Гарайшин Фаиз Амирзянович: другие произведения.

Спасибо, Ангел!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Разве могут Светлые силы бездействовать? Не предпринимать что-то и не заботится обо всех и каждом? Конечно же нет! А значит, когда поймут россияне в чьих темных сетях они оказались, - поймут и захотят перемен - то все тогда начнет изменяться и преображаться. И тем не менее уже теперь - как, в прочем, и всегда прежде - ничто не мешает всякому из нас обратится к Небесам за помощью и поддержкой. С просьбой помочь. Уберечь. Поддержать. Направить. Даровать, в конце концов, большую и светлую любовь...

  В подготовке "Золотого Века человечества"
  
  1
  - Вве-е-рочка!?... Вера! Слышишь меня?... - сорокапятилетняя женщина не спеша пересекла комнату и, выглянув на балкон, вновь осторожно обратилась к дочери. - Верочка...
  - Да, мама?... - девушка, жмурясь от весеннего радостного солнца, мечтательно улыбнувшись, повернулась к матери. И тут же, словно прочитав что-то в ее глазах, меняясь в лице, театрально хлопнула в ладони.- О, Господи!... Это опять он?... Угадала?... Как он мне надоел!... Он звонит чуть ли не каждый день... Чуть ли не по нескольку раз в день... Он... он... - точно перебирая слова, она искала самые колючие и колкие.
  - Перестань! О, Господи!... Всего-то один-два раза в неделю... - перебивая, женщина решительно шагнула к дочери. - Ты неправа. Саша интересный молодой человек. Умный, симпатичный, интересный... Э-э-э... деликатный, тонкий... Надежный, наконец!...
  Вновь услышав из уст матери все эти красочные эпитеты, Вера внезапно забыла о нежных и теплых солнечных лучах, ласкавших ее еще минуту назад. Забыла о высоком голубом и прозрачном небе, в которое только что вглядывалась, загадочно мечтая. Она заерзала в кресле как ужаленная.
  - Ну, вот! Опять двадцать пять!.... Да он мне не нравится, мама! Не нравится!... Он весь такой... такой... - начав было с явным раздражением, девушка, взглянув вдруг на растерянную мать, стушевалась. Слова внезапно оборвались, но она тут же, уже мягче, продолжила. - Он такой не модный... не стильный... не крутой... Словом, такой не современный... Такой не... - вконец растерявшись, Вера уже не знала, что добавить к сказанному. - А вот, кстати!... Взять хотя бы это его имя... Как ты там его называешь?... "Са-шень-ка"... Ха-ха-ха!... Мамочка, ну пойми, ну разве может быть у мужчины...
  - У молодого человека! - поправила ее мать, с нежной иронией всматриваясь в дочь. - Он лишь на два года старше тебя.
  - А, ну да... у молодого человека... Разве может быть... - натянуто улыбаясь и вновь говоря чуть язвительно, Вера стала намеренно коверкать слова - У мол-ло-дого... мустанга... у знойн-ного мачо... та-кое неж-жное имечко "Саш-шень-ка"?
  - Александр. - вновь спокойно поправила ее мать. - И не какой он не мустанг!... И вообще, перестань ерничать!... Я говорю с тобой о серьезных вещах.
  - Вот именно! Ты права. Никакой он не мустанг. - продолжала девушка. - Он... он... он... - на лице ее опять возникла нарочито кислая гримаса. - О! Я знаю кто он... Он "ботан". Точно! Он "сухарь". Такой весь правильный-преправильный "сухарь" и "ботан"...
  - А тебе бы хотелось, чтобы он был... как ты там выразилась?... "бешеным мустангом" и "знойным мачо"?... По которому, к тому же, все девушки сходили бы с ума, а сама ты - желтела и синела от ревности... Так что ли?...
  - Вот еще! - фыркнула Вера и не найдясь, что добавить, растеряно пробормотала. - Конечно же, нет... Не хотелось бы... Но, пойми... пойми же... он мне не нравится.
  - Но почему?... Почему не нравится?!... - не сдавалась женщина. - Он такой приятный молодой человек. Из интеллигентной семьи. Да и... он симпатичен... даже красив, наконец!
  - Мама! О Боже!... Что мне с того, что он из интеллигентной семьи?... Ты же знаешь - это теперь не главное...
  - А-а-а!!!... Понимаю, понимаю... - женщину вдруг точно задели за больное. - Ты еще скажи, что это теперь тоже не модно!... Теперь же все с ног на голову!... Теперь же как?... Ты ждешь принца. Но не то, чтобы прекрасного и благородного... Как прежде и в прежние времена... Нет. Теперь это уже условности и совсем не важно... Важно и даже обязательно теперь иное... Обязательно, чтобы на лакированном "мер-се-бе-се"... И обязательно богатого-пребогатого!... Пусть даже моральный урод, но при "бабках"... Пусть даже староватенький и помятенький, но с деньгами... Так что ли?... Такого ждешь?... Как, в прочем, и все вы... Нынешние!...
  - Нет, не так! - воскликнула Вера в некотором недоумении. - И причем тут все?... - и сделав было паузу, тут же решительно добавила. - А вообще-то точно!... Да, жду. Жду. Не нефтяного принца, конечно... Хотя хотелось бы... И конечно же, не такого как ты обрисовала... Но принца... Прекрасного... И даже немного богатого... Или просто богатого... А почему бы и нет?... Почему?... Но уж во всяком случае не твоего "Са-шень-ку"...
  - Как с тобой разговаривать? - тяжело вздохнув, женщина пожала плечами. - Ты ничего не понимаешь... Не понимаешь и не хочешь понимать...
  
  2
  Девушка вновь повернула голову к пригревающему весеннему солнцу и слегка зажмурилась. Солнечные лучи, лаская, нежно касались ее лица, темных, спадающих на плечи волос, играя и отражаясь в их переливах.
  - Я все, все понимаю... - произнесла Вера примирительно. - И ты, мамочка, это прекрасно знаешь. Просто немножечко не так как ты... По-другому, по-современному... Ну, а если честно... - задумчиво продолжила девушка - То он, конечно же, ничего... Александр этот твой... Пожалуй, даже на "четверку"... - говоря несколько напыщенно, и не-то всерьез, не-то шутя, девушка словно бы игриво прикрепляла теперь к каждому слову ценник. - Может даже с "плюсом"... Да, пожалуй, на "четверку с плюсиком"... С маленьким таким плюсиком!... Вот только сама посуди... Что у него есть?... Квартира?... Нет... Машина?... Нет... Только одно и есть это твое звание - "хороший человек"... Но ведь в наше время этого явно маловато... Не так ли?... Так что, давай будем считать, что он... скорее всего... мне не нравится...
  - "Скорее всего"... "Будем считать"... - с грустью передразнила мать. - Как это все понимать?... Так нравится или нет?... - она выдержала вопросительную паузу, но, не дождавшись ответа, продолжила. - Вот ведь заладили: "В наше время", "в наше время"... Время теперь, якобы, совершенно иное... Но оно всегда другое!... Всегда время новое и иное... А вот как с моралью теперь?... Каковы у вас ориентиры в вечной шкале ценностей и идеалов?.. Где вы там теперь, современные, на шкале от абсолютного зла к абсолютному Добру?... Где?... Вот!... Вот что определяющее! Вот что мерило всего и вся!... А то заладили "в наше время", "в ваше время"... - женщина сделала было паузу, но тут же решительно продолжила. - Просто совсем у вас... у нынешних девиц... "того" в головах... раздрай и каша... Сказали бы прямо, что "статус" и "бабло" - это теперь ваши главные ориентиры и критерии отбора... Не любовь, не что-то еще "человеческое", а только деньги и положение... Понавесили бы на себя ярлычки с ценниками, да и все тут! "Я столько-то стою". "А я столько-то"... А-то напускают туману... Время, видите ли, теперь иное... "Современное!"... Бла-бла-бла!... - женщина криво усмехнулась. - Причем, что интересно, снаружи-то ведь ведут речь как бы про чувства... Про любовь большую и светлую ... А вот внутри... Ай!... - она махнула в сердцах рукой. - Думаете же совсем про другое... По крайней мере, большинство из вас... И... и как ты сказала?... Что хорошим человеком быть теперь маловато?... Маловато?... Так?!... - произнесла женщина с досадой и тут же твёрдо продолжила. - А, по-моему, именно хороший человек теперь только и в цене, потому что редкость. Большая редкость!... И именно Саша... Александр... как раз и хороший человек... Сразу же видно, что он надежный... добрый... порядочный... И ты сама все это видишь и знаешь... Сама видишь и знаешь, что именно теперь-то, таких-то как раз качеств и мало в молодежи... И именно теперь их более всего и нужно ценить... Искать и ценить!... Ведь деньги-то и положение это наживное, а вот такого рода человеческие качества - как доброта, ответственность, порядочность, честность, преданность - нигде, никогда и ни за что не купишь!... Что скажешь?... Разве я не права?.... Эх!... Просто, ты еще плохо разбираешься и в людях, и в жизни... Да, и его-то ты еще так мало знаешь для серьезных выводов...
  - Мало? Александра?... - парировала тут же Вера. - Ого! Целых два месяца!
  - Всего-то месяц с небольшим. - женщина подняла вверх палец, точно призывая само небо в свидетели. - Месяц!
  - Пусть. Пусть даже и месяц. Ну и что же с того? В наше время этого порой хватает, чтобы даже развестись, не то что...
  - Вот именно! - вспыхнула в ответ женщина. - "В ваше время"... У вас... у современных... все теперь как-то так... по-быстрому... наскоком... Как у кошек... "Мур-мур" и тут же "жмур-жмур, секси-пекси"... "В ваше время"... В ваше время сначала того... животная страсть и интим, а только потом человеческие отношения и душа...
  - Опять двадцать пять!... Ну, вот причем здесь все и я?... Причем здесь я и то, про что ты сейчас намекаешь? Причем?... Мама, пожалуйста! Ну, пожалуйста!... Ну, про это-то хотя бы не начинай...
  - А разве я заканчивала? - воскликнула женщина. - И разве я не права? Вы теперь даже и одеваетесь-то и выглядите как кошки перед спариванием. Все у вас теперь на показ. И все... или выпирает наружу... или уже открыто... Мода, видите ли, теперь такая "прелюбодейная"... Такое даже чувство, что не найдя исчерпывающего ответа на прежний вопрос "Выгодно ли быть стервой?", все вы теперь задались другим: "Выгодно ли быть самкой"?
  - Мама, опять?!... Зачем же всех-то под одну гребенку?... Ты же знаешь, что я никогда не следовала моде "сексуального эпатажа" тире "озабоченного экстрима". И слово "стерва" для меня такое же ругательное, как и для тебя. Больше того, я даже не курю...
  - Вот!... Вот оно "ваше время"!... - женщина всплеснула руками. - Какими же должны быть современные нравы, что бы порядочная девушка могла сказать про себя: "Я даже не курю"?... Дожили!... А что тогда вытворяют другие?... Менее, так сказать, порядочные... И что же тогда дальше?... А?... А я тебе скажу!... Дальше порядочные девушки будут говорить: "Я на первом свидании того... в постель не ложусь. Только на втором. Правда, сразу"... Так, что ли?... О Боже!... Дожили!... И в правду, как там у Александра Сергеевича?... - Верина мама тяжело вздохнув, страдальчески покачала головой. - "Ужасный век, ужасные сердца"...
  
  3
  Женщина было замолчала, но тут же вспомнив о чем-то наболевшем, вновь горячо продолжила:
  - А наколки эти ваши бессмысленные?... Понты одни!... Типа: "Хочу чаю" на японском. Или: "Я из племени озабоченных улиток" на юмбо-юмбском... Раньше хоть смысл был: "Не забуду мать родную!" - сказав последнее женщина рассмеялась. - Я ж тебе рассказывала... пошла тут с тетей Машей в баню... А там!... Каких только бабочек, зайчиков, птичек, веточек да розочек не понаколото... разноцветных и в разных местах!... Как говорится: "зоопарк и дендрарий в одном флаконе"!... - мать Веры вновь громко рассмеялась, а затем вдруг стала вопросительно-серьезной. - Ну вот, скажи, что?!... Что такая будущая... или нынешняя... молодая мамаша... вся теперь такая в разноцветных понтах... с разного рода подтекстами в своих "тату"... да еще в разных непотребных местах... скажет своей дочери или даже внучке через двадцать или сорок годиков на ее тамошние... уже ее собственные озабоченно-распутные выкрутасы?... А?... "Я себе такого, деточка-внученька, в твои годы не позволяла"... А у самой наколки многозначительные и там и сям... А детка ей в ответ: "Ага, бабуля-мамуля, рассказывай, рассказывай про годы свои девические экстримные, только наколочки-то прикрывай, а то что-то слабо верится про целомудрие и непорочность..."
  Точно не в силах больше терпеть, Вера решительно выпалила:
  - Мама! О, Боже!... Мама, мы же с тобой уже столько раз говорили на эту тему, что, по-моему, тема о татуировках должна быть закрыта раз и навсегда?... - успокоившись, она выдержала вопросительную паузу, а затем уже тише, размеренно и почти назидательно продолжила. - Говорю об этом вновь, мама, лишь для того, чтобы ты была спокойна... У меня нет никаких комплексов по этому поводу. И для меня в этом вопросе... в прочем, как и в курении... как и в... - девушка было смутилась, но тут же продолжила. - Как выражается тетя Маша.... в "межполовой распущенности"... ясно как день, что все это есть проявления болезненности и слабости человеческой души... В большей степени даже болезненности... Я тебе уже обо всем этом говорила, но скажу, мама... для твоего спокойствия... еще раз... - Вера вновь выдержала паузу, точно надеясь, что та ее остановит. - М-м-м... Так вот, мама... по-моему, все эти... скажем так - "Поведенческие отклонения"... - начала девушка. - Есть проявления болезненности и слабости человеческой души. И точно так же как... если говорить по аналогии... очевидным проявлением болезни физического тела человека являются разного рода признаки какой-нибудь физической болезни... к примеру... - девушка на секунду задумалась. - К примеру, кожные высыпания или гнойники... туберкулезный или простудный кашель... какая-нибудь дизентерия или высыпания сифилиса...
  - Фу, Вера!...
  - А что?... Да, да и сифилиса!... Такова правда жизни... Ты же говоришь правду. И я за правду жизни... Ведь все эти телесные проявления являются ни чем иным как проявлениями болезни этого самого физического тела... Являясь при этом чаще всего, во-первых... - девушка демонстративно загнула пальчик. - Следствием отсутствия у человека высокого "потенциала здоровья"... если можно так выразиться... Во-вторых... следствием отсутствия должной гигиены или точнее даже - должного образа жизни...
  - А если не первое и не второе?... - женщина иронично улыбалась. - А если болезнь просто оказалась сильней?... Сильней и все тут?... И потенциал... как ты выразилась... не спас... и гигиена не помогла...
  - М-м-м?... Согласна... - произнесла Вера после секундной паузы. - Третий случай - это если болезнь оказывается очень сильной... Да, типа эпидемия... К примеру, новый штамп вируса... К слову сказать... - девушка подняла вверх тоненький указательный пальчик. - Потому и важна здесь забота человеческого общества... точнее даже - забота государства... об окружающей гигиене и об окружающих людей условиях жизни... Ведь далеко не каждый человеческий организм имеет высокий потенциал здоровья... Как и далеко не каждый организм... даже ведя должный образ жизни... способен противостоять той или иной болезни. Особенно при эпидемиях... Но ведь тоже самое можно сказать и касательно человеческой души! - воскликнула девушка. - Ровно тоже самое!... Когда человеческая душа того или иного человека склоняется ко злу и пороку при встрече с ним... Очерняется... или, можно сказать, заболевает... В том числе и при какой-нибудь "аморальной эпидемии"... И происходит все это, опять же, во-первых... - Вера вновь стала загибать пальчики. - Во-первых, вследствие отсутствия внутреннего душевного потенциала... э-э-э... вследствие недостаточности "душевного здоровья"... Или, говоря условно, "душевной малости" человека... И так же как "физический организм" какого-то человека склонен к заболеванию кожными или легочными заболеваниями, так и "душевный организм" то или иного человека... или даже многих и многих... склонен к заболеванию... - девушка на секунду задумалась. - Похоти... честолюбия... тщеславия... или, скажем, властолюбия... Ведь так?...
  - Может быть... Может быть... - задумчиво произнесла женщина, а затем, кивнув, добавила. - Скорее всего...
  - Вот-вот... А во-вторых, происходит это вследствие отсутствия в обществе должной "гигиены"... должных норм и высокоморальных правил жизни... Происходит вследствие отсутствия должного образа жизни всего общества.... И именно поэтому... так же как в случае с физическим здоровьем, когда телесный потенциал оказывается недостаточен, а болезнь берет верх... человек заболевает... но заболевает уже "душевно"... Не в смысле "душевно больной"... - уточнила девушка. - Когда что-то с головой... Здесь у нас, к слову сказать, тоже все еще полная путаница... А в смысле болезни души... Ведя себя в итоге соответствующе... как, собственно, и ведут себя все плохие... уже, так сказать, заболевшие, люди... - сделав паузу, Вера загнула второй, а затем сразу же и третий пальчик, продолжила. - Ну и, опять же, по аналогии, "в-третьих"... Это когда "моральная болезнь" оказывается очень и очень сильной... - девушка на секунду-другую задумалась. - Хотя это уже посложнее, чем с "физическими болезнями" при эпидемиях... Здесь уже, помимо "внешней" "аморальной эпидемии", возникает и существует еще и некая "внутренняя", так сказать, "темная эпидемия"... Как говорит тетя Маша: "внутреннее бесовское воздействие"... Э-э-э... Так вот... Как я понимаю "внешняя эпидемия" возникает вследствие сильного воздействия "безнравственной пропаганды" в самом обществе... Кстати, и пример... Помнишь в Египте?... Телевизионная реклама одной и той же вещи, что у нас преподносится намерено "ниже пояса", у них же... причем, с не меньшей зрелищностью и привлекательностью... показана очень даже целомудренно и без всех этих "наших" вопящих намеков и озабоченностей... Помнишь?... Мы еще удивлялись: "Как так?... Отчего они могут и красиво и без чернухи, а наши... или не могут или не хотят?..." - девушка сделала вопросительную паузу, а затем продолжила о прежнем. - Вот он пример "внешней эпидемии", создающей в свою очередь "аморальную атмосферу" в обществе... Которая уже в свою очередь... постоянно действуя, так сказать, "внешним" пропагандистско-общественным... или даже государственным воздействием на человека... и порождает и в нем, и во всем обществе... эту самую "моральную болезнь"...
  Причем, как мы уже отметили... присоединив сюда и тети Машино "внутреннее бесовское воздействие"... как раз и порождающее как бы еще и "внутреннюю эпидемию"... "моральная болезнь" в человеке может возникнуть уже и от этого... То есть когда что-то темное и потусторонне давит и на человека, и на общество своим каким-то скрытым очерняющим воздействием... - сказав последнее, Вера криво усмехнулась. - Ну вот, видимо, точно так же, как на руководителей нашего телевидения... Или на всех тех, кто сначала "внутренне" склоняется к пороку, а затем уже "внешне" как раз с удовольствием и смотрит такого рода телепродукцию... - она махнула рукой, поморщившись, а затем точно сама себя спросив, задумчиво произнесла. - Что-то я слишком далеко и глубоко забралась?...
  
  4
  - Продолжай, продолжай! Чего ты?... - произнесла тут же женщина, в глубине души даже довольная тем насколько емко понимает дочь скрытые стороны жизни. - Мне все это крайне интересно. Ты же знаешь, что тетя Маша меня еще не тем грузит...
  - Да, сколько угодно! - смеясь, тут же отозвалась Вера, тут же вспомнив ближайшую мамину подругу - тетю Машу, не только любившую поговорить на душеспасительные темы, но и всегда называвшую вещи своими именами. Или как она сама про это говорила: "Крыть правду-матку" или "Сказануть по рабоче-крестьянски"... Кроме всего прочего, тетя Маша была еще и крестной матерью самой Веры. Стремясь, видимо, вследствие этого, то и дело "подключать" и саму Веру ко всем такого рода "душеспасительным беседам"; не очень, в прочем, и навязчивым. - Для тебя, мамочка, всегда пожалуйста... - произнесла девушка. - У меня как раз на эту тему в университете пару докладиков... Да, кстати... Раз уж ты упомянула современную откровенно-открытую женскую моду... как и соответствующее поведение некоторых современных девушек... то разве не склонность "организма души" некоторых женщин к болезни под названием "похоть", более всего выражается в их бесконтрольном стремлении привлечь к себе... точнее, к своему телу... противоположный пол?... В том числе и в чрезмерном стремлении показать свою якобы "сексуальную неординарность", эпатируя мужчин крайне откровенными и открытыми нарядами... А на деле... для тех, кто понимает... показать "болезненность" своей души... Ведь так?...
  Но ведь ровно же из этого же ряда... при склонности к другой "душевной болезни" под названием "тщеславие" и "честолюбие"... стремление подростков или, опять же, современных девушек... взять сигарету и демонстративно-публично курить. Как бы иллюзорно ставя себя на ступень выше остальных... Подсознательно, так сказать, стремясь выделиться... Как бы даже иллюзорно доминируя в своей социальной группе... Потом, конечно же, появляется привычка и даже слабонаркотическая зависимость... Но вот первоначальный-то шаг вызван именно тем, чтобы показать свою "минутную крутость"... Показать свою принадлежность как бы к "высшей группе".
  - Хоть как-то, да выделиться. - резюмировала мама девушки. - Пусть и чем-то негативным или даже порочным, но выделится...
  - Да. Типа того. А это-то как раз и свидетельствует не только о признаках "тщеславия" и "честолюбия" в человеке, но и о его "душевной низкорослости" или "душевной сла-бо-здо-ро-вости"... - Вера засмеялась. - Во как сказанула!... В прочем, из этого же ряда и все прочие... как ты говоришь... "негативные действия"... В том числе и эти "твои" татуировки. Здесь же и пирсинг. И курение. И матерная речь человека. Здесь же и "обнаженка"... Да, и просто - вызывающая внешность и, соответствующая этой самой "болезни души", манера себя вести или же одеваться... Которые как раз и являются внешними проявлениями "душевных болезней"... Душевных опять же не в смысле... - сделав паузу, девушка постучала пальчиком по лбу, повторив. - "Душевной" не в смысле... - она тут же коснулась области сердца. - А в этом... А то у нас еще путают одно с другим, относя то к душевному телу, то к телу физическому... Путая болезнь души и болезнь сознания... В прочем, все это ясно как день...
  Как ясно и то, что у этой самой "душевной болезни" есть главная первопричина в виде темных бесовских сил. От которых, собственно, и исходят "внешнее" и "внутреннее" зло. - девушка было задумалась, но тут же продолжила. - Где под "внешним" злом, на мой взгляд, следует понимать всякое очернение этических норм... снижение морали и общественной нравственности... Словом, "внешняя эпидемия"... и как итог - морально больное общество... Под злом же "внутренним", думаю, следует видеть всякого рода скрытые внутренние подспудные внушения и искушения... Какие-то не нормальные влечения... тщеславие... пороки... похоть... Словом, это и есть источник "внутренней эпидемии"... - чуть сморщив лобик, девушка, после паузы, задумчиво добавила. - Вообще же, все эти крайне сложные вопросы столь мало еще нашим обществом изучены, поняты и еще меньше теперь, к сожалению, обсуждаемы... И уж тем более... - улыбнувшись Вера вновь вспомнила ближайшую мамину подругу - тетю Машу, являвшуюся к тому же и крестной матерью самой Веры. Вследствие чего, видимо, и стремившуюся, то и дело "подключать" и саму Веру ко всем такого рода "душеспасительным беседам"; не очень, в прочем, и навязчивым. - Не предъявляемы людьми государству как его "недоработка"... Вернее, даже... опять же если выражаться языком тети Маши... именно как его непосредственная вина...
  
  5
  - Подожди...- вдруг с горечью произнесла женщина. - Я вот о чем подумала... Если все это так просто и ясно... То отчего же тогда "любимое государство" ничего в этом направлении не делает? А если даже что-то и делает, то лишь, скорее, для маскировки этого своего неделания. Ведь столько кругом молодежи, буквально, морально уродуется, гибнет, очерняется... - она было замолчала, точно вспомнив о чем-то, но тут же печально продолжила. - Тут давеча опять сообщили что нашли тельце новорожденного ребеночка в мусорном баке... Смерть от переохлаждения.... Представляешь?... Крысы его, бедненького, живого еще объели... И вот как представлю младенчика этого плачущего, взывающего... умирающего... среди крыс, мусора, холода, голода... Сердце просто разрывается!... Тянет дитятко свои слабенькие, младенческие ручки... зовет родненькую мамочку... надрывается... кричит, слабеющим голоском... умирая под самыми окнами мира человеческого, вопиет: "Я здесь! Здесь! Здесь!"... Представляешь?... И ведь только что он с мамочкой своей был единое целое. Только что в спокойствии пребывал под сердцем ее, растя. - голос женщины задрожал, мучительно вибрируя. - Сколько же он человеком-то успел пробыть? Час? Два?... И ни имени не получил. Ни фамилии... Мальчик ли? Девочка?... Он мог стать писателем, замечательным мужем и добрым человеком. А она прекрасной матерью, любящей женой и любимой учительницей для сотен таких же ребятишек... Но все было перечеркнуто, истреблено и убито... - женщина было замолчала, но дрожащим голосом продолжила. - Такое предательство!... Такое незаслуженное страдание!... Такая невыносимая и одинокая смерть... Его даже, выходит, и воздуха-то чистого перед смертью лишили... Зловоние человеческих отходов - вот, стало быть, его последний удел... Представь себе только!... Точно не дитя он человеческое вовсе, а... а... - женщина, осекшись, не договорила, мучительно сжав дрожащие губы. - Сердце просто разрывается!... Так больно о таком слышать!... Так больно!...
  - Кошмар!... - тяжело выдохнула Вера. - Просто кошмар! Очень печально и очень страшно...
  - Не то слово! - воскликнула женщина, утирая слезы. - Как же все это не достойно и человека и человечество... Как мерзко. Как страшно и низко!... И сколько таких же детских страданий по всей стране и по всему миру! Так больно о таком читать и слышать! Как же мы люди позволяем себе такое?... Уму просто непостижимо!... А сколько еще случаев о которых осталось безвестно? Погребены, утоплены, зарыты... Должно быть и не перечесть их в это наше гадкое время!... - страдальчески качая головой она, вспомнив о чем-то, замерла. - Помнишь еще... тетя Маша недавно рассказывала... Толи в Сирии, толи еще где... Раненный умирающий трехлетний мальчик... с многочисленными внутренними кровоизлияниями... Помнишь, когда уже умирающего его привезли в больницу?... Помнишь, что сказал он, чувствуя, видимо, что умирает?... Страдая и плача... "На всех на вас - говорит. - пожалуюсь Богу. Все Ему про вас - говорит - расскажу!" Представляешь?... Как же надо так разуверится в людях, чтобы такое сказать, умирая?... Точно не было у него уже к нам никакого доверия. Точно мы уже недочеловеки в глазах его... "На всех на вас пожалуюсь Богу. Все Ему расскажу..." Все мы, выходит, для него... и для тысяч других... и для младенчика того же... нами же, опять же, брошенного на растерзание... - женщина едва договорила дрожащим голосом. - Совсем, стало быть, нелюди... Как же так, Вера? Отчего? Почему?... Если... как ты говоришь... все ясно так и понятно?...
  
  6
  Вера, обняв мать, и сама чуть не плача, глядя в высокое небо, спрашивала себя теперь о том же. Спрашивала отчего все так происходит. Отчего наполнен мир невероятных страданий и неимоверных несправедливостей? Отчего происходит все то, что заставляет страдать и плакать детей и матерей по всему миру?
  "Ведь рождают, воспитывают и растят... - думала печально Вера, вернувшись ненароком к прежним своим недавним мыслям. - И тех, кто стреляет и тех, в кого стреляют... Одни и те же женщины-матери... И тех, кто мучит и тех, кого мучат... Одинаково уча своих детей быть добрыми. Помогать ближнему и слабому. Заботится о немощных и не обижать кого бы то ни было. Так откуда же?... Когда и как появляется в нас, в людях, все то, что толкает затем одних бросать своих младенцев на помойку, а других - бомбить и стрелять в трехлетних детей?... Отчего? Каким-таким образом?... Неужто права тетя Маша?... Неужто все дело лишь в том, что существуют рядом с нами какие-то неведомые бесовские силы... что, хотя и не вхожи в наш мир, но зато, будучи умней, способней и могущественней нас, побуждают и толкают нас... не смотря на наше доброе и светлое материнское воспитание... становится злодеями, палачами, насильниками...
  Неужто права тетя Маша, говоря, что удается им, темным и потусторонним, поднимать нас друг против друга... Поднимать человек на человека, брат на брата, народ на народ... Удается за счет тех или иных страстей и желаний наших, идей и учений, мировоззрений и идеологий... Удается за счет того, что прежде всего делают они своими слепыми орудиями наших правителей и вождей. И уже через них, через "властителей дум и правителей умов", направляя столь же "слепые" человеческие множества в столкновения друг с другом. Поднимая одних против других. Терзая ближних и дальних. Обижая немощных и слабых... Поступая совершенно по-другому, чему учили и наставляли их матери. Действуя совершенно наоборот тому, что привыкли слышать и слышали они от родных и близких. Слышали от своих сердечных учителей и добрых наставников...
  Неужто все именно так?... Неужто эта темная, злобная, неведомая сила может вот так запросто перечеркнуть старания миллионов, почти даже миллиардов матерей по всему свету, превращая их детей в страшные и гибельные орудия... Превращая их в гонителей, терзателей, в мучителей, насильников и палачей?... - и тут внезапно Веру пронзила еще более страшная догадка. - Неужто когда-нибудь найдется очередной вождь и правитель... что столь же умело-лукаво, как и нынешние "слуги народа"... прикрываясь той или иной "целесообразностью", теми или иными идеями, доводами и призывами... а главное - поддержанный и направляемый все той же незримой и темной силой... возьмет вдруг, переборет и перечеркнет все то, что я вкладывала в своего будущего сыночка... Все то, что я, недосыпая ночей и беззаветно любя свое доброе, славное дитятко... учила его и вразумляла его... Учила быть добрым, справедливым, милосердным, сострадающим, гуманным, человечным... И перечеркнув все это, толкнет, ведомый все той же темной бесовской силой, моего сыночка, мое дитятко, моего славного мальчика, стать... - сердце Веры точно мучительно остановилось. - Стать палачом и убийцей... Толкнет и направит его на смерть свою собственную и на погибель других... Толкнет стать гонителем, истязателем, извергом, насильником, палачом... Палачом и истязателем таких как он сам... как моя мама... как я сама?... О Боже!..."
  Пораженная такого рода мыслями, Вера, еще крепче обняв мать, долго молчала, едва сдерживая слезы. А затем, наконец, когда обе уже успокоились, твердо и решительно произнесла:
  - Ты права, мама. И это хорошо и даже правильно, что ты обо всем этом каждый раз говоришь. Ведь если не делать этого, то мир никогда не изменится. И завтрашний день будет ничем не лучше прежнего. Ни для тебя, ни для меня, ни для... - она было хотела сказать "ни для твоего... еще не зачатого, не рожденного, но уже точно обреченного на зло, внука", но промолчав, добавила совершенно иное. - Вот только зачем... зачем же вы с тетей Машей... то вместе, то в отдельности... так сильно изводите себя всеми этими переживаниями и разговорами о нашей болезненной современности?... Зачем вы все столь близко принимаете к сердцу?... Лучше же от такого накала все равно не становится?... С таким же надрывом вы только сердца себе разрываете... Ведь даже если переубедите не одного, а двух, трех, четырех человек... Ну, те еще, быть может, один или два десятка неравнодушных людей... То это же все равно - как капля в море... Ведь так?...
  Женщина решительно подняла глаза.
  - А что, доча, молчать? - она глядела пристально и твердо. - Не обсуждать и не думать?... Не жалеть и не сострадать?... Да ведь мы же люди. Не камни. Не животные. Люди!... Да и капля камень точит. Кап-кап... Вот как слезы мои, да тети Машины... Глядишь и прорастет что-то в головах и в душах человеческих. Ты вот, до кого донесешь боль нашу. Другой еще кто. А там, глядишь, кто-то, вообще, статью напишет. Кто-то стихи пронзительные сочинит или столь же пронизывающую прозу... Капля камень точит...
  - Да. Ты права. Капля камень точит. - произнесла, тяжело вздохнув, Вера, вспомнив вдруг свои мысли о возможном будущем своего не рожденного еще, но уже, вслед за многими поколениями предшественников, точно обреченного уже, сыночка. - и тут же, точно в продолжение этих своих скорбных мыслей, решительно произнесла. - Что там тетя Маша по этому поводу говорит?... - сделав секундную паузу, далее Вера продолжила, отчего-то намеренно подражая интонации своей крестной. - "Вся государственная верхушка теперь в когтистых лапах сатаны. Все они ныне слепые и покорные марионетки и осуществители демонических замыслов..." - а от себя вдруг с надрывом и болью добавила. - Черт бы их всех побрал!...
  - Да, да. - тихо подтвердила женщина, печально думая о чем-то своем, но, как Вере показалось, о том же самом. - Наше будущее теперь в опасности. Снижение демографии. Развал здравоохранения и образования. Кругом обман и очковтирательство. Развал промышленности. Коррупция. Плохое качество жизни... Завозится теперь семьдесят процентов промтоваров и свыше сорока продовольствия... Ох уж эта лживая и бессовестная пропаганда!... Гонка вооружений. "Банановая" экономика... Боже мой! Боже мой! До чего дожили... Ну, ладно, все мало-мальски относящееся к экономике власть может по-прежнему пытаться "замазать" и как бы лукаво оправдать экономическими неурядицами. А те же нелепые реорганизации в медицине и в школе? А постоянное сокращение бюджетных мест в ВВУЗах? Это уже явно либо не компетентность, либо вообще - настоящее вредительство нашему будущему и нашим детям и внукам... - женщина сострадательно посмотрела на дочь, в ее лице точно мучительно-искренне сопереживая нелегкой доле современной российской молодежи. - Все страны наоборот помогают своим молодым, понимая, что за образованием молодежи будущее. А у нас?... Иначе как вредительством верхушки против своего народа и не назовешь... И впрямь как темные, бесовские марионетки... - женщина, махнув в сердцах рукой, не договорила...
  
  7
  Поняв вдруг что совершила оплошность, вновь прямиком направив мысли матери к болезненной для нее теме, на которую та могла говорить часами, а затем долго и мучительно переживать о современном положении дел в России и в мире, Вера тут же поспешно произнесла:
  - Тут вот мы говорили, что наше... точно бы "полуатеистическое" еще общество еще не разобралось до конца в том, что такое "душа" и "тело"... "душевное тело" и "тело физическое"?... Отчего, скажем, путая одно с другим, нередко болезни именно "душевного тела" и душевные, неверно выдаются за болезни "физического тела" и физические... Ну и наоборот... Когда сбои в функционировании именно физического мозга... - Вера на секунду задумалась, вспоминая болезни человеческой психики. - порождают шизофрению, неврозы, паранойю, иные какие-то психические расстройства... неверно называемые как "душевные болезни", а не "мозговые", "психо-мозговые" или хотя бы - "психические"... Хотя болезни именно "душевного тела"... давая разного рода моральные пороки... к заболеванию внешнего, "физического тела" не имеют никакого отношения. И лишь, вероятно, отчасти... где-то на стыке поту- и посюстороннего... соприкасаясь с болезнями "психическими"... В прочем, современная наука... в отличие от современного общественного понимания... здесь уже кое в чем разобралась. По крайней мере, под термином "душевные болезни" уже понимают именно болезни мозга... Правда, с пониманием болезней души... именно души, а не "душевными болезнями"... по-моему, как ни странно, теперь еще сложнее чем в эпохи, когда в Бога верили по-настоящему...
  К чему это я?... - продолжила девушка. - Но ведь и это еще не все! И схожая... если не большая путаница... существует и в понимании того, что такое "духовность" и "интеллектуальность", "дух" и "интеллект"... Ну и, соответственно, ценности - "духовные" или "интеллектуальные"... Ведь теперь большей частью считают, что это, как будто, одно и тоже... Как будто бы, если сделать робота достаточно "умным" и с огромном информационным запасом... так сказать, с большой интеллектуальной базой... то он, якобы, будет и духовно развит... Это я к тому, что если кто-то... пусть тот же робот... напичкан информацией и знаниями... условно говоря, образован... то он и оказывается лишь интеллектуально, но вовсе не духовно развит... Даже, если робот и может писать стихи, неплохо рифмуя слова... Даже, если может придумывать складную прозу и строчить умные статьи... К духовности при этом никакого... если не касается это вопросов морали, вопросов "добра и зла"... отношения не имеющее. Ведь духовность-то это то, что относится именно к духовным, моральным ценностям. И относимо, соответственно, к инореальным, именно духовным сферам бытия, с их вертикалью от абсолютного Добра до абсолютного Зла....
  Так же как уже по определению духовности ясно, что ни наука, ни чисто философские умозаключения или эстетические творения, ни даже литература и искусство в каком-то их многообразии, не относятся к разряду духовных начал... оставаясь плодом чисто человеческого или даже компьютерного разума... то есть явлением чисто интеллектуального ряда... если только... - девушка подняла в верх указательный пальчик. - И здесь внимание... Не отражают собой срез ощущений, переживаний, чувствований и представлений об инореальных, именно духовных мирах... Не передают их ценностей, их устремлений, их идеалов и нашей с ними взаимосвязи... Не передают и не отражают ту... подлинную, вселенскую вертикаль Добра и зла...
  - Подожди... - перебила женщина. - А наука? А техника?...
  - Увы! Вряд ли... Даже, вероятно, вообще не допустимо относить к разряду духовных начал сферу техники, сугубо технические изыскания или технические открытия... Как, в прочем, и все исключительно с техникой связанное... Поскольку, вся область техники оставалась и остается лишь плодом человеческого разума и человеческого интеллекта... Ну, а в будущем, вероятно - плодом уже и "электронного интеллекта" супер робота и суперкомпьютера... Причем же здесь духовность?... - Вера пожала плечами. - Так же как, собственно, уже упомянутое написание стихов, музыки, прозы или художественных картин современными, но особенно будущими компьютерными системами и роботами... Конечно же, без наличия души и духа... а у них их нет... не могущими самостоятельно проникать в духовные, потусторонние пространства... не перенося, не отражая, так сказать, затем в своем творчестве... ценности и идеалы этих потусторонних миров... То есть все это "техническое творчество" современной или будущей робототехники, безусловно, ни в коей мере не должно и не может быть относимо к духовности и к духовным началам. Являясь лишь продуктом "интеллектов" и явлением чисто интеллектуального ряда. Отражая, в лучшем случае, определенное мировоззрение своих человеческих или компьютерных создателей...
  - Что-то ты уж совсем какие-то революционные выводы делаешь, доча?... - произнесла женщина задумчиво.
  - Ну, ты же сама говоришь, что современный переходный период от темной эпохи заканчивается и наступит вскоре новая, светлая эпоха. А с нею и новое миропонимание и новое мировоззрение... Ну, и как итог - новое мироотношение и новая жизнь...
  - Это-то да, но вот почему сегодня все это не понимается... Почему сегодня мысли и головы заняты чем-то другим... совсем приземленным и даже низменным?... - задумчиво протянула Верина мама и сама же столь же задумчиво ответила. - А ну-да... старый демонический прием... чтобы отвлечь от чего-то настоящего и стоящего, нужно увести в сторону... нужно навязать проблемы и страдания...
  
  8
  И тут, услышав слово "страдания", Вера, точно внезапно обжегшись от незримого пламени, поняла вдруг какая скрытая мысль, отгоняемая ею прежде, мучила и терзала ее, когда рассказывала мама о том, изъеденном крысами и брошенном на мученическую смерть, младенце... Когда рассказывала о том, другом, столь же страдающем трехлетнем ребенке, умиравшем, истекая кровью, с невероятным укором людям... И эта самая мысль, возникнув вдруг снова, опалила теперь Веру и обожгла.
  "Отчего же... - подумала она. - Почему допускают Светлые силы все эти несметные и неисчислимые человеческие страдания? Отчего не защитят и не спасут хотя бы их - младенцев?..."
  То, что не Бог терзает и карает, Вера верила и знала. Горячо веря в то, что совсем не Он ниспосылает людям горести и страдания... Веря, благодаря той же тете Маше, что "Бог есть Свет и нет в Нем никакой тьмы". Что от Бога одна лишь любовь и одно лишь добро... Как и понимала и принимала Вера и ту, иную мысль, что, хотя Бог и создатель всех наших основополагающих "Я" - наших духов, но, вместе с дарованной всем нам - и людям и не людям - способностью творить, даровал Бог всем и право свободного выбора...
  Как и верила Вера в то, что люди, тем самым, не только изначально сами же избирают свой жизненный путь, свои жизненные идеи, приоритеты и идеалы, но и являются, хотя и малой, но частью той огромной части созданий Творца, именуемых чаще всего Ангелами, Архангелами, херувимами.... Той самой огромной части, что осталась верна изначальным светлым божественным Принципам: "любить всех, желать свободы всем и творить ради всех".
  И именно поэтому старшие, беззаветно помогая, опекают младших. Большие меньших. Исполины малых. Незримые зримых. И все вместе, совместно творя, не только создают что-то малое и незначительное, но и в силу своих масштабов и своих возможностей, - и здесь, но еще больше там - создают даже великие и грандиозные творения. Творя даже разноматериальные миры, а прежде и сами материи... Создают вслед и материальные, телесные оболочки друг друга, начиная от тонкоматериальных, а затем и более грубых, именуемых чаще всего "душой", "эфирным телом", "душевной телесностью", "физическим телом"... Являющихся всегда инструментом и возможностью просветлить и преобразить окружающий мир и окружающее пространство...
  Другое дело, что Вера все никак не могла принять... или даже не хотела теперь понять... ту горькую мысль, отчего в человеке, в его природе и в его внешней сущности, так много зла. Отчего, ратуя с самого своего рождения именно за добро и искренне веря в правоту светлого нравственного закона, заложенном в каждом, творит порою этот же самый человек исключительно все самое мерзкое, злое и гадкое в жизни?... Отчего?... Почему?...
  Неужели все же те... отвратившиеся от светлого замысла Творца, существа... изобретшие взамен свои собственные законы: "любить лишь себя, желать свободы лишь себе и творить лишь ради себя"... став вследствие этого жуткими и страшными демонами разных мастей и способностей... оказываются в нашем мире сильнее самих людей?... Не существуя здесь. Не вторгаясь сюда и даже никак не проявляясь здесь... Неужто и в правду, что-то было заброшено в природу и в естество человеческое и в природу и в естество нашего мира - что-то темное и страшное?... То самое, что столь по-детски-нелепо отображенное в человеческом грехопадении, но в действительности... и уже вне языка притч... значила лишь то, что издревле пребывает в естестве каждого из людей... и в естестве каждого обитателя нашего мира... что-то темное и злое. Как раз и способное толкнуть и направить и единичного человека и многие множества людей ко злу, к страданиям и бедам других. Особенно когда удается тем, темным, потусторонним демоническим силам... всегда находящимся вне нашего мира, но пока еще остающимся способными... воздействовать на всех и на каждого из нас. Удается... точно пробуждая и будоража в нас свое злое семя... направлять и одного, и многих, и правителей, и граждан, и одних, и других, в свою темную сторону. Поднимая всех нас на борьбу друг против друга. Брат на брата. Народ на народ. Терзая нас нашими же руками. Будоража в нас свое злое адское семя. Замутняя умы и очерняя сердца...
  "Но, а как же тогда... - мучительно думала Вера. - Ангелы?... Эти наши старшие друзья? Эти наши добрые небесные братья?... Как называют их и мама, и тетя Маша... Отчего же Ангелы не спасут и не оградят нас от такого рода соседства и темного воздействия? Почему даже младенцы и малые крохи вынуждены страдать, мучится и умирать в страданиях и муках?...
  Вера даже призывно, точно бы требуя даже ответа, устремила глаза к голубому небу. Пристально всматриваясь в небесную синь, она теперь даже снова и снова отчего-то прокручивала страшную картину умирающего ребенка...
  И тут, точно невероятный и горестный ответ, она вдруг пронзительно поняла, что и стреляют и мучат, и убивают и терзают в этом мире ... становясь злодеями и убийцами, насильниками и тиранами... одни лишь люди... И только люди!... Более того - поняла вдруг Вера. - Как бы не старались и чтобы не предпринимали незримые темные потусторонние силы, но всегда последнее и решающее слово остается исключительно за человеком и только за человеком...
  Вера даже на секунду-другую остолбенела от этих, внезапно пришедших к ней мыслей. А затем и от новых, сменивших прежние прозрения и прежние открытия.
  Ей даже показалось, что она точно бы увидела, точно бы даже на одну секунду узрела, что идет вокруг нашего мира и вокруг каждого из нас... Вокруг каждой светлой мысли и каждого светлого поступка каждого человека... Идет невероятная, ни на одну секунду не затихающая борьба... Та самая борьба, что только единственно и не позволяет силам зла поглотить нас полностью и всецело. Та самая борьба, что не позволяет, навсегда превратив нас в свои послушные и слепые орудия, превратить вслед - одних людей - в беспощадные орудия, а других - еще больших числом - в мучительные жертвы...
  Та самая борьба, что и по сию пору только и позволяет всем и каждому иметь свой собственный выбор и собственную свободу. Ту самую свободу и тот самый человеческий выбор, который всегда уважался и всегда уважается нашими Небесными друзьями. Всегда готовыми прийти на помощь, но никогда насильно не вторгающимся в нашу свободную жизнь. И уж тем более, не перекраивая ее на свой лад. Никогда не считая одних людей своими друзьями, а других... пусть даже и временно ошибающихся, став темными орудиями и послушными, хотя и слепыми исполнителями сил зла... своими врагами...
  
  9
  И вдруг новым, еще одним ответом Вере о присутствии рядом с нами наших небесных друзей, стало внезапное воспоминание о невероятной трагедии, произошедшей несколько месяцев назад...
  Вера тогда, услышав вдруг телефонный звонок, разделивший внезапно жизнь на "до и после"... подняла радостно трубку, ожидая услышать в ответ всегда такой веселый и жизнерадостный голос своей лучшей подруги и однокурсницы. Вместо это трубка долго молчала, казалось даже не слыша радостных слов самой Веры. Вместо этого, мучительно вдруг выдохнув, трубка произнесла дрожащим, каким-то даже не живым и точно бы даже не настоящим голосом отца ее лучшей подруги: "Дарины больше нет... Она погибла... Вчера вечером..."
  Вера не помнила, что было дальше. Не помнила, что, зарыдав, она отвечала матери. Что делала дальше и что говорила. Все вспоминалось затем обрывочно и кусками. Первое что Вера отчетливо вспомнила, точно ненадолго придя в себя, так это то, как отец торопливо гнал машину к дому Дарины, а они вместе с матерью навзрыд рыдали, обнявшись на заднем сиденье... Затем опять долгая, точно вычеркнутая из сознания, пауза... А уже потом... невероятно постаревшая мать Дарины, убивающаяся над фотографией единственной дочери... Затем опять общие слезы и общие рыдания...
  Сколько это продолжалось Вера не помнила. Даже рассказ отца Дарины, приехавшего на место аварии всего через полчаса и еще заставшего свою дочь живой, помнился Вере смутно.
  - Пешеход, не дождавшись светофора... - мучительно рассказывал он, то и дело делая паузы и столь же мучительные остановки. - Перебегал на "красный"... Пытаясь предотвратить наезд... водитель такси, везшей Дарину, пытался уклониться в сторону... Машину на мокрой дороге занесло... Развернуло боком... И выбросило на "встречку"... Водитель встречной... уже ничего не успел сделать... К тому же, видимо, оба "надавили на газ"... Заморгал уже "зеленый"... Оба явно стремились проскочить перекресток... Скорость в обеих машинах за "сто"... Все произошло очень быстро... Удар очень сильный... Жуткий и страшный... От сильного бокового удара двигатель машины... машины везшей Дарину... оторвался и отлетел далеко в сторону... Корпус невероятно смяло... Почти в лепешку... Водитель погиб сразу... На месте... Дарина... - голос его, точно не в силах выдержать все эти нечеловеческие терзания, задрожал. - Дарина умерла на моих руках...
  Вера потом мучительно вспоминала, что, когда приехала "скорая", отец Дарины, ненадолго отойдя от впавшей в беспамятство жены и врачей, беспокойно над ней круживших, нервно шагая из угла в угол, говорил вновь и вновь одно и тоже... В какой уже раз... Вновь и вновь... Ей даже казалось, что он, видимо, еще до приезда Веры и ее семьи, говорил тоже самое своей жене. А прежде этого, видимо, говорил и самому себе, мучительно покидая место злополучной трагедии...
  "Мы ничего не можем теперь поделать. Ничего. Но я знаю точно, что Дарина теперь на Небе и ей там хорошо..."
  В доказательство он то бессвязно, то с мучительными повторами рассказывал о том, что, когда Дарину извлекли из машины, она, слабея, испуганно шептала, что не хочет умирать... Что ей страшно и больно... Последними же ее словами прежде чем впасть на короткое время в беспамятство были слова: "Мама, мне страшно... Мамочка... Мама..."
  Отец Дарины, заламывая руки, останавливаясь, переставал говорить, точно силясь вновь и вновь вглядеться в происшедшую уже трагедию. На глазах его проступали слезы и он, точно снова и снова пытался в своих мыслях вернуть жизнь в слабеющее тело единственной дочери...
  - Когда же она на минуту или даже всего на полминутки пришла в себя... - продолжал он, вновь нервно мечась из угла в угол. - Лицо ее уже не было испуганным... Нет... Она была невероятно... удивительно... просто поразительно спокойна... Меня это и тогда... и теперь... глубоко поразило... Да-да, поразило!... И знаете... что не менее удивительно для меня... отчего-то даже успокоило... Она... Дариночка, моя... - голос мужчины в какой уже раз было мучительно задрожал, но он справился и продолжил. - Представляете... она даже немного улыбалась, глядя на меня... Когда же она взглянула на меня в последний раз... в самый последний раз... то еще больше улыбнувшись, пыталась... - внезапно замолчав отец Дарины, на несколько секунд запрокинул лицо, пряча мужские слезы, но тут же продолжил. - Точно пыталась указать на кого-то... что словно вместе со мною... незримо... склонился теперь над нею, неся девочке моей облегчение и покой... Последними словами Дарины... в этот самый последний момент... уже едва различимые и слабые были... "Все хорошо... И маме... скажи... со мной... мой добрый Ангел..."
  Разве такое может быть бредом умирающего человека?... - спрашивал он теперь, обращаясь не то к самому себе, не то к тому незримому, что, как и он сам был в последние минуты дочери, рядом с нею, успокаивая ее и оберегая. - Разве такой жизнерадостный, открытый и чистый человечек как Дарина, не заслужила того, чтобы быть теперь в Раю?... Разве то, что превратило ее самую последнюю земную минуту в минуту тихой радости и светлого покоя, может быть чем-то иным, чем приход к ней небесного Ангела?... Разве такое лицо как теперь у Дарины, может свидетельствовать о чем-то другом, кроме того, что в самую последнюю ее минутку... а затем уже и навсегда после... рядом с нею были и будут наши светлые, наши прекрасные, наши добрые друзья?...
  И в правду. Лицо Дарины после смерти было таким, как будто она лишь заснула и спит. На похоронах же и вовсе всем казалось, что пройдет всего минутка и, проснувшись и поднявшись, Дарина вновь произнесет своим всегда жизнерадостным и веселым голосом: "Как здорово все же жить!"
  
  10
  Воспользовавшись возникшей паузой, Вера поспешила отвести мысли матери от болезненной темы для нее темы "человеческих страданий", к чему-то более абстрактному и отвлеченному:
  - Да, кстати! Вспомнила, вы тут давеча с тетей Машей говорили о духовности... Так вот, по-моему, следует все же разделять духовность на темную и светлую, демоническую и божественную... И тем самым, думаю, не допустимо подразумевать под духовностью исключительно только что-то светлое. Ошибочно исключая существование духовности демонической и темной. Ведь так?... - спросила девушка, и тут же сама ответила. - Тем самым как бы не замечая влияние на наш мир демонических сил. Как раз, думаю, наоборот, изо всех сил стремящихся насадить у нас либо свою темную духовность и свои темные ценности. Либо и вовсе - насадить полный атеизм... Типа, нас нет и значит винить нас не в чем... Но в любом случае стремясь насадить свои темные законы, свои темные нормы, темные ценности и темные идеалы... Конечно же в спроецированной и видоизменно-очеловеченной форме... Типа "Разделяй и властвуй". "Один раз живем". "Много денег не бывает". "Естественный отбор". "Человек - человеку волк". "Бери от жизни все". "Баба с возу - кобыле легче". "Вход только для белых". "Бьет значит любит"... То и дело потусторонне внося тем самым в общечеловеческие художественные творения, религиозные, философские, эстетические или моральные произведения... какое-то свое темное воздействие и искажения... Помнишь, как в "Домострое"?... "На насилии все держится" или "Женщина - это недочеловек". А в Библии?... "Всякая власть от Бога" или "Не мир вам принес, а меч"... А в Коране? "Священно-смертельный джихад" или "Своих женщин обижать - это грех, а женщин иноверцев - можно"... А как мы в большинстве своем воспринимаем Творца?... Грозным, строгим, беспощадным судьей... Типа, "Бог покарает!" А ведь все это, опять же, исключительно из-за темного потустороннего воздействия... Как вы там с тетей Машей всем говорите? "Бог это любовь. Бог это добро. Бог это Свет и нет от него никакой тьмы, никакого зла и страданий"... И я с этим полностью согласна... А вот с обезличенной духовностью нет...
  Словом, современное понятие "духовность"... в прочем, как и наше понимание Бога... как и современное понимание Провиденциальных и демонических сил... - это как полтысячи лет назад то, детское еще понимание людьми, что Земля якобы плоская... на трех слонах... на большом ките... Бла-бла-бла...
  - Хм... - задумчиво покачав головой женщина улыбнулась. - Вот уж "устами младенца"... То есть, ты хочешь сказать, что выражение "В здоровом теле - здоровый дух" как бы ни о чем?... То есть, когда мы с тетей Машей идем в баню...
  - Именно! - произнесла Вера. - Там только здоровое тело и не более... Ну, если не считать ваших постоянных дискуссий о добро и зле... И то... - Вера весело засмеялась. - Если добро в итоге побеждает... Вообще же, "здорового тела" крайне недостаточно для "здорового духа". Ведь так, любой здоровенный детина-эготист... даже любой здоровяк, чье мировосприятие исключительно материальное и плоское как стол... или еще хлеще - пышущий здоровьем убийца, какой-нибудь садист, имперский завоеватель или педофил-насильник... может претендовать на этот самый "дух" и "духовность". Причем, якобы даже на "здоровую духовность"... Бр-р-р!... Жуть!...
  - Боже мой! - воскликнула вдруг задумчиво женщина. - И в правду... Ведь, если подумать, то человечество и в начале XXI века еще так мало понимает и знает и про жизнь, и про самое себя. И уж тем более про потусторонне-неведомое!...
  
  11
  - Так оно и есть! - подтвердила Вера. - Ты вот задай вопрос: "Отчего в театрах и в храмах большинство - это женщины?" Почему у мужчин внутренняя предрасположенность к иному?... Вообще, одинаковы ли по своей внутренней природе мужчина и женщина?... Спроси еще, почему, если незнакомые женщины повздорили на улице, в магазине или в транспорте, то максимально-худшим в их конфликте будет, то что прозвучит какое-нибудь ругательство-обзывательство... На том, в прочем, и расстанутся... Или и вовсе без ссоры и ругани... На ногу ли наступит кто из них. Толкнет ли случайно. Без очереди ли полезет. Что угодно... Максимально что произойдет - это прозвучит что-нибудь типа "дура" или "сама такая"... И все... Разойдутся... А если нечто такое же... типа "случайно повздорить"... произойдет у мужчин?... То ведь, если даже причиной конфликта было что-то совершенно случайное, безобидное и не нарочное, то наверняка минимумом у мужчин будет, то, что у женщин было максимумом... Ну это, конечно же, если мы будем иметь в виду среднестатистического мужчину и среднестатистическую женщину. Вне этого диапазона и современная женщина может пустить в дело руки, а наш современный мужчина и вовсе - устроить поножовщину из-за копеечного пустяка...
  Другое дело, что и большее число женщин в театре и меньшая их конфликтность, объясняются вовсе не соответствующим их воспитанием, а исключительно особой внутренней сущностью женщины... К пониманию которой наше современное человечество едва-едва лишь приблизилось... Да-да, именно так... Ведь именно другая внутренняя... другая душевная - относительно мужчин - сущность женщины, только и позволяет всем нам... "слабому полу"... быть на голову гуманней и милосердней мужчин. Делая нас на голову сострадательней и чувствительней к чужой боли... Только эта наша внутренняя, душевная особенность подвигает женщину переживать, жертвовать собой и заботится о других, ничего не требуя взамен... Отсюда же наше большее добродушие, мягкость, незлобивость, пластичность, способность к компромиссам, кротость, внутренняя чистота и целомудрие... Словом, мы, женщины, совершенно иные...
  При этом ведь лишь половина правды, что мы, женщины, хранительницы очага. В действительности же, мы ничто иное как цементирующий и скрепляющий раствор всего человеческого мира... В том числе и касательно дома и домашнего очага... Где мужчины, с их отвагой, с их мужеством, с той же жертвенностью, с их решительностью и бесстрашием, с напором и твердостью - это, скорее, как строительные конструкции... Как строительные элементы и кирпичи нашего человеческого мира... Но правда-то как раз в том, что без нашего скрепляющего раствора... как и в случае с "домашним очагом"... мужчины не способны выстроить что-нибудь долговременное и фундаментальное... Без наших женских, лишь нами привносимых в мир особенностей и качеств, все разрушится... И давно бы уже разрушилось!... - девушка, оценивающе глядя на мать, сделала было короткую паузу, но тут же горячо продолжила. - И пусть говорят, что мужчина более одарен творчески и, так сказать, организационно... В прочем, это действительно так и есть... Но зато женщина более одарена иным... Причем, не менее для нашего мира важным, чем способность мужчин самоотверженно писать гениальные романы или вдохновляющие людей картины... Женщина одарена не менее важным, чем способность мужчин, не считая сил, творить и изобретать что-то новое или рискуя здоровьем и жизнью делать географические и научные открытия... Другое дело, все ли... многие ли мужчины известны как гениальные писатели, композиторы или ученые?... Зато фактически всякой женщине можно адресовать замечательные и великие слова: "Ты делаешь этот мир прекрасней, добрее, милосерднее, светлее"... Ведь так?... - Вера, сделав короткую паузу, спросила снова. - Ведь так?... Пусть лишь и совсем немного вокруг... Пусть лишь и в своей семье... Пусть лишь и в организации в которой работаешь или лишь в транспорте, в котором едешь... Пусть лишь и для немногих, и на немногих вокруг... На членов своей семьи. На тех, кого любишь. На тех, за кем ухаживаешь. На тех, кто рядом. На тех кого лечишь, кого учишь, кого воспитываешь или о ком заботишься... Но, если все это помножить на всех женщин, да взять во внимание все пространство какое касаются их любящие сердца и заботливые руки, то и окажется, что охвачены ими... согреты и оберегаемы ими... уже и все и каждый на земле без исключения... Все человечество и весь уже мир... Ведь так?... - Вера вновь было замолчала, переводя дух, но тут же воскликнула. - К слову сказать!... Если все именно так и есть, то тогда становится понятным почему... если опять же говорить словами тети Маши... почему демонические силы все многие и долгие тысячелетия стремились лишить женщину права голоса... Зачем препятствовали ее способности возвышающе повлиять уже и не только на "домашний очаг", а и на все человеческое сообщество... Повлиять на весь мир в целом... Зачем стремились не дать ей возможности раскрыться... Зачем обескрыливали, давили и изо всех сил ограничивали женщину "Домостроем"... Зачем очертили и ограничили ее великий внутренний мир лишь границами семьи и дома...
  Но, думаю, именно по этой же самой причине... заключающейся в способности женщины внести в мир невероятный гуманизм, милосердие, сострадание и сердечную заботу обо всех и каждом в мире и на весь мир... те самые перемены о которых вы с тетей Машей только и говорите, и которых только и ждете с приходом "Золотого Века человечества"... поднимут вскоре женщину на невероятную общественно-государственную высоту... А?.. Как думаешь?... Вот будет время великое, чистое, милосердное!... Ведь так?...
  - Что-то ты уж совсем нас... - расчувствовавшись, женщина в ответ широко улыбнулась, чуть даже прослезившись. - Прямо на постамент... На доску почета... - она с нежностью коснулась головы дочери. - Какая ты у меня... Умница!... - она вновь широко улыбнулась. - Другое дело, что если все мы, женщины, такие внутренне замечательные... но до сих пор не вполне оцененные... то как и что сделать-то... чтобы еще более раскрылись эти наши замечательные внутренние качества, особенности и потенциалы?... А главное, что сделать, чтобы эти самые наши способности и особенности еще более плодотворно влияли на мир и на общество?... Как?... Дать женщине новые права?... Новые возможности?... Как?...
  Вера пожала плечами.
  - Не знаю... Это вас с тетей Машей надо спросить. Это вы постоянно про "Золотой Век"... Обсуждаете. Рассчитываете. Планируете. Ждете... - девушка на секунду задумалась и тут же радостно продолжила. - В прочем, знаю!... Думаю, первое что нужно сделать... и я даже уверена, что именно это и сделают новые руководители России... придя на смену нынешним имперским упырям... это ввести обязательную квоту в пятьдесят процентов на количество женщин-депутатов... Да-да!... Не так, как сейчас. Лишь бы, да как бы... А вот именно чтобы половина принимающих новые законы - от местных до федеральных - это чтобы женщины... Ведь, думаю, первое что нужно будет менять это принимать новые, более гуманные и более человечные законы... Это чтобы поставить во главу угла всего... и как главную цель и главную задачу государства и общества... человека и заботу о нем... Не великодержавие. Не государство. И даже не политику и не экономику... Поскольку, все они лишь инструмент и средство достижения целей... А поставить именно интересы человека и самого человека. Его благо. Его жизнь. Его воспитание. Его формирование и раскрытие его человеческого, внутреннего и внешнего потенциала... А сделать именно так и делать именно это, могут лишь женщины и их внутренние особенности... Вспомни, хотя бы пример с ссорой двух женщин и двух мужчин и о том, на что их толкнут их внутренние особенности, по крайней мере толкнут сегодня... И пусть тогда депутаты-мужчины... подходя, так сказать, с присущей им творческой одаренностью, изобретательностью и напористостью... но пока еще и жесткостью, резкостью и грубостью... придумывают эти самые новые законы, а депутаты-женщины внесут в них свои поправки, видоизменят и смягчат... причем, смягчат так, как им подскажут их женские сердца и отличное от мужского, внутреннее, душевное естество... А, как думаешь?...
  
  12
  Мать Веры вновь расплылась в широкой улыбке, в глубине души радуясь и словам дочери и за нее саму.
  - Вот я и говорю... Устами младенца... - произнесла она, улыбаясь, а затем, чуть задумчиво, добавила. - А с другой стороны... Ведь если подумать, да посмотреть вокруг, да поразмыслить над тем, что тобою сказано... вглядевшись затем и в самих себя и в мир... то и окажется, что человечество и в начале XXI века еще так мало понимает и знает и про мир, и про жизнь, и про самое себя... А раз так, то, разбираясь вскоре и понимая новое... с приходом того же "Золотого Века человечества"... и поступать сможет уже по-новому... Так сказать, нестандартно и не традиционно... уникально...
  - Именно! - согласилась Вера и тут же продолжила. - Человечество и теперь, к несчастью, многое еще и знает, и понимает фактически лишь "по верхам"... В том числе, к примеру, и про наше - и женское и мужское - внутреннее и внешнее естество... Вот взять хотя бы это наше внешнее, женское естество, из которого, так сказать, и "произрастает" наша современная женская мода... По которой, к слову сказать, ты частенько, любишь "пройтись", справедливо, в прочем, осуждая... Ведь отчего, скажем, наша женская мода вся такая теперь "секси" и для привлечения... - недоговорив, Вера тут же поправилась. - Скорее, надо говорить: "точно бы для привлечения противоположного пола"... Так отчего?... Ответ заключается, опять же, с одной стороны, в особенности нашего женского, но теперь уже внешнего естества... А с другой стороны, в особенно сильном сегодня... опять же употребим здесь слова тети Маши... "темном потустороннем воздействии" на это самое наше женское естество... Все просто...
  И ответ как раз в том, что у человека механизмы полового влечения одного пола к другому... в отличие, скажем, от млекопитающих... вынесены в "визуальный ряд". При этом, внешнее женское естество... хоть у млекопитающих, хоть у человека... играет в этом самом взаимном привлечении полов "первую скрипку"... И если женская особь собаки или кошки, слона или медведя... условно говоря, "сигнализирует" о том, что она готова к продолжению рода... тем, что она вырабатывает специальные пахучие выделения... которые в свою очередь воздействуют уже на мозг самца... Лампочку у него там "вжик" и он уж тогда вперед; брачные танцы, ухаживание и все такое... То уже у человека... как, кстати, и у некоторых видов рыб... сигнальчик к спариванию...
  - Вера! Пожалуйста, без цинизма...
  - Пардон!... - девушка весело прыснула. - К продолжению рода... идет через зрительное восприятие... И тогда в хвостовой части самок... - Вера на секунду задумалась. - Уж не помню у каких видов рыб... появляются соответствующие сигнальные, яркие пятна... А у женщины... которая от рыбок, выходит, далеко не ушла... возникает...
  - Тоже, стало быть, в хвостовой части... - грустно ухмыльнувшись, вставила женщина.
  - Да, нет. Тут уж, скорее, в "головной"... Возникает, вместе с соответствующим поведением, и желание надеть соответствующую одежду... Что-то там подчеркивающую, показывающую, приоткрывающую или сексуально, опять же, выделяющую... Пусть и совсем не удобные, но обтянутые брючки... Открытые маечки, корсетики, разрезы, вырезы, колготки с узорчиками, уси-пуси, декольте, мини-бикини... Бла-бла-бла... Словом, когда на первом месте у женщины... причем, ежемесячно, а не раз-два в год как у животных... встает подсознательное половое привлечение самца... становясь уже фактически привычкой... а не удобство и здравый смысл... тогда мы и видим... вошедшую, опять же, в привычку... современную моду... За которую, кстати говоря, ты отчего-то именно мне периодически и выговариваешь...
  - Причем здесь ты, доча?...- Верина мать попыталась было оправдаться. - Да ты у меня...
  - Вот и я говорю, причем здесь я и все эти торчащие из женских штанов стринги, "грудь на распашку", загорание "без", боевая раскраска "аля на охоту" и прочие "секс перегибы"... Тем более, когда в современном обществе женским идеалом считается... пусть даже и глуповатая... но сексуально выглядящая модель, певица, актриса или телеведущая...
  - Да и это еще наше общее женское позорище... - печально вставила мать Веры. - Все эти конкурсы красоты... Впрямь как при работорговле при купле-продаже бедных девушек... Правда, раздеваются теперь уже самостоятельно... Теперь уже все более-менее цивилизовано... Суть вот только во многом осталась прежней...
  - Увы!... К сожалению, такова правда современной жизни. Но вот уж, если говорить о современной жизни... в "срезе полов", так сказать... то вот еще один интересный пример, хотя и менее обществом осознаваемый... Вот почему, скажи, современная молодая женщина дома, для любимого мужа... который один только ей по сути и нужен... выглядит точно бы серая мышка без макияжа, а вот уже на улице, на работе и просто "везде"... Причем, это даже молодые... вернее, особенно молодые замужние женщины... Почему?...
  - Не знаю. - пожав плечами согласилась мать Веры. - Но что-то такое, действительно, есть...
  - Еще как есть!... Словно дома муж ей не нужен, а на работе... как, в прочем, получается и везде... что его якобы и нет... Как там тетя Маша по схожему поводу выразилась?... Своими простыми, доходчивыми словами... Так сказать, правду-матку, как тетя Маша и умеет... М-м-м?... - вспоминая, девушка задумалась. - Ну, когда еще ученые выяснили что более других склонны привлекать к себе противоположный пол именно молодые женщины, именно замужние, именно в период овуляции и именно, если они на вечеринке без мужа?... Как она там по простецки выразилась?...
  - Вера!...
  Девушка в ответ прыснула смехом.
  - Да ты что, мама!... Я и не собиралась!... Боже упаси!... Мы же интеллигентные люди!... - она вновь засмеялась. - Но, если серьезно, то, думаю, что, когда женщины осознают все это... осознают, что "сексуальный вопрос" тупо всю жизнь верховодит ими как игрушками для демонстрации себя мужчинам... И все это банально только лишь для их "подсознательного" привлечения... - Вера криво усмехнулась. - Помнишь, семидесятилетнюю немку с обвислым "топлесс" на пляже?... Она, бедная, уже и не помнит, как голый мужик выглядит, а все туда же... Вот когда женщины осознают все это... осознают, что они вовсе не "собачки Павлова"... то тогда не только самооценка и поведение женщин изменится... и в первую очередь именно замужних... но и, безусловно, вся женская мода...
  
  13
  - К слову сказать... - продолжила Вера. - Ведь женщины, сами того не понимая, но именно такого рода "сексимодой"... как и соответствующим своим поведением... сами же создают себе жизненные проблемы... Включая, так сказать, когда не надо и где не надо "лампочки" в головах мужчин... Ведь он-то на подсознательном уровне "заряжен" как раз не на привлечение к себе противоположностей... как мы, женщины... а на оплодотворение... - Вера, смеясь, прикрыла ладонью ротик. - Ой, пардон!... Ну, в смысле... как можно большего их числа... Правда, лишь после того как ему "включили" эту самую "лампочку", привлекли да поманили... Ведь он-то, так сказать, лишь "вторая скрипка" во всем этом сложном процессе... Типа, "Эгей! Взбодрись! Мы тут! Включайся!"... Отсюда, собственно, многочисленные супружеские измены. Особенно в современном обществе. Ведь, если подумать... - Вера криво ухмыльнулась. - Дома-то "своя" жена с бигудями и в блеклом халатике, а вот на работе, да на улице, да в тесном транспорте... "чужие" женщины все такие да разэтакие... Ух! Просто "кровь с молоком"!...
  Вот что, скажи... - девушка вдруг стала серьезной. - Что, бедному мужчине делать, если ему лампочку в голове постоянно "вжик" да "вжик"?... Его-то собственная "озабоченность" где-то внутри, сокрыта, да выключена до нового визуального "вжика"... Так зачем они его, бедного, когда им, собственно, и не надо, распаляют, да дергают?... Причем, дома все эти "декольтированные антимышки" вновь становятся, конечно же, "серенькими" и прокисшими "нечто"... Как в принципе и собственная жена... А вот уже сразу же за порогом... - Вера вдруг весело рассмеялась. - Вот нет, чтобы наоборот!... Мужчины, конечно же, тоже далеко не ангелы... И свои собственные "тараканы" в их собственной физиологии... Тоже будь здоров! Другое дело, что они-то не размахивают ими где надо и где не надо в отличие от "нашего брата"... Бессознательно играющего во взаимном влечении полов именно на "первой скрипке" и именно "первую партию"... Словом, давно подмечено, что праздничный корпоратив - это враг семейной жизни... - иронически подытожила Вера, вновь весело рассмеявшись. А затем, вспомнив о чем-то, добавила. - Да, к слову сказать! Как раз в тему. Вы вот с тетей Машей частенько про религиозность, да про порядки церковные рассуждаете, а задумывались ли почему Моисей, а вслед и Мухаммед, ввели в одежде женщин... именно как норму... длинные рукава, закрытую грудь, да подолы длинные?... Или отчего, скажем, молились раньше в православных храмах мужчины и женщины по разным сторонам?... Как, в прочем, и теперь в мечетях или синагогах... А?... Вот именно! Все оттого же!... Чтобы, так сказать, полам "визуально" не соприкасаться, не отвлекаться, да не воздействовать - одни на других, и наоборот - там, где не надо и когда не надо... Раньше-то выходит... - подытожила девушка. - Поболее понимали в природе и физиологии полов...
  - Ну, платки-то в храмах остались...
  - Точно! - кивнула в ответ Вера с ироничным видом. - Пусть в неглиже, вся полупрозрачна и по минимуму, но в платочке... Пусть даже и в совершенно прозрачном... Это прямо как современные молодые мусульманки. По крайней мере - наши городские. На голове тоже что-то типа платка... чаще всего, опять же, совершенно привлекательного, с рюшечками... а вот все остальное тело в обтяжку, в притяжку... Опять же и макияж... Увы!... Что ни говори, а и в современном православии, да и вообще в христианстве или в исламе, "буква закона" давно уже, видимо, одолела первоначальную цель, чистоту и смысл... Торжество фарисейства, так сказать...
  
  14
  - Ну вот! А ты меня еще одергиваешь, когда я власть нынешнюю критикую. - произнесла следом женщина. - Сама-то как прошлась по современным нравам да порядкам!
  - Ну, нет!... Лучшие критики современной жизни, да российской государственности это вы с тетей Машей... Причем, здесь вы обе правы... Да взять хотя бы эту вашу постоянную критику о падении нравов и бездействии государства в деле профилактики "болезней души"... И здесь, как раз, и нужно и говорить, и критиковать нынешнюю власть за полное ее бездействие...
  - Ну, вот и я... и я о том же! - воскликнула мать Веры. - А то власть о собственном имперском великодержавии печется, а вот о падении морали... а теперь еще и о падении уровня жизни... Особо и не дождешься!... Ведь ясно же... причем, ясно как день... - с улыбкой передразнила женщина дочь. - Ясно же, что именно государство должно помогать и обществу в целом и каждому человеку в отдельности, сохранять и укреплять нравственное здоровье...
  - Конечно! - согласилась девушка. - Это прямая и непосредственная обязанность государства... Обязанного не только выступать с заботой о физическом здоровье людей, но и о здоровье нравственном... Сдерживая тем самым не только распространение физических болезней и физических эпидемий, но и болезней и недугов морально-нравственных... Действуя в первом случае санитарией, профилактикой и пропагандой здорового образа жизни. А во втором - этической цензурой, высоко-нравственной атмосферой в обществе и все той же пропагандой высоко-морального образа жизни... И все это для сохранения необходимого общественного здоровья; физического и душевного. Особенно, если помнить... Как там у тети Маши?... О демонических силах и их стараниях насадить в человеческом обществе моральное разложение, темную духовность и свои темные нормы...
  - Вот именно! - воскликнула женщина, довольная рассуждениями дочери. - Ведь кто, кроме государства?... У кого реальные рычаги?... Демонические силы-то не бездействуют... Непрестанно стремясь очернить, распространить, да навязать что-то свое, темное... Внушая одним. Искушая других. Воздействуя на третьих... И чем тогда против всего этого можно бороться?... Чем, кроме как этической цензурой да моральными ограничениями, противостоять?... Чем, кроме как высоким уровнем морали да высоконравственной атмосферой в обществе... Эх! - воскликнула она в сердцах. - Привлечь бы к ответу за нынешнее положение всю эту нынешнюю власть... Привлечь, да дать простым людям возможность высказать им все о наболевшем... Правда, думаю, что когда такое случится... - недоговорив, женщина точно мучительно вспомнив о чем-то, гневно стиснув зубы, нервно заходила желваками скул. - То будут больше плевать, да кулаки в дело пускать, чем говорить и совестить...
  - Фу, мама! - девушка нарочито кисло сгримасничала. - Зачем же такие крайности...
  На что женщина, чуть уже успокоившись, страдальчески сжала губы. На глазах ее проступили слезы и она поспешно отвела глаза. Какое-то время смотрела печально в самое небо, горестно вздыхая и скрывая накатившую боль...
  - Извини, наболело... - наконец тяжело выдохнула она, украдкой утерев слезинку. - Ты же слышала вчера... что девочку-первоклассницу с соседнего дома... да ты ее видела не раз... она как-то все в сторонке, да в сторонке от других детей... У нее еще личико всегда такое точно удивленное...
  - Нет, не слышала и что с ней? - напряглась Вера. - Скорее, всегда грустное личико... И что?... Что с ней?...
  - Собственный же отец... - мучительно выдохнула женщина дрожащим голосом. - Представляешь, Вера, себе такое?... Да еще, изувер такой, оказывается не в первый раз над дитем этим крошечным... Вот как представлю личико ее всегда такое... Да, ты права... Личико у нее всегда такое грустное и удивленное... А теперь и понятно почему... Она ведь точно спрашивала всех нас вокруг: "Вы что же все такие?... Вы все так с нами, беззащитными крохами?... Как же так, люди?... Как же вы можете так-то?..." Вера, вот как подумаю обо всем этом... Так больно! Так больно!... Да как же можно такое со своим собственным... беззащитным и крошечным... дитем?... Прямо сердце разрывается!... Куда же мы зашли-то? На кого стали похожи? Что такое с нами власть-то эта наша бесовская уже сотворила... взяв под контроль все эти теле и радио... если такое теперь кругом да рядом?!... - женщина было замолчала, но тут же гневно продолжила. - Но ведь неверно думать, что он... насильник этот... просто насмотрелся всяких там "порно"... Которое, к слову, государственная власть все никак не запретит и не закроет... Как неверно и полагать, что из-за того все, что кто-то в голове у него там... как ты говоришь... включил это самое "вжик"... Как и ошибочно, думаю, сваливать теперь всю вину лишь на телевизор, в котором все уже "ниже пояса"; от рекламы и до прогноза погоды... Виной тому, по-моему, все в комплексе... Все вокруг. И все здесь замешано... Ведь все теперь в стране... касающееся морали и нравов... вовсе не запущено и не пущено на самотек... а так или иначе, намеренно даже подталкивает людей к такого рода порокам и преступлениям... Намеренно пропагандируя все это и даже как-то... хотя и скрыто... но насаждая...
  Словом, нравственная, как ты говоришь, "эпидемия" берет вверх. И жертвы теперь уже на каждом шагу. Что ровесницы твои... с наколками, с модой и поведением соответствующим... Что молодые женщины с сигаретами.... Что совсем еще невинные крохи-первокласницы, уже швыряемые и затягиваемые в эту трагическую мясорубку... - оборвавшись, она было замолчала, но тут же горячо продолжила. - Вот уверена, что когда-нибудь да осудят всех этих ныне верховенствующих... с попустительством их пороку... с "зомбоящиком" их... с их чуть ли не назиданием морального разложения общества... Разложения и всего общества в целом и молодежи в частности... Осудят да провезут по городам да деревням нашим, все более теперь деградирующими. С плакатами на груди: "Вот кто виноват!"... Вот кто закрывал ваши глаза на настоящие проблемы. Вот кто, вместо защиты таких вот деток от порока... да младенцев новорожденных от смерти... преступно доказывал о прокаженности братских народов. Вот кто пугал старушек надуманным фашизмом, намеренно закрывая глаза на их жизненную неустроенность, а порой и на самую настоящую нужду и нищету их... Вот кто, что даже малую толику своего пропагандистского пыла не направил против тех же самых "порно", против падения нравов и морали... Эх, бедный... бедный народ наш!... - громко выдохнула женщина с неподдельной горечью. - С его нечеловеческим терпением, откровенной глупостью и крайней доверчивостью к своим вождям и их бесстыжим приспешникам...
  
  15
  - Ну вот! - произнесла в ответ Вера, догадавшись тут же о чем пойдет речь дальше. - Опять двадцать пять! Как говорится: "Вывернули так вывернули. Повернули так повернули". Мама, ну зачем ты себя опять терзаешь и мучишь?... Вот где тетя Маша?... - девушка попыталась перевести разговор на шутливый тон. - Вот где она, с ее политическим чутьем и религиозным мировосприятием?... Вот, подожди, придет и всех... своим хладнокровием и сдержанной рассудительностью... выведет на чистую воду. Сведет, так сказать, концы с концами. Следствия с первопричинами. Начала и финалы. Религии. Народы. Государства. Поту- и посюстороннее... Все соединит и разложит как надо!...
  - А вот здесь ты как раз совершенно права! - произнесла в ответ женщина. - В чем-чем, а применительно к жизни нашей все как раз взаимосвязано и переплетено; ведь и религия, и народ, и государство, и общественные нравы - это, думаю, посюстороннее продолжение потустороннего... И тетя Маша права здесь как раз на сто процентов... Ведь отчего все у нас теперь вкривь и вкось?... А оттого что - как проповедовал Христос - все еще именно "дьявол князь мира сего". "Князь" же с греческого - это "властитель"... Или ты думаешь, что патриарх оттого в бронированном своем "мерсебесе" ездит, что боится всяких там хулиганов?... И оттого, стало быть, охрана его всюду сопровождает, что все в этом мире якобы лишь от Бога, от Ангельских сил и от воли людей?... А?... Уж, казалось бы, кому-кому, но только не патриарху - как человеку Божьему - бояться чего-то там... По крайней мере - не хулиганов... Ан, нет!... Думаю, знает он, что влияние дьявола на наш мир самое прямое, самое непосредственное и даже самое масштабное... Знает?... А как не знать-то?... Ведь патриарх-то, думаю, понимает, что ветхозаветная формула "Всякая власть от Бога" устарела много раньше, чем две марионетки сатанинские... два близнеца-братца... Гитлер да Сталин на свет народились... Он-то, думаю, понял и ведает, что имел в виду Иисус Христос, открывая всем нам, дуракам, еще две тысячи лет назад, - в том числе и нынешним правителям, политологам, экономистам и прочим "-ам" - что в этом мире именно "дьяволу придана всякая власть царств-государств и он кому хочет, ради целей своих темных, дает ее"... - мать Веры сделала многозначительную паузу, точно вслушиваясь в сказанное, а затем, горестно ухмыльнувшись, продолжила. - Верно я тетю Машу и Евангелие процитировала?... Так чего же, спрашивается, мы все как дураки, да как стадо баранов поем с чужого голоса, понятно теперь чьего: "Великая империя!" "Русский мир!" "Да здравствует великая держава!"... Больше того... Отчего же при нефти и газе, при природных ресурсах и просторах огромных, живем-то хуже некуда.... Точно бы и не осознаем и не понимаем чьи там из этих "империй" и "великодержавий"... да из всего этого кошмара "аля современная Россия"... рога и когтистые лапы торчат и чьи замыслы темные, бесовские просматриваются... Ой-ей-ей! - воскликнула она в сердцах. - Так отчего же не понимаем мы все это теперь?... Отчего не ведаем, что оттого все так плохо и скверно теперь, что кто-то там... темный, коварный и безжалостный... дергает за незримые ниточки своих нынешних посюсторонних марионеток... Дергает да направляет наших правителей и вождей в нужную ему сторону... Эх!... Вот и получается, что все сейчас в России толи как в злом театре абсурда, толи как в глупом балагане марионеток... Где с одной стороны: "Всякая власть придана мне и я кому хочу, тому даю ее", а с другой - "Кукол дергают за нитки, на лице у них улыбки..."... Вот и результат... Вся эта наша жизнь бестолковая полурабская-полунищая, полупьяная-полуотсталая, а теперь еще и вконец нищая, аморальная да полицейско-авторитарная... И ведь главное, что понятно же всем, кто думает и мыслит, не только - "Отчего?", но и столь же понятно - "Зачем?"... Тоже, к слову сказать, тетя Маша просветила... Давно ведь старцами нашими православными предсказано, что "Золотой Век человечества" уже на дворе, а будет он во главе с новой - никак не с нынешней, не с великодержавно-шовинистической, да и не с национал-православною - Россией... Оттого и гнобит теперь Россию вся эта бесовщина... Оттого и патриарх с охраною, да в бронированном автомобиле, на котором черным по черному: "Всякая власть от Бога"... Оттого-то и властью этой самой, нынешней... под одобрительные "одобрямс!"... очерняется и губится Родина наша. Падает и рушится... и экономически, и демографически, и демократически, и образовательно, и нравственно, и социально... Куда не посмотри; везде одни "антиуспехи" и ничего хорошего за четверть века не создано...
  И что же теперь в планах и в замыслах "князя бесовского"?... Что хочет уготовить он нам через своих послушных и злых марионеток?... А вот, скорее всего, что!... Ведь чем ниже Россия сейчас скатится... чем глубже увязнет, да рассорится с остальным цивилизованным миром... тем дольше и тяжелее придется и подниматься ей... Да еще и в одиночку, после противостояния со всем цивилизованным миром... Вот тебе и тетя Маша!... - воскликнула в сердцах мать Веры. - Как там у тебя?... "Ясно как день!"... Вот, подожди еще!... В довершенье задуманного "князем бесовским" еще Китай пройдется супостатом по Руси-матушке. Или думаешь, зря что ли "по бесовскому спецзаказу" войска наши от границы китайской на сто километров отведены?... Зря что ли одновременно с этим энергоресурсами и территорией завлекаем восточного соседа?... Зря что ли самое современное вооружение и передовые военные технологии Китаю теперь продаем просто пачками?... - женщина с досадой хлопнула в ладоши. - Ну впрямь, как кровопивец Сталин перед войной!... Напомни-ка, Вера... когда там наш последний эшелон с зерном и углем в нацистскую Германию через границу прошел?... За сорок минут до гитлеровского вторжения?... - она взволновано покачала головой. - Вот точно впрямь дежавю какое-то!... Ой-ей-ей!... И зря что ли Россия теперь с Западом в "контрах", а от понятия "братские народы" осталось одно грустное воспоминание?... Ой-ей-ей!... Приходи теперь сосед-супостат, бери Русь-деваньку, одинокую, слабую и глупую, и делай с нею что хочешь... Вот впрямь, как подонок тот с бедной девочкой...
  
  16
  С последними словами не на шутку взволнованной матери, Вера воскликнула:
  - Ну, мама!... Чего ты?... Ну, пожалуйста, перестань!... Перестань, пожалуйста, себя изводить!...
  - "Перестань!" - передразнила ее в сердцах женщина. - Вот уж чего-чего, а не хотела бы я ни видеть, ни слышать, что там твои ровесницы на Дальнем Востоке, да в Сибири-матушке закричат годика через три-четыре... "Перестань!" или "Помогите!"... Эх!... Бедный... бедный народ наш, с его откровенной глупостью и слепотой... - горестно произнесла Верина мама, тяжело вздохнув. - Видишь, доча, куда цепочка-то ведет?... К чему клонится?... С чего разговор теперь не начни, все один к одному и одно с другим связано-перевязано; и наколки эти, и моральные ценности, и нравы нынешние, и экономика, и политика, и будущее наше... А ты: "тетя Маша"... Отовсюду теперь в жизни нашей и рога дьявольские и уши бесовские торчат... Так что, и молодежь наша... нравы ее современные... падшие уже ниже плинтуса идеалы, как и цели ее современные... опять же "никакие" - все это часть одного большого бесовского плана-замысла... Хоть по тети Машиному рассуждай, беря глобально и рассматривая все сразу... Хоть по чуть-чуть и лишь "кусочками" жизнь нашу анализируй, приставляя один к одному... Результат будет тот же. Куда ни кинь - везде теперь клин...
  - И за-са-да!... - нараспев вставила дочь, грустно улыбнувшись и нежно обняв мать.
  - Именно... - с горечью вторила женщина и, тяжело вздохнув, печально продолжила. - И не смейся... Как бы нам с тобой, доча, еще плакать не пришлось... Спаси и отврати, Господи! Спаси и отврати!... Но в том-то и дело... - продолжила она, с печальной задумчивостью на лице. - Верит молодежь наша во все это или не верит... понимает суть происходящего и суть предстоящего или же нет... но ведь оттого, что все это очень серьезно и очень опасно для вашего общего будущего... молодежь наша теперь такая как есть... И вы теперь, деваньки, вот такие как есть... Оттого еще не так давно искали в замужестве счастье, а теперь выгоду... Оттого прежняя девушка рассказывала о том, какой у ее парня характер. Теперь же... благодаря всему происходящему... благодаря руководству "зомбоящика" и всем прочим "государственно-бесовским марионеткам"... какой у него... Прости, Господи!... Какой он в постели...
  - Ну, мама!... Ну, перестань!... - нарочито жалобно произнесла Вера. - Чего ты себя опять изводишь?... Может все и обойдется... Ты же сама все время говоришь, что Те, Кто там... - Вера призывно указала рукою на Небо - Тоже что-то предпринимают теперь... Столь же масштабное, судьбоносное и столь же действенное... Относящееся и к нашему общему будущему в целом и к будущему каждого из нас в отдельности... Вот прояснится все в головах большинства, захотят люди перемен и начнутся тут же все эти масштабные... как говорит тетя Маша - "Золотой Век человечества"... всемирные светлые преобразования... - Вера сделала паузу, всматриваясь, точно бы в подтверждение своих слов, с уповающей надеждой в высокое голубое небо. - Ты только посмотри, мама, какое оно бескрайнее! Посмотри какой в нем простор и какая неохватная высь! Какая непостижимая в нем высота и вселенская мощь!... И разве могут Они там бездействовать теперь?... Не предпринимать что-то и не заботится обо всех нас вместе и о каждом в отдельности?... Если уж и не о дне сегодняшнем, нами же загнанном невесть куда... то уж о дне завтрашнем непременно!... В прочем, уверена, что и о дне сегодняшнем тоже... Ведь так?...
  А может здесь и еще кое-что сокрытое... - продолжила, задумчиво, Вера. - А может Они просто ждут, когда наше молодое поколение... то самое наше молодое поколение... поднимется и окрепнет. Когда сменит наше молодое поколение те предыдущие, что выросли еще в советскую эпоху, глубоко впитав в себя все его ущербные идеи и цели... - Вера на секунду задумалась. - Типа "имперское великодержавие". "Мы самые-самые". "Кругом одни враги"... Ведь у нашего-то молодого поколения ничего это нет... Чистый лист, так сказать... Да и ваше поколение... кому при распаде СССР было лет двадцать... плюс-минус пять лет... Тоже ведь не успело впитать все эти "советские издержки", но зато... с другой стороны... успело принять в себя какие-то действительно светлые его идеи высокой морали, общности народов, светлой культуры и подлинного интернационализма... И стало быть и ваше поколение и наше, молодое поколение... изначально лишенные чего-то негативного... способны, все больше и больше вставая теперь у общественных и государственных движителей... повести страну к чему-то действительно светлому, высокому и общему на земле... Ведь так?... уверена, что так!... Дай только срок!... Что там по этому поводу тетя Маша говорит?...
  - На вас вся надежда, говорит.
  - Вот!... На нас вся надежда. На наше, но и на ваше поколения... Так что... Хвост пистолетом и готовимся... - Вера широко улыбнулась и тут же добавила. - И я вот еще что думаю... Если посмотреть вокруг, то без особого труда можно заметить, что вместе с активностью в обществе женщин, происходит и заметное смягчение и даже какая-то пассивность со стороны мужчин... Заметила?... Заметила?...
  - Есть что-то такое дело. - согласно кивнула мать Веры. - У современных мужчин и форма уже явна не та и содержание не то. - она, вспомнив о чем-то, весело рассмеялась. - Я даже так думаю, что увлечения их друг дружкой... Партнер номер один и партнер номер два... Как раз вследствие того, что что-то уж слишком они помягчели... Перескочили, так сказать, золотую середину. Из былой суровости, жесткости и даже жестокости, в нынешнюю мягкость и даже мягкотелость...
  - Вот и я о том же!... - воскликнула Вера. - Другое дело, что, по-моему, не обошлось здесь без чего-то такого... космического... масштабного... Светлые силы, стало быть, смягчили, чтобы была "золотая гармония", а темные временно... как ты говоришь... перетащили уже... назло, так сказать... через эту "золотую середину"... Отсюда и все это... опять же сугубо временное явление... как гомосеки и лесбиянки...
  Да, ведь и в правду, нет уже былой суровости и непримиримой жесткости у мира. Отсюда и законы более милосердные, гуманные... Ведь еще сто лет назад и пенсий-то не было и о больничных никому и в голову не приходило ввести речь... А теперь?... И забота о материнстве и детстве. И выходные. И отпуска... Не просто же так... да точно бы само собой... происходит такое в мире?... Да еще фактически повсеместно... Повсеместно же выводя и женщин уже во многих областях из аутсайдеров в равное с мужчинами положение... - Вера сделала вопросительную паузу. - Ведь так?... Так что, думаю, не просто новое поколение должно выйти вскоре вперед... заняв, как мы уже говорили, роль локомотива... но и женщины всего мира в целом... И среди молодежи, и среди вашего поколения... Да и вообще, всех женщин... Привнося в мир еще больше гуманизма и милосердия... Уравновешивая, так сказать, мужское начало началом женским... Гармонизируя мир и делая его... - Вера на секунду задумалась, подбирая нужное слово. - Да просто добрее... Добрее делая мир, милосерднее и гуманнее... Как думаешь?...
  
  17
  Верина мать вместо ответа усмехнулась.
  - Вижу, что тети Машины беседы "про жизнь" не прошли стороной и тебя. - женщина с нежностью всматривалась в дочь. - И даже в тех вопросах, о которых она еще и не задумывается, ты, я гляжу, ушла уже много дальше своего "продвинутого" наставника...
  - А может это не я... А может это Они. - и, улыбнувшись, девушка призывно показала на Небо. - Может это Они... всем кто созрел, кто хочет и просит... Помогают обрести новое миропонимание и новое мироотношение... А?....
  Ты же сама говоришь, что Они считаются с нашей свободой выбора. Что Они не навязывают нам свою точку зрения... Как и не навязывают свою помощь... А значит, когда кто-то, не только приходит уже к чему-то новому и большему, но и обращается к Ним за помощью, то и... пожалуйста... новые идеи, новое видение и новые взгляды...
  Больше того, я думаю... можно смело уже предположить... что, когда люди поймут, что к чему сегодня... Когда поймут в чьих темных сетях они оказались... Куда идут и чем все это для нас может закончится... Когда поймут и захотят перемен... То все тогда сразу же и начнет преображаться, изменяться и просветляться. Ведь так?... Именно так!... Другое дело, что и теперь... уже даже теперь, как, в прочем, и прежде... ничто не мешает каждому из нас... и мне, и насильнику тому, и всякому из людей... обратится к Небесам за помощью и поддержкой... Вот как, например, делаю это я... Вознося... так, как умею... так, как учила ты и тетя Маша... так, как учит мое сердечко... вознося свои девичьи молитвы и свой девичий голос... С просьбой помочь. Спасти. Поддержать. Направить... Ведь так?... Так!... Да и с другой стороны; разве только телевизор виновник всех современных моральных проблем?... Разве только он виноват, что нет у современного общества... у многих и многих из нас... каких-то высоких целей и идеалов?... А как же собственный выбор и собственная ответственность?... Как же собственный душевный и моральный потенциал?... Как же собственное "душевное здоровье"?... Личная забота о его сохранении и укреплении... А?... - и нежно гладя мать по плечу, Вера, постаралась еще больше успокоить ее тревоги и о будущем России и о ее собственном будущем... - Но в любом случае... Вот увидишь - все будет у всех нас хорошо!... Придет скоро "Золотой Век" для всего человечества и все светлые общечеловеческие перемены вместе с ним... И все станет хорошо!... И со мной, и с молодым поколением нашим, и с ровесницами моими... Вот увидишь - все будет хорошо... - и по-прежнему нежно гладя мать по плечу, продолжила. - И ты во многом права, моя хорошая. И со многим в отношении критики нашего поколения я согласна... Даже со всем согласна... Но в тоже время... возвращаясь к началу разговора... пойми, мамочка, что все мы разные... Да, есть и такие девушки, что, толкаемые временем, опустились уже ниже среднего морального уровня... Есть и такие, что, несмотря ни на что остаются поразительным примером точно бы сияющей чистоты... Я же, скорее всего, принадлежу к среднему большинству... Но все мы... все мы... понимаем или не понимаем всю ущербность нашего времени... - на мгновение отвлекшись, Вера вдруг вспомнила о своих недавних мыслях об Ангеле-хранителе своей погибшей подруги. - Верим или не верим в наших небесных спасителей... Вообще, верим ли, что кто-то там... - она призывно указала в голубое, безоблачное небо над самой головой. - Помогает нам... Но все мы, прежде всего, хотим быть счастливыми... - вглядываясь в мать, Вера сделала многозначительную паузу. - Но я, безусловно, согласна с тобой... современность, к несчастью, наложила на всех нас... на все наше современное общество... и прежде всего, как раз на молодежь... свой самый негативный отпечаток... Ведь чего только стоит та из нас, что ребеночка своего новорожденного... на помойку... К несчастью... И ты во многом права - современные девушки теперь более прагматичные... Не спорю, есть даже совсем задвинутые и в сторону денег и в сторону секса... Но, пойми, прежде всего, при всем этом, счастливыми хотят быть все. И прежде всего именно счастливыми... Пусть даже с ошибками. Пусть даже лишь так, как они теперь это понимают. Пусть даже без поддержки и помощи государства и общества... Но все прежде всего хотят быть счастливыми... И с деньгами и без... Все хотят любить и быть любимыми. И я, конечно же, не исключение... Совсем, совсем не исключение!... Ведь все мы внутри... ты же сама все время это говоришь... все мы внутри изначально хорошие, светлые и прекрасные... Просто внешнее, приходящее и современное, немного всех нас уродует, увечит и чернит... Кого-то больше, кого-то меньше... Ведь так?... И я, думаю, Те, что там... на Небе... это знают... И мы все для Них братья и сестры... И даже самые плохие, самые ожесточившиеся и падшие из нас... для Них... лишь как заблудшие дети, нуждающиеся в помощи и любви... Только протяни руку... Только обратись... Ведь так?...
  - Умница ты моя... - нежно произнесла в ответ женщина, ласково коснувшись лица дочери. - И ты меня пойми, доченька... Ты же знаешь, что я хочу тебе лишь счастья... Как и не хочу, чтобы ты совершила какую-нибудь ошибку... Мне всех вас, молоденьких, так жаль, так жаль!... Особенно, когда вижу ошибки ваши и падения... Так жаль!... И всем матерям вместе со мной... Еще я хочу, чтобы рядом с тобой был... как ты правильно говоришь и понимаешь... любимый и любящий человек... - а немного помедлив, добавила. - А "в ваше время" следует добавить еще и "надежный и порядочный человек"... - и вновь помедлив, тише, но настойчиво, произнесла, широко при этом улыбнувшись. - Такой, к примеру, как Александр... Да, такой как Александр!... Да, ты и сама все прекрасно понимаешь... - она замолчала было, точно раздумывая сказать ей что-то еще или же нет. - Да, кстати говоря, собственно... чего я и приходила-то... - добавила она, широко улыбнувшись. - Он только что звонил и я...
  - Я не подойду к телефону. - перебивая, произнесла Вера нарочито надутым тоном. - Я не буду с ним говорить... Вот не буду и все тут...
  - Вера! Я просила бы... Он только что звонил, и я просила его перезвонить... Я... я сказала, что ты в ванной...
  Меняясь в лице, Вера прыснула смехом, громко рассмеявшись вместе с матерью.
  - И ничего смешного! Я просила, чтобы он перезвонил. Так что... - давя смех, женщина хотела что-то еще добавить. Улыбаясь, постояла рядом, вновь нежно коснувшись головы дочери. Но не найдя слов, ушла, осторожно прикрыв за собой балконную дверь.
  
  18
  Вера, думая теперь о разговоре с матерью, обо всем сказанном-пересказанном и о времени в котором сейчас живет, думая и об Александре и о своем, столь понятном и простом желании счастья, о девичьих надеждах и об ожидании большой и светлой любви, задумчиво глядела в высокое бескрайнее небо широко раскрытыми глазами. Глядела, трепетно вглядываясь в высокое-превысокое, по-весеннему пронзительно голубое-преголубое, в огромное и царственно безмятежное небо над самой головой. И на ее спокойном, умиротворенном лице сияла тихая, задумчивая улыбка...
  И в тот же миг, где-то высоко-высоко в небе, и точно бы даже в ответ ее мыслям, ярко вспыхнула маленькая звездочка.
  На голубом, без единого облачка небе, увидеть, пусть даже и крошечную, но ярко вспыхнувшую искорку было совсем необычно.
  Звездочка блеснула еще раз. Вспыхнула вновь. Снова пропала и ярко блеснула вновь.
  Еще более заинтересовавшись, Вера, почти не моргая, стала пристально вглядываться в высокое и бескрайнее небо. От напряженного всматривания глаза стали слезиться, но ожидания все же не обманули; через какое-то время звездочка внезапно сверкнула опять. Затем еще раз. Вновь блеснула, по-прежнему где-то высоко-высоко, и вновь пропала.
  Девушка, странным образом словно бы что-то почувствовав, словно бы ощутив в этом удивительном, внезапно возникавшем и столь же внезапно исчезавшем и вновь появлявшемся блеске, что-то словно бы относимое к ней самой, еще долго высматривала золотистую искорку в бескрайней вышине. Но звездочки уже нигде не было видно. Внезапно исчезнув, она точно бы пропала насовсем.
  "Жаль, не успела!... Не успела загадать желание... - улыбнувшись, подумала девушка, с тихой грустью. - Это, скорее всего, был космический метеор... Такая маленькая-маленькая падающая космическая звездочка из далеких-предалеких глубин Вселенной... Эх!... Надо было загадать... Загадать на любовь!... - и тут, вновь вспомнив разговор с матерью и свои недавние девичьи мысли, с грустной улыбкой добавила. - На большую и светлую любовь..."
  Вздохнув, Вера слегка зажмурила утомленные глаза и вновь обернувшись в сторону голубого, высокого и открытого неба, стала мечтать, погрузившись не то в полусон, не то в забытье...
  И в тот же самый миг как Вера закрыла глаза, звездочка вновь внезапно вспыхнула в прежней вышине, и, так же быстро, как и вспыхнула, скользнула вниз. Она пролетела, задев едва-едва, самую малость, легкую, одиноко летевшую в голубизне птицу. Затем еще одну. И птицы уже летели вместе. Их крылья резали воздух как одно дружное крыло. И клювы их щебетали теперь одну общую ликующую песню.
  Удивительная и странная звездочка скользнула ниже. И там, где только что была одна, уже радостно хлопали крылышками две бабочки. Два легких мотылька весело порхали вместе.
  Опускаясь ниже она коснулась одинокого человека, зайца, кузнечика, оленя. Затем еще, еще и еще одного. И везде где она пролетала, стрекотание, кваканье или веселый задорный смех становились громче. Удваивались. И уже не одна, а две пары счастливых глаз смотрели следом. Уже два счастливых существа находилось рядом...
  Вдруг что-то очень яркое блеснуло совсем рядом с Верой. Вспыхнув на мгновенье столь ослепительно и столь ярко, что даже сквозь прикрытые веки Вере на миг ослепило глаза. Чуть вздрогнув, она удивленно повернула голову и тут же вскрикнула:
  - Ой!
  Совсем рядом странным образом в воздухе парила та самая маленькая яркая звездочка. Ее не было еще мгновение назад и вот она здесь. Она точно бы внезапно вынырнула откуда-то совсем из ниоткуда или даже откуда-то из другого мира.
  В прочем, переливаясь и блистая, она казалась теперь Вере вовсе не обычной маленькой звездочкой. Нет, она по-прежнему была яркой искоркой, но отчего-то уже не слепила глаза. И даже отчего-то своим странным появлением, находясь теперь столь близко, она вовсе не пугала, а совсем даже наоборот. И Вере, от ее удивительного сияния рядом, стало вдруг отчего-то так спокойно и легко. Так радостно и счастливо, что Вера даже весело рассмеялась. И столь же внезапно, точно от чьих-то волшебных и опекающих прикосновений, точно от чьих-то блаженных, заботливых и нежных, как у ее ласковой бабушки, как у ее любящей мамы, рук, у девушки вдруг слегка закружилась голова. А когда, через секунду удивительная искорка приблизилась уже совсем-совсем близко, Вере даже на мгновение показалось, что была это вовсе не звездочка, а какой-то удивительный и странный лучик волшебного света на кончике чьей-то красивой, но едва зримой, едва-едва различимой, даже полупрозрачной, руки.
  Вере даже показалось, что вместе с приближением этого удивительного лучика Веру тут же нежно обдало легчайшее движение теплого и благоухающего воздуха.
  Когда же, точно от нового взмаха чьих-то величественных, больших и незримых крыльев, новый порыв нежного и блаженного потока вновь коснулся Вериного лица, тотчас что-то внезапной вспышкой слегка кольнуло девушку сначала в глаза, а затем, столь же легко, почти неощутимо, в самое сердце. Голова Веры вдруг сильно закружилась. А звездочка, ярко напоследок вспыхнув, совершенно исчезла...
  
  19
  - Ой! - вскрикнула девушка, встрепенувшись скорее не от боли, а от неожиданности. И тут же теплая легкая слезинка, медленной жемчужиной, ярко переливающейся на солнечном свету, покатилась по щеке. Словно очнувшись от какого-то легкого полусна, Вера вскочила и бросилась в комнату.
  - Ой, мама!... Мама, посмотри, кажется, что-то попало в глаз.
  - Ну-ка. Ну-ка... - женщина внимательно склонилась над дочерью. - Ничего нет... Ничего...
  - Я кажется задремала... - взволновано рассказывала девушка. - Мне снилось что-то такое красивое!. Такое удивительно светлое и прекрасное!...
  - Должно быть прекрасный принц? - перебивая, произнесла мать с веселой иронией.
  - Нет! Перестань!... А тут эта... точно маленькая звездочка... Должно быть какая-то блестящая песчинка или светлячок...
  - Ничего нет... - всматриваясь, женщина внимательно щурила глаза. - Ничего...
  - Но больно!... - нарочито жалобно и совсем по-детски произнесла девушка.
  - Сильно?
  - Нет. Совсем нет. Если только немножечко. Чуть-чуть... - и точно что-то вспомнив, Вера добавила. - Кольнула сначала в глаз, а потом в сердце. Вот здесь... Но теперь уже кажется все прошло...
  Улыбнувшись в ответ, мать заговорчески произнесла:
  - Слушай... а, может, пока ты дремала... Может, как в сказке о Снежной королеве... к тебе теперь тоже попали разбитые кусочки волшебного зеркала?... Помнишь, в детстве я читала тебе про осколки холодного, заколдованного зеркала, что, попадая людям в глаза, ложно-перевернуто отображают все хорошее плохим, и наоборот?... Помнишь?... И вот теперь... - словно рассказывая таинственную сказку, женщина стала говорить нарочито загадочным голосом. - И вот теперь... двигаясь внутри тебя... леденят, замораживая, эти самые маленькие осколочки... твои глаза и твое сердце... И будешь ты теперь злой, холодной и надменной... как Снежная... Нет! Ты будешь холодная и бесчувственная как снегурочка... - недоговорив, она прыснула смехом. - Как снежная баба!...
  - Очень смешно! Ха-ха-ха!... - Вера, словно прислушиваясь к себе самой, положила ладонь на грудь. - Тогда скорее наоборот. У меня наоборот теперь легкое и теплое жжение. Сначала было в глазах, а теперь и в сердце. У меня тогда все наоборот... Теперь даже такое приятное и нежное тепло... И здесь, и здесь... А вовсе не холод!
  Женщина вновь громко рассмеялась.
  - А-а-а!... Так значит наоборот! Значит, наоборот, теперь у тебя эти самые льдинки, что были внутри тебя... делая тебя холодной, прагматичной и бесчувственной... растаяли... Вот, оказывается, в чем дело!... То-то я смотрю, что ты в последнее время была такая вся из себя... Этакая холодная, ледяная рыба... Точно заносчивая и самодовольная ледышка... - она вновь засмеялась, а затем назидательно добавила. - Да и все вы теперь, современные девушки, сплошь одно холодное самодовольство, надменность и высокомерие!... Точно все с ледяными осколками заколдованного зеркала внутри... Точно, точно!... Эх, жаль нет возможности всех вас теперь эдак... Так звездочка, говоришь?... Эх, растопить бы у всех вас эти самые льдинки этими самыми небесными звездочками... У всех, без исключения... Ведь теперь словно бы... как в той старой и правдивой сказке... над всеми вами точно бы незримо властвуют какие-то темные и злые, ледяные силы... Эх!...
  
  20
  Когда Вера осталась одна, тихо прислушиваясь к себе, она еще какое-то время с удивлением ощущала, что, исходило изнутри ее сердца какое-то совсем необычное тепло. Что, точно бы заполняя тело неизвестными прежде ощущениями, оно вместе с тем всю ее наполняло неизвестной прежде нежностью и ласковостью. Разливаясь по телу странной, волнительной радостью, оно и само сердце в ответ заставляло отчего-то стучаться совершенно иначе обычного. И девушка, не понимая почему, задумчиво и нежно улыбаясь, смотрела вокруг теперь как-то совсем по-новому: словно бы проснувшись и точно бы просветлев...
  
  21
  Едва зазвонил телефон, его веселый перезвон торопливой трелью прокатился по всей квартире, заскочил в каждый уголок, в каждую щелочку, коснулся каждого обойного цветка на стене, попрыгал по потолку и вылетел в открытое окно.
  Но телефон не умолкал. Снова и снова маленькие колокольчики радостно выскакивали из своего желтого пластмассового домика и летели друг за дружкой. Смеясь, неслись наперегонки. Из прихожей в ванную. Из нее на кухню и дальше. Из комнаты в комнату.
  Колокольчики тоненько звенели, касались своими невидимыми язычками хрупкой тишины, весело ее пронзали и, словно играя друг с дружкой, радостно рассыпались по всей квартире. Они были теперь точно бы везде и всюду.
  Верина мама теплой ладонью коснулась трубки и колокольчики исчезли. В наступившей тишине было слышно как она, не спеша, кому-то что-то говорила. Даже успокаивала. Судя по всему, даже улыбалась, а один раз - весело рассмеялась.
  Вера вдруг вся напряглась и словно бы обратилась в слух. Глаза же ее, движимые теперь точно по инерции, по-прежнему скользили по строчкам, но уже совершенно рассеяно. Она сидела в соседней комнате, в мягком кресле. На коленях у нее по-прежнему лежала большая и интересная книга. Но глаза ее, лишь полминуты назад с вниманием следившие за каждой буковкой, за каждой маленькой черточкой на белой странице, стали вдруг словно слепые. Они, точно ничего не видя перед собой, напрасно пробегали теперь по строчкам. По одной. По другой. Третьей... Вера начинала читать сначала. Одну и ту же фразу, в какой уже раз. Но буквы быстро путаясь, разлетались. И смысл прочитанного опять ускользал.
  Вера старалась не слушать телефонного разговора. Но даже через закрытую дверь до нее долетали обрывки фраз. Редкие. Одно слово. Другое. Третье. И все эти слова, похоже, были именно о ней. Она не могла их не слышать. И глаза ее, в какой уже раз, лишь рассеянно плыли по одним и тем же лабиринтам строчек.
  - Вве-е-рочка! - позвала мать буквально через несколько секунд, показавшихся Вере целой вечностью.
  Но ее уже не было в кресле. Ее уже не было в комнате. Книга, расправив белые крылья, уснувшей птицей уткнулась в мягкие, нежные подушки.
  - Да, мамочка... - Вера стояла рядом и нежная ее ладошка уже ласково касалась теплой, точно до краев наполненной приятным голосом, трубки.
  - Это... это Александр... - осторожно шепнула ей мать. Она словно бы опасалась произносить это имя.
  Но Вера не слышала ее. Она уже впитывала его голос. Он ласкал ее своими звуками. Щекотал и пьянил. Она почувствовала, как у нее задрожали колени и что ослабевшая рука вот-вот выронит трубку. Голова пошла кругом. Все быстрей и быстрей. И за ней весь мир закружился легким упоительным вихрем.
  - Сашенька. - ласково позвала Вера, точно бы влетая в этот волнительный и упоительный круговорот. - Да, это я.
  - "Сашенька"?! - в трубке словно внезапно хватили кипятку. На том конце линии явно были готовы ко всему, но только не к этому. На секунду наступило молчание, но тревожная тишина, словно догадавшись, тут же лопнула. - Что-то случилось? Вера, что-то случилось?
  - Нет же! - девушка весело рассмеялась. - Нет, что ты! Ничего не случилось.
  - Странно... - где-то там далеко молодой человек на секунду оторвал от себя трубку, недоверчиво посмотрел на нее и снова повторил. - Странно...
  В это же время Верина мама сначала обеспокоенно, а затем и столь же недоуменно посмотрела на дочь, но ничего не сказав, крайне удивленная, тихо вышла из комнаты.
  - Алло? Саша ты где? - прошла всего секунда молчания, а Вера уже беспокоилась. - Ты где, Саша?...
  - Я здесь... - ответил Александр. - Ты... ты какая-то странная сегодня.
  - Странная? - Вера прыснула смехом.
  - Да... необычная... Не такая как всегда.
  - Что ты! - Вера опять весело и волнительно рассмеялась. - Что ты!
  Молодой человек замолчал. Он вновь, в какой уже раз недоверчивым взглядом обмерил вспотевшей ладонью странную телефонную трубку. Он ничего не понимал. Трубка как трубка. Такая же, как и минуту назад. И голос в ней почти такой же, как всегда. И почти столь же знакомый смех. Но...
  - Вера... - точно пересилив себя, Александр вновь возник из пустоты. - Так, как насчет моего предложения?... Пойти в... - он не договорил. От собственной смелости захватило дух. - В кино...
  - Да! Я согласна!
  - Согласна?!... - казалось, что где-то лавина сорвалась с горных вершин. Словно где-то совсем рядом пальнуло орудие. Словно гигантская волна ударила о борт корабля. - Согласна?! Этого... этого не может быть!... - молодой человек верил и не верил своим ушам.
  - Что?! Ты что-то сказал?...
  - О, нет-нет... Это я так... - скороговоркой понеслись к Вере быстрые сбивчивые слова.
  Для Александра все это было чем-то большим, чем полететь на Луну. Большим чем стать волшебником. Это было ни больше, ни меньше, чем услышать "согласна". И от кого?! От Веры!!! Он отказывался верить своим ушам. Он онемел. Он опять превратился в пустоту. И Вере снова пришлось звать его из тишины.
  - Алло? Саша?... Ты где? Алло?
  Наконец, пустота где-то далеко окрепла, зашевелилась и, точно придя в себя, выдохнула в трубку:
  - Да-да, извини, я здесь... М-м-м... Ты знаешь, все это действительно странно...
  - Странно?
  - Да... Ну... слышать от тебя все это... Я не понимаю. Я ничего не понимаю... Странно...
  - Что?... Что странно?!
  - Ну... "Сашенька", например...
  - Ой, Господи! Глупенький... Хочешь, я только так и буду тебя теперь звать. Хочешь?...
  Вновь навалилась немота. Голова кружилась и Александр по-прежнему не верил своим ушам.
  - Алло? Саша? Ты не пропадай!
  - Да... Я здесь... - Александр вытер проступившие капельки пота. - Так я зайду за тобой.
  - Конечно!
  - В... восемь?
  - В семь!
  - В семь?!
  - Ну, конечно, Саша. В семь часов. Мы еще погуляем сначала.
  - Погуляем?!... - он чуть не задохнулся. - Ты и в правду сегодня какая-то необычная. Может я сплю... И мне это лишь снится?... Может я просто мечтаю и...
  - Нет! Нет, Сашенька. Нет, я здесь. Я говорю с тобой. И ты со мной.
  - Странно... Так в восемь?... Э... я хотел сказать "в семь". Извини, я оговорился.
  - Конечно! - Вера вновь весело рассмеялась. - Я буду ждать. В семь!...
  
  22
  На этот раз пустота в трубке стала настоящей и сквозь тишину к Вере понеслись короткие, далекие гудки.
  Вера положила трубку. Счастливая, улыбаясь, она задумчиво взглянула в окно.
  И тотчас, в голубом, без единого облачка, весеннем небе, где-то совсем в вышине внезапно блеснула, точно яркая маленькая вспышка, золотая звездочка. Блеснула, удаляясь, и пропала.
  "Наверное, самолет или спутник... - подумала Вера. - Или?... О Боже!!!..."
  И тут, внезапно вспомнив происшедшее с ней на балконе, девушка вскрикнула. Сердце ее громко и торопливо застучало в обмершей груди. На ее удивленном лице застыло недоумение. И вновь, с изумлением осознав внезапные перемены, произошедшие с ней совсем недавно, Вера вдруг вспомнила все произошедшее.
  "Так это был не сон?..."
  Она с удивлением вспомнила, как видела там, находясь на балконе, что удивительная звездочка, вспыхнув поначалу где-то высоко-высоко, скользнула вниз. Вспомнила, как она коснулась одиноко летевшей в голубизне птицы, а затем еще одной. Вспомнила, как птицы, после ее удивительного прикосновения уже летели рядом и вместе. Вспомнила, как весело и счастливо щебетали их клювы уже одну ликующую песню. Вспомнила, что везде, где она пролетала, стрекотание, кваканье или веселый задорный смех становились громче. Удваивались. И уже не одна, а две пары счастливых глаз смотрели следом. Уже два счастливых существа находилось рядом...
   "Так значит это и в правду был не сон?!... - в недоумении подумала, потрясенная девушка. - Не сон?... Там... на балконе..."
  Замерев, несколько секунд Вера не двигалась. Наконец, она снова изумленно посмотрела в опустевшее голубое небо. И тут в ее ошеломленной памяти вновь вдруг со всей очевидностью проявилось недавнее прикосновение легкого, блаженного порыва воздуха...
  - О Боже! - воскликнула Вера в крайнем изумлении. Она вдруг отчетливо вспомнила, что это было не просто движение воздуха, а точно бы движение чьих-то больших, красивых и величественных крыльев.
  Пораженная до глубины души, Вера вновь несколько секунд не шевелилась, а затем вдруг недоуменно прошептала:
  - Н-нет!... Нет, этого не может быть... Не может быть!...
  Постепенно приходя в себя, потрясенная девушка стояла еще какое-то время молча. И тут вновь, но с еще большей отчетливостью, ей снова вспомнилось открывшееся там, на балконе... Ей вдруг отчетливо вспомнилось как ей открылось всего на секунду... даже на какую-то долю секунды... открылось после взмаха удивительно белого крыла, столь же поразительно сияющее и светлое лицо. Такое поразительно лучезарное, прекрасное и столь же изумительно доброе лицо...
  Потрясенная девушка вдруг тут же вспомнила, что, когда удивительная искорка приблизилась совсем-совсем близко, Вере вдруг открылось, что была это вовсе не звездочка, а удивительный и странный лучик волшебного света на кончике чьей-то едва зримой, едва видимой, но чьей-то прекрасной руки. И девушка, вдруг вспомнив все это, громко и радостно засмеялась. И тут же, устремив свой сияющий взгляд в бескрайнее высокое небо, громко воскликнула:
  - Нет-нет, это не самолет! И не космический метеор... Нет!... - и уже не сомневаясь своей поразительной догадке и своему пронзительному открытию, по-прежнему пристально всматриваясь в голубое-преголубое, высокое-превысокое небо, с нежной благодарностью в голосе, трепетно произнесла, - Это Ангел!... - а еще через секунду, устремив в божественное весеннее небо сияющие и счастливые глаза, тихо добавила сквозь слезы радости. - Спасибо!... Спасибо, Ангел!... Спасибо, Ангел, что ты есть...
  
  1991, 2005, 2010, 2012, 2014, 2015
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) В.Свободина "Темный лорд и светлая искусница"(Любовное фэнтези) М.Боталова "Принесенная через миры"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) В.Пылаев "Пятый посланник"(ЛитРПГ) В.Каг "Операция "Поймать Тень""(Боевая фантастика) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"