Французова Татьяна: другие произведения.

Сундук с приданым. Глава двадцать восьмая.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я всерьёз раздумывала, что мне нужнее: выздороветь или поесть, потому что одновременно, похоже, эти процессы не могут происходить. Если вампиры всегда так реагируют на нашу пищу, то я понимала Цветана, который исчезал из кухни каждый раз, когда я приходила туда, например, пообедать, или попить чаю с булочкой. Только мой любимый терпел все неудобства, ничем не показывая, что ему неприятно. Однако было непонятно, что теперь делать? Может, попробовать дождаться времени, когда вся вампирская кровь усвоится в организме, а потом уже что-то есть?

  Глава двадцать восьмая. Из жизни вампиров...
  
  "Игры и пляски" внизу продолжались почти всю ночь, в результате я заснула только под утро. Между тем, Ангел ухитрился отключиться мгновенно, причём даже не на кровати, а просто на полу, подстелив какой-то дряхлый матрас, принесённый из коридора, без подушки и без одеяла! Как ни упрашивала я его лечь рядом со мной, он отказался наотрез. Конечно, кровать была не слишком широкая, но всё-таки...
  Я, в который уже раз, удивилась неприхотливости моего любимого. Глядя на его утончённую красоту и прирождённую аристократичность, скорее можно было бы ожидать от него повышенных требований к комфорту и уюту, как у Цветана, например, но всё было ровно наоборот! Хотя, стоило вспомнить, как он прожил последние тридцать лет, и становилось понятно, что удивляться тут нечему: Леокадия просто навязала ему такие аскетические привычки...
  Как бы то ни было, он спокойно спал, а я пыталась абстрагироваться и сделать вид, что ничего не слышу, несмотря на то, что слышимость (по вампирским меркам) была просто ужасной! Да ещё и на улице была тишина, как назло. В-общем, проснулась я уже не утром, а днём, почти выспавшаяся, а, главное, с нормальным человеческим слухом! Но не успела я обрадоваться этому, как почувствовала что-то неладное: внутри будто засела тупая иголка, коловшая куда-то в подреберье. Несколько секунд я, не открывая глаз, пыталась понять, что со мной случилось, пока не сообразила: это же обычная моя реакция на отсутствие Ангела!
  Поспешно оглядев комнату, я убедилась, что не ошиблась: любимого рядом не было, и, скорее всего, не было его и в доме. Организм недвусмысленно сигнализировал о том, что мой вампир куда-то ушёл или уехал. Я начала соображать, как бы позвать Цветана, чтобы узнать, не произошло ли чего-нибудь, как за дверью послышались лёгкие шаги, и вошёл брат Ангела, собственной персоной. Пройдя к креслу, он небрежно упал в него и молча уставился на меня. Я невольно прикусила губу: он опять был в большей степени раздет, чем одет, влажные волосы завивались колечками, и на плечах ещё блестели капельки воды. Само собой, босиком.
  Почти непроизвольно я опустила глаза и почувствовала, что у меня загорелись щёки, потом уши. Чёрт! Делать вид, что я не в курсе его постельных развлечений, катастрофически не получалось! Покусав губы и так, и эдак, я поняла, что начинать первым он разговор не собирается, набралась смелости и спросила, откашлявшись:
  - А куда ушёл Ангел?
  Цветан хмыкнул и ответил:
  - На встречу со Стаки. Кажется, у электрички где-то будут искать друг друга. Кстати, и тебе доброе утро, - язвительно добавил он.
  Я покраснела по самую макушку, наверное.
  - Доброе утро, - пискнула я, не решаясь посмотреть на него. - Как вам...
  Тут я осеклась, решив, что спрашивать, хорошо ли им спалось, просто глупо! Я и сама знала, как им спалось. Видимо, Цветан прекрасно понял мою осечку, потому что ещё более язвительно ответил:
  - Спасибо, прекрасно спалось. Как и тебе, видимо. Правда, я не совсем понял, как твоя вежливость связана с тем, занимаюсь ли я сексом, ну, да Бог с ней...
  Я начала медленно сползать под одеяло. Мама дорогая...
  - Ладно, - стукнув ладонями по подлокотникам, Цветан поднялся. - Я здесь не для того, чтобы тебя перевоспитывать. Пора принимать очередную дозу крови.
  И он повернулся к столу, чтобы, видимо, взять нож, но тут я увидела его спину и поперхнулась. Начиная от плеч и до самой поясницы, он был весь исполосован багровыми царапинами от ногтей. Я вытаращилась на эти следы бурной ночи, чувствуя, что меня начинает трясти изнутри. Да что же это, в самом деле! Все ведьмы, что ли, помешаны на причинении боли?!
  Повернувшись, Цветан словно налетел на мой потрясённый взгляд и удивлённо поднял брови:
  - Что? Опять дежавю?! - недоверчиво вопросил он.
  - Н-нет. Твоя спина... - выдавила я.
  Он бросил взгляд через плечо на указанную часть тела и поморщился:
  - Ерунда. До вечера заживёт. Вот это, - он продемонстрировал своё запястье, на котором я с ужасом и раскаянием увидела несколько тонких белых шрамиков, - гораздо больнее, уверяю тебя.
   И, прежде, чем я успела открыть рот, он примерился и быстро полоснул ножом по руке.
  - На, - коротко сказал он, протянув мне кровоточащее запястье.
  - Цветан, - нерешительно начала я, чувствуя, что на глаза наворачиваются слёзы, - Цветан...
  - Да пей уже! - прервал он меня с досадой. - Сейчас затягиваться начнёт, пока ты будешь речь толкать. Прикажешь, что ли, потом опять резать?
  Я сглотнула комок в горле и нехотя взялась за его руку. Вот ведь невезение! Ангел не стал бы попрекать меня, но я сама не могу пить его кровь. А заставлять Цветана терпеть боль - не хочу, но нам некуда деваться, ни мне, ни ему...
  В этот раз всё получилось ещё хуже, чем в прошлый. Мало того, что я чувствовала себя пиявкой; мало того, что делать это было просто неудобно физически; так меня ещё и не покидало ощущение, что я совершаю что-то... двусмысленное, что ли. Цветан сам однажды говорил мне о том, что процесс выпивания крови - интимная вещь. Сейчас я, как никогда, понимала, насколько он прав. Особенно сейчас...
  Он ещё не отошёл от ночных забав, до сих пор был слегка на взводе, это очень чувствовалось, и причиняло мне дополнительные мучения. Я как будто становилась невольно третьей в их играх, сама не знаю, почему. Может, из-за его реакции? Бросив украдкой взгляд на него, я заметила, что он поморщился, словно от боли, а потом так облизал губы, что я чуть не подавилась кровью и выпустила его руку.
  - Мало, - безапелляционно заявил брат Ангела. - Тебе нужно ещё! Пей.
  Не решаясь спорить, я просто закрыла глаза, чтобы не видеть, как он реагирует на мои действия. Пусть его делает, что хочет! Я даже смотреть не буду... Теперь у него есть Ольга, ей и разбираться с ним!
  Ещё несколько глотков, - его рука начала подрагивать, и я разжала пальцы. Судя по ощущениям, у меня всё лицо было в крови, как... как у вампира.
  - Возьми, - велел Цветан, и я открыла глаза.
  Он протягивал мне упаковку влажных салфеток. Очень вовремя!
  - Спасибо, - пробормотала я и вздрогнула, увидев его запястье. Рана расширилась, края разошлись, и выглядело это... просто ужасно! - Цветан, может, уже достаточно? - взмолилась я. - Не могу больше этого делать!
  Вампир мельком взглянул на свою руку и вздохнул.
  - А что ты предлагаешь? Врачей вызвать?
  - Н-нет, но вот так я больше не могу! Может, есть другие методы, а? Ну, таблетки там, может, гипс наложить...
  Цветан закатил глаза.
  - Ни одни таблетки не смогут поставить тебя на ноги через три дня. А моя кровь - может. Поэтому, я надеюсь, что ты будешь паинькой и продолжишь принимать её, как лекарство, четыре раза в день. Хорошо?
  Я уставилась на него с ужасом.
  - Четыре раза? Да это же... Как ты выдержишь-то?! Чем ты питаться будешь? Да ещё и эта ведь...
  Я осеклась и закусила губу. Язык мой - враг мой! Ну почему я сначала говорю, а потом думаю?!
  Цветан внезапно оказался сидящим на кровати рядом со мной, а потом медленно наклонился близко-близко. Глаза у него стали похожи на два провала в соседнюю галактику, и я... испугалась! Показалось, что его терпение иссякло, и вот сейчас он что-нибудь сделает - стукнет, например... Но, вместо этого вампир некоторое время изучал меня, прищурившись, по своему обыкновению, а потом сказал подчёркнуло спокойно:
  - Давай-ка, мы всё-таки проясним этот момент до конца. Я - взрослый мужчина. Даже не просто взрослый, по твоим меркам, я древний мужчина. Это понятно?
  Я торопливо кивнула.
  - Отлично! Теперь пойдём дальше. Ты не несёшь ответственности за меня, за моё поведение, мои желания или мой выбор. Это тоже понятно? Прекрасно. Я оч-чень не люблю, когда кто-то пытается мной руководить. В своё время, несколько человек поплатились жизнью только за то, что возомнили себя моими хозяевами. Поэтому не надо на меня давить! Договорились?
  Я снова послушно кивнула. Хотелось бы посмотреть на того, кто на моём месте сказал бы ему "нет"!
  - Ну, и замечательно! Теперь по поводу "этой ведьмы". Я догадываюсь, что ты оказалась в курсе... ммм, скажем так, интимных подробностей наших с ней отношений. Но! Видишь ли, я тоже прекрасно знаю, как ты стонешь во время оргазма, как дышишь, когда возбуждена, и как называешь моего брата в пылу страсти. Кстати, чересчур пафосно, на мой вкус...
  Мне захотелось немедленно провалиться под кровать. Или сразу в подвал, в-общем, куда-нибудь подальше от Цветана! И ещё было такое чувство, что я сейчас сгорю, не сходя с места!
  А мой мучитель продолжал:
  - Твоя проблема в том, что ты смотришь на это только с точки зрения человека. Но мы, вампиры, относимся к этому иначе. Для нас нет ничего более естественного, чем секс, особенно с обоюдного согласия сторон. Я понимаю, что твоя стыдливость уязвлена, сейчас ты, чего доброго, поклянёшься сама себе, что с этого дня будешь заниматься любовью только в бомбоубежище, и сразу хочу тебя предупредить, что это бессмысленно и невыполнимо. Всегда будет кто-нибудь, кто услышит или увидит то, что ты хотела бы скрыть. Но это не смертельно, ведь мы так живём, причём, столетиями!
  Я уставилась на одеяло. Что толку объяснять ему, что я-то по-прежнему человек! Со всеми вытекающими... И я не хочу - не хочу! - чтобы кто-то слышал такие вещи. Я говорила их только для своего любимого и совсем не имела в виду чьих-то лишних ушей! Нет, с этим надо будет что-то сделать. Может, обить спальню звуконепроницаемыми материалами?..
  - Ну, так что? - напомнил о себе Цветан. - Я могу рассчитывать на твою терпимость и уважение? Если уж ты не питаешь к Ольге добрых чувств, так хотя бы оставайся вежливой! В конце концов, ты тоже должна быть заинтересована в её помощи. Между прочим, ты ей жизнью обязана!
  Я вздрогнула. Чёрт! Как же я ухитрилась об этом забыть? Да, беспокойство за этого типа, видимо, совсем вышибло меня из колеи. Надо собраться, взять себя в руки и... и что? Наверное, учиться быть любезной с ведьмой. Ведь отсюда мне не сбежать, пока ноги не срастутся... Куда ни кинь, везде клин.
  Вздохнув, я кивнула, не поднимая на него глаз.
  - Лучше бы ты сказала мне это вслух, - холодно заявил вампир.
  - Хорошо. Ты - большой мальчик, твои дела меня не касаются, ты спишь, с кем хочешь. Огромное тебе спасибо, и Ольге тоже, - пробубнила я, не поднимая глаз. - Извините, пожалуйста, если чем-то обидела, больше не буду... Так сойдёт?
  Цветан молчал, и я рискнула бросить на него взгляд. Выражение лица у него было просто непередаваемое! Какую-то секунду мне казалось, что он сейчас вспылит по-настоящему, но вдруг он расхохотался. И смеялся так заливисто и искренне, что повалился на кровать, а потом сполз на пол, продолжая смеяться. Некоторое время я смотрела на него в недоумении, а потом тоже начала хихикать. Не знаю, что он нашёл смешного во всём этом, но хотя бы перестал походить на ледяную статую, и то, слава Богу!
  Успокоившись, он снова взгромоздился на кровать и заявил, вытирая слёзы:
  - Нет, это невозможно! Наверное, ты даже святому Петру читала бы нотацию, что он недостаточно хорошо исполняет свои обязанности!
  Я пожала плечами:
  - Не знаю насчёт Петра, а вот с некоторыми вампирами я бы поговорила... Но, не буду, не буду! Я же обещала!
  - Ладно, посмотрим, - он поднялся на ноги. - Брат должен скоро вернуться. Я попрошу Ольгу, чтобы она тебе что-нибудь приготовила, кашу, что ли...
  - Цветан, - я ухватила его за руку, - подожди. Можно тебя попросить? Не надо больше быть таким... злым, ладно?
  Он усмехнулся.
  - А ты не зли меня, и всё будет в порядке.
  - Я не злю тебя, я беспокоюсь о тебе, это не одно и то же! Неужели это так оскорбительно?
  Вампир вздохнул и посмотрел в окно.
  - Рада, не надо заботиться обо мне, понимаешь? У тебя есть Ангел, думай о нём. Я уж как-нибудь сам... И, кстати, тебе в туалет не надо?
  Я закатила глаза.
  - Даже если будет нужно, я обращусь не к тебе!
  Цветан состроил невинную физиономию:
  - А зря... У меня есть опыт работы медбратом...
  Я фыркнула.
  - Зря смеёшься, больным нравилось, как я за ними ухаживал...
  - Э... а больные были мужчинами или женщинами?
  - Женщинами. А что?
  - Ну, тогда не сомневаюсь, что они были в восторге! Но я - не твоя больная, так что, извини.
  Пожав плечами, он направился к двери, открыл и, задержавшись на мгновение, томно протянул:
  - Мон ааааанж...
  Я мгновенно вспыхнула. Вот же, гад!.. Схватила подушку и, не обращая внимания на боль в рёбрах, запустила ею в нахала изо всех сил. Попала! Ничуть не смутившись, он вышел, как ни в чём не бывало, и закрыл за собой дверь. Я слышала его шаги на лестнице, а потом он хмыкнул и довольно громко сказал:
  - Ну, говорил же: слишком пафосно!
  И засмеялся, скотина!
  Вторая подушка полетела в дверь. Я упала обратно на кровать, красная, как помидор. Всё, сам напросился! Теперь я не стану затыкать уши, наоборот, буду прислушиваться! Ещё неизвестно, как его называют в такие моменты...
  
  Через полчаса ко мне поднялась Ольга с миской каши. Я поморщилась: вообще-то, овсянку люблю, но не в этот раз. От одного запаха становилось как-то нехорошо, но делать нечего, питаться надо, и я начала ковыряться ложкой в тарелке. Зря, - оттуда ещё и молоком пахнуло.
  Я всерьёз раздумывала, что мне нужнее: выздороветь или поесть, потому что одновременно, похоже, эти процессы не могут происходить. Если вампиры всегда так реагируют на нашу пищу, то я понимала Цветана, который исчезал из кухни каждый раз, когда я приходила туда, например, пообедать, или попить чаю с булочкой. Только мой любимый терпел все неудобства, ничем не показывая, что ему неприятно.
  Однако было непонятно, что теперь делать? Может, попробовать дождаться времени, когда вся вампирская кровь усвоится в организме, а потом уже что-то есть?
  Делая вид, что занята кашей, я искоса поглядывала на Ольгу, которая не только не ушла, а наоборот, устроилась в том же кресле, в котором до этого сидел Цветан.
  Интересно, что от вампира исходил такой, неуловимо-свежий, цветочный аромат, а от Ольги разило смесью всё той же каши, сухих трав, грязной ткани и ещё чем-то незнакомым, тягуче-сладким, как будто она ходила в конфетный магазин.
  Я встряхнула головой и мысленно прокляла вампирскую чувствительность. Ну, зачем мне были все эти запахи? Я же не гончая! Ужасно хотелось назад свой родной, человеческий нюх! А то так с ума сойти можно или аллергию заработать... Впрочем, если подумать, то Цветану-то приходилось намного хуже. Я просто лежала рядом, а ведь ему ещё и целоваться с ней приходилось! Может, поэтому они и торчали всё время в душе?..
  Эта мысль меня так рассмешила, что я с трудом удержала улыбку, маскируя смех под кашель. Кто её знает, эту Ольгу - ещё поймёт неправильно. И, кстати, надо же поблагодарить за платок!
  - Цветан сказал, что меня спас ваш подарок, - максимально вежливо адресовалась я к ней. - Огромное вам спасибо!
  Ученица ведьмы молча кивнула, продолжая смотреть на меня. Под её тяжёлым, как каменная плита, взглядом, внутри всё как-то неприятно ёжилось.
  - Ещё спасибо, что пустили нас в свой дом, - продолжила я перечень оказанных благодеяний, - и позволили пожить здесь. Уверяю вас, как только я смогу встать, мы уедем и мешать вам не будем.
  - Да мне-то ты не мешаешь, - неторопливо ответила она, наконец. - Главное, с красавчиком не ссорься.
  - С... которым? - растерялась я.
  - С моим, - спокойно ответила Ольга, невольно вызвав у меня в душе бурю.
  Это с каких же пор она стала считать Цветана своим?! Всего-то после нескольких занятий сексом она уже его присвоила?.. Хм, интересно, он-то сам в курсе? Или я ничего не понимаю, или она ошибается, или брат Ангела не рассчитал силу своего обаяния.
  Чёрт, чёрт, чёрт! И этот гордец мне ещё сказки рассказывает, какой он независимый. А я слушаю его! Ой, дурочка... Тут надо ухо держать востро, вон как у неё глаза блестят - настоящая Леокадия номер два, не успеешь ахнуть, как она его уже на цепь посадит...
  - Ты зря с ним ругаешься, - припечатала опять Ольга. - Он для тебя старается, а ты ведёшь себя, как неблагодарная дрянь.
  Я вытаращила на неё глаза. Боже мой, она меня учить уму-разуму, что ли, пришла?! Ну, точно, решила, что, раз она с Цветаном, теперь можно свои порядки наводить!
  - Вы не беспокойтесь, это вообще очень часто случается у нас, мы то ссоримся, то миримся, это нормально, - всё так же вежливо сообщила я ей. - Все уже привыкли. Просто не обращайте внимания.
  Ольга, не сводя с меня холодного взгляда, как-то по-змеиному улыбнулась и сказала:
  - Дура ты, как я погляжу. Да зря стараешься, на двух стульях-то не усидеть. Рано или поздно, но выбирать придётся. Так что, смотри, не прогадай, а то неверную карту вытащишь, - и всё, конец.
  Я смотрела на неё во все глаза, пытаясь понять, о чём это она. Какой выбор? Какой конец? Какие стулья?! Что за ерунду она мне тут наплела?
  - Не понимаю, о чём вы говорите, - ответила я, нахмурившись. - Действительно, не понимаю. Но, если вы имеете в виду отношения между мной и Цветаном, то их нет. Никаких. Он для меня - родственник Ангела, и всё на этом. Так что я ваших намёков не понимаю!
  Ольга снова усмехнулась, встала и сказала, словно подводя черту:
  - Я сказала, а ты слышала. И не о чем больше толковать. Коли не понимаешь, о чём я, ну, значит, ещё не подошло время знать. А когда надо будет, тогда и вспомнишь мои слова. Главное, чтоб не поздно было...
  И, больше ничего не прибавив, ушла, закрыв за собой дверь.
  Я с трудом удержалась, чтобы и её не проводить, швырнув чем-нибудь вслед. Вот, что за женщина?! Ну, почему нельзя было просто объяснить ясными и простыми словами, что она имела в виду?! Теперь мучайся и пытайся сообразить, на что она намекала!
  Почему-то мне казалось, что Леокадия вела бы себя точно так же, высокомерно и снисходительно. А ещё мне казалось, что больше Ольга ничего не скажет на эту тему, хоть режь её! И это злило ещё больше: хотела предупредить, так сказала бы понятно! А не хотела, - так зачем вообще было начинать разговор?!
  
  Некоторое время я ещё кипела негодованием, но потом, подумав, решила не обращать на её слова внимания. Мало ли что ей там примерещилось! С чего-то же она решила, что они с Цветаном - пара. Да уж, смешно! Надо было просто знать брата Ангела, чтобы понимать, что это абсурдная идея. Более закоренелого одиночку трудно было даже себе представить. Впрочем, Ольге это неизвестно, да и откуда бы... Значит, через некоторое время её ждёт неприятный сюрприз...
  Тут я почувствовала, что вернулся мой любимый, и с радостью выбросила мысли об Ольге и её пророчествах из головы. Как только он вошёл в комнату, я с новой силой ощутила, что мне было плохо без него. Даже с оборванной связью я видела, что он прямо-таки лучится спокойствием и уверенностью. Приглядевшись, поняла, что и подростка-старшеклассника он больше не напоминает, а значит, успел где-то подкрепиться. Неужели охотился?
  - Любимый, ты... кого-то поймал тут? - спросила я, пытаясь за шутливым тоном скрыть беспокойство.
  - Нет, Стаки привёз донорскую кровь от одного нашего общего знакомого, из лаборатории, помнишь? Хватит и мне, и Цветану, даже с учётом того, что он тебя лечит.
  - Ох, как хорошо! А то я уже ломала голову, чем же вы питаться будете...
  - Не ломай, - посоветовал любимый, - мы сами справимся. Как, кстати, ты себя чувствуешь?
  - Терпимо... Только надоело лежать, и очень хочется домой.
  Ангел вздохнул.
  - Ещё пару-тройку дней, и поедем. Нужно, чтобы ты поправилась сначала. И, пока мы здесь, хорошо бы разобраться окончательно с сюрпризами Леокадии...
  - Какими? - насторожилась я. - Ты же сказал, что в доме больше ничего не было?
  - Не было, - подтвердил он. - Но Ольга и раньше ничего не замечала, когда приходила туда. Значит, либо Леокадия всё так хорошо замаскировала, что даже ведьма не может ничего почувствовать, либо, действительно, ничего больше нет. Но я в чудеса как-то не верю. Особенно, если речь идёт о Леокадии.
  Я согласно покивала. Очень не хотелось этого признавать, но перевес до сих пор был на её стороне. И неизвестно, будет ли толк от ученицы... Если наставница была сильнее, то Ольга может и не справиться.
  - Как там дела у Стаки? - спросила я, меняя тему.
  - Продолжает копаться во фрагментах. Кое-что сложил, но совсем немного. Да и большую часть времени он бегал по нашим делам, вместо того, чтобы сидеть за компьютером. Ну, теперь обещал засесть плотно. Кстати, я написал одному древнему, - может быть, он чем-то сможет помочь...
  - Насколько древнему? - поинтересовалась я.
  - Ну, думаю, что полторы тысячи лет ему точно есть, - улыбнулся Ангел.
  - Полторы тысячи! - зачарованно повторила я. - Не представляю!
  - Это ещё не самый старый, - ответил любимый, - есть и старше, но с ними к меня связей нет. Попробуем что-нибудь узнать у этого. А что за размазня тут на тарелке?
  Я спохватилась, что так ничего и не съела, начала объяснять, что аппетита нет, совсем. Ангел лукаво посмотрел на меня:
  - А как насеет мяса?
  - Мяса?
  - Ну, да. С кровью.
  - С кровью?! - я несколько опешила, потому что никогда в жизни ничего подобного не пробовала, и вообще, даже в качестве экзотики не рассматривала, но вот сейчас почему-то мне показалось, что зря. - С кровью... - задумчиво повторила я. - А знаешь, звучит неплохо... пожалуй, это бы я съела...
  Ангел кивнул:
  - Значит, так и сделаем. Погоди, я договорюсь с Ольгой.
  И он исчез из комнаты.
  Переговоры вышли достаточно долгими, похоже, достать свежее мясо было не так просто. В конце концов, Ольга пообещала пойти договориться, но сказала, что мясо будет не раньше завтрашнего дня. Увы! На сегодня мне не светило ничего, кроме овсянки.
  С гримасами и задержкой дыхания, мне удалось съесть пять ложек, после чего организм объявил бойкот и принимать кашу отказался наотрез. Горестно покачав головой, Ангел унёс, наконец, тарелку вниз, и я вздохнула свободно.
  Следующие несколько часов заставили меня остро посочувствовать всем лежачим больным. Любые гигиенические процедуры превращались в пытки, а самые простые движения, которые ещё вчера я делала, не задумываясь, сегодня стали почти невыполнимыми, как акробатические трюки.
  Когда, наконец, всё закончилось, и я снова лежала в постели, только уже вымытая, в чистом белье (Стаки, оказывается, не только кровь, но и наши вещи привёз), на чистой простыне, со свежими повязками, в комнате появился Цветан. Невероятно - но опять мокрый, и в одних джинсах!
  Игнорируя мой недоуменный взгляд, он обратился к брату, который собирал рваную одежду и грязные тряпицы:
  - Ну, что? Я думаю, теперь можно и обсудить всё?
  - Давай. Только напои кровью, и поговорим.
  - Угу.
  Второй вампир, прихватив нож, подошёл к кровати. Я невольно передёрнулась, когда он сделал очередной надрез на запястье, и, вспомнив прошлые мучения, пить из вены наотрез отказалась.
  - Лучше накапай куда-нибудь! - умоляюще попросила я его. - В рюмку, в ложку, куда угодно... Но больше я так лечиться не буду!
  Цветан мученически возвёл глаза к потолку и произнёс прочувствованную речь, судя по всему, на итальянском. Кажется, он там подробно и разносторонне описывал мою родословную и характеры родственников. Но я всё равно продолжала стоять на своём: пить кровь в дальнейшем буду только из какой-нибудь посуды, и точка!
  Близнецы переглянулись, и Ангел молча слетал вниз. Вернулся через пару минут, с обычным одноразовым стаканчиком. Его брат принялся, морщась, сцеживать туда кровь. Когда набралась, примерно, треть, он прекратил эту экзекуцию, на которую мне было страшно смотреть, и подал мне стакан.
  - Держи, кровопийца, - усмехнулся Цветан. - И только попробуй не выздороветь к послезавтрашнему дню!
  Содержимое было уже прохладным, чуть более густым и терпким, чем кровь прямо из вены, но мне пить так было гораздо легче. Справившись со своей порцией, я вытерла губы и спросила своего "лекаря":
  - А о чём будет разговор? О Леокадии?
  - И о ней тоже. Хотя более существенная вещь сейчас - это узнать, есть ли ещё какие-то сюрпризы, или подвал был её прощальным "подарком".
  - Думаю, вряд ли, - заметил Ангел. - Леокадия никогда старалась не полагаться на волю случая, и предпочитала всё тщательно планировать. Мне кажется, что он не стала бы ограничивать себя всего двумя вариантами, наверняка должен быть и третий план, предусматривающий такое развитие событий, при котором её первые два плана рухнули.
  Я нахмурилась. Конечно, я знала, кто такая Леокадия, но верилось с трудом, что она столько лет жизни убила только на то, чтобы отомстить нам, да ещё и в разных вариантах...
  - Давайте поговорим с Ольгой, - продолжил мой любимый. - Цветан, как ты думаешь, ей можно доверять?
  Пожав плечами, его брат ответил:
  - Да кто её знает... Если это касается собственных Ольгиных интересов, то можно а так... я не возьмусь сказать. Думаю, ей тоже не нравится ситуация, в которой мы все оказались по милости Леокадии. Конечно, она была её наставницей, родственницей и прочее бла-бла-бла, но она не одобряла её. И считала большой глупостью держать взаперти вампира. Она сказала мне, что не раз просила её всё прекратить, только Леокадия не слушала никого. Похоже на правду!
  Ангел кивнул.
  - Похоже... Что ж, будем надеяться на лучшее. Зови её, брат.
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"