Алова Ника: другие произведения.

Десять шагов до края

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Отправиться на поиски пропавших подростков и провалиться прямиком в ад? Этим лейтенанта Службы Противодействия Непрофессиональному Использованию Магии Елену Александрову уже не удивишь. Тем более, и там найдутся полезные знакомства. Только вот проблема в том, что завалялся у нее один артефакт, способный привести к локальной революции в преисподней и, в качестве побочного эффекта, - к глобальному концу света. И, само собой, вокруг полно желающих его заполучить. Так что придется засучить рукава и разбираться, кто виноват и что делать.

    вторая часть дилогии, продолжение "По цене одной души"


Глава 1. В которой на горизонте возникает аномалия

  
   Тревога -- это проценты, которые мы авансом платим нашим неприятностям.
   Уильям Индж
  
   Прищурившись, я еще раз рассмотрела ситуацию. Шары стояли, прямо скажем, не идеально. Вот притормози ближний чуть правее, а дальний, прижавшийся к борту, хоть на пару миллиметров левее, не было бы предела моему счастью. Но, увы, пользоваться приходится тем, что есть, а не тем, что нравится.
   -- Не получится, -- скептически заметил Сашка.
   Оглядываться я не стала. Без того знала, что он сейчас стоит, держа кий на манер копья, как древний воин на боевом посту. А по губам скользит нахальная ухмылочка. Еще бы, счет равный, партия близится к концу. Шары же, вот заразы, как назло стоят так, что, если сейчас ошибусь, почти наверняка проиграю.
   Я даже дыхание задержала, чтобы не совершить ни единого случайного движения. И отправила шар номер восемь в лузу. Легкий стук, десятка откатывается в сторону, а восьмерка, вредная восьмерка с третьей моей попытки все-таки ныряет куда следует. Получите и распишитесь.
   -- Никогда не говори женщине, что у нее что-нибудь не получится. Назло сделает, -- язвительно сообщила я приунывшему Сашке, обходя стол.
   Двойка в среднюю и партия. Извини, Ветринский, сегодня не твой день. Не разгибаясь, я подарила партнеру торжествующую улыбочку, вызвав в ответ нечто, напоминающее последствия употребления лимона целиком и без подслащивающих добавок. И только тогда заметила, что в зале подозрительно тихо.
   Конечно, в клуб мы заявились рано, к открытию, да еще в будний день. Другими словами, в те часы, когда аншлага не может наблюдаться по определению. Здесь, правда, всегда культурно, сколько бы публики ни собралось, но вот накурено вечерами бывает так, что не только топор -- бревно от крепостного тарана подвесить можно. А я все же предпочитаю более свежую атмосферу.
   И, тем не менее, насколько я припоминала, в зале мы были не одни. Через стол от нас шары катала парочка довольно молодых, но вполне приличных с виду парней. Неужели ушли? Да нет, стоят. Именно, что стоят. Как вкопанные.
   Медленно выпрямившись, я обернулась и посмотрела на оную парочку, в данный момент соперничающую неподвижностью с иной скульптурной группой. Оба товарища, позабыв про игру, упоенно таращились на меня. Причем так увлеклись собственными фантазиями, что даже не сразу заметили, как приковавший их внимание вид на мои вторые девяносто сменился моей же не слишком довольной физиономией.
   Нет, я не спорю, любой женщине приятно мужское внимание. Да и с длиной, точнее, с краткостью юбки я, наверное, малость переборщила. Но чтобы вот так, самозабвенно пялиться -- это, по-моему, уже перебор. Тем более, было бы еще на что. Все у меня, в общем, среднее. Рост, телосложение, глаза и то среднерусские, не поймешь толком, серые, зеленые или карие. Всего понемногу. Даже волосы в рыжий цвет так и не перекрасила, хоть и собиралась. Так и осталась средне... тьфу, светло-русой.
   -- Насмотрелись? -- холодно поинтересовалась я, достаточно громко, чтобы быть услышанной.
   Товарищи, словно очнувшись, сначала поспешно отвели глаза, а потом и вовсе продемонстрировали мне спины, старательно изображая увлеченность игрой. С этим у них не заладилось, потому как, забыв, чей удар следующий, оба принялись бить одновременно. В результате два шара звучно стукнулись в центре стола, подпрыгнули и покатились по полу в разные стороны.
   -- Фол, -- со смешком прокомментировал Ветринский, наблюдая за парнями, семенящими каждый за своим беглецом. -- Еще партию?
   -- А? -- отозвалась я, стряхивая с пальцев язычки пламени, которыми совсем уж было решила придать товарищам вящей бодрости. -- Да, выставляй.
   Сашка только и успел, что взяться за треугольник, когда на столике надрывно возопил мой мобильник. Посмотрев, кто звонит, я ругнулась. Надежда на то, что это всего лишь мама решила осведомиться о моем самочувствии, растаяла, как льдинка в кипящем чайнике.
   -- Слушаю Вас, Арсений Петрович, -- обреченно протянула я в трубку.
   -- Александрова, ты сейчас где? -- поинтересовался начальник, не давая себе труда поздороваться.
   -- А то Вы не знаете, -- пропела я. -- И, кстати, объявляю официально, что не собиралась поджаривать эту пару надутых гусаков. Так, хотела малость подогреть их игровой энтузиазм.
   -- Рад слышать, -- буркнул Смолин как-то совсем нерадостно. -- Но я, собственно, звоню не поэтому. Бери Ветринского за шкирку, и тащите оба свои ленивые задницы в контору. Есть дело.
   -- Ты все слышал, -- развела я руками, убирая телефон в карман.
  

* * *

   -- Мы, как Служба Противодействия Непрофессиональному Использованию Магии, обязаны реагировать на подобные ситуации, -- на должной пафосной ноте закончил свою пламенную речь полковник Смолин.
   Собранные в зале сотрудники упомянутой СПНИМ дружно приуныли. Было от чего. Фактически нам только что приказали пойти туда, не знаю куда, и принести то, не знаю что. Хотя, пункт назначения был, в общем, известен более-менее точно. Да и цель вполне ясна: ликвидировать имеющуюся там проблему. Загвоздка состояла в том, что никто понятия не имел, в чем эта самая проблема заключается.
   В наличии имелась заброшенная со времен начала перестройки птицефабрика, куда повадилась лазать местная и приезжая молодежь. Местные больше ради парного уединения, а гости -- за крутыми фотками. Чтобы было чем перед френдами похвастаться.
   Несколько таких фотографий нам любезно продемонстрировали. Фабрика как фабрика: печаль и запустение, прогнившие полы, в оконных проемах -- обломки рам, за которые кое-где еще цеплялись осколки грязных стекол. В таких местах нередки несчастные случаи. Порезаться, сломать ногу или еще что-нибудь там проще простого. Но вот исчезновение семи человек разом уже более чем подозрительно. А то, что родители и полиция, приехавшие искать пропавших, не нашли никаких следов -- подозрительно вдвойне.
   -- Идеи есть? -- вопросил Смолин, оседлывая стул и внимательно вглядываясь в унылые лица сотрудников Службы.
   -- Упыри? -- робко предположила молоденькая пифия.
   Полковник скептически улыбнулся. Конечно, упыри любят такие места, но особой аккуратностью эти тупые, кровожадные твари не отличаются. И, если даже предположить, что с голодухи они слопали всех семерых вместе с костями, уж следы крови остались бы в изобилии. Не говоря о том, что при стабильном потоке "туристов" оголодать до такой степени упырям нипочем бы не удалось. Да и проблема всплыла бы куда раньше.
   -- А причем тут вообще мы? -- сварливо осведомился откуда-то из задних рядов Илья Масленников, главный наш специалист по оборотням. -- Пускай полиция разбирается.
   -- Ага, -- сердито осадил его Смолин. -- И еще троица самодеятельных экстрасенсов, нанятая безутешными родителями. Во главе с одним "потомственным черным магом" для полного комплекта.
   -- Так может, ребят вообще не там ищут? -- подал голос Денис Игнатенко. -- Мало ли, собирались в одно место, а поехали в итоге в другое.
   -- Нет. Один из них написал в сети, что они прибыли на фабрику, и выложил в доказательство несколько фото.
   -- А если они оттуда уехали?
   -- Уже через полчаса никто из них не отвечал по телефону.
   -- Вдруг молодежь пошутила? -- выдала свою версию пифия Марина. -- Решили создать новую городскую легенду, вот и подогревают интерес.
   -- Жестокая шутка, -- проворчал полковник. -- К тому же, где семь подростков могут прятаться неделю так, чтобы никто их не нашел?
   Я собрала в хвост отросшие волосы и потерла лоб. Даже будь эта история глупой детской шуточкой, ребятам незачем было пропадать на целую неделю. Пары-тройки дней более чем достаточно, чтобы эффектно появиться с душещипательной историей. К тому же, после всех родительских рыданий в прямом эфире у кого-нибудь из ребят непременно не выдержали бы нервы. Нет, с бестолковыми детишками действительно что-то случилось. И, скорее всего, именно на той самой фабрике.
   Логика начальства была в целом понятна. За неделю даже наша доблестная полиция могла накопать хоть что-то, не будь в деле сверхъестественной подоплеки. Настораживало именно полное отсутствие каких-либо улик. Никто ничего не видел и не слышал, не было следов борьбы, попыток сообщить о случившемся. Требований выкупа тоже не поступало. Не всплыли и вещи пропавших. Темная история.
   По всему выходило, что конторе нужно по меньшей мере провести проверку, чтобы прояснить, по нашему ли профилю это дело. А уж там решать, какие меры принимать. Значит, сейчас Смолин приступит к поиску крайних слева.
   Начальник поспешил оправдать мои безрадостные ожидания, даже с перебором. Поднявшись со стула, он с прищуром оглядел собравшихся, прокашлялся и объявил:
   -- На место отправятся Морозова, Ветринский, Масленников и Александрова.
   Еще раз обвел взглядом окончательно приунывших нас, прочую, заметно повеселевшую публику, едва заметно скривился и добавил:
   -- Но это совсем не значит, что остальные могут расслабиться и забыть про данное дело.
  

* * *

   Полюбовавшись безнадежно раскисшей от пары недавних ливней дорогой, Илья остановил машину и сердито выплюнул:
   -- Дальше пешком. Не проедем.
   Я от души порадовалась, что приодела модные нынче резиновые сапоги. А вот Ирина заметно погрустнела. Засиделась девушка в конторе, что тут скажешь. Забыла, в какие места нам приходится порой таскаться. Иначе знала бы, что белые кроссовки не годятся для полевой работы в условиях отечественной осени.
   Ругаясь последними словами и время от времени левитируя через особо масштабные озера жидкой грязи, мы за полчаса дотопали до пресловутой фабрики. И дружно остановились, любуясь пейзажем. Его точно стоило пофотографировать, причем не только подросткам, но и профессионалам. А еще, наверное, тут можно было фильмы снимать про Третью Мировую. Или даже про Вторую.
   -- Эх, фотоаппарат бы... -- вслух огорчился Илья.
   -- Тоже хочешь в блоге о поездке отчитаться? -- съязвил Сашка.
   -- А если и да? -- начал заводиться Масленников. -- Тебе что, жалко? Или завидно?
   -- Закройтесь оба, -- скомандовала Ирина, раздраженная гибелью новеньких кроссовок. -- И пойдем уже место осматривать.
   Спорить мы не рискнули, молча двинувшись дальше. Чтобы у проржавевших и покосившихся ворот фабрики столкнуться с группой довольно странных товарищей.
   Один из них был с ног до головы обряжен в черную кожу. Венчали мрачный образ черная же кожаная шляпа наподобие ковбойской, подведенные черным глаза и выбеленная остальная физиономия. Таковая раскраска, в сочетании с болезненной худобой и плохо замазанными синяками под глазами, придавала товарищу несомненное сходство со слугой-зомби, которого попытались загримировать под живого гота.
   Прочие персонажи оказались несколько менее колоритными, но ничуть не более нормальными. Дамочка лет сорока в атласном плаще до пят, сверху алом, а по подолу безнадежно измазанном глиной, парень лет двадцати в гигантском зеленом свитере, доходящем снизу до колен, а в области воротника -- до ушей, и старушка неопределенного возраста, закутанная сразу в три цветастых платка.
   -- Стойте, неразумные! -- с пафосными подвываниями провозгласил крашеный, едва мы подошли достаточно близко. -- Ибо страшное зло поселилось в этом месте!
   Мы остановились. Не потому, что заявление зомбиподобного гота повергло нас в ужас и панику. Просто не хотелось, чтобы эта группа таскалась за нами. И нужно было срочно придумать, как от них отделаться.
   -- А вы, надо полагать, экстрасенсы? -- прищурившись, поинтересовался Ветринский. -- Наслышаны, наслышаны. Кто тут, кстати, потомственный черный маг?
   Лично я с каждой секундой изучения самодеятельных специалистов по сверхъестественному обретала все большую уверенность в том, что единственный потомственный черный маг здесь Сашка. А этот квартет шарлатанов просто нагло и бессовестно наживается на горе родителей пропавших ребят.
   -- Я, -- к некоторому нашему изумлению отозвался парнишка в безразмерном свитере. -- Черный маг и некромант Евгений Подземельный, к вашим услугам.
   Я смерила его взглядом. Потом Сашку. Да, с учетом расхожих представлений нельзя не признать, что шарлатан больше похож на некроманта. Бледный, тощий... вот переодеть в балахон с капюшоном, и выйдет готовая иллюстрация к роману популярного ныне жанра. Ветринский же своими светлыми волосами и синими глазами наводит на мысли скорее об эльфах. А уж загар его и подавно не приличествует обитателю мрачного подвала, проводящему ночи на кладбищах.
   -- Вот скажи мне, Лен, -- театральным шепотом поинтересовалась Ирина, -- почему все эти шарлатаны считают, что маги обязательно должны одеваться как идиоты? Да еще и дурацкие псевдонимы брать?
   -- Это не псевдоним, -- обиделся парень.
   -- Значит, насчет идиотских нарядов ты согласен? -- тут же подколола его Морозова.
   Мальчишка гневно засопел, попытавшись изобразить на лице угрожающее выражение. Предполагалось, очевидно, что в данный момент он выбирал из своего богатого арсенала наиболее подходящее для нас, дерзких людишек, проклятие. Даже пальцами шевелил, будто колдуя.
   -- Нам страшно, -- покорно согласился Илья. -- Аж жуть.
   -- А что вы вообще тут забыли? -- подала голос дамочка в плаще. -- Учтите, у нас с заказчиками договор.
   -- Вы себе очень льстите, если полагаете, будто мы коллеги, -- хмыкнул Сашка.
   -- Ваши дела с заказчиками нас не касаются, -- равнодушно обронила Ирина. -- Мы так, достопримечательность хотим осмотреть.
   -- Думаете, стоит? -- попытался съязвить готообразный зомби.
   -- Думаете, вас это касается? -- огрызнулся в ответ Илья. -- Посмотрим и уедем.
   -- Тут до вас уже посмотрели.
   -- Ага, мы видели новости, -- усмехнулся Сашка.
   Четверка уставилась на нас в явном недоумении. Похоже, желание отвадить конкурентов боролось в них с искушением понаблюдать, как мы нарвемся на те же неприятности, что и пропавшие детишки, и, пользуясь этим, набить цену своим услугам.
   -- А если честно, зачем вы приехали? -- не выдержала бабуля.
   -- Так вы же экстрасенсы, -- хмыкнула я. -- Вот и узнайте.
   Ответом стало только дружное сердитое сопение. Признаваться в шарлатанстве прямо здесь и сейчас товарищи были определенно не готовы. Обычные приемы вроде вытягивания ответа из самого клиента с нами не сработали, оценка внешнего вида давала немного. Судя по нему, мы вполне могли оказаться скучающими менеджерами среднего звена, самодеятельными охотниками за привидениями или даже конкурентами по мошенническому ремеслу. Кажется, то, что мы -- самые настоящие маги, приехавшие выяснить, в чем тут проблема, было единственной версией, так и не пришедшей товарищам в голову.
   -- Мы пойдем уже смотреть, -- спокойно сообщил озадаченным "экстрасенсам" Илья. -- А то ночевка тут в наши планы не входит.
   Оставив окончательно обалдевшую компанию у ворот, мы спокойно прошли на территорию и двинулись к остаткам главного здания. Именно там, судя по последним сделанным снимкам, находились ребята незадолго до исчезновения.
   -- Чувствуешь что-нибудь? -- поинтересовался Сашка, трогая Иру за плечо.
   Морозова отрицательно покачала головой.
   -- На редкость спокойное место в плане призраков и других неупокоенных, -- отозвалась она несколько удивленно.
   -- Это ведь хорошо? -- с надеждой уточнил Илья.
   Ирина остановилась и секунд пять постояла неподвижно, с закрытыми глазами, прислушиваясь и даже принюхиваясь к окружающему пространству. Потом открыла глаза, тряхнула головой, окончательно возвращаясь в реальность, и ответила:
   -- Это настолько хорошо, что скорее плохо. Здесь ведь была птицефабрика, так? Значит, много смерти. Место должно притягивать неупокоенных со всей округи. Но их тут нет.
   -- А что могло распугать призраков? -- подозрительно уточнил Сашка.
   -- Демоны разве что, -- вздохнула Ира.
   -- Демоны ведь оставили бы тела? -- опасливо поинтересовался Илья.
   -- Ага, -- кивнула я. -- Если только не завладели ими.
   Мы переглянулись. Перспектива повстречаться сразу с семью демонами никого не вдохновляла. Впрочем, со времен исчезновения ребят здесь побывала куча народа, и никто из них этих тварей не видел. Так что едва ли и мы их найдем, во всяком случае, именно в этом месте.
   -- Бред, -- возразил Сашка. -- Демоны могут забирать только меченые души. Какова вероятность, что все семеро оказались таковыми?
   -- Может, они пытались кого-то вызвать? -- предположила Ирина.
   -- А может, хватит гадать на кофейной гуще? -- раздраженно проворчал Илья. -- Не лучше тут осмотреться, поискать магические следы и сделать более надежные выводы?
   Переглянувшись еще раз и оглянувшись на продолжавшую наблюдать за нами четверку шарлатанов, мы дружно вздохнули и направили свои стопы к остаткам здания. Лично я даже не сомневалась, что туда эта колоритная компания за нами не сунется. И к лучшему, незачем им подсматривать за работой настоящих магов.
   Я оказалась права. За нами не только не последовали, но еще и за ворота выскочили, на всякий случай. Илья проводил их усмешкой. А вот я не разделяла его самоуверенности. Сама бы, будь у меня возможность, постояла в сторонке.
   Внутри здания наблюдалась та самая, уже виденная нами на фотографиях, картина запустения, не потревоженная людьми. В основном не потревоженная, потому как некоторое количество бутылок из-под пива и газировки, упаковок от сэндвичей и конфетных оберток по углам все же валялось, несколько оживляя апокалиптический пейзаж.
   -- Займешься "проявкой"? -- неуверенно поинтересовался у меня Сашка.
   Эх, не любила я это дело. Кому, скажите на милость, может нравиться резать собственную ладонь ради усиления концентрации магического поля? Да еще стоя при этом на коленях и шепча формулу, обязательно вслух, не то может не получиться, и придется начинать все заново. Результат, конечно, стоит усилий, но выглядишь при этом полной идиоткой.
   Только вот никто не бывает так хорош в "проявке", как сильные стихийщики вроде меня. На наш зов окружающий мир -- земля, вода, огонь или воздух -- откликается легче всего. Настоящие некроманты вроде Сашки черпают силу из пятой стихии, тьмы, потому не особо хороши в том, что не касается нежити. Илья специалист в основном по всяким разным живым и не очень тварям, как стихийщику цена ему, конечно, не грош, но ненамного и больше. А Ирина вообще медиум, ей ни за что не охватить "проявкой" достаточно большую площадь. Сил не хватит. Потому, надо полагать, меня и включили в группу по изучению странного явления. Хотя основная специальность моя -- боевая огненная магия.
   Расчистив от мусора и обломков небольшой участок пола, точнее, хорошо утоптанной земли, потому как доски здесь давно сгнили и провалились под ногами многочисленных любителей заброшенных мест, я вытащила ритуальный кинжал, опустилась на колени и принялась за работу.
   Волна силы привычно плеснула в лицо, и уж потом раскатилась по окружающему пространству. Открыв глаза, я узрела коллег, в обалделом молчании разглядывающих дальнюю стену здания. Глянула туда же, и присоединилась к общему молчаливому созерцанию проявившейся чудной и жуткой картины.
   Хвост могла бы дать на отсечение, имейся у меня таковой, что с подобным встретилась впервые в жизни. Не сказать, чтобы это было совсем уж ни на что не похоже, но окажись оно тем, о чем я подумала...
   -- Это ведь разрыв пространства? -- медленно выговорил Сашка, первым решившись озвучить общее предположение.
   -- Похоже на то, -- неуверенно отозвался Илья. -- Но ведь даже после сверхдальней телепортации разрывы не сохраняются больше десяти секунд. А на этот мы уже минуту пялимся.
   -- И куда он ведет? -- задала более насущный вопрос Ирина.
   -- Сходи, проверь, -- сухо буркнула я, поднимаясь на ноги и отряхивая с колен грязь. -- Спорить могу, детишки угодили именно туда.
   -- Сейчас, побежала, -- отмахнулась Морозова. -- Сначала эту штуку надо изучить.
   -- Тогда давай обратимся к Громову, -- примирительно предложил Илья. -- Он про такие явления должен все знать.
  

Глава 2. В которой мы попадаем невесть куда

  
   У меня такая репутация, что лучше бы мне ее потерять.
   Жанна Голоногова
  
   Выслушав краткий отчет о находке, Смолин пообещал срочно направить Громова на место. А нам велел сидеть и дожидаться его приезда, заодно наблюдая за поведением аномалии. Обрадовал, нечего сказать. Хорошо хоть мы с самого начала рассчитывали на долгие и нудные поиски, потому захватили воды и бутербродов. А Илья -- еще и колоду карт.
   Расположившись на самых чистых и гладких из найденных досок, мы перекусили и принялись азартно шлепать картами по куску фанеры, выясняя, кто же из нас дурак. Сперва, правда, попытались сыграть в покер, но мелочи ни у кого не нашлось, на серьезные деньги играть не хотелось, а просто так оказалось неинтересно.
   -- И шестерки на погоны! -- радостно осклабился Сашка под наше с Иркой хихиканье.
   Илья в ответ только скривился, собрал карты и принялся тасовать их, то и дело бросая на нас короткие, недовольные взгляды. Трижды подряд оставшись в дураках, он начал подозревать, что против него попросту сговорились. Мы в ответ только беспечно улыбались, намекая, что пора бы приступать к четвертой партии.
   -- Козыри те же, дураки свежи, -- с довольной улыбкой возвестил Илья, раздав карты.
   -- Даже не надейся, -- сладко улыбнулась ему Ирина.
   -- Начинай уже, -- проворчал Масленников.
   Морозова нахмурила лоб, делая вид, что напряженно выбирает карту для первого хода. И только успела подцепить выбранную тремя пальцами, чтобы позвучнее ею шлепнуть, когда с улицы донесся отчаянный женский вопль. Такой, словно с кого-то как минимум живьем сдирали кожу. Ну, или будто орущая обнаружила, что ее норковую шубу за лето подчистую съела моль.
   Побросав карты, мы дружно рванули на звук. По пути я ухитрилась запнуться об обломки оконной рамы и чуть не пропахала землю носом. Бегущий следом Сашка сумел поймать меня за капюшон толстовки и удержать в вертикальном положении, едва при этом не задушив.
   Впрочем, увиденное на улице разом заставило забыть и об отбитых пальцах на ноге, и о ноющей шее. В воздухе посреди бывшего фабричного двора болталась голова "потомственного черного мага". Чуть ниже отчаянно мельтешили руки, видимые одна до локтя, другая до середины предплечья. Все остальное в наличии отсутствовало.
   -- Помогите! -- вопил "маг".
   Тетка в плаще продолжала истошно орать, размахивая руками и заглушая мольбы незадачливого коллеги о помощи. Готичный зомби и старушка застыли неподалеку соляными столбами. Впрочем, наша реакция не сильно отличилась в лучшую сторону.
   -- Может, попробуем его вытащить? -- растерянно предложил Илья.
   -- А если затянет следом? -- возразила Ирина.
   Резонное замечание. О данном нехорошем свойстве пространственных разрывов нам рассказывали, помнится, курсе на третьем Академии. Каждый из них рассчитан на проход определенного количества материи, а после схлопывается. Причем избыток материи остается, так скажем, у входа. Лично я никакую часть своего бренного тела лишней не считала, потому рисковать не собиралась.
   -- Но он же не схлопывается, -- робко заметил Сашка.
   -- Это пока, -- утешила его я.
   -- Сделайте что-нибудь! -- завопил крашеный зомби, присоединяясь к общей какофонии.
   Знать бы, что. Для начала вообще не помешает понять, с чем мы имеем дело. Вряд ли этот "потомственный" неудачно телепортировался. Скорее всего, разрыв возник спонтанно, потому что совсем недавно мы спокойно прошли это место и ни во что не вляпались. А от чего возникают спонтанные пространственные разрывы?
   Память услужливо подсказала, что единственной причиной появления серии таковых может являться прорыв Инферно. Когда в наш мир лезет собственной персоной Верховный демон из ада. Именно тогда вокруг основной воронки, через которую прибывает главный персонаж, пространство как бы трескается, открывая дорогу легионам его прихвостней, нечисти более низких рангов.
   Нашествия демонов, однако, не наблюдалось, да и прорыв Инферно никак не мог бы пройти незамеченным. Не далее как в июле сего года один нехороший товарищ пытался организовать здесь, в Москве, данное безобразие, но, к счастью, не преуспел. Точнее сказать, я ему помешала. За что теперь расплачиваюсь бесконечным контролем со стороны родных и любимого начальства, а заодно косыми взглядами всех без исключения коллег.
   Но это, впрочем, уже дело прошлое, потому непоправимое. А разрыв, из которого торчат голова и верхние конечности невезучего шарлатана -- вполне себе настоящее, с которым надо что-то решать.
   -- Лен, а бывают спонтанные прорывы Инферно? -- задумчиво спросил Сашка.
   Вот оно. Теперь, похоже, все вокруг считают меня крутейшим экспертом по данному вопросу. Наверное все-таки стоило рассказать, что именно случилось со слугой демона, пытавшимся выпустить своего хозяина порезвиться в Москве. Только едва ли мне поверят, если расскажу правду.
   Знаете, ребята, начертила я пентаграмму и воткнула сама себе нож в сердце, чтобы призвать другого Верховного демона. Который и забрал душу слуги куда следовало. Почему Верховный вообще явился за такую жалкую жертву -- всего лишь одну мою душу? Потому, что у нас с ним было соглашение помогать друг другу в поимке негодяя, торчавшего обоим костью в горле. С чего я взяла, что демон меня не обманывает? Да ни с чего. Какие еще у меня были варианты в тот момент? То-то же, никаких. А почему я сейчас вполне себе живая? Ну, просто пришли ангелы и... Черт, да я сама во все это верю с трудом.
   -- Не бывает, -- проворчала я. -- Демон не может явиться совсем без жертвы.
   Умолчим о том, что явиться он не может только, так скажем, в натуральном виде. А вот создать нечто вроде проекции себя любимого, вполне, кстати, материальной -- очень даже способен. Только не припомню, чтобы за все время нашего общения по вопросу поимки слуги где-то наблюдались похожие аномалии. Так что не будем усложнять.
   Тут "потомственный маг" завопил особенно громко и окончательно исчез. Мы разинули рты. По всем известным нам, четырем магам с высшим образованием и степенями магистров, законам такого произойти просто не могло. Материи либо достаточно для закрытия разрыва, либо нет. Однако ж, реальность утверждала обратное.
   -- Офигеть, -- сообщил Илья.
   -- Да уж, -- согласилась Ирка. -- Может, пойдем отсюда? А то мало ли...
   -- А если мы пойдем, и оно опять? -- опасливо заметил Сашка.
   -- А если мы будем стоять, и оно опять? И прямо там, где мы стоим? -- язвительно поинтересовался Масленников.
   Патовая ситуация, что тут скажешь. Лично я с каждой секундой все больше склонялась к принятию Иркиного варианта действий. Людям вообще свойственно из всего многообразия возможностей выбирать те, которые выглядят более обнадеживающими. И даже то, что таковыми они лишь выглядят, а не являются в действительности, мало кого останавливает. Потому, наплевав на потенциальную иллюзорность имеющейся надежды, я двинулась к воротам.
   Первые четыре шага были сделаны медленно и осторожно, с детальным изучением окружающего пространства. Пространство вело себя прилично, не порываясь порваться и закинуть нас невесть куда.
   -- Бежим? -- шепотом предложил Илья.
   -- Бежим! -- громогласно согласился зомби-гот, хотя как раз его никто не спрашивал.
   И побежал. Так, что только подкованные пятки засверкали, и плащ захлопал на ветру. Бабуля и тетка в красном последовали его примеру, с таким энтузиазмом, что вскоре возглавили забег. Мы, впрочем, тоже старались не особенно отставать.
   Ворота были уже совсем близко, в каком-нибудь десятке шагов, когда воздух перед самым моим носом сгустился и заколыхался волнами. За секунду, не больше, я успела сообразить, что происходит и сочинить длинную, полностью неприличную тираду в адрес загадочной аномалии и полковника Смолина, пославшего меня с ней разбираться. А еще -- развернуться в попытке отскочить.
   О последнем своем действии я немедленно пожалела. Потому, что увернуться от разрыва не получилось, и в неизвестность я в итоге полетела спиной вперед, уже вслух нецензурно проклиная свою работу, любимое начальство и мироустройство в целом.
   Посадка состоялась довольно быстро. И, к моему непомерному удивлению, оказалась мягкой. Не успев толком порадоваться целости головы и конечностей, и даже разобраться, что именно подарило мне подобную удачу, я услышала быстро и неотвратимо приближающийся вопль.
   Общее состояние паники и категорическое нежелание стать соломкой, постеленной для следующей прибывшей тем же маршрутом жертвы аномалии, придали бодрости. Оттолкнувшись ногами и руками разом, я резво откатилась в сторону и уткнулась физиономией в солому. Похоже, кто-то точно знал, что сюда будут падать. Интересно, какая сволочь столь буквально воспринимает народные присловья?! И, что даже важнее, на кой мы ей сдались в целости и сохранности?
   На то место, с которого я только что предусмотрительно убралась, шумно рухнуло тело, и выругалось очень знакомым голосом. Я не отказала себе в удовольствии поаплодировать особо удачной фигуре речи.
   -- Лена? -- осекшись, поинтересовался тот же голос.
   -- Ага, -- согласилась я. -- И ты, Брут... тьфу, Сашка.
   -- А где мы? -- озвучил, наконец, вопрос по существу некромант.
   -- Понятия не имею, -- вздохнула я, оглядываясь по сторонам.
   Толку из этого действия не вышло ровным счетом никакого. Темно было, хоть глаз выколи. И тихо, как в могиле. Не считая наших голосов, никаких других звуков ниоткуда не доносилось.
   -- Помогите! -- слабо пискнул кто-то из темноты, опровергая последнюю сентенцию.
   -- Подземельный? -- догадливо поинтересовался Сашка, обследуя окружающее пространство руками.
   Через пару секунд я осознала, что его поисковые действия как-то странно сконцентрированы в одном месте. Именно в том, где находится моя пятая точка. Треснув по наглой ручонке, я перекатилась еще подальше, вновь оказавшись на спине, и крикнула:
   -- Двигай к нам, потомственный черный.
   -- Так темно же...
   -- Магию включи, -- ехидно посоветовал Ветринский.
   -- Пошел ты, -- устало буркнул псевдомаг.
   -- Ладно.
   Над нашими головами вспыхнул файербол, освещая дивной красоты пещеру. Красноватые блики заиграли на сталактитах и сталагмитах, заполонивших стены и потолок. Пол оказался завален толстым слоем свежей соломы, на которой мы все трое и возлежали. А в дальнем углу виднелся узкий, темный ход.
   Зачарованная открывшимся видом, я даже не обругала Ветринского за использование опасного боевого заклинания на не исследованной предварительно территории. Тем более, всякие мои высказывания опередил дикий вопль ужаса, многократным эхом отразившийся от стен и поддержанный грохотом рухнувшего в дальнем углу сталактита.
   -- Что-о-о-о э-э-это-о-о?! -- орал "потомственный черный маг и некромант", тыча пальцем в светящийся шар.
   -- Файербол обыкновенный, -- скучным голосом пояснил Сашка, когда Подземельный сделал, наконец, естественную паузу для вдоха. -- Маломощный, с дополнительным усиленным световым эффектом. Совершенно не причина для криков и паники.
   Псевдомаг встал на четвереньки и захлопал глазами, глядя на нас. На его перепуганной физиономии отразилась усиленная работа мысли. К счастью, результат оной не заставил ждать себя слишком долго. Еще немного построив разные рожи, плавно меняющиеся от ужаса через панику и недоумение до изумления в чистом виде, Подземельный родил-таки вопрос:
   -- Вы маги, что ли? В смысле, настоящие маги? Реально умеющие колдовать? Офигеть! А я думал, вас не бывает...
   -- Индюк тоже думал. Знаешь, чем это для него закончилось? -- прищурился Ветринский. -- Кстати, приятно познакомиться. Александр, потомственный черный маг и некромант. Настоящий, в отличие от тебя.
   -- Лена, -- сухо сообщила я, не вдаваясь в подробности. -- Теперь, когда мы знакомы, может, подумаем, что нам делать и как выбираться?
   -- Ага, -- согласился Сашка. -- У меня есть еще одно конструктивное замечание. Раз уж мы трое угодили в одно и то же место, может, и детишки где-то здесь?
   Мы с Подземельным проявили удивительное единодушие в изображении унылых физиономий.
   -- Тебе же заплатили за поиски этих подростков, -- деланно удивился Сашка, презрительно разглядывая шарлатана-неудачника.
   Вполне заслуженно, кстати. Кодекс магов запрещает отказываться от уже оплаченной работы. Не уверен, не берись. А уж если взялся -- сдохни, но сделай. Или нарвешься на солидный штраф, лишение лицензии на практическую деятельность и прочие неприятности. И это будет еще очень вежливо и гуманно. В средние века, бывало, за подобные фокусы инквизиции сдавали, со всеми вытекающими.
   Не сказать, чтобы все без исключения маги так уж безусловно соблюдали это правило, но старались все-таки ограничиваться мелкими нарушениями. Некачественно заговорить огород от сорняков это ерунда, особенно если клиент оказался хамом. Но если речь о жизни и смерти, как сейчас, халтура не допускалась.
   -- Эй, я же...
   -- Ладно, -- сдалась я первой. -- Хотим мы этого или нет, а бедные дети, возможно, тут уже неделю торчат. Не можем же мы их бросить.
   -- Точно неделю, -- буркнул пристыженный псевдомаг.
   Я даже умилилась, честное слово. Никогда не думала, что у подобных персонажей в принципе могут водиться хоть какие-то зачатки совести, а вот поди же ты.
   -- Возможно, они тут, -- уточнил мою не вполне удачную формулировку Сашка. -- Но не обязательно. И нам в любом случае лучше выяснить хотя бы, где именно "тут" мы оказались.
   Поскальзываясь на соломе и неблагодарно ругая того, кто разложил ее по всему залу, мы добрались до темного тоннеля и остановились, изучая его в свете Сашкиного файербола. Перспектива обозначилась довольно нерадостная, ибо конца-края ходу видно не было.
   Порывшись в рюкзаке, к счастью, оставшемся при мне, я вытащила фонарик и пистолет. Проверила обойму, наличие запасных батареек и кинжала против мелких демонов, подаренного по случаю охоты на слугу тем самым Верховным, с которым у меня было соглашение. Подумала и все-таки сунула холодное оружие в передний карман толстовки. На всякий случай. Людей он режет не хуже, чем демонов, на себе проверяла.
   -- Убирай свой светильник, -- буркнула я Сашке.
   -- Зачем? -- удивился Ветринский.
   -- А зачем тебе пистолет? -- пристал со своим вопросом Подземельный. -- Ты же колдовать умеешь.
   -- Вот пристрелю тебя, и узнаешь, зачем, -- задушевно пообещала я шарлатану. -- Включай голову, Саш. Если разрывы получились из-за телепортации, мы, вполне вероятно, угодили в логово того, кто ее совершал. Думаешь, этот товарищ сильно обрадуется свалившимся на голову коллегам, да еще сотрудникам конторы? Это если еще он напакостил случайно. А если ловушку расставили специально, тем более незачем заранее сообщать, что план сработал.
   -- Какой еще конторы? -- отказался униматься Подземельный. -- Вы что, на органы работаете?
   -- На органы магической безопасности, -- проворчал Ветринский, ловя файербол и гася его в ладони. -- Охраняем порядочных людей от тебе подобных.
   -- Ух ты! -- восхитился парнишка, поправляя обширный воротник. -- А я-то думал, Таманский все выдумал.
   -- Адриан Таманский? -- со смешком уточнила я.
   Встречались мы как-то раз с этим субъектом. Совсем недавно. Слуга демона решил им воспользоваться, чтобы вызвать одного духа на допрос. Мы с полковником Смолиным в ходе расследования тоже малость тряхнули товарища на предмет свидетельских показаний. Похоже, встреча с реальной магией произвела на него достаточно сильное впечатление.
   -- Ага, -- кивнул Подземельный. -- Бросил все и удрал на родину. Сказал, что хватит с него всякой магии. Слышал, опять водителем автобуса работает в родном Красноярске. А вы его знаете?
   -- Встречались, -- пожала я плечами. -- Радует, что человек оставил стезю мошенничества и вернулся к общественно полезному труду. Идем.
   И мы пошли по коридору. Метров через сто оказавшись во втором зале, отличавшемся от первого только отсутствием на полу соломки. А еще здесь было два коридора. Тот, из которого мы вышли, и второй, в противоположном конце, уходящий дальше в темноту.
   -- Опять? -- огорчился Сашка.
   -- Опять, -- кивнула я, любуясь окружающим видом. -- Милое местечко. Сама бы здесь поселилась, честное слово. Тихо, спокойно...
   И тут из коридора донесся грохот. Я шепотом выругалась. Определенно, это место нельзя хвалить. Стоит решить, что все здесь замечательно, как действительность спешит покончить с этой иллюзией самым суровым образом.
   -- Проверим? -- шепотом предложил Ветринский.
   -- А надо? -- испуганно пискнул Подземельный, съеживаясь за нашими спинами.
   Грохот повторился и, кажется, приблизился. Мы с Сашкой, не сговариваясь, приготовили оружие. Подумав немного, Ветринский сунул свой фонарик трясущемуся псевдомагу и осторожными движениями пальцев начал выплетать вокруг левой ладони заготовку какого-то заклинания. Покосившись на сложную сеть угольно-черных нитей, я поняла, что не знаю, что именно он делает, но уже боюсь.
   Те, кто считает самыми страшными в бою огненных магов вроде меня, просто не сталкивались с настоящими некромантами, магами тьмы. Такими, как Сашка. Здесь, в темной пещере, никогда не видевшей солнечного света, Ветринский был в родной стихии, а значит, располагал почти неограниченным резервом. И мог на всю катушку использовать свой богатый арсенал проклятий и тому подобной пакости.
   Вдохновившись примером, я зажала фонарик в зубах и тоже кое-что приготовила. Грохот, тем временем, все приближался. И, наконец, из коридора вывалились четыре темные фигуры, закутанные в одинаковые плащи до пят.
   Прибывшие обратили на нас внимание далеко не сразу, потому, что были слишком увлечены разборками друг с другом. Один, самый крупный, без перерыва лупил остальных по спинам чем-то вроде дубинки, выкрикивая при этом непонятные, но явно не очень лестные слова. Остальная троица не слишком успешно пыталась уворачиваться от ударов, повизгивая и время от времени яростно огрызаясь.
   Оказавшись на неровном полу зала, один из прибывших, самый мелкий, запнулся обо что-то при попытке увернуться от очередного тумака, рухнул на пол и заорал, тыча пальцем в нашу сторону. Тут и остальные прекратили свои разборки. Началось взаимное изучение сторон.
   -- Кто это? -- громким шепотом поинтересовался Подземельный.
   -- Люди! -- радостно завопил самый крупный из типов в плащах, опуская дубинку на голову зазевавшемуся товарищу.
   -- Демоны! -- заорала я, пройдясь лучом фонарика по серо-коричневым рожам четверки.
   На самом деле опознала я их, конечно же, не по лицам. Просто поняла, наконец, чем вызвано все усиливающееся чувство страха и неудобства. Именно такие ощущения вызывает у людей демоническая аура. Чем выше ранг твари, тем страшнее, и тем сильнее хочется удрать побыстрее и подальше.
   Сашка, широко размахнувшись, запустил в четверку подготовленное заклинание, в котором я с ужасом опознала "предсмертные видения". По характерному паутинообразному узору угольно-черных нитей, окутавших демонов. Слышала про эту штуку, читала, покрываясь холодным потом, о том, как сила Тьмы Изначальной насылает на жертву кошмары и по капле высасывает из нее жизнь. А вот в реальности увидела впервые. Потому, наверное, что заклинание относилось к запрещенным. И то, что Сашка вот так, сходу им воспользовался, могло означать только одно.
   -- Ты ведь сразу понял, где мы? -- сглотнув, спросила я, убирая пистолет за пояс и берясь за кинжал.
   -- Ага, -- кивнул Ветринский, мрачно разглядывая вопящую и размахивающую руками в тщетных попытках сорвать нити чар четверку.
   -- И г-гд-де-е м-мы? -- сквозь лязг зубов выговорил Подземельный.
   -- Угодили к черту на рога в весьма буквальном смысле, -- хмыкнула я.
   -- Т-то е-с-с-ть? -- не понял "потомственный".
   -- Мы в аду, -- кратко сообщил Сашка.
  

Глава 3. В которой появляется старый знакомый

  
   А теперь пришел черед передела загробного мира.
   Доминик Опольский
  
   Фонарик, звякнув о камень, покатился по полу. Подземельный, закатив глаза, мешком рухнул рядом. Сашка, покосившись на все это безобразие, выругался и еще разок припечатал демонов теми же "видениями". Толку от этого, само собой, быть не могло. Демона вообще трудно убить, а в аду и подавно. И уж точно не подобной магией.
   -- Знаешь, как отсюда выбираться? -- рискнула поинтересоваться я.
   -- Шутишь? -- процедил Сашка, посылая вдогонку "видениям" еще какую-то неизвестную мне пакость. -- Я, пока мы сюда не провалились, знать не знал, что в ад не только после смерти за грехи угодить можно. Думал, у тебя есть идеи.
   Я снова чуть не выругалась. Что, если я один раз воскресла, так теперь все знаю о загробном мире? К сведению некоторых, в аду я тоже первый раз. И тоже понятия не имела, что сюда можно попасть еще при жизни. Хотя порой, конечно, сомнения возникали, но всегда речь шла об аде исключительно в фигуральном смысле.
   -- Прикрой, -- попросил Сашка. -- У меня один план есть.
   Я кивнула, разминая пальцы, и отправила в демонов сразу две порции "черного пламени". От визга тварей заложило уши, по залу пополз вонючий черный дым, заставив меня пожалеть о выборе заклинания. Других, впрочем, в моем огненном арсенале практически не было. Во всяком случае таких, которые могли бы впечатлить демонов. Не "ледяным вихрем" же их, в самом деле, по стенкам размазывать. Тем более, это не мое коронное заклинание, может и вообще не получиться.
   Ветринский, тем временем, стоял, закрыв глаза, и что-то выплетал между вытянутыми вперед руками. И все сгущающееся облако голубовато-белого тумана мне весьма отчетливо не нравилось. Где-то я читала про эту штуку. Кажется, там же, где и про "предсмертные видения". Он что, решил на радостях, что привлечь его некому, весь запрещенный арсенал перепробовать?!
   -- Отойди!
   Наученная горьким опытом общения с некромантами, я шустро убралась в сторонку. А в едва успевших погаснуть демонов полетело то самое облако. Неторопливо опустилось на пол, заставив камни вскипеть. Зал сразу заволокло туманом, сильно запахло озоном. Твари смешно запрыгали, подбирая плащи, и вдруг одна за другой исчезли. Выглядело это так, словно они попросту полопались, как воздушные шарики, заполненные табачным дымом.
   Пронаблюдавший эту картину от начала до конца Подземельный слабо застонал и вернулся долеживать обморок. Сказать по правде, я бы к нему сейчас с удовольствием присоединилась.
   -- "Нулевая зона", -- любезно пояснил Сашка. -- Отправляет любого, кто в нее попал, в случайную точку текущего мира.
   -- А...
   -- Текущего мира, Лен.
   Так и не отучился понимать меня с полуслова. Тяжело все-таки работать со своими бывшими. Особенно с такими, с которыми не просто загуляла раз-другой по пьяному делу, а долго, хоть и малорезультативно, пыталась строить серьезные отношения.
   -- К тому же, -- безмятежно продолжил Ветринский, на этот раз, к счастью, даже не догадываясь, о чем я думаю, -- занести может в самое неожиданное место. Например, внутрь какой-нибудь колонны. Или сталактита. Демонам-то ничего не будет. Ну, практически ничего. Они ведь не живые, а существующие, зато вот с человеком...
   -- Заткнись, -- буркнула я, садясь на обломанный сталагмит и невежливо пиная Подземельного ногой в бок. Шарлатан снова застонал, но глаза все-таки открыл. Обвел окружающее пространство мутным взглядом и прошептал:
   -- Вы ведь пошутили, правда?
   -- Нет, -- разочаровал его Сашка. -- И не вздумай опять отключаться.
   -- Может, лучше пусть в обмороке полежит? -- с надеждой поинтересовалась я. -- Мы же все равно не знаем, что делать.
   -- А эти... ушли?
   -- В некотором роде, -- хмыкнул Ветринский. -- Но скоро придут другие.
   -- Спасибо, утешил, -- проворчала я.
   Подземельный опять закатил глаза, но схлопотал еще один пинок, и терять сознание передумал. Даже принял сидячее положение и постарался изобразить глубокую задумчивость.
   -- Слушай, а телепортироваться? -- продолжила я перебирать варианты решения проблемы.
   -- В пределах одного мира.
   -- А если на крови попробовать? Может, прорвемся?
   -- На крови? -- позеленев, икнув и опасно наклонившись, переспросил псевдомаг.
   -- Может, еще предложишь этого придурка в жертву принести? -- сердито поинтересовался Ветринский. -- Это как раз обычно отсюда туда работает.
   -- Только жертва приносится там, а не здесь, -- хмыкнула я.
   Мы сели напротив и уставились друг на друга. Подземельный продолжал икать, затравленно глядя на нас. Лезть с вопросами и предложениями он уже не решался.
   -- К тому же, дети, -- вздохнула я.
   -- Дети наверняка уже попались. Предлагаешь еще раз подраться с местным населением?
   -- А что? У тебя неплохо получилось.
   -- Да, только больше трех раз в сутки создавать "нулевую зону" я не могу. А найдут нас, боюсь, значительно скорее.
   -- Отлично! -- начиная злиться, выпалила я. -- Твои предложения?
   Мы угрюмо замолкли, не сговариваясь развернув головы в разные стороны. Я уперлась взглядом в коридор, откуда к нам прибыла четверка демонов и принялась бесцельно изучать темноту. Может быть, стоило все-таки сходить и посмотреть, что там такое? Раз выбраться мы все равно не можем, а сидя на одном месте ничего не дождемся.
   Чтобы хоть чем-то себя занять, я создала файербол и подвесила его над входом в коридор. Из чистого любопытства, и чтобы получше рассмотреть область возможных предстоящих поисков выхода. А в следующее мгновение выронила огненный шарик на голову неожиданно возникшей из темноты фигуры.
   Этот представитель местной фауны рангом был явно повыше предыдущих. Ростом, впрочем, тоже. И без того более чем баскетбольную комплекцию венчали солидных размеров рога. Мой файербол пролетел мимо багрово-красной физиономии, украшенной двухдюймовыми клыками, и прожег дыру в алом плаще, в который кутался вновь прибывший демон.
   -- Да, -- мрачно сообщил рогатый, изучив испорченный наряд. -- Я тоже рад тебя снова видеть.
   -- Ты?! -- обалдела я. -- Ты что тут делаешь?
   -- Я тут живу, -- даже как-то обиделся демон. -- А вот что ты тут делаешь, это вопрос. Который я, кстати, собирался тебе задать. Затем и явился.
   -- А почему у тебя...
   -- Рога, копыта и хвост? -- хмыкнул демон. -- Я же тебе говорил, что выглядеть могу как угодно.
   -- Но почему...
   -- Я ведь говорил, что демоны...
   -- Что, как и люди, ведутся на антураж?
   За моей спиной снова рухнуло на пол чье-то тело. Надо полагать, того потомственного темного, который был не настоящим. А тот, который настоящий, пихал сейчас меня ногой в бедро, пытаясь привлечь к себе внимание.
   -- Ведутся, -- вздохнул демон, пока я злобно отмахивалась от Ветринского.
   -- А как ты...
   -- Мелкие демоны болтливы. Особенно когда падают на твой обеденный стол, прямо в блюдо с главным блюдом. Именно в тот момент, когда ты собираешься его продегустировать. Впрочем, об этой черте нечистых я тебе тоже, кажется, уже говорил. И все-таки, как вы тут оказались?
   -- Очень хотела бы знать, -- развела я руками. -- Попали в пространственный разрыв и очутились здесь.
   Признаться, я рассчитывала на какой-нибудь комментарий по поводу случившегося с нами. Но демон вместо этого нервно огляделся, взмахнул хвостом и предложил:
   -- Пойдем-ка отсюда. Мы сейчас на территории Асмодея, а я с ним последнее время не очень-то дружен. Поднимайте своего обморочного и вперед.
   -- Ты знаешь, как выбраться? -- наивно обрадовалась я.
   -- Если бы знал, давно бы сам выбрался, -- хмыкнул демон.
  

* * *

   Зал, в котором мы сидели, был оформлен в восточном стиле. То есть, представлял из себя один очень большой круглый диван. Подземельный, скорчившись, лежал в груде подушек и бесконечно бубнил, что сошел с ума. А мы с Ветринским сидели друг напротив друга, по-турецки сложив ноги, разделенные огромным блюдом с восточными сладостями, и яростно спорили.
   Собственно, другой реакции на честный рассказ об истории моего знакомства с демоном я и не ожидала. Но все-таки было немного обидно. Не в последнюю очередь я сделала все то, что сделала именно ради Сашки. И нынешние его претензии не были лишены черного оттенка неблагодарности. Хотя в известном смысле он был, конечно, прав. Но эту правду я и без того знала.
   -- Ты спятила! -- рычал Сашка. -- Это же демон!
   -- Да, причем Верховный, -- язвительно отозвалась я. -- Это для меня не новость. Он, между прочим, шкуру твою спас. Мог бы хоть спасибо сказать.
   -- Скажу при случае, -- отказался сдаваться Ветринский. -- И все равно. Это не шуточки, Лена.
   Я цапнула с блюда парочку фиников и с удовольствием их сжевала.
   -- Тебе плевать, да?!
   -- Теперь точно да, -- призналась я. -- Расслабься. Мы и так уже в аду. Хуже по-любому не будет.
   -- Я сошел с ума! -- провыл Подземельный, прерывая нашу дискуссию.
   Ветринский расплел ноги, прошелся по мягкому ковру до перепуганного псевдомага и от всей души ущипнул того чуть ниже поясницы. Бормотание сменилось возмущенным воплем.
   -- Окружающая обстановка изменилась? -- поинтересовался некромант, когда шум утих.
   Шарлатан замотал головой столь энергично, что я испугалась, как бы та не отвалилась. Потом осторожно утвердился на пострадавшей пятой точке и в очередной раз огляделся.
   -- Раз не изменилась, значит, не сошел. Как вариант, просто сходить было не с чего.
   Мы все втроем дружно уставились на вошедшего в комнату демона. Тот совершенно спокойно уселся на диван рядом со мной и потянулся за фиником. Взял один, посмотрел на него и положил обратно. А потом нахально разлегся у меня на коленях и начал изучать остальное содержимое блюда.
   -- Нашел я ваших детишек, -- сообщил он, роясь в черносливе. -- Как и следовало ожидать, они у Асмодея. Кстати, нет. Но я бы не отказался.
   Сашка побледнел, потом покраснел, коротко и зло выругался и демонстративно отвернулся. Я тоже протянула руку, схватила с блюда первое, что под руку подвернулось -- пригоршню кураги -- и запулила в некроманта. А потом быстро, пока никто не опомнился, сунула вторую горсть демону за воротник.
   -- Не отвечай не незаданные вопросы, -- рыкнула я в ответ на обиженный взгляд, достойный зависти небезызвестного мультипликационного кота. -- Хотя бы на те, которые никто и не собирался озвучивать. Об этом я тебе уже говорила, помнишь? Что там с подростками?
   -- Лен, я не Бог, а демон. Знаю, что он где-то зачем-то их держит, и, собственно, все. А теперь давайте перейдем к действительно важному вопросу. Как вы сюда попали?
   -- Ага, как только ты с меня слезешь, так сразу и перейдем.
   Демон ухмыльнулся, не глядя загреб с блюда чернослив, выпрямился и отодвинулся на целый метр. Немного поерзал, вытряхивая из-под одежды остатки кураги, стряхнул высыпавшиеся сухофрукты с дивана на ковер и заявил:
   -- Думаю, эти детки Асмодею зачем-то нужны.
   -- Гениально! -- восхитилась я. -- Что еще умного скажешь?
   -- Вечно ты перебиваешь, не дослушав, -- проворчал демон. -- Подумай головой, девочка. Раз они ему нужны, вероятнее всего, именно его молитвами они сюда и угодили. Вы, кстати, тоже. А теперь попробуй еще догадаться, зачем Асмодею могли понадобиться люди не в виде душ, а полным комплектом.
   -- А может, лучше ты скажешь? -- с надеждой предложила я. -- Я с демонологией не очень-то дружу.
   -- Зато с демонами -- слишком, -- проворчал себе под нос Ветринский.
   -- Заткнись! -- рыкнула я. -- Знала бы, что получу такую благодарность, свалила бы в какую-нибудь Грецию, где все есть, на пляже валяться, пока слуга твоей душонке обеспечивал билет до ада в один конец!
   -- Ша! -- вскинул ладони демон. -- Потом поссоритесь. А сейчас давайте решать, что делать.
   Мы с Сашкой замолкли, продолжая, однако, время от времени бросать друг на друга не самые доброжелательные взгляды. Подземельный все так же тихонько поскуливал, раскачиваясь из стороны в сторону. Не сказать, чтобы это сильно мешало беседе, но раздражало порядочно.
   -- Разумеется, Асмодей желает выбраться отсюда, -- вздохнув, продолжил демон.
   -- Открытие века, -- хмыкнула я. -- Второе сам открывать будешь, или слуг с вилами позвать, чтоб помогли?
   -- А может, лучше на сковородку тебя пристроить? -- проворчал нечистый. -- Тушка на ужин, душа... да и ангел с ней, с твоей душой. Согласен отдать чистюлям, только бы больше не встречать.
   Я показала Верховному язык. Ветринский поперхнулся. Мне стало его даже жаль. Видно было, каких усилий ему стоит не присоединиться к впавшему в истерику от ужаса шарлатану. Зато лично я никакого страха не испытывала. Поразительно, стоит всего разок умереть, и как радикально меняются взгляды на жизнь. И на смерть. И даже на то, что будет после оной.
   -- Посмеялись, и хватит, -- примирительно сказала я. -- Намекаешь, что Асмодей хочет с помощью жертвоприношения устроить прорыв Инферно?
   -- Хочет, но не так все просто, -- ухмыльнулся нечистый. -- Демон не может приносить жертву сам себе.
   -- Планирует заставить кого-то из ребят? -- все-таки рискнул вставить реплику Сашка.
   -- Не думаю. Это в принципе возможно, конечно, и на крайний случай план сойдет. Но слишком велик риск, что сопливец напортачит. Нет уж, ритуалом наверняка займется тот, кто проделал путь сюда. Кто бы это мог быть, а? Есть идеи?
   Я в ответ только плечами пожала. Идей не было. Еще недавно от души посмеялась бы над самой мыслью о том, что можно осуществить прорыв Инферно наоборот, попав в ад при жизни и во плоти. Теперь, когда я сама сюда таким манером угодила, было не до смеха. Но и ситуацию это никак не проясняло.
   -- В общем, если спросишь меня, что делать, я честно отвечу, что не знаю.
   -- Вытаскивать детишек, -- предложила я.
   Демон смерил меня подозрительным взглядом, придвинулся обратно и положил мне руку на лоб. Потом заставил повернуть голову, внимательно посмотрел в глаза и попросил открыть рот.
   -- Зачем?!
   -- Проверяю, не заболела ли ты, -- совершенно серьезно отозвался нечистый.
   -- С какой стати?!
   Кажется, мне собирались дать какой-то крайне язвительный ответ, но случиться этому было не суждено. Потому, что в комнате появилось новое действующее лицо. Явно демонического происхождения.
   Материализовавшийся на диване товарищ был красив прямо-таки до неприличия. Этакий образчик неживого совершенства, мечта любого модного фотографа. Белая кожа, идеально правильное, аристократичное лицо, сияющие черные волосы до плеч, будто прямиком из рекламы шампуня. Выдавали только глаза, абсолютно черные и без белков.
   -- Что ты узнал, Элигор?
   Голос Верховного прозвучал спокойно, едва ли не лениво. И все-таки я ощутила под этой маской сдерживаемый гнев. Он коснулся меня обжигающей волной, лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы в ужасе вжаться в мягкие подушки. И, похоже, намек поняла не я одна. Элигора буквально сдуло с дивана.
   -- Прошу простить меня, Владыка Тифоэй, -- уже опустившись на одно колено, выдохнул он. -- Я не знал, что Вы...
   -- К делу.
   -- Прохода больше не существует. Там вокруг бегает куча магов всех мастей, пытаются понять, что произошло. Но ничего определенного пока не выяснилось.
   -- Не выяснили они, или ты не смог узнать?
   Элигор состроил обиженную гримаску. Не знала бы, что передо мной Высший демон, была бы тронута его отчаянием, честное слово.
   -- Маги ничего не знают. А Вы, Владыка, велели мне проверять только их.
   -- И ты, разумеется, выполнил приказ и ничего кроме? -- усмехнулся Верховный.
   -- Я старался угодить Вам, Владыка.
   Как-то подозрительно льстиво и услужливо звучали все ответы этого Элигора. Мне начало отчетливо казаться, что он чем-то крупно провинился, и теперь боится наказания. Стало даже любопытно, чем можно так сильно напугать Высшего демона. Полезно знать такие вещи, когда попал в ад на неопределенный срок. Да и вообще.
   -- Вечно все приходится делать самому, -- сварливо буркнул Верховный, поднимаясь с дивана.
   Элигор сжался в комок и дернулся, словно собираясь стукнуться лбом об пол.
   -- Не паясничай. Будешь пока служить этой молодой леди. И если с ней что-то случится, ты знаешь, что я с тобой сделаю, -- веско пообещал Тифоэй, исчезая.
   Высший нервно сглотнул и покосился на меня. Я подарила ему лучезарную улыбку, заставившую демона побледнеть еще больше, хоть это и казалось невозможным. Всегда знала, что я -- сущее наказание, но как-то прежде не рассчитывала стать таковым в буквальном смысле.
   Некоторое время было тихо, все раздумывали о своем. Лично я -- о том, что влипла по самое дальше некуда, и сейчас торчу в очень и очень неприятном месте, наживая себе страшного врага.
   -- Леди желает чего-нибудь? -- созрел, наконец, нарушить молчание демон.
   Служить человеку для Высшего демона весьма унизительно, надо полагать. Разумеется, они заключают сделки ради душ, и даже честно выполняют их условия, потому, что таковы правила. Но вот так, чтобы выполнять мои приказы, ничего не получая взамен...
   -- Леди желает помыться и нормально поесть, -- холодно сообщила я. -- А еще ее посетила одна идея, которой она поделится после обеда. Или ужина. Не знаю, который тут у вас час.
   Да уж. Посетила идейка, так посетила. Чем больше я ее обдумывала, тем яснее становилось, что не понравится она никому. Но ничего лучше в голову приходить не желало. Значит, как ни крутись, а придется обсуждать то, что есть.
   Где-то вдали грохнуло, комнату на несколько мгновений затопило алое зарево. Потом грохот повторился еще раз, и еще. Я невольно вздрогнула, разрываясь между искушением подойти к окну и посмотреть, что происходит, и разумным желанием держаться от подобного подальше. Элигор криво усмехнулся и сообщил:
   -- Началось. Очередная великая битва за пустующую долину. Не обращайте внимания.
   -- Не обращать внимания на великую битву? -- удивленно вздернула бровь я.
   -- Да она у них ежегодная. И закончится так же, как и тысяча предыдущих. То есть, ничем. Повоюют и разойдутся, а долина будет продолжать пустовать.
   -- Верховный поэтому слинял?
   Элигора перекосило от моей изящной формулировки, но, к счастью, ненадолго.
   -- Нет, -- выдавил он, справившись с собой. -- Владыку Тифоэя в судьи не приглашают. Боятся, что обманет. Да и больно ему надо тратить время на разборки Аваддона и Вельзевула, этой парочки агрессивных идиотов.
   Вдали грохнуло еще раз, громче прежнего. На этот раз вспыхнувший свет почему-то оказался ярко-синим.
   -- Ну вот, -- вздохнул демон. -- Опять никто не победил. Астарот -- он хитрый. Вечно может объявлять ничью, чтобы эти двое оставались заняты друг другом, и остальным не мешали.
   Я только плечами пожала. Думала, что попала в ад, а оказалось -- в цирк. Или того еще хуже -- в детский сад, да в самый разгар драки в песочнице.
   -- Я сошел с ума... -- в очередной раз напомнил о себе Подземельный.
   -- Полагаю, мои спутники тоже не откажутся от ванны и еды, -- спохватилась я.
   Ветринский сердито фыркнул, но поймал мой злобный взгляд и понятливо заткнулся. Сообразил, что разборки с ним как раз отлично подойдут в качестве десерта. Кстати, именно так я и намеревалась поступить.
   -- Прошу следовать за мной, -- вздохнул Элигор, наконец-то поднимаясь с колен.
  

Глава 4. В которой меня посещает идея

  
   Совесть -- это тоненький голосок, который просит тебя не делать того, что ты только что сделал.
   NN
  
   Выбравшись из ванной, я разлеглась на кровати, прихватив со столика блюдо с ужином, и запустила зубы в куриную ножку. Многие великие повара угодили в ад, судя по тому, сколь великолепно здесь готовили. Как-никак, чревоугодие один из смертных грехов. И в ближайшее время я была твердо намерена ему предаваться.
   Ветринский определенно не разделял моего оптимизма, тенью отца Гамлета застыв у окна. Ждал, надо полагать, когда я закончу с мытьем и едой, чтобы как следует отчитать и этим испортить мне настроение.
   Мстительно не торопясь, я прикончила половину курицы, заела эту благодать спелым манго и с довольной улыбкой откинулась на подушки. Сашка решительно подошел и плюхнулся в ногах кровати.
   -- Теперь поговорим? -- процедил он.
   -- Поговорим, -- покладисто согласилась я. -- Начинай допрашивать.
   -- Что за отношения у тебя с этим демоном?
   -- Сугубо деловые, -- сухо отозвалась я. -- У нас с ним соглашение.
   -- Ты заключила сделку?! -- рявкнул Сашка, подскакивая и принимаясь ходить по комнате взад-вперед.
   -- Соглашение, -- поправила я.
   -- Какая разница?!
   -- Существенная. Он не должен мне услугу, я не должна ему душу. Мы просто действуем вместе для достижения общей цели.
   -- Какой еще общей цели? Что общего может быть у тебя с Верховным демоном?!
   -- О, ты удивишься, как много, -- сладко пропела я, с наслаждением потягиваясь. -- Слуга Мерезина, другого Верховного, мешал и Тифоэю, и мне. Представь себе, демоны не любят друг друга, и им очень не нравится, когда конкурент получает разом кучу душ. Стало быть, мы оба хотели предотвратить прорыв Инферно в Москве. А для этого нужно было найти слугу и не позволить ему принести тебя в жертву. Как-то так.
   Ветринский плюхнулся на диван и изумленно посмотрел на меня.
   -- И он тебе помогал?
   -- Он мне, я ему. Честная игра. Ну, почти. Как видишь, у нас получилось. Слуга отправился в ад, ты остался жив, катастрофы века не произошло.
   -- Отлично, -- проворчал Сашка. -- И как ты в итоге убила слугу?
   Вот это было неприятно. Не хотела я рассказывать, чем закончилась та история. В случае с Сашкой -- не потому, что боялась недоверия к моему рассказу. Просто есть вещи, которыми не хочется делиться ни с кем.
   -- Я его не убивала.
   -- Он тебя убил? Только не лги. Я некромант, и знаю, что ты была мертва, когда я очнулся там, в комнате, где должно было произойти финальное жертвоприношение. А потом вдруг ожила. Так не бывает, потому я жажду объяснений.
   -- А что еще ты видел? -- вздохнула я.
   -- Ничего, -- развел руками Сашка. -- Просто ты внезапно ожила.
   Я вздохнула еще раз. Значит, дележку моей души ангелами и демоном он не видел. Она происходила в иной реальности. Что ж, оно и к лучшему. Сценка, конечно, была забавная, но вполне способная свести неподготовленного человека с ума.
   -- Я вызвала Верховного.
   -- Ты сделала что?! -- разинул рот Ветринский.
   -- Начертила пентаграмму вызова, произнесла имя и принесла жертву. Себя.
   -- Ты спятила!
   -- Ничуть, -- сама удивляясь собственному спокойствию, ответила я. -- Напомню тебе, что в тот момент речь шла о прорыве Инферно. Верховный демон Мерезин мог прорваться в наш мир и устроить в Москве локальный конец света. Ты бы умер, а вместе с тобой -- многие тысячи людей. Одна моя душа -- не слишком большая цена за то, чтобы это предотвратить.
   -- Но у Магистрата был план...
   -- Во-первых, я об этом не знала. Во-вторых, где гарантии, что он бы сработал? Авантюра от и до. А я точно знала, что делаю.
   -- И была готова оправиться в ад?!
   -- Чем-то приходится жертвовать.
   -- Ладно, -- кивнул Сашка. -- И как ты в итоге оказалась жива?
   -- Наверху решили, что заполучить силу добровольной жертвы для демона будет слишком жирно, -- усмехнулась я. -- Ему приказали от нее отказаться. И он меня освободил.
   -- Демоны ведь не могут воскрешать.
   -- Не могут. Меня воскресили ангелы.
   Ветринский на это только руками развел. Да уж, не все просто в этом деле. Очень даже сложно, если подумать как следует. Ангелы, демоны, жертвы... главное, что Мерезин не прорвался в наш мир и не собрал кровавую жатву. И почти все остались живы. Кроме первых пяти жертв, душами которых слуга отметил точки пентаграммы.
   -- Хорошо, -- кивнул немного отошедший от шока Сашка. -- Но только все это дело прошлое. Что связывает вас сейчас?
   -- Новое соглашение, -- криво улыбнулась я.
   -- Какое?
   -- Не могу тебе сказать.
   -- Почему?
   -- Это условие соглашения.
   На самом деле никакого такого условия не было. Да и соглашения, в общем, не было тоже. Просто у меня хранился созданный слугой кинжал. Артефакт, с помощью которого можно убить демона, даже Верховного. Но только находясь с ним в одном мире.
   Именно по этой причине Тифоэй поостерегся забирать кинжал себе. И потому же я не собиралась никому о нем рассказывать. Верховный был прав, говоря, что, если об артефакте станет известно людям, найдутся дураки, которые решат во имя великого блага уничтожить демонов как таковых. А дальше все будет хуже некуда.
   Это, кстати, если еще отбросить тот факт, что прочие Верховные тоже могут возжелать всех убить и остаться в одиночестве на адском престоле. А отбрасывать его не следовало ни в коем случае, ибо возжелают они этого непременно, на то и демоны. Что получится в этом случае, понять тоже нетрудно. Сначала останется один, и все равно ошибется. Раньше или позже, так или иначе сам станет чьей-нибудь жертвой. Кончится все аналогично истории с людьми -- в итоге не останется никого.
   Свято, да и не свято место, как совершенно правильно гласит народная мудрость, пусто не бывает. Появятся новые Верховные, из числа нынешних Высших. Бывшие некогда людьми, а не ангелами, а потому обладающие истинной свободой воли. И они, не скованные более властью Верховных и способные не подчиняться воле Творца, придут в наш мир за душами людей. Чтобы получить силу.
   Дальнейший сценарий весьма печален. Судя по тому, что рассказал демон и выяснила я сама, властью над проклятыми в таком случае будет обладать лишь спящий ныне Люцифер. Логично, что он пробудится и устроит Апокалипсис. За которым, как всем известно, последует Страшный Суд и полный финал всей истории.
   Такой вариант развития событий, даже его теоретическая возможность, ни меня, ни Тифоэя категорически не устраивали. Потому последнее время я и копалась в этом вопросе, пытаясь разузнать, как вообще был создан артефакт, и каким образом он может быть уничтожен. Пока, правда, особо не преуспела.
   К моему немалому изумлению, Сашка посопел и сдался. Во всяком случае, взял паузу в допросе, которой я и воспользовалась, чтобы попытаться улечься спать. Кого как, а меня последние события изрядно утомили. И осуществлять задуманную авантюру я собиралась не иначе, как на свежую голову.
   -- И кроме соглашения вас ничего не связывает?
   Я, едва успевшая закрыть глаза и начать считать овец, вздрогнула от неожиданности. А потом разозлилась.
   -- Ты ведь уже задавал этот вопрос. И, помнится, получил ответ.
   -- Весьма неоднозначный.
   -- А ты больше его слушай! -- взорвалась я, подскакивая. -- Он ведь Властитель Обмана, помнишь?! Соврет -- недорого возьмет.
   -- Но ты ему доверяешь!
   -- Нисколько! -- я уже орала, ничуть не заботясь, что нас слышит и самозваный некромант и, наверняка, приставленный ко мне Элигор. -- Тифоэй говорит ровно столько правды, сколько ему выгодно!
   -- И все таки, демон это уж слишком.
   -- И все-таки, -- прорычала я, -- все так, как оно есть. И это абсолютно не твое дело. Мой первый парень был полным придурком, второй, а в скобках заметим, что этим вторым был ты, -- жалким трусом, неспособным даже сказать мне правду о своих жутко важных клановых обязательствах жениться на другой! А про третьего, оказавшегося двухтысячелетним слугой демона, я вообще молчу! Знаешь, на вашем-то фоне даже Верховный демон смотрится вполне привлекательно!
   -- Я хотел тебе рассказать.
   -- Да?! -- продолжила бушевать я. -- Так какого черта не рассказал?! Что тебе мешало? Амнезия? Кома? Смерть? Нет, исключительно твоя трусость! Хотел и на елку влезть, и зад не уколоть. И со мной хорошо провести время, и обязательство жениться на Ганночке Мищенко исполнить. Что, понравился тебе твой мегаудачный брак, а?!
   -- Лен, не надо... -- взмолился Сашка.
   Но меня уже сорвало с нарезки и понесло. Не то, чтобы я годами мечтала все ему высказать. Даже злилась, насколько помню, не так уж долго, всего пару дней. Потом остыла и наплевала. Но, как видно, обида все же осталась. Не на то даже, что Сашка разорвал наши трехлетние отношения, а на то, что струсил прямо объяснить причину.
   -- Ты никогда не говорил мне правды, и это меня бесит! -- отчеканила я. -- А еще напрочь и навсегда лишает тебя права лезть в мою жизнь. Из-за тебя я выгляжу брошенной и обманутой идиоткой, и куча народу, в том числе твоя шизанутая теща...
   -- Бывшая теща, -- перебил меня Сашка.
   -- Плевать! Они всерьез думали, что это я тебя похитила или убила, из мести! Никто и никогда не поверит, что я спокойно отношусь к нашему разрыву! И поэтому знаешь, что?! Я буду строить такие отношения с демоном, какие захочу, а ты будешь последним, чьим мнением на этот счет я поинтересуюсь!
   Договорив, я рухнула обратно в кровать и накрылась одеялом с головой, продемонстрировав полный и решительный отказ от всякого продолжения беседы. Справиться с собственной злостью оказалось несколько сложнее, но и это мне более-менее удалось, когда Ветринский ушел, наконец, в свою комнату. Оставшись в одиночестве, я с полчаса посчитала овец, а потом уснула.
  

* * *

   Телефон добросовестно добудился до меня через четыре часа. Прекратив растерзание собственных ушей визгом разозленной баньши, я сползла с кровати, наспех привела в порядок прическу и весьма выразительно подумала об Элигоре.
   Разумеется, демон появился в дверях в ту же секунду. И даже успел изобразить на физиономии подобающе приветливое выражение. Я сделала вид, что не заметила гневного недовольства, послужившего исходным материалом, и улыбнулась во все тридцать два.
   -- Готова поделиться идеей, которая, как я надеюсь, поможет нам расстаться в самое ближайшее время.
   -- Слушаю, леди, -- слегка поклонился Элигор.
   -- Давеча к вам тут угодил один слуга демона Набериуса. Артур, он же Септимус, он же тьма знает, кто еще. Можно с ним побеседовать?
   Демон прямо озадачился. Совсем по-человечески почесал в затылке и посмотрел на потолок так внимательно, будто там огненными буквами были написаны указания от отсутствующего начальства. Я на всякий случай глянула в том же направлении, но ничего, кроме каменного кружева восхитительной красоты, не узрела.
   -- А зачем?
   -- Хочу попробовать воспользоваться его обширными познаниями в демонологии.
   -- Не уверен, что Владыка это одобрит, -- медленно проговорил демон, потирая лоб.
   Я усмехнулась. Может, и не одобрит. Даже скорее всего. Но, признаться, мне очень давно уже хотелось пообщаться с создателем артефакта, сулившего немалые неприятности. Вдруг да удастся узнать, как его уничтожить. А кроме того, чем черт не шутит? Вдруг он и про нетрадиционные способы попадания в ад знает что-нибудь.
   -- Думаю, я не должен...
   Началось. Вот не хотела, но придется пустить в ход запрещенный прием.
   -- Думаю, я не должна быть тобой недовольна, -- заметила я задумчиво.
   Элигор скривился, как от зубной боли. Надо полагать, мой выстрел угодил прямо в яблочко. Слово "служить" даже в аду имеет весьма определенный смысл, в данном конкретном случае очень для демона неприятный.
   -- Почему мне так не везет с подружками босса? -- вздохнул нечистый.
   Я развеселилась. Вот, стало быть, за что он наказан. Нельзя не признать, Тифоэй умеет выбирать кары для провинившихся.
   -- Не угодил?
   -- Наоборот, слишком угодил.
   Меня разобрал смех. Все оказалось даже оригинальнее, чем я подумала сначала. И банальнее, впрочем, тоже. Наставлять рога начальству не следует ни в каком случае, оно всегда может в отместку обломать твои.
   -- Давай кое-что проясним, -- заявила я, отсмеявшись. -- Я ему не подружка. У нас чисто деловые отношения. И нечего сразу так улыбаться!
   Элигор, явно вознамерившийся включить режим демона-искусителя, верно понял мой гневный вопль, подкрепленный соответствующим взглядом, и пошел на попятный:
   -- Да я что? Я ничего. Только имейте в виду, нам придется совершить путешествие, которое не будет полностью безопасным.
   -- Догадываюсь, -- фыркнула я. -- И все-таки готова рискнуть.
   -- А Ваши... хм... спутники?
   Определенно, он подслушивал, как мы ругались. И пускай. Еще я буду волноваться, что там обо мне думает демон.
   -- Они, пожалуй, нам не понадобятся.
   -- Тогда идем, -- облегченно отозвался Элигор.
   И мы пошли. Протопали по длинному и однообразному, как мексиканский сериал, коридору, спустились по поражающей воображение размерами лестнице, украшенной статуями существ, похожих на горгулий, и оказались перед дверями.
   Двери тоже были большие. Мягко говоря. Створки уходили под самый потолок зала, так высоко, что я, как ни вглядывалась, так и не смогла разглядеть, где же они заканчиваются. Один только запиравший их засов был размером с товарный вагон.
   -- И как они открываются? -- ошеломленно поинтересовалась я.
   -- Изредка, -- хмыкнул демон. -- Давайте руку.
   Ладонь Высшего была холодной. Ледяной. Настолько, что даже легкое прикосновение обожгло мои пальцы, заставив со вскриком их отдернуть.
   -- Извините. Забыл.
   Я ругнулась, но повторила попытку. К счастью, демон исправился, во второй раз я ощутила только легкую прохладу. И мы пошли прямо в дверь. В шаге от нее я не выдержала и зажмурилась. Ощутила краткое и легкое сопротивление, а потом в лицо пахнуло душным жаром.
   -- Добро пожаловать в ад, -- улыбнулся демон, выпуская мою ладонь.
   Открыв глаза, я тут же разинула рот. Было от чего. Передо мной, насколько хватало взгляда, простиралась холмистая равнина, рассеченная трещинами, в которых шевелилась раскаленная лава. А вокруг них копошились крошечные темные фигурки.
   -- Это...
   -- Мелкие грешники, -- спокойно ответил демон. -- Делают всякую бессмысленную работу. Например, роют ямы, а потом их закапывают. И так до самого Страшного Суда.
   -- А грешники покрупнее?
   -- Увидите, -- пообещал Элигор, ухмыляясь. -- Следуйте за мной, не отставайте.
   И мы пошли. Я честно старалась не отставать, но это было непросто. Приходилось непрерывно смотреть под ноги, чтобы не запнуться о разбросанные повсюду острые камни и не рухнуть в какую-нибудь трещину. А ведь еще и оглядеться хотелось. Когда еще доведется побывать в таком месте? Надеюсь, после смерти попаду в другое. Хотя, учитывая некоторые детали моих взаимоотношений с ангелами, неизвестно еще, что будет хуже.
   Концентрация довольно скалящихся демонов вокруг прямо-таки пугала. Иные даже пытались сунуться к нам, но быстро получали от Элигора плетью промеж рогов и спешили ретироваться. Отбывающие кару души вели себя менее нахально, но от их злобных взглядов хотелось поежиться.
   Когда ноги уже заболели от прогулки по сильно пересеченной и порядком захламленной местности, мы выбрались, наконец, на вершину самого заметного холма. Демон огляделся и довольно улыбнулся:
   -- Почти на месте, -- сообщил он мне. -- Давайте руку.
   Я опять постаралась не зажмуриться, и опять не преуспела. Ощущение от телепортации осталось совсем не такое, как в привычной реальности. Словно меня с головой макнули в очень горячую воду.
   Перенеслись мы в какие-то горы, на узкую тропинку, огибающую почти отвесную скалу. Всего в паре метров позади нас дорожка обрывалась, а впереди ныряла в темную пасть довольно большой пещеры.
   -- Вот здесь и обитают грешники калибром покрупнее, -- улыбнулся демон.
   -- А камеры тут одиночные? -- глянув вниз и нервно сглотнув, поинтересовалась я.
   -- У этого конкретного, на наше счастье, да. Идете?
   Я кивнула, стараясь смотреть только вперед, на худой конец вверх. И так чуть было не рассталась с остатками последней трапезы, представив, как срываюсь и лечу вниз. Кстати, вот тоже интересно, что будет, если помереть, находясь в аду. Тут и останешься, или все-таки будут какие-то слушания по определению места дальнейшего пребывания?
   Факел, сменивший плеть демона, давал ровно столько света, сколько требовалось, чтобы не споткнуться и не врезаться в стену. Вокруг плясали мрачные тени. И у меня, если честно, не было никакой уверенности в том, что это именно тени, а не какие-нибудь жуткие адские твари, только и мечтающие до меня добраться, чтобы сожрать. Или хотя бы порвать в клочья. Потому в любезно предложенную демоном руку я вцепилась мертвой хваткой.
   -- Не бойтесь, Вас они не тронут, -- догадливо заметил Элигор. -- Это не Ваши кошмары.
   -- А чьи? -- пролепетала я, с трудом узнавая собственный голос. -- Узника этой одиночной камеры?
   Демон коротко кивнул в ответ.
   -- Потому я не уверен, что Владыка одобрит Вашу идею. Узник приговорен к мраку и одиночеству. А мы, вроде как, собираемся составить ему компанию.
   -- Думаю, мой приход его не порадует, -- буркнула я. -- И вообще, если уж наказывать лишением чего-то, не помешает время от времени напоминать, чего именно он лишен.
   Элигор остановился, посмотрел на меня так внимательно, будто планировал нарисовать мой портрет, а потом неожиданно широко ухмыльнулся:
   -- Кажется, понимаю, почему Владыка так хотел Вас заполучить.
   Я отплатила ему кривой улыбочкой и выразительно мотнула головой, намекая, что пора бы двигаться дальше. Демон тоже посмотрел вперед, на два узких темных лаза, пошевелил губами, что-то вспоминая, и уверенно направился к левому.
   Идти по тесной расщелине пришлось долго, не меньше полусотни метров. А потом она оборвалась в темной пещере, уменьшенной копии той, в которую мы свалились, когда только попали сюда. В самом центре, на единственном более-менее ровном участке пола лежало нечто, показавшееся мне сначала грудой тряпья.
   -- Вставай, -- приказал демон, выразительно щелкнув плетью, вновь появившейся в его второй руке.
   Груда шевельнулась, обретая человеческие очертания. Я едва справилась с искушением попятиться. Сколько ни убеждала себя, что мне нет никакого дела до этого персонажа и постигшей его участи, на самом деле все было не совсем так. И сейчас меня захлестнула адская смесь ужаса, отвращения, злости и жалости.
   -- Привет, Артур, -- сглотнув, выдавила я.
  

Глава 5. В которой начинаются загадки

  
   Не так опасна охота, как дележка шкуры.
   Александр Кулич
  
   Свет факела выхватил из темноты знакомое, но в то же время неуловимо чужое лицо. Вот, значит, как он выглядел по-настоящему. Почти так, как я его и запомнила. Изменить внешность для незнакомцев довольно легко, но тот, кто хорошо тебя знает, все равно поймет, что это именно ты. А я не без оснований полагала, что неплохо изучила Артура за два года наших отношений.
   -- Ты...
   Голос, который я услышала, был совершенно неживым. Лишенным даже намека на какую-нибудь интонацию. От этого звука мне захотелось развернуться и убежать. Переоценила я себя. Крупно переоценила. Но уж коли взялась за дело, поздно идти на попятный.
   -- Я. Пришла поговорить.
   Артур... в уме я продолжала называть его так, хоть и знала уже давно, что это лишь еще одно фальшивое имя, каких у него была, наверное, не одна сотня. Даже несмотря на то, что Артур Белозеров был реальным человеком, убитым ради новой легенды этого... существа.
   -- Как ты здесь оказалась?
   Он поднялся, наконец, на ноги, и шагнул вперед, ближе ко мне. Элигор тоже сделал шаг, задвигая меня за спину, и вновь щелкнул плетью.
   -- Не приближайся, -- резко приказал он. -- Мы прекрасно слышим тебя и оттуда.
   Артур остановился и ухмыльнулся. А я все смотрела на него, не в силах отвести взгляд. И видела до отвращения, до почти физической боли знакомое лицо, а сквозь него -- неровные, обломанные сталактиты, заполнявшие пещеру.
   -- И что ты хотела узнать?
   -- Знаешь, как можно попасть сюда при жизни?
   Ответом мне стала новая ухмылка:
   -- Я вообще не собирался сюда попадать.
   -- Разве что с вилами.
   Он солгал мне. Так же, как лгал прежде. И это помогло. Я разозлилась, потому перестала бояться и испытывать необъяснимую жалость к этой твари. Наконец-то все встало на свои места. Передо мной был не человек, которого я любила целых два года, а законченный негодяй, убивавший людей ради силы и бессмертия. Продавший душу демону. Заставивший меня пожертвовать собственной душой, чтобы его остановить.
   -- Значит, ты все знаешь.
   -- Знаю, -- кивнула я. -- Мерезину чертовски повезло, что его последний прорыв в наш мир так и не состоялся. Может, расскажешь, как уничтожить артефакт?
   -- А что мне за это будет?
   -- Тебе это зачтется на Страшном Суде, -- подал голос Элигор.
   Артур глухо рассмеялся.
   -- Да ну, -- хмыкнул он. -- И что с того? Прощение мне все равно не светит.
   -- Кто знает.
   -- А если я скажу, что никак? Что артефакт уничтожить нельзя?
   -- Предположу, что ты лжешь, -- пожала плечами я.
   -- Можешь предполагать что угодно, -- все так же равнодушно отозвался Артур. -- Мне уже все равно.
   -- Теперь уже да, -- согласилась я. -- А вот раньше, думаю, так не было. Я нипочем не поверю в то, что ты собирался убить Верховного, занять его место и сохранить артефакт у себя. Ты далеко не дурак, и не мог не понимать, что за твоей головой тут же выстроится очередь. Стало быть, у тебя наверняка имелся план по ликвидации опасной вещицы.
   Артур посмотрел на меня, и впервые на его полупризрачном лице появилось почти живое выражение интереса. Похоже, мои слова заставили его задуматься. То ли он меня недооценивал раньше, то ли наоборот.
   -- Все имеет свою цену, -- обронил он после долгой паузы. -- В том числе и создание подобного артефакта. Сделать его трудно, а уничтожить и того сложнее. Практически невозможно, если быть честным.
   -- Практически невозможно, но ведь не совсем же.
   -- Верно.
   -- И что нужно сделать?
   -- Нужно сделать все наоборот, -- с неприятной улыбкой сообщил Артур. -- И начать со смерти некроманта. Думаю, один подходящий у тебя как раз должен быть на примете.
   Я крутанулась на каблуках и направилась к выходу из пещеры. Глупо было рассчитывать на иной результат беседы, учитывая весь багаж наших отношений. В особенности их финал. Настало время сказать самой себе правду: я хотела увидеть его вовсе не затем, чтобы обсуждать артефакт. И вопросы на языке крутились совершенно другие.
   Только ни один из них мне не удалось облечь в достойную формулировку. Нельзя же было, в самом деле, разрыдаться и сквозь горестные всхлипы вопрошать, почему жизнь так несправедлива. Почему я так обманывалась в нем. И как он мог так со мной поступить. Посчитать способной остаться с ним, зная, кто он.
   Механически создав файербол, я уверенно прошла тем же путем и остановилась, только выбравшись на дорожку-уступ. Там меня и догнал Элигор. Почувствовав его приближение, я быстро утерла брызнувшие из глаз злые слезы и попыталась изобразить на лице равнодушное спокойствие.
   -- Думаю, он солгал, -- заметил демон. -- Насколько мне известно, любой артефакт можно уничтожить несколькими способами.
   Я кивнула, потому, что знала то же самое. Сделать все наоборот обычно проще всего, но это не единственный путь. Только горькая правда заключалась в том, что если Артур и знает другой способ, мне он о нем не расскажет. Слишком сильно хочет отомстить. А подкупить или запугать его нам попросту нечем.
   -- Я бы пошел другим путем, -- сказал Элигор, отрывая меня от невеселых размышлений. -- Кто-то же надоумил его, как создать кинжал. И уж явно не Мерезин, которому предстояло быть этим кинжалом убитым.
   Я остолбенела, принявшись судорожно копаться в памяти, припоминая каждое слово из моей беседы с Артуром. Совершенно точно, конкретно о кинжале я не упоминала, только об артефакте. И все-таки демон знал, что этот самый артефакт из себя представляет.
   -- Ты знаешь о кинжале?
   Только сейчас до меня дошло, как неосмотрительно я поступила, отправившись беседовать с Артуром в компании Высшего. Он ведь запросто мог и не знать об артефакте. А я, не подумав вовремя головой, могла дать ему очень опасную информацию.
   -- Полагаю, это главная причина, по которой я наслаждаюсь твоим обществом, а не отправился в серную шахту бить карманников плетью по рукам, -- хмыкнул нечистый.
   Я от души выругалась, помянув Тифоэя словами, способными, пожалуй, обидеть даже Верховного демона. Негодяй предусмотрел буквально все, даже мою непредусмотрительность. Он вообще всегда все рассчитывал, потому, наверное, с ним было так сложно и так легко одновременно.
  

* * *

   -- Где ты была? -- с порога пошел в атаку Сашка.
   Я проигнорировала его праведный гнев, рухнула на кровать и накрыла голову подушкой. Мне однозначно требовалось немного подумать в спокойной обстановке, пока к злющему некроманту не добавился еще и взбешенный демон. Уж тогда, если не выдам хоть какую-нибудь заслуживающую внимания идею, мне точно крышка.
   -- Так и будешь молчать?!
   Именно так я поступить и намеревалась. Никаких больше разборок и дискуссий. Ну их всех в баню с медным тазом. Сейчас мне интереснее было другое. Если до создания артефакта Артур додумался не сам, ему как пить дать помог Набериус, Высший демон, служащий Мерезину. Тот самый, с которым Артур, собственно, заключал сделку.
   -- Что вообще происходит?!
   Ничего хорошего. Абсолютно. Хотя бы уже потому, что Набериус мог и сам быть ни рогом ни хвостом об этой истории. За пару тысячелетий жизни можно узнать много всего интересного. Артур вполне был способен оказаться единственным хранителем великой тайны проклятого артефакта.
   -- О чем ты только думала?!
   А вот и он, взбешенный демон собственной персоной. Решил, что пора присоединиться к растерзанию бедной несчастной меня. Внести, так сказать, свои тридцать серебреников в общее дело.
   -- Сакраментальный вопрос, -- язвительно отозвалась я, выныривая из-под подушки. -- О чем я только думала, когда вообще с тобой связывалась? Знаешь, начинаю подозревать, что и ту троицу меченых по мою душу, точнее, голову, о душе там, хвала небесам, речь не шла, прислал именно ты, а совсем не Мерезин. Чтобы, воспользовавшись моей паникой и минутной слабостью, склонить к сотрудничеству.
   Высказалась и тут же насладилась чудной картиной. Мужики натурально обалдели, причем оба. И если Сашку в таком состоянии я видала, не сказать, чтобы частенько, но все-таки, то вид обалдевшего демона был зрелищем редким и потому восхитительным.
   -- Ты это серьезно? -- подозрительно уточнил Верховный, сумев, наконец, подобрать челюсть.
   -- Еще как, -- кивнула я.
   -- Ну ты...
   И это было все. Все, что он смог мне ответить. Стало быть, план мой сработал на отлично. Не зря говорят, что лучшая защита -- нападение. Только что меня собирались замучить проповедями, поучениями и прочей жизнеспасительной пакостью, и вот на тебе, стоят оба и "мя" сказать не могут. Благодать.
   -- Ладно, пошутили и хватит, -- примирительно сообщила я. -- Сойдемся на том, что мне нужно было с ним поговорить. И не только из-за предмета нашего соглашения. Просто для себя.
   -- Что за предмет? -- тут же всунулся Сашка.
   -- Неважно, -- отмахнулся демон прежде, чем я лично успела поведать Ветринскому, что это не его ума дело. -- Важнее другое. Имя Ельцова Ивана Вадимовича вам о чем-нибудь говорит?
   Мы дружно покачали головами. По последним данным Лиги Вольных Магов только в Москве и области проживает без малого десять тысяч обладателей дипломов Академии. Где уж тут упомнить, особенно учитывая, что далеко не все вообще практикуют. Прямо скажем, практикует мало кто. В основном в наши дни народ предпочитает зарабатывать более банальной деятельностью. А на магическом поприще, тем временем, не протолкнуться от шарлатанов всех мастей.
   -- Это который экзорцист?
   Кстати о шарлатанах. Мы совсем позабыли о господине Подземельном, предоставив ему тихо истерить в полное собственное удовольствие. А он, похоже, наконец-то успокоился и даже решил поучаствовать в беседе.
   -- Ага, -- кивнул демон. -- Ты-то откуда его знаешь?
   -- Кто ж его не знает, -- испуганно отозвался Подземельный, отступая на шаг. -- Он по этой части лучший.
   Я, не удержавшись, скептически фыркнула. Объективно говоря, лучшим экзорцистом в нашей стране был все-таки Лозовский. Но практиковал он редко и особо себя не рекламировал. К тому же, не так давно у него отбирали лицензию, как раз на экзорцизмы. Потом, правда, вернули, но на какое-то время он все равно выпадал из обоймы практикующих специалистов.
   -- С тем, что Ельцов лучший ты, как я понимаю, не согласна, -- подвел итог демон. -- Но суть в другом. Ваши его активно ищут, он исчез.
   -- Неужели? -- снова фыркнула я. -- Прямо-таки активно ищут?
   Конечно, подобная язвительность была несправедливостью по отношению к родному учреждению. Если уж дорогие коллеги кого-то искали, делалось это обычно со всей необходимой тщательностью. Другое дело, что в данный момент я бы предпочла, чтобы искали конкретно нас с Сашкой.
   -- Причем тут вообще исчезновение этого Ельцова? -- сменил направление беседы Ветринский. -- Он что, тоже провалился в ад на глазах у изумленной публики?
   -- Нет, в том и дело, -- развел руками демон. -- Просто однажды утром не пришел на работу, и с тех пор о его местонахождении ничего не известно. Потому и спросил, что вы о нем знаете. Хотел понять, почему ищут его именно по поводу вашего исчезновения.
   -- Раз он занимается экзорцизмами, должен быть демонологом...
   Я перебила Сашку скептическим фырканьем. Разумеется, демонолог, как же иначе. У нас ведь все работают исключительно по специальности. Особенно личности вроде Подземельного.
   -- Если он демонолог, это все имеет хоть какой-то смысл, -- укоризненным тоном отозвался Ветринский.
   Я в ответ только рукой махнула. Будь у нас возможность собрать данные об этом Ельцове и обстоятельствах его исчезновения, было бы о чем говорить. А так все, что есть -- непроверенная информация о том, что данный товарищ практиковал экзорцизмы, и выстроенная на ее основе версия о его принадлежности к рядам демонологов. Негусто, прямо скажем. Правда, оставались еще сведения, добытые демоном.
   Было, впрочем, и еще кое-что, упорно меня смущавшее. По работе мы сталкивались с разными проблемами, и частенько пользовались помощью узких специалистов. Потому лично я знала, во всяком случае, по именам, всех, кто хоть как-то отличился в своей области. Имя же Ельцова мне совершенно ни о чем не говорило. Выходит, контору он не консультировал. И даже в список возможных консультантов включен не был. Так с чего же тогда коллеги вдруг решили, что в данном случае он может что-то знать?
   -- Выкладывай, что ты раскопал, -- требовательно поинтересовалась я.
   Демон развел руками:
   -- Почти ничего. Контора ваша в панике и растерянности, выудить хоть что-то ценное из переполняющих ее сплетен и слухов почти невозможно.
   -- Почти.
   -- Почти, -- кивнул Верховный. -- Собственно, я только и понял, что там выясняют, связан ли Ельцов с вами каким-то образом.
   Я призадумалась. В памяти моей не сохранилось никаких сведений об этом типе. Выходит, раз его считают связанным с нами, дело в обстоятельствах нашего исчезновения. Либо загадочный Ельцов что-то такое изучал, либо сам попадал в аналогичную ситуацию раньше. Именно раньше, потому, что обстоятельства его нынешнего исчезновения доселе неизвестны, а значит, не могли послужить основанием связать два наших дела.
   -- Если Ельцов все-таки демонолог, -- задумчиво проговорил Ветринский, -- он мог заниматься исследованием таких вопросов. А не слышали мы о нем потому, что подобная ситуация возникла впервые.
   -- Да, и как кстати он бесследно исчез, -- проворчала я в ответ. -- Может, его теоретические исследования завершились-таки успешным экспериментом?
   -- Полагаешь, это он помогает Асмодею? -- подозрительно прищурился демон.
   -- Не исключено, -- развела я руками. -- Вопрос в том, насколько добровольно.
   -- Демоны не могут принуждать людей силой, -- немного раздраженно отозвался Верховный.
   -- Это да. Но зато могут вынудить обманом. Или шантажом, -- не удержалась я от шпильки.
   Разумеется, демон и не подумал обидеться. Только озадаченно потер лоб и поглядел куда-то вверх и направо. Я проследила за его взглядом, но увидела только фреску весьма фривольного содержания. И чего это они все пялятся в такие вот странные места, когда о чем-то серьезно раздумывают? Может, правда помогает?
   -- Обязательно рассмотрю такие варианты.
   -- Да уж рассмотри, -- буркнула я, обращаясь уже к пустоте.
   Разумеется, демон исчез. Черт его знает, может, отправился разъяснять личность Ельцова. Или с Асмодеем разбираться. Или шпионам своим раздавать пинки и подзатыльники, чтобы разведывали шустрее. Это меня в данный момент уже не особенно интересовало. Потому, что голову мою посетила новая идея.
   -- Элигор! -- решительно позвала я, уставившись на ту же, явно на что-то вдохновившую Тифоэя фреску.
   Высший не замедлил появиться, словно только и ждал, когда я его позову. А может, и правда ждал. Все-таки распоряжение начальства.
   -- Есть тут библиотека? -- спросила я, проигнорировав страшную рожу опоздавшего с возражениями Ветринского.
   -- Есть, -- немного удивленно отозвался демон. -- Только Владыка...
   -- Владыку беру на себя, -- пообещала я, стараясь, чтобы в голосе прозвучала уверенность, которой на самом деле не было и близко.
   -- Тогда идем, -- подозрительно радостно согласился Элигор.
   Ох, не понравилась мне интонация его последней фразы. Судя по ней, самовольное посещение пресловутой библиотеки не сулило ничего хорошего. С другой стороны, я, кажется, давно пришла к выводу, что хуже стать уже не может, так чего бояться?
   Мы опять порядком поплутали по извилистым коридорам, прежде, чем добрались до высоких резных дверей. Которые, к счастью, открывались вполне традиционным способом, хоть и с весьма пугающим скрипом.
   Едва мы с Ветринским переступили порог, в темном зале вспыхнула сотня свечей разом, открыв перед нами дивную картину. Подлинную сокровищницу магических знаний с древних лет и до наших дней. Причем знаний не только человеческих.
   -- Обалдеть... -- выдохнул Сашка.
   -- Ага, -- столь же потрясенно поддержала его я.
   -- И что мы будем тут искать?
   -- Ты -- что-нибудь о пространственных разрывах. А у меня есть еще один небольшой вопросик, требующий разъяснения.
   -- Это какой же? -- не сумел, разумеется, смолчать Ветринский.
   -- Не твое дело, -- уже привычно отмахнулась я, проходя вдоль корешков книг, посвященных созданию артефактов.
   К моему удивлению, на этот раз Сашка не стал вступать в долгие препирательства, и направился к своему шкафу. Видимо, искушение сунуть нос в редкие, а то и вовсе недоступные для людей книги, оказалось сильнее желания разузнать мои секреты.
   Часа через три я испытала настоятельную потребность заесть глубокое разочарование чем-нибудь вкусным. Большая часть книг оказалась на темной рунописи или вовсе на неизвестных мне, вполне вероятно, даже и не человеческих языках. А в тех, что удалось просмотреть, не нашлось совершенно ничего ценного.
   Ветринский, в отличие от меня, наслаждался представившейся возможностью. Даже не отозвался на мой окрик, так увлекся чтением. Пришлось в очередной раз звать на подмогу Элигора, и объединенными усилиями оттаскивать некроманта от какого-то особо старого тома.
   -- Ленка! -- сердито отмахиваясь от нас, восклицал Сашка. -- Тут такое! Я ничего подобного в жизни не видел!
   -- Разумеется, не видел, -- теряя терпение, зашипела я. -- Это же не человеческая книга!
   -- Почему не человеческая? -- ехидно возразил Элигор. -- Кожа вот на пергамент пошла очень даже человеческая...
   Книга звучно хлопнулась на пол. Мы с Сашкой уставились на нее с совершенно одинаковым выражением ужаса и отвращения. Не то, чтобы подобное совсем уж непривычно для магов, но здесь, в аду, как-то острее воспринимается. Обстановка, видимо, такая.
   -- А чего вы ждали от адской библиотеки? -- продолжил изгаляться демон. -- Мелованной бумаги и бархата?
   -- Прикуси язык, -- посоветовала я.
   Настроение читать пропало начисто. К некоторой моей досаде -- вместе с аппетитом. Но поесть все-таки нужно было, а то вот лично я уже и припомнить не могла, когда делала это в последний раз.
  

Глава 6. В которой всплывают интересные подробности

  
   Чем хуже знаешь факты, тем легче составить собственное мнение.
   NN
  
   Разумеется, Верховный поджидал меня в спальне. Я даже и не удивилась, увидев его на своей кровати. В атмосфере тотального безумия, окружавшей меня уже довольно давно, демоны успели перейти в разряд привычных банальностей.
   -- Пришел возмутиться по поводу несогласованного визита в библиотеку? -- сухо поинтересовалась я, усаживаясь в самое дальнее от кровати кресло.
   -- Не совсем, -- равнодушно отозвался нечистый, поигрывая кисточкой подушки. -- Но могла бы и спросить сначала.
   -- А ты бы не позволил?
   -- Ну почему? Можешь ходить туда сколько угодно и читать, что пожелаешь. Только смысла в этом нет.
   -- Уверен?
   -- Еще бы, -- хмыкнул демон. -- Вечность длинная, и все эти книги я, разумеется, читал. Потому знаю, что в них нет ответа ни на один из твоих вопросов.
   Кто бы сомневался. На самом деле я залезла в библиотеку главным образом потому, что не склонна была верить Властителю Обмана. Проще говоря, полагала, что сам он прекрасно знает, что происходит, но почему-то не говорит мне. Попытка вывести лукавого на чистую воду потерпела вполне ожидаемое фиаско. Не сказать, чтобы я и теперь верила в его полное неведение, но сомневалась несколько меньше. И, может быть, спросить все же стоило.
   -- Намекаешь, что спросить тебя сразу было бы проще и логичней? -- не без труда подавив досаду на себя любимую, поинтересовалась я.
   -- Безусловно. Но ведь ты не ищешь простых и логичных путей.
   -- Нет, -- пожала плечами я. -- Но ведь если бы я их искала, что было бы сейчас с этим миром, и с тобой заодно? Уехала бы в Грецию, как все советовали, и где бы еще ты нашел вторую такую дуру, чтобы тебя призвать?
   -- Очко в твою пользу, -- признал демон.
   -- Еще откровения последуют?
   Зевок планировался демонстративным, но вышел вполне реальным. Все-таки копание в старинных книгах утомляет. А после сытного обеда желание поспать и подавно становится непреодолимым.
   -- Я солгал тебе тогда, у тебя дома, -- криво улыбнулся демон. -- Даже если бы и захотел, я бы не смог забрать кинжал. Для этого нужно явиться во плоти. Мне или любому другому демону. Ну, или тебе лично доставить артефакт в ад.
   -- Ты вообще частенько мне врал, -- отмахнулась я. -- Например, про признание слуги. Я ведь почитала потом умные книги, и узнала, что он должен был не просто брякнуть, что да, ходит тут в слугах, а полностью произнести формулу. В духе: "я, такой-то, служу такому-то и такому-то". Со всеми титулами и регалиями всех сторон сделки. Без единой ошибки или неточности, иначе признание недействительно.
   Демон в ответ только тихо хмыкнул.
   -- Но речь сейчас о другом, -- продолжила я. -- Асмодей ведь рвется из ада в мой мир именно за кинжалом?
   -- Полагаю, да, -- кивнул нечистый. -- И именно поэтому не желает устраивать полномасштабный прорыв, привлекая кучу внимания людей, чистых и любимых братьев-конкурентов.
   -- А сам факт попадания живых людей в ад небесную канцелярию не интересует?
   -- Думаю, не особенно.
   -- То есть, они считают это нормальным? -- слегка не веря своим ушам, уточнила я.
   -- Вроде того. И раз уж крылья посланцев все еще не простерлись над здешними пустошами, можно наверняка утверждать, что ваше сюда попадание -- дело рук человеческих.
   -- Утешил, нечего сказать.
   -- Внес в ситуацию некоторую долю определенности.
   -- Меня больше волнует другое, -- решив не углубляться в бессмысленную риторику, объявила я. -- Откуда Асмодей знает о кинжале?
   -- Не знаю, -- развел руками демон. -- Правда, не имею представления.
   Лично я обдумывала этот вопрос с тех самых пор, как решила считать, что все эксперименты с пространством и похищения людей имеют целью именно попадание в наш, человеческий мир. А зачем это Верховному демону? Для сбора душ куда лучше подходит проверенный временем прорыв Инферно. Чтобы просто прогуляться и развлечься, можно воспользоваться проекцией, как это обычно и делает Тифоэй.
   Стало быть, Асмодей хочет сделать что-то лично, причем не привлекая внимания. И для этого действия должен реально присутствовать в человеческом мире. Надо ли говорить, что мысль о кинжале первой посетила мою голову, да так ее и не покинула.
   -- У меня была одна версия, -- вздохнув, сообщил демон. -- Асмодей не знал, кто слуга Мерезина. Но вполне мог сделать так, чтобы тот набрел на секрет создания кинжала, а теперь стремится им завладеть-таки.
   -- Хорошая версия, -- кивнула я.
   Нечистый в ответ только скривился:
   -- Ничего подобного. Она не объясняет того, почему Асмодей не разыскивал слугу, и вообще, чуть было не позволил мне получить кинжал.
   -- Думал, что ты будешь убит, как и Мерезин?
   -- Асмодей не идиот, чтобы пускать такие события на самотек.
   -- Кстати, -- вскинулась я, -- почему ты сразу не забрал кинжал? Когда приходил за слугой.
   Лицо демона сложилось в выражение глубокой задумчивости. Словно ему крайне не хотелось отвечать на вопрос, по причинам очень и очень серьезным. Но, в то же время, имелись и серьезные причины все же ответить. И теперь приходилось взвешивать доводы "за" и "против".
   -- Я не мог. Потому, что явился по твоему желанию, за твою плату. И мог сделать лишь то, за что ты заплатила. То есть, забрать душу слуги.
   -- Поэтому не было полномасштабного прорыва? -- несколько ошеломленно уточнила я.
   Демон коротко кивнул в ответ.
   -- Подобные сделки огромная редкость, потому, что нам, демонам, они вообще-то неинтересны. Одна душа не стоит таких хлопот.
   -- То есть, я могла бы потребовать чего угодно?
   -- Одно любое желание.
   -- И это всегда добровольная жертва?
   -- Нет, если исполнение желания сулит тебе эгоистическую выгоду. Или твоим родственникам. Не знаю, нет точного определения. Думаю, это всегда решает Он, потому что знает твои истинные мотивы.
   Я, не удержавшись, еще раз сладко зевнула.
   -- Ложись, -- широким жестом предложил демон. -- Места тут полно.
   -- Сейчас, -- фыркнула я. -- Уже бегу, теряя тапочки.
   Демонстративно вздохнув, нечистый переместился в кресло, соседнее с моим. Я, не удержавшись от торжествующей улыбки, прошествовала через комнату и с наслаждением плюхнулась на освободившуюся кровать.
   Умом я, разумеется, понимала всю нелепость этого представления. Демон мог бы при желании сделать со мной все, что угодно. Ну, практически все. И то, что он принимал установленные между нами правила игры, было не более, чем его личной прихотью. Но, пока он это делал, игра мне даже нравилась.
   -- А если Набериус -- слуга двух господ? -- спросила я, и тут же поняла, что сморозила глупость.
   Если Высший знал тайну такого артефакта, какой был ему резон делиться ей с Верховным? Со слугой все понятно, изготовление подобных вещей, как я успела понять из вычитанного в библиотечных книгах, доступно только людям. Но для чего связываться с хозяином, если кинжал открывает прямую дорогу на его место?
   -- Нет, -- качнул головой демон. -- Ты права, Набериус не выдал бы ничего не только Мерезину, но и Асмодею. Значит, он тут ни при чем. Все дело в человеке. Который сначала надоумил слугу создать артефакт, а теперь, по-видимому, заключил некую сделку с Асмодеем.
   -- Кстати о людях, -- вспомнила я. -- Узнал что-нибудь про Ельцова?
   -- Кое-что узнал, -- отозвался Верховный, материализовав прямо в руке бокал вина и отпив небольшой глоток. -- Твое предположение было верным. Скорее всего. Несколько лет назад этот товарищ утверждал, что побывал в аду и вернулся обратно.
   -- Действительно побывал? -- насторожилась я.
   -- Понятия не имею. Если и да, то, так скажем, нелегально. Можно, конечно, перетрясти тут всех и выяснить наверняка, но потребуется бездна времени. Важнее другое. Твои коллеги этим рассказам не поверили.
   -- Удивил. Сама бы еще недавно в такое не поверила.
   -- Не перебивай, -- поморщился демон. -- Ему не просто не поверили, покрутив пальцем у виска, и даже не подняли публично на смех. Архимагистры велели ему молчать и не позориться.
   -- И что с того? -- не поняла я. -- Вполне добрый совет.
   Верховный посмотрел на меня, как на полную идиотку. Если бы спать хотелось хоть немного поменьше, я бы даже устыдилась. Но конкретно сейчас мысли шевелились в моей голове так медленно и лениво, что совершенно не успевали цепляться за слишком тонкие намеки.
   -- Пообщавшись с твоими коллегами, Лена, я наслушался такого феерического бреда, что голова кругом. Причем выдавался этот бред на полном серьезе и с умнейшим видом.
   -- Не сомневаюсь, -- проворчала я, устраиваясь поудобнее и подтягивая одеяло ближе к носу.
   -- Так вот, -- продолжил демон, смирившись с тем, что сейчас мне нужно все разжевывать, -- ходит полно всяческих теорий, бредовость которых по идее должна быть очевидна любому человеку, минимально знакомому с магией. И это никому не мешает их обсуждать, даже целые круглые столы организовывать.
   -- Это точно, -- обреченно согласилась я.
   Не далее как пару лет назад на кафедре анимагии проводился семинар по вопросу использования насекомых в шпионских целях. Киношные дроны-светлячки и тараканы с видеокамерами на задницах давно не давали покоя коллегам. В особенности тем из них, кому давно следовало бы проконсультироваться со специалистами относительно лечения паранойи.
   Так или иначе, еще в прошлом веке было окончательно и бесповоротно доказано, что органы чувств насекомых категорически не годятся для получения пригодной для людей информации. После чего нормальные анимаги успешно переключились на мышей и крыс. А ненормальные продолжили спорить и исследовать безграничные тараканьи возможности по выживанию и приспособлению. И эти исследования даже финансировались.
   -- Почему же тогда столь соблазнительную идею, как личный визит в ад, не просто не развили до масштабов идиотизма, а откровенно постарались похоронить?
   Я честно задумалась. И поняла, что нечистый прав. Демонологи испокон веков мечтали разобраться-таки в структуре демонического общества, по головам пересчитав Высших и Верховных. А когда такая возможность вроде бы забрезжила на горизонте, что, неужели испугались?
   -- Может, и это тоже, -- пожал плечами демон. -- Но лично у меня есть ощущение, что причина в другом. В том, что ваш магистрат прекрасно знал, что Ельцов говорит правду.
   В воздухе запахло еще одной теорией всемирного заговора архимагистров. Я в эти теории не верила до недавнего времени. Пока не выяснила, что демоны могут иметь слуг-людей, награждая их за труды бессмертием. А ведь в Академии всем с уверенным видом врали, что такого не может быть, и все вызовы серьезной нечисти заканчиваются одинаково -- потерей вызывающим души с неизбежным летальным исходом.
   По сути, конечно, последнее утверждение было не совсем уж ложью. Карьера слуг в конечном итоге все-таки приводила их души в ад. Но при должной осмотрительности далеко не так скоро, как сулили преподаватели еще на вводных лекциях по демонологии.
   -- Как насчет того, чтобы задать им прямой вопрос?
   Сейчас я не видела демона, но вполне определенно представляла себе выражение его физиономии. Скептицизм, насмешка, изумление и задумчивость, смешавшиеся в коротком ответном хмыканье, были очень выразительны.
   -- Верно ли я понял, что сделать это придется мне?
   -- Я бы с удовольствием занялась этим лично, но...
   -- Ладно, спи.
   Я подскочила в кровати как ошпаренная, но демон уже успел исчезнуть. Сон с меня сдуло, как созревшие семена с одуванчика. Вообще-то я предложила пойти и задать вопрос архимагистрам только для того, чтобы перейти к очередному раунду малоосмысленного трепа, под который рассчитывала заснуть.
   Думаю, нечистый прекрасно знал об этом моем намерении. Но по каким-то одному ему известным причинам решил поступить иначе, воплотив довольно бредовую идею в жизнь. И оставив меня в паническом ступоре обдумывать возможные последствия.
   Конечно, под человека Верховный маскировался весьма качественно. Случайная встреча с архимагом на улице не грозила разоблачением, но что будет, когда он заявится с весьма неожиданным и провокационным вопросом? И к кому еще заявится?
   Плюхнувшись обратно в подушки, я призадумалась. Логичнее всего будет пойти к демонологу. Или к некроманту. Или к тому, кто лучше всего разбирается в работе с пространством, то есть, к Громову. А еще логичней -- к тому, кто заинтересован разобраться с этой историй больше остальных.
   При таком раскладе лучшим кандидатом получался Ветринский-старший. Во-первых, некромант, во-вторых, хочет найти сына. Но если припомнить историю со слугой, где этим самым сыном решено было пожертвовать, историю, о которой демон прекрасно знал... о, черт! Только не к папе!
  

* * *

   День выдался пасмурным и прохладным. Выйдя на крыльцо Академии, профессор Александров устало посмотрел на небо, на низкие серые тучи, и не удержался от вздоха. Тучи в ответ всплакнули мелкой, противной моросью. Паршивый день. Хотя что там день, катастрофически не задался весь год.
   -- Профессор Александров?
   Вопрос заставил мужчину вздрогнуть. Задавший его парень, стоявший на нижней ступеньке крыльца, на первый взгляд показался незнакомым. Студент? Не похож, слишком взрослый. И не аспирант, всех аспирантов профессор знал по крайней мере в лицо.
   -- Мы знакомы?
   -- Нет, -- спокойно ответил парень, поигрывая ключами от машины. -- Но мне нужно с Вами поговорить. Это касается Лены.
   Упоминание дочери заставило профессора насторожиться. И с некоторым усилием прогнать возникшее вдруг ощущение неудобства и легкой паники. В конце концов, его дочь -- молодая, привлекательная девушка. Следовало ожидать, что какой-нибудь парень однажды заявится побеседовать с ее папой.
   -- Тут недалеко есть...
   -- Знаете, я предпочел бы просто прогуляться.
   -- Хорошо, -- пожал плечами профессор.
   Некоторое время они шли молча. Парень не спешил начинать разговор, а вокруг было полно людей. Наконец, уже на пустующей дорожке небольшого сквера, профессор решил заговорить первым.
   -- Если Вы ищете Лену, то она в рабочей поездке, -- изо всех сил стараясь выглядеть спокойно и уверенно, сообщил он.
   -- Я знаю, где она.
   Ответ этот прозвучал странно. Повернув голову, архимаг внимательно посмотрел на спутника. Тот спокойно остановился и встретил взгляд. В глубине его темно-карих глаз на короткий миг плеснула тьма, заставив сердце сжаться, словно в ледяных тисках.
   -- И Вы знаете.
   -- Кто ты? -- выдавил профессор, едва узнавая в прозвучавшем хриплом карканье собственный голос.
   -- Это Вам тоже известно, -- с каким-то отстраненным спокойствием отозвался загадочный парень. -- И не надо, пожалуйста, паниковать, я хочу всего лишь побеседовать.
   -- Как твое имя, демон?
   -- Хотите попробовать изгнать? -- иронически улыбнулся гость из ада. -- Не стоит, только напрасно потратите время. Я все равно очень скоро вернусь. Да и Лене это никак не поможет.
   -- Пытаешься меня шантажировать?
   -- Нет, -- все так же спокойно отозвался нечистый. -- Но могу посоветовать быть осторожнее. К Вам могут наведаться.
   -- Значит, угрожаешь.
   -- Предупреждаю.
   -- Чего ты хочешь? -- сдался профессор.
   -- Мне нужны записи пропавшего Ельцова. Те, что он показывал Магистрату, утверждая, что может открыть прямой портал в ад.
   -- Откуда ты знаешь, что есть записи?
   -- А здравый человек пойдет выступать перед Магистратом без расчетов?
   -- Думаешь, я достаточно сумасшедший, чтобы отдать такие документы демону?
   -- Проблема в том, -- спокойно, не отводя глаз, сказал нечистый, -- что у одного из Верховных демонов они уже есть. И он может в весьма скором времени разобраться, как сделать портал двухсторонним. Это сулит нам всем большие неприятности.
   Профессор отвернулся. Он отлично понимал, с кем имеет дело, и не мог не сознавать, что вероятность обмана велика. Как и шансы того, что сказанное нечистым правда. По большей части, во всяком случае.
   Разрывы действительно имели место. Именно такие, какие описывал Ельцов. Причем в месте отдаленном, но постоянно посещаемом людьми. И это обстоятельство не позволяло сомневаться, что создали их там, чтобы кто-то в них угодил. Вряд ли только ради эксперимента, скорее этих самых угодивших предполагалось каким-то образом использовать.
   -- У меня записей нет. С ними работают специалисты.
   -- Сделайте копии. Чем скорее управитесь, тем скорее Лена вернется сюда.
   -- С чего бы такой альтруизм? -- не удержавшись, хмыкнул архимаг.
   -- Никакого альтруизма, -- поморщился демон. -- Просто вы не понимаете, что на самом деле происходит.
   -- Так просветите.
   -- Достаньте записи завтра к обеду. И встретимся здесь же, -- проигнорировав последнюю реплику, обронил демон, шагнул в сторону ближайших кустов и исчез.
   Профессор Александров на плохо гнущихся ногах доковылял до ближайшей скамейки и тяжело на нее опустился. Он знал, разумеется, что Верховные демоны умеют, образно говоря, выходить в люди, но впервые увидел это воочию. К тому же, до этой встречи ему хотелось верить, что россказни Ельцова про ад были пустой болтовней сумасшедшего. Действительность оказалась безжалостной к надеждам.
   Лена попала в ад, в самом буквальном смысле этого выражения. И теперь находилась во власти демона. Что может напугать сильнее, чем подобная новость о твоем ребенке? Потому нужно было что-то делать, и как можно скорее. Для начала хотя бы не раздражать адского князя лишний раз.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"