Французова Татьяна: другие произведения.

Мой лягушонок. Главы с 1 по 10-ую.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 5.31*17  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Закрыв за собой входной шлюз катера, я вздохнула с облегчением: визит на Мирассу прошёл спокойнее, чем я предполагала. Зная свою подругу Линну, которая всегда отличалась несдержанностью характера и разнообразием капризов, я ожидала чего-то более... страшного. Когда она внезапно прислала мне приглашение, да ещё и с уже готовым разрешением на посещение одной из самых закрытых планет системы Омега-Рову, я удержаться не смогла. Хотя и ожидала всяческих неприятностей и неожиданных последствий для себя...

  
  
  Глава первая.
  
  Закрыв за собой входной шлюз катера, я вздохнула с облегчением: визит на Мирассу прошёл спокойнее, чем я предполагала. Зная свою подругу Линну, которая всегда отличалась несдержанностью характера и разнообразием капризов, я ожидала чего-то более... страшного. Когда она внезапно прислала мне приглашение, да ещё и с уже готовым разрешением на посещение одной из самых закрытых планет системы Омега-Рову, я удержаться не смогла. Хотя и ожидала всяческих неприятностей и неожиданных последствий для себя...
  Сколько помню, наши отношения с Линной всегда строились по принципу: 'Ой, я там нечаянно что-то сделала, но не хотела! Давай, ты всё исправишь?..' До определённого момента я мчалась, как послушная хайсса, и заметала за нею все следы... Конечно, для этого имелись причины куда более весомые, чем моё дружеское расположение. Отец Линны был очень крупным бизнесменом, а мать заседала сразу в нескольких комитетах в Совете Трёх планет, на Первой из которых мне посчастливилось родиться. И конечно, такие связи чего-то да стоили. Например, бесплатных каникул на Тайжере, в элитной курортной зоне. Или поступления в лучший Университет Содружества, который вообще располагался на Второй планете.
  Само собой, все эти блага сваливались на меня не просто так, а за то, что я оставалась лучшей (а временами, и единственной) подругой Линны. Её отец был достаточно наблюдателен, чтобы понять, насколько благотворна наша дружба для его дочери, поэтому не скупился. В результате, за десять лет наших плотных отношений с Линной я прошла такую школу, что после окончания колледжа мне впору было записываться не на факультет Прикладной психологии для детей, а куда-нибудь в Школу агентов по Борьбе с проникновениями из-за Рубежа. Возможно, что связи семьи Линн открыли бы и эти двери для меня...
  Впрочем, я полагала, что всё осталось в прошлом. Пусть не очень далёком, но всё-таки... И вдруг - это неожиданное приглашение! Я ответила согласием далеко не сразу. Очень уж это походило на до боли знакомое: 'Тэш, я тут вляпалась! Спасай!' С другой стороны, Линна теперь была под присмотром, - папочка весьма удачно выдал её замуж, да не куда-нибудь, а на Мирассу!
  Эта планета не входила в состав Трёх, да и в Содружестве присутствовала только каким-то косвенным образом, - не то на положении наблюдателя, не то пассивного союзника. Я, как любой незаинтересованный гражданин, знала о ней очень мало. Только самые общедоступные сведения: координаты, государственный строй, расы, населяющие её, карту... Ну, ещё то, что коренное население когда-то было сильно потеснено колонистами с Араамы, а потом сами колонисты и заперлись там, не впуская кого попало...
  Торговля? Да, какая-то была, но непонятно чем. Вообще, эта планета если и интересовала кого-то, то в первую очередь, как место, где были всё ещё живы архаические формы управления. Например, там имелся не больше, не меньше, как император, и у него был самый настоящий двор; до сих пор существовали, так называемые, аристократические фамилии, и была в ходу всякая белиберда с династическими браками... Короче, заповедник для историка, изучающего жизнь в до-Пространственные эпохи...
  Всё это было прекрасно, но не для меня. Поэтому я, мучаясь любопытством с одной стороны, и опасениями - с другой, проконсультировалась с Деоной, моим кибер-помощником. Кстати, тоже подарочком от отца Линны, прощальным.
  Он подарил мне личный катер класса премиум со встроенным бортовым навигатором-консультантом последнего поколения как раз перед тем, как его дочь уезжала на Мирассу, и мы оба прекрасно понимали, что это было завуалированной просьбой молчать о её похождениях до замужества. По мне - прекрасная сделка! Я и так не была склонна к пустой болтовне, а уж после такого подарка-то...
  Довести консультанта до уровня личного помощника мне удалось самой. Правда, каких денег и усилий это стоило - не хотелось даже вспоминать. Зато теперь у меня был идеальный помощник, собеседник и друг, если хотите. В любое время суток. Поддерживать мысленную связь с ним позволял встроенный дешифратор в моём правом виске, что иногда очень упрощало жизнь. А ещё я купила Хранитель памяти, который позволял переносить Деону с корабля ко мне домой, а то и просто брать с собой. Никто и не догадался бы - Хранитель помещался в обычной женской сумочке.
  Именно с консультантом-то я и посоветовалась в первую очередь насчёт поездки на Мирассу. Хотелось побывать там ужасно! Я понимала, что другого шанса у меня, наверное, в жизни не будет, но, с другой стороны - это же Линна! Кому, как не мне знать, на что она способна...
  И всё-таки, я полетела. Предчувствуя, что пожалею об этом и ещё буду локти кусать, но полетела. Вроде, подстраховалась, как могла: Деону постоянно таскала с собой, со строгим наказом записывать всё, что происходило вокруг. Ни на какие официальные приёмы не ходила, - ну их, эти церемонии, ещё ляпну что-нибудь не то... В город выезжала только в сопровождении Линны и её личной служанки (да-да, там до сих пор были в ходу слуги!), ела только то, что ели хозяева... И получила массу впечатлений за проведённые там десять местных суток. Конечно, можно было и подольше задержаться, Линна звала меня на три стандартные недели, но я не рискнула.
  Зато теперь я понимала, почему туда почти не пускают туристов, а все вопросы мирассцы предпочитают решать, прилетая лично на другие планеты. Конечно, я видела диоснимки планеты, природы, городов и прочего, но на самом деле всё это оказалось далеко от реальности. Мирасса околдовывала с первого взгляда.
  Её небо было прекрасным всегда - от рассвета и до рассвета. Краски, в которые расцвечивало его восходящее или опускающееся светило, невозможно описать словами. Зеленовато-золотистые полосы переходили в нежный пурпур, потом плавно стекали в голубой, и нежно соскальзывали в прозрачно-чёрный...
  Природа вокруг соответствовала: деревья, казалось, соревновались, которое из них вырастит листву самого необычного и красивого цвета. Я сама видела стволы персиковые, муаровые, сливово-бордовые и ванильно-кофейные. Причём, ни один цвет не был однородным: каждый, если присмотреться, состоял из сотен оттенков, завораживающих глаз.
  Цветы, как будто в противовес, всегда были белого цвета. Тоже с разными оттенками, но всё-таки белого: то чисто-прозрачного, то желтовато-зелёного, то серо-голубого, то сиренево-чернильного. Но всегда - еле уловимо, едва заметно, как легчайший мазок акварельной кистью...
  Я влюбилась в красоту Мирассы, да этого и нельзя было избежать! Если б мне разрешили, я забрала бы с собой не только снимки (кстати, ни на одном из них не удалось запечатлеть в полной мере её красоту - всегда выходило что-то более плоское и обыденное. Оттенки, составляющие волшебство, куда-то исчезали...), но и просто камни! Они тоже больше походили на драгоценности, чем на булыжники, валяющиеся под ногами.
  Например, по утрам я гуляла по настоящей аметистовой дорожке, светящейся под лучами местного солнца, а днём уходила в сад, в котором газоны и совершенно сказочные клумбы были засажены не цветами, а травой, которая тоже изумляла сотнями оттенков... Это было просто пиршество красок!
  Когда я спросила Линну, чем вызвано такое изобилие красоты на квадратный сантиметр поверхности планеты, она невнятно пробормотала что-то о некоем излучении их солнца, которое и придаёт всему вокруг такую сказочную красоту. Тогда я не поверила, но она оказалась права: припрятанный потихоньку перед отъездом 'аметистик' с моей любимой дорожки по приезде домой оказался самым обычным невзрачным камешком, чуть-чуть фиолетовым, но мутным и некрасивым. Увы, волшебство Мирассы жило только на этой планете и больше нигде!
  Но, как бы то ни было, я больше не удивлялась тому, что на такой сказочной планете существовали и вполне сказочные персонажи, такие как император и его семья, двор, аристократы и прочие анахронизмы. Где же им ещё было существовать, если не здесь?
  Линна была замужем за высокопоставленным местным аристократом, имеющим титул канкора (только не спрашивайте, что это значило, кажется, что-то вроде того, что он имел право садиться на Совете императора третьим после Его Величества). Когда я увидела её после двухлетнего перерыва, то не могла сдержать возглас удивления: она превратилась в настоящую даму! Высокая, немного пополневшая, накрашенная (тут я захлопала глазами), в длиннющем, до полу, платье, сшитом из какой-то невероятной мерцающей материи. Она казалась просто-таки ожившей картинкой из детской книжки сказок. Впрочем, обрадовалась она мне совсем не по-королевски, взвизгнув, как в былые времена:
  - Тэш!! Как я рада! Ну, наконец-то!!!
  И налетела с объятиями, так что я пошатнулась под её немалым весом.
  - Линн, осторожнее, раздавишь ведь! - запротестовала я.
  Но она меня не слушала, продолжая тискать и восклицать:
  - Ох, как я соскучилась! Ты так до последней минуты и молчала - приедешь или нет! Я не знала, что сказать Альдору... И комнаты надо было приготовить... И ты не вышла со мной на связь, мерзавка!! А я полночи просидела перед вифоном! Как тебе не стыдно!..
  И всё в таком духе, ещё на полчаса, в течение которых меня приволокли в 'мою' комнату, заставили бросить чемоданы и потащили на улицу с категоричным заявлением, что на Мирассе нужно жить на улице, а в дом приходить только ночевать. Я тут же с ней согласилась, как только успела разглядеть дорожку, и деревья... Ну, об этом я уже говорила.
  И завертелась какая-то странная, лихорадочная круговерть, в которой просто физически невозможно было обратить на что-то особое внимание, потому что впечатления зашкаливали за все мыслимые и немыслимые высоты!
  Мы съездили к парящим водопадам, где сверкающая леденцово-золотистая вода низвергалась из проёма в скале и испарялась прежде, чем долетала до дня ущелья (меня уверяли, правда, что это не вода, а некий сжиженный газ, который успевает в полёте поменять жидкую форму на летучую). Любоваться на них следовало на некотором расстоянии, иначе вы рисковали получить проблемы со зрением и дыханием. (Кстати, действительно, возможно, газ...)
  Мы посетили Императорский сад цветов, засаженный огромным количеством растений, покрытых белыми крупными цветами, напоминающими магнолии. Когда их было так много, они производили незабываемое впечатление душистого озера, особенно, когда тихонько колыхались под ветром.
  Мы слетали на крошечный остров посредине неправдоподобного аквамариново-бирюзового моря, где в маленьком гроте жили свистящие моллюски. Под неумолчный шорох прибоя они насвистывали каждый свою ноту, но получалась вовсе не какофония, а необыкновенно красивая, грустная мелодия...
  Мы ловили прозрачных рыб, напоминающих живое стекло, пугали мальков местных золотых рыбок, которые прыскали во все стороны, создавая в движении невероятно красивые эффекты мгновенных взрывов сверкающих блёсток в воде...
  В-общем, все десять суток оказались занятыми под завязку, - возвращаясь, я просто падала от усталости и обилия впечатлений. Но, даже в таком состоянии непрерывного восхищения, превращавшего меня временами в восторженную идиотку, я замечала, что с Линной творится что-то не то. Просто трусливо молчала, боясь, что если спрошу, то нарушится установившееся хрупкое равновесие, позволяющее мне, в кои-то веки, получать удовольствие, несмотря на её присутствие рядом... Но в последний день моего пребывания в гостях не замечать мрачное лицо подруги было просто невозможно, и я, внутренне затосковав, спросила, наконец:
  - Линн, спасибо за лучшие в моей жизни десять дней! Но, может быть, ты всё-таки скажешь, для чего так срочно звала меня сюда? Ведь не для того же, чтобы опять увидеть водопады? Что у тебя стряслось?
  Линна вскочила и подошла к окну. По моим прикидкам, ей обычно требовалось от одной минуты до пяти, чтобы начать каяться. Всё зависело от степени тяжести проступка. В этот раз она молчала все семь с половиной, что заставило меня внутренне напрячься.
  Когда она повернулась, то сказала тоже что-то, не совсем ожидаемое мною. Я готовилась услышать историю о разорении мужа, или потере какой-нибудь фамильной драгоценности, или о внебрачной беременности, наконец... Но она заговорила совсем о другом.
  - Тэш, ты знаешь, мне кажется, что я здесь счастлива... Никогда раньше не думала о том, что бешусь из-за того, что несчастна. Но теперь я думаю, всё дело было в этом. А когда я вышла замуж, то обнаружила, что могу любить не только себя, но и мужа, например...
  Я чуть не подавилась кусочком фрукта, который неосмотрительно сунула в рот перед этим знаменательным признанием. Линна! Любит!! Мужа!!! Кто-то из нас тут явно играет роль кретинки, и хорошо бы это была не я...
  - Ну вот, теперь ты понимаешь, что я изменилась... и довольно сильно, - продолжала новоявленная скромница. - Мне дорого внимание мужа, и я не хотела бы его расстраивать. Поэтому прошу тебя... увезти отсюда кое-что, принадлежащее мне.
  - Что это? - тут же спросила я.
  Сразу соглашаться было, как минимум, глупо. Везла я как-то, по её просьбе, мешок с ритуально засушенными ящерицами сьюперазо, которые должны были обеспечить ей внимание самого красивого парня в Университете... Учитывая, что везла я их контрабандой, и грозило мне, в случае поимки, не менее полугода принудительных работ на базах пояса астероидов, где и добровольцы-то не живут больше трёх лет, то страху я тогда натерпелась - не передать...
  - Это... Ну, просто некоторые вещи, которые не нравятся Альдору. Я бы могла, конечно, просто их выбросить, но они дороги мне, понимаешь? Письма от поклонников, платье для первого бала... Мой дневник, ещё с колледжа, - сама подумай, зачем моему мужу знать, в кого я там была влюблена?..
  - Ну, да, - осторожно согласилась я.
  Вроде, звучит безобидно. Однако...
  - А разве ты не можешь просто отправить своё барахло почтовым дисколётом домой? Или что, с этим есть какие-то проблемы?
  - Ну, понимаешь... Все дисколёты проверяются, это же Императорская курьерская служба. Традиции и всё такое... А мой муж как раз руководит этой самой службой. Ты думаешь, ему бы не доложили о том, что я что-то отправляю, не поставив его в известность?
  Я поморщилась. Вот, как хотите, но звучало неубедительно. Кроме почтовых дисколётов, между планетами курсируют дипломатические корабли. Я точно знаю, что за определённую плату они могут взять на борт посылку и потом передать её в почтовое отделение на нужной планете. Ой, темнит опять подруга!
  В результате, через полчаса выяснений и уточнений, я поняла, что 'некоторые вещи', которые подруга хотела бы отправить на нашу родную планету, представляли собой полноценный контейнер, объёмом так 10-15 кубометров. Н-да, для школьного дневничка явно многовато.
  - Лин, давай прямо уже! Что ты хочешь, чтобы я вывезла отсюда? И чем мне это грозит?
  Она опять замялась, как девочка-ромашка, ей-богу!
  - Ну, я просто прошу тебя взять на борт этот ящик с моими вещами. Он не такой уж и большой. А всем скажем, что это подарки тебе. Даже можем показать мужу большую часть этих самых подарков!
  - Погоди, ты же говорила, что отсюда запрещено вывозить почти все местные продукты, минералы, ткани и ещё Вограны знают сколько всего!
  - Так ведь это всё не местного производства! Это те вещи, которые я привезла с собой, когда переехала. Теперь они мне здесь не нужны, так что... Я и хочу, чтобы ты забрала их отсюда.
  - И что мне с ними делать потом? - спросила я подозрительно.
  - Что хочешь. Конечно, было бы здорово, если бы ты их оставила себе... Но, не захочешь - переправь моим родителям. В тот дом, который на побережье.
  Я нахмурилась. Линна заботится о каких-то своих старых тряпках? Не хочет их выбрасывать? Бред!
  - Лин, скажи честно, что? Наркотики? Контрабанда? Ещё что-то похуже?
   Глаза подруги налились слезами.
  - Да что ты придумываешь? Какие наркотики?! Какая контрабанда?! Я всего лишь прошу тебя оказать мне услугу! Не хочешь - так и скажи!
  Сказать очень хотелось, просто до жути! Так вот прямо и сказать, чтобы шла она своими тёмными путями без моей помощи, но... То ли старые привычки оказались живучими, то ли я всё ещё, несмотря ни на что, считала себя обязанной её семье... В-общем, я согласилась. Понимая, что явно лезу в какую-то историю, и только смутно надеясь, что если уж совсем припечёт, то ведь есть ещё тяжёлая артиллерия в лице папочки Линны. Хотя, кто знает, насколько его влияние действенно на этой планете...
  Так всё и закончилось: под покровом шикарной Мирасской ночи, окрашенной в оттенки изумруда и оникса, упомянутый контейнер был засунут в багажный отсек моего кораблика и наглухо заперт там.
  Утром я официально покидала планету, срок разрешения на моё пребывание оканчивался, так что задерживаться было нельзя. С мужем Линн, Альдором, я попрощалась накануне, а больше делать там мне было нечего.
  Прямо перед отлётом Линн притащила мне кипу документов, в которых, как она быстро пояснила, заверялось моё право на владение вещами, которые я увозила с собой. Дарственная! С ума сойти! Мне хотелось посмеяться, но я раздумала, когда, вместо робота-досмотрщика на стоянку кораблей явились сотрудники Мирасской службы охраны порядка и заявили, что должны осмотреть то, что я забираю.
  Они подогнали погрузчик и подняли верхнюю крышку контейнера, а потом один из проверяющих практически влез внутрь и стал вручную сканировать содержимое. Я со страхом ждала, что будет, потому что сама понятия не имела, что именно Линна напихала внутрь. Один Всевидящий знает, чего мне стоило продолжать непринуждённо улыбаться! Мельком взглянув на подругу, я увидела, что она смотрела на происходящее совершенно пустыми, как стена, глазами. Не слишком хороший признак...
  И, когда из тёмного нутра вынырнула суровая физиономия, а следом появился какой-то свёрток, я уже была готова к любому развитию событий, пообещав себе только, что на этот раз даже папочка не поможет Линне отсидеться в сторонке.
  Но всё закончилось неожиданно легко: развернув обёрточное покрытие, проверяющие дружно заулыбались. Я ничего не поняла, но тоже вежливо улыбнулась. А когда увидела то, что они нашли, и вовсе начала хихикать. В небольшой по размерам клеточке сидела забавная зверюшка, напоминающая не то нашу шапуру, не то шиншиллу с Земли. Только большие уши были ярко-голубыми, а нос - розовым.
  Зверь, конечно, был смешной, но это не объясняло поголовного прысканья в кулак местных таможенников. Я ничего не успела спросить, потому что старший из них, красный от сдерживаемого смеха, обратился ко мне:
  - Прошу прощения, но мы не можем разрешить вам вывезти тангри!
  Я уже открыла было рот, объяснить, что вышло какое-то недоразумение, как пальцы Линн, стоящей рядом, с силой сжали мой локоть, и я только улыбнулась, как могла, широко.
  - Мы, конечно, понимаем ваш выбор, - продолжал блюститель порядка, - видите ли, эта зверюшка нравится всем без исключения, и мы регулярно изымаем их по нескольку штук... Но, тут есть один нюанс, о котором не знают приезжие. Видите ли, тангри в период линьки издают крайне неприятный запах...
  Группа проверяющих позади него начала уже откровенно давиться от смеха.
  - Примерно, вот такой, - закончил этот паршивец и, поднеся клетку поближе к нам, слегка пощекотал зверька пальцем по спине. Тварюшка выгнулась, как кошка и... от неё понесло таким амбре, что я, не чинясь, рванула в противоположную сторону, пытаясь на ходу определить, откуда ветер дует.
  Через несколько мгновений около контейнера осталась одиноко стоять на земле клеточка с самой кошмарной вонючкой, какую я только встречала в жизни! Испарения северных болот, запах гниющих раковин в море после шторма, окрестности лагеря на Сантилье, когда у нас сломался передвижной утилизатор, - всё это были благоуханные цветочки по сравнению с малюсенькой зверюшкой! Её свободно можно было бы использовать в качестве биологического оружия.
  Отдышавшись, я протёрла слезящиеся глаза и увидела, что загибающиеся от хохота проверяющие уже потихоньку собираются обратно. Видимо, запах был нестойким, что не могло не радовать. Крышку контейнера снова вернули в исходное положение и, пожелав приятного перелёта, удалились.
  Я взглянула на подругу, пытаясь понять, что это, вот только что, произошло, но она упорно смотрела куда угодно, только не на меня. Когда пришло время закрывать шлюз, Линна обняла меня, и я почувствовала, что она дрожит. Но, при попытке заглянуть ей в глаза, она немедленно отстранилась и стала делать вид, что ищет носовой платок в сумке. Обалдеть, но у неё действительно были слёзы на глазах!
   Я ошарашено попрощалась, ломая голову над вопросом, то ли она так расчувствовалась из-за моего отъезда, то ли наоборот, обрадовалась, что всё прошло спокойно... Главное, мы распрощались, и она подчеркнула, что у меня есть время - целых двое стандартных суток, когда связь по вифону будет работать. Потом связи вообще не будет, - ещё одно из неудобств Мирассы. С ней, практически, невозможно было связаться. Только со специальных спутников, курсирующих вокруг планеты и контролирующих каналы связи. Жуть! Отсталость!
  Пообещав, что позвоню ей в ближайшее время, я, наконец, зашла в свой катерок и отдала команду навигатору готовиться к старту.
  
  Глава вторая.
  
  Все процедуры по отлёту были стандартными, слава Всевидящему, так что я довольно быстро оказалась за пределами Мирассы. Полюбовалась на её изумительно-перламутровый шар, висящий в черноте на моих экранах, и пошла менять обычный навигатор на Деону.
  Несколько довольно простых манипуляций на панели управления и...
  - Здравствуй, Деона!
  - Привет, Тэш!
  В отличие от многих, я не визуализировала своего кибер-ассистента, считая, что это уже ведёт к некоторой шизе. Есть пилоты, которые, как говорят, подбирают картинки, помимо стандартных изображений, тратятся на пластины-голограмматоры, и всё только ради удовольствия лицезреть эдакую гурию в кабине... Нет уж! Как будущий психолог, сразу могу сказать: вредно. Очеловечивать железку или программу очень вредно! Не говоря уже о том, что бессмысленно.
  Короче, у меня на экранах продолжал светиться космос со звёздами. Деона - это только голос. Мягкий, приятный, не раздражающий. Я даже программы, позволяющие использовать имитацию эмоций, использую очень умеренно. Мой ассистент меняет тон или повышает голос только в самых крайних, можно даже сказать, критических случаях. Зато лексикон я туда забабахала - будь здоров! Люблю поговорить с умным собеседником...
  - Део, проверь, пожалуйста, катер на наличие посторонних предметов, особенно из первого и второго списков запрещённого к провозу. И вообще, если найдёшь что-то непонятное, сообщи.
  - Хорошо, Тэш, - ответила машина и на несколько секунд замолчала.
  - Докладываю: в кухонном отсеке наличествует маленькое животное, грызун. По классификации подходит под определение 'мышь обыкновенная'.
  Ну, это наша дежурная шутка, нет там никакой мыши, но если в кабине случаются посторонние, то визгу может быть - ужас! А мне это нравится, люблю пугать народ. Део, кажется, тоже, хотя она молчит.
  - В душевой обнаружена протечка шланга, размером полмиллиметра на миллиметр. Надо менять.
  Последнюю фразу ассистент сказала тоном ворчливой нянюшки. Ну, это уже персонально в мой огород камушек полетел: я забываю, что там протечка, из-за этого постоянно капает вода, перерасход, потом экономить приходится... Да, нерачительная я хозяйка!
  - В багажном отсеке слышу дыхание и сердцебиение. Это необычно?
  Я подпрыгнула в кресле. Да уж, это не просто необычно! Это как-то... Что ж там может быть живого?! Ведь всё проверяли прямо перед отлётом... Неужели Линн таки ухитрилась засунуть кого-то на корабль? Ах ты, скопарка...
  - Део, что можешь сказать о существе, которое там дышит?
  - Особь теплокровная, судя по звуку, примерно твоего размера, чуть меньше. Пульс и сердечный ритм замедленные.
  - Замедленные?
  - Похоже на анабиоз, но точно сказать не могу. Слишком мало данных. Ты пойдёшь посмотреть?
  - Естественно! - ответила я, выскакивая из кресла. - Открывай дверь в переборке!
  Дорога до багажного отсека заняла секунд тридцать, всё-таки у меня не дисколёт, а катерок, судно, хотя и подготовленное для дальних перелётов, но весьма компактное. Део, умница, дверь разблокировала и свет зажгла. Войдя, я уставилась на контейнер, стоящий вертикально. Что Линн туда засунула? Вернее, кого?! Надо быстрее вскрывать, никуда не денешься...
  Тяжко вздыхая и кляня про себя подругу, на чём свет стоит, я подкатила небольшую тележку-лестницу и взобралась на самый верх. Так, как там крепления открываются? Я же видела...
  Пара щелчков, и крышка сдвинулась в сторону. Я начала вытаскивать по одной какие-то тряпки и вещи, которыми всё было забито, когда Део сообщила:
  - Тебе звонок на вифон. Перевести?
  Конечно, здесь у меня вифона не было, но поговорить по внутренней связи можно было. И я не сомневалась, что это звонит Линна. Странно, что так рано, - мы только взлетели. Или, наоборот, вовремя? Ведь если там кто-то живой, не дай Всевидящий, задохнётся...
  - Давай, переключай...
  Почти тут же послышался дрожащий голос дорогой подруги:
  - Тэш... Тэш... Ты его нашла?..
  Выругавшись про себя на самом чёрном диалекте сомаров, я спросила:
  - Кого?
  - Вайятху... - почти прошептала она.
  - Кого? - не поняла я.
  Какой ещё, к диосам, Вайятху?! Что это за зверь?
  - Вайятху, - простонала Линн, - посмотри в крышке, быстрее! Я была уверена, что ты первым делом вскроешь этот гроб!
  Я мстительно хмыкнула.
  - Ну, знаешь, делать мне больше нечего, как в твоём тряпье рыться...
  - Тэш, кроме шуток! Открой быстрее! Он же задохнуться может! Я, конечно, снизила активность Гипносом до минимума, но всё равно, ему же нужен воздух! Тэш, ну, шевелись!
  В голосе уже слышались истерические нотки. С трудом удержавшись, чтобы не послать её к Вогранам, я ответила:
  - Да не кричи ты, открыла я этот твой ящик, только тут одни тряпки набросаны!
  - Смотри в крышке, говорю же! Опусти её, только осторожно, и оторви защитный слой! Давай побыстрее!
   Ворча про себя, я сделала, как она просила. Верхняя часть контейнера откинулась на шарнирах, и я опустила её вдоль стенки. Тут и стало ясно, что крышка какая-то подозрительно неглубокая изнутри, а покрывающая её предохранительная плёнка явно была оторвана с двух сторон, а потом снова приклеена, не слишком аккуратно.
  Я, с запоздалым замиранием сердца, подумала, что если бы хоть один из проверяющих просто посмотрел вверх, куковать бы нам с дорогой моей подругой сегодня в одной из комнат местного Дома содержания преступивших закон... Вот мерзавка!
  Содрать вновь приклеенную плёнку удалось только добытыми из шкафа с инструментами ножницами. Под ней оказалось нечто бесформенное, больше всего напоминающее тюк из ткани. И этот тюк немедленно начал сползать вниз. Я с трудом успела подхватить его, чтобы он не шмякнулся на пол, и осторожно опустила. Тяжело, однако!
  Тело, упакованное в ткань, лежало, не шевелясь. То, что под материей находилось что-то живое, можно было догадаться только благодаря непрерывным переливам на ткани, которая мерцала от малейших движений, производимых, видимо, вдохами-выдохами.
  Полюбовавшись на это 'нечто', я негромко сказала, адресуясь к Линн:
  - Ну, нашла я тут кого-то... По-видимому, это и есть твой, как его... Вайятху. И что теперь?
  Линна с облегчением вздохнула, аж в микрофоне засвистело, и торопливо заговорила:
  - Тэш, это, понимаешь, наш садовник... Его срочно нужно было увезти с Мирассы, во что бы то ни стало! Я использовала обычный Гипнос, второй режим, ты сможешь вывести его из состояния сна, да? Для этого ведь не нужна специальная аппаратура?
  - Нет, не нужна. Смогу. А теперь объясни мне, за какими Вогранами я должна возиться с твоим садовником? И что вообще происходит?
  - Тэш... ну, ты понимаешь... Его надо было вывезти, иначе его бы убили... А я не смогу... Он ведь не виноват! Но муж и слушать не захотел... В-общем, я подумала, что если не ты, то мне никто не поможет!
  - Линн... - с некоторой угрозой в голосе сказала я.
  - Да-да, сейчас, - заторопилась подруга, - знаешь, тут такая штука вышла...
   Когда я, наконец, вытащила из неё всю историю (и ещё не факт, что всю!), то была готова послать её по всем известным адресам, где лечат голову. И не только. Эта ненормальная действительно выкинула номер, и какой!
  К своему удивлению, я узнала, что на Мирассе существует рабство. На самом деле! Но оно распространяется только на совершенно определённую категорию существ, не людей, а неких мутантов, что ли... Которых вывели специально, с генетическими изменениями, для того, чтобы они были идеальными постельными игрушками для своих хозяев.
  Пока я, морщась, пыталась уложить в голове всю эту бредятину, Линна, чуть не плача, продолжала рассказ. Оказалось, что монополию на 'производство' таких рабов держит традиционно Императорский дом. И сам император лично жалует 'игрушками' особо отличившихся придворных. Одним из награждённых стал, в своё время, дед мужа Линны. (Рабы, оказываются, живут достаточно долго, чтобы их можно было завещать своим детям и внукам, как некое движимое имущество, и передавать, так сказать, из рук в руки). Этот Вайятху, который сидел теперь в багажном отсеке моего кораблика, после деда перешёл отцу Альдора, а потом и самому Альдору, который подарил его Линне. И всё было бы прекрасно, если бы раб, на протяжении трёх поколений прекрасно живший себе в семье, не сбежал внезапно.
  Случай был настолько из ряда вон выходящим, что им занимался сам императорский лекарь, который, изучив психокарту раба, сказал, что у того, по каким-то непонятным причинам, произошёл сбой отлаженной программы поведения, и посоветовал раба перепрограммировать. После некоторых раздумий, его сделали садовником. Казалось бы, вопрос закрыт, но не тут-то было! Через некоторое время раб опять сбежал.
  Когда его нашли во второй раз, оказалось, что настойки у него опять сбились, внешних причин этому не нашли, но раба рекомендовали, на всякий случай, уничтожить. Вот Линн и вызвала меня, чтобы спасти этого незадачливого слугу.
  Выслушав её, перемежаемый всхлипами и плачем, рассказ, я задумалась ненадолго. Вообще-то, всё вполне укладывалось в то, что мне было известно о Линн. При всей своей безалаберности и эгоизме, она была довольно добросердечной, её ничего не стоило растрогать печальной историей или грустным фильмом. Несколько раз я пристраивала разных зверушек, подобранных ею то на улицах, то в лесопарковых зонах, когда мы ездили туда на 'свободное посещение'.
  Вроде бы, всё выглядело вполне достоверно... Непонятным было только одно: судя по всему, Линн, спасая этого незадачливого садовника, рисковала поссориться с мужем, свёкром и даже с императором. Зачем ей это было надо? Кем был для неё этот раб, что она заварила такую кашу ради его спасения? Конечно, можно было списать её усилия на проснувшийся инстинкт спасения очередной 'зверушки'... Но что-то мне подсказывало: не всё так просто!
  Я сходила в каюту за портативным аппаратом, снимающим искусственное состояние сна. Конечно, у меня был медблок, но совмещённый с каютой. Так что, для полного обследования придётся тащить это... этого... к себе. Отдельное спасибо Линне!
  Второй режим снимался довольно просто, но необходимо было обеспечить контакт излучателя непосредственно с кожей, так что я принялась стаскивать переливающееся покрывало. Оказалось, что оно было сложено аж в несколько раз, так что, пока я его стягивала, оно увеличилось, наверное, раз в пять! Теперь вокруг громоздились волны почти прозрачной, таинственно мерцающей ткани. На ощупь материал был чуть тёплым и слегка шершавым.
  - Деона, что это за ткань? - спросила я, пытаясь свернуть обратно всё это великолепие.
  - Металлическое плетение, с включениями какого-то мирасского минерала. Чтобы сказать точнее, нужно исследовать кусок ткани в анализаторе. Спектрограмма даёт большое содержание рутения и платины. Но лучше сделать несколько дополнительных тестов.
  - Сделаем... - пробормотала я.
  - Какие анализы? - возмущённо вопросила Линна. - Ты чем там занимаешься? Ты его разбудила или нет?!
  - Бужу, успокойся, - буркнула я, отпихивая рулон ткани подальше.
  Ну, вот, теперь можно было рассмотреть это 'яблоко раздора', из-за которого поднялась такая шумиха.
  Вайятху, или кто он там был, оказался неожиданно худым и хрупким. Руки и ноги - длинные, тонкие. Само тело тоже худощавое, никаких тебе мышц. Голова довольно большая, а личико - треугольное и костлявое. В-общем, ни на садовника, ни, тем более, на героя-любовника это тощее недоразумение никак не тянуло. Да ещё и цвет кожи... Короче, больше всего он смахивал на бледно-зелёного недокормленного кикиморыша.
  Я хмыкнула и пожала плечами. По-видимому, у меня с императорским домом совершенно не совпадали предпочтения в постели. Странно только, что у Линны до сих пор я тоже не замечала склонности к столь субтильным субъектам... Возможно, влияние климата?..
  Раздумывая над всеми этими странностями, я приложила аппарат ко лбу зелёного недоразумения и нажала на 'пуск'. Раздалось тихое жужжание.
  - Линна, а скажи, пожалуйста, вы не выяснили, почему он сбегал? Хотя бы мысли были, куда он там стремился?
  - Н-нет, - неуверенно ответила подруга, - его ловили довольно быстро, так что непонятно...
  - А где конкретно ловили?
  - На берегу моря.
  - Оба раза?
  - По-моему, да... А какое это имеет значение?
  - Пока не знаю. Может, никакого, а, может, колоссальное. У него было любимое место в доме?
  - Что?
  - Любимое место, говорю! Где он предпочитал отсиживаться? Ну, прятаться, если что-то не так делал?
  Воцарилось недоуменное молчание. Мне показалось, я даже через расстояние слышу, как у Линн скрипят мозги.
  - Н-не знаю, - пробормотала она, наконец. - Никогда не интересовалась... Он, вообще-то, в спальне жил. Моей. А до этого - у Альдора. А ещё до этого - у отца Альдора, а...
  - Так, я уже догадалась. Он по спальням исключительно обретался. Ну, а в спальнях он где жил?
  - Вограны его знают, - занервничала Линн. - Ну, откуда мне знать, Тэш?! Я его видела только по ночам! Ночами он был в спальне!
  - Хм, странно это... - осторожно начала я.
  - Что? - тут же 'попалась' подруга.
  - Да вот это ваше пристрастие к ... Тут же смотреть не на что!
  Линн неожиданно хихикнула.
  - А на него не надо смотреть. Его... использовать надо.
  - Да? - скептически спросила я. - Спасибо, как-то не тянет...
  - Ой, - вдруг торопливо прошептала подруга, - Альдор идёт! Я отключаюсь пока! Позвоню, когда смогу!
  - Вызов завершился, - как-то задумчиво информировала меня Деона. - Твоя находка уже пришла в себя.
  - Да? - удивилась я, потому что никаких признаков сознания этот тощий индивидуум не показывал. - А что же это он даже глаз не открывает?
  Выключив аппарат активации мозга, я слегка встряхнула хрупкое тельце. Голова мотнулась, и вот только тогда, медленно-медленно, открылись глаза. Я застыла с открытым ртом, забыв, что хотела сказать. Глаза у него были просто потрясающими! Тёмно-зелёные, цвета листвы в середине лета, и радужка окаймлена заметной такой золотистой каймой. Зрачки были вовсе не чёрными, а чернильно-фиолетовыми.
  Удивительно, но только сейчас до меня дошло то, что было очевидно: раб, которого Линна хотела увезти с Мирассы, не был человеком, даже не был мутантом. Он принадлежал к какой-то другой расе!
  Конечно, я не ксенолог, и все абсолютно расы навскидку не вспомню, но дала бы голову на отсечение, что никого с зелёной кожей и такими глазами я не встречала! Во что, к Вогранам, эта ненормальная меня втянула?! Это же получается похищение гуманоида? О, Всевидящий... Даже не хочу смотреть, на что это тянет по законам Содружества... А придётся! Да чтоб Плорад сожрал Линн вместе со всей её сказочной планеткой!!.
  - Деона, быстренько найти мне свод наказаний за насильственный увоз гуманоида с планеты, где он жил... Или это его планета была? Что за аборигены обитают сейчас на Мирассе?
  - Сейчас там живут люди. Аборигены сохранились только в двух заповедных зонах на севере планеты. Внешний вид показать?
  - Да, выведи всё, что найдёшь, на экран в рубке. Я сейчас туда подойду.
  - Хорошо, Тэш, - откликнулась Деона.
  Я продолжала разглядывать зелёного заморыша, который перевернулся на бок и теперь пытался встать на колени, только его покачивало. Н-да, впечатление он производил двойственное: с одной стороны, жалкое, а вот с другой... Что-то в нём такое начало проскальзывать...
  - Ладно, вставай, как тебя там... Вайятху? Пойдём.
  К полному моему удивлению, гуманоид замер, уставившись на меня своими глазищами.
  - Эй, ты что, глухой? - недоверчиво спросила я. - Пойдём!
  И сделала недвусмысленный жест рукой, зовя его за собой. На этот раз реакция была, но какая-то странная. Недоразумение отползло подальше и сделало попытку спрятаться обратно в контейнер.
  - Ты чего? - с недоумением спросила я. - Не бойся, я тебя не обижу! Ну, давай, выходи! Мне тебя ещё в медблоке проверить надо...
  Заморыш отполз ещё дальше. Вот, здравствуйте! Пришлось подойти, взять его за руку и осторожно потянуть из контейнера наружу. На этот раз он повиновался, но зато зажмурился. Так и пошёл за мной, с закрытыми глазами, осторожно переступая тонкими, длинными ступнями, словно пробуя пол наощупь.
  - Деона, можешь быстро посмотреть, что это с ним? - мысленно обратилась я к консультанту.
  - Судя по частоте пульса, это существо испытывает сильный страх. Скорее, панику, - тут же откликнулась машина.
  - Панику? Это я его, что ли, напугала? - изумилась я, всё также мысленно.
  - Вероятнее всего. Ритм сердечных сокращений резко возрос, когда ты попыталась вытащить его из ящика.
  - О, Всевидящий, только этого мне не хватало... Он хоть в обморок тут не упадёт?
  - Не уверена... Попробуй поговорить с ним. Возможно, звук твоего голоса подействует на него успокаивающе.
  - Только звук? Он что, не понимает меня?!
  - Судя по реакции - нет. Возможно, его родным языком является какой-то другой, не общераспространённый, - информировала меня Део и снова замолчала.
  Преодолевая сильнейшее желание зашипеть от злости, я максимально спокойно и нежно сказала:
  - Так, ну вот, молодец, ноги переставляешь, сам, причём... Это приятно. Теперь давай вот сюда, к переборке... Умница! Сейчас мы с тобой дойдём до рубки, вызовем твою ненормальную хозяйку и сделаем ей промывание мозгов, по полной программе... Давай, давай, молодец... ещё немного... Пришли! Теперь можешь сесть.
  Я усадила так и не открывшего глаз заморыша в ближайшее кресло и подошла к панели вифона. Всё, сейчас кому-то крупно влетит!
  
  Глава третья.
  
  Словно предчувствуя нахлобучку, Линн на мой вызов не ответила. Вот мерзавка! Пришлось пока продолжить знакомство с 'подкидышем'.
  - Ну что, Део? Где то, что я просила?
  - Вот здесь.
  На левом боковом экране возникло изображение Мирассы. Я опять поразилась тому, насколько диокадры выглядели убого и плоско, по сравнению с настоящей планетой! Просто небо и земля... После нескольких вводных картинок появились изображения коренной расы, населявшей когда-то оба материка. Я пристально вглядывалась в их облик.
  - Нет, ну это не может быть он! Это же какие-то монстры, за два метра ростом, да ещё и полосатые, как таорки... Нет, похоже, что это не он. Тогда ищи расу с соответствующими признаками. Может, его откуда-то привезли. Самое худшее, если императорская семейка развлекается с кем-то из-за Рубежа...
  - Сейчас сделаю, - ответила Део.
  Пока она обшаривала свои информационные закрома, я села в кресло пилота и тоже прикрыла глаза. Вот это, называется, отдохнула... За похищение гуманоида, да ещё, если он, не попусти Всевидящий, окажется болен, я могу огрести столько, что не только не унесу сразу, а вообще не подниму! Кажется, там меньше десяти лет поселения в колониях Прирубежья не дают... А вот больше - вполне могут!
  Я невольно застонала, - всё, если выкручусь на этот раз, поеду прямиком к папочке Линны и без обиняков скажу, что больше за ней разгребать не буду! Пусть выкручивается, как хочет. Чего-чего, но расплачиваться своей жизнью за её глупость я не собираюсь!
  Тут что-то коснулось меня, и я вздрогнула. Взглянув вниз, обнаружила, что зелёный заморыш выполз из кресла и теперь сидел рядом на полу, обхватив своими конечностями мою ногу. Вот ещё, не было печали!..
  Я аккуратно попыталась поднять его и отцепить от своей икры, но не тут-то было! Он жалобно захныкал и вцепился ещё крепче.
  - Деона, - пытаясь подавить панику, позвала я, - чего это он?!
  - Боится, - коротко ответила машина. - Судя по всему, ему спокойнее, когда он касается тебя. Не волнуйся, он не излучает агрессии.
  - Ффффуххх, успокоила, - проворчала я. - Ну, если спокойнее, то пусть сидит... Пока.
  - Готовы данные о наказаниях, - доложила консультант и на экране замелькали строки.
  Параллельно Деона давала пояснения:
  - Похищение при отягчающих обстоятельствах... двадцать пять лет поселений в колониях, без права вернуться на планеты Содружества. Единственная альтернатива - Пояс астероидов... Похищение ненамеренное - десять лет поселений, с последующим правом возврата... Похищение спланированное - пятнадцать лет, без права дальнейшего проживания на планетах Содружества. Но можно уехать в Прирубежье. Запрет занимать определённые должности и работать в некоторых отраслях... Всё!
  Я вторично застонала. Заморыш вцепился сильнее. Вот интересно: это он утешать так пытается или сам боится?
  Подумав, спросила:
  - А что с правом собственности? Есть какие-нибудь данные о гуманоидах, которые находятся в собственности? Ищи все, абсолютно все прецеденты! Я пока понятия не имею, как мы будем выкручиваться.
  - Да, Тэш. Понадобится некоторое время на обработку информации.
  Я взглянула на свою проблему, сидящую около меня. Трясётся весь... Замёрз? Как-то внезапно стало его жалко. Тощий, брошенный, дрожащий... Кстати, надо его в медблок ещё загнать! Осторожно потянула за лягушачью лапку вверх и ласково сказала:
  - Пойдём, Маугли... Ибо лягушонком Маугли я буду звать тебя... Ты такой же голый, зелёный и пугливый.
  Ну, вот люблю я древних классиков!
  До каюты мы добрались таким же порядком: я вела за собой кикиморыша, который шёл, как по льду, еле-еле переступая ногами. Ну, главное, что шёл... Заведя это недоразумение в каюту, я посадила его на кровать и задумалась. Вообще-то, надо делать полный осмотр и диагностику. Конечно, оборудование на моём кораблике рассчитано на человеческий организм, но, вроде, заморыш, хотя бы внешне, на человека похож... Ладно, будем надеяться, что различия не до такой степени велики, чтобы аппаратура приняла его за искалеченного до несовместимости с жизнью человека и принялась кромсать в экстренном порядке, спасая...
  Первый вопрос, который у меня возник: он действительно обнажён, или это мне только кажется? Я осторожно потрогала нечто, покрывающее его голову. Больше всего оно напоминало то ли мягкую кору, то ли... шапочку? Я осторожно провела по выпуклому краю и обнаружила, что этот покров легко снимается. Потянула ещё - и по узким плечикам кикиморыша рассыпались лёгкие, как пух, волосики. Цвет тоже странный - напоминает кофейный ликёр. Таак, что у нас тогда ещё не своё, родное?
  Я заставила его встать. Скользнула пальцами по шее, груди, спине и нащупала искомое: застёжку на плече. Значит, заморыш был одет в комбинезон, облегающий тело, как вторая кожа. На молекулярной застёжке, кстати. Ну, практично и надёжно, никто не спорит, но несколько странно. Они же для скафандров, в основном, используются, вроде...
  Когда я расстегнула его одёжку и принялась стаскивать комбинезон вниз, обнаружилось, что под ним никакого нижнего белья не наблюдалось. С одной стороны, если раб предназначался для постельных утех, это понятно. С другой - ведь он, кажется, должен был работать садовником? Или садовники в саду тоже белья не носят? Извращенцы, однако...
  Раздев, я не удержалась от беглого осмотра: н-да, о вкусах, конечно, не спорят, но кому могло понравиться такое цыплёнкообразное существо?! Какие-то недобрые мысли приходили на ум о предпочтениях колонистов, когда я думала о том, что лягушонка специально выводили для удовольствия аристократии Мирассы.
  Его собственная кожа оказалась почти такого же зеленоватого оттенка, как ткань комбинезона, только более нежного, ближе к весенней траве. Единственной деталью строения его тела, повергшей меня в некоторый шок, был... ээээ, детородный орган. Его размер явно не соответствовал тощему тельцу! Впрочем, хозяева-то были намного крупнее кикиморыша... Стоило только вспомнить мужа Линны, Альдора. Тот ещё эллафинод!
  Пока я вытряхивала подкидыша из комбинезона, он стоял, не шевелясь. Только посверкивал на меня глазищами. Не помогал, и не мешал. Просто стоял, покорно. Я не поняла: это было нормально или нет? Впрочем, откуда мне знать! Может, он должен был уже валяться у меня в ногах, а, может, уже ласкаться... Кто их, этих рабов для удовольствия, знает! Вот то, что он продолжал молчать, это было плохо...
  Раздев, я подвела его к кровати и осторожно уложила. Потом отошла к противоположной стене, чтобы достать панель управления медицинским оборудованием. Вообще-то, поскольку катер рассчитан на одного, пульт управления есть и рядом с кроватью, но чтобы извлечь аппаратуру, всё-таки надо открыть хранилище и вывести оттуда передвижной модуль, позволяющий диагностировать и проводить необходимые процедуры. В случае надобности, я даже операции тут проводить могу! Не самые сложные, конечно, но всё-таки.
  Сейчас мне нужно было подготовить именно диагностические оборудование. Я искренне надеялась, что лечение не потребуется, хотя бы в ближайшее время, пока я понятия не имею, к какой расе принадлежит заморыш.
  Набрав все нужные команды, я обернулась и остолбенела. Самая выдающаяся деталь организма кикиморыша стала... ещё более выдающейся. Причём, весьма! Нервно сглотнув, я мысленно спросила у кибер-ассистента:
  - Део, это чего? Почему такая реакция?!
  - Фиксирую повышенную активность участков мозга, отвечающих за возбуждение, - меланхолично отозвалась машина, тоже у меня в мозгу.
  - И что мне делать теперь?! - я ощущала нарастающую панику. Вот, что хотите, делайте, но я не знала, как обращаться с возбуждённым гуманоидом, если я НЕ собиралась его... ммм, использовать, как выразилась Линна!
  И тут Деона сказала:
  - Вызов по вифону. Линна. Соединить?
  - Погоди минутку, - пробормотала я и торопливо поискала, чем бы накрыть заморыша. Как назло, ничего не попадалось под руку, поэтому я, кинув Деоне: 'Переведи на рубку, я сейчас приду!', почти вылетела из собственной каюты. Ну, подруга, берегись!
  Вбежав в рубку, я затормозила перед экраном, на котором было удручённое лицо Линн, и прошипела:
  - Ну, спасибо тебе, дорогая! Вот уж удружила ты мне своей просьбой, так удружила!
  Она нервно захлопала глазами. Ну, на меня такие штуки не действуют! Я сама её учила, как притворяться невинной овечкой, когда начинает пахнуть жареным, так что просто отметила для себя, что старые уроки не забыты. Линн вполне натурально облизывала надутые губки и делала недоумевающее лицо. Дескать, я не я, и о чём ты...
  А я вот о чём:
  - Ты каким местом думала, дорогая, когда мне его подсовывала?! Ты что, не в курсе, что он - не человек?!
  Линн нервно сглотнула, глазки опустила. И выдала:
  - Тэш, но ведь... если бы я тебе сказала, ты ни за что не согласилась бы его взять, правда? Что же мне было делать? Я и промолчала, потому что... ну, я знала, что ты откажешься! А теперь-то уже всё, вы в космосе, всё нормально...
  - Нормально?! А то, что я рискую загреметь на полжизни в поселения-рудники, тебя не волнует, совершенно?! И как мне с ним на борту приземлиться?! Ты об этом не подумала?
  - Да ладно, Тэш! Ну, чего ты взъелась? Всё ведь получилось? Зачем теперь-то ругаться?
  Глазки Линн начали натурально заволакиваться слезами. Ага, верю-верю...
  - Так, давай-ка, изложи мне с самого начала весь твой гениальный план спасения этого заморыша. Чтобы хоть теперь я была в курсе твоих идей.
  - Он не заморыш, - запротестовала Линн. - Все Вайятху такие... Это просто у них строение такое, хрупкое.
  - К диосам, Линн! Как хочу, так и буду его называть! Мне он вообще лягушонка напоминает! Так что я его буду Маугли звать! Понятно?
  Линна протестующее замотала головой.
  - Нет-нет, не надо ему прозвища давать! Не надо! Это... совсем не то, что ты думаешь! Вайятху должен иметь одно имя, несколько - это табу! Понимаешь?
  Я только закатила глаза.
  А про себя подумала, что они там совсем с ума сошли: даже на количество имён для своих рабов ввели регламент. Правда, бродила у меня на задворках сознания какая-то мысль, связанная с именами, но сознание, разъярённое донельзя поведением подруги, уже ни на что не реагировало. На самом деле, я с трудом удерживалась от сильнейшего желания развернуть кораблик и рвануть обратно на Мирассу, чтобы сдать ей это недоразумение с рук на руки!
  - Так, а вот теперь, будь любезна, расскажи мне, наконец, всё!!! - прорычала я. - Иначе за себя не ручаюсь!
  - Тэ-эш, ну, я уже тебе всё, что знала, рассказала! Что ты ещё хочешь узнать? - заныла Линн, усиленно всхлипывая. - Это просто раб! Понимаешь? Ничем не примечательный раб! И я хотела спасти его от смерти! По-твоему, это недостаточно веская причина звать тебя? Или, если он раб, так не заслуживает снисхождения или участия? Может быть, мне нужно извиниться за то, что я тебя позвала на помощь?!
  О, этого я тоже ждала. Лучшая защита, как известно, это нападение...
  - Линн, я хочу внятного объяснения, как ты себе планировала нашу будущую участь, мою и этого раба, потому что ты связала нас в один узел, причём, даже не спрашивая! Что, ты думала, я скажу, когда узнаю о твоей выходке?! Поглажу по головке? Нет уж! Я, как прилечу, первым делом пойду к твоему отцу! И всё ему расскажу! Потому что это переходит все границы, Линн! Даже ты не настолько идиотка, чтобы ставить на кон свою судьбу из-за какого-то 'ничем не примечательного' раба! Короче, - правду, Линн! Я жду.
  Подруга смотрела на меня с экрана так, как будто я выстрелила ей прямо в лицо из волнового ружья. Ничего, этим меня тоже не проймёшь. Похоже, наконец, она поняла, что её уловки не действуют, и горько вздохнула.
  - Гадина ты, Тэш, - вдруг совершенно серьёзно, тихо сказала она. - Знаешь, что я не смогу оправдаться перед отцом, и пользуешься...
  - Кто бы говорил, - пожала я плечами. - Ты первая начала пользоваться мной. И никогда не стеснялась даже. Ну, так?..
  Линна подняла взгляд и вдруг замерла с открытым ртом, вытаращив глаза. Только смотрела она не на меня, а куда-то за мою спину. Я мгновенно обернулась и тоже замерла. Подозреваю, что и выражение лица у нас с ней было точь-в-точь. Позади меня стоял этот недокормыш на тонких ножках, и... тот самый орган у него, по-прежнему, поражал воображение!
  Я быстро сглотнула и несколько сипло сказала:
  - А ты чего тут? Ну-ка, марш обратно! Я же сказала, полежи спокойно!
  Ничего подобного я, помнится, не говорила, но это явление... Заставив себя повернуться к экрану, увидела незабываемую картину: рыдающую Линн! И от этого снова впала в некоторый ступор. Да что она, с ума сошла? Или это зрелище эрегированного органа её так расстроило?! Всевидящий, ну, право слово, я как будто в приют для душевнобольных попала!
  - Линн! - неуверенно позвала я её. - Ты чего плачешь-то? Что стряслось?..
  Не слушая меня, она вдруг заговорила, точнее, запричитала:
  - Долло, комане лача... Зитоне, зитоне маро... Лука спростасте маро. Че ливамо!
  Я ошарашенно обернулась, сообразив, что это она к заморышу обращается. Что ещё удивительнее, лягушонок ей ответил! Встал на колени и произнёс неожиданно приятным, хрипловатым голосом, как у подростка:
  - Сагите... ма дара лоне... че галуа, сагите... пролоно...
  Я, как заворожённая, вслушивалась в незнакомую речь. Это было неожиданно серьёзно и как-то... трагично даже. Ни Линн, ни заморыш не играли на публику, они даже как будто не замечали меня, они... прощались?
  Переводя глаза с одного на другого, я некоторое время пыталась собрать мозги в кучу, чтобы понять, что делать. Впрочем, что теперь думать. А, к Вогранам! Совершенно понятно, что Линна подставила меня не из каприза, а потому что... потому что ей этот заморыш дорог. Вограны знают, почему! Но я никогда в жизни не видела, чтобы она искренне, как сейчас, рыдала. Что искренне - я уверена, сама учила её притворяться.
  Вот теперь я поняла, что попала всерьёз. Теперь я точно буду, как последняя идиотка, помогать ей. Ну, и ему тоже. Эх, мама, и зачем ты меня такой уродила...
  - Эй, хватит тут сырость разводить, - сердито сказала я им обоим. - Давайте лучше думать, что делать дальше! Линна, я к тебе обращаюсь!
  Подруга, с трудом оторвав взгляд от кикиморыша, неромантично вытерла нос платком и спустила его в утилизатор.
  - Не знаю что, - слегка гнусаво ответила она и опять всхлипнула. - Я знаю только, что его надо спасти...
  - Давай, ты мне расскажешь всё, понимаешь - всё! Иначе я не уверена, что смогу спасти это... недоразумение! И, ради Всевидящего, скажи ему, чтобы он шёл обратно!! У меня и так нервы не в порядке...
  Линна послушно проворковала:
  - Долло, омаре льяма... Порэззо, че бусто пара... Омаре!
  Лягушонок покорно поднялся, повернулся, вызвав у меня неконтролируемое ощущение оторопи, и вышел. Дверь мягко чмокнула, закрывшись. Вот как, скажите, он ещё и ходит с этим?! Там же равновесие должно быть ни к Вогранам... Спохватившись, встряхнула головой и заставила себя вернуться к нашим баранам, то-есть к Линне:
  - Отлично, а теперь я тебя внимательно слушаю!
  Она ещё раз горько вздохнула и начала. На этот раз она рассказывала быстро, нервно, не заботясь о том впечатлении, которое производила, то и дело вытирая красный нос очередным платком.
  Теперь картина вырисовывалась куда менее простая и безобидная. Линна попросту ухитрилась, видимо, влюбиться в этого цыплёнка! Ничем другим я её помешательство на нём объяснить не могла, как и отсутствие логики в её поступках. Я узнала, что муж не дарил ей этого Вайятху, и даже не собирался! Она сама, случайно, обнаружила его в спальне мужа (у них ещё и разные спальни были, согласно обычаю!). Сначала удивилась, оскорбилась, устроила мужу скандал, но получила отпор, в том смысле, что это было почётно - иметь своего собственного раба. И Альдор от него отказываться не собирался.
  Ну, этого Линн уже простить не могла, поэтому она придумала замечательную, с её точки зрения, месть, - решила и сама попользоваться 'игрушкой' мужа. Дождалась, пока Альдор уедет из дома, и задуманное выполнила. Не учла только одного: Вайятху - вещь одного хозяина. Каждый раб настраивался персонально на своего собственного господина. Это делалось с помощью специальных психологических настроек, и ломать их было нельзя! Если раба передавали, к примеру, по наследству, то настройки менялись, и Вайятху по-прежнему оставался предан только одному хозяину, в этом заключалась их дополнительная ценность.
  Линн ничего этого не знала и использовала раба, как ей вздумалось. Насколько я поняла, никто специально не защищал мозг Вайятху какими-то блоками, потому что никому в голову не приходило принуждать их обслуживать кого-то ещё, кроме хозяина. Такая вот интересная культура секса... Чтоб их Плорад сожрал!
  Вполне предсказуемо, что у несчастного заморыша снесло крышу, и он сбежал, куда и зачем - непонятно, главное, видимо, подальше от места, где над ним совершили такое ужасное насилие... Ну, его очень скоро поймали, что тоже неудивительно. Удивительно было другое: когда императорские лекари поправили психонастройки в мозгу у раба, и его сделали садовником, рассудив, что для своего непосредственного использования он больше не годится, Линна и тут не оставила его в покое!
  Она обречённым голосом рассказывала, что специально приходила в сад рано утром, чтобы застать его одного, и снова удовлетворяла свою страсть, так некстати и нежданно вспыхнувшую. Почему она предпочла тощего лягушонка собственному красавцу-мужу - даже она сама не сумела объяснить. Я могла бы попробовать, но вряд ли ей понравилось бы моё объяснение...
  Всё свелось к тому, что её визиты то ли заставили Вайятху вспомнить что-то из своего сексуального прошлого, то ли просто сбили все новые настройки, только он опять сбежал. Ну, а когда лекарь выяснил, что в голове у заморыша снова царит каша, он и дал совет избавиться от бракованного раба, пояснив, что такие беспричинные сбои могут привести к необратимым последствиям. Ха! Беспричинные... Но доктору, естественно, никто ничего объяснять не стал.
  Линна подозревала, что муж начал догадываться о причинах проблем с рабом, потому что стал относиться к ней гораздо подозрительнее, и несколько раз предпринимал попытки застать её врасплох. Поймать не поймал, но подозрения не развеял. И тогда согласился, что раба надо ликвидировать. Разговор подслушала Линна и принялась отчаянно изобретать план спасения своего любимца. Так у неё и родилась мысль вывезти его с Мирассы. И для этого обратиться ко мне.
  Тоже мне, спасительницу нашла!
  Когда я согласилась приехать, Линна стала оттягивать визит лекаря к ним в дом, напирая на то, что нельзя устраивать такие печальные события перед визитом любимой подруги. К слову, Альдор тоже не слишком торопился привести совет лекаря в исполнение. Линна даже подозревала, что он тоже, на свой лад, 'простился' с Вайятху, чем усугубил его состояние.
  - Я нашла его в кладовке, и он так рыдал! - взахлёб рассказывала она, тараща на меня глаза, - просто сердце разрывалось! Ну вот, как Альдор мог? Долло такой хрупкий!..
  - Кто? - я усомнилась, что расслышала правильно.
  - Д... Долло, - упавшим голосом пробормотала Линна, а я начала загибаться от хохота.
  Так когда-то звали любимую черепашку подруги. А до черепашки - птичку локо, а до птички - змейку-лиану... Ну, короче, это было её любимое имячко для домашних питомцев! Очень странно, что она так назвала человека. Ну, или почти человека... Скучала, что ли, по дому? Тут есть о чём подумать на досуге, которого у меня пока нет, и неизвестно, когда он появится.
  - Ладно, проехали... Долло!
  И я опять фыркнула.
  - Ничего смешного, - надулась Линна. - Просто Вайятху, он... такой ласковый, уютный, нежный... Как котёнок.
  Я только покачала головой. Котёнок! Всевидящий, ну почему ты не подсунул Линне в подруги кого-нибудь другого семь лет назад?!
  - В-общем, я всё подготовила, контейнер, тайник, бумаги и... остальное. Но решила, что не скажу тебе, пока ты не улетишь.
  Я машинально кивнула. Сказала, м-даа... А, кстати!
  - Линн, а когда ты оформляла дарственную, ты туда и своего Долло вписала? Или только тряпки?
  - И До... Вайятху тоже, - мрачно ответила она, сделав ударение на 'Вайятху'. - А что? Что-то не так?
  - Не знаю, - задумчиво ответила я. - Откуда же мне знать, как законодательство Мирассы относится к вывозу этих рабов. Может, это хорошо, что ты оформила меня в качестве его хозяйки, а может, и нет...
  Линна задумалась, а потом, словно решившись, быстро сказала:
  - Я могу попробовать переслать тебе то, что нашла о Вайятху в библиотеке мужа. Может быть, тебе это поможет?
  - Может быть, откуда мне знать. Если там написано, например, как его лечить, или чем кормить...
  - А что? Он заболел?! - перебила меня подруга. - Что с ним?..
  - Перевозбуждение с ним случилось, непредвиденное и неконтролируемое, вот что, - пробурчала я себе под нос и громко ответила:
  - Да ничего с ним! Ты же сама видела, отойдёт от Гипноса и будет, как новенький... А что он ест? То-же самое, что и мы?
  У Линн опять случился сбой в процессе мышления.
  - Не знаю, - ответила она, наконец. - Я не видела, что он ест... Ну, пару раз я угощала его шоколадками, маленькими такими, знаешь, которые с начинкой из фабории, но это же не то?
  - Это точно не то, - ядовито ответила я. - Вряд ли он одними шоколадками питается. Ох, Линн... Я так помру с тобой! Шли быстрее обещанную информацию, пока я буду его в медблоке проверять. Только быстро! У нас мало времени, потом связь оборвётся и всё, а у меня вопросов - отсюда и до другого конца галактики. Поняла?
  Линна торопливо кивнула, вроде, что-то хотела сказать, но прикусила губу и отключилась. Я тяжело вздохнула и пошла обратно в каюту, разбираться с инопланетным лягушонком.
  
  Глава четвёртая.
  
  Он обнаружился дисциплинированно сидящим на кровати в каюте. Когда я вошла, заморыш тут же слез на пол и выпрямился. Совершенно напрасно, между прочим! Не знаю, какие там ему давали психические установки, но стойкость у него была просто... гм, необыкновенная! Это ж сколько времени уже прошло, а никаких признаков ослабления позиции нет и в помине! Даже как-то... интригующе.
  Сделав вид, что всё идёт, как надо, я опять уложила его на кровать, слегка надавив на плечи. Лягушонок покорно улёгся на спину, ручки-ножки вытянул вдоль туловища. Прямо идеальный пациент, если не считать одной, бросающейся в глаза, детали. И что вот с этим надо делать?
  Я посмотрела на передвижной модуль, гадая, не понадобится ли какая-нибудь медицинская процедура, что бы привести его в... спокойное состояние, когда что-то коснулось моей руки. Взглянув вниз, обнаружила, что заморыш осторожно, еле-еле дотрагиваясь, гладит тыльную сторону моей ладони. Пальцы у него были горячими и сухими. Я подняла на него глаза и увидела, что на мордочке у кикиморыша явственно написана просьба. Даже, скорее, мольба. Хотя он ничем не провоцировал меня на какие-то действия, не подталкивал, не делал намёков. Он просто лежал и смотрел.
  Я тяжело вздохнула и постаралась заставить себя взглянуть на проблему иначе. Если бы это был не гуманоид, а самый обычный мужчина, что бы я могла сделать? Вполне себе понятно, что. Так, может, попробовать? В конце концов, заморыш был постельной игрушкой не для скорианов, а для людей...
  Решившись, я осторожно коснулась его органа. Против ожиданий, он и там был сухим и горячим наощупь. Но вот то, как он реагировал на мои прикосновения, было чем-то запредельным!
  Почувствовав мою руку, он буквально рванулся ей навстречу, всем телом, как щенок или котёнок, дождавшийся ласки и старающийся продлить её, насколько возможно. Любое моё движение вызывало у него почти судорожные вздохи-всхлипы. Он подставлял себя под мои руки так самозабвенно и охотно, словно это было мечтой всей его жизни! Вопреки обычной человеческой реакции, лягушонок не только не стал закрывать глаза, но продолжал смотреть на меня с каким-то совершенно щенячьим восторгом!
  Но все это было ерундой, по сравнению с тем, что стало происходить с его телом! Как только я дотронулась до него, он начал менять цвет! Прошло буквально несколько секунд, и передо мной лежал совершенно сиреневый индивид. Я с трудом удержалась от вскрика и, в панике, мысленно закидала Деону вопросами:
  - Это что?! Что с ним происходит? Это опасно? Он заболел? Или ему плохо? Деона!!!
  Машина невозмутимо ответила:
  - Ничего страшного, Тэш, видимо, это его реакция на твои действия. Я зафиксировала резкий рост импульсов в мозгу. Могу с достаточной уверенностью утверждать, что это признаки усиливающегося полового возбуждения.
  - О, Всевидящий... А почему он синеет?!
  - Не знаю точно, Тэш, но полагаю, что это связано с особенностями его организма. Никаких признаков ранений или боли я не улавливаю. Думаю, это проявление свойств его кожи.
  Мысленно поблагодарив всех, от Всевидящего до Вогранов, я осторожно продолжила свои действия. Через сорок минут я уже точно знала, что смена цвета кожи - это, действительно, естественная реакция Вайятху на ласки! Он последовательно демонстрировал такие чудеса колористики, что любой колорайтер побледнел бы от зависти!
  Каюсь, я безбожно затянула достаточно простой, в общем-то, процесс, только для того, чтобы продлить себе удовольствие. Буквально, не дыша, наблюдала за тем, как мои движения порождают волны невероятных цветов, которые словно 'всплывают' оттуда-то изнутри, проявляясь сперва лишь едва заметным оттенком, а затем набирают силу, яркость, и как будто разливаются по всему его телу, чтобы, в свою очередь, уступить место следующей волне, уже подступающей на смену предыдущей. Честное слово, стоило поласкать его, хотя бы ради того, чтобы увидеть всё это!
  Как ни пыталась я оттянуть неизбежное, но финал всё-таки наступил, и я онемела от восторга, наблюдая за невероятными переливами малиново-оранжевого, искристо-лимонного, серебристо-белого, голубовато-пепельного и ещё сотни оттенков разных цветов, с завораживающей быстротой сменяющих друг друга на бьющемся, словно в судорогах, тельце лягушонка.
  А потом его затопило каким-то нестерпимо коралловым, и весь этот нереальный костёр цветового буйства стал постепенно угасать, становясь всё бледнее и бледнее, пока не сменился однородным, без всяких вкраплений или оттенков, цветом. Теперь лежащий передо мной заморыш был серым, как речная галька.
  Одновременно с наступившим обесцвечиванием, кикиморыш затих и перестал двигаться. Я заметила что-то неладное только тогда, когда его голова как-то расслабленно упала набок, и глаза закрылись. Тут я, сообразив, что до сих пор не отпустила его, торопливо разжала руку. Серое недоразумение никак не отреагировало, продолжая демонстрировать идеальную асану трупа.
  Забеспокоившись, я наклонилась к нему и приложила ладонь к груди, пытаясь сообразить, должно ли его сердце находиться там же, где у людей, или его ещё разыскивать по всему организму надо... Нет, вроде почудился слабенький удар. Я прижала ладонь сильнее. Ну же... ну!.. Да бейся же ты!!
  Когда паника начала просачиваться сквозь поспешно созданный ментальный барьер, я догадалась, наконец-то, спросить Деону:
  - Где у него сердце?!
  - Правее и ниже того места, где ты держишь ладонь.
  Я немедленно передвинула руку и, действительно, почувствовала глухие, редкие толчки.
  - Эй, ты что? - всполошилась я. В сочетании с серым лицом затухающий ритм сердцебиения был последним, что я хотела слышать! - Открой глаза! Посмотри на меня немедленно!
  Я принялась тормошить Вайятху, но тут вмешалась Деона:
  - Успокойся, Тэш. Он просто спит.
  - Спит?! Что, вот так сразу после?..
  - Спит, - подтвердила кибер-ассистент. - Можешь убедиться, мышцы полностью расслаблены.
  Я посмотрела на серое тельце. Да уж, действительно, расслаблены... Так вот ты какой, лягушонок Маугли! Нет, но каков нахал, - вырубился буквально через пару секунд! Хотя, с другой стороны, хорошо, что хоть это оказалось обычной, вполне физиологической реакцией, почти человеческой, кстати...
  Вот что было совершенно не по-человечески, так это полное отсутствие каких бы то ни было выделений. Просто абсолютно никаких! Я с недоумением осмотрела его - чисто! Сухой, горячий, как и был до этого... Интересно, это особенность гуманоидного организма или психические установки? Типа того, что нельзя пачкать хозяйское бельё... Вопросы, вопросы, и почти нет ответов.
  Воспользовавшись тем, что замученный мной кикиморыш впал чуть ли не в летаргический сон, я присоединила к нему датчики и включила медицинский блок. Модуль плавно двинулся над кроватью на подвесной консоли. Всё, часа через три я буду иметь полное представление о его организме. Уф! Хоть эта проблема с плеч...
  Теперь нужно идти в рубку и пытаться найти что-нибудь о расе, к которой он может принадлежать. И, кстати, его же надо чем-то кормить, на самом деле! Хотя, если перестать паниковать и начать использовать мозг по его прямому назначению, можно догадаться, что если уж он жил среди людей, так хотя бы минимальное совмещение вкусов у нас с ним должно быть. Что-то мне не верится, что ему на обед сушёных насекомых подавали...
  Следующие два часа пролетели незаметно. Я с увлечением читала документы, которые накопала мне Деона. Воистину, правы были древние, говоря, что многия знания влекут за собой многия печали.
  Прежде всего, я поняла, что объявлять гуманоида своей собственностью было бы большой глупостью, - как показали изыскания, лет пять назад один торговец обезьянами Томбу, с планеты Верны, получил полный срок в пятнадцать лет за незаконное владение существами, способными пользоваться речью. А ведь тех обезьян так и не признали разумными, в конце концов. Что уж говорить о Вайятху! Помилование мне тоже не светит по такой статье... Тааак, прячем дарственную от греха подальше. Или лучше вообще её уничтожить? Вместе с большей частью 'подарков' Линны.
  Вторым неутешительным выводом, который я вынуждена была сделать, оказалось достаточно серьёзное несоответствие гражданских Кодексов Мирассы и Содружества. Как я ни ломала голову, ничего не удалось придумать ни на расхождениях, ни на сходстве законов. Глухо! Вся разница для меня сводилась к тому, что на Мирассе мне бы просто указали на дверь, в смысле, на космос, если бы узнали, что я пыталась увезти с планеты Вайятху, а вот в Содружестве мне за похищение разумного жителя грозило десять лет поселений. Как-то не хотелось. Ни того, ни другого.
  Эх, как ни крути, но это дело, начавшись криминалом, видимо, им же и закончится. Не получится у меня сделать вид, что я Вайятху где-то... нашла, например. Или мне его вполне законно подарили. Ещё вопрос - законно ли? Что-то там Линна говорила о том, что заморыш принадлежал Альдору, а не ей... Впрочем, теперь уже разницы нет. Да, дарственную точно надо пока спрятать. До получения полной ясности, какие теперь права у меня, и какие у кикиморыша...
  Чисто теоретически, он уже свободный гражданин. В Содружестве рабства нет, и никто не имеет права владеть разумным существом. Но взять и отправить его в свободное плавание прямо сейчас невозможно. Вздохнув, я вспомнила, как зелёное (тогда ещё) недоразумение держалось за мою ногу. Будто обезьянка. И что мне с ним делать-то?!
  Попыталась представить на секунду, что, по прилёте домой, открываю шлюз, выставляю лягушонка наружу, машу ему ручкой и отправляюсь в свою квартирку... нет, не смогу. Даже нечего думать об этом. Куда ему там деваться? В таком состоянии его только в приют для умалишённых отправить могут. А я не думаю, что это именно то, что ему требуется. Значит, придётся продолжить возиться с ним, пока... пока что? Ну, хорошо бы, если б он смог адаптироваться к жизни в Содружестве. Выбрал себе планетку по вкусу, встал на ноги, научился быть самостоятельным... и слез с моей шеи! Куда его так ловко взгромоздила Линна. Тоже мне, освободительница и спасительница! Сохранить жизнь кикиморышу - это было вообще только начало, надо же как-то устраивать его жизнь дальше!
  И, между прочим, если уж она не станет делать какие-то телодвижения для этого, то пусть снабжает меня средствами. На свою зарплату я двоих не потяну... Да и представить себе лягушонка в моей крохотной студии-флэтке как-то сложно! Там для меня-то места мало. Всё, решено! Хочет заниматься спасением угнетённых? Пусть платит за это!
  Кстати, я совсем забыла её спросить, что там творится на Мирассе. Ищут Вайятху или нет? И озаботилась ли она тем, чтобы как-то скрыть его исчезновение? Или же просто сидит и ждёт, пока всё раскроется?.. Вот ведь, до чего она мне голову заморочила, что я перестала соображать совсем! Всё, пора очередной план составлять. А то я так скоро утону в частностях.
  Вытащив свой любимый блокнот, я быстренько стёрла оттуда предыдущие записи и начала набрасывать последовательность действий и вопросы, которые надо срочно прояснить. Вот прямо вчера ещё надо было, как выяснилось... Рисуя схемы и цепочки, упёрлась аж три раза в Линн и поняла, что дальше ждать её звонка не могу, надо самой вызывать.
  Вытащенная, похоже, из душа, подруга сначала недовольно хмурилась, но потом прониклась, наконец, важностью момента и начала соображать.
  - Линн, заморыша ищут?
  - Кого?..
  - Да этого, Вайятху! Я спрашиваю: его уже ищут или нет?
  - А... не знаю. Наверное, нет... Ничего не слышно пока. А что?
  - А то! Надо как-то навести их на мысль, что его не надо искать уже.
  - В смысле, что его нету, что ли?
  - Да, хорошо бы, например, подкинуть им идею, что он утонул... Есть у вас там в море какие-нибудь хищники, которые могли бы напасть на него, хотя бы теоретически?
  - Ээээ... есть, бории, у нас пляж загорожен специальной сетью датчиков, которые отпугивают их.
  - Ну, значит, ваш пляж не подойдёт. Дикий какой-нибудь? Где лягушонок мог бы утонуть и быть съеденным?
  - Ээ, да, есть... И не так далеко.
  - Чудно! Тогда иди туда и оставь где-нибудь вещь, которая принадлежала Вайятху.
  - Да где я возьму?..
  Я хмыкнула.
  - Линн, не разочаровывай меня. Или ты сейчас будешь рассказывать, что ничего - совсем-совсем! - не оставила себе на память о нём? Зная, что вряд ли когда-нибудь уже увидишь?
  Подруга тяжело вздохнула.
  - Злая ты. Заколку для волос.
  Странно, чего там закалывать-то можно? Сплошной цыплячий пух. Впрочем, неважно, главное, не сбивать её с мысли.
  - Вот и молодец! Теперь отнеси эту заколку на берег и положи, но только так, чтобы было похоже, что её случайно потеряли, поняла?
  - Да, - недовольно пробурчала Линна. - Прямо сейчас идти?
  - Немедленно! И жаль, что ты этого ещё вчера не сделала! Если уж планировала всё так тщательно... С этим всё. А что с информацией, которую ты мне обещала?
  - Сейчас, - со вздохом мученицы, подруга поднялась и отошла куда-то в сторону.
  Где-то там пискнул сигнал отправления, и у меня тут же загорелся значок о получении сообщения. Нет, ну вот что за человек! Я тут сижу, жду, а ей тяжело две клавиши нажать!
  Вслед за этим Линна просто отключилась. Не прощаясь. Н-да, мелочь, а приятно!
  Я тут же распорядилась:
  - Деона, мне нужна выжимка из того, что сейчас пришло. Наиболее приоритетные сведения - раса Вайятху, его язык, особенности строения тела, жизни, обращения с ним, правила проживания таких рабов в семьях хозяев. Болезни, лечение. Остальное - на твоё усмотрение.
  - Хорошо, Тэш, - прожурчала кибер-ассистент.
  Пока шла обработка той информации, что прислала Линн, я пошла на камбуз и попыталась пообедать. Заодно проинспектировала, что у меня завалялось в холодильной установке и кладовых. Результат был таков: я выживу, однозначно. А вот кикиморыш - не поручусь. Если он ещё и вегетарианцем окажется, всё летит к Вогранам. У меня мясных полуфабрикатов, примерно, в два раза больше всего остального, вместе взятого.
  Мне, конечно, загрузили фруктов на Мирассе, но мало, и только тех, которые разрешены к вывозу. Если что, то копчёных жуков у меня точно нет!! Вся надежда на мини-шоколадки, которыми Линна его потчевала. Я их тоже люблю и всегда вожу с собой коробок пять-шесть.
  Так, ну и получается, что, в самом крайнем случае, он продержится на шоколаде трое или четверо стандартных суток. Помереть, как будто, не должен... Мне до зарезу нужно время! Во-первых, на то, чтобы вытрясти из Линны всё, что она знает или может найти. Во-вторых, на переговоры с теми людьми на Второй планете, которые смогут мне помочь. Но это уже после гипер-прыжка. Итого, как ни крути, меньше четырёх суток не выйдет. Вообще, как бы неделя не потребовалась...
  Что там дальше? С одеждой для заморыша некоторый напряг. Но, опять же, я всегда могу его комбинезон бросить в чистку, и пусть дальше носит. А вот подходящего белья и у меня не наблюдается. Впрочем, похоже, оно ему вообще без надобности...
  Стоило подумать об этом, как в голову навязчиво полезли воспоминания о его феерическом оргазме. Какая это была красота! Не отказалась бы повторить всё ещё раз, просто из любви к искусству... Правда, и тут возникает парочка вопросов: например, насколько высока его активность в этом плане? То, что случилось сегодня, как-то не вписывалось в привычную схему поведения существа, которому страшно. А вдруг, возбуждение - это как раз и есть его привычная реакция на испуг? Ой-ой, чувствую, открытий ждёт меня - не счесть... Ладно, не будем будить лихо, пока оно дрыхнет.
  В задумчивости уничтожив какую-то еду, вкуса которой даже не почувствовала, я вернулась в рубку. Как раз вовремя, Деона тут же доложила:
  - Тэш, я накопала как можно больше того, о чём ты просила, но, боюсь, тебе результат не понравится.
  - Почему?
  - Потому что в записях, практически, отсутствуют нужные тебе сведения.
  - А что же там есть? Линна обещала прислать что-то о Вайятху. Это оно?
  - Видимо, да. Но сведений, всё-таки, очень мало.
  - Ладно, давай, что есть.
  На экране поплыли строки текста. Я начала читать и скривилась.
  - Део, что это за архаика?! Они что, на праязыке писали?!
  - Возможно. Но я сделала построчный перевод на более современную версию. Тебе что-то непонятно?
  - Почти всё, - пробормотала я, - это же не документ, это... беллетристика!
  И в самом деле, сведения оказались неупорядоченными, какими-то рваными, и потрясали своей художественностью и бесполезностью в плане практического применения. Помучившись некоторое время, я попросила название и чуть не плюнула: это был художественный роман о необыкновенной любви между Вайятху и его хозяином! Ну, за какими Вогранами Линн мне прислала эту чушь?! Всё, сейчас позвоню ей и убью. Прямо на расстоянии!
  Тут загорелся огонёк, сообщающий о получении ещё одного отправления. Я вновь преисполнилась надежды.
  - Что там, Део?
  На экране появилась отсканированная титульная страница печатного издания!
  - Ого, - впечатлилась я. - Да они там, похоже, помешаны на старине! Это тоже что-то древнее?
  - Отпечатано сто шесть лет тому назад, - ответила машина.
  - 'Счастливому владельцу Вайятху напоминание о том, что нужно делать, чтобы ваш раб радовал вас, как можно дольше', - прочла я. - О! Вот это, кажется, то, что нужно! Дальше, Део! Тааак, 'Коддору Сваносу Кальтари, в честь награждения его личным Вайятху Анором Као Пелиросом. Правила, советы и пожелания'. Анор Као Пелирос? Ну, уж это вряд ли... Сказано - Маугли, значит, Маугли, - пробормотала я. - Так это у нас личная инструкция по использованию кикиморыша? Прекрасно! Наконец-то, что-то полезное...
  Последующие два часа вообще пролетели совершенно незаметно. Я читала с таким вниманием, что прервалась только один раз, на вызов от той же Линн, которая угрюмо сообщила, что операцию 'вот всё, что осталось от бедного Вайятху' она благополучно выполнила. Альдор в отъезде, пока всё было тихо, никто лягушонка не хватился. Я в ответ озадачила её очередными вопросами и продолжила читать.
  Когда в следующий раз меня оторвала от этого занятия Деона, информировавшая о том, что заморыш проснулся, я уже ознакомилась с 'паспортом' на него и сидела в некотором обалдении. Сведений, почерпнутых оттуда, было и много, и мало, одновременно.
  Например, ничего не сообщалось об особенностях строения организма Вайятху, по всем вопросам рекомендовалось обращаться к императорскому лекарю, который будет 'счастлив избавить вас от проблем'.
  По поводу языка, на котором было принято объясняться с личными рабами, тоже не выяснилось ничего, кроме того, что это был не самый распространённый язык в Галактике. Обучались ему хозяева с помощью обычной процедуры гипноналожения, вот только делала это тоже специальная служба Императора. То-есть, купить программу обучения мне вряд ли где-нибудь удастся.
  Записав себе очередное задание к Линн (она-то ведь говорила с лягушонком, стало быть, где-то этому научилась?), я оставила пока этот вопрос. На худой конец, всегда есть язык жестов. Ну, или порисуем картинки...
  Довольно большое внимание уделялось правилам обращения с рабом, причём, некоторые из них меня поставили в тупик. Как вам, к примеру, рекомендация не повышать на Вайятху голоса, дабы не травмировать его психику? В качестве порицания допускался укоризненный тон и... демонстративный отказ заниматься с ним сексом!
  Такая же ерунда предписывалась в случае некоторых возможных проблем, как-то: нежелание Вайятху принимать необходимые лекарства (причём, похоже, это была обязательная процедура!), любая попытка раба настоять на своём, чего бы это ни касалось, хотя бы места, где он хотел сесть, малейшего каприза или высказанного недовольства. Нет послушания - нет секса. Это заставляло задуматься о том, насколько сии занятия были важны для душевного благополучия заморыша...
  Ещё там были прелюбопытные рекомендации, призванные, насколько я поняла, подчеркнуть и закрепить господствующее положение хозяина по отношению к Вайятху, как то: запрет рабу сидеть рядом с хозяином, есть из одной тарелки, пить из одной посуды, даже спать рядом! Насколько я поняла, после доставления хозяину всяческих утех, Вайятху был обязан вернуться на пол, где и проходила основная часть его жизни. Прекрасно просто! Если подумать, то у многих домашних питомцев существование было куда более комфортабельным и счастливым...
  К моему величайшему удивлению, инструкция прямо призывала хозяев не выпускать, без надобности, Вайятху из комнаты, где он жил, искусственно ограничивая его кругозор и познания. В качестве рекомендованного занятия для постельного раба предлагались книжки, составленные из картинок, на темы, близкие к его постоянной 'работе'. (Тут я задумалась: одну порнографию, что ли, они ему показывали?! Кошмар...)
  Ещё рабу позволялось рисовать, разукрашивать картинки, которые ему особенно нравились, и играть в какие-то примитивные 'настольные' игры, названия которых мне совершенно ничего не сказали. За успешное окончание игр Вайятху следовало поощрять, за брошенные на полдороге - порицать. Ещё ему было можно играть на некоем музыкальном инструменте, которого я тоже не знала, но догадывалась, что он был примитивным. М-дааааа....
  В общем и целом, подводя итоги, я поняла, что центром жизни лягушонка всегда был его хозяин. Даже если его прежний хозяин умирал или был не в состоянии больше забавляться с ним, заморыша заблаговременно 'перепрограммировали' на следующего из династии Кальтари, и всё повторялось заново. Подчинение, послушание, полная покорность и постоянный приём лекарств.
  Больше всего меня заинтересовали эти самые лекарства. Потому что, если это были обычные успокоительные, то полбеды, а вот если кикиморыш всю жизнь сидел на каких-нибудь специальных препаратах, корректирующих заложенные в него изменения, - тогда это может превратиться в ооооочень большую проблему... Надо попытаться вытрясти из Линн хотя бы название этих таблеточек! А в идеале - состав.
  Всё остальное решалось привычным путём, через императорского лекаря, чтоб его Плорад пожрал... Что он там делал с Вайятху - Всевидящий знает, но, после смены хозяина, ему приходилось каждый раз, как минимум, дважды посещать лягушонка, чтобы что-то там корректировать. Даты его посещений аккуратно вносились в отведённый для этого раздел, помещённый в самом конце книжки. С одной стороны - вроде, вполне традиционные процедуры, а с другой... Я не представляла, что должно твориться в голове гуманоида, прожившего более ста лет такой вот жизнью!
  Куда они подевали большую часть инстинктов, которые во многом управляют жизнью любого существа, как ограничили его естественные потребности, как убрали стремление к познанию нового, и как, к диосам, они вообще ухитрились превратить заморыша в какое-то подобие домашней зверушки?! Потому что, судя по отдельным указаниям и замечаниям, умственное развитие Вайятху просто было искусственно заторможено на одном уровне, причём, достаточно низком. Если брать соответствие человеку, то он тянул на семи-восьмилетнего ребёнка, и то отсталого! Это при том, что физически кикиморыш был развит куда лучше.
  Короче, прочитав этот опус, я схватилась за голову. Во что Линн меня втянула?! Это же готовый пациент для коррекционного Центра помощи психически нестабильным! Причём, лет на десять, а то и на всю оставшуюся жизнь! Нет, я её всё-таки убью...
  Именно когда я дошла до этой оптимистичной мысли, Деона сообщила, что заморыш проснулся.
  -Угу, - проворчала я и встала.
  Надо посмотреть, как он там. И попробовать покормить ещё... Ох, Всевидящий! А я-то надеялась, что дорога домой будет эдаким приятным ничегонеделанием...
  
  Глава пятая.
  
  Кикиморыш снова смирно сидел на кровати, опутанный проводами от датчиков, но не предпринимал никаких попыток избавиться от них. Его тело успело окраситься в уже привычный зеленоватый цвет. Ну, и ладушки. Если выбирать между серым и зелёным, то мне больше нравился второй вариант, - по крайней мере, живенько так...
  Я изобразила самую доброжелательную улыбку на лице и сказала, по возможности, весело и беззаботно:
  - Привет, Маугли! Хорошо поспал? Надеюсь, что теперь ты проголодался и с удовольствием что-нибудь съешь. Так, погоди, я отсоединю датчики. Ну, вот! Теперь можно идти на камбуз.
  Я сложила всё на место, убрала модуль и мысленно приказала Деоне предоставить мне полную информацию о результатах осмотра, как только они будут готовы. Потом снова улыбнулась Вайятху и протянула ему руку:
  - Пойдём.
  Он воззрился на мою ладонь с некоторым изумлением, потом посмотрел на меня и чуть-чуть отстранился. И как это понимать? Неповиновение? Непонимание? Опять боится? Вограны всё побери, я хочу иметь возможность с ним говорить!
  - Маугли, - проворковала я, - вставай, пожалуйста, мы будем есть на камбузе, а не в каюте. Пойдём, пойдём.
  Кикиморыш поднялся только после того, как я взяла его за руку и потянула. Ну, похоже, это самый действенный способ заставить его что-то сделать. Надо запомнить.
  До камбуза мы шли обычным порядком: я впереди, лягушонок сзади, зажмурившись. Прямо любопытство мучает, а как он тогда в каюту вернулся, когда Линн его отправила? Тоже, что ли, наощупь шёл? Или это такие правила поведения - вроде, он так верит хозяину, что идёт за ним с закрытыми глазами, причём, буквально?
  Приведя это недоразумение на место кормёжки, посадила его за столик и отошла к холодильному шкафу. После некоторого обдумывания, я пришла к выводу, что надо дать ему попробовать понемногу разных видов продуктов. Хоть что-то, но должно же подойти!
  Нарезав мисочку фруктового салата, выложила ещё пару фрикаделек, овощи и варёную парангу на тарелку. Поставила перед заморышем и пригласила жестом: мол, ешь! В ответ опять получила взгляд, полный недоумения. И сама впала в него же. Ну, вот что тут непонятного?! Перед тобой тарелка с едой, наверняка, голодный, и вот ведь, - сидит и таращится на меня, как будто я ему мыло съесть предлагаю!
  Вздохнув, взяла кусочек фрукта из миски и поднесла ему прямо ко рту. Сидит, таращится и зеленеет. М-дааа. Попыталась этот кусочек пропихнуть ему между губ. Молча отстраняется и... ещё сильнее зеленеет! Плорад его сожри, вместе с этим обедом! Ну как объяснять-то ещё?! Беру его за руку и вкладываю злополучный фрукт. Может, теперь сообразит? Подбадриваю заодно:
  - Попробуй, Маугли! Это очень вкусно! Ну, давай...
  Медленно-медленно он поднимает руку и кладёт фрукт в рот. Ура! Процесс пошёл!
  Дальше пошло побыстрее, он уже сам таскал кусочки из салата в рот, и я расслабилась: тоже села за столик. И тут заморыш вдруг буквально свалился со стула, встал на колени, а лбом уткнулся в пол. И тихонько забормотал что-то, тычась время от времени лицом в сложенные перед собой руки.
  От неожиданности я сначала остолбенела, потом затосковала от непонятности происходящего и вдруг сообразила: в инструкции ведь было сказано, что Вайятху не имеет права сидеть за одним столом с хозяином!
  Ну, не будем тогда слишком резко менять всё. Пусть пока, по возможности, мир останется для него привычным, и правила поведения - тоже. Нельзя, так нельзя... Я взяла тарелки и поставила их на пол, прямо перед носом лягушонка. Он замолчал, перестал тыкаться носом и недоверчиво посмотрел на меня исподлобья. Я кивнула:
  - Ешь, Маугли. Раз уж тебе привычнее так, то пока не станем нарушать традиции. Ешь!
  Удивительно, но он как будто понял, - уселся по-турецки и стал потихоньку таскать еду с тарелок. Это было довольно забавно: наблюдать, как он осторожно вытягивает что-нибудь из миски, осматривает со всех сторон, а потом кладёт в рот. К моей немалой радости, он уплёл всё, что я ему положила, а в конце ещё и вылизал тарелки, повергнув меня в шок. Мало того, что ест руками, так ещё и это... Хотя, кто его, интересно, стал бы манерам обучать? Видимо, и тут я буду первой.
  Когда трапеза окончилась, я убрала посуду в помывочный шкаф и подняла заморыша с пола. Мне ещё кучу дел переделать надо, а он, судя по всему, оставаться один не должен. Пока, во всяком случае. Так что, будем передвигаться паровозиком.
  В рубке я уселась в кресло, а лягушонок пристроился около меня на полу. Как-то некомфортно мне было, что он там сидит... И чем-то же его занять надо. Подумав, вытащила из ящика старенький ломаный блокнот, который завалялся только потому, что я забывала его выкинуть. Ни для чего серьёзного он не годился, а вот рисовать на нём ещё можно было, и рисунков сто он вполне мог сохранить. Должно хватить. Вот, пусть это недоразумение пока рисует. И он занят, и для меня появится какая-то информация к размышлению...
  Я показала кикиморышу, как надо пользоваться блокнотом, и он, на удивление быстро, освоился с незнакомым предметом. Расцвёл в несмелой улыбке, несказанно удивив (я уже привыкла, что он или насупленный, или испуганный), и принялся за дело. Даже высунул кончик языка от старания, вызвав у меня оторопь: язык у него, и вправду, был, как у земноводного, чернильно-синего цвета, и подозрительно узкий...
  Ладно, оставим это на потом! Мне надо окончательно разобраться с Линн и предупредить её, что нужны будут деньги. И не только. Хорошо бы ещё контакт с каким-нибудь психиатром, специализирующимся на расстройствах у гуманоидных рас, генетиком и ксенологом. А ещё лучше, с целым институтом специалистов! Потому что мне кажется, моих познаний катастрофически не хватит... Ах, да! Лингвиста ещё бы.
  Если у Вайятху язык, которого я не могу выучить, значит, ему придётся учить мой. Вот и начнём. Прямо сейчас.
  - Маугли, - позвала я.
  Он послушно поднял голову, но видно было, что это имя он с собой не соотносит. Скорее, воспринимает, как некое вводное слово, типа 'эй' или 'послушай'. Ну, будем объясняться. Помимо всего прочего, мне нужно было закрепить у него в мозгу информацию о том, что прежней жизни пришёл конец, и имя у него теперь будет другое.
  - Посмотри на меня. Отложи пока блокнот, вот так. Слушай меня внимательно. Я - Тэш. Тэш. А ты - Маугли. Ма-уг-ли! Понял? Тэш - Маугли, Тэш - Маугли...
  После четвёртого или пятого захода, заморыш несмело повторил:
  - Тэш...
  И был вознаграждён бурными проявлениями радости с моей стороны. Я погладила его по голове, похвалила, надеясь, что интонации будут понятнее слов, и лягушонок слегка приободрился. Но вот дальше застопорилось. С тем, что я - Тэш, он, в общем-то, согласился, но вот с тем что он теперь - Маугли, нипочём не хотел. Смотрел на меня круглыми глазами и зеленел. Видимо, перспектива поменять имя его почему-то пугала.
  Я попробовала зайти с другой стороны.
  - Я - Тэш. Да? Я - Тэш. Ты?..
  И замолчала, ожидая, что он ответит сам. Заморыш помолчал, а потом несмело ответил:
  - Вайядхау номе ливере камо...
  Рррррр... Помоги мне, Всевидящий! Ну, что делать? Вот же, он общается! Только непонятно ни слова. Если сейчас на него надавить, скорее всего, он опять замкнётся. А я только-только добилась адекватной ответной реакции! Так, так, так... придётся обучение отложить пока. Я молча улыбнулась и снова сунула заморышу блокнот. Сейчас позвоню Линн, и устрою ей весёлый вечер. Чтоб не только мне было хорошо и приятно!!
  Подруга ответила на вызов сразу и выглядела слегка обеспокоенной.
  - Ну, что у вас? - дипломатично начала я, проглотив все образные выражения, которые просто толпились у меня в голове, выжидая момента.
  - Похоже, его начали искать, - тихо сообщила она, оглянувшись. - По крайней мере, слуги бегают по саду и по дому. Но ко мне пока никто не заходил.
  - Почему?
  - Потому что все думают, что я сплю. Но скоро точно явятся. О таком происшествии они обязательно должны доложить.
  - Ага. Молчи, как немая! Ты ничего не видела, не слышала и не интересовалась. Разве что чуть-чуть, если кто-то в курсе, что ты с ним встречалась... А кто-то, кроме мужа, может быть в курсе, что вас связывало?
  Линн пожала плечами.
  - Не думаю. Но для случайных свидетелей я подстрахуюсь, скажу, что мне просто было любопытно, кто такие Вайятху, я ходила посмотреть на него. И всё.
  - Молодец. Теперь по поводу языка, на котором ты с ним говорила. Откуда ты его знаешь?
  - Обучилась, естественно.
  - Где?
  - У мужа программа была.
  - Была? Почему была?
  - Потому что он, когда всё случилось, с горя бушевал в кабинете. Разнёс там всё, в том числе и гипноустановку с программой.
  - Как замечательно... - простонала я. - Просто чудно! Значит так. Если ты не сможешь найти и прислать мне программу обучения этому языку, значит, надиктовывай всё, что знаешь! Лучше фразы, но и отдельные слова давай! Я не могу пока договориться с этим зелёным недоразумением! Он даже жестов не понимает!! И учить лингву не хочет. Короче, как хочешь, так и выкручивайся.
  Линна обалдело похлопала с экрана глазами:
  - Куда надиктовывать?
  - Можешь прямо сюда, в память моего консультанта. Вот только скажи мне сначала, какие лекарства Вайятху должен был принимал каждый день в обязательном порядке?
  Несколько секунд лицо Линн представляло собой картину живой иллюстрации к выражению 'женщина в прострации'. Потом в глазах наметилось движение мысли, и она спросила:
  - Какие лекарства?
  Всевидящий, дай мне терпения! И побо-ольше! Потому что моё собственное только что в муках скончалось!!
  - Линн, да проснись ты, наконец! Твой обожаемый зеленопузик каждый день принимал какие-то таблетки. Я должна знать, какие именно! Потому что, если их отсутствие сделает его невменяемым или агрессивным, то я развернусь и полечу обратно на Мирассу! К тебе!! И вручу твою посылку тебе же! Понятно?!
  Линна как-то судорожно сглотнула и жалобно сказала:
  - Ну, что ты злишься?.. Я понятия ни о каких таблетках не имею! Да и откуда? Я же его ими не кормила!
  - Да потому взъелась, трепетное создание, что ты всунула мне в руки абсолютно нежизнеспособное существо! И я теперь вынуждена не просто доставить его на другую планету, а ещё и заботиться о нём, Вограны знают сколько! Чем ты там думала - не знаю и знать не хочу! Но, если ты не хочешь, чтобы твой лупоглазик, сразу по прибытии, попал в приют умалишённых, то начинай мне помогать! Изо всех своих слабых сил!
  Линна захлюпала носом, потом попробовала обидеться, но, поняв, что я своего решения не изменю, смирилась.
  - Ну, спрашивай, чего тебе надо, - тоскливо предложила она.
  Та-ак, что у нас там самое животрепещущее? О, вспомнила!
  - Скажи, как будет: 'Ты хочешь в туалет?'
  Линна словно подавилась, но потом справилась с собой и покорно перевела:
  - Че гало пуоро леи?
  Тут неожиданно позади меня послышался шорох, оттуда выглянула зелёная мордочка и сказала:
  - Шаим, куро!
  Я даже без перевода поняла, что это означало. Линна оторопело уставилась на лягушонка, и вдруг, как будто у неё кнопку нажали - залилась слезами! Ну, просто хоть в визоре показывай!
  - Долло, маире леки! Курано пои самот оваро? - закурлыкала она.
  У меня от удивления глаза на лоб полезли. Что, к диосам, это недоразумение с ней делает?! Такое чувство, что при одном его виде, у неё мозги отключаются... И включается непонятно что!
  Заморыш отполз за меня, выглядывая одним глазом, и тоже что-то запричитал.
  - Эй, Линна! Что он говорит-то? - забеспокоилась я, когда они прочирикали так уже минут пять.
  - Ну, он говорит, что соскучился по дому. Что он жалеет, что расстроил меня, просит прощения. Очень хочет пить, долго голодал, и ему надо... эээээ, в туалет. А ты ему не позволяешь!
  - Я?! Да я просто не знаю, как его спросить об этом! Скажи ему, что мы сейчас пойдём туда. И... Линн, ты не в курсе, он умеет пользоваться корабельными клозетами?
  Ответом мне был оскорблённый взгляд подруги. Полюбовавшись на её гневную физиономию, я хмыкнула и встала, взяв заморыша за руку.
  - Ладно, продолжай диктовать всё, что знаешь, мы скоро придём. Я надеюсь...
  И мы с лягушонком чинно удалились. В дверях я не удержалась и, обернувшись, бросила взгляд на экран. Линна смотрела нам вслед с непередаваемым выражением. Как будто не она мне это чучело подсунула, а я у неё его отобрала! Ну, и где логика, к диосам?!
  Выйдя за дверь, я сразу прибавила ходу, лягушонок не отставал. Впервые мы передвигались по кораблю в таком резвом темпе, что само за себя говорило о том, насколько заморышу приспичило. Доведя его до места, я открыла дверь и показала ему, что находится внутри. Потом, на всякий случай, решила продемонстрировать порядок действий: присела на стульчак, посидела, затем повернула блестящий вентиль, - открылся клапан и с шумом стекла вода.
  Конструкция, в общем-то, была совершенно типичной для любого подобного места, практически в любом доме и на любой планете Содружества. На Мирассе были вполне похожие кабинетики, только, конечно, с более шикарной отделкой и сантехникой поизящнее. У меня на катере попроще, зато надёжность - до девяноста семи процентов! Всё-таки, это космос. Не приведи, Всевидящий, сломается что-нибудь, - где ты тут мастера найдёшь?
  Закончив наглядную демонстрацию, я вышла и попыталась завести заморыша внутрь. И тут это недоразумение опять переклинило. Как только я стала закрывать дверь, в надежде, что теперь-то он справится и без моей, гм, помощи, как он рванулся за мной следом, будто я собиралась бросить его на съедение каким-нибудь крокораусам!
  Выскочив в коридор, он рухнул на колени и принялся снова отбивать лбом морзянку, чего-то истерически приговаривая. Когда у меня прошёл столбняк, вызванный такой странной реакцией на корабельный клозет, я присела на корточки, тронула его за плечо и спросила, по возможности, спокойно:
  - Маугли, скажи мне, пожалуйста, почему ты не заходишь туда? Ты же писать хотел? Или чего там... Что стряслось?
  Бормотание стало на тон выше и ещё быстрее.
  - Ма-уг-ли! Ты же сам туда просился! Ну, вставай, вот так. Теперь иди... Ну, хорошо, вместе зайдём... Да где мы тут, к диосам, поместимся-то?! Это же тебе не линкор пассажирского флота! Так, ну, давай, садись... нет-нет-нет, садись, говорю!
  Лягушонок покорно сел, наконец, на стульчак, но вид у него был совершенно несчастный: ни дать, ни взять, ожидал, что его пытать собираются! Помучившись ещё некоторое время, я поняла, что он ни за что на свете не станет использовать унитаз по его прямому назначению!
   Подавив желание просто запереть упрямца там на пару часов и подождать, пока всё случится само собой, я встряхнулась и стала думать, что делать. У меня на катере был ещё один санузел, примыкающий к каюте. Но там почти такая же обстановка, так что вряд ли заморыша вдохновит замена белого стенового покрытия на золотисто-бежевое. И как теперь выкручиваться - я не представляла.
  Пытаясь судорожно сообразить, как уговорить кикиморыша сделать свои дела туда, куда это делают все цивилизованные люди, я искала альтернативу унитазу, пока не дошла до полного маразма. И тут вспомнила, что у меня имеется специальное оборудование, предназначенное для естественных отправлений, если вдруг отключится искусственная гравитация. В невесомости все процессы протекают по-другому, и на этот случай есть специальный 'приёмник'. Пожалуй, это последний мой шанс, если уж не смогу уговорить лягушонка им воспользоваться - то всё, больше у меня идей нет...
  Оставив пока заморыша маяться там, где его накрыло, я рванула к лючку, за которым пряталось это приспособление, в просторечии именуемое 'питоном', ещё с Вограны знают, каких времён. Оно довольно простое, но им всё же нужно уметь пользоваться.
  Я достала шланг, выбрала подходящую насадку и позвала лягушонка. Он, натурально, подполз ко мне на четвереньках! Всевидящий, ну если он останется и дальше в такой позе, то меня даже это оборудование не спасёт!
  - Маугли, вставай... вставай, да, да... Потихоньку, всё нормально... Сейчас я помогу тебе...
  Приладить насадку оказалось не так-то просто, а главное - предполагалось, что это будет делать сам... эээ, участник процесса! Так что, зрелище, наверное, было умопомрачительное. Нацепив, наконец, всё, что требовалось, туда, куда было нужно, и закрепив, я с облегчением вздохнула. Как оказалось, рано. Озадаченный лягушонок просто стоял и растерянно смотрел то на меня, то на приспособление, явно недоумевая, как теперь быть. 'Ну, - подумала я, - не обессудь... Сам напросился'. И включила функцию автоматического отсоса.
  Подействовало, да ещё как! Но смотреть без смеха на ошарашенное лицо кикиморыша было просто невозможно! Подождав, пока, по моим расчётам, все необходимые дела будут сделаны, я включила режим обмыва и сушки. Всё это время лягушонок таращился вниз с самым обалделым видом. Впрочем, испытанное облегчение явно перевесило всё остальное, и в конце ему, как будто, даже начало нравиться! Я мысленно тоже облегчённо вздохнула, - ну, будем пользоваться 'питоном'... Пока у меня не появится возможность исследовать, что же там у него в мозгах творится.
  Похвалив кикиморыша за проделанные усилия, я освободила его от насадки и тут обнаружила, что процедура имела побочный эффект. То ли режим омывателя был выставлен слишком сильный, то ли это у заморыша от нервов случилось, но у нас в полный рост стояла проблема. Причём, стояла, в прямом смысле этого слова.
  Я нервно сглотнула и быстренько напомнила себе, что для Вайятху это - обычное дело, судя по всему. Раз уж по нескольку раз на дню происходит. (Кстати, комбез его срочно в чистку кинуть надо! Может, ему вообще нельзя голым ходить?) Так что... Так что надо срочно решить эту небольшую... нет, вру, - очень большую! - проблему. Ну, поскольку ничего нового я придумать не успела, придётся идти проторенной дорожкой...
  Сделав вид, что ничего особенного не произошло, я убрала шланг на место, одноразовую насадку спустила в утилизатор, вымыла руки и с радостной улыбкой повернулась к зелёному... ах, нет, извините, - уже сиреневому паршивцу, который скроил невинно-несчастную просительную мордочку. Ага, видели уже. Прямо без слов всё понятно.
  И опять, стоило мне только коснуться его, как он просто расцвёл быстрыми всплесками кораллового, синего, бордового и оранжевого, вспыхивающими в такт его участившемуся дыханию. Потом вспышки стали удлиняться, сливаясь в волны, которые смешивались, сливались, разбегались и переходили одна в другую. Цветовая феерия захватила моё внимание полностью, и через пару минут я забыла обо всём, поглощённая фантастическим зрелищем, порождённым моими же усилиями. Желание сделать всё побыстрее тоже потерялось где-то в процессе, так что финальную точку я поставила очень не скоро...
  Дождавшись, пока обессиленный лягушонок постепенно успокоится, и его кожа станет гладко-серой, я, напоследок, погладила его по плечу, и вдруг он прижался щекой к моей руке, а потом и вовсе потёрся об неё. Как будто сказал 'спасибо'.
  Странно, но от этой незамысловатой ласки у меня внутри что-то дрогнуло. Где-то там, где ничему дрожать, вообще-то, не полагалось. Я нахмурилась и руку убрала. Кажется, мне становилось понятным, отчего же у Линн крышу снесло. Теперь оставалось выяснить, отчего её снесло у заморыша.
  Вспомнив про Линн, я вскочила на ноги. Всевидящий! Вот это мы отлучились... ненадолго! Не став ждать, пока кикиморыш придёт в себя, я побежала в рубку. И, понятное дело, экран уже был тёмным. Отключилась... Ну, ожидаемо.
  - Деона, что там с языком? - спросила я, возвращаясь к куче проблем, которые ещё не были решены.
  - Около ста самых частоупотребимых фраз и около двухсот слов. Конечно, это будут не речи Цицерона, но самые простые вещи назвать и сказать уже можно.
  - Слава Всевидящему! Ну-ка, скажи мне, как будет: 'Тебе понравилось?'
  - Дословно, с правильными падежами, спряжением и родом перевести не смогу.
  - А как сможешь?
  - Ну, примерно так: 'Ты это любить?'
  - Ага, прямо до-Пространственные времена... Романтика и дикость. Ну, главное, чтоб он понимал... Так как это будет?
  - Че буно ларе.
  - Че буно ларе?
  - Рабуно ларе, сагите? - прозвучал у меня за спиной хриплый мальчишеский голос.
  Я обернулась. В дверях стоял лягушонок, уже нормального цвета, зелёного (тьфу ты! Тоже нашла норму...), и застенчиво смотрел на меня.
  - Что любить, госпожа? - перевела Деона.
  Я широко улыбнулась. Ну, наконец-то! Мы возвращаемся к цивилизации! Никаких тебе наскальных рисунков и прочей экзотики! Мысленно спросила у кибер-консультанта:
  - Как сказать: 'Нравится ли тебе рисовать?'
  - Че буно раррели? - так же ответила Део, и я озвучила эту фразу.
  Заморыш прекрасно понял даже ломаный вариант языка и ответил:
  - Да, госпожа. Вайятху любить рисовать.
  Я возликовала. Далее в течение получаса мы пытались поговорить. Выглядело это довольно... странно. Например, я спрашивала:
  - Какой дом ты жить прежде? (Имея в виду, где он жил до дома мужа Линны).
  - Не знать. Комната. Синяя. Там быть кровать, стол, пол мягко. Любить!
  - Ты гулять улица?
  - Что улица гулять? Вайятху не понимать.
  - Улица. Деревья. Много вода. Птицы.
  - Не знать. Не быть. Быть комната. Синяя.
  - Пред синяя комната какой дом жить?
  - Комната тоже. Зелёная. Блестеть. Красиво.
  - Какой туалет Вайятху ходить? (Весьма животрепещущая тема для меня, в свете последних событий).
  - Маленькая комната. Стены жёлтые. Красиво!
  - Вайятху сам ходить?
  - Да. Любить.
  Тут я впала в недоумение. А почему здесь-то такие проблемы?! Попыталась выяснить:
  - Вайятху не хотеть ходить белый туалет тут?
  - Нельзя, нельзя! Вайятху помнить! Всё-всё! Не быть непослушный! Вайятху всё делать что приказывать!
  И заморыш попытался опять упасть лбом в пол. Экая незадача! Чего он там сделал в туалете, что так теперь перепугался? Так, попробуем зайти с другой стороны.
  - Вайятху любить писать трубу?
  - Да, да! Госпожа говорить, Вайятху слушаться! Трубу, пойти трубу!
  Эх, жаль! Я уже размечталась... Ну, ладно, мы ещё вернёмся к этому вопросу.
  Дальнейшие переговоры были столь же интересными и познавательными, сколь трудными и иногда просто ставящими в тупик! Когда, например, лягушонок совершенно серьёзно заявил, что не слишком любит заниматься сексом. И попросил не наказывать его за это, обещая исправиться! Я на это смогла только похлопать глазами и сказать, что не сержусь, и наказывать его не буду.
  Всевидящий! Если этот, перманентно возбуждённый кикиморыш не любит заниматься сексом, то я - вообще ледяная луна!!! Или что, хозяева секс-марафоны на выносливость, что ли, для Вайятху устраивали?.. Ну и планетка! Ужас.
  Через полчаса я выдохлась и предложила ему пойти на камбуз. Он охотно согласился и попросил пить. Точно, ещё Линна говорила об этом, а я забыла совсем. Когда мы вышли из рубки, обнаружилось, что ходить он предпочитает по-прежнему, держась за меня и закрыв глаза. Я решила спросить, почему. Ответ был тоже умодробительный:
  - Вайятху помнить нельзя смотреть. Много видеть плохо.
  Стало быть, запрет... Интересно, зачем. Чтобы не запомнил дорогу на улицу? А какой смысл, если он вообще не знает, что такое улица? Или чтобы не мог ориентироваться нигде, даже в доме? Бред, однако.
  На камбузе я развлеклась тем, что дала ему попробовать несколько разных соков и с удовольствием наблюдала за тем, как меняется выражение его мордочки, а заодно и цвет. В процессе дегустации он последовательно прошёл стадии от зелёного до нежно-розового, вызвав у меня непроизвольное хихиканье. Розовый кикиморыш смотрелся ещё более убийственно, чем зелёный!
  Когда он напился, я сказала:
  - Тэш много работать. Идти комната с экраны. Ты хотеть идти туда?
  Он с готовностью закивал и вскочил с пола.
  - Вайятху идти госпожа когда звать! Любить быть.
  Я недоверчиво подняла бровь. Когда это он, интересно, успел настолько полюбить быть со мной? Скорее всего, это старые установки, плюс страх потерять защиту и заботу. Ладно, с этим мы тоже поработаем. Ты у меня скоро будешь бегать по кораблю, как миленький!
  Вернувшись в рубку, снова подсунула ему блокнот и села к экрану. Ну, я ещё с дорогой подругой не договорила...
  Линн на вызовы упорно не отвечала, возможно, поиски раба докатились и до неё. Поэтому я пока настаивать не стала и углубилась в прорабатывание деталей плана по устройству заморыша на Второй планете, где жила сама. Помимо всего прочего, я продолжала учиться на последнем курсе Университета и работала внештатным консультантом при паре Домов оставленных детей, так что со свободным временем у меня и обычно-то был напряг. Как при таких условиях ещё и за Вайятху приглядывать - я не представляла.
  Но, прежде всего, теперь мне нужно было другое жильё. В моей крошечной квартирке я одна помещалась с трудом, а уж вдвоём мы там вообще не выжили бы. Значит, требовался домик. Небольшой такой домик, желательно с садом и оградой, чтобы недоразумение можно было выпускать на свежий воздух, не опасаясь того, что он потеряется где-нибудь.
  А ещё хотелось бы флайер. Да, нахально, согласна, но Университет расположен в городе, и ехать туда по земле - сомнительное удовольствие. Конечно, есть общественные мобили, которые регулярно курсируют между городом и сателлитами, но где постоянные поездки - там постоянные встречи с одними и теми же людьми. А где встречи - там и разговоры, а где разговоры - там вопросы. А я в ближайший год, как минимум, не хочу никому объяснять, кто такой Вайятху, почему он так отличается от людей, и почему он ведёт себя, мягко говоря, странно...
  Так что - флайер! Пусть не последней модели, но достаточно новый, чтобы его хватило на несколько лет. Что ещё? Кредит-карта с достаточной суммой, потому что у кикиморыша нет даже самых необходимых вещей. Плюс консультации врачей, плюс масса анализов, плюс лекарства, наверняка. Уф! Это только то, что приходит на ум навскидку. А добавим туда непредвиденные обстоятельства. А ещё приплюсуем поддельные документы и медицинскую карту, которые мне придётся ему покупать... Н-да, Линн тоже попала, что приятно! Короче, список у меня получился не слишком длинный, но зато... объёмистый. В смысле требуемых вложений.
  Закончив с планом, я забеспокоилась. Пора было уже и подруге проявиться, не лично же она бегает по поместью и ищет пропажу? Подумав, я решила оставить ей сообщение с просьбой перезвонить. Так хотя бы будет надежда, что она всё-таки свяжется со мной. Ночью, например.
  - Деона, если будет вызов от Линн, зови меня, даже если я уже буду спать. Хорошо?
  - Поняла, Тэш. Не беспокойся. Готовы результаты медицинских анализов. Показать?
  - Конечно!
  Я всё бросила и пересела поближе к экрану. Ну-ка, ну-ка...
  Так, скелет не слишком отличается от человеческого, разве что глазные впадины побольше. Ну, это и без рентгена видно. Нос... зубы... Вот и первое отличие - не тридцать два, а всего лишь двадцать четыре зуба. Хм, маловато... Что тут у нас? Ага, был перелом плеча, неплохо сросся... Ого, а судя по структуре костей, чтобы сломать ему что-то, на лягушонка должны были бетульную балку уронить, не меньше! Всё остальное, включая нечаянно севшего слона, он бы выдержал достаточно спокойно. Вот это запас прочности!.. Ну-ка, а мышцы? Ага, и мышцы соответствующие. Может, поднять того же слона он и не поднял бы, но пододвинуть, при желании, мог. А по виду ведь и не скажешь: эдакий одуванчик... на стальном каркасе. М-да, а почему кости рук и ног такие длинные? Явная диспропорция. И таз какой-то слишком узкий... То-то он так неуверенно ходит. Неудивительно... А это ещё что? Какие-то странные наросты... Всевидящий! Да это же... это же зачаток хвоста!
  Я схватилась за голову. Так Маугли должен был быть ещё и хвостатым?! Неописуемо! Может, я вообще не там ищу? Может, он изначально был приматом, а потом его искусственно 'дотянули' до гуманоида? Мне о таких успехах генетики слышать не доводилось, но, если потеоретизировать... Допустим, жили где-то обезьяны, или полуразумные приматы. Потом туда прилетели люди. И среди них - особо одарённый генетик, который принялся экспериментировать с генами местных обитателей и человека. И вот - то, что из этого получилось... Возможно? А, Вограны его знают! Я-то не генетик! Но вот в то, что природа могла так поиздеваться над своим творением, я не верю.
  Сила тяжести на Мирассе почти адекватна земной, поэтому вряд ли там могли развиться такие... тощие создания. Помнится, местная раса состояла из вполне себе рослых бугаёв, причём, полосатых. Значит, лягушонок мог быть привезён с планеты, на которой сила тяжести заметно меньше... Но зачем тогда ему усиленный скелет? Нет, эта версия тоже не объясняет всех странностей строения его тела!
  Похоже, без генетика я не разберусь. Тут нужен специалист, не ниже преподавателя Университета, а ещё лучше - руководитель лаборатории. Короче, мне нужен практик. С долгой и обширной этой самой практикой! Потому что тут просто мозаика какая-то...
  Я, конечно, изучала основы генетики в Университете, но именно основы - то есть, самые верхи! Какие-то очевидные вещи вижу, но сколько в лягушонке такого, чего я не замечаю?! Всевидящий, как, оказывается, скучна и беспроблемна была моя жизнь до сих пор!
  Следующие данные - снимки внутренних органов. И опять такое же, необъяснимое чувство, что здесь что-то не так! Как будто кто-то скомпоновал всё и немножко не рассчитал. К примеру, сердце - слишком большое для заморыша. Куда ему такой мотор?! С ним бегать надо, как антилопа, с утра и до вечера, а этот по коридору еле шуршит...
  Теперь желудок. Оп-па! А что это за дрянь посередине?! Вограны побери, да это же искусственная перетяжка! Дикость какая-то... И зачем?! Чтоб хозяев не объедал?! Или... или в этом и кроется причина его истощённости? Счастье, что часть желудка не атрофировалась до сих пор. Так, так, так... Лёгкие... Печень... Это же печень должна быть?! Эх, никакой уверенности... Ну, с другой стороны, если медблок ему жить разрешил, значит это ещё не самое худшее состояние... так, так... почки?.. Нет, не почки. Это прямо-таки почищи!!! И зачем, к диосам, они ему нужны, таких-то размеров?!.
  Ещё полчаса тщательного изучения медицинских документов, распечаток и снимков (а кто виноват? Сама попросила), привели меня в состояние тягостного недоумения. Непонятным теперь было вовсе не то, что заморыш так странно выглядит, а как он до сих пор ухитряется выживать!
  Анамнез медицинского блока по результатам диагностики был однозначным: 'Субъект исследований является носителем более чем пятнадцати серьёзных заболеваний, имеет серьёзные нарушения в работе нервной и пищеварительной систем, и испытывает постоянные мучения. Непосредственной угрозы жизни в настоящий момент нет, но рекомендуется немедленно начать лечение'. И список из 23 пунктов, как его надо лечить.
  Я с сомнением посмотрела на этого 'мучающегося' субъекта, который, самозабвенно чирикал что-то в блокноте, периодически морща нос от усердия. Что-то он не выглядел страдающим. Пожалуй, даже наоборот... Опять вернулась к медицинским документам, пытаясь пробраться сквозь ворох сведений и отобрать самое главное.
  Только глубокой ночью я погасила экран. Объект моих изысканий давно уже мирно спал, привычно свернувшись клубочком и тихонько посапывая.
  Потерев уставшие глаза, зажмурилась и сжала голову руками. Конечно, я не ахти какой специалист, но даже мне было понятно, что лягушонок, по сути, - искусственно созданное существо. Аналогов во Вселенной у него просто не было. Не могло быть!
  
  Глава шестая.
  
  Осознание этого факта потрясло меня настолько, что я на некоторое время просто выпала в астрал. В пустой голове бродили какие-то неясные ассоциации. Что же это мне напоминало?.. Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. То, чего не может быть... Именно! У меня в рубке спит без задних ног существо, которого не может быть, потому что не может быть никогда. Аномалия, причём искусственно созданная. Для чего - понятно. Как - ну, в самых общих чертах, тоже догадаться можно. Частностей я не знаю, да и знать не хочу, впрочем, узнавать всё равно придётся. И как лягушонок живёт - тоже, в общем-то, понятно. Тут задействован целый комплекс сдерживающих факторов, вот как та перетяжка на желудке... Наверняка, и мозг тоже находится под действием каких-нибудь подавителей-стабилизаторов. Вот мерзавцы... Это же надо было додуматься - так искалечить живое существо!
  Когда я была маленькой, у меня был игрушечный вампасс, напоминающий немного панду с нашей прародительницы Земли. Только расцветка, естественно, была другая. Так вот, он умел говорить некоторые фразы, различать базовые эмоции людей, плакать и изображать скуку и обиду. Он просил меня поиграть с ним, смеялся, если я его щекотала, и вообще вёл себя, почти как живой. Но он был всего лишь электронной игрушкой. Достаточно сложной, но не живой!
  А здесь кому-то захотелось сделать себе из живого существа игрушку. И для этого из Вайятху создали подобие того медвежонка. Тоже милого, смешного, ласкового. Да ещё и сексом с ним заниматься можно, он ведь игрушка для взрослых! И делать с ним можно, что хочешь. Например, уничтожить, если игрушка сломалась...
  После сделанных открытий на душе было исключительно мерзко. Очарование Мирассы исчезало на глазах, оставляя горькое послевкусие. Как будто я, будучи в гостях в прекрасном дворце, случайно отворила неприметную дверь, а за ней оказались горы грязи, нечистот, мусора и крыс... Брррр! Вздохнув, решила идти спать, на сегодня с меня было достаточно. Я уже переполнилась впечатлениями, не день, а трудовая эпопея!
  Вот только непонятно: оставить лягушонка здесь или забрать с собой? Вроде, и будить не хочется, а, с другой стороны, вдруг проснётся, а меня нет... Дилемма. И класть его в каюте некуда, там одна кровать, довольно узкая. А, главное, нельзя забывать, что у него должно быть всё своё! Моё ему нельзя давать, ни в коем случае... Проблем с туалетом мне вполне хватит для ярких впечатлений на всю оставшуюся жизнь, особенно, если каждый раз концовка будет такая же!
  Так, не надо отвлекаться, надо придумать, из чего сделать ему постель? Запасного матраса у меня нет. Спальной капсулы - тем более. Даже коврика нету! Прямо, хоть собственное одеяло ему стели... И тут меня осенило: тряпки Линн! Там же целый контейнер с её одеждой! Прекрасно, вот из них и сделаем что-нибудь, вроде берлоги!
  Я бодро вскочила и осторожно, стараясь не разбудить Вайятху, пробежала в багажный отсек, мысленно попросив Деону разблокировать дверь. Контейнер стоял, по-прежнему, открытый, - совсем забыла про него, в связи с нежданным найдёнышем. Ну, пришёл черёд посмотреть, что же там лежит.
  Взобравшись на лесенку, начала вышвыривать из глубины всевозможные предметы туалета. Линн запихнула туда, похоже, целый гардероб - всё, что она носила пару лет назад, включая наалоновое манто, всё было здесь! Я постепенно увлеклась перебором тряпок, вспоминая некоторые из вещей, которые видела на ней. Например, её первое бальное платье, - оно, действительно, нашлось в контейнере, и я с мстительным удовольствием подкинула его в кучу вещей, из которых планировала соорудить постель лягушонку. Туда же полетели несколько пар брюк, пальто, накидки, бархатные пиджаки разных цветов и несколько трикотажных блузонов.
  Почти на самом дне я нашла два тонких шелковистых свитера из настоящей ангоры. Мммм, немыслимая роскошь! Некоторое время в моей душе боролись два зелёных земноводных: лягушонок и жаба. После короткой, но жестокой борьбы жаба победила за явным преимуществом, и я отложила свитера себе. Похоже, Линн даже не надевала их, а мне серо-голубой и бирюзовый идут, так что с удовольствием буду носить!
  Взяв немаленькую охапку одежды, я понесла её в каюту. Свалила рядом с кроватью. Потом вернулась за второй партией. Разложила всё наподобие матраса, подоткнула, расправила, сверху накрыла одноразовым постельным бельём и пошла в рубку за заморышем.
  Там было тихо, лягушонок спал праведным сном. Я осторожно подобрала с пола блокнот и, не удержавшись, решила посмотреть, что он там рисовал весь вечер. Первое же изображение привёло меня в некоторый шок. У Маугли оказался настоящий талант рисовальщика! По крайней мере, рисунки были выполнены вполне профессионально.
  Их оказалось много - около пятидесяти, и на всех была изображена Линн. Линн в одежде, Линн без одежды, Линн смеющаяся, Линн сердитая, Линн задумчивая, заигрывающая, соблазняющая...
  Лягушонку удалось очень точно передать выражение её лица, глаз, манеру держаться. В этих рисунках он как будто рассказывал всю историю их взаимоотношений. Вначале подруга выглядела просто дружелюбной, заинтересованной, а на последних страницах Линна представала уже охваченной страстью. Маугли изобразил её обнажённой. Даже не просто обнажённой, - Вайятху, прямо-таки с детской непосредственностью, выписал... эээ, некоторые анатомические подробности её тела непропорционально большими, как будто они поразили его. И сама Линн куда больше походила на хищницу, преследующую свою жертву, чем на нежную, заботливую опекуншу, которую я видела на экране. Хм, тут явно было о чём подумать...
  Положив блокнот на стол, присела на корточки и тронула кикиморыша за плечо. Он не шелохнулся, продолжая посапывать, и я заколебалась, - может, оставить его тут? Мысленно приказала Део держать открытыми двери в рубку и в каюту, на случай, если он всё-таки проснётся и пойдёт меня искать. Попросила вообще будить, если что-то будет не так, как должно быть, и ушла спать. Сил еле-еле хватило на то, чтобы принять короткий душ, а потом я упала на кровать и мгновенно отключилась.
  
  Следующее утро для меня наступило уже через пять часов, когда в голове, прямо посередине какого-то сумбурного сна, прозвучал чёткий голос Деоны:
  - Тэш, тебя вызывает Линна. Тэш, просыпайся, ты просила разбудить, когда она позвонит. Тэш!
  С трудом разлепив глаза, я попыталась сфокусировать взгляд на экране.
  - Сейчас, Део... Подержи вызов, мне надо одну минуту всего.
  Я сползла с кровати и прошлёпала в санузел, где потратила целых две пригоршни холодной воды, чтобы проснуться. Ну, по крайней мере, воспринимать окружающее начала.
  - Привет, Линн, - поздоровалась я, войдя в каюту.
  Подруга тревожно смотрела с экрана. Выглядела она тоже не очень... презентабельно.
  - Тэш, его ищут! Подняли на ноги сотрудников безопасности, Альдор просто по стенам бегает! Такой злой, нервный... Накричал на меня вчера. И спать не пришёл.
  - Это нормально, - ответила я, усмехнувшись про себя. Ещё бы ему не бегать... - Меня никто не подозревает?
  - Вроде, нет. Но они умеют складывать два и два. Скоро попытаются добраться и до тебя. Срочно уходи в гипер!
  Я кивнула. Пожалуй, она права, как никогда.
  - Уйду, прямо сейчас, только вот нам надо прояснить несколько вопросов.
  - Давай тогда быстрее!
  - Угу, первый: мне нужны деньги, причём много. Сама понимаешь, медицина, жильё, обучение...
  Линна помялась, а потом нехотя призналась:
  - Я тебе уже положила на кредит-карту довольно большую сумму.
  - Да? Когда это? У меня никаких сообщений о поступлениях не было!
  - Потому что я стёрла его из памяти карты. Это было в последний день, когда мы заходили в кафе. Помнишь? Ну, когда ты отлучалась? Твоя сумка оставалась на стуле, вот я и... перевела, дождалась сигнала о поступлении и стёрла его. Видишь ли, я сделала отзываемый перевод. Подумала, что, если ты не согласишься мне помогать, то я смогу быстро забрать деньги обратно, и ты ничего не узнаешь, пока не вернёшься домой. А там всегда можно сказать, что произошла ошибка...
  Я только покачала головой. Линн, конечно, хитрая, но не умная! Как будто её муж не станет проверять расходы! Но, к моему удивлению, подруга сообщила, что у неё есть тайный счёт, на котором лежат её собственные деньги, о которых Альдор ничего не знает. Вот оттуда она и взяла почти половину.
  - Это папин подарок на свадьбу, - пояснила она. - На всякий случай... Мало ли что.
  Я восхитилась предусмотрительностью её родителя. Старый прожжёный лис! Как будто в воду глядел...
  - И сколько ты перевела мне?
  - Двести тысяч.
  - В кродах?
  - Ну, естественно! Не в миррах же...
  Мирры были собственной валютой Мирассы, и в Содружестве, естественно, хождения не имели. Я облегчённо выдохнула: с одной проблемой разобрались. Двухсот тысяч должно хватить с лихвой на всё.
  - Теперь по поводу докторов. Есть у тебя контакты с высококлассными специалистами, особенно генетиками?
  - Н-нет... Хотя, погоди. Сейчас отправлю тебе координаты папиного секретаря, сошлись на меня, и проси у неё, кого хочешь. Только не говори, для чего тебе.
  - А она сама не скажет?
  - Ха, папин секретарь - это киборг, почти как твой навигатор, только круче. Если произнести кодовое слово, то она никому ничего не скажет. Просто в начале разговора скажи, что ей привет от Тамрии. Запомнишь? Тамрии.
  - Не я, так Деона запомнит, - отмахнулась я. - А ты уверена, что твой папочка не в курсе останется?
  - Да, да, уже раз сто проверено было!
  Я недоверчиво хмыкнула. Ох, вряд ли... Не производил родитель Линны впечатление эдакого легковерного простачка. Скорее всего, это был просто пароль для его непутёвой дочки и, заодно, гарантия, что в затруднительной ситуации она не пойдёт совсем уж налево помощи искать. А притвориться, что он не в курсе её дел - это проще простого. Ну, может, всё и к лучшему обернётся, если её папаша будет знать, что я делаю для его наследницы...
  - Хорошо. Будем надеяться, что всё пройдёт гладко. Теперь по поводу таблеток для замо... Вайятху. Ты узнала, что это за лекарство было?
   Линн вздохнула и покачала головой.
  - Нет, муж успел очистить все шкафы и тумбочки в своей спальне. Я смогла только найти несколько обёрток под кроватью, но не знаю, то ли это, что ты просила, или нет.
  - Ладно, скидывай, что есть... - разочарованно сказала я.
  Линна приложила к экрану, одну за другой, четыре порванных упаковки из-под лекарств, каждую с обеих сторон.
  - Деона, сохрани это и восстанови, что возможно... - скомандовала я кибер-ассистенту.
  - Да, Тэш, - отозвалась машина.
  - Ладно, тут один момент... Ты говорила, что Вайятху ловили около моря, так?
  - Вроде, да.
  - А почему он мне сказал, что не знает, что такое улица?
  - Понятия не имею... Может быть, ты его неправильно спросила? Для обозначения пространства снаружи дома есть специально слово: бародэ. Попробуй ещё раз!
  - Угу, спасибо. Ещё вопрос... Линн, что ты с ним сделала?
  - Что?.. - на лице подруги появилось искреннее недоумение. - О чём ты?
  - Я имею в виду, что он тебя боится... Даже не столько тебя, сколько... твоих интимных частей тела. Поэтому я спрашиваю, что ты с ним сделала? Только не ври, Линн, у меня уже времени нет. Правду!
  Подруга опустила голову и, если мне не изменило зрение, покраснела. Вот это новость! Краснеющая Линн - это уже из разряда фантастики! Всевидящий, да что ж там случилось-то?!
  - Ничего я не сделала... Ну, во всяком случае, ничего особенного... Уверяю тебя! Совершенно обычная вещь... Всего лишь оральные ласки... ну, что тут такого?! Это все делают! Я не понимаю... почему он... Из-за чего он так...
  И она захлюпала носом.
  Н-да, действительно, странно... Неужели за сто лет сексуального рабства Вайятху ни разу не делал этого для своих хозяев? Быть не может... Или тут дело именно в том, что хозяева были мужчинами, а Линн - женщиной? Или в том, что она не была его хозяйкой, на которую он был запрограммирован?
  - Линна, перестань рыдать! Скажи мне ещё вот что: почему деду твоего мужа подарили раба-мальчика? Почему не девочку?
  Подруга ещё раз всхлипнула и пояснила:
  - Вайятху девочками не бывают. Только мальчиками.
  - Ладно, поняла... Спасибо, Линн! Теперь давай прощаться, я прямо сейчас пойду готовиться к гипер-прыжку.
  - Тэш... - тихо попросила подруга, - пожалуйста, дай мне посмотреть на него! В последний раз...
  Я только покачала головой. Н-да, воистину странное действие оказывает кикиморыш на её мозги!
  - Деона, - мысленно спросила я. - Что там в рубке?
  - Твой пассажир проснулся, сидит на полу.
  - Ладно, переведи вызов Линн туда. Пускай попрощаются, если уж ей так приспичило.
  - Как скажешь, Тэш.
  Странно, но в голосе машины мне почудились недовольные нотки. С чего бы?
  - Линн, сейчас тебя Део переключит на рубку, он там. Прощайся, я мешать не стану. Даже не пойду туда. Просто прошу, постарайся его не пугать, ладно?
  Она молча кивнула, продолжая заливаться слезами. Просто Вограны знают, что такое!
  Экран погас, и я, наконец, вздохнула с облегчением. Вот ведь, устроила прямо трагедию, в духе архаичных авторов. Так и ждёшь, что кто-нибудь из них сейчас травиться или топиться побежит! Чтоб им...
  Я успела умыться, одеться и убрать кровать, когда Деона сообщила, что Линна отключилась. Пожав плечами, посмотрела на часы: десять минут! Однако, прощание проходило с размахом, судя по всему. Ну, надеюсь, я не обнаружу сейчас остывающий трупик лягушонка, убитого расставанием с госпожой...
  - Деона, срочно готовь катер к гиперу. Подготовительный период - полчаса максимум. Минимум - пятнадцать минут. Начали.
  - Хорошо, Тэш.
  Я вышла из каюты и, нехотя, пошла в рубку. Просто ноги не передвигались! Ну их, к диосам, я терпеть не могла трагедии, а там за версту пахло всемирной катастрофой! Войдя, я убедилась, что была права. А так хотелось обмануться!
  Лягушонок сидел на полу, обхватив колени руками, и громко всхлипывал. Вот, Вограны его побери, ещё и этого утешать надо! Я присела рядом, положила руку ему на плечо и доброжелательно спросила:
  - Эй, эй... Маугли! Не надо плакать!
  Кикиморыш послушно вытер глаза руками и выдавил из себя:
  - Госпожа... Вайятху нет... совсем нет! Ничей... Вайятху умирать, если ничей... до конца умирать!
  И опять затрясся. Вот наказание! Ну, ведь просила я её: не расстраивай ты это недоразумение! И на тебе. Что, интересно, она ему сказала-то? Продолжая поглаживать рыдающего заморыша по голове, мысленно попросила:
  - Деона, воспроизведи мне их разговор, только с переводом.
  И началось!
  '- Долло, Долло, мой малыш! Я скучать очень!
  - Госпожа? Госпожа?..
  - Да, да, госпожа любить, скучать, не хватать малыш Долло... очень сильно!
  - Госпожа, простить... Простить... Вайятху делать что-то не так?
  - Нет, совсем нет!
  - Почему Вайятху здесь, белая комната, серая комната? Вайятху виноват? Простите, простите! Больше не говорить, молчать, молчать всегда! Даже господин бить, Вайятху молчать!
  - Долло, Альдор тебя бить?!
  - Нет, нет... хотеть, но не бить. Вайятху испугаться... но больше не! Взять домой. Пожалуйста! Вайятху бояться!
  - Долло, Долло, мой малыш! Я не мочь взять, потому что господин сердиться! Находить Долло и сильно-сильно бить... до смерть! Я не хотеть так! Я спасать свой Долло, я просить Тэш помочь! Тэш быть настоящая госпожа для Долло!
  - Госпожа? Госпожа?! Нет, пожалуйста... пусть дома, Вайятху хотеть дома... Не здесь!
  - Долло, милый, слушать внимательно, очень внимательно! Я любить Долло и хотеть добра! Понимать?
  - Да...
  - Я думать о Долло очень-очень сильно! Я спасать свой малыш, передать Тэш. Она твоя госпожа. Настоящая!
  - Но...
  - Да, малыш... Теперь Вайятху не иметь имя. Больше не. Только Тэш дать имя. Вайятху слушать Тэш! Очень много слушать Тэш! Только Тэш! Понимать?
  В ответ рыдания.
  - Вайятху понимать?
  - Д-да...
  - Тэш дать новое имя Вайятху. Старое нет. И не быть. Прощай, Вайятху... Я помнить тебя. Всегда-всегда...
  - Госпожа, госпожа!..
  - Нет! Госпожа нет! Тэш есть! Всё! Прощай!
  Отчаянные рыдания лягушонка. И вдруг, в самом конце. На лингве:
  - Пусть Всевидящий хранит тебя...'
  Сигнал окончания связи.
  Я продолжала сидеть, как примороженная, машинально гладя всхлипывающего кикиморыша по плечу. Та-ак, это что такое сейчас было-то? Отказ от Маугли, что ли? То есть, Линна дала понять Вайятху, что у него больше нет хозяев, теперь он не их собственность, а моя? Так, что ли?
  Рррррр... Ещё бы понять, что теперь у него в голове после такого прощания будет. И ещё же имя! Если у него теперь нет имени, и если это означает то, что я думаю, то... Дав ему новое имя, я закреплю свои права на него? Так, что ли?
  Уф, надо попробовать.
  - Вайятху не умереть. Вайятху жить с Тэш. Белая комната. Хорошо!
  Рыдания усиливаются. Ну, что за...
  - Маугли успокоиться. Тэш успокоиться и говорить. Маугли слушать.
  - Маугли кто есть? - спросил кикиморыш, вытирая ладонями лицо.
  - Ты есть Маугли! - для верности я ещё ткнула его в грудь, чтобы уж любые сомнения рассеять. - Вайятху есть Маугли!
  Лягушонок недоверчиво моргнул.
  - Тэш... моя госпожа? Моя госпожа дать новое имя?
  - Да! - Вограны его знают, новое или совсем-совсем старое. Впрочем, это неважно, главное, что имя другое! - Вайятху есть Маугли. Понимать?
  Горестно кивает, хотя в глазах уже появилась какая-то надежда.
  - Госпожа... госпожа брать Вайятху? Совсем?
  - Угу, - кивнула я. Вот именно что совсем. Со всеми болячками и проблемами. Совсем. Вот ужас-то!..
  Лягушонок, всё ещё вздрагивая, вытянул ноги, потом лёг на спину, закрыл глаза и сообщил:
  - Вайятху быть готов, госпожа...
  Я уставилась на него в недоумении.
  - Что быть готов, Маугли?
  - Госпожа брать... Вайятху готов.
  Я потрясла головой. Как его, к диосам, 'брать' нужно?! Увидев моё недоумение, кикиморыш принялся объяснять мне, что надо вызывать лекаря. А до того я должна поставить ему своё клеймо.
  - Чтоооооо? - взвилась я. - Что клеймо?!
  Вайятху испуганно сжался.
  - Господин дать клеймо... Раньше господин тоже давать... И до - тоже давать клеймо...
  - Где?! - взревела я.
  Перепуганное недоразумение торопливо продемонстрировало мне шею, подмышку и бедро. Приглядевшись, я рассмотрела три аккуратные, маленькие отметины, явно выжженные на коже, причём уже довольно давно. Каждое из них изображало одну и ту же эмблему: крест, составленный из звёзд и обвитый какой-то ползучей тварью. Эстеты, чтоб их Плорад пожрал, потом отрыгнул и снова пожрал! Вообще в дикость ударились... Лягушонка метили, как животное!
  Хотя, возможен другой вариант - закрепление установок, налагаемых на его мозг при смене хозяина... Нет, вряд ли, боль, скорее, способна разрушить их... Тогда, может, наоборот - как раз разрушение предыдущих установок, чтобы можно было заложить новые?.. Это что же получается - теперь мне надо его жечь?! Мрак!
  Я стиснула зубы, чтобы не выругаться вслух. Клеймо, гипноз, Вограны знают, что ещё... А у меня осталось десять минут до гипера! Или меньше?..
  Деона спокойно проинформировала меня:
  - Тэш, системы корабля проверены, начата подготовка к гипер-прыжку. Третья ступень. До прыжка осталось двенадцать с половиной минут.
  Так, значит, все трагедии откладываются на потом. Сначала гипер, а потом будем разбираться с остальным.
  - Маугли, слушать Тэш! Внимательно! Госпожа эээ... брать Маугли позже! Сейчас надо лечь готовиться прыжок! Вставать, идти каюта!
  Лягушонок послушно поднялся, хотя, судя по кофейным блюдцам, в которые превратились его глаза, ничего не понял и перепугался. Но спрашивать ни о чём не решился. Я потащила его за собой, на ходу пытаясь сообразить, как сделать так, чтобы он лежал спокойно во время прыжка, причём, без меня. Ведь мне-то придётся вернуться в рубку. Времени нет, совсем... Пожалуй, придётся действовать жёстко. Эх, ну почему всё летит кувырком?! Ни одного дела не удаётся сделать так, как задумано!
  В каюте я уложила лягушонка на свою кровать (всё равно он не видел ещё, как я сплю на ней, так что должен был пережить этот момент) и быстро зафиксировала его тело специальными ремнями, чтобы он не пострадал во время гипера. Всё-таки отличный у меня катерок! И каюта - не только каюта, а ещё и лазарет, и гипер-капсула. Поэтому я могла не беспокоиться о том, переживёт ли заморыш ускорение. Надо только усыпить его, на всякий случай... Ну, это быстро.
  - Маугли, Тэш делать чуть больно, немного! Маугли спать, потом Тэш будить... Всё хорошо! Маугли с Тэш! Тэш заботиться. Понимать?
  Кофейные блюдца превратились в чайные, из которых плескало ужасом, но лягушонок послушно повторил пересохшими губами:
  - Вайятху слушаться... Госпожа говорить что, Вайятху делать...
  Я про себя опять выругалась. Ну, что за оранжерейное растение! По полчаса ему приходится объяснять, что надо сделать, иначе обморок обеспечен. К Вогранам, некогда мне быть нежной сейчас... Модуль выдвинула, снотворное в инъекционную установку заправила, надо колоть.
  Подвела установку к предплечью, прижала посильнее и... наглядно увидела, что на страх у лягушонка действительно неадекватная реакция! Вот уж некстати, так некстати. Некогда мне его успокаивать традиционным образом!
  Так, ну, помнится, я уже думала, как решить эту проблему медикаментозным методом. К снотворному добавился релаксант, надеюсь, доза не слишком велика... к диосам! Выйдем из гипера, будем разбираться... А теперь - спать! Кикиморыш покорно закрыл глаза, хотя, по-прежнему вздрагивал. Несмотря на то, что у меня самой времени на подготовку оставалось всё меньше, я тратила драгоценные секунды на то, чтобы убедиться, что процесс пошёл. Да... расслабился. Уф! А теперь - вихрем в рубку, в кресло и быстро пристёгивать крепёжные ремни. Пять минут до прыжка.
  Галопом просмотрела данные о выходе, параметры прокола... координаты... готовность гипер-установок... В последние две минуты быстро приказала Део заложить другие координаты точки выхода. Геона, конечно, дальше от Второй, чем спутник Даос, но зато у меня будет время, чтобы как следует подготовиться к возвращению домой. И если кто-то уже отслеживает мой маршрут, пусть он допустит ошибку. А если и не допустит, то мой новый конечный пункт - такое захолустье, что два гипера подряд - целое событие для них, а диспетчеры любят поболтать... Восемьдесят против двадцати, что я вычислю преследователей.
  Деона укоризненно сообщила, что данные для выхода заданы слишком поздно, но ввела всё, что я просила, и отчиталась, что катер к прыжку готов. Я заняла необходимое положение.
  - Део, выдвигай колпаки. Начинай считать.
  В полу вокруг моего кресла возникла щель, похожая на чёрную черту, из которой начал подниматься прозрачный купол гипер-капсулы. Я знала, что вокруг кровати, на которой лежал лягушонок, происходило то же самое. Капсула должна защищать то, что заключено внутри, даже если во время прыжка возникнут какие-то проблемы, не приведи Всевидящий.
  Прозрачные лепестки сомкнулись у меня над головой, создавая иллюзию целостной оболочки, и одновременно Деона начала обратный отсчёт:
  - Двадцать... девятнадцать... восемнадцать...
  Обычно в эти секунды я ни о чём не думаю, просто жду, когда наступит ни с чем несравнимое ощущение пространственного переноса материи на миллиарды комсеков, в заданную точку. Передать словами это невозможно, это нужно пережить. Среди пилотов кораблей бытует байка, что гипер-прыжок или принимает тебя, или отвергает. Если принимает, - то каждый раз ты будешь испытывать чувство необъяснимой эйфории, если нет - это будут худшие мгновения твоей жизни. Пилоты, кстати, шутят, что они - последние ненаказуемые наркоманы Галактики, потому что летают просто, чтобы прыгать в гипер...
  Не знаю, как Космос отнесётся к лягушонку, но мне повезло. Для меня прыжок - это как слияние с бездной, мгновенная потеря себя, растворение в потоке частиц, которые вечно несутся через пространство, свободные и неуловимые, подчиняясь лишь собственным законам, неведомым живым существам...
  - Пять... четыре... три...
  Я ещё успела подумать о лягушонке и пожелать ему заснуть до прыжка...
  - Два... один... Пуск!
  Головокружительный полёт сквозь пространство, которое поглощает меня и становится мной...
  
  Глава седьмая.
  
  Когда я открыла глаза после гипер-прыжка, то сначала, как обычно, вслушивалась в звуки корабля. Слава Всевидящему, ни сигналов тревоги, ни тем паче, сирены, не было. Можно было выдохнуть и выбираться посмотреть, как там кикиморыш.
  Защитная капсула с тихим шорохом уползала обратно в пол, освобождая меня из своего кокона. Крепления ремней отстёгивались с тугими щелчками. Ну, надеюсь, лягушонок не испугается, когда они вокруг него запрыгают...
  - Привет, Део, - поздоровалась я.
  Неважно, что наш последний разговор состоялся всего несколько секунд назад, - во время прыжка время ощущается иначе, может показаться, что прошло несколько минут. А некоторые пилоты утверждали, что ухитряются прожить аж целую жизнь, в каком-то параллельном мире. Но я в такие россказни не очень-то верила. Впрочем, пойди, проверь, что у него в развоплощённом мозгу творится в это время...
  - Привет, Тэш, - ответила Део, - поздравляю с успешным выходом из прыжка.
  - Спасибо! - это традиция, а традиции мы свято соблюдаем, даже если сами над собой смеёмся... - Как пассажир?
  - Спит, - отрапортовала ассистент. - По физическим показателям с ним всё нормально.
  - Угу, это очень хорошо. Пусть пока поспит, мне надо кое-что сделать...
  Покряхтывая, выбралась из кресла, попутно откидывая защитные ремни, не успевшие спрятаться в места креплений. После гипера меня всегда немного покачивало, но это были пустяки. Ощущение единения со всем огромным, пронизанным светом космосом медленно уходило из тела. Последними вечный холод покидал пальцы рук и ног... Всё! Можно жить дальше!
  На внешних экранах медленно вращался диск Геоны. Захолустная планетка, прямо скажем, но мне в данном случае это было только на руку. Я связалась с местными Службами контроля за околопланетным пространством, подтвердила выход из гипера и проинформировала их о своём дальнейшем маршруте. Получила координаты начала оси, времени вылета и попрощалась с наблюдателем, который отслеживал моё появление.
  Потом села перед экраном вифона и вытащила из засекреченных архивов список людей, повторно встречаться с которыми мне бы не хотелось. Вопреки распространенной практике, я не уничтожала эти коды доступа, просто откладывала в 'чёрный список' на 'чёрный' же день. Например, как тот номер, который я поставила сейчас на вызов.
  Прошла одна минута, пошла вторая. Но я не отключалась, потому что знала - это правила игры. Те, кто не в курсе, уже нажали бы кнопку отмены звонка. Две минуты... И вот он - сигнал ответа. Только экран остаётся чёрным. Всё правильно, - я помнила, что Эдор не любит светиться перед незнакомыми людьми. Даже первым никогда не отвечает. Вздохнув, начала разговор сама:
  - Привет, Комсо! Это Тэш из Коппарна. Возможно, ты меня помнишь? Мы как-то встречались на Паламе, ты помогал мне грибочки собирать.
  Спустя мгновение из черноты экрана донёсся знакомый низкий, бархатный смешок.
  - Привет, Жужелица.
  О, как будто он меня только что вспоминал! Ну, я-то знаю, что это не фокус. С тех пор, как все, кому ни лень, обзавелись кибер-консультантами, каждый щеголяет 'феноменальной памятью'. У меня тоже почти на каждого знакомого заведено 'досье', с диоснимками, записью голоса, привычками и всё такое. Мало ли...
  - Я слышал, те грибочки под корень извели потом?
  Ещё бы! Кому понравится плантация галлюциногенных грибов прямо рядом с лагерем отдыха для детей? Плакать по этому поводу я точно не собиралась...
  - Так что там у тебя? - лениво поинтересовался мой невидимый собеседник. - Опять ботанические изыскания проводишь?
  - Если бы! - подстраиваясь под его манеру говорить, протянула я. - Теперь меня фауна больше заботит.
  Опять донельзя сексуальный, томный смешок.
  - И что за проблемы с фауной?
  - Нужно провезти один экземпляр на Вторую, но нигде не регистрировать, не фиксировать его прибытие вообще. Это возможно?
  - Всё возможно в этом мире. - Эдор-философ! Обалдеть... - Если постараться... Что ты можешь предложить?
  - Ну... скажем, десятитомник. Из первых рук.
  - Мммм... а на пятнадцать не растянешь?
  - Хм... Ну, тогда мне нужны ещё легенды. Для фауны.
  - Двадцать томов - и выбирай любые.
  - Пятнадцать. И мне нужны уникальные. Под заказ.
  - Совсем-совсем уникальные?
  - Ага.
  - Ну, и кто в главной роли?
  - Он должен тебе понравиться...
  По мере того, как я описывала лягушонка, мой невидимый собеседник реагировал всё более удивлёнными возгласами. Наконец, когда перечень параметров для документов был исчерпан, он, не удержавшись, спросил:
  - Кого ты там отрыла, Жужелица? Это что, новый вид?
  - Нет. Это вообще не вид. Единичный экземпляр.
  - Ааааа, вот оно что... Ну-ну, даже интересно.
  В конце концов, мы сошлись на том, что для меня организуют посадку в космопорту, но на частную площадку, со специальным сотрудником Встречающей и Провожающей службы. Дальше, через два-три дня, ко мне на квартиру должны будут привезти новые документы для лягушонка, хотя как Эдор сможет их состряпать, с учётом всех сложностей, я не представляла. И за всё это я должна буду выложить двадцать тысяч кродов.
  Пока же мне предстоял перелёт до Второй, длиной в четыре дня. Как раз должно хватить времени, чтобы закончить некоторые дела и приучить Маугли к мысли, что он поменял не только хозяйку, но и планету...
  Забежав в каюту и полюбовавшись на физиономию спящего заморыша, я быстро приняла душ и переоделась. Потом послонялась по камбузу, что-то съела и вернулась в рубку. Ну, пора переходить к самому неприятному моменту...
  - Деона, мне нужна информация о клейме, таком как у Маугли. Какой степени это были ожоги, возможность использования боли, как катализатора для уничтожения старых психоустановок и подготовки к новым. Ещё посмотри, пожалуйста, можно ли использовать обезболивающие.
  - Сделаю, Тэш.
  - И, кстати, как его ставить вообще, это клеймо?
  - Поищу. Может, где-то в архивах сохранились сведения.
  - Поищи, - грустно сказала я и подошла к экрану, на котором мерцали звёзды.
  Нет, ну полный мрак! В наше-то время, когда слетать в другую планетарную систему стало так же просто, как когда-то съездить в соседний город, я вынуждена придумывать, как мне выжечь клеймо на живом существе! О, Всевидящий, до сих пор не могу поверить...
  - Тэш, требуемые сведения найдены. Смотри.
  И на экране появились диоснимки старых изображений, явно из архива. И снимки были, мягко говоря, неприятными...
  - Вот это - подлинные старые приспособления для клеймения скота.
  - Кого?
  - Животных. Домашних животных, Тэш.
  - А, поняла...
  - Вот это - более поздние клейма, электрические, игольчатые. Обрати внимание, что после их использования шрамы остаются куда тоньше.
  Обратила.
  - А это - последние из действительно использовавшихся когда-то устройств, лазерные. От них оставались самые тонкие шрамы. Иногда их применяли на людях.
  Я содрогнулась.
  - Теперь, что касается самого клейма. Чтобы остался нестираемый рисунок, это должен быть ожог третьей степени А. С последующим образованием струпа. Получается путём воздействия на кожные покровы предметом, разогретым до 900 - 1500 градусов. Что касается обезболивающих, то мне кажется, применять их бессмысленно, если установка на снятие психических кодов лежит через боль. Потом - можно. Но сам процесс должен быть естественным. Межу прочим, неплохим анестезирующим действием обладают эндорфины, выделяемые мозгом в момент удовольствия.
  - Удовольствия? - пробормотала я. - А что... это как раз возможно. В саааамый такой момент... Нет, лучше чуть позже, а то закрепится такая ассоциация, будет у кикиморыша одной фобией больше... Ясно, Деона, спасибо.
  - Не за что, Тэш. Всегда рада помочь. Кстати, пора вылетать - наше время.
  - Давай, сама справишься?
  - Думаю, да, - с гордостью ответила ассистент.
  Возможно, это было неправильно - вложить в её программу именно такие интонации, когда она говорила о своём непосредственном предназначении, зато они передавали мои собвственные чувства: я гордилась своим кибер-помощником, потому что она, действительно, была классным навигатором!
  Улыбнувшись своим мыслям, я вернулась к насущным проблемам. Значит, так. Придумать из чего сделать клеймо, выжечь его на лягушонке, поменять его психологические установки... О, Всевидящий! А какие новые установки я должна ему дать?! Не убегать, не возражать, не мешать, делать всё, что скажут?! Или наоборот? Как я могу взвалить на себя решение о том, каким он должен быть?! Не знаю, кому это под силу, мне - точно нет! Вот так заложишь что-нибудь, а оно потом войдёт в противоречие с его личными устремлениями, и что? И всё, психическое расстройство обеспечено... Или отложить программирование до посещения специальной клиники?
   Я попыталась представить себе, как прихожу в кабинет гипнолога и говорю, что мне необходимо перенастроить раба, да ещё и сделать это после того, как я поставлю на нём клеймо, прямо тут, на глазах врача! Всё, вызов сотрудников охраны порядка мне будет обеспечен, и хорошо, если сам врач не пострадает... Подпольно сделать то-же самое? Эдак я до конца жизни буду трястись, в ожидании шантажа. К диосам, чего я трушу-то? Это же просто маленькая операция. Совсем маленькая... Ещё бы самой в это поверить! Хуже всего то, что главным составляющим этого действия должна быть боль... Всевидящий, если б кто знал, как я не хочу этого делать!!!
  Так, ну, поплакалась, а теперь вперёд, на камбуз, искать что-нибудь вместо настоящего клейма. Хотя, какая разница-то? Ведь я не собираюсь картинки рисовать на кикиморыше, значит, в принципе, можно использовать любой металлический предмет, лучше маленький. Мне же вообще нужен только механизм запуска разрушения старых установок!
  Тихо бесясь от злости, я облазила все кухонные агрегаты на камбузе и поняла, что открытого пламени мне не найти. Разогревочный шкаф для накаливания металлических предметов не подходил, духовой - тоже. Ничего, похожего на плиту, на моём камбузе отродясь не стояло. Ну и ну, проблема нашлась там, где её не ждали...
  В самый разгар погрома шкафа с инструментами в багажном отсеке, который я устроила, Деона невозмутимо сообщила, что Вайятху проснулся и зовёт меня. Торопливо бросив всё, я пошла в каюту.
  Он и вправду ждал меня: как только увидел, так просиял, вскочил с кровати, упал на колени и обнял мои ноги.
  - Госпожа, госпожа... потерять вас... думать один остаться...
  - Нет, нет! Тэш ждать, что Маугли просыпаться и идти есть. Хотеть?
  Лягушонок с энтузиазмом закивал головой. Ну, ясное дело...
  - Пойти где есть, - сообщила я ему и повела на камбуз.
  Там повторилось представление 'самый невоспитанный Вайятху в данном секторе Галактики', после которого пришлось убирать пол и отмывать самого лягушонка. А всё потому, что он ухитрился уронить на себя и на пол черничное пюре. Зрелище было незабываемое! Особенно, когда испуганный заморыш начал синеть, в цвет размазанной по его животу ягодной массе.
  Я от души повеселилась, глядя на него. Потом отвела в душ и велела вымыться как можно быстрее, чтобы не расходовать зря воду. Кикиморыш тут же струсил и воду вообще включать не стал, в результате чего мне пришлось оттирать его синий живот специальными очищающими салфетками.
  А потом я опять взялась за поиски чего-нибудь, что могло бы мне помочь провести эту дурацкую процедуру клеймения. Обнаружив, что фантазия моя в данном случае бессильна, я обратилась к Деоне, и мы совместными усилиями установили, что где-то в каюте у меня должна валяться настоящая декоративная свеча. Я, смутившись, вспомнила, что покупала её на какой-то планетке, куда летала с парнем, который на тот момент мне ужасно нравился. И у меня были вполне романтические, но от этого не менее глупые мысли о вечере при свечах... Помнится, еле-еле нашла такой раритет в одном сувенирном магазине. А парень неожиданно остался на планетке, и домой я летела одна. Злая и обиженная, как Вограны знают, кто. Но свечка так и осталась.
  Совместными же усилиями мы с Деоной установили, где может быть искомый предмет, и я его успешно обнаружила в тумбочке, на дне нижнего ящика. Что касается способа, каким эту самую свечу можно было поджечь, то я точно помнила, что у меня в ящике с инструментами болталась зажигалка, тоже на случай непредвиденных неприятностей, типа аварийной посадки на неизвестной планете...
  На роль клейма был выбран один из сборочных ключей, используемых для снятия с дверей шлюза дополнительных креплений. Наконечник был как раз нужной формы: два полукольца, соединённых перемычкой. Размер, вроде, тоже подходил. Я, памятуя старинную притчу о хозяине, слишком сильно любившем свою собаку, и поэтому отрубавшем ей хвост каждый день по чуть-чуть, не собиралась эту процедуру повторять. Хватит одного раза!
  Пока я бегала по катеру, обыскивая помещения в поисках то одного, то другого, лягушонок, как тень, ходил за мной следом. Не пытался помочь или как-то поучаствовать, но не отставал ни на шаг. Когда я собрала всё, что требовалось, в каюте (процедуру клеймения решила проводить именно там, поближе к медицинскому оборудованию) и села ещё раз перечитать сведения о том, какие медицинские препараты необходимы, чтобы лечить термические ожоги, он уселся на пол, возле моих ног, и задумчиво сказал:
  - Госпожа сама делать надо что? Не лекарь?
  - Нет, не лекарь, - отозвалась я. - Нет лекарь космос. Но не беспокоиться, Тэш знать, как надо делать.
  Кикиморыш торжественно кивнул и сказал:
  - Если что-то плохо, не страшно. Вайятху не бояться смерть теперь. Есть госпожа! Умереть не пугать.
  Я оторвалась от экрана.
  - Зачем смерть? Всё быть хорошо.
  Он снова торжественно кивнул головой, словно заранее меня прощая. Я скривилась: значит, без госпожи Вайятху умереть нельзя? А теперь, когда он не 'бесхозный', и смерть стала не страшна? Да чтоб этих умников из императорского клана с их психологическими играми приподняло и шарахнуло! Мерзавцы... Усилием воли постаралась отодвинуть от себя все мысли, кроме тех, что относились непосредственно к предстоящему действию. Остальное потом, если это безумие благополучно закончится...
  На всякий случай, я сводила заморыша к его любимому вакуумному туалету и получила в конце всё тот же результат. Впрочем, сейчас мне это было только на руку. Ключ уже давно грелся в пламени свечи, лекарства были расставлены рядом с кроватью, медицинский модуль завис над изголовьем, фразы для перепрограммирования я записала в блокноте, чтобы не забыть в самый ответственный момент.
  - Ложись, - велела я, наконец, кикиморышу, перепроверив всё, наверное, в пятидесятый раз.
  Он послушался и принял точно ту позу, в которой лежал на полу, когда сообщил мне о клейме.
  - Теперь Тэш привязывать Маугли, - негромко сказала я и принялась закреплять его тело ремнями, как в прошлый раз.
  - Вайятху лежать смирно, - уверил лягушонок и улыбнулся пересохшими губами, вызвав у меня что-то вроде шока.
  Его жечь собираются, а он улыбается! Вот, паршивец... Такое ощущение, что я одна тут в предобморочном состоянии. А все остальные прямо-таки герои-спартанцы! Закрепив его, как следует, я посмотрела на орган лягушонка, упрямо торчащий вверх. Что-то там Деона вещала насчёт эндорфинов... А почему, собственно, нет? И я решительно приступила к делу.
  Сначала глаза заморыша от неожиданности расширились. Но он тут же принялся вертеться, всячески пытаясь подставить как можно большую поверхность тела под мои ладони. Почти невольно я втянулась в процесс. Тем более, что цветовые эффекты не заставили себя ждать - сначала, почти привычно, проступил сиреневый, а потом, сменяя друг друга, разлились бордовый и малиновый. Им на смену пришли фиолетовый и синий, бирюзовый и голубой, а потом завертелась такая вьюга, что я уже не успевала понять, какие оттенки вижу.
  На этот раз я не стала растягивать удовольствие, как ни хотелось мне отдалить момент клеймения. Всего через пару минут лягушонок затрепетал в судорогах оргазма. Но, даже сумасшедший калейдоскоп цветов, вспыхивающих на его теле диковинными росчерками, вместе с восторгом вызвал у меня в этот раз почти болезненное ощущение страха. Всё, больше откладывать нельзя, пришло время Х.
  Я осторожно взяла накалившийся ключ, мысленно взмолилась Всевидящему об успешном окончании этой экзекуции и мысленно же приказала Деоне контролировать состояние лягушонка. Только болевого шока мне тут не хватало, если что... Дождавшись момента, когда он почти успокоился, я сильно прижала ключ к его бедру, в том месте, которое обычно закрыто бельём. Деона тут же начала отсчёт секунд у меня в мозгу:
  - Раз...
  Лягушонок вздрогнул, хрипло застонал, и с его тела начали стремительно исчезать все цвета.
  - Два...
  Стон стал громче, постепенно переходя в сдавленный крик.
  - Три...
  Он задёргался, пытаясь отодвинуться от обжигающей его железки.
  - Четыре...
  Лягушонок кричал уже, не сдерживаясь, в глазах стоял ужас.
  - Пять...
  И вдруг что-то случилось: крик стих, как будто выключили звук. Я убрала ключ и испуганно посмотрела на кикиморыша. У него было совершенно спокойное, даже немного отстранённое лицо. Глаза смотрели прямо перед собой, в потолок, но казались абсолютно пустыми. Я положила ключ трясущимися руками и наклонилась к нему:
  - Маугли?.. Маугли, ты слышишь меня? Маугли, ответь... Это Тэш! Ты слышишь?
  И он ответил! Тихим, монотонным голосом:
  - Я слышу тебя.
  Но, вместо радости, я испытала очередной шок. Лягушонок говорил на лингве! Причём, совершенно чисто, без малейшего акцента!
  
  Глава восьмая.
  
  На несколько мгновений у меня в голове образовался космический вакуум. Я просто сидела и таращилась на заморыша во все глаза. Ну, допустим, я с перепугу обо всём забыла и заговорила с ним на родном языке. Но ведь он-то раньше его не понимал! И разговаривал со мной только на каком-то неопознанном наречии! И вдруг - на тебе! Лингва, да ещё и безупречная!
  Я сжала руки, так что ногти впились в ладони, и попыталась собрать мысли в кучку. Что ещё за номера? Значит ли это, что лягушонок всё время притворялся? Не похоже... В этом случае он как-нибудь, да выдал бы себя... И вообще, чтобы так играть, нужно быть сверхгениальным актёром! А Линн что, - тоже прикидывалась?! Но ей-то зачем? Полная ерунда... И какой смысл делать из постельной игрушки полиглота, да ещё и учить его скрывать свои познания?! Нет, такие рассуждения ни к чему не приведут...
  Надо подумать, что может быть ещё. Сейчас лягушонок явно в изменённом состоянии сознания, значит... Что это значит? Например, то, что его подсознание лингву знает, а сознание - нет? Или что это знание было специально закрыто от него психоустановками и всплывало только вот в такие моменты перепрограммирования?.. Но тогда получается, что установки ему давались на лингве... Слава Всевидящему! А то ещё неизвестно, что именно я вложила бы, пытаясь изъясняться на ломаном каком-то там...
  Зато стало понятно, каким будет первое изменение. Так, сосредоточились, вспомнили, что команды подаются короткими, повторяющимися фразами, приказным тоном. Ну, поехали...
  - Слушай меня. Ты - Маугли, это твоё имя. Тебя зовут Маугли. Понял?
  - Я понял, - прошелестел он.
  - Ты умеешь говорить на лингве. Умеешь. Ты проснёшься и будешь помнить этот язык. Будешь говорить на нём и понимать его. Повтори.
  - Я знаю лингву, могу говорить на ней...
  Отлично, теперь переходим к остальным пожеланиям.
  - У тебя новая хозяйка, Тэш. Ты веришь Тэш и слушаешься её. Веришь и слушаешься. Тэш ты веришь. Повтори!
  - Я верю Тэш и слушаюсь её, - монотонным голосом ответил лягушонок.
  В глазах у него, по-прежнему, не было и проблеска сознания. Больше всего он напоминал сейчас зомби. Хотя я и понимала, что так должно быть, но не могла отделаться от ощущения какого-то иррационального страха. То, что сейчас лежало передо мной, не было личностью, это было что-то иное... Матрица? Заготовка? Чистый лист? Ох, как бы не напортачить с письменами-то...
  Составляя список того, что я хотела изменить, долго колебалась, надо ли мне заявлять на него хозяйские права, да ещё и закладывать это на подсознательном уровне. Но потом решила, что надо. Учитывая, что до сих пор наличие хозяина было для Вайятху основой стабильности мира, не стоило сразу полностью разрушать его базовые установки. Лучше сделать это позже. Например, введением кодового слова.
  - Маугли, ты должен освободиться от всех установок и начать жить самостоятельно, если Тэш скажет тебе, что ты свободен. Тэш говорит: 'Ты свободен', и ты уходишь. Понятно?
  - Да, понятно.
  Я подавила сомнения и продолжила:
  - Ты не должен бояться спрашивать Тэш о том, чего не понимаешь. Тэш ответит. Не бойся спросить Тэш. Не надо бояться!
  - Не буду бояться... - монотонно ответил лягушонок.
  Ну, теперь немного о фармакологии.
  - Маугли, у тебя больше не будет зависимости от лекарств, которые ты принимал. Ты сможешь обходиться без них. Ты будешь жить без этих лекарств. Ты понял?
  - Да. Я буду жить без лекарств.
  Конечно, некоторый риск оставался, но... Део так и не смогла определить, что за дрянь была в таблетках, которыми пичкали лягушонка. На восстановленных этикетках состава указано не было. Только названия, сплошь незнакомые, даже ассоциаций никаких не вызывающие. Производство - местное, мирасское. Впрочем, кто бы сомневался... Эти генные кудесники, небось, и в фармацевтике чудеса творили.
  Просчитав все возможные варианты, мы с Деоной пришли к выводу, что процентов на семьдесят можно было допустить, что заморышу давали что-то, тормозящее мозговую деятельность. Вроде сильных транквилизаторов, со специальными добавками. Поскольку снимки головного мозга лягушонка искусственных предметов не показывали, а заторможенность явно была налицо, то мы сошлись во мнении, что его кормили чем-то перорально. Возможно, и эффект накопления имел место быть.
  Конечно, оставался шанс, что это были стимуляторы сердечной деятельности, или гепапротекторы, или ещё, Вограны знают, что... Но, если была возможность избавить его от такой зависимости, то этим надо было пользоваться. Гипнологи уверяют, что работа с подсознанием может излечить почти любое заболевание, а у лягушонка проблем, несовместимых с дальнейшим существованием, вроде бы, не было... Подумав, я решила, что риск себя оправдывает. Ну, а если что - медблок под боком.
  Та-ак, теперь самая сомнительная часть установок. Вот не знаю, что получится, не могу даже просчитать, во что это выльется, но возможных осложнений, ох, как не хочется...
  - Маугли, ты не должен пытаться получить сексуальное удовлетворение с кем-либо, кроме Тэш. Искать другого партнёра для секса нельзя. О получении сексуального удовлетворения тебе разрешается просить только Тэш. Ни с кем другим ты не должен пытаться заняться сексом. Просить об этом ты можешь только Тэш. Повтори.
  - Просить о сексуальном удовлетворении я могу только Тэш. Никого другого...
  - Да, только Тэш. Ни с кем больше не говорить на эту тему. Понял?
  - Да, я понял, - до чего же невыразительный голос, аж мурашки по спине...
  Понимаю, что звучит как-то эгоистично и двусмысленно, сама морщусь, закладывая это в голову бедного заморыша. Но, если на секунду представить, что ко мне в гости случайно заглядывает знакомая, и лягушонок... эээ, вдруг проявляет свою обычную реакцию на стрессовую ситуацию, то у меня будет не просто головная боль.
  Во-первых, не хотелось бы стаскивать с него радостную подругу (а у меня есть такие, даже не сомневайтесь!), а во-вторых, не хотелось бы отдирать заморыша от любого, кто его погладит или приласкает, хотя бы случайно. Не все ведь такие стойкие, как я. Вон, достаточно вспомнить Линн, которую аж трясти начинает, как только она его видит. Где гарантия, что ещё кто-нибудь не почувствует что-то похожее к кикиморышу?
  А если ещё припомнить, с каким удовольствие он предоставлял себя в моё распоряжение, зная, что хозяева у него есть, то страшно даже представить, что он будет вытворять, когда, рано или поздно, останется один... Я, конечно, приложу все усилия к тому, чтобы обучить его необходимой сдержанности и правилам поведения, но... Это будет, судя по всему, ещё очень не скоро. Так что запрет, думаю, не будет лишним. Ну, а я, как-нибудь, постараюсь умерить его аппетиты.
  Был большой соблазн подкорректировать реакцию лягушонка на страх или волнение, но я решила с этим повременить. Пока неизвестно, естественным ли образом это происходит, или потому, что так задано установками, - не стоит сходу ломать всё. Если его не программировали на возбуждение, то моё вмешательство могло привести к развитию заболевания в дальнейшем. Сначала посмотрим, подумаем, попробуем другие методы...
  Ну, и последнее, - то, что мне очень мешало:
  - Маугли, если Тэш разрешает тебе пользоваться своими вещами или мебелью, то ты можешь это делать. Тэш разрешила - Маугли пользуется. Можно. Ты понял?
  - Да... - даже голос у него был какой-то серый!
  Ну, всё, с такими изменениями, вроде, жить уже можно. А если что, коррекцию проведём, слава Всевидящему, для этого его больше жечь не надо.
  - Маугли, слушай меня. Слушай мой голос. Когда я скажу 'три', ты проснёшься и будешь помнить свои предыдущие жизни с другими хозяевами. Ты будешь спокоен, потому что Тэш с тобой. Ты не будешь бояться.
  Я сглотнула, ладони были совершенно мокрыми. Всё? Вроде, всё.
  - Раз... два... три! Маугли, просыпайся!
  Совершенно неожиданно жизнь вернулась в круглые зелёные глаза, уставленные в потолок. Лягушонок медленно заморгал, потом повернул голову, нашёл меня взглядом и облегчённо вздохнул:
  - Сагите...
  - Можно просто Тэш, - поправила я его.
  - Тэш, - робко повторил он, словно боясь коснуться моего имени.
  - Да, - я энергично кивнула. - Так хорошо: Тэш!
  - Тэш... - сказал он тихонько и вдруг засмеялся.
  - Что? - посмотрите-ка на него, ещё и веселится!
  - Смешное имя, - выдал этот паршивец и опять захихикал.
  - Почему смешное? - обиделась я. - Нормальное имя!
  - Смешное, - покачав головой, ответил зелёный кикиморыш.
  Так, ну, слава Всевидящему, он опять позеленел! И переход на лингву произошёл незаметно и безболезненно. Такое впечатление, что заморыш даже не заметил, что говорит на другом языке. Теперь можно, наконец, заняться и его бедром.
  Я наклонилась к ожогу и внимательно его осмотрела. Да, впечатляет... Пожалуй, за всю жизнь таких ран не видела. Брррр... Представляю, как это должно болеть!
  - Полежи спокойно, мне нужно полечить тебя, - предупредила я кикиморыша и потянулась к выставке лекарств, стоящей рядом на столике.
  Стерильная салфетка, охлаждающая пена... Теперь таблетка и стакан специального напитка. Всё!
  - Как ты себя чувствуешь? - поинтересовалась у слегка поблёкшего недоразумения.
  Похоже, процедуры были не слишком приятными.
  - Хорошо, сагите, - а губы-то задрожали. Словно почувствовав это, лягушонок облизнул их.
  Хм, показывает, что он 'стойкий оловянный солдатик'? Вот уж не надо! До сих пор в ушах звенит его крик... Надо бы заморыша отвлечь, и самой отвлечься.
  - Так почему тебе моё имя кажется смешным?
  - Простите, сагите...
  - Тэш. Я же просила!
  - Да, сагите... Тэш... Просто у госпожи оно должно быть другим - Линна, Ромина, Асварда... А у вас оно, как у господина... Альдор, Торес, Мидош, Тэш...
  - Хм, скажи спасибо, что я ещё не заставляю тебя его полностью произносить. Знаешь, как оно звучит? Телларионеша!
  Кикиморыш невольно хрюкнул. Ну, обычная реакция, я уже привыкла... Впрочем, имя - это было единственное, что я могла поставить в вину маме. В остальном она всегда была безукоризненна.
  - Поэтому радуйся, что я сократила его всего до трёх букв, и привыкай, что меня зовут именно так! А теперь, я буду очень довольна, если ты постараешься заснуть.
  Ну, а успокоительное в питье будет тебе в помощь... Заморыш послушно закрыл глаза и буквально минут через десять засопел. Вот и славно. А мы пока регенерирующее излучение включим... Полностью оно шрам не уберёт, но менее заметным - точно сделает. Зачем Вайятху носить на себе такое уродство?
  Убедившись, что он крепко заснул, я потихоньку освободила его от ремней и ушла, наказав Деоне следить за состоянием пациента. Рухнув в кресло пилота, я закрыла глаза и, наконец-то, расслабилась. За последние сутки нервы словно в клубок смотали. И устала я - ни сказать, ни описать. Пара часов у меня точно есть, так что надо воспользоваться ими. Неизвестно, что будет потом. Я решила полежать, благо, кресло можно было перевести в горизонтальное положение. Мысленно приказала Деоне включить в рубке звук морского прибоя и, сама не заметила, как заснула.
  
  Проснулась я от голоса кибер-консультанта, которая настойчиво повторяла:
  - Тэш, у твоего пассажира повысилась температура. Пульс учащённый и усиленная выработка лейкоцитов.
  Я открыла глаза, в очередной раз с тоской вспомнила, что собиралась проваляться всю обратную дорогу, читая романчики, и поплелась в каюту. Заморыш и вправду выглядел неважно: он был какого-то багрово-серого цвета, тяжело дышал и вздрагивал. На сон это было совершенно не похоже. Я наклонилась, подняла веко и убедилась, что он без сознания. Вот только этого мне и не хватало!
  - Деона, какие рекомендации?
  - Жаропонижающее, антибиотик, охлаждение на рану, внутривенно физиологический раствор. Он почему-то активно теряет жидкость из организма.
  Вот ещё новости... как это он может терять жидкость? Куда она там, к диосам, девается?! Испаряется, что ли? Я быстро подняла простыню, которой был накрыт лягушонок и обомлела. Он просто-таки плавал в какой-то непонятной, буроватой жиже!
  - Деона, что это?! Из чего это состоит?
  - Железо, кальций, гемоглобин, эритроциты...
  - Погоди, это что... его кровь?!
  - По составу похоже, вполне возможно, что так и есть. Во всяком случае, соответствие на семьдесят шесть и три сотых процента.
  - Почему он истекает кровью?! У него что, внутренние ранения? Что с ним такое, Део?!
  - Я не знаю, Тэш. У меня нет данных. Я не наблюдаю ранений, и повреждений внутренних органов тоже не вижу. Возможно, это какая-то физиологическая реакция на боль или на процедуру клеймения. Возможно, спонтанное выделение, соответствующее человеческому потоотделению.
  Я поперхнулась. Это вот - пот? Жидкость, на сколько-то там процентов состоящая из крови - это его пот?! Всевидящий, я рехнусь с этим подкидышем!
  - Деона, срочно начинай лечение, как планировала. Только вот надо убрать это как-то...
  Медицинский модуль пришёл в движение, аппарат подъехал ближе, опустился, раздался щелчок фиксации лекарства в инъекционной установке... А я сидела, трясясь, в кресле около кровати, совершенно без сил. Нет, это просто уму непостижимо! Я состарюсь и умру ещё до окончания этого полёта, если зелёный паршивец не прекратит подкидывать мне сюрприз за сюрпризом! Просто печёнкой чувствую, что у меня появились седые волосы!! Всё, вылечу мерзавца, а потом сама прибью. Чтобы не мучился, и других не мучил. Только такая дура, как Линн, могла вообразить, что Вайятху - 'безобидные и нежные', ничего подобного! Это самые гнусные в Галактике мотатели нервов тем несчастным, которые имели глупость их пожалеть...
  - Тэш... - неуверенно донеслось с кровати.
  В следующее мгновение я уже стояла рядом, вглядываясь в него. Огромные зелёные глаза казались обведёнными коричневыми кругами, губы как будто ссохлись, кожа облепила череп... Ужас. Даже не кикиморыш, а реальный зелёный зомби. Впрочем, какой там зелёный! Серо-синий, с фиолетовыми пятнами.
  - Тэш, - прошелестело это привидение, - я умираю?
  - Вот ещё! Что это ты себе придумал? Ничего подобного! Сейчас мы тебя полечим, и сразу станет легче. А если будешь себя хорошо вести, я... почитаю сказки. Хочешь?
  - Хочу... А что это такое?
  Вот тебе на... Заморыш не знает, что такое сказки? А что, очень может быть, что и не знает!
  - Я найду интересную историю про что-нибудь волшебное, и тебе её расскажу. Ладно?
  - Да... - в глазах проснулось что-то, похожее на слабый интерес. - А что я... должен сделать... для этого?
  - Выздороветь, - категорически заявила я. - Начинай прямо сейчас, хорошо?
  Он послушно кивнул.
  Всевидящий, ну сделай так, чтобы это не оказалось какой-нибудь неизвестной науке болезнью, от которой Вайятху умирают в течение нескольких дней! Потому что наблюдать за тем, как он угасает, я уже совсем не смогу... Неужели я тащила его с этой Мирассы, чтоб её Вограны побрали, только для того, чтобы оставить вечно плыть в холодном космосе?!
  Автоматика продолжала свою работу, консультант мысленно докладывала мне о том, как себя чувствует эта бледная немочь, и по всему выходило, что экстренные меры помогли: пульс нормализовался, отток жидкости прекратился, вон, даже фиолетовые пятна начали зеленеть, придавая скорбной физиономии лягушонка совсем уж умопомрачительный окрас...
  Дождавшись, пока он стал выглядеть почти нормально, я встала и, стараясь не показывать, что коленки у меня подгибаются, вышла. Пара минут без этого чудовища мне просто необходимы! Плакать, конечно, не стала, но Всевидящего благодарила очень горячо. Я до сих пор никого не хоронила и совершенно не рвалась делать это сейчас. Да мне Линн голову оторвёт, если с её драгоценным Вайятху что-нибудь случится! Впрочем, теперь это не её, это мой драгоценный Вайятху... Чтоб его Плорад слопал и не подавился! Положительно, мне надо кого-нибудь из них прибить: или Линну или этого недокормыша. Просто для успокоения нервов!
  Сделав дыхательные упражнения, я посидела несколько минут в рубке, настраивая себя на единение с Космосом, - очень помогает, кстати... Какое дело вечному Космосу до какой-то букашки, именуемой Маугли, до его мааааленьких проблем и неприятностей. Всё проходит, как справедливо заметил один из архаичных правителей, пройдёт и это.
  На сей радостной ноте я пошла читать сказки совершенно уже зелёному паршивцу, и делала это аж целых два часа, пока он опять не уснул. Потянувшись и размяв уставшие мышцы, я спросила Деону:
  - Ну что, есть новые данные по поводу того, что это с ним было?
  - Пока нет. Есть пять болезней, которые характеризуются похожими симптомами, но вероятность заражения твоего пассажира одной из них стремится к нулю. Скорее всего, это спонтанное выделение, связанное с самоочисткой.
  - Что? Какой самоочисткой?!
  - Человеческий организм тоже делает нечто подобное в критической ситуации. Внезапный пот, рвота, жидкий стул...
  - Мммммм, - замычала я. - Не хочешь ли ты сказать, что он ещё и... эээ, что-нибудь наделает под себя?!
  - Не стала бы полностью отвергать подобную идею. В выделившейся крови было повышенное содержание токсинов.
  - Оп-па... Откуда токсины?
  - Полагаю, из его организма. Причём, судя по всему, должна была быть довольно большая концентрация. Я бы предположила, что у него идёт очень интенсивная чистка.
  Тут, наконец, до меня дошло:
  - Ффу ты, Вограны побери это земноводное!! Деона, знаешь, что произошло? Это последствия моего вмешательства в его психику! Я же перенастроила его на жизнь без лекарств, понимаешь? Без! Ну, и что должен делать организм, забитый ими под завязку? Естественно, избавляться от них! Что он и делает. Несколько непривычно для человека, но, надеюсь, эффективно. Что ж, тогда и вправду, возможны... эээ, всякие неожиданности.
  Облегчение было таким огромным, что я, не удержавшись, рассмеялась. Вот это перепады: я тут в трагедию чуть не ударилась, боюсь, что мне лягушонка хоронить придётся, а его, того и гляди, пронесёт. Ну, анекдот! М-дааа, своеобразное чувство юмора у Всевидящего... Впрочем, не возражаю! Лучше уж смеяться, чем плакать.
  Предупредив Деону, чтобы она была готова на случай прочих... очистительных мероприятий, которые вдруг приспичит выполнить заморышу, я ушла в рубку. Однако, этот паразит медленно, но верно, выживал меня из собственной каюты. Может, пора уже перетаскивать сюда подушку и одеяло?
  Я просмотрела, наконец, материалы, которые консультант подобрала по расам со сходными признаками, и поморщилась. Ни одна не подходила! Были Перьяу, у которых кожа имела слабый зеленоватый оттенок, но они жили в воде, и на суше могли находиться только недолгое время. Ещё на другом конце галактики жили Корапорды, у которых, единственных, сохранились хвосты. Но это были здоровенные такие туши, которым требовалась подпорка, чтобы стоять, а Вайятху был, наоборот, субтильный, как подросток. Ну, ещё встречались у некоторых рас большие глаза, хрупкое строение тела, длинные пальцы... Но, всё это наличествовало по отдельности, а не скопом, как у моей проблемы. В-общем, происхождение лягушонка по-прежнему оставалось загадкой. Ну, перевалим её на плечи генетиков. Возможно, они смогут понять, из кого же сделали такое чудо-юдо...
  Я перешла к следующей проблеме: где мы будем жить. Надо было уточнить требования к будущему жилью и начать искать его. Слава Всевидящему, теперь мы находились в зоне нормальных информационных каналов, так что я смогла подключиться к сети Содружества и получить сведения о продажах домов. Не самые свежие, конечно, но понять, на что я могу рассчитывать, было можно. Закопавшись с головой в диоснимки, карты, описания, сметы и рассрочки, я не заметила, как пролетело время, и спохватилась только, когда по корабельному времени стукнуло десять вечера.
  - Деона, что там в каюте? - спросила я, торопливо группируя контакты и предложения, которые мне понравились больше других.
  - Всё в порядке, - ответила машина. - Твой пассажир ещё спит, и ничего особенного с ним не происходит.
  - Что ты думаешь делать с ним дальше? - поинтересовалась я.
  - Продолжить всё то же самое и добавить кормление.
  - Ох, ты! - А и вправду, я совсем забыла покормить заморыша! - Поднимай его тогда, Део. Я приготовлю что-нибудь поесть.
  Примчавшись на камбуз, я быстро соорудила лёгкий ужин и повезла его в каюту. Да-да, у меня для особых случаев и сервировочный столик имелся. Ну, романтичная натура, да...
  Лягушонок лежал по-прежнему на спине, но глазами уже хлопал - значит, Део его разбудила. Вот и ладушки...
  - Смотри, Маугли, что я тебе привезла! - сообщила радостно и осторожно приподняла простыню.
  Уф, слава Всевидящему, - сухой и чистый. Ну, можно и поужинать.
  - Ты любишь бульон? - спросила я, открывая ёмкость с ароматной прозрачно-золотистой жидкостью.
  - Не знаю, - отозвался заморыш, зачарованно наблюдая за тем, что я делаю. - Никогда не пробовал такого.
  - Сейчас и попробуешь, - бодро уверила я, перевела кровать в положение полусидя, отчего кикиморыш испуганно вцепился в края матраса, и поднесла к его губам полную ложку. - Открывай рот.
  Физиономия у него стала совершенно неописуемая! Ну, как будто я сделала что-то из ряда вон выходящее. Таак, интересно, что я забыла исправить у него в мозгу, что он так реагирует?..
  - Маугли, - чуть не по слогам произнесла я. - Ты должен этот бульон съесть. Иначе не поправишься. Так что, открывай рот.
  Послушно приоткрыл, продолжая таращиться на меня.
  - Вкусно? - уточнила, на всякий случай.
  - Угум, - кивнул он, не сводя с меня глаз.
  Под этим взглядом я почему-то начала нервничать. Чего он, к диосам, так уставился-то? Что, у меня нимб появился над головой?!
  - Маугли, - осторожно поинтересовалась я. - С тобой всё в порядке?
  Кивнул.
  - И нет никаких проблем?
  Помотал головой.
  - Тогда ешь нормально и перестань сверлить меня глазами! Дырка скоро будет!
  Заморыш вздрогнул, уставился на тарелки и больше глаз не поднимал до самого конца ужина.
  
  Глава девятая.
  
  Накормив голодающего, я собрала грязную посуду и ушла, наказав ему отдыхать дальше, но, не прошло и пяти минут, как Деона сообщила, что лягушонок постанывает. Пришлось вернуться. И тут началось такое!!.
  Даже несколько месяцев спустя, я вспоминала эту ночь, как один сплошной кошмар. Очистка, и вправду, проходила очень бурно! Примерно до половины четвёртого утра из лягушонка периодически лилось, то сверху, то снизу. Под конец я озверела, с трудом дотащила его до 'питона', нацепила насадку, потом туда же приволокла ворох одежды, из которой делала ему постель на полу в каюте, и расположила его прямо в коридоре. Единственное неудобство - лекарства остались в медблоке. Поэтому я периодически носилась туда-сюда, снабжая заморыша, уже почти слившегося по цвету с серым покрытием пола, то питьём, то таблетками, то новыми наклейками на рану, то ещё чем-то...
  Всё это сумасшествие закончилось только около шести утра, когда совершенно измученный кикиморыш отключился прямо в 'питоне', закопавшись в тряпки Линн. Я некоторое время ещё пыталась бдить, но скоро сдалась, и мы мирно уснули на полу. Не хотелось даже думать, что сказали бы обо мне блюстители рабской морали с Мирассы...
  
  Утро началось с того, что у меня жутко затекла нога. Разлепив глаза, я обнаружила, что лягушонок спит, устроившись прямо на моих коленях, да ещё и обнимая их. Покряхтывая, выползла из-под него, подгребла взамен побольше барахла ему под голову и поковыляла в каюту умываться. Полчаса спустя я была уже вполне способна что-то сделать, например, поесть. Несмотря на крайне неаппетитную ночку, голод никуда не делся.
  Я соорудила себе шикарный лариссийский завтрак: порезанные фрукты, горячий байсу, парочка яиц боччи и кофе со сливками. Конечно, не всем нравится этот напиток с пра-планеты, но для меня нет ничего лучше с утра, особенно, если ночка была бурной.
   Закончив с чревоугодием, пошла в камеру поддержания физического здоровья. Вот, как-то не было до сих пор возможности туда попасть. Я не стала давать себе нагрузок в этот раз, а ограничилась массажем, температурными воздействиями и ароматерапией. Немного, но мне хватило, чтобы воспрять духом.
  Выйдя из камеры, я уже была вполне довольна жизнью. Убедившись, что моя проблема всё ещё дрыхнет, пошла в рубку, поинтересоваться, как обстоят дела во внешнем мире. Там всё оказалось более-менее нормально, и я немножко расслабилась. Пока была возможность, занялась делами насущными: ещё раз пересмотрела предложения о продаже домов, получила подтверждение о том, что мне на карту были переведены двести тысяч кродов, и начала искать необходимых специалистов.
  Я как раз дошла до списков наиболее выдающихся генетиков, работающих на Второй, когда из коридора послышался звук, напоминающий скулёж. Не успела я спросить Деону, что это было, как она сама ответила:
  - Проснулся твой пассажир.
  - Ты можешь звать его по имени, - откликнулась я, направляясь к месту дислокации страдальца.
  - Как скажешь, Тэш, - ответила машина.
  И опять мне почудились какие-то нотки недовольства в её голосе. Но расспрашивать было недосуг, - Маугли, действительно, уже возился на куче белья, пытаясь повернуться.
  - Доброе утро, - приветствовала я его. - Что? Ты хочешь встать?
  - Да... И живот болит...
  - Как? Опять?! - ужаснулась я. - Да сколько же в тебе этой дряни-то...
  Лягушонок тут же затих, пытаясь втянуть голову в плечи, и вид у него стал такой... виноватый. Покачав головой, я помогла ему подняться на трясущиеся ноги. Выглядел он кошмарно - скелет скелетом! Аж все рёбра обрисовались под кожей... просто глаза бы не глядели. Дожидаясь, пока он сделает свои дела, я раздумывала над вопросом, как его накормить. У меня было такое впечатление, что кикиморыш просто выжал из себя все соки, превратившись в подобие сухаря, и теперь надо было его заново наполнять жидкостью, только чистой.
  Освободив его от 'питона', я поморщилась: оттого, что он спал прямо в насадке (хотя как он ухитрился это сделать - ума не приложу!), на теле у заморыша образовались довольно глубокие рубцы. Ну, надеюсь, хоть это пройдёт быстро... Я отвела его в каюту, осторожно засунула в санузел, быстро обмыла и снова положила на кровать. Первым делом надо было восполнять обезвоживание. Пока подготавливала аппаратуру и инъекционную установку, лягушонок следил за мной с явным вопросом в глазах, но молчал. Наконец, я всё сделала, подключила его к медицинскому блоку, проверила, как заживает ожог, и села рядом.
  - Сагите, - неуверенно заговорила жертва моих экспериментов с подсознанием. - Сагите... вы продадите меня?..
  Я удивилась.
  - Нет. Почему ты так решил?
  - Я заболел, - помявшись, пояснило это недоразумение, - и ничего для вас не делаю. Наоборот, вы всё время со мной что-то делаете. Такие Вайятху не нужны...
  Подавив желание сказать, что мне и здоровый Вайятху был совершенно без надобности, я улыбнулась:
  - Ничего подобного! Ты скоро поправишься и...
  Хм, а, собственно, что 'и'?.. Я же не собиралась использовать его в том же духе, что и его прошлые хозяева! А, судя по всему, в этом и состоял основной смысл жизни заморыша... Таак, надо срочно начинать агитацию за смену жизненных ориентиров!
  - Я думаю, что тебе будет теперь намного интереснее, чем раньше. Ты сможешь ходить по всему дому, даже выходить в сад и гулять там, когда захочешь. Ты научишься делать множество вещей, которые до сих пор не умел...
  Тут меня перебили с некоторой обидой:
  - Сагите, но меня учили! Хорошо учили! И сагат Альдор, и сагат Порош, и сагат Сванос...
  - Да? - Сомнительно что-то, однако. - И чему они тебя учили?
  - Как делать так, чтобы им было хорошо, чтобы они улетали на четырнадцатое небо от удовольствия...
  - Четырнадцатое?! А почему именно четырнадцатое?..
  - Потому что туда может отвести только Вайятху... Госпожа может довести господина до десятого, но не выше... простите!
  Я хмыкнула, вот интересно, кто это считал у них небеса-то... Аж четырнадцать! У некоторых рас их и больше в мифах бывает, но вот как-то не приходилось мне слышать о таких сексуальных 'проводниках'... Ишь ты, гид нашёлся!
  - Так ты, стало быть, умеешь 'сопровождать' на четырнадцатое небо? - как можно дружелюбнее спросила я.
  Этот скелетон торжественно кивнул. Даа, в таком виде ему только в преисподнюю кого-нибудь сопровождать доверили бы... А вот замечаение насчёт обучения надо было прояснить!
  - И что, тебя каждый господин сам учил?
  - Да. Каждый сам. Сагат Сванос был самый добрый, очень много знал, многому учил... Я был рад доставлять ему удовольствие!
  - А потом?
  - Потом... - кикиморыш погрустнел немножко. - Потом пришёл сагат Порош. Он был тоже добрый, хотя и не такой, как сагат Сванос... Но он тоже учил меня.
  - Чему? - спросила я, изучая нахмурившуюся физиономию лягушонка.
  - Как доставлять ему удовольствие, - с заминкой ответил он.
  Тааак, печёнкой чую, что этот Порош был каким-нибудь извращенцем!
  - И как ты должен был доставлять ему удовольствие?
  Кикиморыш завозился, пряча глаза, но промолчать не посмел:
  - Сагату нравилось использовать разные штуки.
  - Как использовать? - уточнила я.
  Заморыш показал. Меня передёрнуло. Вот же скорродух был этот Порош! Чтоб его Вограны никогда не пропустили сквозь Преграду! Или нет, - пусть пропустят, но потом его точно также там потчуют! Скробос озабоченный...
  - А Альдор? - Не дай-то Вограны, и этот такой же, повёрнутый на весь мозг!
  Кикиморыш расплылся в улыбке:
  - Сагат Альдор очень хороший! Добрый, весёлый и любит меня...
  Тут он опять помрачнел. Никак Линн вспомнил?..
  - А Альдор тоже тебя чему-то учил? - уточнила я, на всякий случай.
  - Да, учил! Много-много учил! Как прикасаться так, чтобы сердце замедлялось... Как ласкать без рук... Как вытягивать язык, чтобы...
  - Так, я поняла, что он тебе нравился, - торопливо перебила я его. Познаний лягушонка вполне хватало, судя по всему, на небольшую сексуальную энциклопедию, вот только изучать её прямо сейчас ни времени, ни желания не было. - А что насчёт госпожи?
  Заморыш тут же потупился и заморгал усиленно.
  - Сагите... сагите... была хорошая. Очень, - промямлил он, принимаясь терзать край простыни.
  - Маугли, - с нажимом произнесла я, заставляя его смотреть себе в глаза, - что у тебя случилось с госпожой?
  Лягушонок извернулся, но ухитрился уставиться вниз куда-то. И губы задрожали! Да что ж там за глобальная катастрофа-то произошла?! Ну, спускать на тормозах эту проблему никак нельзя... Мысленно извинившись, я велела:
  - Маугли, я хочу, чтобы ты мне всё рассказал!
  Ну, он и рассказал. Причитая, смущаясь, глотая слова, временами даже жмурясь. И всё было бы просто смешно, если бы не оказалось так грустно... Если говорить вкратце, то вся проблема упиралась в то, что моя дорогая подруга в первый раз Вайятху просто изнасиловала. Ну, она-то об этом, наверное, даже не догадывалась, но по факту это было именно так. Учитывая, что до этого у лягушонка секс был только с его хозяевами, которые все, как один, были мужчинами, внезапная смена пола партнёра и так-то его ошарашила, а уж то, каким образом Линн добилась от него соития, и вовсе не лезло ни в какие рамки...
  Невольно напрашивался вывод, что Вайятху крайне губительно действовал на её серое вещество! Никогда раньше я не замечала за ней стремления к насилию, или желания переступить через партнёра, или... Или это была область, в которую она меня не пускала. Когда мы учились вместе, я была в курсе её любовных приключений, всегда знала, кто у неё на уме в каждый конкретный момент, но мне и в голову не приходило, что ей могут нравиться типы подросткового вида!
  Ладно, со своими проблемами Линн пусть разбирается сама, а вот что мне делать с Вайятху, которого она сломала? Именно сломала, чего уж там... как к этому не относись, но психика у него, похоже, на самом деле очень хрупкая и ранимая. Если он болезненно реагирует даже на грубые слова, что уж говорить о действиях... И, кроме того, в нём совершенно подавлена воля к сопротивлению. Он не стал противиться даже насилию, ему это и в голову не пришло! Всё, что он смог сделать, это выполнить распоряжение медленнее, чем обычно, на этом его бунт и закончился. Неудивительно, что Линна просто не поняла, что же она сделала.
  М-да, - подумала я, - как хорошо, что лягушонок не видел меня без одежды... Судя по ужасу в глазах, особенности строения женской фигуры пугали его просто до обморока. И... Всевидящий, а я его запрограммировала на сексуальные отношения только со мной! Вот это мы влипли, причём, оба! Хотя, с другой стороны, - где я ему привычного партнёра возьму?! Да ещё такого, который стал бы молчать?..
  Нет, похоже, мне светит ещё и приучение лягушонка к традиционным отношениям... Какого диоса меня понесло на эту планету?! Хоть и говорят, что сожаление об уже сделанном - самая бесполезная вещь на свете, я пожалела, что полетела, уже в сотый, наверное, раз. Жила же до сих пор, не подозревая о красотах Мирассы, ну, не полюбовалась бы ими, ну и что? Зато как спокойно и безоблачно жила бы... а теперь что? Теперь у меня одна большая проблема, куда ни глянь.
  Тяжело вздохнув, я погладила лягушонка по голове:
  - Госпожа не хотела сделать тебе больно. Госпожа думала, что тебе приятно...
  Из зелёных глаз покатились слёзы. Крупные, как капли из душевой лейки!
  - С-сагите... я виноват... больше не буду... Я н-не хотел говорить... Лучше промолчать...
  Эдак сейчас он загонит всё, как можно дальше и глубже. Не пойдёт.
  - Маугли... посмотри на меня!
  Я дождалась зрительного контакта и, как можно убедительнее, продолжила:
  - Ты не виноват. Понимаешь? Не виноват! И госпожа Линна не виновата. Это просто было недоразумение, понимаешь?
  Заморыш послушно кивнул, но, по глазам было видно, что ничего не понял. Ох, Вограны...
  - Маугли, смотри сюда. Вот так тебе приятно? - я провела по его груди рукой.
  Он кивнул, чуть испуганно.
  - А так? - провела чуть сильнее.
  Опять кивнул.
  - А вот так? - ещё усилила нажим.
  Кивнул... и не только.
  - Понимаешь, - пустилась я в объяснения, - ты знаешь наверняка, нравится тебе это или нет. Я могу только догадываться. Чтобы быть в этом уверенной, я спрашиваю о твоих ощущениях. А госпожа Линна, наверное, не спрашивала?
  Отрицательно покачал головой, после еле заметной паузы.
  - Ну, вот! - продолжила я. - А ты сам ей ничего не сказал, верно?
  Вайятху опять покачал головой. А побочный эффект усилился, вот незадача... Это недоразумение вообще, похоже, руками трогать нельзя! Так, о чём это я?..
  - Поэтому она продолжала делать то, что тебя пугало. Если бы ты объяснил, что тебе плохо, она, скорее всего, прекратила бы так делать! Понятно?
  Опять кивнул. И начал сиреневеть, паразит!
  - Поэтому я прошу: если тебе будет неприятно, или больно, или ещё как-то не так, обязательно скажи мне об этом! Хорошо?
  Гуманоид кивнул с самым несчастным видом, и выдал:
  - Мне нравится, сагите... мне очень-очень нравится... Сделайте так ещё, пожааалуйста...
  О, Вограны... И как с ним разговаривать-то?!.
  
  К воспитательному процессу мы смогли вернуться только через час, - и лягушонок был ещё слабенький, и я не торопилась.
  В этот раз у меня всё получилось куда нежнее и чувственнее. Думая о том, что нужно исправлять то, что натворила Линна, я старалась изо всех сил, чтобы доверие лягушонка не поколебалось, и не закралось даже мысли о том, что мне не важны его чувства. Мои старания были вознаграждены таким фейерверком, что я просто рот открыла! Мне всегда казалось, что игра цветов на его теле - процесс бесконтрольный, но тут поняла, что, при желании, он может им управлять.
  Когда я, не сдержавшись, ахнула от особенно волшебного сочетания, Маугли как-то напрягся, и краски словно замёрзли на его теле, то разгораясь, то бледнея, но не меняясь больше. Он держался почти до конца, только когда уже застонал, выгибаясь, волны побежали вновь, в одном ритме с биением сердца... И я опять подумала, что ласкать его - это сродни творческому экстазу. Пожалуй, ничего подобного мне испытывать раньше не приходилось!
  Дождавшись, пока дыхание кикиморыша выровняется, я наклонилась и очень осторожно прикоснулась губами к его лбу. Реакция была совершенно неожиданной, - он вздрогнул всем телом, как будто его кольнули, и приоткрыл губы. Я могла бы поклясться чем угодно, что заморыш ждал поцелуя! А я не стала выполнять его желание. Даже отстранилась, подумав: учись терпеть, земноводное, это тебе пригодится!
  Приведя его в порядок, и снова накрыв простынёй, я некоторое время любовалась ошалелыми глазами кикиморыша, которые он даже сфокусировать не мог толком, а потом ушла, заявив, что ему надо отдохнуть. Ну, и мне не помешало бы... Нелегко иметь, знаете ли, дело с субъектом, который заводится от любого прикосновения! Я ведь тоже не железная, между прочим.
  В рубке я попросила Деону вывести на экран в каюте какие-нибудь древние сказки. Для детей эдак лет от пяти до семи. Более сложные заморыш, наверное, сейчас не осилил бы. Еще попросила докладывать о его самочувствии и переключилась на поиски флайера. Примерно через два часа кибер-ассистент проинформировала меня, что отобранные сказки просмотрены уже три раза, и что Маугли зовёт меня, так как хочет в туалет.
  Я пришла, лягушонка препроводила в санузел, в приказном порядке усадила на стульчак и похвалила, когда он им - наконец-то! - воспользовался. Кажется, призрак 'питона' потихоньку уползал, шипя, в прошлое...
  Не успела я уложить заморыша обратно в постель и пристроить над ним медицинский модуль, из которого он всё время снабжался физиологическим раствором, как Вайятху завёл потрясающий по своей глубине разговор:
  - Сагите, здесь на экране показывали такие истории!..
  - Знаю, это я попросила Деону.
  - А кто Деона? - встревожился кикиморыш, оглядываясь.
  - Это моя помощница.
  - А где она? Я её не видел!
  - Ты её и не увидишь, её можно только услышать.
  - Она... фея?
  - Нет, она робот.
  - Что такое робот?
  - Это искусственный человек.
  - Как это - искусственный?..
  - Сделанный из металла.
  - Зачем?!
  - Он может заменять обычного человека.
  - Зачем заменять?! Разве сагите... негодная?
  Я аж закашлялась от неожиданности.
  - Нет, сагите эээ... вполне годная, как ты говоришь, но я одна здесь, на корабле. И я не успела бы всё делать сама, если бы железная Деона мне не помогала.
  - Что делает железная сагите? - опасливо осведомился кикиморыш, натягивая простыню повыше.
  - Ну... управляет кораблём, например, пока я ухаживаю за тобой.
  - Что такое корабль?
  - Это вот, - я повела рукой вокруг, - всё вот это. Где мы сейчас находимся.
  Маугли огляделся, вид у него стал недоумевающий.
  - Это? Это дом, сагите...
  Я покачала головой:
  - Нет, корабль. Деона, покажи ему какой-нибудь диомульт о космосе и кораблях, обучающий.
  В результате просмотра лягушонок оказался в глубочайшем шоке, и я с трудом отговорила его от желания немедленно залезть под кровать и ждать прибытия в порт именно там. Его мир не просто раздвигался, он начинал вращаться, болтаться, кружиться и рушиться. Я, конечно, ему сочувствовала, но продолжала раздвигать горизонты. В наш-то век жить под кроватью, - это уже переходило все границы!
  Когда он немножко успокоился, то начался обвал 'почему', 'зачем', 'кто', 'что', 'сколько', 'откуда' и тому подобных вопросов. Час я ещё держалась, а потом позорно капитулировала, велев Деоне объяснять самой Маугли всё, что ему покажется непонятным. Но использовать понятия и слова, доступные пяти-шестилетнему среднестатистическому рабёнку. И вообще, я попросила своего консультанта, в случае любого недоразумения с кикиморышем, напоминать мне, что гуманоид, по сути, завис в своём развитии. И я должна постоянно иметь это в виду, чтобы не нагрузить его излишней ответственностью, или обязанностями, которые ему пока не под силу.
  Убедившись, что кикиморыш плотно занят процессом познания, я опять улизнула в рубку и погрузилась в выбор флайера. Ох, как это было интересно! Куда интереснее, чем объяснять, почему в космосе висит такое количество звёзд, и приводить доказательства, что они не упадут на нас...
  К концу дня я нашла подходящий дом в пригороде столицы Второй планеты. Не слишком далеко от города, но и не рядом. Домик был небольшим, по сравнению с виллами, которыми застроили окрестности в последние несколько лет, но он удовлетворял всем моим требованиям: уединённость, никаких соседей на расстоянии ближе одного километра, пять комнат, два санузла, площадка для флайера, ангар, даже довольно большой бассейн на заднем дворе. Именно он меня и подтолкнул к окончательному решению. Я обожаю плавать! Иногда мама смеялась, что если бы она не знала совершенно точно, кто мой отец, то непременно заподозрила бы, что им был какой-нибудь водяной.
  Вот теперь можно было вздохнуть с облегчением! Дом найден, запрос на покупку отправлен, марку флайера я тоже выбрала, теперь определиться с врачами и можно спокойно садиться в космопорте. В том, что Эдор слово сдержит, я не сомневалась, для него репутация была дороже всего. А теперь - отдых, отдых, отдых... Честно заслуженный, между прочим!
  
  Я ещё несколько раз заглядывала в каюту, и каждый раз наблюдала обалдевшее лицо кикиморыша, который о чём-то дискутировал с Деоной, робко пытаясь защитить какие-то свои представления о мире, но неизменно проигрывая. Ха, ещё бы было наоборот!
  Зато теперь у меня появилось время спокойно заняться своими делами, да просто помолчать. Посидеть в кресле, ни о чём не думая. Посмотреть сделанные на Мирассе снимки, выбрать лучшие. Послушать любимую музыку. Ещё раз обдумать предпринятые шаги и наметить дальнейшие действия. Просчитать возможные последствия, в том числе, и самые печальные... Словом, подготовиться.
  Когда пришло время ужина, я рискнула приготовить еду и для заморыша, уповая на то, что большая часть дряни из его организма уже вышла. Опять сделала бульон, несколько гренок, и повезла в каюту. Кикиморыш лежал на кровати, всё такой же очумевший от обилия информации. Зелёные глаза были круглыми, как тарелки.
  - Сагите... - жалобно произнёс он, как только увидел меня. - Сагите... это всё правда?
  - Правда, - бодро подтвердила я, понятия не имея, о чём он спрашивает. - И не расстраивайся так, это не страшно!
  Словно противореча, лягушонок зябко передёрнул плечами. Похоже, ему-то как раз было очень страшно. Вот интересно, что там Деона ему рассказала? Ну, теперь было самое время вспомнить, что заморышу прежде всего нужны защита и успокоение.
  - Маугли, посмотри на меня, - ласково попросила я. - Не надо бояться! Ведь всё было точно так и раньше, когда ты не знал об этом, и всё было хорошо! Ну, иди сюда...
  Он охотно прижался ко мне, вздрагивая всем своим худеньким тельцем. Н-даааа, кости и кожа. Срочно откармливать надо! Я гладила его по голове, по плечам, по спине, приговаривая, что буду рядом, буду помогать, оберегать и заботиться. Неожиданно стало его очень жалко: каково ему, такому неприспособленному, ничего не знающему, быть выгнанным, причём, ни за что, ни про что...
  'Ладно, лягушонок, будет у тебя дом, - мысленно пообещала я. - Твой собственный дом, из которого уже никто не вышвырнет на улицу...'
  Успокоив своё земноводное, и с удовлетворением отметив, что он стал зелёным, как весенняя травка, я сунула ему миску с супом, гренки, и велела есть. Что обрадовало, - он повиновался без непонятливых взглядов и шараханья. Видимо, всерьёз оголодал. А я принялась рассказывать ему, как мы будем жить вдвоём: про то, что у него будет его собственная комната, и про сад, в котором будут расти те цветы, что нравятся ему. И про то, что я научу его всему-всему, чего он не знает. И про полёты на флайере, и про прогулки в лесу, и про купания в бассейне...
  Заморыш, в конце концов, бросил есть и заслушался, как будто я ему очередную сказку рассказывала. Мне пришлось взять инициативу в свои руки и начать кормить это недоразумение с ложечки, иначе он так и остался бы голодным.
  Признаться, сначала я опасливо ждала повторения прошедшей ночи, но время шло, и ничего не происходило. Я перевела дух и решила, что мероприятия по экстренной очистке кикиморышева организма, слава Всевидящему, закончились.
  Ночевать мне пришлось опять в кресле, - переложить лягушонка на пол я не решилась. Видимо, придётся отсыпаться уже дома. А в будущем - ставить тут двухъярусную кровать или ещё что-то придумывать. Не буду же я его одного бросать, значит, мотаться будем вместе, как попугайчики-неразлучники...
  Утром следующего дня я проснулась сама, как ни странно, почти выспавшаяся и в хорошем настроении. Открыв двери каюты, застыла на пороге, сначала не поверив своим глазам: заморыш и Деона распевали в два голоса какую-то детскую песенку! Подавившись вопросом: 'Всё ли у моего навигатора в порядке?', улыбнулась, пожелала доброго утра и пошла умываться. Воистину, это недоразумение что-то делало со всеми! Никогда до этого я не слышала, чтобы кибер-консультант пел! Не только мой, но вообще, чей бы то ни было. Да мне даже в голову не приходило, что такое возможно! А тут - на тебе, голосят на пару! Просто что-то, за гранью моего понимания...
  Когда я, умывшаяся, появилась опять в каюте, музицирование уже закончилось, и заморыш тихонько лежал, разглядывая модуль, висевший над ним на консоли. Вроде, сегодня в его глазах было куда больше интереса и, если так можно выразиться, проблесков мысли, чем до сих пор. Переведя взгляд на меня, кикиморыш несмело улыбнулся. От его улыбки внутри что-то встрепенулось. Всевидящий! Неужели и до меня докатилось это всеобщее безумие, и я тоже теперь начну умильно глядеть на него и заливаться слезами?! Нет-нет-нет, мне трезвая голова нужна!
  Решительно отвернувшись, я проверила, в порядке ли каналы связи, и только потом посмотрела на лягушонка. Он выглядел встревоженным. 'Вот и нечего пытаться сделать из меня слюнявую идиотку', - мстительно подумала я, а вслух сказала:
  - Как твой живот? Как бедро?
  Он торопливо отрапортовал:
  - Почти не болит! Чуть-чуть совсем... Сагите, мы долго будем ещё... плыть?
  - Лететь, Маугли, лететь, - поправила я его. - Нет, сегодня вечером уже приземлимся.
  Он не сдержал вздоха облегчения. Похоже, рассказы Деоны про космос были очень красочными. Я уже заранее продумала программу последнего дня пребывания на корабле, но заморыш все планы поломал, заявив, что очень устал лежать. Я быстро осмотрела его (Вограны всё побери! Так и не положила его комбез в чистку!), осталась вполне удовлетворена темпами заживления ожога и позволила ему встать.
  Он тут же слез с кровати и сделал пару шагов, пошатываясь. Я коварно предложила ему самому воспользоваться санузлом и сбежала из каюты под умоляющие причитания, что он не справится. Тем не менее, справился. Даже приполз следом за мной в рубку и уселся рядом на пол. Я не одобрила, но пока промолчала, памятуя об установке: не всё сразу...
  Дел особых у меня уже не было, так что я могла посвятить себя общению с Вайятху. Для начала попросила Деону быстренько составить несколько сборников рисунков, иллюстрирующих используемые на данный момент людьми транспортные механизмы: машины, мобили, флайеры, мопеты и даже старинные, но всё равно встречающиеся, велосипеды. Некоторые рисунки были снабжены фигурками пилотов или водителей. Изображения умышленно были оставлены схематичными и чёрно-белыми, чтобы заморыш мог их, при желании, раскрасить. Помнится, это было одним из разрешённых для него занятий.
  Когда всё было готово, я скопировала весь сборник в блокнот и подала лягушонку, посоветовав посмотреть. Он послушно начал просматривать. Пока это были корабли, флайеры и мобили, он с неподдельным интересом их разглядывал, задавая разные вопросы. Но, когда кикиморыш добрался до двухколёсных мопетов, циклотронов и, особенно, велосипедов, на лице у него нарисовался настоящий ужас.
  - Сагите... - прошептал он. - А за что его так наказали?..
  - Кого? - удивилась я, в недоумении изучая велосипедиста, накручивающего педали на велотреке. Ну ничегошеньки страшного в этом изображении не было!
  - Вот этого... - дрожащим голосом выговорил Вайятху, тыча в картинку пальцем.
  - Почему наказали-то?
  - Его же... на эту штуку...
  - Что?
  - Его же посадили, прямо на эту... машину!
  - И что? - не поняла я.
  - Это же... это же больно... - прошептал он со слезами на глазах.
  Я встряхнула головой: получался разговор двух глухих. Наводящие вопросы ничего не прояснили, тогда я попросила Маугли изобразить, что он имел в виду. Он быстро, свободными штрихами сделал набросок и показал мне.
  Я с усилием закрыла открывшийся рот и попыталась сохранить невозмутимое выражение лица. На рисунке была изображена какая-то непонятная конструкция, действительно, напоминающая велосипед. Даже, пожалуй, тандем. Только вместо двух сидений, там было одно седло и один... ээээ, искусственный фаллос. Причём, гигантских размеров! Если предположить, что тот, кто сидел на заднем сидении, крутил педали (и они там были!), а тот, кто сидел перед ним... ну, скажем, получал всю полноту впечатлений от такой 'езды', то я, пожалуй, понимала, почему лягушонок перепугался.
  Мысленно пожелав всему роду Кальтари провалиться в тартарары, я начала объяснять:
  - Нет же, Маугли. Это вовсе не то, что ты подумал. Этот механизм используется для того, чтобы на нём передвигаться.
  - Передвигаться?! - ужас в глазах лягушонка достиг максимума.
  Хм, ну и фантазия у него!
  - Просто ездить и всё! Деона! Покажи что-нибудь о велосипедах и езде на них!
  'Пока у меня самой в мозгах не сдвинулось что-нибудь!' - мысленно добавила я. Всё-таки это настоящее спасение: иметь палочку-выручалочку в виде кибер-консультанта, который может в любой момент подменить тебя. И которая не будет сидеть, пялясь во внешний экран, в состоянии полной прострации. К Вогранам! Ну, я ведь должна была догадаться, что в жизни у заморыша были и тёмные моменты, а вот поди же... И странно, что такой секс кикиморыш всё равно считал допустимым, а вот женщина вызывала в нём непреодолимый ужас. Кстати, возникает вопрос: а почему же он меня-то не боится? Или принимает меня за... За третий пол, что ли? Мрак!!
  Дождавшись, когда лягушонок уверится, что велосипеды и циклотроны вовсе не являются орудиями пыток, я увела его на камбуз, с мыслью провести один эксперимент. Наполнив его тарелку всякой снедью, я взяла стул, отставила его от стола и велела Маугли сесть туда. Нехотя, с огромным вопросом на всю физиономию, но он повиновался. А потом я выдала ему его обед. Это тоже вызвало всяческие гримасы и испуганные взгляды, но, под моим мягким нажимом, он, вроде бы, смирился.
  Только заморыш начал есть, как я уселась за стол со своей порцией. Вполне ожидаемо, лягушонок немедленно сполз со стула на пол, собираясь пообедать там, но я не позволила, велев ему сесть обратно. Заморыш затосковал: и есть хотелось, и воспитание не позволяло.
  Тут я вмешалась в его страдания:
  - Маугли, я разрешаю тебе сидеть, когда ты ешь. Тебе не нужно больше садиться на пол, слышишь? Ты должен сидеть на стуле!
  Полюбовалась на замечательную смену цветов с зелёного на голубой... нет, на жёлтый... нет, на розовый, на кикиморышевой физиономии, и повторила:
  - Я разрешаю!
  Лягушонок кивнул с самым несчастным видом. Можно подумать, я его несправедливо обидела! Лишила пожалованной возможности есть, как собачка, на полу! Вдох-выдох, посчитала до десяти и спросила:
  - Что не так, Маугли? Тебе не нравится стул?
  - Нет, сагите... простите, сагите... я буду сидеть...
  А мордочка такая, что сейчас заплачет. Что ж это за дела? Почему его на мебели переклинивает буквально?
  - Маугли, посмотри на меня... Вот так. А теперь расскажи, почему ты расстроился?
  С трудом сглотнул, по горлу прыгнул кадык. Трогательно так, прямо цветочек-поредомка...
  - С-сагите... пугает Вайятху...
  О, Всевидящий! Что за заявление? И почему опять в третьем лице?! Ррррррр!..
  - Маугли, говори всё, что хочешь сказать, всё, что тебя беспокоит. Я разрешаю тебе говорить со мной. Мне нужно, в конце концов, чтобы ты говорил со мной!
  Ответом стал град слёз, прямо в многострадальную тарелку, которую он, кажется, и так сейчас уронит. И за что мне это, кто бы сказал?!
  Я встала, подошла к нему, забрала из дрожащих рук еду, поставила на стол и присела на корточки около него. Н-да, видимо, это было неосмотрительно, потому что в глазах у лягушонка появился такой ужас, как будто произошло святотатство, и он начал спонтанно стекать со стула вниз, намереваясь, видимо, бухнуться передо мной на колени.
  - Ма-у-гли! Всё в порядке, честное слово! Я не сержусь, я хочу тебя понять! Что случилось? Почему ты испугался? Чего?
  - С-сагите... Вайятху не должен сидеть... рядом с госпожой... есть рядом с госпожой...
  - Маугли, посмотри на меня! Ну же!
  Так, ладно, со стулом, видимо, всё куда глубже, чем я предполагала... Ох, Вограны, хорошо, сейчас поправим.
  - Иди сюда, ко мне... Ближе, ещё ближе... Вот так! - я обняла трясущееся недоразумение и принялась поглаживать его по голове. Да, я, конечно, не забыла, к чему это приводит в девяти случаях из десяти, но и утешать его сейчас 'на расстоянии' было нельзя. Похоже, для лягушонка физический контакт - не просто приятная, а жизненно необходимая вещь! Вон как сразу прильнул, аж руками в свитер вцепился... - Ну, видишь? Я вовсе не собираюсь тебя ругать или наказывать. Я хочу, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты не боялся и не ждал, что я тебе сделаю больно! Понимаешь? Может быть, ты просто не понял меня, а я - тебя? Расскажи мне, что ты подумал, когда я велела сесть тебе на стул?
  Вздрогнул, помялся, но ответил:
  - Сагите... вы сказали сесть, но ведь мне нельзя... Я подумал, вы хотите наказать меня.
  - Почему? Я ведь сама тебе велела?
  - Всё равно, нельзя. - Он упрямо покачал головой. - Нарушать запреты нельзя!
  - Маугли, хочешь знать секрет?
  - Какой? - глаза опять становятся похожими на блюдца.
  - Запреты устанавливают хозяева? Так ведь?
  - Да...
  - А я кто?
  - Госпожа... хозяйка...
  - Ну, так вот, я снимаю этот запрет. Уничтожаю его. Отменяю. Его больше нет, понимаешь? Нету! Всё, он развеялся, как дым!
  Я дунула на ладонь, изображая, как этот противный запрет улетает от нас подальше, и посмотрела в круглые, зелёные глаза.
  - Его больше нет!
  - Но так нельзя... - Вот упёртый какой!
  - Тебе нельзя, а мне - можно. Я - госпожа! И могу отменять старые запреты или вводить новые, понял?
  Послушно кивнул. Такое ощущение, что в голове у него идёт непосильная умственная работа, прямо вот-вот искры посыплются!
  - Госпожа уничтожила старый запрет? - наконец, выдал этот титан мысли.
  - Угу, - энергично подтвердила я.
  - А... новый? Какой?
  - Ээээ... - что бы придумать? О, знаю! - А новый запрет вот какой: нельзя есть на полу! Только на столе, понятно?
  Кивает, но видно, что совершенно ошарашен. Ну, да... Формально - новый запрет, а по сути - отмена двух старых. Лишь бы мозг не взорвался.
  Конечно, можно плюнуть на эти стулья, Вограны с ними, пусть бы и дальше сидел на полу, но надоело, что он ведёт себя, как домашний питомец. Было и ещё одно соображение, которое заставляло меня настаивать на своём: рано или поздно, но самосознание лягушонка разовьётся настолько, что он начнёт оценивать моё поведение, мои слова, мои действия именно с самого начала нашего знакомства. И если он почувствует фальшь, даже задним числом, я никогда не смогу убедить его, что всегда видела в нём существо, заслуживающее уважения. Если я хочу, чтобы он стал полноценным - надо именно так себя с ним и вести. А какое может быть уважение, если я сижу в кресле, а он - у моих ног, как собачка?
  - Ну, теперь тебе не страшно? - мягко так интересуюсь, без нажима.
  - Почти нет, - бубнит недоразумение мне в плечо.
  И только я собираюсь расслабиться, как он выдаёт:
  - Но сагите всё равно наказывает...
  Вот тебе на! Чего я там опять не так сделала?!
  - Почему ты так решил? - сдержанно интересуюсь.
  Спокойствие, только спокойствие...
  - Сагите не дарит мне удовольствие... не трогает меня. Не ласкает. И мне не разрешает...
  Ой-ёй-ёй... А кто, интересно, только вчера тут извивался в экстазе, хотелось бы мне знать?! Или этого ещё недостаточно?! Ничего себе, аппетиты!
  Я начала осторожно выспрашивать его, уточнять, сопоставлять, и вырисовалась интересная картинка. Прежние хозяева развлекались с Вайятху почти каждый день. Перерывы, конечно, были, но не слишком долгие и всегда по серьёзным поводам. А тут - никаких поводов нет: мы всё время рядом, я никуда не ухожу, заморыш под боком... И, вместо бурной сексуальной жизни, он видит одно сплошное игнорирование с моей стороны. Я соизволяю позаботиться о нём, только тогда, когда он начинает чуть ли не вымаливать моё внимание. Всё, вместе взятое, подвигло его к мысли, что он наказан новой хозяйкой, только вот не может взять в толк, за что...
  Мысленно закатив глаза, я постаралась объяснить, что всё не так плохо. Во-первых, он до сих пор не совсем здоров. Во-вторых, у меня были другие дела, даже очень много дел. В третьих, мне не нужны развлечения так часто. Вполне достаточно... ну, скажем, одного раза в сутки.
  Тут совершенно обескураженный лягушонок спросил еле слышно:
  - Сагите... а зачем я вам тогда?..
  Да-а, вопрос вопросов! Подавив первое движение заявить, что совершенно незачем, потом второе - что я хочу с ним подружиться, выбрала третий вариант, как наиболее близкий к истине:
  - Дело не в том, нужен ты мне или не нужен. Дело в том, что я нужна тебе. Твоя бывшая госпожа просила меня помочь, и я ей обещала позаботиться о том, чтобы ты был счастлив, и у тебя всё было хорошо. Понимаешь?
  Заморыш кивнул, хотя в глазах явно читалось, что эти умозаключения слишком сложны для него. Но, главное, он отвлёкся и перестал думать о наказаниях и развлечениях. Ну, Всевидящий даст, может, он вообще смирится с тем, что его новая хозяйка слегка ненормальная... И секс не любит ещё больше, чем он сам, и дистанцию держать не собирается, и вообще, как госпожа, никуда не годится...
  
  Глава десятая.
  
  Воспользовавшись тем, что кикиморыш впал в натуральный транс, я довела его до стола, посадила, сунула в руки вилку и придвинула поближе к нему его тарелку. Совершенно машинально он принялся неловко ковыряться в ней. А я ушла в рубку, чтобы окончательно не испортить ему аппетит. Потом вспомнила о делах насущных и занялась хозяйством: кинула таки комбинезон лягушонка в чистку, собрала тряпки, бывшие когда-то вещами Линн, и выбросила их в утилизатор. Потом занялась уборкой, активизировав всех специальных роботов. Они поползли по коридору, тщательно вычищая каждый сантиметр поверхности. Подумав, отправила одного в каюту, и двух - в рубку. Пусть наводят красоту.
  Заняв автоматику, пошла проверить координаты полёта. Всё оказалось в норме, никаких неожиданностей не предвиделось, так что можно было со спокойной душой заниматься своими делами.
  Вскоре появился покормившийся Вайятху, и я с удовольствием отметила, что он уже передвигается по кораблю сам, не жмурясь от страха, и не зовя меня на помощь каждые пять минут. И сел он не рядом с моим креслом, а осторожно просочился к левому внешнему экрану и уткнулся туда носом. Я усмехнулась: пускай смотрит. Надо же ему привыкать к мысли, что мир - это много больше, чем его комната, мой кораблик, или целая планета.
  Остальной день прошёл в мелких, но необходимых хлопотах. Я готовила катер к длительной стоянке, паковала вещи, убирала медицинскую аппаратуру, лекарства, продукты. Осмотренный напоследок заморыш был втиснут в свою одежду, а сверху я, поразмыслив, заставила его надеть одноразовый комплект механика. Конечно, выглядело несколько смешно, но вести лягушонка через службы Космопорта в его собственном, облегающем, как вторая кожа, комбинезоне, было бы ещё более экстравагантно. А нам следовало привлекать к себе как можно меньше внимания...
  К моменту посадки я уже нешуточно нервничала. Вроде, всё предусмотрено, всё просчитано, но сколько может произойти всяких мелких случайностей, способных свести на нет все усилия. Ох, Всевидящий! Клянусь, что больше никогда в жизни не повезу никакую контрабанду, даже если это будет блестящий песок с Третьей, которым там засыпаны все пляжи...
  Деона, ведомая маяками и Службой космопорта, безукоризненно выполнила все манёвры и посадила кораблик мягко, как пёрышко.
  - Уфффф, - выдохнула я и прикрыла на секунду глаза. - Ну, ждём обещанного встречающего.
  Пока, во всяком случае, всё складывалось по плану: нас без вопросов сопроводили на частную площадку, приняли и сообщили, что встречающий сотрудник уже отправился к нам. Я морально готовилась к чему-то... сама не знала, к чему. Но, на практике, всё оказалось прозаично и обыденно. На вифон поступил запрос об открытии шлюза, я открыла, и на борт поднялся высокий худощавый мужчина, с чёрными волосами и странными, словно запылёнными, глазами. Быстро показав мне карточку служащего Космопорта, он прошёл в рубку, так же быстро огляделся, спросил: 'Где?', посмотрел на застывшего столбом Вайятху, которого я извлекла из-за рулевой стойки, хмыкнул что-то себе под нос, вытащил блокнот, почти такой же, как мой, только поновее, сделал там какие-то отметки и невыразительно сказал:
  - Катер пока постоит здесь. Через два дня поставим в ангар, и сами решайте, где его хранить. Я ставлю отметку, что всё в порядке. Этого, - и он кивнул на заморыша, - нигде не светите, пока не получите документы. Надеюсь, он не больной?
  - Нет, - убедительно ответила я. Только проблем с карантином мне и не хватало!
  - Надеюсь, что так. В противном случае за последствия будете отвечать сами. Всё. - Он сунул мне под нос свой блокнот. - Приложите.
  Я послушно прижала подушечку указательного пальца к маленькому чёрному окошечку. Ну, здравствуй, милый дом...
  Мужчина снова бросил критический взгляд на Маугли и сказал:
  - У дверей вас ждёт флайер, личная инициатива ваших друзей, ну и, полагаю, так будет проще добраться туда, куда вы собираетесь.
  Я открыла и закрыла рот снова. Неожиданно... но разумно! Действительно, идти сейчас через здание космопорта, как я делала это раньше, или даже на стоянку флайеров, когда следом ползёт такое чудо-юдо, как Вайятху...
  - Простите, а сколько я...
  Меня прервали величественным и, одновременно, небрежным жестом:
  - Вам не о чем беспокоиться. Всё улажено. Постарайтесь только не задерживаться здесь больше положенного времени. Всего доброго.
  Я кивнула, и мужчина удалился, помахивая своим блокнотом.
  Судорожно вздохнула, сама с трудом веря, что всё обошлось: можно выходить, и даже транспорт организован! Не забыть бы багаж... Я заранее сложила вещи в чемоданы, теперь нужно было только забрать их. Выйдя в коридор, я окинула всё критическим взглядом, проверила сумку с Хранителем памяти, потом нажала кнопку на брелоке с ключами, и чемоданы двинулись к шлюзу.
  Тут же сзади послышался какой-то грохот и писк. Я в испуге оглянулась: лягушонок лежал на полу, поджав ноги, и в ужасе смотрел на свалившийся чемодан, который безуспешно пытался подняться, но, естественно, это у него не получалось. Да и не могло получиться, потому что у меня были самые простые, дешёвые модели, у которых присутствовала единственная функция: двигаться на сигнал.
  Я тяжело вздохнула, выключила брелок, поставила чемодан на колёсики, - а он, между прочим, был совсем не лёгкий! - и повернулась к заморышу, который продолжал со страхом глядеть на поднятый багаж, как будто оттуда должен был выскочить медведь и съесть его.
  - Маугли, - как можно спокойнее позвала я. - Не бойся, это просто чемодан, понимаешь? Такая сумка, в которую кладут вещи, когда куда-нибудь едут. Он не опасен!
  Вайятху перевёл глаза на меня и попробовал что-то сказать, но, похоже, лишился голоса. Вот наказание!
  Я подняла его с пола, прислонила к стене и тут только подумала: а как он отреагирует на полёт во флайере? Если его так перепугал обыкновенный чемодан, то что он выкинет, когда увидит, что мы взлетаем? Нееет, к диосам! Я пока не готова знакомиться с его реакциями на незнакомые вещи и события, мне бы добраться спокойно до дома. Что же делать-то?.. Тут я вспомнила, как кикиморыш передвигался по моему кораблю раньше, и решительно сказала:
  - Маугли, я хочу кое-что сделать. Помнишь, ты говорил, что слишком много видеть - это плохо?
  Он кивнул.
  Вроде, с того момента, как заморыш вцепился в мой рукав, он почувствовал себя более уверенно, и я воспользовалась этим. Объяснив, что собираюсь сделать, вытащила из шлёвок куртки, в которую он был одет, пояс и завязала ему глаза. Лягушонок беспрекословно позволил это сделать и, более того, как будто даже обрадовался! Во всяком случае, вести его за руку мне было намного легче. Когда сзади послышалось жужжание двинувшихся за нами чемоданов, он чуть-чуть дёрнулся, но, после успокаивающего похлопывания по руке, расслабился.
  Пока мы шли, я командовала: направо, прямо, повыше поднять ногу... Так мы благополучно добрались до флайера, сели, и я пристегнула заморыша к креслу ремнём. Он опять напрягся, когда машину поднялась вверх, чтобы грузовая платформа поравнялась с шлюзовым порогом. Потом я 'завела' чемоданы внутрь, и борт автоматически захлопнулся. Ура! Можно лететь! Назвав адрес, я откинулась в кресле, и автопилот пожелал нам приятного полёта, заставив заморыша изо всех сил вжаться в кресло.
  Всю дорогу лягушонок судорожно стискивал мою руку, несмотря на уверения, что всё в порядке. Несколько раз флайеру пришлось поменять высоту на особенно загруженных трассах над городом, и каждый раз кикиморыш синхронно менял цвет совершенно непредсказуемым образом: то на синий, то на фиолетовый, то на бледно-коричневый, становясь особенно похожим на человека. И всякий раз мне приходилось успокаивать его. Радовало только то, что он хотя бы не вскакивал и не пытался куда-нибудь бежать, как я боялась. Слава Всевидящему, перелёт до квартала, где я жила, был не слишком долгим, и заморыш не успел совсем сплющить мне кисть руки, хотя очень старался!
  Когда флайер, наконец, завис у причальной площадки пятнадцатого этажа дома, где находилась моя квартира, я осторожно отстегнула Вайятху, а потом потянула его к выходу. Ещё раз порадовалась своей предусмотрительности: согласно последней моде, причал был прозрачным, создавая иллюзию, что ты идёшь по воздуху. Не всем это нравится, но те, кому не нравится, на пятнадцатых этажах не селятся.
  Мне-то нравилось, но вот как бы повёл себя лягушонок - боюсь даже представить... Когда я довела заморыша, по-прежнему, с завязанными глазами, до помещения внутри дома, то оставила его стоять около стены и пошла за чемоданами. Флайер автоматически поднялся, как только мы покинули кабину, и открыл багажное отделение. Я 'высвистала' свою поклажу, которая дисциплинированно съехала на причал и остановилась.
  - Спасибо за то, что позволили доставить вас! - мелодично попрощался флайер и взмыл в воздух.
  Я подхватила кикиморыша под руку, и мы почти побежали, по крайней мере, торопились, как могли, стараясь только, чтобы лягушонок не упал. Чемоданы не отставали. Оглядываясь, как шпион в старинных фильмах, я приложила ключ к пластине замка и, не дожидаясь, пока дверь отъедет полностью, запихнула заморыша внутрь, потом завезла чемоданы и торопливо нажала кнопку 'Запереть'. Когда стена бесшумно восстановила свою целостность, я вздохнула с таким облегчением, что лягушонок встревожился и зашарил руками вокруг, не решаясь снять повязку с глаз.
  - Сагите... Сагите...
  - Всё нормально, Маугли, не переживай, - устало ответила я. До умопомрачения хотелось выпить чего-нибудь спиртосодержащего. - Мы пришли, сейчас сниму повязку...
  Руки дрожали, так что пояс я просто стащила, не развязывая. Ну его, к диосам, выкинуть надо... Чего-то я расклеилась, не вовремя.
  Отойдя к стене, нащупала кнопку, нажала. Опустился диванчик, на который я рухнула, совершенно без сил, и закрыла глаза. Пять минут, - пообещала я себе, - всего пять минут, и снова соберусь, и буду сильной, и уверенной в себе, и всё смогу... Ведь ничего не случилось, наоборот, всё хорошо... Только почему-то плакать хочется. Ну, вот - уже и слёзы побежали. Нельзя, нельзя, а то напугаю лягушонка опять, ему-то ещё хуже...
  Что-то коснулось руки. Я открыла глаза, стараясь вернуть себе бодрое выражение лица. Около меня на коленях стоял кикиморыш и смотрел испуганными глазами побитой собачки.
  Я вымученно улыбнулась:
  - Сейчас, Маугли, погоди... Я посижу немножко. Просто устала...
  - Сагите... - неуверенно прошептал он, - сагите... вы позволите помочь вам?
  - Чем? - вздохнула я. - Мне пока ничего не надо... Просто посиди рядом. Я сейчас, чуть-чуть отдохну и...
  Тут Маугли взял меня за руку и, чуть касаясь, провёл пальцем поперёк ладони. Потом ещё, и ещё... От удивления я замолчала. В его прикосновениях не было ничего сексуального, скорее, это походило на то, что он прислушивался ко мне, причём именно пальцами! Он скользил по тыльной стороне руки, по запястью, снова возвращался к ладони, словно ища что-то, и... нашёл! Большим пальцем вдруг нажал куда-то, почти в центр ладони, потом быстро и резко ещё несколько раз, чуть сдвинувшись. Затем всё то-же самое он проделал с другой моей рукой, так что я только таращилась в изумлении на него. Ещё удивительнее было то, что после его манипуляций мне стало намного лучше! Как будто я проспала несколько часов и теперь была бодрой, отдохнувшей а, главное, спокойной. Ай, да лягушонок!
  - Вот это да! - сказала я, когда он отпустил мои ладони. - Как ты это делаешь?
  - Меня учили, сагите, - скромно ответствовал кикиморыш, опустив глаза. Но вся его мордочка буквально светилась от радости и какой-то детской гордости: 'Вот я какой, я молодец, любите и хвалите меня!'
  Конечно, я его похвалила. Потом ещё раз похвалила, и ещё погладила по голове, так что, в конце концов, заморыш стал густо-малинового цвета. В сочетании с сияющими зелёными глазами это было нечто! А себе я взяла на заметку, что лягушонок, вероятно, умеет хорошо делать массаж. Очень хотелось бы воспользоваться этим умением... Только как проверить? Да и... раздеваться перед ним я пока не была готова. Не с его реакцией на женщин.
  Теперь, с новыми силами, можно было продолжить обустраиваться. Я вспорхнула с диванчика и принялась выдвигать мебель из стенных ниш. Прикинув, что нам может понадобиться в ближайшее время, раздвинула стол, открыла кухонный блок и двери на балкон. Как я уже говорила, флэтка у меня была маленькая, всего-то восемнадцать квадратных метров, но зато с кухонным блоком и полным набором мебели. Минус - отсутствие собственной посадочной площадки для флайера, только общая для всего этажа, плюс - невысокая арендная плата и раздельный санузел, что не всегда бывает в таких квартирах. Всё-таки, они рассчитаны на одиночек. И, пока я жила тут одна, мне было вполне комфортно.
  Но вот теперь явно возникали проблемы, одна за другой, начиная со спального места. У меня всего одна кровать, она же диван, и не настолько широкая, чтобы можно было комфортно спать вдвоём, даже чисто теоретически, оставив в стороне предрассудки Вайятху насчёт пользования вещами господина или госпожи... Дальше шёл шкаф для одежды, практически полностью уже забитый этой самой одеждой. И дело не в том, что у меня её было слишком много, а в том, что шкаф маленький! Поэтому мне приходилось распихивать вещи, которые в данный момент не нужны, куда попало. Дело доходило до того, что я как-то вынуждена была хранить часть гардероба на катере!
  Оставалась надежда, что мы здесь надолго не задержимся. Главное, чтобы вовремя доставили документы, и мне никто не перебежал дорожку с покупкой приглянувшегося дома. А там уже комнат целых пять, и одну-то точно можно будет выделить Вайятху в полное и безраздельное владение.
  Подумав, я вынула ещё стулья и невольно поморщилась, вспомнив утреннюю сцену на корабле, когда я заставила заморыша есть за столом. Конечно, я рисковала, провоцируя Маугли, но если этого не делать, запреты лягушонка так и останутся с ним до старости. Я ведь не всегда могла предугадать, какой будет его реакция на мои слова или действия.
  Например, как расценить его желание сделать мне массаж рук, или как это там называлось? Я ведь, формально, ни о чём его не просила и даже не знала, что он так умеет! Что это для него значило? Помощь хозяйке, или намёк на желание секса, или простое выполнение его непосредственных обязанностей, или... Вограны его знают, что это было! Вайятху ведь нельзя мерить обычными, человеческими мерками.
  А руки у него, кстати, были просто волшебные. Раздумывая, попросить или не попросить заморыша помассировать мне виски, в качестве профилактики против намечающегося приступа головной боли, я одновременно продолжала 'обставлять' квартирку, исподтишка улыбаясь выражению лица лягушонка, сидевшего с разинутым ртом. Похоже, до сих пор он со встроенной мебелью не встречался. Ну да, помешанные на старине мирассцы такие вещи не используют. Например, в доме Линн и её мужа вся мебель была нетрансформируемая, как в до-Пространственные времена.
  А уж когда я принялась менять окраску стен, которые до того были чисто-белыми, подбирая обратно мой любимый персиковый оттенок, кикиморыш и вовсе ошалел. Присел на пол около стола и только вертел головой во все стороны.
  Некоторые, уезжая, оставляют квартиры, как есть, не убирая мебель и не отключая колорайтеры на время отсутствия. Но я себе такого позволить не могла, поэтому консервировала флэтку, даже если меня не было всего пару дней. Дополнительным неудобством было то, что, по возвращении, все настройки надо было восстанавливать заново, но зато стоила моя жилплощадь недорого. Если бы у меня стоял колорайтер последнего поколения, то расцветка стен могла бы меняться автоматически каждый день, в течение целого стандартного года, и ни разу не повториться. Но... чего нет, того нет. Простенько и непритязательно - это мой девиз.
  Закончив с мебелью и стенами, я открыла дверь в санузел и позвала лягушонка.
  - Маугли, подойди. Вот здесь можно умыться или... сделать, что там понадобится. Сразу предупреждаю, что трубы здесь нет! Поэтому ты должен пользоваться всем этим! Это мой приказ! Ты понял?
  Подползший заморыш обозрел открывшиеся удобства и тоскливо вздохнул. Да, понимаю, назревает очередное вопиющее нарушение всех основ мироздания, но ничего не поделаешь... Нету у меня двух санузлов. Пока, во всяком случае.
  Теперь самое время подумать о еде...
  - Маугли, ты голоден?
  - Да, сагите... - смущённо прошелестел лягушонок.
  Ну, это даже не вызывало сомнений. Так, что там в холодильной установке? Проверив запасы, обнаружила, что ужин всё-таки надо заказывать. Я же специально вычищала всё перед отъездом.
  Попросив лягушонка смирно посидеть за диваном, я включила вифон и набрала нужный номер. Дождавшись ответа, сделала заказ. Ну, теперь у меня есть несколько минут, чтобы подготовить свого зеленокожего к доставке еды. Постаравшись объяснить, как именно будет проходить получение нашего ужина, добилась в результате того, что земноводное заползло под стол и стало умолять его оттуда не извлекать. Я пожала плечами и решила пока пойти ему навстречу.
  Тут за окном раздался звон, словно кто-то дёрнул за колокольчик. Вайятху подпрыгнул, стукнувшись головой о столешницу, а я вышла на балкон. Там висел в воздухе дискообразный доставщик. Я набрала код заказа на пластине, и мне в руки выдвинулся поднос с едой, накрытый герметичным прозрачным колпаком. Пожелав приятного аппетита, диск-разносчик улетел, позвонив на прощание.
  Я вернулась в комнату, поставила поднос и задумалась. Учитывая, что заморыш с трудом смирился с необходимостью есть за столом, и то, не до конца, я решила не травмировать его совместной трапезой и сначала поужинать самой. Открыв крышку, принюхалась: пахло замечательно. Лягушонок под столом беспокойно завозился. Я коварно улыбнулась и начала есть. Люблю овощи! Особенно на слоёном тесте... Запив еду прохладным ягодным каршу, я поставила тарелки с ужином для кикиморыша на стол, выбросила в утилизатор использованную посуду и позвала:
  - Маугли, вылезай!
  Послышался осторожный шорох, и выглянула печальная физиономия серо-фиолетового цвета.
  - Сагите... а можно... - робко начал он.
  - Нет, - категорически заявила я. - Еда на полу - табу! Ты должен есть за столом!
  Тяжко вздохнув, недоразумение выползло и осторожно взгромоздилось на стул, опасливо разглядывая всё вокруг.
  - Погоди-ка, - остановила я его. - Руки помыл?
  Лягушонок замер, потом испуганно посмотрел на свои конечности и помотал головой.
  - Ну, иди, - велела ему, кивнув на дверь санузла.
  Кикиморыш съёжился и примёрз к стулу. О, Всевидящий! Опять всё сначала?! Ругаясь про себя самыми чёрными словами, я подняла его и потащила за собой. Сама, сама, всё сама... Да когда же этот паразит начнёт хоть что-нибудь делать?!
  Вымыла ему руки, вытерла, стараясь не показывать, что в душе всё кипит и бушует, ну, не виноват же он, что на каждом новом месте ему надо заново учиться всему... Ррррррррр! А впереди ещё переезд! И там опять всё по-новой... О, Всевидящий, чем я заслужила столько счастья?! Ладно, значит, здесь не буду слишком сильно напрягаться, просто нужно дождаться, пока мы не обоснуемся окончательно, и вот там уже браться за его воспитание всерьёз. А пока будем развлекаться...
  Доведя Маугли до стола, я заставила его сесть и пододвинула тарелку поближе. Вограны с вилками, всё равно он не умеет ими пользоваться, как выяснилось, пусть пока руками берёт. Вайятху с несчастным видом уставился на свой ужин, но я покачала головой в ответ на его жалобные взгляды и отошла к дивану. Надо думать о том, как нам устроиться на ночь...
  Превратила диван в кровать и постелила бельё. Ну, допустим, я лягу сюда. А куда мне девать зелёное недоразумение? У меня не только на катере, но и здесь нет спальной капсулы. Да что там! Даже лишних вещей, как на корабле, у меня тоже нет. И пол в квартире не слишком-то мягкий...
  Дождавшись, пока увлёкшийся Маугли оближет свои пальцы и опустевшие тарелки, я, как бы между прочим, спросила:
  - А где ты спал, когда жил у сагата Альдора?
  - На полу, - торопливо ответил лягушонок.
  На физиономии у кикиморыша было написано ожидание подвоха. Н-да, мимика у него за последние сутки явно стала разнообразнее! Интересно, это последствия моих установок или отсутствия отупляющих лекарств? Но он гораздо живее, чем был, когда я нашла его!
  - А на чём ты спал?
  - На матрасе... сагите.
  - Проблема в том, что у меня нет матраса, - сказала я задумчиво. - Куда же тебя положить?
  - Не надо... Я прямо так лягу, на пол! - оживился заморыш.
  Отмахнувшись, продолжила прикидывать: может, составить вместе стулья? Или положить его на стол? Но это ведь не пару часов провести надо, а пару ночей! Поколебавшись, плюнула и снова села за вифон. Через пятнадцать минут очередной робот-доставщик снабдил нас спальным мешком, а счёт на моей карте уменьшился уже на сто кродов за сегодня. Ну, может, мешок и после переезда понадобится... Что-то мне подсказывает, что так просто, без боя, лягушонок не согласится спать на кровати. На корабле он был болен, поэтому не сопротивлялся, а теперь, похоже, мне придётся иметь дело с самым закоренелым консерватором Вселенной...
  После ужина я загнала Вайятху под душ, но мыть его пришлось мне. Что ж, к этому я уже была готова. Кикиморыш явно рассчитывал не только на мытьё, что и продемонстрировал мне, совершенно недвусмысленно. Грустно признаться, но я на провокацию повелась, причём, сознательно. Как-то до сих пор было неудобно после его жалоб на моё невнимание... А, кроме того, мне очень нравилось смотреть на него: он так откровенно блаженствовал, так феерично реагировал на ласки, что я сама получала от процесса массу удовольствия. Не такого, как заморыш, конечно, но всё равно...
  Проявив требуемое внимание, я подождала, пока он не стал опять нежно-зелёным, а потом выдала ему полотенце с приказом вытереться и идти спать. Что он и сделал, слегка пошатываясь. Ну, признаюсь - немного перестаралась... Но, вроде, он недовольства не проявлял.
  Выставив лягушонка спать, я сама быстренько приняла душ, надела самую закрытую пижаму и потом рухнула в постель, в надежде, что хоть сегодня высплюсь... Не тут-то было! Когда я уже начала засыпать, и даже видела какой-то сон, меня разбудил звук тихого плача. Я встрепенулась и прислушалась. Ну, точно! Это хныкал лягушонок!
  Застонав про себя, негромко спросила:
  - Эй, Маугли, что случилось?
  Он затих, но ничего не ответил.
  - Маугли! - уже построже позвала я. - Что там у тебя приключилось? Я хочу знать!
  Длинный свёрток из ткани на полу зашевелился, и оттуда послышался гнусавый голос:
  - Простите, сагите... Ничего, совсем ничего!
  - Ничего не случилось, и поэтому ты плачешь? - недоверчиво спросила я.
  - Н-нет, сагите... мне просто грустно...
  - Настолько, что ты плачешь? - не унималась я.
  - Н-нет, это... я немножко... соскучился... - и он опять завсхлипывал.
  Вот ещё наказание! Приспичило же ему начать скучать именно ночью, да ещё тогда, когда мне до смерти хочется спать!
  - Маугли, не переживай так, ты постепенно привыкнешь, вот увидишь! А теперь прошу, давай спать! Сил нет, я просто отключаюсь...
  - Да, сагите. Извините, сагите...
  На этот раз времени прошло больше, но проснулась я опять от плача.
  - О, Всевидящий... Ну, что опять такое, Маугли?! Чего тебе не спится?
  - Простите, сагите... Я больше не буду...
  - Да что стряслось?
  - Мне... кажется. Мне всё время кажется, что дом... он трясётся. И я боюсь, что он развалится, и я упаду вниз...
  - Параноик, - пробормотала я под нос. Глаза не желали открываться, совсем. - Иди сюда, трусишка...
  Вайятху завозился, вылез из мешка и подобрался к кровати.
  - Ложись, - приказала я, откинув край одеяла и пододвигаясь к самой стенке.
  Заморыш замер, а потом попытался что-то сказать, но я оборвала его. Ну, не было у меня сил переубеждать его сейчас. А если он ляжет рядом со мной, то есть надежда, хоть чуть-чуть, но поспать.
  - Быстрее, Маугли, - нетерпеливо попросила я. - Иначе я усну прямо в этой позе!
  Решившись, кикиморыш нырнул ко мне под одеяло, прижался и затих. Я обняла его за плечи, погладила по щеке, пощекотала под подбородком, вызвав тихий, словно бы стыдливый, смешок.
  - Спи, недоразумение, - прошептала я ему на ухо, - дом не развалится, я проверяла. Он уже двадцать семь лет так стоит, крепкий... Спи...
  В следующий раз я проснулась от настойчивого голоса, который боязливо твердил мне:
  - Сагите, пожалуйста, проснитесь!.. Проснитесь, сагите... Ну, пожалуйста!
  С трудом разлепив тяжёлые веки, я спросила:
  - Ну, что там ещё?..
  - Оно звонит! - взволнованно забормотал кикиморыш (ну да, кто ещё мог бы меня так достать?!) - Оно уже долго звонит и никак не прекращает!
  Тут и до меня дошло, что вифон курлыкает нехитрую мелодию входящего вызова. Оторвав со стоном голову от подушки, я увидела замечательную картину: спальный мешок был намотан на несчастный аппарат, так что звук еле-еле проходил наружу, рядом, на полу сидел Вайятху, испуганный... и, как следствие, возбуждённый!
  Я опять застонала, рухнула обратно на постель, нашарила подушку, вытащила и накрыла ею голову. Пусть они все скопом идут к Вогранам! Меня нет, и не будет ещё пару часов, как минимум... Всё! Спокойной ночи!
Оценка: 5.31*17  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"