Гамаюнов Ефим Владимирович. Стереотипное мышление

Стереотипное мышление

Дождь с утра шел мелкий, холодный, противный. Про такие говорят - осенний. Хотя какая осень в начале мая? Привычка. Стереотип такой: холодный - значит осенний. Ну и мелкий. Разве весной мелкий дождь идет? Нет. Только крупный, капли как алмазы. И непременно теплый.

Олег заскакал по мокрым ступенькам редакции. Сейчас откроет двери, а там внутри сухо, тепло от масляных радиаторов, негромко шумит кофейный аппарат. И пускай снаружи хоть осень, хоть зима, хоть черт-те что.

Олег приветливо улыбнулся дежурившей на вахте тете Вале.

- К тебе там посетитель, - откликнулась тетя Валя из окошечка.

Олег изумился:

- Ко мне?

- Сказал, что к Степанову, значит к тебе.

Странно. Нет, конечно, к нему иногда приходили, но, как правило, предварительно созвонившись, потому что друзья, все знают. Ну и жаловаться иногда приходили, только таких тетя Валя узнавала прямо со входа, и дальше вахты не пропускала. А тут, значит, просто посетитель. Ну, посмотрим - все равно не под дождем мокнуть...

Посетитель переминался у двери кабинета, высокий, несколько нескладный, с белой бородкой, в очках. "Доцент", - мелькнула в голове мысль, - "Вылитый доцент!".

Увидев его, "доцент" выпрямился, отчего стал похож на аиста, и шагнул навстречу:

- Добрый день!

- Здравствуйте. Вы ко мне?

Посетитель кивнул:

- Вы ведь Степанов? - утвердительно спросил он. - Значит к вам.

Олег отпер кабинет ("Лешка в командировке, Димон раньше одиннадцати не появится") и махнул рукой: проходите. "Доцент" кивнул и зашел внутрь.

- Садитесь, - пригласил Олег, - А почему вы решили, что я именно Степанов?

- Вы понимаете, у вас такой вид... ну, все эти: жилетка, бейсболка, сумка у вас такая. Кто вы можете быть кроме журналиста? И вообще, вам очень идет фамилия. Степанов. Лицо у вас такое...

Олег хмыкнул.

- А вы, случайно, не доцент? - спросил он. - Извините, если вопрос некорректный.

- И корректный, и неслучайно. Действительно я доцент кафедры математики, преподаю, - улыбнулся посетитель. - Алексей Иванович.

- Очень приятно, - Олег пожал протянутую руку. - Может по чашечке кофе?

Пока кофеварочная машина, фыркая, готовила черный напиток, Олег включил радиатор, смахнул кипы бумаг, половинок, клочков со стола. Творческий, так сказать, беспорядок. Собрал карандаши, достал сахарницу...

- Чем же обязан, Алексей Иванович? - Олег поставил перед севшим в кресло посетителем красную кружку с дымящимся кофе.

Сам он плюхнулся на верлявый офисный стул на колесиках, глотнул, греясь, из собстенной "красной кружки",

- Премного благодарен, Олег...?

- Да просто, Олег.

В самом деле, разве журналист может быть Олег Александрович? Олег Александрович Степанов. Так только профессоров зовут. И классиков, преимущественно неживых.

- Олег, - повторил Алексей Иванович. - Ведь это вы писали в позапрошлом месяце статью о стереотипах?

Олег кивнул.

- Даже цикл статей. В прошлом и позапрошлом месяце вышли три статьи...эээ... "Общие стереотипы", "Национальные" и "Стереотипное поведения". Но есть материал еще на одну, или две. Может в следующем месяце выйдут. Пейте кофе, пока не остыл.

- Вот по этому поводу я и пришел к вам, - Алексей Иванович встретился глазами с Олегом. - Наверное, мне попалась первая статья про общие стереотипы.

- А разве там что-то не так? - удивленно спросил Олег. - Я еще понял бы, если бы ко мне пришел украинец, или там, армянин, и начал бы доказывать, что про национальные стереотипы все неправильно. Но там то... общие так сказать вещи. Всем понятные примеры.

- Да нет, нет. В статье, наверное, все правильно. Я не проводил никаких исследований в этой области, так что надеюсь на вашу эрудицию в тех вопросах. Просто...

Алексей Иванович провел рукой, приглаживая бородку.

- Видите ли, я просто измучился сам, и, если совсем честно, даже не знаю, к кому могу обратиться. А тут ваша статья попалась. Так и то, думал идти - не идти. Но вот решился, пришел. Быть может, вы поймете меня. Посоветуете что...

Олег поставил кружку на стол. Внутри зазвенела невидимая струна: интересная история! В любом случае!

- Вы умеете заинтриговать, - признался он. - Я весь во внимании.

Доцент довольно неуклюже полез о внутренний карман пиджака, достал нечто и протянул Олегу.

Олег взял в руки кусочек плотного словно бы картона. Обыкновенного такого, серовато-коричневого. Несколько секунд он внимательно изучал с обеих сторон равносторонний бумажный треугольник, и, не найдя ничего необычного, вопросительно посмотрел на посетителя.

- И что?..

- Возьмите еще вот это, - тот протянул Олегу простой транспортир из желтоватого прозрачного пластика. - Если вы помните, сумма углов в треугольнике равняется...

- Сто восемьдесят градусов, - машинально ответил Олег.

- А измерьте, - посоветовал Алексей Иванович.

Это становилось все необычней и, что уж скрывать, интересней. Олег положил на стол треугольник, а сверху пристроил транспортир. Что тут мерить-то?

- Этого не может быть, - растерянно сказал он через несколько десятков секунд, - Тут ошибка, где-то.

Доцент с легкой улыбкой смотрел, как Олег снова и снова замеряет углы. Всего три угла.

- Я сам сначала подумал, что линейка неправильная, - сказал он, обрывая труды. - Не поленился, сходил за другой. Потом за третьей. Вот, если угодно...

Алексей Иванович положил на стол десяток транспортиров разной расцветки и размеров.

- ...Только там все равно двести сорок градусов, - закончил он.

Олег откинулся на спинку стула, вытер вспотевший лоб и уставился на сидящего перед ним.

- Откуда это у вас? - голос чуть дрожал.

- Сын одного моего знакомого сделал. Пособие по геометрии,.. хотя, даже еще по математике, начальная школа... Подошел к отцу, спросил: чему равняется сумма углов в треугольнике, а тот возьми и ляпни: двести сорок градусов. Почему - неизвестно, сам потом признался. А отпрыск тоже возьми да и вырежи вот это... Папа проверять стал, чуть в обморок не свалился...

- Но ведь это невозможно! - Олег потряс руками, словно пытаясь показать этим нереальность события.

- Невозможно, - согласился доцент, - Но, как-то вот...

И пожал плечами.

Олег потер щеки. Открытие, фантастическое и нереальное! Всемировая сенсация! "Путлицеровка" почти в кармане! Вот удача. Он взъерошил волосы и спросил:

- А что вы хотите делать? Ну с... этим?

- Я не знаю, - признался Алексей Иванович. - Поэтому и пришел к вам.

- Но вы, конечно, понимаете, что это вот, - Олег указал на треугольник, - Явление мирового масштаба! Тут можно Нобелевскую получить!

- Наверное, можно, - осторожно согласился Алексей Иванович. - Но как, я, математик, не знаю. Мальчик ничего подобного повторить больше не может. Отец просил не называть его имя, боится, что пацана затаскают по экспериментам. Да я так тоже думаю. А мальчишка действительно не знает, как он вот это сделал. Не знает. И я не знаю. Все что мог уже делал: картон обычный, все стороны ровные, углы одинаковые. Абсолютно обыкновенный треугольник: перерисовываешь его на другую бумагу, прямо вот обводишь по сторонам, у того сто восемьдесят, у этого двести сорок! И не покажешь никому: достанут мальчишку, все вывернут, а достанут. Мир большой науки, увы, жесток. И одному больше сил нет. Не знаю, что делать с этой штукой. Вы Толкиена читали? "Властелин колец".

Олег кивнул. Мысли рассеянно метались в голове.

- Вот как кольцо всевластья: и отдать не отдашь, и хранить самому спокойно не получается.

- И что же вы хотите, - повторил Олег.

- Возьмите себе треугольник, - попросил доцент, вновь гладя бороду. - Возьмите и напишите про это, если захотите. Или сделайте вообще что угодно.

- Почему я? - удивленно спросил Олег, хотя в душе все кричало: Да! Да! Да!

- Потому что я не могу. Люди еще не готовы к такому. Это будет всего лишь диковинка, а не наука. К сожалению. Не готовы. Мда...

Алексей Иванович внезапно поднялся, став вновь похожим на длинноногого аиста, и протянул Олегу руку:

- Пожалуй, я пойду, пока не передумал.

Он хмыкнул. Олег вскочил:

- Но... неужели в самом деле не жалко расстаться с...

Утренний посетитель заглянул ему в глаза и ответил.

- А что я могу с ним сделать? Ничего. Только мучиться и переживать от собственного неумения и бессилия. Кусать, как говориться, локти. Так что не жалко. Я же говорю вам: люди еще не готовы к такому. И, еще попрошу вас - никому не говорите, откуда вы взяли его. Хорошо?

- Разумеется.

Олег хотел спросить о чем-то еще, но Алексей Иванович уже открыл дверь:

- До свидания, Олег, - он чуть улыбнулся. - Вот так вот, стереотипы не всегда работают...

Дверь хлопнула, закрываясь. Олег стоял, глядя на ее коричневую, "под красный дуб", поверхность. Перед взором плыли, разворачиваясь с космической скоростью, картины дальнейших действий...

Сколько он простоял так?

Дверь открылась, в кабинет ввалился Дима Стасюк, вечно улыбающийся, почти всегда чуть "подшафэ". Как его главный терпит?

- Дарова, Лега! - прогрохотал Дима.- Ты что, вчерашний день потерял?

- Привет. Да тут... - очнулся Олег.

- Лена сказала, тебя главред требует, - сообщил Стасюк. - Гони, давай.

Олег забрал со стола картонный треугольник и пошел к главному редактору - сдаваться, как говориться.

День пролетел, словно и не было. Все рабочие восемь часов Олег мотался: по заданию на интервью, в отдел статистики, а заодно - в милицию. Весь день мозг лихорадочно думал: как же поступить с проклятым (о да! теперь Олег считал именно так) треугольником.

Написать статью?.. В нынешней прессе каждый день печатают десятки вещей фантастичней, интересней, загадочней. Сотни!

Пригласить независимых ученых? Поначалу такая мысль казалась очень заманчивой: проводим свободную экспертизу, а потом... Ага, в тех сотнях историй сотни независимых экспертов клянутся - передатчик в мозге! НЛО, в натуре! Динозавры в пещере, мать их!

Переслать куда-нибудь в лабораторию? Если сразу не выкинут, посмотрят, что сделают? Никто не знает. Скорее всего, как и говорил утрешний "доцент", останется неразгаданной диковинкой. Только девяносто девять шансов, что просто выкинут, даже не меряя.

Отнести самому? Ага, проблем не хватает. Сразу будут, и много.

Вечернее, все еще летне-голубое, очистившееся от туч, небо, накрыло огромным куполом город. Олег стоял на крыльце редакции и мучительно представлял бессонную ночь. Весь день дергался...

Чирикали... воробьи? Мимо шел мужик, разношерстно-одетого вида. Бомжара? Хотя, если присмотреться, да нет, нормальный мужик. Живет где-нибудь рядом, за сигаретами в киоск выбежал.

Мы привыкли существовать в мире стереотипов. Живем шаблонные жизни в абсолютно картонных декорациях работы, друзей, семьи. Дорогая тачка - жизнь удалась! И кто видит, что все деньги - да еще две трети занято - в этой железке? Никто. Круто.

Олег вытащил из кармана картонный треугольник. Все правильно вы сказали, Алексей Иванович. До такого мы не доросли. Мы не доросли даже до простейших вещей: подумать, что араб всего лишь житель восточной страны, а не синоним террориста. А тут - сдвиг науки, прорыв... Куда там.

Жить штампами проще ... А вот вам диковинка! Ловкий фокус! Прикинь, да, двести сорок градусов!.. Ботва...

Олег взял картонку двумя руками и разорвал. Раз, другой.

И бросил кусочки в синюю железную мусорку с крышкой "домиком".

Комментарии: 18, последний от 25/09/2009. © Copyright Гамаюнов Ефим Владимирович (dragonfly3@yandex.ru) Размещен: 24/06/2008, изменен: 17/02/2009. 12k. Статистика. Рассказ: Фантастика Фантастика		Оценка: *6.895** Ваша оценка:

Гамаюнов Ефим Владимирович: другие произведения.

Стереотипное мышление