Найтари: другие произведения.

Фанфик One Piece. Скарлет. Сказка о Дьяволе (3 Часть)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Оценка: 9.23*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третья часть о Скарлет и ее приключениях.
    Смею предупредить сразу. Все, что будет написано далее - полный неканон и AU. Любые знания о мире One Piece (сила, фрукты, политика, острова и т.п.) лишь уже моя фантазия и выводы по прочтению манги и просмотру аниме. Каноных главных героев не встретите (если все пойдет по плану), но новости проскальзывать о них будут.
    Вопросы и новости по фику - Можно найти тут
    Мини история из жизни Скарлет на Земле перед третьей частью: Реальность


   Вступление
  
   Официант разлил белое вино в бокалы и удалился. Симпатичный мужчина обаятельно улыбнулся девушке, по выражению лица которой можно было прочесть напряжение, и поднял фужер, отпив глоток.
   -- Так на чем мы остановились?
   -- Не думала, что вы принимаете пациентов в ресторане, -- усмехнулась девушка, внимательно следя за мужчиной.
   -- Я в любой момент могу написать тебе в карточке, что у тебя прогрессирует тяжелая форма шизофрении, но тебе это надо? -- вернул усмешку.
   -- Георгий, я всего лишь хочу понять, что это было, -- устало вздохнула девушка, потерев пальцами переносицу.
   -- Явно сновидение, вызванное вашим состоянием, -- он снова отпил, следя за поведением спутницы.
   Георгий третий месяц выслушивал подробные истории пациентки, с каждым разом все больше понимая, что на болезнь или какое-либо другое отклонение -- это не похоже. И ему становилось все интереснее и интереснее, слушать о ее приключениях в несуществующем мире.
   -- Я бы вам посоветовал написать книгу, -- с мягкой улыбкой произнес мужчина. -- Думаю, она пользовалась бы успехом.
   -- Да вы издеваетесь! -- неожиданно резко отреагировала Скарлетт, всплеснув руками. -- Я больше трех лет провела в "несуществующем" мире, где до сих пор находятся мои братья и сестра, которые сейчас, тут, лежат в больнице. Их в любой момент могут отключить, ведь с того дня, как я пришла в себя, прошел почти год! И никто из них больше не очнулся! Как думаете, врачи и родители еще долго будут ждать? Пятый год скоро к концу пойдет, а у них никаких улучшений!
   Девушка рывком поднялась с места, не желая больше видеть "врача", и направилась к выходу из ресторана. Ей было плевать, что посетители смотрели вслед и шептались. Ей было все равно, кроме того, чтобы понять причину и понять "как?".
   При каждом воспоминании или намеке ее начинало трясти, и она была готова убивать, кричать и ломать. Ее раздражала эта тишина. Ей нужны были ответы.
   Почему? Почему почти год назад она открыла глаза в больнице, выпив тот самый сок, который "лечил душу"? Был ли это на самом деле сон? И где теперь ее братья и сестра?
   Все время, пока она была на восстановлении, учась заново двигаться и возвращая мышцам форму, она мучала себя этими вопросами. И не находила ответов.
   Родители ей наняли элитного психотерапевта, к которому она ненавидела ходить, но обязывало положение, иначе ее могли прописать в психушке. Георгий каждый сеанс смотрел на нее со снисходительностью, и этот взгляд сильно раздражал Скарлетт, ведь ей казалось, что он насмехался над ней, плюя на свою этику сохранять равнодушие. И этот взгляд глаз со стальным оттенком, и полуулыбка напоминали о прошлом, которое было ли.
   -- Твои родители сказали, что ты начала посещать тренажерный зал. Ты же знаешь, что это пока вредно для тебя, лишняя нагрузка может повредить телу, -- мужчина догнал девушку на перекрестке, все так же накрывая успокаивающим и сочувствующим голосом, который должен был действовать явно не так, ведь Скарлетт от этого еще больше злилась.
   -- Я знаю, что делаю, -- огрызнулась Летта и взмахнула рукой, останавливая такси.
   Несмотря на то, что хотела пройтись по городу, успокоиться в относительно теплый зимний вечер, но Георгий разрушил планы, ведь прогуляться он точно не даст в одиночестве.
   -- Вы крайне некорректный и занудливый психотерапевт, -- высказала ему Скарлетт и запрыгнула в такси, закрыв дверцу прямо перед мужчиной.
   Коротко сказав адрес, она уставилась в окно, за которым сменялись здания и магазинчики с яркими вывесками.
   Юбилейный день в реальности. Двухсотый.
   Короткий звонок вывел девушку из мира грез. Посмотрев на дисплей, она сжала губы, собираясь проигнорировать вызов, но что-то толкнуло ее ответить.
   -- Да.
   -- Ты говорила, что тот сок "исцеляет душу". Он ведь исцелил. Вернул туда, где она родилась изначально. То есть -- отправил домой. Ты ведь не думала об этом именно так? Что душа стремится туда, где ей могут помочь, или где ей хорошо? Тогда ты была разбита, у тебя развивалась депрессия, и единственное, что могло спасти тебя -- это возвращение. Душа по своей сути свободна. Ее всегда заносит в неведомые дали. Мне жаль, что я не смог тебе помочь...
   -- Знаешь, кого ты мне напоминаешь? -- Летта устало вздохнула, расслабляясь.
   -- М?
   -- Одного моего хорошего друга. Трафальгара Ло. Ты даже внешне на него похож, -- девушка разрешила себе улыбнуться, окунаясь в теплые воспоминания.
   -- Я буду ждать твоего возвращения, Кровавый демон Скарлет, -- добрая насмешка, а после короткие гудки.
   Скарлетт прикрыла глаза и усмехнулась, откидывая голову на спинку сидения.
  
  
  
  
   Тенрьюбито. Святой Ричард
  
   Слова Георгия не давали покоя уже неделю.
   Что такое нормальный сон я позабыла уже давно, а тут навалилась дикая бессонница. Почти позабытые образы друзей и родных вспыхивали с новой силой, словно разгорающийся костер, и терзали меня, не зная жалости. Душевный покой, казалось, навсегда покинул меня, а гармония выглядела навсегда потерянной.
   Чтобы хоть как-то скрасить время в обязательном порядке, как только вернулась, я ознакомилась с каноном манги и следила за ней, но все равно было все не то. События давно пошли под откос, благодаря нам. От героев лишь имена и прошлое.
   А тут... яркие вспышки начали преследовать меня, как только закрывала глаза, где видела знакомые лица, звучали их голоса. Мелькающие картины словно бы говорили, что там происходило. Урывками. Лишь основные действия и шаги. Словно прыгающий просмотр фильма, когда лихорадочно тыкаешь мышкой по дорожке, ища нужный момент, или бегло просматриваешь неинтересные события.
   Из всего этого ясно стало одно. Я там погибла. Правда или нет, не могу утверждать точно. Может, вообще образы -- это лишь галлюцинации моего больного сознания, которое тянется к сумасшествию.
   Но я умерла. Новость о смерти подкосила всех близких по разным поводам, даже Китана с трудом сохраняла спокойствие, надеясь, что это лишь часть моего плана, а сама я где-то хорошо скрывалась.
   Эйс вернулся на корабль к Белоусу. Команда Алого Креста стала официальным союзником Мугиваров, создав Альянс, и следует за ними по пятам. Денни вернулась на Розарий, а Юстас остался капитаном. В команде было несколько новичков, и успехи устрашающих ребят сходили на нет. Былую славу Алый Крест потерял.
   Занятно... и мучительно. Такие кадры приносили еще больше страданий, и новые встречи с Георгием грозили превратиться в истерику, которая до добра точно не доведет.
   -- Тебе надо найти выход своей энергии. Попробуй через творчество, -- тихий и спокойный голос мужчины иголками впивался в кожу, заставляя каждый раз нервно дергаться. Он преследовал меня по всюду, и я уже ощущала себя параноиком, ожидая появление психотерапевта за каждым углом.
   Мне было плохо.
   Очень.
   Устала от всего.
   А ад преследовал меня даже в этом мире.
   Все свои проблемы мы создаем сами, и решать их нам же, своими силами, поэтому попытка отстраниться от реальности, отдохнуть и разгрузиться показалась очень актуальной.
   Я лежала на диване, развалившись и крепко зажмурившись, пытаясь восстановить в голове образ моря и неба, шум воды, тепло нагретой палубы. Голос матери на периферии, зовущий на ужин, ни капли не отвлекал, и я почти почувствовала дыхание соленого ветра, обдувающего уставшее после тренировки тело...
   Как громкий стук в дверь заставил вздрогнуть. Будь силы, я бы свалилась на пол от неожиданности, а так лишь вяло дернулась.
   -- Господин? С вами все в порядке? -- взволнованный мужской поставленный голос и женский шепот. -- Господин?
   Голова дико болела, не позволяя оценить ситуацию и понять -- какого черта? Попытка открыть глаза провалилась, тело не отзывалось -- полное онемение. Пить хотелось жуть.
   Бог ты мой, это ж сколько надо было выпить, чтобы довести себя до такого состояния?!
   Стоп...
   Что?
   Блять!
   Других слов не было.
   От осознания хотелось подскочить, но получилось лишь жалко дернуть ногой, из-за чего что-то столкнула, оно звонко упало на пол и покатилось, эхом отозвавшись в больной голове.
   Стоящие за дверью замолчали, после чего удалились, понимая, что их "господин" жив.
   Епт!
   Аутотренинг помогает -- это раз. Два -- криво.
   Из оклика следует, что я -- "господин". Не думаю, что в моем положение это хорошо.
   Что делать? Что же делать?..
   Лихорадочные попытки здраво осмыслить отозвались протестом головы, вызвав вспышку боли.
   Что это за место? Кто этот человек? Сохранять ли инкогнито или импровизировать на месте? Дайте мне его воспоминания!
   Дверь тихо скрипнула. Неслышным шагом кто-то прошел в помещение, поставил стеклянное недалеко, видимо на тумбочку, и вышел.
   Тело все так же слабо откликалось, поэтому я старалась хоть как-нибудь связаться с воспоминаниями и понять происходящее.
   То, что оказалась снова у черта на рогах, ясно. Но с Шанной все было куда проще. У нее я не хотела смотреть воспоминания, ибо боялась потеряться, а тут. Обязывало положение, поскольку у этого человека было свое окружение, а девушка же была совсем одна, поэтому и история с чистого листа у нее сложилась. В нынешней ситуации такое не пройдет.
   Страх потери оказался не так опасен, как попадание в неловкую ситуацию.
   "Господин" -- обязывало многое.
   Минут десять неспешных попыток вспомнить, заставили меня выматериться в голос, отчего закашляла и рефлекторно потянулась рукой в сторону, где наткнулась на что-то стеклянное с выгнутыми боками. Влив в себя половину, снова дико закашляла, но полегчало. Немного.
   Села на кровати и осмотрелась мутным взглядом. Шикарные убранства дополняли пустые бутылки и окурки, стол же в углу был загажен какими-то бумагами и полупустыми тарелками, запах успевшей испортиться еды слегка смешивался со спиртом, которым разило от меня. Такое ощущение, что здесь проводилась бурная вечеринка, только с одним участником.
   Хотя, если проанализировать жизнь этого "господина", то так и можно сказать. Он существовал.
   Пил. Курил. Принимал наркотики. Вел распутную жизнь.
   Как только эти урывки пронеслись перед глазами, меня затошнило, и путь до уборной показался нереально далекий.
   Надо что-то с этим делать.
   Не удивительно, что такая жизнь свела его в могилу, а мне теперь с этим жить. Телом, полным отравы, и ужасной репутации садиста-извращенца.
   Да. И еще он - тенрьюбито.
   -- Господин? Вам помочь? -- тонкий девичий голосок вырвал меня из мыслей, когда я пыталась набрать ванну и раздеться, чтобы смыть с себя пот после лихорадки и отвратительный запах спирта, но меня слегка пошатывало, и получалось все с трудом. Видимо, тело еще не отрезвело.
   Алкогольное отравление.
   Меня до сих пор слегка потряхивало, а желудок болезненно сжимался после каждого движения, липкий пот вызывал отвращение, да и само состояние, до которого довел свое тело бывший хозяин. Сейчас бы активированного угля штук семь, бульончик и сон.
   -- Господин? -- терпеливо отозвались за дверью.
   Сил на разговоры не было. Казалось, что если отвечу, то снова придется обниматься с унитазом.
   Не-ет.
   -- Я вхожу, -- девушка решила своевольничать в тот момент, когда я, не дожидаясь, что вода наберется, рухнула в ванну, облегченно вздохнув.
   Холодная вода шикарна.
   Милая девушка, блондинка, которой лет шестнадцать от силы, может, даже и моложе, склонилась передо мной. Я заметила на ней рабский ошейник и невольно скривилась.
   -- Вам помочь с... -- робко начала она.
   Видно было, как ей неприятно все.
   -- Иди лучше приберись в комнате, -- тихо сказала и поморщилась. Голос звучал сипло. -- И пусть приготовят поесть, легкого, бульон.
   Девушка еще раз склонилась.
   -- Ваши таблетки на тумбочке, как и всегда, -- и вышла, закрыв дверь.
   Таблетки? Как всегда?
   Покопавшись в памяти, отрыла, что это что-то вроде против похмелья. Но в воде становилось все-таки легче. Окунулась с головой, пытаясь смыть боль и не обращать внимание на сам мой вид. Мужское тело никак не удивит, в облике Арни я бегала, успела уже освоится, но вот со сроком. Надо бы решить, как жить дальше и что делать.
   Я же вернулась.
   А пока выдалась возможность, надо подробно узнать об этом кошмарном человеке, и понять, как дальше играть роль гада. Все равно они суп за полчаса не сготовят.
  
   Я стояла около зеркала в нижнем белье и внимательно смотрела в свое отражение.
   Вот скажите мне как, как можно быть таким симпатичным и таким аморальным уродом?
   Святой Ричард Хоул. Двадцать шесть лет отроду, единственный наследник своей семьи, как и ее член. Когда ему было пятнадцать, он убил своих родных, отца, мать и маленькую сестренку. Да-да, взял, ночью перерезал им глотки, как и некоторым рабам, и сжег дом, свалив все на пожар. А все ради того, чтобы стать полноправным владельцем всего состояния семьи, поскольку родители ему многое запрещали, отмахиваясь на "ты еще мал". Они были адекватней, чем их ребенок.
   Ну, спрашивается, зачем?.. Ведь ты -- тенрьюбито, у тебя есть все, ты висишь на шее у почти всего населения планеты, имеешь все, что душе угодно. Зачем убивать родных?..
   Чтобы пить, курить, принимать наркоту и спать с кем попало.
   Монстр, который не ценил жизни и любил девочек до семнадцати лет. Неудивительно, почему рабыня такая молодая. После того, как им исполнялось семнадцать, он отдавал их своих стражам на растерзание. Жуть.
   Я одно не могу понять -- почему я? Как я смогу и дальше себя так вести, чтобы никто не заподозрил подмены? Зуб на Ричарда среди тенрьюбито точат многие, и горят желанием убить после любого промаха. Он успел многим жизнь подпортить. Хотя бы тем, что не чтил их правил и ненавидел носить эти скафандры при обычных людях. Ричард считал, что он должен блистать своей красотой, а не прятать ее за душными и пыльными "аквариумами".
   И, сейчас, собственно, плыл на Сабаоди за новой порцией рабов.
   -- Господин, -- все та же девочка, Риса, показалась в дверях с глубоким поклоном. -- Все готово и ожидает вас в столовой. Вам помочь одеться?
   -- Справлюсь, -- отмахнулась и пошла к подготовленному идеально белому костюму с золотой брошью с символом правящей элиты. Хоть Ричард и был полным мудаком, но он был перфекционистом и во всем старался быть идеальным.
   А еще у него была необычная внешность. Белые, как снег, короткие волосы, и синие глаза. Правильные черты лица, да и вообще он был несколько смазливым, правда, с телосложением беда. Тренировками, развитием мускулатуры, явно пренебрегал, оставаясь худым, жилистым, скорее всего, из-за своих вредных привычек.
   Сабаоди...
   Там умерла я. Там остался Баг. И где-то там мой фрукт.
   Надо все это найти.
   Все-таки, с одной стороны, тенрьюбито быть выгодно. Им все можно и спускается с рук. А это только плюс.
   Поэтому план действий таков. Сначала отыскиваю на Сабаоди Бага и фрукт, затем вливаюсь в обстановку и стараюсь сильно не отсвечивать. Чтобы не было вопросов, надо какое-то время не появляться на Святой Земле. Тогда мои изменения в характере и поведении так сильно их не удивят.
   Но куда можно пропасть на время?..
   Столовая была отделана со вкусом, большим количеством дорогих и шикарных предметов, которые вживую за всю жизнь можно не увидеть, и это навело на одну хорошую мысль. А почему бы не открыть свое дело?
   У меня будет фрукт крови. Я уверена, что его никто не нашел, да и не смогли бы, особенности плода даже охотники на него толком не знают. Съесть его или нет, пока не знаю, но как помнится, у всех планы были на него огромные, а мое положение без проблем поможет им реализоваться. Только я уже буду не подопытной крысой, а они ею будут. Но для этого нужны сведущие люди. Плюс без силы я не смогу разбрасываться фактами и доказательствами, откуда мне, то есть Ричарду, стало все известно. И так уже веду себя подозрительно для них, а потом все можно будет списать на силу и ее возможности.
   Розарий сразу отметается. Там слишком много предателей и плохих воспоминаний. Какой еще я знаю остров, где тихо и спокойно, и где никто меня не то, что бы не заподозрит, да и на глаза не попадусь?
   Точно!
   Остров Олега!
   Как раз недалеко от Сабаоди.
   Теперь люди. Сведущие в этом деле люди.
   Трогать своих бывших ребят резона не было. Я еще их не простила, да и раскрываться ни перед кем не собираюсь в ближайшем будущем, как тенрьюбито они не встретят меня с распростертыми объятьями, а скорее попытаются убить. Диалог с ними будет невозможен. Сейчас я буду Святым Ричардом Хоулом.
   Мне нужна Катя. Но перед ней опасно показываться, она может легко узнать, кто я, коснувшись. Только тем самым я возненавижу ее, а это не надо никому. Придется вообще к ней близко не подходить. Чтобы она знала, кто я, не хочу. Пока это лишнее.
   Далее. Дофламинго.
   Да-да, месть свершиться. Я буду мстить ему долго и со вкусом. Благо, что он сидит в Импел Дауне, искать не надо и придется лишь вытаскивать. Мне все можно, я ж тенрьюбито. Хе-хе...
   -- Господин? С вами все в порядке? Ваш суп уже остыл...
   Пока я сидела и в спешке строила планы, погруженная в задумчивость, совсем забыла о еде. Знакомая служанка боязливо прижимала ладошки к груди и дышала через раз. Как только я подняла на нее взгляд, она вздрогнула и склонилась. Остальные слуги жались у дверей, и у всех был такой вид, словно чего-то ждали.
   Черт. Я не могу быть таким зверем, как он.
   Поэтому лишь бросила злобный взгляд, заставив всех вздрогнуть и разбежаться, а после взяла хлеб и накрошила в остывший бульон, зачерпывая образовавшуюся кашу и медленно поедая.
   Становилось легче. Может, таблетки подействовали, или все-таки организм хозяина привык к таким встряскам, но голова не так сильно гудела, и желудок ворчанием не отзывался.
   Интересно, сколько времени я потрачу на поиски Бага? Узнает ли он меня? И не будет ли это казаться странным? Но меня беспокоило еще кое-что -- жив ли он.
   -- Святой Ричард, -- в столовую аккуратно заглянул статный мужчина в форме и выпрямился напротив стола. -- На Сабаоди прибудем вечером. Желаете ли оставаться на ночь на корабле или попросить вам снять комнату в отеле?
   Я нахмурилась, заставив капитана напрячься.
   -- Комнату, -- коротко бросила и снова переключилась на хоть и остывший, но очень вкусный суп.
   Пирогов бы еще сюда, мясных да сладких, чай сладкий и горячий. И жизнь бы точно удалась.
   Я откинулась на стуле, отодвинув от себя пустые тарелки, и засмотрелась в красивый резной потолок.
   А ведь мне хорошо стало, успокоилась. Всего пару часов тут, а быстро разрулила ситуацию, и больше никакой нервотрепки, мозг набекрень не съезжал, и никакие мысли не мучали. Будто и не жила почти год на родной Земле. И как-то стало все равно, что в теле маньяка. Это было его прошлое, я же буду создавать будущее. Светлое для всех. Но... не без его грязных средств. Руки придется марать. Иначе никак.
   Поднялась с места и направилась на палубу, по пути провожаемая затравленными взглядами. Это напрягало не только их, но и меня. Я без остановки шла к носу судна, замечая, как народ старался просто исчезнуть. Как только я дошла до точки и расслабленно оперлась руками о фальшборт, смотря на море, послышались шаги за спиной.
   Я скучала по соленому ветру, который бил в лицо, заставляя щуриться. Ощущение морских брызг на коже. Шум и само дыхание моря. Тепло солнца.
   -- Святой Ричард, что-то не так? -- голос слегка дрогнул, когда я лениво повернула голову в сторону говорящего.
   Хм-м, вице-адмирал, сопровождающий меня и корабль со своей командой. Кирим.
   -- Если бы было что-то не так, я бы сообщил, -- ответила и отвернулась снова в сторону моря.
   Прикрыла глаза, подставляя лицо ветру и легко улыбаясь.
   Я снова тут, в этом мире. Дел по горло. И начинать надо уже, чтобы все успеть, ведь Луффи скоро доберется до Рафтеля, а у меня вся Святая Земля на ладони.
   -- Вице-адмирал, пригласите ко мне Первого Секретаря Китану. Как можно скорее. Я буду ждать ее на Сабаоди.
  
  
  
   Тенрьюбито. План
  
   -- Аукцион назначили на два часа дня, -- оповестил крупный мужчина, один вид которого уже заставлял морщиться.
   Аззак, надзиратель за рабами.
   -- Значит, после обеда и отправимся, -- сообщила я, не отрываясь от чтения газеты.
   Слуга поклонился и покинул просторный и светлый кабинет, который своими размерами больше напоминал зал. Когда мне говорили про отель, я и не думала, что это окажется дом, похожий на дворец. Для одного такое поместье явно перебор.
   Я сразу же отложила газету, где поведали историю о том, что после очередного боя, Луффи и команда скрылись на секретном острове, который заняли пираты Алого Креста и сделали своей базой. Ага, об острове знают, а вот где он находится -- нет. Перевела взгляд в окно, с которого открывался вид на дворик с искусственным садом и водопадом, который ниспадал в бассейн.
   Решила дождаться ночи, после чего сходить до нужной рощи и проверить место смерти, а там уже и позвать Бага. Я была уверена, что он скрывался недалеко, не хотелось верить, что крысеныш погиб. Все-таки они много не живут.
   Делать еще два часа было нечего. Шляться бездельно по Сабаоди не хотелось, газета была пролистана, следовало себя чем-нибудь занять или томиться в четырех стенах.
   По моей же просьбе никто меня не беспокоил. С трудом отвязалась от всех этих слуг, то есть рабов...
   Для начала было решено найти фрукт с Багом и дождаться Катю, после чего я планировала съездить в Импел Даун и проверить старых знакомых. А уже после отправиться на остров Олега, думаю, он будет не против, если временно там перекантуюсь пару месяцев. Вот прям сейчас отправляться на Святую Землю опасно.
   А еще мне до сих пор не давала покоя одна мысль.
   Взгляд плавно переместился на графин, полный янтарной жидкости, а рядом стоял бокал под виски.
   Мыслью были слова Георгия. Про душу. Она свободна, и сама стремится туда, где ей место. Из этого выходило, что я могла оказаться и не здесь, а где-то в новом мире.
   Налила пол бокала виски и глотнула. Терпкий вкус. Жидкость сразу обожгла все внутри, заставив поморщиться. Перестаралась с глотком.
   А еще мне надо вернуть их домой. Разделить их души с телами, пока там их не убили. Они должны вернуться, ведь неизвестно, что станет с ребятами, если их в том мире отключат. И надо это сделать как можно скорее.
   Выкрасть? Я даже не знаю, где их искать!
   Снова глоток.
   И сколько времени мне нужно, чтобы успеть, ведь оно утекает, как водопад. Стремительно захватывающим потоком.
   За столь печальными думами меня и застал Аззак. Высокий и крупный темнокожий мужчина грузно прошел в комнату и опустился на колено.
   -- Остался час до аукциона. Пора, ваша светлость. Мы снарядили вам транспорт.
   -- Я пройдусь пешком, -- резко вставила и поднялась, отставляя бокал.
   Для храбрости и этого хватит. На предстоящий кошмар смотреть трезвой опасно, как для терпения, так и для нервов.
   Как я и говорила.
   Шикарное место перед сценой. Удобное кресло, слуги, готовые по мановению рукой исполнить все прихоти. Охрана, следящая за ситуацией.
   Я не ожидала столько помпезности в простой поход за рабами.
   Но была тут не одна.
   Еще одна семья тенрьюбито сидела недалеко и презрительно косилась на меня, грозя заработать себе косоглазие.
   Зал был полон гостями из аристократии и простых состоятельных покупателей, которые не отказались бы от пары рук.
   Я обвела взглядом помещение, окутанное в полумрак и душный запах раздражающего разнообразного парфюма. Сразу появилось желание уничтожить этих паразитов, но быстро пожалела, что сила фрукта еще не в моих руках. С ней бы справилась куда быстрее.
   Зрелище началось, как только часы пробили ровно два часа дня. Я посмотрела на сцену, которую осветили со всех сторон прожекторами, а оранжевую с зелеными и белыми лентами занавес подняли.
   -- Всем доброго дня! -- вышел щуплый мужчина в цветастом костюме со стразами. Не знакомый ранее по манге Диско, или как его, а видимо коллега по цеху. Взгляд его бегал по присутствующим, ладони нервно потирал об брюки. Мне он уже пришелся не по вкусу.
   -- Я постараюсь сегодня вас приятно удивить, дорогие гости! -- он отошел в сторону от центра и приглашающе взмахнул рукой. Казалось, что он хотел что-то еще сказать, яркое и пафосное, но такое же нелепое, как и его наряд, но запнулся и нервозно улыбнулся.
   Мне кажется, или у него какие-то проблемы?
   Взгляд торговца скользил по первому ряду, где сидели только я и с другой стороны вторая семья со Святой Земли. Мужчина, женщина и девочка. Все с презрительными взглядами, словно сделали для всех великое одолжение, явившись пред очи народа. Ох, уж эти тенрьюбито...
   -- Позвольте представить вам... золото с летнего острова!
   Вслед за словами на сцену ровным рядом вышли пять девушек. Довольно симпатичных, напомнивших своей внешностью горячих латиноамериканок, чьи формы подчеркивались минимумом одеждой, которая с трудом скрывала самое важное. Меня пробрало от их провокационного вида, отчего пришлось внушить себе, что мужское тело не мое, а я вообще женского пола...
   Девушки, явно старше двадцати, пугливо прижимались друг к дружке и растерянно смотрели в зал. На их руках бряцали тяжелые наручники, а на шеях покоились металлические кольца.
   Я отвернулась. Смотреть на такое было противно. Стена, покрытая тяжелой тканью, и то казалась лучше...
   Девочек разобрали быстро, и следующими на очереди привели троих детишек -- двое парнишек и девочка, не больше лет тринадцати. Зареванные, растерянные. На это тоже не было сил смотреть.
   Потом привели подростков... После парней.
   Торговец нервничал сильней, видя, что интерес я потеряла ко всему.
   Но вот следующие...
   -- Пираты. Бывшая команда Трехглазого! -- выкрикнул в микрофон мужчина. -- За каждого была награда, так что с этой цены и начнем!
   Тут я уже любопытно оглянулась.
   Шесть человек, среди которых была одна девушка. Все побитые, один даже серьезно ранен, что заставило меня сильней нахмуриться. По виду они никак не напоминали отпетых разбойников, обычные приключенцы, которые дерутся только для самозащиты. Но ненависть, застывшая в их глазах и обращенная на нас, она... впечатляла. Они еще способны бороться.
   Я поднялась с места, заставив торговца, восхваляющего пиратов как товар, замолкнуть, а остальных перевести взгляды на меня. Недоуменные шепотки пронеслись по рядам. Подошла к сцене и бодро поднялась по лестнице к пиратам, озлобленным и ощерившимся, при виде меня.
   Остановилась напротив девушки, вглядываясь в голубые уставшие глаза. Она уже была готова на все, лишь бы поскорее все закончилось. Дыхание лихорадочное, на лице красные пятна, а тонкие губы потресканы. Светлые волосы убраны в неаккуратный спутавшийся хвост. Бурый костюм подран, а босые ноги изранены и покрыты запекшейся кровью. На груди была прикреплена листовка, где значилась награда -- пятьдесят миллионов, -- и которую я сорвала, смяв в ладони.
   -- Хм-м, -- выдохнула я.
   Торговец благоговейно ожидал от меня слов, но я спиной ощущала, как меня прожигали взглядом.
   -- Ее и его, -- указала на соседа девушки, который был внешне похож. Видимо, родственники, только ледяным взглядом желтых глаз отличался. -- Выкупаю за сто миллионов.
   -- В... выкуп? -- растерялся мужчина. -- Но это против правил!
   -- Какие еще правила? -- я с прищуром посмотрела на вздрогнувшего торговца, заставив того сглотнуть и отступить.
   А играть такую сволочь довольно легко. Быстро вживаешься в роль...
   -- Мне нужны эти двое. И я плачу тебе за них. Так что давай, подготовь все.
   Махнула рукой и направилась к своему месту, мазнув взглядом по замершему залу. Тенрьюбито с семьей просто испепеляли меня.
   М-да, Ричард. Не тех врагов ты заимел. Совсем не тех...
   И только я удобно устроилась в мягком кресле, а распроданных пиратов увели за сцену, чтобы подготовить к отправке новым хозяевам и передать в руки надзирателей, как торговец весь приободрился и с широкой улыбкой замер в центре.
   -- А сейчас... последний лот! То, ради чего вы все здесь собрались! И этот ангел может стать вашим...
   Свет в зале приглушили, оставив лишь ослепительно яркий на сцене, куда в полной тишине вывели мальчишку. Мне пришлось сощуриться, чтобы разглядеть худого и бледного паренька лет пятнадцати-шестнадцати с опущенной головой и разбросанными по плечам волосам, цвета золота. Он стоял в одних шортах и зябко дрожал, тощий и напуганный. Руки стягивали наручники, а на шее виднелся обруч.
   -- Начальная ставка -- двести миллионов! -- выкрикнул торговец, подойдя к пареньку, отчего тот вздрогнул, но так и не поднял головы. Мужчина заставил его обернуться, встав спиной к залу, и многие восторженно охнули.
   Мягкие и маленькие крылышки торчали из лопаток.
   Хм-м...
   -- Джилл обладает силой фрукта, позволяющего ему превращаться в ангела. Покажи всем, -- снова повернул к нам лицом.
   Значит, наручники не из кайросеки, если мальчишка может спокойно менять форму. Но в то же время он не пытается сбежать, обладая такой силой. Он ведь просто мог улететь, несмотря на ошейник, который просто сорвал бы. Только вот... воля была подавлена... у него не было стремлений и смысла жить.
   Под восторженные восклицания Джилл расправил крылья, которые увеличились в размере и обдали всех легким ветерком и приятным ароматом, отогнав терпкие запахи парфюма. Мелкие перышки разлетелись вокруг, играя в лучах света, а образ мальчика стал невероятно волшебным.
   И смотря на него... невозможно было остановиться и отпустить мысль -- все будет хорошо...
   Он просил помощи...
   -- Триста миллионов! -- подскочил с места сосед, подняв перед собой дощечку с номером.
   Хм-м, я свою где-то посеяла.
   Нет. Парнишку этому жирному извращенцу не отдам.
   Медленно поднялась, заставив тенрьюбито зло запыхтеть, и посмотрела на Джилла.
   -- Пятьсот миллионов, и я забираю его.
   -- Да что ты себе позволяешь?! Это аукцион, а не базар! -- разъяренно вспыхнул глава семейства, поддерживаемый женой и дочкой.
   -- Я позволяю себе то, что мое по праву, -- неспешно и с ленцой посмотрела на них и снова уставилась на ангела.
   -- Избалованный юнец! Не уважающий никого!
   -- На себя для начала посмотрите, а потом мне тыкайте, -- не горя желанием продолжать препирательства, я обратилась к торговцу. -- Миллиард.
   Бля. Надеюсь, это не много я зарубила, ибо челюсть у всех отвисла.
   -- Это мое. И свое я отберу. Даже если придется пролить кровь... -- сощурившись, глянула на тенрьюбито и кивнула.
   Мужчина стиснул зубы и сел на место, а девочка начала капризно кричать на родителей, что хочет этого мальчика к себе.
   Разбежалась...
   Торговец раскланялся, возвещая о завершении торгов, и Джилла вывели со сцены. Я поднялась и потянулась.
   Ну, что смогла -- сделала. Все равно всех спасти не в силах, а потратилась, походу, знатно.
   Миллиард. Охренеть...
   -- Господин, рабов доставили к вам в дом. Мы проведем для них инструкцию перед тем, как будет знакомство, -- отчитался Аззак, получив в ответ мой кивок.
   Время идти домой.
  
   Поспела я прямо к ужину. Пустая богатая столовая с длинным столом, где во главе сидела я в окружении вкусной еды. У двери стояла служанка, та самая девочка, и нервно дергалась, после каждого моего пойманного взгляда.
   Мне кажется, или ее что-то тревожит?..
   Отужинав и отослав девушку, я решила прогуляться по дому, который изнутри выглядел мертвым больше, чем снаружи. Красота и роскошь не наводила ни на какие мысли, а люди ходили без единой эмоции на лице. Пугающе.
   А так же это напрягало.
   На лестнице я застала приглушенный разговор, но к сожалению, расслышать ничего толком не смогла, и лишь спугнула двух служанок, которые застыли на месте, ожидая над собой любой расправы. Но я лишь пожала плечами и пошла дальше.
   Где там ребята, которых я выкупила...
   Насколько я помнила, обслуживающий персонал разместили в подвальной части дома, куда я и направилась. И как только ступила на каменный пол, закончив спуск, расслышала из соседней двери вскрик, который мигом насторожил и заставил нахмуриться.
   Последние два шага я сделала с каменным лицом, а, раскрыв дверь, и вовсе замерла.
   Все трое были за цепи подвешены на стене лицом к ней. В углу пылал очаг, около которого в ряд лежали металлические прутья, а один, с ненавистным раскаленным знаком, держал Аззак. Я вихрем ворвалась и отобрала инструмент, отбросив в бочку с водой и заставив надзиратель изумленно отойти.
   -- Г... господин, -- сглотнул, -- что не так? Или вы хотели сами?.. Господин?
   Видимо, ярость на моем лице была более, чем красноречива, ведь Аззак все отступал и отступал, пока не прижался к стене, напуганный и недоуменный.
   Я, тяжело дыша от сдерживаемой злости, посмотрела на два обмякших тела, которых в вертикальном положении удерживали только цепи. На загорелых спинах девушки и парня виднелись ожоги в виде Когтя Дракона, которые обильно кровоточили. Джилл испуганно трясся и хныкал, уткнувшись лицом в каменную кладку.
   -- Снять, -- мой голос звучал как металл. -- Оказать медицинскую помощь. Накормить, и пусть отоспятся. Утром доставить в мой кабинет.
   Блять. А я ведь ночью с ними хотела на поиск фрукта пойти. Все насмарку! А одной без сил идти опасно в те районы. Брать с собой армию из Дозора -- палиться еще больше.
   Как же меня это все бесит!
   Я бесцельно металась в кабинете из угла в угол, набивая синяки на ногах, сталкиваясь со столами, стульями, тумбами. Мне было плевать. Мне надо было придумать, как найти фрукт.
   Катя еще не явилась, а Дозор не сообщал, когда именно секретарь прибудет. По идее они могли позвонить, а она с помощью Свон сразу же пришла бы. Но их нет больше двенадцати часов...
   За окном уже было темно. От пузырей, витавших по острову, отходили радужные блики, попадающие в кабинет, утопающий в полумраке. Я обошлась одной свечой.
   Стук в дверь заставил вздрогнуть и остановиться.
   -- Господин, разрешите поговорить?
   Незнакомый тихий голос.
   -- Проходи, -- я отошла к столу и встала спиной к нему.
   Дверь осторожно приоткрылась, и в кабинет вошел мальчишка. Не поднимая головы, он дошел до центра и остановился. От белоснежной кожи развеивался легкой аурой мягкий свет, приковывающий взгляд и даривший покой. Крылья неподвижно сложены за спиной, а белые перышки пробуждали желание коснуться их.
   -- Джилл? -- я рассматривала мальчишку, которого одели в простенький костюм, а волосы убрали в хвост, расчесав и помыв. -- Как ты себя чувствуешь?..
   -- Спасибо, -- тихо произнес парнишка. -- Вы хороший человек, -- он поднял синие глаза, смотря чистым и искренним взглядом. -- Я вижу, в Вас нет зла... и я буду рад отплатить Вам.
   Я стояла как оглушенная. Мог ли он увидеть мою настоящую сущность? Или только намерения?..
   -- Я помог исцелить Шадо и Дошу. Завтра им будет уже лучше.
   -- Что ты умеешь? -- нашла в себе силы отмереть и сесть в кресло.
   -- Мой фрукт относится к мифическим. Во второй форме я умею исцелять. В третьей -- облачаюсь в доспехи.
   Хм-м, очень похоже на мою демоническую форму. Человек -- демон -- архидемон.
   -- Что ж, -- я улыбнулась и откинулась на спинку кресла. -- Тогда после полуночи мы слетаем с тобой в одно место...
  
   Тенрьюбито. Предложение
  
   Китана
  
   Утро не задалось. Завтрак запоздал. Свон где-то пропадала со вчерашнего вечера. А бумаги, которые ждали на рабочем столе, совсем не радовали и вгоняли в еще большую тоску.
   С тех пор, как я обжилась в штаб-квартире Дозора в Новом Мире, стало как-то скучно. После исчезновения Скарлет Правительство полностью потеряло интерес к команде Алого Креста, списав их со счетов. А я боялась. В который раз.
   Она пропала. Вообще. Стерлась из основания этого мира. Я надеялась, что она снова использовала тот трюк с исчезновением и теперь где-то умело скрывается. Настолько умело, что никто ее не видел.
   Вообще.
   Но я упрямо отгоняла все эти мысли, раз за разом, монотонно, повторяя свою работу, отвлекаясь, но ожидая каждый день ее звонка или появления в окне. Она ведь может летать...
   Что меня поразило, после того, как Скарлет бросила всех посреди Дресс Роуз, это реакция ее команды, точнее, той части, которая присутствовала. Милана рвалась за ней, призывала отправиться на ее поиски и выяснить, что стало причиной такого настроения, как и Эйс, открывшийся всем. Но Юстас отказал. Остальные промолчали, приняв приказ заместителя капитана Алого Креста, а ныне полноправного капитана.
   Милана не верила в их реакцию и была разбита таким равнодушием. И девочка замолчала.
   Эйс вернулся к своей команде, мрачный и необщительный, а позже я узнала, что они с Лизардом отправились ее искать. Пока...
   Не вышла свежая газета, где сообщили, что нашли на Сабаоди тело Скарлет. Что она умерла.
   Я не верила. Они тоже не поверили. Это все происки Правительства, чтобы вдохновить людей и Дозор.
   Позже я вытащила мысли Юстаса на поверхность, пытаясь понять, почему сестра лила слезы, и отчего мне после хотелось ударить его и утопить в океане. Скарлет им верила, все делала для них, из кожи вон лезла, принимая меня за врага. А оказалось, что все было куда проще. Эльф знал о моих способностях благодаря своему фрукту, поэтому всегда держался подальше, сам же тем временем искал выход.
   Все произошло в Скайпии, когда Скарлет только нашла его и вызвалась помогать в войне. Тогда он и решил действовать.
   Сначала Юстас не поверил ее словам, что девушка превратилась в монстра, ведь всегда помнил ее доброй и мягкой. И когда парень увидел своими глазами, во что превратила его старшую сестру сила, когда девушка разрывала на части наместников, жреца и Энеля... Юстас растерялся. Он испугался и продолжал бояться ее все время. Эльф надеялся, что сможет вернуть прежнюю Скарлет, вырвать ее из лап опасной силы, отчего и содействовал Урсуле, Дофламинго и остальным. Лишь бы они вернули его нормальную сестру.
   Юстас не понимал, что ничего не будет как прежде. Он не мог принять то, как нас изменил этот мир. Парень просто потерялся.
   И свою точку зрения он навязал остальным, мимоходом, между делом, пока Скарлет гонялась туда-сюда, пытаясь вытащить их задницы из очередных заварушек.
   Добрыми намерениями выстлана дорога в Ад...
   -- Вас немедленно желают видеть.
   В мысли ворвался звонкий голос лейтенанта, который стоял посреди кабинета.
   А я даже и не заметила, как он вошел.
   Хлопнула ладонями по щекам, пытаясь привести себя в чувства, и налила из графина воды, тут же глотнув, а после перевела взгляд на стол.
   -- Да? -- я лениво отозвалась, не поднимая глаз от документа.
   -- Святой Ричард Хоул. На Сабаоди в своей резиденции.
   Я удивленно вскинула брови и посмотрела на лейтенанта, а потом перевела взгляд на зеркало, которое отражало пустую стену.
   -- Как можно скорее, -- с нажимом повторил мужчина.
   И где же черти носят Свон.
   Заставлять ждать тенрьюбито плохо, поэтому я кивнула и поднялась на ноги. Дозорный откланялся и скрылся за дверью. Схватила со спинки кресла темно-синий пиджак, накидывая на плечи, и прошла к зеркалу, положив на прохладную поверхность ладонь.
   Напарница появилась отражением не сразу, и я явно отвлекла ее от дела, ведь выглядела она не лучшим образом. Взъерошенная и напряженная, без излюбленного шарфа из лебяжьих перьев и черных круглых очков, Свон вопросительно изогнула бровь, требуя объяснений.
   -- Надолго не займу. Нужно срочно на Сабаоди, Святой Ричард Хоул вызывает. Без понятия зачем.
   Говорила я слегка нервно, мне и самой было интересно, зачем понадобилась такому лицу. Обычно они со мной встречи не организуют. Да и вообще это впервые.
   Лебедь кивнула и коснулась пальцем стекла, которое пошло рябью, позволяя мне войти в мир Зазеркалья.
   Появились мы в просторном кабинете, где у стола стоял парень в идеальном белом костюме. Весь его вид говорил о совершенстве, что и пугало, но в то же время восхищало. Это первый встреченный мне тенрьюбито, у которого со вкусом проблем нет, да и внешность отнюдь приятна. По крайне мере, впечатление он производил полностью положительное, в отличие от остальных из его племени.
   Свон сразу же растворилась в зеркале, оставляя меня одну и возвращаясь к своим делам.
   -- Я предлагаю вам место секретаря в Горасей...
   Не поднимая взгляда от стола, который был заставлен пустыми графинами и наполненные янтарной выпивкой, бокалами и бумагами, небольшим подозрительным сундучком и подставками с шикарными перьями, произнес тенрьюбито, введя в изумление. Я даже остановилась, не закончив путь до центра зала и неприлично уставившись во все глаза на беловолосого мужчину.
   -- Если вы согласны мне помочь, -- он посмотрел на меня синими глазами и усмехнулся, заметив, как я оторопела от произведенного эффекта.
   Этот тип явно полон сюрпризов.
   Я с вопросом посмотрела на Ричарда.
   -- Вы мне уже нравитесь, -- артистично вздохнул тенрьюбито и подвинул подозрительный сундучок с края стола в мою сторону, открыв крышку.
   Я подошла ближе, ответив на его приглашающий жест, чтобы разглядеть то, что он хотел мне показать. Большой для своих размеров мандарин с закорючками в виде капель. Я мрачно посмотрела на Ричарда.
   -- Вижу, тебе это о чем-то говорит.
   Она все-таки умерла...
   Умерла...
   -- Оу, не надо слез.
   Я рваными движениями стерла влагу, отказавшись от любезно протянутого платка, идеально белого цвета.
   -- Ты хочешь знать, что с ней стало?.. -- он серьезно сдвинул брови, следя, как я стирала остатки влаги, а после кивнула. -- Тогда помоги.
   -- Ти? -- легкий писк привлек внимание.
   Я опустила глаза и наткнулась на рыжего крысенка, который выглянул из-под стола, опасливо и только мордочкой. Баг?
   Опустилась на колени и подобрала зверушку, которая выскочила навстречу. Малыш доверчиво уткнулся в грудь и что-то запищал. Ричард с интересом следил за всем этим, и мне даже показалось, с некоторой долей обиды.
   -- Жалуется, -- вставила я, поглаживая крысу.
   -- Я его пальцем не трогал, -- ответил Святой и сжал губы.
   Ему явно не понравился данный обмен любезностями с крысой.
   -- Что вы думаете делать с фруктом? -- я напряженно посмотрела на привлекательного мужчину, который сложил руки в карманы брюк и принял устойчивую позу, с любопытством разглядывая меня.
   -- Съесть. А ты против? -- изогнул бровь, а я недовольно скривилась. -- Как иначе?
   -- Есть возможность узнать, кто это сделал со Скарлет?
   -- Легко, -- пожал плечами. -- Информации у меня достаточно по фрукту, так что я разберусь, как и что делать, когда съем его.
   Я дернулась, окидывая взглядом ворох бумаг на столе. Вероятно, это и была данная информация.
   Информация...
   Каналы тенрьюбито позволяют пробиться где угодно. Он предложил мне место секретаря у верхушки власти...
   -- Ну, так что? Станешь моим серым кардиналом? -- насмешливо прошел по мне взглядом, оценивая.
   -- Зачем вам это?
   -- Надоели эти снобы, -- он усмехнулся и отвернулся к окну. -- Время перемен...
   Я уставилась в его спину широко открытыми глазами от изумления.
   Чем он еще меня удивит?.. Ведь это... переворот?..
  
   Ричард
  
   Впечатление я произвела. И вроде не спалилась.
   От дальнейшего диалога меня спасли. Джилл привел пришедших в себя пиратов, которые выглядели более свежо и подобающе. Конечно, девушка все излучала болезненность, но тут уже ничего не сделаешь, если ей нужна серьезная медицинская помощь. Парень же мрачно осматривал меня, и не будь у него наручников, бросился бы с кулаками.
   И зачем их надели на пиратов?..
   -- Можешь быть свободна, -- я обратилась к Китане, легко кивнув. -- Обустраивайся тут, но будь готова, завтра с утра корабль. Мы отплываем. Не опоздай.
   Девушка нахмурилась. Пришедшим я указала рукой на свободный диван, чтобы подождали.
   -- Да-да, теперь ты будешь работать со мной, -- между тем продолжила, обращаясь к Кате.
   -- Но у меня есть свои обязанности, -- она недоуменно моргнула.
   -- Теперь они связаны со мной, -- я склонила голову и перевела взгляд на пиратов, которые напряженно следили за всей сценой.
   Девушка, поняв, что я потеряла к ней интерес, сдержанно кивнула и покинула кабинет с крысенком на руках.
   Прости меня, за холодный ответ тебе, Баг. Прости, Катя, за эти слезы. Но это вынужденная мера.
   -- Так, -- я осмотрела цепким взглядом каждого. -- У меня для вас предложение.
   Парень скрипнул зубами.
   -- Предложение о работе.
   -- Что, думаешь, мы будем работать на тебя, тварь? Да будь хоть десятки этих клейм, мы не будем рабами! -- яростно выкрикнул парень.
   Я молча и с понимаем проследила за этим и вздохнула.
   -- Как твое имя?
   -- Дошу, -- процедил сквозь зубы.
   -- Отлично, Дошу, -- я подцепила пальцами с края стола бокал с виски, взболтнув остатки. -- Так вот. С чего вы взяли, что вы рабы? -- подняла бровь, внимательно следя за недоуменным собеседником.
   Ломать систему сегодня буду всем.
   -- Но эти клейма...
   -- Поставил мой безмозглый слуга. Но это не проблема, я вскоре избавлю вас от них. По правде, вы свободны. Я просто выкупил вас с того аукциона. В вас была еще живая искра, и не хотелось уничтожать ее под плетью и рабским ошейником, -- я глотнула напитка и вернула назад на стол пустой бокал. -- Но так сложились обстоятельства, что мне понадобится помощь в деле, которое я сам совершить не могу. Поэтому предлагаю нанять вас на работу. Ну?
   -- Что за бред?
   -- У меня есть для вас троих работа. Выполните ее -- будете свободны. И это не обман. Мне не за чем это делать.
   -- Где гарантии? -- свел брови Дошу.
   -- Какие сообразительные пираты попались, -- я усмехнулась и села в кресло, пододвигая сундучок с фруктом к себе. -- Но вам придется поверить мне на слово.
   -- Да хрен там! -- Дошу вскочил с места и попытался броситься на меня, но Джилл вовремя остановил пирата, просто преградив путь. -- И ты стал его собачкой?
   -- Он хороший. Поверь. Я знаю, -- с улыбкой выговорил ангелок. -- Он спасет всех.
   Тут уже я брови приподняла. Свой план парнишке не рассказывала, так откуда он знает?..
   Дошу скрипнул зубами и вернулся на диван. Девушка одарила его безразличным взглядом и вздохнула.
   -- Что за работа? -- обиженно пробормотал пират, не смотря на меня.
   -- Для начала исцелим твою сестру, так ведь? -- я приподняла бровь. -- А то больные бойцы мне ни к чему.
   Достала оранжевый мандарин с закорючками. Виновник всех бед. Моего личного безумия. То, что изменило меня до основания. И я снова наступала на эти грабли. Но иначе никак. Я больше никому не дам этот фрукт. Лучше пусть я контролирую это зло, чем кого-то обучать по новой.
   Очистила от кожуры, которая легко поддалась, и отломила одну дольку. Напомнила себе, что весь фрукт не обязательно кушать, давиться этой гадостью, ведь сила активировалась с одного куска. Ну, это если верить манге.
   Решительно поглотила дольку мандарина и стала ждать под взгляды троих, надеюсь, соратников.
   Сознание терять не собиралась. Живот противно не скручивало. Подозрительно. Ведь в прошлые разы, если верить своему опыту, и прошлых фруктовиков, они теряли сознание. Но я даже встала, отдернула пиджак. Никаких изменений.
   -- Может, все-таки весь съедите? -- предложил Джилл, но я решительно отмахнулась.
   И тогда я прикрыла глаза.
   Мир взорвался алыми точками, а на губы легла улыбка.
   Да.
   Сработало.
   Моя сила снова со мной.
   Я приподняла руки и сжала кулаки, ощущая, как кровь лениво стала подчиняться, отзываясь теплотой. После открыла глаза и подобрала со стола канцелярский нож. Туповат, но пойдет. Крепко перехватила его и рубанула по ладони, которую подставила под пустой бокал. Рана вышла неглубокая, но боль отзвуком отдалась, заставив поморщиться.
   Еще не до конца отключилась.
   Подождала, пока кровь стечет, а рана затянется, после чего подобрала бокал, а нож забросила куда-то на стол. Подошла к Шадо, которая с бледным лицом следила за мной. Джилл оставался спокойным, а вот Дошу смотрел на меня испуганным взглядом.
   -- Это же сила... Скарлет, -- выдохнул он.
   -- Ты знал ее? -- удивленно подняла бровь, протягивая девушке бокал.
   Она неуверенно обхватила двумя дрожащими руками и примкнула губами к краю, начиная медленно пить.
   -- Я слышал о ней. Говорили, что она пропала, -- он сглотнул, смотря, как его сестра неторопливо поглощала кровь. -- Выходит, она погибла.
   Я кивнула.
   -- Сегодня ночью Джилл помог мне найти фрукт, -- я забрала пустой бокал и вернула на стол, после села на соседний диван, напротив троих ребят.
   Проследила, как молчаливая Шадо менялась. Бледность сходила, уступая здоровому оттенку кожи, в глазах зажглись огоньки, а дыхание выровнялось. Девушка пару раз откашлялась и оживилась, начиная активно осматриваться, потеряв отчуждение. Дошу схватил сестру за руки и принялся рассматривать, не веря своим глазам.
   -- Слухи о силе Скарлет правда... она действительно могла исцелить смертельные болезни. Но как вы узнали о том, как работает фрукт?
   -- Я ж не идиот, -- усмехнулась и откинулась на спинку удобного дивана.
   Дошу скептически посмотрел в ответ, заставив засмеяться.
   -- Все вам расскажи, -- я с веселостью смотрела на них. -- Мне ведь ничто не мешает получать информацию. Ну, вернемся к насущному. Вы трое мне нужны в качестве телохранителей.
   -- Что? -- Дошу не поверил своим ушам. -- Вы владеете сейчас силой фрукта. Скарлет довела его до такого, что ее весь мир бояться начал. Вы сами можете стать таким.
   -- Но, -- я остановила его недовольный поток слов, подняв указательный палец. -- И где она сейчас?
   Они промолчали.
   -- Тем более мне до ее уровня не один год учиться, согласитесь.
   -- И нам нужно будет только охранять вас? -- недоверчиво нахмурился пират.
   -- Ну, и следовать за мной во все мои авантюры.
   Ребята изумленно уставились на меня.
   -- Что?
   -- Вы -- тенрьюбито. Живете на Мариджоа, купаетесь в деньгах, покупаете рабов и раскидываетесь человеческой жизнью налево и направо, -- тихим голосом произнесла Шадо, внимательно смотря на меня.
   -- Стереотипы. Донкихот Дофламинго тоже был тенрьюбито и королем, это ему никак не мешало путешествовать по миру, -- отмахнулась я.
   -- И за это его посадили в Импел Даун. Мугивары справились с ним и его семьей.
   -- Подумаешь, -- усмехнулась и оскалилась. -- Как посадили, так и выпустят. Следующий пункт по плану -- Импел Даун, шестой уровень.
  
  
  
   Тенрьюбито. Направление
  
   Свежий прохладный морской ветер с утра бодрил. Солнце только поднялось, но у нас уже кипела работа. Корабль готовился отправляться в путь.
   Я стояла на носу судна с кружкой горячего кофе в руках и легкой улыбкой на губах. По палубе сновали моряки и дозорные, готовя все к отплытию. Троица телохранителей устроилась невдалеке, принаряженные и с хорошим настроением, заставляя слуг дома Хоул с завистью поглядывать в их сторону. Ребята еще прошлым вечером успели сгонять в лавки за оружием, одеждой и прочими удобствами, чтобы порадовать себя.
   Глотнула кофе. Вкусный. Чуть горьковатый, но сливки только украшали вкус.
   За спиной раздался стук каблуков, хозяйка которых, не доходя, остановилась.
   -- Святой Ричард, -- позвала Катя.
   Я обернулась, поднося кружку к губам, и вопросительно подняла бровь.
   За спиной девушки стояла Свон и лениво осматривалась по сторонам. Верная спутница сестры, а также ее покровительница, которая никогда не бросит. Не предаст.
   -- Да? -- глотнула горячего напитка.
   -- Позвольте представить вам мою верную напарницу...
   -- Я знаю. Донкихот Свон, -- и посмотрела на высокую женщину с коротким ежиком светлых волос и черных очках на носу. Она хоть раз снимала их?
   Китана опустила руку, которой хотела указать на Лебедя, неуютно передернула плечами и поправила пальцами выпавшую из-за сидевшего на плече Бага прядь волос, убрав за ухо. Крыс повернулся к нам задней частью и показывал хвост. Ну, спасибо, мелкий, обиделся на меня...
   -- Куда мы держим курс? -- хоть и ощущала себя не в своей тарелке, Катя продолжила беседу.
   -- Импел Даун, -- пожала плечами.
   -- Вы что-нибудь узнали о... -- она сглотнула и свела напряженно брови, тихо закончив, -- о смерти Скарлет.
   Я кивнула и допила кофе, поставив кружку на фальшборт, откуда ее тут же забрали слуги. Катя терпеливо ожидала продолжение, но я отвернулась к морю, спокойному и тихому морю.
   Что говорить сестре, я не знала. Точнее -- как ей говорить правду. Лгать не хотелось.
   Бросила последний взгляд на море и направилась в свою каюту, сопровождаемая телохранителями и Китаной со Свон. Ребята остались за дверью, чтобы ненароком никто не подслушал особо важный разговор Первого Секретаря и Святого.
   Хех. А мне и не жалко.
   Я села в глубокое кресло, а девушки устроились на диване напротив. Смотреть в глаза Кате не хотелось, поэтому я направила взгляд в решетчатое окно, к голубому небу.
   -- Она сама ушла. Отчаяние поглотило ее душу. Боль терзала на мелкие кусочки. И она решилась уйти. Туда. Назад. Откуда вы пришли. Это предательство ей тяжело далось.
   Налила из графина в бокал виски и глотнула, снова откинувшись в кресле. Пить с утра не порядок, да и алкоголь уже не действовал на тело, но от привычек сложно было избавиться, даже пусть и не моих. Это успокаивало.
   -- Назад? -- голос Кати дрогнул.
   Я все-таки посмотрела на нее. Бледная, взгляд недоверчивый. А вот Свон внимательно смотрела в зеркало, которое висело за моей спиной отражая их и мою макушки. Заметив, что я обратила свой взгляд на нее, она опустила глаза, отвлекаясь.
   -- Да, туда, откуда вы все пришли.
   -- А есть дорога?
   -- Могу показать, -- пожала плечами.
   Катя молчала, а я ее не торопила. И так планировала их назад пинком отправить. Но девушка неожиданно поднялась на ноги и без слов покинула комнату под мой удивленный взгляд. Неужели это ее так сломало?..
   Я... не хотела.
   Резко перевела взгляд на Свон, сведя вопросительно брови.
   -- Извиняюсь, если, что не так сделал. Не хотел.
   Но Лебедь только хитро улыбнулась, слегка приспустила очки и подняла взгляд в зеркало.
   -- Ну, да, ху-ху, -- кивком указала на него.
   Отражение слегка поплыло и на моем месте застыл призрачный силуэт меня настоящей. Той, которая жила на Земле. Родное тело. Родная внешность.
   Охренеть.
   Глаза - зеркало души. Точнее, зеркало видит душу. Истину.
   Ну, просто слов нет. Выходит, она всегда знала, кто мы?
   -- Почему? -- только один вопрос, между тем зеркало снова вернулось в норму.
   -- Им надо вернуться. Иначе погибнут, -- серьезно ответила женщине, которая кивнула, принимая сведение.
   -- А ты?
   Я сглотнула и отвела взгляд, снова подхватила бокал с виски.
   -- А мне надо кое-что доделать, прежде чем уйти. Но и, между тем, как-то подготовить Катю, чтобы она собрала всех.
   Лебедь плавно поднялась с дивана.
   -- Я поговорю с ней, и с ними, -- Свон спокойно посмотрела мне в глаза и ушла.
   За тайну мне было спокойно. Если за столько лет Принцесса Зеркал не проболталась о нашем происхождении, то и сейчас ей не к чему сдавать меня. Она приняла мое решение и предупреждение, и ей тоже не с руки будет, если ее подруга умрет.
   Свон поможет.
   Я допила виски и вернула бокал на журнальный столик, продолжая разглядывать окно.
   Путь затянется на неделю.
   Поскольку время приближалось к завтраку, я поднялась с удобного кресла и направилась буквально в соседнюю комнату. В коридоре меня ждала троица телохранителей с безэмоциональными лицами и явно мыслями где-то далеко.
   Стол уже был накрыт, на три персоны, что заставило заинтриговано вскинуть бровь и улыбнуться. Неужели я буду не одна трапезничать?
   Как только я заняла место во главе, а телохранители разошлись по комнате, вошла летящей походкой Свон и приземлилась по левую руку. Выглядела она весьма приободренно, но я не думала, что за минут пятнадцать женщина успела уболтать мою сестру закончить жизнь самоубийством и вернуться на Землю.
   -- А Первый Секретарь не составит нам компанию? -- с улыбкой и надеждой на хорошие новости спросила я.
   -- Она не завтракает, -- коротко ответила Лебедь и подхватила белую салфетку, укладывая ее на колени. -- У меня для вас есть идея, как привлечь внимание бывших соратников Скарлет.
   -- М? -- я положила ложку с овсянкой в рот и внимательно посмотрела на женщину. Фу, не сладко.
   -- Рассказать СМИ, кто стал новым владельцем фрукта. Тот факт, что он в руках тенрьюбито, очень разозлит их, и они сами явятся. Я знаю этих ребят достаточно, чтобы утверждать.
   -- Даже после всего, что они сделали со своим капитаном? -- я изогнула бровь, щедро положив черничного варенья в безвкусную кашу.
   -- Даже после этого, -- кивнула Свон и глотнула чай.
   Идея мне понравилась. С такой стороны я не смотрела на ситуацию, но Лебедь могла быть права. Ребята приплывут, чтобы заполучить силу себе. Не могу утверждать за Юстаса, но Милана и Леша точно, главное, чтобы с ним Эйс не увязался. И Ло.
   Мне нужны только земляне.
   Хм-м, тогда лучше отправить через интервью приглашение. На остров Куб. Туда, где все и началось. Где и началась история Кровавой Скарлет.
  
   -- Ваша Светлость? -- голос капитана за спиной.
   На палубе все так же кипела жизнь, радуя своим движением и заставляя ощущать то, что все по-настоящему, а не видение. Что я снова на протяжении целой недели жила тут, в желанном для меня мире.
   Глубоко, полной грудью, вдохнуть солоноватый воздух и выдохнуть с улыбкой на губах, а потом запить глотком виски. Да, некоторые привычки остались за телом. От курения все-таки еще держалась, но порой желание накатывало.
   -- Я.
   Повернулась в сторону дозорного, который вытянулся в струнку под моим насмешливым взглядом.
   -- Через час будем в Импел Дауне!
   -- Замечательно, -- я кивнула и вернулась к рассматриванию бескрайних вод, покрытых слоем белого тумана.
   К Свободе.
   В СМИ я обратилась в тот же день, когда Свон подала идею. И уже через сутки в новой газете красовалось мое сообщение, небольшое, но меня порадовало, и рядом фотография, полная пафоса, со взглядом, говорящим, что вокруг меня лишь недостойные псы. Хм-м, видимо, взяли старое изображение, когда снимали настоящего Ричарда. Да, разница с настоящим есть, от того все и косятся, подозрительно. Их Святой круто изменился.
   А сказала я, что мир может успокоиться, ведь время зверств Кровавого демона Скарлет окончено. Она мертва, а ее сила теперь принадлежит мне, Святому Ричарду Хоулу. Фрукт крови теперь был в надежных руках, и жителям нет смысла больше волноваться. Ни один из разбойников не получит способности такого масштаба.
   Ну, как-то так.
   Обращение возымело должный эффект и эхом прокатилось по островам. Свон заверила, что нужные лица всколыхнулись и отряхнули годовую пыль. Ратти была замечена в Новом Мире. Мной было приказано не трогать команду Алого Креста, ведь с ней я хочу разобраться сама. Дозору пришлось смириться с таким решением.
   Башня Импел Дауна вынырнула из непроглядного тумана. Все такая же с виду непоколебимая и огромная. Побег, произошедший несколько лет назад, сказался на укреплении, которое теперь выглядело еще более защищенным и внушительным. Линия охранных кораблей окружала башню, не давая толком проплыть или выплыть. Но мы беспрепятственно прошли между замершими судами, на которых люди в форме по бортам отдавали мне дань уважения.
   Я довольно усмехнулась и снова посмотрела на Импел Даун.
   Когда-то я сюда прибыла как заключенная, а теперь... как важный гость.
   Швартовка прошла быстро, и по трапу я спустилась первой, сопровождаемая за спиной телохранителями, а дальше Китаной и Свон, Дозор остался на корабле. Встречали меня с каплей торжественности. Часть охраны, Ганнибал, Магеллан, и другие начальники отделов, все на коленях с опущенными головами.
   Лишь спустя минуту они поднялись, и глава тюрьмы заговорил.
   -- Добро пожаловать в самую неприступную тюрьму в мире в Импел Даун! -- громогласно рявкнул Ганнибал, из-за его противного голоса я поморщилась, что было расценено ими по-своему.
   Если они до этого сильно нервничали, то теперь стали дышать через раз.
   -- Ну-ну, прям-таки неприступная? -- губы растянулись в усмешке, и я зашагала вперед, заставив линию из людей впереди растерянно расступиться.
   Нагнали меня у самых ворот, которые были раскрыты нараспашку.
   -- Позвольте показать вам тюрьму, -- Ганнибал услужливо склонился, нервно потирая ладони и улыбаясь.
   -- Да что я тут не видел, -- отмахнулась. -- Люди в клетках, тут и там. Ничего интересного.
   -- Но... вы же еще не были тут ни разу, -- еще больше растерялся глава тюрьмы.
   Я вошла в лифт, одарив вошедшую следом Домино любопытным взглядом. По-моему, их форма стала более выдающаяся.
   -- Это не мешает мне составить мнение, что тут везде люди в клетках, -- ответила, пожав плечами. -- И поскольку я за прошедшую неделю сильно растратился, совсем ничего не прикупив, -- окинул взглядом троих телохранителей, замыкавших нашу цепочку, -- то приехал сюда в надежде отыскать компенсацию по схожей цене.
   Ганнибал недоуменно склонил голову.
   -- Мне на шестой уровень надо. Раба выбирать себе буду, -- прямо сказала, заставив взглянуть на себя широко открытыми глазами.
   Умней он так и не стал. Как только еще держится в кресле, явно Магеллан всю работу за него делает. Сам же ядовитый фруктовик вернулся к своим обязанностям, как только мы загрузились в лифт и отправились в долгое путешествие вниз. Катя и Свон решили не сопровождать меня, оставив телохранителей для этого, а сами пошли по своим делам.
   Всю дорогу Ганнибал заливался соловьем, расхваливая работу тюрьмы и перечисляя изменения и улучшения после массового побега. Тут и решетки крепче стали, и стены толще, и охраны бдительной больше, и проверки тщательней, и условия с пытками страшней. В таком случае было проще сразу же казнить пиратов, чтобы не мучить их ежедневными истязаниями, а казну лишними тратами. Или бы отправили на всякие каменоломни и шахты, полезней было бы с такой охраной и толстыми решетками.
   Хех. Столько народу просто так без дела сидят на чужие деньги, а так бы на особо опасные работы отправляли их. Пример Белого Города ничему не научил, как и родного острова Шанны. Если не ошибаюсь, то по информации разработку тех шахт закрыли, поскольку зима стала там еще суровей, и в одну ночь погибло более пятидесяти людей. Было принято решение перевезти оставшееся население, а над островом повесили табличку "Опасная зона. Высадка Запрещена".
   Непрактичное использование такого ценного ресурса как люди. Не считая того гениального ученого, имя которого я успешно забыла.
   Шестой уровень.
   Как только двери лифта открылись, я вышла первой и тут же остановилась, осматриваясь.
   Все, как и было. Полумрак, смешанный с затхлым воздухом и въевшуюся в самые стены вонь. Злые взгляды из темных углов клеток, которые могли запросто убить не стойких людей.
   Как это знакомо.
   Я довольно улыбнулась и зашагала по широкому коридору, с любопытством заглядывая в клетки, где жались в темноте заключенные, не горя желанием показываться мне на глаза. Ганнибал вставал то справа, то слева, пытаясь что-то объяснить, но я просто игнорировала эту болтовню.
   -- Помолчи, достал, -- озадачила его своими словами, но мужчина замолчал.
   Гневить тенрьюбито не хотел.
   Все пираты были не знакомы, а искомого не наблюдалось. Спрашивать о его местонахождении не хотелось, будет выглядеть еще подозрительней, чем мое появление в этих стенах. Уж кто-кто, а они прекрасно помнили, как Скарлет сбежала отсюда, поэтому сложить два плюс два вполне в силах. Магеллану точно. Не удивлюсь, если он с расстояния следил за нами. Ден-Ден Муши были через каждые два-три метра.
   А вот когда в одной клетки встретилась часть семьи Донкихот, я поняла, что цель близко. Так что я ускорила шаг, внимательней вглядываясь в полумрак.
   Нет. Нет. Нет.
   Злые лица провожали, но я лишь отмахивалась от такой реакции. Какое мне до них дело? Если уж умудрились попасться, то и сидите смирно, не привлекайте внимание, стройте планы побега. Мне помогло.
   Я замедлилась и остановилась около решетки, с интересом смотря на ее обитателя.
   Дофламинго. Я нашла тебя.
   Широко улыбнулась и развела руки, оборачиваясь к сопровождающим.
   -- Открывайте.
   -- Ваша Светлость, вы уверены? -- Ганнибал напугано сглотнул.
   Устав ему запрещал выпускать преступников такого уровня, но вот отказывать тенрьюбито в их желаниях еще опасней.
   Домино изумленно вскинула брови, сделав короткий шаг назад.
   -- Не по Уставу, -- тихо произнесла женщина.
   -- Да знаю я ваш Устав, -- отмахнулась. -- Тогда давайте ключи, сам открою, -- протянула руку.
   Тишина. Домино с вопросом смотрела на начальника, который нервно дергался, а по вискам стекали капельки пота.
   -- Ну? -- требовательно посмотрела на него, заставив сжаться. -- Дай этот хренов ключ, если жизнь дорога!
   Пришлось рявкнуть, чтобы хоть как-то разморозились и выполнили требование.
   Ганнибал мигом вложил ключ в ладонь.
   -- Так бы и сразу. А то расслабились здесь. Надо почаще приезжать, -- одарила их злобным взглядом, заставив дрогнуть и отшагнуться, а телохранители наоборот зажали, не давая отступить дальше.
   Как только я обернулась в готовности вставить железяку в замок, то застала Дофламинго, который с любопытством смотрел на меня, стоя прямо за решеткой. В полосатой форме, очках и неизменной розовой перьевой шубе. На руках висели тяжелые наручники из кайросеки.
   О, как.
   Я открыла дверь нараспашку, оттолкнув ее до конца, из-за чего она врезалась в прутья, вызвав громкий удар, который расколол тишину и стал решающим. По залу прокатилась волна бешенного ора заключенных, полного ярости. Кто чем мог колотил по решеткам, оглушая и нервируя.
   Я недовольно поморщилась и бросила взгляд на Ганнибала, который пытался всех успокоить. Безуспешно.
   Махнула рукой Джиллу, который подскочил ко мне с ошейником в руках, и вызвал крылья, чтобы достать до шеи Дофламинго. Тот попытался отмахнуться от ангела, но вызванный шум и упорство мальчишки сыграло нам на руку. Вот и пришла моя очередь надевать на него ошейник.
   Кривая усмешка легла на губы, как только металлическое кольцо защелкнулось.
   Я прошла в центр коридора и посмотрела на яростных преступников, которые кричали, что было сил, до хрипа, били по железу до крови, и она брызгами покрывала прутья и пол.
   Кровь...
   Что ж. Посмотрим, не растеряла ли я навыки. Тело новое, не тренировано и не заточено под силу, так что былой мощи не будет. Благо знания при мне. А это упрощало.
   Встала ровно, прикрыв глаза. Взрыв ярких алых точек со всех сторон, в большей части которых яро кипела кровь, призывая и маня. Выдохнула воздух, тихо и спокойно, и резко сжала кулаки.
   Пот выступил на лбу, а приложенная сила заставила поморщиться и напрячься.
   Тяжело, очень, даже слишком. То, что когда-то было за раз плюнуть, теперь было сровни толканию гигантского валуна, который не горел желанием и шевельнуться.
   Но должный эффект возымел. Один за другим алые точки гасли, заставляя соседей замолкать при виде потерявшего сознания товарища. И через минуту зал погрузился в прекрасную тишину.
   -- Так лучше, -- выдохнула я и открыла глаза.
   На меня смотрели с трепетом и страхом. Всех пронизывал такой естественный животный ужас, что я даже удивилась. Лишь Дофламинго все с тем же любопытством смотрел на меня, задумчиво потирая подбородок.
   Я хотела сделать шаг к ним, но обессилено покачнулась, и упала бы, если бы Джилл и Дошу не метнулись поддержать с двух сторон. Голова противно загудела, а слабость окатила тело.
   -- Опасно так, -- мрачно произнес парень.
   -- Рано вы, Ваша Светлость, надорваться же можно, -- ясно улыбался ангелок. -- Вы не Скарлет, вам еще многому учиться.
   -- Да, -- согласно и устало кивнула. -- Еще много чего предстоит сделать... -- выдохнула. -- Возвращаемся на корабль.
   Внимание Дофламинго мне не понравилось. То, что он что-то успел задумать, красочно рисовалось на его заросшем лице. Но он мне нужен для будущего дела, так что придется держать не до-короля на коротком поводке у самых ног.
  
  
   Тенрьюбито. Разрешение
  
   Я наслаждалась своим маленьким триумфом, идя по тюрьме с широкой улыбкой. Радость затмевала слабость в теле после опрометчивого и самоуверенного использования фрукта.
   Правда, недолго со мной было счастье и хорошее настроение.
   Настороженность пришла на первом уровне, при выходе из тюрьмы, где у распахнутых ворот стоял Магеллан с мрачным лицом и Китана со Свон рядом. По их выражениям ничего понятно не было. Поэтому, на всякий случай, я собралась, готовая дать отпор и побрыкаться. Мало ли что там бывший начальник тюрьмы придумал. Тем более они мне выход закрывали.
   Я остановилась напротив Магеллана и запрокинула голову, хмуро оглядывая его.
   -- Неожиданный выбор с вашей стороны, -- прошептала Катя, а Свон усмехнулась, понимая всю ситуацию.
   -- По приказу запрещено выпускать этого преступника, -- прочеканил мужчина.
   -- Какой такой приказ? -- я вскинула бровь, насмешливо воззрившись на Магеллана, которому не понравился мой тон, поэтому я решила продолжить куда серьезней, чем порядочно удивила. -- Я слишком уважаю вас и ни капли не виню за то, что произошло здесь несколько лет назад, и даже очень опечалился, когда узнал, что вас сместили с поста. Но прошу, не делайте на этот раз ошибок и не вставайте у меня на пути, -- я поправила манжет пиджака и твердо посмотрела в его глаза. -- Если я захотел, то все равно сделаю как хочу.
   -- К сожалению, приказ командования, есть приказ, -- мне не понравился его взгляд, который показывал, что без боя не сдастся.
   Все-таки нравится мне он. Магеллан всегда верно защищал тюрьму, даже рискуя своей жизнью. Хоть и глупо это, но все равно достойно уважения. Раз он готов бросить вызов тенрьюбито, только вот кто о последствиях думать будет?
   Я кивнула:
   -- Хорошо, -- и посмотрела на Первого Секретаря. -- Китана, разберись.
   -- Да, Ваша Светлость, -- устало отозвалась девушка и подняла папку, которую до этого прижимала к боку.
   Ох уж эти капризы тенрьюбито...
   Ее влияния и права вполне достаточно, чтобы разрешить данный конфликт. Первый Секретарь имеет доступ к многим вещам, а также вершить суд от своего имени, где вправе сама выбирать что делать, а чего нет. И ее приказа тоже ослушиваться не стоило, чревато было разбирательствами с высшим советом. Ей же не хватало всего ступени до секретаря Горосей, которую я обещала ей дать. Но мы ведь знаем, что все куда сложней.
   Катя стала что-то доказывать и вычитывать недовольному Магеллану, тогда как мы прошли дальше к кораблю. Дофламинго шел за моей спиной, окруженный моими телохранителями, и весь молчаливый.
   Занятно. Очень. Что же он задумал...
   -- Все-таки есть от нее польза, -- улыбнулась я и направилась к трапу на судно, откуда смотрели все в полному недоумении на нас.
   Надзиратель в ужасе посмотрел на меня, а потом на Дофламинго.
   -- Помыть, переодеть и накормить, а после привести ко мне. Вы, ребята, проследите, -- дала указание и скрылась в корме корабля. Телохранителей на крайний случай пришлось оставить с потенциальным еще врагом.
   Спустя два часа, когда мы уже успели отплыть, а я отобедать вкусненькой ухи и страдать от скуки в своем кабинете, то есть медитировать на журнальном столике около дивана, чтобы улучшить контроль крови, ко мне привели Дофламинго.
   -- Я многое думал, но и предположить не мог, что выберусь таким образом, -- произнес мужчина, заняв диван позади меня.
   Телохранители стояли с той стороны двери на страже, бдительно следя за всем. Грози какая опасность мне, они мигом ворвутся и дадут время обезвредить Дофламинго с помощью пульта. Ошейник и наручники до сих пор сковывали его, и я не планировала снимать их в ближайшем будущем. Буду тешить свое самолюбие.
   -- Не забегай вперед, -- я открыла глаза и развернулась к пирату, продолжая сидеть на столе. -- Я могу и вернуть тебя назад, если меня не устроит твоя работа.
   -- Работа? -- кажется, он не верил моим словам.
   Но какая ирония. Одели и обули его в бело-синие одежды Дозора, видимо, другая одежда с его-то размерчиком не подошла. Так что я еще шире улыбнулась. Выглядело это весьма нетипично.
   -- Она самая, -- кивнула. -- Или забыл, как это делается, пока сидел на своем королевском заду на троне Дресс Роуз? -- усмехнулась.
   Ощущаю себя мелкой тявкающей и скалящейся карманной собачкой на большого и злого дядю. Но надо выгребать все доступное хамство и самоуверенность для обыгрывания роли тенрьюбито, который ничего в этой жизни не боится и уверен, что все ему должны.
   Мы просидели в тишине минуты две, и после я удивленно поднял брови.
   -- Вау, я жив еще. Тогда перейдем к беседе, -- я поднялась на ноги и направилась к столу, где подхватила бокал, в который из графина налила виски. -- Будешь? -- предложила, но отказался.
   Как хочет. А виски вкусный.
   Я оперлась о рабочий стол и внимательно посмотрела на Дофламинго:
   -- Если бы ты хотел, то давно захватил корабль, даже в ошейнике и наручниках. Владение тремя видами Воль это никак не ограничивает. Из этого легко сделать вывод, что тебе интересно, кто я, зачем я тебя выпустил, и что я знаю о своей силе.
   -- А ты не так туп, как хочешь казаться, фу-фу-фу, -- засмеялся собеседник.
   -- Расценю как комплемент, -- кивнула и глотнула виски.
   -- И что же Мировой Знати понадобилось от меня? -- Дофламинго наклонил голову, и его улыбка мне ни капли не понравилась.
   -- Им -- не знаю, -- пожала плечами. -- А вот мне для дела. Выполни его, и мы поговорим о твоей дальнейшей судьбе.
   В дверь тактично постучали. Я закрыла глаза, чтобы узнать, кто пожаловал и впускать ли незваного гостя. Им оказался капитан судна.
   -- Войдите.
   -- Ваша Светлость, -- дозорный прямо в пороге опустился на колено, а дверь за ним тихо закрылась. -- Курс на остров Куб задан. Все предупреждены о вашем визите.
   -- Отлично. Как там пираты? Что-нибудь было слышно? -- поинтересовалась между делом и отложила бокал на стол.
   -- Пиратов Алого Креста заметили около Сабаоди, но их никто не трогал по вашему приказу. Так же видели Лизарда, который, вероятно объединился с бывшей командой Скарлет.
   -- Еще лучше, -- я широко улыбнулась и потерла ладони. -- Предстоит веселье. Готовьтесь лицезреть! А вы можете быть свободны. Продолжайте работу, -- в конце кивнула капитану и отпустила его.
   Следом вошла улыбчивая Свон с пакетиком мармеладок, и на плече которой среди белых перьев сидел Баг, высунув лишь рыжий нос. Чего она тут забыла, я так и не поняла, но возможно с братом повидаться захотелось. Не буду лезть.
   -- Не помешала? -- изогнула бровку и села в мое кресло, закинув нога на ногу.
   -- Ты мне так всю репутацию попортишь, -- вздохнула и покачала головой, подхватив бокал.
   Женщина слегка приподнялась, готовая встать.
   -- Сиди уж, -- махнула на нее рукой.
   -- Свон... Китана... -- тихо пробормотал Дофламинго, заставив меня заинтересованно замереть. -- И даже этот крыс. А теперь еще и я на этом корабле. Встреча с пиратами Алого Креста.
   Теперь я опасливо напряглась. Джокер не был дураком, в отличие от меня или других, и сложить такие четкие совпадения ему труда не составляет. Палилась я фактами, господа.
   -- Фрукт крови подарил тебе не только силу, -- протянул он. -- Но и память?
   Я расслабилась и похлопала в ладони, мысленно выдохнув.
   -- Память Скарлет оказалась приятным дополнением. Все, что умела и знала она, теперь знаю я. Правда, пока не умею. Тут уже надо с практикой поработать, -- я расстроенно скривилась.
   Да, над телом и выносливостью еще работать и работать. Зарядка с утра и правильное питание медленно делают свое дело, но мне нужны полноценные тренировки. Но возможности пока нет.
   -- Но вернемся к теме, которую так плавно обошли, -- я допила виски и повернулась налить еще.
   -- Я уже догадываюсь, -- начал было Дофламинго.
   -- Мне нужны твои связи, -- я снова посмотрела на расслабленного мужчину, который ощущал себя хозяином положения, и что меня крайне раздражало.
   -- Значит, не Мировая Знать, -- заключил он.
   -- А личные соображения, -- кивнула и пригубила виски.
   -- Не боишься потерять все?
   -- Пытаешься отговорить от своей участи? -- усмехнулась. -- У меня были хорошие учителя и отличные примеры.
   Черт. Он снова отвел ветку разговора.
   Можно я его пристрелю?
   Сидит и вытягивает интересующую его информацию, а я и ведусь.
   Дура, ничему не научилась за то время и снова иду у всех на поводу.
   Я выдохнула воздух и отложила бокал. Закатила рукава белой рубашки, чтобы лишний раз не испачкать. Подхватила канцелярский нож и пошла к Дофламинго, оглядывая его сосредоточенным взглядом.
   -- Извини, ты не оставил мне выбора. Я хотел по-хорошему, придется теперь так, -- тихо проговорила и вонзила нож в его руку, которую он не успел убрать со спинки дивана, явно не предугадав такого поворота.
   Мужчина болезненно скривился и одарил убийственным взглядом, заставив покачнуться.
   Ох, Волей приложил? Но-но.
   Вынула нож и поймала в контроль ленту крови, которая послушно потянулась ко мне и обвила запястье. Я стряхнула чистый нож и прижала к предплечью, как стилет, по привычке, после чего вернулась к столу, где с пустым бокалом в руке ждала Свон. Кровь шустро заполнила стакан.
   -- Свон, -- тихо и угрожающе раздалось за спиной, заставив обернуться.
   О, как. Я жива только благодаря Лебедю, которая не дала Дофламинго покончить со мной, окружив его зеркалами, которые не давали шевельнуться. Быстро она, нереально быстро сделала это, что даже я не заметила ее действий.
   Это же какой уровень мастерства...
   Я прошла оценивающим взглядом по женщине и цокнула языком, заставив ее улыбнуться. Она не перестанет меня поражать.
   -- Ты все так же на побегушках у тенрьюбито, надеешься на их подачки, тогда как мы должны править, -- зло высказал Дофламинго. Отнюдь, на него такие фразы не похожи, значит, он пытался задеть сестру.
   -- Скажи это Роси, -- равнодушно произнесла Свон и вернулась в мое кресло, закинув красную мармеладку в рот.
   Казалось слова старшего брата совсем не задели ее чувств, но я ощутила, как кровь в ее теле предательски дернулась от воспоминаний о погибшем родственнике.
   Как бы мне не хотелось знать подробностей, но лезть именно сейчас было опасно. Лучше обсудить это потом наедине со Свон. Видимо, ей было что рассказать.
   Я покачала головой и взболтнула жидкость в бокале, после осушив его.
   -- Запомни, Дофламинго. Я знаю все, что вы пытались сделать со Скарлет, и эти штучки со мной не пройдут. Твоя помощь и твое сотрудничество не критичны, в любой момент я могу изменить своему желанию и избавиться от тебя. То, что ты успел надумать на мой счет, не свершится. Советую лишний раз время на это не тратить, у меня достаточно средств и защиты против тебя. Вообще ты должен быть рад и благодарен мне за то, что избавил от тюрьмы, но ты слишком самоуверенный гад, чтобы опуститься до такого. Я потерплю тебя какое-то время, но если толку не будет, то наш договор будет расторгнут. Дальше думай сам, сотрудничать со мной или кормить Королей Моря. Увы, возвращаться в Импел Даун у меня нет желания.
   Я всего ожидала, но черт, Дофла, какого, скажи мне, хрена это пришло первым делом в твою голову?!
   Зла на него не хватает.
   -- Подумай, а завтра с утра скажешь, будешь у меня "на побегушках" или нет, -- я обратила внимание на дверь, за которой стояли телохранители, и, прикрыв глаза, дернула алую нить Дошу, вызвав у того секундный дискомфорт.
   И мобильники не нужны.
   Дофламинго увели в его новую клетку под присмотром Свон, которая сдерживала его зеркалом, а я устало развалилась на освобожденном диване.
   -- Скольких же мне сил требовалось, чтобы сдержаться и не убить его, -- выдохнула и прикрыла ладонью глаза.
   Баг по-хозяйски взобрался на меня и прошествовал нелегкой тушкой по мне, добравшись до груди, где и уселся.
   -- Да-да, я гадина, -- пробормотала и свободной рукой почесала его. -- И еще долго предстоит мне ею быть...
  
   Так. Отдых отдыхом, а продуктивности надо прибавляться, поскольку до места еще дней пять при хорошей погоде, тренировки с фруктом забрасывать в дальний ящик мне в нынешнем положении не рекомендовалось. Прогресса хотелось, прошлой силы в особенности, как и крыльев, и формы демона. Сейчас же я имела только амбиции и наполеоновские планы.
   На прошлой неделе я занималась лишь возобновлением контроля, заставляя кровь повиноваться и слушать единственную хозяйку, то есть меня. Джилл с радостью согласился помогать в этом деле, а после подключилась Шадо. Дошу до сих пор не доверял мне и косился, готовый в любой миг убить, даже несмотря на исцеление смертельно больной сестры и вытаскивания из рабства. Что поделать, они пираты, и видеть такого странного тенрьюбито им в новинку. Росли не в тех условиях и воспитывались в ненависти к Мировой Знати. Я их понимала.
   Китана сыграла не малую роль на корабле, когда началась незримая шумиха вокруг господина. Мое поведение напрочь выбило их из колеи и вводило в недоумение. Вела я себя не так, как их бывший повелитель, как бы не старалась, но мне им не стать. Да, некоторые черты и привычки тела брали свое, только вот сознание в нем совсем другого человека. Катя объяснила все просто -- фрукт крови. После чего привела пример сестры, которая тоже после его приобретения стала совсем другим человеком и ушла в пираты, обещая уничтожить всех и править миром, этакий кровавый монстр, который никого не щадил. Слуги и дозорные прониклись, принимая эту сказку об изменениях и отстали от меня, стараясь лишний раз не трогать. А то мало ли, наброшусь в кровавом неистовстве и устрою на судне бурную расправу. Хотя раньше, по-моему, было не лучше, когда был жив истинный Ричард, который распалялся направо и налево, обещая рубить головы за неповиновение. Ну, по крайней мере, девочка та по утрам перестала бегать, предлагая свою помощь, а я радовалась, что с приобретением силы желание к плотским утехам пропадало.
   Для того, чтобы разбудить фрукт, требовалось творить безумства и часто использовать кровь. Но больше всего меня интересовала сама Эволюция. Шанс, что я снова стану демоном нереально низок. Как минимум было три пути развития фрукта -- логия и два мифических. И получить именно то, что я хотела, то, с чем я была все эти годы, почти нереально. Ведь и демоном по сути стала только из-за того, что произошло той ночью, когда на меня и Милану напали. Если бы не это событие, не ее почти смерть, демон бы во мне не пробудился. И сейчас добиться этого... я, честно, не знаю как. Но буду стараться.
   Пришлось вставать со столь уютного дивана и отгонять Бага. После чего я снова перебралась на стол и принялась медитировать.
   Первое, что я сделаю после того, как доберусь до острова Олега, это попрошу Ки Вея меня тренировать. В особо жестокой форме, без поблажек, чтобы выжать из себя максимум за короткий срок. Я-то помнила все, но тело этого не знало. Любые раны можно залечить, мышцы восстановить, а боль... ее не будет. Главное не ломать кости, Ши-Ши звать не охота, да и не поймет он просьбу.
   В кабинет вошли без стука и тихо прикрыли дверь. По отголоску крови -- Джилл.
   Он с интересом посмотрел на меня, а после уселся на диван, ждать, когда я закончу следить за движением крови по телу.
   -- Снова босиком шастаешь по кораблю?! Наверху же холодно и сыро, заболеешь, -- возмутилась я, не прерывая медитацию.
   -- Не-а, я всегда так хожу, привык, -- беззаботно ответил мальчишка. -- Никогда не носил обуви.
   В голове дернулся звоночек, ситуация так и напрашивалась на личные откровения, что заставило развернуться к нему с вниманием.
   -- Почему?
   -- Не было, -- он пожал плечами.
   Я сощурила глаза. То, что он явно не из благоприятного общества, и рос не в полном достатке, ясно. Но, несмотря на то, что произошло в его жизни, а я чуяла, что хорошего было мало, он остался таким же дружелюбным, тогда как Ши-Ши, его ровесник, сломался.
   -- А как ты... попал на аукцион? -- осторожно начала я.
   Джилл сморщил курносый носик и сам дернулся. А потом поднял чистый и искрений взгляд на меня. Вот я бы в жизни такого не схватила и не поставила на продажу. На него и рука с трудом поднимется. Он же такой милый и беззащитный. Его обидеть -- грех. Самый настоящий ангел.
   -- Я с восьми лет прислуживал в доме аристократа, который держал меня как диковинку, на потеху остальным. Им казалось, что мальчик с белыми крыльями это очень забавно. Меня-то и опекуны из-за этого продали, чтобы вырваться из бедности и прокормить своих детей. А потом бывший хозяин разорился. Все его хозяйство распродали, рабов сдали по аукционам, и я оказался на Сабаоди, -- Джилл рассказал это так просто, словно ничего особенного и не произошло, а я пыталась все переварить, но что-то как-то не хотело укладываться.
   Ярость в глубине души, что зародилась во время короткого рассказа, тяжело было подавить.
   Потерла пальцами переносицу, прикрыв глаза.
   Все очень плохо.
   Может, он и спас себя, оставаясь всегда таким жизнерадостным, но мне кажется, что что-то у него в голове все-таки переклинило.
   Легкая рука легла мне на макушку, заставив мелко вздрогнуть от неожиданности.
   -- Не стоит переживать. Это все в прошлом. Надо всегда надеяться на лучшее, и я верю, что вы справитесь, и сделаете нашу жизнь другой.
   Джилл мягко улыбнулся, а вокруг него разлился нежный белый свет, ласково и заботливо оплетая.
   Завораживает.
   -- Обязательно, -- я взяла его за ладошку и крепко сжала. -- Я постараюсь избавить этот мир от зла.
   -- А я не дам вам потеряться в вашем внутреннем зле, -- кивнул ангел. Самый настоящий ангел.
  
  
  
   Тенрьюбито. Знания
  
   Я краем глаза посмотрела на журнальный столик и ребят, которые окружили его, и усмехнулась. Уже около часа они играли в карты, и Джилл выигрывал у остальных с очень невинным выражением на лице. Дошу это злило, и каждый раз он эмоционально бросал оставшиеся карты на стол и раздосадовано топал ногой, а его сестра смеялась в кулачек. Свон с легкой улыбкой следила за ними, устроившись на диване и привычно раскинув руки на спинке, рядом с бедром покоился пакетик с бесконечными мармеладками, а на подлокотнике стояла фарфоровая кружечка с чаем. Даже до меня долетал приятный аромат мелиссы. Катя сидела слева от Лебедя и разбиралась в бесконечных отчетах, что-то подкрепляя и расписывая. Буквально утром я видела, как она нагрузила бедную чайку корреспонденцией и послала восвояси.
   Мои ноги покоились на столешнице, а сама я откинулась в удобном кресле и положила на ноги книжечку, которую заполняла изящным белым пером.
   Царившая атмосфера казалась родной. Вспоминалась Ратти с ее просторной кухней, где я любила часами сидеть и пить чай, смотря через широкие окна на палубу, где остальные занимались своими делами. Слушать тихое пение Миланы, творившей у плиты, приглушенный смех Кони и Лены, звон оружия в руках Юса и Дана, рыбачащих Скота и Ши-Ши. Денни, которая под солнышком разбирала свои многочисленные пистолеты, проводя плановую проверку, Эйса, спящего в тени надстройки после сытного обеда. И Олега... который сидел рядом и занимался удаленно государственными делами.
   Я резко мотнула головой, развеивая видение, и сжала перо с такой силой, что оно скрипнуло.
   Это предательство. Как? Как семья могла предать?..
   Подхватила левой рукой со стола бокал с виски и полностью осушила его. Вкус бодрил и сбивал ненужные мысли, которые невольно затуманивали разум. Скоро я их увижу. Увижу и спрошу.
   Опустила взгляд на недописанный текст. Я решила записать все, что мне известно о моей силе в дневнике и дать его Кате, пока была возможность, ведь я помнила, как она рвалась узнать все секреты плода, и девушка была очень опечалена, когда узнала, что Правительство тщательно скрывает данные, даже от нее.
   В дверь постучали. Рука с пером слегка дрогнула, оставив кривой след от чернил. Устало вздохнув, посмотрела в дверной проем, где застыл надзиратель.
   -- Он готов с вами поговорить.
   -- Ну, так веди его. Чего топчешься? -- нервно ответила и вернулась к записям.
   Аззак раскланялся и ушел, вернувшись через пару минут с Дофламинго. Надзирателя я послала дальше работать, а вот бывший король с кислым выражением на лице занял свободный диван, одарив нас всех напряженным взглядом. Никто, кроме меня, не обратил на мужчину внимания.
   -- Что-то решил? -- я, не меняя позы, налила себе из графина еще виски и выпила.
   -- Я согласен на временное перемирие.
   -- До того, пока оно не станет тебе невыгодным, -- кивнула я и вернулась к тексту. -- Тогда могу поздравить. Ты теперь еще одна ручная собачка в руках тенрьюбито, -- и усмехнулась.
   И снова никто не обращал на нас внимания.
   Что-то скрипнуло, надеюсь, не подлокотник дивана, который был стиснут.
   -- Ваша Светлость! -- в кабинет без стука ворвался капитан.
   -- Да, -- я, сощурившись, посмотрела на запыхавшегося мужчину.
   -- Только что сообщили, что к Алому Кресту присоединился пират Портгас Д. Эйс!
   -- Блять! -- подскочила с места.
   Кресло со стуком упало. Бокал с виски перевернулся и рухнул на пол, разбившись. Книжка отлетела в сторону и, стукнувшись об стену, упала на пол на раскрытой первой странице.
   -- Его еще мне не хватало! -- всплеснула руками.
   -- Вам следует успокоиться, -- мягко коснулся локтя Джилл, заставляя унять ярость, которая вспышкой поглотила.
   Я отдернула руку и со злостью посмотрела на остальных. Ребята, бледные, почти белые, со страхом взирали на меня. Капитан, казалось, поседел. Только Дофламинго и Свон ничего не смутило.
   Попыталась спокойно вздохнуть воздух и выдохнуть, возвращая эмоции в равновесие. Но кровь, взбунтовавшись, не хотела успокаиваться.
   -- Оставьте меня, иначе снова долбанет, -- выдавила и направилась поднимать раскиданные вещи, чтобы отвлечься.
   Телохранителей как ветром сдуло, а вместе с ними и капитана, и Китану. Свон продолжала пить чай и с весельем разглядывать меня. Дофламинго же тоже чему-то радовался.
   Эйс... не хотела бы его видеть. Я была с ним слишком близко, чтобы снова встречаться, даже в таком виде. Не имею ни малейшего понятия, что парню тут понадобилось, что он хотел узнать, но встреча эта ничего хорошего не принесет нам обоим.
   Если ли у меня какие-либо чувства к нему? Нет. И, пожалуй, не были. Странно себе признаваться в данном, но те отношения, точнее их вид, не имели для меня какого-либо значения. Просто я никогда не умела отказывать людям, если они открывались мне в чувствах. Всегда боялась ранить их, сделать больно, привести все к истерике или еще более бурным эмоциям. В таких ситуациях я просто терялась и не знала, как реагировать. А Эйс слишком хороший, чтобы заслужить такое отношение, да и нас многое связывало. Кроме чувств.
   С силой крови я поняла, что не могу испытывать настоящие чувства, лишь отголоски, или семейную привязанность, а вот искренние... увы. Разве, что ненависть. Те эмоции, которые завязаны на крови. Страсть -- да. Любовь -- нет.
   Я боюсь этой встречи.
   Тяжело вздохнув, подсела к Лебедю с книжкой в руках.
   -- Из-за него придется весь план переделывать...
   -- Расслабься, -- похлопала по плечу Свон и протянула мармеладку.
   Я съела угощение.
   -- Мне не хватит людей, чтобы еще и его задержать. Мы на четверых, ты отвлекаешь команду Алого Креста... а теперь еще и Эйс приперся. А если Ло появится? Луффи?.. Хотя не думаю. Скарлет не была для них таким человеком, ради которого они бы кинулись мстить ни за что. Плюс она сама самоубийством жизнь покончила.
   На этих словах Дофламинго изумленно поднял брови.
   -- Самоубийство?..
   -- Да. Она по своей воле ушла, -- кивнула и продолжила предыдущую мысль. -- Хотя, тут больше ситуация как с огненным фруктом, тогда в Колизее, когда Луффи бросился отвоевывать силу брата. И теперь... "Достался же фрукт крови недостойному", -- усмехнулась.
   Дофламинго задумчиво потер подбородок.
   Как бы не накаркать и не накликать Мугивар.
   "Но ты же знаешь, Луффи. Я всегда помогу. Что бы ни случилось..."
   Как некстати всплыли воспоминания, слова, данные Монки Д. в Скайпии, а после в Маринфорде.
   -- Хмм, -- Свон опустила взгляд на мои колени, где лежала книга с недописанным текстом, и подтянула ее к себе. -- "Фрукт крови нельзя в полной мере назвать Парамецией. Он, скорее всего, из того типа фруктов, которые сложно подвести под определенную классификацию. Все таланты плода раскрыть тяжело, и требуется человек с достаточно крепкой силой воли. По многим фактам владелец не выдерживал его давления и сдавался, окунаясь в безумие голоса крови. Этот фрукт не для слабых личностей. Ну, а уж если он попал к вам в руки, лучше избавиться от него, вместе с владельцем. Мир еще не готов к такой силе и ее последствиям."
   -- Вообще это еще наброски, -- пробормотала я, косо смотря на женщину.
   Она не дочитала текст. Лишь первый абзац моего дневника, но и этого хватило, чтобы Лебедь изумленно смотрела на меня, спустив очки.
   -- Только не говори мне, что ты...
   -- Да, -- я решительно кивнула.
   -- Ты не сделаешь этого! -- женщина резко вскочила, откинув дневник на диван.
   Вспышка эмоции у нее удивила мне. Никогда не замечала за ней таких переживаний. Всегда насмешливая и каплю ехидная, готовая поддеть, и такое волнение...
   -- Так надо. Снова... этот мир не выдержит еще одного прихода.
   Я мрачно посмотрела на свидетеля это сцены, который прислушивался внимательно ко всему и делал свои выводы. Вспыхнувшая Свон, заметив мой взгляд, прикрыла глаза и вздохнула, пытаясь прийти в себя, и снова села рядом.
   -- Твой план мне не по душе.
   -- Расслабься. Тебе не за чем переживать еще и обо мне, -- положила руку на ее тонкое плечо.
   -- Я могу задержать и Эйса, и Алый Крест, пока вы будете завершать свои дела, -- спустя минуту тишины начал Дофламинго, спокойно и неторопливо, следя за моей реакцией. -- Только объясни свой план.
   План? Ему? Доверить ему задержку пиратов, оставив его одного на корабле с Дозором? Какова вероятность, что он может таким темпом смыться? Вот-вот. И я о том же.
   Мой мрачный изучающий взгляд его снова развеселил.
   -- Фу-фу-фу, -- смеялся мужчина. -- Чего ты боишься? Сам вытащил меня и продолжаешь "контролировать", но не даешь толком помочь? Тогда для чего я тут?
   -- Твоя роль в этом спектакле еще не подошла. Так что... такими темпами я могу взять тебя с собой.
   Хм-м, а это не такая уж и плохая идея. Так и контроля будет больше, всех сразу я удержать не смогу, а он с помощью нитей за раз два сделает это. Только придется снять с него кайросеки. Черт, рискованно, очень рискованно. Он ведь пробудил свой фрукт...
   Я потерла пальцем подбородок, разглядывая расслабленного Дофламинго, который ощущал себя царем горы. Ну, или сложившегося положения. А еще ему было интересно, что же я задумала.
   -- Пожалуй, я еще подумаю над этим, -- было моим ответом, после чего я поднялась и вернулась к рабочему столу.
  
   Зря я попросила Дошу помочь мне с тренировками. Этот зверь не уступал мастерам с Розария по требованиям, тогда как мое тело жалобно заныло после первых получаса занятий и было готово развалиться на составляющие.
   Ричард, ты дебил!
   Так запустить себя это надо уметь. Или иметь талант.
   -- Господин! -- испуганно вскрикнула одна из служанок, которая следила за тренировкой.
   Пират владел Сору, Волей Усиления, да и навыки владения мечом высокие, что он и показывал на мне. Видимо, наслаждаясь, избивая тенрьюбито. Не каждый день такая возможность выпадает.
   Я помнила. Я все помнила. Как защититься от удара, как ответить, контратаковать или парировать. Как отвести или уклониться. Но вот тело-то нет. Не хватало реакции, да банальной растяжки, силы и скорости.
   Хоть у меня и был плод крови, который мгновенно залечивал раны, не давая чувствовать боль, но эффекта должного не было.
   Дошу резко отскочил и опустил меч, покачав головой.
   -- На сегодня все, -- произнес он и убрал оружие в ножны. -- В данном случае я не помощник. У вас есть знания, но не хватает выносливости...
   Я подняла руку, чтобы замолчал, и встала с мокрой от крови палубы, на которую он мне повалил подсечкой.
   И так все это знаю.
   Придется самой до потери сознания мудохаться с занятиями, чтобы был толк.
   -- Спасибо, -- поблагодарила телохранителя за схватку и направилась к служанке, которая держала чистые белоснежные полотенца. Рубашка была вся пропитана в крови, мешая толком двигаться, как и брюки.
   Девушка с широко открытыми глазами смотрела на меня. Она была сильно напугана, как и многие другие, кто застал спарринг. Не каждый день их господин встает напротив телохранителя и махает мечом, получая серьезные ранения, окропляя кровью доски. И в довершение реагирует на это как что-то должное.
   -- Господин, зачем вы это делаете? -- капитан не знал, то ли хмуриться, то ли растерянно разглядывать меня.
   Я одарила его задумчивым взглядом, под которым он еще больше растерялся, и принялась задумчиво оттирать кровь с рук.
   -- Наверное, чтобы стать сильнее? -- я, приподняв бровь, посмотрела на мужчину.
   -- Но зачем?
   -- Чтобы сила не поглотила меня. Как Скарлет.
   Отдала полотенце служанке и вернулась к одиночной тренировке.
   Два тонких и легких меча в руку. Прекрасные клинки, которые долгое время пылились в сундуке корабельной оружейной. Серебристые, идеально подходящие по руке, словно ковались специально для Ричарда. А может это и так, только глупый парень забросил оружие, променяв его на алкоголь и девушек.
   Левую ногу для лучшей опоры вперед. Расслабиться и идти в течении с битвой с невидимым противником...
   -- ... У тебя движения Скарлет, -- голос Дофламинго прервал мою тренировку.
   Я опустила оружие и повернулась к говорившему. Мужчина сидел в кресле и пил вино из бокала, который ему подала одна из девушек.
   Смотрю, он уже притерся здесь.
   Смахнула пот со лба и махнула рукой одной из служанок, указав на графин с водой. Она тут же принесла стакан, который я полностью осушила. Один из дозорных забрал у меня мечи и убрал в ножны, а после в сундук.
   -- Ее же память использую.
   -- Что она еще тебе оставила? -- Донкихот наклонил голову, разглядывая меня.
   -- Ненависть? Ко всем вам? К ее семье. Друзьям. Близким. Что молчали и использовали ее, выкачивая кровь. В этой ненависти она и сгорела, -- холодно и хмуро ответила ему, смотря прямо в глаза, из-за того, что он слегка приспустил очки. Какой-то он не такой... не дофламингостный.
   Сама придумала, сама посмеялась, заставив мужчину вопросительно вскинуть брови.
   -- Да нет. Просто ирония, -- я села на соседнее кресло и подставила лицо солнцу. -- Она бы так и так согласилась на сделку с передачей крови. Надо было просто изначально попросить ее, по-хорошему. Скарлет бы с радостью согласилась и помогала чем могла. Она любила эксперименты и чего только не делала ради них в начале своего пути. Даже побывала в ледяном гробу Аокидзи, проводила на живую операцию в полевых условиях, и воскресила Эйса, создав с нуля некоторые органы по памяти крови. Ей самой были интересны все эти эксперименты с ее кровью.
   Странно говорить о себе так. Непривычно. Неприятно. Будто я пряталась под маской чужого человека, боясь, что меня осмеют. Мерзкое чувство.
   -- Вот как, -- Дофламинго покачал головой. -- Это была ошибка Урсулы.
   -- Приятно перекидывать вину на других людей? -- усмехнулась я.
   -- Скарлет была интересным человеком. И я до последнего не хотел с ней вражды, пытаясь обойтись мирным путем. Мне она всегда казалась чужой. Не от мира всего. Необычно, да? Чтобы никогда о тебе не знали, и за пару месяцев так взлететь. Пронестись по миру ураганом, чтобы он боялся ее.
   Какие интересные откровения.
   Видимо, он прочел это в моем взгляде и усмехнулся.
   -- Она была талантлива. И я с радостью позвал бы ее в свою семью. После всего. Но увы. Она сломалась раньше под давлением. Зря она спелась с Мугиварой и Ло. Если бы они не поставили ее перед выбором, заставив сомневаться, она бы прожила дольше, и сама увидела всю правду.
   Дофламинго посмотрел на солнце сквозь бокал с вином, о чем-то думая.
   Интересный поворот событий. Будоражащий, я бы сказала. И это настораживало. Врал ли Дофламинго, когда говорил все это, или был честен передо мной в своих словам? Может, ему взбрело в голову снова пудрить мне мозги, заговаривая, манипулируя и переводя на свою сторону.
   Я мотнула головой, обещая себе подумать об этом перед сном.
   -- Мне надо, чтобы ты по своим прошлым каналам отыскал фрукт молнии, которым владели крысы Скарлет.
   Мужчина нахмурился.
   -- Да, это то, ради чего я тебя и вытащил. Так же, как ты и нашел огненный фрукт, я прошу найти фрукт молнии. Крысы ее умерли недавно, а о новом владельце еще не было новостей. А они бы появились, плод очень сильный. Связей Дозора и Правительства не хватит, мир большой. Через подполье быстрее найти.
   -- На это нужно средства, -- Дофламинго продолжал хмуриться.
   -- Будут. Но мне нужна эта сила. Даже если ей уже кто-то завладел, пусть найдут этого человека и приведут. Я попытаюсь с ним договориться или убью, вытащив силу плода через его кровь. Мне без разницы, но этот фрукт должен быть у меня. С ним Скарлет могла воскрешать. Поверь, это будет очень полезный навык в предстоящем, -- я усмехнулась и откинулась в кресле, прикрыв глаза.
   Я обожаю алое марево, созданное бьющимися сердцами людей, окружающих меня, которое встает во мраке. Оно успокаивало. Дарило покой. Дарило силу. Уверенность.
   Но меня все равно первым делом беспокоил Дофламинго. Что-то с ним было не так. Что-то, что я не могла понять. Ошейник раба оставался на нем, и он работал. Наручники сняли и заменили браслетом из кайросеки, чтобы цепи не мешались в быту. Только вот мужчина все равно продолжал источать уверенного в себе человека, который уже построил десяток планов, часть которых не в мою пользу.
   Меня это раздражало.
   В душе загорелось неприятное чужое чувство, которое принялось медленно расползаться по телу. Я стучала пальцами по подлокотникам, нервно сведя брови и не зная, что делать. Вот так всегда. Покопаешься в памяти и мрачнеешь от новых фактов.
   Хм-м.
   -- А ты знал, что мы родственники? -- я резко повернулась к Дофламинго.
   Непредсказуемый порыв, который заставил мужчину изумленно вскинуть брови.
   -- Вот теперь знаешь, -- качнула головой. -- Хоть и не близкие, а троюродные, если не ошибаюсь. И, кажется, по матери. Хм-м, -- я задумчиво посмотрела в небо. -- Да, точно. По матери. У меня дома полотно висит, и там генеалогическое древо. Когда прибудем в Мариджоа, глянешь. Если будешь еще жив...
   -- Господин, -- к нам подлетела служанка и низко поклонилась. -- Ужин готов.
   -- Как раз вовремя, -- я мягко улыбнулась и поднялась, подтягиваясь.
   Очень вовремя. А то неведанные порывы потянут на очередные откровения перед моим "братцем", или у него.
   Ведь серьезно... что-то в Ричарде и Дофламинго было... схожее.
   Только вот зачем это знание пришло ко мне?
  
  
  
   Тенрьюбито. Заговор
  
   Чем ближе был день прибытия, тем тяжелее становилась атмосфера вокруг меня. Напряжение давило со всех сторон, делая меня нервной. Раздражение могло вспыхнуть по любому поводу, даже самому незначительному. Даже перед войной такого состояния не было, а тут...
   Я устало прикрыла глаза ладонью и вздохнула, застыв посреди коридора. Так я простояла несколько минут, пока за спиной не раздались шаги, заставившие покинуть тесное помещение и выйти на палубу. Но я не успела продолжить путь. Хотела заглянуть к Кириму, вице-адмиралу, который, по словам моряков был у штурвала.
   Тихий зашуганный оклик заставил оглянуться и одарить мрачным взглядом одну из служанок. Молоденькая девушка с красивыми волнистыми волосами цвета гречишного меда и темно-зелеными глазами. Фигурка вполне ладная, и форма с передником толком не прятала всех ее прелестей.
   Я вопросительно подняла бровь, ожидая вопроса.
   -- Ваша Светлость, -- чуть дрогнувшим голосом произнесла девушка и опустила взгляд. -- Я... я хотела бы поговорить с вами, -- быстро протараторила она, словно в любой момент кто-то мог перебить ее и помешать словам прозвучать.
   Теперь уже изумленно посмотрела на нее.
   Ого. Она отважилась со мной поговорить.
   -- Слушаю.
   Девушка вздрогнула и снова подняла глаза. Эх, все-таки у Ричарда отличный вкус был. Девочки на корабле как на подбор, похожих нет, и все очень красивы. Радуют одним своим видом. Хотела бы я пообщаться с этим тенрьюбито, жаль, что уже не выйдет. Выбили бы из него раньше все вредные привычки и дурь и был бы золотым человеком!
   Служанка поманила меня пальчиком, развернувшись и направившись вглубь корабля. Я пожала плечами и пошла за ней. Как только мы отошли достаточно, чтобы нас никто не подслушал и не увидел, скрывшись в одном из многочисленных переходов большого судна, девушка остановилась и снова посмотрела на меня.
   -- Я хотела бы вам кое-что рассказать, -- прошептала она, испуганно смотря на меня.
   Порядком удивилась, что и не стала скрывать.
   -- И?
   Служанка слегка смутилась и поправила лямку фартука:
   -- Один из дозорных угрожал нам... мне. Он говорил про вас нехорошие слова, что вы... -- она закусила губу и покраснела.
   Меня начала ситуация забавлять, и я только взглядом подтолкнула девушку продолжить.
   -- Что вы ни на что не годны и не способны, -- выдохнула она и зажмурилась. -- Он еще сказал, что раз теперь мы не принадлежим вам, то мы должны... быть с ними. И даже попытался изнасиловать... -- сказала последнее так тихо, что я еле расслышала.
   Хм-м. Не все так гладко в этом белом королевстве. И пока я тут гадаю и решаю свои проблемы, мои люди страдают.
   Я задумчиво потерла подбородок.
   -- Ты не говорила ничего вице-адмиралу?
   -- Не-ет, -- активно помотала головой. -- Он нас все равно не послушает. За своих людей он уверен, что они не будут делать глупостей... я так слышала.
   Служанка вздохнула и выжидающе уставилась на меня.
   Теперь уже вздохнула я и положила ей на плечо руку, заставив напугано вздрогнуть.
   -- Как твое имя?
   -- Т... Тайли, -- она недоуменно ответила.
   -- У меня на имена память плохая, -- махнула рукой.
   Что поделать, не всех же тут знать мне.
   -- Д... да, господин, -- служанка снова опустила глаза.
   -- Я придумаю что-нибудь, -- задумчиво пообещала ей, расслышав далекие знакомые, чуть шаркающие, шаги. Она никогда не надевала обувь на высоком каблуке, стараясь еще и так не выделять рост.
   -- Девочек по углам зажимаете, ху-ху? -- ехидно произнесла Свон, растягивая слова.
   Я развернулась к ней, все еще пребывая где-то далеко, и окинула быстрым взглядом.
   -- Мои девочки. Что хочу, то и делаю с ними, -- пожала плечами.
   За спиной раздался тихий писк и скорые извинения. Тайли выскочила и убежала.
   -- Ну, вот. Девочку смутила, -- притворно вздохнула Лебедь и усмехнулась.
   Хех. Как прозвучало-то. Словно и про себя говорила, и ко мне обращалась в женском роде. Я уже и забывать стала, каково это, женское тело. Как бы и мыслить не начать в мужском роде, как когда-то в облике Арни. Ведь сознание -- это последнее, что осталось от меня, девушки.
   -- Что-то хотела? -- я указала рукой на коридор, приглашая пройти.
   На палубу так и не удалось заскочить, придется возвращаться в кабинет.
   -- Да. Удалось заскочить в гости на Ратти, -- безразлично отмахнулась женщина, заставившая меня остановиться и в изумлении посмотреть на нее. -- Утром побывала у них, -- продолжила она в кабинете, занимая моей место за столом, а я же улеглась на диване.
   -- И? Как?
   Потолок. Красивый, вычурный, с вырезанными растительными узорами из дерева.
   -- Милена чуть не убила меня. Но Эйс не дал ей это сделать. Хотя малышка и не смогла бы. Я сообщила, что сопровождаю Китану, которая в свою очередь сопровождает тебя, Святого Ричарда Хоула, завладевшего силой крови. Эйс в свою очередь спросил, известно ли что-нибудь о Скарлет. Я ответила, что да. Что мы владеем этой информацией, точнее Ричард, который, завладев фруктом, получил и ее память. Милана собралась кому-то позвонить по Ден-Ден Муши, я предполагаю, что Трафальгару Ло, поскольку на ее шляпе висел значок с Веселым Роджером его команды. Но появился Юстас и потребовал, чтобы они не верили мне, ибо я -- враг. Наглый мальчишка, изменился, стал хамить. Сказал, что придет и заберет силу Скарлет, ведь никто не имеет право ею владеть. Он потребовал, чтобы я убиралась с корабля, но я заметила...
   Свон замолчала на самом интересном моменте, тем самым заставив подняться на локтях и одарить ее недовольным взглядом. Женщина хмурилась и смотрела в окно.
   А я пыталась понять, как связаны Милана и Трафальгар. Что произошло? В моих видениях этого не было. Неужели она к нему в команду ушла?..
   -- У них произошел раскол. Эйс, Милена и Лизард с тем беловолосым мальчишкой. И отдельно остальные с новенькими. Я видела в первых, в их душах, сомнение и надежду, они верили мне. А у вторых только чернота. Их словно оплели шипы тьмы, сжимаясь от каждого вздоха вокруг их сердец. Они подавлены и разбиты.
   -- А... А Олег?
   -- Олег? -- она недоуменно моргнула и посмотрела на меня.
   -- Олег. Недзуми, -- меня выдавало волнение. -- Зоан крысы у него еще.
   -- Не видела его.
   Неужели он вернулся на свой остров?
   -- Стоп. Крысы? -- встрепенулась Свон. -- У Мугивар есть пират с такой силой. Он после Дресс Роуз к ним присоединился. Уже успел шороху навести с ними в одном королевстве, где Китана потом разгребала за ними все.
   Вот как. Я исчезла, считай погибла. Его больше ничто не держало, ведь он толком ни с кем в команде не сдружился и ощущал там себя не в своей тарелке, когда оставался с другими. Хоть чья-то мечта исполнилась, ведь он так хотел побывать вместе со своими любимыми героями.
   -- Больше ничего? -- с надеждой спросила, а женщина лишь усмехнулась.
   -- Посетовала на них, что чай не предложили. Ведь кто так гостей встречает. Представь себе, так и не налили. И что за команду ты воспитала?
   Я глухо хмыкнула и откинулась на подушки.
   Значит, Милена, Эйс, Лизард и Ши-Ши еще надеются...
   Как бы не дрогнула рука.
   Невольно сжала кулаки.
   Скоро, ребята, скоро. Ваше время подходит к концу. Наше время...
   -- Скарлет, -- Свон тихонько тронула за плечо, склонившись надо мной. И когда успела?.. -- Я верю, что ты справишься, -- она мягко улыбнулась.
   -- Спасибо, -- ответила ей и снова вернула взгляд к потолку. -- Свон.
   -- М? -- она села на соседний диван и взяла с вазочки мармеладку.
   -- Расскажи мне о себе, -- тихо попросила.
   Расслышала горький вздох.
   -- Отец по глупости решил стать обычным человеком и жить как простые люди. Только вот эти самые люди не приняли хоть и бывшего, но тенрьюбито. Огонь и кровь, боль и крики, вот что я помню из того времени. Мне было всего пять, но и меня никто не пожалел. Люди были злы, и ими двигала жажда крови. Словно дикие, они загоняли нас как добычу, отчего нам пришлось прятаться, скрываться. Жить на свалке и питаться отходами.
   Ей было тяжело рассказывать все. Я выдела это. Слышала. Но надо. Ее давно мучали воспоминания. Терзали старые раны. Без понятия, рассказывала ли что-нибудь Свон Кате, или у них такие беседы по душам под запретом, но выговориться женщине надо было. Лебедь хотела кому-нибудь доверить свою историю и получить поддержку.
   -- Братья всегда защищали меня, отдавали последнее. Они даже умоляли жителей, чтобы те помогли хотя бы мне. Но все было напрасно. Словно разговор со сворой голодных псов -- они набрасывались, чуть завидев. А потом... потом что-то произошло. Я не помню отчетливо, лишь снова крики и огонь. Нас разделили. Остались лишь я и Роси. Одни. Голодные. В темном лесу. Брат оставил меня между корней деревьев, а сам ушел куда-то. Вскоре полил дождь. Я была напугана, плакала. Роси вернулся не скоро. Весь в грязи, с большим фруктом наперевес, который блестел в лучах восходящего солнца. Он протянул его мне и приказал кушать. Так я и получила свою силу. С утра мы пошли куда глядели глаза, и вскоре вышли на берег, где стоял большой корабль. Около него суетился мужчина, который и заметил нас. Он оказался из Дозора, Сенгоку. Он приютил нас, заботился, взял на обучение. С Роси мы не расставались, он всегда был рядом, помогал. Пока меня не заметило Правительство. Когда мне исполнилось шестнадцать, меня забрали в Мариджоа, где стали обучать и подготавливать, как элитную убийцу и агента. С Росинантом я стала видеться реже, а вскоре и вообще разошлись наши пути. Я до сих пор жалею, что меня не было рядом, когда Доффи убил его. Я не могу поверить, что он это сделал...
   Свон не плакала. Нет. Но голос ее сорвался. У женщины давно не осталось слез, чтобы и сейчас лить их по погибшему брату.
   -- Если бы была возможность, ты хотела бы вернуть Росинанта?
   Женщина посмотрела на меня изумленными глазами, которые слегка покраснели:
   -- Не думая.
   -- Я бы по... -- прикрыла глаза, замечая, что за дверью кое-кто прислушивался к нашей беседе, -- мог.
   И давно он там? Что слышал? Черт. Надо было раньше проверить дверь.
   -- Да заходи уже, чего в пороге как не родной, -- проворчала я.
   Дверь сразу же открылась, и с широкой улыбкой на губах вошел Дофламинго, не сводя взгляда с сестры.
   -- Так бы и вернула предателя?
   -- Предателя? Он всего лишь помочь хотел! -- женщина нахмурилась и поднялась с места, направившись к моему столу, а мужчина тут же присел на освободившийся диван.
   -- Он предал меня. Мою семью. Он был одним из Дозора.
   -- Тогда почему ты и меня не убил? -- жестко произнесла Свон и твердо посмотрела на брата. Всегда светлое лицо помрачнело, и даже мне стало не по себе, но только не Дофламинго. -- Я ведь тоже предала. Работала на Правительство.
   -- Ты не строила планов против меня у меня же под носом, загоняя каждый раз в ловушки Дозора. Ты не жила бок о бок со мной, ежедневно лгав. Единственное, что омрачает твои действия, -- твоя работа на Правительство, которое отвернулось от нас, когда мы были детьми.
   Лебедь поджала губы. Гнев так и пылал в ней, и только твердая сила воли сдерживала его, чтобы этот вихрь не обрушился на ненавистного брата.
   А я увидела себя.
   Себя в Дофламинго. Только он поступил более решительней. Он выстрелил в младшего брата, его рука не дрогнула. А я сбежала тогда, ведомая расстройством и опустошением. Я была напугана, не знала, как поступить, как нормально переговорить с семьей, которая около двух лет водила успешно за нос.
   А он даже не мешкал. Не думал. Расставил все точки.
   Надо наконец брать себя в руки и прекращать быть тряпкой, идя на поводу у эмоций. Это жестокий мир, и решения здесь тоже принимают такие же. Даже Луффи доказывал это не раз. Моя мягкость не пошла мне на руку.
   -- Ричард? -- голос Свон заставил вздрогнуть и отвести взгляд от Дофламинго, которого я рассматривала продолжительное время.
   Мотнула головой и откинулась на подушки, чтобы через секунду подскочить и направиться к двери.
   -- Снова чужие воспоминания... они так с ума меня сведут. Я... прогуляюсь, -- глухо ответила и тихо захлопнула за собой створки.
  
   Шла с закрытыми глазами, наблюдая за перемещением алых точек и ища нужную. Той девушки, служанки. Она была на нижней палубе, в общем камбузе. Там я еще не была, точнее, по кораблю я толком вообще не гуляла. Тайли была не одна, что заставило нахмуриться. Может, снова ее достают, а я вразвалочку хожу.
   В какой-то степени я оказалась права. Ее к стенке прижимал какой-то мужик, что-то требуя, но расслышать его шепота не удавалось. Девушка напугано смотрела, прижав руки к груди и закусив нижнюю губу, не в силах сопротивляться. Я стояла в тени и наблюдала.
   -- Дай, или хуже будет! -- порядком громче прорычал дозорный, и в неясном свете блеснула сталь, приставленная к горлу Тайли. Служанка испугано пискнула.
   Я изумленно изогнула бровь, понимая, что пора бы уже вмешаться, пока состав слуг не сократился.
   -- Прошу прощения, -- коснулась пальцами плеча здорового мужчины, заставив глаза девушки расширится от ужаса.
   Сдерживаемый рык и широкий замах кулаком. Я успела увернуться в последний момент, но удар все равно зацепил лицо, разодрав перстнем губу. Дозорный обернулся ко мне лицом, и я заметила в его глазах серую пелену, которая заставила с подозрением нахмуриться. Тайли стояла с прижатыми ладошками ко рту, сдерживая вскрик и смотря на меня заслезившимися глазами. Я небрежно стерла кровь с подбородка, рана успела уже затянуться, а вот взгляд мужчины начал медленно проясняться.
   Он стоял напротив с поднятыми кулаками, но ничего больше не предпринимал. А в глазах начали скользить десятки эмоций. Сначала непонимание, затем он нахмурился, а после словно узнал меня, и пришло осознание совершенного, и в конце дикий ужас. Дозорный рухнул на колени.
   -- Ваше Святейшество! Простите! Не признал! Я не знаю, что нашло на меня! Сжальтесь! Ваше Святейшество!! -- принялся, как молитву, бубнить, а я все хмурилась.
   Тайли тихо всхлипывала, готовая тоже упасть на колени, но стена, на которую она оперлась, удерживала ее на ногах.
   -- Вставай, -- холодно приказала мужчине. -- Следуй за мной.
   И развернулась, не смотря -- идет за мной или нет.
   -- Тайли, найди Аззака и скажи, чтобы поднялся на палубу, -- на ходу дала указание.
   Девушка еле слышно сказала "да!" и шмыгнула вперед, обгоняя меня и скрываясь в темноте корабля. Сама же я неторопливо двинулась к трапу наверх, положив руки в карманы брюк.
   Что я собиралась сделать? Устроить показательную порку.
   Они, значит, тут усомнились во мне и моем правлении, посчитав, что стала "мягкой", совсем забросив наблюдение за кораблем и тем, что там происходило. Но ничего. Высеку одного, поймут все. Надо же поддерживать имидж тенрьюбито.
   Солнечный свет ударил в лицо, заставив поморщиться, и только хотела снова выйти из коридора, как в спину раздался вопрос, прервав скулеж стенающего дозорного.
   -- Господин! Звали? -- Аззак даже запыхался.
   -- Да. Мне нужна плеть.
   -- А? Вы сами? Сейчас! -- и снова топот за спиной.
   Да, можно было бы обойтись без всего этого и просто сдать беднягу на надзирателя, чтобы тот поставил метку раба. Но я и так хожу по лезвию ножа, и любой шаг может стать решающим в моем путешествии на пути тенрьюбито. Поэтому я просто не имею права игнорировать такой выпад против себя.
   Придется это делать. Сжать зубы, напустить хладнокровия и делать.
   На шум на палубу стеклось порядком народа. Многие не понимали, что произошло, видя сидящего на коленях дозорного, и меня со следами крови на лице и каплями на белоснежной рубашке. Мои приближенные с вопросами косились, стоя недалеко.
   -- Держите, -- вернулся, наконец, Аззак и вручил плеть из черной кожи, довольно тяжелую.
   -- Подвесьте его и разденьте, -- холодно и четко дала указания.
   -- Господин, пожалуйста, пощадите, -- дозорный схватил меня за ногу, но я небрежно оттолкнула его и повернулась к подошедшей Свон, которая взглядом спрашивала, что произошло.
   Но я только стащила пиджак и передала в руки женщины, закатывая рукава.
   -- Святой Ричард, что случилось? -- вмешалась Катя, смотря тяжелым взглядом на меня.
   -- Кто-то слишком много себе позволяет, -- мрачно посмотрела на нее, заставив отойти на шаг под давлением взгляда.
   Повернулась к слугам, которые в темпе привязывали провинившегося к мачте, спиной ко мне, и стягивали верхнюю часть формы, попусту разрывая ее по швам. Я взвесила в руке плеть и на пробу хлестнула по воздуху, заставив вздрогнуть особо впечатлительных.
   А народу собралось порядочно. Нет у них на корабле никаких увеселительных программ, а тут еще их господин устроил воспитательную беседу.
   -- У вас что, дел нет никаких? -- бросила хмурый взгляд на присутствующих.
   Девушки-служанки мигом разбежались, а вот матросы и дозорные продолжали стоять и с тенью на лице следить за моими действиями, как и телохранители.
   -- Святой Ричард, -- Катя предприняла еще одну попытку вразумить меня. -- Я, как ответственная за этих людей...
   -- Плохо справилась со своими обязанностями, раз позволила вбить им в головы, что после приобретения силы плода, я плевать на них хотел и не буду обращать внимания на их вольности. Да и спущу с рук нападение на себя, -- я криво усмехнулась и отвернулась, заставив девушку сглотнуть и опустить взгляд. -- Скажи спасибо, что не пистолет к виску и тело за борт.
   Свон положила ладонь на плечо Китаны и сжала.
   Мужчина мелко дрожал, понимая, какая участь его ждала. А я стояла и несильно подбрасывала в руке плеть за ручку, рассматривая хмуро мускулистую спину, на которой виднелось несколько шрамов от рванных ран.
   Занесла руку и резко хлестнула плетью, которая с легкостью рассекла кожу. Кровь брызнула в стороны, слегка зацепив меня. Палуба погрузилась в тишину, лишь море за бортом билось о него. Провинившийся вскрикнул, а я сильней нахмурилась, готовая бросить оружие и уйти.
   Не могу. Противно. Самой становится больно. Да и сама себе отвратительна.
   Но надо.
   Второй удар, и вот уже кровавый крест на спине взвывшего мужчины, и брызги крови на палубе и на мне.
   Крест. Алый крест.
   Я сжала зубы и снова хлестнула плетью, перечеркивая крест и вырвав крик у мужчины. Скривившись, стерла свободной рукой кровь с лица и облизала с губ. Странный стойкий вкус заставил замереть и с подозрением посмотреть на располосованного мужчину, который без сил повис.
   Кровь имела неестественный оттенок, с примесью гадкого привкуса.
   Что это?..
   Я поднесла к носу окровавленную руку и втянула воздух, пытаясь распознать по запаху. Но ничего.
   Развернулась к Аззаку и бросила ему в руки плеть.
   -- Оказать помощь. Заклеймить, -- проговорила и направилась в свою комнату, смыть с себя неестественную кровь и подумать, разобраться, что тут не так.
   Только вот вкус... казался знакомым. Далеким и знакомым...
   Толпа расступилась, пропуская грозную и отталкивающую меня, пряча глаза и опуская их к полу, не желая встречаться взглядом. Кроме Дофламинго, на лице которого застыло все тоже наслаждение.
   Его, что ли, для интереса выпороть?..
  
   Толком не спалось.
   Я ворочалась, сминала одеяло, подушку, пыталась отыскать удобное положение, но... то жарко, то холодно, то слишком тихо.
   Вздохнула и откинулась на спину, положив ладонь на лоб и сбросив с себя мягкое одеяло.
   Меня все также мучала неясность произошедшего, казалось, что я упустила что-то важное. То, что мужчина был изначально не в себе -- понятно, как ясный день. Я опустила момент с затуманенным взором, подумав, что он пьян, но вот перегара-то не было.
   Либо я параноик, либо на корабле реально что-то творится. Что-то подозрительно нехорошее.
   Я упускала что-то очень важное...
   Дверь тихо скрипнула, заставив настороженно обернуться. В ночной темноте гостя видно не было, но я не шевелилась и прикрыла глаза, нахмурившись.
   Шадо? Что ей здесь надо?
   Плавными неслышными движениями она дошла до кровати, перед этим закрыв дверь на замок, отчего я напряглась, но ничего не предпринимала, ожидая дальнейших действий со стороны телохранительницы. Девушка замерла надо мной, пригнувшись, и провела пальцами сначала по лицу, по линии губ, а после спустилась к груди, мягкими и легкими прикосновениями очерчивая мышцы, ведь спать легла я лишь в трусах из-за духоты.
   А вот следующее я уже не выдержала, понимая, что лежать и ждать было плохой тактикой. Шадо уверенно села на меня и пригнулась к лицу. Я же в этот момент открыла глаза и перехватила ее руки, отталкивая на вторую пустующую часть кровати, повалив и придавив сверху, крепко держа за кисти. Но сказать ничего не успела, девушка подалась вперед, впиваясь в губы жадным требовательным поцелуем.
   Крепче сжала ее кисти и послала команду ее крови успокоиться, но Шадо оказалась куда сильней, и видимо без острого не обойтись.
   Укусила ее за губу, заставив девушку вздрогнуть и тихо простонать. Слизала кровь и снова нахмурилась.
   Тот же привкус.
   Надкусила свою губу, позволяя паре капель попасть в ее рот, дав команду привести ее мозг и состояние в порядок. Девушка была чем-то одурманена.
   Секунда, две, три. Шадо резко замерла.
   Я осторожно отстранилась, прекращая поцелуй, и посмотрела серьезно в ее глаза. Хоть и видно толком не было в неясном полумраке, но мутный блеск медленно сходил с ее взора, и сознательность плавно возвращалась в ее белобрысую головушку. А когда осознание накрыло ее... я лишь улыбнулась.
   -- Ой, -- тяжело выдохнула она и дико смутилась, отводя взгляд.
   -- Ой, -- повторила я. -- Больше не будешь? Успокоилась?
   -- Д... да, -- сглотнула, повозив сцепленными над головой руками.
   -- И что это за порыв страсти был? -- я внимательно следила за девушкой, пытаясь понять и найти отклонения.
   -- Я... не знаю, -- она выглядела очень растерянной.
   -- Что ты помнишь? -- я ослабила хватку, позволяя опустить руки, а сама оперлась ладонями о подушку, нависая сверху.
   -- Шла к себе в каюту, -- медленно начала говорить, теряясь еще сильней. -- Потом услышала шорох... и... вот оказалась тут.
   Хм-м. Она не врала.
   -- Тебя кто-то чем-то напичкал, -- я перебралась на свою сторону кровати и легла на спину, задумчиво смотря в потолок. -- Тот мужчина, дозорный, сегодня днем... когда я попробовал его кровь, она оказалась с тем же привкусом, что и у тебя сейчас. Вас кто-то чем-то накачал. Но зачем? Для чего?
   -- От вас чего-то хотят, -- тихо прозвучал голос Шадо, заставив посмотреть на нее. Она все так же была смущена.
   -- Чего?
   -- Дозорный на вас напал. Так ведь?
   Я запоздало кивнула.
   -- И я должна была что-то сделать...
   -- Изнасиловать? -- насмешливо изогнула бровь.
   Девушка отвернулась и уставилась в потолок, а я так и ощущала, как кровь приливала к ее лицу.
   -- Вы же обычно не отказывали девушке, которая ложилась к вам в постель. А после этого... мой брат бы... -- она натянула до лица одеяло, укутавшись в нем.
   -- Натравить Дошу на меня? Хм-м, как вариант. Он ведь не питает особых чувств ко мне и с радостью пользуется моментом во время тренировок.
   Вполне неплохая версия. Ее брат сильный противник и на занятиях давал нехилых подзатыльников, грубо говоря. Меня, не в полной силе, он запросто бы убил, и ему было бы плевать, на чьем корабле он, ведь сестру, считай, силой взяли.
   Но кто же у нас тут такой манипулятор?
   Дофламинго? Нет. Он работает с нитями, да и тем более кайросеки на нем сейчас. А этим двоим что-то вкалывали или как-то по-иному вводили в кровь какие-то вещества. Подозрительно знакомые...
   -- Я... вам больше не нужна? -- осторожно спросила Шадо.
   Ее опасно сейчас оставлять одну.
   -- Нет, -- мотнула головой. -- Но можешь остаться здесь, неизвестно, кто тебя выловил, и не сделает ли он это еще раз, но уже чтобы избавиться от тебя. Ты не переживай. Я тебя не трону, -- заверила ее и села на кровати, спиной к ней. -- Надеюсь, твой брат меня завтра не убьет...
   Встала и прошла к креслу, на котором лежали брюки. Надела их и рухнула на сидение, откинув голову на спинку и прикрыв глаза.
   Что за хрень тут творится?!
  
   Утром я была весьма решительна.
   Все пришло неожиданно.
   Я сидела полночи в кресле и пыталась достать из памяти Ричарда хоть что-то об этом вкусе. Было много вариантов, и все-таки остановилась на наркотике.
   Как я помнила -- после появления в этом теле, я выкинула в море весь этот мусор, но не думала, что он мог еще остаться у кого-то. Просто в голову не приходила мысль, что на корабле могли быть еще запасы, ведь Ричард всегда получал требуемое у себя в каюте, точнее хранилось у него в ящичке.
   Выходит, на корабле есть поставщик. Только что он затеял? Что он хочет добиться вот так подсаживая людей? Или он на меня зол, что я отказалась принимать эту гадость? Не понимаю.
   Поэтому с утра, пытаясь выглядеть бодро, что не скажешь после бессонной ночи, да и после контрастного душа, я направлялась не в столовую, где ждал завтрак, а на палубу, попросив по пути Аззака позвать всех слуг на общий сбор.
   Туман стелился по воде, отчего ее толком было не разглядеть. Штиль наводил на жуткие мысли, особенно после творившегося в последние дни. По подсчетам, к вечеру должны были достигнуть острова Куб, где нас уже ждали в местном городе.
   Лучше бы они готовились к приходу пиратов, укрепляя защиту, а мы и сами справимся.
   Хотя, мне казалось, что будет отлично, если к ночи успеем до суши добраться. Со штилем паруса обвисли, и корабль еле полз вперед, словно в насмешку, чтобы Алый Крест догнал нас.
   Я стояла у фальшборта с бокалом виски в руке, в брюках и рубашке, и смотрела вперед, игнорируя шум сборов за спиной. Народ толком не мог понять, что происходило, боялись повторения вчерашнего концерта.
   Нет, ребята. Сейчас будет хуже.
   Прикрыла глаза, проверяя, все ли на месте. Да, весь экипаж корабля расположился за спиной, и последние люди проталкивались на палубу, недоуменно переспрашивая друг у друга в чем причина сбора.
   Поставила на фальшборт бокал с недопитым напитком и развернулась к команде, одаривая всех сосредоточенным взглядом.
   -- Шаг вперед, кто владеет силой какого-либо дьявольского фрукта, -- дала команду.
   Вышли Джилл, Свон, Дофламинго помялся и тоже лениво сделал шаг. Ему даже стало интересно происходящее.
   -- Значит, будем стоять так, пока четвертый не вразумит и не признается, -- нахмурилась, впиваясь взглядом в присутствующих, заставляя их опускать головы. -- А я ой как не люблю, когда меня держат за дурака.
   Молчание. Тишина. Даже, казалось, море перестало плескаться о борт.
   -- Ладно. Раз по-хорошему не хочет этот человек, то придется по-плохому. А я давал шанс.
   Эх, Рич, чего же ты не запомнил, кто тебе наркоту поставлял? Или этот человек специально избавлялся от этих данных из твоей головушки?
   Я смотрела на каждого, но никто не давал знать, что уже порядком нервировало.
   А если я ошиблась? Если этот человек не фруктовик?..
   Девочки служанки жались в стороне, тихо перешептываясь между собой, так, чтобы лишний раз не привлекать внимание, но выходило с точностью да наоборот, словно школьницы на линейке. Хотя, учитывая их возраст от пятнадцати до восемнадцати, так и выходило. Заметив, что я пристально смотрю на них, одна из девочек шикнула и толкнула локтем соседку, а после дружно они замолчали, стоя с опущенными головами.
   Из всего экипажа, ближе всего к Ричарду были именно они. Девочки и ухаживали за ним, и приносили еду, напитки, делили постель. Так почему бы и им не знать, кто наркотой его травил? В памяти так или иначе всплывали лица служанок, но опять же. Тайли. Ее Ричард помнил смутно, она редко бывала у него, поскольку и возраст выше того, который любил парень.
   А меня это наконец насторожило.
   Тайли. С нее-то все и началось.
   Я протянула руку в сторону Аззака:
   -- Дай кинжал.
   Надсмотрщик покорно протянул холодное оружие, и я спокойно подошла к группке замерших испуганных девушек.
   -- Дай руку, -- потребовала у Тайли.
   Служанка посмотрела на меня большими испуганными глазами, прижав ладони к груди, и явно пыталась давить на жалость.
   -- Господин, -- она сглотнула. -- Я боюсь.
   -- Раньше надо было бояться, -- я сощурилась и силой схватила за предплечье, резанув по нежной коже.
   Тайли вскрикнула и схватилась за порез, глянув на меня полными слез глазами.
   -- Ну-ну, -- хмыкнула и потянула нить крови к себе, которая обвилась покорно вокруг кисти.
   Поднесла к носу, вдыхая запах.
   Хм-м.
   А вот вкус...
   Я резко помрачнела и разозлилась, схватив девушку за шею и бросив на пустующую часть палубы, где до этого стояла. Тайли упала на руки и всхлипнула, поднявшись на четвереньки.
   -- Встань, -- приказала, остановившись за ее спиной.
   Она, чуть покачиваясь, поднялась и повернулась с заплаканным лицом.
   А вот играть тут теперь бедную и несчастную пугливую девочку не стоит. С такой ненавистью к Ричарду такая роль не подходит.
   -- Господин, ты ничего... -- попыталась прошептать она, но я снова схватила ее за шею, и из горла девушки вырвался лишь хрип. Она вцепилась пальцами мне в предплечье, пытаясь ногтями разодрать его и высвободиться, но ничего не выходило.
   Я лишь усмехнулась этой попытке.
   -- "Ты" да? Хех. Я узнал все, что надо было. И хочу сказать только одно, -- я повела ее к фальшборту и посмотрела на нее со сдерживаемым гневом. -- Я не прощаю предательств.
   Больше.
   Тайли, запинаясь, пошла спиной вперед, пока не уперлась спиной в перила, все так же держа меня двумя руками. В ее глазах застыл дикий ужас, ведь она понимала, что я хотела сделать. Но меня удивляло другое -- почему нет сопротивлений. Почему она не попыталась хоть что-либо сделать, и как-либо защититься или спастись. Девушка просто пугливо поддалась мне. Что настораживало.
   Вот не могла она легко так сдаться.
   -- Что и требовалось доказать, -- довольно усмехнулась я, когда расслышала звук скрещенных мечей.
   Дошу выскочил вперед, закрывая мою спину от вице-адмирала, взгляд которого покрылся мутной пеленой контроля. Вслед за ним часть дозорных также выступили на меня, но телохранители резво их остановили, окружив стеной своего господина.
   Я смотрела в зеленые глаза и слушала память крови, которая послушно раскрывала тайны девочки. Мои ребята защищали меня от обезумевших дозорных, пытаясь их оглушить и не убить, и лучше всех вышло у Свон, заперев кучку бунтовщиков в выросших из неоткуда зеркалах.
   Девушка в моей руке закрыла глаза, понимая, что все было бесполезно. Да, с самого начала. Сидела бы и не рыпалась, может, даже и попыталась бы выбиться в приближенные, не обидела бы ее. Но это желание отомстить... Глупо.
   Она ослабила хватку, опуская руки, и закусила нижнюю губу.
   И вот ради чего старалась?
   Я наклонила голову, рассматривая потухшую красоту. Девушка смирилась со смертью. Приняла ее. Потеряла смысл борьбы, да и смысл жизни.
   Жалкое зрелище.
   Я сжала губы и нахмурилась, от ярости не осталось и следа, но отступать уже нельзя было. Ее сила полезна, но там, где была одна попытка убийства, а следом и вторая... Она не Ши-Ши, с ней будет сложнее.
   Тайли не действовала напрямую, манипулируя с расстояния, поэтому Ричард ее редко видел, ведь и ему она успела удачно подтереть память. Приносили парню чем расслабиться, и он оставался доволен без лишних вопросов, а то, что среди слуг ходил фруктовик с занятной силой, да и скрывающий свое истинное лицо...
   Эх, девочка, а не ты ли убила его часом?.. Видимо, все-таки ты, раз пыталась после снова повторить попытку через чужие руки. И твое удивление, когда увидела его, точнее, уже меня живым... Было красочным, ведь сама же успела перед этим ночью убедиться, что бывший хозяин стал трупом.
   Ей было за что мстить. За что убивать Ричарда.
   Ее родители были раскрыты в пособничестве революционерам и убиты, а сама девушка была продана на аукцион Сабаоди, где ее в этот же день выкупил Ричард, а ночью изнасиловал. И так продолжалось долгое время -- насилие, мучение, издевательства и унижения. Пока мужчине не надоело, и он не бросил девушку своим стражам на Мариджоа, которые тоже как могли использовали ее.
   После очередного визита на Сабаоди, где Тайли уже пристроили как служанку на корабле, она волей случая отыскала фрукт, посчитав его как символ спасения из того Ада, где жила последние несколько лет. Более-менее освоившись с силой плода, она стала приводить план в действие и успешно завершила его, отравив Ричарда. Она не боялась за ошейник, поскольку дурманом получила ключ от него у Аззака, и планировала под всем кипишем из-за смерти тенрьюбито сбежать на Сабаоди.
   Но не срослось. Ричард на следующее утро проснулся как ни в чем не бывало.
   С силой толкнула назад Тайли, заставляя потерять равновесие и в ужасе открыть глаза. Девушка вскрикнула, подаваясь назад и пытаясь зацепиться за фальшборт, но руки соскользнули с мокрой от влажности поверхности, и Тайли рухнула вниз. В воду. С тихим плеском.
   Я повернулась к замершей команде и посмотрела на всех тяжелым взглядом, убирая руки в карманы брюк. Свон легким движением рук разрушила зеркала, которые превратились в золотые искры и растаяли, выпуская запертых в них людей. Пришедшие в себя дозорные попадали на колени, хватая воздух ртом и пытаясь понять, что произошло.
   -- Надеюсь, все усвоили урок? -- мрачно спросила их, получив в ответ напуганные кивки. -- Больше церемониться ни с кем не буду. Замечу хоть намек или любое другое действие против себя -- прямая дорога за борт. Аззак.
   -- Да, господин, -- выскочил мужчина, упав на колени и склонив голову.
   -- Приведи того дозорного, которого я вчера наказал.
   -- Да, -- кивнул и подскочил.
   -- Можете возвращаться к своим делам, -- обратилась к присутствующим, разрешая расслабиться.
   Я обернулась к фальшборту, ища недопитый виски, который оставила там, но его не было. Видимо, Тайли смахнула бокал, когда стояла рядом. Обидно.
   Надзиратель привел еле волочившего ноги дозорного и оставил около меня. Выглядел мужчина крайне плохо. Торс крепко перевязан бинтами, которые со спины имели алые разводы. Весь бледный, губы потрескались, и взгляд зашуганный. Я покачала головой и села на корточки позади дозорного, заставив его напрячься и попытаться сопротивляться. Но я придержала за плечо, успокаивая разволновавшуюся кровь и призывая покорность, благо он был слаб. Срезала бинты кинжалом, который не вернула Аззаку. Резким движением стащила прилипшую к коже ткань, заставив жуткие сшитые раны открыться и вскрикнуть мужчину.
   Плавно провела лезвием по ладони и прижала ее к ране, позволяя крови залечить все.
   -- Позволь попросить прощения, -- произнесла, когда закончила исцеление и поднялась на ноги.
   -- К... конечно, господин, -- кивнул дозорный и сглотнул, боясь смотреть мне в глаза.
   -- Тогда... возвращайся под командование вице-адмирала Кирима. Но перед этим сходи к доктору. Пусть избавит от нитей, -- произнесла и направилась к надстройке.
   Вроде все сделала.
   Все завершила.
   А теперь время завтрака.
   Встретилась взглядом с задумчивым Дофламинго, который, заметив мое внимание, загадочно улыбнулся.
   Знакомо, да?..
  
  
  
   Тенрьюбито. Трибунал
  
   -- Если бы у тебя была возможность отправиться в прошлое и все исправить, что бы ты исправил? -- я сидела на удобном диване, подбрасывая в воздух ножичек для фруктов, а во второй руке держа большое зеленое яблоко.
   В комнате я сидела с Дофламинго.
   Когда мы прибыли на Базу на остров Куб к закату, и дозорные увидели, кто в компании вздорного тенрьюбито, то мужчине пришлось выслушать много нового о себе. Если первые пять минут это было терпимо, то потом народ начал терять сознание по необъяснимым причинам. Нет, конечно, я бы могла объяснить, но подобное поведение от людей в форме разозлило. А вот Донкихота наоборот веселило. И ведь дозорным было как-то все равно, что перед этим монстром идет не хуже монстр в моем лице, который несколько лет назад устроил на этом же месте бойню.
   Хех.
   Символично.
   Начальник Базы, вице-адмирал, с нажимом попросил меня, чтобы Дофламинго был под постоянным контролем. Я лишь с насмешкой отреагировала на это и послала его дальше заниматься делами.
   Ишь чего... увидев Донкихота, мигом потерять самообладание и забыть про дань уважения ко мне.
   Обидно как-то, что его боятся больше, чем меня.
   Теперь укрепление перестало нести развлекательный характер и из курортной зоны превратилось во вполне оснащенную крепость. Из-за своего расположение почти в начале Гранд Лайна было решено придать Базе военный характер после войны, когда наплыв пиратов увеличился.
   -- Восемнадцать лет назад. Когда вернулся Росинант. Я бы его прогнал, -- спустя недолгое молчание ответил Дофламинго, пробуя на вкус красное вино.
   -- М? -- я изогнула вопросительно бровь и срезала кусочек плода, отправляя его в рот.
   Но мужчина лишь улыбнулся, загадочно, и не ответил.
   Хм-м.
   Время, когда все и началось. Нет, не так. Все началось тогда, когда его отец спустился с "небес на землю". Но тогда почему именно этот период времени? Таким образом спасти брата? Не встретить Ло? Не узнать о Дресс Роуз?..
   Ведь этого бы ничего не было, откажи он тогда Росинанту.
   -- У тебя порой очень странные вопросы, -- вывел из задумчивости Дофламинго.
   Я пожала плечами:
   -- Скарлет однажды смогла попасть в прошлое. И единственное, что она там сделала, так это попыталась помочь Роджеру, а после оставшуюся ночь трепалась с ним о будущем. Мне просто интересно, как бы поступили остальные, попади им в руки возможность изменить что-то в прошлом.
   -- Да. Я помню, -- он кивнул. -- Тогда на мой вопрос, связывает ли нас что-нибудь, она ответила отрицательно. Жаль.
   Вопросительно посмотрела на мужчину.
   -- У нас было общее дело, -- с оскалом ответил и глотнул вина.
   Ну, да, конечно.
   -- А ты что изменил бы? -- хитро улыбнулся собеседник.
   -- Ничего, меня и так все устраивает.
   Да кого я обманываю?..
   Подозрительный взгляд на слишком довольного моим ответом пирата.
   -- С... Святой Ричард, -- Свон вовремя поправила себя, заметив, что я не одна.
   Повернулась в сторону зеркала, которое стояло за спиной у стены. Женщина одарила сдержанным взглядом любопытствующего брата и переключила внимание на меня.
   -- Ратти на горизонте. В течение часа будут у острова.
   Я отложила на стол ножичек и недоеденное яблоко, воодушевленно хлопнула в ладони и подскочила на ноги. Поправила пиджак, застегнув на одну пуговицу, и широко улыбнулась, раскинув руки в стороны в весьма пафосной позе.
   -- Второй пункт плана в действие! Все по местам!
   Свон понимающе усмехнулась и исчезла из зеркала после кивка. Я порылась в кармане брюк и вытащила небольшую связку ключей, отделила небольшой и бросила за спину, на Дофламинго.
   -- Это что?
   -- Снимай и пошли. Сегодня будет веселая ночка, -- хмыкнула и присела на корточки возле своего дивана, где до этого дозорные оставили деревянный ящик, хранивший оружие Ричарда.
   Пристроила два меча на пояс по левой стороне и проверила крепость. Следом справа прицепила на заклепки ремешок с шестью стилетами, которые нашла в оружейной на корабле. Расслышала щелчок металла и глухой стук об пол.
   Снял браслет.
   Не дожидаясь его, вышла за дверь в коридор здания, где нас разместили, сразу же столкнувшись с двумя дозорными, которые рухнули на колени не поднимая голов, пока я не скрылась за лестницей. Даже не надо было проверять, что Дофламинго шел за мной, сверля взглядом спину.
   -- Как ты это делаешь?
   Его вопрос вызвал насмешку на моих губах.
   -- Мы же одной крови с тобой. Почти. Я попросил ее, она согласилась, и теперь выполняет все мои команды.
   Я расслышала скрип зубов.
   -- Свон ты так же управляешь?
   Промолчала.
   Когда я была в теле Шанны, не обращала особого внимания на ощущения, которые возникли при встрече с Шанксом, не до этого было, там поле боя, да и проступающее безумие. А тут была неделя, чтобы изучить эту часть своей силы и понять, что родственная кровь чувствуется так же и управляется тем же способом, как и своя, родная. Из этого выходит, что я, не задумываясь, могу с легкостью управлять этими людьми, а в последствие сделать своими сосудами, с такой же исцеляющей кровью.
   Поэтому, я больше не боялась Дофламинго. А вот он меня ощутимо ненавидел.
   Спустились по лестнице на первый этаж и прошли к выходу. Хоть База и сменила свои функции, но помещения особо не перестраивались, разве что стены вокруг комплекса стали выше и крепче, чтобы всякие пираты верхом на львах не перепрыгивали их, главная башня с маяком на вершине и бойницами для пушек. Вместо бассейна -- плац, на котором сейчас выстроились солдаты перед ночной сменой.
   Дозор был как пчелиный улей перед закатом, и не только из-за нашего приезда, но и еще готовились к встрече с Алым Крестом. Они были уверены, что вступят в бой. Я же не отговаривала их. Они всего лишь выполняют свою работу, как мы -- свой план.
   Беспрепятственно прошли сквозь раскрытые огромные врата, где даже великан вполне комфортно будет себя ощущать. Видимо, такие тоже заплывали сюда.
   Дальше шли джунгли, все так же стеной, скрывая в себе голодных хищников и редких охотников из города на другом конце острова. Я продвигалась вперед без трудностей, изредка перепрыгивая и пригибаясь, по запомненному пути к огромному кристаллу в земле, где прятался тайный ход в пещеру с Древом. Там по идее должна быть встреча с Китаной и родственниками, которых туда приведет, как только корабль бросит якорь у грота на берегу острова, где мои ребята вместе со Свон расположились в готовности, чтобы сдерживать лишних гостей.
   Найти кристалл, сросшийся с землей и растительностью, не составило труда. Огромная поляна с редкими кустами показалась из-за деревьев, когда солнце уже почти село, и я уверенно пошла по ней, ощущая под каблуками туфель твердую скользящую поверхность.
   Остановилась и осмотрелась, пытаясь понять с какой именно стороны секретный ход, попутно носком обуви разгребая почву и растения и натыкаясь взглядом на гладкую розоватую поверхность камня. Присела на колено и уже рукой раскидала мешающий мусор. Дофламинго заинтересовано наклонил голову, наблюдая за моими действиями, что заставило меня усмехнуться и посмотреть на него, не меняя положения.
   -- Знаешь, что там?
   Он не ответил, я же продолжила.
   -- Загадочное Древо, силу которого не может понять толком ни один человек, сталкивающийся с ним. Многие считают его очередной особенностью Гранд Лайн, другие даруют ему магические свойства, третье не придают значение, считая лишь чудом природы. Очень редкие люди ответят точно, что это за Древо. И я знаю только одного человека, который бережно хранил все его тайны несколько десятков лет. Мне же кажется, что каким-то образом дерево было наделено свойствами дьявольского фрукта, ибо иначе его "магию" не объяснить, -- насмешливо глянула на кристалл под ногами. -- На этом острове началась история Скарлет. Здесь она получила свою первую награду, вырезав часть базы, на которой мы были, и узнала секрет этого Древа. Его силу. Что ты знаешь о бессмертии? -- хитро сощурила глаза, подняв их на замершего от моих последних слов Дофламинго.
   Да. Силу Древа я считаю своеобразным бессмертием. Выкидывать душу из тела, дарить ей успокоение, показывать истинную силу человека или же наделять неким знанием. В зависимости от последних мыслей после испития сока. Но я не буду утверждать свою правоту, это лишь мои размышления, не более. Выводы и размышления.
   Я вернулась в свой мир из-за поглощения депрессией или это из-за того, что реальное тело притянуло, что вероятней. Точно утверждать не стану, буду держать варианты. Но появление снова тут и подселение -- вот реальная сила этого сока. Он просто сделал мою душу свободной. Не знаю, что произошло с Раллидом. Возможно он так же отделился от тела, познал там свою истину, о которой говорил мне, и вернулся назад в родную тушку, ибо она была при нем. А вот за год тело Шанны не сохранилось, поэтому я попала в более-менее свежее и пригодное, погибшее в момент моего возвращение в мир.
   Заставлять душу путешествовать из тела в тело -- не бессмертие ли? Убили одно тело, занял другое. Почему бы и нет? Твоя душа теперь свободна и может делать что хочет, главное иметь желание и волю. И немного сока Древа в кармане.
   -- Сила Древа дает второй шанс, -- я постукала костяшками по кристаллу и поднялась на ноги, встряхнув их и двинувшись дальше. -- Если перед смертью выпить его сок и подумать о том, что приносит покой и уют душе, то она покинет тело, а после вернется назад, когда ему ничего не будет угрожать.
   -- Откуда ты так много знаешь об этом? -- Дофламинго сжал губы и с подозрением нахмурился, что вызвало мою очередную улыбку.
   -- Я ж сказал. Тут началась история Скарлет.
   И стукнула каблуком по камню сильнее.
   Да где же этот механизм?!
   Восточная часть на самом краю, неприметный, как кнопка, бугорок на поверхности кристалла.
   Я тут уже все истоптала.
   -- Тут жил один пират, врач, который и охранял Древо от посягательств, заодно держал в секрете тайну. Но встретившись со Скарлет, предложил ей стать его ученицей, по пути рассказав о Древе. Она убила старика, -- пожала плечами и прикрыла глаза, осматривая местность на присутствие теплокровных.
   Усмехнулась, зацепив вниманием Дофламинго. Если бы он снял очки, я бы ясно видела удивление и недоумение в его глазах, а так немного полюбовалась смене эмоций через его кровь. В нем боролся такой букет, что мне становилось завидно. И обидно. Он был недалеко от истины.
   Да и я уже особо не скрывалась.
   Под ногами что-то щелкнуло, и в стороне дрогнула земля.
   Наконец, нашла.
   Вздохнув, я двинулась в сторону хода, около которого достала меч и рубанула по корням кустов, освобождая проход в туннель с деревянной лестницей в закуток Раллида.
   -- У Скарлет был секрет бессмертия?
   Да, мужчину интересовало только то, что болело у него не один год.
   Я подняла руку, показав пальцами "два".
   -- Два. У нее было два секрета бессмертия. И если бы вы с Урсулой проявили бы больше дипломатичности с ней, то могли бы узнать у нее их. А так... в отличие от тебя, она времени зря не теряла, разгадывая разные тайны Гранд Лайн и собирая все самое интересное в свои руки, тогда как ты десять лет отсиживал задницу на троне Дресс Роуз, а твоя семья уверенно заплывала жирком от роскошной жизни, теряя осторожность, -- усмехнулась и нырнула в укрытие, утопавшее в полумраке, чтобы не смотреть на изменившееся от злости лицо Дофламинго, которому мои слова не понравились, а после двинулась к люку в полу, захватив по пути металлический, немного ржавый стакан.
   Пригодится.
   Все покрыто пылью. Книги лежали в том же беспорядке, как их я и оставила с прошлого посещения. Какие-то тряпки и лохмотья на полу, разломанный ящик. Затхлость выдавала, что давно сюда никто не забредал.
   Пригнулась на колени около люка и надавила на него руками, заставив щелкнуть очередной механизм и отъехать в сторону крышку, открывая выход вниз к ближайшей плотной ветке Древа, листочки которого свернулись на краях.
   Оно спало.
   В другом конце пещеры ощущалось дыхание живых. Видимо, четверка пришла. И, закрыв глаза, я улыбнулась, узнавая родственников. Все, как на подбор следовали за Катей. Хотя огни от их факелов были различимы даже отсюда, разгоняющие полумрак пещеры. Отблески кристалла с потолка плохо освещали помещение, но терпимо, ног, главное, не переломаем.
   -- Они уже здесь, -- шепнула и спрыгнула на ветку, быстро и осторожно перелезая на нижнюю, и так до конца, спрыгнув на землю, по которой стелились массивные корни.
   Застыла, закрыв глаза и ощущая всю пещеру. Коснулась теплой коры, внутри которой чувствовалось ленивое движение сока. Мои губы чуть дрогнули в улыбке, и я вынула один из стилетов, легко надрезав кожу дерева, откуда потекла густая и мутная жидкость. Мигом подставила кружку, набирая почти до краев.
   Расслышала за спиной шаги спустившегося Дофламинго. А следом раздался плеск воды, по которой в нашу сторону шли ребята.
   Где-то капало, что навевало воспоминания о прошлом посещении пещеры, журчала вода между корней Древа, шелестела листва. И воздух... чистый и ароматный, кружащий голову.
   -- Что мы здесь делаем? -- узнала голос Леши.
   -- Святой Ричард пожелал встречи здесь, -- холодно ответила Катя.
   -- Сначала кайросеки, теперь это, -- неприязненно раздалось от Юстаса.
   Я усмехнулась.
   Значит, все-таки удалось на них надеть браслеты. Это упростит работу.
   Интересно, кто их уболтал и убедил лезть в логово врага с кайросеки на руках? Кому они доверились?
   -- Ну, и где этот ваш Ричард? -- хмыкнул Лизард.
   Они уже почти подошли к корням Древа, и я решила показаться, переступая препятствия и спускаясь аккуратно вниз.
   -- Здесь я, здесь, -- усмехнулась, придерживая пальцами за края бокал.
   Не доходя до них десяток метров, остановилась, как и они в ряд у кромки мелкого пруда, по которому шли в сторону Древа, обмочив ноги и испортив себе в конец настроение, если судить по сдержанным выражениям лиц присутствующих. Не всем бывает уютно, когда в ботинках хлюпает вода.
   Леша и Юстас посмотрели на меня с одинаковой враждебностью, а подсвеченные факелами лица выглядели еще более угрожающе. Милана же разглядывала широко открытыми глазами, в которых плескалась надежда и сомнение, что мне не понравилось и заставило нахмуриться. Катя же была абсолютно спокойна.
   Я боялась этой встречи. Боялась реакции, своей, на них. Столько раз прокручивала в голове варианты, что снова взыграет жалость, или же чувство опеки, но душу неожиданно поразило спокойствие, которое сковывало все лишнее. Эмоции ушли на задний план, волнение испарилось, и видеть я стала перед собой обычных людей, которых вижу вокруг себя десятками в день. Привязанность к этим ребятам исчезла, уступив безразличию.
   И это придало уверенности.
   Особенность фрукта крови в отличном подавлении эмоций, но раньше против родных это не работало, тогда как сейчас отлично заглушило все.
   Неужели из-за гложущего все это время чувства предательства? Пережитой депрессии? Личного роста?..
   -- Все в сборе, -- кивнула, отмечая, что Дофламинго оставался стоять в тени Древа, не показываясь на глаза ребятам, которые могли его вычислить с легкостью Волей Наблюдения. -- Вопросы?
   -- Зачем ты нас тут собрал? -- мигом спросил Юстас, испепеляя взглядом.
   Но-но, попытка хорошая, только вот сила огня у Миланы, а не у тебя, мальчик.
   -- А то вы против? -- насмешливо изогнула бровь и усмехнулась.
   Стоя выше них, ощущалась некая надменность и сила над ними, пробуждая странные чувства в груди. Хм-м. Ричардовское упоение властью?
   -- Скарлет, -- сглотнула Милана, и я резко перевела взгляд на нее, заставив девушку вздрогнуть под ним, -- она...
   И замолчала.
   -- Ну? Я ваши мысли читать не умею, -- поморщилась.
   -- Как она погибла? -- все-таки спросила сестра.
   -- Самоубийство, -- хмыкнула, а Милана не поверила, по ее глазам было видно, что она не верила в мои слова. -- Она была подавлена из-за вашего предательства, что вы умалчивали обо всем целых два года, а некоторые даже одобрительно относились к тому, что ее использовали, -- глянула на мрачного Юстаса. -- В конце концов, депрессия поглотила ее, и девушка сорвалась. Она больше не имела смысла жить, тогда как ее смысл вонзил нож в спину.
   Милана опустила голову, чуть подрагивая и сжимая кулаки. Буря эмоций металась в ее душе, задевая даже меня, чем и заставляла морщиться. Катя тоже отвела взгляд, разглядывая черную каменную стену пещеры, а вот Леша с ненавистью смотрел на Юстаса, готовый прямо тут растерзать брата. Сам же Эльф оставался мрачным и холодным, никак не реагируя на проявленные эмоции.
   -- Это неправда... -- сквозь сдерживаемые слезы выдохнула Милена и мотнула головой, отчего шляпа повалилась на спину с головы, звякнув значками с Веселым Роджером пиратов Сердца. Короткие волосы слегка взлохмачены. -- Этого не должно было случиться, -- пробормотала она и всхлипнула.
   Я с жалостью посмотрела на нее, наклонив голову:
   -- Увы.
   -- Ее же невозможно убить, -- вдруг заговорил Эльф.
   Перевела взгляд на него:
   -- С чего ты взял? Убить можно любого, главное знать -- как. Она знала, как можно убить себя.
   -- Значит, и тебя можно убить! -- он решительно свел брови и попытался метнуться ко мне, вынув из ножен золотой меч.
   Я выставила перед собой руку, направив в его сторону, и дала команду крови Дофламинго, который, тихо выругавшись, все-таки исполнил приказ. Тело Юстаса замерло на полпути, и парень напрягся, вглядываясь мне за спину.
   -- Дофламинго, -- констатировал.
   -- А то ты не видел, -- усмехнулась, заметив, как Донкихот вышел из тени и встал рядом с неизменной улыбкой на губах. -- Ладно, -- убрала руки в карманы брюк, -- еще будут вопросы? Нет? Хорошо, тогда моя очередь. Милана, где оружие Скарлет?
   Девушка вздрогнула и подняла глаза на меня. Быстро утерла лицо от слез и вздохнула:
   -- У Трафальгара Ло. Но он не отдаст тебе его.
   -- С чего бы? -- хмыкнула.
   -- Это личное.
   Я снова изогнула бровь. Ответ меня поразил. Не думала, что Хирург Смерти будет так сентиментален, что на память оставит мое оружие.
   -- Тогда заберу силой, -- пожала плечами. -- Всего-то.
   Милана напряженно сжала губы и нахмурилась:
   -- Найди его еще.
   Вот теперь я широко растянула губы в улыбке, совершенно не сдерживаясь:
   -- Он сам придет. Ты же его накама, не так ли?..
   Девушка вздрогнула, а в ее глазах скользнуло понимание, но сделать хоть что-то она не успела, я снова махнула рукой, хватая их кровь в подчинение и передавая приказ Дофламинго -- обездвижить. Факелы попадали на камень, пламя дрогнуло, но продолжало гореть.
   Медленно спустилась к ним, наслаждаясь замешательством на их лицах. Замешательством и недоверием. Особенно у Китаны, которая тоже застыла не в силах пошевелиться.
   А потом я тяжело вздохнула и покачала головой:
   -- С вами столько проблем в этом мире. Но все встанет на свои места... без вас.
   Я остановилась напротив Кати, в глазах которой читались растерянность и непонимание.
   Извините. Извините все меня. Но так надо. Без понятия, сколько вам осталось, но когда я возвращалась сюда, наши родители уже всерьез задумались отключить вас, но для принятия решения был месяц. Он еще не успел пройти, поэтому я так спешила вернуть вас назад.
   Простите еще раз.
   -- Пей, -- подставила бокал к губам девушки и дала команду ее крови.
   Она, противореча себе, глотнула жидкость и скривилась, тяжело выдохнув. Но тут ее взгляд дрогнул, а глаза стали мутными. Пока не поздно, я быстро склонилась над ее ухом и прошептала:
   -- Подумай о доме. О родителях.
   -- Я... -- попыталась что-то произнести она, но начала оседать на землю, выходя из-под нашего контроля.
   Придержала ее тело свободной рукой, хмуро наблюдая, как медленно закрылись ее глаза и напряженные мышцы расслабились, дыхание остановилось. Осторожно положила на каменный пол и вынула стилет, резко ударяя между ребер, где минуту назад билось сердце.
   Пещера погрузилась в тишину, только тихо шумела вода и листва на дереве, тогда как присутствующие были в изумлении.
   Нет, не убила. Спасла. Да. Я спасла ее. Как спасу их.
   Закусив губу, поднялась на ноги и сморгнула, стоя ко всем спиной. Выдохнула ставший тяжелым воздух и повернулась к оставшимся. Милана беззвучно плакала, смотря на тело сестры. Юстас все так же хмурился, а Лизард пытался выпутаться из-под контроля, но все усилия были тщетны.
   -- Катя... -- выдавила девушка, и ее ноги ослабли. Если бы не контроль и нити Дофламинго, она бы рухнула на колени.
   -- Тварь! -- сквозь зубы выдохнул Леша, одним уже взглядом говоря, как хочет убить меня. -- Сука...
   Он тяжело дышал, а глаза сверкали от ненависти и злости.
   Хм-м. Посмотрела на него и решительно двинулась в сторону брата.
   -- Тогда... ты следующий, -- улыбнулась ему, застыв напротив разгневанного парня. -- Пей! -- подставила бокал.
   Лизард глотнул не по своей воле и сморщился, кашлянув. После его взгляд замер, а глаза широко открылись, начиная мутнеть. Я так же приблизилась к его уху и прошептала то же самое, что и Кате. Он сжал зубы и закрыл глаза, падая на колени, а после на бок, затихая. Замах стилетом, который снова пробил грудную клетку и достиг сердца.
   Выпрямилась и посмотрела на Юстаса, который сверлил меня пылающим взглядом.
   -- Есть что сказать на последок? -- насмешливо посмотрела на брата. -- Исповедаться там, или еще чего?
   -- Иди в жопу, -- сквозь зубы проговорил он.
   Пожала плечами и подставила бокал, заставляя выпить. Снова склонилась и прошептала, отстраняясь и следя, как смерть охватывала его тело.
   -- Скар...летт? -- неожиданно произнес он, но через секунду закрыл глаза, в которых застыла боль, и упал на землю.
   Вопрос опасно повис в пещере, и я побаивалась смотреть на оставшихся людей, которые четко услышали слово Юстаса. Я молча вонзила стилет в сердце парня и отошла, повернувшись к Милане.
   Девушка сидела на коленях и дрожала. Нитей на ней не было, что заставило удивиться, но я все равно подошла к ней и нависла. Сестра подняла заплаканное лицо, смотря мне в глаза и ища там что-то.
   -- Скарлет... почему?.. -- прошептала.
   Она не умоляла оставить ее в живых. Не просила сжалиться. Лишь вопрос и обида, что не сказала правду, не открыла свое появление и скрывалась, затеяв эту игру.
   Маленькая любимая сестренка...
   Я вздохнула и присела на колено, поставив на землю бокал и положив рядом окровавленный стилет, прижалась лбом к ее лбу, смотря неотрывно в глаза. Милана шмыгнула носом и зашлась в новой порции слез. Сжала зубы и отстранилась, прижимая плачущую девушку к груди, которая крепко схватилась пальцами за мой пиджак, не сдерживаясь и рыдая. Обняла ее одной рукой, а вторую положила на затылок ей, легко взъерошив ежик волос, и склонилась над ухом:
   -- Так надо. Подумай о доме и родителях, о нашем мире. И... найди там Георгия, мои родители его знают, скажут, как связаться. Всех отведи к нему, -- и усмехнулась. Бедный парень в шоке будет от такого количества "коллективного сна в коме". -- Мое тело не трогают пусть, хорошо?
   Милана отстранилась, затихая, и моргнула, недоуменно смотря и думая, что я шучу. Но все-таки неуверенно кивнула.
   -- Тогда, -- я подхватила бокал, -- пей.
   Сестра глотнула и закрыла глаза, выдыхая воздух. Я коснулась губами ее лба и осторожно положила на пол расслабленное тело. После чего, не моргнув, вонзила стилет в сердце. Обтерла лезвие об свою штанину и поднялась, тяжело выдыхая воздух из-за мысли, что говорить Дофламинго, который уже все сложил и горел желанием выпытать информацию.
   Устало одарила взглядом стоявшего рядом мужчину:
   -- Извини, тебе придется стереть память.
   Встреча вымотала меня. Даже заморозка эмоций не помогала погасить тревожные мысли.
   А верно ли я поступила?..
  
  
  
   Тенрьюбито. По полкам
  
   -- А тебе идет эта роль.
   Я напряженно смотрела на Дофламинго, который вот никак не хотел, чтобы ему стирали память.
   -- Убить своих родных... с таким равнодушием, -- он широко улыбнулся и сел на выпирающий корень, смотря на меня сверху вниз с превосходством.
   Сжала кулаки и выдохнула воздух, сдерживая раздражение по поводу поведения мужчины.
   -- Нам надо торопиться. Так что не сопротивляйся и дай спокойно подправить твою память.
   -- Зачем? -- он слегка приподнял голову, отчего стекла очков блеснули в тусклом свете факелов.
   Чтобы избежать шантажа с твоей стороны, идиот.
   Но я продолжала холодно смотреть на Донкихота, не выразив ни единой эмоции.
   -- Так надо.
   -- Уж что-что... а вот секреты ты не умеешь хранить, Скарлет, -- широко улыбнулся Дофламинго. -- Любой, кто хорошо тебя знает, догадается, что это ты. Движения, эмоции, знания, даже манера речи и реакция. У меня была с самого начала мысль, но вот доказательств и обоснования, как именно ты попала в это тело -- не было, что и вводило в сомнение. А узнав про силу этого Древа... -- он махнул рукой на дерево за его спиной. -- Все встало на свои места. Так что, стирай -- не стирай. Так или иначе я снова пойму, что ты есть ты.
   Хищно оскалился, а я нахмурилась.
   Он прав.
   Шпионом мне не стать, надолго меня не хватает, и привычки берут вверх. Да и про то, что знающие меня люди легко поймут, кто скрывается в этом теле. Поэтому встреча с Ло опасна, много опасней, чем с Эйсом.
   Только я решительно протянула руку вперед, как прозвучал вопрос.
   -- Так что ты задумала, Скарлет?
   Видимо, привычку широко улыбаться все-таки переняла у него, да и загадочно сверкать глазами.
   -- Поверь, финал тебе очень понравится...
   Больше я ничего не успела сделать, одновременно с ним вскинув голову к потолку, откуда посыпался песок и камушки. Грохот разнесся на весь остров, заставив замереть и хаотично размышлять -- что делать. Но после с ног чуть не сбила странная волна силы, иголками оплетая тело и сбивая дыхание.
   Я в изумлении посмотрела на нахмурившегося Дофламинго и одними губами прошептала:
   -- Что это было?..
   -- Чья-то Королевская Воля, -- мужчина к чему-то прислушивался.
   Достала из кармана пиджака маленькую Ден-Ден Муши и набрала номер Свон. Она долго не отвечала, что заставило нервничать.
   -- Что у вас там?.. -- как только на том конце подняли трубку, спросила строго.
   -- Библекарта Лизарда сгорела, Эйс разошелся. Но я пока его сдерживаю, -- произнесла женщина, слегка запыхавшись.
   -- Скоро буду, -- кивнула и убрала улитку в карман брюк, стаскивая с себя испачкавшийся и намокший от слез Миланы пиджак и бросая его на землю, а следом завернула рукава рубашки. -- Нам пора, -- дала команду Дофламинго.
   -- Скажи, Скарлет... почему ты вытащила именно меня? -- он поднялся с корня и наклонил голову набок.
   -- Ты полезный, -- пожала плечами, отмечая, что уровень воды начал подниматься, и она уже захлестнула берег, где лежали тела родственников, и начала гасить ближайшие факелы, которые с шипением потухали.
   Древо начало поглощать своеобразный дар.
   -- Плюс потешить свое самолюбие, -- усмехнулась и пожала плечами. -- Ты надевал на меня ошейник. Теперь я тебе.
   Подошла к крупному стволу и подпрыгнула, хватаясь за нижнюю ветку и подтягиваясь, взбираясь на нее, а после таким темпом на самый верх.
   -- Ты стала другой.
   Донкихот с помощью силы оказался у люка и сидел ждал меня, наблюдая, как я поднималась.
   -- Ты сам должен знать, каково это, предательство близкого тебе человека. Только у тебя был один брат, а у меня вся команда. И если тебе помогла справиться с эмоциями твоя семья, то моя... свела меня в могилу. У меня никого не было...
   Только я достигла последней ветки, и оставалось взобраться в люк, как мужчина протянул мне руку, помогая преодолеть оставшееся расстояние и втаскивая в бывшее жилище Раллида.
   -- Разве? -- в темноте сверкнули очки Дофламинго. -- Ты была вполне в хороших отношениях с Мугиварами и Трафальгаром.
   Я прикрыла глаза и выдохнула воздух, потом скользнула мимо мужчины, который в темноте отчетливо переливался алыми красками, и вышла на поверхность, где уже царствовала ночь.
   -- В таких хороших, что ты рванула помогать Мугиваре на войне, а Трафальгару с его планом по уничтожению завода "Smile".
   Он шел за моей спиной и все сильнее нервировал, но нам надо было спешить, ведь для чистки памяти пяти минут мало, работа тонкая, и как бы лишнее не задеть, а вот моим ребятам нужна помощь.
   -- Скажи, что произошло на Дресс Роуз, когда ушла я? -- не оборачиваясь, спросила, устало и со вздохом, двигаясь в верном направлении, благодаря ощущениям силы крови. -- Кто больше всех волновался, что произошло со мной, и куда я делась?
   -- Портгас. Мугивара. Трафальгар и Милана.
   -- Отлично, вот ты и сам ответил на свой вопрос.
   К морю джунгли редели, поэтому добраться туда особого труда не было, тогда как и препятствий особых не встречалось.
   -- Нет. Не ответил.
   Я вздохнула и покосилась на Дофламинго:
   -- Вообще, какая тебе разница?
   -- Знаешь, в чем твоя беда?
   Промолчала, мрачно следуя вперед и раздумывая, как его заткнуть. Контролировать действия одно, а вот на речь толком не повлиять. Я не с былыми возможностями, чтобы играть Юлия Цезаря, делая несколько дел одновременно, теперь приходилось выбирать что-то одно, пока должно не натренируюсь.
   -- Ты слишком добрая, -- продолжил Донкихот. -- По крайней мере, была. И все проблемы из твоей доброты. А еще ты пытаешься, или не так, стараешься никого не беспокоить своими проблемами, от того не доверилась "своим друзьям"? Ладно, Милана, она твоя сестра, она все знала и молчала, слепо доверяя Юстасу. А вот Портгас... вы же вроде бы были парой? Только сказала бы ему, он бы всех из команды Белоуса поднял ради тебя. Я уже молчу про Мугивару, ему только скажи, и он все разнесет. А вот Трафальгар... хм-м...
   -- Он сделал больше, чем все остальные, -- прервала его.
   Мне не нравилось, что мы обсуждали эту тему, тогда как Дофламинго получал удовольствие от беседы, ведь он знал, как это на меня действует, от того и наслаждался реакцией. Своеобразная месть за контроль.
   Где мое абсолютное спокойствие? Вот оно...
   И скалистый берег, наконец, появился.
   -- Уже хочу глянуть на твою с ним встречу, -- оскалился мужчина и остановился, потому что замерла я.
   Обернулась к нему и одарила мрачным суровым взглядом.
   -- Никто не должен знать, кто я есть на самом деле. Там, -- махнула рукой в сторону моря и алого зарева огня, -- моя бывшая команда, предатели, которых нужно убрать. А еще там Эйс, которому следует открыть глаза на его "любовь". И я не хочу, чтобы моя личность открылась для них всех. Не время.
   Улыбка с лица Дофламинго спала, и он внимательно смотрел на напряженную меня, о чем-то думая.
   А я переживала, действительно, ведь ему ничего не стоит спалить меня перед всеми и посмеяться.
   -- Ты правда думаешь, что я раскрою тебя? -- его слова заставили вздрогнуть и удивленно поднять взгляд на спокойного мужчину. -- Мне не выгодно это сейчас, находясь под твоим прикрытием.
   Он говорил правду. Это и изумило.
   -- Расчетливый гад, -- усмехнулась и покачала головой.
   Но расслабляться рано.
   Ох, огонь. Не люблю его. Особенно огонь Эйса... Если бы не одно "но".
   А парень, кажись, совсем разошелся и взорвал судно Дозора, на котором, ощущая себя героями, солдаты решили захватить команду Алого Креста лично, но вояки слишком не вовремя оказались тут и попали под руку разъяренного Эйса. Теперь военный корабль тихо потрескивал и догорал, а остатки выживших выбирались на крутой берег, где пытались сорганизоваться и нанести новый удар.
   Свон неплохо удалось с моими ребятами приструнить пиратов, она просто всех позапихала по зеркалам, а Эйса окружила осколками, обездвиживая.
   -- Замечательная у тебя сестра, -- цокнула и качнула головой, в который раз поражаясь ее силе.
   Но помочь надо все-таки, возможности у нее не бесконечны, и она тоже устает от долгого использования сил.
   -- Она знает?
   Кивнула на его вопрос.
   Дозорные, завидев меня, тут же попадали на колени, опуская головы, после вперед выбежал вице-адмирал местной Базы, чем остановил.
   -- Ваше Святейшество! Там опасно! Там один из командиров Белоуса -- Портгас Д. Эйс!
   -- Я знаю, -- спокойно ответила. -- К нему мне и надо. Я уже разобрался с Лизардом, Юстасом и Миленой. Увы, Китану мы тоже потеряли. Пираты взяли ее в заложники и убили.
   В моем голосе никаких эмоций, а вот дозорный напугано вздрогнул и вытянулся по струнке. Обошла его и двинулась дальше к берегу. Видимо, они наконец вспомнили, какой силой владеет их господин, и что эта сила творила в мире около года назад.
   Ратти стояла на якоре около берега, который был около трех метров в высоту, поэтому спуститься на палубу было проблемно, но вполне выполнимо.
   -- Свон, -- позвала женщину, которая вскинула голову. -- Отпускай их.
   Она кивнула и щелкнула пальцами, после чего все зеркала раскрошились в золотистую пыль и растаяли в ночи, выпуская заложников, которых я принялась внимательно разглядывать. Лена, Кони, Дан, Скот и еще трое незнакомых мне парней. Они все медленно поднимались с палубы одаривая яростными взглядами окруживших их моих ребят, которые были готовы сорваться в бой после одного неверного движения пиратов.
   Но нигде не было Ши-Ши.
   Я прикрыла глаза, ища паренька.
   Пусто. Где он?
   Из всех присутствующих, наравне с Эйсом, самым опасным был именно альбинос.
   Спрыгнула на палубу Ратти и подошла к Свон, которая продолжала держать в ловушке Портгаса, стоявшего на крыше надстройки корабля около шпиля.
   -- Свон, отпусти его, -- махнула рукой, и сцепила кисти за спиной, стоя рядом с женщиной.
   Парень, почувствовав свободу, мигом бросился на меня, оплетенный огненными вихрями.
   -- Стоять! -- смотря на него тяжелыми взглядом, произнесла тихо, но властно.
   Он замер в метре от меня с занесенной пылающей рукой, жар которой я ощущала всем телом.
   Опасно.
   Но оставалась спокойной.
   -- С чего это я должен слушать тебя?! -- ярость исказила его лицо.
   -- Но стоишь же, -- слегка усмехнулась, заметив, с каким бешенством он посмотрел на меня.
   -- Ты убил моего накаму! -- прорычал.
   -- Ты хочешь повторение истории трехлетней давности? -- вскинула бровь. -- Я легко могу устроить. Только пожелай. Но в данном случае тебя некому будет спасать. И ты умрешь.
   Эйс скрипнул зубами, но погасил пламя и опустил руку, продолжая стоять напротив и прожигать уже взглядом.
   -- Ты сюда пришел для другого. Так что давай. Я жду.
   Портгас молчал. Стоял и молчал, внимательно вглядываясь в мои глаза, словно искал там что-то. Но я оставалась равнодушной, совсем ничего не чувствуя по отношению к этому парню.
   Совсем. Ничего.
   Пусто.
   -- Ты пришел сюда за ответами, а не разглядывать меня, как музейный экспонат, -- поторопила.
   -- Покажи силу фрукта, -- потребовал он.
   Убедиться?
   Ведь слова СМИ одно, а увидеть своими глазами, как фруктом завладел другой...
   Я вынула стилет, продолжая смотреть на Портгаса, и скользнула лезвием по ладони, которая мигом зажила. Но заметила, что парню этого мало, ведь может какой исцеляющий и не связанный с кровью.
   Усмехнулась.
   -- Руку.
   Эйс протянул и загадочно улыбнулся. Не боится.
   Думаешь, я не смогу порезать логию? Не смеши.
   Пришлось отпустить Дофламинго от контроля и заняться огненным мальчиком.
   Его фрукт был создан из моей крови, из моей силы, так что ничего удивительного нет в том, что, когда я коснулась лезвием предплечья, то оно не превратилось в пламя, а вполне обычно пошла кровь, заставив Эйса изумиться.
   -- Ты съел искусственную логию, созданную из крови и огня Скарлет, -- прокомментировала. -- Из чего выходит, что твоя сила будет повиноваться мне.
   Я улыбнулась, смотря в ошарашенные глаза парня, а за спиной раздался смех Дофламинго и его же аплодисменты.
   -- У меня вообще возникает один вопрос -- а для чего Скарлет держала тебя все это время? -- с намеком спросил Донкихот. -- По-хорошему, когда вы все были на Розарии, и каждая собака знала о том, что Эйс жив, Скарлет спокойно могла отпустить тебя назад к Белоусу, но продолжала контролировать тебя. Да-да, именно контролировать. Привязывать к себе. А после дала этот фрукт, с помощью которого тоже может контролировать. Хм-м... а так ли благородна была ваша Скарлет?..
   Вопрос застывший над палубой и прогнавший все звуки.
   Какая интересная цепочка и анализ со стороны Дофламинго. И вопрос ко мне.
   -- Она не любила тебя, Эйс, и даже никаких чувств не испытывала, -- хмыкнула и покачала головой, возвращая стилет на место. -- Сила крови дает не только небывалые способности и мощь, но и отбирает такие вещи как чувства и эмоции. Она попросту не могла любить. Скарлет просто... притворялась.
   Эйс выглядел потерянным. Медленно в голове собирая цепочку из моего поведения и слов в прошлом и получая такой ответ в конце. Он ощущал себя обманутым и понимал это.
   Извини. Но это правда.
   Парень развернулся и направился в сторону фальшборта, где все то время была припаркована его лодка. Молча спрыгнул, и также молча ушел.
   Теперь ты свободен, Эйс.
   Я проводила взглядом пеструю лодочку, пока она не скрылась в ночи, и повернулась к бывшей команде.
   -- Теперь вам, -- снова сцепила руки за спиной. -- Команда Алого Креста официально расформирована. Юстас умер. Смысла в вас больше нет, -- одарив каждого равнодушным взглядом, я проследила смену реакций.
   От недоумения до ярости.
   -- Ты не можешь нам указывать! -- первая вспылила Лена.
   Как всегда.
   Она бросилась на меня с клинком наперевес, который окутал звенящий ветер. Дошу выскочил наперерез и сбил ее с ног, но девушка даже не долетела до досок палубы, развоплотилась ветром и собралась за моей спиной, так и застыв.
   Свон лениво поймала ее в ловушку.
   -- У вас есть время до утра покинуть этот остров и заняться своими делами, или же можете добровольно сдаться на Базу Дозора и отправиться в Импел Даун. Но. Если решите уходить, то своим ходом. Корабль мы реквизируем.
   -- Ты не можешь у нас его забрать! -- выкрикнула все та же Лена.
   -- Я все могу, -- усмехнулась ей.
   А особенно вернуть себе свою Ратти.
   Раздались щелчки затворов слева, где стояли незнакомые близнецы, но выстрелы последовали справа, где расположилась Шадо. Ровно в голову, и два плеска. За борт отправилась первая партия.
   -- Значит, вы решили биться? -- хмыкнула, посмотрев на ошеломленных пиратов.
   Похоже, они и сами не думали, что их товарищи решат напасть на меня.
   -- Не советую начинать, -- милый голос Джилла, который застыл над плечом еще одного незнакомого мне члена команды, довольно большого и мрачного мужчины, который потянулся к не менее маленькому мечу за спиной. Он все не сводил яростных черных глаз с меня.
   Ангелок же положил ладошку на руку пирата, которой он коснулся рукояти меча, и улыбнулся.
   -- Вы совершите ошибку, если сделаете это, -- звонким и чарующим голосом произнес мальчик.
   -- Плевать. Я вступил в эту команду не для того, чтобы молча наблюдать, как она разваливается, -- грубо ответил мечник, а Джилл вздохнул, озарив все вокруг золотым светом.
   И на месте маленького хрупкого ребенка завис огромный, закутанный в серебряную и золотую броню архангел с длинным светящимся копьем в руках. А я застыла с широко открытым ртом.
   Вот это да! Как круто!
   Как же я хочу свою трансформацию в демона...
   -- Тогда... мне придется вас покарать! -- совсем не мальчишеским голосом произнес Джилл и из копья в мечника ударил серебристый луч, ослепляя и нас заодно.
   И как он с такой силой так долго был в рабстве?.. Он бы там одним таким превращением уничтожил всех и свалил, благо крылья за спиной...
   Когда свет поутих, я открыла глаза и посмотрела на фальшборт, где спокойно с улыбкой сидел знакомый всем пятнадцатилетний мальчишка и весело болтал ногами, а на месте бывшего пирата было лишь черное пятно на досках.
   Это...
   Нет слов.
   Кого я собрала?..
   Оставшиеся члены бывшего Алого Креста смотрели на нас растерянно. Лишь Скот оставался спокойным. Он первым и развернулся, чтобы уйти, не попрощавшись, но заглянув в каюты, где забрал неразличимый серый мешок и скрылся на берегу.
   А ему ничего не оставалось больше тут делать. Как агенту Деррика, его заданием было следить за событиями внешнего мира, и уж точно не рисковать, особенно в таком случае. Скот просто сейчас пристроится к другим пиратам и все.
   Дан, Лена и Кони.
   Ши-Ши где-то пропадал.
   Дан. Навигатор, штурман и психолог. Человек со своими чертями, которых он выпускал по особым случаям, но сейчас молча, привычно молча, следил за всем, не вмешиваясь, как и всегда оставаясь в тени. Он вздохнул и отошел от Кони, направившись к надстройке, где собрался забрать свои небольшие пожитки и уйти. С его навыками ему везде открыта дорога.
   Лена. Уж кто-кто, а она будет биться до последнего. Тут она нашла свой дом. Потерянная несколько лет назад, судьба ее кидала и больно била, особенно в Башне. Тут ее жизнь наладилась, и она ощутила свою нужность, а команда стала для нее семьей. И теперь она снова падала в пропасть. Девушка закусила губу и безвольно повисла в невидимых тисках зеркала.
   Кони. А ведь она могла пойти вслед за Эйсом...
   Шум на втором этаже прервал мысли и заставил вскинуть голову и посмотреть в широкое окно, где тускло горел свет. Приглушенная ругань, от которой я вскинула бровь. На лестнице мелькнул рыжий комок, который понесся вниз, что-то старательно таща в зубах. Баг замер у моих ног и бросил на палубу ношу, в которой я распознала песочные часы, дарящие бессмертие.
   Хах.
   Баг теперь... бессмертен?
   Следом за крысом показался недовольный Дан со шкатулкой в руках.
   Хм-м, он забрать хотел?
   Я хитро глянула на парня, потом на Бага, и погладила его по голове, присев на корточки.
   -- Молодец, -- похвалила рыжего и поднялась, остановив взгляд на собранном парне. -- Верни, будь добр.
   Шкатулка со стуком приземлилась у ног, а я цокнула и недовольно качнула головой на его выпад. Парень молча покинул корабль. Подобрала коробочку и открыла, протягивая к Багу. Крыс понятливо поднял часы и положил на мягкую подушку. Я захлопнула крышку и повернулась к Свон.
   -- Убери и забудь про это.
   Женщина кивнула и приняла шкатулку, пряча в Зазеркалье.
   Вроде все...
   Вздохнула свободней, проследив, как Кони исчезла со своими вещами, растворившись в камне берега, и отпущенная Лена ветром взметнулась к небесам.
   Поздравляю, Скарлет, ты успешно развалила свою команду. Команду... променявшую жизнь капитана на несуществующие идеалы помешенного ролевика, который разучился воспринимать и различать реальность и фантазию еще в пятнадцать лет, попав на первую полевую игру. И что вы получили взамен? Ничего, кроме озлобленного капитана.
   Вздохнула и опустила голову.
   Стало как-то... легче.
   Родственники в безопасности на Земле. А бывшие товарищи ушли... и не захотят больше возвращаться.
   Я прошла к трапу на второй этаж надстройки и коснулась перил, ощущая кончиками пальцев холод металла, с которым меня встретила Ратти. Шаг за шагом поднималась наверх, а после скрылась в темном коридорчике. Двери в две каюты были распахнуты. Только луна освещала капитанскую комнату, куда я и вошла.
   Застыла у широкого окна около кресла, где шторы были распахнуты, впуская свет ночи. Я часто любила занавешивать их, поскольку солнце доставляло дикий дискомфорт. Провела пальцами по стеклу.
   -- И что теперь? -- хриплый юношеский голосок за спиной, который только-только начал ломаться, а следом шеи коснулось холодное лезвие.
   -- Ши-Ши, -- я напряглась, но не шевелилась.
   И как я его не заметила? Даже с закрытыми глазами не вижу!
   Ладонь легла на спину, ровно на позвоночник и ребра.
   -- Имя, -- потребовал он.
   -- Чье?
   -- Ты знаешь.
   Неужели он догадался? И теперь для проверки и утверждения такой вот пароль. Он-то был в курсе, как мы оказались тут... поэтому и отсиживался?
   Я усмехнулась и прикрыла глаза:
   -- Озерова Скарлетт. Акадо Шанна. Хоул Ричард. Какое из них тебя больше интересует, Шинигами, сын гробовщика?..
   -- Научи меня потом так же по телам гулять, -- обиженно вздохнул парнишка и отнял лезвие.
   Улыбнулась и развернулась к нему.
   Вырос, вытянулся. Стал каплю мужественней, и больше не похож на мальчишку, которого я встретила на Сабаоди год назад. Ну, да. Переходный период в самом разгаре.
   -- Твое предложение все еще в силе? -- изогнул бровь Ши-Ши и улыбнулся. -- Я могу следовать за тобой?..
  
   -- Какие теперь планы? -- лениво спросил Дофламинго, лакомясь красным вином и фруктами из вазочки, а именно темным виноградом.
   Свон напротив баловала себя душистым чаем и мармеладками. Ши-Ши уплетал шоколадные печеньки. После моего короткого объяснения, куда я дела своих родственничков, он вообще был довольный, как слон, с мыслью: "Все живы-здоровы, ну, и ладненько".
   Прямо доверенный круг, знающих правду.
   За окном разгорался рассвет, и мозг уверенно просил покоя и сна, но я упрямо отпихивала его просьбы об отдыхе, ведь оставалось еще несколько вопросов, после которых можно упасть в кровать.
   Ратти отбуксировали до Базы Дозора, где мы и оставили корабль на якоре, сказав, чтобы надлежаще охраняли и никого на борт не пускали. Телохранителей поблагодарила за работу и отправила высыпаться, а Донкихоты и Некромант решили составить мне компанию.
   -- Достать фрукт молнии, поскольку на Ратти лучше через электричество путешествовать, а не так, как сделали они.
   Еретики. Где они только бензин достали?..
   -- А по-хорошему, стереть тебе память, -- я сложила пальцы в замок и оскалилась, смотря на Дофламинго.
   Мужчина лишь отмахнулся от меня, как от назойливого комара, даже бровью не повел.
   -- Ладно, -- вернула себе серьезность. -- Фрукт молнии стоит первый по важности. А между тем мы плывем на остров Джинь Юй.
   -- Мне удалось созвониться с несколькими организациями, которые согласились сотрудничать. Рынки во всех океанах будут просматриваться ими, и если что поступит, сразу сообщат.
   -- А если это будет человек? То как они его найдут?
   -- У людей есть язык, и частенько они любят развязать его, -- усмехнулся мужчина.
   Только я хотела ответить Донкихоту, как голос подала Ден-Ден Муши, одна из тех, что стояла с собратьями на полочке, и ту, которую я забрала с Ратти. Одна пиратская среди дозорных.
   Трафальгар Ло.
   Я молча понаблюдала, как улитка настырно оповещала о входящем вызове, и вздохнула, с неохотой поднимаясь с кресла. Троица побросала свои дела, ожидая беседу. Подобрала бедную надрывающуюся Муши и с ней вернулась в кресло, снимая трубку.
   -- Да, -- устало произнесла.
   Молчание было мне ответом.
   -- Будешь говорить или мило помолчим? -- спросила с насмешкой и откинулась на спинку кресла.
   -- Ричард-я, -- сдержанно отозвался собеседник.
   -- Я.
   -- Встретимся.
   -- Оружие Скарлет приготовь, оно мне нужно, -- усмехнулась. -- И да. Мы держим курс на Джинь Юй. Это маленький остров на юге от Сабаоди.
   -- Звучит как приглашение, Рич, -- вставил Донкихот и долил себе еще вина.
   -- Дофламинго-я... -- со злостью произнес Ло.
   -- Что? Не мог же я оставить своего брата гнить за решеткой, -- улыбнулась.
   -- Брат?..
   Взяла со стола свой бокал с виски и глотнула.
   Кто пьет с рассвета? Я. Был бы еще толк от этого...
   -- А чего удивляться? На Мариджоа мы все друг другу родственники, так или иначе.
   Взболтнула виски, одаривая его задумчивым взглядом.
   -- Трафальгар... если ты так боялся за нее, то зачем пустил?
   Выражение лица улитки стало крайне мрачным.
   А от меня этот вопрос звучал очень многозначительно.
   Он положил трубку, а Муши закрыла глаза. Переложила ее на стол и задумчиво допила напиток.
   Неспокойно на душе стало, да и ладони отчего-то взмокли.
   Нахмурила брови, смотря в пустой бокал и вертя его в руке.
   Нет. Я не хочу встречи с Ло.
   -- Совесть не дает покоя, Скарлет? -- усмехнулся Дофламинго и поднес бокал с вином к губам, но замер, не донеся. -- Или же... ты влюблена в него?
   Я мрачно посмотрела в потолок, переваривая эту мысль.
   -- Ху-ху, интересненько...
   Влюблена?.. Нет. Я его боюсь.
  
  
   Душа
  
   "-- Трафальгар... если ты так боялся за нее, то зачем пустил?"
   Фраза настырно застряла в голове мужчины и не хотела покидать ее. Она буравила его сознание и заставляла снова и снова прокручивать эти слова, сказанные тенрьюбито с легкой издевкой. Он словно бы знал точно, не наверняка, что это заденет Трафальгара.
   Мужчина поморщился и небрежно мазнул рукой по столу, где недавно лежал кусочек библекарты его подчиненной, а теперь остался лишь серый пепел, который размазался по столешнице и ладони. В дверь тихонько постучали, и следом с осторожностью заглянул Шачи. Вид у парня был тоскливый и каплю обеспокоенный. После новости о смерти Миланы прошло несколько часов, и команда еще не успела прийти в себя, как их капитан отдал приказ о возвращении в первую половину Гранд Лайна.
   -- Курс задан, кэп. Прибудет примерно через месяц, может, чуть меньше, -- отчитался парень и ушел после смазанного кивка Трафальгара, который мыслями был в другом месте.
   Ло откинулся в кресле, поднимая взгляд в потолок. Каюта окутана в полумрак, лишь тусклый свет настольной лампы, слабо освещал помещение. Мужчина тяжело выдохнул и прикрыл глаза.
   "-- Трафальгар... если ты так боялся за нее, то зачем пустил?"
   Вопрос с подвохом.
   О Милане?.. Или... о Скарлет?
   Он напряженно свел брови.
   Что одна, что вторая заверяли и убеждали в своей силе. И итог?..
  
   -- Не переживай, Ло, я знаю свою роль, -- серьезно произнесла и протянула руку Скарлет, которую он пожал. -- Я выполню свою часть сделки.
   -- Встретимся на Дресс Роуз, -- сказал Трафальгар и направился из кухни.
  
   -- Не переживай, Траффи, я справлюсь! Я же не одна буду! -- с широкой улыбкой заверила Милана, махая рукой с борта Ратти. -- Мы управимся за каких-то пару недель и вернемся! Ты же знаешь, что этот корабль самый быстрый во всех океанах, так что мы за раз-два разберемся с этим Ричардом и узнаем о Скарлет!
   Он скривился от ее обращения к нему, но промолчал. Ей, как и Луффи, бесполезно было говорить на этот счет.
   -- Я же сильная! Скарлет всегда верила в меня, и ты верь! -- девушка проказливо показала язык.
   Ло коротко кивнул и скрылся в субмарине, пока остальная команда слезно прощалась с жизнерадостной накама, которая стала для всех маленьким солнышком на их подводном судне.
  
   Мужчина открыл глаза и вздохнул, закинув руки за голову и взлохматив волосы.
   Экипаж тяжело воспринял новость о смерти Миланы. Ло понимал их, но не было время лить слезы и предаваться горю, так что он раздал всем указания, воодушевив обещанием разобраться с Ричардом. Но новость о том, что тенрьюбито вытащил Дофламинго...
   Тут вставал главный вопрос -- кто кого еще контролирует.
   Трафальгар не верил, что Донкихот будет спокойно сидеть и слушать указания и приказы Ричарда. Ведь, по сути, тот не мог за пару недель овладеть силой фрукта на уровне Скарлет, чтобы держать Дофламинго в узде. Это просто невозможно. Может, в информацию, что тенрьюбито получил воспоминания девушки, можно поверить, но вот в то, что он стал мастером крови -- нет. Скорее всего, Джокер рядом с ним по той же причине, по которой использовал Скарлет -- из-за крови. И прикрытие. Сейчас оно Донкихоту очень нужно, без бывшей империи, которая развалилась на куски, растащенная жадными пиратами, он никто. А рядом с тенрьюбито его не тронут, даже если захотят, поэтому Дофламинго спокойно будет восстанавливать свой авторитет и связи, а потом поменяется местами с Ричардом.
   Все именно так.
   Ло кивнул сам себе, сделав нехитрые выводы, и снова прикрыл глаза.
   На этот раз он отправит Дофламинго на тот свет, чтобы он больше не вернулся. Хирург Смерти проследит за этим.
   А после разберется с этим Ричардом, вытащив у него всю возможную информацию о Скарлет.
   Только мужчине не давал покоя еще один момент.
   Почему команда Алого Креста не справилась с ним? На Дресс Роуз и дальше они показали себя сильными и опытными, чтобы расправиться с семьей Донкихот и другими не менее могущественными врагами. А тут они пали от неумелого фруктовика и Дофламинго. Ловушка Дозора? Вполне возможно, на острове была их База. Но опять же они не были так глупы, чтобы самовольно залезть в капкан. С ними были Эйс и Лизард, которым База на один удар. Что-то произошло... Ричарда охраняли правительственные агенты? Вполне возможно, что он попросил их помощи, чтобы поймать Алый Крест. Но Эйс же жив...
   Трафальгар резко выпрямился, заставив тихо скрипнуть кресло, и протянул руку к Ден-Ден Муши, быстро набирая номер Портгаса. Парень ответил не сразу, Ло пришлось прилично ждать.
   -- Да?.. -- зевок.
   -- Портгас-я, это Трафальгар Ло, -- серьезно произнес Хирург Смерти.
   -- А-а, -- протянул Эйс, но улитка нахмурилась и сбросила сонливость.
   Было видно, что его собеседник тоже настроен серьезно.
   -- Мне нужно знать, что там произошло.
   -- Зачем?
   -- Моя накама погибла, и ты спрашиваешь зачем? Мне нужно быть готовым ко всему и понять, как действует Ричард-я, -- стал куда мрачнее Ло.
   -- Забудь, -- вздохнул парень, а взгляд улитки направился куда-то наверх, видимо, парень смотрел в небо.
   Трафальгар нахмурился.
   -- С ним был Дофламинго, и Свон. Они на его стороне. Так же еще каких-то трое человек, явно не дозорные. Пираты по виду. Они все нашего уровня. Нас не просто так там собрали, -- Эйс покачал головой. -- Китана, Милена, Лизард и Юстас -- были убиты. Так же с помощью Воли Наблюдения я засек, что еще троих убили из Алого Креста. И... брось эту затею.
   -- Почему? -- Ло сжал пальцами микрофон. -- Я звонил ему. Он пригласил на встречу.
   Огненный Кулак усмехнулся:
   -- Говорю тебе, забудь.
   -- Портгас-я, объясни нормально.
   Он замолчал. И тишина между ними продлилась весьма приличное время, прежде чем Эйс заговорил.
   -- Я не знаю, кто такой Ричард и откуда он вылез... но точно знаю этот взгляд, с которым он смотрел на меня. Я слишком долго прожил с Леттой, чтобы узнать в тех жестах, в манере речи и по взгляду ее. Не могу объяснить, что произошло, но это бы и она, только в то же время и нет. Не знаю, как такое может быть. Я вроде бы видел в этом человеке ее, только вот... другую ее. Самую худшую и жестокую из ее сторон.
   Трафальгар прикрыл на мгновение глаза.
   В той насмешливости и издевке он не видел черт Скарлет. Возможно, он запомнил ее другой -- спокойную с приятной улыбкой, иногда хмурую задумчивость, и порой невероятно радостную от простых мелочей.
   -- И даже если это не она... то Ричард вынул из памяти фрукта крови все, что знала и умела Летта, тем самым и переняв ее повадки. Он силен. У него, мало того, что огромная власть в руках, он и силой пользуется в легкую. Он смог контролировать Дофламинго. Свон подчинялась одному его слову. Ричард опасен.
   Хирург Смерти задумался.
   -- Ясно. Спасибо за информацию, -- кивнул он и положил трубку, снова возвращаясь к мыслям.
   Ричард -- Скарлет?..
   Для него переселение душ не было таким уж и мифом, Ло сам мог такое с легкостью провернуть. Могла ли девушка пойти на такое? Что ей двигало? Если это была действительно она, то нахождение рядом с ней Донкихотов объяснимо. И еще это объясняло все знания Ричарда и владение силой.
   Китана и Свон были рядом с Ричардом... Китана и Свон...
   Ло вскинул голову и усмехнулся.
   Они были рядом с Ричардом, и были последние, кто в тот день разговаривал со Скарлет. Совпадение? Вряд ли.
   Неужели предательство команды так сильно ударило по девушке, что она убила всех? Хотя неудивительно, учитывая в каком она была состоянии в последний раз. Но тогда причем тут Китана? Попала под руку? Как вариант. Секретарь была информатором, но не в силах себя защитить. А, если учесть, как к ней относились остальные из семьи, то весьма возможно, что они и расправились со своей же сестрой из-за того, что она поддержала Ричарда.
   Только зачем Скарлет, если это она, снова связалась с Дофламинго? Он же использовал ее. Месть? И знает ли он на самом деле, кто этот Ричард? Хотя, вероятно, догадывается, но не может понять, как такое возможно.
   Нападет ли Скарлет на Ло? Эйса она отпустила, убила только тех, кто был в ее команде, и то не всех, судя по всему. Портгас почувствовал смерть троих.
   Зато теперь становится немного ясно, как были убиты близкие девушки. Она могла просто перед ними раскрыться, тем самым заставить их расслабиться из-за доверия, а сама напала и расправилась.
   И еще одна зацепка, что Ричард может являться Скарлет. Оружие. Он попросил привезти его.
   Скарлет очень трепетно относилась к своим клинкам, они были не только средством защиты, но и лечения. И логично, что ее родное оружие ей больше по душе.
   Он не послушает Портгаса, и все-таки явится на встречу. Проверить. Самому. И выбить из нее дурь, если это на самом деле Скарлет. Ведь Милана ни в чем не была виновата. А, судя по тому, что со Скарлет рядом Дофламинго, то девушка испортится сильнее под его влиянием, поэтому Ло придется постараться, чтобы поставить ей мозг на место. Как когда-то ему Росинант.
   Мужчина довольно усмехнулся, предвкушая встречу, чтобы развеять предположения и самому удостовериться в личности этого загадочного Ричарда.
   ...
   "-- Трафальгар... если ты так боялся за нее, то зачем пустил?"
   ...
   Он знал, что это заденет Ло. Было ли это намеренной провокацией, если это все-таки Скарлет? Имела ли она в виду Милану, за которой, выходит, Трафальгар не уследил, или говорила о себе?..
   Она обвиняла его?
   Но откуда Ло знал все, все-таки дара ясновидения у него нет, чтобы предугадать наперед, особенно когда его уверяют, что все будет хорошо, а сила не раз доказана была.
   Эта фраза не была зря брошена.
   Мужчина вздохнул.
   -- Как говорила Милана, без ста грамм не разберешь.
   И тут же усмехнулся.
   Эта девушка преобразила их жизнь. Не только вкусными блюдами, потеснив его кока, и не только прекрасными песнями, скрашивающие их будни, но и улыбкой. Она всегда улыбалась. Не было и дня, когда эта улыбка не озаряла ее лицо. Ло помнит только один момент, когда девушка была грустной. Но тогда был повод.
   Тогда все скорбели...
  
   После освобождения Дресс Роуз из-под власти Дофламинго все команды и два самурая приходили в себя и восстанавливались, держа курс на Зою. Алый Крест параллельно решал личные проблемы, связанные с исчезновением их капитана. Хоть все и находились на Ратти, включая некоторых членов команды Мугивар и Трафальгара Ло, они не подключались в трения, лишь молча наблюдая за тем, как Юстас стоял на своем и отказывался отправляться на поиски Скарлет, несмотря на просьбы Миланы и Эйса. Остальная команда помалкивала. После ухода Скарлет, капитаном автоматически стал Юстас, так что возражать ему они не могли. Даже Денни молчала.
   Эйс же плевать на всех хотел и в первых рядах рвался идти по следу девушки, даже Лизарда подключил, который направлялся к нему в это время, чтобы подключиться к поискам сестры, которую даже крысы не могли отыскать.
   Гром грянул неожиданно.
   Утро было солнечным, небо необычно безоблачным, даже море тихим. Казалось, ничего не предвещало беды, и погода способствовала приятному пути.
   Ло поднялся на палубу, направляясь в сторону камбуза, откуда уже доносились приятные запахи завтрака и разговоры двух самураев. Луффи с крысами скакал рядом с дверью, не решаясь переступить порог, чтобы не влетело по шее от маленькой, но сильной Миланы, которая уже меньше чем за неделю установила ему границы вокруг ее территории. Робин сидела на шезлонге на баке, носовой надстройке, и читала книгу, найденную в каюте Скарлет, которую и заняла с позволения, чтобы в кубрике не теснились. Зоро дремал в обнимку с катанами, откинувшись о фальшборт рядом с накама. Остальных еще видно не было, но Трафальгар знал, что как только раздастся крик кока, то народ повылезает из кают.
   Клич чайки привлек внимание мужчины, и он остановился, не доходя до камбуза. Птица плавно приземлилась около Робин, которая с улыбкой вытащила газету и положила в кармашек плату из нескольких белли. Чайка еще раз крикнула и поднялась в воздух, уносясь вдаль. Женщина отложила книгу и развернула издание, быстро пролистывая его.
   Но тут ее взгляд замер. В глазах на мгновение пронеслось недоумение и недоверие, а потом она растерянно посмотрела сначала на Трафальгара, а после на веселящегося Луффи.
   Хирург Смерти сразу почувствовал неладное. Не могла Нико Робин без причины так резко измениться в лице. Он быстрым шагом подошел к ней и с позволения взял газету, сразу натыкаясь глазами на статью, которая и поразило женщину. Ло несколько раз вчитался в строки, но и сам понимал, что от этого содержание не изменится.
   Тело Скарлет было найдено на Сабаоди. Фотография прилагалась.
   Любопытство Луффи усугубило ситуацию. Выглянув из-за плеча Трафальгара, он прочел статью.
   -- Чего?! -- резко и громко выкрикнул на весь корабль, заставив подскочить на месте Ло, над ухом у которого и крикнули.
   -- Чего орешь с утра?! -- рыкнул проснувшийся Зоро, но его проигнорировали, поэтому он, пробубнив, уснул снова.
   На такое оповещение выскочила и Милана, заметив оживление и столпотворение. Она подбежала и влезла между парнями, вчитываясь в печатные строки.
   -- Что? -- тихо выдохнула девушка и сделала шаг назад, покачнувшись.
   Ло успел подхватить ее за плечи, тем самым уронив газету, листы которой с шелестом разметались по палубе. Милена была бледна, в глазах читалась растерянность и боль, тело мелко дрожало. Она с надеждой посмотрела на Трафальгара, будто он заверит ложность информации, но он лишь крепче сжал пальцы, и девушка тихо всхлипнула, повиснув на его руках -- ноги ее отказались держать.
   -- Я не верю... -- еле слышно зашептала Милана, смотря в пустоту. -- Это невозможно. Она не могла. Она обещала мне, что мы будем путешествовать вместе! Она... обещала... -- слезы побежала по ее щекам, а бормотания стали неразличимы.
   -- Что случилось? -- на палубу поднялся мрачный Юстас в сопровождении остальных.
   -- Скарлет умерла, -- голос Луффи прозвучал непривычно твердо, заставив Ло обернуться к парню.
   Мугивара стоял с опущенной головой, сжимая кулаки. Взгляд прятался под тенью полей шляпы, отчего прочесть эмоции было невозможно.
   Милана дернулась в руках Трафальгара, вырываясь и поворачиваясь к Юстасу:
   -- Это ты виноват! Из-за тебя Скарлет умерла! Если бы вы не молчали, она сейчас была бы здесь! -- громко, с нотками истерики, выкрикнула девушка и убежала на камбуз, хлопнув дверью.
   Никто ничего не говорил. Все словно оглушенные стояли и молчали, пытаясь переварить новость.
   Денни выбежала из столпотворения и села на палубу, перебирая листы газеты, ища нужные. И найдя, сжала в руках бумагу и вчиталась в строки, после чего отрешенно поднялась и побрела в сторону замерших ребят. Но остановилась около Юстаса и грубо пихнула ему в грудь лист, одарив злым взглядом.
   -- Все кончено, -- процедила и ушла на нижнюю палубу.
   Лена дернулась и рухнула на палубу, пряча лицо в ладонях и приглушенно всхлипывая. Дан развернулся и ушел в свою каюту. Ши-Ши стоял бледнее снега, а по щекам бежали слезы.
   -- Я понимаю, что это ваши командные дела, и не лез, когда вы спорили насчет поисков Скарлет. Но она и моя накама тоже. Поэтому, видя, что все тебя обвиняют... -- Луффи поднял взгляд и пронзительно посмотрел на Юстаса, заставив того еле заметно дрогнуть. -- Объясни, зачем ты заставил свою семью плакать?..
   Эльф сглотнул и опустил глаза.
   -- Это невозможно. Ее нельзя убить... -- тихо произнес, сжимая рукой лист газеты на груди, куда его припечатала Денни.
   -- Рядом с телом обнаружили пузырек. Вероятно, яд, -- произнесла Робин, выглядела она успокоившейся, но взгляд выдавал тревогу.
   -- Нет такого яда, который бы взял Скарлет. Ей даже сердце не пробить. Да и бес толку его вырывать ей, новое вырастает! На Розарии около пятидесяти способов убийств на ней испытывали. Она бессмертна! Она не могла умереть! -- в конце вечно спокойный Юстас кричал. Его потряхивало и, несмотря на слова, сам не верил в них.
   Ло посмотрел на Эйса, который сидел на трапе к надстройке, обхватив голову руками. Выглядел парень подавленным. Он ведь действительно любил ее.
   -- Она часто покидала нас, в основном по заданиям Правительства, как Шичибукай, порой пропадая месяцами, -- показавшись из толпы, ровно заговорила Кони, лицо которой оставалось бесстрастным из всей команды, но глаза блестели от влаги. -- Мы привыкли, что она уходила, иногда даже не предупреждая. Так и тут. Ждали, что сама вернется.
   Трафальгар недоверчиво сощурился:
   -- Она бы не вернулась. И вы знали это.
   Девушка дернулась, словно от удара, посмотрев на мужчину.
   -- Может, Правительство и вправду нашло способ избавиться от нее? Они несколько раз уже пытались, отправляя на опасные задания, -- Ши-Ши сам не поверил, что предложил такой вариант, а когда осознал, широко открытыми глазами посмотрел на Ло, словно тот знал ответ.
   -- Ее просто могли заковать в кайросеки и подсунуть яд, -- предложил свою версию Скот, стоя в тени. -- В том состоянии, в котором была она, поймать ее труда не составило бы. И поэтому ее не могли и найти крысы -- кайросеки блокировали поиск.
   Идея мужчины пришлась не по вкусу, но она была самой логичной.
   -- Юстас, ты еще не ответил на мой вопрос, -- Луффи продолжал сердито сверкать черными глазами.
   Грохот и звон стекла отвлек ребят, которые вскинули головы. Следом хлопнула металлическая дверь, и по трапу промчался синий вихрь, обогнув Эйса, налетел на Юстаса, повалив того на палубу. Никто даже среагировать не успел, как раздался звук удара.
   -- Сука! Тварь! Это из-за тебя она умерла! -- на парне сидела сверху синеволосая девушка и била того по лицу.
   -- Китана, стой! -- раздался строгий голос, и по трапу спустилась высокая блондинка, направляясь к взбесившейся напарнице и подхватывая под руки, пытаясь оттащить от жертвы, которая даже не сопротивлялась.
   Свон обхватила девушку за талию, крепко стискивая, ведь та дергалась, порываясь выбить дух из Юстаса. Эльф сплюнул кровь на палубу и стер ее под носом, мрачно смотря на Китану, которая даже взглядом пыталась убить его.
   -- Допрыгался, да, тварь? -- яростно выдохнула она, понимая, что не выберется из тисков телохранительницы, которая была в разы сильнее. -- Добился своего? И ради чего? Получил то, что хотел, а? И как результат? Я смотрю, очень нравится. Изменить он хотел сестру. Испугался он ее кровожадности и силы фрукта. Хотел, чтобы она стала такой, какой была еще до нашего разделения. А вот хуй тебе! Когда же ты наконец поймешь -- не вернуть то время! Все поменялось. Мы изменились! Не будет больше никогда так, как было! Это тебе не добренькая сказка с милыми эльфами. Это жизнь! И она бывает жестока! Ничего не будет так, как ты хочешь. Не будут люди меняться по одному твоему желанию. Невозможно лишить человека сил фрукта, и чтобы он остался жив при этом! Невозможно!
   Китану трясло. Она тяжело дышала на руках Свон, сдержанности которой можно было позавидовать. Запал пропал, и девушка бессильно повисла на руках напарницы, тут же обнявшей ее расплакавшуюся.
   -- Значит, все знали обо всем, но молча наблюдали, что будет дальше. Вы жалкие, -- Луффи отвернулся и сел спиной ко всем на баке, скрестив руки на груди.
   Остальная часть его команды повторила жест Мугивары, лишь Робин замешкалась, слабо улыбнувшись ребятам, и села рядом с накама.
   -- Я узнала только что его мотивы, -- произнесла Китана, оторвавшись от груди подруги. -- Все остальное время он не давал мне прикоснуться к себе. Если бы я раньше дотронулась до него...
   -- Скарлет знала обо всем, -- вставил холодно Трафальгар. -- Я сказал ей. Но она, видимо, так и не поговорила с вами.
   -- Она ждала. Пока мы сами все расскажем, -- произнесла Кони, сидя на коленях рядом с Юстасом и помогая ему утереть кровь с лица платком.
   Не сказать, что он выглядел виноватым. Он не чувствовал себя таковым.
   -- Но вы молчали дальше. Вы действительно жалкие идиоты, -- не открывая глаз, заключил Зоро. -- Вы бросили своего капитана, сестру. Как вы после этого можете называть себя семьей?..
   -- Да ты хотя бы знаешь за что судишь?! Ты ведь понятия не имеешь, что произошло! -- неожиданно психанул Юстас и подскочил с места, вытаскивая меч.
   Хотя, скорее, ожидаемо. Он никогда не был в ладах с Зоро.
   Мечник лишь лениво окинул взглядом эльфа:
   -- Она давала вам шанс. Она действительно любила вас. А чем вы отплатили? -- провоцировал старпом Мугивар.
   Юстас не выдержал и набросился на парня, но резко замер, побледнев.
   -- Хватит, -- убийственная аура окутала Луффи, который стоял напротив эльфа.
   Парень сглотнул и отступил, выронив меч. А спустя минуту рухнул на колени.
   -- Так получилось, что на Розарии быстро узнали цену Скарлетт и выгоду. Они всосались в нее как пиявки, и жадно не хотели отпускать, отмахиваясь тем, что они ее испытывают, тренируют. Мы по первой тоже не знали. А вот когда подключился Дофламинго, насторожились. После я услышал их разговор. Они пустили на конвейер силу Скарлетт, уже собираясь продукцию из ее крови пустить по миру за немалые деньги. Но. Мы не могли пойти против них. Слабы были, а за ними стояла нехилая армия. Потом произошло несколько событий. Первое, они довели Скарлетт до того состояния, когда она и сущность ее силы стали отсоединяться. Да, ее сила жила своей жизнью. Это был первый звоночек -- есть шанс спасти Скарлетт от паразитов, отделив ее от фрукта. Мы начали следить за ней, пытаясь повлиять на это. Но все было пусто. Потом произошло второе. На Скарлетт и Милану напали. Милана была на грани, почти погибла. А Скарлетт слилась со своей сущностью, эволюционируя, пробуждая фрукт. Но... что-то пошло не так. И сила покинула ее. Она стала обычным человеком, -- Юстас бросил взгляд на внимательно слушавшую его Китану. -- И при этом была жива. Мы так думали. Да все так думали. Я радовался, что от нее отстанут, что она вновь станет той Скарлетт, которую мы все знали. Только вот все оказалось не так.
   -- Верно, -- кивнул Трафальгар. -- Сила фрукта связана с кровью. Не только кровью Скарлет. Вообще любой фрукт связан с кровеносной системой, от того Скарлет и могла в теории отделять силу плода от человека, при этом оставляя последнего в живых. Но только она. Сама себе такую операцию она не в силах провести, и кроме нее, так больше никто еще не может делать.
   Эльф недовольно сжал губы:
   -- Да. Она всего лишь после трансформации обессилила, и требовалась Воля, чтобы помочь ей. Королевская Воля. Ей помог Деррик восстановиться. А дальше завертелось. Мы сильно ослабли, Милана была на реабилитации, король попросил помощи в перевороте. Казалось, угроза пропала. Скарлетт больше не эксплуатировали, и мы успокоились, решив, что все в прошлом и нет смысла ворошить былое. Мы разделились по острову, занимаясь своими делами. Упустили из виду Скарлетт. И этим воспользовалась корпорация, снова приступив за былое. Но после Скарлетт исчезла. Вроде по заданию Правительства. Мы не видели ее два месяца, а там уже пришел срок возвращать Санджи на Сабаоди, и мы надеялись там встретить ее. Но нашли лишь Бага и Олега, знакомого Скарлетт, который поведал нам все, что знал. Мы ждали до последнего. Она вернулась. Но... уже не той. С ней что-то произошло, но она не рассказывала. Что-то серьезное, что смогло сломать ее изнутри. Она отдалилась и не принимала больше никого, став тенью самой себя. Даже Эйс никак не смог привести ее в чувства.
   -- Башня, -- произнесла бледная Лена, больше напоминавшая скорбного призрака. -- Башня способна сломать сильнейших. Я еще удивляюсь, как Скарлет смогла ее уничтожить. Я знаю, что там происходило, и могу легко понять ее чувства, и понять ее изменения. Врагу не пожелаешь такого.
   Юстас кивнул:
   -- А тут снова всплыли исследования крови Скарлетт. Панк Хазард. Искусственные фрукты из ее крови. С ее расшатанной психикой не удивительна была реакция на такое. Даже возвращение силы крови не вернуло ей хладнокровие и рациональность. И масла в огонь подлил Ло. Она и так была на грани, а это перевернуло все окончательно. Оставались считаные часы, когда эта бочка подорвется. И последней каплей стал Дофламинго. Если бы он не влез, этого бы не произошло.
   -- Ты действительно тварь, Юс, -- тихо произнесла Китана.
   Парень же дернулся от такого обращения.
   -- Я была с ней тогда на Дресс Роуз, когда у нее был срыв. Мы вытащили ее из кайросеки и ошейника. И знаешь, о чем она думала в тот момент?.. -- Секретарь зло смотрела на эльфа. -- Как она ненавидит вас всех. Если бы вы тогда сказали ей об этом, она бы не глядя собрала вещи и свалила из Розария с вами. Ей было глубоко срать, что там сделают Урсула и Дофламинго. У нее во всем мире хватало знакомых и друзей, которые бы поддержали ее. У которых бы она нашла помощь. Но знаешь, что? Вы струсили. Вы отмахнулись. Вы промолчали. Даже Дофламинго ей сказал то же самое, смеясь над вами. А еще... она была благодарна Ло. Она понимала, что этой правдой он хотел добиться ее доверия, непривыкший его получать просто так, чтобы иметь сильного союзника, но она была рада тому, что он не побоялся ей рассказать все. И я все-таки надеюсь, что мои слова заденут хоть что-нибудь в тебе, а не будут очередным горохом об твою возведенную стену.
   Девушка тяжело выдохнула после пламенной речи и замолчала.
   -- Возвращайся в свой Дозор и сиди там, -- с презрением бросил Юстас. -- Не ты ли в нас стреляла в Вотер Севен? Не ты ли засунула нас в Импел Даун?
   Китана дернулась в руках Свон, вырвавшись, отстегнув пуговицу на пиджаке и вынырнув из него. Зло посмотрела на парня и с силой разорвала блузку, поворачиваясь спиной и убирая волосы.
   -- Я заплатила сполна. А вот что отдал ты?..
   Пираты растерянно смотрели на обнаженную спину девушки, на которой застыло клеймо Когтя Дракона, перечеркнутое крестом.
   -- Доволен? -- она обернулась, из ее глаз лились злые слезы.
   Свон положила Китане на плечи пиджак и обняла, отворачивая от всех и тихо шепча успокаивающие слова на ухо.
   -- Это будет на вашей совести, -- произнес Луффи и вернулся к своим накама.
   Редко его можно таким видеть. Очень редко.
   Хирургу Смерти все было ясно. Он услышал все варианты, чтобы создать полную картину произошедшего. Очень печальную картину.
   Трафальгар натянул козырек шапки на глаза и раскрыл пространство, перемещаясь на камбуз, а на его месте появился стул. В помещении творился беспорядок. Завтрак был готов, но успел остыть. Только у мужчины не было аппетита, и сюда пришел не за этим. Он подошел к двери, которая вела в комнату Миланы, и тихо постучал. Ответом была тишина.
   Ему с трудом вспоминалась ее каюта, чтобы использовать хоть что-то в том бардаке для перемещения, поэтому он плюнул на это дело и тихо позвал Кардинала. Крыс сел на его плечо с грустным видом и вопросительно посмотрел. Ло погладил грызуна по голове и попросил перенести к Милане.
   -- Скарлет бы не одобрила, если бы увидела меня в таком состоянии, верно? -- хриплым голосом спросила у мужчины девушка и утерла влагу с щек, смотря на него покрасневшими глазами.
   -- Ей нравилось, когда ты улыбаешься, -- еле заметно кивнул он.
   Милана сидела у двери, прижавшись к ней спиной и подтянув к груди колени, обняв их.
   -- Я все еще не верю, -- поделилась она. -- Это совсем на нее не похоже.
   Трафальгар сел на пол рядом. Кардинал перебрался ему на колени. Следом скользнула вторая искра, и Серый устроился около брата.
   -- Ты им нравишься, -- шмыгнула носом девушка и слабо улыбнулась.
   Губы мужчины дернулись, но улыбки так и не было. Он рассеяно погладил грызунов, которые свернулись клубком.
   -- Ты Скарлет тоже нравился. Тогда, на Амазонии Лили, она ляпнула, что влюбилась в тебя. Я ее слишком хорошо знаю, чтобы утверждать, что это правда. Она никогда слова на ветер не бросала, и врать не умела, ибо секреты не ее, лишний раз отмалчивалась и отмахивалась, если не хотела что-то рассказывать. Но она такой человек, что до чувств никогда сама не додумается, пока ее не пнешь по направлению к цели. Она слишком много думает. И не всегда о том, что нужно. Поэтому она у нас была головой, а я ее эмоциями и чувствами, -- девушка рвано стерла слезы, которые снова побежали по щекам. -- Как я теперь без нее буду, Траффи?..
   Его покоробило от такого обращения, но он не подал виду. В ее словах было и другое, что задело его так же, как и новость о смерти Скарлет -- это ее чувства к нему.
   Он хорошо помнил ночь перед их отплытием от Амазонии Лили, когда Ло и Скарлет по-своему отметили возвращение ее руки в его каюте. Сначала крепкий алкоголь Миланы, который она назвала "самогон", и сверху черный ром. И все без толковой закуски. Возможно и напитки тогда повлияли на их поведение, только вот спокойствие рядом с ней было настоящим.
   Трафальгару на самом деле было хорошо рядом со Скарлет. Легко. И он невольно расслаблялся в ее присутствии.
   -- Она мне тоже нравилась, -- заверил девушку Ло кивком, чем вызвал очередную ее слабую улыбку.
   И сейчас, когда ее не стало... он даже не знал толком как реагировать. Да, он хотел разделить на части ее команду, можно и без использования способностей. Избить Юстаса, или высказать все Денни. Но это ничего не исправит, и не вернет Скарлет.
   Зато он может поступить по-другому, чтобы не пятнать ее память.
   -- Я хотел предложить тебе перейти в мою команду.
   Он знал, как Скарлет любила свою сестру, и поэтому оставлять ее в этой яме не хотел. И он уверен, что она была бы не против и даже была бы благодарна, если бы он взял девушку под свою ответственность.
   Милана ответила без раздумий:
   -- Я согласна. Все равно мне больше нечего тут делать, а с твоими ребятами я подружилась. Да и Скарлет была бы не против такого расклада.
   Ло снова коротко кивнул и поднялся на ноги, подхватив задремавших крыс на руки.
   -- Мы скоро достигнем Зои, так что готовь вещи.
   -- Хорошо, Траффи, -- девушка, опираясь о дверь, поднялась на ноги и шмыгнула носом.
   Выглядела Милана и вправду плохо. Новость сильно подкосила ее, и как бы не старалась вернуть улыбку на губы, глаза выражали неподдельную боль. Он понимал ее чувства, понимал эту пустоту в ее груди. И удивлялся, как она еще держалась. Такая маленькая и хрупкая, носом ему в живот упиралась, но сильная. Он хорошо запомнил, как она с легкостью противостояла Дофламинго вместе с ним и Луффи. Милана как вихрь крутилась, рассекая воздух и уклоняясь от нитей Донкихота, играючи и смеясь ему в лицо, называя того старым и неуклюжим моржом. Мугивара тогда смеялся вместе с ней и подхватывал, дразня и провоцируя Дофламинго.
   Трафальгар вздохнул -- желания задерживаться на этом корабле дольше не было.
   Он вышел на камбуз, заметив за столом Свон, которая отпаивала Китану чаем. Недалеко сидели мрачные Мугивары и самураи. В стороне устроился Эйс.
   -- Что делать будем? -- растерянно смотрел на всех Усопп.
   -- Достигнем Зои и уйдем, чего еще, -- пожал плечами Зоро.
   Луффи молча жевал завтрак. Трафальгар сел рядом.
   -- Я с самого начала говорила ей уйти к тебе, -- тихо произнесла Китана, посмотрев на Ло заплаканными глазами. -- Это было бы самым благоприятным решением.
   Он не ответил.
   А что еще можно было сказать на такое?..
  
   Трафальгар открыл глаза, возвращаясь из воспоминаний, и посмотрел в темный потолок.
   Значит, если это действительно Скарлет, то она свершила свою месть им. Но и сама изменилась, начиная напоминать ему его в десять лет, когда еще мальчишкой желал убить столько людей, сколько бы успел до того, как сам умрет.
   Только вот сейчас с ней нет рядом человека как Росинант. И никто не вытащить ее из пучины ненависти. По правую руку от нее стоит лишь Дофламинго, который с радостью воспользуется таким ее состоянием и переведет на свою сторону.
   А сам Трафальгар может и опоздать.
   Если это действительно она...
   Он выдохнул и снова закрыл глаза, надеясь, что шанс есть.
  
  
  
   Кровавая Чума. Молния
  
   -- Отрывайся от своего увлекательного дела, Рич, у меня новости, -- в комнату ворвался Дофламинго.
   В отличие от остальных он не имел привычку стучать. Порой это раздражало.
   -- Еще раз так ворвешься, и я оторву тебе руку, а может быть и две сразу, -- расслышала довольный смешок. -- А вдруг я тут чем-то личным занимался?..
   -- Будто я что-то новое увидел бы, -- рассмеялся пернатый.
   -- Со мной и не такое можно увидеть, -- абсолютно серьезно произнесла.
   Я решила закончить обмен любезностями и перейти к делу.
   Все так же продолжала говорить о себе в мужском лице, чтобы проходящие мимо не думали о лишнем, мы ведь до сих пор сидели на той самой Базе Дозора, уже вторую неделю. Я особо не торопилась. А вот полога тишины не хватало, все-таки у Росинанта полезная была способность, что бы не говорили о ней.
   -- Надеюсь, новости хорошие, поскольку мое настроение тоже, хорошее, и портить его бы не хотелось, -- пробормотала я, не открывая глаз и продолжая сидеть на полу со скрещенными ногами.
   Медитация -- самый лучший способ тренировки фрукта крови. Особенно контроля.
   Мужчина прошел в комнату, закрыв за собой дверь, и развалился на диване, наблюдая за мной.
   -- Для тебя -- отличные.
   -- М-м, даже интересно, -- протянула я, но так и не поменяла положения. -- Не томи.
   -- Фрукт молнии найден.
   Дофламинго не стал тянуть резину и с ходу перешел к делу. Он уже хорошо запомнил, что я не любитель хождения вокруг да около и предпочитала в собеседнике прямоту, иначе начинала злиться и раздражаться.
   -- И вправду, отличные, -- кивнула и краем глаз посмотрела на мужчину. -- И чего мы медлим? Где доставка?
   -- Свон отбыла по своим делам, а больше некому заняться переносом.
   -- Тогда выкладывай всю информацию, которую имеешь про него, -- снова прикрыла глаза, возвращаясь к тренировке.
   -- Честно, Рич, порой ты бываешь невыносимым занудой. Ты умеешь расслабляться или веселиться? Или тебе эти слова неизвестны? -- насмехался надо мной Дофламинго.
   Различила звон стекла и плеск жидкости. Снова баловал себя вином.
   Я на его слова привычно промолчала. Поддеть меня мужчина любил и старался делать это часто и как по расписанию.
   -- Фрукт обнаружен у одной очень известной мафиозной семьи из Вест Блю. Дочка главы мафии приняла фрукт за экзотический деликатес и съела, заставив отца поседеть, поскольку у него до этого планировалась выгодная для обеих сторон сделка. Пока ты не подал клич на его поиск. Я ему прямо сказал, что тебе нужно. Он готов сотрудничать с нами и просит оставить его дочь в живых, -- спокойным ровным тоном поведал Донкихот.
   -- Свон не говорила, когда вернется?
   -- Если она не сказала тебе, то с чего бы ей говорить мне?
   Я пожала плечами.
   Да, отношениях этих двоих оставляли желать лучшего. Женщина стала слишком остро реагировать на его присутствие, но если раньше мирилась с его нахождение рядом, то после прошлой беседы о Росинанте перестала сдерживаться. Свон открыто показывала свою неприязнь к старшему брату. Я замечала, как порой Дофламинго кривился от особо колких слов от нее, но молчал.
   Завидую же его терпению. И удивляюсь.
   -- Тебе надо с ней помириться, -- предложила я.
   -- Только после того, как ты со своими, -- парировал мужчина.
   -- Вы ближе друг к другу, чем я к своим, -- усмехнулась. -- И мозолите мне глаза.
   -- Ну, я тоже могу избавиться от нее, но, боюсь, ты не оценишь. Да и пользы от нее больше, чем от Росинанта, -- с улыбкой говорил Донкихот.
   Я покачала головой и вздохнула, открывая глаза и поднимаясь на ноги, чем закончила тренировку. Разогнала кровь по телу и потянулась. Повернулась к Дофламинго, который удобно сидел на диване, пил вино и читал книжку. Костюмчик ему сшили, так что теперь он не радовал меня формой дозорного, а выглядел очень даже прилично. Конечно, не такой экстравагантный, как раньше надевал, но мне нравилось. Строго и со вкусом. Люблю черное. А с его шубой и очками смотрелось просто шикарно. Но ошейник раба портил этот вид, только не его жизнь.
   -- Когда ты меня так пристально и задумчиво разглядываешь, я начинаю теряться в догадках, -- слегка улыбнулся мужчина, не отрываясь от чтива.
   -- Да так, -- криво усмехнулась. -- Прошлое вспоминается.
   И прошла к столу, где стоял наполненный виски графин и несколько пустых бокалов. Наполнила один из них и рухнула на соседний диван, откидываясь на спинку.
   За эти недели ничего интересного не произошло. По утрам и до обеда я выходила на плац, где вводила в искрений шок дозорных, усердно тренируясь сначала с мечами, потом выполняя силовые упражнения. Ко мне часто подключались телохранители, составляя компанию. За почти полный месяц я уверенно набирала массу и перестала походить на задохлика, каким был до этого Ричард. Это радовало.
   Жаль, что пока пол менять нельзя, пока на Мариджоа не вернусь, иначе тенрьюбито не поймут. Даже если отмахаюсь объяснениями, что на нас напал Иванков, и заручусь поддержкой всего экипажа, который будет уверять народ в этом.
   Мне и самой неуютно в мужском теле. Но надо терпеть.
   -- Знаешь, даже интересно, какое прошлое, -- он поднял взгляд от книги и многозначительно улыбнулся.
   -- Когда тебе было двадцать пять и ты носил костюмы. Они тебе идут, -- без намека ответила и глотнула виски.
   -- От тебя хоть что-то можно удержать в тайне? -- покачал головой Дофламинго.
   -- Ты у меня весь на ладони, -- задумчиво глянула в окно и взболтала напиток.
   На мои слова Донкихот лишь загадочно улыбнулся, заставив засомневаться в своих же словах.
   Он тот еще тип. И я могу ошибаться.
   Посидев так в тишине еще какое-то время, я вернулась к написанию дневника. Дофламинго вскоре дочитал книгу и решил покинуть мое общество, прогулявшись по Базе и раздражая дозорных. Свон пришла поздно. Она была крайне раздражена и напряжена, полностью потеряв привычную насмешливость и легкость.
   Я молча проследила, как она рухнула в кресло, стараясь не встречаться со мной взглядом, и выхватила из вазочки на столике несколько мармеладок, закидывая в рот. Успокаивать ее пришлось через кровь, мысленно внушая той, что все хорошо и можно расслабиться. Нехотя она начала подчиняться. И вскоре я услышала облегченный вздох женщины.
   -- Могу чем-то помочь? -- я вскинула бровь и отложила перо, сложив руки на столе.
   -- Спасибо, и так помог, -- Свон прикрыла глаза и откинулась о спинку дивана.
   -- Правительство недовольно твоими действиями, -- спустя какое-то время тишины произнесла Донкихот.
   -- О, неужели они следят за моими похождениями? -- насмешливо произнесла и улыбнулась.
   -- Не стоит их недооценивать, Ричард. Они очень внимательно следят за тобой. Если не брать в расчет Худшее Поколение, то ты их головная боль с Мариджоа номер один. Нынешние поступки очень сильно затмевают прошлые проделки, которые творились тобой.
   -- Неужели они проделками считают мое хладнокровное убийство родителей и сестренки? -- хмыкнула, заставив собеседницу скривиться.
   -- Я всего лишь предупредила. Мне не нравится их настрой против тебя. Особенно сейчас. Они ведь уверены, что я их шпион при тебе и должна докладывать им обо всех твоих действиях, а также контролировать и корректировать, если совсем прижмет и будет опасно. Их крайне раздражает то, что новый владелец фрукта крови не их марионетка, а ты -- своевольный, характерный и крайне неуправляемый. Правительство боится.
   -- Они ничего не смогут мне сделать, -- твердо постаралась убедить ее.
   -- Не будь столь самоуверен. У тебя кроме нас никого нет. Нас троих. А сила фрукта у тебя оставляет желать лучшего -- все-таки былая мощь не при тебе. Весь мир против тебя, -- говорила женщина удивительно спокойно. И устало.
   Выкачали ее гады.
   -- А я против всего мира, -- спокойно произнесла, разглядывая Лебедь.
   Свон слабо улыбнулась и потянулась к спящей Ден-Ден Муши, которая напрямую связывала с обслуживающим персоналом. Видимо, чай захотела.
   Конечно, фрукт молнии не ждал, но лучше дать ей передохнуть. Видно, что женщине требовался отдых, хотя бы небольшой.
   Если честно, мне плевать на Мировое Правительство. Да, они серьезные враги, окруженные элитой Дозора, а я одна и до конца не могу никому доверять из присутствующих. Хотя бы потому, что Свон работает на это Правительство и, как правильно выразилась, в какой-то мере шпион и докладывает обо мне им же, чтобы не заставлять их сомневаться в ней. Дофламинго преследует свои цели и с удовольствием обратится против меня, покажи я слабину. Телохранители готовы меня разорвать при любом промахе. Разве что Джилл и Ши-Ши, которые нашли общий язык между собой, но и им я не могла до конца верить. Оба знали слишком много, и это "много" могло быть использовано против меня.
   -- Когда придешь в себя, нам надо слетать за фруктом молнии, -- вздохнула и произнесла, когда дверь закрылась за услужливой горничной, которая принесла перекусить.
   -- Всегда к вашим услугам, -- кивнула с усмешкой Свон и налила себе душистого чая.
   Я легко улыбнулась. Женщина приходила в себя, возвращая приятное ехидство и насмешку. Такой она нравится мне куда больше, чем в роли старшей поучающей сестры.
  
   Я впервые проходила через Зазеркалье. И хоть Свон предупредила, чтобы мы не смотрели по сторонам, особенно в зеркала, они то и дело привлекали взгляд, коварно издеваясь над сознанием подкидываемыми картинами то из прошлого, то вытянутыми страхами. Встретившись с одним таким, я тихо выругалась и попыталась сосредоточиться на спине Свон, которая шла впереди, прокладывая нам дорогу.
   А зеркала были со всех сторон, даже над головой и под ногами, а мы шли по этому лабиринту, который имел свое сознание. И этот туннель никак не хотел кончаться.
   Краем глаз зацепила отражение в зеркале, заставившее замереть, не закончив шаг, и обратить внимание на происходящее в нем. Дофламинго, шедший за мной, тоже остановился, с вопросом покосившись на меня, а после переключился на то, что явила нам поверхность. К сожалению, все, что показывалось в зеркалах, мы видели, будь это воспоминания мои или моих спутников. И от этого было еще неуютней, ведь мы становились уязвимыми друг перед другом, открывая личные страхи и переживания, которыми проницательный Донкихот мог воспользоваться себе во благо. Хоть я и знала о них все, но они обо мне...
   Я сжала кулаки, смотря на то, что показывало нам зеркало.
   -- Это... Зазеркалье -- твоя сила или отдельно взятый мир? -- голос неожиданно охрип, и я еле оторвала взгляд от воспоминаний.
   -- Отдельный мир, -- тихо ответила Свон и положила мне руку на плечо. -- Нам нужно торопиться, а то оно не выпустит вас, если задержитесь дольше нужного и насытите его сильнее. Оно пытается затащить вас, давя на самое больное.
   Хорошо еще, что зеркала не воспроизводили звук. Было бы еще тяжелее.
   -- По-моему, там Скарлет наоборот становилась сильнее, -- хмыкнул Дофламинго.
   -- Переступая через себя и боль, -- еле слышно дополнила женщина, не оборачиваясь.
   Моя реальность. Мой мир. Мое безумие, охватывавшее тогда меня. И кадр, когда я в лесу избила вора. Не знаю, заметил ли Донкихот брелоки или нет, все-таки картинка воспроизводилась от моего лица. Но было бы неприятно, если бы мужчина увидел свой символ на том рюкзаке. Все-таки это действительно слишком личное.
   Когда зеркало в очередной раз подкинуло мое воспоминание, на этот раз мое отражение в зеркале, как бы это не звучало, я крепко сцепила челюсть, мрачнея. Дофламинго посмотрел на меня с неприкрытым подозрением:
   -- Какое это по счету тело?..
   -- Третье, -- процедила.
   Меня сейчас тут наизнанку вывернут. И как в таком состоянии идти на переговоры?..
   Но пытка остановилась. А я мысленно радовалась, что не был показан мой родной мир так, чтобы это вызвало еще больше переполоха в голове Дофламинго.
   Свон остановилась, коснувшись поверхности зеркала и сливаясь с ним, проваливаясь в неизвестность. Следом за этим туннель стал сжиматься, грозя раздавить и поглотить, но остановился на полпути, превращаясь в своеобразную дверь перед лицом, которая приглашающе вспыхнула, показывая комнату за ней.
   Я шагнула вперед. Поверхность натянулась словно пленка, с неохотой выпуская в светлое помещение, где стояли люди, ожидая нас. Свон ожидала слева от зеркала, пропуская меня вперед. Дофламинго показался следом, занимая место по правую руку, и с интересом осматриваясь.
   С расшаркиваниями и светским началом было покончено быстро и сразу, заставив одного из пяти встречавших нас мафиози запнуться на полуслове, а остальных побледнеть. А всего-то Донкихот привычно улыбнулся и своевольно направился к креслу в центре комнаты, которая из-за минимума мебели казалась просторной. Лишь сервированный низкий стол, вокруг которого мягкие светлые кресла, хрустальная люстра под потолком и светлая тюль, скрывающая выход на мансарду, дверь в которую была слегка приоткрыта, впуская звуки природы и легкий морской ветерок.
   С интересом рассмотрела мужчин, отмечая, что тот, кто стоял по центру, явно был крестным отцом -- он отличался внешностью и выправкой, да и пришел в себя раньше остальных, видимо вспомнив, кто здесь хозяин. Другие присутствующие выглядели однообразно, словно в форме -- деловой костюм, черные очки на глазах, шляпы и ружья за спиной. Зачем понадобился последний инвентарь -- не в курсе, и лишь пожала плечами, отмахиваясь на то, что возможно тут такие правила. Ведь встречать тенрьюбито и его людей в таком виде и с таким настроением опасно. Либо с оружием в руках они чувствовали себя более уверенно и защищено. Хотя, в случае чего, это вряд ли спасет их.
   -- Позвольте представиться, -- чуть склонил голову крестный отец и погладил черные пышные усы, явно выдавая волнение. -- Жакомо Дрэго.
   Сам по себе мужчина был видным. По первому взгляду больше сорока лет, седина уже коснулась висков, а черные волосы были аккуратно приглажены. Карие глаза горели ярко и уверенно, хоть и ощущался страх от него, но тут больше из-за того, что от гостей неизвестно чего было ожидать. Крупного телосложения, с широкими плечами, отчего черный костюм смотрелся внушительно.
   Дрэго махнул приглашающе рукой на свободное кресло и дождался, пока я его займу, после чего сел в свое. Его люди кивнули нам и рассредоточились по комнате, встав на посту по углам. Хорошее расположение, если собирался расстрелять гостей со всех сторон. Я слабо усмехнулась.
   Свон осталась около зеркала, игнорируя приглашение. Дофламинго уже хозяйничал за столом, где находились корзинки с фруктами и сырами, бутылка с красным вином и пустые бокалы, один из которых вскоре был в руках Донкихота. Наглость -- второе счастье.
   Я отказалась от угощений, молча качнув головой, и сложила руки на подлокотниках, внимательно смотря на Дрэго.
   -- Я пришел сюда по делу, так что перейдем к нему, -- строго произнесла, переводя взгляд на довольного Дофламинго, распробовавшего вино.
   -- Да, конечно, -- кивнул мафиози и тоже плеснул себе в бокал напитка. Явно для храбрости.
   Один из мужчин без какого-либо приказа отошел от поста и вышел на мансарду. Вскоре раздался собачий лай и девичий радостный крик, заставивший вскинуть бровь и посмотреть на изменившегося в лице Дрэго -- он испытывал неудобства и больше всего боялся моей реакции. Сначала в комнату влетел щенок, вскинув за собой тюль и сделав круг вокруг стола, скрывшись под ним. Следом вбежала хохочущая девочка лет шести, пытающаяся догнать питомца.
   Теперь мафиози полностью побледнел под моим ледяным взглядом, ожидая кару, над которой я раздумывала.
   Ребенок! Мать вашу! Ребенок!
   Девочка нырнула под стол за щенком, совсем не обращая на нас внимания и скрывшись за длинной скатертью.
   Дофламинго даже отставил бокал после этой сцены и нахмурился. Одна Свон оставалась стоять с максимально равнодушным лицом.
   В комнату вбежал ушедший за дочкой крестного отца мужчина, раскрасневшийся от физической нагрузки и негативных мыслей.
   -- Леди Нереза на месте, -- отчитался он, выдохнув и застыв, не решаясь возвращаться к посту и почуяв неладное по нависшей тяжелой атмосфере.
   Похоже, молнии метать начну я.
   Владелец фрукта молнии ребенок, блядь!
   Дрэго сглотнул. Он с самого начала знал, на что шел и боялся именно реакции на то, что фруктовиком окажется маленькая девочка, особенно после новости, что злобный тенрьюбито собирался в случае чего лишить жизни владельца плода.
   Я на мгновение прикрыла глаза, успокаивая взбунтовавшуюся от вспышки гнева кровь, которая затронула всех давлением, кто находился в комнате.
   -- Вы понимаете, что в моем деле ребенок будет абсолютно лишним, -- строго и без эмоций выдала я. -- Я все-таки не детский сад организую.
   Мужчина кивнул с пониманием и опустил глаза, в которых застыла боль. Он не хотел терять дочь, но и не мог сопротивляться мне.
   Дофламинго недовольно скривился, повернувшись ко мне.
   -- Ричард, ты не прав, -- припечатал он.
   О, да, точно. Он же бывший капитан личного детского сада.
   Я одарила его скептическим взглядом.
   -- Не обязательно ее убивать, -- произнес Донкихот и нитями поднял скатерть, опуская взгляд под стол, где девочка сидела в обнимку с рыжим щенком, гладя его.
   Нерезу совсем не интересовало то, о чем говорили взрослые, она была в своем мирке.
   -- Взрослого человека проще обучить способностям, нежели ребенка.
   -- Ошибаешься, -- его губы растянулись в насмешке, он подхватил взвизгнувшую девочку рукой и посадил на колено. -- Дети более податливее и словно губка впитывают знания.
   Дрэго замер, с испугом наблюдая за действиями Дофламинго, который внимательно разглядывал не менее напуганную девочку.
   -- Из нее будет проще создать того человека, который тебе нужен, -- широко улыбнулся Донкихот.
   Нереза широко открытыми глазами смотрела на огромного по ее меркам мужчину. Ее щенок, тявкая, бегал у его ног, пытаясь забраться на колени. Девочка была похожа на отца. Красивые большие карие глаза, с любопытством смотрящие на мир, черные блестящие волнистые волосы, убранные в аккуратную прическу с милыми бантиками. Белое платьице с пятнами после игр во дворе с питомцем и босоножки.
   Симпатичное создание.
   И браслет из темного металла никак не вязался с ее образом.
   Закончив изучать Дофламинго, она мило улыбнулась.
   -- Вы мне нравитесь! -- звонко выдала девочка.
   Мужчина рассмеялся.
   Его, что, все дети по умолчанию любят?..
   -- А вот он -- нет. Он страшный, -- она скривила личико и указал пальцем на меня.
   Ну, спасибо.
   Это развеселило Донкихота сильнее.
   Дрэго растерянно смотрел то на меня, то на Дофламинго, не зная, каким образом реагировать на нас. И боялся, что я еще сильнее разозлюсь на такое заявление его чада. Люди были наслышаны о вспыльчивости тенрьюбито, а некоторые и видели ее последствия.
   -- Все. Закончили цирк, -- я хлопнула ладонями по деревянным подлокотникам и хмуро оглядела притихших людей. Даже девочка вздрогнула, ища защиты у нового друга.
   Поднялась на ноги и прошла в свободную часть комнаты. Сняла пиджак и бросила его на кресло, завернула рукава рубашки и строго посмотрела на девочку.
   -- Ключ, -- протянула руку Дрэго.
   Он сглотнул и кивнул, поднимаясь на ноги и доставая из кармана брюк маленький ключик. Мафиози с опаской ожидал продолжения, боясь за судьбу дочери. Между тем махнула рукой Дофламинго, чтобы он подвел девочку, что он и сделал. Нереза недоуменно повернулась к Донкихоту, который сел на корточки позади нее, подбадривая. Получив ключ в руки, я повернулась к присутствующим.
   -- Как я понял, она форму еще держать не может, поэтому вы надели на нее браслет? -- дождавшись кивка от ее отца, хмыкнула. -- Тогда, прошу, на безопасное расстояние отойдите. И, Свон, будь готова.
   Женщина кивнула и встала за моей спиной.
   -- Мне это не нравится, -- захныкала девочка и попыталась повернуться, но Дофламинго не дал это сделать, крепче сжав за плечи.
   Щенок разразился тявканьем, носясь вокруг.
   -- Уберите животное, -- приказала.
   Один из телохранителей мафиози подскочил и забрал упирающегося питомца.
   -- Вы плохой! -- хныкала девочка и дергалась, пытаясь вырваться из тисков.
   -- Да, я знаю, -- абсолютно серьезно кивнула и села на корточки перед ней, хватаю ту за маленькую ручку. Сама малышка с трудом мне до колен доставала, если учесть, что и рост Ричарда был немного ниже Дофламинго -- я была ему по грудь.
   Ох уж этот чистый разряженный воздух Мариджоа.
   Вставила ключ в скважину. Замок щелкнул, и браслет со стуком упал на пол, а девочка растерянно замерла. Мы были в ожидании, внимательно наблюдая за ребенком.
   По ее телу проскользнули искры, ударяя в пальцы Дофламинго, который от неожиданности одернул руку, встряхивая ее.
   -- Волю, -- мрачно посмотрела на мужчину, который усмехнулся, но выполнил приказ, несильно хлопнув по спине Нерезу.
   Она вскрикнула и отшатнулась, со слезами глядя на нас, но молнии перестали покрывать ее тело. Я положила ладони ей на плечи и сжала, заставляя заглянуть в глаза. Девочка пока маленькая и слабая, легко поддающаяся чужой воле и внушению, как и ее кровь. Она скривила губки и нахмурилась, чувствуя себя преданной.
   -- Соберись, -- скомандовала ей, тяжело смотря в карие глаза.
   Нереза вздрагивала и давилась плачем, не понимая, что вообще происходило, и что от нее хотели. Я с легкостью подхватила податливую кровь, заставляя ее сохранять форму и не рассыпаться, как когда-то учила своих крыс. Но сейчас не было резинового Луффи, который бы держал. Сейчас была только я и Донкихоты, в случае чего готовые вернуть девочке целостность.
   -- Чувствуешь?
   Она еле кивнула и сглотнула, смотря на меня широко открытыми глаза. Слезы выветрились, и их сменило недоумение.
   -- Постарайся так дальше сама держаться, -- тихо и вкрадчиво говорила, наблюдая за ней. -- Я сейчас уберу руки и разорву контакт. А ты пытайся всеми силами сохранить такое состояние. Держи контроль. Да, будет трудно, но ты старайся. Ты же не хочешь никому тут навредить?..
   Ребенок отчаянно замотал головой.
   -- Вот. Старайся, -- легко улыбнулась и плавно убрала руки, разрывая близкий контакт.
   Свон напряглась, тогда как Дофламинго оставался расслабленным, с интересом наблюдая за нами.
   Девочка покрылась легкими искрами, но сильно зажмурилась, пытаясь снова вернуть то состояние, в которое я ввела ее и ее кровь -- полное спокойствие. Ленивое умиротворение, растекающееся по телу плавно и легко.
   -- Расслабься, -- мягко произнесла я, наблюдая за стараниями Нерезы.
   Она забавно надула щечки и сжала кулачки, но искр стало больше. Дофламинго резко положил ей на голову ладонь, Волей возвращая целостность, и чем заставил ее вздрогнуть и распахнуть глаза. Дрэго, затаив дыхание, смотрел на всю эту сцену, стоя около стены.
   Девочка кивнула и плавно выдохнула воздух, снова закрывая глаза. Я поднялась на ноги и осмотрела присутствующих, которые ожидали моего вердикта.
   -- Дофламинго, -- мужчина поднял голову, отвлекаясь от старательного ребенка. -- Она под твоей ответственностью.
   Мужчина вскинул бровь и усмехнулся.
   -- Жакомо Дрэго, Свон занимается финансовой частью вопроса, -- я слегка склонила голову. --Пожалуйста, соберите вещи девочки как можно скорее.
   Я четко дала знать, что задерживаться мы не планируем. Двое из мафиози покинули комнату через мансарду, забрав с собой щенка. Лебедь плавно скользнула к главе мафии и вынула из кармана листок, который накануне я подписала, разрешая передачу со своего счета триста миллионов белли, так что из любого банка можно было списать эти деньги. Мужчина коротко кивнул и убрал листок во внутренний карман пиджака. Нереза, услышав отданные указания, бросила занятие и с чисто детским изумлением, приоткрыв рот, посмотрела сначала на меня, потом на отца.
   -- Папа?
   Дрэго помрачнел и опустил виновато голову, а девочка зашмыгала носом, готовая разреветься.
   -- Я не хочу никуда уходить! -- она перевела взгляд на меня, пытаясь разжалобить, но не вышло, и девочка вернулась к отцу. -- Я же была хорошей, как и обещала! Не отдавай меня им, -- и Нереза расплакалась, бросившись к мужчине.
   Каким бы суровым главой мафии не был Дрэго, но вот прощаться с дочерью, можно сказать навсегда, как он думал, было тяжело. Хоть смерть и отошла в сторону. Мужчина опустился на колени и крепко обнял девочку, которая на удивление не покрывалась искрами, что-то нашептывая той на ухо и пытаясь успокоить.
   Хех. Она сейчас была занята куда большими проблемами, чем неподконтрольная сила.
   -- Заканчивайте скорее и возвращаемся, -- холодно произнесла и отвернулась от прощавшихся, направляясь к креслу, где оставила пиджак.
   Поправила рукава и надела верхнюю часть костюма, когда вернулись телохранители с двумя чемоданчиками. Я вскинула бровь и с насмешкой посмотрела на Дофламинго с намеком, чтобы принимал багаж. Он без проблем согласился, махнув рукой мафиози, чтобы они оставили вещи рядом, и я с вопросом посмотрела на Дрэго. Мужчина еще раз крепко обнял дочь и поцеловал ее в лоб, подталкивая в спину в нашу сторону.
   Было странным, что мать девочки не появилась, отчего закралось подозрение, что ее, матери, у ребенка нет. Тогда становилась ясна забота и переживания Дрэго, если он на самом деле любил свою жену.
   Свон заняла место перед зеркалом и провела рукой по поверхности, которая зашлась рябью, а после сунулась в Зазеркалье.
   -- А Джет?! Я никуда не пойду без Джета! -- расстроенная девочка повернулась ко мне и уцепилась за последнее, стараясь выглядеть сурово, и даже топнула ногой.
   Я вскинула бровь, равнодушно смотря на девочку. Сразу было ясно, что говорила она о щенке, которого уже увели. Животных я, конечно, любила и, по идее, могла позволить такую слабость ребенку, который попал бы в незнакомое место, оставаясь совершенно одной.
   Но вот выполнять такие капризы я не собиралась.
   -- Первым твоим заданием, как и мотивация, станет обучение телепортации в любой уголок этого мира. Так что, если хочешь видеться со своей семьей и забрать щенка, то должна стараться и учиться, -- холодно и без эмоций произнесла, смотря в глаза Нерезы.
   Она опустила плечи и голову, понимая, что играть на жалости со мной не может, а я кивнула Дофламинго, чтобы хватал свою подопечную, которой бы следовало завязать глаза во время прохождения по Зазеркалью, но он и без слов догадался.
   Мои слова задели Дрэго, который с надеждой посмотрел на меня, словно не верил в сказанное.
   Да, теперь все зависело только от его дочери. Если она будет стараться, то он вскоре с ней увидится.
   Я скользнула в зеркало за Свон.
  
  
  
   Кровавая Чума. Встряска
  
   Нереза оказалась той еще головной болью.
   Она была способная девочка, да, с этим не спорю, схватывала все на лету и быстро училась. Но вот ее истерики...
   Меня хватило на неделю. А после я хладнокровно воздействовала на ее кровь, чтобы она успокоилась. От этого она меня любить больше не стала, но зато все наслаждались спокойствием и тишиной, облегченно вздыхая и с благодарностью смотря на меня. Особенно дозорные, которым доставалось от этого чуда в юбке.
   Причина ее такого поведения была проста -- она думала, что, если доведет нас, то мы вернем ее к папе. Нереза понимала, что учиться все равно надо, это полезно, уметь управлять своими способностями, но вот компания наша ей не особо нравилась. Девочка скучала. И даже Баг не мог заменить ей Джета, как бы не старался. Она просто боялась крыс, а точнее их хвостов. Это каплю задело крысиную гордость и первое время малыш обижался на нее, но противиться не мог мне и с расстояния присматривал за Нерезой.
   Дофламинго, конечно, ответственно подошел к своей задаче, но скорее для него это была такая забава, разбавляющая скучные будни.
   Получив Нерезу и силу ее фрукта, я отдала местным плотникам и механикам Ратти, которых контролировал Ши-Ши, чтобы она снова была на ходу. Хватило недели, чтобы доработать корабль, вернув его двигатель в первозданный вид, и по завершении я приказала вице-адмиралу Кириму, чтобы готовил экипаж и ставил курс на Джинь Юй. Мужчина крайне удивился, что мы не возвращались на Мариджоа, но отвечать ему не посчитала нужным, проигнорировав вопрос.
   Замешательство было у всех дозорных. Они не понимали, чего хотела добиться я. Свон только хмурилась и стала чаще пропадать у Мирового Правительства, пытаясь меня оправдать. Совестно было так подставлять женщину, но она пока не жаловалась и помощи не просила, поэтому я просто наблюдала.
   Я возвращалась после тренировки на плацу в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться, а после позавтракать. Вечером мы должны уже выйти в море, чтобы через несколько дней достигнуть Джинь Юй. Нет, я не планировала проделать этот путь на Ратти, который займет всего дней пять в таком случае, вместо десяти намеченных. Мне просто некуда было девать дозорных, а в хвосте они нас не догонят. Посылать их на все четыре стороны еще более подозрительней, чем плестись на другой остров. Поэтому было решено просто держать Ратти на буксире за кораблем Дозора. Ши-Ши вызвался жить там и следить за всем, на что я дала добро. Все-таки ему в почти родных стенах комфортнее, чем среди дозорных.
   -- Свон?
   Я честно была удивлена, увидев ее в выделенной комнате отдыха. Женщина не явилась на завтрак, да и выглядела крайне вымученно. Она сидела на диване, откинув голову на спинку и прикрыв глаза, расслабляясь. На столике перед ней стояла чашка с чаем, который успел остыть, и вазочка со сладостями, любимые ей.
   -- Что-то случилось? -- участливо спросила и села напротив в кресло, коснувшись пальцами бока чайничка и проверив его температуру.
   Остыл.
   -- С Китаной все было куда проще, -- вздохнула Свон и протерла глаза, открывая их и надевая круглые черные очки, которые до этого висели на майке. -- Я одна не справляюсь.
   -- Извини, -- тихо произнесла.
   Катя действительно была очень полезна. Но иначе никак. Я должна была их всех вернуть.
   -- На Дресс Роуз начался голод, -- женщина подхватила чашку и глотнула остывший чай.
   -- Вполне предсказуемо, -- кивнула на ее слова.
   -- То, что оставалось в казне после войны с Дофламинго, было потрачено на отстройку королевства, и то, часть острова до сих пор пустынна. Я была сегодня там в составе комиссии от Мирового Правительства. И честно скажу -- все плачевно.
   -- Полагаю, король, как и остальные, думали, что Донкихот держал все деньги в казне, но тот оказался хитрее и где-то спрятал свое состояние, -- предположила, на что получила согласный кивок.
   -- Соседи, которые первые дни радовались возвращению Рику, спустя несколько месяцев уже не были столь добродушны. Торговля сразу не задалась. Друзья друзьями, а личные отношения никогда не смешиваются с бизнесом. На Дресс Роуз думали, что будут получать от соседей скидку на ресурсы и продукты, но те лишь пожимали плечами и не убавляли цену. "Война коснулась всех нас. Каждый выживает как может".
   Свон закинула ногу на ногу и нахмурилась.
   -- Между тем пираты, окрыленные мыслью, что на Дресс Роуз все слабы и отпор дать некому, ломанулись на страну, желая отомстить Дофламинго и поживиться его богатствами, которые наверняка спрятаны во дворце. Даже Дозор толком не справлялся. Многие части мобилизовали, ведь в Новом Мире сейчас назревает крупная стычка с Йонко Черной Бородой, почти у Рафтеля. Вот и осталось королевство с минимум защиты. Если болезни удалось избежать из-за мягкого климата, то вот с голодом пока никак. Даже народ тонтатты, славящийся умением выращивать гигантские растения, не может помочь всем. Им бы самим выжить.
   -- Короче, все очень плохо, -- задумчиво произнесла я, анализируя слова Свон.
   Нечто такое я и предполагала. Подобный итог ждал это королевство.
   -- И Дресс Роуз не одно такое королевство со сложностями. Во всем мире зависло напряжение, которым с переменным успехом пользуются революционеры, подогревая людей против Мирового Правительства.
   -- По сути, они на Дресс Роуз сами виноваты, -- заключила и откинулась на спинку кресла, сцепляя руки на животе.
   Я не раз задумывалась об этой арке, которая была уж очень спорная. И Мугивар нельзя было толком назвать спасителями -- им-то что, приплыли, дел наделали и свалили, а с остальными более важными проблемами пусть разбираются другие. Конечно, из двух зол выбирают меньшее, но что-то залетные пираты не кажутся мне им, ведь после них королевство горело в огне и было разрушено. Да, Дофламинго тоже не пример благородства, но при нем, по крайней мере, все жили счастливо и ни в чем не нуждались, а игрушки... в каждой стране, даже в нашем мире, по-своему избавляются от ненужных людей, которые могут быть опасны для системы правления и самих жителей, а те хотя бы были полезны и служили во благо стране. Зато население не знало бедности и голода, не знало, что такое нападения пиратов, которые терроризируют другие острова, порой вырезая города и деревни подчистую. Донкихот же еще и заботился о своих подданных, давал им все, развивал экономику и приукрашивал города, тогда как другие, сев на трон, не думали бы о благосостоянии народа, сдирали бы высокие налоги и спорно, чтобы палец о палец ударили, попади их страна в беду. И я бы раз десять подумала, прежде чем предложила менять одного короля на другого, когда есть что сравнивать и с чем. Тем более плакалось о бедственном положении не население, а королевская семья со своими приближенными, которых из дворца и вытурили в свое время, и теперь же они и хотели вернуть себе власть.
   -- И... что Горосей решили? -- я посмотрела на Свон.
   -- Ничего. Им некогда. У них Луффи случился. Да и ты. Они уже открыто сомневаются в твоей лояльности к ним и готовы подписать предательство, -- она закинула в рот мармеладку и, прожевав, спросила. -- Ты что-то задумал, Ричард? На счет королевства?
   Горосей... нет. Рано еще. Если они запишут меня в предатели, то придется применять силу. Рано. Очень рано. Мне нужен еще месяц, в крайнем случае два. И я закончу все приготовления.
   -- Дресс Роуз? Нет. Это уже не мои проблемы, -- помотала головой. -- Они сами виноваты, а лезть еще к ним с протянутой рукой... знаешь, я не там родилась и выросла, чтобы еще кому-то облегчать жизнь и решать чужие проблемы. Так что пусть сами пытаются вылезти из ямы, которую для себя и вырыли. Моей родной стране на это понадобилось десять лет, когда у нас случилось подобное.
   Женщина вскинула брови.
   -- Независимо от того, кто стоит у руля, надо смотреть на результат. Если он оправдывает средства, то зачем отказываться от него? -- я усмехнулась. -- Зато теперь они "счастливы".
   Из той зоны комфорта, которую создал на Дресс Роуз Дофламинго, я бы в жизни не вырвалась. И не хотела бы вырываться. Ох, как я мечтаю о праздной жизни...
  
   Я стояла на пристани, сложив руки на груди, и смотрела, как вице-адмирал отдавал приказы выстроившимся воякам. На корабле во всю готовились матросы под неустанным взглядом боцмана. Ши-Ши уже был на Ратти с зарекомендовавшим себя механиком, который не хотел расставаться с этим чудо-судном и пошел на все, даже мне в ноги кланялся и клялся следить за ней. Мои телохранители расположились недалеко, осматривая обстановку и подмечая мелкие детали, готовые в случае нападения сорваться и атаковать вражеские лица.
   Все-таки странные они ребята.
   Свон не было -- привычно улетела по делам после ужина и обещала к обеду завтра вернуться. Ей где-то там надо революцию подавлять. Кровавая ночь обещалась в каком-то королевстве. И без меня.
   Дофламинго подошел неспешно, вразвалочку, подставляя лицо последним лучам солнца и улыбаясь с таким довольством, словно сделал где-то кому-то приятную гадость. Приятную для себя.
   Я одарила его косым взглядом.
   -- Где ученицу потерял? -- с ходу спросила.
   Мужчина нахмурился:
   -- Она же должна быть здесь. Я ее отправил с дозорным и ее вещами еще час назад на корабль, чтобы успела разобраться.
   Вздохнула и свела брови, потерев переносицу и набираясь терпения.
   -- Я стою здесь уже час. И не видел ее.
   Донкихот промолчал. Улыбка сошла с его лица, где теперь хранилась глубокая задумчивость.
   -- Потерял, -- заключила вместо него.
   Нет, за неделю она ни разу от нас не убегала. Мы предоставляли ей свободу действий и передвижения по Базе, но вскоре замученные ею дозорные уже разбегались и прятались, только завидев Нерезу. За ворота она не ходила, да и с виду там возвышался непроходимый лес, а дорога, которая вела в селение, не выглядела оживленной, а скорее даже мрачной. Ребенок такого испугается с ходу.
   Я закрыла глаза, пытаясь с помощью крови отыскать девочку, но анализ показал, что на территории Базы только мы и дозорные.
   Просто замечательно. Она все-таки решилась сбежать.
   -- Вице-адмирал Кирим, -- громко крикнула, выглядя явно недружелюбно.
   Дозорный вздрогнул, обрываясь на полуслове, и повернулся, вытянувшись в струнку.
   -- Мы задержимся. Форс-мажор. Нереза сбежала, -- коротко произнесла и направилась к высоким воротам, заложив руки в карманы брюк.
   -- Ваше Святейшество, можно группы отправить в лес, чтобы быстрее было. Так и до утра бродить можно, тем более ночью на охоту хищники выходят, -- предложил Кирим и замолчал.
   Я остановилась, не поворачиваясь к нему лицом, чем заставила занервничать.
   -- Вы сомневаетесь во мне? -- ровным голосом спросила, и нервозность вице-адмирала усилилась.
   -- Никак нет. Просто предложил помощь, -- ответил мужчина и сглотнул.
   -- Благодарю, но она мне не нужна.
   И быстрым шагом ушла к лесу.
   Вредная девчонка. И хитрая. Умеет наблюдать и думать, но не задумываться и анализировать. На что можно надеяться, суясь в незнакомый лес на ночь глядя, где помимо хищников еще могут быть и другие опасности? Это я там могла прогулочным шагом гулять хоть в глубокую ночь -- зверье от меня бежит в панике, только почуяв.
   Я прикрыла глаза и выдохнула.
   Лес взорвался алыми контурами, помечая, где кто находится, но среди видимых целей, маленькой девочки не обнаружилось, поэтому пришлось идти глубже в самые заросли. Далеко же она успела убежать.
   И куда Нереза стремилась? С дороги тут сойти легко и заблудиться труда не составляет, ведь тяжело поддерживать ту расчищенной, когда джунглям хватает недели, чтобы занять любой доступный свободный участок, поэтому путников от селения и до Базы всегда сопровождали.
   Снова закрыла глаза и осмотрелась, заметив, как в небе пронесся Дофламинго, видимо, тоже ищет с помощью Воли Наблюдения нашу смелую девочку. Зря так, для сообщения между собой мы ничего не взяли, так что теперь, если найдем, не свяжемся друг с другом.
   Я вздохнула и пошла дальше, прислушиваясь к шорохам и голосу леса, ведь в них мог быть и отклик Нерезы. И не зря.
   Светлая тушка стрелой метнулась с кроны дерева, приземляя передо мной. Я остановилась, с вопросом смотря на рыжего крыса, в его блестящие алые глаза.
   -- Ти! -- подал голос и припустил через кусты.
   Бросилась за ним, хрустя ветками под ногами, перепрыгивая выпирающие корни и хватаясь за висящие лианы, чтобы вернуть равновесие после того, как споткнусь. Баг несся на невероятной скорости, забывая, что я так не умею, да и еще с препятствиями. Успела вымазаться и порядком вспотеть, да и солнце зашло, пока мы не прибыли на место. Тут уже крыс замедлился и перестал показывать чудеса акробатики, спустившись на землю.
   Солнце село и что-либо разглядеть было тяжело. С помощью силы, я видела алые очертания под землей, а до слуха доносился тихий плач.
   Неужели девочка упала в ловушку охотника? Или в жилище какого-то животного?
   Осторожно, чтобы не присоединиться к ней и чего-нибудь не сломать, я раскидала широкие листья в стороны, прикрывавшие яму. Все-таки ловушка. Старая.
   -- Баг, найди Дофламинго, он где-то тут парит, -- дала указание зверю.
   Зверь сам бы вытащить не смог, слишком глубоко, поэтому и отправился за помощью. Крыс справился с заданием на ура -- следить за этой мелкой вертихвосткой. Донкихот одно, он не всегда может быть рядом, поэтому я попросила Бага наблюдать за девочкой.
   На вскидку -- метра три, а на дне гнилые колья, которые чудом не убили Нерезу, сидевшую у стены и плачущую. Увидев меня, она разрыдалась еще сильней, передавая тем самым и облегчение, и вину, и радость. Но продолжала сидеть, содрогаясь от боли и холода, опустившегося вечером на остров.
   Надо было взять фонарик.
   С такого расстояния оценить состояние девочки было сложно, но я без колебаний стащила с себя пиджак, чтобы не зацепился за что-либо, и прыгнула в яму, стараясь не задеть ребенка. Переломала колья, которые держались на честном слове и стали совсем хлипкие, и аккуратно подхватила на руки взвизгнувшую девочку, прижимающую к себе раненую правую руку. Прошлась критичным взглядом, оценивая повреждения, и задержалась на распухшей левой ноге. Судя по всему -- перелом. Не удивительно, с такой-то высоты полетела, как еще шею не сломала. На руке обычный вывих, несколько несущественных царапин на лице и теле, синяки.
   Ну, урок усвоен, я думаю. Ругать не буду, не за что, ошибки свои она, надеюсь, поняла и приняла, и впредь будет осмотрительней.
   А вот лечить ее или нет -- не знаю. С одной стороны, пусть будет еще одним уроком, чтобы запомнилось хорошенько, но с другой... перелом будет заживать около месяца-двух, и за это время будут упущены тренировки. Да, и, если бы мы не надевали на нее до сих пор браслет, когда заканчивали занятия, ничего бы с ней не случилось.
   Я вздохнула и встала на носочки, вытягивая руки с хныкающей ношей и осторожно кладя на землю у ямы, на пиджак. Нереза попыталась сесть, но, видимо, боль стрельнула по ноге, и она снова легла, продолжая лить слезы. Я покачала головой и схватилась за край, подтягиваясь и выбираясь из ямы. Хорошо иметь два с половиной метра роста.
   -- Давай сюда руку, -- тихо произнесла, сев около девочки на колени.
   Она покорно попыталась протянуть конечность, но резко поморщилась от боли. Я аккуратно обхватила, пальцами пройдясь по вывихнутому суставу, и крепко сжала плечо, резко дернув и вправляя.
   Девочка громко вскрикнула.
   -- Все, тихо, тихо, -- попыталась ее успокоиться, но бесполезно, она громче ревела, чем звучал мой голос.
   Снова взяла ее на руки, и она доверчиво прижалась к моей груди, окончательно портя белоснежную некогда рубашку. Пиджак стал бесполезен и весь извалялся в грязи, так что я так и оставила его там. Девочку всю колотило, да и температура заметно упала, но он бы ее ни капли не согрел.
   Я стойко терпела всю дорогу ее слезы с абсолютно каменным выражением на лице, и мне казалось, что плакала она уже больше из-за того, чтобы ее пожалели. Но с ней мы, по-моему, это уже прошли, и разжалобить меня у нее ни разу не вышло, какое бы лицо девочка не делала, я оставалась непробиваемой.
   На полдороге она уже дошла до тихих всхлипываний, а после обессиленно уснула, все также вцепившись пальчиками в рубашку, словно я с силой буду от себя отдирать, если решу ее все-таки бросить в лесу.
   Дофламинго появился вскоре и, увидев, что все в порядке, вернулся на Базу, поднимать всех и готовить к отплытию.
   По возвращении отдала спящую Нерезу Ши-Ши, который предсказуемо нашелся на Ратти, чтобы занялся ее переломом, а потом передал в руки переполошившихся служанок, которые бы отмыли ее и переодели, накормив и уложив спать. Наверное, только для них девочка была в радость.
   Я вышла из капитанской каюты, где парень обустроил себе временное жилище и начал осмотр ноги ребенка, как меня перехватил Дофламинго и молча позвал за собой, уводя подальше от глаз и ушей остальных, в самый нижний трюм Ратти, где был двигатель и гараж, и ее сердце.
   Я уселась боком на чоппер и с вопросом посмотрела на напряженного от чего-то мужчину, стоявшего рядом. Его что-то беспокоило, и это никак не укрывалось им от меня. Он был мрачнее обычного, без улыбки, да и веяло от него опасностью, отчего я даже начала нервничать. Света было недостаточно, чтобы разглядеть его лицо, он стоял в тени.
   -- Знаешь, мне надоело, -- вдруг начал он.
   Вскинула брови, но промолчала, сама напрягаясь, чтобы в любую минуту остановить его через кровь, забрав контроль.
   -- Я все это время наблюдал за тобой и твоими решениями, и с уверенностью заявляю, что ты -- идиотка, -- произнес Дофламинго и поднял голову, блеснув в неясных искрах двигателя очками.
   -- Объяснись, -- холодно потребовала, внимательно следя за мужчиной.
   Может, у него и был опыт более моего, но оскорблять без объяснений я себя не дам.
   Только... все равно оказалась слаба.
   Дофламинго за считанные секунды схватил меня за горло, отрывая от места. Я даже и среагировать не успела, хоть и была готова к нападению. Тонкие нити плотно сцепили руки за спиной, стискивая их до крови. Его рука была покрыта Волей, толком не давая воздействовать на него с помощью фрукта, чтобы забрать контроль над его телом.
   Я впилась в мужчину гневным взглядом, с трудом вдыхая и выдыхая воздух. Но Донкихот не душил, и даже не думал это делать. Он просто стоял и наблюдал, как я спокойно висела в его руке.
   -- Ничего не напоминает? -- усмехнулся он.
   Наша последняя встреча на Дресс Роуз.
   -- Ты слаба. Неимоверно слаба, по сравнению с теми высотами, что были раньше тобой достигнуты, -- Дофламинго слегка склонил набок голову, с интересом разглядывая меня. -- Я с легкостью могу переломить тебе шею и уйти. Ключ от ошейника благо со мной.
   И в доказательство он вынул из кармана брюк маленькую связку, звякнув ей перед моими глазами и вернув к себе. В его словах сложно было сомневаться, слишком хорошо я знала этого человека.
   -- Но мне интересно наблюдать за тобой и твоими планами, которые ты желаешь воплотить. "Мне нужен мир. Желательно весь" -- я верно процитировал? -- он вскинул бровь и насмешливо хохотнул. -- А одна ты его потянешь?
   Я сжала зубы и свела брови, но все так же молчала. Да и трудно в таком положении было говорить. Как бы дыхания хватало.
   -- Скарлет, пойми одну вещь -- пока ты не научишься доверять тем, кто рядом с тобой, ты ничего не сможешь достигнуть, особенно без сил, -- тихо и вкрадчиво произнес он, престав улыбаться, и отпустил меня, снимая нити с рук. -- Тебе нужны друзья. Тебе нужны люди, которым ты можешь доверить не только свою спину, но и жизнь. Которые будут тебе отданы не только телом, но и душой.
   -- Ты хочешь мне помочь? -- с усмешкой глянула на него и закашлялась, потирая шею. Кровавые полосы на запястьях сходили.
   Села на полу, куда и приземлилась.
   Не верилось в то, что мужчина затеял этот показной разговор ради такого.
   -- У тебя есть все шансы достигнуть того, чего ты желаешь, но если ты продолжишь отдаляться от тех людей, которых ты сама к себе привязала силой, то ты все потеряешь, -- он говорил серьезно, что еще больше начало беспокоить.
   Я хмуро посмотрела на Дофламинго:
   -- Какая тебе выгода с этого?
   Донкихот как-то горько усмехнулся, заставив удивиться:
   -- Я проиграл. Честно проиграл. И не достиг того, чего желал всю свою жизнь. Я понял свою ошибку, поэтому не могу дать совершить ее тебе. Да и ты сама говорила, что у тебя были хорошие наставники, не так ли? Я могу научить тебя всему.
   Я задумчиво смотрела на мужчину, который учил меня уму-разуму, как Нерезу. Который попытался вбить в меня то, что я боялась больше всего последнее время -- доверие, на котором и обожглась. Он действительно хотел помочь, поэтому и дернул меня, пока я снова не оступилась, в противном случае он пошел бы по головам, когда я бы обожглась, если бы реально пользовался мной.
   Ему было не все равно.
   Поднялась на ноги и опустила взгляд на носки заляпанных грязью туфель.
   -- Спасибо, -- и подняла глаза на него.
   Будет тяжело, да. Тяжело снова научиться доверять, снова налаживать отношения, чтобы они ценились не из-за моего "высокого" положения, а из-за желания иметь их, как у друзей. Чтобы легко и свободно ощущать себя в обществе этих людей. Чтобы так же говорить по душам, доверяя свои проблемы и переживания другим, деля их и преодолевая вместе.
   Я постараюсь.
   -- Не хотелось бы снова по глупости терять близких, -- Дофламинго положил ладонь мне на голову и растрепал волосы, улыбаясь.
   Широко открытыми глазами посмотрела на него.
   Он что?..
   Вот теперь я действительно ощутила угрызение совести и стыда. Мужчина на самом деле принял меня как брата. Ну, или сестру.
   И это было удивительно. Это не было похоже на него.
   Наверное, сложно было ему менять приоритеты.
   -- Эм-м, ну, я могу воскресить Росинанта, -- пожала плечами.
   Дофламинго посмотрел на меня в открытом недоумении, даже рот чуть приоткрыл, и опустил руку, сжав мое плечо.
   -- Теоретически, -- я ощутила неловкость и отвела взгляд в сторону.
   Он тяжело выдохнул и отпустил меня, отходя на шаг назад.
   -- Тебя послушаешь, так ты чуть ли не богиня, -- вернул насмешливость он, отойдя от секундной слабости, огорошенный моими словами. -- Все можешь и в рукавах еще карты припрятаны. Теоретически.
   Ну-ну. Прям второй "Джокер".
   -- В таком случае этот мир полон богов, -- вторила усмешку ему.
   -- Нет, ты творишь совсем фантастические вещи, -- покачал головой Дофламинго.
   Я пакостливо улыбнулась и чуть сощурилась:
   -- Если мы заговорили о доверии и фантастичности... то да, мне по факту положено.
   Донкихот вскинул бровь с интересом.
   -- Я из другого мира пришла сюда...
   Не часто можно наблюдать такое ошарашенное выражение лица у него. Но оно того стоит.
  
  
   Кровавая Чума. Теория
  
   Я с интересом смотрела на Свон, которая нависла надо мной, уперев в столешницу руки ладонями. Но мне повезло в ее ловушке не оказаться -- женщина была с другой стороны стола, напротив. Я поставила локти на поверхность и сцепила пальцы, опуская на них подбородок.
   -- Что?! -- еще раз, словно ослышалась, переспросила Лебедь.
   Я наигранно вскинула брови, строя из себя невинность.
   -- Что? -- прозвучало уже от меня, а губы сами разъехались в улыбочке.
   На заднем фоне подавился чем-то Дофламинго, сидевший на диване и пытающийся не засмеяться, но все-таки не сдержался.
   Мужчина неадекватно отреагировал на мое признание о своем инопланетном происхождении и трое суток не показывался на глаза. А после привычно без стука влетел в каюту с утра, когда я пыталась понять, какого черта так ярко светит солнце и почему занавеси сами не могут закрыться, ибо мешали спать. И... Донкихот потоком вылил на меня столько слов и вопросов, а после своих заключений и выводов от подробного анализа, что я аж проснулась. Это было нетипичное для него поведение, после заставляющее меня шарахаться от него и его активности. Особенно каверзные вопросы. Очень каверзные. Приходилось отвечать. Но он был приятным слушателем и собеседником. Ему все было интересно.
  
   -- Теперь ясно, почему ты добилась за столь короткий срок всего. Разность мышления и восприятия мира. Ты действовала так, как была приучена в своей реальности, накладывая все на нашу. И поэтому твои успехи были такими яркими. Все встало на свои места! -- мужчина взмахнул руками, на удивление ничего из посуды не задев, видимо, натренирован, поскольку сидел за столом.
  
   А еще он пытался напроситься в мой мир. Я не была столь верующей, но перекрестилась и сплюнула. Не надо нам там его! Так и сказала. Он попытался обидеться, но не вышло -- вопросы оказались куда приоритетней, чем всякие обиды.
   -- Это правда? -- голос Свон сел, отчего она слегка смутилась и откашлялась. -- Ты... ты можешь его воскресить?
   Я вздохнула и потерла пальцами переносицу.
   -- Сядь, пожалуйста, -- махнула рукой на стул недалеко от стола.
   Женщина немного коряво и не грациозно опустилась на сидение, что казалось варварством с ее привычными мягкими и плавными движениями, завораживающими даже меня своей эстетичной красотой. Взгляд ее растерянно бегал, на лице блуждала надежда и недоверие. Эта новость задела душу сильнее, чем принудительный уход Китаны.
   Зря ей все-таки Дофламинго сказал, что я могу воскресить Росинанта. Явно не просто так сболтнул.
   -- Чисто теоретически я могу это сделать, -- начала я, откинувшись на спинку кресла и сложив руки на подлокотниках. Взгляд задумчиво блуждал по каюте, ни на чем особо не задерживаясь. -- Только вот очень много всяких "но".
   Свон промолчала, ожидая продолжения. Дофламинго прислушивался, отложив мой дневник с записями, которые ему все-таки удалось выпросить, и бокал с вином, которое цедил уже не первый час больше по привычке.
   -- Первым делом мне нужно его ДНК. Не волос. Не кусочек кожи или еще что. А кровь. Капли достаточно. Затем Ши-Ши, чтобы создал скелет. Ему бы тоже не помешал образец костной ткани, но это вряд ли. Я все-таки склоняюсь к тому, что Росинанта кремировали, а прах развеяли по морю, в лучшем случае, -- покачала головой. -- Так же мне нужно обученная более-менее Нереза, чтобы запустить сердце и деятельность мозга. И Брук.
   -- Он зачем? -- нахмурилась женщина, покусывая ноготь большого пальца, выдавая нервозность.
   -- Как я помню, он может попасть в Потусторонний Мир. Надо же как-то поймать душу Росинанта, только если она не отправилась на перерождение, -- я пожала плечами. -- С помощью вас и вашего родства с ним, Бруку будет проще отыскать душу вашего брата и притащить сюда. Самой лезть мне туда опасно, мой мир может меня притянуть назад, как только я покину это тело, поэтому тут еще больший риск. Ну, а дальше втащить душу Росинанта в тело и наблюдать за результатом.
   -- Это... просто фантастика какая-то, -- выдавила Свон и сглотнула, растерянно смотря на меня.
   Она не верила в этот способ. Да, в такое ни капли не поверишь, но человек, которому потрясли надеждой перед носом, будет за нее цепляться, как утопающий за соломинку. Просто потому что.
   -- Я же говорила, что теоретически. Мгновенно, по мановению руки, я не обещала его вернуть, -- с сожалением развела руками. -- И это самый реальный, но затратный способ. Остальные еще хуже. Да и то. Шансов мало, очень. Мы может и сможем воссоздать тело, а вот найти душу...
   -- Невозможно, -- выдохнула Свон и печально опустила плечи.
   -- Почти, -- поправила ее.
   И нахмурилась, посмотрев на молчавшего Дофламинго с укором.
   -- И вообще. Зачем ты ей это сказал? Обнадежил, а мне теперь разбираться.
   Мужчина усмехнулся и ничего не ответил, вернувшись к чтению моего дневника, который больше напоминал мемуары. Хм-м, так и вижу, как через лет пять-десять выпускают книгу с названием "Мемуары Кровавого демона". Жаль, что не застану этот момент, если он свершится.
   Но Дофламинго мог сам сказать, что ему самому интересно узнать о процессе воскрешения, а то через сестру решил, задеть ее за самое больное. И не поймешь -- специально топчется на ее ране или толкает к свершениям, а может вообще так своеобразно извиняется, даря надежду.
   Черт его поймет. Если поймет.
   Я вздохнула и потерла виски, прикрывая глаза. Тяжело мне дается это доверие. Очень тяжело. Особенно под чутким руководством Донкихота. Хотя это можно обозвать -- надзирательство.
   Было ли ошибкой или нет мое признание? Что-то в самой глубине души рождает сомнение, что ни к чему хорошему это не приведет. Но что делать? Он ведь... прав.
   Одна я не справлюсь, особенно за такой короткий срок. И мне надо приручать к себе людей на этом корабле. Потихоньку настраивать на свою сторону.
   Надеюсь, что у меня получится. Все-таки я не Луффи, который одной улыбкой располагал к себе всех. Я это делаю посредством крови скорее. "Не хочешь -- заставим"
   Времени очень мало...
   -- У меня есть идея, если так можно выразиться, -- неуверенно произнесла Свон, поднимая на меня карие глаза.
   Я вскинула бровь, удивленная, но промолчала, ожидая продолжения. Даже ее брат заинтересованно отвлекся.
   -- Есть одна женщина, Фелиция, известная по кодовому имени "Жнец" в особо узких кругах, -- медленно начала Лебедь, все еще сомневаясь выкладывать информацию. -- По идее мне запрещено говорить о ней. По всем документам этого человека не существует, и работает она напрямую только с Правительством. Живет на необитаемом острове-болоте в Сауз Блю и владеет крайне полезной способностью, которую мы оберегаем ото всех. Она имеет силы управлять человеческими душами.
   Хм-м...
   Доверие. Вот Свон показывает его нам.
   -- С этого места подробней, -- я серьезно нахмурилась, смотря на женщину.
   -- Знахарка Фелиция, сорок два года, родилась и выросла рабыней на Мариджоа, -- куда смелее начала рассказывать Свон. -- До двадцати лет прислуживала одной семье, где ради забавы ей и скормили дьявольский фрукт, надеясь, что он окажется заон типа для того, чтобы радовать младших детей семейства. После того, как до Мирового Правительства дошла информация какими силами завладела тогда еще девушка, они отпустили ее, но стали держать под контролем, заключив с ней негласный договор -- она не имела права показывать свои способности, а они взамен снабжали ее всем, что она пожелает. По сути, она уже двадцать два года в ссылке. Пару раз я была у нее по делу, один раз вследствие тяжелого ранения -- женщина умелый врач и мастер экзотических ядов. По характеру она весьма необычная, одиночество наложило свой отпечаток на нее, как и жестокое обращение в детстве. Фелиция жестока, со специфичным чувством юмора и с радостью замарает руки в крови. Вполне для нее нормально разговаривать сама с собой, спорить и объясняться.
   -- Она не сама с собой говорить, -- я перебила ее, улавливая суть.
   Мне уже хотелось с этой знахаркой познакомиться.
   На мое замечание Свон недоуменно нахмурилась.
   -- Она говорит с душами. Вероятно, рядом с ней их много. Так что она не жила в полном одиночестве. А свои знания врача и мастера ядов вероятно приобрела как раз от такого общения -- через души проще получать необходимые знания, ведь учить ее некому было, пока она двадцать два года жила на необитаемом острове. Так же они еще могли с легкостью ей ассистировать. Имея такие силы, не удивительно, что ее сослали куда подальше. Фелиция может быть полезным союзником и опасным противником там, где нужна правда. Она не просто "Жнец", она -- некромант. Самый настоящий некромант.
   Да-да, в моем мире сильно исказили понятие некроманта, сделав из него мага смерти, который ордами поднимает нежить. На самом деле в Средневековье некромантами звали тех, кто проводил спиритические ритуалы, разговаривая с душами мертвых, или изгоняли злые души обратно в Ад. Так и тут выходило, что Фелиция -- некромант. А также знахарка и мастер ядов...
   Хм-м, отчего-то вспомнились колдуны и шаманы Вуду.
   Я точно хочу познакомиться с этой леди.
   -- Как я могу с ней встретится?
   Еще у меня был личный интерес. Может, она что-нибудь поведает о моей душе...
  
   Я внимательно разглядывала представшую перед нами тропинку, узкой лентой пролегающую по топи с редкими холмиками и кучками камышей, откуда доносились нестройные пения лягушек. Стайка мошкары черной тучей нависала по левую сторону, вызывая опасения -- как бы к нам не двинулась, не люблю этих мелких тварей, лезущих куда не попадя. До слуха доносились завывания комаров. А до носа неприятные запахи гнили.
   И как тут столько лет жила Фелиция? Я бы сбежала на следующий день.
   К сожалению, зеркала не вели прямо в обитель некромантки, а выкидывали недалеко от дома. По словам Свон это было сделано из соображения безопасности -- мало кто мог захватить и воспользоваться Лебедем для того, чтобы попасть на этот запретный остров. Зеркало стояло между двумя крючковатыми деревьями и буквально вросло в мягкую землю, а ветви обхватили, придерживая. Я полюбовалась на творение природы с минуту, пока Свон дала время нам привыкнуть к местной атмосфере.
   Увы, Дофламинго никак не удалось оставить на корабле с его ученицей. Нерезу отправили на мучение к служанкам, а сам Донкихот загорелся желанием познакомиться с таинственной Фелицией. Какие он мотивы преследовал -- я не знаю, но явно не просто так из праздного желания рвался на остров.
   Я с подозрением посмотрела на хлипкую тропинку, по которой, чавкая туфлями и активно пачкая их, как и низ штанин, шли мы. Свон выглядела уверенно, осматриваясь по сторонам. А я вот смотрела под ноги, чтобы не оступиться и не соскользнуть в топь, которая буквально бурлила в шаге от нас. Белые брюки были замараны в грязи окончательно, на что оставалось смириться и тяжело вздохнуть.
   Хм-м, давно же я так не переживала о своем внешнем виде. Неужели старые привычки тела стали сильнее сливаться со мной?.. Надеюсь, Фелиция ответит на все мои вопросы. С Шанной я подобного не замечала. Либо ее характер был ближе ко мне, нежели Ричард.
   Я менялась.
   Фелиция жила в деревянном бунгало, на которое без ужаса не посмотришь. Нет, вроде приличный дом, но с местной атмосферой это какая же сырость в нем. И насекомые. Не люблю их.
   Вот если ей Правительство все предоставляло, почему она жила в такой халупе?..
   Свон открыла покосившуюся дверь без стука, войдя в полумрак, чуть пригнувшись, чтобы не зацепиться лбом о низкий проем. Я ступила следом за ней и поняла, что тут нам будет очень тесно. С учетом того, что самой хозяйки дома не обнаружилось с первого взгляда. Но это не помешало Лебедю вполне уверенно присесть на краю застеленной темным пледом койки и молча пожать плечами на наши вопросительные взгляды. Я огляделась по сторонам и нашла пристроенную у стены табуретку, на которую осторожно села, боясь, что та развалится под моим весом. Дофламинго же остался стоять у двери, прикрыв ее, с интересом осматривая единственную комнату.
   Дом действительно напоминал логово ведьмы. Хоть с улицы наблюдались окна, в самом помещении они были задернуты шторками и заставлены полками, на которых в мешочках и баночках было точно что-то подозрительное -- не ошибусь, если скажу, что в некоторых были органы, а в других мелкие животные. Освещение было очень плохим, поэтому подробности рассмотреть не удавалось. Один из трех столов был завален разнообразными ножами, часть из которых была окровавлена. Запах, конечно, стоял не цветочный, но вполне терпимый. Ничем не отличался от болота, на котором она и жила.
   -- А вот и ты, наконец.
   Я обернулась к голосу, который шел со стороны угла, утопающего в тени, но его обладательницу рассмотреть не удалось. Она просто сливалась с темнотой. Даже через кровь не видела ее, будто стоял заслон.
   -- М-м-м, давно мечтала увидеть вас всех, -- мягко и завораживающе проговорила, отчего по телу пронеслись мурашки, заставив удивиться.
   Как так?.. Я же контролирую себя!
   -- У тебя прекрасная душа... позволь мне... потрогать ее.
   Я взволновано замерла, смотря в сторону, где скрывалась Фелиция, и откуда показалась ее рука, протянутая в мою сторону. Кончики ногтей казалось были вымазаны в крови, а не накрашены алым лаком, а цвет кожи поразил -- она была густо-серая, пепельная. Поверх кисти надеты перчатки из тонкой ткани, без пальцев, а на запястье блестела серебряная цепочка браслета с толстыми звеньями. Следом показалась вся женщина, выходя мне навстречу.
   Фелиция широко улыбалась, показывая белые зубы, а золотые глаза завораживающе блестели. Мягкие темно-фиолетовые волосы вились на концах, лежа на узких плечах. Одета была во все черное -- брючный костюм без пиджака и на подтяжках, отчего моя ассоциация теперь уже прочно зацепилась с женской версией Барона Субботы -- только она была жива, но ее лицо было покрыто белым рисунком черепа. На серой коже все смотрелось очень эффектно. Женщина была прекрасна.
   -- Привет, -- кивнула Свон знахарке, которая мельком взглядом поздоровалась с агентом и снова переключила внимание на меня.
   Фелиция почти вплотную подошла, не отрывая глаз, да так и осталась стоять, с легким прищуром рассматривая. Я заметно нервничала.
   -- Великолепная душа, -- она облизнулась и коснулась пальцами моей шеи, направляясь к скуле. -- Позволь.
   Я даже среагировать не успела, как перед глазами вспыхнул голубой свет. Буквально на мгновение, через которое зрение вернулось, но смотрела на все через другой угол обзора. Растерянно оглянулась, отмечая, что была успешно отделена от тела и теперь парила за спиной Фелиции и всех остальных. Донкихоты с любопытством разглядывая застывшее тело Ричарда, которое было моей оболочкой. Его глаза горели голубым огнем, как и руки окутаны таким же ярким свечением. Удовлетворив свой интерес, женщина резко на каблуках развернулась ко мне, продолжая улыбаться.
   -- Надеюсь, ты вернешь меня назад, -- только и сказала я, смотря в ее желтые глаза.
   -- Души контрактников отличаются. Вы очень пластичные и яркие. И аппетитные, -- она снова облизнулась.
   Оу, мне страшно. А не каннибалка ли она? Не удивлюсь.
   -- Но... вы же пришли ко мне не просто так? Что вас сюда привело? -- она сделала еле уловимое движение пальцем, и ощущение целостности вернулось.
   Я покачнулась на стуле, чуть не упав, и напряженно замерла, боясь пошевелиться.
   Что-то не так было.
   Пошевелила конечностями, прислушалась к себе -- вроде все в порядке.
   Но странное чувство неправильности и не уютности не покидало, словно костюм жал в особо чувствительных местах. Вот именно. Были чувства. Много чувств!
   Медленно подняла взгляд на Фелицию, которая продолжала широко улыбаться. Широко и довольно. Немного безумно.
   Создалось ощущение, что меня собрались препарировать.
   Как можно беззаботней я хлопнула в ладони и натянуто улыбнулась.
   -- Что с моей душой? -- и спросила то, чего не хотела. -- Почему... у меня проявляются чужие привычки?
   Женщина слегка прищурилась, хитро:
   -- Ты слилась с телом и воспоминаниями, принимая на себя все.
   Как и думала. Надежда умирает последней. Главное, окончательно не стать походить на Ричарда, а там выкрутимся.
   -- Хорошо, -- кивнула. Больше для себя, чем в благодарность.
   -- От тебя старой мало что осталось после всех переселений. Чужие тела и их воспоминания не прошли бесследно для тебя, впитываясь и дополняя. Это не страшно. Человек в обществе новых людей под влиянием тоже приобретает новые качества и привычки, -- говорила она мягко, словно пыталась утешить. Но бесполезно.
   Тяжело принимать то, что невольно приобрела очень неприятные привычки. Ладно бы полезные и хорошие, а тут... вредные.
   Я поморщилась и выдохнула.
   -- Как я помню, твой путь начался по вине сестры? -- продолжила Фелиция, вытягивая из-под стола еще одну кривую табуретку и садясь. Я кивнула на ее вопрос. -- А она говорила цену этой авантюры? Цену второго шанса?
   Удивленно вскинула брови, смотря на женщину, которая продолжала улыбаться.
   -- Цена?
   -- Все имеет цену -- старая истина. Никогда ничего не бывает просто так, -- она раскинула руки в стороны и от ее пальцев пошел голубой дымок, окутывая помещение мистическим туманом. -- Есть такое существо, которое зовет себя Торговцем. Он является к тем, кто стоит на грани жизни и смерти, и предлагает шанс. Он дарует желающим жизни свободу выбора, даруя переход в другую вселенную и минимум способностей, чтобы человек смог влиться и адаптироваться в круговерть чужого мира. Но есть одно "но" -- жаждущий жизни человек закрывает глаза на все, цепляясь за возможность, предоставленную Торговцем, и плата ему кажется не так уж и важной. Торговец забирает душу.
   Дьявол?!
   Я широко открытыми глазами смотрела на Фелицию.
   Она не лгала, я видела это, чувствовала с помощью крови. Женщина была искренне со мной, и мне интересно, почему Катя все не поведала нам. Почему?..
   Мельком глянула на Свон, которая выглядела абсолютно спокойной. Ее никак не волновал рассказ Фелиции, казалось, что она уже слышала это. А вот Дофламинго фонил таким любопытством, что создавалось ощущение, будто сейчас пойдет искать этого Торговца.
   -- Каждая душа перерождается -- в новом теле, мире, но без памяти прошлых жизней. Воспоминания приходят только после смерти, когда душа отправляется на новый круг. У тебя относительно молодая душа, но она уже обречена. Следующая смерть для нее будет окончательной. Если ты умрешь, то никогда больше не переродишься. Как и твои сестра и братья. Как и кто-либо, кто встречался с Торговцем.
   Но как тогда...
   Сок Древа!
   -- На острове Куб есть Древо, сок которого смог отправить меня назад, в мой мир, как и всех остальных, кто со мной пришел. Но для этого приходилось убить тело, -- быстро заговорила я.
   Фелиция хмуро свела брови, давая понять, что ничего об этом не знает, а я, как на зло, не прихватила с собой даже глотка той жидкости.
   -- В плату Древо берет кровь, -- дополнила я.
   Она помотала головой.
   Наступила тишина, которую я нарушила вздохом.
   -- Значит, мне нельзя умирать, -- прикрыла глаза и потерла переносицу.
   Теперь нужно быть предельно осторожной и полностью не полагаться на свою силу. Правительство тоже слабаков не держит -- себя они будут защищать самыми доверенными людьми. И способными.
   Надо быть хитрее.
   -- И еще, -- чтобы совсем не уйти в пучины отчаяния, решила вернутся к тому, ради чего все это и затевалось, -- мы хотели попробовать воскресить человека, который очень давно погиб. Нам нужно как-нибудь достать его душу. Возможно это?
   -- Я могу позвать Росинанта, -- согласно кивнула Фелиция и чуть прищурила глаза, довольная эффектом -- мы все трое пораженно застыли, никто ведь не называл его имени.
   Как она узнала? На лицах написано, что ли?
   -- Но захочет ли этого он? Ведь в таком случае Торговец снова появится и отберет у его души возможность к перерождению.
   -- Еще один вопрос -- откуда у тебя эти знания? -- я не прекращу удивляться, пока рядом будет эта женщина.
   Она чудесна.
   -- Что можно скрыть от человека, который видит всех насквозь? Скрыть самого этого человека, -- и она рассмеялась, тихо и приглушенно. -- Так вы хотите с ним поговорить? -- Фелиция очень красиво вскинула бровку и блеснула глазами, после чего щелкнула пальцами, между которыми пробежала голубая искра.
   Свон кивнула, а Дофламинго промолчал, стоя также у двери в тени. Он уже получил свою дозу информации, которую, как и мне, следовало хорошенько обдумать.
   Угол обзора снова сменился, и я покинула тело Ричарда, а вот в него вселился кто-то другой. Хотя, ясно кто. Я повернулась к Фелиции, которая предоставила троицу самим себе, а ко мне снова обернулась с плотоядным интересом, пугая.
   -- Э-э, зачем? -- только и смогла сказать.
   Ощущала я себя неимоверно легко и тепло, но толком шевелиться не выходило, не понимая, как это вообще можно делать, являясь сверкающим сгустком сознания. Я даже не понимала, как могу видеть, слышать, да и вообще реагировать на реальность.
   -- Чтобы они поговорили, как иначе? Души слышу только я, а им для этого нужна телесная оболочка. Ты же в этом разговоре явно лишняя, -- она усмехнулась.
   Я-то и лишняя? Эй! Я давно хотела познакомиться с Росинантом! По крайней мере, он был довольно мил в манге.
   Женщина снова рассмеялась и протянула руку ко мне. Я попыталась отшатнуться, но в облике души как-то не вышло, поэтому она все-таки поймала и притянула к себе. Ее прикосновения ощущались легким покалыванием, как от удара статического электричества вязаной кофты.
   -- Обычно души голубого цвета, но те, что под влиянием Торговца, становятся белыми и холодными, притягивающими к себе зло и нередко становящиеся этим злом, приключения, ключевые исторические события -- все, что может скорее убить контрактника, чтобы Торговец наконец заполучил свою плату. Но а также души очень аппетитны, -- знахарка снова облизнулась, водя пальцами по тому, что являлось моим духом, а по сути сгустком света.
   Злом. Ну, да. Так оно и было. Каждый из наших испортился в новом мире. Изменился. И не ясно, из-за слияния с новым телом и перетягиванием его черт, обостряя старые. Или как раз из-за изменения души. Катя, Милана, Юстас и я. Не знаю, как Леша, ведь с ним толком не общалась, а рядом со мной он всегда был тем старшим братом, которого я помнила с Земли.
   Мы уже не те, кем были раньше...
   Я обратила внимание на троицу родственников. Свон с тоской смотрела на Ричарда, в теле которого находился Росинант и что-то говорил сестре. Но вот Дофламинго устремил свой взор туда, где беседовали я и Фелиция. Он слушал нас, точнее ее.
   Зачем он вынюхивает информацию о душах? Все неймется с бессмертием, и ищет разные ходы и возможности? Да если так горит, я ему потрогать часы песочные дам, только он лишится вкуса жизни.
   Плата. Хех. Везде она.
   -- Я думала, что у тебя тут будет крайне многолюдно, -- решила отвлечься.
   -- Они все внизу, -- хитро блеснула глазами некромантка. -- Дом у меня просторный, метров десять в глубину точно будет. Работы много -- заказы порой еле успеваю делать.
   -- А чем ты занимаешься? -- полюбопытствовала.
   Фелиция оказалась крайне охочая до болтовни. Живи она совсем в одиночестве, не разговаривала бы так со мной легко и свободно, обязательно бы мялась и подбирала слова.
   -- Общаюсь с душами, -- пожала она плечами.
   Ну, да. Логично.
   -- Значит, в обмен на еще один шанс я должен отдать все свои будущие жизни?..
   Я посмотрела в сторону троицы. Росинант в моем теле глубоко задумался, пытаясь оценить сделку. Было видно, как он изумился еще в начале, что инициатором был Дофламинго, и это его, видимо, порядочно зацепило. Сам по себе младший Донкихот был довольно чувствительным.
   Но я нахмурилась, точнее, прибывала в таком состоянии, возвращаясь к Фелиции.
   -- Он же душа. Он сейчас должен помнить прошлые жизни. Да и вообще за четырнадцать лет мог бы переродиться.
   -- Верно, -- кивнула женщина, довольно щурясь. -- Но сейчас он из Потока, где души обладают всеми воспоминаниями, вытащен в этот мир, поэтому и помнит сейчас только то прошлое, которое прожил тут. А он уже успел прожить несколько жизней после этой смерти. Время тоже загадочно, и везде течет по-разному.
   Как все... сложно.
   Выходит, сейчас он снова мертв, иначе бы наша авантюра пошла коту под хвост.
   -- Я удивляюсь твоей силе, -- искренне поделилась с некромантой.
   -- Так же, как и я твоей, -- улыбнулась Фелиция.
   -- Точнее, твоим знаниям всего этого.
   -- Все просто, -- она пожала плечами. -- Съев фрукт, я вспомнила все свои прошлые жизни, поэтому и в курсе этих тонкостей.
   Вот как.
   А если бы жизней было бы больше тысяч?..
   Наверное, мой шок как-то отразился на душе, потому что женщина снова рассмеялась.
   -- Ты ведь тоже помнишь прошлые жизни владельцев фрукта крови, а также тел, которые ты посещала. Тебе это никак не мешает, оставаясь где-то на задворках памяти. Так и у меня. Есть только я, и только сейчас. Я верю, что у тебя все получится, но мне очень жаль, что за нашу свободу ты расплатилась бессмертием своей души. Ведь ты взамен, по сути, ничего не получила, это было желание твоей сестры. Она умирала, не вы. Но она утащила за собой всех вас, лишив спокойной жизни и будущего душ.
   А у меня зазвонил тревожный звонок.
   "Она умирала"
   -- Катя... умерла совсем?
   Стало страшно.
   -- Я не знаю, -- помотала головой Фелиция.
   А у меня стали лихорадочно появляться мысли.
   Свон же могла ее навестить в нашем мире! Ее сила позволяет путешествовать даже в наш мир! Но она не ходила, а на лице, при упоминании, всегда была скорбь.
   Катя умерла... совсем?..
   Стоп. Она была в больнице, я ее навещала не раз. Да, врачи говорили, что у нее травмы не совместимые с жизнью, но кома держала ее на плаву. Они никак не могла предугадать, какая жизнь ждала девушку, если она придет в себя. Даже были предположения, что умрет, не выходя из комы. Врачи не знали, что до сих пор держало девушку, и будет ли держать, когда очнется.
   Мне стало нехорошо.
   Если она из-за меня умерла?.. Она из-за меня лишилась своего шанса прожить жизнь в любимом ею мире среди любимых людей.
   Из-за меня!
   Фелиция вздохнула и прикрыла глаза.
   Хорошо, что я была не в теле, а простым сгустком души, и никто не видел моего волнения.
   -- Я согласен... -- где-то на задворках внимания раздался голос.
   Я убила свою сестру. Убила.
  
  
   Кровавая Чума. Отголоски
  
   Я лежала на своей удобной двуспальной кровати поперек и разглядывала прозрачный кристалл, отдающий голубым свечением, подставляя под солнечный свет из окна. Филактерия, отданная нам Фелицией, нынешний дом души Росинанта, которую мы должны были внести в новое тело. По словам некромантки было достаточно приложить осколок к телу, а дальше сам парень разберется что делать. Так же женщина сказала, что в таком виде он будет слышать, видеть и воспринимать реальность как подобает, получая отголоски эмоций и чувств того, у кого хранился. Он в полной мере не сможет отвечать другим, лишь мыслеобразы и нагревание кристалла для передачи эмоций.
   Удивительная вещь. У Фелиции полный подвал таких камней. Я без понятия из чего их получают и где, но женщина запаслась ими капитально, и вероятно подобные филактерии делала частенько. До вселения туда души он был бледно-белым, пустым, а после налился голубым ярким живым огнем.
   И... кристалл спихнули мне. Свон, как бы ни хотела себе забрать, не могла. Она часто уходила на правительственные задания, и было опасно светить им перед Горосей или еще кем из начальства, а также был шанс потерять или разбить его на деле. Дофламинго всем своим видом выдал отказ, так что осталась я как самая крайняя и особо не занятая.
   Не знаю почему, но Росинант с ходу меня невзлюбил, если считать по мыслеобразам ту вереницу картинок явно злого характера. Мне оставалось догадываться, отчего такое отношение с его стороны и обиженно дуться. Мало того, что все мои мысли были о Кате, так еще и он лез.
   Я переживала за сестру. Мне было реально страшно от мысли, что я ее убила. Хотелось рвануть в свой мир, чтобы убедиться, что Катя жива, но не было возможности. Точнее, была Свон, но давить на нее на этот счет...
   Вздохнула и раскинула руки в стороны, роняя кристалл на подушку.
   Надо отвлечься. Собраться и отвлечься.
   Блинчиков напечь? Хм-м, а это идея!
   Я рывком подскочила с кровати и направилась к зеркалу. Оправила одежду -- решила идти против привычек тела и вспомнить, что вообще-то мой любимый цвет черный, а не белый, и сменила костюм на темные цвета, удивляя всех. Критично осмотрела подросшие волосы, которые теперь приходилось убирать в хвост. Удивительно, что за почти два месяца они так отросли. Я и в теле Шанны не особо любила космы, срезая их покороче, так и тут надо бы этим заняться.
   Со вздохом подхватила притихший кристалл с подушки и направилась на камбуз.
   Вроде на средней палубе он находился...
   Удивив всех своим появлением на кухне, где коки чуть приступы не схлопотали, я скинула пиджак и закатила рукава белой рубашки, куда в нагрудный карман и бросила филактерию. С готовностью оглядела территорию и сбледнувших рабочих, принялась за готовку. Время текло размеренно, в голове вертелись мысли, которые переплетались с упрямыми образами Росинанта, что-то хотевшего от меня. Я откидывала его на задворки и думала о своем, радуясь, что мои размышления он не слышал.
   О том, что слаба. О том, что нельзя умирать. И о том, что пора готовить команду менять убеждения. Но это опасно. Я настроена на их отказ, но за ним последует немедленный отчет их руководству, а следом в список предателей добавится мое имя. Мне это не надо, пока не прибуду в Мариджоа. Я не горю желанием пробиваться туда с боем, мне еще нужна эта земля и мой статус.
   -- Ух, ты, -- над плечом раздалась насмешка. -- А я ведь не поверил, когда служака, заикаясь, ответила, что искать тебя надо на камбузе. В жизни бы не догадался, что у тебя такое удивительное увлечение!
   Донкихот решил поиздеваться, заслужив мой косой взгляд, после чего бессовестно потянулся к верхнему блину, видимо, распробовать, но получил горячей лопаткой по пальцам.
   -- Руки больно длинные? Так я запросто укорочу, -- хмыкнула и перевернула вкусняшку.
   -- Ладно, я по делу, -- состроил серьезное лицо Дофламинго. -- Свон не нашла тебя и попросила передать, что на два дня улетает по заданию.
   Я вздохнула и кивнула.
   Не попробует она моих блинчиков...
   -- Будь добр... ну, или попытайся таким побыть, созови всех моих ребят в малую столовую. Буду вкусняшкой кормить, -- не оборачиваясь, попросила мужчину.
   Снова заслужила усмешку, после чего он покинул камбуз.
   В голову снова ворвались хаотичные мыслеобразы, заставившие поморщиться. Не от содержания, а от их корявости и неумелости. Слишком грубо врезались в голову.
   Росинант был удивлен наличию ошейника на брате. А он раньше не заметил, что ли?
   -- Потому что он мой раб, -- бесхитростно ответила, складывая блин и заливая новую порцию смеси на сковороду. -- После того, как на Дресс Роуз прошла битва Альянса Мугивары Луффи и Трафальгара Ло, Дофламинго проиграл и был отправлен в Импел Даун. Через год примерно я его оттуда вытащил, сделав своим рабом.
   Теперь голову заполонили образы милого маленького Ло.
   -- Жив. Здоров. Отомстил во имя тебя. Скоро я с ним встречусь. К слову, к нему и плывем, -- скривившись, ответила.
   О еще одной головной боли напомнил, зараза. Только же расслабилась и забыла о нем.
   Снова вопросы о Трафальгаре.
   -- Закрыли тему. Он -- пират, и мне абсолютно не интересен, -- с нотками злости ответила, чем обрушила на себя негатив со стороны Росинанта.
   Вот все ему знать надо.
   -- Прошло четырнадцать лет, думаешь, мне интересно будет об этом рассказывать? Вот удастся вам встретиться, и поболтаете, а меня не втягивай. Лучше помалкивай и не фони, если только на такое отношение способен, -- я обиделась.
   Ну, серьезно. За что он так? Я же ему тело и перерождение предлагаю. В мир возвращаю. Так чего он на меня взъелся?..
   Он еще порыпался, но, видя, что ответа от меня не дождется, замолк.
   Да, я злая и нехорошая, только вот самую малость благодарности заслужила с его стороны.
   Вздохнув, закончила с блинами, сделав большую горку, и отдала приказ поварам подготовить им начинки, перечислив их, после чего удалилась в малую столовую, прихватив со спинки стула пиджак.
  
   Сейчас, стоя в одиночестве на баке и слушая поскрипывания дерева и канатов в глубокой ночи, я понимала, что чего-то не хватает. Того, что могло бы облегчить душу, где тяжким грузом лежали мысли, неразрешенные мысли, полные душащих сомнений.
   Филактерия, хранившаяся в нагрудном кармане, мягко грела у сердца, ровно и успокаивающе. Росинант явно пришел в себя и больше не истерил, как и не горел желанием завалить меня сумбурными видениями. Теперь он просто наблюдал. Следил, как мы поели блинов, многим незнакомых, от того и веселей, с некой теплотой, прошло все.
   Я заслужила благосклонность дочери мафиози, которая чуть ли не пищала от восторга, поедая сладкие блины. В голове так и застряла ее фраза:
   -- Человек, который так вкусно готовит, не может быть плохим, ведь вкус идет от сердца. Мой папа готовит отменную пасту, и он очень добрый человек! Папа всегда говорит, что без любви не приготовить шедевр. А у вас очень вкусные бли-ны, значит, вы -- добрый человек!
   Кто бы мог подумать, что она после этого сменит свое настроение ко мне на прямо противоположное. Надо бы ее еще пирогами порадовать или тортиками.
   Покачала головой и посмотрела в небо, усеянное звездами и рванными серыми облаками. Ветер легко трепал паруса и волосы, наровившиеся так и хлестнуть по лицу и подогревая желание скорее остричь их. Я подхватила белую прядь, выбившуюся их хвоста, и отправила ее за ухо, уловив в тиши чьи-то шаги. Чуть крепче сжала бокал с виски, когда узнала в отголоске крови вице-адмирала Кирима, явно не в трезвом виде.
   Мужчина чуть замедлился, разглядев впереди очертания человека, но он никак не подозревал, что им окажусь я. Те, кто несли дозор на палубе, рассредоточились и старались не попадаться мне на глаза, держась на расстоянии. Кирим умело обошел всех, навеивая мысли, что владеет Волей, но, не доходя до меня пары метров, замедлился.
   -- Ваша Светлость, простите, не хотел вас тревожить. Не знал, что вы тут.
   Хоть я никак не выказала, что знала о его нахождении, он все равно подал голос и старался говорить ровно, несмотря на заплетающийся язык.
   -- Не страшно, -- ровно произнесла, не оборачиваясь. -- Можете присоединиться.
   Вице-адмирал осторожно подошел и встал по левую руку, выглядывая за фальшборт и смотря в черные воды.
   -- Простите за любопытство, но что-то стряслось? -- это он спросил у меня, хотя сам его вид и то, что он в рабочее время распивал алкоголь, заставляло волноваться. Да и выглядел мужчина поникшим.
   -- Не спится, -- я пожала плечами, бросив взгляд на Кирима и отметив, что он крепко стискивал бутылку за горлышко. -- И это я должен интересоваться, что у вас стряслось.
   Что-то все-таки у него произошло, раз он так бесстрашно ведет себя рядом со мной. Или это алкоголь выбил ему все правила приличия перед тенрьюбито, либо ему уже ничего не страшно.
   -- Ничего особенного, что могло бы вас потревожить, -- ответил вице-адмирал.
   -- Ваш вид говорит обратное. Так что не стесняйтесь, рассказывайте. Я вижу, что вам это надо, -- подтолкнула его, чем заслужила странный, каплю растерянный, взгляд.
   Ну, да. Кто бы думал, что тенрьюбито на такое способен. Особенно после прилюдных сцен с кровавой расправой.
   Кирим тяжело вздохнул и оперся локтями о фальшборт. Он долго стоял и молчал, собираясь с мыслями, а я его не торопила. Может, вообще не будет рассказывать, боясь быть осмеянным ложной открытостью господина. Я их не судила, никого. Ведь и их господин был ложным.
   -- Буквально несколько часов назад позвонили и сообщили, что погиб мой младший брат на войне в Новом Мире. Был убит пиратами. Молодым еще был, глупым. Капитаном... Рвался в бой, защищать невиновных, восстанавливать справедливость. И погиб, -- горько хмыкнул и приложился к бутылке. После оторвался, поморщившись, и произнес: -- Я извиняюсь за свое поведение и обязательно понесу должное наказание, но...
   Замолчал.
   -- Я знаю, что такое терять близких и любимых. Считайте, что сегодня у вас отгул, -- тихо произнесла, смотря в свой бокал, где плескался янтарный напиток.
   Вице-адмирал посмотрел на меня большими от удивления и недоверия глазами.
   А сердце снова стали терзать сомнения.
   Смерть неминуема. А мысль, что я своими руками принесла ее сестре...
   Стекло хрустнуло в руке, впиваясь осколками в пальцы. Я толком не отреагировала, а вот Кирим переполошился.
   -- Ваша Светлость!..
   -- Не страшно, -- без лишних эмоций я стряхнула куски за борт, вытаскивая из кожи осколки. -- Виски жалко, хороший. Был.
   -- Господин, -- видя, что я оставалась абсолютно спокойной, осторожно начал Кирим. -- Позвольте узнать. Зачем мы держим курс на Джинь-Юй?
   Он бы мог еще говорить о брате, рассказать о нем больше, но остановился, перескочив на другую тему. Возможно на это повлиял мой ответ или то, как глухо хрустнуло стекло бокала. Тогда в его глазах скользнуло понимание, сочувствие.
   Все мы люди с одними и теми же проблемами...
   -- Там будет встреча с пиратом Трафальгаром Ло, -- ответила и убрала руки в карманы брюк. -- Он хочет узнать о Скарлет.
   -- Скарлет, -- эхом повторил имя вице-адмирал и опустил взгляд в море. -- Отчего все так за ней гонятся? Почему даже Мировое Правительство желало заполучить себе ее? Что особенного в этой девушке? Я не пойму.
   -- В ней? Сила, которая теперь моя, -- я смотрела вдаль, хотя особо ничего не видела, кроме черноты ночи. -- А с этой силой она успела порядочно всем насолить. Попади она в руки Вегапанку... я даже в догадках теряюсь, что было бы, -- покачала головой.
   -- Вы не боитесь? Владеть силой? -- то, как говорил со мной Кирим, вызывало усмешку: осторожно, прощупывал, искал границы, и как долго я могу так с ним общаться, на равных. Несмотря на свое состояние, он оставался вполне в своем уме, только язык подводил.
   -- Как можно ее бояться? Если показать ей слабость и страх, то она овладеет разумом и уничтожит, поэтому надо оставаться уверенным в себе и сильным. Иначе она поглотит. Это мощь, которую надо уметь контролировать, поэтому нельзя, чтобы она попала не в те руки.
   Кирим согласно закивал.
   Росинант в своей филактерии заворочался, посылая странные и мутные образы, плохо различимые, от того и непонятные.
   Мы замолчали. Вице-адмирал время от времени выпивал, а я все сильнее окуналась в сомнения, вязкие и горячие. И сейчас я понимала, что смерть, которая так легко давалась мне все это время, имеет жгучие последствия. Я легко убивала других, а когда появилась опасная мысль, что сестра погибла от моей руки... что-то рухнуло во мне. Ведь другие, наверняка, теряя, ощущают подобные чувства. Замешательство, боль, недоверие. Это все терзает их. И становится страшно в следующий раз поднимать руку и убивать других. Пусть и врагов. Но познание смятения...
   Познание вины...
   Ричард ничего не чувствовал, когда в пятнадцать убил семью, родных, близких, единственных, кто был у него. Никаких сомнений, только ледяная решимость. Дофламинго... он сомневался, но обида и подорванное доверие глушило все. Может, сейчас и мелькает раскаяние по этому поводу, ведь он повзрослел и стал мудрее, научился ценить жизнь. Теперь он понимает, что были и другие выходы, куда более выгодные, чем смерть. Но тогда были эмоции.
   И у меня.
   Откат.
   Понимание.
   Я сжала кулаки.
   Над головой зазвонил колокол, отвлекая от рефлексии.
   -- Земля! -- выкрикнул впередсмотрящий.
   И как он в такой тьме различил очертания острова?..
   Ответ пришел сам. Кирим принялся оглядываться по сторонам, а после посмотрел назад, и я следом за ним. Не веря своим глазам, подошли к противоположному фальшборту и уставились на открывшееся зрелище.
   Будто десятки пожаров бушевало в центре острова, озаряя его пугающим алым заревом, где выделялись черные высокие контуры зданий. Вице-адмирал, казалось, мигом протрезвел от увиденного. Да и у меня в душе зависла тревога.
   Оттуда несло смертью. Тяжелой. Душащей.
   На палубу стали подниматься разбуженные матросы и дозорные. Капитан отдавал приказы на смену курса после моего позволения. Если это дело рук пиратов, то там может пригодиться наша помощь. Даже несмотря на то, что это правительственный корабль с тенрьюбито на борту.
   Я стояла и наблюдала сосредоточенно за приближением, уже толком не в силах контролировать терзающую меня тревогу и нервозность.
   Что-то было не так. Что-то вопило об опасности, заставляя сильнее стискивать фальшборт.
   -- Рич? -- за спиной раздался вопрос, спрашивающий и мое состояние, и то, что беспокоило.
   -- Я не пойму до конца, -- сглотнула и зажмурилась, -- но там что-то не то. И оно шепчет. Мне.
   -- Шепчет? -- нотка удивления.
   Дофламинго встал рядом и оперся о фальшборт.
   Действительно. В голове раздавалось пение, шепчущее, но слов не разобрать. Оно обращалось ко мне. Но я не понимала.
   Кирим стоял в отдалении, сжимая Ден-Ден Муши и переговариваясь с кем-то. Я заметила, как он резко побледнел, а улитка уснула. Мужчина все еще продолжал сжимать трубку, но боялся поворачиваться и смотреть на меня, а я ощущала его страх, словно он был настоящим, материальным.
   -- Что такое? -- и снова пришлось его подталкивать.
   Вице-адмирал сглотнул и все-таки посмотрел на меня. Напуганный. Растерянный.
   -- Мы должны уходить отсюда. Немедленно. Это приказ. Острова Аллегра больше не существует, -- выдохнул он, хотя по виду и сам мало чего понимал.
   Приказ? Чей? И кто же смеет мне приказывать?
   А пение усиливалось, чем ближе мы подходили. Оно заполняло всю черепную коробку, заглушая посторонние звуки. Оно звало меня. Оно пело только для меня. И оно казалось до боли знакомым. Но вспомнить не могла.
   Я зажмурилась и обхватила голову руками, пытаясь освободиться от звука. Воздух наполнялся сладковатым, даже приторным, ароматом, а ветер доносил сухость и жару.
   Странное место. Непонятное. Заполоняющее собой все...
   -- Господин? Ваша Светлость? -- словно из-под воды звали.
   -- Ричард!
   А вместе с этим приходило золотое зарево и тепло, вытягивающее из загадочных тисок.
   Я резко вздрогнула, вскинула голову и распахнула глаза, смотря на Джилла. Он выглядел обеспокоенным и держал меня за локоть. От него и исходил свет.
   -- Скверно, -- звонко произнес мальчик, а лицо его выглядело печальным.
   -- Ваша Светлость, мы должны повернуть. Нам нельзя заплывать в эти воды, -- взволнованно говорил Кирим, сидя рядом.
   Сидя? Когда я успела сесть на палубу?..
   Заторможено осмотрелась, понимая, что меня окружили. Дофламинго, Джилл, вице-адмирал и капитан -- все смотрели с беспокойством.
   Я приложила ладонь к голове, лохматя волосы и сбивая хвост. Песнь не прекращалась, она оставалась звучать и звать в голове, только свет ангела загнал чуть дальше, не позволяя наполнять мысли полностью.
   -- Что здесь произошло? -- хмурясь, спросила.
   -- Нам нельзя плыть к острову. Нам надо повернуть, -- с неким страхом повторил Кирим.
   -- Почему? -- я поморщилась.
   Песнь стала настойчивей. Еще более знакомой.
   -- Воды закрыты. А остров был уничтожен по приказу Мирового Правительства. Народ острова Аллегра поразила неизвестная миру болезнь, которая унесла жизни людей за пару месяцев. Они боялись, что она может быть заразной, ведь та за считанные дни поглотила все, -- суетливо пояснил вице-адмирал, сам до конца не веря в то, что говорил.
   В груди что-то всколыхнулось, отдавая замешательством.
   А... Росинант.
   -- Мы должны повернуть назад, -- повторил потерянно Кирим.
   Я поднялась на ноги и бросила взгляд на приближающийся остров, обагренный зловещими очертаниями. Город пылал, но дыма не было. Может, это вообще не огонь...
   Но он звал меня. Никто больше не слышал эту песнь, она звучала лишь в моей голове, туманя все, настойчиво подгоняя.
   -- Бросайте якорь. Я иду на остров, -- решительно отозвалась.
   -- В-ваша Светлость! -- глаза мужчины расширились от страха.
   -- Вам был дан приказ, -- холодно произнес Дофламинго, не сводя с меня взгляда. -- Исполняйте.
   Дозорные неуверенно посмотрели на меня и кивнули, уходя.
   -- Рич? -- Донкихот приблизился и тихо спросил.
   -- Не знаю, что там. Но оно зовет меня, -- судорожно сжала дерево фальшборта, растерянно рассматривая остров.
  
  
   Кровавая Чума. Аллегра
  
   Пришвартованная лодка покачивалась на легких волнах. Я соскочила с нее на пристань и оглянулась назад, где стоял на якоре корабль, и все, кто был там и не у дел, следили за мной с напряжением. Никому не разрешила составлять мне компанию, потому что неизвестно чего ждать на острове, а я ощущала дикую опасность для них. Смертельную.
   Поправила перевязь мечей на боку -- тонкие серебристые сабли просто произведение искусства, а не оружие для боя, но что было, то и взяла. Шесть стилетов за широким ремнем. Когда перед уходом осмотрела себя перед зеркалом, заключила, что слишком пафосная, посмеявшись. Черный и тяжелый, наглухо закрывающий тело, плащ с высоким воротником, прикрывающим нижнюю часть лица, но я повязала черный лицевой платок, на крайний случай, если тут будет дымно. На голову надела треуголку, разве что пышного пера на краю не хватало, обошлась без него. Перчатки и высокие удобные сапоги.
   Выглядела, конечно, как заправский пират, но главное, что удобно и не сковывало движения.
   Сделав первые шаги по каменной крепкой пристани, достаточно уходя из-под обзора экипажа за ближайшее здание, я резко замерла, согнувшись пополам. В меня словно ветер ударил, сбивая как дикий зверь. Накинулся, поглощая под собой желанием, песней, победой. Огромной волной. Оно шептало, возбужденно, будоража кровь, заставляя ее вскипать и носиться в венах. Поглощало безумием, срывало голову, лишало рассудка.
   Я хрипло выдохнула душащий приторный воздух и закашлялась.
   -- Что это?..
   На мой еле различимый шепот никто не ответил. Но Зов усилился. Он словно за поводок тащил меня вглубь мертвого города. Разлагающегося, оживающего, голодного...
   Растерянно выдохнула.
   В этом хаосе еле пробивался слабый и теплый огонек, отчаянно желавший быть замеченным, но я отмахнулась от него и, покачиваясь, двинулась из порта в город туда, куда звали.
   Неровный шаг по мощенным дорогам. Ноги сами вели к цели, а сознание отрешенно, заморожено, реагировало на все. Черные камни невероятных зданий, громоздких, гротескных и гигантских, врезались в небо. Они были такими же темными и мертвыми, с заколоченными или запертыми железными ставнями окнами, как и двери. Люди спасались от невиданной опасности, или от себя, запираясь, боясь покинуть дома.
   Смерть все сильнее захлестывала, врезаясь в обоняние и бросая липкие кольца на шею, туго сжимая ее. Я судорожно сглотнула и остановилась буквально на мгновение, заходясь в кашле. Шепот все также оставался неясным, но настойчивым.
   Я брела вперед, ведомая неизвестной силой, завороженная, заглядывая в черные провалы окон, частично выбитых, а железные прутья решеток были погнуты, словно изнутри вырывалось чудище, прокладывая себе путь.
   Город говорил со мной, непонятный монолог глушил все звуки, даже собственные шаркающие шаги и хриплое надрывное дыхание с кашлем. Я как зомби шла вперед, без цели. Шла на Зов.
   Когда из-за угла что-то выскочило на меня, я не поняла. Мир перевернулся вверх ногами, а в боку раздалась отрезвляющая адская боль, вспыхнувшая и заставившая вскрикнуть. Песнь отскочила, сметенная с пути окружающими звуками -- хруст и утробное рычание.
   Я ошалело мотнула головой и подняла взгляд на то, что сбило с ног и нависло сверху.
   В глазах горел алый огонь жажды и голода. Раскрытая пасть показывала полный набор кривых и острых зубов, а слюни текли на плащ. Когтистые лапы прижимали к земле, не давая толком пошевелиться и дотянуться до оружия, да и малейшее движение, как и вдох, отзывалось болью.
   Замечательно, ребра сломаны.
   Несмотря на вид зверя, я бы даже сказала, оборотня, нижняя часть тела у чудища была человеческая, безобразная, но человеческая.
   Лежать и ждать, пока меня сожрут, не горела желанием, хоть и оказалась в ловушке. Рука дернулась в сторону пояса, где в патронаже были стилеты, но не успела их вынуть. Тварь крепко сжала, за плечи и со всего маха приложила о землю. В боку снова стрельнуло, и я вскрикнула от разлившейся по телу боли, пытаясь хоть как-то сопротивляться, призывая силу. Но она была глуха.
   Меня прошиб ужас -- кровь чудища меня не слушалась. Совсем.
   Он отнял свою лапу и схватил меня за голову, собираясь приложить еще раз о землю и сильнее. Я успела сорвать с пояса стилеты и резануть ими по конечности твари, которая не ожидала такой прыти от раненой жертвы. Оборотень недовольно захрипел-зарычал и махнул рукой, пытаясь выбить оружие, но я выставила его острыми концами, о которые он и напоролся, снова заревев.
   Сжав меня за бок, вырвал мой болезненный вскрик, превратившийся в хрип. Перед глазами заплясали яркие искры, но тело уже действовало само. Ногами уперлась в живот массивной твари, пытаясь ее оттолкнуть, и с замахом вогнала стилеты в основание шеи. Чудовище рыкнуло и отскочило, попутно откинув меня в сторону. Я снова приложилась о что-то спиной и затылком, расслышав хруст, уже совсем не соображая о происходящем. Перед глазами все плыло, песнь звучала на задворках, в груди что-то теплилось и отзывалось беспокойством. А я не могла нормально пошевелиться, будто у меня отняли чудесную, почти мгновенную, регенерацию.
   Рык раздался недалеко. Шаркающие шаги по дороге. Я чуть приоткрыла глаза, лежа на спине с повернутой набок головой. Чудовище, оклемавшись, подползало, тяжело дыша, а за его спиной мелькали тени. Оборотень резко и крепко обхватил меня за ногу и куда-то поволок, окруженный поддержкой таких же существ. Я судорожно сжала пальцами стилеты, которые умудрилась еще не потерять и сохранить.
   Если только подняться и повторить атаку, чтобы освободиться. Но боль пульсировала в сломанных ребрах, а затылок неприятно ныл. Любое движение было пыткой.
   Черт. Мне нужен Ши-Ши.
   Дышать становилось сложнее, а мысли путались, переплетаясь с чужими образами.
   Вот надо было без разведки лезть на чужой остров? Где неизвестно чего ждать? Где все чувства орали, что там только смерть!
  
   -- Ричард, объяснись, -- удивительно, но лицо Дофламинго было нахмурено, от беспокойства.
   -- Я... не знаю, -- с запинкой ответила, зашнуровывая сапоги с отрешенным видом. Зов не прекращался. -- Оно зовет меня. Но вам туда нельзя. Ни в коем случае. Там смерть. Остров буквально затоплен ею.
   -- Скарлет, тебе напомнить, что происходило, когда ты в прошлые разы так уходила? -- спокойно и холодно сказал мужчина пронзительным, как иглы, голосом. Он сидел напряженный и еле сдерживался, чтобы не подскочить и не остановить меня.
   -- Я всегда возвращалась, -- закончила шнуровать и поставила ногу на пол, поднимаясь с кресла и накидывая тяжелый плащ.
   Донкихот крепко сжал губы в линию, а на лбу появилась морщинка.
   -- Вернусь и сейчас, -- развернулась к нему, упрямо смотря в его очки, за которыми прятались глаза, после чего резко отвернулась и подхватила связку оружия, направляясь к выходу.
   -- Тебе нельзя умирать, -- тихий шепот догнал в спину и пронесся по телу мурашками.
   Нельзя. У меня еще столько всего не завершено.
  
   Самонадеянно.
   Я больше не Кровавый Демон Скарлет...
  
   Как я потеряла сознание, совершенно не заметила, но вот когда очнулась, ощутила бодрость и готовность наносить ответный удар, только ребра продолжали ныть и мешали дышать.
   А вот решение подскочить, сев, было очень плохим.
   Я охнула, обхватив грудь, и поморщилась, но отметила, что находилась больше не на мрачной улице с давящими черными зданиями, а в светлой комнате, на застеленной чистым бельем кровати. Лежала под одеялом в одних брюках с туго перевязанной грудью.
   Осознание прошибло стрелой, бросив в холодный пот.
   Я неизвестно сколько провалялась в отключке, что за это время меня успели не только спасти, но и оказать помощь!
   Это вводило в еще больший страх, недели то, что кровь чудовища не подчинялась.
   Зов ощущался глуше, нежели в море или в городе, и не сводил с ума так, как раньше. Песнь звучала, но не так настойчиво.
   Спокойно выдохнула воздух и прикрыла глаза, чтобы избавиться от испуга и исследовать территорию, на наличие живых, если получится. И если они тут были.
   Были. Ощущалось лишь три отголоска недалеко, один из них -- тонкий и слабый, -- как раз двигался в мою сторону. Я откинула одеяло и опустила босые ноги на пол, готовая встретить одного из спасших меня лицом к лицу.
   Но каково было удивление, когда резная дверь приоткрылась, и в комнату вошла белокурая девочка лет десяти-одиннадцати, растерянно остановившись и пораженно уставившись на меня, держась одной рукой за ручку, а во второй тканевый сверток. Мне показалось, что она сейчас испуганно закричит, я даже мысленно подготовилась ее успокоить, но она вздрогнула и выскочила, хлопнув дверью.
   И что это было?..
   Удивление не успело пройти, как ей навстречу двинулась другая алая аура, и в комнату вошли уже двое. Юноша и девочка, прячущаяся за его спиной. Я сморгнула, ошарашенно разглядывая их.
   Парень выглядел враждебно и с подозрением косился на меня, да и пистолет в руке не прибавлял дружелюбности. Зеленые глаза следили за каждым моим движением, молодое лицо покрыто шрамами -- самый страшный проходил через нос и под правым глазом. Рыжие волосы волнистые и торчащие в стороны, не знавшие порядка.
   -- Ты не из выживших, а ваш корабль стоит в отдалении, не приближаясь и не давая рассмотреть флаг. Кто ты и зачем здесь? -- голос надломлен и хриплый.
   -- Хм-м, -- я поелозила по кровати, пытаясь сесть удобней, чтобы ребра не болели. -- Если вы спасли меня, значит, не так безнадежно все. Я -- Ричард. Мы проплывали мимо, когда заметили зарево. Так что я здесь, чтобы помочь.
   -- А помогать пришлось тебе, -- усмешка покрыла губы парня, и он высокомерно вскинул голову, смотря на меня свысока.
   Я развела руками и поморщилась.
   -- Увы и ах, кто знал, что тут такие звери обитают. Мы-то полагали, что просто пираты постарались.
   -- А ты самоуверенно решил, что справишься с ними один? -- высокомерие уже казалось осязаемым вокруг него.
   Самолюбие за счет меня кормит. Повод есть. Только вот не с тем человеком он связался, у меня опыта больше.
   -- Раньше срабатывало, -- ответила и повертела головой, показательно осматривая комнату.
   Чистая, светлая, словно больничная палата, но с долей роскоши. Она ощущалась во всем, даже в материале деревянного шкафа напротив кровати, прикроватной тумбочкой рядом, где лежала часть моих вещей и оружие, аккуратно сложено все. Три мягких стула вдоль противоположной стены. А больше всего мне понравились занавески -- легкие, воздушные, светлые с растительной вышивкой бежевыми нитями.
   Видя мою равнодушную реакцию, юноша недовольно поморщился и собирался открыть рот, как я опередила:
   -- Спасибо за спасение. Просто тут что-то подавляет мою силу, -- опустила взгляд на руку и сжала ее в кулак, ощущая, как кровь бодро побежала по венам.
   -- Фруктовик? -- нахмурил брови парень и крепче перехватил пистолет.
   Я кивнула, внимательно следя за ним. Пуля меня не убьет, но все равно приятного мало. Девочка сжала пальцами рубашку парня, напугано приоткрыв рот. В ее голубых глазах стояли слезы, и я никак не могла понять причины.
   -- Зачем меня спасали, если сейчас угрожаете и тычете пистолетом? -- вскинула бровь, смотря в глаза парня.
   Он скривился и опустил оружие.
   -- Ты тоже можешь быть болен. Это предосторожность.
   -- О как, -- я покачала головой и поднялась с кровати, морщась от боли. -- Ладно, -- выдохнула и попыталась выпрямиться, чтобы выглядеть презентабельно, но ребра были против. -- Теперь по порядку давай. Что произошло, и кто виноват, -- я мрачно свела брови.
   Юноша ничего не ответил. Продолжал стоять и думать, то хмурясь, то скрипя зубами, терзаемый сомнениями. После нескольких минут моего ожидания, он все-таки заговорил.
   -- Я -- Гарольд. Девочка -- Аллегра. Она сейчас даст тебе чистую рубашку, а после проводит в столовую, где мы обо всем поговорим, -- медленно и четко проговорил парень и опустил взгляд на жавшуюся за ним девочку.
   Аллегра?
   Кирим говорил, что остров несет такое название.
   Кое-как одевшись и добравшись до столовой, я облегченно вздохнула и села на стул. Находилась я явно в богатом поместье, потому что все тут говорило о достатке прошлых хозяев, богатом украшении и некой помпезности. В помещении находился третий обитатель дома, сидевший во главе стола. Честно, он мне не понравился сразу. Взгляд бегающий, но глаза блестящие, молодые, тогда как тело было хилым, волосы тонкими и седыми. Рядом с его стулом стояла трость. Меня он не замечал и что-то шептал под нос, и мне даже показалось, что он разговаривал с тарелкой.
   Я покосилась на абсолютно спокойного Гарольда, который сидел напротив меня. Девочка устроилась рядом с ним.
   -- Доктор Курт, -- указал взглядом на безумного старика парень, представляя его. -- Он хозяин этого дома, и он один из выживших.
   Кивнула и положила руки на стол, пытаясь сидеть прямо, чтобы лишний раз не тревожить ноющие ребра.
   -- А теперь полную историю, -- расшаркивания займут много времени, и учитывая, что парень особо делиться информацией с чужаком не хотел, то лучше начинать сразу, чтобы скорее вытянуть все.
   -- Я полной истории не знаю. Все, что было, пропало в городе.
   -- В больнице, -- прекратил шептать Курт и вошел в беседу, напугав меня.
   Он прямо смотрел мне в глаза, своими черными, и уже не казался таким ненормальным. В них читался ясный, чистый ум.
   -- Мой наставник вел все записи и исследования. Но когда все началось, а его убили, не было возможности пробраться туда за дневниками и разузнать истинную причину болезни, -- ровным твердым голосом говорил доктор, поражая. Ведь сейчас на старика он совсем не походил. -- Но ясно одно -- лекарство, над которым он работал, обратилось против нас, поражая и превращая в чудовищ.
   Невероятно. Разве такое возможно в этом мире?..
   Такая мутация...
   Я изумленно смотрела на Курта. Аллегра между тем накладывала всем в тарелки приятно пахнущую еду.
   -- Я помню, как мой наставник, доктор Денмарк пытался всю жизнь найти лекарство против генетического заболевания характерного для нашего острова -- "Синдром Аллегры". Люди с таким заболеванием рождаются слабыми и бледными, преимущественно с выцветшими волосами и бесцветными глазами. Они не доживают до двадцати лет и не могут иметь потомства. С рождения им дается имя "Аллегра" или "Аллегро", если мальчик, как бы клеймя на всю жизнь.
   Я бросила взгляд на девочку, которая прислуживала нам. Она тоже больна?..
   Да и странно называть остров в честь болезни. Или наоборот?..
   -- И вот, год назад, доктору Денмарку наконец пришли образцы от Мирового Правительства, которые одобрили его работу. Он очень долго и страстно проводил работы, ставя эксперименты на этих больных людях, пока... все не пошло прахом, -- Курт глотнул воды из стакана. -- Он не посвящал меня во все, я лишь помогал ему, ухаживал за больными. Но мне кажется... он где-то перестарался. Затронув генетику, он явно что-то повредил в их коде, и последствия оказались непредсказуемыми. Это само по себе опасно, особенно применяя вакцины сразу на людях, но он не сразу заметил оплошность, погруженный в работу, ведь иного материала не было. Я ему передавал свои отчеты и наблюдения, но доктор считал, что это лишь отрицательные результаты. Денмарк гениальный врач, но и как все гении, он оказался слеп. Придя на работу утром полгода назад, я нашел тело врача растерзанным, а одного из больных не было в разрушенной палате...
   Курт задумчиво посмотрел в потолок, возвращаясь в прошлое. Гарольд и Аллегра спокойно кушали, и только и было слышно, как приборы стучали по тарелкам. Я же к своей порции так и не прикасалась, лихорадочно все обдумывая и понимая, что мне нужно в ту больницу. Убедиться. Ведь многое в его словах рождало те догадки.
   -- Буквально за сутки город перешел в военное положение, а люди стали обращаться в ужасных тварей и разрывать на части своих близких. Сначала как-то удавалось сдерживать волну, но мы не могли лечить пострадавших -- больница пала первой, она стала своего рода гнездом тварей. Мы потеряли и записи, и возможность получить хоть какие-то лекарства. Да и толку от них было мало, если честно, -- зараза распространялась стихийно, и бывшие раненые за несколько часов обращались в монстров. Воевали недолго. Почти все за считанные дни пали, и болезнь перешла на деревни, а после охватила весь остров. И два месяца назад не осталось никого, кроме нас. Из всего населения острова в двести восемьдесят четыре тысячи пятьсот шестьдесят шесть человек остались только мы, трое.
   Я нервно постучала пальцами по столешнице, ощущая тепло в кармане брюк, где лежала филактерия с душой Росинанта -- он тоже внимательно слушал историю. Донкихот очень испугался после случившегося в городе, и как только я подобрала кристалл, лежавший на прикроватной тумбочке, он завалил меня вопросами.
   -- Но разговоры-разговорами, только мне необходимо сделать вам укол, -- доктор посмотрел на Аллегру, которая понятливо кивнула и отставила приборы, соскакивая со стула.
   Девочка покинула зал и вернулась почти сразу с чемоданчиком.
   -- Зачем? -- я недоуменно вскинула брови.
   Курт не ответил, отодвинул тарелку и поставил ношу Аллегры на то место. С щелчком откинулась крышка, позволяя рассмотреть на темной бархатной ткани три стеклянных шприца и три ампулы с серой мутной жидкостью.
   -- Что это? -- что-то особого доверия не вызывала эта процедура.
   -- Сыворотка.
   -- Вы думаете... что я заражен? -- хотелось посмеяться, да как-то неприлично будет. Учитывая, что фрукт меня подвел в городе. Надо разобраться с этим.
   -- Ну, естественно! А лекарство не дает до конца сойти с ума и обрасти шерстью, обзаводясь комплектом острых зубов, -- безумно улыбнулся доктор.
   -- На самом деле сыворотка не помогает, только сдерживает, -- не отрываясь от еды, произнес Гарольд. -- Но нам все равно. У нас иммунитет к болезни.
   Иммунитет?..
   -- Сыворотка сделана на основе нашей крови, -- нормально продолжил Курт. -- Это хоть как-то помогает. Как и бывает с каждой болезнью, существуют люди, у которых появляется иммунитет к ней. У меня он слабый, но есть. Болезнь ударила в самую неприятную часть, превратив меня в хилого старика, а ведь мне всего тридцать! -- хрипло рассмеялся доктор, а я удивленно вскинула брови. -- У Гарольда самый сильный иммунитет, его кровь и идет за основу. А Аллегра... ее просто не взяла болезнь. Таких, как она, в больнице было одиннадцать, но удалось нам спасти только ее, остальных забрали твари.
   -- Извините, но не вызывает сыворотка у меня доверия, -- я покосилась на шприц и ампулу, которые он положил на скатерть, а после убрал чемоданчик на пол.
   -- Твое дело, -- пожал плечами доктор и придвинул лекарства ко мне. -- Но, если почувствуешь недомогание, -- коли, не задумываясь.
   Я нахмурилась.
   -- Вообще, я пришел сюда спасать вас. Меня ждет корабль у берега, как вы заметили.
   Троица переглянулась и вперила в меня взгляды. Даже Гарольд оторвался от еды:
   -- Мировое Правительство бросило нас подыхать, полив остров огнем -- те дома черные от копоти, -- а после потопило все корабли, чтобы мы не сбежали и не разнесли заразу по всему миру. Но это никак не помогло, как можешь видеть -- твари живут и радуются. Думаешь, если мы выберемся, то за нас не объявят награду? Ладно я, как-нибудь выживу. А Аллегра и доктор Курт? Один я защитить их не смогу против толпы разумных.
   -- Я помогу, -- серьезно кивнула, отчего парень хохотнул.
   -- Какое тебе дело до нас? Не думал, что у пиратов есть благородство, -- он издевательски сощурился, насмехаясь надо мной.
   Я тоже сощурила глаза, но твердо и уверенно смотря на ожидающих присутствующих.
   -- Я борюсь против Горосей и их системы. Так что мне есть смысл. Главное, достать доказательства.
   Во взгляде Курта скользнула мысль, догадка. Гарольд подобрался, хмурясь. А девочка растерянно смотрела на взрослых.
   Уже было видно, что они согласны. Они ненавидели Правительство, бросившее их в трудную минуту, а мне не хотелось думать, что будет, когда они узнают, чей корабль ждет у острова. Надо бы как-нибудь предупредить экипаж или... выложить все доказательства Кириму и его дозорным. А дальше пусть сами думают и решают для себя на чьей они стороне.
   Есть мысль, что случилось с островом, но нужны бумаги, чтобы подтвердить догадки. Страшные и холодящие душу...
  
  
  
   Кровавая Чума. Охота
  
   -- Доктор сказал, что у тебя всего лишь трещины в двух ребрах и сотрясение. Ты довольно крепкий, а кривишься как девчонка, -- скалился Гарольд, наблюдая за моими потугами полностью облачиться в свой наряд и крепче затянуть пояс. -- Ты не похож на бойца, слишком смазливый для того, кто ходит в опасные места в одиночку. Да и выглядишь как девчонка с этими длинными волосами. Аллегра может тебе милую косичку заплести.
   К счастью стилеты не потеряла, так что разложила по кармашкам и подальше от рук, чтобы ненароком не лишить себя источника информации в лице этого рыжика. Но вот со шляпой пришлось проститься. Я косо посмотрела на ухмыляющегося парня, который поправлял новый головной убор. Как он сказал -- награда за труды, да и нашел он ее за приличное расстояние от меня.
   -- А это... твое оружие? Да ты им ни одну тварь не убьешь! -- парень видимо решил доконать меня. -- Ты хотя бы понимаешь, что смерть к ним приходит через отрубание головы? А ты своими зубочистками долго пилить одного будешь, тогда как второй тебя легко загрызет, дернуться не успеешь.
   -- Гарольд, может, ты вместо слов делом займешься? -- спокойно с намеком произнесла.
   Он скривился, ведь ему уже в который раз за день не удалось заставить меня вспылить. Я, конечно, все понимаю, жить в таком аду, постоянно сражаясь с превосходящими по силе чудовищами, защищая девочку и слабого доктора. Постоянно сидеть на нервах, зная, что следующая вылазка может стать последней. Знакомо, ведь я проходила через подобное.
   Но отрываться на мне, цепляя на лицо превосходство?
   Не с тем, парень, связался.
   -- Я использую косу и цепи с лезвиями. У меня есть еще топор и пила, можешь взять их.
   -- Прямо набор деревенщины, а не солдата, -- теперь ухмылялась я.
   Я не знаю, сколько на корабле будут меня ждать, следуя приказу не вмешиваться, но прошло уже около двенадцати часов. Был ли им повод для беспокойства? Не имея ни малейшей информации? Даже спрашивать не надо.
   -- Я и был крестьянином, -- Гарольд сидел на широком подоконнике и болтал ногами, стукая пятками по стене.
   Ага, задира деревенский.
   -- И, между прочим, мои навыки махания косой очень сгодились в деле отрубания голов, -- вот оно, юношеское хвастовство. Та еще язва.
   Сколько ему лет? Двадцать?
   -- У вас тут есть Ден-Ден Муши? Мне нужно связаться с кораблем, чтобы предупредить их о задержке. Свою я, видимо, потерял, -- я оправила плащ и развернулась на каблуках к парню, который, кривясь, осмотрел меня.
   -- Собираешься и прихорашиваешься как баба.
   Я на его слова покачала головой и вздохнула. Ну, не говорить же ему, что он прав?
   Гарольд поджал губы и отвернулся, обиженный тем, что очередная попытка задеть меня не удалась. Странно такое поведение. Я им пытаюсь помочь жизнь спасти, вытащить с острова, наладить будущее, а он задирает как мальчика. Вроде за теми событиями должен был повзрослеть. А тут специально нарывается, мол: "Я бедный-несчастный, разбираюсь тут с дерьмом, а вы там спите на шелках, белоручки". Это читалось по его надменному взгляду.
   Или просто ему круга общения не хватало, он хочет выставить себя героем, раз один выжил, и единственный кто может оружие в руках держать.
   М-да. Отвлекаться не очень получалось, Зов в голове пел, заглушая и мои мысли, и порой ответы людей. Он накатывал волнами, порой еле слышимый, а иногда до нетерпения громкий.
   -- Нет у нас этих улиток. И не думаю, что в городе где-то остались, -- помотал головой Гарольд и соскочил со своего насеста. -- Они б с голодухи подохли. Ну, ты готов? Переход займет около двух часов, если плестись как черепаха не будешь. Надо успеть, пока солнце не село. Твари не любят свет и ждут в тени. А ночью же наступает их время. Несмотря на нелюбовь прямых солнечных лучей, они равнодушны к огню. Но солдаты Правительства этого не знали, от того просто сожгли все и свалили куда подальше, опасаясь подхватить заразу. Лучше б подхватили. Так что... если мы до ночи не выберемся на относительно безопасное место или назад сюда, будет жарко.
   И парень оскалился, жутковато и криво, заставив прочувствовать всю нависшую угрозу и убедиться до конца, что он неадекватен.
  
   Поместье Курта стояло на холме, окруженное высоким забором с острыми концами, напоминающими колья -- на некоторых даже висели безжизненные туши оборотней без голов, которые валялись у оснований -- безобразные волосатые морды с высунутыми языками и белыми вспухшими глазами. Тонкая дорожка вела через благоухающий и пестрящий цветами сад к выходу. Гарольд с натугой раскрыл ворота и подождал, пока я пройду, после чего закрыл с нашей стороны. Аллегра заперла на замок, который болтался на толстой цепи, и робко помахала ладошкой, после чего скользнула в пышные кусты, исчезая.
   Я оглянулась, следуя за парнем, который, перешагнув порог дома, стал невероятно собранным и серьезным, будто оставляя в особняке все свое нахальство и насмешку.
   С монументальной архитектуры не закончу поражаться, ведь ее острота и легкость, переплетенная с твердостью и богатством... Видимо, в свое время остров был очень зажиточным, раз позволял так с широкой руки воплощать фантазии, полные гротеска и готики.
   В руках был зажат обещанный топор, довольно тяжелый, с широким лезвием, часто опускался острием к земле, с громким скрипом царапая камень мостовой и раскидывая искры, и приходилось резко подхватывать, чтобы не наводить лишнего шума, заглушая звуки, опасные звуки, застывшего в смерти города. За спиной крепилась пила с длинной ручкой, которая могла отходить в сторону, позволяя использовать как двуручное оружие. Столкнувшись с трудностями, местным жителям явно пришлось многие обычные орудия труда в спешке переделывать в смертоносное и наточенное оружие.
   Мы шли пешком долго. Мимо таких же домов на холмах с черными провалами в окнах, с высокими заборами, выломанными в некоторых местах и даже с погнутыми прутьями. Часть особняков была спалена, и на камнях хранились черные пятна копоти.
   Ребра ныли, заставляя стискивать зубы, особенно после обдумывания предположительных схваток и следующей за этим боли. Нам надо было добраться до больницы и как-нибудь связаться с кораблем, сообщить, что я жива, и по возможности, что здесь произошло.
   Но пока это только планы. Может, удастся наткнуться на потерянную Ден-Ден Муши.
   Спустившись с холмов, мы влились в широкую улицу с тесно приткнутыми друг к другу домами, с выбитыми дверьми и окнами. Нигде не было отголосков жизни, а заглядывать в темные помещения не хотелось -- боялась натолкнуться на пылающие алым глаза новых хозяев. Под ногами хрустели чьи-то обглоданные кости, а лицо все больше превращалось в маску -- холодную, с пустым взглядом. Камень дороги был багровым от запеченной на нем крови, отчего глаза опускать не хотелось совершенно.
   Солнце светило в лицо, ярко и задорно, но окружающая действительность никак не побуждала греться в теплых лучах.
   Дышать было тяжело от стоявшего запаха смерти, и морской ветер был не в силах сбить его.
   Я бы без проблем заблудилась в этом городе. Все казалось похожим, а от деталей голова шла кругом. Но я заметила, что чем дальше мы отходили, тем сильнее и ровнее ощущался Зов, но не так завораживающе, оставляя мое сознание при мне.
   -- Отведи меня туда, где ты меня нашел, -- неожиданно попросила я.
   -- Парень, ты в своем уме? -- Гарольда резко замер и развернулся, но не терял бдительности и оставался напряженным, стискивая в левой руке пистолет, а в правой короткую косу.
   -- Я вполне нормален, в отличие от вас, -- мотнула головой, сбивая Песнь. -- Мне нужно проверить, вдруг я там выронил Ден-Ден Муши. Если я не позвоню, то мои люди сунутся сюда и могут погибнуть.
   -- У нас не так много времени...
   -- Если я не позвоню, его вообще может не остаться. А предупредив, я могу тут хоть поселиться, -- хмыкнула.
   Гарольд посмотрел на меня с подозрением, но промолчал, лишь кивнул.
   Дальше мы продвигались снова по светлой стороне, избегая теней, где я порой замечала скользящие очертания. Росинант волновался и не скрывал своих эмоций, ворочаясь в моих мыслях. А я с ним даже поговорить толком не могла, ведь его явно обеспокоил рассказ доктора. В который раз Мировое Правительство было выставлено с плохой стороны. Росинант тоже не дурак и не маленький мальчик-идеалист, знал о таком, сам пережил подобное, но в нем жила своя справедливость. И ему было очень обидно, что власти так поступили с простыми людьми.
   Мы вышли из проулка на широкую улицу, которая вела к побережью. Солнце отражалось от спокойной глади и слепило, заставляя щуриться, ухудшая обзор. Гарольд натянул шляпу на глаза, а я бросила на него злобный взгляд, прикрываясь ладонью от блеска лучей.
   Стало понятно, почему он говорил о времени. Выбирая только освещенную дорогу, мы делали большие крюки, избегая темных проулков, чтобы не ввязываться в лишнюю битву, которая отберет и так не хватающее время. Поэтому, когда все-таки добрались до причала и пошли вдоль него к другой дороге, где шла я ночью, солнце успело зависнуть над водой, отмечая примерно четыре-пять часов дня.
   Мне же подумалось, что проще доплыть на лодке до корабля и спокойно там выспаться. Но как быть с Гарольдом? Не хотелось пока раскрывать свою принадлежность к тенрьюбито и то, что на борту Дозор. Он отреагирует слишком резко, обвинив перед всеми меня в клевете, а вояки не останутся в долгу, требуя у меня объяснений.
   Ну, не требуя, но ожидая. Они явно первым делом подумают о предательстве, а не о том, что бравый господин решил помочь выжившим, а не добить их, как того требовало Правительство, поэтому пошел на такой благородный шаг.
   Пока у меня не было бумаг с доказательствами, я не могла допустить, чтобы подобный скандал произошел.
   -- Вон ваш корабль, -- Гарольд остановился у причала, где плескалась моя лодка, и уставился вдаль. -- А с ним рядом поменьше.
   Ратти! Милая и любимая!
   На ней мог приблизиться Ши-Ши, заодно бы подлечил. И без Дозора бы нормально передохнули. Как бы теперь дать знать...
   -- Почему у вас нет флага? -- парень обернулся ко мне.
   -- Мы поднимаем его только тогда, когда идем в бой.
   -- Корабль у вас очень богатый, можно даже с торговым спутать. И белый. С золотом. Львиная голова на носу с разинутой пастью... -- с долей мечтательность пробормотал Гарольд. -- Не как у пиратов.
   Герб дома Хоул. Золотой лев с раскрытой пастью в рыке.
   -- Не будем терять время, -- поторопила его, чтобы прекратил развивать тему, и бросила напряженный взгляд на суда.
   Они, вероятно, видели нас через подзорную трубу.
   Юноша кивнул и пошел прямо по улице, как вел меня Зов ночью. Неожиданно притихший, как перед бурей.
   Может, днем он был слаб из-за того, что активность тварей спадала? А ночью снова набросится на меня?
   Ждать осталось недолго...
   Я оглянулась на солнце, которое стремительно опускалось к воде, окрашивая ее в алые краски, а само становилось волнующе-багровым. Корабли на этом фоне выглядели одиноко и тоскливо, будто говорили, чтобы я одумалась и вернулась, пока есть шанс спастись.
   Махнула им рукой, резко, чтобы они заметили, и скрылась за домом, следуя за Гарольдом.
   Было страшно. Подкрадывалось волнение.
  
   Если бы улитка не звонила, лежа в грязи под растоптанным кустом под окном у фундамента дома, я бы ее не нашла. И она надрывалась не первый час. Вся бледная, в пыли, голодная, напуганная и с большими слезящимися глазами. Мне даже стало ее жалко. Подняла Муши и отряхнула, после чего ответила на вызов, кладя ее на плечо, чтобы руки не занимала.
   -- Надо взобраться повыше, мы не успеем дойти до дома за оставшееся время, -- Гарольд был недоволен, смотря на удлиняющиеся тени, и что мы не справились и сделали только малую часть из запланированного.
   Но оно и понятно. Мало кто захочет проводить ночь в кишащем монстрами городе, вздрагивая от каждого шороха и сжимая в ладонях древко оружия.
   -- Предлагаю взобраться на маяк, там будет проще наблюдать за территорией. Но есть шанс, что сейчас там твари и надо бы от них избавиться, -- продолжил парень, разглядывая впереди стоящую высокую башню. Я кивнула, и он повел к зданию.
   Странно, что маяк прямо в портовой зоне был, а не отдельно. И я бы в жизни не догадалась, что это именно он, а не простая колокольня, тем более что ночью свет не давал, чтобы распознать его.
   -- А теперь расскажи все, -- видимо, удостоверившись, что беседа между мной и Гарольдом не продолжится, влез Дофламинго, убедившись, что я жива и относительно здорова.
   -- Ну, как сказать, -- усмехнулась. -- Пока толком не ясно. Но этот остров просто кишит мутантами, которые любят человечину. И мне бы сгодилась легкая рука Ши-Ши, а то ребра ноют.
   -- Перелом? -- уточнил мужчина.
   -- К счастью только трещины, но доставляют неудобства.
   -- Так возвращайся, -- легко произнес Донкихот.
   -- Ну, как тебе сказать... кое-какие обстоятельства не позволяют, -- косо глянула на спину Гарольда, уверенно шагавшего к темному провалу входа. -- Но было бы замечательно, если бы Ши-Ши на Ратти добрался до нас, но не доплывал.
   -- Интересно, как ты попытаешься завести корабль, ведь Нереза еще не питала его, -- насмешливо произнес Дофламинго, а я хлопнула ладонью по лбу.
   Совсем забыла!
   -- Тогда буду мучиться с этой болью, -- печально вздохнула.
   К сожалению, обезболивающее не подействовало на меня из-за особенности крови. А еще я умолчала им, какой у меня фрукт, да и они особо не любопытствовали, что крайне облегчало мою участь. Я не любила лгать. И так многое скрыла от них.
   Неожиданно Гарольд свернул, не входя в проем, и двинулся вдоль стены, за угол, где оказалась лестница до самого верха, вероятно, пожарная. Парень заткнул косу за пояс, а пистолет убрал в кобуру, поднимаясь наверх.
   Ох, долго же взбираться. Больше сотни метров в высоту точно будет.
   -- Значит, возвращаться ты не планируешь сегодня? Кирим тут уже панику поднял, -- продолжил диалог Донкихот.
   -- Пусть успокоятся все. Что может со мной случиться? -- наигранно вздохнула, обдумывая, куда бы деть топор, поскольку с ним подниматься невозможно, еще себя порублю.
   -- От тебя всего можно ждать, -- поддел Дофламинго.
   -- Вы главное сюда не суйтесь, тут зараза в воздухе витает, а то превратитесь потом в таких же монстров, и что мне делать с вами? -- несмотря на серьезный тон, слова выходили слишком легкими.
   Но подъем начала, с трудом закрепив топор за спиной, пошипев от боли в ребрах под смешок собеседника. Подниматься так же тяжко было, резких движений не поделаешь, толком не подышишь, поэтому выдохлась быстро.
   -- Форму теряешь, -- похоже, эстафету по издевательствам принял теперь пернатый друг.
   Я вздохнула и закатила глаза.
   -- Я смотрю, тебе там заняться нечем?
   -- Тоска смертная, -- так и представила, как он широко улыбнулся. -- Нереза носится и вопит, за ней бегает толпа служанок. Каждый занят своим делом, а у меня вино кончается...
   Посмотрела вниз и чуть не захлебнулась воздухом и видом, судорожно стиснув похолодевшими пальцами ступеньки. Нет, высоты я не боялась. Я давно познала крылья и свободу. Но тут... казалось, что, отпустив спасательную лестницу, рухну на острые шпили, которыми была напичкана каждая крыша. Острота во всем и везде.
   -- Сколько плаваю по Гранд Лайн... никогда нигде не встречал такой красоты, -- выдохнула, ни к кому конкретно не обращаясь. -- Как можно было убить такой город?..
   Гарольд еле различимо усмехнулся и продолжил подъем.
   -- Ладно. Будь на связи. Если что, сразу звони, -- сказал Донкихот и отключился, а я убрала замученную улитку в боковой карман.
   Если не приглядываться к разрухе, творившейся на улицах, и пустых черных окон, то город был полон мистики, чарующей. Черные здания блестели алым от лучей заходящего солнца.
   -- Не тормози, -- крикнул сверху парень, почти добравшись до широкого разбитого окна. Очистил раму от осколков, осторожно, чтобы не посыпались на меня. А я слегка подмерзла от порывистого холодного ветра, который колыхал нижнюю часть плаща.
   Влезла в окно с трудом. Руки устали и ныли, снова напоминая, что я всего лишь обычный человек без крыльев за спиной. Села тяжко под рамой на осколки и вздохнула, освободив спину от оружия и откидываясь на шершавую стену. Гарольд хозяйничал, собирая мусор горкой в стороне и поднимая разбросанную мебель. Сама площадка была просторной. В центре огромный прожектор, окруженный зеркалами -- удивительно, что они вообще остались целы, -- а внутри стояла жаровня с черными углями. Вдоль стены шла решетчатая лестница, за которой на последнем этаже скрывалась колокольня, где оповещались шторма или другие грядущие опасности.
   Пока последние лучи не погасли, и оставался хоть какой-то свет, Гарольд поспешил закончить с уборкой и попытался разжечь огонь с помощью найденного в шкафу огнива и масла. Я со скепсисом проследила за этим, надеясь, что это не будет подзывать тварей на поздний ужин.
   Кстати...
   -- Надо вход завалить, -- взгляд устремился на крышку люка, раскрытую настежь.
   -- Ты серьезно думаешь, что это их остановит? -- парень вскинул бровь и криво улыбнулся.
   Ну, судя по погнутым прутьям и в щепки выбитым дверям, да, бесполезно.
   -- Но можешь попытаться, -- он дернул губами и вернулся к своему увлекательному занятию по разжиганию огня.
   Я нехотя поднялась на ноги, поморщившись от боли в боку, и поплелась запирать люк на засов, но особых надежд на него не возлагала.
   -- Страшновато мне спать ложиться под твоим дозором, -- Гарольд отряхнул руки от золы и усмехнулся.
   Это он намекал на мою паршивую боеспособность?
   Огонь весело трещал на углях и старых газетах, сжатых в комки, отражаясь от зеркал и устремляясь к чернеющей воде, прокладывая дорожку света. Я встала у окна, убирая руки в карманы плаща, и проследила, как солнце, наконец, скрылось за горизонтом, мигнув напоследок. А мертвый город огласил вой сотни глоток.
   -- О, повылезали, -- отметил парень, чуть нервно сжав рукоять косы.
   -- Да успокойся ты, все равно у нас здесь преимущество, -- я махнула рукой и расчистила подошвой сапога облюбованный угол от осколков, усаживаясь туда.
   Гарольд посмотрел на меня как на психа.
   -- Ты явно плохо знаком с этими тварями.
   -- Спорить не буду. Но сейчас твоя нервозность ничем не поможет. Ты же воин, выживший. Так что соберись, -- я заглянула ему в глаза. -- Да и ты сам ночью нарвался на меня. Как еще нашел, и что тебя дернуло покидать особняк, зная, что ждет на улице? -- в этих вопросах я высказала ему все свои подозрения, а парень решил промолчать на них. Его дело, главное, что он спас и вытащил меня, а личные секреты пусть держит при себе.
   -- Да ты орал на весь город, оповещая всех о своем прибытии и плачевном состоянии, -- не остался в долгу юный крестьянин.
   Он не доверял мне, боялся оставаться, и слова про сон были правдивы. Не удивительно, что эти люди разучились доверять. А тут провести ночь в ограниченном пространстве с тем, кто вероятно заражен.
   Его воспоминания еще свежи.
   Гарольд устроился недалеко от люка, положив на него оружие и вперив в меня взгляд. Сидеть и ждать так всю ночь, желания не было, когда можно было провести время в приятной и полезной беседе.
   -- Почему имя "Аллегра" здесь везде? И остров, и болезнь?
   Парень невольно дернулся, словно я затронула очень плохую тему.
   -- За восемь веков эта история обросла множеством небылиц, и уже не ясно, где правда, а где выдумка. Есть только один относительно достоверный факт. Первый король назвал так остров в честь любимой младшей дочери, которая и была первой, кто заболела это болезнью. Она умерла, когда образовалось Мировое Правительство, и король отклонил предложение переселяться туда, поскольку не хотел покидать могилу дочери и хотел быть всегда рядом с ней. Вот такая вот трагическая история, которую любили рассказывать приезжим, -- Гарольд пожал плечами и перевел взгляд в пол, став невероятно грустным.
   А по мне довольно красивая история.
   -- У нас на самом высоком холме находится склеп принцессы Аллегры, а ее день рожденья считался национальным праздником, -- он смял газетный лист и бросил в жаровню.
   -- Да у вас тут целый культ, -- хмыкнула, а парень неуверенно кивнул.
   -- После нее стали появляться дети с подобными признаками, болезненные, и так же рано умирали. Врачи многие годы пытались разгадать секрет, и у них никак не выходило. С каждым поколением детей больных рождалось все больше. Врачи стали бояться, что через несколько лет вообще половина населения острова будут больными, и мы просто вымрем, -- Гарольд рассказывал с тоской в голосе, но в конце позволил себе усмехнуться. -- И мы вымерли.
   -- Для обычного крестьянина ты слишком хорошо посвящен в эту тему, -- я покачала головой, поднимая ее и смотря в черное небо.
   Зов снова стал набирать обороты, поэтому сглотнула и прикрыла глаза.
   -- Доктор Курт постарался. Он может говорить об этом часам. Да и это была приоритетная проблема страны, о ней все беспокоились. Доктор Денмарк часто покидал страну в поисках лекарств, посетил много островов, рассказывал своему помощнику о многих чудесах...
   Я нахмурилась. Подозрения просто орали о том, что этот доктор, вероятно, посетил Розарий и обратился со своей проблемой в Академию, а те поделились моей кровью, которая оставалась у них. Ведь лекарства из нее хорошо продавались. Но Курт говорил об образцах и Мировом Правительстве. Что-то тут не вязалось.
   -- Больше всего его поражали способности Скарлет. Он хотел найти ее и позвать к нам, чтобы она помогла. Но погибла она раньше. Доктор был печален, только человеком еще был упрямым и шел до конца.
   До конца этой страны.
   -- Это тебе тоже все рассказал Курт? -- я усмехнулась, изогнув бровь.
   -- Ага.
   Для одних я враг номер один, для других -- средство к спасению. Или гибели.
   Мог ли Денмарк раздобыть мою кровь? Вполне возможно, но не в таких количествах, чтобы проводить столь обширные исследования, ведь ресурсов оно могло есть много. Ему бы просто не хватило ее. Денег немеренно угробил бы, учитывая, что меня не было в живых, и никто не восполнял запасы полезной жидкости.
   Но я бы почувствовала свою кровь в этих существах, но в них не ощущаю ее вовсе. Будто они бескровны.
   -- Слушай, -- я опустила взгляд на Гарольда, хмуро смотря на парня. -- А какая у них кровь? Я вчера и основание шеи вспорол и руку, и ни капли не пролилось.
   -- Кровь... -- усмехнулся парень, показав белые зубы, и запрокинул голову. -- Они мертвецы. Какая у мертвеца может быть кровь? Мертвая. Черная. Густая, как смола. Потому отрубание головы только и спасает. А потом сжигание трупов до пепла.
   Ясно.
   Что-то вроде "Обители Зла".
   Только. Мертвая кровь... это как надо было накосячить, чтобы сотворить такое? Извращенцы.
   Протяжный скрип острого по железу охватил башню эхом, заставив вздрогнуть и подскочить, сжимая оружие и игнорируя стрельнувшую боль в ребрах. Я переглянулась с напряженным Гарольдом, готовым рвануть в бой, и нахмурилась сильней. Снова звук рваного металла и тяжелые прыжки, а следом вой.
   -- Идут, -- прошептал парень и накинул пальцами на лицо черный платок, закрывая нос и рот.
   Зов резанул по ушам, затапливая сознание. Я вздрогнула и согнулась, уронив тяжелый топор на пол, хватаясь руками за голову и сцепляя зубы, чтобы сдержать стон. Из груди раздалось тепло, оплетая и подбадривая, пытаясь смахнуть мучившую песнь.
   -- Эй! Ричард! -- Гарольд подскочил ко мне, но нервно оглядывался на люк. -- Не время как девица сознание терять. Эй! Слышишь?! -- он встряхнул за плечи, а я чуть не рухнула на пол, тяжело дыша.
   -- Зовут... -- с хрипом вырвалось, и сглотнула. -- Они зовут...
   В глазах резко потемнело, а тело стало ватным, потеряв контроль и опору.
  
  
  
   Кровавая Чума. Боль
  
   Они звали меня. Молили. Упрашивали. В этой бесконечной тьме я слышала их плачи и терзания. Они падали ко мне в ноги, валялись в грязи и хрипели.
   Они хотели лишь одного -- освобождения.
   Они выли и шептали, что тьма покажет мне истину. Что для правды мне не нужны глаза. Что она явится ко мне лишь в кромешном мраке... И только так придет озарение.
   Они разрывали мое сознание. Они ревели и упрашивали скорее покончить с этим.
   А я захлебывалась под потоком и билась как рыба в путах, не в силах скинуть их и вырваться, хлебнуть воздуха, а не эту омерзительную вонь смерти, источник которой был совсем рядом.
   Кровавые пятна врывались во тьму, смазывая ее, вытягивая в реальность.
   -- О... Остано... Останови... -- вырвался судорожный хрип.
   -- Эй! Парень! Не дергайся! У тебя бред, надо сыворотку вколоть! Ты заражен! -- нервные возгласы вперемежку с металлическими скрипами ворвались в сознание.
   Кто-то прижал меня к полу. Затуманенное зрение вырисовывало крепкую фигуру парня, который коленями сидел на груди, не давая подняться, а трясущимися руками пытался совладать с ампулой и шприцом, шипя проклятия сквозь стиснутые зубы.
   -- Что? -- вырвалось у меня, когда осознание ворвалось в голову.
   Он хотел мне вколоть то лекарство! Нельзя!
   Я взбрыкнулась, прикладывая всю доступную силу, чтобы отпихнуть Гарольда, и у меня вышло. Парень упал набок, выронив из рук набранный шприц, откатившийся в сторону. Резко подскочила, пока временный напарник не пришел в себя, игнорируя боль в ребрах, и наугад подхватила первое попавшееся оружие, которым оказалась изогнутая пила с большими широкими зубьями.
   Гарольд поднялся следом, метнувшись к сыворотке, но я резко развернулась, ударяя локтем ему в челюсть, отчего он снова рухнул на пол на четвереньки, роняя шприц, покатившийся к моим ногам.
   -- Не сейчас, -- грубо бросила ему сквозь зубы и прижала подошвой стекло, с хрустом разломившееся под ступней.
   -- Взбесившийся подонок, -- прорычал он и сплюнул кровь из разбитой губы, с яростью опаляя взглядом и медленно поднимаясь на ноги. -- Что на тебя нашло?!
   Наброситься на меня ему не дал люк, подскочивший в пазах и надрывно заскрипевший от давления снизу. Следом металл пробили черные когти, как консервную банку, вспарывая.
   -- Вы совершили большую ошибку, -- выдохнула я и отбежала к окну, за которым таилась пожарная лестница.
   Город внизу окрашивался в багровые цвета, казалось, будто сама земля наполняется кровью, но это оказались лишь прожекторы, поочередно включаемые то тут, то там, по всему городу. А алый свет был из-за залитой их стекла крови. Силуэты тварей скользили по свету невероятно быстро и легко, еле уловимо для глаза. Я выхватила один стилет и сжала между пальцами.
   -- Ты безумен! -- выкрикнул Гарольд, стискивая косу и лихорадочно смотря то на люк, то на меня.
   -- Зато не слеп как вы, -- твердо ответила ему и спрыгнула вниз, заметив пляску тени, бросившейся к оконной раме, за которой исчезла я. А после башню поглотил рев и звуки битвы.
   Истина кроется во тьме. Мать вашу... во тьме!
   Вот ублюдки. Что они сделали с моей кровью?!
   Не прощу!
   Я сжала кулаки, летя вниз с башни, раскинув руки и прищурив глаза. Острые крыши приближались, грозя нанизать на себя меня, но я успела скользнуть стилетом по запястью, вытягивая кровавую плеть, обхватившую шпиль, и воспользовавшись ею как тарзанкой, отталкиваясь и направляя. Ветер бил в лицо, пробуждая воспоминания забытого полета и детскую радость от него. Черная земля показалась вскоре, а меня еще тащило дальше, и, если что-нибудь не предприму, то точно без ног останусь.
   Дернув истончившуюся плеть, протащившую чуть дальше вперед, я влетела в окно дома, проломив деревянные перекрытия и рухнув на мебель, ломая ее и поднимая в воздух облако пыли. И тут же скрючилась от боли, пронзившей ребра, и стиснула зубы, чтобы не застонать в голос.
   Вашу ж мать, это больно!
   И хорошо, что нос и рот закрывал платок, и пыль не забивалась в дыхательные пути, а то бы проблем прибавилось. Закрыла глаза, проверяя тело на увечья. Лишь ссадины, которые быстро зажили, и нывшие ребра. Плотный плащ сохранил тело от осколков мебели, сыграв роль доспеха.
   Кое-как встав на четвереньки, я поморщилась и по блеску нашла стилет, возвращая его на место. Подхватила в левую руку убийственную пилу и с кряхтением выпрямилась, тяжело вздохнув и утерев лоб.
   Надо торопиться и, наконец, последовать за Зовом.
   Ответ найду во тьме.
   Росинант отозвался тревожным мерцанием, беспокоясь.
   -- Ничего, выберемся из этого дерьма, если будем следовать указаниям. Все-таки моя кровь врать мне не будет, -- я похлопала ладонью по карману, где хранился кристалл. -- Ты смотри во все стороны. Предупреждать будешь.
   Пошли.
  
   Это история из разряда "Обезьяна и очки", или если бы неандертальцу дали пистолет. Им вручили то, чего они понять не смогли, и не смогли бы в любом случае. Они вертели и так, и этак, пока не повернули себе в лицо дуло и не спустили курок. Картина, думаю, ясна. И не маслом.
   Так и с моей кровью, которая пела мне. Молила меня прийти скорее и освободить ее. Но на пути стояли эти мутированные твари: мертвые, дикие, голодные. Извращенные создания из нее же. Скверная кровь.
   И все так же стоял вопрос -- откуда у них такое количество жидкости? Одной пробирки им бы не хватило на все про все. У них не могло все с ходу получиться, на одних неудачах бы литров двадцать израсходовали, если бы не больше.
   Поэтому мне и нужны все записи исследований. Я бы с радостью и в Академию на Розарии заглянула, но слишком слаба, чтобы пробить их оборону и уйти после, даже если меня будут поддерживать мои нынешние ребята и экипаж с корабля.
   Я, почти не скрываясь, вышла из дома, отмечая, что размеры проемов, да и мебели были очень большими и вполне удобными для меня, при росте-то в два с половиной метра, может, чуть больше. По Гарольду тоже было видно, что не маленький, примерно моих параметров был. Чудища тоже не мелкие по размерам, то, первое, крупнее меня было.
   Выходило, что не архитекторы страдали гигантоманией, а население под стать было.
   Прикрыла глаза и прислушалась к Зову, позволяя ему вести меня туда, где спрятан источник.
   Опасно? Еще как. Вздрагивать от каждого шороха, нервно сжимать древко пилы, на которую лучше не возлагать лишних надежд -- свои клинки надежней, но и где они?..
   Я почти бежала, не оглядываясь, не таясь, не задирая голову, чтобы проверить очередную тень и выяснить ее хозяина. Зов тянул нетерпеливо, передавая нетерпение мне. Неизвестно, сколько я преодолела, когда дорогу перекрыло первое испытание.
   Чем ближе был центр города, тем чаще на пути появлялись баррикады из телег, ящиков, бревен с копьями, обращенными остриями к эпицентру. Некоторые даже вытаскивали мебель из домов и баров, чтобы хоть как-то перекрыть путь и защитить бойцов, давая им шанс. Сейчас же это был лишь мусор, раскиданный и ставший препятствием, через которое приходилось перебираться, если не было возможности обогнуть.
   Я столкнулась с ним случайно. Он выходил из проулка, и я выскочила навстречу, чуть не врезавшись в него, успев вовремя замереть и выхватить пилу, выставляя перед собой. Монстр смотрел на меня ошарашено несколько секунд. В алых глазах читалось недоумение, вид не выказывал агрессивность. Он отличался от того, который напал на меня -- спину держал прямо, лишь голову склонял вперед. Шерсть в верхней части тела имела пепельный оттенок. Но вот когти совсем не внушали безобидность -- размером с нож. Он отличался от тех, в его глазах не читалось безумие, там оставалась малая капля разумности.
   Эти секунды замешательства сыграли против него, зато на руку моей реакции. И пока он еще обдумывал что-то свое, монстрячье, я уже решительно бросилась на него, игнорируя мысленные возгласы Росинанта о побеге, ведь он, в отличие от меня, видел со всех сторон, и там нас брали в кольцо другие твари.
   Я рванула вперед и резанула пилой по открытой шее. Но тварь в последний момент пришла в себя и выставила руку в защите, которой и лишилась. Монстр отшатнулся и заверещал, запнувшись об обломок баррикады и упав на нее. Посмотрела на лезвие, отмечая, что крови на самом деле почти не было, не считая темных густых разводов.
   Росинант показал образы, как оборотни отпрянули и застыли на своих местах, наблюдая за сражением. Существо, опираясь на здоровую лапу, выбралось из завала и грозно рыкнуло, вперив алые глаза в меня. Я не осталась в долгу, не сводя с него глаз и медленно обходя по дуге, чтобы прижать к стене и не дать убежать в проулок, где у меня с оружием не будет маневров.
   Я не боялась монстров, скорее испытывала отвращение к мерзким образам, сотворенным моей испорченной кровью. Скользила в душе обида, что сила была так осквернена.
   Тварь набросилась, замахиваясь здоровой рукой, но я резко уклонилась влево, поднырнув под обрубок, и рубанула пилой, вспарывая живот и грудь. Резко повернулась, чтобы не стоять к монстру спиной, и проследила, как он рухнул, распластавшись на дороге. Не теряя времени, я подскочила и наступила ногой на спину, поваливая не усевшего подняться врага, и твердо рубанула пилой по шее, встречая сопротивление -- позвонки захрустели, но все-таки не выдержали напора.
   Голова рухнула и укатилась в тень, а поверженное тело осело на землю.
   Росинант снова показал картинку, как монстры оскалились, но не спешили атаковать, лишь скребли когтями опору из камня, злясь.
   Я присела на колени и внимательно осмотрела основание шеи, провела кончиками пальцев, смачивая в густой крови, и поднесла к носу, прикрыв глаза -- запах гниения, приторный, тошнотворный, вызывающий лишь омерзение, а не привычную жажду или желание. А еще в ней что-то было.
   Я нахмурилась, продолжая сидеть посреди улицы с закрытыми глазами и знакомиться с черной кровью, совершенно игнорируя опасения Росинанта.
   Попробовать на вкус? Признаться, боюсь. Я не могу совладать в этой кровью, не могу ее контролировать, и неизвестно чего ожидать, если она попадет в мой организм. Но мне надо вытрясти память крови.
   Сглотнула, как зачарованная уставившись на блестящие кончики пальцев. А после неуверенно стянула платок, слизнула ее и поморщилась.
   Фу. Гадость.
   Горькая, пеплом оседая на языке, вяжет.
   Прошибло, будто нашатырь под нос сунули. В глазах стало все слишком ярко, сердце забилось лихорадочно и быстро, как после пробежки. Я рефлекторно сглотнула, готовая собрать в слюну и выплюнуть.
   Отвратительно.
   Но нельзя.
   Скверная кровь. Черная и мертвая, смешанная с чем-то, что нельзя было угадать. Покалеченная, состав кардинально нарушен.
   Боже, это каким же надо быть извращенцем и идиотом, чтобы сотворить такое...
   Я тяжело выдохнула и нацепила платок назад, закрывая нижнюю часть лица, поднялась на ноги и хотела перешагнуть труп, как сознание снова что-то всколыхнуло. Если же до этого его терзал то Зов, то беспокойные выкрики Росинанта, то тебе было другое.
   Живое, голодное и дикое.
   Оно тихо урчало и наполняло меня мыслями о том, что надо выходить на Охоту.
   И тут меня прошибло озарение, заставившее истуканом замереть и напугано уставиться перед собой.
   Я приоткрыла рот и облизала пересохшие губы.
   Вирус. Симбиот. Вирус-паразит.
   Они создали вирус...
   Кровь, которая привыкла контролировать и имела невероятную регенерацию, была смешана с чем-то, что увеличивало ее первый плюс, а второй подавляла, хотя должна была делать все наоборот. У них просто не было меня, потому некому было направлять и давать указания, программировать.
   Мне нужно больше знаний, заметок, информации.
   Но, к сожалению, процесс необратим. Город пал, а я ничего не могу сделать с зараженными.
   Кашель вырвался невольно, а легкие охватила пылающая боль. Мгновенно. Ничего не предвещало этому. Кашель начал душить, заставляя сгибаться, а после рухнуть прямо рядом с убитым мной монстром.
   Зов изменился, стал искаженным, вибрирующим, его песнь более понятной, и даже угадывались отдельные слова, мольбы вырвать из кошмара.
   Я закрыла глаза и попыталась дотянуться до своего организма, чтобы узнать, что произошло, и увидела лишь черноту, которая медленно пожирала и деформировала каждую клетку, каждый уголок, оставляя за собой оскверненный участок.
   Не могла же капля, даже меньше, привести к такому результату!
   В ужасе наблюдала, моля еще чистую кровь поглотить болезненный участок, биться до конца, а не легко сдаваться. Но она не хотела выполнять свою работу, не хотела сопротивляться.
   В голове стали обрывками воспоминаний всплывать образы, отвлекая от настоящей проблемы. Создалось впечатление, будто я подключилась к единой сети, и к Зову присоединились чужие Голоса. Сотни, тысячи струн вибрировали перед взором и тянулись вглубь города, расходясь и цепляясь к каждому зараженному.
   Я могла с легкостью коснуться ее и разорвать, убивая монстра, отсекая от себя.
   Ужас сменился растерянностью.
   Кое-как села на колени, ошарашено уставившись на ладони, обтянутые кожей перчаток.
   Что я сделала?..
   Чернота уверенно подбиралась к сердцу, голова начала кружиться от недостатка кислорода и вороха своих и чужих мыслей, переплетающихся в комок. Меня трясло.
   Боль стрелой вонзилась в грудь, окрасив зрение в алый, а сердце судорожно сжалось. Я хрипло вдохнула, не в силах выдохнуть. Было ощущение, словно пронзили копьем, а легкие заполнили водой, и не было сил подняться на ноги, лишь бессмысленно дергать руками, пытаясь нащупать застрявшее оружие.
   Но его не было.
   Ничего не было.
   Только затопивший все мрак.
  
   Тебе нельзя умирать...
  
   Я не... Я не умираю!..
   Не умру!
  
   -- Держи, пей, -- руки протягивали наполненную мутной жидкостью пиалу девочке, сидевшей на стульчике и болтавшей ногами.
   -- Доктор Денмарк и Доктор Курт снова что-то придумали? -- она поджала губы и взглянула в чашу, поморщившись. -- Зачем это? Мы все равно умрем. Нет смысла тратить на нас время, -- она подняла бесцветные глаза на собеседника, который мягко улыбнулся.
   -- Глупая, не говори так. Они очень умные, и обязательно помогут нам.
   -- Бред, я не буду пить это, -- она взмахнула рукой, выбивая посуду из рук, и скрестила их на груди, отвернувшись и надувшись.
   -- Зря ты так, -- вздохнул парень. -- Они же стараются.
   -- У меня после этих вакцин кошмары по ночам, -- пробубнила белокурая девочка.
   -- Не переживай, -- он протянул руку и погладил по голове собеседницу. -- Они нам помогут. Как давно ты их не пьешь?
   -- На второй день перестала, как проснулась, -- тихо ответила она.
   Парень удивленно захлопал глазами, не зная, что ответить.
  
   -- Мне нужно взять у вас кровь. Позволите?
   Тот же юноша сидел за столом. Он протянул старцу руку, откатив рукав. Седой доктор поправил очки на носу и смазал пациенту сгиб локтя ватой, промоченной в спирту. Тонкая игла стеклянного шприца вошла под бледную, почти прозрачную кожу, заставив поморщиться парня. Он с интересом следил, как пустое пространство наполнялось бледно-серой жидкостью, не такой как у здоровых людей -- багровой.
   -- Как ваши исследования, доктор? -- ощущая неловкость в тишине, решил завязать беседу юноша.
   -- Пока все так же, -- сухо ответил старик. -- Жду реакции образцов.
   -- Ясно, -- протянул парень и замялся, не зная, как продолжить разговор.
  
   -- Что ты делаешь? -- юноша невольно стал свидетелем, заметив, как девочка вылила вечернее лекарство в окно.
   Она вздрогнула, застуканная, роняя посуду на улицу, и обернулась, с испугом смотря на человека.
   -- Они же стараются ради нас!
   Девочка резко нахмурилась и вздернула нос.
   -- Я говорила, что не хочу этого! Мне не нравится, что они делают!
   -- Если ты не будешь пить лекарства, то они будут колоть тебе их в вены!
   Она снова напугалась и сжала пальцами край черной юбки.
   -- После них вы сами не свои, -- поджала губы. -- Меня это пугает, -- и отвела глаза под обвиняющий взгляд старшего.
   -- Побочные эффекты есть у всех. В этом нет ничего страшного, Незабудка, -- попытался успокоить девочку и привычно погладить ее по голове, но она вырвалась и молча убежала из палаты.
  
   -- Что с ней? Куда вы ее дели? -- парень налетел на доктора Курта, который пришел в палату с новой порцией лекарств.
   -- Доктор Денмарк перевел ее под наблюдение. Медсестра доложила, что она игнорировала время приема медикаментов, -- ровно и без эмоций произнес мужчина с убранными в хвост коричневыми волосами.
   -- Как так? Она же... -- вновь эмоционально зашелся парень, но был перебит врачом.
   -- Как ваше состояние? Изменения наблюдаются?
   -- Нет, -- бессильно выдал юноша и сел на кровать.
   -- Ясно, -- заключил Курт. -- Не забудьте, в четыре часа прием.
  
   Крики разбудили его, заставив подскочить с постели. Нашарив в темноте тапочки, он поднялся и снял со шкафа халат, накидывая на тело, мельком посмотрев в окно, где только-только всходило солнце.
   Он выглянул в коридор, где так же выходили из палат больные, похожие друг на друга как один -- все такие же бледные, беловолосые и с бесцветными глазами. Отличались только ростом, половой принадлежностью и возрастом. Самой младшей было девять. А старшим был он.
   -- Что случилось? -- они перешептывались, переглядывались, но идти проверять боялись.
   Парень рванул вперед, где за коридором располагался кабинет доктора Денмарка. Но заглянув туда, он резко отшатнулся, врезавшись спиной в стену и сжав ладонями голову.
   Доктор был убит, растерзан до неузнаваемости и раскидан кусками по всему помещению, а кричала обнаружившая его медсестра, потерявшая сознание.
   -- Кто это мог сделать? -- прошептал одним губами парень и уставился в пол, не замечая кровавых следов, которые вели на лестницу.
  
   Кашель пришел неожиданно. Посреди ночи, разбудив. День выдался тяжелым -- хаос в больнице из-за жестоко убитого доктора захлестнул весь город, а больных заперли в их палатах. Курт ходил весь день мрачный, а парень подслушал разговор медсестры, которая сказала, что один из одиннадцати больных исчез.
   Юноша поднялся с постели и накинул халат, решив прогуляться до уборной. Кашель захватил его и там, когда он умывался. Сплюнув тягучую слюну, он в шоке уставился на черное нечто, которое и оказалось слюной. Мотнув головой и еще раз обмывшись холодной водой, он поставил зарубку уточнить у доктора Курта, что это, и вышел в коридор.
   Тогда к нему пришел Зов.
   Парень остановился и посмотрел на лестницу, которая вела в подвальные помещения. Он завороженный направился к ней и ступил на первую ступеньку, но замер в неуверенности, не понимая, что происходит. Только Песнь была настойчивой.
   Он снова согнулся в приступе кашля, а когда его отпустило, выпрямился и уставился на ладонь, где была непонятная черная жидкость. С отвращением вытер о халат руку, отогнал мысль, что так приближался его конец. Ему ведь скоро девятнадцать.
   Открыв дверь, парень вошел в сырой подвал, где хранилось много медицинского оборудования и препаратов. Осторожно прошел по коридорам, обходя высокие стеллажи и наложенные друг на друга ящики, дошел до шкафа, откуда и шел Зов. Но, открыв дверцы, ничего не обнаружил в нем. Вошел в него и постучал костяшками пальцев по деревянной стенке, услышав глухой звук.
   Пустота.
   Замерев в нерешительности, он не знал, что делать. Зов настойчиво тащил парня туда, где что-то таилось, только вот разгуливать по больнице ночью совершенно дурной тон.
   Он закусил губу и тяжело посмотрел на стенку. Вздохнул, снова закашляв, и, когда успокоился, надавил на преграду. На удивление она поддалась, и парень вывалился на каменную площадку, с которой шла круговая лестница вниз, освещенная тусклыми лампами.
   Заинтригованный он, осторожно ступая, начал спуск, держась рукой за холодную и сырую стену. До самого конца юноша гадал, что здесь могли прятать, но и не предполагал, что ему откроется целая лаборатория. Парень, открыв рот от удивления, прошел вдоль столов, стараясь не трогать неизвестные вещи, чтобы ничего не испортить.
   Но Зов вел дальше. К деревянной двери впереди.
   Парень остановился около нее и собрался с мыслями, что все равно хуже не будет, путь уже начат, и открыл.
   -- Что ты тут делаешь?! -- раздался гневный выкрик доктора Курта.
   Юноша в ужасе смотрел на открывшуюся картину.
   На стене, прикованная цепями, висела обнаженная девочка без сознания. Ее белые волосы были коротко острижены, да и сама она вся исхудала. На бледной коже ярко отсвечивали алые вены, неестественно и чуждо, особенно для тех, кто болен их недугом. Мужчина в этот момент вкалывал в шею препарат с красной жидкостью, как в помещение вошел незваный гость.
   -- Незабудка... -- выдохнул парень, сжимая и разжимая кулаки. Мысли лихорадочно носились по его голове, не собираясь во что-то логичное.
   Но больше ничего не успел сделать, как приступ кашля снова накрыл его, сгибая пополам и валя на холодный пол.
   Зов исходил от нее.
  
  
  
   Кровавая Чума. Проклятый
  
   Я не умру!..
  
   Я лежала и бессмысленно смотрела в ночное небо.
   В голове не было ни единой мысли.
   Воспоминания болью и тоской отзывались в душе, пустотой в сердце. Будто эта Незабудка была так же дорога мне, как и тому парню, кровь которого попробовала. С разницей в возрасте в пять лет он воспринимал ее как младшую сестру, да и у нее не было никого из близких, кто мог бы навещать ее в больнице, поэтому он старался заменить девочке их, заботясь.
   Все они были людьми, со своими житейскими историями, но сейчас их вела только воля зверя, пробудившаяся в них вирусом-паразитом. И распространяли его как раз эти больные, превращенные усилиями докторов в монстров.
   Моя кровь и их не могли взаимодействовать, образовывая такой опасный коктейль.
   Бледная кровь... Кто бы мог подумать? Что еще скрывает этот мир?..
   По телу разлилась усталость -- воспоминания выкачали всю энергию во мне. Не хотелось вставать и куда-то идти. А просто лежать так и разглядывать звездное небо.
   Но время шло. Я не имела ни малейшего понятия, сколько провалялась в отключке благодаря черной крови, которая хозяйничала в моем организме и делилась воспоминаниями бывшего хозяина. Прислушалась к ощущениям тела, пытаясь отрешиться от Зова и Голосов, с которыми скоро с ума сойду. Они просто разрывали сознание, вместе с Росинантом, оповещавшим, что оборотни приближались, стекаясь со всех концов города.
   На удивление никаких отклонений не обнаружила, будто я не пробовала черной крови, не было нахлынувших воспоминаний. Она словно растворилась во мне и рассеялась. Только вот отвратительный привкус во рту сохранился. Выпить бы чего-нибудь, чтобы перебить его.
   Я сглотнула и поморщилась. Вырвался тяжелый вздох, следом за которым подняла голову и осмотрелась -- твари действительно обступили со всех сторон, но чего-то ждали, мигая алыми глазами.
   -- Как думаешь, Росинант, скольких я успею убить?
   Он угрюмо промолчал.
   Видимо, не оценил мое чувство юмора.
   -- А еще представь себе, эти одиннадцать больных. Точнее -- девять, минус Аллегра и та Незабудка. Они все были своего рода предводителями этих монстров. Может, поэтому они меня не трогают? Пятеро убиты, точнее, уже шестеро с моей легкой руки. И, наверное, признали меня сильнейшим. Только вот толпой легко раздерут на части, я даже вякнуть не успею.
   Ой, бред, какой-то несу.
   Кое-как поднялась на ноги, чуть пошатываясь, и оглядела толпу, присвистнув, -- тварей собралось на самом деле очень много. И я ощущала их Голоса, которые могла буквально прервать щелчком пальцев. Уж лучше бы я видела и дальше ауры, закрывая глаза, тогда хотя бы мозг не грузился.
   Я поправила платок на лице и раскинула руки в стороны:
   -- Мне нужно всего лишь узнать, что здесь произошло! Кто сотворил с вами такое! Понять, как такое могло случиться! Кто посмел так низко опуститься! И остановить! Вы пропустите меня?
   По-моему, я схожу с ума. Разговаривала с тварями, которым чужда человеческая речь, но которые, окружив меня, чего-то ждали.
   Вздохнула и опустила руки. С грехом пополам согнулась, проклиная ребра, и подобрала пилу, лежавшую около трупа монстра. Оборотни так не придумали, что делать со мной, а я -- что делать с ними.
   Но надо идти.
   Не успела и шаг сделать, как толпа тварей дрогнула и стала расходиться-разбегаться в две стороны, пропуская кого-то вперед, ко мне. Я настороженно замерла, напрягаясь и сжимая древко оружия, готовая защищаться. Существо приближалось неторопливо, сверкая в полумраке алым взором и пугая утробным рыком, который перемешивался с тихим металлическим стуком о камень. Пепельная грубая шерсть торчала клочьями. Остатки одежды замараны кровью и грязью. В отличие от убитого мной, этот был преисполнен агрессией и жаждой убийства.
   Стало понятно, чего ждали монстры. Точнее кого. Они ждали бойни. Между нами.
   Мое второе испытание.
   Его Голос я не видела и не ощущала.
   Видимо, Изначальных, как их можно назвать, я не чувствовала, либо той мизерной части черной крови было недостаточно, чтобы получить большего. А я и боялась этого "большего", если меня так накрыло от малой доли.
   Но это меньшее, что должно пугать. Сомнения вызывал огромный меч с широким лезвием, вычищенным и наточенным, отражавшим багровый свет, разливающийся по всему город от прожекторов. Загадочные письмена, обрамленные тонкой очерненной росписью, шли по центру -- от рукояти до кончика. Тварь уверенно держала оружие, слегка опираясь на него при ходьбе, а я представила, каким оно могло быть тяжелым, если в длину было чуть меньше моего роста.
   Где же он достал эту красоту?
   Резким взмахом, оставившим в воздухе серебристый блеск, монстр закинул меч на плечо плашмя и оскалился, сощурив глаза.
   Я сглотнула.
   Он этим тесаком легко перерубит меня, не напрягаясь. С пилой в руке ему ничего не противопоставишь, тут только можно положиться на ловкость и реакцию, поднырнуть, для сближения, и зайти со спины, но быть крайне осторожной, ведь я понятия не имела, на что был способен этот индивид. А также я была ранена.
   Среагировала я вовремя, откидываясь назад и пропуская мимо носа острый конец клинка. Он прямо с плеча рубанул по диагонали, да так, что камень на земле разлетелся крошкой. Невероятная сила.
   Такими размашистыми ударами он не подпустит к себе близко, и легко зацепит меня, либо снесет голову.
   Я прыгала как кролик от его ударов, а он гонял меня, не прикладывая ощутимых усилий. Успела порядочно запыхаться с этим неподготовленным телом, которому за последние сутки досталось очень сильно. Еще и ребра не унимались, тормозя и делая более неуклюжей. Такими темпами шансы проиграть росли.
   Черт. А я надеялась, что меня пропустят с миром. Глупая.
   Твари, чтобы не попадать под меч Изначального, рассредоточились по крышам и домам, выглядывая из проемов, ведь нескольких своих он успел задеть в особо широких размахах.
   Плана не было никакого. Я просто уворачивалась по всей улочке, надеясь не зацепиться о баррикады и труп, чтобы не упасть и не оказаться зажатой между стен, поэтому полагалась еще на образы Росинанта, координирующего мои направления.
   Кончик лезвия вновь пронесся в опасной близости от груди, заставляя отпрянуть. Я оставалась максимально сосредоточена и напряжена, следя лишь за движениями противника, что было само по себе ошибкой. Только вот иначе никак.
   Свист стали откуда-то со стороны стал неожиданным сюрпризом. Тварь дернулась, отступая, и резко выставила меч в защите, закрывая лицо и голову в целом. Из переулка змеей выскользнула цепь и обвилась вокруг лезвия, что заставило монстра довольно оскалиться, и он с силой дернул на себя ее, выманивая напавшего охотника, который оказался умней и бросил свое оружие, перехватывая другое.
   Я время не теряла, пока они занимались друг другом, и обошла неслышно со спины -- он так удобно повернулся боком ко мне, чтобы заблокировать цепь. Только сделать ничего не успела, ведь Росинант выкрикнул, что на подоспевшую помощь были спущены обычные твари.
   Показавшийся из переулка, Гарольд несся в мою сторону, а за ним мчались рычащие монстры. Выглядел парень не очень здорово, но жить захочешь, не так поспешишь. Но что он хотел сделать, приведя сюда врагов, не знала. Парень-то не в курсе, что я могу их взмахом руки убить, или он так отчаянно надеялась, что я помогу ему противостоять им?
   Надо будет полюбопытствовать, с какой целью он вел их ко мне.
   Изначальный, распутав от цепи меч, замахнулся, чтобы покончить с Гарольдом, который неосмотрительно подошел слишком близко в область атаки, гонимый дикими тварями. Я крепче сжала древко пилы и с силой замахнулась, вбивая ее между шеей и плечом монстра со спины, и провела оружие в свою сторону, разрезая-распиливая почти до лопатки. Густая черная кровь толчками скользнула из раны, пачкая рукоять и ладони, а замершая тварь медленно повернула голову ко мне, сверкая алыми яростными глазами.
   Словно завороженная смотрела в пылающий взор, ощущая всю ту ненависть и злость, которую он изливал на нас. На меня в частности и в большей степени, будто моя вина была в том, что они приняли такое обличие, став безумными голодными монстрами.
   А может он почувствовать родство крови, ведь моя бралась за основу, поэтому и устроил этот поединок.
   Тяжелый вибрирующий рык вырвался из глотки твари, и улицу огласил звон металла -- меч выпал из его рук на землю.
   -- Пригнись! -- вскрик Гарольда заставил вздрогнуть, но я послушно отпустила рукоять, застрявшей в теле монстра пилы, и отступила вовремя. Перед носом пронесся бурый изогнутый кончик короткой косы.
   В одно мгновение Изначальный лишился головы.
   -- Не стой столбом! Они окружают нас! -- из ступора снова вывел голос парня.
   Удивительно, что он вообще пришел после того, как я кинула его в башне.
   -- Жив? -- криво улыбнулась я и посмотрела на руки -- перчатки были измазаны кровью твари, -- и сжала кулаки.
   Изначальный чувствовал, кто я. Он хотел чего-то...
   Мне показалось, что расслышала скрип зубов со стороны Гарольда.
   -- Я тоже рад тебя видеть, -- хмыкнула.
   Доводить людей я могу лишь одной улыбкой.
   -- Они не проблема, поспеши, если снова догонять не хочешь, -- бросила ему и пригнулась, собираясь вернуть пилу.
   Но она зараза застряла, видимо врезалась зубьями в кости. Я дернула с силой, но лишь донесся хруст и вялое дерганье тела твари. После нескольких попыток, бросила это дело -- мараться еще больше совсем не хотелось. Взгляд упал на брошенный меч, продолжавший переливаться багровым.
   Подниму или нет? С виду невероятно тяжелый.
   Пока я раздумывала, Гарольд вступил в схватку с набросившимся на него монстром. Скривилась и махнула рукой, разрывая нить Голоса. Тварь захрипела и рухнула на землю.
   -- Какого хрена?.. -- ошарашенно выдохнул парень, понимая, что его противник умер без видимых причин и с головой на плечах, а ряды остальных дрогнули и отступили в темноту домов, переводя алые взгляды на меня.
   Они боялись.
   -- Я и говорю, что все это ерунда. Торопись, -- равнодушно ответила на его вопрос и схватила за гладкую рукоять меч, который на мое касание мелко завибрировал.
   В изумлении отпустила его и отшатнулась.
   Я слышала о таком. Точнее, о таких. Великие мечи. Считалось, что они живые. Неужели это один из них? Зоро что-то давно рассказывал подобное, когда разглядывал мой тот необычный меч, что с ними надо общаться на равных, говорить, считать за живое существо и напарника. У него был такой проклятый клинок, с которым он нашел общий язык и который принял старпома Мугивар.
   Этот меч такой же?..
   -- Разрешишь тебя забрать? -- я присела около него на колени и сняла окровавленную перчатку, проводя кончиками пальцем по острому лезвию, давая своей крови.
   Ощутила мелкую вибрацию, а в глубине души возник трепет.
   Невероятно!
   Прикрыла глаза и провела пальцами по росписи в центре клинка, измазывая в своей крови.
   -- Я найду тебе хозяина, -- тихо пообещала.
   -- Ты что творишь, идиот? -- грубо влез в ритуал Гарольд, а я чуть было не сорвалась, вспыхнув желанием вонзить в него стилеты, но остановилась вовремя.
   -- Хозяин был забран мной. И мною же будет найден. Я не прошусь им быть, -- продолжила шептать, получая в ответ легкие вибрации.
   Вроде договорились.
   Надела перчатку и вздохнула, хлопнув ладонями по бедрам и следом поднимаясь.
   Восторг и трепет тесно переплелись после ритуала. Никогда не думала, что найду такой меч! Он невероятен!
   Теперь же он не был тяжелым, и подняла с заметной легкостью, хоть и ощущался вес намного приличный, если сравнивать с моими клинками. Но закинуть за спину его не смогу -- надорвусь, а вот носить так же, как тот Изначальный вполне, как трость. Двухметровую трость.
   Хех.
   -- Что-то надо делать с твоим воспитанием, Гарольд, не положено так со старшими разговаривать, -- обернулась к изрядно бледному и помотанному парню.
   -- Какое на хрен воспитание, когда ты его одним взмахом руки свалил! Что это было?! -- набросился парень, но резко скривился, хватаясь за увеченный бок.
   Ясно. Еще первую помощь оказывать надо, пока не свалился. А то от резких движений и большей прыти может рана стать еще хуже, особенно со стороны печени.
   -- Я же упоминал, что я -- фруктовик. Это моя способность, -- ровно произнесла, напряженно нахмурившись и оперев меч о стену дома, к которой подошла. -- Мне надо было только прийти в себя после шока от увиденного и осмыслить... все.
   Скинула перчатки, повесив на крестовину оружия, и обернулась к недоумевающему Гарольду.
   -- Подойди, лечить буду. Я все-таки врач, а рана у тебя серьезная, так что хватит тут играть бравого воина, а то через пять минут рухнешь в обморок от потери крови как нежная девица.
   Вынула тонкий стилет, пока он подходил. Но заметив мое оружие, остановился, вопросительно вскинув брови.
   До сих пор не доверял, хоть сам и явился сюда в таком бедственном положении, а мог бы вернуться домой к Курту, где его бы заштопали. Но парень упрямо последовал за мной.
   Зачем, спрашивается?..
   -- Снимай пальто.
   Гарольд неуверенно расстегнул одежду и стянул, не поморщившись. Я подошла ближе и разрезала рубашку, открывая рванную рану, от когтей.
   -- Больно? -- вскинула бровь, понимая, что от нее он должен был давно корчиться на земле, а не рваться в бой.
   Наспех прижатая тряпка, не очень чистая и вся пропитанная алой кровью, закрывала исполосованную когтями твари кожу. Три глубоких пореза вдоль бока. Действительно, еще бы глубже, и пострадала бы печень.
   -- Я вколол обезболивающее и кровеостанавливающее, -- ответил он почти синими губами.
   -- Угу, а про антибиотики забыл, до поместья бы дополз, где в полумертвом состоянии над тобой колдовал бы Курт, борясь с заражением, -- пробормотала и коснулась кончиками пальцев край раны, промачивая в крови и, стянув повязку на лице, отправляя в рот под ошеломленный взгляд парня.
   Надо же знать, что у него за иммунитет, который не берет такой жесткий коктейль.
   -- Зачем ты это?..
   -- Я -- доктор, я знаю, что делаю, -- безапелляционно выдала я и облизалась, возвращая платок на место.
   Хм-м.
   Обычная кровь. Хорошая, здоровая. Даже заражение не успело коснуться с таким видом оказания первой помощи себе. Сильная и активная. Приятная на вкус. Полная энергии. Неудивительно, что та оскверненная, не смогла побороть ее. Она была "слишком" во всем. И будь я в другом положении и месте, то даже бы распробовала этот наркотик.
   Мне нравилось.
   Каким бы дураком сам Гарольд не был, а вот его кровь великолепна.
   Скользнула стилетом по своей левой ладони и прижала ее к боку парня, который вздрогнул от такого, не предполагая подобного метода.
   -- Что за?!
   -- Тш-ш, -- шикнула и закрыла глаза.
   Внутренние ткани серьезно повреждены, а потеря крови сказывалась, несмотря на лекарства. Я-то его исцелю, но сама буду ходить пришибленная и голодная, а толкового пайка мы не брали, только легкий перекус. Свой-то я успешно потеряла, а вот у Гарольда никакой сумки видно не было.
   Отняла руку и отошла, ища где бы ее почистить.
   В зеленых глазах парня скользнул страх, но он боялся дернуться, наблюдая, как бок чудесным образом заживает. Как края раны стягиваются и покрываются коркой, которая через несколько минут черствеет и спадает, показывая мягкую розовую кожу, медленно приобретавшую естественный оттенок.
   Нашла в мусоре с баррикады пыльную старую тряпку и отряхнула ее, задаваясь вопросом, куда делись тела убитых, неужели твари были так учтивы, что хоронили всех, или куда-то стаскивали? Ведь еще со стороны частных домов дороги были усеяны костями, но тут только остатки жестоких сражений на выживание в виде баррикад.
   Кое-как оттерев руку, я поморщилась и вздохнула, мечтая о воде и ванне. Теплой, с ароматными маслами, а можно даже и с массажем после такого-то приключения.
   -- Это же... кровь?..
   Я обернулась и застала, как Гарольд осторожно ощупывал бок, где была рана.
   -- Ну, да.
   -- Этой силой... владела Скарлет, -- тяжело выдохнул он, подняв на меня полный ужаса взгляд.
   Он чего?..
   -- Много чего произошло. Но последние два месяца, пока вы тут вели битву за выживание, теперь это моя сила. И теперь я расхлебываю то, что натворили с ней те, кто каким-либо образом успел завладеть кровью. Одна из моих целей уничтожить все и всех, кто хоть каплю этой силы получил в свои руки. Чтобы больше не было таких... бед... -- я обвела взглядом улицу и затаившихся чудищ, раскинув руки. -- И я не допущу больше подобного, -- жестко закончила и выпрямилась, подхватывая перчатки и оружие.
   Парня трясло. Его просто стало лихорадить, и мне показалось, что он сейчас впадет в истерику.
   -- Можно... можно ли все исправить? Можно ли их вылечить?! -- Гарольд подскочил и схватил меня за воротник, пытаясь встряхнуть. Во взгляде так и плескалась надежда и страх.
   -- Нет, -- твердо ответила и положила ладони поверх кулаков, пытаясь разжать его пальцы. -- Я могу только уничтожить все. Чтобы не осталось ничего. И этого вируса тоже. Я, как и было обещано, вытащу с этого острова тебя и Аллегру, но доктора Курта придется убить. Он скрывает слишком много важной информации, и она будет опасна для всего мира так же, как и для меня. Все это его рук дело.
   Видя, что отклика от него не находила, поскольку он явно ушел в свои мысли, сраженный словами и тоном, как и шоком, отошла в сторону и спокойно надела перчатки, подхватывая прильнувшую рукоять меча.
   -- Подумай пока и решай, следовать сейчас дальше за мной, или нет... -- сказала ему. -- Можешь пойти и забрать Аллегру, отведя ее к причалу. Твари не придут за ней. И тебя они не тронут.
   -- Это проклятый клинок Караканат. А тем монстром вероятно был старший сын начальника стражи короля... -- донесся слабый шепот в спину от Гарольда.
   Я опустила взгляд на труп.
   Воспоминания собирают утраченную историю в яркую картинку. Но не всегда можно их собрать, ведь носители памяти часто бывают уже мертвы. Только у меня проблем с этим не было. Я могла вытащить крупицы даже из трупа.
   Но черная кровь опасна. После нее тяжелый откат. Слабость до сих пор сквозила в теле, и я отчасти радовалась, что меч можно было использовать как трость. Еще одной битвы я не выдержу.
   Я посмотрела на сверкающее лезвие, отдающее багровыми бликами, и вздохнула.
   Устала.
   Надо скорее заканчивать с этим.
   Ночное небо насыщалось темными и глубокими оттенками с бледными мерцающими звездами. Через пару часов рассвет.
   Рукоять плавно завибрировала и поделилась теплом, разлившимся от руки по телу.
  
   -- Отец! Я не хочу в больницу! Зачем это надо? Я же прекрасно живу дома! -- юноша, лет шестнадцати, раздраженно смотрел на мужчину.
   -- Доктор Денмарк собирается всех с острова, кто... похож на тебя, -- статный и в форме, он замялся на секунду, подбирая слова, и произнес в попытке успокоить старшего сына. -- Ты же хочешь вылечиться и занять место в личной гвардии короля, как твой дед, мой отец?..
   -- И тогда Караканат перейдет ко мне? -- с недоверием нахмурился мальчишка.
   -- Обязательно, -- с улыбкой, затерявшейся в густых усах, кивнул мужчина и положил руку на плечо сына.
  
   -- Отец, -- со вздохом заговорил мальчишка и опустил плечи, сидя на стуле в приемной, куда пускали посетителей, -- мне здесь не нравится, -- он отвел глаза, чтобы не встречаться взглядом со старшим.
   Он боялся провиниться перед отцом, не хотел его расстраивать.
   Потер ладони о колени и вздохнул.
   -- Что не так? -- с участием спросил мужчина. -- С тобой плохо обращаются?
   -- Нет, -- замотал головой ребенок. -- Со мной общаются как положено статусу, с аристократом. Но... мне не нравится, что они делают. Все это... оно слишком подозрительно! Они работают с кровью! Постоянно берут ее у нас! Я не доверяю им, -- он резко вскинул голову, обеспокоено смотря в карие глаза отца.
   -- Наше Правительство одобрило планы доктора Денмарка, так что там не может быть ничего опасного. Он зарекомендовал себя. Так что не тревожься, хорошо? -- начальник королевской стражи ободрительно улыбнулся и сжал плечо сына.
  
   -- Гилберт заболел, -- тихо поделился ребенок с отцом.
   За окно было темно, а мальчишка совсем не смотрел на отца, сидел весь сжавшись.
   -- Мне страшно. Ему ведь девятнадцать на следующей неделе. Мы все переживаем за него, -- со страхом рассказывал мальчишка. -- У него сильный кашель, он мечется в бреду. Его нашли в коридоре без сознания ночью вчера. Он так и не пришел в себя... -- перешел на шепот.
   -- Не переживай, они успеют, -- слабо улыбнулся мужчина и сжал кулаки.
   -- А еще Роберт исчез после того, как стало известно об убийстве доктора. Он был совсем мальчишкой, тринадцать всего лишь. И пугливый. К маме постоянно просился, но она не приходила...
   Начальнику тоже стало не по себе от новости. И о том, что почти сутки город терзают страшные убийства, причину которых они не могут найти. Но он не мог о них рассказать сыну.
   Король запретил поднимать эту тему, иначе начнется в городе паника.
  
   Юноше стало страшно. Зарево запылало в ночи, как и разбудившие всех крики. Пациенты высыпали в коридор, но толком ничего понять не могли, как помещение заволок густой серый дым пожара. Следом мимо проносились странные силуэты, хрипящие и черные, не дающие рассмотреть себя.
   Ребенок на ощупь прошел по памяти к выходу, зажав нос и рот рукавом халата и сощурившись от резавшего дыма глаза. Распахнув дверь и впустив воздух, он замер, оглушенный увиденным.
   Город горел. Всюду носились с криками люди, а их догоняли страшные, отвратительные, существа, похожие на помесь человека и очень отдаленно волка.
   Он отступил назад, но понимал, что спасаться в здании негде, они пробьют преграды и найдут.
   -- Николас! -- голос отца врезался в ночь, перекрикивая вопящих людей.
   Мальчишка завертел лихорадочно головой в поисках родителя и нашел его у ворот больницы, спешащего с отрядом верных солдат. Замученных, израненных, но добравшихся до него. Верный Караканат, которым пробивал себе дорогу страж, был сжат в грубой ладони.
   -- Отец! -- юнец бросился по дорожке, но тут наперерез из кустов выскочила тварь, ощерившись и впившись алым взором в Николаса.
   Мальчик попятился, не сводя глаз с чудовища. Испуганный мужчина вырвался из сопровождения, занося меч, а тварь прыгнула, выставив когти и целясь в грудь ребенка. Размашистый удар пришелся в бок монстра и оттолкнул его, но тот все-таки успел задеть мальчика вспоров бедро.
   -- Николас! -- мужчина в страхе склонился над сыном, который тихо выл от боли, зажимая рану.
   Но тут он замер и в ужасе посмотрел за спину отца, становясь еще бледнее.
   -- Сзади, -- выдохнул ребенок.
   Страж успел схватить рукоять меча, но не завершил удар, как монстр вонзил когти в его тело и перекусил шею. Кровь струйками залила онемевшего от ужаса мальчишку.
  
   Он открыл глаза и первое, что увидел, это пепел. Рассеивающийся по воздуху и подгоняемый ветром. Дернувшись, понял, что тело ощущается как чужое, тяжелое, наполненное голодом и вбивавшим мысль -- убивать. Убивать и следовать Голосам, Зову. Нести добычу им. Охранять Великую. Кормить Дитя.
   Второе, что он увидел был блеск. Луна скорбно отражалась от широкого лезвия, лежавшего по правую руку. Судорожно сжал кулак, ощущая, что толком не получалось это действие из-за длинных неуместных когтей. Но они не мешали схватить за рукоять плавно вибрирующий меч.
   Меч, который пел для него. Который был предназначен ему с рождения. Меч, который пролил море крови.
   И он продолжит его путь. Продолжит поить его кровью.
   Ведь это Проклятый клинок Караканат, что значит "Черное крыло"...
  
  
  
   Кровавая Чума. Во тьме
  
   Гарольд нагнал спустя минут десять. Все-таки решил закончить путь со мной. Я бросила короткий взгляд на него, отмечая, что бледность спадала, и он уже больше походил на здорового человека, чем на ходячего мертвеца. Только все равно взгляд порой был рассеянный и отчужденный.
   -- Тебе следовало бы к Аллегре идти и отвести ее к причалу, чтобы она не мешалась, когда я к Курту нагряну, -- произнесла между делом.
   Несмотря на царившую жуткую атмосферу, я хотела бы попасть на этот остров во времена его рассвета и рассмотреть архитектуру в блеске солнца. Хоть она и была мрачной и готической, но она оставалась столь величественной и захватывающей дух...
   -- Лучше вернуться вместе, иначе слишком подозрительно будет, если я уведу из особняка Аллегру, -- отрешенно ответил парень.
   С одной стороны, верно, но не хотелось, чтобы девочка пострадала.
   Но я кивнула.
   -- Аллегра очень тихая девочка, -- заметила я, припоминая ее робкое поведение.
   -- После пережитого это вполне естественно, -- рвано пожал плечами парень. -- Она не разговаривает.
   -- Нема? -- я вскинула бровь, обернувшись на него.
   -- Нет, просто не разговаривает. С тех самых событий замолчала, -- мотнул головой Гарольд и вздрогнул, нервно стискивая оружие, когда в глубине дома, мимо которого проходили, что-то рухнуло.
   -- В принципе, не удивительно. После всего, что тут произошло... как еще в своем уме остаетесь. А она всего лишь замолчала... Сколько ей? -- мы вышли на широкую дорогу, которая заканчивалась на площади с плохо узнаваемым памятником в центре какому-то человеку.
   Миновали его и перешли на другую улицу, узкую и поднимающуюся вверх, по холму. Что находилось на конце, видно не было, но учитывая, как усилился Зов, вероятно, на вершине находилась больница, скрытая за пышными деревьями и высоким кованым забором.
   -- Ей десять, скоро одиннадцать. Мы и так не в своем уме. Каждый по-своему, -- выдохнул Гарольд и поправил шляпу, хоть она нормально сидела.
   Нервничает.
   -- Скоро будет больница. Я всего однажды был в ней. Ребенком. У нас в деревне была своя, маленькая, -- парень начал заглушать волнение рассказом, немного бессвязным и рванным.
   Моя сила моментально изменила отношение к моей персоне кардинально. Его страх казался осязаемым, густым. И направлен на меня, а не на монстров, которые еле заметными силуэтами плавно двигались за нами. Вот что делает авторитет. Хех.
   -- У вас довольно большой остров. Один город кажется огромным, -- я поддержала его разговором, чтобы он сильнее истерить не начал.
   -- Еще три деревни на острове. Наша занималась сельским хозяйством, прямо за стенами города. Одна была на берегу, рыбацкая, напротив города у другого берега. Слева от него простирался густой лес, король очень берег его и редко разрешал охотиться на зверье, только в определенные месяцы. И третья деревня была на лугах, они занимались животноводством. Так что да, наш остров очень большой.
   Недалеко от больницы дома закончились, и мы оказались на аллее, окруженные деревьями, которые закрывали весь доступный свет, отчего передвигались по темноте и с опаской, как бы не навернуться лишний раз, запнувшись обо что-либо, поэтому немного замедлились.
   -- Самое страшное было, когда Мировое Правительство, в которое так верило население, оставило нас. Бросило помирать, расстреливая тех, кто от отчаяния бросался к ним за помощью. Мы разуверились в них, возненавидели. Ведь из-за них, с их позволения, начались эти опыты в поиске лекарства.
   -- Это пока мы точно не знаем. У меня есть некоторые сомнения на этот счет, -- хмуро выдала я.
   -- То есть? -- в темноте его эмоции видно не было, но я ощутила, как в нем всколыхнулось недовольство. Он уже привык их ненавидеть, поэтому реакция неудивительна.
   -- Кровь Скарлет хранилась на закрытом острове, Розарий. Он не подконтролен Правительству, поэтому кровь могли взять только от туда... -- я резко замолчала.
   Был упущен один момент.
   -- Что не так? -- с подозрением протянул Гарольд.
   Денмарк получил образцы около года назад. Около года. Я проворонила один факт -- в то время как раз Дозор накрыл Панк Хазард, а я тогда лично отдала кровь Цезарю. Так и еще она была в "спящем" состоянии из-за блокировки татуировкой. Остатки точно хранились у него, измененные под действием его силы -- газа, перепрограммированные и подготовленные для фруктов и детей.
   Правительство могло как раз той кровью и воспользоваться, предоставив в качестве образцов Денмарку. Измененную и готовую для других опытов -- созданию дьявольских фруктов и детей-гигантов. Потому ее и было много, ведь разбавлена была порядочно. Они не стали проверять на себе подозрительную жидкость, но всучили ее доктору, который очень нуждался в лекарстве для своих граждан. И стали наблюдать, что выйдет из этого. А после явились и уничтожили все. Они так думают, что уничтожили.
   Я зло стиснула рукоять и прикрыла глаза. Меч мигом откликнулся, ярко завибрировав, передавая жажду крови и желание убивать. Он был готов мстить.
   Теперь не удивительно, почему люди приобрели такой переходный облик. И ясно, почему кровь казалась неправильной.
   Мать вашу, как же я хочу их там всех прибить...
   Интересно, как отреагирует Правительство, когда узнает, что я была тут?
   Ну, а также в этом и моя вина. Я покинула лабораторию Цезаря и не задумалась уничтожить ее, хотя надо было. Хоть там и прогремел взрыв благодаря Ло, но проверить нужно было все хорошо. Цезарь тоже не дурак, чтобы такие важные вещи оставлять на виду.
   Буду надеяться, что бракованная кровь попала только в руки Денмарка, а не еще кому-то на какой-нибудь остров.
   Достала улитку и набрала номер корабля.
   -- Донкихот Дофламинго на связи, -- чуть насмешливо раздалось.
   -- Ты там поселился рядом с ней? -- я порядочно удивилась, ведь и гудок не успел пройти.
   -- Книга интересная, -- ответил на несколько вопросов разом, хоть и не озвученных, и расслышала шелест листов. -- Что-то хотел?
   -- Срочно выясни, если ли острова, которые подверглись схожими проблемами за последний год. Заражение, уничтожение, вспышки подозрительных болезней, -- быстро заговорила.
   Собеседник нахмурился.
   -- Все так плохо?
   -- Твоя вина тоже есть в этом, -- хмыкнула.
   -- Я не несу ответственность за то, что случилось после моего заключения, -- выставил свое оправдание Донкихот.
   -- Еще как несешь, -- покачала головой. -- Затеяно тобой же все было. Мировое Правительство добралось до образцов, которые хранились у Цезаря на Панк Хазард. И щедро раздарили их нуждающимся. Измененную кровь, подготовленную как раз для дьявольских фруктов и средства, которое превращало бы людей в гигантов. Эту основу и дали в руки наивным людям. А она не была чистой. Она не лечила. И в итоге стала заразой, вирусом, который кардинально изменяет внешность человека и делает из него дикого зверя с жаждой убивать, который также заражает других.
   Злость новой волной прокатилась, даря силы.
   -- Это плохие новости, -- я ощутила сталь в его голосе. -- Я постараюсь навести справки. Будет еще что -- звони.
   И положил трубку.
   -- Ты хорошо осведомлен обо всем для человека, который два месяца владеет этой силой, -- заговорил Гарольд, молчавший в моем разговоре с Дофламинго.
   -- О себе подумай, для деревенщины ты тоже слишком много знаешь, -- вставила. -- То, что я ей владею, не значит, что я плохо проинформирован. У меня обширные связи.
   На том беседа и затихла.
   Аллея вывела к распахнутым тяжелым воротам, за которыми скрывались очертания трехэтажного поместья. В стороне через забор мелькнули тени, заставив ближайшие деревья зашуршать и сбросить листья. Гарольд вздрогнул и оглянулся, стискивая древко косы.
   -- Ты не думаешь, что они могут напасть на нас со спины? -- нервно выдал парень.
   -- Они взволнованы. И нападут, если мы будем представлять опасность тому, что здесь скрывается, -- ответила я, проходя по вытоптанной дорожке, усеянной пожухлой шуршащей листвой, к главному входу с выбитыми дверьми.
   -- А им есть, что скрывать?
   -- Видимо, да, -- кивнула, вспоминая Незабудку, которая была заперта в подвале. -- У них же здесь гнездо.
   Мне все не давали покоя мысли, пробудившиеся в Изначальном, когда он проснулся. Он говорил про жажду, убийства, про долг защищать Великую и кормить Дитя. Видимо, подземелье хранит в себе больше тайн, чем я думала, поскольку я могла представить, кто исполнял роль Великой, а вот Дитя...
   Я осторожно вступила в проем, шурша мусором под ногами, и прошла вперед и в сторону, опираясь на память того Изначального, кровь которого выпила. Там где-то был включатель. На ощупь нашла его на стене и щелкнула. На удивление свет загорелся, но не везде, лишь в дальних частях коридора налево и направо, где поместье не особо пострадало.
   Лестница впереди не освещалась, но наверх она и не нужна была. Все-таки я склоняюсь к мысли, что оба доктора хранили бумаги в подземной лаборатории, где и проводили опыты, а не у себя в кабинетах. Ход в подвал скрывался за деревянными ступенями -- там была простая дверь, сливавшаяся с отделкой. Туда вел Зов, поэтому ее я и толкнула.
   Образы из воспоминания накладывались на то, что я видела, невольно вызывая головокружение. Хорошо, что оставался рядом меч, помогавший при спуске не свалиться. Я ощущала себя на месте Гилберта, которого также вел Зов к Незабудке, проходя его путь. Разве что кашель не раздирал легкие.
   Дошли через завалы стеллажей, ступая по разбитым препаратам и пиная их, до памятного шкафа, дверцы которого были приглашающе распахнуты, а за ними зияла тьма. Где здесь включатель, я не знала, ведь наличие лампочек вдоль стены до самого низа вспоминалось.
   -- Здесь осторожней. Там винтовая лестница, -- предупредила Гарольда, следовавшего за спиной.
   Парень серьезно кивнул.
   Продвигаясь вперед по темноте на ощупь и боясь оступиться, ведомая песней в голове, жалела, что под рукой не было огня. Сейчас бы он очень пригодился. В затылок дышал напряженный Гарольд, с большой опаской ступая.
   Последняя ступенька подкралась незаметно, я все-таки не рассчитала расстояние и чуть не рухнула, если бы парень не схватил меня за шиворот, наугад протянув руку, и меч даже не помог, заскользив по полу.
   -- И что дальше? -- прошептал спутник, когда мы остались в кромешной тьме.
   Идти до комнаты так было самоубийством, вспоминая, сколько здесь было столов с разными устройствами, и какой мог за это время появиться бардак. Меня хоть и вел Зов, но он преграды не показывал.
   Тут в голове раздался недовольный перелив мыслей Росинанта, о котором успела забыть за всеми невеселыми мыслями. Вынула из кармана кристалл, который отдавал мягкий голубым сиянием, неплохо сходя за фонарь.
   -- Отличная идея, друг, -- усмехнулась и выставила вперед, освещая пространство.
   Перед нами предстал до основания разгромленный зал, словно торнадо щедро прошелся, разрушая все вокруг себя. Столы превратились в щепки. Пол покрывали осколки и застывшие жидкости, к которыми прилипли бумаги и прочие предметы. Металлические штыри опасно торчали, и если бы мы пробирались без света, то обязательно напоролись бы на них.
   Искать важные бумаги было абсолютно бесполезным делом в этом хаосе.
   -- Я не думаю, что мы тут что-нибудь найдем, -- высказал мои мысли Гарольд.
   -- Если только Курт нам не соврал и все вынес сам до этого все важные записи, -- пробормотала и осторожно пошла к двери, что скрывалась во тьме. -- А я уже не больно-то верю ему после этой бодрящей прогулки по городу. Экскурсия невероятная, если честно. Захватывающие ощущения.
   Стыд и позор, но я опустилась до сарказма.
   Только вот логичней всего, что этот доктор на самом деле с самого начала обманул меня. Ученые трепетно хранят свои секреты, как бы кошмарны они ни были.
   Я отдернула край плаща, который зацепился за торчащий штырь, и остановилась, разглядев очертания деревянной двери. Зов волнующе дернулся и напряженно взвыл. Он ощущал, что я уже рядом, что сейчас буду на месте и исполню его волю. Он обволакивал за плечо и вел вперед, просил ускориться и не тянуть больше. Он ждал. Неимоверно долго ждал, когда я приду за ним. Спасу. Освобожу.
   Стекло хрустнуло под ногами, выводя из очередного отрешения.
   -- Я туда не пойду, -- тихо произнес Гарольд, словно боялся кого-то разбудить.
   Обернулась к нему, с вопросом вскинув бровь, и наткнулась на хмурый взгляд, с которым парень смотрел на дверь, медленно отступая.
   -- Там сидит что-то страшное, -- он сглотнул. -- Его сила ощущается... даже тут. Она давит...
   Он растеряно моргнул и посмотрел на меня.
   -- Давай уходить. Не будем трогать то, что там скрыто...
   В его зеленых глазах наравне с испугом читалась мольба.
   Я не чувствовала всего того, что сказал Гарольд, только нетерпение. Ведь на самом деле Зов ждал меня, а не парня, так что и отгонял его дальше, чтобы не мешался.
   -- Иди, а мне надо туда, -- мотнула головой и продолжила дорогу.
   -- Там опасно! -- всколыхнулся спутник, показывая беспокойство.
   -- Это то, ради чего я здесь оказался. Это то, что настигло меня в открытом море и привело сюда. Его Зов не отпускает меня последние сутки и ждет не дождется, когда я уже перешагну порог той комнаты. Он молит меня поторопиться. Он молит помочь и освободить, спасти всех. Они страдают... -- выдохнула, не отрывая глаз от двери. Слишком неестественно. Слишком фанатично.
   Я преодолела последние шаги и распахнула преграду. И не понимаю скольких стоило сил сдержать вскрик удивления, сменившийся на страх, а следом и на ярость, сгорающую с ненавистью. Какие-то секунды осмысления ситуации. Какое-то малейшее мгновение потребовалось, чтобы осмотреть то, что открылось передо мной.
   Слабость переполнила тело, и даже меч был не в силах держать меня на ногах. Мне казалось, что забыла, как дышать, видя тот ужас...
   Это страшно. Невероятно, как страшно.
   Я не знаю, как удалось сдержать бурю эмоций. Я не ощутила, как глаза невольно наполнились слезами. И как ноги подогнулись в коленях, не держа меня больше.
   Я все яснее понимала, что за свои ошибки придется платить. Платить не только кровью, своей или чужой. Не только жизнями. Но и душой, разрывая ее на части, чтобы хоть как-то оплатить долги.
   И хоть все было исполнено чужими руками и идеями, я была тем самым зерном, которое натолкнуло их на это.
   Этот фрукт должен быть уничтожен. Забыт во веки веков. А проклятие висеть только на мне.
   В одно мгновение то, что я так старательно пыталась склеить в себе, оборвалось. Ощутимо хлестнув нитями, выбивая брызги крови. Предательство семьи по сравнению с этим малое и несущественное ребячество в песочнице. Глупая детская обида.
   Я судорожно вдохнула воздух, понимая, что перед глазами стало темнеть, а сердце будто разорвалось в клочья, наполняя тело болью. Тело ощущалось как чужое, не свое, холодное и тяжелое с пустотой в груди.
   Зов вел родную кровь. И его слышала только я. И Гилберт.
   Он вел не просто так. Он хотел сказать важную вещь. Просил о помощи...
   Он знал, что грядет темное время, и хотел, чтобы тот паренек покончил с этим, но он не смог. Слишком многого не знал и не понимал. Зов пел, но никто его не слышал. Твари оберегали, чтобы никто не навредил, не прервал эту песнь, ведь тогда миссия, заложенная в них по второму рождению, исчезнет. Они не могли этого допустить, поэтому верно охраняли и кормили.
   За спиной тихо выдохнул Гарольд, не находя слов. Я расслышала, как он шумно прислонился к косяку, пытаясь тоже устоять на ногах. Росинант не находил эмоций передать все то, что переполняло его. Он просто потрясенно молчал.
   -- Да как же так... -- дрожащим шепотом произнес Гарольд. Голос сел.
   -- Это дело рук Курта, -- сглотнула, размашисто стерев влагу с лица платком, сняв его, а затем выкинув. Он был больше не нужен.
   -- Откуда ты... -- парень не договорил.
   -- Воспоминания. Я вижу их, -- пошатываясь, поднялась на ноги, медленно направляясь вперед и сжимая крепко меч.
   Я не могла. Я не в силах оставлять это в живых, несмотря на боль, которая будет преследовать меня всю жизнь и образы в кошмарах. Но Зов молил освободить его от мучений. И я выполню свой долг.
   Незабудка была красива в моих видениях. С живой и яркой мимикой, блестящими глазами и длинными вьющимися волосами цвета первого снега. В памяти Гилберта она такой и сохранилась, когда он наблюдал за ней с легкой улыбкой, лохматя макушку, а она, насупившись, скидывала его руку. Он заботился о ней, любил ее как сестру, и пытался оградить от всего. Гилберт желал ей только лучшего, и был сам готов пасть жертвой опытов, но лишь бы она, отчаявшаяся и готовая умереть, смирившаяся со своей участью, выжила.
   И он пошел на многое.
   А сейчас тринадцатилетняя девочка висела прикованная на стене. В той же позе, как и помнил в последний раз Гилберт. С опущенной головой и прикрытыми веками, обнаженной. Но кожа стала белесо-фарфоровой, хрупкой, с тонкой сетью трещин, пылающей ровным алым светом некогда полных кровью вен, вливаемой Куртом. Она застыла прекрасной статуей, как напоминание того, какое зло может принести моя сила не в тех руках.
   Только вот Зов шел не от нее, как я думала изначально. А от того, кто был внутри.
   Становилось ясно, какое Дитя было велено кормить чудовищам, и почему Великую надо было защищать от всех.
   Руки слабели, и я не могла ничего сделать, в бессилии смотря на дело рук врачей этого города.
   С трудом перехватила кристалл правой рукой, где держала меч, и стащила перчатку. Осторожно коснулась кончиками пальцем кожи живота, ощущая исходящее тепло оттуда. Сердце глухо стучало и восторженно дернулось, почувствовав меня и забившись быстрее.
   Дитя просило освободить его. Оно было преисполнено счастьем, что я наконец пришла за ним. Ведь оно так долго ждало меня.
   Я отняла руку, сжав кулак и сцепив зубы.
   Кем бы оно ни было, но оно не должно жить. Этот мутант был опасен. Неизвестно, что намешали врачи, чтобы он появился, и неизвестно, каким будет в будущем создание из крови. Моей крови. Моей силы. Воплощенное в этом ребенке.
   Это серьезное решение, но оно пришло ко мне сразу, как только я увидела и почувствовала мощь, исходящую от него. Пугающую мощь, способную одним его желанием управлять легионом монстров и моим сознанием. Всего лишь мыслью.
   Его создали из моей крови. Его кормили кровью людей. Оно уже не может быть нормальным.
   Это даже не человек.
   Я мрачно надела перчатку и убрала кристалл в карман, отмахиваясь от беспокойства Росинанта, который, видимо, догадался о том, что собиралась сделать. Зов раздался переливным вопросом, не понимая, почему я отдалилась.
   -- Постой! Что ты делаешь! -- ломанулся в комнату Гарольд, заметив, что я перехватила меч двумя руками.
   -- Останавливаю Конец Света, -- холодно ответила ему, когда он буквально повис на моих руках, опуская оружие.
   -- Ты не понимаешь, что делаешь! Там же живое существо! -- он выглядел растерянным.
   -- Во-первых, я знал с первых секунд, что буду делать, -- перевела пронзительный взгляд, от которого парень вздрогнул, но не отпустил меня. -- Во-вторых, это существо -- смерть всему живому. Оно было создано искусственно из обмана, слез и крови, в мучениях этой девочки, которой всего лишь тринадцать, а то и двенадцать было, когда произвели оплодотворение. Ты считаешь это нормальным?! И кого я должен тут сохранять в живых? Мутанта внутри нее?
   Гарольд вздрогнул, широко открытыми глазами смотря на меня, когда я подняла голос чуть ли не до крика, дрожа всем телом. Меч особенно ярко завибрировал, резонируя мои эмоции.
   -- Тебе бы уже давно следовало забыть обо всем, после произошедшего в этом городе и увиденного тут. Так что не смей меня судить. Мне самому решение далось с трудом. В отличие от меня, ты хотя бы не слышишь его Зов. А я слышу и ощущаю, как он время от времени завладевает моим сознанием, выдирая из реальности. Слышу, как он молит освободить его. И я освобожу.
   -- Ричард, это ошибка, -- сглотнул Гарольд, мотая головой, но отпустил меня и сделал шаг назад.
   В моей жизни и ей найдется место.
   Я подняла меч, звенящий от желания напиться кровью, и замахнулась, как по ушам ударил крик, оглушая и сбивая с ног.
   "Нет! Не надо!"
   Помотала головой и, опираясь на оружие, снова поднялась упрямо на ноги под ошарашенный взгляд парня, который не понял, что произошло.
   И больше без промедлений, зажмурившись, вонзила меч, игнорируя хруст, вдавливая туго входящее лезвие дальше со всей имевшейся силой, ощущая, как тепло полилось по рукам, пригибаясь в коленях, а после в слабости рухнув на пол, когда клинок окончательно остановился.
   Капли падали на лицо и плечи, словно острые иглы, вонзаясь в кожу и оставляя следы, пылающие от боли. Терпкий пряный запах ударил в нос, кружа голову.
   Я покачнулась.
   -- Я... отдохну немного, -- выдохнула и опустошенная, как эмоционально, так и физически, упала на пол, окунаясь в мучительный кошмар.
  
  
   Кровавая Чума. Доктор
  
   Кап-кап...
   Шлеп-шлеп...
   Я вяло дернулась, выходя из забвения, тяжелого и мутного, полного пронзительного визга. Голова дико гудела, словно после бессонной ночи полной погружения в учебную информацию. В глаза будто песка старательно насыпали, мелкого и зудящего. Кожа на лица неприятно стянулась, и возникло непреодолимое желание плюхнуться в чистый бассейн и отмыться от всего.
   Ощущения тела запоздало включались, сообщая, что ниже пояса лежала в чем-то мокром и холодном. Подергала ногами, понимая, что и вправду находилась в жидкости наполовину. Поэтому такая вялость и слабость, и сила немного сбоила.
   Кап-кап...
   Шлеп...
   Чуть привстала на локтях, чтобы осмотреться насколько позволял свет. Несмотря на сырость, лампы тускло горели под потолком, позволяя немного видеть вокруг.
   Ох, лучше бы я не любопытствовала.
   Когда перед глазами перестало все плясать и мутиться, я готова была их закрыть назад.
   -- Как я здесь... -- невольно сглотнула, сдерживая тошноту.
   Запах гниения и разложения очень запоздало ударил по носу, и хорошо, что я давно не ела.
   Оказалась я неведомым образом в, похоже, канализации. Распухшие белые трупы горками лежали тут и там. И я не была исключением, верхняя часть тела как раз устроилась над одной из кучек. Не знаю, откуда сколько прыти во мне было, но, когда поняла этот факт, подскочила как ужаленная, чуть не запнувшись обо что-то в темной воде. Проверять обо что, не хотелось.
   Жутко как-то...
   Я растерянно огляделась, пытаясь понять или предположить хотя бы, как очутилась в таком месте и где Гарольд.
   Шлеп-шлеп...
   Нервно оглянулась на звук, заметив, что плаща на мне не было.
   Росинант?!
   Карманы брюк были пусты, и паника стала сильнее охватывать, ведь ответы на вопросы никак не появлялись...
   Коридор, откуда доносились звуки, не освещался, и они больше походили на чьи-то шлепающие шаги. Не хватало еще тут в битву влезть без оружия и толковой силы.
   Сильнее сжала кулаки, понимая, что положение не прекрасное.
   Шлеп-шлеп-шлеп...
   Шаги ускорились, будто этот некто побежал, а я напряглась, готовая встретить опасность лицом к лицу, даже пусть это будет зомби, учитывая трупы вокруг и воду, разбавленную с кровью.
   Испытания не закончились. И это было уже четвертым.
   Шлеп...
   Не знаю, кто это был, но он остановился за границей света.
   -- Неважно выглядите, господин, кхе-хе, -- скрипящий смех и такой же голос заставили скривиться и передернуться.
   Отвратительное звучание и глухое, будто какая-то преграда стояла перед ртом, мешая говорить.
   -- Извиняюсь, что не могу принять по всем правилам, как подобает, но у моего поместья теперь другой хозяин, -- вздохнул некто и снова хрипло рассмеялся. -- Не стойте так столбом, пойдемте, надо поспешить. Солнце уже успело зайти.
   Что?
   Я в шоке уставилась туда, где по предположению стоял незнакомец.
   Без сознания была целый день? Как так? Где мой плащ? Там Росинант и Ден-Ден Муши! Они наверняка ищут меня! И меч? Куда он делся? А Гарольд?
   Что происходит, мать вашу?
   -- Господин, вы выглядите растерянным, но не переживайте, я постараюсь ответить на ваши вопросы. Это мой долг перед вами, кхе-хе-хе.
   Он явно безумец. Или это я схожу с ума.
   Как так?! Столько времени прошло. Я словно отключилась. Ладно на час-два, но столько... Это странно, очень странно.
   -- Господин, с вами все в порядке? -- незнакомец пошаркал по воде, но так и не показался.
   И почему он меня так называет? Он знает, кто я? И о каком долге говорил?
   -- Где я? Где мои вещи? Где мой спутник? -- я резко нахмурилась и напряглась, стискивая кулаки.
   -- Кхе-хе, неужели вам уютно вести беседы в таком месте? -- мне показалось, что он из своей тени развел руками, по крайней мере, там что-то зашуршало.
   Идти к нему было опасно и необдуманно, вдруг заманивал в ловушку. Но и оставаться тут сил больше не было, тошнота все не сходила из-за отвратительного запаха разложения, а постоянно сглатывать вязкую кислую слюну тоже удовольствие не особое. Хоть для меня и неопасны эти гнилые трупы и их яд для здоровья, но приятного тоже мало. В своем уме я бы вряд ли задерживалась рядом с ними, как и по своему желанию. Но и идти к незнакомцу без оружия, и когда вокруг вода с неизвестным дном...
   -- Как тебя зовут? -- меньшее начинается со знакомства.
   -- Когда-то давно был известен как, кхе-хе, Денмарк Рональд. Доктор Денмарк, -- кажется, мелькнули нотки сарказма, но мне и этого хватило, чтобы застыть в удивлении.
   Он же... мертв?
   -- Это долгая история, кхе-хе, -- вздохнул мужчина. -- Господин, так вы идете? Время нынче очень дорого стоит. У вас ведь еще так много дел...
   Кап-кап...
   -- Единственный враг для вас сейчас -- это страх, кхе-хе. Даже если бы я захотел вам как-то навредить, я бы не смог. Но вам на самом деле надо торопиться. Промедления могут стоить жизни, и не только вашей.
   Я недоуменно свела брови, приоткрыв рот для вопроса, но тут же закрыла, хмурясь.
   В чем-то он был прав. А предостережение, наверное, все-таки подействовало, и я шагнула к нему не без опаски. Сейчас вокруг меня была лишь враждебность, и надо быть готовой ко всему, и так проспала все.
   -- Вы очень разумны, господин. Я не сомневался в вас, кхе-хе, -- одобрение прозвучало в скрипучем голосе, который отличался от того, что был в воспоминании.
   Меня накрыла тень, где слабо отдавал алый силуэт ауры живого человека. Но какой-то странный, искореженный, будто собранный из кусков.
   Шлеп-шлеп...
   -- Вы же меня видите? Следуйте за мной... кхе-хе, -- произнес Денмарк и пошел дальше в коридор.
   Вода доставала до щиколоток, неприятно забиваясь в сапоги. Одежда оставляла желать лучшего, и стирка и чистка ее никак не спасет. Лента, держащая волосы, потерялась, из-за чего они теперь были распущены и явно имели очень непрезентабельный вид, учитывая то, что недавно был кровавый душ.
   Мне уже страшно смотреть на себя в зеркало.
   -- Вы не ощущаете изменений в себе? Вы ведь убили младенца, Дитя, как они его звали. Кроху, создание крови самой Скарлет, кхе-хе, -- скрипучий смех заставлял кривиться.
   Да и мысль была мало приятной.
   -- Нет, -- коротко отрезала я.
   Желания общаться не было. Я скорее хотела узнать ответы на свои вопросы, а не посвящать драгоценное время пустым беседам.
   -- Да? Значит, еще не время... -- доктор тихо пробормотал и продолжил. -- Вам на удивление удалось остановить то, что поразило этот город и управляло сознанием этой армии животных, которыми стали граждане острова.
   -- К слову, руку к этому приложили вы, -- вставила.
   -- Увы. Но то, что сделал мой помощник, доктор Курт, было лишь под его ответственностью. Я даже не знал, что он творил ночами под больницей. То, что произошло с Аллегрой... большая трагедия. Тот юноша звал ее Незабудкой. Они всегда давали друг другу имена, несмотря на то, что общество клеймило их под другими. Так они старались хоть как-то показать свою индивидуальность, то, что они такие же как все, и болезнь не делает их особенными. А мы и не запрещали им.
   -- А что с ней произошло, не считая того, что ее как животное подвесили на цепи? -- воспоминания всколыхнули боль и горечь в душе, отчего на секунду прикрыла глаза.
   -- Она не пила препараты, которые мы давали ей. Из-за этого ее организм был относительно чист, поэтому, когда нам все-таки удалось дать ей один раствор, он сработал! У девочки кровь приобрела темный цвет, ближе к красному. Как мы знаем, наша кровь красная из-за гемоглобина, а точнее из-за железа в нем, у больных этим синдромом он очень низок, как и количество железа. Отсюда их кровь бледная, сероватая. Хотя уже восемь столетий, как мы столкнулись с этой болезнь, до сих пор не выяснили, как с такими показателями дети вообще жили и доживали до девятнадцати-двадцати лет! Буквально за неделю начали происходить резкие изменения с ее организмом, у нее даже началась менструация! Пока я пытался, окрыленный успехом, создать еще таких препаратов, доктор Курт наблюдал за девочкой. И я совсем упустил из виду, что он начал творить. А когда узнал, было уже поздно. Искусственное оплодотворение прошло успешно, и плод закрепился, после чего доктор Курт начал ей постоянно вливать кровь Скарлет из образцов, которые мне предоставило Мировое Правительство для моих взысканий. Что было дальше -- не особо знаю. Меня как бы убили, кхе-хе.
   Все-таки мои домыслы были с долей правды.
   -- Но вы живы.
   -- Кхе-хе-хе, кровь Скарлет творит чудеса!
   -- Я вообще удивляюсь, как она оставалась при силе с мертвой хозяйкой, -- хмуро покачала головой.
   -- Чистая не сохраняет силу. А вот разбавленная -- запросто.
   В шоке посмотрела туда, где мерцал образ собеседника. Это что, выходит, после того случая на Розарии, когда я временно потеряла силы, они нашли способ и подстраховались на всякий случай?!
   Мрази!
   -- Ох, как бы я хотел познакомиться со Скарлет, кхе-хе! Я очень долго собирал информацию о ней и ее способностям. Я так долго искал встречи с ней! Но пираты -- вольный народ, и найти кого-либо из них большая трудность, особенно мне. В одиночку. Только тут мне повезло. Немного. Оказывается, она и ее команда остановились на время в Розарии, когда ей дали статус Шичибукая. Только... меня туда не пустили. А позже она ушла в Новый Мир, и вскоре появилась новость о ее смерти. Я так и не успел с ней познакомиться.
   Вот как. А мне подобное не сообщали, когда я была на острове. Хотя, если учесть, какими клешнями они вцепились в меня, не удивительно, что они нуждающихся посылали. Как они еще отпустили меня в дальнейшие приключения. Хотя... я исчезла и вернулась только тогда, когда команда была на Сабаоди. Там меня контролировали уже Скот и Денни.
   Я нахмурилась. Денмарк оказался словоохотливым. Либо давно искал с кем бы поделиться всем. С такой атмосферой не удивительно.
   -- И я очень рад, что сюда прибыли вы, правда! Вы стали наследником этой силы, но жаль, что пришли сюда по таким обстоятельствам. Ах, если бы все сложилось по-другому. Кхе-хе, -- доктор остановился и обернулся, отчего и мне пришлось замереть. -- Я следил за вами, как только почувствовал силу крови недалеко. Это невероятно, видеть ее такой, наблюдать, как она меняется!
   -- Что значит "меняется"? -- я напряженно нахмурилась, прислушиваясь снова к телу, но столкнулась лишь со стабильным потоком. -- И как ты все это видишь?
   -- Сливается, объединяется, растворяется... что еще могут делать разные жидкости? Кхе-хе-хе...
   Начала лихорадочно соображать, пытаясь понять, что опять и не так с моей силой, которая даже вида не подает, что с ней что-то подозрительное происходит.
   Почему я всегда все самая последняя узнаю?!
   -- Не стоит переживать. Этот остров станет полезным для вас опытом, и осознанием. Кхе-хе, -- протянул доктор. -- Пришли.
   Я остановилась, хотя в кромешной тьме видно ничего не было. Скрипнула дверь, и фигура Денмарка прошла дальше, повозилась немного, выбивая искру, и помещение окутал слабый свет. Сначала сощурилась с непривычки, а потом хмуро посмотрела на того, кто был теперь на месте доктора. Иначе это не назвать.
   Голова обтянута кожаной маской, сплошной и с грубыми кривыми швами толстой нити, без каких-либо отверстий, поэтому звук казался таким глухим и скрипучим. Как он вообще дышит? Тело тоже покрывала плотная одежда, будто держала то, что было под ней, не давая рассыпаться, а сверху на плечах лежал подранный плащ. Сутулый, со скрюченными пальцами и ниже меня наполовину. Хотя в воспоминаниях был здоровым и крепким мужчиной, несмотря на возраст.
   -- Собрать себя было непросто, кхе-хе-хе, но очень познавательно, -- покачал он головой и прошел дальше в комнатку, шаркая босыми ногами.
   Здесь было сухо, из-за ступенек, которые я в темноте не рассмотрела бы и навернулась вперед. Хорошо, что предусмотрительно остановилась. Села прямо на ступеньки и расшнуровала сапоги, чтобы вытряхнуть воду. Закончив нехитрую процедуру, стало немного легче, и прошла дальше в тесную комнату, в которой обнаружилась еще одна дверь. Так же тут стоял стол с примитивной лабораторией из подручных предметов, и лежанка из кусков тряпья, где копошились серые крысы. Заметив нас, они тихо разбежались, засеменив в разные стороны -- одна группка под стол, другая к ногам Денмарка.
   -- Мои глаза в этом царстве смерти и зловонья, кхе-хе, -- он подхватил одну на руки и почесал ей за ушком. -- Скарлет ведь тоже любила крыс, не так ли? Ее всегда видели в окружении этих умных зверьков. Многие кривились и плевались из-за этого, -- он с кряхтением сел на кривой табурет. -- За этой дверью вы найдете три выхода. Один ведет к водопроводным трубам, там центр одной из городских сетей. Можете смыть с себя грязь и напиться. Другая ведет в катакомбы, через сеть которых можно дойти до лаборатории под больницей. А третья дальше в канализацию, где можно увидеть лестницу наверх, она освещена. Там вы сможете выйти на портовую улицу и добраться до причала. Вас уже ждут там.
   -- Ждут? -- вырвался недоуменный вопрос.
   -- Когда вы потеряли сознание после обрыва Зова Дитя, окропленные его могущественной кровью, и его мощной атаки, где был связан призыв всех тварей из города, та комнатка подверглась атаке чудовищ. Мальчик тот сдерживал их, как мог, но все-таки они были сильней. Я опоздал немного. Они успели схватить вас и бросить в то мерзкое место, куда они выбрасывали ненужные высушенные трупы, не заразившиеся Кровавой Чумой. Я взял на себя смелость так назвать эту болезнь. Мне удалось спугнуть чудищ -- они всегда меня боялись и бежали, только почувствовав. Тот мальчик был сильно измотан и ранен. Мне пришлось напоить его кровью мертвого Дитя, чтобы он не погиб. А после я послал его к причалу, чтобы он позвал подмогу с вашего корабля -- болезнь теперь никого не тронет, ведь в заражении и изменении было виновно Дитя. А я сам пока отправился на ваши поиски. Но вам нужно спешить. Я боюсь, что кровь Дитя может изменить мальчишку, даже несмотря на его иммунитет, поэтому ваше присутствие понадобиться при этом.
   -- Я понял, -- серьезно кивнула и сжала кулаки. -- Но не знаешь, где мой плащ и меч?
   -- Все у мальчишки. Все у него. Он забрал с собой. Караканат спас ему жизнь, позволив отбить атаку чудовищ, когда его коса изломалась. Идите, торопитесь... -- Денмарк отрывисто погладил прикорнувшую на его руках крысу. -- Они шепчут, что все завершилось... что виновные понесли наказание... Кхе-хе-хе...
   Виновные? Понесли? Кто шепчет? Крысы?
   Я недоуменно смотрела на доктора, который не должен был выжить, судя по увиденному Гилбертом. На того, кто "чудом" собрался из кусков и гладил спокойно крючковатыми пальцами "свои глаза". Он не нуждался в воздухе, питье, еде, зрении, судя по всему и плотно сшитой маске на голове. По слабой переливчатой ауре, тоже будто склеенной из частей, он был в шаге от смерти. Он будто застыл в нем, не завершив. Его, по словам, боялись чудовища, убегая, только почуяв.
   Что такое он?..
   Меня еще долго в кошмарах преследовали его "Шлеп-шлеп" и "Кхе-хе", вместе с Зовом...
  
   -- Ричард, ты как? -- с беспокойством раздался голос за спиной. Свон. Вернулась.
   -- А как я могу быть? -- хмыкнула и бросила недокуренную сигарету за борт, не собираясь оборачиваться к женщине, а сильнее навалилась на фальшборт. -- Мировое Правительство творит беспредел, я исправляют свои ошибки самым неприятным образом, мараясь во всем дерьме по уши. Как я могу еще быть?!
   Раздался тяжелый вздох, и она встала рядом.
   -- Мы не уследили... Китана все внимательно контролировала, что было получено из лабораторий Цезаря. Но тут Правительство действовало в обход нее. Видимо, они подозревали, что она не допустит такой вольности. А им было интересно посмотреть именно на результат. Они изначально знали, на что шли.
   -- И ты проворонила, -- усмехнулась и глотнула виски.
   -- Извини, -- она на самом деле ощущала себя виноватой и была подавлена за оплошность.
   Я вздохнула и взглянула в светлое дневное небо без единого облака. Соленый ветер охватывал мою фигуру, но не в силах был сбить запах, засевший внутри меня, -- пряный и терпкий.
   Гарольд слег, как только мы прибыли на борт. Его силы словно оставили юношу, почувствовав безопасность, и вот уже двое суток он пребывал в беспамятстве, а я ничего не могла сделать. Изменений, обещанных Денмарком, пока не было, но догадывалась, какими они будут, ведь кровь бурно менялась, и мне приходилось направлять и успокаивать, чтобы последствия были терпимыми и менее опасными. Аллегра молчаливо сидела возле него и не желала отходить, даже спала и кушала там же. Она напрочь отказывалась уходить, несмотря на шанс его изменений при пробуждении.
   Пока я бродила по канализации, Дофламинго с моими телохранителями сжег к чертям поместье, разобравшись с Куртом, оказавшимся довольно прытким мужчиной, тоже подвергшимся изменениям. Только он не составил особой конкуренции моему отряду. Увы, но записи они не вытащили, так что все тайны были унесены и превращены в пепел. Тварей уже изничтожила я с помощью Голоса, разорвав все связывающие меня с ними нити, после чего в голове наконец воцарилась тишина из моих мыслей. Наконец.
   И камень с плеч свалился, когда вновь почувствовала в ладони тепло кристалла с душой Росинанта. Меч тоже был у Гарольда, явно решив с ним и задержаться. Ну, я и не против.
   Единственным жителем мертвого острова остался доктор Денмарк.
   А я там больше потеряла, чем приобрела. Хотя кошмары можно считать приобретением.
   Я ощутила, как меня легко дернули за край пиджака. Опустила голову, встретившись взглядом с Аллегрой, что заставило порядком удивиться.
   -- Очнулся? -- тихо спросила, на что получила неуверенный кивок. -- Хорошо, пошли.
   Около двери в выделенную для них каюту остановилась и повернулась к девочке.
   -- Подожди здесь, хорошо?
   Она снова кивнула и отшагнула, с беспокойством сжав ладони у груди.
   -- Обманщик, -- первое, что встретило меня, как только вошла в слабо освещенную каюту, тихо прикрыв дверь. Огонек свечи на прикроватной тумбочке мигнул от сквозняка, заставив тени устрашающе заплясать.
   -- С чего это? -- прошла и села в удобное кресло напротив койки, где лежал Гарольд.
   -- Ты говорил, что ты пират! -- парень сжал кулаки, поворачиваясь и впиваясь взглядом.
   -- Ни разу. Это лишь твои домыслы, -- спокойно ответила, сцепив пальцы в замок и уложив на ногах. -- Я лишь обмолвился, что борюсь с Мировым Правительством, и было бы хорошо иметь против них дополнительные карты. Увы, но их вытащить не удалось. Так что доказательств их причастности в произошедшем на острове Аллегра, кроме слов, нет.
   Гарольд прикрыл глаза и стиснул зубы.
   Сказала как есть, и как не говорила никому больше. К сожалению или к счастью, но прошедшие сутки связали нас куда больше, чем меня с остальными прошедшие недели. Даже Дофламинго я так открыто не говорила о своих целях. Гарольд хоть и был деревенским дураком, но его жизнь теперь тесно переплетена с моей. Если изменения вступят в силу, то только я смогу сдерживать его Зверя внутри.
   -- Но ты ведь сам оттуда, -- через минуту молчания произнес он.
   -- Да, я -- тенрьюбито, но это не меняет моих планов. Я все так же хочу сместить нынешнее Правительство, -- усмехнулась и откинулась на спинку кресла.
   -- А сможешь? -- насмешливо глянул на меня парень.
   -- Буду бить их же методами, -- пожала плечами. -- Посмотрим, как скоро они загнутся, скажем, от... неизвестной болезни, неожиданно поразившей весь Мариджоа... -- и я жестко улыбнулась, больше скалясь.
  
  
  
   Джинь Юй. Досада
  
   Никогда не думала, что буду заниматься бумажной работой. Даже в роли капитана команды Алого Креста я ни разу не прикасалась ко всяким документам или отчетам. У нас их просто не было, разве что список покупок для камбуза. Все было на словах. А тут, кто бы думал, что тенрьюбито будет просиживать ночи в кабинете и возиться с документами.
   Но так было.
   Случай после Аллегры окончательно выбил меня. Все стали замечать, что я часто уходила в себя, держалась отстранено и избегала обычное общение, только по делу. Попытки Дофламинго снова связать меня с личной свитой рухнули, я даже стала прятаться от мужчины или запираться в комнате. Я была вся в мыслях. Сама не своя.
   По словам Свон больше не было подобных экспериментальных островов -- в документации Правительства упоминалось только то королевство, а копий ей удалось вытащить много и сунуть мне. Но это не значило, что можно вздохнуть спокойно, ведь я взялась всерьез за идею эпидемии на Мариджоа.
   Джинь Юй ожидал нас. Оставшаяся часть пути прошла в напряжении -- экипаж ощущал мое настроение и старался не показываться на глаза.
   А меня все больше беспокоили мои способности. Они менялись, полностью.
   Я стояла около зеркала и вглядывалась в отражение. Высокий подтянутый мужчина с довольно привлекательной внешностью и яркими синими глазами. По сравнению с тем, во что я попала несколько месяцев назад, этот вариант мне нравился куда больше. Смазливость пропала, и черты стали более мужественные. Прическа сменилась -- я отрезала часть волос, и теперь щеголяла как панк, ведь с левой стороны было почти выбрито, а с правой лишь укоротила до подбородка. Многих подчиненных чуть удар не хватил после таких кардинальных изменений.
   В один миг цвет глаз стал голубым. Через минуту черным. Волосы почти одновременно потемнели, а вскоре покраснели. Но также быстро все вернулось назад.
   Изменения.
   Я теперь могла менять свое тело. Стать женщиной, или оставаться мужчиной по одному желанию, как и полностью менять внешние черты. Отращивать длинные когти или обзаводиться острыми зубами. Изменять скелет и внутренние органы. Цвет кожи. Я могла оставаться человеком невероятной красоты, а через минуту превращаться в жуткого монстра.
   Но. Я потеряла возможность исцелять. Мои раны, конечно, затягивались, но не так быстро, переломы не пугали совершенно. Только теперь моя кровь убивала, заражала непонятными вирусами, мучила и заставляла страдать.
   Кем я стала -- не могла ответить. Но я уже точно больше не человек. И не демон.
   До конца разобраться не выходило. Как бы не старалась, как бы не испытывала на животных новые способности, они всегда умирали.
   Я теперь не могла помочь Росинанту. Но мне было больно это говорить ему. Стыдно. Только вот надо, на меня надеются. Лучше сейчас обрушить веру, чем давать повод на надежды.
   Вздохнула, бросив взгляд на отражение, с которого на меня все также смотрел беловолосый мужчина в идеальном черном костюме, и покинула каюту, поднимаясь на палубу, где попросила собрать весь экипаж. Через три часа мы высадимся в порту Джинь Юй, где нас уже ждала делегация из дворца во главе с Ки Веем и его внучкой Коши. По словам агентов, Трафальгар уже был на острове.
   Люди стояли полукругом к выходу, расчистив площадку, и ждали меня. Они молчали, но в этой тишине отчетливо повисли вопросы, терзавшие их последние дни.
   Я обвела присутствующих взглядом, готовых внимать, не задерживаясь ни на ком. Посмотрела вверх, в ясное вечернее небо, проглядывающее через тросы и колышущиеся паруса. Прислушалась к шуму моря.
   -- Вы помните, что произошло на Аллегре? -- тихо и ровно начала я, смотря на людей.
   Слушатели вразнобой закивали.
   -- И все вы знаете, что целый остров был погублен по вине Мирового Правительства?
   В глазах экипажа скользила неуверенность, они переглядывались, но не шептались.
   -- По приказу Горасей острову выделили разработки Цезаря Клауна. Они обманули доктора Денмарка, сказав, что это кровь Скарлет. На самом деле там была кровь, измененная под действием газа, перекодированная, из-за чего ее функции, свойства, изменились. Она готовилась для искусственных дьявольских фруктов, над которыми и трудился Цезарь. А те люди с острова не знали об этом. Их остров издревле терзала генетическая болезнь, которая уносила жизнь десятки детей, поэтому доктор Денмарк искал лекарства и способа исцелить детей. Горасей пообещали ему это исцеление, выдав разработки Цезаря за кровь Скарлет, и стали наблюдать, что станет с островом. Итог: люди превратились в монстров, убивающих друг друга, зараза расползлась за несколько месяцев, поглотив все.
   Я вздохнула и на секунду прикрыла глаза.
   -- Если бы мы послушали приказ и уплыли, то кто другой из торговцев или даже пусть пиратов, могли попасть туда и заразиться. Сначала болезнь протекает незаметно первую неделю, а потом вирус изменяет полностью человека. И представьте, что было бы, разнеся этот вирус по другим островам?
   Ряды слушателей дрогнули, разнеслись шепотки. Они понимали, какая бы катастрофа разразилась во всем мире. Неконтролируемая эпидемия. И они были напуганы. Ведь пострадать могли их близкие и семьи, даже они сами.
   -- Мне удалось остановить это. Конечно, пришлось заплатить большую цену, -- я свела брови и сжала кулаки, голос стал грубее, приобрел стальные нотки. -- Там я потерял многое. Я увидел, что делает власть с нами, к чему приводит безнаказанность и вседозволенность. Это неправильно. Я пожертвовал способностью исцелять, потеряв ее навсегда, но я избавил этот мир от заразы. Мне пришлось тяжело, но я благодарен за помощь Гарольду, и... я благодарен вам, что не бросили меня там, -- посмотрела в глаза каждому из свиты и заметила легкий отклик от них.
   Им была приятна похвала.
   -- Я пришел к выводу, что все, что позволяет себе Мировое Правительство во главе с Горасей не приемлемо. Как они могут говорить о справедливости, если сами не понимают, что это такое? Они раскидываются жизнями людей, как знают. Они не считаются ни с кем, слыша только себя. Это путешествие много изменило в моей жизни. Я видел людей, общался с ними, наблюдал за бытом. Я видел, что происходит на островах, где правим мы. Их реакцию на меня, унижение собственного достоинства ради того, чтобы угодить. И я решил, что по возвращению на Мариджоа, подам прошение на вступление в Правительство и буду всеми силами туда пробиваться.
   -- Очень... амбициозно, -- широко улыбнулся Дофламинго, а я перевела взгляд на мужчину, который весь мой монолог лучился довольством.
   -- Без этих самых амбиций мы будем продолжать барахтаться в болоте, -- слишком резко произнесла и отвернулась. -- Которое с каждой попыткой спастись все глубже будет затягивать нас на дно.
   -- Чем сильнее человек барахтается, тем быстрее он идет на дно, -- растянул губы в улыбке Донкихот, а я зло сверкнула глазами на него.
   -- Благодарю за заботу, я знаю это, -- процедила ему сквозь зубы.
   -- И ты будешь той самой тросточкой, которая вытащит нас из болота? -- продолжал издеваться мужчина. Его крайне веселила моя самоуверенность.
   -- Я всеми силами буду стараться стать ею, -- будь у меня возможность замораживать, я бы превратила Дофламинго в ледяную фигуру. -- И да. Отныне не рискуйте напрасно. Я больше не смогу вас исцелить.
   От моих новостей экипаж был в искреннем изумлении. Они не до конца понимали, что произошло. И вообще происходит. Со мной. Им нужно было время, чтобы осознать слова. Эти люди должны донести идею того, что даже сам тенрьюбито недоволен властью Мирового Правительства. Что он поддержит простой народ.
   Свон смотрела на меня с не прикрытым беспокойством, но не решалась говорить. Она еще в прошлый раз поняла, что теперь я буду действовать еще более решительней.
   А теперь я точно не остановлюсь.
  
   ***
   Несмотря на примерный прогноз, пираты Сердца прибыли на Джинь Юй на неделю раньше тенрьюбито. Это дало время изучить остров и ознакомиться с бытом аборигенов. Трафальгар долгое время думал, почему Ричард выбрал именно это место для встречи, ведь поселение в несколько тысяч людей, где почти все рыбаки или шахтеры, ничем особенным не выделялось. Разве что сам остров -- высокая скала делила сушу на две части, где на одной простирались непроходимые джунгли с доисторическими монстрами, а на другой в бухте стелился чистый и красивый городок с добродушными и улыбчивыми жителями. Дворец с пагодами рос прямо из скалы, как и несколько богатых домов, связанные друг с другом мостиками. Но в сердце местной власти им не удалось пробраться, поскольку все стражи обладали приличным мастерством и чутьем, чтобы оградить чужаков от святыни. А нарываться раньше времени не стоило.
   Ло знал, что этот остров принадлежит Недзуми, пирату, который путешествовал с Мугиварами. Хирург Смерти заметил, что местные жители совсем не походили на своего правителя -- все низкорослые и черноволосые, с узким разрезом глаз и желтоватого оттенка кожей. Вывод напрашивался сам -- Недзуми был завоевателем. Но его тут очень почитали и любили, судя по аккуратным расспросам, а также еще гордились, что короля оценили в двести миллионов.
   Пират раздумывал над тем, почему именно на этот остров пал выбор -- возможно из-за правителя. Ричард хотел как-то привлечь Недзуми? Вполне вероятно. Но для чего?.. Также вытащить, как и бывших соратников Скарлет? Нет, это уже бред. Недзуми почти не был в команде Алого Креста, он всегда вился около Мугивар, да так и остался с ними, когда его капитана объявили погибшей. По его словам, она была бы рада тому, что он нашел новых накама, дорогих для него.
   Так что причина была совсем другой.
   Народ ожидал явление тенрьюбито с напряжением. Они готовились принять его на свой остров, но опасались вызывающего поведения представителя Высшей Знати -- поступки Ричарда Хоула были на слуху у многих, а чего не хватало в новостях, то обрастало невиданными сплетнями, и уже сложно было знать, где кончается правда и начинается ложь.
   Пираты Сердца успели перед началом рассредоточиться в толпе, умело слившись с ней, и занять отлично просматриваемые места, чтобы уловить все и понять, с кем имеют дело.
   Ричард со свитой прибыл на закате. Большая часть города высыпала на улицы, к порту, где бросил якорь корабль. На удивление по трапу первым спустился лично тенрьюбито, а не его охрана или сами дозорные. Он с гордо поднятым подбородком и прямой спиной шел твердой походкой вперед во всем черном, лишь волосы и перчатки отдавали снежной белизной. Взгляд синих глаз был холоден и темен, он не скользил по толпе, которая роптала и склонялась в глубоком поклоне, он смотрел прямо, поверх голов, на дворец.
   Следом за тенрьюбито подтянулись остальные его люди. Ло заметил Дофламинго в идеальном черном костюме и с хитрой улыбкой на губах, даже рабский ошейник ничуть не портил образ самоуверенного мужчины. Рядом с ним шла Свон, легкомысленно рассматривая впечатленных людей и кутаясь в белый перьевой шарф. Еще Трафальгар узнал Ши-Ши, который пребывал в отличном расположении духа, что-то рассказывая рядом идущему мальчишке с золотыми волосами и большими добрыми голубыми глазами, открыто смотрящими на мир. Ло не думал, что Шинигами опустится для предательства и пойдет на сделку с тенрьюбито, но факт оставался фактом -- сейчас юный Некромант шел среди них и совсем не выглядел как пленник. Остальных он не знал, но ощущал опасность, идущую от двоих -- парня и девушки с огромным запасом оружия, будто собрались на стычку. Они с подозрением смотрели по сторонам, подозревая в каждом врага, и были на удивление похожи друг на друга. Рыжий парень за ними держал за руку робкую девочку и с предвкушением щурился, чуть ли не облизываясь. Сама же смущающаяся малышка держала в свободной руке рыжую крысу -- Баг, верный спутник Скарлет, его Ло тоже помнил. Рядом с ними прыгала от возбуждения черноволосая малявка, размахивая руками и что-то рассказывая, но ее, похоже, не слушали. Она чем-то напомнила ему Детку 5 внешне, даже одевалась подобным образом, разве что без белоснежного передника. Заметив, что на нее не обращают никакого внимания, девочка скорчила обиженное лицо и мигом превратилась в золотую искру, скользнувшую через сопровождающих тенрьюбито, вновь приняла облик человека около Дофламинго и подергала того за шубу, привлекая внимание. Мужчина оглянулся на нее и широко улыбнулся, подхватывая девочку на руки и сажая на плечо. Она радостно взвизгнула и с горящими черными глазами стала осматриваться.
   Трафальгар смотрел на все это и не мог поверить глазам. Эти люди не были похожи на свиту тенрьюбито, скорее свора пиратов. Ло еще раз глянул на шагавшего впереди Ричарда. Он разительно отличался от виденных им ранее представителей Высшей Знати. Но в этом человеке не было ничего от Скарлет. За такое короткое время женщина была бы не в силах выучить мужскую походку и ощущать тело как свое. Ло не раз был свидетелем явления Арни, но даже тогда Скарлет сильно выделялась поведением. А тут...
   Сомнения сильнее стали зарождаться в душе Трафальгара.
   Вот наконец процессия остановилась. Ричард замер в паре метрах перед старцем в бело-золотом халате и с крепким посохом в руке. Он хмуро из-под бровей смотрел на мужчину, который вполовину был выше него, но делал старик это так величественно, что даже Ло стало не по себе. Так смотрит родитель на нашкодившего ребенка.
   За спиной старика стояла девушка в свободных одеждах аналогичного цвета и с треугольной соломенной шляпой на голове, закрывавшей полами черные блестящие глаза. Ее лицо было спокойно, а взгляд умиротворенный. Но держалась она слишком напряженно для уверенного в ситуации человека.
   Они простояли друг напротив друга недолгое время молча, но в упор смотря в глаза.
   Хирург Смерти всякое ожидал, но точно не такой исход. Старик буквально растворился и в следующую секунду появился за спиной Ричарда в воздухе, ударяя с размаха посохом тенрьюбито по затылку. Мужчина покачнулся и упал на землю, выставив руки перед собой, и так и остался стоять на коленях, упираясь чуть ли не лбом в мостовую. Толпа ахнула. Свита осталась стоять с непроницаемыми лицами, наблюдая за творившимся.
   -- Заслужил, -- раздалось от тенрьюбито еле слышно.
   Он не спешил подниматься, а старик нависал над ним с мрачным выражением на лице.
   -- Как ты посме... посмел сюда явиться? -- выдохнул старец, но в словах не было злости.
   Ричард вздохнул и попытался подняться, но был снова с одного удара уложен на землю.
   -- Капитан, что это за представление?.. -- Шачи подошел к Ло, стоявшему недалеко среди домов в тени и наблюдавшему развернувшуюся сцену.
   -- Не знаю, -- нахмурился Трафальгар.
   -- Вставай и дерись, -- приказал старик, стоявший спиной к пиратам, скрывавшимся в проулке.
   Тенрьюбито снова попытался подняться, но его с силой хлестнули по позвоночнику посохом, только мужчина не упал в пыль, а Ло поймал потемневший взгляд, с которым тот глянул на старика, и зло сцепленные зубы. В следующую секунду Ричард ловко извернулся от нового удара и перехватил почерневшей рукой древко. Пират зорко отметил, что строение конечности сильно изменилось, и явно было укреплено, чтобы не сломать кости.
   Старик довольно сощурился и с невиданной легкостью вырвал оружие из хватки, отпрыгивая. Толпа волной отхлынула, давая место для схватки. Они изумленно роптали и в голос переговаривались, недоумевая от происходящего. Свита Ричарда встала в первых рядах, внимательно контролируя окружение.
   -- Это не фрукт крови... -- высказал тихую мысль Ло, наблюдая, как почерневшая измененная рука тенрьюбито стала нормальной.
   Старец вновь растаял в воздухе, нападая сверху со спины на Ричарда, ловко ушедшего с опасной линии, а формы рук снова изменились -- выросли длинные черные когти, разрывая тонкую ткань перчаток и отдавая стальным отсветом. Быстрый взмах, но удар вбок не нашел цели -- несмотря на почтенный возраст, старик двигался на высокой скорости.
   -- А может, снова эта... Эволюция? -- прошептал мысль Шачи, получивший напряженный взгляд Ло.
   -- Это невозможно за такой короткий срок без специальных тренировок. Скарлет шла к этому очень долго.
   -- А если это и есть она? Тогда она знает все обходные пути, чтобы заполучить силу, -- развивал свою мысль парень.
   В таком случае она уже потеряна для общества. Ее захватили в сети...
   Трафальгар хмуро следил за боем старика и тенрьюбито, которого использовали как грушу для отбивания. Скарлет бы такого не позволила, она была очень сильна, и враги не часто добирались до нее для ближнего сражения. Тут же... старик будто испытывал на прочность Ричарда, покрывая того синяками.
   Особо сильный удар пришелся в грудь мужчины, откидывая его в сторону ближайшего дома, почти к самому углу. Из-за ворота плаща что-то вывалилось, блеснув на свету. Тонкая ниточка разорвалась, и камушек отлетел к проему, за которым скрывался Трафальгар. Старик будто знал куда бить, а судя по насмешливому взгляду того, с которым он посмотрел на пиратов, это подтверждало догадки Ло. Стена со скрипом приняла на себя удар, но выстояла, обсыпав тенрьюбито пылью.
   Ричард дернулся и медленно поднялся, не сводя глаз с оппонента. Он приложил черную ладонь к груди и резко замер, растерянно и сдавленно выдохнул, а после оттянул ворот и заглянул за него. Не найдя искомое, вмиг забыл о старике и завертелся на месте, ища камень. Ричард побледнел от испуга, осознав, что потерял.
   Ло с интересом посмотрел на кристалл, блестящий в паре метрах впереди.
   "Неужели он так важен?.."
   Дофламинго и Свон тоже занервничали, догадываясь, что искал тенрьюбито.
   Пират уже хотел подойти и подобрать драгоценность, как Ричард заметил ее и влетел в проулок, не замечая ничего, кроме блестящего кристалла, подхватыватил камень изменившейся и ставшей нормальной рукой, но резко замер, не разогнувшись толком. Ло встретился взглядом с черными глазами тенрьюбито, которые тут же изменили цвет на темно-синий. Он медленно выпрямился, сжимая в ладони кристалл и внимательно разглядывая пирата.
   -- Еще не время, -- тихо произнес Ричард и поморщился, словно от неприятных ощущений.
   Видимо, тенрьюбито не рассчитывал на их встречу при таких обстоятельствах. А Ло усмехнулся и сложил вызывающе руки на груди, только чтобы задеть стоявшего напротив него мужчину, но тот неожиданно оказался равнодушен. Он лишь смерил задумчивым взглядом пирата и развернулся, столкнувшись с рыжим парнем из своей свиты.
   -- Нашел его? -- фамильярно обратился к Ричарду парень.
   -- Да, -- холодно произнес тенрьюбито и вышел из проулка.
   Но такой ответ никак не задел рыжика. Он ухмыльнулся, окинув взглядом пиратов, и двинулся за своим господином.
   -- Да это разве тенрьюбито?! -- прошептал Шачи. -- Дает себя избить. Позволяет своим людям так с собой обращаться...
   Это и было странным. Но Ло ничего не сказал своему подчиненному, он продолжал задумчиво разглядывать Ричарда. Таинственного Ричарда...
   -- Да и сам позвал сюда, а говорит "еще не время"... -- продолжал бубнить Шачи.
   Вот мужчина сунул в карман пропыленного плаща кристалл и что-то проговорил еле слышное. Старик все это время следил за тенрьюбито с весельем, вертя в руках посох. Это сражение определенно подняло настроение ему. Конечно, не каждый день выпадает возможность безнаказанно избить такого человека. Ричард остановился напротив своего противника и уважительно поклонился. Казалось, что мужчину совсем и не избивали: он не морщился от боли при движениях, не было кровоподтеков, а синяки на лице уже сходили, лишь грязная одежда выдавала то, что была хорошая взбучка.
   -- Тебе придется многому научиться, Хоул Ричард, -- довольно произнес старик и стукнул посохом по земле.
   -- Я буду стараться, мастер, -- почтительно ответил тенрьюбито.
   А Ло был в полном изумлении от этих слов.
   Они разыграли тут сцену боя только ради того, чтобы его приняли в ученики?! Ричард приехал для этого на остров?! Выходит, поэтому он просил оружие Скарлет -- ему надо научиться им владеть.
   От сомнений и вопросов у Трафальгара уже голова начала идти кругом.
   И где в его взгляде Эйс тогда увидел признаки Скарлет? Сам Ло заглянул в глаза Ричарду, но увидел там лишь холод и твердость. Девушка никогда так не смотрела. И сила фрукта совсем не была похожа на кровь -- то было что-то иное, меняющее структуру тела, как логия, но в то же время и не она. Неужели Портгас ошибся и увидел желаемое, а не действительность? Ричард легко обвел вокруг пальца Эйса, сыграв на его чувствах? И теперь Хирург Смерти шагал в эту же ловушку.
   Хрупкая надежда начинала таять от все большего волнения и замешательства. Трафальгар так хотел увидеть Скарлет, что от одной лишь мысли, что все было фантомом, становилось дурно.
   Пират резко развернулся и покинул проулок между домами, ругая себя от досады.
   "Конечно... Скарлет мертва. А он использует память о ней, чтобы заполучить нас. И все было лишь выдумкой"
  
  
  
   Джинь Юй. Зверь
  
   Пира на весь мир в честь меня не было. Даже ужин не организовали, поскольку мы прибыли после него по времени. Лишь предложили чай, но я отказалась, распустив своих людей по острову, наказав не дурить и местных не обижать. Все поняли все и разошлись по своим делам. Так что я осталась одна, а на часах было всего десять.
   Со следующего дня начинались тренировки, и Ки Вей пообещал, что не даст расслабиться, так что в шесть я должна была стоять как штык около ворот дворца. По-хорошему, мне надо бы принять ванну и завалиться спать, но я не я, если так и сделаю. Хотя первый пункт следовало исполнить, все-таки после происшествия на улице чище я не стала.
   Так что после душа и переодевания я уселась в кресло и задумалась. Благо был повод.
   Первое -- это незапланированная встреча с Ло. Точнее, встреча в плане есть, но произошла, когда не надо. Еще и Росинант по ходу дела вмешался, когда его не просили. Я хоть и научилась отрешаться от его мыслеобразов, но к подобной атаке не была готова. На следующую встречу точно кристалл не возьму, отдам его Дофламинго, пусть сам помучается.
   Второе -- это поведение способностей. Если с фруктом крови можно было разобраться и понять, что да как работает, то тут был тупик. Прочность измененных рук была невероятная. Падение с огромной высоты не принесет существенного дискомфорта, разве что окружающим людям пыль в глаза полетит, да и мне костюмчик запачкает. Сложно было классифицировать вид фрукта теперь. Вроде и парамеция, но ведет себя как логия.
   Я сидела и задумчиво смотрела в распахнутое окно на звездное небо. На столике с левой стороны покоился графин с янтарной жидкостью, которую я налила в бокал. Подготовили все, как я люблю. Чуть пригубив, вздохнула -- мысли все вертелись вокруг Ло. Что-то подсказывало, что не удастся так просто подойти и выпросить мечи, один его вид говорил, что меня ждал разговор, это меньшее. О большем и думать отказывалась.
   Сигнал пришел неожиданно, заставив вздрогнуть. Тонкая нить, связывающая меня и Гарольда, натянулась и взвыла, говоря, что ее хозяин попал в передрягу. Выругавшись сквозь зубы за привычку парня говорить то, что думает, и не держать язык за зубами, я отложила бокал и мрачно посмотрела в окно -- зов шел со стороны порта.
   Нить судорожно дергалась и нервировала, заставляя подорваться и бежать спасать подчиненного с шибко длинным языком. Понятия не имела, во что он влип, но дело, видимо, было серьезным, раз дрожь усиливалась. У Гарольда хоть и не все в порядке было с кровью, и мы пока не разобрались, чего она в нем химичила, но жить не мешала, разве что мне, зудя тонкой нитью на краю сознания.
   Я мысленно резко дернула за связь, а в ответ раздался жалобный скулеж, отчего удивленно вскинула бровь и поднялась с кресла.
   На Гарольда напали? Кто? Этот остров крайне безобиден, тут даже пираты не останавливаются, ведь рядом Сабаоди, с чего им сдался этот мелкий остров. Неужели он... дорвался до Ло и его команды? Или они до него?
   Черт. Это уже навязчивое приглашение в гости.
   Я схватила плащ и накинула на плечи, ремешок со стилетами занял свое место на боку, и мигом поспешила к выходу из гостевого дома, одного из, расположенного на скале недалеко от дворца. К счастью, туда нас не заселили. Чуть не сбила учтивую служанку, которая переполошилась от моего появления, но не успела она очнуться и поклониться, как я выскочила за дверь.
   Хорошо, что мостики ночью подсвечивались, а то так бы и навернулась, проверяя теорию плотности тела в действии. Быстро добралась до каменной лестницы в скале и почти перескочила ступеньки, направляясь по дрожащей нити-связи к нерадивому подчиненному.
   В столь позднее время людей на улице не было, так что никто мне не встретился. К порту буквально вылетела с развивающимся за спиной плащом. Жаль, что мое появление никто не оценил, в принципе, им не до этого было.
   Не сбавляя темпа, я подскочила к Гарольду, который без сознания лежал на мостовой. Рядом с ним сидела растерянная и готовая зареветь Аллегра, держа за ладонь парня. А вокруг суетились пираты Сердца, пытаясь организовать помощь.
   Я их всех растолкала под возмущенные возгласы, не отрывая взгляд от рыжего охотника и снимая с плеч плащ, сворачивая его. Села на колени рядом и положила рулон ему под голову. Девочка подняла на меня глаза и шмыгнула носом.
   -- Аллегра, не мешай, пожалуйста, это может быть опасно, -- тихо сказала ей, получив кивок в ответ. Она поднялась с колен и послушно отошла в сторону, а я бросила замершим парням, которые с изумлением следили за мной. -- Проводите ее кто-нибудь до нашего домика.
   -- Эй! А почему мы?! -- всполошился, кажется, Пенгвин.
   Я бросила на него холодный взгляд:
   -- А ты хочешь, чтобы маленькая девочка потерялась ночью в незнакомом городе?
   Парень мигом захлопнул рот и удалился, взяв Аллегру за руку.
   -- А ты не боишься, Ричард-я, что он не выполнит поручение, -- на сцене появилось новое лицо, на которое я не обратила внимания. -- Все-таки я его капитан...
   -- Не время, и в нем я уверен, -- бросила я, невежливо перебив, и вынула стилет. -- И вам лучше уйти. Это может быть опасно для жизни.
   Гарольд был бледен, и я радовалась, что причал хорошо освещен, позволяя без проблем все видеть. Холодный лоб парня покрывала испарина, мышцы до предела напряжены. Разрезала рукав рубашки и провела пальцем по выступающей вене на предплечье. Осторожно надрезала кожу, испачкав в крови лезвие, которое облизала, пытаясь узнать причину.
   Хоть у Гарольда был сильный иммунитет к вирусу и Зову, но после бойни в комнате с Дитем и питья его крови, организм заметно изменился -- повысилась сила, выносливость и слегка регенерация, но больше ничего такого сверхъестественного не происходило, и карантин был снят. А тут его вырубило.
   Так что по памяти крови надо узнать причину.
   На причал они с Аллегрой пошли встретиться с Ло, как бы это ни было странным. С ним он хотел переговорить по поводу лечения девочки. Хотя она и смирилась со смертью, но Гарольд был иного мнения. Ко мне с этим вопросом не лез, ведь знал, что я ничем не могла помочь, да и побаивался связываться с кровью после событий на родине. Но, увы. Ло без оплаты не работает, даже не осмотрел без нее девочку, и совсем не проникся историей Аллегры. Хоть он и прошел через подобное в своем прошлом, это совсем не обязывало его впоследствии помогать другим за так.
   Гарольд разозлился и в самых скверных чувствах и мыслях покинул подлодку. И тут его накрыло. Хорошо так. Вспышка эмоций начала вторую часть изменений.
   А у меня появился еще один пункт к возбудителям вируса -- гормоны. Скорее всего, выброс адреналина играл не малую роль в активации болезни. Точнее, изменениям.
   Я коснулась указательным пальцем лба Гарольда и прикрыла глаза. Нить связи натянулась и затихла, больше не действуя на нервы. С легкостью взяла под контроль бурлящую кровь, пытаясь ее усмирить, приказать затихнуть и прекратить мучить человеческое тело, обернув все вспять.
   Но под мое изумление она только ускорила процесс.
   Черт!
   Парня забила крупная дрожь. Он тяжело и с хрипом задышал, и это заставило открыть глаза, растерянно наблюдая за процессом. Гарольд начал меняться, превращаться в того, кого сам убивал на родном острове. Распахнутые глаза смотрели алым взором в черное небо. Когти на руках скребли камень мостовой. А тело стала покрывать густая растительность. Он превращался в монстра.
   Нить туго загудела.
   Гарольд зажмурился и сжал кулаки, впиваясь когтями в кожу.
   -- Больно, -- тихо выдохнул он.
   Разум при нем вроде.
   -- Ты меня слышишь? Понимаешь? -- от нервов во рту пересохло, и голос звучал сипло.
   Я сглотнула и крепко сжала его за плечи.
   -- Больно, -- снова выдавил он. -- Оно... внутри...
   -- Тихо. Расслабься и успокойся, -- спокойно начала я. -- Я все контролирую. Попробуй обернуть процесс.
   -- Как? -- сквозь стиснутые острые зубы с трудом произнес.
   -- Пожелай, заставь тело подчиниться.
   Гарольд попытался расслабиться, но мышцы снова свело судорогой, и он болезненно застонал.
   Что делать?
   Я растерянна и еле сдерживала свою панику. Без способности исцелять я ощущала себя как без рук. Смотреть, как мучается парень, было той еще пыткой, как терзающая его боль в этот момент. Я нервно закусила губу, не зная, что предпринять. Как облегчить страдания. Я не могла ему помочь...
   -- Рич, в чем дело? -- рядом приземлился Дофламинго, смотря то на меня, то на Гарольда с опаской.
   -- Началось, -- бросила, не поднимая глаз. -- Я ничем не могу помочь ему.
   Донкихот посмотрел по сторонам, на наблюдавших за всем пиратов, и тихо выругался.
   Кровь на предплечье успела свернуться, но из-за метаний рана была потревожена, и теперь из нее показался черный сгусток. Наверное, моя реакция была на лицо, раз Дофламинго насторожился и весь напрягся.
   -- Я уже тут!! -- раздался крик со стороны причала и торопливый бег.
   Ши-Ши.
   -- Я принес! -- он рухнул на колени рядом и протянул сумку. Весь довольный и запыхавшийся.
   -- Что там? -- с опаской приняла протягиваемый предмет.
   -- Заначка, -- хитро подмигнул и перевел взгляд на Гарольда. -- Совсем плох. Скелет деформирован и продолжает перестраиваться. Мне вмешиваться сейчас опасно, пока изменения не завершились, иначе он застрянет на такой стадии. Зато после я могу ему помочь вернуть человеческий остов.
   Специалист констатировал факт, а больше мы ничего не в силах сделать. Я вынула из сумки легкую металлическую прохладную коробочку, где в ряд лежали стеклянные тары размером с мизинец. Задумчиво осмотрела одну из капсул с алым содержимым, вязко стекаемым с одного конца на другой.
   Заначка... а ее было достаточно, чтобы поднять на ноги сотню раненных. А сколько было этой заначки у врагов?
   Я непроизвольно сжала в кулаке капсулу и очнулась только, когда стекло звонко хрустнуло, впиваясь в кожу. Ши-Ши и Дофламинго с ожиданием уставились на меня, но я лишь подскочила на ноги, отходя и нервно сжимая челюсти.
   Тяжело выдохнула воздух в попытке расслабиться.
   Пираты Сердца еще ранее по команде капитана вернулись на борт субмарины, чтобы не мешаться нам, а сам же он с любопытством следил за всем, стоя недалеко.
   -- Свяжи Гарольда и верни в дом. Ши-Ши, проследишь за трансформацией. Если что -- вяжите. Утром он вернется в норму по прогнозам и наблюдениям, -- холодно и резко бросила им, разворачиваясь спиной. -- Я надеюсь.
   -- А ты куда собрался? -- догнал голос Донкихота.
   Я не ответила. Только усмехнулась, снова сжав ладонь с осколками в кулак. Нельзя тут терять кровь...
  
   Упоминание запасов натолкнуло на одну нехорошую мысль -- действительно, а сколько их осталось в Академии на Розарии? Они ведь безнаказанно в своих целях использовали мою кровь, а мне это очень не по душе и надо бы лишить их этой привилегии.
   За прожитые два года на том острове я неплохо узнала его и изучила вдоль и поперек саму Академию, имея доступ на самые нижние уровни благодаря поблажке Деррика. Это играет на руку, особенно, если никто не будет ждать нападения, а оно должно произойти скрытно небольшой обученной группой под покровом ночи. Но как этой группой туда попасть?..
   Мелкие острые осколки собирались в горку на камне, а раны лениво затягивались, оставляя тонкие черные рубцы. Кровь была густой и почти не лилась, что отчасти радовало, ведь заражать ничего в таком случае не буду. Зато вся чистая кровь успешно поглотилась телом, никак не повлияв на него -- пустой перевод продукта.
   Из мыслей о мести вырвали тихие шаги. Точнее почти неслышные, слух уловил только легкий шорох песка и камушков, и в следующую секунду я была уже на ногах, смотря в глаза посетившему мое общество человеку. Я растерянно огляделась, куда в задумчивости неосознанно пришла и устроила привал. Я сама и не заметила, как оказалась на этом месте -- куда впервые свалилась на Джинь Юй, и где нашел меня Олег. Черные скалы вокруг, а за спиной чуть в отдалении высокие пальмы с пышными зелеными шляпами.
   -- Ты что-то хотел? -- я разрезала тишину между нами вопросом, поскольку говорить Трафальгар не собирался.
   -- Ты сам звал меня на встречу и сам же избегаешь, -- наконец, ответил он, с интересом наблюдая за мной, словно изучал поведение букашки в непривычной для нее среде. А меня это напрягало.
   -- Я звал на нее, чтобы получить оружие, но при тебе его не вижу сейчас, так что нет смысла для разговора, -- холодно произнесла.
   -- Мечи -- не твои.
   -- Это уже не тебе решать. Скарлет не оставляла завещание, -- грубо отрезала я.
   Ло скривился. Было видно, что он еле сдерживал эмоции, горя желанием что-нибудь нехорошее сотворить со мной только при одном упоминании о Скарлет, то есть обо мне. Что-то его слишком сильно задевало это.
   Я хмуро посмотрела в серые глаза, где пылал яростный огонек. Его поведение меня заставило обеспокоиться. Оно казалось неестественным, чужим. Я привыкла видеть Трафальгара спокойным и насмешливым, но никак не таким, грозящим атаковать меня за один неверный шаг и брошенное слово.
   -- Не советую совершать опрометчивых поступков, -- холодно отрезвила его, заговорив серьезно. -- Это действительно фрукт крови. Но... из-за кое-каких событий он изменил свои свойства, и они стали еще опасней. Если прольется хоть капля крови, то остров поразит эпидемия неизлечимой болезни. Тебе это надо?.. Фрукт крови больше не исцеляет. Он уничтожает все на своем пути, поражая и изменяя.
   Пират не верил мне.
   -- Трафальгар Ло, верни мне мечи. Я исполню ее волю, и после больше никого не побеспокою своим существованием, -- твердо припечатала я, заставив его вздрогнуть, словно пробудившись.
   -- Ее волю?..
   -- Ты совсем не знал Скарлет, -- я усмехнулась и покачала головой. -- Каково было ее желание? Цель в этой жизни?
   Ло задумался.
   -- Быть вместе с семьей, -- тихо ответил он.
   -- "Мне нужен мир, желательно весь", -- насмешливо фыркнула, процитировав брошенные слова после битвы в Маринфорде, которыми еще долгое время пугали в газетах.
   Верно говорят, что слово не воробей, и шутливо оброненная фраза стала клеймом для молодой пиратской команды Алого Креста, амбициозной и сильной. А также это стало нынешней моей целью.
   Заметив недоверие вперемешку с удивлением на лице Ло, я еле сдержала улыбку, веселую и задорную, как не улыбалась давно.
   -- Шутка. Она хотела уничтожить нынешний мир. Уничтожить систему. Ее интересовало Правительство. Лишь оно.
   Недоумение в серых глазах. Он не понимал зачем мне это.
   -- И не поймешь, -- тихо произнесла и подняла глаза в небо. В ставшие родными звезда.
   Ло долго вглядывался в меня, пытаясь поймать взгляд.
   Да что они с Эйсом зарядили, будто там что-то найдут? Нет больше прежней Скарлет, которая оставила отпечатки в их душах. Нет ее. Зато есть я.
   -- Хочешь знать правду? -- тихо произнесла, посмотрев в глаза мужчины.
   Он еле заметно вздрогнул, но не ответил, посчитав вопрос риторическим.
   -- Скарлет умерла. На самом деле умерла. Ее нет больше...
   Прозвучало слишком горько, и слишком больно для него. Трафальгар скрывал внутри себя эту правду, и от этого мои слова стали испытанием для него. Он с самого начала не верил во все то, что я ему наговорила, он боролся с этими фактами, не желая принимать. Но тихо сказанные слова будто сорвали что-то в нем.
   Кристалл, висевший на цепочки на груди, несильно нагрелся, выказывая недовольство за мои поступки.
   Ну, извини, Росинант, но это на самом деле в каком-то смысле правда...
   Трафальгар до хруста сжал кулаки и ушел. Я тяжело вздохнула, смотря ему вслед, в напряженную спину.
   -- Налюбезничались? -- насмешливо спросил Дофламинго, приземлившийся рядом и тоже глянувший вслед ушедшему Ло.
   -- Ты оставил Гарольда? -- я переключилась на Донкихота, пытаясь уйти от недавнего разговора, забив голову другим.
   -- Ши-Ши и сам неплохо справился, -- отмахнулся мужчина, внимательно рассматривая меня.
   Я не выдержала его интереса и нервно дернулась.
   -- Тебе надо расслабиться, -- протянул мой личный кошмар и растянул губы в широкой улыбке, не предсказывающей ничего хорошего. -- И я даже знаю, как тебе помочь расслабиться...
   -- Нет, -- оборвала его грандиозные планы на мою персону. -- Мне через шесть часов на тренировку с Ки Веем, так что расслабляться я буду во сне.
   И решительно направилась исполнять свои слова на деле.
   С Ки Веем шутки плохи.
  
  
   Джинь Юй. Исключение
  
   Ло, похоже, не собирался так просто возвращать оружие и решил испытать мое терпение. Но оно, увы, на данном этапе моей жизни не отличалось примером, и поэтому я решила действовать.
   Новый день начался не только с пыток Ки Вея, но и с плана, как лучше мне забрать свои мечи. Почему-то на это натолкнули мысли Дофламинго "о расслабиться".
   На мои занятия с бывшим вице-адмиралом стал ходить Гарольд. После того случая с превращением, когда всю ночь рядом с ним дежурили Ши-Ши и Аллегра, он малость присмирел и бросился искать способ научиться контролировать опасную силу, пробуждающуюся по ночам. Последнюю неделю парень ходил невероятно бледным и измученным из-за частых превращений, истощающих его. Так что Ки Вей наградил его упражнениями и часами медитации, чтобы восстановить равновесие в душе. Теперь Гарольд сидел на верхушке скалы в саде камней во дворце под землей, а я внизу на площадке тренировала выносливость и реакцию.
   У меня не оставалось времени после занятий ни на что. Сразу вспоминались деньки на Розарии, когда так же после уроков я приползала домой и тупо заваливалась спать, игнорируя все и всех. Хоть новый виток способностей и мог приспособить организм к любым испытаниям, но перед тренировками оказался бессилен.
   По истечении десяти дней своеобразных пыток, где Ки Вей отыгрывался на всем, что только можно, я сказала: "Хватит! Выходной!".
   И за этот короткий день мне следовало сделать многое. Во-первых, выспаться. И, во-вторых, нагло украсть свои мечи, точнее, вернуть. В-третьих, проверить свои способности в изменении. Так что подъем меня ждал в полдень, и с трудом успела на обед только под его конец. На удивление, меня рады были видеть. Мои ребята открыто улыбались и кивали, приветствуя, и как только я утолила зверский голод, набросились с вопросами.
   Гарольд больше не походил на зомби, хотя бледность все равно была ненормальной, но по сравнению с Аллегрой он блистал красками жизни. Все-таки надо что-то придумать с девочкой...
   -- Мне тут скучно, -- припечатала Нереза, возмущенно тряхнув белыми бантами на головке.
   Я задумчиво посмотрела на девочку.
   Если более взрослые могли найти себе занятие на острове, то ей было одиноко. Еще на корабле она пыталась поближе познакомиться с молчаливой Аллегрой, но та держалась только Гарольда, не отходя от него ни на шаг. Поэтому Нерезе нужны были сверстники для общения и игр. Дофламинго хоть и занимал ее тренировками, но такой нагрузки, как у меня, ей физически не выдержать, так что выделял лишь по пару часов с утра, а после девочка была предоставлена сама себе.
   Перевела взгляд на умиротворенного Донкихота, читавшего газету.
   -- Как ее успехи на занятиях? -- поинтересовалась я, поскольку одна сомнительная идея у меня закралась.
   -- Молнии осознано контролирует, да и перемещаться в таком виде на небольшие расстояния может. Форму держит без браслета, как видишь, -- лениво ответил на вопрос мужчина и отпил вина, не отрываясь от чтения.
   -- Неплохо, -- кивнула. -- Такой педагогический талант пропадает, -- не сдержала усмешки я.
   Девочка зарделась от похвалы ее стараний, а глаза так и блестели в готовности. Все-таки ощутимые успехи за такой малый период. Да и я отчасти права -- Дофламинго отличный учитель.
   -- Тогда пойдем с тобой сегодня гулять. И Бага прихвати, -- я дала указания и поднялась из-за стола. Названный крыс, валявшийся до этого между пустых тарелок, встрепенулся и уставился на меня бусинами алых глазок, навострив уши.
   Правда, Нереза поморщилась, глянув на животное. Они до сих пор не нашли общий язык.
   -- Жду вас после четырех у выхода.
   И я пошла собираться.
   К назначенному времени я была готова. То, что Нереза и Баг около ее ног уже ждали на выходе, крайне изумило. Обычно девочка опаздывала. А тут почуяла запах приключений и как штык у дверей.
   На меня она не обратила внимания, оно и не удивительно. Я лишь усмехнулась и подхватила девочку за руку. Нереза хотела громко возмутиться моей молчаливой выходке, как заметила поведение крыса -- он с легкостью забрался мне на плечо и приветливо куснул за ухо, устраиваясь со всеми удобствами. В умной головке скользнула догадка, и в черных глазах мелькнуло недоумение.
   -- Я умею менять тела. Только "тсс!", -- я приложила указательный палец к губам и подмигнула девочке.
   Ее рот несильно приоткрылся, но она тут же совладала с собой и собралась, решительно кивнув.
   Когда мы отошли дальше и скрылись среди узких улочек, я убедилась, что подозрительных слежек за нами нет, учитывая любовь одного пернатого недокороля приглядывать за мной. Я присела на корточки, на уровне глаз Нерезы, и серьезно посмотрела на нее.
   -- У меня для тебя важное задание. Ты должна забраться на ту желтую субмарину, и кое-что украсть. Баг поможет тебе это найти. А я отвлеку остальных.
   Девочка с готовностью отозвалась.
   Первые два часа, пока не пришло время ужина, мы с набережной наблюдали за субмариной и ее обитателями. Я сидела на лавочке, пряча лицо под тенью широкополой шляпы. Нереза ловила бабочек, носясь по кустам, а Баг укрылся среди ветвей и не отсвечивал. Выглядели мы как мамочка с ребенком, вышедшие на отдых у воды. Ничего подозрительного и с минимум намеков на слежку.
   В конце концов, большая часть пиратов во главе с Ло ушли в бар недалеко, а двое охранников со скукой и завистью проводили их взглядами и укрылись в полумраке судна.
   -- Удачи, -- я прошептала Нерезе, спешно метнувшейся за крысом, торопившемся прошмыгнуть в распахнутую дверь.
   Девочка старалась преодолевать дорогу короткими телепортациями, оглядываясь по сторонам перед каждым прыжком и играя роль разведчика, ныкаясь между ящиками и бочками, так замечательно расставленными по пристани. Я хмыкнула и покачала головой -- дала волю фантазии ребенку. И ведь мало кто подумает про нее что плохое, так, заблудившаяся и заигравшаяся девочка. Быть партизаном в случае чего она пообещала.
   Когда она успешно скрылась в субмарине, я направилась по следам пиратов.
   Я надеялась, что Нереза управится за полчаса или чуть больше, и мне не придется прибегать к крайним методам, а так просто понаблюдаю за ребятами. Конечно, многого ожидать от ребенка не стоило, но с ней был Баг, который обязательно приглядит за ней или вытащит из беды, если на то пойдет.
   Пираты Сердца остановились в баре с рыбным неаппетитным названием. Уже войдя в полумрак заведения, я отметила специфичное рыболовное убранство и направленность заведения, со стойким соленым запахом. В просторном зале теснились круглые столики, а вот во втором небольшом крыле рядом с аквариумом на всю стену, где из-за стекла скалились зубастые пираньи, были длинные столы, за которыми посетители играли в странную игру, похожую на шашки. Самое столпотворение как раз и было в той части. Громкие возгласы и слова поддержки разносились на все заведение. Явно проводилось соревнование.
   Я в удивлении вскинула брови, приподняв солнцезащитные очки и отметив, что там собралась добрая часть пиратов Сердца. Остальные разошлись по бару и уже вкушали блюда и напитки, переговариваясь с аборигенами.
   Ло оказался одним из участников того безобразия за игорным столом, который займет его надолго, поэтому я мысленно успокоилась и присела в углу наблюдать и следить. Группа поддержки капитана пиратов Сердца собралась большая и шумная, подбадривающая стройными выкриками, невольно вызывая улыбку.
   Отчего-то вспомнился спор на острова Амазонии Лили, когда эти же ребята уверенно скандировали, что их капитан ни капли не выпьет, а мои девчата хитро перемигивались и утверждали, что я точно его напою.
   Прекрасное было время. И теплая спокойная ночь...
   Как я и ожидала, прошло не так много времени, когда мне на столик забрался довольный Баг, -- мангового сока я успела выпить только половину. Я кивнула ему, и крыс спрыгнул, бросившись к выходу. Пришлось оставить мелочь и поспешить, чтобы не потерять из виду юркого рыжего пушистика среди десятка ног. Извиняясь за беспокойство у задетого мной народа, я протолкнулась к выходу и вывалилась на улицу, легко вздохнув свежего морского воздуха.
   Нереза затаилась за углом бара в тупике, прижимая к груди тяжелую связку. В тени за ящиками ее было не заметно, и, если бы не крысеныш или мои способности, я бы ее не нашла. Сама она не унесла бы оружие, а вот с помощью Бага легко. Вообще изначально можно было ради всего дела послать одного крысавца, но девочке полезна такая вылазка. И скуку разбавила, и ответственности прибавилось, и я выросла в ее глазах, ведь доверила важное дело. Для ребенка это очень важно.
   -- Вот! -- завидев меня, она широко и лучезарно улыбнулась, указывая на ношу.
   Я благодарно кивнула и выхватила из ее рук связку, ощущая родной холод металла.
   -- Значит, это большой секрет? -- спросила громким шепотом и широко открытыми глазами Нереза следила, как я застегивала ремни с ножнами клинков, стилетов и кинжала.
   Все на месте. Все родное. Я сразу ощутила себя полноценней и свободней. Вот, что делает оружие, когда привыкаешь к нему, и без него уже ощущаешь себя голой среди толпы. А еще я поняла одну вещь. В теле Ричарда оно слишком мало для меня, и будет как зубочистка, а не грозное оружие.
   -- Большой, -- я подмигнула ей. -- Никому ни слова. Даже Дофламинго.
   Хоть он и в курсе, что я могу менять внешность, но точно по головке не погладит, если узнает в каком виде почти открыто бродила по городу. Очки и широкополую шляпу за прикрытие можно не считать, но ничего другого я в гостевом доме и в вещах женской половины коллектива не нашла. И так бродила в легком желтом сарафане Шадо с кожаной жилеткой и в сандалях.
   -- Так это все-таки вы? -- ее взгляд сверкал от любопытства, которое она и не старалась сдерживать. Нереза внимательно разглядывала мое лицо, созданное по памяти, короткие алые волосы до плеч и черные глаза.
   -- Не знаю, -- я задумчиво протянула, затягивая последний ремешок на предплечье. -- Я давно уже заблудилась.
   -- Имея столько лиц, не удивительно, -- рассматривая меня, заключила Нереза и кивнула.
   А я в который раз поразилась ее умозаключениям. Ее выводы всегда били в точку. И пусть ребенок еще мал, но видела она очевидные вещи четко, не так, как мы, ища сложные пути.
   Вынула из ножен меч и осмотрела лезвие -- чистое и ухоженное, как и остальное оружие. Провела пальцем, убедившись в остроте. Неужели Ло следил за ним и постоянно приводил в порядок?
   От беседы отвлек Баг, забравшись на плечо и куснув на мочку уха, а следом за спиной раздался топот ног и десяток радостных возгласов.
   -- Тише, -- схватила за ладонь Нерезу и прижала ближе к стене, к тени.
   -- Кэп снова его уделал!.. -- бодро выкрикнул один из пиратов.
   -- Уже пятый раз подряд, старик точно не отыграется, -- поддержал его другой.
   -- Да что там отыграться. У него уже на ставки деньги кончились...
   -- А ты видел его лицо? Ха! Его, походу, никогда так быстро из игры не выводили! Каких-то шестнадцать минут и победа!
   Толпа прошла мимо тупичка, окружив победителя. В хвосте плелся Бепо с широкой улыбкой, обнимая верный нодати капитана.
   -- Медведь! -- тихо произнесла пораженная Нереза, а я грубо шикнула, одернув ее.
   Но, к сожалению, он нас услышал и замер, повернувшись. Первые несколько секунд он просто вглядывался в полумрак улочки, а после на его лице застыло красноречивое удивление. Бепо будто призрака увидел перед собой. Хотя, да...
   -- Эй, Бепо, ты чего там? -- донесся оклик от его собратьев, а я лихорадочно размышляла, как бы с меньшим шумом скрыться из тупика. С обузой вроде Нерезы сложно на крышу забраться, да и там перепрыгивать тоже не очень удобно. Сбить медведя и убежать? Смешно. Там есть Ло, управляющий пространством.
   Выберемся.
   Остается только... небо. Крылья! Интересно, смогу ли я создать их и взлететь?..
   -- Бепо? -- пираты возвращались к нему.
   Медведь пытался что-то ответить, но не мог собрать мысли в кучу, смотря изумленными глазами на меня. Я прижала палец к губам, моля о молчании, но он отреагировал на это по-своему.
   Черт. А без зеркала менять внешность тяжело...
   -- Ты там что, мертвеца увидел? -- раздраженно высказал Шачи, подходя к товарищу и тоже обращая взгляд в нашу сторону, мигом замечая и роняя челюсть, мягко говоря.
   Мда. Больше ждать смысла не было.
   Крылья... большие и кожистые, как у нетопырей. Тяжело представлять и заставлять тело создать это, не видя, чтобы исправить недочеты, которые могут играть решающую роль. Но мне надо было убраться, потому что отвечать на вопросы не смогу -- и лгать не хочется, а правду говорить тем более.
   Не хочу с ним видеться.
   Надо было сразу уходить, а не топтаться на месте.
   Вот не могла Нереза промолчать со своим медведем?..
   Неожиданно девочка подалась вперед, яркой искрой вырвавшись из моей хватки. Она предстала перед Бепо и Шачи, с любопытством разглядывая первого.
   -- А вы умеет говорить? -- голосочек звучал наивно и непосредственно, да и весь ее вид излучал глупого доверчивого ребенка. -- Мне дядя рассказывал про народ минков. А вы правда на большом слоне живете? Там у вас город? А...
   Она буквально завалила вопросами ребят, потерявших связь с реальностью от потока слов.
   Надо было уходить, но с крыльями, увы, не выходило. Я не могла во всей суете сосредоточиться на них, это не когти вырастить, а целые две конечности.
   Отлипла от стены и сделала шаг назад, все-таки решаясь перебраться на крышу, а там уже добраться до соседней улочки.
   Баг проследит за Нерезой и поможет ей. А мне надо всего лишь оттолкнуться и...
   Только вот, не ожидая преграды за спиной, я наткнулась на нее. Меня мигом обхватили за талию, срывая с головы шляпу, чтобы не мешала, и очки и сцепили руки там же, прижав и не давая совершить опрометчивых действий. А я уже нацелилась на стилеты. Конечно, я могла выбраться, но тогда бы пришлось кое-кого сильно побить для этого. И дело малой кровью бы не обошлось.
   -- Значит... "ее воля"? -- задумчиво раздалось надо мной.
   Я откинула голову назад, встречаясь взглядом с глазами цвета грозового неба.
   -- Значит... "ты плохо ее знал"? -- он сощурился.
   Я молча разглядывала мрачное лицо, ощущая странное тепло от его рук.
   -- Верно, -- еле слышно отозвалась.
   -- Теперь я не удивляюсь этим словам. Ведь я действительно не понимаю, зачем ты все это делала. Неужели ты так зла на их предательство? Неужели ты так горела желанием им отомстить? Зачем ты скрывалась от нас?
   -- Тебе ли говорить о таких вещах? -- я усмехнулась и покачала головой. -- Так надо, -- опустила лицо и попыталась высвободиться, но он лишь крепче прижал к себе. -- Что ты хочешь услышать? Ложь? Так ее не будет. Как и правды. Но поверь, я ничего просто так не делаю, -- устало произнесла. -- Все, что я говорила, -- прими к сведению. Нет больше Скарлет, так что успокойся и живи дальше. Можешь возвращаться назад к Луффи, у них там как раз самое интересное начинается, может, еще успеешь. Больше мне от тебя ничего не надо.
   -- Я все-таки надеялся, что все было ложью, -- тихо произнес он.
   -- Уж что-что, но врать я не умею. Даже Дофламинго все сразу понял.
   -- Удивлен, что после всего, что он сделал с тобой, ты держишь его так близко, -- на лицо Ло легла тень.
   -- Я ничего не делаю просто так, -- повторила и вздохнула. -- А теперь отпусти, мне пора.
   Я посмотрела на Нерезу, которая обиженно дулась, стоя рядом с мнущимися от неловкости пиратами. Девочка была возмущена, что я не использовала такой шанс, чтобы улизнуть, когда она решила героически меня прикрыть.
   -- Думаю, ты понимаешь, что все должно быть в секрете, иначе мне придется вмешаться в вашу память, -- вскинув бровь, я глянула на Ло, который не торопился меня отпускать по-хорошему.
   В его глазах скользнула привычная для меня насмешка.
   -- Раз уж ты столь упрям... поможешь мне с Аллегрой?
   Он задумчиво нахмурился, силясь вспомнить, о ком я сказала.
   -- Это та девочка?
   Я кивнула.
   -- Приходите после заката. Я посмотрю ее. И... -- на губах снова заиграла полуулыбка. -- Я хотел бы видеть тебя в этом облике.
   -- Хотеть не вредно, знаешь? -- хмыкнула.
   Но все-таки он выпустил из тисок и отступил, позволяя спокойно вздохнуть. Тело без желания отпустило странное приятное тепло...
   Мотнула головой, выбрасывая подозрительные ощущения. Ни к чему они, и так сосредоточенность подводила.
   -- Пойдем, Нереза, а то на ужин опоздаем... -- я протянул ладонь девочке, за которую она схватилась, и забрала у Бага шляпу с очками. Сам же крысеныш залез на плечо.
   И, не оборачиваясь, ушла.
  
  
  
   Туда и обратно
  
   Первая минута была наполнена болью.
   Мое пробуждение началось с нее, и больше она не покидала.
   Полностью дезориентированная я не понимала, что происходило. Да и яркий свет и громкий писк вскоре вновь сменился на тьму, приятную и мягкую.
   В следующий раз, когда я очнулась, то долго разглядывала белый потолок и пыталась разложить в голове все произошедшие события, но картинка упрямо рушилась.
   Вот была Скарлет в теле тенрьюбито, Ричарда. Ее слова, чтобы подумала о доме и семье...
   А потом раз. И все оказалось лишь сном. Болезненным.
   Дышать удавалось с трудом, словно на грудь сгрудили кирпичи. Глаза щипали и с трудом открывались, а свет резал чувствительное зрение. Малейшее движение отзывалось судорогой в мышцах, выбивая новые порции слез.
   Кто-то приходил, что-то делал со мной. Кажется, даже звали...
   Но я не могла поверить...
   Сон.
   Скарлет разбудила нас.
  
   Сколько прошло времени? Я не считала дни. Все проносилось в одной серой массе, будто перемотка на древнем видеоплеере.
   Я не могла поверить, что красочный живой мир, что все пережитое... сон.
   Стук в дверь заставил невольно вздрогнуть -- до этого никто не поступал подобным образом, врываясь в палату, где меня держали.
   -- Милана? Я вам не помешал?..
   Меня будто молнией прошибли.
   Голос оказался знаком и будто пришел не из этого мира, а следом за мной.
   В помещение, шурша одеждой, вошел мужчина и мягко, с легким оттенком извинений, улыбнулся. Он сгибом пальца поправил очки и отдернул халат, зацепившийся краем за ручку двери. Волнение живо ощущалось, словно он чего-то боялся.
   Меня. Он боялся меня. Реакции. Поведения. От того глаза с холодной внимательностью следили и ждали, тогда как слова и тело совсем не сочетались с взглядом. Это был не тот страх, когда человек видел свою смерть в моем лице и приставленному к горлу лезвию. Скорее, он с волнением боялся и нетерпением ожидал моей истории. Как наркоман очередной дозы.
   -- Я -- Георгий Витальевич. Но вы можете звать меня Георгий, -- он растерянно взлохматил черные непослушные волосы, и до этого не блистающие порядком, и отодвинул стул от стены, садясь напротив меня. -- Я надеюсь, вы не против немного побеседовать со мной?
   Бросила мимолетный взгляд на бейджик, красовавшийся на белоснежном халате.
  
   "Соболь Георгий Витальевич. Психотерапевт"
  
   Георгий...
   Это имя называла Скарлет.
   Но в голове упорно засело другое.
   -- Ло... -- тихо произнесла я, не отрывая взгляда от внимательных серых глаз.
   Мужчина широко улыбнулся и опять взлохматил затылок.
   -- Видимо, это имя будет меня преследовать в вашем семействе долго, -- нервно отозвался он и положил на колени черную папку. -- Но вернемся к началу. Вам не тяжело вести беседу? Я могу подойти в любое другое время, если вы не в состоянии.
   Я поерзала спиной по подушкам, которые заботливая медсестра подложила под корпус, чтобы удобнее было сидеть. Сама еще двигаться толком не могла -- мышцы атрофировались почти за шесть лет, поэтому мне ежедневно делали массаж, возвращая чувствительность и контроль.
   Георгий заметил мои действия и вскинул бровь, молча предлагая помощь. Но я мотнула вяло головой.
   Отвратительно ощущение -- беспомощность.
   Вот только недавно я была воином, одной из сильнейших, которую боялись и уважали. Я врывалась со смехом в безумные кровопролитные схватки, выходила победительницей из множества сражений. А сейчас... меня кормили из ложечки, меняли памперсы и как куклу то сажали, то клали под одеяло. Даже голову первое время держать самостоятельно не могла.
   Унизительно для человека, который горы сворачивал и свободно бегал по воздуху.
   -- Кто еще очнулся? -- чуть поморщившись, спросила.
   Говорить тоже было не очень приятно, особенно стараться, чтобы мычание не выходило.
   -- Алексей и Юстас, -- Георгий поправил очки.
   Я нахмурилась.
   Только... трое?
   -- Катя?
   -- Нет, -- качнул головой мужчина. -- Она лежит вместе со Скарлетт в палате.
   У меня вырвался тяжелый вздох.
   Катя... как так? Скарлет же ее первую убила, точнее отправила. Что не так? Почему?..
   -- Она назвала ваше имя... перед тем, как вернуть нас.
   Судя по тому, что его бейджик просто кричал о профессии, логично, что и проблемой сестры занимался Георгий.
   -- Выходит, она вам все рассказала? -- я внимательно следила за его реакцией. Порой мимика и жесты говорят больше слов, и мужчина должен знать это. Обязан.
   Учитывая появление, он простоват и не уверен в себе, но в тоже время, его могло к этому что-то привести -- не зря он упомянул о нашей "семейке", доконали, наверное. А также это возможно роль, чтобы мы ощущали себя более комфортно -- напуганные, дезориентированные, не пришедшие в себя во всех смыслах. Такое поведение лучше располагало к себе, позволяя отвечать более искренне, без стеснения.
   Он хорош. Если я верно его прочла.
   Я и сама не брезговала играть и научилась разбирать среди людей таких же актеров.
   И этот Георгий мне уже нравился. Все-таки хороший у сестры вкус.
   Чуть сощурившись и улыбнувшись, с оценкой прошлась взглядом по мужчине. Он это заметил и недоуменно вскинул брови, не спрашивая прямо, но и давая отмолчаться.
   -- Верно, -- осторожно начал психотерапевт. -- Скарлетт рассказывала о своем сне. Очень... необычном сне.
   -- О пиратах, безумных морях и людях с дьявольскими фруктами, дарующими невероятные способности им? -- все-таки, надеюсь, моя мимика не так пугающе выглядела, учитывая мое состояние, не всегда выходило то, что я хотела показать. -- Вы беседовали с моими братьями?
   Георгий нахмурился. Явно недовольный таким переходам. Ему определенно не нравилось, что разговор вела я, но все равно отвечал, пытаясь так прощупать меня и мое поведение.
   -- Алексей молчит и не реагирует ни на что. Хотя его мать сказала, что он разговаривал с ней. Спрашивал, если ли у него возможность по восстановлении уйти в море. Похоже, он изъявил желание стать моряком.
   Я слабо улыбнулась -- море не отпускает своих детей, где бы они ни были.
   По идее, я тоже могла найти место на корабле коком. Но пока рано о таком думать, ведь у меня еще оставались незавершенные дела здесь.
   -- Юстас же... -- мужчина задумчиво посмотрел в окно, мрачнея. -- Скорее всего, после восстановления его направят в психиатрическую лечебницу. Может, физически он и оправится, но душевное равновесие потеряно. У Скарлетт был шанс прийти в норму, а он же полностью неадекватен.
   Сомнения, что сестра все это время, пока мы считали, что она мертва, была здесь, уже развеялись. Скарлет жила, и судя по словам Георгия, была не в своем уме.
   Я прикрыла глаза и откинула голову на подушку.
   Тяжело.
   Даже не представляю, что испытывала сестра, какие мысли терзали ее все это время, учитывая все, что вывалилось на ее плечи, прогибая и ломая...
   -- Через неделю Катерину отключат от систем жизнеобеспечения, -- сообщил Георгий.
   И это заставило вновь уставиться на врача.
   -- Почему?
   -- Вас тоже должны были отключить, еще три месяца назад. Но ваше чудесное пробуждение... отодвинуло сроки, -- он улыбнулся краем губ. Так привычно. -- После этого решения Скарлетт как раз опять впала в кому. Я не думаю, что это совпадение.
   Она отправилась за нами.
   Испугалась, что так мы могли погибнуть, и потому пошла на риск.
   -- У нее получилось, -- сухо бросила я и с трудом сжала кулаки.
   Как всегда Скарлет пошла на жертвы, лишь бы помочь нам, а мы -- идиоты, никогда не ценили этого. Да, мы предали ее, мы -- ведь я промолчала, когда надо было говорить, -- но она все равно снова с головой нырнула в опасность и вытащила за шкирки, хоть и таким малоприятным способом.
   Но вот что с Катей?.. Почему старшая не очнулась?
   -- К сожалению, врачи прогнозируют, что Скарлетт больше не сможет стать прежней. Сильный отпечаток на мозг в целом. Если делать выводы по предыдущему ее состоянию, то при новом пробуждении стабильность будет нарушена полностью.
   Что? Нет.
   -- Она просила, чтобы ее тело не трогали. Есть шанс, что, убив тут, она умрет и там, -- я твердо и с угрозой посмотрела на Георгия, словно он прямо сейчас шел отключать сестру. -- Ни в коем случае нельзя это допустить.
   Тяжело вдохнула воздух и сморгнула.
   -- Я понимаю, что вам тяжело во все поверить, но все, что произошло с нами -- правда. Мы действительно сознанием или душой попали в другую реальность. Прожили там шесть лет, обустроили свою жизнь и имели мечты и близких. Это все существовало. Не знаю, как объяснить произошедшее, но оно было!
   -- Тихо-тихо, -- мужчина примирительно поднял руки, одарив меня мягкой улыбкой и теплым взглядом, с хитрыми искрами. -- Я верю вам всем. Правда. Я слишком долго провозился со Скарлетт, бегая за ней и только успевая заметать следы ее активной деятельности. В отличие от тебя, она не отличалась адекватностью -- ее всюду преследовали образы того мира и голоса. Прогрессирующая шизофрения в карточке, а на деле, связываясь со сверхъестественным, душа ее рвалась назад, но что-то оковами держало тут. Да и подробные рассказы, передача ощущений и чувств... Я долго боролся с сомнениями, пока не принял ее сторону. Вот тогда стало легче ее понимать. Да и порой я стал замечать за ней странные особенности... она будто могла управлять людьми.
   -- Кровь, -- хмуро обронила я.
   Разве такое возможно?
   Взгляд невольно переместился на руки.
   Что есть Воля? Сила души, ее голос и дыхание. Если между мирами путешествовала именно она, то никуда эти навыки не делись и также остались при хозяине. И вполне возможно, что я смогу их восстановить, если мое предположение верно.
   Что мне это даст? По сути ничего. Я смогу сгибать голыми руками трубы, и интуиция с "дыханием" будут зашкаливать, превращая мозг в кашу, учитывая наш город-миллионик. Королевская Воля... толпами укладывать людей спать против их желания то еще умение.
   Здесь, в этом мире никому не сдались мои навыки, разве куда-нибудь в горячую точку нырнуть и ощутить накал битв, как в прошлом. Но соваться туда одной... нет. Скарлет просила присмотреть за ней, да и я никуда без семьи и друзей.
   Только как Скарлет смогла вернуть свои способности крови, если их дарует фрукт? Или у нее открылось что-то другое? Это возможно? Хотя... чего гадать, мы же переместились между мирами, вдруг и подобные практики возможны, и она овладели ими.
   -- Каково общее состояние Кати? Я не верю, что она не смогла очнуться. Что-то не дает ей это сделать, -- снова встретиться с взглядом серых глаз и с твердостью смотреть.
   -- Перелом позвоночника в трех местах, черепно-мозговая травма, множество других переломов и повреждений внутренних органов. Но это было заключение шесть лет назад. Конечно, многое срослось и восстановилось, но даже если она придет в себя, то останется на всю жизнь прикована к постели.
   -- Ясно, -- в горле неожиданно пересохло.
   Все ясно.
   И бессмысленно. Травмы не пускают ее назад. И отпустить сестру будет единственно верным решением, прекращая ее муки.
   Как бы я не ненавидела Катю, каких бы дел она не совершила в том мире... она оставалась сестрой. Родной. Сама по себе она была человеком скрытным и увлеченные, не умеющим толково выразить эмоции и чувства, даря лишь холод. Но я все равно знала, что Катя любила нас, по-своему.
   Сестра творила много плохих дел, да и я ангелом не была. Просто... наши пути разошлись. Так бывает. Верно она говорила. И сейчас, когда решалась ее судьба...
   Я отпущу ее.
   Выходило, что умерла бы она в любом из раскладов. Но Скарлет уже сделала свой ход.
   -- Я хочу это сделать сама. Отключить Катю.
   -- Хорошо. Попробую передать ваше желание врачам и вашим родителям, -- кивнул Георгий.
   Дверь в палату распахнулась, и на пороге показалась полноватая медсестра, ухаживающая за мной. Женщина недовольно глянула на психолога и скривила губы.
   -- Время обеда, -- грубо бросила она, указав на поднос в руках.
   -- Завтра продолжил, -- коротко склонил голову Георгий и оставил меня.
  
   Он навещал меня каждый день перед обедом. Просто общался, составлял компанию, чтобы я не померла со скуки, порой выпрашивал рассказать о моих приключениях. Помогал восстановить мелкую моторику рук, заставляя писать и перебирать мелкие предметы. Получалось, мягко говоря, не очень.
   Но мне было не в тягость. Все равно делать нечего.
   Неделя прошла слишком быстро, и я поняла, что не готова. Морально не готова лишить сестры жизни, хоть и такой эфемерной.
   А еще тяжелей стало, когда меня привезли в палату, где собрались родственники и главный врач. Георгий проводил до порога, сжал плечо, подбадривая, и остался дожидаться в коридоре.
   Сердце громко и тяжело стучало, отдавая гулом в голове. Перед глазами все кружилось, и отчего-то хотелось рассмеяться.
   Я и забыла как убивать. Хе-хе...
   Судя по рассказам Георгия, Скарлет в тихую после выписки пошла в спортивный зал, а по ночам нарывалась на драки в неблагоприятных районах, откуда он и забирал ее, увозя к себе домой, чтобы впечатлительные родные не падали в обморок от ее потрепанного вида. И так было необычайно часто, что ее родители стали думать об их отношениях, которые те пытались скрыть от старшего поколения. И любые отнекивания только усугубляли положение. В конце концов, обе стороны махнули рукой, а похождения сестры в поисках приключений продолжились.
   А ведь Скарлет никогда сама не искала повода для драк, лишь когда ей из-за фрукта крышу срывало. Она наоборот старалась избегать проблем малой кровью, переходя на дипломатию. Тут былых способностей не было, но мозг набекрень у нее отъезжал с удивительной частотой. У меня же что-то пошло не так. Одна мысль об убийстве приводила чуть ли не в истерику. Я понимала, что это глупо, но вот тело отторгало, всячески противясь процедуре.
   Скарлет закрывали тела родственников, обступивших кровать Кати, а мне мое положение не давало разглядеть сестру. Пришлось внимание переводить на родную.
   Выглядела она... ужасно. Скелет, обтянутый бледной кожей. Тень, некогда красивой девушки, славившейся длинными русыми волосами, которые теперь были коротко и грубо острижены. Грудная клетка еле заметно вздымалось, и если не приглядываться, то и казалось, что она уже мертва.
   Никто не плакал -- родственники давно смирились с положением. Даже мама, положившая мне на плечи тонкие кисти, слабо сжимая их. Она сильно постарела за эти шесть лет, отчего я с трудом узнала ее, когда очнулась. В толпе я не заметила папу, но и не удивительно, ведь мама рассказывала, что он ушел из цивилизации, поселившись где-то в горах в Непале. Правда, после новости, что я пришла в себя, он прилетел, навестил и пообещал, что как только врачи позволят меня транспортировать, то заберет к себе, ведь там, по его словам, я быстро встану на ноги.
   Смотря на Катю, истерика все сильнее просыпалась в груди, и я успела не единожды пожалеть о своем желании стать жнецом для сестры.
   Но время поджимало.
   С трудом, при помощи врача, я проделала все манипуляции трясущимися руками, в конце уже не сдерживая слезы.
   В полной тишине подобно грому раздался треск зеркала, висевшего в углу комнаты над раковиной, и кривая линия молнией разрезала его на пять частей.
   Сердце задохнулось в учащенном ритме, а в глазах неожиданно потемнело, и голову стал наполнять нарастающий звон. Но перед тем, как потерять сознание, как-то отдаленно раздался гул голосов и протяжный писк приборов с соседней кровати.
  
   Когда я уже очнулась после обморока, Георгий с неестественной бледностью на лице сообщил, что сердце Скарлет остановилось.
  

Оценка: 9.23*6  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Е.Сафонова "Риджийский гамбит.Дифференцировать тьму" К.Никонова "Я и мой король.Шаг за горизонт" Е.Литвиненко "Волчица советника" Р.Гринь "Битвы магов.Книга Хаоса" Т.Богатырева, Е.Соловьева "Загробная жизнь дона Антонио" Б.Вонсович "Туранская магическая академия.Скелеты в королевских шкафах" И.Котова "Королевская кровь.Скрытое пламя " А.Джейн "Северная Корона.Против ветра" В.Прягин "Дурман-звезда" Е.Никольская "Зачарованный город N" А.Рассохина "К чему приводят девицу...Ночные прогулки по кладбищу" Г.Гончарова "Волк по имени Зайка" Д.Арнаутова "Страж морского принца" И.Успенская "Практическая психология.Герцог" Э.Плотникова "Игра в дракошки-мышки" А.Сокол "Призраки не умеют лгать" М.Атаманов "Защита Периметра.Через смерть" Ж.Лебедева "Сиреневый черный.Гнев единорога" С.Ролдугина "Моя рыжая проблема"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"