Гамаюнов Ефим Владимирович: другие произведения.

2158 минус любовь

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Участник ККР-2008 на Аэлите. Входил в тройку :)... вроде. Опубликован в "Уральском Следопыте" 8-2008


Гамаюнов Ефим Владимирович

Россия, Саратовская обл., г.Петровск, ул.Московская, д.4, кв.14

dragonfly3@yandex.ru

Гамаюнов Ефим

2158 минус любовь

  
   Начинался обычный рабочий день. Наверняка не лучше (хоть бы не хуже) тех ста девятнадцати дней, что уже прошли на службе.
   Всего четыре месяца назад закончилось обучение в кадетской школе для людей-мужчин, получено направление для прохождения службы в пятнадцатый участок города Москва рядовым отряда быстрого реагирования. Обстановка последние полтора года в городе нормализовалась, стычки радикальных группировок людей-м и людей-ж удалось свести практически к нулю. Тем не менее за эти неполные полгода Ульрих насмотрелся всякого. Были и столкновения (даже с применением парализаторов) и "зачистки" и разгоны митингов, всякое... Да еще непрерывный поток "азиатов" с юго-востока бывшей Азии. Кто задерживался, кто транзитом в бывшую Европу: на "свободные" места, для проживания. Там еще оставались...
   Хоть бы сегодня все было тихо.
   В их работе это самое главное.
   - Рядовой Ульрих Светланович Воронов прибыл для несения дежурства по городу, - доложил он в плазмопанель регистрации.
   Там высветилось лицо шефа, Инны Инновны (ну, разумеется, ее компьютерная модель):
   - Шестой отряд, командир - сержант Гладищев, сбор в комнате шесть.
   О, черт, Гладищев! Странный тип, многие так говорят. Сам Ульрих думал, что сержант - садист. По всем отделениям ходили слухи о его "зачистках". Правда, пока все сходило с рук, оправдательные вердикты - необходимая самооборона.
   Ага, шестая. Сканер пикнул, проверяя, двери бесшумно разъехались.
   Долгов, Семен, Артур, от блин, человек-ж Вера Соболева, Гладищев...
   - Сержант ОБР! Рядовой Ульрих Светланович Воронов, назначенный в шестой отряд, прибыл!
   На узком, как угол, лице Гладищева отразилась кривая ухмылка.
   - Вольно, рядовой, добро пожаловать в ...команду!
   На последнем слове сержант запнулся и хмыкнул. Ульрих отметил косой взгляд, брошенный в сторону человека-женщины.
   Да ему и самому отчего-то стало не по себе. Подумаешь, отряд, сформированный не целиком из людей-м. Древние кадетские предрассудки... Ничего ж необычного.
   Хорошо хоть остальные знакомые.
   - Дарова, Ульрих! - Семен протянул широченную ладонь. - Сегодня, значит, вместе работаем.
   Пришлось здороваться со всеми. Команда работает вместе. Руку человека-ж он сжал совсем чуть и тут же пожалел об этом: кисть, стиснутая железной хваткой едва не хрустнула. Холодные "азиатские" глаза Веры горели вызовом - что-то еще? Ульрих сдавил посильнее, и хватка ослабла.
   - Работаем, рядовой-м, работаем.
   Внутри зашевелилось неприятное чувство. Да, началась смена, ничего не скажешь! Чем дальше, тем неприятнее.
   - Рядовой Воронов, вашим родителем была женщина? - неожиданно спросил сержант, - У Вас вроде неплохой список...
   Ульрих обернулся к сержанту, тот просматривал на плазмоэкране его личный файл.
   - Конечно, Воронежское училище ...
   - Сержант ОБР, неужели у родителя-ж, по-вашему, не может быть хорошего охранника порядка? - спросила Вера. - Может быть, Вы не знаете, что...
   Гладищев вскинул вверх указательный палец.
   - Я ваш сержант. Я знаю все...
   - Но...
   Гладищев поднял палец еще выше.
   - И я указываю на часы. Пять минут на получение комплекта N2 и посадку в машину. Есть возражения, рядовой-ж Вера?
   - Никак нет, сержант ОБР!
   - Выполнять! - бросил Гладищев. - Четыре минуты сорок секунд.
   "Второй" комплект формы - синтетический бронекостюм, парализатор, маска с регенерирующим кислород патроном, шлем - это означало либо патрулирование окраин, либо рейд "по наводке", или "зачистку". "Плохо",- подумал Ульрих, - "при любом варианте - плохо".
   Патрульный "Додж", чуть прошуршав дверью, впустил экипированный в "двойку" отряд и глухо хлопнул, отделяя внешний мир от своего бронированного нутра. Командир был уже там.
   - Тишин - водитель, - приказал сержант. - Воронов - оружие, Мещеряков - правый борт, Долгов - левый. Сегодня, хм... команда, патрулируем восточную зону.
   Вот это было совсем плохо. Восточные районы - мерзкое место. Несколько лет назад (Ульрих тогда еще был кадетом) именно там вспыхнула трехмесячная война между группировками людей-м "Спартак" и людей-ж "Гемма". Объединенные войска взяли районы в кольцо, только это спасло положение, и бои не распространились на всю Москву.
   И сейчас Восток оставался самым нежелательным местом для дежурства. До сегодняшнего дня Ульрих там не работал. Притоны самого разного вида, игорные дома, бордели для людей-м и людей-ж (мерзость). Минус настроению, минус долбанному дню, минус.
   Артур Тишин устроился на водительском месте, надел рулевые перчатки, включил экраны переднего и боковых обзоров.
   - Готов, - доложил он.
   Ульрих протиснулся назад (самое тесное место), нацепил очки объемного зрения, повращал стволом ультразвуковой пушки.
   - Готов!
   - Работаем! - сержант включил связь внутри шлемов, - Ну, ни пуха! Вперед.
   В ухе Ульриха пикнуло: пошла запись патрулирования отряда быстрого реагирования N6 (21 августа 2158 года, 18.00 по Московскому времени)...
  
   ...Ульрих на минутку прикрыл глаза: от постоянного напряжения под веки будто песок насыпали. На удивление первая половина дежурства прошла спокойно. Ни одного серьезного происшествия. Несколько драк, один несанкционированный митинг радикалов-м...
   - Рядовой-ж Соболева - оружие, Долгов - водитель, - услыхал приказ сержанта. - Тишин - левый борт, Воронов - левый. Всем пять минут перерыв, Мещеряков - охра...
   Гладищева прервал длинный сигнал тревоги в микронаушниках шлемов.
   - Шестой отряд ОБР, сержант Гладищев, - доложил командир.
   - Наводка системы безопасности. Сектор 29-72, сектанты "А", количество не выяснено, степень угрозы не выяснено. Задача - провести арест группы.
   - Шестой отряд ОБР, вас понял, - отрапортовал Гладищев.
   Связь пискнула, запись продолжилась.
   - Отдых отменяется. Вперед, маль... люди-м и люди-ж. Застегнуть броню, приготовить маски, проверить оружие.
   - Готов!
   - Готов!
   Внутри у Ульриха холодком разливалось щемящее чувство опасности. Чертовы психи, сектанты. Маска, поднесенная к шлему, металлически клацнула, соединяясь в единое целое. Достал парализатор, проверил заряд. Полный. Бронекостюм вроде застегнут. А, нет, шея. Ульрих провел рукой, застегивая защиту.
   По дрожи "Доджа" Ульрих понял, что они уже едут.
   - Отряд, слушай инструктаж. Задание: зачистка сектора 29-72, цель: сектанты "А". Если кто забыл: у них отсутствует понятие о нормах общества. Поэтому первое: не слушать, не обращать внимание на слова. Второе: сектантов "А" главными считают людей-мужчин, поэтому первыми обезвреживаем именно их. Третье, не надо недооценивать людей-женщин...
   Недооценивать людей-женщин перестали лет двадцать назад, тогда террористы-смертницы провели взрыв на вручении Нобелевской премии мира. Радикалы-ж выразили протест против присуждения премии человеку-м.
   - Слушай, Ульрих, - тихо позвал Семен. - Сектанты "А", это которые главным считают любовь, что ли?
   - Ага, - также негромко отозвался Ульрих. Слово-то какое - любовь!
   - Совершенно верно, рядовой Тишин! - вмешался Гладищев. - Которые проповедуют унижение одного человека перед другим, если быть точным. И которые вступают в противоестественные отношения, называемыми прежде семьей. И которые производят детей вне закона. А из подобных детей не может получиться достойный гражданин современного общества. Так, рядовой Соболева?
   - Так точно, сержант ОБР!
   - Так точно! А наша задача оберегать наше демократическое общество от подобного!
   Ульрих внутренне содрогнулся. Любовь! Немыслимый пережиток прошлого. Семья. Представить себе проживание с человеком-ж. Возвышение одного и унижение другого. Разве можно жить с... Инной Инновной? Или Соболевой? Он взглянул в спину человека-ж, вспомнил ее чуть угрюмый, раскосый, стальной взгляд. Передернул плечами: немыслимо.
   - Вот дерьмо, то есть они сами делают детей? - спросил Семен. - И у каждого получается два родителя, так что-ли?
   - Да! - отрубил сержант. - Глубокие познания! Хватит об этих извращениях! Отслужишь двадцать лет, получишь право на ребенка. И отправишься в лабораторию "Жизнь", и закажешь, и получишь ребенка для воспитания. Все! Таковы свободы и обязанности нашей страны!
   Молчание.
   - Сержант ОБР, а у Вас есть ребенок? - спросила Соболева.
   - Я написал рапорт еще на двадцать лет. Я не нянька, я воин!
   - Но разве в этом смысл жизни? - вновь спросила Соболева.
   - Отставить разговор! Хватит засорять эфир, рядовой-ж Соболева!
   Ульрих увидел на своем экране красную сетку корректировки из участка. Она оплела невысокое одноэтажно невысокое здание, в шлемах вновь заверещал тревожный сигнал.
   - Сержант ОБР! Сканеры засекли указанную цель по левой стороне, - доложил Ульрих.
   - Двухминутная готовность. Включить видеорежимы.
   "Додж" подплыл к зданию и резко остановился.
   - Отряд! - голос Гладищева глуховато зазвучал в захлопнувшейся маске.- Помните, это психически ненормальные люди! Действуем жестко, по инструкции! Воронов слева, Тишин справа, Соболева и Долгов - центр. Я прикрываю. Мещеряков, идешь через три минуты, отвечаешь за связь. Вперед!
   Ульрих выпрыгнул из машины. На внутреннем стекле маски немедленно нарисовался полупрозрачный план стоящего пред ним здания. Красными точками были отмечены стоящие у входа бойцы ОБР.
   Отряд, хрустя битым стеклом и мусором, быстрым броском преодолел полтора десятка метров до входа и ворвался внутрь. Там было темно, маска мгновенно переключилась в режим ночного видения.
   - Справа чисто, - негромко сказал Артур.
   Ульрих проведя осмотр также произнес:
   - Слева чисто.
   - Продвигаемся вперед, ищем вход в подвальное помещение.
   Вход был найден быстро. На сомкнутых железных ставнях, в самом углу белел знак - маленькое сердце в круге. Знак секты. Мурашки поползли по спине Ульриха. Всего лишь люди, напомнил он себе.
   - Здесь! Заряд! - приказал Гладищев.
   Отрывисто грохнуло. Первым между искореженными ставнями мелькнул Долгов. Соболева - следом. Прикрывая друг друга, отряд стремительно скрылся в рваной дыре подвала.
   Ульрих спешил спуститься по ступеням, впереди, в клубах пыли светил прямоугольник двери.
   - Соболева, гранату! В дверь! - приказал сержант, - И еще раз: всем внимательно!
   Он включил наружные громкоговорители и в тесном помещении заревел многократно усиленный голос:
   - Всем лечь на пол! Отряд охраны правопорядка города Москвы! При сопротивлении будут использованы соответствующие контрмеры! Всем лечь на пол!
   - Затемнение, - раздалась команда в шлеме; Ульрих включил затемнение маски.
   Яркий свет на миг вспыхнул, Ульрих бросился за сержантом. Странно, но страх совершенно прошел. Сердце, накачанное адреналином, бешено стучало. Сектанты "А". Главные - люди-м. Действуем по инструкции.
   В большой комнате находилось десятка полтора людей. Некоторые лежали на полу, некоторые словно слепые шарили руками, ослепленные светошумовой гранатой.
   - На пол! Всем на пол! Неподчинение приравнивается к сопротивлению! - вновь загрохотал в громкоговорители Гладищев. Люди попадали на землю.
   - Мещеряков, вызывай перевозчик. Тишин, Долгов - охрана. Воронов, Соболева - дверь справа, я проверю дверь слева, - проговорил микронаушник.
   Ульрих двинулся к темневшему проему в стене. У самой двери он переглянулся с Соболевой. Кивнул - прикрой, ногой распахнул дверь, запрыгнул внутрь.
   - Чисто.
   Двигаясь с предельной осторожностью, они прошли недлинный коридор. Соболева протиснулась вперед:
   - Прикрой ты.
   Она распахнула дверь и исчезла внутри.
   - Чисто.
   Едва Ульрих шагнул внутрь, как что-то сильно ударило его по шлему, срывая маску. Он отшатнулся, ударился спиной об стену. Соболева лежала на полу, разметав руки в стороны. Прямо перед собой Ульрих увидел излучатель парализатора.
   - Убийца!
   Парализатор сжимала в руках человек-женщина. Лет двадцати. Но... как же она отличалась от привычных людей-ж. Густая копна мягких волос спадала на плечи. А взглянув с темные, горящие гневом глаза, Ульрих почувствовал удар в солнечное сплетение. Во рту стало сухо, и, сам не зная для чего, он спросил:
   - Кто ты?
   Удивительные глаза вдруг стали еще больше, в них промелькнуло нечто неуловимо прекрасное, абсолютно неуместное в этих условиях. Ульрих стоял словно загипнотизированный. Он даже не обратил внимание, как излучатель парализатора стал опускаться вниз. Он смотрел, смотрел и никак не мог насмотреться. Голова кружилась.
   Над ухом негромко прожужжало, Ульрих узнал характерный звук парализатора.
   - Нет! - вырвалось у него.
   - Все в порядке, рядовой, - по плечу хлопнула рука Гладищева. - Немного страшновато, да?
   Он ногой толкнул упавшую незнакомку, наклонился и вырвал из руки парализатор.
   - Нападение на сотрудника ОБР при исполнении. Двадцать лет в одиночке.
   Ульрих чувствовал себя так, словно заряд парализатора угодил в него. Нечем было дышать, он глядел на безвольное тело лежащее у ног. Мир вокруг кружился и терял устойчивость. Терял все внушаемые много лет установки. Мораль, этика, общество...
   Чуть подрагивающие темные глаза. И - что-то очень теплое в их глубине. Ульриху вдруг подумалось, что когда он заведет ребенка, то он... она (прежде его ужаснула бы такая мысль!), чтобы... была похожа на нее. И такие же глаза.
   Его вдруг оторвало от стены и вновь припечатало к прохладному бетону.
  -- Рядовой Воронов! Слушай сюда! Слушай сюда, щенок!
   Это помогло очнуться от наваждения и взглянуть на Гладищева.
  -- Послушай меня. Слышишь?
   Сержант отскочил к лежащей Соболевой, перевернул ее, сдернул маску. Затем рывком поднял рядового-ж на ноги и прислонил к стене рядом с Ульрихом.
  -- Слышишь меня рядовой? Соболева! Слышишь?
  -- Да, сержант ОБР, - тихо ответила Вера.
  -- Ты спрашивала: в чем смысл этой жизни, помнишь? Помнишь?!
  -- Да.
  -- А смысл моей дерьмовой жизни в том, чтобы таких как ты, женщина, и таких вот как он, - Гладищев кивнул на Ульриха, - спасать от такого вот дерьма. А знаешь почему? Знаешь?!
   Он тряхнул рядового-ж и Соболева чуть застонала.
   - Потому что я мужчина! И это моя работа, моя!
   Сержант отпустил Веру и шагнул к двери. Обернулся и посмотрел на Ульриха.
  -- И ты мужчина. И это твоя работа! Не женщин, не ее. Твоя. Так что привыкай.
  -- Но ведь... А как же... я... - Ульрих указал на лежащую незнакомку.
  -- А этого, рядовой Воронов, ничего нет. В этом мире ничего этого нет. Только так. По-иному нельзя. Поверь мне...
   Гладищев наклонился к самому лицу Ульриха, снял шлем и тихо спросил:
   - А ты знаешь, почему я написал рапорт еще на двадцать лет? Я хочу завести двух детей. Мальчика и... девочку. Но в этом мире по-другому ...никак. Привыкай, рядовой.
   Гладищев надел шлем и вышел из комнаты.
   Ноги не держали Ульриха. Он сполз по стене, сел прямо на пол.
   В голове царил полный сумбур, воздуха по-прежнему не хватало.
   В глазах вдруг стало сыро.
   Рядом всхлипывала рядовая-ж Вера Соболева.
   Мир сошел с ума. Мы все сошли с ума.
  
   14-15.04.2008
  
  
  
  
  
  
  
  

5

  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"