Гаус Кристина: другие произведения.

Круговерть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "Океанариум был огромен...".
    Опубликован в журнале "Вселенная. Пространство. Время" (Киев), N 9 (52), 2008. Также опубликован в журнале "Очевидное и Невероятное" (Харьков), N 3(8), 2009.


   Океанариум был огромен. Притягивая взгляд, мелькали в тропическом отделении радужно-разноцветные рыбки, в антарктическом щеголяли золотыми жабо королевские пингвины, а по соседству скромно жалась к имитации скал их невзрачная, редкостная родня - привезенные из Эквадора пингвины Гумбольдта. В толще воды над коридорами лениво скользили сильные, хищные тела акул, величественно проплывали скаты, и в небольших аквариумах с табличкой "редкие виды" лиственные драконы прятались в зарослях водорослей, не отличимые от них формой разветвленных тел.
   Океанариум жил напряженной жизнью. С раннего утра он поглощал человеческий поток и распределял его по многочисленным отделениям. Только к вечеру шарканье ног в помещениях становилось тише, и над негромкой музыкой реже возносились голоса экскурсоводов.
   Это была последняя группа. Пройдя весь океанариум, она вошла в конечный, затемненный и уже почти совсем пустой зал. Здесь, явно с целью напоследок еще раз изумить посетителей, была установлена огромная хрустальная колонна - четверо мужчин едва бы смогли обхватить ее руками. Внутри, в удивительно прозрачной воде, безостановочно кружилась плотная стена маленьких рыбок. Они были длиною с палец, и их чешуя отсвечивала перламутровыми и нежно-голубыми бликами в рассеянных лучах прожекторов. Монолитный небыстрый вихрь властно приковывал к себе взгляды. По группе прошел восхищенный вздох.
   - Перед нами - отдаленная, не имеющая промышленного значения родня всем нам хорошо знакомых анчоусов, - заговорил Энрико, и с его губ слетело звучное латинское название. - Типичные стайные рыбки. В одиночестве, даже в самых благоприятных условиях, они быстро погибают, поэтому для декоративных целей составляется стайка как минимум из десяти, лучше же из двадцати и более особей. Наша стая не составная. Она отловлена в своей целостности, специально для нашего океанариума, и это - самая большая в мире из отлова в природе. В ней восемь тысяч особей.
   Усиленные щелчки фотоаппаратов.
   Энрико сделал паузу, подождал. В каждой группе ему всегда задавали один и тот же вопрос. И этот вопрос пришел.
   - А им не скучно вот так весь день-деньской кружиться? - серьезно спросил с высоты отцовских плеч загорелый мальчишка. - Так ведь и с тоски помереть недолго.
   В группе послышались смешки.
   - Это совершенно исключено, - с готовностью отозвался Энрико. - Дело в том, что памяти этих рыбок хватает ровно... на три секунды.
   - Три секунды! - воскликнул бородач в цветастой футболке. - Но ведь это же рай! Жизнь, полная открытий. Каждую четвертую секунду - новые лица, или что у них там...
   Окружающие засмеялись, и Энрико, вежливо улыбнувшись, позволил себе перейти к следующей обязательной части:
   - Стайное поведение играет важную роль в выживании обитателей глубин, и, разумеется, диких сородичей наших рыбок. Коэффициент интеллекта каждой отдельной особи ничтожно мал, но в сообществе они приобретают способность к сложным действиям. Например, в случае опасности вся многотысячная стая начинает двигаться совершенно синхронно, и по необходимости сбивается в плотный вертящийся шар, защищаясь таким образом от нападения хищников...
   Вскоре экскурсия закончилась.
   Приближалось время закрытия. За прозрачные стены к акулам спустились аквалангисты и принялись чистить дно. Тигровая акула, словно доверчивый теленок, уткнулась тупоносой мордой в колени одному из них. Энрико помог охранникам проводить к выходу последних посетителей. Освободившись, он подошел к колонне и внимательно присмотрелся к монолитному движению в ней. Кажется, или рыбки в последнее время действительно кружатся медленнее? Прошлая стая передохла через шесть месяцев после доставки: двигалась все медленнее, пока вовсе не задохнулась. Неужели, и этой чего-то недостает в воде или корме? Он покачал головой, и решил все же сделать соответствующую пометку в общей книге наблюдений.
  
   Оврель медленно приходил в себя. Света стало меньше, и из-за тела опустившейся на него гигантской медузы перестали приходить раздражающие, болезненные колебания. В это время ему всегда становилось лучше, к тому же, сама собой появлялась еда - дрянная, невкусная, и все же еда, - но сегодня он к ней не притронулся.
   В последнее время он почти совсем перестал грезить. Память о том, как хорошо было раньше плыть как хочешь и как надо, еще жила в его теле, но все более бледнела и исчезала, вытравляемая проклятым круговым движением. Раньше он так уходил из кольца косаток, от страшных ударов их хвостов - взвивался вихрем и бывал таков. Теперь он кружился, но уйти от опасности было некуда, да и опасность все не нападала, ходила вкруг него странными вертикальными тенями, когда становилось светло. Ходила уже так давно, что он даже начал привыкать к ней: не так плотно выстраивался вертящимся щитом, стал медлительнее, да и кружился уже более по инерции и потому, что иначе ему все равно не хватало места.
   Да, раньше было хорошо. Опасно, голодно, но так хорошо. Было много-много простора, и он мог уйти в темную, покойную прохладу глубин, или же подняться в светлые, полные пищи, неспокойные высоты. Лучше всего бывало, когда вода надолго теплела, а хуже всего, конечно, когда становилось холодней и одна за другой приходили огромные, прожорливые Сельди. Вслед за ними всегда появлялись косатки и странные рокочущие рыбы. Они были в несколько раз массивнее косаток, и все же не так умны, ходили всегда в одиночку и совершенно не ценили глубину. Рокочущие рыбы тащили за собой водоросли, так что та или иная Сельдь запутывалась в них и навсегда исчезала наверху, или же от нее оставалось поглупевшее убожество - жалкая сотня-другая, легкая добыча косаток. Оврель водорослей не боялся, поскольку свободно проходил даже сквозь самые плотные из них - хотя один раз замешкался и потерял половину массы среди всеобщей панической толчеи. Потом ему потребовалось несколько долгих смен тепла и холода, чтобы нарастить тело.
   И все же, как оказалось, он зря недооценил коварство рокочущих рыб. Однажды, во время долгого тепла, наверху появилась одна из них - небольшая, едва ли со взрослую косатку. Она выбросила что-то необычайно вкусное из себя, так что он еще издали почуял эту вкусноту, и не смог воспротивиться искушению. Конечно, Оврель сразу заметил, что вместе с лакомством рокочущая рыба выбросила из себя и водоросли, но был совершенно уверен, что ускользнет от них, как всегда бывало. Однако от съеденной вкусноты ему стало нехорошо, а потом произошло нечто настолько страшное, что навсегда запечатлелось в его памяти. Водоросли сомкнулись вокруг него и потащили наверх! Оврель сопротивлялся, как мог, но они оказались очень плотными, а ему было так плохо... Он перестал что-либо воспринимать еще прежде, чем его поднесло к последней, смертельной вышине.
   А потом очнулся здесь, под этой огромной, неподвижной медузой.
   Он заметался. Вот же, совсем рядом - свобода. Только пробей преграду, уйди вниз, в глубину, и ты в безопасности. Но он не смог пробить ее. Когда же вокруг - страшно близко - возникли первые вертикальные тени, Оврель в панике завертелся щитом, как не вертелся, даже уходя от косаток - и вертелся с тех пор, не переставая.
   Тени всегда были рядом с ним. Даже ночью, когда они исчезали вместе с болезненными колебаниями, одна из них все же проплывала мимо него. Он не знал, что это были за создания, но боялся их до полусмерти. И еще он боялся, что твердотелое чудовище, опустившееся на него, вот-вот сожмется, погубит окончательно - но со временем понял, что этого не произойдет: это была очень странная медуза. Впрочем, все здесь было странным - вода, еда и эти вертикальные тени.
   Постепенно он привык к теням и перестал их бояться, даже начал за ними наблюдать. Но щит на всякий случай не разрывал. Давно должно было похолодать, а вода по-прежнему оставалась непонятной - ни теплой, ни холодной, - и ему было скучно и тоскливо. Очень скучно и очень тоскливо. Оврель кружился и кружился, чувствуя, что у него все меньше остается сил.
  
   Через несколько дней после того, как Энрико Романо сделал пометку в книге наблюдений, произошло событие, надолго всколыхнувшее размеренную жизнь океанариума.
   Все случилось на глазах у самого Энрико. Подведя очередную группу к хрустальной колонне, он как раз приступил к объяснениям, когда за хрусталем начало твориться что-то неладное. Мощная размеренная круговерть серебристых тел вдруг сильно замедлила движение, словно натолкнувшись на невидимую преграду - и начала распадаться! По ней прошла судорога... Мгновенье - и в прозрачной воде воцарился хаос. Тысячи взблескивающих тел метались и давили друг на друга, и неожиданно стало понятно, как же их там безбожно набито. Казалось, в колонне вскипел адский котел.
   Энрико оцепенел, но, к его чести, ненадолго. Бросив несколько слов в передатчик, он закрыл двери в зал и кое-как выпроводил туристов. А когда бегом вернулся к колонне, все уже были там: кто надо, и кто не надо. Стояли вокруг в полном молчании и смотрели. Сквозь приятную музыку едва слышно доносился странный шелест: удары множества бьющихся о хрусталь тел.
   - Да это же они на нас кидаются, - прошептал с благоговением толстяк Пабло, охранник.
   - Отойдите, ребята... Выключите свет!
   Люди попятились. Когда главное освещение погасло, бурление на мгновенье притихло, словно растерявшись, но потом упрямо пошло вновь.
   - Да что же это с ними? - спросил кто-то со страхом из темноты.
   - Бешенство, - пришел определенный ответ, и Энрико по голосу узнал аквалангиста Мануэля.
   - У рыб!?
   - А то. Я такое уже раз видел - в Норвегии, на разведении лосося. Там в одном из садков рыба вот так же ни с того ни с сего на стенки полезла - все восемнадцать тысяч в одночасье передохли. Говорят, такое регулярно случается, особенно у стайных, и особенно, если "дички".
   Они замолчали. В тусклых, желтоватых лучах ночных прожекторов казалось, что хрусталь сжимает в себе взбесившийся пчелиный рой, но рой, уже задавливаемый собственной массой. Они присутствовали при агонии, и это было понятно всем и каждому. В спазматических, ворочающихся волнах стаи уже появились мертвые, расплющенные тельца - их бросало на стены вместе с живыми. На людей смотрели сотни пар выпученных глазок. Энрике охватило непреодолимое желание перекреститься.
   - Ну что, ребята, - сказал наконец Мануэль, ни к кому не обращаясь, - вот будет нам опять сверхурочных - новую-то стаю сажать.
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Ю.Руни "Близнец"(Научная фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Д.Максим "Новые маги. Друид"(Киберпанк) А.Кристалл "Покорение небесного пламени"(Боевое фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"