:

Динамика переселения хозяйств в бывшую АССР НП в 1941-1942 годах наименование документа, по которому проводилось переселение. Место выхода переселенцев количество переселённых хозяйств год переселения
Постановление СНК СССР от 3 сентября 1941 года 2000-922"секретно" Украинская ССР,

Курская область, Орловская область. 6036 хозяйств (150 колхозов). 1941
Постановление СНК СССР от 27 февраля 1942г 263-138"секретно" Тамбовская область

Пензенская область Воронежская обл. Саратовская обл. 4319. 2218. 1942. 1942
Постановление Государственного комитета обороны от 5 июля 1942г. Смоленская

область 1000. 1942
Итого 13.573
ГАРФ. Ф.А-237. Оп.1. Д.611. Л.83-85.

Помимо отобранных и оформленных членами кохозов жителей 11 районов, отошедших к Саратовской области, 13.956 семей изъявило желание остаться на постоянное жительство в колхозах. Всё это составило 77.370 от числа немецких хозяйств. Разумеется, переселнцы не изъявляли особого желания трудиться в колхозах, особенно те, кто был отобран для поселения из проходивших эшелдонов с эвакуированными. Старший инженер колхозных хозяйств Калганов в письме в СНК РСФСР от 13 июня 1942 года на имя К.Д.Памфилова сообщал: "В Приволжском и Первомайском районах имеют место случаи, когда переселенцы отказываются вступать в члены сельхозартели по мотивам, что они после освобождения своих районов, временно оккупированных фашистами, выедут обратно. Многие переселенцы по этой же причине отказываются даже от получения коров, опасаясь, что это их закрепит в колхозах и не даст возможности им выехать на место прежнего жительства".

Председатель исполкома Саратовской области Д.Силин также информировал в июне 1943 года: "Размещённые в районах Республики немцев Поволжья... не организованы на постоянное жительство в колхозах, считают себя временными людьми и работают в колхозах плохо...".

Поэтому в июне 1942 года заместитель Председателя СНК РСФСР Памфилов просил СНК СССР "разрешить не производить дальнейшего отбора ограничения количеством уже направленных хозяйств-7248 с тем, что настоящее количество покроется за счёт переселяемых в настоящее время согласно решению ГОКО от 24 мая 1942 года 6000 человек из Смоленской области в Саратовскую область".

Тем не менее работа по насыщению производительной силой территории бывшей Республики немцев Поволжья продолжалась, хотя и не столь успешно. В 1944 году из запланированных к переселению в Саратовскую область 600 колхозных хозяйств отправлено было лишь 312 хозяйств.

Проблема освоения территории бывшей Республики немцев Поволжья оставалась сложной. В 1943 году проверкой было установлено, что свыше 500.000 гектар пахотных земель не осваивалось, агротехника резко ухудшилась, оплата трудодней была крайне низкой. Отмечался массовый уход колхозников-переселенцев из колхозов. По состоянию на начало июня 1946 года, из Саратовской области выбыло более 26.000 хозяйств переселенцев. В колхозах 11 районов области оставалось всего лишь около 13.000 хозяйств колхозников, при этом 6323 хозяйства принадлежали колхозникам-старожилам.

Все недостатки были обобщены в Постановлении СНК СССР ?272 от 11 марта 1944 года "О мерах по укреплению сельского хозяйства в группе южных Приволжских районов, присоединённых к Саратовской области". !0 сентября 1944 года СНК СССР издал распоряжение ?18306 р, по которому разрешалось переселить ещё 4200 хозяйств, а 14 сентября 1944 года по этому же вопросу было принято постановление СНК РСФСР ?653. Итоги реализации этих решений к концу 1944 года вышлядели примерно следующим образом:

Динамика переселения хозяйств в бывшую АССР НП в 1944 году.

Наименование региона. план переселения хозяйств. Отобрано хозяйств. отправлено хозяйств. процент выполнения плана.
Мордовская АССР. 600 746 448 74,6
Татарская АССР. 500 500 216 43,2
Чувашская АССР. 600 455 311 51,8
Горьковская область. 400 412 372 93,0
Пензенская область. 600 600 456 76,0
Рязанская область. 600 311 243 40,5
Ульяновская область. 500 500 473 94,6
Ярославская область. 400 261 259 64,7
Всего 4200 3785 2778 66,1
Текуший архив Миннаца России//ГАРФ.Ф.А-327. Оп.2.Д.708.Л.202.

Всего же в 1941-1945 годы было переселно 33.971 хозяйство. Что вместе с хозяйствами русских старожилов составляло 40.294 хозяйства от 91.570 хозяйств выселенных немцев.

Таким образом, при объективном подходе, расценивать меры партии и правительства в 1940-е годы, как правильные, как это происходило в митинговый период начала 1990-х годов в областях Поволжья, вряд ли возможно: они в корне противоречили историческому процессу заселения немцами территории России.

К этому времени из-за неудовлетворительного руководства со стороны органов власти было разрушено 33.103 дома, 9756 домов (около 30%)- до основания. В 1940-1950-е годы задача переселния приобретала многомерный характер. Как известно, принудительное переселение более 3,5 миллионов граждан различных национальностей, в том числе и граждан немецкой национальности, ликвидации многих других национально-государственных образований (Чечено-Ингушской АССР, Кабардино-Балкарской АССР, Карачаевской автономной области, Крымской АССР) требовали повторного заселения данных регионов и их освоения. Поэтому эту задачу приходилось решать и в 1940-е, и в 1950-е годы.

Что касается территории бывшей АССР НП, то, как отмечалось в отчёте Переселенческого управления при Совмине РСФСР, до 1955 года планировалось дополнительно переселить в Саратовскую область 5000 семей. Таким образом складывалась в 1940-1950-е годы судьба государственных образований. На территории которых проживали репрессированные народы. Вряд ли их реструктурирование приносило пользу государству. Оно имело исключительно тяжёлые последствия. Вносило разлад в сформировавшиеся межнациональные отношения, в том числе и в Поволжском регионе страны. Оно подрывало основы сложившейся экономики региона, оказывало отрицательное воздействие на развитие культуры народов. Были созданы все предпосылки для долго тлеющего национально-политического конфликта, решение которого осуществляется и по настоящее время.

Вряд ли можно согласиться с выдвигаемой в последние годы точкой зрения, что решение этой задачи лежит в плоскости формирования национально-государственной автономии. По мнению историков, задачи нациоанльно-культурной автономии несколько иного характера и они не предусматривают трансформацию этой автономии в государственную.

Выход надо искать в другом, а именно: в создании законодательной базы для защиты прав народов, в том числе и российских немцев, в выработке механизмов по испоренению допущенной исторической несправедливости. Более верным остаётся путь формирования национальных районов на территории компактного проживания того или иного этноса, однако и в этом случае необходимо проявлять определённую осторожность, чтобы не допустить конфликта в отношениях между гражданами, принадлежащими к различным национальностям. Надо проявлять совместную заботу о целостности Российского государства, проводить последовательную работу по формированию национального самосознания и сознания. И главное-все эти проблемы должны решать сами народы.

Не так-нечестивые: но они как прах,

возметаемый ветром.

Потому не устоят нечестивые на суде

и грешники в собрании праведных.

Ибо знает Господь путь праведных,

а путь нечестивых погибнет.

10. Сталин и Российские немцы.

? Коллективизация. После смерти Ленина в январе 1924 года руководство партии взял на себя Иосиф Виссарионович Сталин. Под его руководством идеи социализма приняли уродливый, чреватый тяжёлыми последствиями характер. Теоретически упрощённо они гласили-победа социализма в одной отдельно взятой стране и как следствие-усиление внутренней классовой борьбы.

Одновременно победило представление о том, что исторические процессы могут быть форсированы благодаря субъективному вмешательству. Следствием этого стали административные и репрессивные меры, так как не было никаких демократических способов их регуляции. Советская система деформировалась и стала диктатурой партии. Признаками сталинизма стали:

1 Культ личности.

2 Развенчивание и физическое уничтожение идеологических противников в собственных рядах (в партии, Советах) и в определённых группах населения (интеллигенция, кулаки). Бесчисленных жертв потребовала коллективизация, среди них были и десятки тысяч российских немцев.

3 Создание режима репрессий, для которого характерны были отсутствие законности, особые законы, системы слежки, депортаций, лагерей и массовая физическая ликвидация.

В этих условиях форсировалось создание советского общества, при этом постоянно нарушались имевшиеся и провозглашавшиеся принципы, законы и декреты-и в национальном вопросе тоже. Неудачи при претворении в жизнь запланированных задач приписывались так называемым "врагам народа".

Вследствии этого жертвами репрессий и преследований стали миллионы людей и целые народы. В ходе "сталинских чисток" инакомыслящие преследовались, подвергались арестам, пыткам и физическому уничтожению. Российским немцам не удалось избежать общей участи. Многообещающее развитие в первые годы существования автономии было поставлено под вопрос и прервано ликвидацией автономии.

К концу 1927-началу 1928 годов Сталину удалось, благодаря изоляции и уничтожению своих политических противников (Троцкий, "правая" и "левая" оппозиции), укрепить свою руководящую роль в партии и правительстве. В соответствии со сталинской теорией строительства социализма в одной отдельно взятой стране Советский Союз должен был в кратчайшие сроки стать экономически независимым государством и всесторонне укрепить свою оборонную мощь. Взятый для достижения этих задач внешнеполитический курс с его однородной ориентацией на быстрейшую индустриализацию означал конец НЭПа.

Всё народное хозяйство подверглось "реконструкции". Для сельского хозяйства это означало всеобщую коллективизацию и параллельно-уничтожение кулачества как класса. Оба процесса означали "революцию сверху", которая могла успешно завершиться только принудительно, с помощью репрессий и террора. Применяемые для этого методы были характерны для сталинской системы. Принудительные изменения на селе вызывали недовольство среди крестьян. Их воплощение не только было связано с большими трудностями в аграрном секторе, но и привело к страшному голоду 1932-33 годов. Российских немцев постигла общая участь народов России.

По теории и программе ВКП(б) решение аграрных вопросов было предусмотрено через ликвидацию частной собственности на землю. Соответствующий декрет был принят 26 октября 1917 года, цель которого была: ликвидация сельской буржуазии, кулаков, переориентация хозяйственных и классовых структур на совместную обработку земли и организацию больших сельскохозяйственных предприятий. т.е. коллективизация и образование однородного крестьянского слоя.

Постановлением ЦК в январе 1930 года были установлены жёсткие сроки безусловного выполнения этих мер:

1 Северный Кавказ, средняя и нижняя Волга-осень 1930/весна 1931 годов.

2 Центральное Причерноморье, Украина, Урал, Сибирь и Казахстан-весна 1932 года.

3 Все другие сельскохозяйственные области-конец первой пятилетки, 1932 г.

Эти решения были обойдены и нарушены также, как и добровольное вступление в колхозы. Это касалось и результатов коллективизации земли, скота и сельхозинвентаря.

Началось самое настоящее соревнование по скорейшей повсеместной коллективизации, инициированное центральными и территориальными партийными и государственными органами. Растущее крестьянское сопротивление было сломлено силой и принуждением, нередко с причислением сопротивляющихся к категории кулаков.

Колхозам были предоставлены средства из государственного бюджета. Машинотракторным станциям (МТС) в новой хозяйственной структуре была отведена роль технического обслуживания. В целом, техническая база в колхозах была неудовлетворительной. Ожидаемые положительные результаты коллективизации на всей советской территории не сбылись, что и явилось причиной голода в 1932-33 годах

Согласно административным указаниям, коллективизация российских немцев-крестьян должна была произойти осенью 1930-весной 1931 годов. Их хозяйства находились, в основном, в важнейших зернопроизводящих районах, поставлявших хлеб на рынок. Поэтому по решению Советского правительства они в первую очередь должны были объединиться в коллективные хозяйства.

Если не брать во внимание кулаков, отношение большинства российско-немецких крестьян к коллективизации было очень дифференцированным. Большинству казалось наиболее естественным поощрявшееся во времена НЭПа стремление хозяйствовать самостоятельно, без помех и продавать излишки. Беднейшее крестьянство было за коллективизацию. С одной стороны, они хотели "мира" с Советским правительством, с другой стороны, многие из них уже состояли в кооперативах, чтобы выжить. (смотреть страницы 269-270).

Господствовавшее в конце 20-х годов в АССР НП мнение описал в 1928 году Вильгельм Курц следующим образом: "Переход от единоличного к групповому и коллективному хозяйствованию вызывает пока ещё упорное сопротивление".

На Волге тогда был 181 колхоз, объединяя 6,8% крестьянских хозяйств. Но уже в конце 1929 года, непосредственно перед принятием решения об ускоренной коллективизации, уже 32% хозяйств было объединено в колхозы. Этот темп был ещё более ускорен в последующие месяцы,, после того как АССР посетила правительственная делегация.

Летом 1931 года уже 95% крестьянских хозяйств были объеденены в колхозы. Таким образом, коллективизация поволжских крестьян шла в соответствии с планом. В других регионах страны были подобные темпы коллективизации. К концу второй пятилетки (1937 год) около 93% крестьянских хозяйств было объединено в колхозы. Было создано 243.000 колхозов.

Последствия проведённой "сверху" коллективизации сельского хозяйства были, однако, другими, чем предполагалось. Насильственный перелом в традиционном способе крестьянского хозяйствования имел драматические для аграрного сектора последствия. Он привёл к ощутимому ухудшению жизненных условий населения и усилил социальное напряжение в обществе.

1 С 1933 по 1937 годы производство зерна упало на уровень 1909-1913 годов.

2 Поголовье скота из-за массового убоя снизилось почти наполовину.

Чтобы покрыть потребность государства в зерне, были введены новые условия заготовок зерна. У колхозов отнимали почти три четверти урожая, часто не оставляя даже семенной фонд для посева. Зимой 1932-33 годов наступил почти запрограммированный голод.

? Раскулачивание. ? Реализация величестенных планов индустриализации, которые доминировали в пятилетних планах между 1928 и 1937 годов, потребовала огромных финансовых вложений. Перераспределения госбюджета для этого было недостаточно. Для претворения этих планов в жизнь понадобилась мобилизация аграрного сектора. С этой целью был увеличен налог с крестьян и одновременно были повышены государственные закупочные цены и цены на промышленные товары.

? Последствия были предсказуемы. Недовольство крестьян росло, а государственный запас зерна снижался. Крестьяне предпочитали продавать свои излишки зерна так называемым "спекулянтам". Этот процесс закончился зерновым кризисом. Индутриализация оказалась в опасности.

? Партия и правительство отреагировали "чрезвычайными мерами". Во второй половине 20-х годов государственная политика закупки зерна была кризисной. Крестьяне предпочитали продажу зерна частным торговцам-они платили больше, или оставляли его прозапас, потому что за сданное государству зерно давали мало проимышленных товаров. В результате такого положения государство усилило давление на крестьян:

1). Спекулянты и лица, уклонявшиеся от продажи зерна государству, преследовались по закону, а частная торговля зерном была запрещена.

2). На деревни был наложен крестьянский заём и местное самоналогообложение от 15 до 40% сельхозналога. Этим хотели добраться до зерновых резервов крестьян-середняков, одновременно с этим крестьянам-беднякам и коллективным хозяйствам были снижены налоги, предоставлены отсрочки и кредиты.

3) Изъятие зерна рабочими отрядами и конфискация имущества у сопротивляющихся крестьян.

Против предпринятых государством мер крестьяне организовали так называемое "пассивное сопротивление". В ответ на принудительную коллективизацию поволжские немцы-крестьяне резали свой скот. Таким образом сократив поголовье крупного рогатого скота на треть, а свиней-на две трети. Кроме того, они противились сдаче зерна по государственным закупочным ценам. Сопротивление выражалось в том, что просто сокращались посевные площади.

После статьи Сталина "Головокружение от успехов" от 2 марта 1930 года, где критиковались слишком быстрые темпы коллективизации. Начался массовый выход из колхозов. Эту фазу уже в августе 1930 года прекратили с помощью 150 "штурмовых бригад". Единоличников обложили непомерно высокими нормами хлебосдачи, так что вступление в колхозы оказывалось единственным выходом из критического положения. Но теперь их больше не принуждали вступать в коммуну, они могли работать в сельхозартели. Здесь сохранялся в частной собственности дом, огород, домашняя птица и корова. В качестве оплаты выдавалась определённая часть урожая и деньги.

? Выходом из кризисной ситуации казалась всеобщая коллективизация сельского хозяйства. В ходе административно-приказной коллективизации была произведена и ликвидация кулацких хозяйств. В ноябре 1929 года в "Правде" появилась статья Сталина о ликвидации кулачества как класса и всеобщей коллективизации. Это послужило сигналом к началу всеобщей и окончательной ликвидации кулачества и коллективизации сельского хозяйства, названной большим переломом. Применявшиеся в борьбе с кулачеством методы были продолжением прежних репрессий. Во второй половине 20-х годов кулаки подвергались всё более ужесточённым мерам воздействия, чтобы "отбить у них охоту к эксплуатации":

1 Они больше не получали кредитов.

2 Постоянно увеличивались налоги.

3 Были изменены законы о наёмном труде и аренде.

4 Было запрещено принимать кулаков в колхозы.

? В феврале 1930 года был издан указ о ликвидации кулацких хозяйств и использовании их имущества. Кулаки были разделены на три категории:

1. Организаторы и руководители враждебных советам и колхозам акций подвергались арестам и отдавались под суд. Большинство из них отправляли в ссылку, многих расстреливали. Всё имущество этих людей подвергалось конфискации.

. Самые зажиточные крестьяне ссылались в отдалённые края и на Крайний Север. Так же, как и первая категория, они лишались всего своего имущества.

. Все остальные раскулачивались частично. Им разрешалось жить на прежних местах, но вне колохозов.

Имущество раскулаченных-земля, скот, сельхозмашины, дома и сараи-переходило в "неделимый фонд" колхозов.

? В Республике Поволжья была создана "Комиссия по ликвидации кулачества". Создание данной комиссии последовало за требованием Поволжского Комиссариата сельского хозяйства "уничтожить сельских богатеев". Она решала, сколько кулаков арестовать и судить, сколько сослать за пределы Поволжья и скольких переселить в так называемые "кулацкие поселения" на территории Республики.

Депортация осуждённых кулаков наткнулась на сопротивление населения. Восстание длилось с декабря 1930 по апрель 1931 года.

Всего между 1929 и 1933 годами из Поволжья было депортировано на Северную Двину, в Сибирь и Казахстан 60.000 кулаков. По стране в 1930-31 годы ГПУ депортировало 1,8 миллиона кулаков в азиатскую часть страны или на Крайний Север. Следствием плохих условий для жизни и работы в этих местах была высокая смертность, которая составляла около 15 процентов.

? С 1934 года раскулачивание распространилось и на середняков, которые не использовали наёмный труд и не имели двух лошадей или коров. Официальное количество раскулаченных в 1933 году составило 800.000.

? От раскулачивания и коллективизации бежали десятки тысяч российских немцев. В 1929 году из Сибири, Кавказа, Украины и Поволжья почти 14.000 немцев приехало в Москву, чтобы добиться разрешения на выезд из страны.

Между 1922 и 1928 годами десятки тысяч российских немцев, прежде всего, меннонитов, покинули Россию. При этом им помогло дополнительное соглашение к Брест-Литовскому миру, в котором был предусмотрен особый статус для российских немцев. Хотя это соглашение после аннулирования договора потеряло силу, но Советское правительство всё же разрешало выезд большим группам российских немцев.

Только между 1924 и 1928 годами около 19.000 меннонитов выехадо из Сибири в США и Канаду. Высокому проценту меннонитов среди общего числа эмигрировавших российских немцев способствовало два факта:

1. Интенсивная переписка с единоверцами в США и Канаде.

2. Хорошо поставленная коммуникация между меннонитскими общинами, сделавшая возможной координацию совместных действий. Одному путешественнику меннониты Восточной Сибири запомнились в 1926 году "своей сплочённостью и недружелюбием по отношению к Советскому режиму".

По-прежнему сохранившаяся сплочённость меннонитских общин способствовала тому, что в 1930 году "классовая борьба" не проникла в немецкие сёла Сибири. Меннониты негативно отнеслись к попыткам коллективизации. Они видели в колхозах одну из форм крепостного права. А в коммунах они видели опасность для семьи, угрозу отхода от религиозного воспитания детей, страх, что они подвергнутся не только атеистической обработке, но и вообще будут подвержены дурному влиянию.

Осенью 1928 года под давлением политики коллективизации и связанных с ними притеснениями среди поволжских немцев усилились эмиграционные настроения. Это движение возглавили живущие в Сибири российские немцы. Около 13.000 российских немцев продали всё нажитое и поехали в Москву, чтобы добиться выезда. По договорённости с представителем немецкого правительства Советское правительство разрешило 19 октября выезд тем беженцам, которые уже находились в Москве. Вскоре после этого первые группы беженцев получили разрешение на выезд. Когда же канадское правительство объявило, что примет беженцев не раньше весны следующего года, а немецкое правительство отказалось взять на себя финансирование, Советское правительство запретило выезд в конце октября.

ОГПУ начало арестовывать желающих выехать и оказывать на них давление, чтобы они подписали заявления о добровольном возвращении в родные места. Благодаря кампании в прессе в пользу желающих эмигрировать, немецкое правительство разрешило 19 ноября 1929 года приём 4.000 переселенцев. Когда будут приняты другие желающие, было поставлено в зависимость от решения бюджетной комиссии.

23 ноября 1929 года немецкое правительство проголосовало за приём всех желающих переехать. Большинство ещё находившихся в Москве получило разрешение на выезд. Речь шла всего о 5.671 человеке.

Летом 1930 года российские немцы, не сумевшие выехать раньше, попробовали добиться разрешения на выезд. Их попытки были обречены на неудачу. Немецкое посольство с 1931 года сумело добиться разрешения на выезд российских немцев только в рамках воссоединения семей.

Итоги раскулачивания были с любой точки зрения страшными. Потомки немецких колонистов из Причерноморья в своих воспоминаниях свидетельствовали о произволе и репрессиях при раскулачивании.

1 В результате раскулачивания около пяти миллионов кулаков и членов их семей были депортированы в Сибирь, на Урал и в Казахстан. Среди них непропорционально много российских немцев-около 350.000.

2 Примерно от 1 до 1,1 миллиона хозяйств подлежали "раскулачиванию". Это было 15% от общего числа дворов.

3 Вследствие раскулачивания около 300.000 человек погибло от голода, холода, болезней и тяжёлых условий ссылки.

? Голод 1932-1933 годов. Форсированное принудительное раскулачивание было главной причиной разрушения аграрного сектора. Отягчающим обстоятельством в 1930 году стала также страшная засуха в зернопроизводящих районах Украины, на Нижней Волге и в Восточной Сибири. Следствием её стал сильный голод зимой 1932-33 годов. Данные околичестве жертв колеблются от трёх до восьми миллионов человек. Среди них-350.000 российских немцев. На Нижней Волге смерть "пожинала" такой богатый урожай, что не успевали регистрировать умерших. Как писал Отто Драйт в своих воспоминаниях, люди умирали прямо на улицах.

"Среди моих детских воспоминаний есть и страшные картины большоо голода 1923-33 годов. В эту зиму я видел на улицах, на вокзале множество голодных людей. Женщины с младенцами, инвалиды, старики, но и дети, подростки просили милостыню в городе. Нигде больше не было видно ни кошек, ни собак, даже всегдашнего весёлого чириканья воробьёв не было слышно. Они давно попали в кастрюли голодающих. Призрачный мир! Обессиленные люди рылись в кучах мусора и отходах в надежде найти что-то съедобное. Картофельные очистки, гнилые фрукты или заплесневелый хлеб-всё с жадностью съедалось. Кто считал умиравших, для которых это был последний кусок?

Я вмдел утром рабочих на базаре, которые грузили на телеги мертвецов и вывозили из города. Никогда я не забуду этого, потому что нечем было даже прикрыть мертвых. У нас на задворках жил дворник, немец. Он был женат на русской, у них было четверо детей. Мы, мальчишки, называли его дядя Пауль. В конце голодной зимы, очевидно, в марте он однажды очень рано пришёл к нам в дом. Я почти не узнал его. Смертельно бледный, отощавший, как скелет, с глубоко впавшими глазами стоял он на нашей кухне и просил у матери кусочек хлеба тихим дрожащим голосом. Мать сразу же спросила его о жене и детях. Плача, рассказал он, что господь забрал их к себе. Он уже три дня ничего не ел и больше не мог выдержать. Хотя я был ещё ребёнком, я сразу заметил, как стыдно ему попрошайничать. Наше питание тоже было очень скудным. Мать утром давала каждому по маленькому кусочку хлеба, долю старшего брата, уходившего на работу, она запирала в кухонный шкаф. Она, видя страдания дворника, молча пошла и отрезала половину от предназначенного брату хлеба. Дядя Пауль со слезами на глазах поблагодарил её. От предложенного чая он отказался. Покачиваясь и держась рукой за стену, он вышел во двор. Чуть позже я пошёл в школу и видел его сидящим на скамейке у ворот. Кусочек хлеба был у него во рту, остатки он крепко держал в руке. Он уснул от слабости. Когда я в обед вернулся из школы домой, он всё ещё сидел на прежнем месте с крошками хлеба во рту. Только кусочек хлеба из его руки кто-то вытащил у него. Я немного постоял возле него, не понимая, что произошло. Вдруг я увидел кружащих над его лицом мух и только тогда до меня дошло: голодная смерть настигла дядю Пауля".

В районах Нижней и Средней Волги последствия голодных лет сказывались на абсолютном и относительном сокращении количества населения ещё в 1933 году. Советское правительство реагировало на эти последствия уже известными административными мерами и репрессиями. Хотя массовые выселения крестьян прекратились и соответствующим органам разрешалось "изолировать" только настоящих кулаков и "враждебных колхозам элементов", чтобы преодолеть пассивное и активное сопротивление. Одновременно заготовки зерна проводились правительством неукоснительно. В 1933 году была введена обязательная сдача сельхозпродуктов по ценам, которые были намного ниже рыночных. Планы посева, использование техники и многое другое было строго регламентировано. Введение паспортного режима для колхозников (1932) значительно ограничило их свободу передвижения.

Документы того времени, например, письмо Михаила Шолохова Сталину, воспоминания российских немцев, отражают события того времени самым впечатляющим образом.

Письмо Шолохова Сталину от 4 апреля 1933 года:

"Товарищ Сталин! Вешенский район, как и многие другие районы Северного Кавказа, не выполнил план поставок зерна не из-за какого-нибудь "кулацкого саботажа". А из-за плохой политики партии на местах...

В декабре прошлого года областной комитет партии прислал для "ускорения" сдачи налога в качестве уполномоченного товарища Овчинникова. Он принял следующие меры:

1. Конфискация всего наличного зерна, включая "аванс", который руководство колхоза выдало колхозникам как семенной фонд для следующего посева.

2. Раздел задолженностей колхозов по поставкам государству на отдельные семьи.

Что дали эти меры? Когда началась конфискация, крестьяне сами попрятались, а зерно зарыли. Одно слово о результатах конфискации. "Найденное" зерно: 5.930 центнеров... А вот какими методами собрали эти 593 тонны, которые частично были зарыты ещё в 1918 году.

Метод холодный... Колхозников раздевают и сажают голышом в сарае "в холодную". Часто "в холодную" сажали целые бригады.

Горячий метод... Ноги и края юбок колхозниц обливают керосином и поджигают. Потом тушат и снова поджигают...

В Наполовском колхозе известный "уполномоченный" райкома Плоткин заставил допрашиваемых колхозников лечь на горячую печь, а затем запер их для "охлаждения" голыми в сарае... В Лебяженском колхозе колхозников поставили к стенке и симулировали расстрел...

Я мог бы продолжить списко этих издевательств. Это не отдельные промашки, а методы, широко используемые при сборе зерна...

Если моё письмо покажется Вам достойным внимания ЦК, то пришлите сюда настоящих коммунистов, у которых найдётся мужество развенчать всех тех, кто нанёс смертельный удар колхозному строительству района. Они-наша единственная надежда.

Ваш Михаил Шолохов."

Ответ Сталина Шолохову от 6 мая 1933 года:

"Дорогой товарищ Шолохов!

Я получил оба Ваших письма. Помощь, о которой вы нас просите, мы окажем. Я послал товарища Шкирятова, чтобы разобраться с теми безобразиями, о которых Вы нам пишете. Ч прошу Вас, помочь ему в этом. Но это ещё не всё, что я хочу сказать Вам, товарищ Шолохов. Оба Ваших письма рисуют картину, которую я не могу назвать объективной, и по этому поводу я хочу написать Вам пару слов.

Я благодарен Вам за Ваши письма. Они вскрывают лёгкую болезнь нашего аппарата и показывают, что некоторые наши партийные функционеры, хотя и служат делу, т.е. хотят обезоружить наших врагов, но при этом нападают на наших друзей и становятся настоящими садистами. Но это не значит, что я ВО ВСЁМ согласен с вами. Вы видите только один аспект проблемы и видите его вполне правильно. Но это только один из аспктов. Чтобы не ошибиться в политике, а в Ваших письмах речь идёт не о литературе, а о чистой политике,-нужно уметь видеть и другой аспект действительности. А другой аспект-это тот факт, что уважаемые колхозники Вашего района-и не только они-устроили саботаж и были готовы оставить без хлеба нашу Красную Армию!

Тот факт, что это был молчаливый и, очевидно, мирный саботаж (без кровопролития)-не меняет дела, а именно, что Ваши уважаемые колхозники вели войну на измор против Советской власти. Войну не на жизнь, а на смерть, дорогой товарищ Шолохов! Само собой разумеется, эти особенности не оправдывают тех перегибов, которые были допущены, по Вашим словам, нашими функционерами. И ответственные будут держать ответ за своё поведение.

Но нам абсолютно ясно, что наши уважаемые крестьчне-не безвинные овечки, как можно подумать при чтении Ваших писем.

Итак, всего хорошего. Жму Вашу руку.

Ваш И.Сталин".

Из воспоминаний Фриды Рейманн.

"Утром я, если взрослые были на работе, а мои братья в школе, почти всегда оставалась дома с бабушкой. Она много рассказывала мне о прошлом, о своих родителях, прабабушке и прадедушке. Они когда-то приехали в Россию, в Поволжье с юга Германии, из Баварии или Баден-Вюртемберга. И бабушка часто рассказывала про страшный голод в начале 30-х годов. Крестьянам пришлось сдать государству почти всё зерно, чтобы выполнить план по хлебозаготовкам. Они сдали так много, что себе почти ничего не осталось. Большая часть сданного зерна, так считала бабушка, пропало в пути, проросло. Когда же начался голод, в село пришли чужие люди с милиционерами, вооруженными винтовками, и забрали последние остатки зерна. Длинными заострёнными шестами, которые внутри были полыми, они тыкали в землю и искали спрятанное зерно. Моего отца, кузнеца, они тоже хотели заставить помогать, сказали ему: "Ты людей здесь знаешь, Скажи им, что они должны всё сдать, и смотри, чтобы они действительно всё выгребли". Отец оказался между двух огней. Что делать? Он посоветовал людям, приготовить зерно и только неприкосновенный запас, нужный для того, чтобы выжить, спрятать: "Сделайте так, иначе они нас не оставят в покое и отберут последнее зерно, без которого нам не выжить". Но начальство было неумолимым. Об одном человеке отец рассказал, что он купил для своей семьи пуд пшена. И это у него отобрали, всё подчистую. Ничего у него не осталось. Много людей умерло в голодные годы, особенно в городе, но и у нас, в сёлах. Моих родителей тоже едва миновала сия чаша".

Так что же произошло в 1932-1933 годах в СССР. Главное, о чём следовало бы говорить, так это о том, что трагедия 1932-33 годов-это трагедия не только селянства Украины, о чём очень много пишется и говорится сейчас. Это беда и трагедия всех зерновых районов Советского Союза. Голод сразил все основные районы, где проходила насильственная сплошная коллективизация. Это были зерновые районы: Нижнее и Среднее Поволжье, Южный Урал, Северный Кавказ особенно Кубань.

Голод в СССР 1932-33 годов это гуманитарная катастрофа на территории Украины, Северного Кавказа, Поволжья, Южного Урала, Западной Сибири, Казахстана, следствие проводившейся в ходе коллективизации ежегодной реквизиции зерна у сельских хозяйств с целью умножения государственных запасов и экспорта хлеба в обмен на западные технологии и продукцию машиностроения.

Бытует мнение, что эта тема в России не изучалась, что, якобы, нет специалистов. Это не так. Как минимум 20 лет (с середины 80-х) существуют исследования этой трагедии, это была трагедия не России, не Украины, а всего советского крестьянства, в том числе и немецкого крестьянства России и Украины.

Первое, что необходимо отметить, что голод не имеет этнической окраски. Голодали все этносы. Все, кто жил в тех районах, где политика изъятия хлеба "зашкаливала". На Урале, например, заготовки 1931-32 годов доходили до половины собранного урожая. Что это такое для крестьянского хозяйства-когда нужно оставить на посев, на фуражный фонд и ещё кормить свою семью, в среднем состоящую из 5-6 человек. Так вот, говоря в целом об этой проблеме, надо сказать, что коллективизация привела к кризису сельского хозяйства.Кризис проявился в резком сокращении валовых сборов в 1930, 1931, 1932 годах. Особенно слдожными на Урале были 1931-1932 годы. В мирововй практике всегда всегда известно, что ежели два года подряд наблюдается недород, это приводит к голоду. Но не только недород привёл страну к голоду.

Из распоряжения секретаря Троицкого райкома ВКП(б) об усилении хлебозаготовок от 13 декабря 1932 года: "В колхозах, не выполнивших план централизованных заготовок, весь имеющийся хлеб на складах, в токах, должен быть немедленно вывезен в счёт заготовок. Причём сейчас же во всех колхозах приступить к повторному обмолоту соломы. Просеиванию отходов, мякины, и весь полученный при этом хлеб сдавать в счёт заготовок". Троицкий район сейчас находится на границе Челябинской области с Казахстаном. Или взять, к примеру, Башкирию. Тогда это всё было единой огромной Уральской областью. От Ямала и до среднего Урала. Часть Пермской области, часть Удмуртии. В Першинском сельсовете известны случаи смерти на почве голода. В Боровском сельсовете колхозники, наряду с павшими животными, ели крыс. Или вот ещё-докладная записка прокурора Уральской области о фактах каннибализма. "10.07.1933 года. Секретно. В крестьянской семье убит 4-х летний ребёнок. Тело использовалось на еду". Таких фактов очень много и они были по всей стране.

Научная проблема состоит в определении термина ГОЛОД. Появляется очень много терминов: голод, голодовка, голодомор и т.д. Эта ситуация, к сожалению, во второй половине ХХ века не определена. Можно исходить из определения Петерима Сорокина-очень известного учёного, который был вынужден с "философским" пароходом покинуть Россию. Он проявил себя очень мужественно, и стал одним из крупнейших социологов ХХ века. В 1922 году Петерим Сорокин выпустил книгу "Голод как факт", где подчеркнул: "Во всех традиционных обществах, основанных на аграрной экономике периодически вспыхивают голодовки". Это абсолютно точно. Возьмём Россию-1901, 1906, 1911, 1922, 1932, 1942, 1946 годы. Петерим Сорокин даёт следующее определение голода-это недопотребление продуктов питания. Первое-это абсолютное непоступление продуктов питания, которое приводит сразу к смерти. И второе-качественное-то есть недопотребление жиров, белков, углеводов, аминокислот и витаминов. Так вот, говоря об абсолютном голоде, мы говорим о тех огромных жертвах, а говоря о недопотреблении в качественном отношении-это микшируется во времени. Существуют проблемы подсчёта жертв голода, сегодня называются разные цифры- от 3 до 15 млн. по стране-только жертвы голода. Историки провели архивную разведку и нашли документы того времени. "Воспроизводство населения Уральской области в 1932-34 годах". Конечно, документы требуют тщательной археологической обработки. Но, тем не менее, статистики фиксируют минус, т.е. превышение смертности над рождаемостью. Таким образом, наблюдается убыль населения. Безусловно, это была трагедия всего народа, трагедия крестьянства. И это была победа власти. Потому что с помощью организованного во всей стране голода, был перебит хребет крестьянству. Уже к середине второй половины 30-х годов мы не встречаем упоминаний о крестьянских восстаниях или бунтах. Крестьянство смирилось с колхозной жизнью.

Голодали и в городах. Хотя с 1928 года вводится карточная система, на Урале-с 1930, тем не менее, недопотребление продуктов и болезни, сопутствующие голоду-эпидемии фиксировались и в городах. Когда слышишь заявления, что голод был геноцидом только украинского народа, трудно согласиться с этим. Потому что это была трагедия всего крестьянства, и этническая принадлежность не имела значения. Урал-это национальный котёл, где жили представители всех 100 этносов и народов. И страдали все одинаково.

Существовала эта проблема голода и в Центрально-чернозёмной области. В 1928 году это было такое громадное административное образование. Тогда в него входили территории нынешних Тамбовской, Воронежской, Курской, Белгородской, Орловской и Липецкой областей. Население-свыше 11 млн. человек. Предпосылки голода 1932-33 годов в этом регионе также лежат в организации хлебозаготовок. Всем известны так называемые, чрезвычайные меры, которые использовали власти при проведении хлебозаготовок 1927-1928 годов.

Это метод внеэкономической организации хлебозаготовок в первую кампанию 1927-28 годов, во вторую кампанию-1928-29 годов, и когда началась сплошная коллективизация, опыт внеэкономического принуждения применялся практически повсеместно. Начиная с 1929 года организации хлебозаготовок стали проводиться по податному типу. Как они организовывались по всей стране. Сверху-вниз. Государство исходило из того, что хлеба всегда достаточно. Сверху определялась цифра. Она спускалась и распределялась на область, на район и доходила до сельсовета, до колхоза. Принципы хлебосдачи и объёмы определялись на сельском сходе. Так называемое, бедняцко-середняцкое большинство, получив такое твёрдое задание от власти, распределяло нормы сдачи хлеба в первую очередь на кулаков и оставшееся-между бедняками и середняками. Это задание принималось решением колхоза и сельсовета и, таким образом, обретало законную силу.

О центральном Чёрноземье можно сказать, что оно в погодных отношениях 1932 года находилось в лучшем положении, чем Северный Кавказ, Поволжье, Украина. Все погодные сводки показывают, что в мае, июне, июле-было достаточное количество осадков. Некоторый перебой с дождями был в августе, но это не имело существенного значения для урожая. Можно привести множество фактов. Самые страшные события начались зимой и весной 1933 года. Это было повсеместно. На территории нынешней Курской области, были факты, когда председатель райисполкома заявлял, что в районе нет ещё голода, потому что матери ещё не едят своих детей. Факты людоедства были распротранены везде. Изъятия достигали 30%. Это ниже, чем в других регионах. (На Урале изымали до половины). Но известно, что при 30% изъятий нет смысла в продолжении и развитии хозяйства. Приблизительный подсчёт по Центрально-чернозёмному региону за сезон 1932-33 года показал, что жертвы голода достигли 2000 человек.

Сегодня не достаточно просто сказать, что это была трагедия всего советского народа. Всё-таки важно определить, в чём были причины. И одним словом "коллективизация", здесь тоже не отделаться. Коллективизация действительно была, и это-решающий фактор. Но голод, несомненно, можно рассматривать как преступление сталинского режима. Преступление осознанное, не в плане уничтожения того или иного этноса, а в том, что режим вёл активную войну против крестьянства, прежде всего крестьянства зерновых и мясных регионов. И эта война объяснялась тем, что Советский Союз тогда находился в непонятном для марксистов состоянии. По Ленину, революция в России должна была быть толчком к мировой революции. Вдруг в 1923 году выяснилось, что мировая революция не получилась. На этом закончил свою карьеру Троцкий. Начинается карьера Сталина, который вынужден строить государство в условиях своеобразного острова в капиталистическом мире. И вот для Сталина было важно любой ценой, любыми жертвами добиться скоростной индустриализации. Для скоростной индустриализации НЭП никак не подходил. Во время НЭПа крестьянство всего Советского Союза сдавало от 500 до 600 млн. пудов хлеба. А уже в первый же год коллективизации, в 1930 году для крестьян поставили задачу-дать под хлебозаготовки один миллиард 375 миллионов пудов хлеба. То есть в 2,5 раза больше! Это колоссальная нагрузка на крестьян! Действительно, крестьяне должны были заботиться о фуражном зерне, посевном зерне, нужно было также кормить свои семьи. А городу нужны были, во-первых, мясо и хлеб, а, во-вторых, необходимы новые технологии. Платить за эти технологии можно было только одним-хлебной валютой. Вот эту хлебную валюту Сталин готов был получить ценой каких угодно жертв. Поэтому удар пришёлся в основном на хлебные районы. И Украина пострадала больше всех, потому что именно Украина была житницей Советского Союза.

Вот некоторые данные тех времён. Хлебозаготовки на Украине составляли более 40% всех хлебозаготовок всего тогдашнего Советского Союза. На втором месте-Северный Кавказ, потом идёт Центрально-чернозёмная область (но там как уже было сказано, погодные условия были лучше), далее-Нижнее Поволжье, Средняя Волга, Урал и т.д. Так же пострадал и Казахстан-как основной мясной район тогдашнего СССР. В тот год больше всех жертв было не среди украинцев, а среди казахов. Почти миллион казахов погибло в то время. Никакого этногеноцида не было! Это всё спекуляция на костях! Так же как цифры, которые ничем не подтверждены, но выдаются как данность. Не было 10 млн. жертв, погибших на Украине! Все ведущие учёные мира, занимающиеся этой проблемой, знают, сколько людей приблизительно стали жертвами голода-7-8 млн. человек по всему СССР и от 3,5 до 4 млн. человек по Украине. В этом можно не сомневаться, и сегодня по этому вопросу спора нет. Историки Украины молчат. Ведь они сами давали изначально цифру 3,2 млн. человек. А сейчас на глазах спекулируют, выдвигают совершенно фантастическую идею, что против Украины велась война, потому что, мол, Украина и только Украина могла разрушить сталинский режим.

Но это абсолютная фантастическая чушь, высосанная из пальца. Или их аргументы с заградительными отрядами! Заградотряды были и на Северном Кавказе. Заградотряды на Украине были не только по границам России, но и по границам районов Украины. Те 86 районов, которые украинское руководство занесло в так называемую "чёрную доску"-с населением 4 млн. человек почти все погибли. А вот в Черниговской области не было заградотрядов. И в ряде других областей не было заградотрядов. По жертвам можно сравнить различные районы. Очень пострадала Луганская область. А там как известно, было достаточно много донских казаков. Этнос в данном случае не играл роли. Война шла против крестьянства. Зачем? Для того чтобы подчинить, полностью подчинить себе крестьянство и только такое крестьянство могло бы обеспечить скоростную индустриализацию.

Сталину было абсолютно безразлично, что будет с людьми. Безусловно, людей можно было спасти. Можно было чуть-чуть ограничить хлебопоставки и спасти миллионы жизней. Но это был бесчеловечный режим. Режим невероятно жестокий. Парадоксально, но Сталину удалось такой кровавой ценой создать тяжёлую индустрию на Урале, за Уралом. И вот все эти факторы вместе были причиной такой трагедии.

Каковы же предпосылки возникновения голода. Первая и главная это коллективизация. С 1927-1929 годов советское руководство начинает разрабатывать комплекс мероприятий по переходу к сплошной коллективизации сельского хозяйства. Весной 1928 Наркомзёмом и Колхозцентром РСФСР был подготовлен проект пятилетнего плана по коллективизации крестьянских хозяйств, согласно которому к 1933 году предполагалось объединить в колхозах 1,1 млн. хозяйств (около 4%). В процессе доработки этого плана процент коллективизации изменялся в большую сторону, и в утверждённом весной 1929 года пятилетнем плане предусматривалась уже коллективизация 4-4,5 млн. крестьянских хозяйств, а это уже примерно 16-18 процентов.

С переходом осенью 1929 года к сплошной коллективизации партийно-государственное руководство страны приступило к выработке новой политики в деревне. Намечаемые высокие темпы коллективизации предполагали ввиду неподготовленности как основных масс крестьянства, так и материально-технической базы сельского хозяйства такие методы и средства воздействия, которые вынуждали бы крестьян вступать в колхозы. Такими средствами являлись: усиление налогового пресса на единоличников, мобилизация пролетарских элементов города и деревни, партийно-комсомольского и советского актива на проведение коллективизации, усиление административно-принудительных и репрессивных методов воздействия на крестьянство, и в первую очередь на его зажиточеую часть.

3 января Политбюро ЦК ВКП(б) был представлен проект постановления ЦК ВКП(б) о темпах коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству, который предусматривал сокращение сроков коллективизации в важнейших зерновых районах (Средняя и Нижняя Волга, Северный Кавказ) до 1-2 лет, для остальных зерновых районов до 2-3 лет, для важнейших районов потребляющей полосы и остальных сырьевых районов до 3-4 лет. 4 января 1930 года этот проэкт постановления был отредактирован Сталиным и Яковлевым. В нём были сокращены сроки коллективизации в зерновых ьрайонах, а в отношении зажиточной части крестьянства говорилось, что партия перешла "от политики органичения эксплуататорских теденций кулачества к политике ликвидации кулачества как класса". 5 января 1930 года проект постановления ЦК ВКП(б) "О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству" был утверждён на заседании Политбюро и 6 января опубликован в "Правде".

Таким образом, были созданы все предпосылки не только к экономическим, но и к политическим и репрессивным мерам воздействия на всё крестьянство. Уже в 1928-1929 годах хлебозаготовки проходили с большим напряжением. С начала 30-х годов ситация ещё более обострилась. Объективные причины, которыми была вызвана необходимость хлебозаготовок:

1 Рост численности населения городов и промышленных центров (с 1928 по 1931 городское население возросло на 12,4 миллиона).

2 Развитие промышленности, возрастание промышленных потребностей в сельскохозяйственной продукции.

3 Поставки зерна на экспорт.

Для удовлетворения этих нужд в то время необходимо было иметь 500 миллионов пудов хлеба ежегодно. Валовые же сборы зерна в 1931-1932 годах даже по официальным данным, по сравнению с предыдущими годами были значительно ниже.

Ряд исследователей (М.Траугер, С.Уиткрофт, Р.Девис и Дж. Купер), основываясь на официальных данных о валовых сборах зерна в 1931-1932 годах, отмечают, что их следует считать завышенными. Для оценки урожая в те годы стал определяться не реальный сбор зерна, а видовая (биологическая) урожайность. Такая система оценки завышала истинный урожай не менее, чем на 20%. Тем не менее, исходя из неё, устанавливались планы хлебозаготовк, которые ежегодно возрастали. Если в 1928 году доля хлебозаготовок составляла 14,7% валового сбора, в 1929-22,4%, в 1930-26,5%, то в 1931-32,9%, а в 1932-36,9%. Урожайность же зерновых сокращалась. Если в 1927 году в среднем по СССР она составляла 53,4 пудов с гектара, то в 1931 году уже 38,4 пудов с гектара. Тем не менее, заготовки хлеба росли из года в год.

Изъятие зерна, в %

от валового сбора. Средняя урожайность зерновых, в пуд. с га.

Районы 1930 1931 1927 1928 1929 1930 1931
Северный Кавказ. 34,2 38,3 41,1 51,7 50,1 42,7 45,1
Нижняя Волга. 41,0 40,3 32,9 47,9 38,0 37,2 22,6
Средняя Волга. 38,6 32,3 34,8 50,2 35,6 38,9 22,0
Украина. 30,2 41,3 70,0 46,3 60,8 57,3 51,9
Казахстан. 33,1 39,5 32,3 60,3 34,2 37,6 27,5
Урал. 26,5 29,3 51,2 66,5 43,2 52,1 18,3
Фактические заготовки зерна (без совхозов и возврата семенной ссуды), млн. пуд.

Районы 1929/30 1930/31 1931/32
Северный Кавказ 103,3 128,8 161,5
Нижняя Волга 65,5 84,9 73,0
Средняя Волга 46,6 72,3 68,1
Украина 303,9 436,7 415,4
Казахстан 37,8 40,7 40,4
Урал 42,4 74,0 44,4
В результате того, что план хлебозаготовок в 1932 году был составлен исходя из предварительных данных о более высоком урожае (в реальности он оказался в два-три раза ниже), а партийно-административное руководство страны требовало неукоснительного его соблюдения. На местах началось фактически полное изъятие собранного хлеба у крестьян.

Одной из причин возникновения голода следует считать и политику по принудительному обобществлению скота. Поголовье скота в 1929-1931 годах сократилось более чем в 1,6 раза, причём овец и коз-в два раза, крупного рогатого скота и свиней-в полтора раза, лошадей-в 1,3 раза. В немалой степени углублению кризиса способствовало принятое 30 июля 1931 года постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР "О развёртывании социалистического животноводства", которой предусматривало создание животноводческих ферм в колхозах.

Этим постановлением, в частности, предлагалось передавать для колхозных ферм скот из числа поступившего по мясозаготовкам. Предполагалось организовать покупку у колхозников молодняка для общественного животноводства коллективных хозяйств. На практике это привело к тому, что скот стал обобществляться в принудительном порядке, что привело к его массовому убою и распродаже. Обобществлённый скот из-за отсутствия корма и приспособленных помещений погибал. О том. Что это стало массовым явлением, свидетельствует постановление ЦК ВКП(б) от 26 марта 1932 года "О принудительном обобществлении скота".

Декретом от 23 сентября 1932 года "О мясозаготовках" с начала следующего месяца началось вручение колхозам, колхозным дворам и единоличным хозяйствам "имеющим силу налога" обязательств по поставкам (сдаче) мяса государству. Такая политика обобществления скота и мясозаготовок привела к ещё большему сокращению поголовья животноводства в 1932 году (по сравнению с 1931 годом количество крупного рогатого скота уменьшилось на 7,2 млн. голов, овец и коз-на 15,6 млн., свиней-на 2,8 млн. и лошадей-на 6,6 млн. голов), однако в контексте выявления причин голода наиболее существенным является изъятие скота из личных хозяйств единоличников и личных "подсобных" хозяйств колхозников, что существенно сокращало "продовольственную" базу, уже столь значительно сокращённую заготовками зерна. Особенно существенное значение это имело для Казахстана. Население которого занималось преимущественно животноводством.

Голод 1932-1933 годов в деревнях Поволжья. Одной из самых трагических страниц в истории поволжской деревни явился голод 1932-33 годов. Долгое время эта тема была запретной для исследователей. Когда запреты были сняты, появились первые публикации, касающиеся этой темы. Однако до сих пор не использовались для её раскрытия нетрадиционные для историков источники. Это хранящиеся в архивах ЗАГС Саратовского и Пензенского облисполкомов и в 31 архиве ЗАГС райисполкомов указанных областей книги записей актов гражданского состояния о смерти, рождении и браке за период с 1927 по 1940 годы по 682 сельским Советам. Кроме того, в 46 деревнях 28 сельских районов Саратовской и Пензенской областей был проведён с использованием специально составленной анкеты "Свидетель голода 1932-1933 годов в деревне Поволжья" опрос испытавших на себе все его тяготы и невзгоды. Она содержит три группы вопросов: причины голода, жизнь деревни во время голода, последствия голода. Всего получено и обработано 277 анкет.

Районы Саратовской и Пензенской областей занимают примерно треть Поволжья. В начале 30-х годов их территория была разделена между Нижне-Волжским и Средне-Волжским краями; на значительной части современной Саратовской области располагались кантоны АССР НП. Специализировавшаяся на производстве зерна и являвшаяся одним из наиболее плодородных регионов страны, эта часть Поволжья в 1932-1933 годах лказалась во власти голода. Смертность на территории всех исследованных сельских Советов в 1933 году по сравнению с ближайшими предыдущими и последующими годами резко возросла. В 40 бывших районах Нижне-Волжского и Средне-Волжского краёв в среднем в 1933 году по сравнению с 1927-1932 и 1934-1935 годами она повысилась в 3,4 раза. Такой скачок мог быть вызван лишь одной причиной-голодом.

Известно, что в голодающих районах из-за отсутствия нормальной пищи люди вынуждены были питаться суррогатами и это приводило к росту смертности от болезней органов пищеварения. Актовые книги за 1933 год показывают резкое её увеличение (в 2,5 раза). В графе "причина смерти" появились записи: "от кровавого поноса", "от геморройного кровотечения вследствии употребления суррогата", "от отравления затирухой", "от отравления суррогатным хлебом". Значительно увеличилась смертность и в связи с такими причинами, как "воспаление кишечника", "желудочная боль", "болезнь живота" и т.д..

Другим фактором. Вызвавшим рост смертности в 1933 году в данном районе Поволжья, стали инфекционные заболевания: тиф, дизентерия, малярия и другие. Записи в актовых книгах позволяют говорить о возникновении здесь очагов эпидемий тифа и малярии. В селе Кожевино (Нижне-Волжского края) в 1933 году из 228 умерших 81 умер от тифа и 125 от малярии. О масштабах трагедии села говорят следующие цифры: в 1931 году там умерло от тифа и малярии 20 человек, в 1932-23, а в 1933-свыше 200. Острые инфекционные (тиф, дизентерия) и массовые инвизионные (малярия) заболевания всегда сопутствуют голоду.

В актовых книгах обозначены и другие причины смерти населения в 1933 году, отсутствовавшие в прошлом, а теперь определявшие рост смертности и прямо указывающие на голод: многие крестьяне умерли "от голода", "от голодовки", "от бесхлебия", "от истощения организма на почве голодания", "с недоедания хлеба", "от голодной смерти", "от голодных отёков", "от полного истощения организма на почве недостаточного питания" и т.д.. В селе Алексеевка из 161 умершего 101 погиб от голода.

Из 61.861 акта о смерти, имеющегося в просмотренных актовых книгах, голод в качестве непосредственной её причины отмечают лишь 3043 акта на территории 22 из 40 обследованных районов. Это, однако, не означает, что в остальных районах в 1933 году никто не умер от голода, напротив, и здесь резкий скачок смертности свидетельствует об обратном. Несоответствие записи в актах о смерти и реальной её причины объясняется тем, что на работу органов ЗАГС в голодающих районах влияла общая политическая обстановка в стране. Устами Сталина на всю страну и на весь мир заявлялось, что в 1933 году "колхозники забыли о разорении и голоде" и поднялись "на положение людей обеспеченных".

В этих условиях большинство работников ЗАГСов, регистрировавших смерти, просто не вписывали запретное слово "голод" в соответствующую графу. О том, что оно было недозволенным. Свидетельствует распоряжение ОГПУ города Энгельса городскому ЗАГСу о запрещении в 1932-1933 годах фиксировать диагноз "умер от голода". Обосновывалось это тем, что "контрреволюционные элементы". Якобы засорявшие статистический аппарат, "пытались всякий случай смерти мотивировать голодом, в целях сгущения красок, необходимого для определённых антисоветских кругов". Работники ЗАГСов при регистрации умерших от голода были вынуждены подменять причину смерти. По Сергиевскому сельсовету в 1933 году 120 из 130 умерших были зарегистрированы умершими "по неизвестным причинам". Если учесть, что в 1932 году там умерло всего 24 человека и причины их смерти были в актовых книгах точно определены, а на следующих год смертность возросла более чем в 5 раз, то напрашивается вывод о наступлении сильного голода, жертвами которого стали умершие по "неизвестным причинам".

Факт наступления голода в 1932-1933 годах в исследуемых районах подтверждается и таким демографическим показателем, всегда свидетельствующим о голоде, как падение рождаемости. В 1933-34 годах рождаемость здесь существенно упала по сравнению с ближайшими предыдущими годами. Если в 1927 году на территории Первомайского сельсовета было зарегистрировано 148 рождений, в 1928-114, в 1929-108, в 1930-77, в 1931-92, в 1932-75, то в 1933 всего 19, а в 1934-7 рождений.

В Новобурасском, Энгельском, Ровенском, Красногвардейском, Марксовском, Дергачёвском, Озинском, Духовницком, Ершовском, Ртищевском, Аркадакском, Балтайском, Базарно-Романовском, Фёдоровском, Лысогорском, Петровском, Турковском, Романовском, Аткарском, Самойловском районах Саратовской области и в Камешкирском, Кондольском, Някольском, Городищенском и Лопатинском районах Пензенской области в 1933-34 годах рождаемость упала в 3,3 раза по сравнению с её средним уровнем за 1929-32 годы. Причинами этого явления были высокая смертность во время голода потенциальных родителей; снижение у взрослого населения способности к воспроизводству потомства вследствие физического ослабления организма в результате голодания.

Повлиявшая на уровень рождаемости в 1933-34 годах повышенная смертность в 1933 году такой категории потенциальных родителей, как молодёжь, подтверждается значительным уменьшением в те годы в сельской местности числа зарегистрированных браков. Например, число браков, зарегистрированных в 1927-29 годах в Петровском, Аткарском, Ровенском, Калининском, Марксовском, Балашовском, Ершовском, Турковском, Аркадакском районах Саратовской области уменьшилось в среднем в 2,5 раза.

Эпицентр голода, характеризующийся наивысшим уровнем смертности и самой низкой рождаемостью, находился, видимо на территории Саратовской области, на Правобережье и в левобережных кантонах Автономной республики немцев Поволжья. В 1933 году уровень смертности сельского населения на Правобережье по сравнению со средним уровнем смертности в 1927-32 и 1934-35 годах увеличился в 4,5 раза, на Левобережье-в 2,6 раза, на территории исследованных районов АССР НП-в 4,1 раза. Рождаемость в 1933-34 годах по сравнению с её средним уровнем в 1929-32 годах упала на Правобережье в 4 раза, на Левобережье в 3,8 раза, в районах АССР НП в 7,2 раза. В результате голода были существенно подорваны жизненные слиы поволжской деревни. Об этом свидетельствует резкое падение рождаемости во многих саратовских и пензенских деревнях: судя по записям в актовых книгах, во многих деревнях уже не игралось столько свадеб и не рождалось столько детей, сколько в предшествующие коллективизации и голоду годы.

Голод 1932-33 годов оставил глубокий след в народной памяти. "В тридцать третьем году всю поели лебеду. Руки ноги опухали, умирали на ходу",-вспоминали старожили саратовских и пензенских деревень частушку, в которой отразилась народеая оценка этой трагедии. В ходе анкетного опроса 99,9% подтвердили наличие голода в 1932-33 годах, подтверждают и то, что он был слабее голода 1921-22 годов, но сильнее голода 1946-47 годов. Во многих районах масштабы голода были очень велики. Такие деревни, как Ивлевка Аткарского района, Старые Гривки Турковского района, колхоз им. Свердлова Фёдоровского кантона АССР НП, почти полностью вымерли. "В войну не погибло столько в этих деревнях, сколько погибло во время голода",-вспоминали очевидцы.

Во многих деревнях были общие могилы (ямы), в которых, нередко без гробов, иногда целыми семьями хоронили умерших от голода. У 80 из более 300 опрошенных во время голода умерли близкие родственники. Очевидцами были засвидетельствованы факты людоедства в таких сёлах, как Симоновка, Новая Ивановка Баландинского района, Ивлевка-Аткарского, Залётовка-Петровского, Калмантай-Вольского районов, Шумейка-Энгельского и Семёновка-Фёдоровского кантонов АССР НП, Козловка-Лопатинского района.

Американский историк Р.Конквест высказал суждение, что на Волге голод разразился "в районах, частично населённых русскими и украинцами, но больше всего поражены были им немецкие поселения". На этом основании он делает вывод, что АССР НП "видимо и была главной мишенью террора голодом". Действительно, в 1933 году уровень смертности сельского населения в исследованных районах этой республики был очень высоким, а рождаемость в этом и последующих годах резко упала. О сильном голоде, фактах массовой смерности населения сообщала в специальном письме Сталину бригада писателей во главе с Б.Пильняком, вероятно, побывавшая там в 1933 году. В голодающих кантонах АССР НП были зафиксированы факты людоедства. Воспоминания о голоде как немцев, так и представителей других национальностей, проживавших в то время на территории республики, говорят о массовом голоде, наступившем там в 1932-33 годах.

Сравнительный анализ анкетных данных, полученных в результате опроса свидетелей голода в мордовском селе Осановка Балтайского района, мордовско-чувашском селе Ерёмкино Хвалынского района, чувашском селе Калмантай Вольского района, татарском селе Осиновый Гай и литовском селе Чёрная Падина Ершовского района, в украинских сёлах Шумейка Энгельского и Семёновка Фёдоровского кантонов и в 40 русских сёлах, показал, что острота голода была очень высокой не только в районах АССР НП, но и во многих саратовских и пензенских деревнях, расположенных вне её границ.

"Что это было: организованный голод или засуха?",-этот вопрос прозвучал в письме в редакцию журнала "Вопросы истории" А.А.Орловой. Наступление голода в Поволжье, в том числе в исследуемых районах, обычно (в1921 и 1946 годах) связано с засухами и недородами. Засуха здесь явление закономерное. 75% опрошенных отрицали наличие сильной засухи в 1932-33 года; остальные указали, что засуха была в 1931-32 годах, но не такая сильная, как в 1921 и 1946 годах, когда привела к недороду и голоду. Специальная литература в основном подтверждает оценку климатических условий 1931-33 годов, данную свидетелями голода. В публикациях на эту тему при перечислении длинного ряда засушливых лет в Поволжье 1932-33 годы выпадают. Засуху, среднюю по принятой классификации и более слабую, чем засухи 1921, 1924, 1927, 1946 годов, учёные отмечают только в 1931 году. Весна и лето 1932 года были обычными для Поволжья: жаркими, местами с суховеями, не идеальными для посевов, особенно в Заволжье, но в целом погода оценивается специалистами как благоприятная для урожая всех полевых культур. Погода, конечно, влияла на снижение урожайности зерновых, но массового недорода в 1932 году не было.

Опрошенные старожили саратовских и пензенских деревень засвидетельствовали что несмотра на все издержки коллективизации (раскулачивание, лишение деревни тысяч опытных хлеборобов; резкое сокращение численности скота в результате его массового убоя и т.д.), в 1932 году всё же удалось вырастить урожай, вполне достаточный, чтобы прокормить население и не допустить массового голода. "Хлеб в деревне в 1932 году был", вспоминали они. В 1932 году валовый сбор зерновых культур по всем секторам сельского хозяйства в Нижне-Волжском крае составил 32.388.900 центнеров, лишь на 11,6% меньше чем в 1929 году; в Средне-Волжском крае-45.331.400 центнеров, даже на 7,5% больше чем в 1929 году. В целом урожай 1932 года был средним за последние годы. Его было вполне достаточно, чтобы не только не допустить массового голода, но и определяющую часть сдать государству.

Коллективизация, существенно ухудшившая материальное положение крестьянства и приведшая к общему упадку сельского хозяйства, однако массового голода в данном районе Поволжья не вызвала. В 1932-33 годах он наступил не вследствии засухи и недорода, как это было прежде в Поволжье, и не из-за сплошной коллективизации, а в результате принудительных сталинских хлебозаготовок. Это был первый в истории поволжской деревни искусственно организованный голод.

Лишь пятеро из более чем 300 опрошенных очевидцев событий 1932-33 годов не признавали связи хлебозаготовок с наступлением голода. Остальные либо назвали их в качестве главной причины трагедии, либо не отрицали их негативного влияния на продовольственное положение деревни. "Голод был потому, что хлеб сдали", "весь, до зерна, под метёлку государству вывезли", "хлебозаготовками нас мучили", "продразвёрстка была, весь хлеб отняли",-говорили крестьяне.

К началу 1932 года деревня была ослаблена коллективизацией, хлебозаготовками 1931 года, не совсем благоприятными погодными условиями прошедшего года, вызвавшими в некоторых районах недород. Многие крестьяне уже тогда голодали. Очень тяжело проходили основные сельскохозяйственные работы. Начался интенсивный уход крестьян в города, другие районы страны, напоминавший бегство. И в этой ситуации руководство страны, которому было известно о положении в Поволжье, утвердило в 1932 году явно завышенные планы хлебозаготовок для Нижней и Средней Волги. При этом не учитывались трудности организациооно-хозяйственного становления только что созданных колхозов, о чём красноречиво свидетельствовали массовые протесты председателей колхозов и сельсоветов, районных партийных и советских органов, направляемые краевому руководству.

Несмотря на энергичные усилия партийно-хозяйственного руководства, практиковавшего в сентябре-ноябре снятие с работы и исключение из партии руководителей районов, "срывавших план"; занесение на "чёрные доски" не выполняющих план колхозов, населённых пунктов, районов; объявление им экономического бойкота и другие меры, планы хлебозаготовок не выполнялись. "Чёрные доски"-система репрессионных мер, направленная на обеспечение планов хлебозаготовок. Название "Чёрные доски позора" (как обратное "красным доскам почёта") приписывается секретарю Северо-Кавказского краевого комитета ВКП(б) Б.П.Шеболдаеву. По итогам хлебосдачи осенью 1932 он ввёл так называеме "Чёрные доски", куда заносились станицы, которые не справились с планом хлебосдачи (употреблялся термин "саботаж"). В таких станицах закрывались все тоговые точки, любая торговля запрещалась.

С ноября 1932 по январь 1933 в Северо-Квказском крае были проведены операции против 15 станиц: 13 кубанских-Новорождественнская, Темиргоевская, Медведовская, Полтавская, Незамаевская, Уманская, Ладожская, Урюпская, Стародеревянковская, Новодеревянковская, Старокорсунская, Старощербинов- ская, Платнировская и две донские станицы-Мешковская и Боковская. Кроме того полностью была прекращена всякая торговля в девяти районах края-Невиномысский, Славянский, Усть-Лабинский, Брюховецкий, Кущевский, Павловский, Кропоткинский, Новоалександровский и Лабинский). Из Ейского, Краснодарского, Курганинского, Кореневского, Отрадненского, Каневского, Армавирского, Тимашёвского, Новопокровского районов было приказано вывезти все продовольственные товары.

В начале года, вышестоящее начальство объявило руководству станиц, сколько нужно будет сдать зерна по продналогу за этот год. Станичникам стало ясно, что сеять в этом году будет совсем невыггодно с учётом того, что и то оставшееся зерно нельзя будет продать из0за очень низких цен. Это вызвало глухое недовольство станичников и многие использовали посевные площади для других более выгодных культур или же вообще засеяли "чёрным кверху", то есть никак... Посевное зерно просто разобрали по домам и закопали в надёжных местах по плавням. Власти ответили на саботаж постановлением: "В целях разгрома сопротивления хлебозаготовкам ЦК и Совнарком постановляет выселить в кратчайший срок в северные области СССР из станицы Полтавской, как наиболее контрреволюционной всех жителей, за исключением действительно преданных Советской власти". Население Полтавской, Медведовской и урюпской было полностью выселено в северные районы СССР-всего 45.639 человек.

Эти станицы были заселены семьями красноармейцев и сотрудников НКВД из других районов СССР, которые также переселялись (часто в приказном порядке) во многие другие станицы края, где имели право занять любой понравившийся дом, вне зависимости от того, был ли он занят в тот момент прежними хозяевами. Большинство репрессированных населённых пунктов и районов были населены украиноязычными казаками и немцами, но в списках значатся и русские станицы Ладожская, Урюпская, Темиргоевская, донские станицы. Голод в 1932-1933 году на Кубани и Дону был частью голода охватившего земледельческие районы СССР. Попытки вести учёт погибших от голода карались расстрелом. Книги записей актов гражданского состояния репрессированных населённых пунктов уничтожались. Умерших хоронили в братских могилах, которые часто никак не обозначались. Точные цифры погибших не известны. Население некоторых станиц не достигло прежней численности населения ещё и сегодня. В 1990 году в станице Шкуринской был открыт первый памятник жертвам голода.

Ситуация изменилась в декабре 1932 года, когда в регион по указанию Сталина прибыла комиссия ЦК ВКП(б) по вопросам хлебозаготовок во главе с секретарём ЦК партии П.П.Постышевым. Комиссия и лично Постышев (так же как и Молотов, побывавший на Украине, и Л.М.Каганович-на Украине и Северном Кавказе) несут ответственность за искусственно организованный голод в рассмтриваемом районе Поволжья. Именно под давлением комиссии ЦК ВКП(б) (в её состав кроме Постышева входили Зыков, Гольдин и Шкляр) местное руководство, опасаясь репрессий за срыв хлебозаготовок, чтобы выполнить план, пошло на изъятие хлеба, заработанного колхозниками на трудодни и имевшегося у единоличников. Это в конечном итоге и привело к массовому голоду в деревне.

О методах работы Постышева и его комиссии, требовавших любой ценой выполнить план хлебозаготовок, говорят следующие факты. Только в декабре 1932 года за невыполнение плана хлебозаготовок решениями бюро Нижне-Волжского крайкома партии, на заседаниях которого присутствовали члены комисси ЦК и сам Постышев, были сняты с работы 9 секретарей райкомов и 3 председателя райисполкомов; многих впоследствии исключили из партии и отдали под суд. Во время совещаний с местным партийно-хозяйственным активом по вопросам хлебозаготовок (об этом рассказали участники таких совещаний в городе Балашове И.А.Никулин и П.М.Тырин) прямо в зале, где проходили эти заседания, по указанию Постышева, за невыполнение плана хлебозаготовок снимали с работы секретарей райкомов партии и работники ОГПУ арестовывали председателей колхозов. На словах, в печати Постышев выступал против изъятия хлеба у выполнивших план колхозов, против нарушения законности во время проведения хлебозаготовок, на деле же занимал жёсткую позицию, которая толкала местное руководство на противозаконные меры в отношении тех, кто не выполнял план.

В конце декабря 1932 года-начале января 1933 года началась настоящая война против колхозов и единоличных хозяйств, не выполнявших план. В решении бюро Нижне-Волжского крайкома партии от 3 января указывалось: "Крайком и крайисполком требуют от райисполкомов и райкомов районов, сорвавших план, безусловного выполнения плана хлебозаготовок к 5 января, не останавливаясь перед дополнительными заготовками в колхозах, выполнивших план, допуская частичный возврат от колхозников авансов" Районным советским органам было разрешено начать проверку "расхищенного хлеба" колхозниками и единоличниками.

О том каким образом в саратовских и пензенских деревнях выполнялись данные директивы, говорят многочисленные свидетельства очевидцев. У крестьян отбирали хлеб, заработанный на трудодни, в том числе и оставшийся с прошлых лет; хлеб на трудодни не выдавали; вывозили семенной хлеб. Нередко в ходе хлебозаготовок к крестьянам применялось насилие. В селе Боцманово Турковского района уполномоченный по хлебозаготовкам из Балашова Шевченко, чтобы "выбить" хлеб, посадил в амбар под замок почти всё село (свидетельствует М.Е.Дубровин, проживающий в рабочем посёлке Турки Саратовской области). "Приходили, хлеб силком забирали и увозили", "дали, а потом отобрали", "ходили по домам, забирали хлеб и картошку; тех кто противился, сажали на ночь в амбар", "из печки (хлеб) вытаскивали",-вспоминали старожилы саратовских и пензенских деревень.

Чтобы выполнить план, хлеб вывозили не только на лошадях, но и на коровах. Председателю Студёно-Ивановского колхоза Турковского района М.А.Горюнову уполномоченный по хлебозаготовкам приказал выделить колхозных лошадей для оказания помощи соседнему колхозу в вывозе хлеба. Лошади сделали два рейса, прошли свыше 100 километров; посылать их в третий рейс председатель не соглашался: "Угробим лошадей!" Его заставили подчиниться, и вскоре 24 лошади пали. Председателя отдали под суд за то, что он отказался признать виновными в гибели лошадей колхозных конюхов (мол плохо кормили), как ему советовал уполномоченный. Применялось насилие и при выполнении плана засыпки семян в общественные амбары. Местные активисты нередко ходили по дворам и искали хлеб; всё, что находили, отбирали.

Организаторы заготовок объясняли крестьянам, что хлеб пойдёт рабочему классу и Красной Армии, но в деревнях ходили упорные слухи, что на самом деле хлеб отбирают для того, чтобы вывезти его за границу. Именно тогда в деревне появились невесёлые частушки, поговорки: "Рожь, пшеницу отправили за границу, а цыганку-лебеду колхозникам на еду", "Дранку, барду, кукурузу-Советскому Союзу, а рожь, пшеницу-за границу", "Наша горелка хлебородная-хлеб отдала, сама голодная". Хлебозаготовки и наступивший голод многие крестьяне связывали с именами Сталина и Калинина. "В 1932 году Сталин сделал засыпть, поэтому и наступил голод",-говорили в деревнях. В частушках, за пение которых грозило тюремное заключение, звучали слова: "Когда Ленин был жив, нас кормили. Когда Сталин поступил, нас голодом морили".

В 1933 году в поволжской деревне ходили слухи, что проводится "сталинская выкачка золота" голодовка сделана для того, чтобы через магазины Торгсина за бесценок, в обмен на продукты питания отобрать у населения золото, серебро, другие ценности. Организацию голода с помощью хлебозаготовок крестьяне объясняли стремлением Калинина наказать их за нежелание добросовестно работать в колхозах, приучить крестьян к колхозам. В саратовских и пензенских деревнях в 1933 году шла молва, что подобно известному дрессировщику Дурову, который голодом приучал животных к повиновению, Калинин решил голодом приучить крестьян к колхозам: перенесут голод, значит, привыкнут к колхозам, будут лучше работать и ценить колхозную жизнь.

В ходе хлебозаготовок 1932 года, обрекавших деревню на голод, открытого массового сопротивления крестьян не было. Большинство опрошенных объясняло это страхом перед властью и верой в то, что государство окажет помощь деревне. И всё-таки исключения встречались. В деревне Красный Ключ Ртищевского района, свидетельствует С.Н.Федотов (проживает в городе Ртищево Саратовской области), узнав о решении вывезти семенной хлеб, у амбара, где он хранился, собралась почти вся деревня; крестьяне сорвали замок и зерно разделили между собой. В селе Потьма того же района (рассказал проживающий в городе Ртищево И.Т.Артюшин) произошло массовое выступление крестьян, которое было подавлено милицией.

Основными формами протеста крестьян против принудительных хлебозаготовок стали скрытые действия: нападения на "красные обозы", вывозившие хлеб из деревень, воровство хлеба с этих обозов, разборка мостов. Отдельные крестьяне открыто высказывали организаторам хлебозаготовок недовольство; к ним применялись репрессивные меры.

Таким образом, данные архивных документов и опросы очевидцев событий свидетельствуют: принудительные хлебозаготовки 1932 года оставили поволжскую деревню без хлеба и стали главной причиной трагедии, которая разыгралась там в 1933 году. Вызванный проведёнными с нарушением закона и морали хлебозаготовками массовый голод, унёсший десятки тысяч крестьянских жизней и подорвавший здоровье оставшихся в живых, является одним из тягчайших преступлений сталинщины, её организованной антигуманной акцией.

Оценки масштаба голода. Факты массового голода были скрыты от мировой общественности, а сообщения о нём, появившиеся в зарубежной печати, опровергались. Вследствии несовершенства системы статистического учёта начала 30-х годов, неполноты и недостовернсти сохранившихся сведений, уничтожению статистической отчётности истинные масштабы гуманитарной катастрофы могут быть оценены лишь приблизительно Индекс сверхсмертности в 1933 году

Районы. Индекс.
Северный Кавказ. 2,61
Нижняя Волга. 2,74
Украина. 3,2
Сибирь. 1,1
Оценки числа жертв голода 1932-1933 года для СССР.

Авторы Число жертв, в млн. человек.
Ф.Лоример. 1946 г. 4,8
Б.Урланис. 1974 г. 2,7
С.Уиткрофт. 1981 г. 3-4
Б.Андерсон, Б.Сильвер 1985 год. 2
Р.Конквест. 1986 г. 8
С.Максудов. 1982 г. 9,8
В.Цаплин. 1989 г. 3,8
Е.Андреев и соавт. 1993 7,3
Н.Ивницкий. 1995 г. 7,5
Очевидно, что в наибольшей степени от голода пострадало население Украины. Оценки числа жертв голода 1932-1933 годов, сделанные различными авторами, значительно различаются и доходят до 12,8 млн. человек. Но это не означает, что против украинского народа был устроен специальный геноцид. Память о голоде 1932-1933 годов сохранилась в памяти народа и спустя десятилетия. По данным обследования, проведенного в рамках проекта "Катастрофическое сознание в современном мире", инициированного профессором университета штата Мичиган В.Шляпетоха, 8,6% жителей России признают коллективизацию и голод в 1920-1930-е годы катастрофойкоторая лишь незначительно уступает таким событиям, как Великая Отечественная Война (11,3%) и "перестройка" (11,3%). На Украине, чьё население в наибольшей степени пострадало от голода, 27% населения считают период коллективизации и голода 1933 года тяжелейшим периодом в истории, который уступает только периоду Великой Отечественной Войне.

Мы чтим память тех, кто оказывал сопротивление коллективизации сельского хозяйства и был обречён на медленную смерть от голода вместе со своими семьями.

Количество погибших от террора голодом-величина расчётная. Она определяется как превышение над нормальной смертностью населения в местности, охваченной голодом. В 1990 году появился расчёт С.Кульчинского жертв голодомора на Украине, впервые построенный на анализе данных демографической статистики. С ним сосуществуют другие версии, лишённые статистической основы, но более привлекательные своими завышенными количественными параметрами для тех, кто слишком эмоционально относится к прошлому. Но исторические факты опасны, поскольку способны посеять недоверие к очевидным явлениям, даже таким, как украинский голодомор. В Европе есть именитые учёные, утверждающие, что в 1933 году на Украине не произошло ничего особенного.

Первым сообщил о голоде в СССР английский журналист Малькольм Маггеридж. В последней декаде марта 1933 года в газете "Манчестер гардиан" он поделился с читателями впечатлениями от поездки по Украине и Северному Кавказу. Три его статьи описывали жуткие сцены голода среди сельского населения. Маггеридж засвидетельствовал массовую гибель крестьян, но не назвал конкретных цифр.

31 марта сенсацию "манчестер гардиан" попытался опровергнуть корреспндент "Нью-Йорк таймс" в Москве, англичанин по происхождению и гражданству Уолтер Дюранти. Это был единственный из западных журналистов кому удалось взять интервью у Сталина. Суть заметки Дюранти была отражена в названии "Русские голодают, но не умирают от голода".

Первая количественная оценка погибших от голода появилась в зарубежной прессе в августе 1933 года. Тогда газета "Нью-Йорк геральд трибюн" опубликовала материал Ральфа Барнса, в котором фигурировала неправдоподобная для западной общественности цифра: один миллион смертей от голода. Конкурирующая с ней газета "Нью-Йорк таймс" вынудила Дюранти прокомментировать информацию. Ири подтвердил факт голода. Из его заметки вытекало (хотя прямо об этом не говорилось), что количество погибших составляет не менее двух миллионов человек. Через день в этой же газете появилось сообщение Фредерика Берчелла, где называлась новая цифра-четыре миллиона человек.

После первой корреспонденции "Манчестер гардиан" зарубежным журналистам было запрещено ездить в пострадавшие от голода регионы. Московский корреспондент этой газеты Уильям Чемберлин, успевший по заданию редакции посетить Украину и Северный Кавказ, не напечатал свои репортажи в газете. Он выехал из СССР, чтобы иметь возможность написать обо всём откровенно, и в 1934 году издал в Бостоне книгу "Железный век России". В ней сообщалось, что голод охватывал территорию с населением 60 миллионов человек, а количество жертв составило 3-4 миллиона человек.

Приведённые оценки жертв 1933 года имеют одну общую черту: они сделаны "с птичьего полёта". Зарубежные журналисты не владели статистической информацией, но пытались донести до своих стран, что в СССР творится что-то страшное.

Некоторые авторы публиковали информацию, якобы полученную от советских руководителей. Фрэд Бил в книге, вышедшей в Лондоне в 1938 году, рассказывал: иностранный рабочий на харьковском заводе узнал от местного ответственного работника, что председатель ВУЦИК Григорий Петровский допускал потери от голода в Кераине в количестве до пяти миллионов человек. Журналистка Люси Ленг в книге, изданной в Нью-Йорке в 1948 году, утверждала: неназванный по фамилии "высокий украинский чин" заявил, что от голода умерло 6 млн. человек.

Распространилось ещё одно апокрифическое свидетельство, якобы позаимствованное из воспоминаний Уинстона Черчилля о Второй Мировой Войне. Речь идёт о том, что Сталин назвал Черчиллю цифру жертв сплошной коллективизации-10 млн. крестьян. Если внимательно перечитать соответствующее место (в четвёртом томе воспоминаний), то окажется, что речь шла не только о погибших. Касаясь темы, британский премьет-министр сказал: "Вы имели дело не с несколькими десятками тысяч аристократов или крупных помещиков, а с миллионами маленьких людей". Сталин уточнил: "С десятью миллионами... Это было что-то страшное, это продолжалось четыре года, но чтобы избавиться от периодических голодовок, России было абсолютно необходимо пахать землю тракторами". На вопрос что произошло с кулаками, Сталин ответил: "Некоторым из них дали землю для индивидуальной обработки в Томской области, или в Иркутской, или ещё дальше на север, но основная часть была очень непопулярна, и их уничтожили собственные батраки".

Сталин не имел ввиду потери от голода, наличие которого отрицал. Во время этой ночной беседы в Москве 16 августа 1942 года он мастерски перебросил вину за уничтожение многих миллионов крестьян на батраков...

После голода 1933 года демографическая статистика была закрыта. Функции информатора по вопросом рождаемости и общей численности населения Сталин возложил на себя. Выступая в январе 1934 года на XVII съезде ВКП(б), он с нажимом подчеркнул, что население СССР увеличилось до 168 млн. человек. Названная цифра была директивной. Происхождение её совершенно очевидное: официальная оценка Центрального управления народнохозяйственного учёта (ЦУНХУ) СССР на январь 1933 года (165,7 млн.) плюс естественный прирост, составлявший тогда приблизительно 2,5 млн. человек.

Липовая сталинская цифра гуляла только среди пропагандистов. Шёл год за годом, а в изданиях государственной статистики цифра текущего учёта численности населения замерла на показателе 1 января 1933 года.

Сталину не следовало подчёркивать, что в стране существенно повысились показатели естественного прироста. Это явление было кратковременным и объяснялось резким снижением смертности после голодного года: люди преклонного возраста и больные уже погибли во время голодомора. Высокий естественный прирост углубил разрыв между данными будущей переписи и фальсифицированным текущим учётом населения. Но в декабре 1935 года генсек заявил: "Население начало размножаться куда быстрее, чем в старое время. Смертность стала меньше, рождаемость больше, и чистого прироста выходит несравнимо больше. Теперь у нас каждый год чистого прироста населения выходит около 3 миллионов душ. Это значит, что каждый год мы получаем прирост на целую Финляндию".

За образцовое проведение в январе 1937 года Всесоюзной переписи населения начальник ЦУНХУ СССР Иван Краваль был награждён орденом Ленина. Вскоре новый орденоносец прислал И.Сталину и В.Молотову первое сообщение о последствиях переписи. В нём отмечалось, что население СССР на 6 января 1937 года составляет 162 млн. человек.

Таким образом, в 1937 году в Советском Союзе оказалось на 6 миллионов человек меньше , чем в 1934-м году, если верить фальшивой цифре, объявленной тогда Сталиным. К этой ужасной разности следовало ещё приплюсовать фальшивый прирост населения за три года-три Финляндии.

И.Краваль был арестован и расстрелян. Вслед за ним репрессировали почти всех демографов. Был ликвидирован всемирно известный Демографический институт АН.УССР. Перепись 1937 года объявили недействительной и провели её заново в 1939 году.

Сталин учитывал, что после карательно-воспитательных акций население не прекратит "размножаться". Чтобы этот процесс происходил удовлетворяющими военкоматы темпами, он в июне 1936 года запретил аборты. Запрет действовал до 1955 года...

Голод 1932-1933 годов отличается от предыдущего (1921-1923) и последующего (1946-1947) тем, что вызванные им демографические последствия поддаются количественному измерению. Первый советский голод произошёл сразу после семилетней полосы войн, а третий-после истребительной Второй мировой. В обоих случаях невозможно установить, от чего гибли люди, сколько их покинуло территорию страны, сколько прибыло в страну на постоянное проживание.

Сейчас приходится много слышать о украинском голодоморе. Украинские политики посыпают голову пеплом и больше всех кричат, что в основном пострадали украинцы. Но ведь пострадал весь советский народ, в том числе и российские немцы, которые пострадали ничуть не меньше украинцев. 1933 год лишён национальной окраски! Жертвы тоталитарного государства не имеют национальности.

Украинские научные работы последних десятилетий за рубежом не известны. Зато известны утверждения украинских политиков, что в России голода не было, и жалующихся миру, что россияне свели в могилу в голодный год 12 млн, украинцев. Четырёхкратное превышение потерь от голода в УССР и отождествление советского режима с русским народом, который так же страдал в паутине тоталитаризма, отбивают у учёных Запада и России желание объективно разобраться в том, что на самом деле произошло в Украине и чем украинский голодомор отличается от общесоюзного голода.

Изучая данные ЗАГСов о национальной принадлежности умерших мы видим, что на Украине люди гибли по признаку местожительства, а не национальности. Невысокий удельный вес погибших русских и евреев в их общей численности, так как они жили в основном в городах, где функционировала карточная система обеспечения продовольствием. Поляки или болгары гибли в таких же пропорциях, как и украинцы, поскольку основная их часть проживала в сельской местности.

Но сталинский интернационализм заканчивался на границах союзных республик. В семи регионах Европейской части СССР суммарное (город плюс село) количество смертей в 1933 году превышало количество рождений. Данные ЦУНХУ СССР о естественном приросте (или уменьшения) населения говорят именно об этом.

Совокупность данных имеет два среза. Первое. Если признаком голодания считать превышение смерности над рождаемостью, то в хлебопроизводящих регионах голод охватывал сельскую местность, откуда выкачивали зерно, а в хлебопотребляющих регионах-города, снятые с государственного обеспечения в связи с дефицитом хлеба.

Второй срез общесоюзной картины голода определяется лидерством Украины и в определённой степени Северо-Кавказского края. Приведённые данные менее ужасны, чем реальность. Ведь именно на Украине органы ЗАГС регистрировали не более половины голодных смертей, поскольку их работа была дезорганизована голодом. Если бы можно было выделить Кубанский округ, то его показатели приблизились бы к украинским. Так как кубанские показатели растворяются в показателях пяти других округов Северного Кавказа.

Как понимать второй срез общесоюзной картины голода? Свет на это может пролить сопоставление прямых потерь от голода в двух одинаковых по величине хлебопроизводящих регионах-Украине и Поволжье. В двух поволжских краях, охватывающих территорию современных пяти областей (Волгоградская, Оренбургская, Пензенская, Самарская и Саратовская) совокупной площадью 435.000 квадратных километров, от голода умерло, по расчётам московского историка В.Кондрашина, 366.000 человек. В Украине, площадь которой до 1939 года составляла 450.000 кв.км. от голода умерло 3.228.000 человек, то есть на порядок больше.

Поволжский голод 1933 года напоминает украинский голод 1932 года. в обоих случаях у крестьян забирали абсолютно всё зерно-основной продукт питания. Однако в хорошо поставленных крестьянских хозяйствах оставались домашний скот и птица, а также незерновые продовольственные продукты длительного хранения-сало, картофель, лук, свекла, сушка и т.д.

Осенью 1932 года на Украине и на Кубани у не выполнивших хлебозаготовительный план, то есть у подавляющего большинства крестьян, эти запасы продовольствия были конфискованы. В результате голод перерос в голодомор. Подобной конфискации незернового продовольствия, то есть террора голодом, в других регионах СССР не наблюдалось. Следовательно, сталинское тоталитарное государство осуществляло массовые репрессии не только по социально-классовым, но и по национальным признакам. В конце-концов, это не открытие. Вспомним депортации малых народов и национальных меньшинств, начавшиеся именно на Украине в 1934 году (с поляков и немцев)

? Сталинские чистки. Паралельно к формированию режима личной власти И.В.Сталин развернул борьбу против инакомыслящих. Репрессии против "враждебных классовых элементов" усилились. Если в 1929-1932 годах преследования и террор, в основном, были направлены против кулаков, то начиная с середины 30-х они распространились фактически на все слои населения, имели политические причины и были связаны с борьбой за власть. С ними связано и понятие "большая чистка".

Так называемых "врагов народа" находили везде: в партии, в госаппарате, в армии и в промышленности. Жертвами "большой чистки", зловещим символом которой стали показательные процессы, были как русские, так и люди других национальностей СССР, а также инострацы-среди них коммунисты, которые искали в Советском Союзе убежища от фашизма.

После 1933 года многие коммунисты и некоммунисты эмигрировали из Германии и Австрии в СССР. Многие из них нашли в АССР НП и других немецких колониях работу в качестве учителей, редакторов, артистов. Сначала их приветствовали, но террор, преследования, лагеря и смерть не миновали и эту группу людей.

Осуждение арестованных следовало на основании печально известного знаменитого Уголовного кодекса СССР от 1927 года (см. в приложении). Он содержал точное поисание "контрреволюционных преступлений" и предусмотренные за них наказания. Высшая мера-расстрел- рассматривалась в нём как "мера социальной защиты", и в годы диктаторского правления Сталина к нему были приговорены миллионы людей.

Растущее и сознательно раздуваемое недоверие и враждебность, а также ограниченич и репрессии против немцев в СССР имели следующие причины:

1 Сомнения, особенно у Сталина, в лояльности российских немцев после прихода к власти Гитлера в Германии;

2 Недоверие к российским немцам из-за их неприятия раскулачивания и коллективизации;

3 Глубокие религиозные корни большинства немецкого населения.

Началом массовых репрессий против немцев, в целом, можно считать державшуюся в тайне перепись населения в 1934 году. С помощью составленных списков органы власти легко могли арестовать любую подозрительную личность, особенно после нападения Гитлера на СССР. Ещё задолго до начала войны с гитлеровской Германией был составлен тайный план переселения российских немцев из европейской части СССР в азиатскую. С начала 30-х годов было начато систематическое удаление немцев с руководящих должностей АССР НП.

1 В 1931 году практически всё правительство АССР НП было заменено.

2 В середине 30-х годов были заменены функционеры среднего звена в промышленности и култруре.

3 В 1937 году этот процесс был распространён на партийных секретарей кантонов (районов) и руководителей администрации.

4 Между маем 1937 и маем 1938 годов из рядов коммунистической партии большевиков было исключено 874 члена-немца из 5000. состоявших на учёте в республиканской партийной организации. Некоторые кантоны потеряли при этом одну треть своих членов. Недоверие по отношению к немецким коммунистам видно и по числу делегатов областной партийной конференции 1939 года. Из 271 делегата волжских немцев было всего 69. Русские, составлявшие только 30% населения АССР НП, имели 159 своих представителей.

5 Слежка и аресты охватили, в конце концов, большую часть российско-немецкой интеллигенции и представителей церкви. С клеймом "врага народа" они исчезали в прямом смысле этого слова из жизни немецкого меньшинства в СССР.

В 1934 году также была начата полнейшая изоляция немцев от зарубежья. Личные контакты или связи с зарубежными организациями, особенно с немецкими, находились под притсальным наблюдениям и запрещались. Связи АССР НП времён Рапальского договора были аннулированы. Нарушения этой политики объявлялись "контрреволюционной фашистской деятельностью" и строго наказывались.

В связи с всемирной конференцией по промышленности в Генуе, в Рапалло, местечке, расположенном недалеко от места проведения конференции, были проведены дополнительные переговоры между представителями Германского Рейха и Советским Союзом. Эти переговоры привели 16 апреля 1922 года к заключению договора. Подписанным рейхсканцлером Виртом и Министром иностранных дел Ратенау соглашением Германия восстановила прерванные ею в 1918 году дипломатические отношения с Советским Союзом.

Обе стороны обоюдно отказались от репарационных требований (военные убытки). Этим СССР отказывался от ?116 Версальского договора-от обещанных России немецких репатриационных выплат. Германия, в свою очередь, отказывалась от своих требований в адрес Советского Союза за немецкую частную собственность, перешедшую к нему.

Рапальский договор (см. в приложении) привёл к сближению двух государств. Одновременно обоим государствам удалось сломать свою внешнеполитическую изоляцию. Германский Рейх получил, благодаря этому договору, большую свободу действий по отношению к Франции и Великобритании, которые упорствовали в выплате им контрибуций. Советская республика, подписав этот договор, впервые получила международное признание.

В 1935-1938 годах по немецким сёлам прокатилась волна арестов. В одной только Одессе в 1937-1938 годах было расстреляно более 1000 граждан немецкой национальности. В московской газете "Новая жизнь" по этому поводу 18 сентября 1991 года был напечатан список расстрелянных немцев (см. в приложении). Свидетели этого времени в своих интервью также смогли представить документы о безвинных убийствах членов их семей, их судьбах, как, например, госпожа Грабовская, живущая сейчас в Берлине (см. в приложении). Ей только в 1990(!) году удалось после собственных запросов в КГБ СССР получить информацию о расстреле отца в 1937 году. Но даже и сейчас во многих документах о реабилитаци или о расстреле, в графе "причина смерти", пишется не слово "расстрелян", а пишется "огнестрельное ранение головы".

С какими невероятными злоупотреблениями закона сталинская машина террора воевала в то время против немецкого населения Украины ясно показывает операция НКВД летом 1938 года, о которой сообщалось уже в 1995 году в рамках одного расследования, основанного на архивных документах НКВД (см. Сталинский террор против немецкого населения на Украине).

? Репрессии против советских немцев до начала массовой операции 1937 года. Усиление в Германии влияния национал-социалистической партии отражалось на положении советских немцев в СССР. После значительного успеха национал-социалистов на мартовских президентских выборах в Германии 1932 года, свидетельствовавшего о росте их популярности и реальной возможности прихода к власти, в СССР начинает активно проявляться недоверие к советским немцам, их рассматривают как потенциальную опасность для советского государства. В июне 1932 года в циркуляре ОГПУ "о борьбе с разведывательной и вредительско-диверсионной работой немецких фашистов против СССР" в качестве основного направления подрывной работы российских немцев указывалось на усиление открытой фашистской пропаганды. Под такого рода пропагандой понималось высказывание немцами недовольства условиями и оплатой труда, создание ими кружков, распространение "фашистской" литературы для идеологической обработки отдельных лиц и групп. Так, в указанный период значительную тревогу вызвало распространение в СССР листовки, написанной бывшим депутатом-коммунистом одного из ландтагов Германии Г.К.Геймом, который уехал в Советский Союз, чтобы принять участие в социалистическом строительстве, но через полтора года каторжного труда на шахте "Американка" в Донбассе в ноябре 1931 года вернулся в Германию инвалидом. По возвращении он создал комитет, целью которого стала задача рассказать всему миру правду о социалистическом пролетарском государстве, о тяжёлых условиях жизни советского рабочего. Распространение подобной литературы, в соответствии с законодательством того времени. Подпадало под действие статьи Уголовного кодекса.

Одновременно в циркуляре ОГПУ намечались задачи на длительный период, определявшие деятельность органов госбезопасности в отношении советских немцев: устанавливались лица немецкой национальности, находящиеся в переписке с родственниками в Германии и других странах, усиливалось наблюдение за специалистами-немцами в оборонных отраслях промышленности и служащими в Красной Армии.

Из резидентуры в Германии поступали сведения, что бывший директор германской сельскохозяйственной концессии "Друзаг" на Северном Кавказе Ф.Дитлов собрал и обработал целую серию диапозитивов о голоде в СССР. В спецсообщении заместителю наркома Я.Агранову содержались сведения о том, что Дитлов передал диапозитивы для распространения в США, во Францию, в Швейцарию. На это последовало указание Агранова активизировать борьбу с советскими немцами, передававшими информацию и, таким образом, распространявшими "клевету о голоде" в СССР.

Предпринимались попытки давления на аккредитованных в СССР немецких журналистов, которые публиковали в Германии статьи о реальном положении дел в Советском Союзе. Так, в июне 1935 года был арестован Гергард Фридрихович Греплер, секретарь-переводчик корреспондента германского издательства "Шерль" Карла Ганса Гербинга. Расследование дела о так называемой немецкой фашистской группе, действовашей якобы по заданию германского разведчика Гербинга, проводилось в Экономическом отделе ГУГБ НКВД СССР. Нарком внутренних дел Г.Ягода направил спецсообщение Сталину с протоколом очередного допроса Греплера. Германский подданный Гербинг арестован не был, и все беды обрушились на советского немца, гражданина СССР. Никаких фактов, подтверждающих шпионскую деятельность "группы", в спецсообщении не содержалось.. Всё обвинение строилось на том, что Гербинг встречался с заведующим отделом печати Наркомата иностранных дел Подольским, в чьи служебные обязанности входило предоставление информации о жизни в СССР иностранным корреспондентам. Обвинение было настолько абсурдным, что даже крайне подозрительный секретарь ЦК ВКП(б) написал на спецсообщении: "надо похерить это пустяковое дело. И.Сталин".

В 1933-1934 годах когда резко обострившееся социально-экономическое положение в стране привело к массовому голоду в ряде регионов, резко возрос поток помощи советским немцам из-за рубежа от таких организаций как "Союз зарубежных немцев" и "Братья в нужде". По данным Главного управления государственной безопасности, в 1934 году советским немцам, компактно проживавшим на Украине, в Северо-Кавказском крае и АССР НП, было передано 600.000 марок и 14500 долларов. Дипломаты, иностранные специалисты, представители церкви привозили деньги, а затем активисты этих организаций в СССР передавали их самым нуждающимся. Очень скоро распространители материальной помощи подверглись массовым арестам. Только за 1934 год было арестовано около 4000 российских немцев. Советское руководство связь между немцами двух государств рассматривало как фактор, способствовавший усилению влияния Германии на немецкое население СССР, а помощь со стороны зарубежных немцев-как "фашистскую помощь".

В целом же репрессии против немцев-граждан СССР были неотъемлемой частью общей карательной политики, проводившейся советским государством. Например, при периодических чистках в Красной Армии основанием для увольнения могло стать социальное происхождение или кажущаяся политическая неблагонадёжность. В октябре-ноябре 1935 года очередная чистка затронула национальную дивизию РККА, размещавшуюся в Республике немцев Поволжья. Как выходцы из "кулацких" слоёв, духовенства были уволены 43 военнослужащих-немца (семь офицеров и 36 красноармейцев).

В некоторых случаях меры, нарушавшие права советских граждан, мотивировались тем, что необходимо исключить утечку секретных сведений. Так, в мае 1934 года стало известно, что германский военный атташе в Москве полковник Гартман передал японскому военному атташе подробные данные о советских военных самолётах и некоторых авиационных заводах. Сведения были достоверные. Немедленно было принято решение об удалении всех немцев с тех двух заводов, которые были упомянуты в сообщении Гартмана. Однако подобные приказы и циркуляры принимались и в отношении поляков, и в отношении корейцев. В соответствии с этими директивами органы госбезопасности обязаны были ставить их на учёт на особо важных промышленных объектах и железнодорожном транспорте и постепенно удалять с ряда объектов. Имеющих оборонное значение, и из армии.

Поскольку циркуляры и ориентировки центральных отделов ГУГБ НКВД СССР носили рекомендательный характе и укзывали сотрудникам периферийных органов лишь общие направления и содержание их дальнейшей деятельности, существенную роль в усилении репрессий против советских немцев сыграла разработка Секретно-политическим отделом (СПО) Центра "Арийцы". В мае 1935 года был направлен на места циркуляр СПО "О немецкой фашистской организации в СССР". Основные обвинения в нём выдвигались против представителей советской интеллигенции-преподавателей высших и средних учебных заведений, литературных работников издательств. В результате как непосредственные руководители "фашистской организации" был арестованы профессор Московского института новых языков Е.А.Мейер, юрисконсульт Высшего лютеранского совета П.А.Альтгаузен и ассистенка Саратовского педагогического института З.Г.Клюк-сестра ранее арестованного пастора Клюка. Как примыкавшая к руководящему звену организации была арестована группа сотрудников редакции по выпуску иностранных словарей.

На примере фальсифицированного дела "Арийцы" ясно видна классическая схема организации соедствия для привлечения обвиняемых к уголовной ответственности, как врзникали основные составляющие уголовного дела. Как правило, в таких делах обязательно присутствуют связь организаций с сотрудниками германского посольства, консульств, что в ходе следствия рассматривается исключительно в качестве шпионской деятельности. В случае "Арийцев" речь шла о секретаре посольства Штельцере и сотруднике посольства Шульце, дававших рекомендации по созданию "фашистских" групп и снабжавших членов организации литературой определённого рода. В зависимости от того, в какой сфере жизни советского общества была "вскрыта" та или иная так называемая контрреволюционная группа или организация, и по мере дальнейшего обострения советско-германских отношений роль сотрудников германских представительств варьировалась различным образом. Так, вноябре 1936 года нарком внутренних дел Н.Ежов докладывал Сталину об аресте 19 германских подданных и более 80 советских граждан, большую часть которых составляли немцы. Арестованы они были по делу "Коричневая паутина". Нарком иностранных дел М.М.Литвинов предложил убрать из показаний арестованных недоказанный и ничем не подтверждённый факт передачи сотрудником германского посольства одному из участников организации... бомбы для совершения террористического акта.

После убийства в декабре 1934 года С.М.Кирова органы госбезопасности не только повысили роль охранных структур, занимающихся физической защитой лидеров, но, начиная с 1935 года, регулярно практически в каждой вскрытой так называемой контрреволюционной организации стали пресекать попытки террора. Так и Мейер, и Альтгаузен, проходившие по делу "Арийцы", сознались в том, что ставили целью создание террористических организаций.

В течение 1935-1936 годов в СССР были "раскрыты" сотни "террористических организаций". В декабре 1935 года Военная коллегия Верховного суда осудила так называемую группу германских шпионов-террористов в количестве десяти человек, в составе которой были два советских немца. Группа характеризовалась как опаснейшая террористическая организация германской разведки, готовившая террористический акт в Москве на Красной площади, в день Великой пролетарской революции-7 ноября 1935 года. В закрытом письме наркома внутренних дел Г.Ягоды особо отмечались рекордные сроки следствия: оно было закончено в течении двух недель и передано в Военную коллегию Верховного суда СССР. Вильгельм Брунович Бауэр, работавший в управлении Московского метрополитена, и ещё двое обвиняемых по этому делу, в отличии от других категорически отрицавшие свою вину, не были расстреляны, а получили различные сроки лишения свободы.

В это же время, якобы по заданию Гааге, представителя одной из германских фирм в СССР, а затем и сотрудника германского посольства Мергнера, другая "террористическая организация", во главе которой стояли братья Борис и Константин Миних, подготавливала террористический акт против Сталина. Основанием для привлечения их к уголовной ответственности стал интерес братьев к маршруту его передвижений по Москве. Семь человек были приговорены к высшей мере наказания.

Помимо громких дел, ориентировки и закрытые письма о которых рассылались во все регионы, в управлениях проводилась каждодневная рутинная работа, затрагивавшая интересы советских немцев. В это период в СССР шла значительная миграция населения: в связи с коллективизацией сельские жители из боязни раскулачивания и насильственного вовлечения в колхозы меняли место жительства и часто переезжали в крупные города. В процессе периодических "чисток" городов, органы госбезопасности, основываясь на показаниях ранее арестованных, выявляли эту категорию населения и подвергали репрессиям. Так, после ареста в феврале 1935 года в Саратове и ряде районов области пастора Бадер и ещё семи человек начальник управления Пилляр срочно по прямому проводу сообщал Г.Ягоде о существовании контрреволюционной организации в Ленинграде, состоящей якобы из кулаков, бежавших из Республики немцев Поволжья. Нарком внутренних дел дал указание об аресте работавших в Ленинграде трёх братьев Эккарт, М.М.Франка, М.И.Кестлер.

Некоторые направления карательной политики в отношении советских немцев, проживавших на определённой территории, позволяет выделить деятельность в 1935 году Управления НКВД по Азово-Черноморскому краю. Из более 300 спецсообщений о самых важных разработках по линии ЭКО, СПО и Особого отдела, содержащихся в еженедельных сводках, присланных в центр, советские немцы фигурировали в десяти спецсообщениях. При этом ни в одном из них не упоминается об активных формах сопротивления. Об участии в актах саботажа, во вредительстве или других контрреволюционных преступлениях. В одном сообщении содержится разработка военнослужащего из 84-го полка, дислоцированного в Ростовской области: он был арестован за подготовку побега в Германию и приговорён Военным трибуналом Северо-Кавказского военного округа к расстрелу. В остальных спецсообщениях в центр-доклады о контрреволюционных проявлениях среди советских немцев, связанных с жалобами на трудное материальное положение. Гергард Гергардович Гизбрехт подвергся аресту, поскольку получал помощь от организации "Братья в нужде", другая немецкая семья отправила письмо в Германию в адрес общества "Фаст и Бриллиант" с просьбой о материальной помощи и была арестована за "клевету", содержащуюся в послании; в городе Кропоткин были арестованы бывшие служащие концессии "Друзаг", потерявшие работу в связи с закрытием предприятия и получавшие помощь из Германии. На этом фоне более радикально настроенной выглядит группа из четырёх человек, проходившая по делу "Фашисты". В её состав входили бывший член меньшевистской фракции, бывший офицер царской армии и два судебных работника, восхвалявших антибольшевистскую направленность внешнеполитического курса нацистской партии, что сочеталось с антисоветскими разговорами и заимствованием нацистского приветствия "Хайль Гитлер" при встречах.

В Республике немцев Поволжья в 1935 году было раскрыто несколько десятков "Контрреволюционных фашистских немецких организаций". Необходимо отметить, что в течение 1934 года и особенно в 1935 года в связи с существенным экономическим и культурным ростом Республики резко возрос приток туда немецкого населения, сбежавшего в голодные 1930-1933 годы. Кроме того, в связи с завершением паспортизации в Москве, Ленинграде, Сталинграде, Азово-Черноморском крае и других местах советские немцы возвращались из этих регионов. Уже в четвёртом квартале 1935 года в Республике немцев Поволжья было арестовано 218 человек, проходивших по пяти "организациям" и 17 отдельным группам. Из них 42 человека вернулись в Республику в течение 1935 года. Характеристики арестованных были точно такие же, что и в других краях и областях. Было арестовано 40 колхозников из середняков и зажиточных, 35 из них являлись долголетними участниками религиозных сект. Из 17 рабочих 14 были выходцами из семей кулаков и торговцев. ?7 педагогов и учащихся немецких вузов характеризовались как выходцы из социально чуждой среды.

По делу "Друзья" было арестовано 55 человек. У двух участников организации обнаружили письма одного из руководителей союза "Волгадойче" в Берлине Генриха Магеля, бывшего текстильного фабриканта в Бальцерском кантоне. В письмах содержались крамольные идеи о том, что с появлением у власти Гитлера вся Западная Европа находится вне всякой революционной опасности, а по мере развития фашизма и национал-социализма уничтожается основа всемирной революции. Среди участников организации распространялась литература из Германии, осуществлялось прослушивание радиопредач. Так из библиотеки Наркомпроса в г. Энгельс была изъята изданная в 1933 году в Германии трилогия "То, что волнует немцев". Книги трилогии назывались "Волга-Волга", "Рейн и Волга", "В Поволжье", и, по мнению следователей, в них развивалась идея "маленькой Волжской Германии". В это же время были арестованы преподаватели Немецкого педагогического института К.В.Штрек и О.Г.Фальтин, якобы передававшие в посольство сведения о положении в немецкой деревне и на промышленных предприятиях. О настроениях интеллигенции и колхозников.

Интерес к событиям, происходившим в Германии, расценивался как фашистская пропаганда. По делу "Концессионеры" были арестованы бывшие служащие германской концессии "Друзаг" в Северо-Кавказском крае-31 человек. Они обвинялись в том, что были "обработаны" в гитлеровском духе, так как восхваляли оплату и условия труда в Германии. И делался вывод: в случае войны с Германией они могут выступить против СССР, подняв вооружённое восстание.

Типичными были преследования за религиозные воззрения. По делу "Ракета" подверглись аресту 18 меннонитов-членов религиозной группы, основу которой составляет проповедь смирения и полное отрицание насилия. Им инкриминировалось то, что они встречались якобы для обсуждения задач и способов борьбы с советской властью и колхозным строем. Правда, один из участников, Ризен, работал в Лизандергеймском сельсовете и действительно снабжал бежавших крестьян документами, что было довольно распространённым явлением во многих областях СССР.

На начало 1936 года в Республике велось 98 дел, по которым в качестве подозреваемых проходили 1441 человек. к середине 1930-х годов произошли существенные изменения в характере дел о вредительстве и диверсиях в народном хозяйстве. В конце 1920-начале 1930-х годов на показательных процессах о вредительстве в залотоплатиновой промышленности, по делу "Промпартии" обвиняемыми становились, как правило, специалисты, трудившиеся в отрасли ещё до революции, т.е. буржуазные специалисты. В материалах уголовных дел содержались фальсифицированные данные об их связях с бывшими владельцами предприятий, с иностранными разведками.

По мере обострения отношений СССР с рядом европейских государств, прежде всего с Германией, в 1935-1936 годах прокатывается целая волна "раскрытых" органами госбезопасности дел о контрреволюционных организациях, созданных якобы по заданию германских разведывательных органов. Своеобразным толчком к этому послужила директива Экономического отдела НКВД о разрушительной деятельности германской разведки в народном хозяйстве, разосланная в январе 1936 года. Местные органы внутренних дел были нацелены на поиск вредителей прежде всего среди лиц немецкой национальности. В конце года по итогам работы экономических отделов делался вывод о том, что "роль организаторов и вдохновителей контрреволюционных организаций выполняют германские подданые, а основными кадрами контрреволюционных организаций являются немцы-советские граждане". В директиве были указаны 17 наиболее типичных дел по разоблачению вредительства и диверсий в различных отраслях промышленности. Прежде всего речь шла о нескольких организациях, якобы созданных в Западно-Сибирском крае на Кузнецком металлургическом комбинате (германские специалисты Кмох и Бернт, помогавшие налаживать листопрокатное оборудование, создали организацию для подготовки диверсий после начала войны между СССР и Германией). 10 немцев-граждан СССР были арестованы на Московском авиационном заводе ?22. В делах обвиняемых со второй половины 1936 года появляются утверждения о том, что немецкая разведка широко использовала для Шпионской и диверсионной работы троцкистов. Упоминаемые в следственных делах реабилитированные сегодня участники фальсифицированных августовского 1936 и январского 1937 года процессов являлись якобы исполнителями диверсионных заданий германской разведки. Таким образом эти дела свидетельствуют о своеобразной подготовке СССР к вероятной войне с Германией.

Появление специальных циркуляров и директив в отношении немецкого населения не означало, однако, что советские немцы испытывали наибольшее давление и преследования. Аналогичные и даже более жёсткие установки в карательной политике в СССР касались советских граждан польской национальности, корейцев, (последние рассматривались как потенциальная база японской разведки). Число лиц арестованных по обвинениям в шпионской деятельности в пользу Германии, безусловно, возрастало. Если в 1932 году их было 119 человек, то накануне массовых репрессий в 1935 году эта цифра возросла до 719, но в 1936 году число арестованных снизилось до 596. Однако за шпионаж в пользу Польши в 1935-1936 годах было арестовано 3528 человек. в пользу Японии 2263, а в пользу Германии 1315 человек.

В исследуемый период значительно увеличилось число арестованных политэмигрантов из Германии. С февраля 1936 года, когда было принято Постановление ЦК ВКП(б) "О мерах, ограждающих СССР от проникновения шпионских, террористических и диверсионных элементов", их начинают подвергать преследованиям и необоснованным арестам. В соответствии с постановлением ЦК ВКП(б), Коминтерн и НКВД СССР обязаны были в течении трёх месяцев провести полный переучёт политэмигрантов, прибывших в СССР по линии МОПРа (Международной организации помощи бойцам революции), ИККИ (Исполнительного комитета Коммунистического Интернационала) и Профинтерна. Одна из главных задач заключалась в том, чтобы выявить политэмигрантов, подозреваемых в шпионаже или враждебной, антисоветской деятельности, которых поначалу предполагалось выслать из СССР, но затем решили арестовать. На 1 июля 1936 года из почти 6000 германских подданных были учтены и установлены 811 политэмигрантов из Германии (по данным МОПРа, числились въехавшими в СССР 1332 человека). Компрометирующие материалы имелись на 414 человек.

Таким образом, репрессии в отношении советских немцев в период с 1932 по 1936 годы (до начала массовых операций) не носили характера особо жестоких и последовательных преследований в СССР этой категории населения. Социальные и политические мотивы, превалировавшие в процессе различных разработок, проводимых НКВД СССР, распространялись на все категории населения СССР.

? Из истории "немецкой операции" НКВД 1937-1938 годов.

1.

"Всех немцев на наших военных, полувоенных и химических заводах, на электростанциях и строительствах, во всех областях всех арестовать"

С этой записки Сталина, приложенной к протоколу заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 20 июля 1937 года (П51/324), собственно говоря, и начинается "немецкая операция" НКВД.

В автографе поражает гипертрофированная агрессия стиля: на крохотном блокнотном листе, едва вмещающем размашистый почерк вождя, одиннадцать раз встречается буква Х-большой, бросающийся в глаза, косой перечёркивающий крест. Показательно и то, что Сталин трижды употребляет форму всех (единожды с подчёркиванием): квантор всеобщности, характерный для семинарской риторики генерального секретаря, в контексте записки приобретает откровенно зловещий, аннигилирующий смысл. Известные теперь результаты "немецкой" и других национальных операций НКВД вполне оправдывают эти ожидания.

Текст последующего решения Политбюро Сталин также пишет сам:

"Вопрос НКВД. Членам Пб. ОП.

Предложить т. Ежову дать немедля приказ по органам НКВД об аресте всех немцев, работающих на оборонных заводах (пртиллерийские, снарядные, винтовочно-пулемётные, патронные, пороховые и т.п.), и высылке части арестованных за границу.

Копию приказа прислать в ЦК.

О ходе арестов и количестве арестуемых сообщать сводки (ежедневные) в ЦК.

За / И.Ст<алин>.

Подписи соратников-внизу наискосок:

В.Чубарь, Ежов, В.Молотов, К.Ворошилов, Каганович, А.Микояе.".

Оперативный приказ 00439 был выпущен Ежовым 25 июля 1937 года и в тот же день разослан телеграммами по всем управлениям НКВД. Текст приказа хорошо известен современным исследователям, поэтому целесообразно напомнить лишь основные его положения.

Преамбула содержала обоснование планирующихся репрессий:

"Агентурными и следственными материалами последнего времени доказано, что германский Генеральный Штаб и Гестапо в широких размерах организуют шпионскую и диверсионную работу на важнейших, и в первую очередь оборонных, предприятиях промышленности, используя для этой цели осевшие там кадры германских подданных.

Агентура из числа германских подданных, осуществляя уже сейчас вредительские и диверсионные акты, главное внимание уделяет организации диверсионных действий на период войны и в этих целях подготавливает кадры диверсантов".

Чтобы "полностью пресечь эту деятельность", нарком приказывал арестовать всех германских граждан, проживающих в СССР, работающих (или работавших ранее) в оборонной промышленности и на железных дорогах. На аресты было отведено пять дней, начиная с 29 июля. После "особо тщательного" следствия дела должны были быть направлены на рассмотрение Военной коллегии Верховного суда или Особого совещания при НКВД.

Речь в приказе, однако, не ограничивалась только германскими гражданами:

"Вновь выявляемых в процессе следствия германских агентов-шпионов, диверсантов и террористов, как из числа советских граждан, так и подданных других государств, немедленно арестовывать, независимо от места их работы".

Одновременно предписывалось произвести срочный учёт германских подданных, работающих во всех других отраслях советского хозяйства, а кроме того, бывших германских подданных, принявших советское гражданство, но ранее работавших в оборонной промышленности. На всех них следовало представить в Москву мемеорандумы с окмпрометирующими материалами. "для решения вопроса об аресте". Вдогонку приказу по областям ушли десятки телеграмм с перечислением военных заводов и цехов оборонного значения, где следовало провести аресты.

Если сопоставить записку Сталина, приведённую выше, с текстом решения Политбюро, а также с приказом 00439, легко заметить, что задачи операции в приказе резко сужены-речь в нём идёт не о "всех немцах", а только о "германских подданных". Кроме того, в приказе по сравнению с запиской сужен также и перечень отраслей промышленности, где следовало произвести аресты. Трудно представить, что такое ограничение явилось следствием внезапного "помягчения" вождя. Причина была, конечно, совершенно иная.

К моменту появления приказа 00439 у Сталина уже вполне сформировался общий план предстоящих чисток. Центральное место в нём рядом с уже начавшейся генеральной чистки партийно-государственной элиты занимали две массовые операции, призванные, согласно сталинско-ежовской аргументации, уничтожить потенциальную "пятую колонну" в преддверии войны.

Целью первой из них была генеральная "очистка" страны от "бывших людей", в самом широком значении этого термина, то есть от всех категорий "традиционных" врагов советской власти (в терминологии НКВД-лиц с "компрометирующим социальным и политическим прошлым"): от "недобитых" кулаков, бывших помещиков, царских чиновников, белых офицеров, "церковников", эсеров, меньшевиков и т.д., а также от уголовников-рецидивистов. Их массовыми арестами и расстрелами НКВД должен был ликвидировать "повстанческую базу" в СССР на случай войны.

Задачей второй операции, раздробленной на операции по отдельным национальным "линиям", была ликвидация в СССР "шпионско-диверсионной базы" стран "капиталистического окружения", а объектом репрессий-иностранные колонии и другие сообщества, прямо или косвенно связанные с заграницей.

В рамках этой второй операции три "линии" по очевидным причинам рассматривались как основные: польская, харбинская (в НКВД её часто называли "харбино-японской") и немецкая. В такой последовательности НКВД и приступил к их реализации.

То, что осуществление массовой операции по немецкой "линии" было на некоторое время отложено, обусловлено, как утверждают историки, несколькими обстоятельствами. Во-первых, немецкая операция не был так хорошо подготовлена, как польская или харбинская-и с предварительно собранными показаниями, необходимыми для определения репрессируемых контингентов, дело здесь обстояло значительно хуже. Во-вторых, сыграл свою роль относительно невысокий статус немцев в СССР, их небольшое, по сравнению, например, с поляками или латышами, предствительство на вершинах советской иерархии. Ни о каком "центральном деле" вроде дела ПОВ ("Польской организации войсковой") здесь речь идти не могла. В-Третьих, определённые препятствия политического характера возникали в связи с наличием у советских немцев собственного государственного образования на территории СССР. Имело значение и многое другое, например, то, что репрессии против немцев в предшествующие четыре года носили гораздо более жёсткий и масштабный характер, чем против тех же поляков или харбинцев, то есть частично чистка здесь уже была произведена. Учитывался и внешнеполитический фактор. Всё это привело к тому, что массовые национальные операции начались с "линий" более ясных и лучше подготовленных.

5 августа начались аресты по приказу 00447 (так называемая "кулацкая операция"), 15 агуста-по приказу 00485 ("польская операция"), затем вступает в силу приказ 00486, посвящённый жёнам и детям "врагов народа", одновременно готовится приказ по харбинцам (00593), который будет издан 20 сентября. По масштабам все эти операции несопоставимы с операцией против германских подданных. Например, к 31 августа по "кулацкой операции" было арестовано уже около 150.000 человек и более 30.000 из них было расстреляно, в польской операции счёт жертвам также шёл уже на тысячи. При этом интенсивность арестов и расстрелов возрастала здесь с каждой неделей.

Немецкая же "линия" на первом этапе была сведена до наиболее очевидного направления-репрессий против германских граждан по приказу 00439. Операция началась в ночь на 30 июля. Через неделю, 6 августа, Ежов сообщал Сталину: "Всего по СССР арестовано 340 человек германских подданных. Москва и Московская область 130 человек. Ленинград и Ленинградская область 45 человек, Украинская ССР 52 человека, Горьковская область-20, Свердловская-26, Сталинградская-12, Азово-Черноморский край-13, Орджоникидзевский-18, другие республики и области 24 человека. В результате следствия уже в настоящее время вскрыто 19 шпионско-диверсионных ризентур на ряде крупнейших промышленных предприятий. По полученным к 5 августа показаниям германских подданных арестовано 43 немецких агента из советских граждан и дополнительно арестовывается 52 человека".

Записка Ежова фиксирует завершение лишь начального, самого бурного периода арестов. Интенсивность их уже в ближайшие недели заметно снизилась. И хотя в новом докладе Сталину 29 августа Ежов бодро рапортовал о множестве вскрытых шпионско-диверсионных групп, приводимые им здесь же цифровые итоги операции свидетельствовали о её постепенном затухании. По данным Ежова, с 29 июля по 28 августа "всего по СССР арестовано 472 германских подданных. Москва и Московская область-130, Ленинград и Ленинградская область-79, Украинская ССР-106, Азово-Черноморский край-54, Свердловская область-26, другие области и республики-77". Как легко заметить, рост числа арестованных произошёл лишь в Ленинграде, на Украине, в Азово-Черноморском крае. В Москве, Свердловской области и прпактически во всех других регионах он остановился на цифрах начала августа: по-видимому. Здесь ресурсы приказа 00439 оказались уже в основном исчерпаны.

Несмотря на это, операция по приказу 00439, рассчитанная первоначально на пять дней, не была прекращена и теперь. Об этом свидетельствуют разного рода распоряжения, связанные с приказом 00439 (например, требования о присылке отчётности) и рассылаемые из Центра (Центрального аппарата НКВД СССР) в местные НКВД-УНКВД. Однако эти регулярные разъяснения относятся преимущественно к августу-началу сентября 1937 года, затем приказ 00439 в переписке НКВД упоминается реже. Это и понятно: операции против германских граждан изначально отводилось достаточно частное место в системе политического террора 1937-1938 годов, а к началу осени первоочередная её задача-"очистка" "номерных" оборонных заводов и цехов-уже была в основном выполнена. Одновременно она явилась прелюдией к иной, гораздо более ширококй немецкой операции, развивавшейся по аналогии с другими национальными операциями.

Моделью для всех массовых национальных операций 1937-1938 годов стала первая из них-польская. Приказ 00485 о начале польской операции уже содержал все те главные установки, которые легли в основание последующих аналогичных приказов по национальным линиям.

Преамбула таких приказов обычно состояла из утверждений об активизации на территории СССР деятельности разведорганов соответствующей страны и перерастании этой деятельности на современном этапе из разведывательной в диверсионно-террористическую и повстанческую. В приказе непременно наличествовал точный перечень репрессируемых контингентов, назывались сферы, подлежащие чистке в первую очередь, определялись сроки проведения операции и формы отчётности по ней. Предписывался и особый (впервые вводимый в практику НКВД) порядок осуждения-"альбомный": работники управлений НКВД на местах по окончании следствия составляли справки на каждого арестованного с предложением о приговоре (расстрел или заключение в лагерь на 5-10 лет), справки, скомплектованные в специальный список ("альбом"), подписывали. Поддерживая или корректируя предложенные меры, начальник УЕКВД и местный прокурор, затем альбом направляли в Москву, где окончательное решение выносили нарком внутренних дел и прокурор СССР (Ежов и Вышинский). Приговоры исполнялись по возвращении альбомов в местные УНКВД.

Развитие немецкой "линии" репрессий в основном укладываются в "польскую модель": близки контингенты, подлежащие аресту, совпадают время активизации и продления операций, характер обвинений и способ оформления приговоров, сроки и формы отчётности. Более того, развитие обеих операций с какого-то момента определется одними и теми же директивами.

Однако для польской "линии" с самого начала имелась регламентирующая документация, которая объясняет основные параметры операции: это и вышеупомянутый приказ НКВД 00485, это и прилагаемое к приказу директивное письмо, ориентирующее исполнителей в истории борьбы с польским шпионажем, это, наконец, и значительное число уточнений, дополнений, частных и общих указаний по разным поводам, изданных в процессе проведения операции.

Регламентирующая база немецкой операции несравнимо менее подробна, особенно на начальных этапах. По существу, кроме приказа 00439, не самым прямым образом связанного с последующей массовой операцией, здесь ничего не имелось. Прежде всего нет приказа о начале немецкой операции. По-видимому, его и не было вовсе-случай для 1937-1938 годов не единичный. И поэтому, несмотря на всё сходство между немецкой и польской национальными "линиями" репрессий, всё же остаётся целый ряд вопросов, касающихся специфики немецкой операции. Ответить на них помогают некоторые документы более раннего времени.

В этом смысле особенно важны два директивных письма, изданных ГУГБ НКВД в начале 1937 года. Первое из них (12 от 14.02.1937) "О террористической, диверсионной и шпионской деятельности немецких троцкистов, проводимой по заданиям гестапо на территории Союза ССР" оказало значительное влияние на характер последующих репрессий против политэмигрантов из Германии. Во втором директивном письме (26 от 2 апреля 1937 года) "О возрастающей активности германских разведывательных органов и специальных учреждений фашистской партии (иностранный и внешнеполитический отделы "Антикоминтерн", разведывательная служба охранных отрядов и так далее) на территории Союза ССР" и в приложенной к нему многостраничной "Ориентировке о деятельности германских фашистов в СССР", созданным по следам только что прошедшего февральско-мартовского Пленума ЦК, уже явственно просматриваются контуры грядущей немецкой операции:

"Материалы по делам, ликвидированным во второй половине 1936 года, свидетельствуют о том, что значительно усилилась деятельность германских фашистов, типичная для предвоенного периода. Конкретная деятельность германских разведывательных органов на нашей территории развивается в следующих направлениях:

1. Организация террористических групп и создание кадров террористов-одиночек из среды граждан СССР для организации центральных террористических актов.

2. Создание диверсионных ячеек на всех сколько-нибудь значительных оборонных предприятиях с таким расчётом, чтобы к моменту войны развернуть разрушительную работу на основных предприятиях оборонного значения. Осуществление ряда диверсионных актов уже в настоящее время.

3. Организация совместной подрывной работы с антисоветским троцкистским подпольем внутри Советского Союза.

4. Создание в среде немецкого населения действенных повстанческих баз в тылу, подготовка к организации вооружённых выступлений к моменту войны.

5. Проникновение в ряды Красной Армии для создания в воинских частях террористических и диверсионных формирований.

Практика показала, что все эти формы враждебной работы в действительности не отделены друг от друга, а, наоборот, переплетаются самым тесным образом. Большинство ликвидированных немецких диверсионных резидентур и организаций занималась паралельно организацией террористической работы, все проводили резведывательную работу, а в районах, где имеются сколько-нибудь значительные группы немецкого населения, одновременно подготовляли повстанческие кадры. Немецкие террористы, диверсанты, шпионы и организаторы массовой фашистской работы выступают почти повсеместно в одном лице".

Думется, что апрельское директивное письмо сыграло роль в подготовке "большого террора", в особенности немецкой операции. Определив общеполитическую ситуацию как "предвоенный период" (этот фактор станет через несколько месяцев стратегическим при проведении массовых репрессий), оно, кроме того, перечислило набор и характер возможных обвинений и указало сферы, на которые следовало обратить особое внимание. Прямое отношение к будущей немецкой операции имело и предписание "создать точный оперативный учёт всех контингентов, используемых германской разведкой (политэмигрантов, германско-подданных, бывших германско-подданных, принявших гражданство СССР, и других). Также предшествовало целой серии будущиз репрессивных решений требование установить тотальный контроль за германскими дипломатическими представительствами и всеми лицами, с которыми были связаны их сотрудники:

"Усилить всеми мерами внутреннее и наружное наблюдение, разработку связей работников германских дипломатических учреждений, фиксируя как все встречи сотрудников этих учреждений в городе, так и посещения консульств. Всех установленных таким путём систематически разрабатывать, имея в виду, что каждое из установленных таким образом лиц может являться проводником и организатором подрывной деятельности германских фашистов на нашей территории".

Не менее значимую для дальнейших массовых репрессий картину даёт анализ Ориентировки. Если суммировать наблюдения и выводы авторов этого документа о концентрации усилий германских агентов в области шпионажа, террора, диверсий и повстанческой работы, становится очевидно, что под прицел НКВД попадают прежде всего крупные промышленные районы и/или места компактоного проживания немцев на Украине (Донбасс, Краматорск, Запорожье, Днепропетровск, Житомир, Одесса, Харьков), в Москве и Ленинграде, в Западно-Сибирском крае и прилегающих районах Казахстана, в Саратовской области, в Азово-Черноморском крае, в Крыму.

При этом только на Украине, в Москве и Ленинграде устанавливается наличие крупных террористических шпионских и диверсионных организаций. В остальных отмеченных регионах на первый план выступает антисоветская и повстанческая деятельность немцев. Ориентировка-текст не директивный, а констатирующий, но заострение чекистского внимания на тех или иных явлениях, группах и регионах достаточно симптоматично и провокативно. Через несколько месяцев именно они станут определяющими в развитии репрессий против немцев в СССР.

Переход от локальных арестов германских подданных на военных заводах и учётно-агентурной работы по всем немецким контингентам к массовой репрессивной операции "альбомного" типа не мог произойти без мощного системообразующего воздействия "польского" приказа, изданного 11 августа. Установки польского приказа и в ещё большей степени, практика его реализации определили основные формы и масштабы репрессий, направленных на все те национальные контингенты, которые осознавались как "база иностранных разведок". Распространение "польских" стереотипов на другие национальные группы часто происходило автоматически, а соответствующее распоряжение Центра санкционировало в таких случаях уже сложившуюся практику на местах. Так, например, произошло с румынской операцией, которая самостоятельно началась на Украине в августе 1937 года, с финнами, "чистить" которых начали самостоятельно в Ленинградской области и в Карелии в сентябре-октябре 1937 года. Для обоснования операций против этих национальных контингентов так и не было издано специальных директив (в отличие, скажем, от латышской, греческой и афганской "линий"): с какого-то момента они просто включались в общие директивы по продлению и активизации операций, в указания по отчётности и т.п.

По всей вероятности, и с немецкой операцией произошло нечто подобное. Впервые упоминание о ней встречается в телеграмме Ежова, разосланной 3 ноября 1937 года всем наркомам внутренних дел союзных республик и начальникам УНКВД:

"Проводимые сейчас операции антисоветским элементам, немцам, полякам, харбинцам, жёнам изменников родины ряде областей идут крайне медленными темпами. <...> Приказываю: 1. Форсировать проведение операций антисоветским элементам, немцам, полякам, харбинцам, жёнам изменников родины. 2. Срок окончания всех этих операций установить 10 декабря 1937 года. К этому сроку провести все аресты, закончить следствие и рассмотреть все следственные дела".

Нет сомнений, что здесь речь идёт именно о немецкой операции, а не об очередном этапе реализации приказа 00439. Но из контекста также видно, что 3 ноября операция уже продолжается. Когда же и где она началась?

На тот и другой вопросы помогают ответить материалы статистических сводок ГУГБ НКВД. Самые ранние (из известных историкам) цифры по немецкой "линии" относятся к 16 ноября 1937 года, это 2536 осуждённых в "альбомном порядке" по всей стране. Однако эти данные не содержат распределения по регионам. Оно впервые появляется через месяц. На 15 декабря осуждено уже 5805 человек, из них 85% (4921 человек)-на Украине, ещё 11%-в Москве и Ленинграде, при этом две трети репрессированных в УССР приходится на три области-Донецкую (1904 человек), Днепропетровскую (775), и Житомирскую (601). Таким образом, можно с уверенностью предположить, что операция началась на Украине, скорее всего, уже в сентябре, а также-несколько позже- вдвух крупнейших городах Союза, то есть именно в тех регионах, на которые указывала цитированная выше апрельская директива НКВД. С ноября же операция постепенно начинает распространяться и на многие другие территории СССР. Если 15 декабря суммарная доля осуждённых Украины, Москвы и Ленинграда составляла 95,6% от всех осуждённых в "альбомном порядке" по немецкой операции, то в процессе развития операции она постепенно уменьшалась: 10 января 1938 года-88%, 1 апреля-68%, 21 мая-61,6%, 15 сентября 1938 года-46,1%.

Развёртывание с ноября 1937 года широкой немецкой операции неминуемо должно было ещё больше ограничить сферу действия приказа 00439. Подавляющую часть арестованных советских граждан, причисленных к "связям", "германских агентов, шпионов, диверсантов и террористов", местные НКВД-УНКВД теперь могли осуждать в "альбомном порядке", не утруждая себя ни созданием видимости "тщательного следствия", ни оформлением целого ряда процессуальных документов, необходимых джля направления следственного дела, например, в Военную коллегию. Сыграв свою инициирующую роль, приказ 00439 с данного момента как бы вливается в эту, по существу, новую операцию, становится одной из составляющих её "линий", а ссылки на него, изредка появляющиеся в переписке НКВД (в основном в отчётности), в новом контексте нередко служат условным обозначением немецкой операции в целом.

2.

Учитывая масштабы, которые приобрела немецкая операция с конца 1937 года, можно было бы пренебречь рассказом о продолжающихся по приказу 00439 репрессиях против немцев-иностранцев. Однако анализ этой, казалось бы, слабой "линии" выводит на особое-"иностранное"-направление работы НКВД. Без обсуждения этой темы картина "большого террора" будет заведомо неполной.

Ни один директивный документ ЦК или НКВД, посвящённый иностранцам (как категории), не обходился без упоминания о немцах. Более того, появление этих директив зачастую было связано с акциями против именно германских подданных. Однако в окончательных текстах решений всегда возникал целый перечень стран. Это и естественно. Хотя Германия была страной "главного противника", но "противниками" считались также и многие другие страны: почти все страны, окружавшие СССР (в первую очередь Польша и Япония), затем их союзники, затем страны, на территории которых оасполагались "антисоветские центры", и т.д.-перечень мог быть коротким или длинным, в зависимости от назначения документа. И все без исключения подданные (граждане) этих стран, по разным причинам находившиеся на территории СССР, по логике НКВД 1937-1938 годов являлись "подозрительными по шпионажу".

Репрессии против иностранцев развивались в нескольких направлениях. Первым и основным было-административное "выдавливание" иностранцев из СССР. Целенаправленное "выдавливание" началось ещё в марте 1937 года, когда по письму Ежова, утверждавшего, что "иностранные разведки, преимущественно германская разведка, использовывают (дословно из документа) для шпионажа и диверсии представителей германских фирм и специалистов, иноподданных, работающих на предприятиях и в учреждениях Западно-Сибирского края", Политбюро вынесло решение: "Отказать проживающим в Западно-Сибирском крае иностранцам (при продлении вида на жительство) в праве дальнейшего проживания в Западно-Сибирском крае. В первую очередь провести это мероприятие по отношению к германским, японским и польским подданным".

Прошло меньше месяца, и в директивном письме ?26 та же задача была поставлена как стратегическая уже перед всеми местными НКВД-УНКВД:

"Осуществить в течение полугода оперативные и профилактические мероприятия, направленные к удалению из пределов СССР всех германских подданных и всех иностранных подданных, в той или иной мере подозрительных по шпионажу и контрреволюционной работе. В число германских подданных, подлежащих удалению из пределов СССР и в необходимых случаях-арестам и высылкам, включить всех числящихся на милицейском учёте германско-подданных. Кроме политических эмигрантов, в отношении которых подготовительная работа проведена и соответствующие мероприятия будут осуществлены особо. Указания по этому вопросу будут даны в специальном документе".

Здесь следует обратить внимание на то, что речь идёт о всех без исключения германских подданных. Это ясно из указания использовать "милицейский учёт", который есть не что иное, как учёт Отдела виз и регистраций. При этом для "удаления" немцев, в отличие от других иностранцев, не требовалось никаких компрометирующих материалов-основанием являлось только германское гражданство. В этом смысле указание выглядит фантастическим для страны, формально не находящейся с Германией в состоянии войны,-ничего подобного в практике даже 1937-1938 годов не встречалось. Однако не случайно и то, что исполнение его отложили до получения специального циркуляра, который, по-видимому, должен был детально прописать механизм операции. Насколько известно, этот документ в ближайшие месяцы так и не был издан. Поэтому "выдавливание" иностранцев, осуществляемое путём отказа в продлении видов на жительство весной-летом 1937 года, конечно, происходило, но не слишком активно, и преимущественно оно касалось приграничных или режимных местностей. Начавшаяся в августе 1937 года эпоха массовых операций сразу же вывела проблему иностранцев на самый передний план, и уже к концу месяца был выработан лаконичный и ёмкий циркуляр НКВД ("Об иностранцах", ?68 от 22.08 1937), жёстко определивший практику обращения с иноподданными самой разной государственной принадлежности:

"Установлено, что подавляющее большинство иностранцев, живущих в СССР, является организующим началом шпионажа и диверсии.

Основным способом борьбы с преступной деятельностью иностранцев, понятно, является агентурно-следственная работа НКВД.

Однако серьёзным орудием в наших руках является возможность административными мерами значительно ослабить действие этого шпионско-диверсионного очага.

Предлагаю:

1. Впредь, путём отказа в продлении видов на жительство после истечения срока их действия, выдавать иностранцам выездные визы.

2. В первую очередь прекратить продление видов на жительство иностранно-подданным Германии, Польши, Японии, Италии, Австрии, Аргентины, Бельгии, Болгарии, Венгрии, Голландии, Дании, Кубы, Латвии, Литвы, Маньчжоу-Го, Мексики, Румынии, Финляндии, Швейцарии, Эстонии, Югославии.

3. Что касается англичан, французов, американцев, испанцев, турок, чехословаков, иранцев, афганцев, китайцев, греков, то при наличии компрометирующих данных также отказывать в продлении видов на жительство после истечения срока и выдавать выездные визы.

4. Порядок ареста и привлечения к ответственности иностранцев остаётся прежний.

5. Начальникам УНКВД обязать 3-и отделы УГБ иметь наблюдение за работой отделов виз и регистраций милиции в этой части.

6. О ходе выполнения настоящего распоряжения, количество выехавших иностранцев-доносите ежемесячно по состоянию на 1-е число каждого месяца".

У историков не было возможности проанализировать этот документ-ни его установки, ни практику его реализации. До массовых репрессий он оставался основным руководством для действий по отношению к иностранцам (за исключением подлежащих аресту по оперативным приказам). Необходимо отметить: циркуляр "Об иностранцах" подтверждает предположение, что конкретные направления и последовательность национальных операций не были заранее спланированы (кроме трёх основных "линий"), а формировались в процессе развития репрессий. Если бы дело обстояло иначе, то, например, иранцы или афганцы скорее всего попали бы в первую, более "опасную" группу (опреации по ним развернутся только в феврале 1938 года), и наоборот,-некоторые из стран были бы перенесены из первой группы во вторую. В этом циркуляре особенно важен его постулат-определив иностранцев как единую "враждебную" категорию, он оказал сильнейшее воздействие на весь ход "большого террора".

Вторым направлением репрессий против иностранцев, также ориентированным на ослабление иностранного присутствия в стране, стала деятельность НКВД по фактической изоляции иностранных дипломатических представительств в СССР. Указания о "глубокой разработке" сотрудников посольств и консульств, о выявлении и "разработке" всех их знакомых были даны ещё весной 1937 года. Массированные же (в отличие от предыдущих "точечных") аресты "консульских связей" (так на языке НКВД обозначались люди, контактировавшие с иностранными дипломатами) начались сразу же после издания в середине августа "польского" приказа. При этом характерно, что впрямую эта категория в приказе 00485 не упоминалась-аресты "консульских связей" были предопределены более ранними директивами, и в первые месяцы массовых операций руководителями местных органов НКВД они были предприняты без всяких дополнительных указаний, как сами собой разумеющиеся. Специальный приказ 00698, являвшийся в какой-то степени ответом на эту "инициативу снизу", вышел лишь 28 октября 1937 года.

Приказ касался представительств не всех стран, а лишь четырёх-Германии, Японии, Италии и Польши. За посольствами, миссиями, консульствами этих стран, за квартирами и общежитиями их сотрудников, за театрами, клубами, ресторанами, за частными квртирами, которые эти сотрудники посещали, следовало установить "беспрерывное наблюдение".

Одновременно предписывалось:

"2. Тщательно организованным агентурным и наружным наблюдением выявить и применением широких репрессий пресечь все связи посольств и консульств этих стран с советскими гражданами, подвергая немедленному аресту всех советских граждан, связанных с личным составом этих диппредставительств и посещающих их служебные и домашние помещения.

. Из иностранно-подданных аресту подвергать тех лиц, характер связи которых с диппредставительствами этих стран подозрителен по шпионской и к-р деятельности. На арест ино-подданных испрашивать санкцию НКВД СССР.

. Следствием по делам репрессированных за связь с диппредставительствами лиц вскрывать их шпионскую, диверсионную, террористическую деятельность".

Этот приказ не только привёл к многочисленным арестам (в основном советских граждан), но и сделал практически невозможной дальнейшую работу в СССР многих иностранных учреждений. Число иностранных дипломатических представительств под нажимом НКВД быстро сокращается. Так, к середине ноября 1937 года из семи германских консульств осталось только два (в Киеве и Новосибирске), а к маю 1938 года закрылись и эти последние. Резко сократилось число консульств и других стран.

И, наконец, аресты иностранцев, в частности германских граждан. Из множества аспектов этой проблемы , самые важные три, напрямую связанные с репрессиями 1937-1938 годов.

Первое. Вопрос о согласовании арестов. Порядок здесь был определён ещё в 1934 году, вскоре после образования НКВД, и подтверждён в январе 1936 года. На каждый арест или даже обыск иностранного подданного необходимо было получить санкцию наркома или замнаркома внутренних дел. На этом же уровне определялось и направление дела по подсудности-в суд, трибунал или Военную коллегию. Если же предполагалась высылка обвиняемого за границу по решению Особого совещания при НКВД, то в таких случаях рекомендовалось обходиться без ареста.

"Большой террор" отменил эти нормы. Уже в приказе 00439 ничего не говорилось о согласовании с Москвой арестов германских подданных. Требовалось только прислать списки на аресты, но их даже не нужно было сопровождать "компрометирующими материалами". Это, конечно, не случайно. Приказ 00439 открыл эпоху массовых операций. Основная их особенность именно в том и состояла, что причиной репрессии здесь были не какие-то деяния (подлинные или вымышленные0, не наличие "кмпрматериалов", а, в первую очередь, принадлежность к определённой категории населения. Той самой, по поводу которой было принято репрессивное решение.

Приказ 00439 предполагал сочетание даже двух категорий-определённого гражданства (германского) и причастности к работе в определённой производственной сфере (оборонная промышленность или транспорт). Это сочетание автоматически предопределяло арест. Согласование ареста с Москвой, таким образом, противоречило самой логике приказа. Тем более не требовалось получать санкции Центра на аресты иностранцев в "альбомных" операциях по национальным "линиям". В Москву, как правило, с мест посылались лишь сприски уже арестованных, но и это делалось нерегулярно и довольно бессистемно. Судя по дркументам, в период массовых операций на согласовании арестов иностранцев Центр настаивал только в тех случаях, когда репрессии могли затронуть иностранных дипломатов.

Изменилась с лета 1937 года и практика высылок иностранцев за границу. Теперь пости всегда им предшествовал арест. И только 23 октября 1938 года, за три недели до отмены массовых операций, специальный циркуляр ?206 за подписью Берия (тогда ещё заместителя наркома) вновь вернул старый порядок согласований. При этом, как бы отметая доже мысль о "списках", новый циркуляр особо подчёркивал, что санкцию на арест иностранцев надо получать "в каждом отдельном случае". Правда, теперь, в отличие от предписаний 1934-1936 годов, не требовалось санкций наркома на обыски у иностранцев (то есть речь шла о "восстановлении законности", а не о возвращении к ягодинскому "либерализму").

Второе. Вопрос о масштабах арестов германских граждан. По данным Отдела виз и регистраций Главного управления милиции, всего в СССР на начало 1937 года проживало 98ю840 иностранных подданных, из них около 80%-иранские, греческие и китайские. Германских граждан среди них числилось 4015. Если верить статистическим сводкам ГУГБ НКВД, то с июля 1937 по декабрь 1938 года арестовано было 608 граждан Германии. Цифра эта заведомо неполна вследствии того, что некоторые местные органы НКВД не предоставляли сведения вовремя, предположительно, неполнота не превышает 10-15%. Таким образом, за полтора года было арестовано примерно 660-700 германских граждан. Сложнее определить число арестованных за первую половину 1937 года. Всего иностранцев за эти шесть месяцев было арестовано, по тем же сводкам НКВД,-309. По многим обстоятельствам предположительно, что граждан Германии среди них 30-40%. В итоге получается, что в СССР в 1937-1938 годах было арестовано 750-821 германских граждан. Насколько можно понять, эта цифра коррелируется с данными посольства Германии. Скорее всего сюда входят в основном германские служащие и рабочие в промышленности и на транспорте, арестованные по приказу 00439, а также германские граждане, арестованные по отдельным делам, вне рамок оперативных приказов, и, возможно, очень небольшое число германских граждан, арестованных в рамках "альбомной" немецкой операции.По видимому, данные об арестованных политэмигрантах, не состоявших на момент ареста формально в советском гражданстве, в сводках НКВД об арестах в графу "подданные Германии", как правило не включались. По большей части их, как и некоторые другие "спорные" категории, зачисляли в "лиц без гражданства" или в "прочих". Отчётливо отсутствует здесь и ещё одна категория-арестованные и осуждённые "тройками" по приказу 00447-однако представляется, что репрессий германских граждан в рамках этой операции практически не было, и единичные исключения, которые могут открыться, вряд ли всерьёз изменят конечные цифры.

На первый взгляд названное число арестованных выглядит на фоне общих цифр репрессий 1937-1938 годов сравнительно небольшим, но оно представляется весьма значительным-ведь это примерно пятая часть всей численности германских граждан в СССР.

Третье. Вопрос о приговорах. К сожалению, статистика НКВД не выделяет из общей массы приговоров данные о приговорах иностранным гражданам, в том числе и германским. Поэтому на её основании невозможно точно сказать, сколько из арестованных в 1937-1938 годах было выслано по решению Особого совещания в Германию, сколько отправлено в лагеря, сколько расстреляно. Впрочем, на последний из вопросов некоторый свет проливает письмо заместителя Литвинова по НКИД В.П.Потёмкина от 21 февраля 1938 года, адресованное председателю СНК Молотову:

"По Вашему запросу от 20 сего февраля М-778 о возможности применения высшей меры наказания к германским гражданам Винтеру и Балтесу, осуждённым к расстрелу Военным трибуналом Уральского округа, мнение НКИД сводится к следующему:

Учитывая, что до сих пор не было случая применения высшей меры наказания к германским гражданам, приговорённым к расстрелу нашими судами, и в предупреждение ответных репрессий в отношении наших собственных граждан, проживающих в Германии, НКИД полагал бы возможным заменить Винтесу и Балтесу высшую меру наказания 20-летним заключением".

Даже если представить, что Потёмкин не вполне в курсе дела (а это совершенно допустимо, учитывая натянутые отношения между НКВД и НКИД), симптоматичен сам запрос Молотова, демонстрирующий его весьма внимательное отношение к проблеме. В этом просматривается, конечно, рефлекс более ранней эпохи, когда "утряска" участи арестованных по дипломатическим советско-германским каналам была обычной практикой, однако знаменательно, что он не исчез и в атмосфере "большого террора". Внимание НКИД заставляло местные органы подходить к осуждению германских граждан с определённой осмотрительностью.

Расстрелы германских граждан (за исключением расстрелов политэмигрантов) в ходе репрессий 1937-1938 годов, не могли носить сколько-нибудь систематического характера. Основная часть арестованных германских граждан после следствия (разной степени продолжительности и тяжести) была выслана в Германию. Практика приговоров к высылке за границу, сильно ограниченная в начале 1937 года, уже осенью была восстановлена. Судя по данным немецкого посольства в Москве, с ноября 1937 по декабрь 1938 года в Германию было выслано 593 арестованных, а всего за 1937-1938 годы в Германию выслали около 620 человек. Это треть всех приговорённых за два года Особым совещанием при НКВД СССР к высылке за границу. Сама по себе доля немцев в общем объёме высылок иностранцев мало о чём свидетельствует, но если сопоставить число высланных с числом арестованных германских граждан, становится ясно, что выслано было подавляющее большинство арестованных. И это ещё одна отличительная особенность немецкой операции. Объясняется она, как и осторожность в применении расстрелов, конечно, исключительно внешнеполитическими соображениями.

Однако известное обещание Ежова выпустить за границу всех арестованных германских граждан, переданное осенью 1937 года послу Германии Шуленбургу через Потёмкина, всё же не было выполнено. Простая арифметика подсказывает, что по крайней мере 200 человек из арестованных высланы не были. Они должны были оказаться в тюрьмах и лагерях, кто-то из них мог стать жертвой жестокого следствия или расстрельного приговора. Эта цифра не противоречит и другой, названной Берией в октябре 1939 года, по его уверениям, в заключении на тот момент находилось 484 германских подданных. Значительное расхождение с указанной выше цифрой имеет вполне определённое объяснение-теперь германскими подданными считались также и австрийцы. Впрочем, абсолютная точность в такого рода подсчётах, видимо, невозможна-и из-за структуры источников, впрямую не отражающих все интересующие нас параметры репрессий, и из-за неопределённости статуса большей части такой существенной для понимания объёмов репрессий группы, как политэмигранты.

3.

Всё ранее сказанное относится к репрессиям против германских граждан, то есть к той "линии", которая влилась в немецкую операцию осенью 1937 года, но на в коей мере не была для этой операции определяющей. Массовая немецкая операция была посвящена в первую очередь гражданам советским, в основном этническим немцам. Хотя специальный приказ по немецкой "линии" так и не был никогда издан Ежовым, но содержание и смысл операции были очевидны всем его подчинённым. Основной её задачей, как она понималась местными руководителямя НКВД-УНКВД, то есть теми, кто эту операцию непосредственно проводил, была ликвидация "очагов" и "базы" шпионско-диверсионной и повтснческой деятельности германской разведки в СССР. Задача эта легко вычитывалась из решений февральско-мартовского Пленума, из речи Ежова на июльском совещании руководящего состава НКВД, из "польского" и "харбинского" приказов. Ясен был им и основной набор обвинений, которые следовало предъявлять арестованным: соответствующее "меню" было предоставлено уже в апрельском директивном письме ?26, в августе к нему добавились ещё некоторые типы обвинений, предложенные специальным письмом, сопровождавшим приказ 00483. Очевидны были и регионы, где на немецкую операцию следовало обратить особое внимание,-приграничные и режимные зоны, промышленные центры и места компактоного проживания немецкого населения, в особенности немецкие национальные районы. Был налажен и не вызывал вопросов механизм осуждения ("альбомный порядок")-в первые