Алова Ника: другие произведения.

Брызги рассвета

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:






    Что делать, если ты, обычная начинающая журналистка, буквально в одночасье оказалась Верховной Ведьмой, да еще и невестой короля вампиров? Главное - не расслабляться. Враги не дремлют, так что победа не будет легкой. В борьбе за власть все средства хороши, а в борьбе за жизнь - и подавно.






Ника Алова

Брызги рассвета





Глава 1. Труп на лестнице



    Сегодняшний день и начался-то неважно, но закончиться сулил так, что утренние неприятности на фоне вечерних вполне могли оказаться совершенными пустяками. Я раздраженно захлопнула ящик стола, заставив монитор содрогнуться. Маленькие желтые бумажки с важными когда-то записями осыпались на клавиатуру осенней листвой. Всё было не так. Решительно всё.
    Утром начальник поприветствовал меня гневной тирадой по поводу последней статьи. В тексте, видите ли, недостаточно оказалось позитивной информации, а ведь заказчик материала был весьма и весьма щедр, и посему рассчитывал на куда более пышные похвалы. Хотя даже и те, довольно, кстати, куцые дифирамбы будущему депутату, что в статье всё-таки наличествовали, я сочиняла долго и мучительно, так, чтобы не скатываться до совсем уж очевидной лжи.
    Впрочем, деваться было некуда. К завтрашнему утру материал требовалось переделать, да так, чтобы и главред, и заказчик остались довольны. В противном случае ближайшее будущее сулило мне увольнение с последующим трудоустройством уборщицей в школу. Потому что потенциальный депутат наверняка озаботится обеспечить нахальной правдолюбице такую репутацию, что в приличную организацию меня не возьмут даже мыть туалеты. Честное слово, как будто мы живем в Америке, где результат выборов действительно может зависеть от какой-то там публикации в газете.
    Тяжело вздохнув, я, Элла Сергеева, ещё вчера счастливая и беззаботная молодая женщина, планировавшая весело погулять на свадьбе старшей сестры, принялась собирать облетевшие записки, сразу же перераспределяя их между монитором и мусорной корзиной.
    Дележ получился неравный. На монитор вернулась всего одна бумажка, мусорке досталось пять, а над седьмой, последней, я замерла в нерешительности, пытаясь припомнить, кто же все-таки такая Анастасия Рогозина, звонить которой следовало непременно после семи вечера. С одной стороны, будь это действительно важно, в памяти сохранилось бы об этой Рогозиной хоть что-нибудь. Но я решительно не помнила, ни кто эта женщина, ни зачем был нужен ее номер. А с другой стороны, совершенно не важную информацию я бы вовсе не записала, и уж тем более не стала бы хранить на видном месте.
    Поколебавшись немного, я сочла за лучшее сунуть бумажку с загадочным номером в ежедневник, решив вечером позвонить этой Анастасии и разобраться во всем. В данный же момент следовало сосредоточиться на дурацкой статье. Потому, что потеря работы в мои ближайшие планы не входила никоим образом. Особенно сейчас, когда мы с Тимкой уже окончательно решили начать совместную жизнь, и активно подыскивали квартиру.
    Перечитав первый абзац, вычеркнув одно предложение и заменив его парой незаслуженных, но совершенно необходимых комплиментов герою материала, я сердито уставилась в пространство. Вокруг кипела повседневная жизнь редакции: сотрудники пили чай и кофе, кроша на пол печенье, обменивались свежими новостями и сплетнями, одновременно изображая кипучую деятельность. Кое-что в этом мире всё-таки не менялось.
    Промучившись над текстом до конца рабочего дня, я ушла домой одной из первых. Дома кот Марс встретил меня довольным мурчанием, прошел совсем рядышком, потерся об ноги, развернулся и прошел еще раз. Сквозь тонкие колготки хорошо ощущалась мягкость длинной, пушистой шерсти. Сразу стало спокойнее. Подобное проявление благодушия со стороны Марса означало, что в доме всё в порядке. Трудно было не порадоваться тому, что хоть где-то меня не поджидали новые неприятности.
    Едва я разулась, как кот позволил себе требовательно мяукнуть. Конечно же, он был голоден. Мама едва ли позаботилась накормить его, даже, скорее всего, намеренно не стала этого делать. Она с самого начала была против появления в доме животного, тем более такого пушистого. Конечно, Марс отличался умом и аккуратностью, ловко пользовался унитазом по прямому назначению и никогда не позволял себе раздирать обои и мебель, но на мамино отношение всё это, увы, не повлияло.
    Тем не менее, кот утвердился в нашем доме. Мне он нравился, я любила засыпать, слушая спокойное мурлыканье под боком. В такие минуты мне даже казалось, что пушистик специально послан откуда-то свыше, в качестве успокоительного средства. История нашего знакомства вполне могла навести на подобные мысли. Однажды он просто пришел под мою дверь, и несколько дней сидел неподалёку, при каждой встрече глядя на меня спокойными, не по-кошачьи умными глазами. Была очень холодная зима, соседка злилась, гоняла кота веником, но он упорно возвращался на свой пост. В конце концов, я не выдержала и пустила его в дом.
    С тех пор у нас установились приятельские отношения. Кот не возражал против того, что я назвала его Марсом и устроила жить на тёплой войлочной подстилке возле своей кровати. И даже обычно ухитрялся вполне успешно избегать открытой конфронтации с моей мамой, стараясь не попадаться ей на глаза. Сейчас матери дома не было, и Марс мог себе позволить свободно разгуливать по квартире.
    Я разулась и прошла на кухню. Кот последовал за мной, не отставая ни на шаг. Такое поведение было в его интересах, раз уж он был голоден. Благо, корм я купила заранее, осталось только насыпать его в миску, что я и сделала. Марс довольно облизнулся и захрустел разноцветными крокетами. Я, тем временем, налила во вторую миску свежей воды и отправилась, наконец, раздеваться.
    Марс поднял мне настроение, но не слишком. Едва оказавшись в комнате, я мигом вспомнила про проклятую статью. Нужно было обязательно вернуться к работе над ней, или нам с котом очень скоро станет нечего есть. И если меня мама еще согласится какое-то время кормить, пушистику на подобную милость надеяться не приходилось.
    Переодевшись в удобный и уютный спортивный костюм, я плюхнулась за стол и включила ноутбук. Поевший и довольный жизнью Марс аккуратно вспрыгнул ко мне на колени и свернулся уютным клубочком. Злость и раздражение мигом пошли на убыль, появился даже легкий намек на вдохновение. Под умиротворенное кошачье мурлыканье, оказывается, можно писать хорошие вещи даже про самых записных негодяев. Так, временами проводя ладонью по мягкому меховому боку, я незаметно для себя закончила материал. Поставила последнюю точку и довольно улыбнулась, откинувшись на спинку стула. Жизнь, похоже, начала понемногу налаживаться.
    От приятных мыслей меня отвлек звонок в дверь. Мельком удивившись этому неурочному звуку, я осторожно сняла Марса с колен, встала и направилась открывать. Скорее всего, мама просто в очередной раз оказалась не в состоянии разыскать ключи в недрах сумочки.
    Всё было вроде бы как всегда, но кот повел себя странно. Оглянувшись, я увидела, что Марс, припав к полу всем телом и распушившись, угрожающе шипел, уставившись на дверь округлившимися глазами. Я могла бы поклясться, что увидела в них выражение самого настоящего ужаса. Это меня удивило и даже напугало. Кот, конечно, не очень-то любил маму, но не настолько ненавидел, чтобы так реагировать на ее приход.
    Второй звонок вывел меня из оцепенения. Я сделала ещё несколько шагов по коридору, и почувствовала, как что-то вцепилось в мою ногу. Этим чем-то был дрожащий, теперь я это почувствовала, взъерошенный Марс. Он держал меня за штанину передними лапами и зубами, и тянул от двери обратно в комнату.
    - Что такое? - удивленно спросила я, так, будто кот мог мне ответить.
    Марс, конечно же, ничего не ответил, но и от ноги не отцепился. Пришлось довольно бесцеремонно стряхнуть его, чтобы подойти, наконец, к двери и заглянуть в глазок. Перед дверью стоял, опустив голову, незнакомый, высокий мужчина. То, что он мне в самом деле незнаком, я могла бы утверждать с полной уверенностью, хотя и не видела его лица.
    - Кто там? - громко спросила я.
    Кот зарычал. Я отчётливо услышала этот звук, но не обратила особого внимания. Кошачья душа - потёмки. Мужчина поднял, наконец, голову и посмотрел, как мне показалось, прямо на меня. Сквозь тяжёлую железную дверь. От этого взгляда страх Марса словно передался мне целиком и полностью, по позвоночнику прошла волна холода.
    - Извините, что беспокою, - ответил, наконец, неожиданный гость. - Я Ваш новый сосед. У Вас спичек не найдётся?
    Спички у меня были. Страх как-то сразу схлынул, хотя кот продолжал рычать, и я отправилась на кухню за коробком. Отыскала его на полке рядом с плитой, вернулась к двери и открыла её.
    Мужчина взял спички, сказал несколько слов благодарности, ещё раз извинился и направился к двери соседней квартиры. Только сейчас я заметила, что она не заперта и даже приоткрыта. Впервые за все десять лет, с тех пор, как мы с мамой переехали в этот дом, там кто-то поселился. До этого, по-моему, квартира постоянно пустовала.
    - Скажите, а Вы хозяин этой квартиры? - неожиданно для себя выпалила я. - Я Вас, кажется, впервые вижу.
    - Да, - коротко кивнул мужчина. - Я долго жил за границей.
    На этом разговор закончился. Я вернулась домой и взяла Марса на руки. Он успел уже совершенно успокоиться, но смотрел на меня как-то укоризненно. Словно упрекал в том, что я все-таки открыла дверь и заговорила с соседом. Отбросив эти мысли, я почесала кота за ухом, заставив его зажмуриться от удовольствия, и вернулась в комнату.
    По телевизору, как обычно, не показывали ничего интересного. Какой-то ситком с непрестанным, безумно раздражающим меня закадровым смехом, какой-то боевик с криками, драками и взрывами. Обычный вечер буднего дня. Хоть бы Тимка позвонил...
    Телефон ожил, словно откликнувшись на мое пожелание. Звонил, действительно, Тим. И, конечно же, не просто так, поболтать, а потому, что нашёл подходящую квартиру, и хотел сообщить, что завтра вечером нам вместе нужно будет съездить посмотреть её.
    Наверное, мне следовало бы радоваться тому, что мой парень, или, скорее, уже жених, был таким обстоятельным и заботливым, но почему-то оба эти его качества радовали меня меньше и меньше по мере развития наших отношений. Хотелось просто мило поворковать о какой-нибудь несущественной ерунде, поделиться переживаниями. Но в жизни Тимофея Волегова, биржевого аналитика, всегда все было разложено по полочкам в строжайшем порядке, и для пустяков на этих полочках мест не отводилось. Моей маме это нравилось.
    - Я освобождаюсь в семь, - лаконично сообщила я в трубку, получила обещание заехать за мной в это время, поцелуй в нос и пожелание приятных снов. Привычный ритуал.
    Наверное, я не об этом мечтала, будучи еще девчонкой. Но уж точно и не о том, чтобы влюбиться в какого-нибудь подонка или психа. Мне повезло, я встретила порядочного и надежного мужчину, с которым можно быть полностью уверенной в завтрашнем дне. Вполне возможно, это и есть счастье.
    Было уже достаточно поздно, так что я приняла душ, почистила зубы и только собралась было лечь в постель, как дверь квартиры содрогнулась от удара, такого, словно в неё ломились с тараном. Определённо, это сделала не моя припозднившаяся матушка. Скорее всего, соседи, жившие этажом выше, в очередной раз чего-то не поделили, возвращаясь с попойки. Оба они, родные братья, были мужчинами весьма крупными, потому их драка наверняка была весьма впечатляющим зрелищем. Будь у меня хоть малейшее желание чем-то подобным впечатляться, конечно.
    За первым ударом последовал второй. Вот это мне уже совершенно не понравилось. Не одеваясь, я потопала к двери, чтобы выглянуть в глазок и выяснить, что же всё-таки происходит. Наверное, после этого придется вызвать милицию.
    Из темноты коридора послышалось отчетливое шипение. Марс снова оказался там, и он снова был напуган и разозлен одновременно. Сладко надеясь не оттоптать ему впотьмах хвост или лапы, я, осторожно ступая, добралась до двери и выглянула в глазок.
    То, что я увидела на площадке, заставило меня отшатнуться, всё-таки наступив на Марса. Но сил обратить на это внимание у меня попросту не было. Не после того зрелища, которое только что передо мной предстало.
    Стены в подъезде были вымазаны и забрызганы чем-то тёмным. Точнее, я предпочла обозначить это как "что-то тёмное", хотя сразу поняла, что именно это было. Это была кровь. Запах, начавший просачиваться сквозь недостаточно плотную входную дверь, подтвердил мою догадку. А еще там, прямо посреди площадки, лежало скорченное тело, а неподалёку от него, под дверью Марии Борисовны, милейшей старушки, валялся круглый предмет. Чья-то отрубленная голова. Наверное. Скорее всего. Клянусь, я видела лицо этого "предмета".
    Крик родился и сразу же умер глубоко внутри меня. Я так и осталась стоять посреди коридора, сжимая в руках трубку радиотелефона, которую прихватила, чтобы позвонить в милицию прямо не отходя от кассы. Точнее, от двери.
    Немного опомнившись через несколько бесконечно долгих секунд, я тут же снова запаниковала, вспомнив о матери. Конечно, она говорила мне, что сегодня у нее ожидается свидание с каким-то очень приятным мужчиной, и я вполне допускала, что по такому случаю ночевать она не придёт, но, с другой стороны, свидание это было вроде бы первым, а времени ещё только половина двенадцатого. Что же будет, если мама всё-таки вернётся сегодня домой, и увидит всё это?
    Последняя мысль придала мне решимости всё-таки набрать ноль-два. Но пока я слушала гудки, кто-то позвонил в дверь. Не отнимая трубку от уха, я снова подошла к глазку и, внутренне сжавшись в комочек от ужаса, посмотрела в него. Перед дверью стоял тот самый новый сосед, приходивший за спичками.
    - Не надо звонить в милицию, - ровным голосом проговорил он. И было в этом голосе что-то такое, что заставило меня послушаться и нажать кнопку сброса.
    Марс снова зарычал за моей спиной, и этот звук немного привел меня в чувство, заставив вновь начать мыслить здраво. Милицию вызвать всё-таки следовало, и я опять взялась за телефон.
    - Ложитесь спать, - произнёс из-за двери тот же ровный голос.
    - Черта с два, - буркнула я в ответ. - Там все стены в крови, и труп валяется посреди площадки.
    - Всё будет хорошо, - опять отозвался голос.
    - Да чего уж хорошего!
    С этими словами я круто развернулась и ушла в комнату. Продолжать явно бредовый разговор меня нисколько не тянуло, что делать, я знала и так. Вызвать милицию и ждать, что товарищи приедут и разберутся с совершенно ненормальной ситуацией, внезапно создавшейся в нашем почти всегда тихом и спокойном подъезде.
    Дежурная, судя по голосу, немолодая и сильно недовольная жизнью женщина, приняла мой звонок и пообещала, что наряд скоро будет. Надеясь, что так оно всё и случится, я села на диван и стала ждать, тупо уставившись в экран выключенного телевизора.
    В дверь снова позвонили минут через двадцать. На этот раз Марс никаких признаков беспокойства не проявил, попросту юркнув под диван. Так он всегда реагировал на приход мамы. И перед дверью в самом деле обнаружилась именно мама, с шикарным букетом в руках и весьма довольной улыбкой на лице.
    Улыбка эта меня непомерно смутила. На мой субъективный взгляд, внешний вид нашей лестничной площадки располагал к чему угодно, только не к такому вот мило-мечтательному выражению лица. Скорее уж, к рвотным позывам.
    Открыв дверь и впустив мать, я выглянула из квартиры и едва успела сдержать изумленный вопль. Трупа и головы на прежних местах не обнаружилось, и следы крови необъяснимым образом исчезли. Повинуясь собственному любопытству, я вышла на площадку и огляделась. Там всё было просто невероятно обыкновенно: чисто и симпатично.
    Я уже начала было обдумывать причину возникновения у меня столь причудливых галлюцинаций, когда догадалась все-таки посмотреть на дверь своей квартиры. На металле была видна вмятина, неглубокая, но весьма заметная. Такая, будто кого-то с невероятной силой впечатали в дверь спиной. Впрочем, судя по звуку удара, так оно, скорее всего, и было.
    Получалось, что ничего не получалось. Трупа не было, и кровь отсутствовала, это были очевидные факты. Но случившееся мне совершенно определённо не снилось, подпорченная дверь являлась тому неопровержимым доказательством. Бред. Полный, даже, пожалуй, полнейший бред.
    - Чего ты там разглядываешь? - поинтересовалась мама, успевшая уже разуться.
    - Ничего, - буркнула я, возвращаясь в квартиру.
    Милиция приехала, когда мама, закончив пристраивать цветы в вазу, рассказывала мне о своем вечере, чудесно проведённом в отличном итальянском ресторане с милейшим Петром Семёновичем. Почти все прилагательные, использовавшиеся при описании достоинств нового кавалера, были в превосходной форме. Судя по всему, драгоценная матушка изволила влюбиться.
    Даже то, что мне пришлось выйти и показать двум усталым, недовольным жизнью милиционерам вмятину на нашей двери, не испортило её настроения. Она лишь мельком обругала "проклятую пьянь" и продолжила вещать мне что-то про работу Петра Семёновича. С трудом покивав и поулыбавшись в ответ на мамины восторги, я наконец-то забралась под одеяло и на удивление быстро заснула.
     
    * * *
    Утром будильник дозвонился до моего сознания не сразу, так что времени на обстоятельное приведение себя в порядок не осталось. Наспех выпив чашку отвратительного растворимого кофе, я вылетела из подъезда и понеслась на остановку, надеясь, что долго ждать автобуса не придётся. Обычно я предпочитала добираться до метро пешком, но сегодня на это не было времени.
    Он стоял на остановке. Сосед. Я сразу его узнала и с трудом подавила приступ ужаса. К счастью, быстро сменившийся столь же сильным приступом негодования, едва не заставившим меня при всём честном народе громогласно потребовать объяснений. И всё-таки я себя сдержала. Может быть, только лишь потому, что подошёл автобус.
    В салоне мы оказались довольно далеко друг от друга, но в метро спустились вместе. Там-то я и вцепилась в рукав загадочного товарища, заставив остановиться и обернуться. Заодно наконец-то сумела разглядеть его лицо.
    На вид новому соседу было лет тридцать или чуть меньше. Лицо обрамляли довольно длинные светлые волосы, а глаза оказались удивительного, ярко-изумрудного цвета, заставившего меня заподозрить наличие линз. Никогда не видела прежде таких глаз, зато моя близкая подруга Таня обожала линзы всяких экзотических расцветок.
    - Здравствуйте, - негромко проговорил мужчина, довольно быстро ликвидировав с лица удивление.
    - И Вам не хворать, - мрачно ответствовала я, отбрасывая размышления о пресловутых линзах. - Я, знаете ли, жажду объяснений.
    - Каких объяснений?
    Новый сосед включил тот же ровный, спокойный голос, которым вечером велел мне не звонить в милицию и вообще идти спать. Но если вчера это еще как-то на меня действовало, то сегодня только разозлило.
    - Объяснений по поводу событий на лестнице, - прошипела я в ответ.
    Прибытие поезда прервало нашу беседу грохотом и завыванием, но я была настроена более чем решительно и рукав из руки не выпустила, поэтому в вагоне мы оказались рядом.
    - И что же Вы хотите знать? - сдался сосед, обречённо поглядев на мои цепкие пальцы.
    - Откуда что взялось и куда что делось.
    - А что взялось?
    Изумрудные глаза смотрели на меня абсолютно невинно, так, что, пожалуй, можно было даже и поверить в искренность последнего вопроса. Но для меня факты были слишком очевидны и слишком невероятны, чтобы сдаться и отступить.
    Впрочем, спрашивать про труп и отрубленную голову посреди толпы народа в вагоне было чрезвычайно плохой идеей. Грохот поезда, несущегося по тоннелю, конечно, перекрывал множество звуков, но всё-таки не все. Кто-то мог услышать нашу милую беседу и весьма удивиться её содержанию. Живо представив себе поджидающий нас у дверей вагона наряд милиции и последующее препровождение обоих собеседников под белы ручки в отделение для обстоятельного допроса, я сердито засопела и умолкла.
    Сосед, судя по всему, остался весьма доволен этим обстоятельством. Он осторожно высвободил свой рукав, отвернулся от меня и заткнул уши наушниками. Позлившись немного на это его поведение, я всё же сочла за благо закрыть тему. В конце концов, никуда он от меня не денется, вечером явится домой, и уж тогда ему будет не отвернуться и не отвертеться.
    Подарив затылку соседа мрачную ухмылку, напугавшую стоявшую рядом тётку, я вышла на своей станции и всю дорогу до работы с удовольствием представляла себе, как вечером припру этого типа к стенке. Вполне возможно, даже в буквальном смысле. Надо же хоть раз в жизни на практике применить навыки каратэ, приобретенные за восемь лет тренировок.
    Главред, к немалой моей радости, удовлетворился переписанным материалом и даже одарил меня улыбкой, неизменно кривоватой с того самого удара ниже пояса, полученного от меня на новогоднем корпоративе. Начиная с этой улыбки рабочий день прошел как по маслу, я настолько увлеклась, что подпрыгнула на стуле, услышав будильник. Без четверти семь.
    Пора было собираться, Тим ненавидел опоздания, потому я совершенно не сомневалась в том, что ровно в семь он подъедет к главному входу, и, если меня там не будет к этому времени, испорченный вечер гарантирован. Когда-то меня радовала его пунктуальность. Точнее, дисциплинировала, поскольку сама я - большая любительница везде опаздывать.
    Собравшись и наскоро приведя себя в порядок, я попрощалась с коллегами и выпорхнула на крыльцо. Часы над дверями показывали без двух минут семь. Выходит, я побила собственный рекорд скоростных сборов, управившись за тринадцать минут. А вот машины Тима, серебристо-голубого "Форда", почему-то не наблюдалось.
    Я вытащила телефон и позвонила, рассчитывая услышать недовольный голос, информирующий, что его владелец уже подъезжает. Или сердитый, сообщающий об очередной непредвиденной пробке. Тим ненавидел всё, чего не мог предвидеть и учесть заранее.
    Но трубку никто не взял. Я слушала гудки и думала, стоит ли мне начинать волноваться. В конце концов, мы договаривались встретиться в семь, нас ждали хозяева квартиры, и Тимофей не звонил мне, чтобы сообщить об изменении планов. Всё происходящее выглядело случайным, а с Тимом случайностей не случалось.
    Механический голос сообщил, что вызываемый абонент не отвечает. Я нажала сброс и набрала номер заново, не став пользоваться записью из памяти телефона. Вероятно, дело было в каких-то проблемах с сетью, потому что других причин не отвечать у Тима быть просто не могло.
    Вновь слушая гудки, я оглянулась на часы. Они показывали уже три минуты восьмого, а машины всё не было. Как и ответа. В трубке снова ожил механический голос, и я ощутила нарастающее беспокойство. И, чтобы хоть что-то сделать, позвонила Тиму на работу.
    Ответил мне Игорь, коллега Тимофея и его ближайший сосед по офису. Он, как обычно, тепло поприветствовал меня и сообщил, что Тим уехал уже довольно давно. Оказывается, Игорь даже был в курсе того, что сегодня мы едем смотреть квартиру. И, конечно же, не меньше меня удивился тому, что Тимофей ещё не приехал за мной.
    - Я сейчас наберу ему с городского, - пообещал он. - Может быть, возникли неполадки с сетью. Наберу и тебе перезвоню.
    Уверенный голос Игоря немного меня успокоил. Я была рада тому, что у Тима есть такой друг. На самом деле, это было сродни чуду. Тимофей был слишком педантичен и в работе и в жизни, выносить это было не так-то легко, потому друзей у него практически не было. Во всяком случае, за два года наших отношений я сумела записать в эту категорию только Игоря и еще одного товарища, Женю.
    Этого Женю я терпеть не могла. Был он дурак и пьяница, и за все время нашего с ним знакомства я так и не смогла понять, что связывало его и Тимофея. Двух более непохожих, как внешне, так и по характеру, людей трудно было себе представить. Но, видимо, что-то их все-таки связывало, и весьма прочно, потому, что дружили они едва не с детского сада и, кажется, с тех самых пор ни разу не ссорились.
    Телефон ожил в моей руке. Звонил Игорь. Ничего утешительного он мне сообщить не смог, Тим не брал трубку и на моем горизонте так и не показывался. С учетом его всегдашней пунктуальности впору было писать заявление о розыске. Но с учётом российских реалий это самое заявление, конечно же, не примут. Отсутствие человека в течение пятнадцати минут в этой стране не считается поводом для паники. Впрочем, опоздание на четверть часа в Москве и не было бы поводом для таковой, если бы речь шла о любом другом человеке, не о Тимофее Волегове.
    Я кожей чувствовала, что случилось нечто по меньшей мере неприятное. Но даже не могла себе представить, какой могла бы быть причина подобного опоздания. Единственным, что пришло мне в голову, была авария. Автокатастрофа. По спине пробежал неприятный холодок. Но всё же, я решила еще подождать.
    На крыльцо выкатились Маша и Оля, мои коллеги. И несказанно удивились, увидев меня. Они уже успели познакомиться с Тимом и его пунктуальностью. Но для разговора с девчонками я была слишком взволнована, потому мы наспех распрощались, и я продолжила нервно прохаживаться по ступеням в одиночестве, погруженная в собственные невеселые размышления. Потому и не обратила внимание на подъехавшую к крыльцу черную "Ауди". Мало ли машин останавливается возле редакции. А зря.
    На самом деле, я совершенно ничего не успела понять, прежде, чем оказалась всунутой на заднее сиденье этой самой "Ауди" между двумя типами в чёрных костюмах и тёмных очках. С перепугу типы показались мне близнецами, и, только додумав эту мысль, я сообразила, что надо бы заорать и позвать на помощь. Увы, эта идея слишком запоздала. Сперва мне заклеили рот липкой лентой, а потом, вдобавок, натянули на голову мешок. Даже не дали возможности поинтересоваться, куда, собственно, меня везут и зачем. Сволочи.
    Ехали мы долго, что при нынешней загруженности московских дорог совершенно неудивительно. Сначала по городу, потом, видимо, по какой-то грунтовой дороге, а потом и вовсе по полному бездорожью. Машину так бросало по кочкам и ямам, что мне пришлось изо всех сил сжать челюсти, чтобы не прикусить язык. Наконец, долгий и неприятный путь закончился.
    Мешок с меня стащили в какой-то комнате без окон, предварительно без особой вежливости усадив в кресло. Швырнув, если уж называть вещи своими именами. Удобство самого кресла, правда, несколько сгладило неприятное впечатление. И чуть успокоило. Тех, кого собираются убивать, в кресла обычно не сажают. Наверное. Меня никогда еще не собирались убивать, так что точно я этого знать не могла.
    Проморгавшись, я узрела перед собой мужчину лет сорока, в элегантном костюме стального серого цвета. Очень дорогом костюме. Незнакомец сидел на столе и внимательно меня разглядывал. Внимательно и совершенно по-деловому. Расстегнувшаяся верхняя пуговица на блузке его ничуть не заинтересовала. Это меня порадовало, хотя и не сильно. В моем положении вообще довольно трудно было чему-то сильно порадоваться.
    Чья-то рука вынырнула из-за моего плеча и сдёрнула липкую ленту. Вспышка боли заставила застонать. На самом деле мне хотелось завопить и выругаться. И не просто выругаться, а обложить всю эту компанию похитителей во много-много этажей, но глаза сидевшего на столе напротив меня мужчины в костюме заставили меня умолкнуть, ограничившись лишь невнятным звуком.
    - Вы, вероятно, хотите узнать, чего мы от Вас хотим?
    Голос у незнакомца оказался удивительно мягким и глубоким, но холод в глазах вынуждал меня ощущать, что эта мягкость лишь бархат, в который завёрнуто стальное лезвие. Очень острое и опасное.
    - Не отказалась бы, - осторожно ответила я, изо всех сил стараясь не выдавать своего страха.
    - Вы боитесь, - безапелляционно заявил незнакомец. - Знаете, это совершенно нормально в Вашем положении, скрывать страх нет большой нужды. Но мне хотелось бы Вас успокоить. Если Вы будете вести себя адекватно, Вам ничего не угрожает.
    - Рада это слышать. И еще более рада буду всё-таки узнать, что Вам от меня нужно.
    - Лишь немного информации, - улыбнулся мужчина.
    - Какого рода?
    За несколько секунд я успела перебрать в голове все темы, которыми когда-либо занималась на работе и придти к выводу, что ни одна из них не должна была бы заинтересовать личностей, способных организовать подобное похищение. Впрочем, могло статься и так, что эти самые личности только думали, что я знаю что-то важное. Или я знала это самое "что-то важное", сама о том не подозревая.
    - Нас интересуют сведения о местонахождении принца Владислава Владимирова.
    - Чего?! - выдавила я, задохнувшись от изумления. - Какого еще принца?!
    Признаться, от этого вечера я ожидала теперь уже чего угодно. Вопросов о политике, о грязных делишках каких-нибудь бизнесменов, о внутренних делах редакции. Но никак не о каких-то там принцах!
    - Я вижу на Вас след его ментального прикосновения, - спокойно проговорил мужчина, и от холода в его голосе меня бросило в дрожь, словно от выплеснутого на голову ведра ледяной воды.
    - Не понимаю, о чём Вы.
    Казалось, по лицу мужчины промелькнула тень сомнения, но исчезла она слишком быстро, чтобы можно было с уверенностью утверждать, что это в самом деле произошло. Мгновенным, нечеловечески плавным движением незнакомец перетёк со стола ко мне, нагнулся и положил ладонь на мой лоб, осторожно сдвинув длинную челку.
    - Нет, сомнений быть не может. Он прикасался к Вашему сознанию.
    Если бы я уже не сидела, откинувшись на спинку кресла, обязательно бы отшатнулась. Ладонь мужчины оказалась очень холодной. Такой, словно он много времени провёл на морозе. Но ведь на дворе был май, и погода стояла весьма теплая. А в комнате, где мы оба находились, было, пожалуй, даже жарковато.
    - Повторю, - пробормотала я едва слышно. - Я не понимаю, о чём Вы говорите.
    И тут вспомнила вчерашний вечер. Ровный, спокойный голос нового соседа, велевший мне не звонить в милицию, и почти заставивший именно так и поступить. Неужели всё дело было в этом?
    - Постойте. Вчера у нас в подъезде кое-что произошло, - сказала я.
    Наверное, в тот момент я сказала бы всё, что угодно, лишь бы прекратить ледяное прикосновение к своему лбу.
    - Подробнее, - попросил мужчина, к великому моему облегчению наконец-то убирая руку.
    - Примерно в половине двенадцатого, - начала я, - Что-то сильно грохнуло в мою дверь. Я подошла, чтобы выглянуть в глазок и посмотреть, что происходит. И увидела труп. Не уверена, но он, кажется, был обезглавлен, голова валялась рядом. Я хотела вызвать милицию, но мой новый сосед велел мне этого не делать.
    - Дальше.
    - Я всё-таки позвонила. Но через двадцать минут никаких следов на площадке уже не было. Ни тела, ни головы, ни крови.
    Мужчина заметно удивился. И что-то, наверное, интуиция, подсказала мне, что удивление у него вызвал не факт бесследного исчезновения обезглавленного трупа и всех прочих следов совершения убийства.
    - Значит, новый сосед, - медленно проговорил незнакомец. - Нам надо будет с ним познакомиться. Сейчас мои ребята отвезут Вас домой. Вы покажете им, в какой квартире он поселился, и будете спокойно сидеть дома, что бы ни случилось. Если сделаете всё правильно, мы с Вами забудем об этой встрече. И всё в Вашей жизни пойдёт по-прежнему.
    Я медленно кивнула, соглашаясь, и тут вспомнила о Тиме. Стыд заставил мои щёки вспыхнуть. Перепугавшись за себя, я совершенно забыла волноваться о пропавшем женихе. Может быть, сейчас это было и простительно, но подобное соображение мало что изменило. Я не готова была запросто прощать себе подобный эгоизм.
    - А Вы, случайно, не в курсе, куда исчез мой жених? - поинтересовалась я, шалея от собственной наглости.
    - Ваш жених? - довольно искренне изумился незнакомец, успевший уже отойти от меня и вернуться на свой стол. - Даже не знал, что он у Вас есть.
    Он снова посмотрел на меня своими холодными серыми глазами, и неожиданно продолжил:
    - Давайте начистоту, милая девушка. Я не знаю даже Вашего имени, и уж подавно не в курсе деталей Вашей биографии. Мы просто засекли на Вас ментальный след принца Владислава, и потому привезли сюда для разговора. Так что я ничего не знаю об исчезновении Вашего жениха, но позволю себе выразить надежду на то, что с ним все будет в порядке. А теперь, с Вашего позволения и для Вашего же собственного блага позвольте моим подчинённым вновь надеть на Вас мешок.
    - Рот не заклеивайте, - попросила я, не особо надеясь на исполнение этой просьбы. - Я не буду кричать, честное слово.
    К моему удивлению, мужчина кивнул, поднялся на ноги и направился к выходу из комнаты. Увидеть, что там было за дверью, я не успела, его подчиненные слишком уж оперативно выполнили распоряжение относительно мешка.


Глава 2. Одно из двух



    Весь путь до дома я думала. К своему стыду, не о Тимофее, а о том, правильно ли поступила, рассказав этим товарищам про нового соседа. И, в конце концов, решила, что правильно. Неизвестно, что бы со мной сделали, начни я упрямиться. А этот самый сосед был мне, в сущности, всего только соседом. Я даже имени его не знала.
    К тому же, меня донельзя возмутил этот самый "ментальный след". Он, оказывается, прикасался к моему сознанию. Как будто я ему это позволяла. А ведь подобное прикосновение будет поинтимнее многих, если разобраться. Так что в какой-то мере сейчас он получал от меня по заслугам. Нечего к незнакомым девушкам так вот нахально "прикасаться". Да еще и следы при этом оставлять.
    Конечно, совесть шевелилась где-то в недрах моей личности. Очень-очень глубоко. Но у меня была жизнь, работа, мама, старшая сестра и Тимофей. И еще кот Марс, который без меня наверняка снова окажется бродячим. Ради всех их мне следовало заботиться в первую очередь о себе, а не о каком-то там подозрительном новом соседе.
    Но вопрос о том, куда так внезапно пропал Тимофей, оставался без ответа, и об этом я тоже не могла не волноваться. Следовало позвонить ему как можно скорее. Вот такие невеселые мысли я и перебирала, пока мы ехали ко мне домой.
    Мешок с меня сняли уже у самого дома. На этот раз "близняшки" были куда более галантны, один из них даже подал мне руку, чтобы помочь выбраться из машины. Руку я сердито проигнорировала, но все равно не могла не отметить перемену в отношении, позволявшую надеяться на то, что мне и вправду ничего больше не угрожало. Я ведь всего только журналистка, притом начинающая. Мой удел - статьи о таких же начинающих депутатах и плохой работе коммунальных служб, а совсем не погони, похищения и трупы на лестницах.
    Вместе со все теми же молчаливыми "близнецами" я поднялась на свой этаж, молча ткнула пальцем в дверь квартиры, в которой обосновался подозрительный жилец и направилась домой. Меня никто не стал удерживать, так что я почти спокойно отыскала ключи, проскользнула в свою квартиру и быстро заперлась на все замки, а не на одну только задвижку, как обычно. К счастью, мама дома отсутствовала, значит, не успела из-за меня разволноваться. Впрочем, скорее всего она бы и так не волновалась, потому что вчера я рассказала ей о наших с Тимом квартирных планах.
    Встретил меня только Марс, еще более взъерошенный и перепуганный. Он не стал тереться о мои ноги и выпрашивать еду, хотя, несомненно, был уже голоден. Ему явно было не до таких мелочей. Ужас кота меня беспокоил, но и мне было, в сущности, не до мелочей. Я бросилась звонить Тиму.
    Его мобильный по-прежнему не отвечал. В очередной раз дождавшись механического голоса, я нажала кнопку отбоя и набрала ему на домашний. Ответила мне его мама, довольно милая пожилая женщина. Вспомнив о ее немолодых уже годах и прилагающихся к ним болезнях, я приложила все усилия, чтобы не взволновать ее.
    К счастью, мне это удалось. Я довольно убедительно поведала Римме Васильевне историю о том, что у Тима, вероятно, какие-то проблемы с мобильным, а я просто хотела кое-что с ним обсудить относительно квартиры, надеясь, что он уже добрался домой.
    К счастью, я успела закончить разговор со своей потенциальной свекровью до того, как в подъезде снова, второй вечер подряд, начали происходить неприятные события. Судя по звукам, дверь соседней квартиры ломали, а дверь там, надо сказать, была неслабая, и грохот раздавался соответствующий. Такой, какой должен был бы поднять на ноги и, далее, на уши, весь подъезд, если не весь дом.
    Удивительно, но, не считая этого самого грохота, было тихо. Нигде не хлопали двери, никто из соседей, многие из которых в этот не ранний уже час были, несомненно, дома, не поинтересовался, что же такое творится в подъезде. И это было по меньшей мере не совсем нормально. Обычно любое происшествие на лестнице вызывало живейшую реакцию местной публики.
    На этот раз мое любопытство, впрочем, тоже спасовало перед страхом неизвестности. Я осталась сидеть на диване, в одной руке сжимая телефонную трубку, а другой рассеянно поглаживая по спине прижавшегося к моим ногам перепуганного Марса. И даже намеренно отвернулась от входной двери, уставившись в окно.
    Следующая порция грохота раздалась уже из соседней квартиры. Судя по всему, там падала и ломалась мебель. Потом оттуда донесся отчаянный вопль, свидетельство того, что кому-то крепко досталось. А потом послышался звон стекла, и на моем балконе оказался мужчина. Я едва сдержала крик, узнав в нем соседа. И даже мельком успела понадеяться на то, что алые пятна на его облегающей белой футболке это элемент дизайна, а не следы крови. А сразу после того, как я додумала эту мысль, он исчез. И больше я уже не думала ни о чем, рванувшись к балконной двери.
    Если бы мы с мамой и сестрой не скинулись в прошлом году на новые, пластиковые окна, все могло бы еще закончиться хорошо. Но беда заключалась в том, что мы это все-таки сделали, и потому мне не пришлось возиться с парой старых шпингалетов, открывавшихся безумно тяжело из-за многочисленных слоев краски. Новая ручка повернулась легко и быстро, и я оказалась на балконе. Как раз вовремя, чтобы в меня влетел один из близнецов. Влетел с невероятной для человека силой и скоростью, я даже не успела заметить, как и откуда он вообще появился.
    Будь наш балкон застеклен, события имели бы еще один шанс на благоприятное для меня развитие. Но мама против остекления возражала, считала, что если это сделать, в квартире станет слишком темно. Да и денег у нас, признаться, не было. Поэтому я так и не нашла за что ухватиться, и с воплем вылетела с балкона. С четвертого этажа.
    Говорят, в такие моменты вся жизнь проходит перед глазами. Или случается что-нибудь другое, примерно столь же пафосное и глупое. Не знаю, как там у прочих представителей рода человеческого, но у меня ничего подобного не произошло. Я вспомнила не детские игрушки и не первый поцелуй, а всего только одно слово. Притом не самое литературное. И даже не успела устыдиться, прежде чем повстречалась спиной с чем-то очень и очень твердым.
    К счастью, это оказалась не бетонная отмостка, опоясывавшая дом, и не кирпичи, которыми были обложены разбитые под нашими окнами клумбы. Это оказались руки новоявленного соседа, каким-то невероятным образом ухитрившегося поймать меня, да еще и удержать мое стройное, но далеко не невесомое тело. Набравшее, вдобавок, изрядную скорость при полете с более чем десятиметровой высоты.
    Прежде чем я успела подумать о том, каким же образом ему удалось самому остаться в живых и на ногах, да еще и столь беспардонно нарушить все законы физики, ловя меня на лету, я оказалась сидящей на той самой отмостке, встречи с которой так испугалась еще в полете. А сосед бросился бежать с совершенно невероятной скоростью. Он буквально размазался в сгущающихся сумерках, и исчез из виду.
    "Близнецы" почти одновременно приземлились рядом со мной, и последовали за ним ничуть не менее шустро. Все события уложились в какую-то пару мгновений, даже удивительно, как мне удалось столь ясно их осознать. Потом, продолжая сидеть не в силах подняться, я осознала и еще одно не самое приятное обстоятельство. Я оказалась на улице, без верхней одежды и ключей от своей запертой изнутри квартиры. И то, что у Марии Борисовны имелись запасные ключи, меня никак не спасало. Дверь все равно была закрыта на задвижку, отпиравшуюся только изнутри. И главной проблемой, надо полагать, будет объяснить, каким же образом я при всем при этом умудрилась очутиться снаружи.
    Когда через несколько минут сердце переместилось, наконец, из горла в более естественное для него место в груди, я рискнула подняться. Спина и бедра отчаянно заныли в тех местах, где меня схватили руки соседа, этого предположительного принца Владислава или как его там, но ходить я могла, и это радовало. Шепотом вспомнив еще парочку нецензурных слов, я поплелась к подъезду.
    Мария Борисовна открыла мне не сразу, и с выражением какого-то тупого ужаса уставилась на валяющуюся посреди нашей площадки вывороченную дверь. Мне показалось, старушка только что проснулась.
    - Батюшки! Это что же тут такое случилось?! А я спала, и не слышала даже...
    Не показалось.
    - Мария Борисовна, - как можно спокойнее проговорила я. - Я тут выходила поговорить с человеком, и у меня, похоже, сломался замок. Придется спасателей вызывать, разрешите мне от Вас позвонить?
    - Конечно, конечно. И в милицию позвони. Это кто ж такое натворил? - залопотала соседка, пропуская меня в свою квартиру.
    Я сделала и то, и другое. Спасатели приехали раньше, минут через тридцать после моего звонка. И, конечно же, потребовали мои документы. Которые, конечно же, были заперты в квартире. К счастью, Мария Борисовна встала за меня горой, предъявила все свои документы и пообещала подтвердить хоть под присягой, если нужно, что я действительно ее соседка и хозяйка запертой квартиры.
    - Я ведь ее, мальчики, десять лет уже знаю, - решительно заявила она.
    "Мальчики" спасовали перед таким напором и принялись за работу, причем сделать свое дело ухитрились так быстро, что я мысленно посулила всякие нелегкие фирме, устанавливавшей нам дверь. Не такой уж и надежной она оказалась. Не такой, во всяком случае, как они клятвенно обещали.
    Вновь оказавшись дома и рассчитавшись со своими спасителями, я оценила положение вещей. Дверь едва запиралась на один замок, причем запиралась так, чтобы только не открываться самостоятельно. Ей определенно требовался серьезный ремонт, а то и вовсе замена, так что, судя по всему, вопрос со съемом квартиры откладывался еще на месяц-два.
    Сегодня, впрочем, приступать к решению вопроса с дверью было уже слишком поздно, он переносился на завтрашнее утро. Так что для начала следовало позвонить Тиму. Именно так я и поступила, но оба звонка на мобильный ничего не дали, а домой ему я звонить уже не рискнула. Во-первых, его мама уже наверняка легла спать, а, во-вторых, второй звонок точно показался бы ей подозрительным.
    Мне хотелось бы волноваться за Тимофея, но на это уже попросту не было сил. Я отключилась прямо на диване и успела проспать целых полчаса, прежде чем меня разбудил звонок прибывших милиционеров.
    От них я отделалась довольно быстро, рассказав, что выходила поговорить с коллегой, сидела у него в машине и ничего не видела и не слышала. А когда пришла, застала соседнюю дверь уже выломанной, а свою - безнадежно запертой. В ответ на законный вопрос о том, не могли ли те же личности, что вломились к соседям, испортить и мой замок, только пожала плечами. О соседе, обитателе разгромленной квартиры, я сообщила лишь то, что знала наверняка. То есть, описала его внешность, довольно расплывчато. Про то, что виделись мы не только тогда, когда он зашел за спичками, и про то, что какие-то непонятные личности разыскивают его как некого принца, я, само собой, даже не стала упоминать. А равно умолчала и о безумной погоне, повлекшей мое падение с собственного балкона. Перспектива оказаться в дурдоме никогда не казалась мне радужной.
     
    * * *
    Утром я проснулась с больной головой и обнаружила, что мама ночевать не приходила. Надо полагать, второе свидание с Петром Семеновичем оказалось еще увлекательнее и, надеюсь, еще приятнее первого. Честно говоря, я искренне желала своей матери счастья, ведь ей было всего сорок восемь, и вот уже десять лет, с самой смерти моего отца, она ни разу не встречала достойного мужчину.
    Ну, и еще, чего уж там греха таить, я немного надеялась на то, что, встретив этого самого достойного, мама переедет к нему, и освободит нашу крошечную однушку для меня и Тима. Чтобы нам не пришлось скитаться по съемным квартирам.
    Первым долгом, даже не сварив кофе, я позвонила и договорилась насчет двери. Приятный мужской голос порадовал меня новостью о том, что как раз сегодня у них отменился один заказ, а потому бригада свободна и выедет ко мне в самое ближайшее время. Уже заваривая себе ароматный напиток, я подумала о том, можно ли считать эту новость хорошей по сравнению с тем, что мне удалось относительно безболезненно пережить падение с четвертого этажа. И решила, что все-таки можно.
    Кофе взбодрил меня, заставив вспомнить о Тиме и схватиться за мобильный. Но все три попытки дозвониться новостей не принесли. Тимофей по-прежнему не брал трубку. Зато зазвонил домашний телефон. И это была Римма Васильевна, взволнованным голосом поинтересовавшаяся, со мной ли сейчас ее сын. У меня не было сил солгать.
    - Я иду в милицию, - решительно заявила трубка мне в ухо.
    - Конечно, - горячо поддержала я.
    Поддержала, хотя прекрасно знала, что заявление там не примут. Только посмеются над бедной старушкой, наговорят гадостей про то, что сынок ее, вполне возможно, загулял с какой-нибудь красоткой, и нежится сейчас преспокойно в ее постели. А на звонки невесты, само собой, не отвечает, потому как кто ж в такие моменты станет беседовать со своей невестой?
    Я хорошо знала, как это бывает. Мой отец десять лет назад исчез почти так же, и так же в милиции отказывались принимать мамино заявление. А потом тело отца нашли под мостом в пригороде. К счастью, если верить медицинскому заключению, умер он мгновенно, охотники за чужим имуществом перестарались с ударом по голове. Я поддержала Римму Васильевну потому, что знала, что не смогу ее отговорить. Да и не хотела этого делать.
    Возможно, пора было приниматься за самостоятельные поиски. Но, думая об этом, я ловила себя на мысли, что даже не представляю, с чего их можно было бы начать. Тим никогда не пропадал, и я не знала ни одного места, куда он мог бы податься, не сообщив мне. Разве что в очередной раз помчался спасать своего Женю. И если это в самом деле так, соваться к нему было плохой идеей. А еще к своему стыду я поняла, что боюсь на самом деле обнаружить его в кровати какой-нибудь девицы.
    Так что мне оставалось только пить кофе и ждать обещанную ремонтную бригаду. И еще надеяться на то, что мой внезапный персональный кошмар все-таки завершился, и что не будет больше похищений, погонь и особенно падений с большой высоты.
    Вспомнив о падении, я подошла к большому зеркалу в коридоре, задрала футболку и оглядела свою спину. Мои подозрения подтвердились, там красовался изрядный синяк. Все-таки законы физики отменить нельзя, ударилась я очень сильно. Не о землю, к счастью, но и рук моего нежданного спасителя хватило. Приложившись о землю я бы, конечно, синяками не отделалась, и меня радовало, что этого не случилось.
    Совесть отозвалась новым уколом. Сосед спас мне жизнь, а я ведь привела к нему эту парочку. Сознательно и добровольно привела. Но с этими угрызениями мне удалось справиться быстро, напомнив себе о том, что если бы некоторые не оставляли где попало своих ментальных следов, никакого падения вообще бы не произошло. И мне не пришлось бы раскошеливаться на ремонт двери.
    К счастью, бригада прибыла в самом деле оперативно, и управилась с ремонтом всего за полтора часа. Расплатившись, поблагодарив и распрощавшись, я наконец-то собралась в магазин. Наши с Марсом желудки настойчиво требовали еды, а в холодильнике было пусто, и кошачьего корма тоже совсем не осталось.
    Но добраться до магазина мне было не суждено. У подъезда меня ждали все те же знакомые "близнецы". Веско пообещав убить на месте, если рискну хоть пикнуть, они препроводили меня все в ту же машину, вновь натянули на голову мешок и куда-то повезли. Кошмар продолжался. Даже, наверное, набирал обороты.
    Будучи избавленной от порядком надоевшего уже мешка, я обнаружила себя в той же комнате без окон, в том же самом кресле. И снова передо мной на столе сидел вчерашний мужчина, на сей раз, правда, уже не в строгом деловом, а в спортивном костюме.
    - Сдается мне, Элла Павловна, Вы вчера нас обманули, - заявил он вместо приветствия.
    - Нет.
    Я энергично замотала головой, стараясь выглядеть как можно более искренней. Эффекта мои старания не принесли.
    - А я думаю, да. Вы не поддались приказу и не заснули, но это не так важно, как то, что Владислав вчера спас Вам жизнь. Думаю, Вы с ним связаны теснее, чем сообщили нам.
    - Да никак я с ним не связана, - в отчаянии выдохнула я. - И на спасение своей жизни совершенно не рассчитывала. Я даже имени его не знала, пока Вы мне его не сказали.
    Мужчина прищурился, внимательно разглядывая меня. Явно решая, стоит ли мне верить. И после некоторой паузы снова заговорил:
    - Возможно. Возможно, Вы говорите правду, и Владислав в Вашем отношении всего лишь проявил благородство. Вовсе, кстати, для него не характерное. Насколько я его знаю, на вас, людей, ему плевать с высокой елки. Но может статься и так, что все это лишь ловкий обман.
    Эта фраза меня одновременно безумно напугала, рассмешила и озадачила. Напугала потому, что мне явно не верили, а это в моем положении пленницы просто не могло не напугать. Рассмешила тем, насколько не вязалось со всем этим ужасом и самим обликом говорящего упоминание плевка с высокой елки. А озадачил меня оборот "вас, людей". Можно подумать, Владислав не был...
    И тут я с пугающей ясностью осознала еще один факт. Владислав действительно не был. Не был человеком. Человек не пережил бы прыжка с четвертого этажа с такой легкостью, словно это был прыжок с тротуара на проезжую часть. И уж точно ни один человек не сумел бы так легко поймать падающую с изрядной высоты девушку. Да и бегать с такой скоростью, какую я вчера наблюдала, люди совершенно определенно не способны.
    Итак, этот мой новоявленный сосед, оказавшийся каким-то там принцем, не был человеком. Отлично, просто замечательно. Особенно учитывая тот факт, что "близнецы", судя по всему, являлись существами той же породы. Как и этот тип, уставившийся на меня с высоты своего стола. Вопрос состоял лишь в том, кем они, черт возьми, все были.
    - Вижу на Вашем лице задумчивость, - холодно проронил мужчина. - О чем размышляете, Элла Павловна?
    - О том, кто вы все такие, - честно призналась я.
    - А Вы этого не знаете?
    - Даже не представляю. Вампиры, что ли? - брякнула я первое, что мне пришло в голову. Последнее время эти проклятущие вампиры стали настолько популярны и повсеместны, что личная встреча с ними удивить меня уже не могла. К моему ужасу, мужчина кивнул и обнажил в улыбке длинные клыки.
    А дальше события покатились, как санки с горы. Увидев его улыбчивый оскал, я расхохоталась. И хохотала, пока слезы не полились у меня из глаз ручьем. Я даже и сама не понимала, был ли этот безумный смех вызван страхом или весельем, и мне было совершенно не до подобных пониманий. Я просто смеялась, вот и все. Что, в конце концов, я могла еще сделать?
    Мужчину мой внезапный приступ веселья определенно озадачил. Он просто продолжил сидеть на своем месте, внимательно наблюдая за моими движениями, явно не понимая, что вызвало у меня такую бурную и неожиданную реакцию. Наконец, я отсмеялась и нашла в себе силы заговорить внятно.
    - Правда? И что, вы пьете кровь и боитесь серебра, солнечного света, чеснока и чего там еще? А я, между прочим, видела этого вашего Владислава на автобусной остановке посреди ясного утра. Стоял себе преспокойно, ждал автобус. И, кстати, не горел при этом. Даже не светился ни капельки.
    Мысль о вампирах, ездящих в автобусах, чуть было не вызвала у меня новый приступ гомерического хохота. Потому как в соответствующей литературе их обычно изображали существами слишком утонченными и надменными для подобного поведения.
    - Владислав - принц, - неожиданно отозвался со своего стола так и не удосужившийся представиться тип. - Он истинный, а значит, не боится ни серебра, ни солнца, ни всего остального, что Вы перечислили. Даже днем он значительно сильнее любого обычного человека, а после заката становится сильнее и любого обращенного.
    - Помедленнее, я записываю, - буркнула я. - Какие еще истинные-обращенные? Впервые о таком слышу.
    Мужчина хищно усмехнулся, и я отметила про себя, что клыков у него уже не наблюдалось. Но улыбку все равно было никак не назвать приятной или хоть немного дружелюбной. Это была настоящая гримаса хищника, мило беседующего со своей добычей. Пока что мило беседующего.
    - Разночтения в легендах о вампирах существуют из-за того, что мы в самом деле разные, - сообщил мой "пока что милый" собеседник в ответ. - Существуют истинные вампиры, которые таковыми и рождаются, и обращенные, которые когда-то были людьми. И вот у обращенных как раз сложные отношения с солнечным светом. Мы его не выносим. Он нас сжигает, так что днем мы предпочитаем спать в укромных темных местах. Единственное, что позволяет нам выносить солнце, это кровь истинных. И действует она, увы, не слишком долго. Но, заметьте, достаточно долго, чтобы поймать Вас, если вы решите сбежать на улицу в надежде, что мы не сможем туда за Вами последовать.
    Я вздрогнула. Только что в голове у меня промелькнула именно такая мысль - выбраться из этого дома, пока еще светло, и куда-нибудь да удрать, лишь бы оказаться подальше.
    - Рада за вас, - пробормотала я, чуть оправившись от нахлынувшего с новой силой страха. - Но я, знаете ли, сказала правду. Я в самом деле никак не связана с этим Владиславом. И считала его просто новым соседом, пока не заварилась вся эта каша.
    - Возможно, - задумчиво отозвался мужчина, - Вы говорите правду. И тогда Ваша поимка нам ничего не дает. Но возможно, и, с учетом некоторых фактов, гораздо более вероятно, что Вы просто лжете, а на самом деле являетесь миньоном Владислава. Тогда мы не зря Вас сюда привезли.
    - И каких же это, позвольте спросить, фактов? - с трудом заставила себя поинтересоваться я, решив отложить вопрос о том, кто такие миньоны, до лучших времен.
    - Вы не поддались воздействию, - ответствовал тип, заинтересованно разглядывая меня. - Не уснули вместе с остальными. А моим ребятам вполне под силу воздействовать на любого человека, но не на миньона, конечно. Кроме того, на Вас есть следы его ментального воздействия.
    - Но ведь я же говорила, что он велел мне не вызывать милицию, - отчаянно прошептала я.
    - Да, я это помню. Как помню и то, что Вы все-таки ее вызвали. Либо это нестыковка, выдающая Вашу ложь, либо Вы миньон истинного, более сильного, чем принц Владислав. Но, насколько мне известно, единственным более сильным истинным в Москве был покойный отец принца. Его миньоны известны, Вы не из их числа, да и с чего бы ему делать миньоном какую-то там начинающую журналистку? Король Игорь предпочитал ловить рыбку покрупнее. Каков вывод?
    - Но я не лгу!
    Мое искреннее возмущение не достигло цели, собеседник его попросту проигнорировал.
    - Вы лжете, деточка, - холодно сообщил он. - И, притом, довольно неумело. Признайтесь, Вы просто любовница принца.
    - Никакая я ему не любовница, - вспылила я, выпрямляясь в кресле. - У меня, между прочим, есть жених, которого я люблю!
    - Кому это мешает? - фыркнул мужчина. - Раздевайтесь.
    - Чееееего?!!
    - Раздевайтесь. Или мы Вам поможем. Белье можете оставить.
    Я ощутила позади чье-то присутствие, оглянулась и увидела "близнецов". Пользоваться их помощью мне не хотелось совершенно, потому я почла за благо исполнить требование и разделась.
    Мужчина снова моментально перетек ко мне и придирчиво осмотрел все мое тело, особенно много внимания уделив бедрам. Все время осмотра я стояла посреди комнаты, борясь с искушением пнуть его пониже пояса.
    - Одевайтесь.
    - Искали следы укусов? - не без сарказма поинтересовалась я, натягивая водолазку.
    - Именно. Странно, но их нет.
    - И ничего странного. Просто я говорю правду.
    - Странно, но вы не поддаетесь и моему воздействию, - без выражения обронил мужчина, вновь усаживаясь на стол. - Все-таки Вы миньон Владислава, просто связь ваша давно не возобновлялась.
    - Может, тогда хоть объясните мне, кто такие эти миньоны? - проворчала я, влезая обратно в джинсы. - Должна же я знать, кто я есть.
    - Миньоны это люди, которым истинные давали свою кровь, - спокойно пояснил мужчина. - Они находятся под определенным контролем и выполняют все приказы хозяев. Обычно этим пользуются для того, чтобы иметь надежных деловых и политических партнеров. И, конечно же, партнеров сексуальных.
    - Фу, - фыркнула я, вновь усаживаясь в кресло.
    - Обычно людям это даже нравится, - ухмыльнулся один из "близнецов". И тут же умолк под гневным взглядом своего начальника.
    - Ладно. Будет ли мне позволено спросить, что со мной будет дальше? - все-таки решилась поинтересоваться я, воспользовавшись относительным благодушием собеседников.
    Босс неприятно ухмыльнулся, поигрывая длинным узким кинжалом, до этого спокойно лежавшим на столе, и ответил:
    - А это, милейшая Элла Павловна, зависит от Вашего хозяина. От принца Владислава. Либо он придет за Вами, и мы его наконец-то схватим и убьем вас обоих, либо он за Вами не придет, и мы убьем только Вас, за ненадобностью. Ну, и заодно в надежде на то, что принц явится хотя бы отомстить. Одно из двух, но для Вас путь один. На тот свет.
    От ужаса у меня пересохло в горле, но я все же сумела задать последний, вероятно, вопрос:
    - С чего бы ему приходить мстить, если уж он не придет меня спасать?
    - О, - рассмеялся мужчина в ответ, - Принц, скорее всего, не питает к Вам ни малейшей привязанности, и не стремится сохранить Вашу жизнь. Но убийство миньона - тяжкое оскорбление, из числа тех, которые будущему королю сносить непозволительно. А поскольку Владислав явно до сих пор надеется занять место своего отца, он просто обязан будет отомстить за Вашу гибель. Если же он этого не сделает, получится неплохой для нас третий вариант. Конечно, смерть принца крайне желательна, но и опозорить его было бы тоже неплохо. Тогда мой хозяин все равно станет королем. А от принца можно будет избавиться позже.
    Да уж. Правда заключалась в том, что для меня не было никаких двух. Только одно из одного же. Меня, не повинную ни в чем, кроме неудачного выбора места проживания, при любом раскладе ждала смерть. Причем после нее мне предстояло так и остаться неотомщенной, ведь я не была миньоном этого проклятого принца. Стало быть, и мстить за меня у него причин не было.
    - Но мы ведь подождем Владислава, правда? - почти умоляющим тоном пробормотала я.
    Главный торжествующе улыбнулся, все продолжая вращать кинжал в ладонях, и насмешливо ответил:
    - Вот ты и созналась, что ждешь его появления. С этого следовало начинать, но, впрочем, это уже неважно. Мы подождем его пару-тройку дней. Уверяю, скучать не придется, мои мальчики о тебе позаботятся. Ты ведь все равно расходный материал, а ребятам развлечение. Может, и тебе понравится. У тебя ведь уже есть опыт с вампиром.
    Внезапно я поняла, что по-настоящему страшно мне стало лишь после этих слов. Не помню, кто там из знаменитых говорил, что не боится смерти, а просто не хочет при этом присутствовать, но этот неизвестный мне кто-то оказался чертовски прав. Самой по себе перспективы погибнуть ни за что в неполных двадцать пять я страшилась не так уж и сильно. По крайней мере, такой вариант развития событий избавлял меня от артрита и маразма. Гораздо страшнее было то, что мне сулило ожидание этой самой смерти.
    Плотоядно улыбающиеся "близнецы" с двух сторон подхватили меня под руки, выдернули из кресла и потащили из комнаты в темный коридор. Путь оказался недолгим, от силы метров пять, потом меня втолкнули в маленькую комнату без окон, освещенную тусклым бра, и с грохотом захлопнули за моей спиной массивную металлическую дверь.
    Оглядевшись, я увидела перед собой обычную деревянную кровать, достаточно широкую, чтобы разместиться на ней даже вдвоем. О назначении этой самой кровати, аккуратно застеленной мягким голубым пледом, я постаралась не думать, предпочтя продолжить осмотр. В дальнем от двери углу обнаружилась ниша. Наверное, когда-то ее занимал встроенный шкаф. Или, может быть, шкаф там только планировался, да так и не случился, потому что его место заняли расположившиеся напротив друг друга унитаз и раковина. На бачке унитаза даже стоял рулон туалетной бумаги. Подумать только, какая заботливость.
    Бежать было некуда, прятаться негде. Поэтому я села на кровать и принялась ждать худшего. Ждать пришлось довольно долго, минут, наверное, сорок. А потом дверь открылась и в комнату вошел незнакомый мне тип. И я услышала, как снаружи задвинули засов. Последняя надежда умерла, так толком и не успев родиться.
    Тип стоял у двери и нагло ухмылялся, демонстрируя клыки. Раньше я его совершенно точно не видела, хотя, впрочем, я никого из здешних обитателей на самом деле и не видела. Только того, вроде как босса, "близнецов" да еще водителя, который нас сюда привозил.
    Внешность моего "посетителя" не слишком-то впечатляла. При жизни он наверняка был борцом или кем-то вроде этого. Высокий, мощный, коренастый, коротко стриженный. И наверняка тупой. Но очень, очень сильный. А из средств сопротивления у меня были только не слишком-то острые ногти и зубы. Совсем не впечатляющие по сравнению с клыками гостя.
    Несколько секунд мы молча рассматривали друг друга. Потом визитер плотоядно ухмыльнулся, да еще и подмигнул мне. От этого зрелища меня едва не стошнило. И стошнило бы, если бы было чем, но, поскольку даже единственная чашка кофе, посетившая мой желудок с утра, явно уже успела благополучно его покинуть, дело ограничилось парой болезненных спазмов.
    А потом мне вдруг стало обидно. До того обидно, что весь страх и все отвращение отошли на второй план. Вот, стало быть, для чего я четверть века берегла свое девичество. Чтобы перед смертью стать игрушкой для толпы безмозглых громил.
    Впрочем, как сказать - берегла. Технически это было так. Но на самом деле я даже с большим натягом не смогла бы назвать себя невинной девушкой, поскольку достигла определенных успехов в некотором ином способе близости с представителями противоположного пола. Во всяком случае, Тимофей утверждал, что мои губы просто божественны, и ему достаточно их. Пока достаточно. Потому что самое главное мы решили приберечь для первой брачной ночи. Чтобы хоть что-то было настоящим в современной пародии на свадебную церемонию. В смысле, чтобы эта самая первая ночь в самом деле была первой.
    Раньше меня все это вполне устраивало. По крайней мере, я, в отличие от моей подруги Танюшки, не писала кипятком на очередной тест на беременность по три-четыре раза в год. Душевное спокойствие, знаете ли, по нынешним временам дорогого стоит. Но вот теперь я сидела на кровати, пялилась на субъекта, определенно намеренного меня изнасиловать, и чертовски жалела, что за всю свою бесполезную молодость так и не переспала с каким-нибудь понравившимся парнем. И в душе не осталось даже намека на спокойствие, только гнетущая, тошнотворная тоска.
    - Раздевайся, - глухо скомандовал, наконец, визитер.
    - Что, опять укусы искать будете? - из последних сил попыталась пошутить я.
    На самом деле мне хотелось сжаться в комок и взвыть от отчаяния, но присутствие громилы удерживало меня от этого. Незачем ему видеть меня слабой.
    - Нам запретили тебя кусать, - злобно оскалился мужик. - А жаль.
    За какую-то долю мгновения он переместился от двери, оказавшись ко мне вплотную, и рванул с меня свитер. Лишь чудом ни одна из сережек не зацепилась за воротник, мочки ушей остались при мне. Впрочем, радоваться этому чуду мне оставалось недолго.
    Я так и не поняла, как очутилась на кровати, вдавленная лицом в подушку. Не выдержала, глухо завыла и задохнулась, почувствовав, как слетели джинсы, а вслед за ними и трусики. Сверху навалилось тяжелое тело. Мне страшно хотелось потерять сознание, но в обморок я еще не падала ни разу в жизни, и сегодняшний вечер, похоже, не сулил мне дебюта в этом деле.
    Из последних сил я попыталась дернуться, и, к моему величайшему изумлению, мне это удалось. Я скатилась с кровати на пол, только по пути уже сообразив, что тело мерзавца валится в противоположную сторону. Тряся головой, я приподнялась, опираясь на руки и колени, и получила ощутимый удар чем-то мягким пониже спины.
    - Одевайся, - велел до странности знакомый голос. - Быстро!
    Хлопнувшим меня мягким предметом оказались мои же собственные джинсы. Перевернувшись и утвердившись на полу на пятой точке, я увидела сперва их рядом с собой, а потом и стоящего в дверях соседа. Владислава. Сжимающего в руке пистолет.
    - Быстро! - рявкнул этот "принц, как его там", заметив, что я сижу и пялюсь на него. - Или брошу тебя здесь.
    Последняя фраза вывела меня из ступора. Я еще не испытала никакого облегчения, не осознавала, что самое страшное осталось вроде бы позади, и действовала механически. Зато на удивление быстро запихнулась в джинсы, и даже сумела подняться на ноги, опираясь на кровать. Сердце колотилось везде, во всем теле, вплоть до самых кончиков пальцев, а желудок стискивали новые и новые спазмы.
    Я еще раздумывала, смогу ли вообще удержаться в вертикальном положении, а Владислав довольно невежливо ухватил меня за предплечье и поволок за собой. На удивление, ноги меня послушались, покорно зашагав вперед.
    По дому мы шли медленно, Владислав то и дело оглядывался, прислушивался и, кажется, еще и принюхивался. А я просто тащилась за ним, стараясь не наступать в лужи липкой, темной жидкости. Делать это было непросто, потому что лужи покрывали почти весь пол. Жижа омерзительно воняла, над ней поднимался неприятный коричневый дымок. По правде говоря, я совсем не хотела знать, откуда тут появилась вся эта дрянь, но все-таки узнала. Наступила босой ногой на что-то маленькое и твердое, и чисто автоматически пригляделась, воспользовавшись очередной остановкой, сделанной моим провожатым. Я наступила на пулю. А лужи, надо полагать, еще совсем недавно были трупами.
    Уже в третий раз за последний час я порадовалась тому, что так и не успела ничего съесть. И в первый - тому, что ужас последних событий настолько меня вымотал, что сил обращать внимания на собственные перемазанные в вонючих останках ноги попросту не осталось.


Глава 3. Старый знакомый



    Живых, ну, или относительно живых, я ведь еще не определилась по поводу вампиров, мы по пути так и не встретили. Владислав вытащил меня во двор и поволок за ворота. Гравий, которым была усыпана дорожка, больно впивался в босые подошвы, но я не решалась протестовать, покорно тащась следом. Пока не наступила на осколок стекла.
    Мой вскрик наконец-то заставил принца притормозить и посмотреть, что со мной вообще происходит. А я тупо глядела на свою окровавленную ногу. Зрелище это заставило его выругаться и подхватить меня на руки. Легко, настолько, будто я вообще ничего не весила. Избавившись от необходимости держаться на ногах, я все-таки потеряла сознание. Дебютный обморок наконец состоялся.
    Правда, осознала я это, только уже очнувшись на переднем сиденье машины, несущейся по трассе сквозь сгущающиеся сумерки. Владислав с непроницаемым лицом следил за дорогой. Мной он, кажется, совершенно не интересовался. Спасибо, что хоть порезанную ногу тряпкой замотал. Правда, сделал он это, скорее всего, не ради меня, а просто чтобы салон машины не пачкать.
    - Спасибо, - пробормотала я. - А куда мы едем?
    - К моему другу, - сухо отозвался Владислав, проигнорировав мою благодарность. - Обуйся.
    Пошевелив ногами, я с изумлением обнаружила, что не чувствую боли от пореза. А заодно нащупала под сиденьем свои балетки. И когда только, интересно, этот тип ухитрился их отыскать и прихватить с собой? Впрочем, сейчас у меня имелись к нему более животрепещущие вопросы.
    - Почему Вы пришли за мной?
    - Вы - миньон моего отца. Я обязан был Вас защитить.
    Услышав это, я начисто лишилась дара речи. Вокруг меня уже третьи сутки творился какой-то кошмарный бред, так что я почти привыкла, но вот сейчас этот самый бред начал принимать совсем уж причудливую форму. Ведь я никак не могла оказаться миньоном того, кого даже в глаза никогда не видела!
    - Этого не может быть, - уверенно заявила я. - Я даже не знала Вашего отца.
    - Не знали?
    Владислав прищурился, чуть повернувшись ко мне. На его лице было сейчас странное выражение. Брезгливая недоверчивость, или что-то наподобие.
    - Вы, журналистка, не знали Игоря Владимирова?
    Фраза прозвучала так, словно я не знала не какого-то там Игоря Владимирова, а того, что по утрам восходит солнце. Хотя, в сущности, примерно так оно и было. Поскольку внезапная кончина столь крупного бизнесмена долго была главной темой для всех средств массовой информации. Но я знала этого человека... ой, не человека, теперь-то я это уже выяснила, не только по громким заголовкам. Однажды мы встретились лично.
    Это случилось три года назад, когда я была еще студенткой и писала статьи для университетской газеты. Нашему редактору удалось уговорить на интервью одного весьма известного журналиста, и задание досталось мне. Как на грех, в тот день был зачет, на который опоздал преподаватель, я спешила как могла, но все равно опаздывала. И, в довершение всех бед, ошиблась выходом из метро.
    Можно было вернуться в подземный переход, но мне даже в голову не пришло сделать это, потому что дорога казалась пустой. И я побежала на красный свет. Последним, что я запомнила, был визг тормозов.
    Очнулась я на заднем сиденье роскошного автомобиля, и первым долгом удостоверилась, что не умираю. К счастью, трагедия ограничилась шишками, синяками, парой ссадин и порванной одеждой. А еще я разбила губу, и во рту остался вкус крови. Закончив ревизию повреждений, я наконец-то удосужилась обратить внимание на мужчину, сидевшего на переднем пассажирском сиденье вполоборота ко мне. На вид ему было лет около пятидесяти, в светло-русых волосах серебрилась седина.
    - Мы остановились возле больницы, - сообщил он мне. - Вам туда нужно?
    - Кажется, нет, - пробормотала я.
    И тут же вспомнила об интервью. Мои часы разбились, но я увидела время на часах в машине. В отключке я пробыла полчаса. Задание было уже безнадежно провалено. От этой мысли и вообще от всего случившегося меня накрыло волной отчаяния.
    Глотая слезы и всхлипывая, я, сама не зная зачем, рассказала тому мужчине, куда же так спешила. В ответ он потрепал меня по щеке и сказал, что сам позвонит моему несостоявшемуся собеседнику, извинится за мою неявку и договорится о другом времени встречи. Я, кажется, спросила, правда ли он может это сделать, а он только улыбнулся.
    Потом таинственный незнакомец вышел из машины, в которой мы сидели, и уехал в другой, ожидавшей неподалеку. А его водитель отвез меня домой. На следующий день курьер доставил мне цветы и маленькую коробочку с новыми часами. Очень дорогими и красивыми. На карточке было написано, что этот подарок - лишь небольшая попытка извиниться за случившееся вчера. Подумав, я все же решила оставить часы себе, они были у меня на руке и сейчас.
    Кстати, насчет встречи со звездой журналистики незнакомец тоже не обманул. Когда я на следующий день, внутренне трясясь от страха, все же решилась сделать звонок, меня всячески заверили, что не случилось ничего страшного, вежливо поинтересовались моим здоровьем и предложили побеседовать в конце недели. А еще через неделю я, наконец, узнала, с кем случайно встретилась. Увидела фото на обложке какого-то делового журнала.
    - Я встречалась с ним, - ответила я все еще ждущему моей реакции Владиславу.
    Тот подозрительно прищурился, изучив меня явно оценивающим взглядом, и все-таки спросил:
    - Долго встречались?
    Кровь бросилась мне в лицо, заставив щеки отчаянно запылать. Это же надо было, использовать настолько неудачное выражение!
    - Слушайте, - снова заговорил мой спутник, - Вы поймите, мне все равно, с кем там встречался мой отец. Меня просто удивляет то, что о Вас никто ничего не знал. И, к тому же, если у Вас была всего лишь обычная интрижка, зачем ему понадобилось делать Вас миньоном?
    - Не было у нас никакой интрижки, ни обычной, ни необычной! - выпалила я, разозлившись. - Я с ним встретилась один единственный раз, когда попала под его машину!
    - Как? - потрясенно выдохнул Владислав.
    - Да запросто. Бежала через дорогу на красный свет и угодила под колеса. С тысячами людей такое случается, знаете ли.
    Неожиданно мужчина рассмеялся, глухо и невесело. Смех был похож на шуршание песка в жестяной банке.
    - Вот, значит, как, - протянул он. - Папа, выходит, просто решил, что погибшая под колесами его машины девушка плохо скажется на деловой репутации...
    - Но я не погибла! Отделалась синяками и ссадинами.
    - Не думаю, - фыркнул Владислав. - Полагаю, твои травмы были куда серьезнее синяков и ссадин, раз уж ему пришлось дать тебе свою кровь.
    - Ага, - огрызнулась я. - Перелом позвоночника исцелился, а синяки остались. Бред.
    - И ничуть не бред. Если доза крови мала, организм в первую очередь избавляется от самых опасных повреждений. К каковым перелом позвоночника относится, а вот синяки - нет.
    Я сердито засопела, не придумав никаких разумных возражений. Только я могла оказаться в подобной ситуации, с моим везением в самый раз. Оказывается, последние три года я жила взаймы, и вот теперь кредиторы явились выставить мне счет. Лучше бы я тогда померла, чем терпеть все, что сейчас со мной творится.
    От воспоминания о вкусе крови во рту меня снова затошнило. Выходит, та кровь была еще и не моя. Владислав опасливо покосился на меня и, кажется, начал высматривать место для остановки, желая все-таки сохранить салон своей машины в чистоте. Я активно замотала головой, пытаясь сказать, что останавливаться не надо. Грязи не будет, ибо желудок мой пуст, как глубокий космос.
    Пока я боролась с собой, мы въехали в город и явно направились в сторону центра. Чтобы справиться с остатками спазмов, я решила еще немного поговорить. Обычно это мне помогало.
    - А как ты оказался в квартире по соседству со мной? - поинтересовалась я.
    - Хотел выяснить, зачем отец купил ее, - неожиданно просто ответил мужчина. - Приехал и сразу заметил что-то необычное. Пошел проверить и встретил тебя. Кровь отца я сразу почувствовал, очень слабый, но все-таки след был.
    Некоторое время он помолчал, а потом добавил, словно извиняясь:
    - Я ведь тогда не знал, что они вцепятся в тебя.
    - Они решили, что я твой миньон, - сухо ответила я.
    - Ну, извини.
    - А что случилось в первую ночь на лестнице?
    - Да так. Явился один болван по мою душу. Пришлось сделать его на голову короче.
    - Один из этих, которые держали меня?
    - Нет, это другие.
    - Много же у тебя врагов.
    - Хватает, - невесело усмехнулся Владислав. - Но главных два: Станислав Вышинский и Павел Шуйский.
    - И чего же они хотят?
    - Власти.
    - Этого все хотят. Можно поконкретнее?
    - Вышинский - король Восточной Европы, он мой дальний родственник, ныне возжелавший присоединить Россию к своим владениям. Для этого ему нужно всего ничего: убить меня и Шуйского. Шуйский - еще один мой дальний родственник, хочет стать королем вместо меня.
    - Ну и кто же меня похищал?
    - Судя по идиотизму охраны, Шуйский, - фыркнул Владислав. - Вышинский действовал бы умнее. Зато у Шуйского есть пара очень хороших колдунов, которые, надо полагать, тебя и выследили.
    Я закрыла глаза и поддалась искушению витиевато выругаться вслух. Вся моя жизнь буквально в одночасье разлетелась вдребезги. Пора было переставать считать себя обычной, ничем не замечательной начинающей журналисткой, потому как уже выяснилось, что я на самом деле миньон покойного короля России, за которым охотятся вампиры и колдуны. Король России, очуметь. Само словосочетание до невозможности нелепо, ладно бы еще царь или князь, но король...
    Король Восточной Европы тоже, кстати, тот еще титул. Интересно, какие там еще есть короли? И кто еще есть, кроме королей. И кто у этих самых королей подданные. Потому как я, прожив в России четверть века, знать не знала, что тут король имеется. И еще принц вдобавок.
    Принц, тем временем, свернул, заехал в какой-то довольно темный двор и весьма аккуратно припарковался на последнем свободном месте. Очевидно, мы добрались до таинственного "друга".
    Сказать по правде, я ожидала, что друг принца обитает в более роскошных апартаментах, но квартира оказалась коммунальной, и, притом, весьма обшарпанной. Такое чувство, что обитали в ней даже не старики, а одни сплошные алкоголики. Даже удивительно, что здесь, практически в центре Москвы, остались еще такие места. Лично я давно полагала, что их порасселяли давным-давно и переделали во что-нибудь элитное. Очевидно, я ошибалась.
    Владислав уверенно прошагал в самый конец коридора и требовательно стукнул в грязно-белую дверь. Из-за его плеча я разглядела, что замок на этой двери, скорее всего, неоднократно выламывали, поэтому вокруг него образовалась изрядная дыра, заткнутая газетами.
    Пока я обдумывала эти соображения, ожидая шагов идущего открывать хозяина комнаты, дверь внезапно открылась, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. На пороге стоял немолодой мужчина, лет, наверное, шестидесяти с лишним на вид, в грязноватой растянутой майке-алкоголичке и старых спортивных штанах, заляпанных желтой краской. Обычный, немного сверх меры выпивающий пенсионер отечественного розлива. Подходящая компания для принца, нечего сказать.
    Владислав решительно прошел в комнату мимо хозяина, потащив меня следом. Само собой, мне пришлось подчиниться, хотя, сказать по правде, ни малейшего желания входить в обиталище подобной личности я не испытывала.
    Обстановка комнаты целиком и полностью оправдала первоначальные ожидания. Состояла она из старого, продавленного дивана, застеленного линялым покрывалом, покрытого газетами стола и лампочки, свисающей с потолка на перемотанном изолентой проводе почти на метр. На грязном подоконнике, полускрытая застиранной до дыр шторой, стояла переполненная окурками жестяная банка из-под дешевого растворимого кофе. А в углу притулилась старая, советской еще конструкции, раскладушка.
    - Кого это ты привел? - полюбопытствовал "пенсионер", запирая за нами дверь на замок.
    - Поживет у тебя недельку, - коротко ответил Владислав, присаживаясь на корточки перед диваном и извлекая из-под него какой-то ящик.
    - Чего?! - хором возмутились мы с хозяином.
    - Очумел, девицу ко мне приводить?!
    - Не собираюсь я тут торчать!
    - Не пыли, Егорыч, - фыркнул принц, напрочь проигнорировав мое возмущение. - Больше ей пойти все равно некуда, потерпишь.
    - А я не потерплю! - рявкнула я, выходя в центр комнаты и упирая кулаки в бока. - У меня, между прочим, свой дом есть. И мама. И кот. И сестра старшая замуж выходит в следующую пятницу! И жених пропал, искать его надо!
    - Вот, значит, как?! - вспылил в ответ Владислав, порывисто вскакивая на ноги и оказываясь стоящим нос к носу со мной. - Ладно, иди домой, могу даже на такси денег дать. Топай давай, я ж не знал, что тебе только и хочется с дуболомами Шуйского покувыркаться! Откуда мне было знать, что тебе жить надоело?!
    С полминуты мы злобно глядели в глаза друг другу. Не знаю, о чем там думал этот сомнительный принц, но лично я боролась с искушением как следует треснуть ему кулаком по носу. Потому что он, как ни печально, был целиком и полностью прав. Домой вернуться я не могла. И это было по-настоящему ужасно. Пожалуй, ужаснее всего.
    Мама будет безумно за меня волноваться. Сестра просто с ума сойдет, хорошенький же свадебный подарочек я ей сделаю своим внезапным и бесследным исчезновением. А Марс? Кто его, беднягу, будет кормить? Хорошо, если сразу на лестницу не вышвырнут. Или сам сбежит с голодухи. И Тим, которому я так и не позвонила еще раз...
    От почти физической боли и злости мне очень захотелось наговорить Владиславу гадостей. А еще лучше - все-таки треснуть ему как следует по физиономии. Но вместо всего этого я села на корточки и отчаянно разрыдалась, закрыв лицо ладонями.
    - Извини, - неожиданно пробормотал Владислав, наклоняясь ко мне и начиная медленно гладить по волосам. - Извини, что накричал на тебя.
    Я кивнула в ответ, но не выдержала, и разрыдалась с новой силой. Ему легко было утешать, а у меня рухнул мир, все, что я с таким трудом выстраивала последние десять лет, с тех пор, как мы с мамой и сестрой бросили все в Питере и перебрались в Москву. Я слишком хорошо знала, что значит начинать жизнь заново, и вовсе не хотела проходить через это снова. Но было, надо полагать, уже слишком поздно. Оставалось лишь сожалеть, что я и делала, размазывая по лицу слезы.
    Владислав осторожно поднял меня, усадил на краешек дивана и слегка вытер мои слезы невесть откуда появившимся в его руках платком. Платок слабо, но еще отчетливо пах женскими духами. Я сразу же узнала запах. Lacoste, "Touch of Pink". Таким пользовалась моя сестра последние полгода. Не самый дорогой аромат, от принца я, признаться, ожидала чего-нибудь пошикарнее.
    Впрочем, Владислав вообще не походил на принцев, которых изображают в сказках. Золотая карета оказалась обычной черной "Mazda", машиной, что называется, для среднего класса, той самой, которая не роскошь, а средство передвижения, дворец - обшарпанной коммуналкой. Интересно, какие еще малоприятные сюрпризы ожидали меня в будущем?
    - Ну, перестань, - почти взмолился Владислав, отдавая мне платок.
    - Не перестану, - огрызнулась я, протерев заплаканные глаза. - Я домой хочу.
    - Ты уже была дома. Помнишь, чем это закончилось? Там тебя могут схватить в любой момент.
    Крыть было нечем. И поздно было рыдать и выкрикивать обвинения. Кто бы ни втянул меня во всю эту историю: принц со своими ментальными следами, его отец со своей деловой репутацией, или вообще моя собственная глупость, заставившая меня рискнуть жизнью ради экономии пары минут времени, это уже произошло. И теперь меня едва ли оставят в покое.
    - Но хоть позвонить-то можно? - буркнула я. - Родственники волноваться будут.
    Вместо ответа Владислав снова принялся рыться в извлеченном из-под дивана ящике, и через некоторое время сунул мне в ладонь старенький, порядочно пыльный мобильник, и почти сразу же шлепнул на диван зарядку для него.
    - Заряди и звони с этого. А твой, извини, придется выбросить.
    Неожиданно сама для себя я просто кивнула в ответ, не испытав по поводу расставания с любимой вещицей совершенно никакого сожаления. Слишком уж много всего обрушилось на меня, и мне бы очень хотелось, чтобы утрата мобильного была моей самой большой проблемой.
    - Я пойду, - неожиданно сообщил Владислав, выпрямляясь и пряча мой телефон в карман.
    - Надолго?
    - Не знаю.
    Пока я обдумывала следующий вопрос, принц успел выскользнуть за дверь. Хозяин снова заперся на замок и устроился на колченогом стуле, напротив меня.
    - Меня звать Николай Егорыч, но обычно Егорычем кличут, - вполне дружелюбно сообщил он.
    - А я Элла. Элла Сергеева.
    - Очень приятно, - пробормотал "пенсионер".
    - Взаимно.
    В разговоре повисла пауза. Мы тупо разглядывали друг друга, и оба прекрасно понимали, что на самом деле нам не очень-то приятно. Зато на самом деле взаимно. Похоже, хозяин пытался придумать, что ему делать дальше. А я пыталась решить, чего хочу больше: есть или спать.
    - Розетка вон там, - сообщил, наконец, Егорыч, видимо, сообразив, что я так и сижу с телефоном в руках. - Есть-то хочешь?
    - Хочу, - решительно призналась я, пристроив мобильник заряжаться.
    Терять мне, в конце концов, было уже совершенно нечего. И едва ли кухня в этой коммуналке окажется страшнее крошечной запертой комнатушки в непонятном доме, а "пенсионер" - гнуснее того типа, который...
    От последнего воспоминания я с отвращением отмахнулась, будто навозную муху отогнала. Есть вещи, о которых просто не нужно помнить. И я изо всех сил старалась так и поступить, пока следовала за хозяином на кухню.
    Кухня оказалась неожиданно чистой и аккуратной. В отличие от коридора и комнаты, в которую меня так бесцеремонно поселил Владислав, здесь недавно сделали вполне современный ремонт в зеленовато-голубых тонах. Всегда хотела иметь такую кухню, зеленовато-голубую и очень просторную. Но, конечно же, при условии, что квартира не будет коммунальной.
    Егорыч, тем временем, открыл ближайший к окну холодильник и, подумав, извлек из него пачку пельменей. Вид этой самой пачки заставил меня нервно сглотнуть. Я обожала пельмени, причем употреблять их предпочитала с изрядным количеством майонеза. Потому и не ела, уже очень давно. Фигуру берегла.
    Только вот сейчас фигура была, вероятно, последним, о чем мне стоило переживать. В конце концов, тому факту, что помру я стройной, обрадуются разве что те, кто понесет меня вперед ногами в последний путь, а самой мне будет уже глубоко безразличен объем моей драгоценной талии. Потому я недрогнувшей рукой приняла у Егорыча пельмени и кастрюлю, и поставила греться воду.
    Пельмени оказались вкусными. Не только потому, что я целый день ничего не ела, а на самом деле. Егорыч тоже ел и хвалил.
    - Это Влад притащил, - сообщил он, прожевав последний пельмень. - Я такие дорогие не покупаю, три сотни почти за кило, не по мне. А вот у парня вкус хороший, знает, что брать.
    Меня, признаться, несколько удивил тот факт, что вампир разбирается в обычной человеческой еде. Но потом я вспомнила непринужденные прогулки Влада по утреннему солнышку, и решила не удивляться. Мало ли какие еще нетипичные для вампиров вещи вытворяет этот загадочный принц. Зато я решила задать другой, давно уже заинтересовавший меня вопрос.
    - А откуда Вы знаете Владислава?
    - Работал я на него, - признался Егорыч, вздохнув. - По молодости еще. В одном подполье при совке обретались. Он заграничные шмотки доставал, а я толкал. Неплохо имели с этого дела, пока жена мне не изменила, и я не запил и не оказался вот в этой самой коммуналке.
    - Не бросил, значит, друга? - хмыкнула я, вспомнив слова того "костюмированного" типа о том, что благородство для принца Владислава - черта нехарактерная. Врал, мерзавец.
    - Не бросил, - кивнул Егорыч. - Но и я не дурак. Влад-то знает, что я никогда, ни по какой пьянке не болтану, кто он такой.
    Я молча кивнула в ответ, отправляясь к раковине помыть тарелки и кастрюлю. Надо полагать, умение молчать было ценным качеством для друга вампира.
    - А ты откуда знаешь Влада?
    - Да так, - буркнула я, сообразив, что совершенно не представляю, как мне ответить на этот вопрос. Ведь на самом деле я его совершенно не знала.
    Пока я возилась с уборкой, Егорыч успел поставить на плиту чайник. Оказывается, у него в запасе имелись не только хорошие пельмени, но и отличный чай. Купленный, кстати, явно не в России. У нас такого, поди, и не продают. Сама красивая жестяная баночка явно выдавала китайское происхождение, а тонкий, восхитительный аромат подтверждал подлинность лучше любого сертификата.
    - А ты, я смотрю, тоже ценительница, - ухмыльнулся Егорыч, заметив, что я изучаю содержимое баночки. - Для меня ведь чай как последняя радость. Пью и человеком себя чувствую.
    - И где покупаете? - осторожно поинтересовалась я.
    Вопрос предполагался без подвоха. Сама бы там стала покупать, честное слово. Мама не любила возиться с заваркой, потому дома у нас обычно встречались только всякие разные пакетики. Быстро, удобно, но совсем не то удовольствие. Тем не менее, я обходилась этими самыми пакетами, потому что покамест все прочие попытки купить хороший чай успехов не приносили. Разочаровывала либо цена, либо качество, либо то и другое разом.
    - Тоже Влад принес, - вздохнул в ответ Егорыч. - Раньше подруга его приносила, а теперь вот...
    Я сочла за лучшее деликатно промолчать, не задавая вопросов о судьбе таинственной подруги. В конце концов, может быть, они просто расстались друзьями, а их отношения - совсем не мое дело.
    Чаепитие мы устроили тут же, на кухне. Егорыч заедал чай солидным бутербродом с маслом, а я просто наслаждалась горячим, ароматным напитком. К сожалению, спокойно почаевничать нам не удалось.
    Я как раз решала, налить ли себе еще чашечку, когда на кухню вкатилась тетка лет пятидесяти. Именно вкатилась, потому что войти или тем более вбежать габариты ей не позволяли. Даже удивительно, как при такой ширине, практически сравнявшейся с высотой, она вообще пролезла в дверной проем. Еще одной примечательной деталью внешности дамы была круглая и сияющая, как масляный блин, физиономия.
    Оглядев новоприбывшую особу, я почему-то сразу подумала, что она окажется или доброй тетушкой, любительницей пичкать всех вокруг пирожками, или злобной, скандальной бабенцией, всегда готовой громогласно отстоять от любых реальных и воображаемых покушений свои права и чувство достоинства. Причем второй вариант показался мне куда более вероятным.
    - Вы тильки подывитеся, люди добрые, чего энтот хрыч вытворяет! - прямо с порога завела мадам голосом, тихим и мелодичным, как пароходный гудок. - Ты чё за девку притащил, пьянь подзаборная?! Вот я сейчас милицию вызову, живо расскажете, куда сапоги мои пропали!
    - Какие сапоги? - удивилась я.
    - Да вот такие. Зимние, кожаные с мехом! - рявкнула тетка, горделиво поправляя на груди застиранный махровый халат.
    - Да иди, звони в свою милицию, - неожиданно равнодушно отозвался Егорыч.
    Я обернулась посмотреть на него, и с изумлением поняла, что появление тетки не вызвало у мужчины никаких эмоций. Словно и не соседка ввалилась с криками и обвинениями, а муха залетела. Как раз тогда, когда за мухобойкой вставать совсем уж неохота.
    - Все давно знают, и милиция, кстати, тоже, что нет у тебя никаких сапог, - продолжил Егорыч, во всю пользуясь ошалением соседки. - На тебя ведь, Петровна, уже лет двадцать ни одни сапоги не налезают. Так что бери, за чем приходила, и катись к себе обратно. Не мешай людям чай пить.
    Видимо, от изумления тетка напрочь позабыла, за чем являлась на кухню, потому что после этих слов резко развернулась на месте и отбыла ни с чем. А Егорыч устало вздохнул и неожиданно поинтересовался:
    - У тебя документы с собой?
    Я похолодела. Конечно же, все мои документы остались дома, я как-то не приобрела еще привычки ходить в близлежащий магазин с паспортом. Даже алкоголь я покупать не планировала, а если бы и планировала, тамошние продавщицы давно в курсе, что мои восемнадцать уже не только наступили, но и благополучно миновали.
    - Я так понимаю, нет у тебя документов, - сокрушенно констатировал Егорыч, глянув на мою разом погрустневшую физиономию.
    Я помотала головой. Вопросом этим непременно следовало озаботиться, а то мало ли что понадобится. Жизнь в бегах штука непредсказуемая.
    - А зачем мне сейчас документы?
    - Боюсь, - буркнул Егорыч, - Что сейчас на самом деле милиция приедет. Тронутая Петровна или нет, но по вызову они прибыть обязаны. А значит, проверить присутствующих в квартире. Могут и забрать до выяснения личности, а Вышинскому только того и надо. Он уже наверняка тебя ищет. С некромантами ему не свезло, зато нужных людей он знает, хоть отбавляй.
    - И что же мне делать? - обреченно поинтересовалась я, вглядываясь в окончательно сгустившуюся за окном темноту.
    Егорыч в окно смотреть не стал, он поступил практичнее, сразу же поинтересовавшись, который час. Пошевелил губами, то ли припоминая что-то, то ли подсчитывая, и, наконец, предложил:
    - Через дом отсюда есть кофейня. Она до часа ночи работает. Посиди там, пока я за тобой не зайду.
    Сказать по правде, идея эта мне не особенно понравилась. Тащиться на ночь глядя в совершенно неизвестное мне заведение, да еще сидеть там потом невесть сколько привлекала минимально. С другой стороны, Егорыч был, конечно же, прав. Ему, надо полагать, лучше меня было известно, на что способны враги Владислава, ставшие по совместительству и моими врагами. Попадать в их лапы еще раз хотелось куда меньше, чем отправляться пить сомнительный кофе.
    Наспех одевшись, я порадовалась, что "близняшки" сцапали меня по пути в магазин, а не к мусорному контейнеру. По крайней мере, я потрудилась более-менее прилично одеться и прихватила с собой деньги. Вот если бы я ничего этого не сделала, сейчас было бы еще хуже, чем есть.
    Кофейня на удивление оказалась заведением довольно приличным. Народу было немного, всего три парочки. На меня никто из посетителей внимания не обратил, так что я спокойно уселась за столик в глубине зала и заказала большой ванильный капучино с яблочным штруделем. Еще один набор из серии "прощай, фигура", но я вспомнила все те же соображения, которые прокрутила в голове, прежде чем есть пельмени, и решила просто расслабиться и получать удовольствие.
    Наслаждаться пришлось целых полтора часа. К моменту появления у входа Егорыча до закрытия осталось минут двадцать, две парочки уже успели покинуть кофейню, судя по всему, продолжать вечер в более интимной обстановке. Меня, надо полагать, ожидало кое что менее приятное, но в моем положении советская раскладушка на одну мою персону выглядела все же куда предпочтительней хорошей кровати, но с добавлением всяких неприятных типов. Так что привередничать я не стала.
    Дома Егорыч долго извинялся за то, что не предлагает мне диван, но, пока он ходил в туалет, я подняла белье и поинтересовалась состоянием данного предмета мебели. Едва ли старику стоило извиняться, я все равно не смогла бы спать на этом наборе торчащих наружу пружин. Йога меня никогда не привлекала, тем более столь экстремальная.
    Ночью мне спалось плохо, оставшись наедине с собой в темноте, я долго слушала мерное похрапывание Егорыча и думала о Тиме, маме, сестре и Марсе. Наверняка, меня уже хватились и разыскивают. А может быть, хватятся завтра. В любом случае, позвонить близким нужно было при первой возможности, прямо с утра.
    Именно так я и поступила, как только, в очередной раз проснувшись, увидела, что на улице уже почти рассвело. Наскоро одевшись и кое-как причесавшись, я выскользнула в коридор. В квартире было тихо, видимо, воскресным утром здешние обитатели предпочитали поспать подольше. К счастью для меня.
    Первому я позвонила Тиму. На сей раз его мобильный оказался попросту выключен. Едва ли это могло быть хорошим знаком. Если бы Тим нашелся, он обязательно включил бы телефон, хотя бы затем, чтобы наконец-то позвонить мне. Поколебавшись, я все же набрала ему на домашний, но и там ничего утешительного не выяснила. Конечно же, все оставалось по-прежнему, а милиция бездействовала.
    Кое-как успокоив маму Тима, я набрала номер собственной матери, заранее заготовив легенду о том, что ночевала у коллеги по работе. На тот случай, если всем моим подругам мама уже позвонила.
    Предосторожности оказались излишни. Мама так до сих пор и не появлялась дома, порхая где-то на розовых крыльях любви, посему меня не хватилась и даже не думала разыскивать блудную дочь. Все ее мысли были целиком и полностью заняты новым поклонником. Мне даже стало немного обидно, наверное, я слишком привыкла к тому, что все мысли мамы всегда заняты нами, дочерьми. Но рано или поздно ей следовало увлечься, наконец, собственным счастьем, и я не имела никакого права винить ее за это.
    Пообещав вернуться домой в понедельник после работы, я быстро попрощалась и повесила трубку прежде, чем мама, отойдя от эйфории влюбленности, припомнила о наших с Тимом планах по просмотру квартиры. Если бы дошло до этого, я совсем не знала бы, что отвечать, а вранья про понедельник и без того было достаточно. Потому что, положа руку на сердце, я была почти однозначно уверена, что в понедельник домой не вернусь.
    Я все еще стояла в коридоре, сжимая в руке телефон, когда на пороге комнаты возник Егорыч с полотенцем на плече. Картина эта напомнила мне, что я безумно грязна и растрепана. Хозяин мой, похоже, тоже об этом не забыл.
    - Иди, вымойся, - сказал он, протянув мне полотенце. - Полчаса у тебя, так что поторопись. Тут все-таки коммуналка.
    Ванная в квартире оказалась не шикарной, но вполне приличной. Везде было чисто, и все работало как нужно. И даже не было проблем с водой. К счастью, Егорыч опередил меня с мытьем, разобравшись с газовой колонкой. Сама бы я, наверное, с ней не справилась.
    Душ произвел на меня почти магическое действие. Мир вокруг перестал казаться таким жутким, каким был еще сегодня, на рассвете. А в комнате меня, вымытую и успокоившуюся, уже поджидал Влад, и лицо у него было довольное. И мне, что удивительно, даже не захотелось немедленно устроить ему безобразный скандал.
    - Переоденься, - коротко сказал этот предположительный принц, жестом указывая на стоявшую возле кровати сумку.
    Егорыч понятливо выскользнул в коридор, прихватив полотенце. Влад тоже поднялся со стула и покинул комнату. Почему-то я решила, что он направился на кухню. Может быть, потому, что просто стоять в коридоре под дверью было бы довольно глупо.
    В сумке отыскались приличные джинсы, пришедшиеся мне как раз впору, несколько кофт и водолазок и две пары кроссовок. В отдельном пакете лежал комплект простенького черного белья и две пары черных же носков. Кроссовки и белье были явно новыми, а вот остальные вещи кто-то до меня успел поносить, правда, недолго.
    С удовольствием сменив белье, надев темно-синюю водолазку, серую кофту крупной вязки с широким воротом и черные кроссовки, я направилась на кухню. Владислав действительно был там, ждал, когда заварится чай.
    - Решил, что с тобой делать, - сообщил он, даже не оглянувшись.
    - И что же? - машинально поинтересовалась я, проходя и тоже усаживаясь за стол.
    - Мои родственники в Лондоне согласились тебя принять.
    Признаться, новость повергла меня в некоторый шок. Переезжать в Лондон на неопределенный срок я никоим образом не планировала. Мне совершенно нечего было там делать. Здесь у меня была работа, была семья и были планы на жизнь. Главным образом, на будущую пятницу.
    - Поживешь там, пока здесь все не решится. У тебя загранпаспорт есть?
    - Есть, но ни в какой Лондон я не поеду.
    Надо полагать, Влада мой решительный ответ несколько озадачил. Он задумчиво потер лоб, тяжело вздохнул и наполнил чаем две чашки. Первую взял сам, вторую подтолкнул ко мне.
    - Здесь тебя убьют, - равнодушно сообщил он.
    Воспоминания о событиях последних дней несколько поколебали мою решимость сопротивляться столь бесцеремонному обращению, но пока что не заставили отступить. И я даже набрала в грудь воздуха, одновременно обдумывая, что бы возразить, когда нашу почти милую беседу беспардонно прервал донесшийся из глубин коридора грохот. Кто-то со страшной силой долбил во входную дверь квартиры и орал:
    - Откройте, милиция!


Глава 4. Бегство



    - Это ведь не милиция? - пролепетала я, буквально чувствуя, как бледнею.
    - Может даже и милиция, - пожав плечами, ответил Владислав. - Но встречаться с ними нам в любом случае не стоит. Едва ли они заявились сюда по вызову кого-то из соседей, недовольных шумом. Скорее всего, Вышинский через своих людей вычислил эту квартиру.
    - И что нам теперь делать?!
    Кажется, я начинала паниковать, и ничего не могла с этим поделать. Кто бы, интересно, не запаниковал, окажись он на моем месте? Наверное, только Влад, потому что его лицо все это время оставалось совершенно спокойным.
    Порывшись в кармане, он извлек оттуда связку ключей и, быстро ее перебрав, открыл сперва решетку, а потом и окно, выглянул на улицу и повернулся ко мне, удовлетворенно улыбаясь.
    - Они не знают, что я здесь, и не караулят окна. Иди сюда.
    Я тоже выглянула в окно, огляделась и увидела совсем рядом пожарную лестницу. Даже мне с моей минимальной альпинистской подготовкой не составило бы труда на нее перебраться. Владислав определенно хотел от меня именно этого.
    Грохот из-за пока что, к счастью, не открытой двери придал мне решимости. Я забралась на подоконник, уцепилась за покрытую ржавчиной ступеньку и прыгнула. Правая нога нашла опору.
    - Лезь на крышу, - вполголоса скомандовал тоже успевший взобраться на подоконник Владислав.
    Не сказать, чтобы подобное распоряжение меня порадовало. Лично я предпочла бы спуститься и убегать от преследователей по твердой земле, без риска свалиться с изрядной верхотуры. Но нельзя было не признать, что устройство двора навряд ли могло бы позволить нам скрыться незамеченными. Крыша давала определенно больший простор для маневра.
    Влад догнал меня, едва я перебралась через ограждение крыши, схватил за руку и потащил за собой. Я не преминула возмущенно фыркнуть, но вырываться не стала. На самом деле я была только рада держаться за его руку, без этой поддержки мне было бы очень страшно. Потому что первый опыт падения с собственного балкона породил в мне твердое желание никогда больше не повторять подобного.
    Пробежав по крыше нашего дома, мы перепрыгнули на соседнюю. Владислав оттолкнулся гораздо сильнее меня, рывок чуть не вывихнул мне плечо, но радость от благополучного приземления несколько сгладила неприятные ощущения.
    - Здесь есть открытое чердачное окно. Можно спуститься и выйти на улицу.
    Услышав эти слова, я не сумела сдержать вздоха облегчения. Еще одного прыжка я бы, наверное, не перенесла, как бы ни храбрилась. Да и вообще, во время перелета с одной крыши на другую мне ужасно захотелось оказаться в Лондоне, где я, если верить Владиславу (а кому еще мне теперь верить?) буду в безопасности. И избавлена от подобных приключений.
    Чердак, тем временем, оказался позади, и мы через люк спустились на площадку верхнего этажа какого-то довольно обшарпанного подъезда. Просто удивительно, а я-то думала, что дом, в котором я заночевала, был последней оставшейся совдеповской дырой в этом районе Москвы. Но и у него отыскался родной брат.
    Выбравшись из подъезда, мы быстрым шагом покинули двор. Мне все-таки удалось справиться с искушением посмотреть, что же творилось под окнами квартиры, где я провела ночь. И без того было ясно, что милиции туда слетелось немногим меньше, чем обычно сгоняли на матч "Спартака" и "Зенита".
    К счастью, на нас тоже никто не обратил внимания, мы беспрепятственно выбрались на улицу и смешались с толпой спешащего в метро народа. Владислав двигался вперед уверенно, наверняка решил уже, куда нам дальше направиться. А меня об этом информировать не намеревался. Что, кстати, совсем не удивительно.
    Все-таки один раз я его уже выдала. Кажется, Шуйскому, если ничего не путаю. Так что причин доверять мне вроде как не было. С другой стороны, у меня самой не было особых причин не доверять Владиславу, уже третий раз спасшему мне жизнь. Так что пока я покорно следовала за ним, не рискуя открывать рот и что-либо спрашивать.
    Так, в гробовом молчании, мы спустились в метро. По моим ощущениям, направление мужчина выбрал случайно, даже не взглянув, куда можно доехать на подошедшем поезде. А вот я заприметила, что для начала мы направились на северо-запад.
    - Там за городом живет один... человек, - соизволил пояснить Владислав. - Он поможет тебе с документами, чтобы уехать из страны.
    В ответ я только кивнула.
    - Что, никаких бурных и страстных протестов?
    Я, по-прежнему не желая ничего говорить, прислонилась к стене вагона и закрыла глаза. Нет, после всего случившегося мне было не до протестов. Более того, в голове уже начала выстраиваться довольно стройная схема того, как тут все сложится без меня.
    Сестренка, конечно, обидится, но замуж все равно выйдет и, надеюсь, счастливо. Маме главное знать, что я жива-здорова, а в остальном она давно предоставила мне полную самостоятельность. Оставался только Тим. Нет, еще кот. Надо будет сказать маме, чтобы не выгоняла...
    - Как там твой жених, нашелся? - внезапно решил проявить сочувствие Владислав.
    Как раз в этот момент я удивлялась тому, что совершенно не подумала о работе. Надо будет позвонить, сообщить о грядущем своем отсутствии. Скорее всего, меня уволят, ну и пускай. Не такая уж мечта эта работа. Но позвонить все же надо. Сделаю это сразу после того, как еще раз позвоню Тиму... Хотя нет, со звонком на работу придется подождать до понедельника.
    - Знаешь, это странно, что он вот так пропал, - негромко, в самое мое ухо, чтобы не услышали стоящие рядом с нами люди, сказал Владислав.
    - Сама знаю, - огрызнулась я.
    - У него были какие-то проблемы за последнее время?
    Задумавшись на полминуты, я отрицательно качнула головой. Ничего такого я не заметила. Все у нас шло строго по плану. Идеально, без единого отступления, как любил Тим.
    - Он мог задолжать кому-нибудь?
    Вот это вряд ли. Тимофей никогда не брал денег взаймы. И однажды даже отчитал меня в магазине, когда я обещала занести кассирше рубль завтра. Если бы речь шла о ком-то другом, я сама бы в первую очередь подумала о чем-то вроде денежных неприятностей. Но не в случае с Тимом.
    - А с работой все в порядке?
    - Будь у него там какие-то проблемы, его друг бы хоть что-то да знал, - подала я, наконец, голос. - Но нет, он сказал, что Тим закончил дела и выехал за мной, как и планировал. И пропал.
    Помолчала, подумала и добавила:
    - Тот мужик, к которому меня привезли, сказал, что не знает даже моего имени. И понятия не имеет о моем женихе.
    Владислав тоже помолчал. А потом подхватил меня под локоть и усадил на освободившееся место. Очень вовремя, потому что на ногах я давно уже держалась из чистой вредности, не желая показывать свою слабость. Наверное, это было нормально, после всего пережитого за последнее время.
    До конечной мы доехали в полном молчании. Выйдя из метро, Влад повел было меня к автобусной остановке, но я шла так медленно, что заставила его передумать и двинуться к обочине, где пассажиров дожидались несколько бомбил.
    О чем он договаривался с водителем, я не слышала. И, едва оказавшись на заднем сиденье нетипично чистенького "Рено", неожиданно для самой себя уснула.
    Проснулась я уже на мягком, уютном диване. В камине рядышком потрескивали дрова, распространяя по комнате волны приятного, расслабляющего тепла. Надо полагать, этот второй друг Владислава был все-таки поприличнее первого. Во всяком случае, дом, в котором он жил, производил много более приятное впечатление.
    Протерев глаза и оглядевшись, я схватилась за телефон и набрала номер Тимофея. Лишь затем, чтобы убедиться, что с утра не переменилось ровным счетом ничего. Мой драгоценный жених так и не объявился. Зря я надеялась, что он уже обрывает все телефоны, пытаясь меня разыскать и успокоить.
    - Выспалась? - раздался откуда-то сзади насмешливый голос Владислава, заставив меня вздрогнуть и сердито оглянуться.
    - Ты меня напугал.
    - Не бойся. Борис к утру сделает тебе документы, завтра уже улетишь отсюда.
    - И надолго? - обреченно поинтересовалась я.
    - Не знаю, - как-то беспечно пожал плечами мужчина. - Как получится. Надеюсь, с английским у тебя проблем нет?
    Я отрицательно мотнула головой. Английский я знала хорошо. И, пожалуй, за все последние дни это было первое, что могло меня порадовать.
    - Поживете там, - спокойно ответил второй голос, определенно принадлежащий пожилому мужчине. - Может, еще и возвращаться не захотите.
    У меня невольно вырвался нервный смешок. Да уж. Слышала бы его сейчас моя дорогая коллега Машенька, для которой поездка в Лондон была мечтой всей жизни. Хотя бы даже и туристическая, на пару дней. А уж тур на неопределенный срок наверняка привел бы ее в нереальный восторг.
    Но лично я никогда не стремилась перебраться за границу насовсем. Разве что так, съездить, осмотреть достопримечательности. К тому же, уверенности в том, что на Туманном Альбионе я буду в безопасности, как-то особо не наблюдалось. Несмотря на все уверения Владислава.
    - А эти твои британские родственники, они, часом, не вроде Шуйского? Он ведь тоже, как я поняла, из твоей родни.
    Владислав дернул плечом.
    - Сестра отца никогда не позволит причинить вред его миньону, - резко ответил он. - Для нее это такой же позор, как и для меня. Так что мы с ней в одной лодке, не переживай.
    Я отвернулась и оценивающе оглядела увесистую вазу с конфетами, стоявшую на столике возле дивана. Вот бы засветить этой явно тяжеленькой штукой кое-кому по голове... Ему легко советовать не переживать.
    - Влад, - серьезно сказал второй мужчина, которого я, кстати, так и не удосужилась рассмотреть. - Это антикварная ваза, между прочим. Где ты вечно находишь таких агрессивных девиц?
    Резко оборачиваясь, я задохнулась от негодования. А мерзавец, влезший в мою голову, только иронично усмехался. Между прочим, с виду этот, кажется, Борис, выглядел вполне интеллигентным немолодым мужчиной. Лет пятидесяти.
    - Пятисот.
    - Ах да! - вызверилась я в ответ. - Совсем забыла, что на ближайшую вечность общество обычных, нормальных людей мне не светит! Одни вампиры всех мастей, колдуны, убийцы, а теперь вот еще и телепаты!
    Мужчины переглянулись и неожиданно рассмеялись. Оба. Это взбесило меня еще больше, но слов, кроме, конечно, нецензурных, чтобы высказать им это, больше не нашлось. Пришлось свирепо замолчать.
    Борис резко оборвал смех, взял с комода ключи, бросил их Владиславу и попросил:
    - Сгоняй-ка в магазин за едой. И дров захвати.
    Когда принц ушел, мужчина подошел ко мне, присел на корточки, взял мои ладони в свои и, глядя прямо в глаза, проникновенно сказал:
    - Слушай сюда, девочка. Влад мне рассказал, как ты стала миньоном. Я не знаю, правда ли, что это была случайность. Очень может статься, что да. И присматривал Игорь за тобой исключительно во исполнение своих обязательств. Но вполне возможно, что тебе была предназначена какая-то роль, этого я не знаю. Так или иначе, сейчас главное - сохранить тебе жизнь. Поэтому будь добра, успокойся и делай то, что тебе говорят те, кто понимает в происходящем побольше тебя. Уяснила? Кивни, если так.
    Я кивнула. Прикосновение этого Бориса почему-то действовало на меня успокаивающе. Может быть, из-за его телепатических способностей. А может, потому, что просто внешность у него была располагающая. Первый приличный человек, попавшийся мне за последние дни.
    - Вот и славно, - улыбнулся мужчина, не выпуская мои ладони. - Рад, что ты все понимаешь. Сейчас Влад вернется, мы пообедаем и будем собирать тебя в дорогу.
     
    * * *
    На ужин я приготовила греческий салат и гуляш. В конце концов, нужно же было хоть как-то отблагодарить хозяина за заботу. Борис не только сделал для меня все необходимые для поездки в Англию документы, но еще и поручил кому-то из своих подручных раздобыть чемодан, одежду, туалетные принадлежности, даже ноутбук и новый мобильник.
    - Тут тысяч десять фунтов, - сообщил он, протягивая мне пластиковую карточку. - Должно хватить на некоторое время. Анна поможет тебе найти квартиру, может, даже работу даст. Ты у нас девочка неглупая, справишься.
    Я смогла только благодарно улыбнуться. Кажется, жизнь потихоньку начинала налаживаться. Если, конечно, не считать катастрофическое отсутствие вестей от Тимофея.
    - Я попрошу своих ребят попробовать что-нибудь разузнать о твоем женихе, - спокойно ответил на невысказанную мысль Борис.
    - Спасибо.
    - Пока не за что.
    Я не удержалась, фыркнула. Ничего себе не за что. Дорогой ноутбук, полный чемодан хорошей одежды и десять тысяч футов на первое время. Даже страшно себе представить, сколько все это будет в рублях. Я, поди, за два года столько бы не заработала.
    Несмотря ни на что, я оценила прекрасный вкус того, кто подбирал для меня вещи. Все они были как одна, стильные, неброские и очевидно дорогие. Предназначенные для настоящей леди. Мне, клиентке распродаж в Лужниках, раньше такого носить не доводилось.
    - Ты все-таки миньон покойного короля, - снова без спроса объяснил мне Борис. - Хоть у нас тут сейчас все и сложно, мы не можем позориться на всю Европу, отправив тебя туда в каких-нибудь жалких тряпках. Да и к тому же, ты сама по себе заслуживаешь лучшего.
    Я мигом насторожилась, не донеся салат до рта. Сначала мне под видом скромных извинений дарят дорогущие швейцарские часы. Теперь вот снабжают нарядами, достойными принцессы. И каждый раз убеждают в том, что я должна принимать все как должное. Это я-то, обычная девушка из обычной семьи, скромная начинающая журналистка, ничем не примечательная.
    - Что-то в тебе все-таки есть, - усмехнулся Борис, накладывая себе в тарелку еще салата. - Иначе Игорь забыл бы о тебе, едва потеряв из виду. Конечно, приказал бы присматривать, у него было кому выполнять подобные поручения. Скорее всего, даже велел бы помощнику с твоим несостоявшимся собеседником о переносе встречи договориться. Но уж точно не стал бы посылать подарки, тем более сопровождаемые собственноручно написанными записками.
    Я в задумчивости перевела взгляд на Владислава, и увидела, как тот хмурится, слушая Бориса. Ему эта история явно нравилась еще меньше, чем мне. Что, кстати, совсем не удивительно. Проблем и без меня явно хватало.
    За окнами, тем временем, уже почти стемнело. Прихлебывая отличное вино из личных запасов хозяина я как-то отрешенно подумала, стоит ли рассказывать маме, что я улетаю в Лондон. И решила этого не делать. История про командировку куда-нибудь в Питер вызовет явно меньше любопытства, да и мало ли, кому матушка или сестричка решат поведать о моем заграничном путешествии? В моем нынешнем положении чем меньше тех, кто знает, где я, тем как-то безопаснее.
    Кажется, по этому поводу Борис тоже хотел что-то сказать, потому что иных причин открывать рот без намерения переправить туда очередную порцию еды я как-то себе не представила, но не успел. Его перебили звон и треск.
    Окно столовой вылетело, стекла разлетелись осколками прежде, чем упали на пол, а на нас набросились три черных тени. Назвать эти темные фигуры без лиц как-то иначе мне просто не хватило фантазии.
    Владислав опомнился первым. Я так и не поняла, как это он успел столкнуть под стол нас с Борисом. А дальше началось совсем уж невообразимое. Над нашими головами что-то разбивалось вдребезги и ломалось в щепки. Люстра грохнулась на стол, заставив меня съежиться еще сильнее, мертвой хваткой впившись в Бориса, но темнота задержалась ненадолго. С ней быстро покончили яркие вспышки, будто кто-то над нашими головами защелкал гигантским фотоаппаратом. Отчетливо запахло паленым. А потом раздался отчаянный вопль, и на белоснежную стену, на которую я в панике уставилась, плеснула кровь.
    - Ну все, - шепнул мне на ухо Борис. - Началось.
    Мне даже спрашивать не хотелось, о чем он говорил. Я и так примерно догадалась. Там, наверху, остался принц вампиров. Вдогонку этой мысли полетело отчетливое плотоядное рычание и новый вопль, полный боли и ужаса. К счастью, больше крови в поле моего зрения не попало.
    Стыдно признаться, но у меня отлегло от сердца, когда я услышала второй крик. Ведь он, скорее всего, означал, что Владислав покончил уже со вторым противником и остался с третьим наедине. И это существенно повышало мои шансы добраться до Лондона живой. Кем бы или чем бы ни были эти тени, едва ли они заявились к нам для цивилизованной беседы.
    Но радость была недолгой, потому что следующим был не крик, а стон. И стонал Владислав. Повернув голову на звук, я увидела, как он медленно опускается на колени, прижимая ладони к животу. В ноздри ударил отвратительный запах горелого мяса.
    Борис успел зажать мне рот ладонью прежде, чем я заорала от ужаса. Вместо меня возможность покричать выпала кому-то другому, а мы из-под стола увидели еще одну пару ног, не закутанную в темный плащ до пят.
    - Элла? - позвал незнакомый мне голос. - Элла, Вы тут? Живы?
    Рассудив, что хуже, чем есть, уже вряд ли будет, я выбралась из-под стола. И увидела хозяина незнакомой пары ног. Это был довольно высокий русоволосый мужчина со светло-голубыми глазами. И было в этих глазах что-то неуловимо знакомое.
    Впрочем, сейчас мне было не до него и не до смутных ощущений. Владислав снова застонал и повалился на подпаленный и залитый кровью ковер. Я встала рядом на колени и попыталась отвести его руки, чтобы осмотреть рану.
    - Оклемается, - сердито напомнил о себе незнакомец. - Крови, поди, достаточно нахлебался.
    Борис тоже выбрался из-под стола и отстранив меня, все-таки справился с судорожно сжатыми руками принца. Рана выглядела жутко. Никогда раньше я не видела ничего подобного. Рубашка и кожа, очевидно, сгорели полностью, судя по тому, что видны были несколько ребер слева. А от вида всего остального, обугленного, но все равно начинающего кровоточить, меня, никогда не считавшую себя особенно слабонервной, чуть не стошнило. Не стошнило, наверное, только потому, что страх оказался сильнее отвращения.
    - Ничего он не нахлебался, - резко бросил Борис, осматривая рану. - Не до того было.
    - И что с того? - сухо поинтересовался незнакомец. - Одним кровососом меньше, невелик убыток.
    Я едва удержалась от искушения залепить этому гаду хорошую оплеуху. Надо же, еще совсем недавно я была бы счастлива избавиться от Владислава. Хотя, таким способом может и тогда не была бы.
    - Он умрет?
    - Скорее всего, - до странности спокойно ответил мне Борис.
    В голове пронесся целый ураган мыслей. Как же так? Вампиры ведь должны быть сильными, их должно быть очень трудно убить! Вспомнились слова товарища в костюме, допрашивавшего меня, о том, что Владислав самый сильных из всех вампиров здесь.
    - И ничего нельзя сделать? - дрогнувшим голосом спросила я.
    - А что тут сделаешь? - равнодушно ответствовал мне голубоглазый незнакомец. - Нечего было вставать на дороге у файербола.
    Я ничего не ответила, ограничившись злым взглядом, и, тронув Бориса за плечо, повторила вопрос.
    - Возможно, ему поможет твоя кровь. Ты ведь миньон его отца.
    Странно, но после этой фразы у меня не возникло и тени сомнения в собственных ближайших планах. Я выпрямилась и оглядела разгромленную столовую в поисках ножа или еще чего-нибудь острого.
    - Эй, ты чего?! - заорал голубоглазый. - Даже не вздумай давать вампиру свою кровь. Он же твою душу украдет!
    Борис невесело улыбнулся в ответ:
    - Ты вроде колдун, а веришь в сказки.
    Я внимательно посмотрела на колдуна и почему-то вдруг совершенно отчетливо поняла, что сам он ни во что подобное не верил. Хотя очень бы хотел, чтобы поверила я. Но, если честно, конкретно сейчас я не изменила бы своего решения, даже если бы и поверила в эту чушь про душу.
    Как назло, все доступные ножи были столовыми, тупыми, потому пришлось подобрать острый осколок стекла. Смотреть на то, как он режет мою кожу, я не рискнула. Ранить саму себя намеренно, да еще и наблюдать процесс было бы уже перебором, а мужики, гады, не торопились предложить помощь. Так и стояли, с одинаково нерадостными лицами.
    После нескольких капель, упавших на губы раненого, он все-таки шевельнулся и начал слизывать стекающую из пореза кровь. Как-то до странности осторожно, даже не пытаясь схватить меня за руку или хоть просто к ней присосаться. Довольствовался тем, что вытекло самостоятельно. А потом оттолкнул мою руку и отвернулся.
    Я так и осталась сидеть на коленях рядом с ним, пытаясь хоть что-нибудь понять. Вроде бы, вампиры должны как-то иначе реагировать на предложенную им кровь. Логично было предполагать, что процесс кровопития им нравится. А этот... этот... Я так и не нашла нужного слова для Владислава, зато от души обругала Бориса, когда тот больно перетянул мне руку бинтом. Этот странный вампир мне словно одолжение сделал, выпив пару глотков!
    Не переставая злиться, я взглянула на рану принца. Кажется, она стала выглядеть лучше. Не так ужасно.
    - Жить будет, - облегченно улыбнулся Борис. - Через пару часов оклемается.
    Вот как. Значит, настало время разъяснить русоволосого незнакомца, топчущегося в двух шагах от меня. Как-то подозрительно много обо мне знает этот колдун. Уж не из тех ли он нехороших товарищей, что нашли меня для Шуйского и его мерзкого костюмированного подручного?
    Именно об этом я его и спросила. Не слишком-то стесняясь в выборе выражений. И, похоже, одновременно шокировала и весьма крепко обидела.
    - Я тут ни при чем, - угрюмо ответил он. - Это вот они, которые сюда нагрянули. Эти сволочи за деньги для кого хочешь что угодно наколдуют, ренегаты клятые. А я, между прочим, приставлен тебя защищать.
    Я порадовалась, что так и не встала. А то бы точно села прямо на пол, не сходя с места.
    - Почему это?
    - Потому что ты - одна из возможных преемниц Верховной Ведьмы.
    О том, что такие новости надо сообщать как-нибудь более тактично, начиная издалека, товарищ, похоже, знать не знал. Да в вообще, звучало это заявление как бред сумасшедшего.
    Расценив мое обалделое молчание как приглашение продолжать, парень нахально уселся задом наперед на единственный уцелевший в комнате стул, сложил руки на спинке и, глядя в мои округлившиеся глаза, заявил:
    - И король Игорь не мог этого не знать. Ты с шестнадцати лет отмечена нашим знаком. Но, увы, он теоретически мог иметь на тебя право, по соглашению с Ковеном.
    - Притормози, - вмешался в разговор Борис. - Ты говоришь о трехстороннем союзе колдунов, вампиров и демонов?
    Я обессилено прислонилась к стене. Становилось все чудесатее и чудесатее.
    - Не колдунов, а магов. Или пункт о том, чтобы вы наконец начали называть нас правильно, следовало тоже вписать в договор, чтобы получить хоть какую-то надежду на его исполнение? - огрызнулся голубоглазый.
    - Мы сейчас об этом спорить будем? - не выдержала я.
    Судя по физиономиям обоих мужчин, они бы с удовольствием поспорили именно об этом именно сейчас. Даже, возможно, с применением мер физического воздействия на оппонента. Но, увидев выражение неистовой злости на моем лице, передумали.
    - И теперь право на нее переходит к Владиславу?
    - Не к Владиславу, - буркнул колдун, - К коронованному королю вампиров. И не на нее, а на преемницу Верховной.
    - Какое еще право? - елейным голоском процедила я.
    - По соглашению о трехстороннем союзе король вампиров должен вступить в брак с преемницей Верховной Ведьмы. Ну, или с самой Верховной, тут уж как получится. Наша нынешняя госпожа, скажем так, давно вышла из брачного возраста, потому, полагаю, король Игорь собирался жениться не ее преемнице, как только она будет объявлена. Но раз он погиб, и сейчас короля нет, все зависит от того, что случится раньше - появится новый король или преемница сменит госпожу Елену.
    Я откровенно запуталась, но все-таки сообразила, что мне было менее всего понятно.
    - А при чем тут демоны-то?
    - А демоны просто запросили вечного мира, сообразив, что объединение магов и вампиров может больно по ним ударить, если они вовремя не подсуетятся, - вместо голубоглазого ответил мне Владислав.
    И только тут до меня дошло самое главное. Мама дорогая, это ж если он станет-таки королем, а я окажусь преемницей этой Верховной Ведьмы Елены... без меня меня женили?! То есть, замуж выдали, но какая к демонам разница!!!
    Пока я, медленно, но верно свирепея, переваривала эту во всех отношениях потрясающую новость, колдун набрался наглости продолжить.
    - Через неделю претенденткам исполнится двадцать пять, и Совет Ковена определит преемницу. Так что никакого Лондона. Мы ведь узнали, где она и куда направляется, ренегаты узнали, а значит, и подручные вашего Шуйского могут. С них станется и самолет, если что, взорвать, они ж не в курсе, что она одна из претенденток.
    - А может, объявить об этом? - устало спросил Борис. - Тогда хоть ее они оставят в покое. Насколько я знаю, ни Шуйский, ни Вышинский нарушать договор не планируют.
    Неожиданно оба, и он, и колдун, уставились на Владислава, словно ожидали его решения. Тот приподнялся на локте, посмотрел на меня и улыбнулся:
    - Так мы и сделаем. Забирай ее.
    Голубоглазый благодарно кивнул и протянул мне руку, чтобы помочь встать. Руку я гордо проигнорировала, встала сама. Очень хотелось наговорить всем троим гадостей, но от злости не получалось сформулировать ни одного сколько-нибудь изысканного выражения. Потому даже и прощаться с вампирами не стала.


Глава 5. Ведьмин круг



    - Интересно, а почему это ты только сейчас объявился, защитничек? Меня, вообще-то, не первый день уже убить пытаются, - злобно буркнула я, сев в машину.
    - Мне только вчера тебя поручили, - проигнорировав мой праведный гнев, отозвался колдун.
    После тирады про магов мне доставляло особое удовольствие продолжать мысленно называть его колдуном. Ну вот не хотелось делать ему ничего приятного, скорее уж наоборот.
    - Кстати, я Андрей.
    - Не очень приятно, ­- огрызнулась я. - Наконец-то соизволил представиться, как и года не прошло.
    - Извини, - развел руками Андрей. - Так все закрутилось. Сперва Тимофей слинял, потом тебя сцапали, и только я тебя нашел, увидел ренегатов. Еле успел.
    К счастью, мне снова некуда было падать с уютного сиденья. Кажется, у меня наконец появился шанс узнать новости о женихе. И явно не самые приятные.
    - Это не Тимофей Волегов, часом, слинял? И куда? - выдавила я, не без труда подавив желание заорать и тряхнуть Андрея как следует.
    - Он самый, - подтвердил колдун мои наихудшие опасения. - Оказывается, его купил Шуйский. Это он тебя "нашел" для него. И заодно для ренегатов, которые спят и видят, как бы лишить Ковен Верховной Ведьмы. Решил проредить ряды претенденток руками вампиров, наглец. Еще и в женихи тебе набился.
    Горло стиснуло спазмом, глаза зажгло от близких слез. Хотелось рыдать, закатить кошмарную истерику прямо здесь и сейчас. Потому что единственное в моей жизни, в чем я была уверена, оказалось как раз самой большой ложью. А Андрей, не обратив внимания на мое состояние, продолжил:
    - Сколько раз госпожа Елена ему грозилась кое-что оторвать, если посмеет тебя тронуть. Без того наши с ног сбивались, чтобы вас уберечь, а тут, видишь ты, жених. Это при нынешних-то нравах.
    - От чего уберечь? - искренне не поняла я.
    Кажется, колдун мне намекал на ответ. Причем весьма прозрачно. Но после всего, что за последнее время со мной приключилось, я, похоже, напрочь утратила способность понимать намеки.
    - Претендентка должна сохранять чистоту до Проявления, иначе этот ритуал осуществить невозможно.
    Неожиданно для себя я захихикала. Вот, значит, почему мне всю жизнь катастрофически не везло с парнями. Стоило отношениям стать достаточно близкими, как тут же случалась какая-нибудь неприятность. На школьном выпускном Олегу внезапно стало плохо, и весь вечер он обнимал вместо меня белого друга. Надо ли говорить, что вся романтика между нами на этой не слишком великолепной ноте иссякла.
    На втором курсе я познакомилась с Ильей. Это был парень замечательный во всех отношениях, но стоило нам в первый раз остаться наедине, как у него приключился жуткий приступ аллергического насморка. Ночь прошла за глотанием таблеток и промыванием носа и глаз. Второго свидания не состоялось.
    Таких историй я запросто могла припомнить еще с полдюжины, не меньше. Моя суеверная сестренка регулярно заводила со мной разговор о том, что причина всему то ли сглаз, то ли порча. И, в конце концов, отыскала для меня какую-то колдунью.
    Наконец-то я вспомнила, кто такая Анастасия Рогозина, номер которой обнаружился на одной из моих бумажек. Та самая знахарка или как ее там, которая, по мнению Лидочки, должна была решить все проблемы в моей личной жизни. Что ж, теперь мне это навряд ли уже пригодится. Хотя одна вещь пока еще была мне непонятна.
    - А после?
    Сама поняла, что более идиотского вопроса, пожалуй, было и не сочинить. Но все-таки спросила, чтобы хоть немного отвлечься от мыслей о Тиме, не начать расспрашивать о нем. Ведь ясно же было, что эти разговоры принесут мне очень много боли. И, в конце концов, я устрою истерику.
    Наверное, Андрей тоже это понял, потому совершенно спокойно пустился в объяснения.
    - После ритуала Проявления одна из вас будет объявлена преемницей Верховной. Но если через этот обряд может пройти лишь девушка, сила ведьмы, наоборот, доступна только женщинам. И принять ее следует в течение тридцати суток. Заплатить кровью за могущество.
    - А если этого не случится?
    - Тридцать лет не будет Верховной Ведьмы. Страшно подумать, что с нами успеют за это время сотворить ренегаты. Ведь прежняя Верховная утратит силу сразу же, как будет определена преемница.
    Я задумалась, глядя в окно на мелькающие вдоль обочины деревья. Надеюсь, что преемницей я не окажусь. Потому что если вдруг... Да, крест на своей прежней тихой, мирной и скучной жизни я уже поставила. Не было в ней ничего такого ценного, чтобы сильно сожалеть. Но ведь если все-таки преемница я, мне же придется замуж выходить. И ладно еще если за Владислава, а ну как за кого-то из этих двух негодяев, которые сейчас на него, а заодно и на меня, охотятся?
    Мы проехали небольшой лесок и остановились перед внушительными воротами. Андрей даже из машины не стал выходить, только пару раз просигналил. Видимо, здесь его хорошо знали, потому что охранник приветственно махнул рукой, и ворота открылись. Мы въехали на улицу какого-то поселка. Судя по высоким кирпичным заборам и виднеющимся из-за них особнякам, люди здесь обитали серьезные. Только вот по русской традиции, понастроив дворцов, дорогу они починить как-то забыли.
    - А Тимофей-то каков красавец, - не выдержал Андрей, едва успев объехать солидную выбоину. - Взял и пропал. Пытался, наверное, изобразить, что его похитили.
    - Может, его и правда похитили, - зло бросила я.
    Все-таки мне не хотелось верить, что человек, который долго был в моей жизни едва ли не самым близким, оказался негодяем и предателем. Судя по страдальческой гримасе, скривившей лицо моего спутника, он чувствовал что-то очень похожее. Но быстро справился с собой.
    - Он очень старательно... впрочем, как всегда, позаботился обо всех магических следах. И забыл про банальные человеческие видеокамеры.
    Я вздохнула. У Андрея вроде бы не было причин врать мне. Но на душе все равно было невыносимо погано. Столько времени я волновалась за того, кто предал меня и желал мне смерти. Интересно, кстати, а мама его вообще на самом деле его мама, или часть обмана?
    Впереди тем временем показался двухэтажный дом, стоявший немного обособленно от остальных, посреди обширного сада. И окружал его не глухой кирпичный забор, а кованая железная ограда из толстых прутьев, увенчанных острыми пиками. Словно в каменное основание воткнули сотни и сотни копий.
    Мы снова въехали в ворота, под колесами захрустел гравий. А меня охватило стойкое ощущение того, что за нами внимательно наблюдают. Со всех сторон. Всмотревшись в темноту за окном, я все-таки приметила за деревьями какую-то размытую тень.
    - Куда это мы приехали?
    - Это резиденция Верховной, - с готовностью пояснил Андрей, паркуя машину на небольшом пятачке слева от крыльца.
    - Круто.
    - Да уж, - согласился мужчина. - Обычно претенденток сюда не привозят, но в твоем случае лучше перестраховаться.
     
    * * *
    - Мне тут объявили, что я уже почти девять лет как претендентка. Почему я впервые об этом слышу?
    Женщина средних лет, сидевшая в глубоком кресле напротив меня, улыбнулась, как улыбаются взрослые люди, услышавшие милый, наивный детский вопрос.
    - Потому что претенденткам незачем знать, кто они. И никто не должен знать, кто такие претендентки, - несколько туманно пояснила она.
    - Почему? - продолжала настаивать я.
    - Потому что слишком много будет желающих влиять на вас, чтобы потом Верховная Ведьма плясала под их дудку. Или вас просто будут пытаться убить.
    - Так может, стоило научить нас защищаться?
    Ведьма невесело рассмеялась.
    - Как? - спросила она. - У вас нет никакой силы. Только став преемницей и приняв силу, претендентка сможет колдовать. А до этого момента ни к чему позволять кому-то учить ее на свой манер и вообще обращать в свою веру. Верховная Ведьма должна быть бесстрастной, не защищать ничьи конкретные интересы.
    Я задумчиво почесала кончик носа. В рассуждениях хозяйки была несомненная логика. Лучше всего судить объективно тому, кто пришел со стороны. Но все-таки было в таком подходе к смене власти что-то неправильное.
    - А если избранная преемница откажется? - выложила я свой главный козырь.
    Женщина фыркнула.
    - Людям несвойственно отказываться от силы и власти, - не без иронии ответила она. - Но если вдруг такое все же случится, через тридцать лет просто появятся новые претендентки.
    Возразить тут было сложно. Люди и впрямь существа властолюбивые, только и норовят устроиться так, чтобы была возможность покомандовать ближними. И меня саму этот грех не совсем уж миновал. С детства я была командиршей. Даже в студенческие времена неизменно избиралась старостой. И все-таки неистребимый дух противоречия никак не желал оставить меня в покое.
    - Ну вот Вы представьте, - начала я. - Живет себе обычная девушка вроде меня, учится, работает, замуж собирается. И вдруг ей объявляют, что она должна стать Верховной Ведьмой, да еще и выйти замуж за вампирского короля, которого она, между прочим, в глаза не видела. Что она на это скажет?
    Ведьма негромко рассмеялась.
    - А что ты на это скажешь? - в лоб спросила она.
    Я растерялась. Нет, правда. На столь прямой вопрос трудно было отвечать сходу. Но хозяйка, судя по всему, не собиралась давать мне пару месяцев на размышления, ожидая ответа прямо сейчас.
    - Мне, деточка, почти полтысячи лет. И когда я была на твоем месте, девушек не спрашивали, кем они хотят быть и за кого желают выйти замуж. Наоборот, стать ведьмой было единственной возможностью жить свободно, а не быть запертой в собственном доме, покорной, вечно беременной женой. Но вот мне интересно твое мнение, как девушки, выросшей в другое время и воспитанной совершенно иначе, - ласково улыбаясь, проговорила ведьма.
    Я окончательно растерялась. В такой формулировке вопрос стал еще сложней и неоднозначней. И отвечать нужно было осторожно.
    - Сейчас, наверное, все наоборот, - сказала я. - Девушка и так может жить свободно, иметь столько детей, сколько хочется именно ей, и выбрать себе в мужья того, кто ей нравится. Так что получается как раз обратная ситуация.
    Женщина медленно кивнула, признавая мою правоту, и жестом предложила вновь наполнить вином мой бокал. Я согласилась, сейчас мне обязательно нужно было выпить, чтобы хоть немного расслабиться и отойти от последних своих приключений.
    - С другой стороны, брак с королем вампиров ведь предполагается как сугубо формальный политический союз. Вы оба будете свободны иметь другие отношения с кем пожелаете.
    - Вот с этого надо было начинать, - сердито буркнула я, уставившись на букет неизвестных мне голубых цветов, украшавший журнальный столик. - А то я тут уже напридумывала себе...
    - Вот именно, напридумывала, - рассмеялась ведьма. - На самом деле все намного проще. А теперь иди спать, тебе завтра на работу.
    - А как же... - растерянно начала я.
    - Ренегаты не проблема, от них мы тебя защитим. А вампиры тебя теперь и сами не тронут. Не удивляйся, если еще и с извинениями заявятся, особенно Шуйский. Кстати, когда он заявится, не вздумай отказываться от подарков и посылать его в современных традициях. Прими извинения вежливо. Мало ли, вдруг королем все-таки станет он, нам война не нужна.
    Наверное, я очень отчетливо поморщилась, потому что ведьма, поднявшись из своего кресла, присела на диван рядом со мной и взяла меня за руку.
    - Он мне тоже не нравится, - негромко проговорила она. - Но мы не можем вмешиваться в вампирские дела, они сами должны между собой разобраться. Между нами, девочками, я тоже предпочла бы Владислава.
    Я внимательно посмотрела на собеседницу. Госпожа Елена была совсем не старухой, как я себе вообразила после слов Андрея о том, что та давно вышла из брачного возраста. Ей можно было дать лет сорок, максимум сорок пять. Серые глаза светились умом и лукавством. С самого начала беседы мне стало с ней легко, как со старой подругой.
    - Не потому, что он красавчик, хотя и хорош, согласись, - продолжила ведьма, совсем уж по-девчоночьи подмигнув. - А потому, что умен и предпочитает действовать спокойно, не поддаваясь эмоциям. С таким легко при необходимости договориться. Шуйский истеричный дурак, которого толкают на трон недовольные строгостью правления Игоря. А Вышинский - скользкий подонок. Вот уж кого не хотела бы видеть у власти в этой стране. И думаю, европейцы, уже век только и мечтающие его свергнуть, со мной согласны. А теперь все-таки поспи.
     
    * * *
    В обеденный перерыв мне вдруг ужасно захотелось мороженого. Благо, киоск с ним стоял в каких-то тридцати метрах от крыльца, можно было и сбегать. Но на крыльце меня ждали знакомые близнецы, а с ними незнакомый мужчина в безупречном дорогом костюме.
    Если бы не бледно-голубые, почти бесцветные, но отчетливо неприятные глаза, я бы даже назвала его довольно симпатичным, хоть и далеко не красавцем. Во всяком случае, ничего отталкивающего, кроме выражения глаз, в его лице и фигуре не было. Но глаза... они подсказывали мне, что Елена не ошибалась, выдавая ему прошлой ночью весьма нелестную характеристику.
    - Элла Павловна? - поинтересовался мужчина, пока я, почти не стесняясь, разглядывала его с ног до головы.
    - Она самая. С кем имею честь?
    - Шуйский Павел Дмитриевич, к Вашим услугам.
    Мужчина даже слегка поклонился. Меня немного позабавил этот намек на истинный возраст, потому что по внешнему виду я дала бы ему лет около тридцати, не больше. Впрочем, за последнее время я уже привыкла ошибаться на пару-тройку, а то и на десяток веков.
    - Я хотел бы принести Вам свои глубочайшие извинения. Не так давно между нами случилось ужасное недоразумение. У меня нет слов, чтобы выразить, как я раскаиваюсь в своем неподобающем поведении.
    Я едва справилась с искушением посоветовать ему полистать словарь, дабы восполнить дефицит словарного запаса. Недоразумение, ишь ты. Это так, значит, он называет то, что его подручные возили меня невесть куда с мешком на голове, осматривали как кобылу на базаре, а потом еще и собирались изнасиловать и убить!
    Но Елена просила меня быть вежливой. Поэтому я нашла в себе силы кивнуть и спокойно ответить:
    - Извинения приняты, Павел Дмитриевич.
    - Благодарю Вас, Элла Павловна. Не соблаговолите ли Вы принять небольшой подарок, как знак моего безмерного восхищения и уважения?
    Я кивнула. Шуйский взял из рук одного из близнецов небольшую коробочку и приблизившись, но все же сохраняя некоторую дистанцию, протянул ее мне. Я осторожно, стараясь ненароком не коснуться его руки, взяла подарок, поблагодарила, попрощалась и все-таки направилась за вожделенным мороженым.
    В коробочке оказались серьги с бриллиантами. От Tiffany. У меня не возникло и тени сомнения в подлинности вещицы. Немного полюбовавшись спокойным сиянием драгоценных камней, я закрыла коробочку и спрятала ее на самое дно сумочки, пока никто из девчонок не заметил и не прицепился ко мне с расспросами.
    Я еще отходила от встречи с Шуйским, когда зазвонил мой телефон. Сняв трубку, я даже не успела до конца выпалить стандартное рабочее приветствие. Меня перебил голос, знакомый до дрожи.
    - Здравствуй, Эля.
    Сердце рухнуло на стул и дальше, по ногам, покатилось в пятки. В обе сразу. Но поддаваться панике было стыдно. В переплетах похуже не паниковала.
    - Здравствуй, Тим. Как твое драгоценное здоровье, ублюдок?
    Девочки за соседними столами стихли, делая вид, что поглощены работой, но я-то отлично знала: прислушиваются, ловят каждый звук. Нельзя ведь пройти мимо такого соблазнительного скандала.
    - Эля, они меня заставили...
    - Не ври, - отчеканила я. - Я все видела. Интересное было кино, между прочим.
    - Камеры, значит?
    Голос из испуганно-умоляющего резко превратился в ровный и насмешливый. И от этого во мне умерла последняя надежда на то, что зрение меня обмануло, или я что-то не так поняла в том, что сняла бесстрастная камера видеонаблюдения. Тимофей на самом деле оказался предателем.
    - Так было нужно, Эля, - продолжил мой теперь уже точно бывший жених. - Мы не можем допустить союза с вампирами, пойми это. Кровососам нельзя доверять, они лгут. Они хотят нас уничтожить.
    Вчера Елена рассказала мне кое-что о ренегатах. В ее версии это была группа не слишком здоровых на голову товарищей, полагавших высокую миссию магов в избавлении человечества от всей возможной нечисти. Как-то демонов, вампиров, троллей, оборотней и остальных, перечислять которых ведьма то ли поленилась, то ли побоялась, увидев мои лезущие на лоб глаза. В стремлении своем ренегаты упорствовали отчаянно, и даже придуманная людьми в первую очередь на головы магов святая инквизиция и то ничему их не научила.
    Само собой, трехсторонний договор торчал им костью поперек горла. Предполагаемый мир с вампирами и демонами никак не вписывался в рамки идеи покончить со всеми, кто не являлся людьми.
    И в данный конкретный момент мне даже не хотелось знать, правда ли то, что вампиры хотят этим договором лишь усыпить бдительность магов, чтобы расправиться с ними. Мне было достаточно того, что я хотела жить. А ренегаты хотели, чтобы я умерла. Именно так я Тиму и заявила, самым ледяным тоном, на какой только была способна:
    - Ты хотел уничтожить меня.
    - Так было нужно, - тупо повторил Тим.
    - Извини, - ядовито-сладко ответила я. - Мне придется расстроить ваши планы. Да, и еще. Позвони матери, скотина.
    И бросила трубку.
    Боли и обиды не осталось. Только холодная злость на наглого обманщика. И еще немного облегчения. К стыду своему, я поняла это почти сразу, как убедилась, что Тимофей действовал заодно с ренегатами. Наверное, я никогда не любила его по-настоящему. Он был лишь первой удачей после долгой череды комических и трагических неудач, вот я и держалась за него.
    Теперь же, когда я узнала, почему все мои отношения разваливались, я перестала бояться, что так будет всегда. Дальше я или стану ведьмой, или не стану, но буду вправе делать с собой все, что угодно. А значит, смогу встретить того, кто будет мне на самом деле нравиться, а не просто устраивать меня и маму.
    Девчонки, давно хищными гарпиями нацелившиеся на меня, чтобы завалить расспросами, уже были готовы к старту, когда в кабинет вошел курьер.
    - Сергеева Элла здесь? - громко спросил он.
    Я кивнула, подошла, расписалась на каком-то листе и получила красиво упакованную в серебристо-голубую бумагу коробку.
    Гарпии притихли, наблюдая. Сначала я не хотела доставлять им лишнее удовольствие, но курьер ждал, да и любопытство меня победило. Я вскрыла упаковку. И обнаружила коробочку из голубого бархата, явно предназначенную для ювелирных изделий, и записку:
    "Покорнейше прошу извинить мое неподобающее поведение и принять скромный дар в знак моего глубокого уважения. Станислав В."
    В коробке был жемчуг. Черный. Прекрасное ожерелье, серьги и браслет лежали на белоснежном шелке. Кто-то из коллег сдавленно ахнул.
    - Передайте, что извинения приняты, - сказала я курьеру, отправляя вторую коробочку в сумку вслед за первой.
    Курьер, коротко кивнув, удалился. А на меня все-таки налетела растревоженная стая.
     
    * * *
    - Звонила Римма Васильевна, - вместо приветствия сообщила мне мама. - Ты на самом деле порвала с Тимофеем?
    - Да, - резко ответила я, стараясь своим тоном дать понять, что не расположена пускаться в объяснения.
    Маму эта попытка, впрочем, не впечатлила.
    - Что же ты творишь, дочка? - трагически вопросила она, перегораживая собой коридор, дабы лишить меня шанса улизнуть от разговора. - Сначала отказываешь хорошему человеку, а потом принимаешь дорогущие подарки невесть от кого! Неужели я вырастила золотоискательницу, для которой деньги дороже всего на свете?!
    Я подавила вздох. Новости разлетаются быстро, и наши дамы уже поведали их дамам из бухгалтерии, а уж те не преминули тут же донести сенсацию до ушей бывшей коллеги, то бишь, моей дорогой матушки.
    - Все не так, - тихо ответила я, прислоняясь спиной к двери.
    - Так потрудись объяснить, - рявкнула мама.
    И я объяснила. Выдала ей историю, которую придумала на всякий случай по пути домой. Напрасно надеясь, что она не пригодится.
    - Тим меня предал, мам. Он изменил мне. И изменял уже давно.
    Я помолчала, стараясь, чтобы было похоже, будто я собираюсь с мыслями. На самом деле мне требовалась решимость впервые в жизни соврать, глядя матери прямо в глаза.
    - Кормил меня сказками про важность сберечь невинность до брака, а сам тем временем не отказывал себе в удовольствиях. Я хотела сделать ему сюрприз, приехала от подруги, а он там...
    Мама молчала, давая мне высказаться. И я все-таки продолжила.
    - Я ушла, и мы с подругой поехали в клуб. Там ко мне пристал один, изрядно подвыпивший мужчина. Поначалу все было вроде хорошо, мы познакомились, вполне мило беседовали, а потом он распустил руки. Я влепила ему пощечину, он наговорил мне гадостей, и мы с подругой уехали. Ну, а сегодня он меня нашел и таким вот образом извинился. Все.
    - Покажи хоть, - попросила мама, открывая мне путь в квартиру.
    Я сунула ей коробочку вместе с запиской и решительно направилась на кухню, кормить Марса, с самого моего прихода крутившегося вокруг своей пустой миски.
    - А этот твой Станислав... - начала мама.
    - Он не мой, - довольно резко отозвалась я. - Но если тебе интересно, он поляк. Здесь, в Москве, у него какой-то бизнес, кажется, связанный с полиграфией. И да, он богат. И нет, я не собираюсь продолжать с ним отношения. А может, и собираюсь.
    Я наполнила миску кота, почесала его за ушком, выпрямилась и мстительно добавила:
    - Может, даже замуж за него выйду. Там видно будет.
    Мама смотрела на меня потрясенно, и это меня взбесило. Я ее любила, но как же мне надоело делать все правильно и каждый раз прикидывать, понравится ли ей парень, с которым я собиралась встречаться! В конце концов, я уже повзрослела и имела полное право все решать самостоятельно.
    - А что?! - окончательно разошлась я. - Чем он плох? По крайней мере, с ним я не буду считать копейки на съем квартиры. И не придется унижаться перед редактором, сочиняя хвалебные статейки о богатых уродах. Смогу заниматься чем хочу. И не смей говорить, что тебе не нравится его подарок, потому что это будет чистой воды вранье.
    Мама ничего не ответила, только вздохнула, и перевела разговор на грядущую свадьбу Лиды. Как-никак, мы до сих пор не выбрали ей подарок.
    - Петя предложил купить молодым холодильник, - заметно стесняясь, проговорила она. - Все-таки квартира новая, пустая совсем. Я поговорила с Дашей, она согласна. Они от всей родни дарят кухонный гарнитур, но холодильника в нем нет. Мы уже присмотрели подходящий, скидываемся по шесть тысяч.
    Я согласно кивнула. Теперь квартирный вопрос утратил актуальность, и свободные деньги у меня были. Мама радостно заулыбалась и потащила меня к компьютеру, показывать выбранную модель. Похоже, с очаровательным Петром Семеновичем у нее все складывалось как нельзя лучше. Это не могло не радовать.
    Спала я в ту ночь неважно, все время просыпалась и прислушивалась к окружающей темноте. Но, к счастью, слышала только ровное мамино дыхание. Елена держала слово, маги следовали за мной неотступно, не показываясь на глаза. И это давало мне надежду спокойно дожить до дня рождения.
    Но под утро мне приснился кошмар. Я стояла посреди огромного зала, залитого кровью и заваленного телами убитых. Там были и госпожа Елена с перерезанным горлом, и разрубленный пополам Шуйский, и Борис, и Андрей, и много-много других незнакомых мне магов и вампиров. А в двух шагах передо мной стоял Тимофей с обнаженным мечом в правой руке и отрубленной головой Владислава в левой. Он долго пристально смотрел на меня, а потом отбросил голову и спросил:
    - Этого ты хотела?
    Меня душили слезы, даже если бы я знала, что сказать, все равно не смогла бы выдавить ни единого слова. Но тут из-за моей спины выскочил взъерошенный и злой Марс, и всеми четырьмя лапами вцепился в лицо Тима.
    Воспользовавшись моментом, я подхватила чей-то валявшийся неподалеку меч. И, как только кот с воем отлетел куда-то в сторону, замахнулась и ударила. Голова Тима неторопливо, как в замедленной съемке, начала падать с плеч. Я выронила меч и проснулась.
    Марс лежал рядом и смотрел на меня круглыми испуганными глазами. Шерсть на хребте у него вздыбилась, хвост распушился. Усилием воли я заставила себя поднять руку и успокаивающе погладить зверька.
    На душе у меня было на редкость погано. Я посмотрела на часы. До будильника оставалось всего пять минут, так что лежать дальше не было никакого смысла. Я пошла на кухню, поставила чайник и задумалась. Елена сказала мне в случае необходимости звонить в любое время, и я никак не могла решить, тот ли это случай. И все-таки взялась за телефон.
    Ведьма выслушала меня внимательно, ни разу не перебив. Потом вдруг попросила как можно подробнее описать зал, в котором я находилась во сне. Я напрягла память, но так ничего и не смогла вспомнить, кроме того, что там был высокий сводчатый потолок, две огромных люстры и темно-синие бархатные шторы, то ли закрывавшие окна, то ли создававшие иллюзию их наличия, а в центре стоял большой овальный стол.
    - Я сейчас велю Андрею везти тебя ко мне, - серьезно сказала Елена. - Нужно поговорить.


Глава 6. Сон и явь



    Елена встретила меня на крыльце, взяла за руку и, ни слова не говоря, повела за собой вглубь дома. Пройдя гостиную, в которой мы сидели в нашу прошлую встречу, и огромную библиотеку, мы вошли в кабинет. Там ведьма нажала какую-то потайную кнопку, и книжный шкаф отъехал в сторону, открывая проход.
    Спустившись по винтовой лестнице, мы оказались в большом темном помещении. Елена хлопнула в ладоши, и вспыхнул свет. Я, не удержавшись, вскрикнула. Мы с ней стояли в том самом зале, который я видела во сне.
    - Я пока не знаю, как толковать твой сон, - тихо сказала ведьма. - Но уверена, что он приснился тебе неспроста.
    - Да уж... - только и смогла выдохнуть я.
    - А поскольку ты не ведьма и никак не могла раньше видеть этот зал, то, что тебе приснилось, не могло быть лишь игрой воображения.
    По позвоночнику пробежал неприятный холодок. Пожалуй, за все время моих приключений мне ни разу еще не было так страшно, как сейчас. Было бы легче верить, что сон лишь порождение выдуманных страхов, но я видела перед собой тот самый зал из сна. И это делало кошмар пугающе реальным.
    - Ты не должна видеть таких снов.
    Я бы и не хотела. Вот уж без чего точно обошлась бы, так без жутких кошмаров.
    - Но почему тогда это случилось?
    Елена задумалась, присев на лавочку в одной из ниш. Помолчала, рассматривая сложный алый узор на белом мраморе пола, и спросила:
    - Ты делала в последнее время что-нибудь необычное?
    Я задумалась. Едва ли не все, что я делала за последнее время, было необычным. Для меня, во всяком случае. Но вот что могло бы называться необычным с точки зрения Верховной Ведьмы?
    - Ты связана с королем Игорем, но он мертв и не может быть источником твоих видений, - задумчиво проговорила ведьма. - А другие вампиры?
    - Я давала кровь Владиславу, когда его ранили напавшие на нас ренегаты.
    Елена вновь погрузилась в задумчивость.
    - По идее он не должен влиять на тебя, - сказала она после долгой паузы. - Это разве что ты должна на него воздействовать. Но точно я сказать не могу, тут надо бы спросить кого-то из вампиров, они должны лучше разбираться в таких вещах. Пойдем-ка наверх, я попробую связаться с Борисом.
    Мы поднялись в кабинет. Елена закрыла дверь в зал, села за стол и взялась за телефон.
    - Плохо то, что теперь ренегаты, а значит, и Шуйский, знают о том, что Борис играет на стороне Владислава. Скорее всего, он теперь тоже в бегах. Даже не знаю, куда ему и звонить, - несколько растерянно проговорила она.
    - А если спросить кого-то другого? - предложила я, чтобы не выглядеть совсем уж потерянной.
    - Никому больше я не доверяю, - фыркнула Елена. - Вампиры без короля то еще счастье. От них и так-то не знаешь, чего ждать, а уж если наступает безвластие...
    Я присела на стул и задумалась. Этот Борис почему-то сразу мне понравился, можно сказать, с первого взгляда. Потому, наверное, что выглядел спокойным, рассудительным, а еще мудрым. Познакомься мы при иных обстоятельствах, никогда бы не подумала, что он не человек, так спокойно мне рядом с ним было. Он даже чем-то неуловимо напомнил мне отца.
    - Все-таки попробую позвонить, - решительно заявила Елена. - Хуже не будет.
    Нам повезло. Борис ответил быстро и сразу же согласился приехать. Повесив трубку, ведьма довольно улыбнулась и поднялась из-за стола.
    - Пойдем, пообедаем что ли, - предложила она.
    И только тут я поняла, что уже полдень, а я сегодня выпила всего одну чашку кофе рано утром. Обед определенно пошел бы мне на пользу.
     
    * * *
    Борис присоединился к нам, когда мы уже пили чай, а я мучительно решала, съесть ли третье пирожное. Корзиночки с кремом были моей любовью еще с детства, а те, которые подали нам с Еленой, оказались вкуснейшими из всех, что я когда-либо пробовала. Увы, желание сохранить фигуру все-таки победило.
    Елена вкратце рассказала Борису про мой сон. Тот налил себе чаю и задумался, медленно помешивая сахар в чашке. Наконец, мужчина сделал первый глоток, посмаковал напиток и сказал:
    - Никогда ничего не слышал об обратном влиянии. Так что навряд ли источником сна мог быть Влад. С другой стороны, ходили слухи, будто король Игорь обладал даром видения. Если и правда обладал, нельзя исключать возможность того, что дар видеть будущее мог передаться Элле.
    - А разве обычные люди могут получать способности от вампиров? - удивилась Елена.
    - А разве она обычный человек? - задал встречный вопрос Борис.
    Ведьма задумалась.
    - Ты ведь понимаешь, что это значит? - спросила она.
    - Понимаю, - равнодушно пожал плечами вампир. - Это значит, что она и есть твоя преемница.
    - Этого мы не знаем.
    Борис саркастически хмыкнул. А я уже сбилась со счету, в который за последние дни раз порадовалась тому, что самые сенсационные известия получаю то сидя, то вовсе лежа. Если бы не это везение, на мне уже места живого не было бы от синяков и шишек.
    - Ладно, - отмахнулась ведьма. - Об этом потом. Расскажи хоть, как там дела у принца, раз уж приехал.
    Борис вздохнул. По его разом погрустневшему лицу было очевидно, что дела у Владислава шли далеко не лучшим образом.
    - В общем-то, все не так уж плохо. Если доживет до понедельника, станет королем.
    - Почему? - не удержавшись, спросила я.
    - Потому что он единственный прямой наследник, - терпеливо объяснил мне Борис. - Коронация нового короля происходит на девяносто первый день после смерти предыдущего, и Владу просто нужно явиться туда, чтобы заявить о своих правах. Главное - дожить. До понедельника.
    - Он попробует договориться с Вышинским? - спросила вдруг Елена.
    Борис замолчал надолго. Я успела допить свой чай, налить себе свежего и все-таки съесть третью корзиночку прежде, чем он, наконец, ответил:
    - Я много раз говорил ему, что это мудрое решение. Сам Вышинский не может не понимать, что, даже если не станет Владислава, его все равно могут не признать в качестве короля России. Кому нужно создавать объединение вампиров втрое большее, чем любое другое в мире? А вот объединение кланов вполне может стать формальным выходом из ситуации.
    - Это точно, - вздохнув, согласилась Елена. - В самом деле, если он так уж насмерть разругался с Анастасией, есть ведь еще Марина.
    - Ага, - со смешком подтвердил Борис. - И еще Мирослава, Ирена и Ядвига. Чего-чего, а дочерей у Вышинского хватает, тут ему повезло.
    Я окончательно перестала понимать, о чем идет речь. Для начала, до этого момента все указывало на то, что наследниками являются все-таки сыновья, так с чего бы называть везением наличие взвода дочек? А во-вторых, по пресловутому договору король вроде как должен был жениться на Верховной Ведьме.
    Терять мне было нечего, так что молчать с целью сойти за умную я совсем не собиралась. Потому грех был отказываться от возможности поприставать с вопросами и побольше узнать о ситуации, в эпицентр которой я внезапно угодила.
    - Елена ведь сказала тебе, что брак между королем и ведьмой будет сугубо формальным? - подозрительно уточнил Борис.
    Я кивнула. Кажется, вампир вздохнул с облегчением, и продолжил рассказывать:
    - Но королю, между тем, нужны наследники. Поэтому, в случаях, когда заключается политический брак, выбирается официальная фаворитка короля, дети которой признаются законными. Фактически это та же жена, только именуемая немного иначе. Если Владислав выберет в качестве фаворитки одну из дочерей Вышинского, это станет основой союза между ними.
    - На это мы и надеялись, - подхватила Елена. - Он почти полвека встречался со старшей Вышинской, Анастасией, но потом они как-то вдруг рассорились и разбежались.
    Разговор увял. Мы дружно пили чай, сосредоточенно разглядывая накрытый стол, и думали каждый о своем. Я вот - о том, что мне отчего-то смутно не нравилась эта идея с официальными фаворитками.
    Нет, я, конечно, понимала, что в политическом браке нет и не должно быть всего того, что традиционно понимают под супружеством. Но столь откровенного... цинизма, что ли, все равно не ожидала.
    Мне даже как-то неловко стало находиться в столовой. Да и дамскую комнату пора было посетить, так что я встала из-за стола, вежливо поинтересовалась, где находится нужное мне заведение, и отбыла в указанном направлении.
    Вернулась я быстро. Кажется, Елена с Борисом предполагали, что я буду отсутствовать несколько дольше, еще не войдя в столовую я услышала их довольно жаркий спор.
    - Ты ведь понимаешь, что всю эту ерунду заварили вы с Игорем? - сердито вопросил Борис. - Я понимаю, что вы хотели пожениться, в этом нет ничего такого. Но ты, из страха испортить отношения с Матвеем и потерять власть, так ничего и не сделала.
    - Это было опасно, - как-то беспомощно возразила Елена.
    Борис, проигнорировав мольбу, звучавшую в ее голосе, продолжил наступать:
    - Но ты-то еще ладно, - резко заявил он. - Я не очень понимаю ваши колдунские разборки и даже готов поверить, что твой развод с Матвеем действительно мог запросто развалить Ковен. Но Игорь-то каков? Если уж так не хотел жениться ни на ком, кроме тебя, мог бы хоть сделать ребенка какой-нибудь фаворитке, чтобы Влад теперь не трепыхался в одиночку!
    Елена молчала. Через приоткрытую дверь я видела ее опущенную голову и поникшие плечи. Видимо, история с договором на самом деле была куда сложней и запутанней, чем мне поначалу казалось.
    Дольше стоять у двери я не рискнула, подозревая, что даже если увлеченные спором вампир и ведьма до сих пор меня не заметили, то очень скоро точно заметят. И получится весьма неловкая ситуация.
    Как и ожидалось, с моим появлением разговор тут же прекратился, и Борис с Еленой принялись делать хорошие мины при плохой игре, изображая глубокую увлеченность чаем и сладостями. Я сделала вид, что ни о чем даже не подозреваю, и задала свой последний оставшийся вопрос. Признаться, мне давно уже интересно стало знать, для чего вообще городить огород со свадьбой. Вроде бы в современном мире государства вполне ограничиваются всевозможными бумажными договорами.
    - Вот ты знаешь, почему вампиры и маги так часто разводятся? - огорошил меня встречным вопросом Борис.
    - Понятия не имею, - честно призналась я. - Я не только не в курсе, почему, но даже и не знала, что это вообще так.
    - Потому, что у нас брак несколько отличается от того, что принят у людей. Мы не просто обмениваемся кольцами и что-то там друг другу обещаем, чтобы потом эти обещания преспокойно нарушать сколько душе угодно. Мы даем обет полной откровенности.
    - То есть, супруги не могут врать друг другу, - специально для меня пояснила Елена. - Поверь, девочка, мы уже не один раз пытались заключить обычный мирный договор. Каждый раз все заканчивалось нарушениями, скандалами, а однажды даже привело к открытой войне.
    - Так мы и пришли к тому, что единственный способ покончить со взаимным недоверием - обеспечить полную взаимную откровенность.
    Я потерла лоб. Было в этом решении что-то гениальное, и, вместе с тем, жуткое. В самом деле, нельзя сплести интригу за спиной того, кого не можешь обмануть. И наверное, такие отношения мечта любого... до тех пор, пока в них не окажешься. Правда, только правда и ничего кроме правды, никакой лжи во спасение, никакой возможности уйти от неприятной темы. Действительно, этак развестись совсем недолго.
     
    * * *
    Он увидел прячущуюся среди деревьев тень, еще только выйдя из подъезда. Клыки сразу щекотнули десны. Едва ли это был какой-то местный хулиган, наметивший поживиться кошельком позднего прохожего. Скорее всего, очередной убийца.
    Облизнув губы, Владислав все-таки двинулся в сторону магазина. Целые сутки у него не было ни крошки во рту, только пара кружек противного дешевого чая. А рана, нанесенная файерболом ренегата, так до сих пор и не исчезла до конца, ребра довольно отчетливо побаливали. Что ж, если за деревьями прячется убийца, как раз будет шанс избавиться от этой проблемы. Так или иначе.
    Тень скользила следом, пока что не приближаясь. Убийца явно выжидал. Вампир продолжал делать вид, что ничего не замечает. Какое-то время это ему удавалось, но потом в висках и затылке одновременно вспыхнула ослепляющая боль. И как наяву он увидел сияющее в ярком свете пары люстр лезвие меча. За мгновение до того, как оно рассекло его шею.
    Боль швырнула Владислава на колени, заставив скорчиться и едва не вынудив закричать. Последним, что он услышал перед секундным забытьем, был отчаянный женский крик. И голос кричавшей женщины показался знакомым.
    Не ожидавший ничего подобного убийца замешкался. Всего на пару мгновений, а потом, окрыленный внезапной удачей, кинулся к замершей посреди тротуара жертве. Но даже столь краткая задержка его погубила.
    Владислав успел оправиться от боли и темноты в глазах, и встретил нападающего во всеоружии. Увернувшись от взлетевшего в воздух лезвия, он прокатился по земле, вскочил на ноги и, мощным прыжком перемахнув через нападавшего, схватил его сзади за горло.
    Убийца не захрипел, и это несколько разочаровало принца. По его душу прислали обращенного, чья кровь была бесполезна. Осталось лишь одно: выхватить меч, которым только что пытались отрубить его собственную голову, и воспользоваться им.
    Обезглавленное тело рухнуло в короткую весеннюю траву. Влад огляделся по сторонам. Кажется, короткая стычка не привлекла ничьего внимания, вокруг не было ни души. Труп обращенного его не волновал, в скором времени он разложится и вонючая жижа благополучно испарится. Как и брызги крови, оставшиеся на его куртке. Единственным, что Владиславу хотелось бы знать, было то, откуда на него свалилось неприятное видение.
    До магазина он шел, каждую секунду ожидая повторения кошмара. Но ничего так и не случилось. Но сердце все равно колотилось как безумное, хотя ночью должно было бы стучать всего раз шесть в минуту.
    Неужели это был дар видения? Говорили, что им обладал его отец. Сам Владислав точно не знал, было ли это правдой. Они с отцом были не особенно близки, и ни разу не говорили о подобном. И никогда раньше ничего похожего с ним не случалось. Были, конечно, кошмарные сны, но это были именно сны. И настигали они его исключительно спящим в кровати, а никак не бодрствующим, посреди улицы.
    Убийца никак не мог быть причиной случившегося. Будь он истинным или магом, можно было бы предположить какое-нибудь воздействие, вампиры обладали самыми разными способностями. Но обращенный фактически был мертвецом и в принципе не мог оказывать никакого ментального влияния.
    Уже достав ключи, на пороге своей квартиры, Влад замер, озаренный догадкой. Он наконец-то понял, чей крик слышал в видении. Той девушки, Эллы. И это теоретически могло многое объяснить.
    Отец сделал ее своим миньоном, а значит, если даром обладал он, был шанс, что она его получила. Безусловно, это было великой редкостью, но не считалось невозможным. В их семье ходила история, почти легенда, о том, что человеческая любовница одного из королей приобрела пророческий дар даже более сильный, чем у самого короля.
    Если Элла видела будущее, неудивительно, что и его зацепило. Он только что пил ее кровь, а если дар настиг ее впервые, она, естественно, не успела закрыться. Да и не смогла бы этого сделать.
    Увы, пророчество не сулило ему ничего хорошего. В нем он умирал. Но если оно стало проявлением дара видения, значит, пришло не просто так. Значит, была какая-то возможность добиться иного исхода. И потому нужно было разобраться в случившемся. Уже войдя в квартиру и бросив на стол пакет с продуктами, Владислав принял решение. Эта девушка, даже если не станет Верховной Ведьмой, должна принадлежать ему.
    Но пока все складывалось не слишком удачно. Появление убийцы означало, что и об этой квартире кому-то стало известно. Шуйскому, надо полагать, потому что Вышинский не стал бы заниматься ерундой, подсовывая обращенных. Разве что просто проверял...
    Поколебавшись с минуту, Владислав все же достал мобильный. Настало время прибегнуть к последнему, самому нежеланному, но, к сожалению, единственному оставшемуся варианту. К попытке договориться с Вышинским.
     
    * * *
    Женщина улыбалась лукаво и насмешливо. Было время, когда этот изумительный изгиб нежно-алых губ сводил его с ума. Когда-то он готов был отдать все, что угодно за право любоваться им. Но это было давно. И давно прошло.
    - Почему ты, Анастасия? - холодно спросил Владислав.
    - А почему не Настенька? - усмехнулась женщина. - Или ты уже забыл, как любил меня называть?
    - Забыл.
    Он смотрел на нее и чувствовал, что прошла целая вечность, хотя на самом деле они не виделись всего три года. Но внутри ничего не проснулось, не заныло томительно и сладко, как раньше. Потому что Настеньки больше не было. Была только Анастасия Вышинская, холодная, расчетливая тварь, которая пользовалась им в свое удовольствие. Просто потому, что могла. Он позволял ей это.
    Говорят, красота в глазах смотрящего. Сейчас Владиславу это утверждение казалось до отвращения верным. Перед ним сидела красивая женщина. Великолепная в каждом жесте, в каждом неуловимом движении потрясающей волны белокурых волос, в дивном изгибе ресниц, обрамляющих лукавые ярко-синие глаза. Каждая ее черта была частью совершенного целого. И когда-то этого было достаточно, чтобы перехватило дыхание и сердце сбилось с привычного ритма. Но не сейчас.
    Сегодня он смотрел на нее, как смотрят на любое произведение искусства. С восхищением, даже с трепетом, но без намека на любовь. Потому что нельзя любить краски на холсте, сколь бы прекрасную картину они не создавали, и нельзя любить мрамор, даже если из него высечена удивительной красоты статуя. Холст, краски и мрамор мертвы, никакое дыхание страсти их не согреет и не вдохнет в них настоящую жизнь. И такой же мертвой была Анастасия.
    - Я могу тебе напомнить.
    Владиславу пришлось собрать всю волю, чтобы не отшатнуться от ее ладони, ласково погладившей его по щеке. В точности как тогда, когда он еще думал, что они любят друг друга.
    - Не нужно. Просто скажи, зачем ты пришла.
    - Ты сам просил о встрече, - сдалась Анастасия, сразу же перестав быть очаровательной.
    - Я хотел поговорить с твоим отцом.
    - Отец отправил меня. Чтобы я передала тебе его условия.
    Влад подавил вздох. Он уже понял, что задумал Вышинский, и план этот ему категорически не нравился. Главным образом потому, что не сулил принцу Владимирову долгой и счастливой жизни.
    - Говори.
    - Отец поддержит тебя, при условии, что ты сделаешь меня официальной фавориткой.
    Да, подозрения подтвердились, и неудивительно. Вышинский все рассчитал верно. С его поддержкой Влад, конечно же, станет королем. И, как только появится наследник, с ним расправятся.
    Безусловно, при таком раскладе у него будет немного времени. По крайней мере, он точно не умрет до того момента, пока не станет точно известно, что у Анастасии будет сын. И в данный момент подобная перспектива была куда привлекательней перспективы не дожить даже до ближайшего понедельника. А там, как любил говаривать отец, либо султан умрет, либо ишак, либо...
    Но это был в любом случае единственный вариант, при котором сам Владислав умирал лишь в одном случае из трех. Во всех остальных его шансы остаться в живых стремились к полному нулю. Так что глупо было отказываться. Тем более, отказ и не предполагался.
    - Именно тебя?
    - А ты предпочел бы кого-то из моих сестер? - скорчила обиженную гримаску Анастасия.
    Можно было даже подумать, что она и в самом деле огорчилась, услышав этот вопрос. Но Владислав знал ее слишком хорошо, чтобы еще хоть раз в жизни купиться на подобное.
    - Я предпочел бы знать, какой у меня есть выбор, - сухо ответил он.
    - Никакого. Или фавориткой стану я, или предложение недействительно.
    Владислав это знал и так, просто нужно было получить официальное подтверждение. Чтобы получше разобраться в намерениях в первую очередь самой Анастасии. Потому как разговор со Станиславом все равно состоится, ведь договор должен быть официальным. И тогда он задаст этот вопрос снова. Но пока до этой встречи надо еще дожить, вариантов у него нет.
    - Я согласен.
    - Я рада, милый, - вновь расцвела Анастасия, вернув на лицо самую очаровательную из всего арсенала своих улыбок. - Обещаю, ты не пожалеешь.
    Он уже жалел. И будь у него хоть малейшая возможность сделать все иначе, воспользовался бы ей без колебаний. Но предыдущие восемьдесят пять дней лихорадочных поисков другого выхода не принесли результата, и Владислав от всей души сомневался, что сумеет что-то измыслить за оставшиеся пять.
    - Мне нужно будет переговорить с твоим отцом.
    - И мы немедленно к нему отправимся, - в очередной раз лучезарно улыбнулась Анастасия.
    Она сделала жест охране, и те мигом поднялись из-за стола, готовая выполнить любой приказ хозяйки. Это были истинные, Вышинский не мелочился. С четырьмя себе подобными, да еще и Анастасией, Владислав мог и не справиться, если бы переговоры пошли неправильно.
     
    * * *
    Мама радостно сообщила мне, что они уже заказали доставку холодильника. И, конечно же, спросила, что я хочу получить в подарок на день рождения. Вопрос застал меня врасплох.
    Вообще-то я любила этот праздник. Мама всегда пекла мой любимый торт, сестричка придумывала что-нибудь веселое, потом к празднику присоединялась парочка подруг, с которыми я в данный момент общалась ближе всего, и выходил приятный вечер.
    Но ближайшее воскресенье мне предстояло провести совсем в другой компании. И обычный домашний вечер не имел ни единого шанса состояться. Только вот оставалось придумать, как сказать об этом маме.
    - Мам, - начала я осторожно. - Я пока не знаю, что буду делать в воскресенье.
    Мама нахмурилась. Я поняла, что нужно спасать положение, пока на меня не обиделись окончательно. К счастью, одна светлая мысль в моей голове все же отыскалась.
    - Я не хочу праздновать без Лиды.
    Кажется, гроза миновала. Мама задумчиво потерла лоб и кивнула:
    - Да. А ведь они с мужем уже уедут, у них билеты на вечер субботы.
    - Давай потом соберемся, когда они вернутся, - стараясь, чтобы голос звучал на слишком радостно, предложила я. - А в воскресенье я просто посижу с девчонками с работы где-нибудь в кафе.
    - Или опять в клуб поедете, - недовольно отозвалась мама.
    - Нет, это вряд ли, - уверенно ответила я. - Хватит с меня одного раза.
    Марс запрыгнул мне на колени и уютно замурчал. Я почесала его за ухом, заставив зажмуриться от удовольствия. Все-таки хорошо было спокойно провести вечер дома. Зато завтра меня ожидал веселый денек.
    После прилюдного вручения подарка и разрыва с женихом в понедельник, да еще и отсутствия во вторник, к среде градус неуемного любопытства коллег обещал достичь исторического максимума. Наверняка они сегодня целый день обсуждали, где и как я, такая малопримечательная внешне особа, ухитрилась подцепить богатого жениха, что сейчас между нами происходит, и чего ждать в будущем.
    Конечно же, мама уже поведала своим подругам ту историю, которую я ей выдала. И она практически не имела шансов не стать главным хитом последнего года. А то и пятилетки. В конце концов, не так часто скромные сероглазые шатенки, только еще начинающие журналистскую карьеру, становились возлюбленными олигархов.
    В общем, жизнь моя становилась день ото дня все веселее и веселее. А ведь совсем еще недавно она была скучной, однообразной и предсказуемой до тоски. Кажется, я была этим не вполне довольна? Что ж, зато теперь развлекаюсь по полной программе.
    Кот продолжал мурчать, тычась мордочкой в мою руку. Я машинально гладила мягкую шерстку. Это успокаивало, помогало привести мысли в порядок. На самом деле все было не так уж и страшно.
    Даже если в воскресенье выяснится, что Борис ошибался, и я не преемница Верховной, на что я в глубине души продолжала надеяться, в понедельник будет коронован новый король вампиров. Так или иначе, это покончит с моими злоключениями. Станет Владислав королем или не станет, я никому уже не буду интересна. И смогу вернуться к прежней жизни.
    Только вот смогу ли? Отчего-то мне было трудно однозначно ответить на этот вопрос. В памяти всплыли слова Елены о силе и власти. От них и впрямь трудно отказаться. Похоже, я не была счастливым исключением. Теперь так уж точно. Прожить спокойную, может быть даже счастливую человеческую жизнь легче, если не знаешь, сколько всего осталось неизведанным. Но после того, как мне позволили заглянуть за грань привычной реальности, увидеть столько необычного...
    Нет, нет и нет. Я больше не хотела быть обычной журналисткой. Даже знаменитой не хотела. По крайней мере в этом я уже могла самой себе признаться. Наверное, где-то в глубине души я уже стала ведьмой. Елена была права. Отказаться трудно.


Глава 7. Охотники



    - Здесь свободно?
    - Можно мне... - уже не в силах скрыть злость в голосе, начала было я, но вовремя осеклась.
    Присоединиться ко мне за обедом решил не очередной настырный коллега и не незнакомец, жаждущий знакомства, а всего-навсего Владислав. Собственной высокой персоной принц, потенциальный король России. Или король вампиров России, такое определение куда точнее описывало ситуацию.
    - Так можно?
    Я смерила незваного гостя моего уединенного столика подозрительным взглядом. Вежливость вопроса настораживала. Хотя, конечно, после извинений Шуйского и Вышинского я несколько привыкла к тому, что среди вампиров числюсь потенциально важной персоной, и потому заслуживаю соответствующего обращения.
    - Можно.
    Заручившись моим согласием, Владислав сел напротив. Обедать он вроде бы не собирался, но кофе с каким-то пирожком для приличия взял. Зато я собиралась поесть по-человечески, потому вернулась к своему супу.
    - Я кое-что видел.
    - Зеленый луч? - охотно поддержала я разговор.
    - Чего? - вытаращил глаза Владислав.
    Похоже, мне удалось его поразить. Собственно, именно этого я и добивалась. Уж очень хотелось посмотреть, как этот самоуверенный тип обалдело таращится на меня, пытаясь понять происходящее. Я слишком много смотрела на него таким манером, пускай и он помается.
    - Ну, это такая штука, ее можно иногда увидеть на закате солнца, - охотно поведала я, безмятежно глядя на озадаченного собеседника. - Самый последний луч, он зеленый. С тех пор, как прочитала про это, мечтаю увидеть. Думала, вдруг тебе повезло.
    - Да ну тебя, - буркнул Влад. - Я про видение.
    Тут уже обалдела я. Хорошо хоть удалось сохранить невозмутимое выражение лица, но далось мне это с огромным трудом.
    - Что за видение?
    - В котором мне отрубили голову, - отчего-то крайне язвительно проговорил мужчина. - Скажи честно, оно было твоим?
    - А что было потом? Ну, после того, как тебе... - тупо спросила я.
    - Элла, - тихо и задушевно ответил Владислав. - Мне отрубили голову. Я некоторым образом умер. Откуда мне, черт возьми, знать, что там приключилось после моей смерти?
    Я поняла, что сморозила глупость. В голове пронеслись воспоминания о разговоре с Еленой и Борисом. Судя по всему, Борис был совершенно прав, никакого обратного влияния не существовало. Видение было моим, а Владиславу досталась лишь часть, касающаяся его самого. Потому что я дала ему свою кровь.
    - Там был Тимофей. Маг-ренегат, которого я считала своим женихом, - без обиняков заявила я. - Это он тебя убил. А потом я убила его. Все.
    - Круто, - ответил Владислав.
    Я обалдела окончательно. Потому как, признаться, ожидала несколько иной реакции. Расспросов там, выяснения обстоятельств. Да хоть бы поинтересовался, каково мне было лицезреть его голову отдельно от всего остального! Но ведь нет, вместо всего этого вампирский принц повел себя как жующий жвачку подросток-двоечник. Один из тех бесивших меня одноклассников, которым в следующей жизни явно суждено было стать баобабами.
    - Что ты так на меня смотришь? Ждешь, что зарыдаю? - все-таки решил разрушить малопривлекательный образ Владислав. - Ты с кем-то говорила о своем видении?
    - С Верховной Ведьмой и Борисом.
    - И что они сказали?
    - Порассуждали о том, могла ли я получить в наследство дар Видения. Если, конечно, твой отец в самом деле им обладал.
    Владислав ничего на это не сказал, принявшись за свой пирожок. А меня начал одолевать нервный смех. Несмотря на все, что я за последнее время узнала о сверхъестественных существах, жующий обычную человеческую еду вампир упорно казался чем-то диким и забавным.
    Принц неожиданно улыбнулся и лукаво подмигнул мне. Лицо у него при этом стало совсем мальчишеским. Пожалуй, при первой нашей встрече я погорячилась, оценив его возраст лет в тридцать. Теперь, когда мне наконец удалось его толком рассмотреть, стало понятно, что на самом деле выглядит он гораздо моложе. Скорее моим ровесником.
    - Влад, - начала я, впервые вслух не назвав его полным именем. - А сколько тебе лет?
    - А сколько не жалко? - продолжил улыбаться мужчина.
    - Серьезно.
    - Триста двадцать шесть, - ответил он после короткой паузы и, подумав, добавил: - С половиной.
    Вот так. Ровесник оказался старше меня на три века с мелким хвостиком. Признаться, этот факт меня несколько обескуражил.
    - Что, много? - спросил Влад, угадав мою реакцию.
    - Немало.
    Улыбка его неожиданно стала застенчивой.
    - Извини. Просто я привык быть младшим в семье, вот и не кажусь самому себе старым.
    - А ты боишься умереть?
    Влад снова помолчал, выпил с полкружки кофе, и только потом задал встречный вопрос:
    - Ты из-за видения спрашиваешь?
    - Из-за него тоже. Но ведь тебя и без того хотят убить.
    - Скажем так, я этого не хочу. И потому договорился с Вышинским.
    Я хотела наградить его насмешливой улыбкой, но не смогла. Шут знает почему, но мне стало неприятно. Словно от услышанного признания в чем-то глубоко постыдном. Влад, внимательно смотревший на меня, устало вздохнул. И я все-таки не выдержала.
    - И которая дочка станет фавориткой его будущего величества?
    Наверное, язвительности в моем тоне было лишковато. В конце концов, какое право я имела его осуждать? В какой-то мере этим поступком он защищал и меня тоже. Ведь если не я стану Верховной Ведьмой, меня могут снова попытаться убить. А так количество моих врагов сокращалось вполовину. И все-таки меня взбесило услышанное. Это была какая-то... проституция. Вот.
    - У меня не было выбора, - опустив глаза, тихо сказал Влад.
    - Я знаю, прости.
    - И нам с тобой придется еще придумать, как избавиться от Анастасии.
    А вот этого я совсем не ожидала.
    - Чего?
    Язвительность и злость испарились начисто. Я почти ничего не знала о вампирских традициях, но тут, кажется, все складывалось вполне по-человечески. И то, что согласился он для виду, несколько реабилитировало принца в моих глазах. Хоть, наверное, это был все равно не лучший поступок.
    - Вышинский рассчитывает обзавестись внуком и сделать королем его. Что для меня означает смерть, - пояснил Владислав. - И для тебя, кстати, тоже, если, конечно, ты не станешь Верховной Ведьмой. Но если станешь, решать тебе.
    Я задумалась. Из всей троицы претендентов в короли пока что один только Влад не сделал на моих глазах ничего откровенно подлого и гадкого. Если конечно под избавлением от Анастасии он не имел в виду ее убийство. На всякий случай, я решила сразу уточнить этот момент.
    - Да ты что? - вполне искренне возмутился вампир. - Отставить из фавориток и все.
    Помолчал и вдруг добавил:
    - Если бы я хотел ее убить, давно бы это сделал. Но у нас строгие законы, за убийство придется отвечать. А она того не стоит.
    В принципе, я и не ожидала, что вампир окажется пацифистом. После того, что он сделал в особняке, где меня держали, я не могла не сознавать, что это далеко не так. А главное, не считала его неправым. Те вампиры не колеблясь убили бы нас обоих, будь у них такая возможность, так стоит ли сожалеть об их гибели?
    Я, пожалуй, никогда и не относилась к числу девушек, поднимающих истерику при виде раздавленной гусеницы. Когда какие-то подонки безнаказанно убивают близкого человека, трудно продолжать верить в святость жизни. Скорее, начинаешь желать кровной мести.
    А еще я была девушкой практичной, потому понимала, что отомстить - это, конечно здорово. Но желательно сделать это не ценой собственной жизни, свободы и благополучия. Так что позиция Влада по данному вопросу была мне близка и понятна.
    - Только вот почему ты просишь о помощи меня?
    - Пойми, - устало ответил Влад. - Во всем мире я могу доверять только троим: Егорычу, Борису и тебе. А для того, чтобы избавиться от влияния Вышинского, мне, по меньшей мере, нужен будет тот, кто им точно не куплен.
    Я доела последний кусок котлеты и отхлебнула компот. Обеденный перерыв подошел к концу, пора был возвращаться на работу. Уже собравшись встать, я почувствовала, как на мое плечо опускается тяжелая ладонь.
    - Сиди, ведьма.
    На третий свободный стул плюхнулся незнакомый мужик. Этакий шкаф с полным набором антресолей. И весьма недвусмысленно продемонстрировал нам обоим укрытый от посторонних глаз курткой пистолет. Владислав замер с кружкой в руках, напряженно скользя взглядом по залу. Не иначе, искал товарищей незваного гостя.
    - Вы, наверное, ошиблись, - пролепетала я.
    - Заткнись.
    Отследив направление взгляда Влада, я заметила еще троих за столиком неподалеку. Они явно пришли не обедать, слишком уж пристально наблюдали за нами. Страховали товарища.
    - Ты сейчас встанешь и пойдешь с нами, - безапелляционно заявил мне мужик. - А ты, парень, сиди спокойно, не дергайся. Еще спасибо нам скажешь.
    Владислав немного расслабился, и я поняла, что в нем не узнали вампира. Наверное, это было хорошо, развязывало ему руки, давая возможность сделать что-нибудь, когда противник будет этого меньше всего ожидать.
    Двое из группы поддержки поднялись со своих мест, и подошли к нам. Один застегнул на моей шее что-то холодное и тяжелое, похожее на ошейник. Я невольно поежилась от ледяного прикосновения. Мужик с пистолетом удовлетворенно оскалился при виде этого:
    - Попробуй теперь, поколдуй.
    Я беспомощно огляделась по сторонам, краем глаза заметив, что Влад, воспользовавшись тем, что все внимание было сконцентрировано на мне, стянул со стола вилку. Значит, что-то задумал. Ну, а пока стоило доиграть роль ничего не понимающей, перепуганной девицы до конца.
    - Сема, они сумасшедшие? - жалобно протянула я.
    Понятия не имею, с чего мне вдруг пришло в голову это имя. Просто не хотелось озвучивать при такой сомнительной публике настоящее, вот и выдала первое подвернувшееся.
    Кажется, товарищи заколебались, но лишь на мгновение. Потом тот, что стоял за моей спиной, схватил меня за предплечья и резко дернул вверх, заставив пискнуть от боли и встать.
    - Эй, ребята, вы чего? - подыграл мне Влад, тоже начиная подниматься на ноги. - Я сейчас охрану позову.
    - Сиди! - рыкнул тот, что с пистолетом, почти уже не стараясь скрыть оружие.
    Но Владислав требование проигнорировал, выпрямившись во весь рост. Мужик тоже поднялся. Но ненадолго. Напрасно я думала, что безумие ситуации уже достигло апогея, на самом деле все только начиналось.
    Меня словно краем невидимого матраса толкнуло. Мужик, державший меня за плечи, получил порцию побольше, не устоял на ногах и, падая, потянул меня за собой в сторону. По пути мы толкнули третьего и все вместе рухнули в угол. Но основной удар пришелся по вооруженному. Его аж в стенку впечатало.
    Владислав среагировал моментально, набросившись на оглушенного противника, и они сцепились за пистолет. Послышались испуганные крики, люди, только что преспокойно обедавшие, побросали еду и теперь спешили как можно быстрей покинуть кафе. В дверях зала образовалась толкучка.
    Не очень пока понимая, что вообще происходит, я всадила каблук куда сумела. Судя по сдавленному вскрику, угодила-таки в какое-то чувствительное место. Ушибленный мужик ослабил хватку, позволив мне вырваться и отползти немного в сторону.
    Новая мягкая волна только чуть потревожила мои волосы. Зато рванувшимся за мной из угла мужикам досталось по полной. Оба опять поздоровались со стенкой, в этот раз куда чувствительней, чем в прошлый. Один заорал, что, кажется, сломал руку. Я кровожадно подумала, что так ему и надо.
    Общая паника тоже сыграла мне на руку. Еще один приятель нападавших, остававшийся все это время за столиком, застрял в перепуганной толпе. Теперь он никак не мог подобраться к месту главных событий сквозь баррикаду из сдвинутых столов и валяющихся на полу стульев. И, чтобы поскорей помочь приятелям, решил пробежать прямо по столикам. Напрасно.
    Я не без удовольствия пронаблюдала красивую дугу, которую он описал в воздухе, прежде чем с грохотом и звоном рухнуть куда-то за барную стойку. По воздуху поплыл запах алкоголя из перебитых при падении бутылок. И тут меня подхватили под мышки и поставили на ноги.
    Влад успел разделаться со своим противником, отобрать у него пистолет и теперь потащил меня к выходу, где стояли напряженные и готовые к драке Андрей еще с каким-то незнакомым парнем. Публика уже разбежалась, так что вышли мы без задержек.
    У выхода на улицу девушка-официантка хлопала по щекам охранника, пытаясь привести его в чувство. Просто удивительно, каких слабонервных людей нынче берут на такие должности...
    - Они его усыпили, - буркнул Андрей. - Эти сволочи всегда так делают, чтобы не возникало осложнений.
    С улицы уже слышались приближающиеся милицейские сирены. Следовало поспешить. Мои спутники были со мной целиком и полностью солидарны. Мы выбежали на улицу и в рекордные сроки упаковались в машину.
    - Выезжай быстрей, - попросил Влад, изучая добытый в драке пистолет, - Но без лишней спешки. Чтобы менты не прицепились.
    - Сам знаю, - буркнул Андрей.
    - Так, а теперь начинайте объяснять, - зло прошипела я, ощупывая новоприобретенный ошейник. - Что это все, черт возьми, такое?!
    - Ты познакомилась с Орденом Чистых, вот что, - ответил незнакомый парень. - Это они так себя называют. Или Псами Господними. Мы их зовем просто гончими.
    - И чего они хотели?
    - А сама-то как думаешь? - язвительно вопросил Андрей, изящно вписавшись в поток машин.
    - Они назвали меня ведьмой, - тихо ответила я.
    - Того и хотели. И теперь ведь не отвяжутся, - раздраженно проворчал Влад. - Умом эти шавки, конечно, не блещут, зато упрямства им не занимать. Дай-ка сниму эту гадость.
    Сильные пальцы вампира без особых усилий переломили застежку, и ошейник оказался у меня в руках. Сделан он был из свинца.
    - Свинец блокирует магию, - пояснил Андрей. - Позвони-ка на работу, скажи, что заболела. Больничный мы организуем, но возвращаться туда тебе уже нельзя.
    - Никогда? - в панике выпалила я.
    - Желательно, - неумолимо отрубил колдун. - Но вообще-то там будет видно. Уж точно не в ближайшие дни.
    - А пули-то обычные, свинцовые, - радостно сообщил Влад прежде, чем я успела перевести дух от изумления и злости по поводу столь бесцеремонного отношения к моей работе и вообще жизни.
    - Радуйся, что в представлении этих блаженных вампиры не разгуливают среди бела дня по кафешкам, - фыркнул Андрей. - Но все равно, теперь ты в их списке пособников.
    - Хорошо хоть, они не знают, кто я, - улыбнулся Влад.
    - Не будь так уверен.
    Второй колдун вытащил из бардачка сложенную вчетверо газету и перекинул ее нам на заднее сиденье. Газета приземлилась ко мне на колени, я развернула ее и увидела фото на первой странице. На снимке Владислав открывал дверь машины перед ослепительной красоты девушкой. Фотография сопровождалась заголовком: "наследник олигарха соблазняет известную модель".
    Влад попытался отнять у меня газету, но я, предвидя подобное покушение, увернулась и зашуршала страницами в поисках статьи. Мне повезло, нужная открылась первой. В статье некая Маруся Семенова смачно повествовала о том, что после трехлетнего перерыва сын олигарха Игоря Владимирова Владислав вновь встретился с моделью Анастасией Вышинской, звездой последней парижской недели моды. По версии этой так называемой журналистки парочка поужинала в модном ресторане и отбыла продолжать вечер в более интимной обстановке.
    - До утра торговался с ее папашей, куда уж интимнее, - зло фыркнул Влад.
    - Разочарован? - язвительно осведомилась я. - Неужели так и не дала?
    Вампир поперхнулся от изумления, вопрос явно застал его врасплох. Я отложила газету и с мстительным удовольствием полюбовалась, как он прокашливается. Видимо, улыбочка моя оказалась чересчур нахальной, потому что Влад, вновь обретя возможность говорить, тут же пошел в наступление.
    - Твое какое дело? - холодно поинтересовался он. - Даже если и дала...
    - Да мне пофигу, - перебила я. - Просто любопытно стало.
    Мы оба сердито замолчали. Колдуны впереди отмалчивались, но ухмылки на их физиономиях заметны были даже со спины.
    - Раз тебе любопытно, - тихо и зло процедил Влад, - я расскажу, что такое Анастасия. Это алчная, жестокая, расчетливая тварь, жаждущая власти и роскоши. Для нее мусор не только люди, но и любые другие существа. Мусор и орудия достижения цели. Она использовала моего лучшего друга, чтобы подобраться ко мне, а когда он выяснил ее истинные намерения, убила его. И я ей не помешал.
    Я так и не рискнула посмотреть на него. Маги тоже перестали ухмыляться. А мне было стыдно. Посмеяться хотела, разозлить вампира, пользуясь защитой парочки колдунов, и посмотреть, что из этого выйдет. Вышло совсем не то, на что я рассчитывала. Вместо злости вызвала боль, разбередив старую рану.
    - Прости...
    - Ничего, - сухо кивнул Влад. - С этой дрянью я еще посчитаюсь.
    И, обращаясь уже к Андрею, добавил:
    - Высади меня здесь.
     
    * * *
    Верховная Ведьма, выслушав рассказ Андрея о случившемся, нахмурилась. Пару минут она молча прохаживалась по комнате, а мы рядком сидели на диване, боясь шевельнуться. Наконец, Елена остановилась и сказала:
    - Все. Кончилось вольное житье. Для всех нас кончилось.
    - Что, опять правило утра и вечера? - с явственным отчаянием в голосе спросил Андрей.
    - Да, - безжалостно подтвердила Елена. - Иди, покажи Элле ее комнату, а потом возвращайся.
    Поблагодарив Верховную за гостеприимство, я последовала за Андреем. Выйдя в холл, мы поднялись на второй этаж, и я увидела длинный коридор, уходящий в обе стороны от небольшой диванной. Там, на стене, между двумя картинами, висел стенд с ключами, как в старой гостинице. Нескольких ключей на месте не было.
    - Седьмая свободна, - порадовался Андрей, беря ключ с соответствующим номером на бирке. - Это угловая комната, там вид из окон красивый. И еще есть ванна. Или предпочитаешь душ?
    - Нет, давай с ванной, - поспешно отозвалась я. - Это что-то вроде вашей магической гостиницы?
    - Скорее, что-то вроде убежища, - усмехнулся маг.
    Седьмая комната была в конце правого коридора. Андрей отпер замок и распахнул передо мной дверь, галантно приглашая входить. Я осторожно перешагнула порог и огляделась.
    Комната оказалась довольно скромной, но чистой и очень милой. В отличие от остального особняка, отделанного под старину, выглядела совершенно современной. И да, здесь была отдельная ванная комната, маленькая, но вполне достаточная для одного человека.
    - Устраивает?
    - Спрашиваешь! - невольно воскликнула я. - Еще бы.
    - Отлично, - улыбнулся Андрей, вручил мне ключ, и собрался было удалиться восвояси, но я успела схватить его за рукав.
    - Что такое правило утра и вечера?
    Поколебавшись пару секунд, маг все-таки решил ответить.
    - Каждый маг обязан утром и вечером сообщать своему контролеру, что с ним все в порядке. Или передать сигнал тревоги, если это не так. Контролер отчитывается наблюдателю, а уж наблюдатели - Верховной Ведьме. Понятно?
    - Более или менее, - кивнула я.
    - Хорошо.
    Андрей ушел. Оставшись в одиночестве, я улеглась на кровать и задумалась, что скажу маме. Конечно же, она узнает, что я отпросилась с работы, сказавшись больной. И очень удивится тому, что меня нет дома и я не в больнице. Наверняка решит, что милая доченька с кем-то загуляла. Скорее всего, с тем самым Станиславом, подарок которого так ее впечатлил.
    Тут как раз ожил мой мобильник. Конечно же, звонила мама, легка на помине. Быстро же разлетаются новости...
    К моему удивлению, разговор оказался не таким уж и тяжелым. Наверное, потому, что я, изменив обыкновению, не стала оправдываться, а сходу пошла в наступление. Спасибо той желтой газетенке, которую подсунул мне колдун, она подарила замечательную идею.
    Я рассказала маме, что готовлю по-настоящему сенсационный материал об одном очень известном человеке. А начальство ставить в известность не собираюсь, потому как не хочу, чтобы все лавры они в итоге прибрали себе. И само собой, не желаю, чтобы мама выдавала меня своим подругам. Кажется, история произвела нужное впечатление. Мама помолчала, потом спросила, точно ли у меня все в порядке. И, получив утвердительный ответ, пожелала удачи.
    Едва я закончила разговор, как в дверь постучали. Наспех приведя себя в порядок, я открыла и увидела на пороге незнакомую молодую ведьму.
    - Настя, - представилась девушка. - Мы, как я понимаю, теперь соседки.
    Я кивнула.
    - Элла Сергеева. Можно просто Эля.
    - Сергеева? - радостно удивилась девушка. - А Лида Сергеева тебе, случайно, не родственница? А то похожи.
    - Сестра, - подтвердила я. - Ты ее знаешь?
    - Еще бы, - фыркнула Настя. - Мы с ней вместе учились. А еще я ее консультирую. Она мне, кстати, говорила, что ты тоже должна позвонить. Чего не позвонила?
    - Да как-то не собралась, - пожала я плечами. - Зайдешь?
    - Ну и ладно, - покладисто отозвалась девушка, принимая приглашение и усаживаясь в кресло. - Лида мне говорила, у тебя с парнями проблемы. Но теперь-то ясно, откуда они.
    Я в ответ только устало улыбнулась. Откуда все проблемы, было уже понятно. Но вот что с ними делать, я по-прежнему не имела представления.
    - Слушай! - оживилась Настя, - Ты ведь пока тут жить будешь? Значит, на свадьбу к Лиде вместе сможем поехать. Только надо решить, кого из ребят с собой взять, ну, чтобы присмотрели за нами. Я ведь пифия, если кто нападет, толку от меня мало.
    - Андрея, - равнодушно предложила я. - Его ко мне приставили.
    - А еще кого? - не отставала ведьма. - Егора я брать не хочу, он зануда. Это друг Андрея, ты его, наверное, видела.
    - Мне все равно, - отмахнулась я.
    - Тогда позови Владислава, - неожиданно выпалила Настя.
    Я уставилась на нее как баран на новые ворота. Признаться, такое предложение повергло меня в шок.
    - А что? - безмятежно продолжила ведьма, не обращая внимания на мой разинутый рот. - Он ведь красавчик. Да и вообще.
    Она резво переместилась ко мне на кровать, обняла за плечи и зашептала на ухо:
    - Пару лет назад одна моя подруга с ним закрутила. Говорит, лучше мужика у нее не было, ну, ты понимаешь, о чем я. А ведь у Аленки их перебывало два полка и дивизия.
    Неожиданно для себя я почувствовала, что неудержимо краснею. В памяти всплыл анекдот про умершего от стыда поручика Ржевского. Кажется, сейчас я чувствовала себя примерно так же, как он в шкафу на том девичнике. Я, конечно, не впервые обсуждала мужчин с другими девушками. И под бутылочку-другую мартини велись порой куда более откровенные разговоры. Но как-то в основном они касались мужей и бойфрендов, а не...
    Вслед за стыдом пришла злость. Почему это, интересно, я должна испытывать смущение, рассматривая вампирского принца с такой точки зрения? Чем он, скажите на милость, принципиально отличается от любого другого мужчины?
    - Я подумаю.
    Настя довольно улыбнулась и подмигнула мне:
    - Будет весело, вот увидишь.


Глава 8. Мелкие неприятности



    - Элька, ты совсем сбрендила!
    Я потянулась и попыталась одной рукой протереть глаза. Вторая рука была занята телефоном, звонок которого как раз и разбудил меня в несусветную рань. Хотя, на самом деле, было не так уж и рано, почти полдень. Но мы с Настей за разговорами засиделись до утра, и я рассчитывала отоспаться, воспользовавшись обещанным мне больничным. Как видно, напрасно.
    - Привет, Лида, - выговорила я, подавив зевок. - Чего кричишь, как на пожаре?
    - Закричишь тут, - продолжила вопить в трубку сестра. - Когда твоя сестренка уже чуть ли не во всех таблоидах красуется!
    Сон как рукой сняло. Я села на кровати и тряхнула головой в попытке заставить мозги заработать. Кажется, немного помогло.
    - По поводу?
    - Как нам удалось узнать, - зачитала мне Лида, - Девушка, замеченная вчера в компании Владислава Владимирова, самого, пожалуй, завидного жениха России, это малоизвестная журналистка Элла Сергеева. Интересно, какие же отношения связывают эту парочку, деловые или более близкие? Имей в виду, сестричка, мне это тоже чертовски интересно. Потому что сроду бы не поверила, не узнай я тебя на фотографии.
    - Пишу статью про его отца, - коротко ответила я.
    Разумеется, с сестрой, в отличие от мамы, фокус не прошел. Лидка жаждала подробностей, причем, желательно, как можно более пикантных.
    - Ну, как ты с ним познакомилась? - не отставала она.
    - Встретились случайно с неделю назад.
    - А тот богатый поляк? Мне мама рассказала. С ним-то что?
    - Да ничего. Все хорошо. А как у тебя дела?
    Вот это уже был беспроигрышный вариант. О своей свадьбе Лида могла говорить не то, что часами - неделями. Ради очередной истории про выбор цветов для оформления зала она готова была поступиться любыми деталями моей личной жизни. Потому что больше всего на свете люди все-таки любят говорить о себе.
    - Завтра увидимся, и все сама посмотришь.
    - Ага, - рассеянно отозвалась я, уже предвкушая, как встану, наконец, под прохладный душ.
    - С кем ты придешь-то? - очнулась Лида.
    Поздно. Мысленно я уже закончила разговор, поэтому рассмеялась и загадочным голосом ответила:
    - Это будет сюрприз.
    И со вздохом облегчения нажала отбой. Теперь можно было наконец-то принять душ, привести себя в порядок и на самом деле подумать, что же делать с завтрашней свадьбой. Потому как со всей этой кутерьмой я даже платье не успела выбрать, не то, что спутника. Так что нужно было срочно что-то решать и с тем, и с другим. Для начала хотя бы выбраться в какой-нибудь магазин.
    Приняв душ, я спустилась на первый этаж. В холле на диване обнаружился погруженный в виртуальное сражение на своем телефоне Андрей. При моем появлении маг даже головы не повернул и я, решив его не тревожить, прошла в столовую, в надежде, что там еще осталось, чем позавтракать.
    Надеждам суждено был сбыться. Даже с перебором. В столовой я нашла не только накрытый стол, но и мирно беседующих Елену с Владом. Эти двое, в отличие от Андрея, мое появление заметили.
    - Доброе утро, - улыбнулась ведьма. - Замучила тебя вчера Настасья?
    Я удивленно кивнула. Видно, в этом доме скорость распространения новостей не уступала оной в нашей редакции.
    - Она тут с самого утра носится, ищет, кто вас по магазинам повезет.
    Елена продолжала улыбаться. Даже в зеленых глазах Владислава прыгали искорки смеха. Очевидно, его весьма забавляла девичья возня вокруг свадеб и нарядов. Это меня доконало.
    - А для чего тут торчит эта звезда таблоидов? - выпалила я, глядя ему прямо в глаза. - Вот он пускай и везет. Это ведь его покойный папенька заварил кашу, из-за которой я не успела платье выбрать, так пускай по праву наследования сынок ее и расхлебывает. А по пути заодно расскажем заинтригованным папарацци, какие там нас связывают отношения, деловые или более интимные.
    - Ты точно ведьма, - потрясенно выдохнул Влад, только через пару секунд вновь обретя дар речи.
    Елена рассмеялась красивым, грудным, бархатным смехом. А я плюхнулась на стул, налила себе стакан апельсинового сока и схватила с блюда круассан. Несмотря на сытный ужин, проснулась я ужасно голодной, и от завтрака отказываться не собиралась. Тем более, что вояж по магазинам намечался основательный. Мстить так мстить.
     
    * * *
    На свадьбе я напилась. Тосты за молодых следовали один за другим, и я, кажется, ни одного не пропустила. Поначалу еще удавалось обращать внимание на то, как ловко Влад каждый раз наполнял свою стопку водой вместо водки, но потом эта примечательная деталь потонула в густых алкогольных парах, окутавших разум.
    Мама высказала мне все, что думала. И о поляке, и о сыне олигарха. Заявила, что я совсем сошла с ума, если позволяю богатому мальчишке крутить собой как угодно. Посулила, что он бросит меня, как только получит свое, и сбежит к своей красотке-модели. И напоследок посоветовала почаще смотреться в зеркало, чтобы оценивать себя трезво.
    Именно поэтому никаких трезвых оценок, в особенности собственной своей персоны, мне категорически не хотелось. Тем более, что Лида, пища от восторга, посоветовала мне жить на полную катушку, и крутить с красивым парнем в свое удовольствие, покуда есть возможность. Чтобы было, что вспомнить на старости лет.
    И я решила, что сегодня будет мой вечер. Хватит быть идеальной девочкой строгих правил, принимающей верные решения. Ведь это так скучно. Один раз в жизни можно отпустить вожжи и расслабиться, даже если утро потом накажет кошмарным похмельем и не самыми приятными воспоминаниями. Утро будет утром.
    Потом мы танцевали. Кажется, мне даже удавалось двигаться более-менее прилично. Впрочем, это спокойно могло оказаться лишь пьяной иллюзией. После третьего танца я поняла, что совсем отключаюсь, и решила выбраться на воздух.
    Так мы и оказались на скамейке. Ресторан, выбранный Лидой, стоял посреди уютного сквера, так что темных уголков хватало. Часть уже была занята не в меру развеселившимися гостями, но и для нас нашлось местечко.
    - Ты напилась, - констатировал Влад.
    - О да, - расплываясь в глупой улыбке, ответила я. - Я чертовски старалась напиться и рада, что мне это удалось.
    - Может домой, поспишь?
    - Еще чего!
    Я поднялась со скамейки и попыталась закружиться в танце, но ноги не послушались. К счастью, Влад успел подхватить меня раньше, чем я поздоровалась своим затянутым в светло-голубой шелк мягким местом с газоном.
    - Когда жизнь летит к чертям, - философски изрекла я, глядя в хоровод изучающих меня зеленых глаз, - Самое время напиться и послать ее еще дальше.
    - Да ты философ, - рассмеялся мужчина.
    Я уже сидела у него на коленях. В наш уютный уголок кто-то сунулся, сдавленно извинился и исчез за кустами. Небо тем временем заполнилось звездами. Музыка из ресторана едва доносилась до нашей скамейки.
    - А что мне остается?
    - Ничего.
    Теплый запах мяты щекотнул ноздри, а чуть влажные губы коснулись шеи немного ниже уха. Я закрыла глаза. Кажется, во всех историях про вампиров где-то в этот момент появлялись клыки, и куда-то там скользила струйка крови. Но губы двинулись не вниз, где все быстрее бился пульс, а выше, к уху.
    - Можно? - шепнули они.
    Я кивнула, не открывая глаз. Надо же, какой вежливый... А ведь мог бы и не спрашивать, все равно я слишком пьяна, чтобы сопротивляться.
    Вот теперь я точно ждала клыков в шею. Но никак не поцелуя в губы. Случившееся настолько меня удивило, что я впала в какую-то прострацию. А когда очнулась, смогла подумать только о том, что настина подруга не солгала.
    За три с лишком сотни лет многому можно научиться, и вампир явно не терял этого времени даром. Мое тело больше мне не принадлежало, и виной тому был не один только алкоголь. Со мной можно было делать все, что угодно, и то, что делал он...
    Звезды были во мне. Они рассыпались, ласкали, грели, перекатывались пригоршней горячих углей сначала в груди, а потом все ниже, заставляя часто дышать. Какие там бабочки, нет, тут дело было куда серьезней.
    А потом все внезапно закончилось, и я оказалась на скамейке в одиночестве, тяжело дыша и пытаясь проморгаться. Влад стоял рядом, отвернувшись от меня и обхватив себя руками за плечи.
    - Что случилось?
    Собственный голос показался мне чужим, так хрипло и устало он прозвучал в тишине ночного сквера.
    - Поехали, я отвезу тебя к Елене.
    Я покорно поднялась со скамейки, почти справившись с дрожью в коленках, и поплелась за ним к машине. И, едва оказавшись в удобном кресле, уснула.
    Проснулась я почти в два часа дня. Голова, как ни странно, не болела, только страшно хотелось пить. Кувшин с водой, к счастью, стоял на тумбочке в изголовье кровати. Выхлебав половину, я, наконец, заглянула под одеяло.
    Интересно, кто укладывал меня спать? Надеюсь, не Влад. Потому что проснулась я в костюме Евы. Платье и белье лежали на стуле. Причем если платье было разложено аккуратно, то все остальное валялось так, словно его туда зашвырнули в спешке. Без сил откинувшись на подушку, я попыталась выудить из памяти хоть какое-нибудь воспоминание о том, как оно туда попало, и имело ли начатое на скамейке продолжение.
    Пока я мучилась неизвестностью, раздался стук в дверь. Елена вошла прежде, чем я успела даже ответить. В руках у нее был стакан с какой-то сине-фиолетовой жидкостью.
    - Доброе утро.
    Я натянула одеяло на нос, мучительно покраснев. Ведьма, оглядев открывшееся перед ней зрелище, рассмеялась.
    - Здорово ты вчера набралась, - заметила она.
    До того запросто, по-свойски заметила, что я напрочь позабыла, что передо мной Верховная Ведьма. Такие вещи обычно говорят близкие подруги, мои ровесницы. Но мне стало легче, я немного выбралась из-под одеяла.
    - Выпей-ка.
    Я послушно выпила. Мучительная жажда отступила, вернулись бодрость и память. Последнее меня не порадовало. Совсем не порадовало. Лучше было бы никогда вообще не вспоминать всего случившегося после того, как я заснула в машине.
    Да, я напилась. И да, послала все гораздо дальше, чем к чертям. И это именно я несла какой-то бред про то, что он не может теперь просто взять и уйти. И с бельем я рассталась самостоятельно и добровольно. И то, что было после, могло бы стать самым приятным воспоминанием в моей жизни. Если бы... Боже, что я натворила!
    - Хочешь, дам один совет? - спросила Елена.
    Я кивнула.
    - Никогда не жалей о том, что было.
    Я потерла запястье, где еще недавно красовался подживающий след от пореза. Теперь он пропал, будто его никогда и не было. Елена тоже осмотрела мою руку и сказала с улыбкой:
    - Надо же. Я начинаю восхищаться этим парнем. Ты его соблазнила, напоила, а у него еще и хватило сил уйти вовремя. Поистине, королевская выдержка.
    Я со стоном зарылась лицом в подушку. Никогда в жизни мне еще не было так стыдно.
    - Давай-ка, - скомандовала ведьма. - Поднимайся, принимай душ и приходи в себя. Пора готовиться к ритуалу.
     
    * * *
    - Привет.
    При моем появлении две незнакомых девушки тут же подвинулись, освобождая место на диване в холле. Я поздоровалась и присела в уголок.
    - Я Оля, - представилась одна из них, натуральная светлая блондинка с удивительными голубыми глазами, очень яркими и живыми.
    - Элла.
    - Света, - коротко представилась вторая, тоже блондинка, но крашеная. - Ты давно здесь?
    Я рассеянно кивнула.
    - Надо же, - улыбнулась Оля. - А меня сегодня с утра обрадовали, что, оказывается, я могу стать какой-то там Верховной Ведьмой. С ума сойти.
    - А я думаю, - решительно заявила Света, - Что все это шутка. Наверное, мы попали в какое-то новое телешоу.
    Я едва не рассмеялась, услышав это. Если бы для меня все не началось с трупа на лестнице и похищения, я бы, вероятно, думала точно так же. А что еще может подумать нормальный человек, никогда в жизни не сталкивавшийся со сверхъестественным?
    Мы помолчали, только Света все изучала меня как-то преувеличенно внимательно. И все-таки спросила:
    - Ты Элла? Элла Сергеева?
    Вот они, издержки популярности. Я утвердительно кивнула, уже зная, каким будет следующий вопрос.
    - Серьезно? - вытаращилась на меня Света. - А я все смотрю, лицо знакомое. Слушай, ты что, правда закадрила Владимирова?
    Кажется, мне все-таки удалось не покраснеть.
    - И что он в тебе нашел?
    Я даже обиделась на такую постановку вопроса. Вроде бы, ничего такого ужасного я из себя не представляла. Вполне симпатичная девушка. Не писаная красавица, конечно, но народ, кажется, не шарахается. Вот рассказать бы ей, что было ночью...
    - Я пишу статью про его отца, - сухо ответила я вместо мстительного описания подробностей собственной интимной жизни.
    - А, - довольно улыбнулась Света. - Тогда понятно. Слушай, а он тебе не рассказывал про Вышинскую? Они правда снова сошлись?
    - Света, я пишу статью про его отца. Причем тут Вышинская? И вообще, ты думаешь, стал бы он со мной даже разговаривать, начни я доставать его подобными расспросами, как все остальные мои коллеги?
    Света пристыжено замолчала, но, к сожалению, ненадолго.
    - И что, только про его отца и говорили?
    - Да, - безжалостно подтвердила я.
    Кажется, Оля тоже созрела задать какой-то вопрос, но появилась Елена, а при ней продолжать донимать меня девушки не рискнули. Как-никак, появился объект поинтереснее.
    - Чего мы тут ждем? - с места в карьер начала Света.
    Ведьма только загадочно улыбнулась. Мне тоже захотелось так научиться. Чтобы всего одна улыбка была сразу и ответом на все имеющиеся вопросы, и источником вороха новых. Задавать которые отчего-то не поворачивался язык.
    - Мы ждем полуночи, - все-таки ответила Елена. - А пока Андрей расскажет вам о ритуале.
    Андрей кивнул, не отрываясь от игры. Истребление нарисованных врагов интересовало его явно больше обучения трех вполне реальных девиц. Поистине, мужчины не взрослеют.
    Елена ушла, но ничего не изменилось. Виртуальное сражение продолжалось с прежней энергией, на нас по-прежнему не обращали внимания. Пришлось деликатно кашлянуть. Андрей вскинул на меня глаза, тут же услышал вопль, предсмертный, надо полагать, опустил взгляд обратно, выругался и сунул телефон в карман.
    - Главное, что от вас требуется, - сердито сообщил он. - Не болтать языком перед Советом. Войдете в зал, молча постоите до нужного момента, а там сами все поймете. Точнее, преемница поймет. А остальных доставят домой. Все понятно?
    Мы синхронно кивнули. Что уж тут можно было не понять, кроме той части, в которой нам предстояло понять все самостоятельно?
     
    * * *
    На этот раз люстры в зале не горели. Освещался он только факелами, закрепленными в специальных кольцах на стенах, и свечами, которые держали в руках собравшиеся на церемонию маги.
    Ради такого дела все они вырядились в одинаковые черные плащи с глубокими капюшонами, полностью скрывающими лица. Хотя, впрочем, приглядевшись повнимательнее, я поняла, что не все плащи были черными. Мне удалось насчитать шесть красных. Точнее, бордовых. В неверном свете трепещущего пламени их было нелегко отличить от черных.
    - Круто, - прошептала из-за моего плеча Ольга.
    Я кивнула, продолжая осматриваться. Посреди зала, там, где раньше стоял большой круглый стол, появился маленький круглый столик, похожий на цветок на тонкой, высокой ножке.
    Мы остановились в паре метров от этого столика. Андрей велел нам ждать и затерялся в толпе где-то позади. Церемония выглядела непонятной, но очень торжественной. Я стояла, боясь пошевелиться и старалась не скорчить гримасу. Потому что в этот крайне неподходящий момент у меня зачесалась спина между лопаток.
    Стояли мы, впрочем, недолго. Откуда-то сверху раздался гулкий и какой-то печальный бой часов. Мне вдруг стало очень холодно и страшно. Не выдержав, я закрыла глаза и открыть их решилась только после последнего удара.
    На столике передо мной появился удивительной красоты золотой кубок. В нем что-то дымилось, прямо как горячий кофе в рекламе. Легкий белый пар завораживал и манил подойти и выпить содержимое.
    Не утерпев, я огляделась. Оля и Света тоже настороженно оглядывались по сторонам. Маги же застыли в полном молчании. Помогать советами, похоже, никто не собирался. Что ж, оставили девушку на произвол судьбы - заполучите скандал. Махнув рукой на любые возможные последствия, я подошла к столику и взяла кубок.
    - Пей, - звонким голосом велела Елена, внезапно возникая прямо передо мной.
    От неожиданности я не то, что не подумала возразить, даже забыла, что собиралась сперва подозрительно принюхаться к дымящейся жидкости странноватого ярко-зеленого цвета. Просто поднесла кубок к губам и выпила все в три глотка.
    На вкус жидкость напомнила мне смесь яблочного сока с пюре из авокадо. На такой вот дряни однажды пыталась похудеть сестренка. Не иначе, диета основывалась на том, что есть столь изысканное блюдо в больших количествах не сможет ни один человек в мире. К счастью, от меня этого и не требовалось.
    Выпив, я повернулась вместе с кубком, и увидела, что Оля со Светой лежат на полу. Это меня испугало, я сделала шаг в их сторону, но Елена остановила меня, положив руку мне на плечо.
    - Они просто спят, - сказала она. - Сейчас их отвезут домой, и они даже не вспомнят, где и зачем побывали. А ты прими поздравления, преемница. И, кстати, с днем рожденья.
    Дальнейшее я воспринимала смутно. Маги окружили меня, высказывая свое почтение объявленной преемнице Верховной. Откуда-то вновь появился большой стол, уже накрытый к празднику. Плащи исчезли, открыв вполне обычных с виду нарядно одетых мужчин и женщин. Кто-то раздавал всем присутствующим бокалы, захлопали открываемые бутылки шампанского.
    - За то, чтобы следующие четыреста семьдесят пять лет у нас была мудрая и справедливая Верховная Ведьма!
    Первый тост поддержали активно, зазвенел хрусталь. Я тоже с кем-то чокалась, хотя никак не могла вспомнить, откуда у меня в руках вместо кубка появился наполненный шампанским бокал. Пить мне после вчерашнего не хотелось совершенно, так что я только пригубила напиток в знак уважения.
    - За то, чтобы следующие четыреста семьдесят пять лет прошли мирно и благополучно!
    Голос Елены властно разнесся над залом. Послышались аплодисменты, снова зазвенели встречающиеся друг с другом бокалы. Рука Андрея протянула мне тарелку с несколькими канапе. Вовремя, у меня с самого обеда не было ни крошки во рту. А праздник, тем временем, продолжался. Елена обняла меня за плечи и повела к стоящей у стола немного особняком от остальных группе людей.
    - Это Совет, - коротко представила она.
    Четверо мужчин и две женщины почтительно поклонились нам. Все они выглядели довольно молодыми, только мудрые глаза выдавали возраст.
    - Теперь ты свободна, Елена, - улыбнулся один из мужчин.
    - Благодарю, Матвей. Пока не совсем. Элла должна еще принять силу Верховной.
    - За светлое будущее, - радостно сказала одна из женщин, подняв бокал.
    Я вновь пригубила шампанское. Страх прошел, будто его и не было. Теперь я чувствовала только тепло и спокойствие. Словно после многих лет поисков наконец-то нашла свое настоящее место в жизни.
    Члены совета представились мне по очереди, но никого, кроме Матвея, я так и не запомнила. Зато решила, что самое время позадавать накопившиеся у меня вопросы.
    - А чем так особенна Верховная Ведьма? - негромко спросила я Елену.
    Ведьма улыбнулась и в тон мне ответила:
    - Против тебя не может быть использована никакая магия влияния. Значит, никто не сможет тайно воздействовать на твои решения. Именно поэтому за тобой всегда будет последнее слово.
    Новость порадовала. Я как-то читала о том, что люди творили под гипнозом, не хотелось бы самой чего-нибудь наделать под влиянием магии. Всегда приятно чувствовать себя в безопасности.
    - Тебе немало нужно узнать, и многому предстоит научиться. Но начнем мы утром. А пока давай веселиться.
    Я все-таки хлебнула шампанского. Веселиться - так веселиться.
    - Главное, не перебирай, как вчера, - шепнула мне Елена. - Тут много найдется желающих помочь тебе принять силу прямо сегодня же.
    Я закашлялась, поперхнувшись кусочком сыра, и почувствовала, как безудержно заливаюсь краской. А голос Елены зазвучал уже прямо у меня в голове.
    - Не говори ничего, просто улыбайся. И берегись Матвея. Он наверняка захочет побыть мужем Верховной еще один срок. От него трудно будет избавиться, если позволишь до себя добраться. Не повторяй моей ошибки.
     
    * * *
    - Клановый Совет уже собирается.
    Владислав кивнул, не открывая глаз. Он страшно устал за последние дни, а тут еще Элла. Ночка с ней выдалась ужасной настолько, что куда там стерве Анастасии.
    Кровь отца тянула его магнитом, обещая силу и власть такую, какие раньше и не снились самому младшему, семнадцатому сыну короля. Да и вообще, когда перед тобой раздевается привлекательная девушка, никакой крови особо не нужно. И без того чертовски трудно устоять.
    Интересно, она ли станет преемницей? Владислав расслабился и прислушался к своим ощущениям. Он все-таки воспользовался вчера своей кровью. Несколькими каплями, чтобы вылечить воспалившийся порез на запястье. Этого должно было хватить, чтобы уловить сейчас эмоции девушки. Часы показывали половину первого, ритуал уже должен был завершиться.
    Элла чувствовала радость и легкое замешательство. Сделать на основании этого какой-то конкретный вывод не представлялось возможным. Элла с равным успехом могла стать преемницей или не стать. Хотя интуиция подсказывала, что скорее она радовалась тому, что все-таки ею стала. Такой уж у нее характер.
    - О чем ты думаешь? - немного сердито поинтересовался Борис.
    - Один мой друг, - отозвался Влад, - Любит говорить, что смерть чем-то похожа на утро понедельника. Я вот думаю, не придется ли мне умереть в понедельник утром.
    - Типун тебе на язык, - ругнулся Борис. - Завел тоже тему про смерть.
    Владислав наощупь отыскал на столике пачку сигарет и зажигалку, закурил и с удовольствием затянулся. Борис знал толк в хорошем табаке, иногда приятно было просто расслабиться, отвлечься от проблем и неприятностей. Огонек сигареты в темноте имел странное свойство помогать в этом.
    - Здоровья не жалко?
    Несвоевременное напоминание. Влад вздохнул, но сигарету тушить не стал. Да, Борис был совершенно прав, пьянство и курение для истинных были почти так же вредны, как и для обычных людей. И вызывали точно такую же зависимость. Это обращенные могли курить и пить сколько влезет, покойнику ничего уже не повредит, мертвее он никак не станет.
    - Раз уж сегодня ночь цитат... здоровья всегда хватит на жизнь. Доживу до вторника - брошу.
    Борис рассмеялся.
    - Ты очень похож на отца, - сказал он. - Игорь тоже всегда ставил себе какие-то сроки.
    - И всегда в них укладывался.
    - Ты так думаешь?
    Влад все-таки открыл глаза и внимательно посмотрел на дядюшку. Но тот остался совершенно серьезен.
    - Ты о чем?
    - Эта девчонка, с которой ты носился. Она Видит. И даже если преемница не она, не упускай ее. Видящая тебе чертовски пригодится, потому что ни Вышинский, ни Шуйский легко не отступятся.
    - Я знаю, - кивнул Влад.
    - Мне бы не хотелось смотреть, как ты тоже прождешь у моря погоды лет этак четыреста.
    - Это ты к тому, что договор придумал отец, чтобы жениться на Елене? Нелепая легенда. Если у них на самом деле была такая любовь, что им мешало?
    - Матвей, - сухо ответил Борис.
    Владислав вытянул из пачки вторую сигарету. Он ожидал чего угодно, но только не такого простого, краткого ответа. Потому что сам не верил разговорам о том, что покойного короля вампиров и Верховную Ведьму связывали не только нормальные деловые отношения глав двух сообществ сверхъестественных существ. Это было бы так не похоже на его неизменно холодного, расчетливого отца.
    Но Борис не стал бы опускаться до пересказывания пустых сплетен. Все-таки он был братом отца, хоть и сводным, и ближайшим его советником. Потому, наверняка, знал, как все было на самом деле.
    - Матвей Широков будет, пожалуй, поопаснее для тебя, чем Шуйский с Вышинским вместе взятые, - продолжил Борис. - Он как хочет вертит Советом Магов России и имеет большое влияние во всемирном Ковене.
    - Насколько я знаю, - медленно проговорил Влад, - Он проталкивает идею того, что мы, истинные, как раса имеем право существовать, но должны покончить с обращенными. Ха, и это притом, что обращенных создали не мы, а маги-некроманты.
    - Верно, - подтвердил Борис. - Потому-то ты должен поставить его на место в конце концов. Главное - не отдавай ему девчонку, потому что без помощи Верховной этого сделать никак не получится.
    Владислав усмехнулся. Чего уж там, ему не привыкать делать больше, чем от него ожидают. Всю свою жизнь он в основном этим и занимался. Думал ли отец когда-нибудь, что именно последний сын, неожиданный и нежеланный, станет его преемником? Едва ли. А вот стал. Или станет, очень скоро. И Матвею тоже не стоит обольщаться, он еще плохо себе представляет, с кем связался.


Глава 9. Vive Le Roi



    Фразу о том, что смерть чем-то похожа на утро понедельника, я услышала довольно давно. Но, кажется, столь полно оценить истинность данного утверждения мне довелось впервые в жизни.
    Домой я так и не поехала. Празднование затянулось даже не на полночи, как я по наивности предполагала изначально. Гости начали расходиться только к обеду. Но даже после их благополучного отбытия восвояси поспать так и не удалось.
    Елена загрузила меня целой стопкой книг, увенчанной толстенным фолиантом в кожаном переплете. Название переливалось золотом, но и без того выглядело весьма потрясающе: "Межрасовый этикет". Именно с этой книги мне посоветовали начать свое образование, причем немедленно, потому как в ночь с понедельника на вторник мне предстояло стать официальной гостьей коронации нового короля вампиров. Итого на все про все осталось немногим больше суток.
    К счастью, читала я быстро, и, вопреки моим изначальным опасениям, книга оказалась написана вполне современным русским языком. Несколько удивившись этому, я попыталась было узнать, какое же издательство выпускает такие пособия. Само собой, никаких реквизитов не нашлось, а спросить было как назло не у кого. Пришлось просто засесть за чтение.
    К утру я выяснила, что обращенные, занимающие в вампирской иерархии самую низшую ступень, не имеют права заговаривать со мной первыми. Но если я пожелаю обратиться к ним по делу или с любым простым естественным вопросом навроде "как пройти в библиотеку", обязаны ответить. Эти же правила распространялись и на миньонов. Но наказывать нарушителей лично этикет мне запрещал, только через их мастера.
    Иерархия самих истинных оказалась ужасающе запутанной. Насколько мне удалось понять, все они делились на кланы, но принадлежность к одному клану еще не означала существования кровного родства. У каждого клана имелась правящая семья, члены которой носили титул лордов, остальные никаких титулов не имели.
    Меня до сих пор забавляли эти вампирские королевские титулы. И ведь как еще интересно они распределялись. Отдельные короли имелись только в четырех странах: в России, США, Японии и Китае. Под властью Вышинского пребывала вся Восточная Европа, от Белоруссии до Болгарии. При этом Греция и Италия относились не к Западной, а к Южной Европе, являясь отдельным королевством. Отдельно же пребывало Британское Содружество, у этих и человеческая королева была одна на всех, и вампирский король тоже. Как он только, бедный, управлялся с такими владениями? Прибалтика в компании Норвегии, Швеции, Финляндии и Дании именовалась Северной Европой. С ума можно сойти от такого надругательства над привычной политической картой мира.
    Как объявленная преемница Верховной Ведьмы, я находилась на одной ступени с членами правящих семей, что избавляло меня от необходимости просить позволения, прежде чем задать им какой-нибудь вопрос. Да и от рядовых магов особой церемонности не требовалось. Про саму коронацию, а равно и прочие официальные мероприятия, было написано всего полстраницы.
    Собственно, и эти полстраницы были посвящены тому, как следовало одеваться. Для женщин единственным обязательным требованием являлось вечернее платье в пол, без каких-либо разрезов на подоле. Мужчинам было еще проще - строгий темный костюм и светлая рубашка. И ни слова про галстук.
    Одевшись подобающим образом, на церемонию надлежало прибыть без опоздания, поприветствовать тех, кто прибыл раньше и проследовать за распорядителем к отведенным местам. После чего стоять спокойно и мило улыбаться.
    Внизу страницы обнаружилась сноска с рекомендацией не употреблять на вампирских церемониях никаких напитков, потому что в состав всех их входит кровь. Сноска была перечеркнута жирным крестом, а на самых полях чьим-то размашистым почерком подписано: "какой идиот это сочинил?!"
    - И правда, какой?
    Вздрогнув, я повернула голову и увидела восседающую на спинке моего дивана Настю. Завладев моим вниманием, девушка заговорщицки подмигнула и сообщила:
    - Истинные не пьют кровь из стаканов. И донорскую из пакетов тоже не пьют. Только прямо из источника. Убивать людей при этом им запрещено. Много лет уже пытаюсь выяснить, почему, но безуспешно. Так что если будет шанс, спроси.
    - Не хотят огласки? - предположила я.
    Настя беспечно махнула рукой:
    ­- Они и так могут ее избежать, если захотят. Нет тела - нет дела. Но все равно стараются не оставлять трупов.
    Об этом я решила подумать потом, и перешла к следующей главе. Про демонов.
    - О, - оживилась Настя. - Опасные твари.
    Автор книги был явно с ней солидарен, сходу советуя проявлять в общении с демонами максимальную осторожность, ввиду их исключительной злопамятности и непримиримой мстительности. Дополнительные сложности создавало то обстоятельство, что демоны делились на тринадцать (кто бы сомневался!) рангов, и к каждому требовался особый подход.
    Ни в коем случае не следовало спрашивать у демона его имя, потому что, узнав это самое имя, можно было подчинить его себе. Потому просьбу представиться демоны воспринимали как личную угрозу, и реагировали соответственно.
    Еще в этой главе я выяснила причину того, почему надевать требовалось длинное платье без разрезов. Демонстрация обнаженных ног, неважно, женских или мужских, считалась у демонов сексуальным предложением. Интересно, они вообще ходят летом по улицам? И если ходят, то как?
    В остальном все было просто. Улыбаться и не смотреть в глаза. И не трогать руками. При соблюдении этих простых правил, по словам автора, общаться с демонами можно было вполне безопасно.
    По троллям, гоблинам и русалкам я пробежалась мельком. В отличие от демонов и вампиров с их аристократическими замашками и сложной системой рангов, это были очень простые ребята. Оборотни те и вовсе ничем не отличались от людей. Улыбайся, не игнорируй демонстративно, да оружием перед носом не размахивай, и будут тебе мир, дружба и непременная в таких случаях жвачка.
    Захлопнув книгу, я блаженно откинулась на диван. С кухни соблазнительно пахло едой, так что я решила сперва направить свои стопы в столовую, там как следует перекусить, а уж потом пойти к себе и пару часов поспать.
     

* * *

    - Погоди-ка.
    Елена легким прикосновением кончиков пальцев поправила на моей шее рубиновое колье, и уже в следующее мгновение высокие резные створки распахнулись перед нами, открывая ярко освещенный зал, полный гостей.
    - Госпожа Елена Широкова, Верховная Ведьма, глава Совета Магов России с супругом, господином Матвеем Широковым, членом Совета Магов России, а также госпожа Элла Сергеева, объявленная преемница Верховной Ведьмы, - громко и торжественно провозгласил распорядитель, стоявший за пюпитром со списками.
    Я глянула в зал и едва не поддалась искушению подхватить проклятый бархатный подол и дать деру. Но отступать, между тем, было поздно. Мы уже входили, а за нами тот же голос зачитывал бесконечный перечень имен магистров из свиты Елены, сопровождавших сегодня свою госпожу.
    На нас с обеих сторон длинного колонного зала смотрели сотни пар глаз - вампиры, тролли, демоны. Последние, к моему немалому изумлению, внешне мало отличались от людей, выдавали их только глаза: желтые, красные и ярко-оранжевые, с вертикальными щелями зрачков.
    Мы заняли свою нишу, одну из ближайших к трону. Я оказалась за правым плечом Елены, почти в первом ряду, но все же не прямо рядом с проходом. Колонны полностью скрывали от меня стоящих в соседних нишах, и это несказанно радовало. Смотреть на всяких разных тварей впервые в жизни и сразу в таких количествах было бы слишком уж страшно. А распорядитель все продолжал громогласно представлять прибывающих.
    - Король Восточной Европы, лорд Станислав Вышинский с супругой, леди Яниной Галицкой-Вышинской и дочерьми, леди Анастасией Вышинской и леди Мирославой Вышинской.
    Я все же не утерпела, сделала шаг вперед, чтобы взглянуть на входящих. Анастасию Вышинскую я ни разу не видела живьем, только на фотографиях. И вот, увидев, даже как-то разочаровалась. Не знаю уж, как там делалось с остальными моделями, но ее идеальную красоту точно не рисовали в фотошопе. На снимках было то, что и сотворила природа. Не я одна, весь зал любовался тем, как красавица не шла - плыла к нише, предназначенной ее семейству. Даже Матвей беззастенчиво подался вперед, не сводя жадного взгляда с дивной линии обнаженных плеч.
    Вышинские прибыли последними. Двери зала закрылись и повисла почтительная тишина. На помост перед троном вышел мужчина лет пятидесяти на вид. Сколько ему на самом деле, я даже представить себе боялась. Голос у мужчины оказался приятным, глубоким и мягким, но все же чувствовалась в нем долгая привычка повелевать.
    - Я, лорд Луи Этьен Артур де Ла Порт, король Западной Европы и действующий глава Кланового Совета, приветствую собравшихся и прошу засвидетельствовать вызов претендента на королевский титул России.
    Все головы в полном молчании повернулись к дверям. Створки вновь распахнулись, и в зал вошел Владислав. Одет он был на удивление просто, в обычные, вполне современные черные брюки и белоснежную рубашку. Светлые волосы свободно падали на плечи, а лицо хранило абсолютное спокойствие. Ни тени волнения или страха, ни тени радости или торжества.
    Остановившись в паре шагов от главы Совета, он спокойно, ни разу не взглянув по сторонам, заявил:
    - Я, Владислав Владимиров, семнадцатый сын покойного короля Игоря Владимирова, рожденный от официальной фаворитки, Елизаветы Ростоцкой, заявляю, что являюсь первым претендентом на королевский титул. Прошу собравшихся засвидетельствовать мои права.
    Я едва не ахнула. Вот так да. Семнадцатый сын. И куда, интересно знать, делись шестнадцать его старших братьев? Да еще и рожденный от фаворитки, не от жены. Я уже знала, что у вампиров это считается нормальным, но до конца принять подобные порядки все-таки не смогла.
    - Лорд Вышинский?
    - Подтверждаю.
    - Госпожа Верховная Ведьма?
    - Подтверждаю, - звучно проговорила Елена, тоже кивая головой.
    - Владыка демонов?
    - Подтверждаю, - гулко раскатился по залу ответ красноглазого демона, показавшегося мне поначалу самым молодым из всех своих собратьев. Вот это да. А автор подсунутого мне учебника весьма уверенно заявлял, что ранги у демонов присваиваются по старшинству...
    Глава Совета задавал вопрос еще раз пятнадцать, и каждый раз ответ был один. Отвечали главы вампирских кланов, предводители троллей, гоблинов, альфа оборотней, немолодой мужчина, по комплекции напоминавший медведя средних размеров. С каждым произнесенным "подтверждаю" мне отчего-то становилось легче. Последним отозвался Шуйский. Голос его звучал недовольно, но ответ был тот же, что и у прочих.
    - В таком случае, властью, данной мне Клановым Советом, я провозглашаю нового короля России и полноправного члена Совета, Владислава Владимирова. И да будет он мудрым и справедливым правителем. Да здравствует король!
    - Да здравствует король! - эхом отозвалась вся толпа гостей.
    Раздались аплодисменты. Все действо настолько напоминало театральную постановку, что меня это уже даже не удивило. Двадцать первый век на дворе, перед входом в зал нам раз десять напомнили о необходимости отключить мобильные телефоны, а тут царило сущее средневековье с его велеречием и бесконечным перечислением титулов. Кажется, когда спектакль окончился, все испытали немалое облегчение.
    Впрочем, с последней мыслью я поспешила. Едва Владислав занял место на троне, Матвей выступил вперед.
    - Во исполнение трехстороннего договора, - проговорил он, дождавшись тишины, - Совет Магов России заявляет о своем согласии на заключение брака между объявленной преемницей Верховной Ведьмы и королем вампиров России.
    Мне до жути захотелось провалиться сквозь пол, но мы, кажется, и без того находились в подвале, так что шансов на успех у этого действия было откровенно немного. Хорошо хоть все взоры обратились на Владислава, ответа которого теперь ожидали, а не на меня.
    - Я принимаю свои обязательства по трехстороннему договору, - медленно, словно взвешивая каждое слово, ответил Влад. - И заявляю о своем намерении исполнить его.
    - Повтори, - прошипел кто-то из магов мне в ухо.
    Я вздрогнула, рефлекторно отшатываясь от непрошеного советчика, но тот оказался расторопнее, успел ухватить меня за руку чуть повыше запястья и притянуть обратно, поближе к себе.
    - Скажи то же, что и он.
    Вот теперь все смотрели на меня. Я едва удержалась от искушения громко выругаться. Какого черта, нужно предупреждать о таких вещах заранее! Но злобный голос разума зашипел в другое ухо, что подобного следовало ожидать. В конце концов, что сложного в том, чтобы сказать всего одну официальную фразу, особенно после случившегося накануне?
    Я сделала шаг вперед. Никто меня не остановил. Так было проще - говорить, глядя на стоящую напротив красавицу. Потому что мне хотелось видеть Анастасию. Все ее ослепительное великолепие, покоряющее мир, не помешает мне победить. И сегодня, сейчас, я сделаю первый шаг к своему будущему торжеству.
    - Я принимаю свои обязательства по трехстороннему договору.
    Мой голос звучал звонко и уверенно. Пусть все смотрят и слушают. Пускай все увидят, кто здесь настоящая королева.
    - И заявляю о своем намерении исполнить его.
    Елена перевела дыхание. Возвращаясь на свое место, я мельком увидела выражение торжества на лице Матвея. Рано радуется. Если он воображает, что я, как Елена, буду плясать под его дудку, то глубоко заблуждается. Мы еще посмотрим, кто кого.
    Вновь раздались аплодисменты. Двери распахнулись, и в зал вошел целый строй официантов с подносами. Вкатили столик с пирамидой бокалов, хлынуло искрящееся в ярком свете люстр шампанское. Толпа задвигалась, заговорила, разбирая напитки и угощения.
    - Ты молодец, - шепнула мне Елена, протягивая бокал.
    Я пригубила шампанское. Последнее время мне до неприличия везло на этот напиток. С таким количеством праздников недолго и в ряды алкоголиков загреметь. Оставалось надеяться, что в дальнейшем станет спокойнее. Хотя... еще ведь должна будет состояться и моя собственная свадьба. И нужно было задать один вопрос, пока Елена стояла рядом, а вампиры и маги из Совета, в том числе и Матвей, были поглощены беседой в паре метров от нас.
    - Правильно ли я понимаю, что брак будет заключен только по местным законам?
    - Не поняла? - откликнулась Елена, продолжая приветливо улыбаться оказавшимся поблизости гостям.
    - Ну, я имею в виду - без штампов в паспортах, - уточнила я.
    - А это ваше дело, - усмехнулась ведьма. - Как захотите, так и делайте.
    Я призадумалась. Не то, чтобы колечко, белое платье и все прочие атрибуты бракосочетания были для меня важны, скорее уж нет. Более того, вдруг я встречу кого-нибудь, с кем захочу создать нормальную семью? На кой мне тогда будет штамп в паспорте? Кстати, интересно, а смогу ли я вообще выйти замуж по человеческим законам? Вдруг под другими отношениями не подразумевалось законного брака, только так, тихие прогулки налево.
    - Снова пьешь шампанское? - прошелестел над ухом тихий голос.
    Бокал едва не выскользнул из моих дрогнувших пальцев. Вот ведь проклятые вампиры, в искусстве подкрадываться незаметно им точно нет равных.
    - Пью, и что с того? Напиваться не планирую, не волнуйся.
    - Я не волнуюсь.
    - Тогда чего рядом крутишься? - начала злиться я. - Заняться нечем?
    Влад ухмыльнулся.
    - Хотел предупредить, - снова шепотом ответил он. - Матвей планирует сегодня добраться до тебя.
    - И что он мне сделает? - стараясь казаться уверенной в себе, поинтересовалась я. - Заколдовать меня все равно не сможет.
    - Это не значит, что он не сможет тебя ударить.
    Я сердито крутанулась на каблуках, вознамерившись высказать нахалу все, что накипело, но вампир успел исчезнуть и затеряться в толпе. Залпом допив шампанское, я схватила с подноса официанта новый бокал и тарталетку с какой-то закуской, и попыталась успокоиться.
     

* * *

    - Здравствуй, Элла.
    Я, мягко говоря, опешила. Вот уж кого не ожидала встретить у себя дома, так это Матвея. И очень, кстати, интересно, почему меня не встретил Марс? Куда запропастился хвостатый паршивец? Или куда его запропастили? Хорошо хоть мама отбыла в какую-то поездку со своим кавалером...
    - Где мой кот? - как можно суше поинтересовалась я, включая свет и неприязненно разглядывая развалившегося на моем диване колдуна.
    - Твой кот? - фальшиво удивился Матвей. - Или ты имеешь в виду того маленького демоненка в кошачьей шкуре? Я его прогнал, не волнуйся.
    Настала моя очередь удивляться.
    - К-какого еще демоненка? - нехорошо прищурившись, процедила я. - Куда ты дел Марса?
    - Говорю тебе, - в голосе колдуна явственно зазвучало раздражение. - Твой кот никакой не кот, а демон. Не знаю, что там задумали эти твари и чего ради за тобой следили, с этим разберемся позже.
    - Нет, сейчас!
    - Замолчи.
    Колдун сел, протянул вперед руку и резко дернул меня за запястье, заставив шлепнуться на диван рядом с собой.
    - Сейчас нет Верховной Ведьмы, - прошипел он в самое мое ухо. - Но она очень нужна. Ты должна принять силу.
    Я попыталась высвободить руку и отодвинуться. Ни то, ни другое мне не удалось, пальцы Матвея сомкнулись намертво.
    - Отпусти меня, - пискнула я.
    - Ну уж нет.
    Матвей нехорошо осклабился. А я ничего не понимала. Если он хотел влиять на меня, то почему пугал и угрожал насилием? Какой в этом смысл? Ведь я его возненавижу, и тогда навряд ли однажды стану его сторонницей.
    - Девочка, - все с той же неприятной улыбкой проговорил Матвей. - Твоя мама сейчас рядом с моим хорошим другом. И сестра тоже. Они могут умереть в любой момент, если я прикажу. Поняла? Так что будь умницей. Встань и повернись, я помогу тебе с платьем.
    Меня охватил панический ужас. Да, заколдовать меня этот ублюдок не может. Зато может заколдовать других. И даже если я смогу доказать, что он истинный виновник случившегося, что маловероятно, мои близкие к тому времени погибнут. Наверное, он и Елену так же принуждал подчиняться.
    Сопротивляться не было смысла. Почему-то я совершенно точно знала, что колдун не блефует. И ни перед чем не остановится. Если придется убить, он убьет, только бы не лишиться власти. С трудом заставив ноги слушаться, я встала, повернулась к нему спиной и закрыла глаза. Потом я отомщу. Но сегодня он победил.
    Холодные пальцы занялись крючками. Платье быстро упало к моим ногам. И в этот же момент открылась дверь квартиры. На пороге комнаты возник Влад. Кажется, еще ни разу я так не радовалась его появлению.
    - Отойди от нее, - холодно процедил вампир.
    Воспользовавшись моментом, я отбежала в сторону, схватила с маминой кровати плед и закуталась в него. Матвей коротко хохотнул, проводив меня взглядом. Между его ладонями зародилось темно-алое пламя.
    - Сам отойди, вампир. Или хочешь схватить еще один файербол?
    Владислав неуловимым движением перетек в сторону, оказавшись посреди комнаты.
    - Попади, попробуй, - с вызовом процедил он.
    Сгусток огня сорвался с ладоней колдуна и ударил в то место, где только что стоял Влад. Шелковый абажур маминого любимого торшера вспыхнул факелом, а вампир был уже за спиной Матвея.
    Резкий удар швырнул колдуна на пол. Уже в полете тот послал второй фаейрбол, оставивший солидное черное пятно на потолке. Я выбралась из угла и на четвереньках рванула на кухню. Вдогонку мне полетел вопль боли и злости.
    - Убьешь меня, кровосос? - прошипел Матвей.
    - Возможно.
    Уже из кухни я увидела, что комнату озарил яркий синий свет. Тут же брызнули слезы, темное пятно в виде дверного проема поплыло перед глазами, мешая видеть происходящее.
    - Получил?
    В голосе колдуна звучало отвратительное торжество. Доползя до кухонного стола, я схватила телефонную трубку и в панике начала набирать номер Елены. Только вот чем она могла мне помочь?
    Пластик потек прямо под пальцами, заставив вскрикнуть, роняя испорченный телефон на пол. Матвей стоял в шаге от меня, одной рукой зажимая окровавленную шею, а во второй лаская пальцами ярко-синюю искру.
    - Никто тебе не поможет, - усмехнулся он.
    - Что ты... - голос сорвался, я так и не смогла договорить.
    - Да ничего, - пожал плечами колдун, гася искру. - Как ни жаль, убить его я не могу, так что оклемается. А ты пойдешь со мной.
    Мне очень хотелось сопротивляться, но умом я понимала, что это бессмысленно. Потому пришлось подниматься на ноги, гордо игнорируя протянутую руку.
    - Матвей!
    От крика, раздавшегося из комнаты, вздрогнули мы оба. Колдун резко развернулся и быстрым шагом направился на голос. Я на подгибающихся ногах поплелась следом, дошла до дверей и остановилась, уцепившись за косяк.
    Посреди комнаты на коленях стоял Владислав, а за его спиной - еще один мужчина. Точнее, демон, судя по глазам. И эти глаза показались мне знакомыми. Или даже не показались.
    Ковер был откинут в сторону, и на полу кровью вычерчена пентаграмма со странными символами по углам. Матвею это зрелище явно не понравилось, он грязно выругался, и ладонь его снова начала светиться синевой, поначалу слабо, но с каждой секундой все ярче. Влад поднял окровавленную руку, словно собирался поклясться в чем-то, и резко опустил ее в центр пентаграммы.
    - Пошел вон! - выкрикнул он.
    Кровь брызнула в стороны, заливая пол и мебель, а колдун окутался вонючим серым дымом и исчез. Влад закрыл глаза и привалился к спинке кресла.
    - Спасибо, - негромко сказал он.
    - Пожалуйста, - усмехнулся демон. - Тебе спасибо, что помог войти.
    - И где он теперь? - обалдело спросила я, разгоняя ладонью дым.
    - В аду, - продолжая усмехаться, ответил мне демон. - Ну, или, во всяком случае, в месте, очень на него похожем. Через пару дней выберется, конечно, но до тех пор можно его не опасаться.
    - А чего ж ты сам его не прогнал? - устало осведомился Влад.
    - Увы, для этого заклинания нужна кровь вампира.
    Мужчины рассмеялись. А мне, тем временем, было совсем не так весело. Поплотнее закутавшись в плед, я зашла в комнату и без сил плюхнулась на диван. Разгром вышел изрядный. Хотя, нельзя не признать, что все могло обернуться и куда хуже. Матвей ведь мог добиться своего.
    Демон тем временем подошел ко мне и медленно опустился на одно колено, прижав левую руку к груди. Я наблюдала это зрелище, не в силах даже изумленно открыть рот. Боялась, что если сделаю это, сердце попросту выскочит из груди.
    - Мое имя Веарат. Я твой демон-страж.
    Я нервно сглотнула. Сердце все-таки немного сбавило темп, позволив мне говорить.
    - Ты - Марс?
    - Я им был, - улыбнулся демон.
    В голову полез целый полк неприличных ругательств. Вот тебе и кот. Скотина, перед носом которой я выскакивала из душа, в чем мать родила. Которой позволяла спать в своей постели. Стоит теперь передо мной на коленях в образе мужика. Что всего досаднее, весьма привлекательного мужика.
    Оглядев демона, я задумалась. Самым сильным из всех в данный момент было желание отвесить ему хорошую оплеуху. Но, памятуя об указании в учебнике не трогать демонов руками, проделать это я поостереглась.
    Если подумать, он был ничего. Даже больше, чем ничего. Красивый парень, с виду примерно моего возраста, с черными, как вороново крыло, волосами до плеч, собранными на затылке в хвостик. В левом ухе болтается серебряная сережка в форме какой-то руны. А глаза точь-в-точь как были у Марса - желтые, с узким вертикальным зрачком. По крайней мере сейчас, на ярком свету.
    И еще, он сказал мне свое имя. А в книге, между прочим, черным по белому было написано, и даже кем-то пару раз подчеркнуто, что демоны не говорят своих имен. Потому что тот, кому имя известно, может подчинить демона себе.
    - Веарат? - опасливо уточнила я.
    - Ты ее слуга? - куда более уверенно поинтересовался Влад.
    Демон коротко кивнул, видимо, ответив разом на оба вопроса.
    - Владыка послал меня служить Верховной Ведьме. Госпожа Елена однажды оказала ему большую услугу, это его благодарность.
    Владислав наморщил лоб, словно силясь припомнить какую-то давнюю историю. И медленно, явно неуверенно поинтересовался:
    - Ты Веарат, Страж Ворот Междумирья, так?
    Демон снова кивнул, и, словно спохватившись, спросил:
    - Откуда ты меня знаешь? И, кстати, бывший Страж.
    - Откуда бы рядовому демону знать Знак Изгнания? - хмыкнул вампир. И куда серьезнее добавил: - Кто ж тебя не знает? То, что ты устроил, это... я так просто в шоке.
    - Что ты устроил? - требовательно спросила я.
    Веарат поднял на меня глаза. И в них я увидела давнюю боль, отблеск гнева и ненависти, не нашедшей утоления. А вот чего там определенно не было, так это сожаления и раскаяния.
    - По давнему соглашению с магами, - ответил вместо демона Влад, - Каждый третий Владыка может выбрать себе невесту-колдунью. Чтобы правящая семья обладала магическими способностями. Только они имеют на это право. И его брат выбрал. А Веарат ее украл.
    - Я ее любил, - снова вперив взгляд в пол, ответил Веарат. - И она меня тоже.
    Владислав пожал плечами, не сказав ни слова.
    - И что случилось потом?
    Вампир вопросительно посмотрел на затылок демона. Тот так и не поднял головы.
    - Рассказать?
    - Рассказывай, - равнодушно обронил Веарат.
    Голос его прозвучал совсем бесцветно. Устало и равнодушно. Влад дернул плечом, словно тоже не слишком рвался мне что-либо объяснять, но все-таки сказал:
    - Потом Веарата заточили в темницу. До конца вечности, как выразился Владыка. А девушка и поныне счастлива в браке с этим самым Владыкой. Ты легко отделался, демон, твоя вечность закончилась довольно быстро.
    Я потрясенно молчала. Передо мной на коленях так и стоял брат Владыки демонов. Того самого, которого я видела на коронации. Получалось, что женщина рядом с ним была когда-то человеком. И она предала своего возлюбленного ради власти. Наверное, никогда его и не любила.
    - Собирайся, я отвезу тебя к Елене, - тихо сказал Влад. - Ты с нами?
    Демон снова коротко кивнул.


Глава 10. Сговор и заговор



    Я смотрела на ночную дорогу. Моросил дождь. Владислав уверенно вел машину по вечно бессонному городу. Никаких больше автомобилей среднего класса, теперь это был шикарный "Мерседес". Но кожаные салоны я все равно не любила, потому поймала себя на мысли, что в той скромной "Mazda" мне было уютнее, что ли.
    - Могу снова стать котом, если хочешь, - безразлично предложил демон.
    - Не обязательно. Все равно я уже знаю, что ты не кот.
    Мы помолчали. У меня из головы не выходили мысли о Матвее. О том, что он все равно рано или поздно выберется оттуда, куда его послали демон с вампиром. И тогда мне несдобровать, если я ничего не придумаю раньше.
    - Советую утром потребовать созыва Совета магов, - предложил Влад. - Расскажи им об угрозах Матвея. И да, никому не рассказывай о демоне. Если только Елене.
    Я обернулась, чтобы посмотреть на Веарата. Тот сидел, откинувшись на спинку сиденья и закрыв глаза.
    - Матвей расскажет.
    - Ну да, - хмыкнул Влад. - Так он и признается, что угрозами пытался затащить тебя в постель, да еще и напал на меня. Будет вопить, что не был, не состоял, не привлекался, и в быту скромен.
    У меня вырвался нервный смешок.
    - Какой тогда смысл созывать Совет?
    - Да никакого, - невесело отозвался вампир, сворачивая на какую-то маленькую улочку, чтобы объехать большую аварию, угрожающим красным знаком пульсирующую на дисплее навигатора. - Хотя бы потом, в случае чего, будешь иметь возможность заявить, что ты уже говорила, а тебя не послушали.
    Снова повисла пауза. Я перебирала невеселые мысли. Зря надеялась, что после вампирской коронации заживу спокойно. Похоже, с этого мои проблемы как раз и начались. А раньше была только разминка.
    - Он отомстит. Сделает что-нибудь с мамой или сестрой, как и обещал, - мрачно буркнула я, наконец, после долгого напряженного молчания.
    Тем временем, мы уже приближались к дому Елены, если, конечно, я правильно запомнила дорогу. Влад сосредоточенно смотрел вперед, положив обе руки на руль. Не иначе, о чем-то думал. О чем-то неприятном, судя по сжатым в линию губам.
    - Не станет, - неожиданно подал голос демон. - Не сейчас, во всяком случае. Пока он считает, что Владислав тобой манипулирует, и не захочет стать в твоих глазах врагом. Скорее уж, пойдет на попятный, явится с извинениями и будет убеждать не доверять вампиру.
    Влад остановил машину перед знакомыми воротами. Похоже, вампира знали здесь еще лучше, чем Андрея, ему даже сигналить не пришлось. Створки расторопно и приветливо распахнулись. Проезжая ворота, Влад опустил стекло и сунул вышедшему из будки охраннику что-то в руку.
    - Спасибо, Никита.
    - Рад стараться, Владислав Игоревич, - расслышала я сквозь шорох гравия под колесами.
    - А тебя тут хорошо знают, - усмехнулась я.
    - Здесь дом отца, - пожал плечами Влад и тут же выругался, угодив колесом в глубокую выбоину.
    - Вампирский король, Верховная Ведьма... такой контингент обитателей. Чего дорогу никто не отремонтирует? - не менее сердито поинтересовалась я, потирая ушибленный об дверцу локоть.
    - Видишь ли, - усмехнулся вампир, ловко объезжая следующую яму, - В этом поселке живут в основном вампиры и маги. Но два дома все-таки достались обычным людям. Мы хотим, чтобы они съехали. Для их же безопасности, между прочим. А они уперлись. Вот и воюем потихоньку. Дорогу не ремонтируем, например.
    Я невольно рассмеялась. Вампиры и маги, живущие сотни лет, оказывается, бывают мелочными и упрямыми не хуже людей. Просто детский сад какой-то.
    - А чего тут веселого? - не понял Влад. - Мало ли, налетят ренегаты или дикие обращенные. Представляешь, сколько будет проблем, если люди угодят в такую заварушку?
    - Дикие обращенные? - не поняла я. - Так зачем вы их плодите?
    - Элла, - подал голос демон. - Они плодятся самостоятельно. Ты что, так и не поняла? Истинные вампиры просто другая раса, и размножаются они так же, как и люди, только не такими быстрыми темпами. А обращенные появились в результате неудачного некромантского эксперимента. Этакие кровососущие живые мертвецы. И себе подобных они создают сами. Кого-то насильно, но в основном по добровольному согласию. Дураков на свете хоть отбавляй.
    Припомнив всегдашнюю популярность фильмов и книг про вампиров, за последнее время достигшую буквально пандемических масштабов, я невесело усмехнулась. Даже сама не особо удивилась, угодив в компанию клыкастых кровососов, чего уж говорить про фанатов? Для них такая встреча - сбывшаяся мечта всей жизни. Интересно, кстати, не сами ли вампиры эту моду создали? Последний вопрос я брякнула вслух. Влад скривился.
    - Еще чего, - буркнул он. - Нам самим это очень не нравится, знаешь ли. Всем интересно, все что-то ищут. А если будет искать миллион психов, однажды кто-то что-то может и правда найти. И этот самый миллион ему поверит. Вот за обращенных не скажу, среди них больных на голову хватает. Таких и называют дикими.
    - Обращенные, - подхватил демон, - это что-то вроде секты. У них свои законы, правила жизни и приема новичков. Весьма строгие, кстати. Но случаются, так скажем, накладки. Возникают гнезда тех, кто не может или не хочет себя контролировать.
    Мы уже подъехали к дому Елены, но я не собиралась так запросто сдаваться. Коли уж открыли рты, пускай выкладывают. Хотя бы уже потому, что те обращенные, которых я видела, на зомби совсем не походили. Производили впечатление вполне себе мыслящих, порой даже здраво, существ.
    - Нет, они не все сумасшедшие. Только некоторые, - коротко ответил Влад, глуша двигатель. - Как и все люди. Колдуны вот тоже есть больные на голову. Ренегаты, например. Идем уже, Елена ждет.
    Елена в самом деле уже вышла на крыльцо, зябко кутаясь в шаль. Как будто ждала, что мы появимся. Хотя, скорее всего, ее просто предупредила та самая охрана, которую я не видела, но чувствовала буквально кожей. В подтверждение этой мысли между деревьями снова промелькнула тень.
    - Идем, - позвала я демона, обернулась и увидела на заднем сиденье жмурящегося кота. Опять.
     

* * *

    Рухнув на знакомую уже кровать, я с наслаждением потянулась всем телом. Елена села в кресло, запахнув шаль. Кот вспрыгнул на стол и свернулся там уютным клубочком.
    - Не думала, что демоны приставят к тебе стража, - усмехнулась ведьма, покосившись на него.
    - Мне повезло, - криво улыбнулась я в ответ.
    - Значит, Матвей угрожал и тебе.
    Я фыркнула, зарываясь лицом в подушку. Нервное напряжение схлынуло, зато начинала наваливаться усталость. Сказать по правде, сейчас мне не хотелось говорить о Матвее. И вообще говорить не хотелось. Спать, спать и только спать. И чтобы в следующие минут этак триста не думать ни о каких матвеях и иже с ними.
    - Ты должна, наконец, принять силу Верховной.
    Нет. Именно об этом сейчас думать хотелось еще меньше, чем о Матвее. Легко сказать - принять силу. Они что, думают, это совсем запросто? Пойти вот и буквально с первым встречным... Проклятье, я всегда знала, что однажды сделаю это, но никогда не предполагала, что это станет моим долгом.
    - Неужели так сложно? - удивилась Елена. - Ты же современная девушка.
    Последняя фраза меня добила. Несмотря на усталость, я вскочила с кровати и нависла над ведьмой, решительно уперев руки в бока.
    - Несложно, говорите? - голос сорвался в крик, пришлось перевести дыхание, прежде чем высказать остальное накипевшее:
    - Просто, да? Да, просто. По пьяни, по глупости, по большой и чистой любви в три часа длиной - запросто! Только вы ведь меня берегли от всего этого. А теперь я сама не хочу просто. Я теперь чуда хочу, понимаете? Не зря же столько лет ждала.
    Как у меня только дыхания хватило на такую долгую и пафосную тираду? Кот даже спрыгнул с нагретого местечка и юркнул в темноту под кровать. Явно желая оказаться в безопасном укрытии в момент, когда в комнате схлестнется парочка ведьм.
    - Чудес не бывает, Эля, - наставительно и как-то печально ответила Елена, глядя мне прямо в глаза. - Все, что ты можешь - сделать это так, чтобы потом вспоминать о случившемся без боли и досады.
    Я со стоном повалилась обратно на кровать и спрятала голову под подушку, стараясь как можно нагляднее продемонстрировать нежелание продолжать разговор. Потому, что мне не нужно было никаких объяснений, я все понимала сама. И для меня происходящее не было игрой, слишком много раз я уже побывала на волоске от гибели. Просто требовалась решимость. А ее не было.
    Удивительно, насколько нормально я вообще воспринимала все случившееся. Без малого двадцать пять лет прожила, не веря ни во что сверхъестественное, смеясь над разговорами сестры и сглазах, порчах и прочих магических штучках, вышучивала подруг, грезящих о киношных вампирах. А уж демоны и всякие прочие черти совершенно точно были для меня просто фигурой речи.
    И вот я, такая серьезная и критически мыслящая, в шаге от того, чтобы стать Верховной Ведьмой и выйти замуж за короля вампиров. А под кроватью у меня затаился собственный демон-страж, которого я долго считала обыкновенным котом. И при этом не истерю, не паникую и не планирую бежать сдаваться в добрые руки психиатров. Я с этим живу, даже привыкаю к такой жизни. И, что всего интереснее, не испытываю ни малейшего желания вернуться к прежней.
    Но все-таки отчего-то боюсь сделать этот самый последний шаг. Цепляюсь за шанс не становиться никакой ведьмой. За шанс, которого у меня, кстати, нет, потому, что и став, и не став ею, останусь миньоном покойного короля. А значит, мишенью в вампирских политических интригах. Нормальная жизнь для меня - прошлое, которого не вернуть.
    Моя сестра, даже вляпавшись в очередную порцию неприятностей, никогда не унывала. Просто говорила, что уж если жизнь тебя поимела, расслабься и получай удовольствие. И в конечном итоге всегда находила решение всех проблем, не переставая улыбаться. Кажется, пришла пора воспользоваться ее опытом.
     

* * *

    Идти до дома Владислава было совсем недалеко, его крышу было видно из моих окон. Располагался он, как и дом Елены, немного поодаль от остальных домов поселка. И окружен был не кованой оградой, а солидным кирпичным забором. Типичная резиденция отечественного олигарха.
    У ворот меня встретили двое громил, не скрывавших наличия под пиджаками оружия. Возле будки охраны разлеглись на ровно подстриженной травке два мощных ротвейлера. Ни один из них даже не тявкнул при моем появлении. То ли от лени, то ли из-за отличной выучки.
    Один из громил, лысый, с замысловатой татуировкой на затылке, без слов распахнул передо мной калитку. Похоже, здесь охрану заставляли запоминать возможных гостей в лицо. По фотографиям, что ли? Потому как лично я обоих типов видела впервые.
    Уже через секунду я поняла, что напридумывала глупостей. На самом деле Влад просто знал о том, что я иду. И даже щедро разбросанные по поселку видеокамеры ему не были нужны. Вампир просто меня чувствовал.
    Огромный, залитый солнечным светом холл был роскошен, но при этом безупречен. Здесь не было и намека на столь характерное для отечественных нуворишей кричащее богатство. Только сдержанная, стильная красота, присущая подлинному аристократизму.
    Влад тоже был красив. Он стоял на предпоследней ступеньке лестницы, правой ладонью опираясь на перила. По губам блуждала неопределенная лукавая улыбка. И во всем его простом, но в то же время изящном облике было что-то схожее с окружающей обстановкой. Но присутствовало и нечто еще, делавшее его в этом доме удивительно чужим.
    - Доброе утро, - улыбнулся вампир.
    - Доброе.
    Я заставила себя улыбнуться в ответ, испытывая при этом крайнюю неловкость. Странно было вот так запросто заявляться без приглашения. Обычно я подобным образом не поступала. Но, признаться, за последнее время сделала столько всего необычного, что этот визит был банальной мелочью на фоне остального.
    - Завтракала?
    - От кофе не откажусь.
    - А от шампанского? - нахально подмигнул мне вампир.
    - Шампанское по утрам пьют только аристократы и дегенераты, - язвительно отозвалась я.
    - Значит, мне можно, - вернул подколку Влад.
    - Не надо, - взмолилась я. - Давай ограничимся кофе.
    Вампир отлепился от перил и, сделав в мою сторону приглашающий жест, пошел к одной из дверей. Надо полагать, в столовую, потому что, еще подходя к дому, именно в той стороне я заприметила окна, совершенно определенно кухонные.
    Наблюдательность меня не подвела. Стол был уже накрыт. Или, учитывая не слишком ранний час, скорее, еще накрыт. Бесцеремонно сунув нос под салфетки, накрывавшие корзинки, я обнаружила круассаны, тосты и пирожки.
    - С творогом, - коротко сообщил Влад, заприметив объект моего интереса.
    Пирожки с творогом я любила. И, с некоторой тоской поглядев на собственное отражение в большом зеркале, все-таки цапнула один. С наслаждением сжевав половину, повернулась к неторопливо покусывающему тост с джемом Владу и проворчала:
    - Нарочно откармливаешь?
    - Предполагается, что сейчас я назову тебя худышкой, а ты, с трудом сдерживая довольную улыбку, заявишь, что я обманщик? - усмехнулся вампир.
    Я чуть не запустила в него остатком пирожка.
    - На женские уловки положено попадаться!
    - А смысл? Если даже я и скажу, что у тебя прекрасная фигура, ты мне все равно не поверишь. На крайний случай, кстати, здесь, в доме, есть неплохой спортзал. И это, заметь, не единственный способ расстаться с лишними калориями. В этом доме.
    Признаться, столь откровенное заявление повергло меня в некоторый шок. Застыв с пирожком в руке, я задумалась над тем, что же проклятый вампир имел в виду. Кровопускание или...
    - Ждешь, когда я позавтракаю, чтобы тоже позавтракать? - стараясь сохранить язвительность, поинтересовалась я.
    - Даже истинные вампиры пьют кровь только по ночам, - буднично ответил Влад. - Так что с завтраком я пролетаю. Наедайся за ужином.
    Немолодая женщина, несущая поднос с кофейником, появилась чертовски вовремя. Потому что я совершенно не представляла, что сказать. Дискуссия зашла в тупик. Точнее, в тупик зашла я, проиграв на всех фронтах.
    Поэтому следующие четверть часа мы оба посвятили горячему душистому напитку. С горя я слопала еще два пирожка. Хорошо хоть хватило сил удержаться от того, чтобы добавить к ним еще и парочку круассанов.
    - Кстати, мы обсуждали договор, - нарушил, наконец, молчание Влад.
    Я не без усилий заставила себя поднять голову от чашки и посмотреть на собеседника. Лицо вампира было непроницаемо серьезным.
    - И что постановили?
    - Как насчет субботы?
    Меня упорно сбивала с толку та легкость, с которой он говорил на подобные темы. Как непринужденно переходил от откровенно непристойных намеков к вещам совершенно серьезным.
    - Этой субботы? - опасливо уточнила я, боясь угодить в очередную ловушку.
    - Да, а смысл тянуть? - все так же спокойно ответил Влад. - Это же просто церемония.
    Голос его звучал вроде бы ровно. Но за правильными, равнодушными словами я отчетливо ощутила какую-то недосказанность. Словно имелось некое "но", обстоятельство, о котором вампир не желал говорить прямо, и потому напряженно обдумывал, как бы этак намекнуть, чтобы я сама догадалась. Но у меня с самого утра были проблемы с догадливостью. Поэтому я не стала юлить и задала вопрос в лоб.
    Влад так долго смотрел в свою чашку, словно надеялся отыскать там ответ на основной вопрос жизни, Вселенной и вообще. Но поиски, как того и следовало ожидать, успехом не увенчались, мужчина вздохнул, поднял голову и внимательно посмотрел на меня.
    - Пойми, Элла, - тихо сказал он. - Смогу ли я удержать королевский титул, это вопрос жизни и смерти. Не только лично для меня, но и для всех вампиров, открыто меня поддержавших. Их немало, и, принимая любое решение, я отвечаю и за них тоже. Я заявил, что исполню договор. Но хотел бы точно знать, что тем самым получу поддержку Верховной Ведьмы.
    Я налила себе еще кофе. Направление мыслей вампира было мне понятно. Звание преемницы слишком ненадежно, в его положении трудно полагаться на одни только мои намерения, сколько бы я ни заявляла, что осуществлю их.
    - И что ты предлагаешь?
    - Ты должна принять силу Верховной.
    Кажется, этот разговор уже был. И на этот раз все выходило сложнее. Обсуждать такие вещи с Еленой было более... нормально, что ли. Умом я понимала, что смущаться Влада мне уже поздновато. Но, к моему ужасу, это ничего не меняло. Просто потому, что он был прав в своих опасениях. Я еще не решилась, не отказалась от последней, несуществующей надежды.
    Смысла врать самой себе не было. Я пришла сюда сейчас, чтобы поставить финальную точку в истории обычной журналистки Эллы Сергеевой и начать новую жизнь. Я этого хотела. И не могла.
    Кофе согревал мои ладони сквозь тонкий фарфор, но пальцы оставались холодными, как лед. Я не знала, чувствует ли Влад, как колотится сейчас мое сердце. Ощущает ли поднимающуюся внутри панику. Я почти ничего не знала о вампирах и о мире, в котором очутилась. Здесь на каждом шагу поджидала опасность, а мне так хотелось покоя.
    - Чего ты боишься? - спросил Влад, внимательно глядя на меня.
    - Всего, - честно ответила я.
    - Добро пожаловать в клуб, - криво улыбнулся вампир. - Только учти: все время бояться нельзя. Какие-то страхи придется победить.
    Я кивнула. Сказать мне было нечего. Бесконечно бояться я не могла хотя бы уже потому, что время для принятия решения было ограничено. И осталось его не так уж много.
    - Что бы ты ни решила, - неожиданно сказал Влад, - Это твое дело. Я лишь хочу, чтобы тебе не пришлось о своем решении сожалеть.
    - Да уж постараюсь...
    Я поднялась из-за стола и решительным шагом направилась к выходу. Вся решимость, которую я насобирала, прежде чем отправиться сюда, испарилась как роса на ярком солнце. И теперь я отчетливо ощущала только желание расслабиться и охладиться под душем, и как следует подумать обо всем еще раз.
    Влад проводил меня до ворот, и только там, спохватившись, спросил, зачем я, собственно, приходила. Я в ответ только рукой махнула.
     

* * *

    Усевшись в уютное кресло, Анастасия закинула ногу на ногу и усмехнулась, увидев, с каким выражением на лице Шуйский пронаблюдал за этим движением. Именно такой реакции она и ожидала.
    - С чем пожаловали, ясновельможная панна?
    - С деловым предложением.
    Шуйский слегка приподнял бровь, демонстрируя изумление:
    - Мне показалось, вы уже обо всем договорились с Владиславом.
    Анастасия только усмехнулась:
    - Мой отец договорился, - бросила она. - Не я.
    - И что за предложение?
    Вышинская приняла из рук слуги чашку чая, легким кивком поблагодарила его и отхлебнула душистый напиток. Шуйский к своей чашке не притронулся, внимательно наблюдая за каждым жестом собеседницы.
    - Видите ли, Павел, - заговорила она, верно истолковав намек, - Меня не вполне устраивает та роль, которую избрал для меня отец. Фаворитка, Вы только подумайте. Даже если я стану матерью наследника, все равно останусь никем. Всю власть, настоящую власть, приберет к рукам дорогой папочка. А я останусь никому не нужной старой девой, коротающей века в распутстве и прочих сиюминутных развлечениях. Нет, это точно не по мне.
    - Так, - согласился Шуйский, жестом приглашая женщину продолжать.
    - Поэтому я предлагаю нам с вами вместе избавиться от Владислава сейчас. Я помогу, Вы довершите дело и станете королем.
    Шуйский криво улыбнулся. Предложение было, несомненно, заманчивым. В случае, если Владислав погибнет, так и не оставив наследника, следующим законным претендентом будет именно он.
    Но во всей этой гениальной схеме имелось целых две проблемы. Во-первых, убийство принца до коронации это мелочь и проблемы собственно принца, не сумевшего спасти свою шкуру, а вот убийство коронованного короля - преступление, караемое смертью. И, во-вторых, предложение Анастасии вполне могло оказаться хитрой подставой. Тогда, после того, как он покончит с Владимировым, его осудят и казнят, а дорога к трону для Вышинского будет расчищена.
    С другой стороны, Анастасия была права относительно собственного будущего. Будь королем Владислав или ее отец, она не получает ничего. А вот сделав королем Шуйского вполне сможет стать королевой.
    Вышинская ждала, когда собеседник вдоволь наразмышляется, совершенно спокойно попивая чай. Она совершенно точно знала, каким будет окончательное решение. Королевский титул и первая красавица Старого и Нового Света в придачу - кто от такого откажется?
    - А есть ли у Вас идеи, как расправиться с королем?
    Анастасия лучезарно улыбнулась. Иного она и не ожидала.
    - Ренегаты, - коротко сказала она.
    Шуйский не стал разыгрывать оскорбленную невинность, прекрасно понимая, что Вышинская давно догадалась о его сговоре с мятежными колдунами. А способа лучше, и верно, не было. Ренегатам требовалось лишь немного помочь, дать шанс, и они с радостью прикончат и короля, и ведьму. И уж тогда доберутся и до собственных товарищей-идеалистов, мечтающих о мире для одних только людей.
    - Правильно ли я понимаю, что за свою поддержку Вы рассчитываете стать королевой?
    Анастасия подарила мужчине еще одну улыбку.


Глава 11. Право на выбор



    В клубе было темно и шумно. Играющая на сцене группа наполняла тесное подвальное помещение с низким потолком лязгом и дребезгом. Лишь глупые людишки могли называть подобную какофонию музыкой. Проходя по узкому коридору в огороженный решеткой vip-зал, Анастасия невольно поморщилась.
    Тощий парень с жирно подведенными черным глазами кривлялся, обнимая микрофонную стойку и издавая неразборчивые вопли, в которых при наличии известного желания можно было угадать восхваление смерти. Такие же мрачные, раскрашенные подростки в зале дергались в том же ритме, будто заколдованные. Впрочем, так оно и было. Алголь, будучи довольно сильным колдуном, как раз сейчас активно тянул из своих глупых фанатов жизненную силу.
    Шуйский галантно предложил даме стул. Анастасия, вежливо кивнув, присела за столик и взяла меню. Не потому, что собиралась что-то выбрать. Того, что она собиралась заказать, в меню, само собой, не было.
    Клуб назывался "Некромантия" и полностью оправдывал свое название, являясь главным в Москве логовом колдунов, практикующих запретное темное искусство. Здесь предлагали все, в том числе и свежую кровь. В стаканах, для обращенных, и вместе с людьми, для истинных. Анастасия была голодна, и не собиралась отказываться от возможности восполнить силы. Но главной целью прихода сюда было все-таки другое.
    Вышколенный официант тенью застыл неподалеку от столика. Он, само собой, узнал Шуйского, завсегдатая заведения, водившего, к тому же, дружбу с хозяином, и вел себя совершенно правильно. Ожидал, когда гости сами подзовут его. Шуйский нетерпеливым жестом пригласил парня подойти и, как только тот выполнил распоряжение, велел привести двух человек и доложить хозяину о визите.
    Люди появились почти сразу. Два молодых парня, одетых как готы, с совершенно пустыми глазами. Анастасия сразу узнала заклятие подчинения, в который уже раз огорчившись, что вампирам недоступна магия. Их гипноз тоже был неплох, но то, что творили колдуны, все равно вызывало зависть.
    Тонким стилетом Вышинская вскрыла вену на запястье одного из парней и с наслаждением принялась высасывать стекающую кровь. В принципе, здесь можно было воспользоваться и клыками, но, в отличие от Шуйского, она недостаточно доверяла некромантам. Укус все равно улика, а порез - всего лишь порез. Не стоит давать в руки потенциальному врагу оружие против себя.
    Закончив с трапезой, Анастасия оттолкнула парня подальше от столика и тот, слегка пошатываясь, скрылся за темной драпировкой. Шуйский управился еще быстрее, и теперь отдавал должное хорошему красному вину.
    - Долго нам ждать твоего Макса?
    - Терпение, панна Вышинская, - усмехнулся Шуйский, ставя на стол опустевший бокал. - Магистрам не к лицу спешка. Да и нам незачем торопиться.
    - За эту мудрость я и ценю тебя, Павел, - усмехнулся подошедший к столику мужчина.
    Анастасия вскинула на него глаза, заставив хозяина заведения вежливо поклониться, даже не скрывая восторга.
    - Леди Анастасия, - сменив насмешку на улыбку, проговорил он, - Я поистине счастлив воочию узреть Вашу красоту.
    Вышинская царственно кивнула. Некромант уселся на свободный стул и мигом сменил улыбку на сосредоточенную серьезность.
    - Что за дело у вас ко мне?
    - Убийство короля вампиров и объявленной претендентки, - без обиняков заявила Анастасия.
    Ее прямота шокировала колдуна. Он даже не сразу нашел, что сказать, некоторое время лишь молча разглядывал обоих вампиров. Явно оценивал умственное здоровье гостей, а заодно и собственный риск от участия в подобной беседе. Но искушение оказалось все же сильнее опасений.
    - И у вас есть план? - поинтересовался он, недоверчиво задрав бровь.
    - Есть, - пожала плечами Анастасия.
    - Тогда идем в мой кабинет.
     

* * *

    Кабинет некроманта оказался не совсем таким, как его себе представляла Вышинская. Здесь не было ни черепов, ни хрустальных шаров, ни алхимических принадлежностей. Обычный рабочий кабинет владельца увеселительного заведения - шкафы с бумагами, бумагами же заваленный стол, ноутбук и пара телефонов.
    Усевшись на черный кожаный диван, предназначенный для посетителей, Анастасия с благодарностью приняла из рук колдуна чашку кофе, отхлебнула горячий напиток и с удовольствием посмаковала его. Макс знал толк в хорошем кофе, это было приятно.
    - Итак, что вы можете мне предложить? - сходу перешел к делу колдун, обращаясь, впрочем, только к Анастасии. Это заставило женщину еще раз удовлетворенно улыбнуться. Макс оказался неглуп, сразу определив лидера пары вампиров.
    - На ближайшую субботу назначено бракосочетание короля и претендентки, - ровно проговорила Вышинская. - По соглашению с Ковеном, церемония будет проходить на территории магов, в особняке Верховной Ведьмы.
    Колдун недовольно скривился. Надо полагать, хорошо себе представляя, насколько сложно будет проникнуть в этот самый особняк. Анастасия разделяла его опасения. Проникновение на праздник было самой уязвимой частью ее плана. Но демонстрировать неуверенность женщина не собиралась.
    - Неужели у вас нет сторонников в стане врага?
    Макс усмехнулся, отчетливо давая понять, что таковые у него имеются. Вышинская удовлетворенно кивнула и продолжила:
    - Мы со своей стороны подготовим обращенных, которые займут охрану на улице. Поверьте, их будет более чем достаточно, чтобы ребятам, торчащим снаружи, было некогда даже подумать о том, что творится в доме. Ну, а ваша задача - добраться до короля и девчонки. Полагаю, в отсутствие Верховной Ведьмы эта задача не является невыполнимой?
    - В отсутствие - не является, - согласился колдун. - Но где гарантия, что девчонка так и не примет силу? До субботы еще полно времени.
    Анастасия допила кофе одним глотком и рассмеялась:
    - Поверьте, для нее этого времени мало. Бедняжка сейчас в панике и не готова на решительные поступки. А я хорошо знаю Владислава. Он умеет быть исключительно жестоким ублюдком, когда дело касается врагов, но женщины его слабое место. Детская травма, знаете ли, несчастная мамочка...
    - И что с того? - не понял Макс.
    - А то, - терпеливо разъяснила Вышинская, - Что он будет покорно ждать, пока она сама для чего-нибудь, наконец, созреет. И дождется. Вас.
    - Мне нужно подумать, - сдался колдун.
    - Думайте до утра, - вмешался молчавший до этого Шуйский. - А потом я жду решения. Учтите, это, возможно, лучший ваш шанс.
    - Я это учту, - холодно отозвался Макс.
     

* * *

    Проснулась я в панике, и долго лежала неподвижно, слушая, как пойманной птицей колотится в груди сердце. Ужас сна долго не желал отступать, и никакой уверенности в собственной способности подняться на ноги не было и в помине.
    Это был все тот же кошмар, только на этот раз менее детальный. Я видела сплошную мешанину тел, летающих и взрывающихся заклинаний и звона холодного оружия. Сказать, что было страшно - не сказать ничего. Поэтому я бежала, не чуя ног, даже не думая, куда, только бы оказаться подальше от разверзшегося вокруг ада. И уже у самой двери на свободу ощутила холод и боль в груди. Они-то меня и разбудили.
    Кот-демон вспрыгнул на кровать, ткнулся холодным влажным носом в ладонь, словно пытаясь меня успокоить. Эффект получился обратный, я живо вспомнила, как в моем сне чье-то воющее и разбрасывающее клоки черного тумана заклинание разорвало тело стража в клочья. Желудок стиснуло спазмом, и я рванула к белому другу.
    К моему возвращению демон перестал прикидываться бессловесной лохматой тварью. Надо полагать, рассчитывал на разговор. Я только рукой махнула, заваливаясь обратно в кровать. Мне отчаянно хотелось плакать.
    - Что ты видела? - спросил демон.
    - Смерть, - коротко ответила я, не без труда переборов желание послать его подальше.
    - Сдается мне, ренегаты попытаются испортить твою свадьбу.
    Эта фраза заставила меня вынырнуть из подушки и уставиться на демона. Тот сидел в кресле, и лицо его выглядело непроницаемо спокойным.
    - Откуда ты знаешь?
    - Предполагаю, - пожал он плечами. - Это прекрасная возможность одним ударом избавиться и от тебя, и от короля вампиров. Не думаю, что Шуйский вот так легко сдастся. А без Верховной силы Совета не те, они мало что смогут противопоставить толпе некромантов. Особенно если тех поддержат вампиры.
    После этой фразы я отчетливо ощутила, как страх отступает, сменяясь злостью. Вчера, вернувшись от Влада, я засела за выданные Еленой книги и все-таки выяснила, в чем будет заключаться моя роль Верховной Ведьмы. Мне предстояло стать связующим звеном между остальными магами, позволяя им творить самые мощные чары. А без моей силы все они оказывались разделенными, ограниченными собственными возможностями.
    На этом, очевидно, и строился расчет ренегатов. Принося жертвы, те получали огромную силу. И потому-то вполне могли победить. Это пугало. Потому, что было категорически непонятно, как эти господа ухитрялись сочетать борьбу за мир только для людей с человеческими жертвоприношениями.
    - Забудь про фанатиков, - посоветовал мне демон. - На самом деле верхушка ренегатов хочет совсем другого. На людей им плевать, они и с самим чертом договорятся, не то, что с вампирами, лишь бы их перестали преследовать по законам Ковена. Не мешали заниматься темной некромантией.
    Фраза про черта из уст демона меня несколько удивила. Верно угадав направление моей мысли, Веарат невесело усмехнулся.
    - Нас постоянно путают с чертями, - сказал он. - А между тем, мы не имеем к аду совершенно никакого отношения. Бесы, истинно темные сущности, для нас столь же неприятны. Мы живем на пороге между их миром и вашим, так что, когда они лезут сюда, первыми попадаем под горячую лапу. А порой еще и ангелы заявляются, и начинается такое...
    - Ты, может быть, даже еще и знаешь, есть ли Бог? - буркнула я.
    - Есть, - кивнул демон. - Только его никто не видел. Я вообще порой сомневаюсь, что ему есть до этого мира какое-то дело.
    - Но ангелы же являются, - удивилась я.
    - Истинно темные и истинно светлые цапаются с начала времен, - махнул рукой Веарат. - Обычно, когда начинается действительно большая свара, солоно приходится всем. Мы им вообще интересны лишь благодаря силе, которую можно получить от душ. Так что обычно за души они и дерутся, стараясь оставаться не особо заметными. Не потому, что их волнуют люди или еще кто из существ, только затем, чтобы извечный противник пребывал в неведении.
    Откровения демона заставили меня призадуматься и малость огорчиться. Мир, где добрые ангелы защищают людей от злых чертей, нравился мне заметно больше, чем тот, что описал Веарат.
    - Больше всего я боюсь, - продолжил тем временем демон, - Что некроманты призовут беса. Их души после смерти катятся прямиком к чертям, так что те только рады помочь.
    Я чуть не взвыла. То, что я видела во сне, было страшно и без беса. Не хотелось даже представлять, во что все превратится с его участием.
    - Сила Верховной может помочь сорвать ритуал призыва, - "утешил" меня Веарат.
    Вот теперь я взвыла, уткнувшись лицом в подушку. Все, решительно все упиралось в одно и то же - в распроклятую силу Верховной. Ночь за ночью я видела один и тот же ужас, остановить который можно было единственным способом. Все было просто до безобразия. И именно поэтому до безобразия сложно.
    - Реши уже что-нибудь, - подозрительно безразличным тоном обронил демон.
    Я рывком села в постели и швырнула в него подушкой. Веарат поймал мой снаряд и нахально подложил под голову, откинувшись на спинку кресла.
    - Не злись, - попросил он. - Это бессмысленная трата сил и нервов. Просто реши, чего хочешь, и сделай это. Мы все в опасности и все не знаем, чего ждать. И зависим от твоего выбора.
    Сегодня и завтра, вот все, что у меня оставалось, если Веарат прав. И если я так ничего и не сделаю, в субботу нам всем придет конец. Демону, Владу, Елене, Андрею, Насте - всем, кто успел стать мне небезразличен. И мне самой заодно. А Анастасия, гнусная, поганая душонка в прекрасной оболочке, будет торжествовать. От мысли об этом становилось противно вдвойне.
     

* * *

    - Налей мне шампанского, - попросила я, с ногами забираясь на уютный диван.
    Первая партия закончилась моим оглушительным разгромом. Никогда я не могла похвастаться талантом к бильярду, а Влад оказался очень умелым и опытным игроком. Скорее всего, он даже еще поддался, позволив мне закатить пару шаров и порадоваться.
    Отхлебнув искристый, сразу защипавший язык напиток, я удовлетворенно зажмурилась. Несмотря ни на что, в этой комнате было уютно. Лампы освещали только стол, позволяя остальной обстановке тонуть в загадочном полумраке. Вообще-то я подозревала, что вампиру данное обстоятельство не мешает видеть мое лицо во всех подробностях, но сейчас это было неважно.
    - Еще партию? - предложил Влад, допив свой виски.
    - Выставляй, - согласилась я.
    На этот раз вампиру не повезло, ни один из шаров не закатился. Да еще и девятка с битком исключительно соблазнительно встали прямо напротив средней лузы. Такой удар, пожалуй, был под силу даже мне.
    - Ты неправильно держишь кий.
    Вампир подошел сзади, осторожно переставил мою руку, но свою не убрал. Полосатый желто-белый шар после точного, уверенного удара неторопливо прокатился по сукну и упал в лузу.
    - Вот так.
    У меня закружилась голова. Он был так близко, сильный, уверенный, пахнущий каким-то свежим, явно дорогим парфюмом. Я застыла, боясь пошевелиться, чувствуя, что не просто устою на ногах, если сделаю хоть одно движение.
    Его пальцы разжали мои. Кий упал на стол, прокатился по нему, сдвигая шары, но это было уже совершенно неважно. Несколько мгновений растянулись на целую вечность. Я летела так высоко, что само небо, казалось, осталось далеко внизу. А потом все сорвалось и рухнуло в пропасть.
    - Мастер!
    Я высвободилась и поспешно повернулась спиной к двери, чтобы заявившийся в самый неподходящий момент миньон не увидел моего пылающего лица и припухших губ. Влад с чувством выругался. Влетевший в бильярдную парень мигом сообразил, что если немедленно не объяснится, мало ему не покажется.
    - Мастер, там обращенные! Больше десятка. Напали на поселок.
    Вампир выругался еще раз, жестом отослал миньона и подошел к стене. Быстрыми движениями пальцев несколько раз ткнул в одну из панелей, и та распахнулась, открывая сейф.
    Из сейфа Влад взял пистолет, мельком проверил обойму и, велев мне ни в коем случае не выходить из комнаты, ушел, прикрыв за собой дверь. Я на все еще ватных ногах доковыляла до дивана, рухнула на него и залпом допила шампанское. Подумав, что все же поторопилась решить, что мои проблемы в отношениях с противоположным полом остались позади.
     

* * *

    - Элька! - завопила в трубку Лида. - Немедленно рассказывай, что там у тебя происходит! Что у тебя с этим парнем?!
    - Ничерта! - рявкнула я в ответ. - Лида, была попытка ограбления, погибла женщина. Две маленькие девочки остались без матери, а тебя волнует только моя личная жизнь?!
    Обращенных было не просто больше десятка. Их оказалось по меньшей мере полсотни, поэтому они сумели прорваться сквозь первое кольцо охраны. Потом, конечно, маги и вампиры устроили им теплый прием, никто не ушел, но прежде, чем с нападающими было покончено, они успели забраться в один из домов, принадлежавших людям. И убить хозяйку.
    Доблестные стражи порядка, естественно, прибыли только тогда, когда с обращенными было давно покончено, и даже следы налета убраны подчистую. А следом за милицией, само собой, нарисовались и репортеры.
    И решительно все они, исключая лишь одну группу, специализирующуюся на криминальных новостях, интересовались совсем не нападением и не трагической гибелью женщины. Только тем, как некой неизвестной и малопримечательной девице удалось обойти на повороте всемирно знаменитую красавицу Вышинскую. От этих стервятников я, признаться, ничего другого и не ожидала. Но аналогичное поведение родной сестры возмутило меня до глубины души.
    - Ну прости, - извиняющимся тоном пробормотала Лида. - Просто я за тебя все равно переживаю в первую очередь. А мама так и вовсе рвет и мечет.
    Мама... Сестренка как всегда сумела напомнить о самом главном. И, в данном случае, заодно и самом неприятном. Мама совершенно точно не пришла в восторг, снова увидев меня в компании Влада.
    Я ее вполне понимала. Всю нашу жизнь она вдалбливала нам с Лидой, что нужно всего добиваться самостоятельно. Учиться, делать карьеру, зарабатывать, чтобы быть готовой к любому повороту судьбы. Связь с избалованным богатым мальчишкой в эту стройную схему не вписывалась никоим образом.
    Мама просто боялась за меня. Боялась, что я разрушу свою жизнь ради этого парня, а потом, попросту наскучив ему, окажусь на обочине жизни с разбитым сердцем. Или еще того хуже, с ребенком на руках.
    По иронии судьбы, именно это самое страшное мамино опасение и было самым беспочвенным. За последнее время я немало всего узнала о вампирах. Уж очень мне хотелось понять, зачем так необходима официальная фаворитка. И я выяснила. Оказалось, что, как бы ни сложились наши с Владом супружеские отношения, общих детей у нас быть не может. Разные виды не скрещиваются.
    Впрочем, это было не совсем так. Женщины истинные были вполне способны осчастливить отпрыском не только себе подобных, но и людей-миньонов, и даже демонов. Подивившись такой несправедливости, я прицепилась с расспросами к Борису, заглянувшему в гости к Елене.
    Борис подтвердил, и даже невесело посмеялся, добавив, что насчет троллей точных сведений до сих пор нет, но, учитывая нынешнее падение нравов, они, возможно, в скором времени появятся.
    Я до сих пор не решила для себя, радоваться такому положению вещей или огорчаться. Природа в принципе отличалась предвзятым отношением к сильному полу, но вампиров, кажется, обидела особенно круто. Правда, Борис заметил, что это весьма логично. Истинные вампиры не бессмертны, но живут очень долго. И если бы они еще и плодились как кролики, род человеческий оказался бы, вероятно, под угрозой.
    Пришлось согласиться. Возможности женщин в этом плане все же сильно ограничены по сравнению с мужскими. Именно поэтому, надо полагать, мудрая природа и наделила возможностью спасти вид от вымирания именно их.
    - У меня все хорошо, - не моргнув глазом соврала я в трубку. - Попозже позвоню маме. Ты лучше расскажи, как там у тебя дела.
     

* * *

    - Твои видения изменчивы, - задумчиво проговорила Елена. - Это значит, ничего не предопределено. Мы справимся.
    Я благодарно кивнула. Утешение вышло слабое, но и это было лучше, чем совсем ничего.
    - Веарат считает, что они нападут во время завтрашней церемонии.
    Андрей оторвался от любимой игрушки, сходил на кухню и приготовил чай. Даже печенье не забыл прихватить.
    - Весьма логичное предположение, - заметил он, наполняя чашки. - Если как следует подготовиться, мы справимся даже и без Верховной.
    - Если только некроманты не призовут беса.
    Я сразу приуныла. Раз уж демону и Елене пришла в голову одна и та же мысль, то ренегаты точно до такого додумаются.
    - А вот с бесом будет тяжко, - вздохнул Андрей, подавая мне чай.
    - Говори прямо, - усмехнулась Елена, принимая свою чашку. - Если дело дойдет до призыва беса, нам всем конец.
    Повисла пауза. Мы пили чай, стараясь не смотреть друг на друга. Перед разговором я дала себе труд почитать о бесах, потому уже знала, что единственный шанс на спасение это остановка призыва. А для этого нужна Верховная Ведьма и кровь демона. Надо полагать, Владыка демонов что-то подобное предвидел, приставляя ко мне стража. Чтобы в нужный момент я не оказалась без ключевого компонента ритуала.
    Не следовало расслабляться и рассчитывать на то, что Шуйский запросто сдастся и отступит. И уж подавно можно было догадаться, что он прибегнет к помощи ренегатов. Ведь именно так он отыскал меня однажды. Выходило, что я всех подвела своей дурацкой нерешительностью и глупыми сомнениями. И вот как раз сейчас у меня был последний шанс исправить собственную ошибку.
    Я допила чай и встала из-за стола. Нужно было обязательно сделать две вещи. Во-первых, как следует изучить способ прерывания ритуала призыва беса. А во-вторых, разобраться наконец с силой Верховной. Да, у меня было право на выбор. И я свой выбор все-таки сделала.


Глава 12. Еще раз ночь



    Прохладные пальцы чертили на моей спине замысловатые фигуры. А я просто лежала, отсчитывая минуты редкими ударами сердца вампира.
    - Ты снова боишься?
    Неожиданно прозвучавший вопрос заставил меня вздрогнуть и открыть глаза. Влад не шевелился, глядя в потолок. Слабый свет ночника едва позволял мне разобрать черты его лица. Выглядело оно спокойным.
    - Ты тоже читаешь мои мысли? - хмыкнула я.
    Влад улыбнулся.
    - Дар такой силы, как у Бориса, позволяющий читать мысли почти дословно - большая редкость. К тому же, больше он на тебя не распространяется, Верховная Ведьма. И сейчас я чувствую лишь отголоски твоих эмоций.
    Я помолчала, осмысливая услышанное. Оказывается, у Верховной Ведьмы немало талантов, мне еще только предстоит понять, чем я стала. Что ж, по крайней мере, смогу, наконец, держать собственные мысли при себе. Ощущение того, что в любой момент кто-нибудь может узнать, о чем ты думаешь, приятным не назовешь.
    - Так чего ты боишься? - не позволил себя отвлечь Влад.
    - Того, что вечером я где-нибудь сделаю ошибку, и бес нас всех прибьет.
    Мне не хотелось ходить кругами, только не сейчас. Все было слишком хорошо, и не было ни малейшего желания это хорошее разрушать.
    - Ты не ошибешься.
    Я вздохнула, совершенно не разделяя этой уверенности. Не потому, что не запомнила знак, нет, за вечер я затвердила его так, что едва ли когда-нибудь вообще забуду. Но силы в себе так и не ощутила. Вообще не заметила никаких изменений.
    - Мы готовы, а значит, справимся.
    - Спасибо, - пробормотала я, и почти тут же испуганно села в постели, почувствовав, как под моей ладонью безумно застучало сердце вампира.
    Влад, закрыв глаза, сделал несколько судорожных вздохов. На щеках его выступили красные пятна, хорошо видимые даже в рассветных сумерках, а кожа, еще недавно прохладная, вспыхнула огнем.
    - Что с тобой?!
    Вампир сглотнул, открыл глаза и улыбнулся:
    - Просто рассвет.
    Лихорадочный румянец сошел с его лица, а сердце теперь билось мерно и ровно. И быстро, совсем, как человеческое.
    - Мы умираем на закате и оживаем с рассветом, - объяснил он. - Не совсем, конечно, умираем, но и вполне живыми нас ночью считать трудно.
    - Это больно? - спросила невпопад я.
    - Уже нет, - спокойно улыбнулся Влад. - Чем мы старше, тем легче проходит изменение. Пожалуй, больно бывает только в самый первый раз.
    Кажется, я хотела спросить еще что-то, но в голову сразу набилось слишком уж много мыслей. И пока я перебирала их, решая, с чего начать новое расследование, посвященное вампирам, в дверь постучали.
    - Мастер! - послышался знакомый уже голос миньона. - К вам гости.
    Влад сладко потянулся и шутливо выругался. Вставать ему, как, впрочем, и мне, совершенно не хотелось.
    - Кто там явился?
    - Не знаю... Какие-то в плащах с капюшонами, будто прямо из средневековья.
    Вот теперь вампир выругался по-настоящему, вскочил с постели и начал обшаривать комнату взглядом в поисках невесть куда закинутой ночью одежды. Я так и осталась сидеть, кутаясь в одеяло, недоуменно глядя на мгновенно проснувшегося мужчину.
    - Ты знаешь, кто это?
    - Эльфы, - буркнул Влад, обнаружив, наконец, штаны валяющимися на комоде.
    Сон разом слетел, будто его и не было, несмотря на то, что толком поспать мне не удавалось уже целые сутки. Про эльфов я услышала впервые, и ни в одной из выданных мне книг о них не было ни единого слова.
    - Заявились после рассвета, - сердито процедил вампир. - Так и продолжают упорствовать во мнении, что вампиры ночью неадекватны и агрессивны. Даже не пытаются это скрыть, хотя давно уже все о нас узнали.
    - А это не так? - подозрительно уточнила я.
    - Малыш, - с чувством выдохнул Влад, застегивая рубашку. - Вообще-то это и близко не правда. Но длительное общение с эльфами может кого угодно сделать неадекватным и агрессивным. В любое время суток.
    - Почему?
    - Ты знакома с "Властелином колец"? - поинтересовался вампир.
    Я кивнула. Еще бы, кто с ним не знаком? Уж фильм-то наверняка посмотрели почти все, а многие после того и книгу прочитали. Я исключением не стала.
    - Ну так вот, - приступил, наконец, к объяснениям Влад. - Точно никто не знает, но лично меня и по сей день терзают смутные подозрения, что автор сего произведения с кем-то из эльфов пообщался. У него они точно такие, какими себя считают - остроухие, великие, мудрые, непревзойденные воины и писаные красавцы.
    - А на самом деле?
    - Про красавцев точно вранье, - хмыкнул вампир. - Люди как люди, только остроухие. То есть, всякие. Есть и красивые, и такие, которые пострашнее иных смертных грехов. С мудростью тоже все здорово приукрашено, потому как с людьми эльфов объединяет не только внешность, но и уровень умственного развития. Зато гордости и пафоса в каждом отдельном ушастике хватит человек этак на пару тысяч.
    - А что там с воинами? - укладываясь обратно в кровать, спросила я.
    Влад неопределенно пожал плечами, но усмешка, блуждающая по его губам, была преехиднейшей:
    - Как ты думаешь, - спросил он, - Почему в данном сочинении они по самое дальше некуда ославили троллей с орками, от души прошлись по людям, а про вампиров и демонов упомянуть тактично позабыли?
    - Почему? - спросила я, подавив зевок. В данный момент мне слишком хотелось спать, а потому совершенно не тянуло строить гипотезы.
    - Эльфы хорошие охотники, за счет остроты зрения, слуха и обоняния. С этим у них получше, чем у людей, хотя с вампирами им не сравниться, а с демонами и подавно. Так что отзываться о нас хорошо им не позволяет гордость, а отозваться плохо - страх получить на орехи. Но не любят их даже не за это.
    - А за что?
    - Да за то, - проворчал Влад, пытаясь привести в порядок мокрые после умывания волосы, - Что их не переслушаешь. Как начнут самовосхваляться, так часа на три, не меньше. И это если еще не самые знатные. У самых знатных только полный титул без малого час выговаривается.
    - У вас тоже титулы некоротенькие, - буркнула я в ответ, пытаясь решить, стоит ли сейчас вставать, чтобы посмотреть на прибывших эльфов, или ну их со всеми титулами и самовосхвалениями. Кажется, любопытство медленно, но верно вынуждало недосып сдать позиции.
    - Это с чем сравнивать, - философски пожал плечами вампир. - Ладно, пойду я уже. Хочешь - выходи, если решишь сперва принять ванну, выпить чашечку кофе, а заодно и какао с чаем, и навести боевую раскраску, как раз успеешь ко второй половине самопредставления ушастых.
     

* * *

    - Арлиериэль ор"Теймериайн эс"Ванниарил, светлый и лучезарный Повелитель Эснахайна, первый Лорд-Рыцарь высокого трона Союза Детей Рассвета, Хранитель Серебряного Ясеня Рода благословенных Владык Страны Тающих Лучей Эсилэниир, Страж...
    Чего там приставили охранять белобрысого ушастика с курносым носом и упрямым подбородком, я удержать в своей голове уже не сумела. Хорошо хоть правильно выбрала стратегическую позицию. Лицезрение собственной физиономии в большом старинном зеркале, украшавшем гостиную, хоть как-то помогало сохранять благопристойное выражение на лице.
    Влад оказался прав. Я успела неторопливо подняться с кровати, принять душ, выпить кофе с булочкой, одеться, причесаться и малость подкраситься, а эльфы, которых, кстати, прибыло всего-то трое, даже еще не закончили представляться.
    Лицо вампира могло бы показаться бесстрастным, но я весьма четко ощущала всю гамму одолевающих его под этой маской эмоций. От скуки, через отчаяние и усталость к холодной злости. Если бы у короля был выбор между гильотиной, осиновым колом в сердце, костром инквизиции и обществом эльфов, любой из трех первых вариантов, а заодно и любая комбинация оных, выглядели предпочтительней варианта последнего.
    - Я, лорд Владислав Владимиров, король вампиров России, рад приветствовать высокородных Детей Рассвета на своей земле и в своем доме.
    Голос Влада прозвучал спокойно и ровно, без даже намека на почти физически ощущавшееся мной нетерпеливое раздражение.
    - Позвольте также представить вам мою невесту, госпожу Эллу Сергееву, Верховную Ведьму России.
    Эльфы, к моему удивлению, поднялись на ноги и поприветствовали меня чем-то вроде легкого намека на поклон. К счастью, высказываться никто из них не стал. А то, наверное, я бы не выдержала и расколотила пепельницу, стоявшую на ближайшем ко мне столике. Насчет того, что эти ушастые могут кого угодно довести до приступов немотивированной агрессии, Влад был абсолютно прав.
    - Мы рады приветствовать Вас.
    После всех услышанных на сегодня витиеватых и запредельно сложных словесных конструкций, подобная краткость прозвучала крайне неожиданно. Кажется, я все-таки не сумела справиться с лицом и изумленно вытаращилась на продемонстрировавшего ее "светлого и лучезарного Повелителя". Впрочем, белобрысый тут же и исправился:
    - Мы прибыли, дабы засвидетельствовать свое подобающее почтение и уважение избранному Королю вампиров и объявить о своей полной готовности соблюдать ранее установленные между нами дружеские и союзные обязательства, - на одном дыхании выдал он. - А также выразить надежду встретить с вашей стороны столь же достойное и уважительное отношение к благородному Союзу Детей Рассвета. Владыка весьма рассчитывает на мудрость Вашего королевского величества в управлении своим народом и во взаимоотношениях с друзьями и союзниками.
    Я чуть было не фыркнула. На мой скромный взгляд, эту мысль можно было донести до слушателей намного проще и короче: мы вас уважаем и, надеемся, вы нас тоже. Только и всего. Так ведь нет же, сидят, разглагольствуют, хотя в мирное время всем и без этих вербальных нагромождений неплохо живется, а уж в военное подобное велеречие и подавно на фиг никому не сдалось.
    - Благодарю благородных Детей Рассвета за визит и со своей стороны...
    Слушать Влада я не стала, переключившись на изучение украшавшей стены лепнины. Ничего нового или важного, по моим, скорее всего, верным догадкам, он говорить не собирался. К тому же я сильно подозревала, что рассерженный изгнанием из теплой постели, укомплектованной красивой обнаженной девушкой в моем лице и всем остальном, вампир мстительно решил произнести речь еще подлиннее эльфийской. Дабы не дать остроухим ни единого шанса заподозрить его в неуважении и нежелании соблюдать установленные порядки.
    Детально изучив лепнину и с некоторым неудовольствием обнаружив, что Влад все еще продолжает высказываться, я украдкой принялась разглядывать эльфов.
    На первый взгляд сидящие рядком на диване остроухие могли показаться статуями, столь торжественно неподвижными они выглядели. Но при длительном рассматривании становилось заметно, что в действительности это было не вполне так.
    Взгляды всей троицы выражали прямо-таки вселенскую тоску. Только вот причину этой тоски мне понять никак не удавалось. То ли остроухих раздражало, что какой-то там вампир, похоже, всерьез вознамерился переплюнуть по цветистости и продолжительности речи все священные многотысячелетние эльфийские традиции, то ли Дети Рассвета уже сами устали слушать этот бессмысленный высокопарный бред.
    Наконец, Влад выдохся и торжествующе улыбнулся. Эльфы молчали. Добавить к вышесказанному было совершенно нечего. Или, может быть, "светлые и лучезарные" просто-напросто дружно сомневались в своих способностях высказаться еще витиеватее и подробнее.
    Белобрысый на мгновение приоткрыл было рот, но тут же снова сжал губы. Мне почему-то подумалось, что он хотел выдать нечто вроде: "ну мы тогда пойдем", но вовремя удержался. Вампир, заметив это движение, улыбнулся еще радостней и решил добить ранних гостей:
    - Окажут ли благородные Дети Рассвета честь этому дому, приняв приглашение позавтракать?
    Эльфы дружно кивнули. Нет, определенно они с ужасом ожидали еще одной столь же или, не приведи Свет, более длинной речи, и очень обрадовались, что она не состоялась. Влад первым поднялся и галантно подал мне руку, жестом предложив остроухим проследовать за нами в столовую.
     

* * *

    - И как? - нетерпеливо поинтересовалась Настя, ползая с иголкой и ниткой вокруг меня в попытке подшить подол платья до нужной длины.
    - Что "как"? - подозрительно поинтересовалась я, опасаясь, что подруга потребует живописания пикантных подробностей прошлой ночи.
    - Как тебе эльфы? - фыркнула девушка, своим тоном ясно давая понять, что угадала ход моих мыслей и несколько обижена их направленностью.
    - Зануды жутчайшие, - честно призналась я.
    - Говорят, Арлиериэль душка, - мечтательно протянула Настасья, и тут же ойкнула, воткнув иголку в не защищенный наперстком палец.
    Я честно попыталась припомнить, как этот самый Арлиериэль выглядел. Кажется, это был белобрысый курносый парнишка с самым длинным титулом, Повелитель, Хранитель, Страж и так далее в том же духе на добрых десяти страницах мелким шрифтом. Сравнение с Владом, по моему скромному мнению, этот "душка" с треском проигрывал. Слишком уж много в нем было то ли девичьего, то ли детского. Но, в принципе, парень годился. На случай крайнего одиночества.
    - Везет тебе, - протянула Настя. - Влад он... м-м-м... Я бы назвала его горячим, не будь он вампиром, а потому по ночам-то как раз холодным...
    Я почувствовала, что краснею. По правде говоря, Влад прошлой ночью был каким угодно, только не холодным. Разве что в буквальном смысле, в плане температуры тела. Но как-то эта подробность проскользнула мимо меня, не до того было. От потока воспоминаний щеки из слегка красных стали совсем уж пунцовыми. И почему я не могу обсуждать этого вампира с подругами так же, как до этого годами совершенно беззастенчиво обсуждала других мужчин?!
    - О, - хмыкнула Настя, заметив изменения в окраске моей физиономии, - Вижу, ночью было жарко...
    На туалетном столике как назло не наблюдалось ни единого достаточно тяжелого предмета, чтобы запустить им в нахалку, а бегать по комнате в утыканном булавками платье мне совсем не хотелось.
    - Эй, не хочешь, значит, не будем об этом, - примирительно вскинула ладони подруга.
    Я кивнула с откровенно мрачным видом. В голову пачками лезли воспоминания о том, как на веселых пижамных вечеринках, под пару бокалов чего-нибудь алкогольного, я с Лидкой и другими девчонками со смешками, а порой и хохотом, перемывала кости Тимофею и остальным парням, с которыми пыталась встречаться. Ни разу и близко не страдая при этом от избытка стыдливости.
    Возможно, сейчас дело было в отсутствии в организме алкоголя. Хотя, в душе я понимала, что занимаюсь самообманом, строя подобные версии. Дело было совсем не в этом. И даже не в том, сколь далеко зашли наши отношения. Я и раньше не могла думать о Владе спокойно.
    - Платье-то хоть нравится? - заискивающе поинтересовалась Настя.
    Платье мне не нравилось, потому что являлось данью не моему эстетическому чувству, а только и исключительно ведьминским традициям. Изображать из себя бабу на чайник я не хотела никогда в жизни, а вот гляди ж ты, пришлось.
    - Зато из этой юбки запросто можно выскочить.
    Я нервно хихикнула, припомнив знаменитую советскую комедию:
    - Юбка превращается... превращается... юбка превращается...
    - Юбка отстегивается, - не оценила шутки Настасья. - И знаешь что, смотри, не накаркай. Ты ж у нас, как-никак, ведьма теперь. Да еще и Верховная.
    Пришлось прикусить язык. Я пока что не знала точно, какие мои слова какую силу имеют, но раз более опытная ведьма посоветовала воздержаться от неосторожных высказываний, лучше было этому совету последовать. Мало ли. Но желание возмущаться так меня и не покинуло.
    - И зачем эта идиотская фата? - проворчала я, крутясь перед огромным зеркалом. - Тоже мне, символ девичьей чистоты, которой, как всем отлично известно, Верховная Ведьма не обладает по определению.
    - Не скажи, - возразила Настя. - Понятие чистоты не исчерпывается наличием кое-чего в определенном месте.
    Я только рукой махнула, понимая, что цепляюсь за любую незначительную деталь, только бы отвлечься от своих страхов. А вот Настя наоборот, прямо-таки лучилась оптимизмом, заодно сходя с ума от любопытства. Ей явно хотелось вытащить на свет божий пару бутылочек, забраться с ногами на кровать и поговорить по душам. На самые щекотливые темы. Нет уж, не дождется. Никаких откровений не будет.
    - Слушай, - не выдержала, наконец, подруга, - А как же демон?
    Пушистый проходимец, услышав ее слова, лег на подоконник и закрыл уши передними лапами. Как видно, печальная участь не пережившего девичник поручика Ржевского его не вдохновляла. Хотя над анекдотом вчера он хохотал долго и с удовольствием.
    - Насть, - осторожно ответила я, - Он тебя, вообще-то, слышит...
    - Да ну и что, - беспардонно фыркнула Настасья. - Он, когда к тебе в кровать залазил, небось, не стеснялся. И сейчас переживет.
    Кот сдавленно мявкнул, опасливо подбирая хвост.
    - И то верно, - мстительно согласилась я. - Так что ты хочешь знать о моем личном демоне?
    - Как он выглядит, когда не кот? - без обиняков поинтересовалась подруга.
    Я закатила глаза, старательно обдумывая план мести. А то, понимаешь, разлегся тут... любитель посидеть в ванной, наблюдая, как я принимаю душ. Вуайерист этакий. Что интересно, эти воспоминания меня отнюдь не смущали. Только забавляли и злили, примерно в равной пропорции.
    - Знаешь, - с чувством заявила я, - Как говорит в таких случаях моя дорогая сестричка: я б дала.
    Кот сдвинул одну лапу и нахально развернул в нашу сторону ухо, за что был незамедлительно вознагражден метко брошенным тапком.
    - А ты можешь его попросить...
    Пушистый паршивец, только что нализывавший ушибленное место, мигом прекратил свое занятие, вжался в стекло и энергично замотал головой. Я ехидно улыбнулась. Судя по лицу Настасьи, подруга замыслила грязное и подлое насилие. И чем больше я пыталась демона пожалеть, тем больше в памяти всплывало пикантных моментов, свидетелем которых тот стал. Нагло пользуясь тем, что обычные, нормальные девушки котов не стесняются.
    - Будь любезен, - сухо обронила я.
    Кот отрицательно мотнул головой.
    - Я не игрушка, - неразборчиво выговорил он.
    Зря. Промолчал бы, и я еще, может быть, обратила бы все в шутку. Но после этого заявления резко вспомнила, как однажды этот гад с удобной позиции на шкафу наблюдал за мной и Тимофеем. Сказать по правде, я и без того уже была чертовски зла, а уж воспоминание о предателе-бывшем окончательно меня доконало.
    - А я тебе тоже не халявное порно-шоу! За удовольствие надо платить, знаешь ли!
    Он та-а-ак на меня посмотрел! Художники, изобразившие умоляющий взгляд кота в сапогах для мультфильма про зеленого огра, удавились бы от обиды и зависти, увидев эту мольбу. Но старания были напрасны.
    - Мне приказать? - непреклонно прошипела я.
    Кот отчетливо, совсем по-человечески вздохнул, спрыгнул с подоконника на пол, встряхнулся... и выпрямился уже в нормальном демоническом облике. Из-за моего плеча донесся еще один вздох.
    - Довольна, пифия? - поинтересовался Веарат, нарочито неторопливо вытягивая рубашку из-под пояса брюк. - Или еще что-нибудь показать?
    Я фыркнула и отвернулась. Нет, где-то в глубине моей мстительной ведьминской души шевелилось желание насладиться ответным стриптизом, чтобы не чувствовать себя из нас двоих единственной идиоткой, но что-то меня все же удержало от этого искушения.
    Зато теперь мне открывался прелестный вид на вытаращенные глаза и прикушенную губу Насти. По щекам девушки блуждали медленно разгорающиеся красные пятна. Мелькнуло запоздалое осознание того, что подруга на самом-то деле рассчитывала обойтись исключительно намеками и подначками. Но все равно, сама виновата. Заказывали, так получите и распишитесь.
    Настя нервно всхлипнула. Я развернулась обратно, и чуть было не последовала ее примеру. Нахальный демон расстался с рубашкой и теперь стоял неподвижно, заложив большие пальцы за пояс брюк. За такое тело, как у него, удавилось бы все мужское население Голливуда, это точно. Но мое внимание привлекла в основном тонкая белая полоска шрама, тянувшаяся от левой половины груди наискось почти до самой талии.
    Что-то было в этом шраме, что-то, вызывающее у меня совершенно отчетливый дискомфорт. И причиной тому было не излишне живое воображение, услужливо нарисовавшее картину того, как он был получен, и каковы при этом были ощущения Веарата. В конце концов, никто точно не знал, как именно демоны чувствуют боль.
    Чтобы отвлечься, я попыталась подумать о том, какую прическу будет лучше сделать на сегодняшнюю ночь. Вспомнила, что, как-никак, у меня сегодня свадьба. А то, что происходит сейчас, сильно смахивает на запоздалый девичник. Даже стриптизер, вон, присутствует.
    Это помогло. Дискомфорт ушел, сменившись приступом бурного и продолжительного, хоть и истерического по большей части, веселья. И Настя, и демон мигом позабыли одна свое смущение, второй - роль статуи Аполлона, уставившись на меня как на ненормальную.
    - Эля, ты успокойся, пожалуйста, - пролепетала Настя. - Это трудный день, но ты справишься...
    Сквозь смех я даже ответить ничего не могла. Неизвестно, сколько бы еще продолжалась эта комедия положений, но тут дверь распахнулась и на пороге возникла молоденькая рыжая ведьмочка Юлишна. Оглядев скульптурную композицию "Хохот и ступор" она развернулась в сторону коридора и радостно завопила:
    - Наро-о-о-од! Тут девичник со стриптизом в разгаре!
    С лестницы донесся быстро приближающийся топот. Демон нервно вздрогнул, опустился на колени и, прижав к голове уже кошачьи уши, шустро юркнул под кровать. Но было поздно.
    Через минуту мою постель окружили полдесятка сюсюкающих ведьмочек, вразнобой упрашивавших его "не смущаться и вылезать поскорее". Из самого дальнего и темного угла доносились ответное шипение вперемешку с чиханием. Демон явно не горел желанием попадаться толпе подвыпивших дамочек.
    Я не спешила изгонять гостей. Увлеченные демоном, вином и принесенными кем-то тарталетками, на меня они не обращали ни малейшего внимания, а именно этого мне и хотелось.
     

* * *

    Зал сиял от пола до потолка, все стены были затянуты нитями разноцветных лампочек. Прямо как на Новый год. Я бы даже, пожалуй, назвала это зрелище идиотическим, если бы не знала, что за волшебными огоньками маги спрятали кучу защитных чар.
    Ногу приятно согревал мягкий кошачий бок. Поначалу, выслушав "гениальное" предложение демона спрятаться на время церемонии под моей пышной юбкой, я чуть было не устроила негодяю наглядную демонстрацию всей тяжести участи одной небезызвестной собачонки, утопив его в местном пруду. Но Настя, вдруг взявшая роль гласа разума на себя, напомнила мне, что, во-первых, под юбкой у меня будут брюки, так что паре наглых глаз разгуляться не получится. А во-вторых, кровь демона необходима для изгнания, так что будет лучше, если в самый ответственный момент Веарат окажется ко мне максимально близко.
    Признав неотразимость этих двух доводов, с планом демона я согласилась. И, кажется, пока не пожалела. Зато Влад с откровенным недовольством косился туда, где свернулся клубочком Веарат. Заставляя меня с каждым таким взглядом все отчетливее подозревать, что история о девичнике со стриптизом уже достигла ушей вампира. Интересно, кстати, было бы узнать, в чьем и в насколько вольном пересказе.
    Церемонией принесения клятвы руководил Матвей. Сейчас он произносил какую-то особенно длинную речь о древности традиций дружбы между вампирами и колдунами. Я не особо вслушивалась в слова, зато время от времени дарила Широкову улыбочки, одну другой лучезарнее. И без того бледный до зеленоватости колдун каждый раз нервно вздрагивал и отводил взгляд.
    После него взял слово Вышинский. Официанты заскользили по залу, разнося вино и закуски. Особенно ребята старались уделять внимание эльфам. Как я сразу заподозрила, столь настойчиво ушастиков потчевали затем, чтобы никому из них не взбрело в голову присоединиться к полку ораторов. Впрочем, судя по лицам всей троицы, утренней задушевной беседы с Владом им хватило выше крыши.
    Разглядев остроухих от скуки еще разок, я мысленно согласилась с мнением Влада. Интеллектом они от людей ушли недалеко, коль скоро тоже склонны приписывать себе любимым несуществующие достоинства. Вот демоны да, красавцы, каких поискать, все до единого. Ни одна другая раса таким не похвастается, даже вампиры.
    Тот же Шуйский, даром, что вампирский князь, а в категорию "эротических мечт любой школьницы" явно не проходит. Мужик как мужик, таких на улице каждый день видишь сотнями. Анастасия Вышинская хороша, кто ж спорит, но ее же родная сестра Марина - самая обычная девушка, невысокая, плотненькая, курносая. Даже мне, пожалуй, не соперница.
    Лично я вообще не понимала смысла всего этого выпендрежа. Неужели кроме расовой принадлежности нечем больше погордиться? Но нет, каждый считал своим долгом...
    Закончить мысль не удалось. Из дремотного плена отвлеченных рассуждений меня жестоко и беспардонно выдернула вцепившаяся в лодыжку когтистая пятерня. Дрыгнув ногой, дабы прекратить неприятные ощущения, я так и замерла посреди движения. Впрочем, остолбенела в тот момент не я одна.
    Ведьмочка Юлишна, секунду назад напропалую кокетничавшая с каким-то молодым демоном, теперь отчаянно визжала, показывая пальцем на потолок. Собравшиеся задрали головы. И началось.
    На потолке наливались багрово-черным пламенем линии пентаграммы. Рисунок я узнала сразу, даром что ли сутки просидела, уткнувшись в соответствующую литературу? Даже догадалась, что начертили его призыватели этажом выше, на полу, и уж потом переместили. Ловкий трюк на случай вызова беса, которого заведомо неспособен удержать.
    Часть гостей рванула к дверям, но там их уже поджидали закутанные в черные плащи ренегаты. Похоже, с охраной Елена все-таки просчиталась, ее оказалось недостаточно.
    - Черти Знак! - рявкнул демон, выкатываясь из-под моей юбки и расставаясь с кошачьим обликом.
    К счастью, большая часть магов панике не поддалась. Пока с десяток из них обменивались с ренегатами любезностями, не давая тем прорваться в зал, остальные собрались толпой вокруг Елены и застыли с закрытыми глазами.
    Ладони отчетливо защекотало, будто через них побежал слабый электрический ток. Ощущение оказалось даже приятным. Первое ощущение своей силы. Все-таки я стала ведьмой, самой настоящей. С первым же движением моих пальцев в воздухе начали проявляться светло-голубые линии знака. Сила моя и остальных магов вливалась в них мощным потоком. Было трудно не поддаться восторгу, ведь это я своими руками творила спасительные чары! Я, та, что еще сегодня днем совершенно в себя не верила!
    Нужно было спешить. Линии пентаграммы призыва уже раскалились настолько, что камень потолка начал плавиться, капая вниз, прямо на наши головы. Но быстрее я не могла, слишком боялась ошибиться. Ведь малейшая помарка могла погубить нас всех, потому, что начертить Знак заново мне уже ни за что не успеть.
    Боковым зрением я заметила, как Веарат невесть откуда взявшимся кинжалом полоснул себя по обоим запястьям сразу и сложил ладони лодочкой, собирая стекающую кровь. Всего две руны, и моя работа завершится. И тут в лицо мне ударил раскаленный ветер. Кто-то за спиной отчаянно закричал.
    - Быстрее! - простонал голос Елены.
    Я последний раз взмахнула рукой, выводя завершающую Знак руну. Демон плавным движением перетек поближе, прижавшись своим плечом к моему, и плеснул кровь из ладоней на светящиеся голубым линии. Знак радостно вспыхнул алым, принимая подношение. Горячий ветер ненадолго прекратился, подарив несколько мгновений райской прохлады. Но почти сразу хлестнул с новой силой.
    - Поздно! - выкрикнул Веарат, хватая меня за руку. - Бежим!


Глава 13. Бесова дюжина



    - Куда?! - завопила я.
    Бежать, и верно, было особо некуда. Единственный выход оставался перекрытым большой дракой между демонами, вампирами и магами с одной стороны и обращенными и ренегатами с другой. Ренегаты крайне удачно выбрали позицию, заполонив лестницу и получив за счет этого возможность безостановочно сыпать на головы пытающихся прорваться из зала боевыми заклинаниями.
    Понять что-либо в царящей вокруг неразберихе не представлялось возможным. В довершение всех бед, раскаленный ветер теперь гулял по всему залу. Оставалось только избавиться, наконец, от мешавшей юбки и помолиться, что ли...
    - Знак долго не продержится, - выпалила оказавшаяся рядом с нами Елена. - Мы опоздали потому, что пентаграмму подготовили заранее. Среди нас был предатель.
    Я кивнула, про себя оценив новость как великолепную, прямо-таки потрясающую. Надо же было так проколоться, посчитать, что все ренегаты где-то там, строят козни издалека! И даже не принять к рассмотрению вариант, что они прямо под боком.
    - И что будем делать? - спросил демон.
    - Ты мне скажи, - неожиданно зло ответила Елена. - Из всех здесь присутствующих ты один имел дело с материализованными бесами.
    - Ага, - зло и как-то грустно бросил Веарат. - Один раз. Меня тогда чуть не выпотрошили, хорошо ангелы вовремя объявились.
    Я взвыла от злости и бессилия. Столько подготовки, столько надежд... и все напрасно! Мой сон грозил сбыться в самой жуткой из своих вариаций, притом, в самое ближайшее время. И никто, похоже, не представлял, что еще можно сделать, чтобы этого избежать. Это наводило на подозрение, что сделать ничего и нельзя.
    - Можно попробовать Звезду Даура, - предложил демон.
    - А если не получится? - с сомнением отозвалась Елена.
    - А хуже станет? - в тон ей отозвался Веарат.
    Подумав пару секунд, Елена согласно кивнула. Я тоже кивнула, хотя моего мнения, вроде, и не спрашивали. С логикой демона было не поспорить, хуже стать просто не могло. Вот только я понятия не имела, что это за Звезда такая, и как ее создавать.
    Впрочем, этого, судя по всему, и не требовалось. Когда я обернулась, то увидела жутковатое солнце, составленное из смеси сполохов алого и багрового света, шипящих и разбрызгивающих искры при каждом соприкосновении друг с другом. Багровых цветов становилось все больше, бес неуклонно прорывался сквозь созданный нами Знак. И прямо перед ним, на полу, Елена уже начала собственной кровью вычерчивать новую пентаграмму. Андрей стоял рядом, сжимая в руке кинжал. Очевидно, готовясь помогать. Настя, Юлишна и еще с полдесятка магов обоего пола, не занятые стычкой у дверей, тоже встали поблизости.
    - Чем больше крови разных магов в рисунке, тем сильнее будет Звезда, - пояснил мне демон.
    Я кивнула и спросила:
    - А что потребуется от меня?
    - Твоя кровь свяжет силы и активирует знак, - охотно ответил Веарат.
    Я невольно поежилась. Конечно, небольшой порез был сущей ерундой в сравнении с тем, что сотворит со мной и остальными прорвавшийся бес. Но все-таки я пока как-то не привыкла запросто резать себя при первой необходимости. Впрочем, все шло к тому, что скоро все-таки привыкну. Если, конечно, сегодня же и не помру.
    - Быстрее, - буркнул Андрей, довершая свою часть рисунка.
    Настя колебалась, не больше секунды, но все же колебалась, прежде чем глубоко полоснуть себя лезвием по ладони и сменить мужчину. Я тем временем еще раз вгляделась в свалку, выискивая там Влада. Но первым увидела Тимофея.
    Этот гад уже прорвался в зал, размахивая мечом. С другой его ладони каждую секунду срывались новые и новые молнии. По залу полз тошнотворный запах горелой плоти, перебивающий даже вонь от распадающихся тел приконченных обращенных.
    - Тянут энергию Инферно, - зло выплюнул Веарат.
    - Это энергия от принесенных жертв, - поправила его бледная как полотно Елена.
    - Сейчас прорвется! - взвизгнула Юлишна.
    - Закончил, - выдохнул незнакомый мне молодой маг, не без труда поднимаясь на ноги.
    И тут я увидела Влада. Рубашка вампира была насквозь пропитана кровью, он пока довольно успешно отмахивался от парочки вооруженных короткими мечами обращенных, но к нему неуклонно прорубался Тимофей. Кажется, я заорала в нелепой надежде на то, что Влад все-таки услышит меня сквозь весь царящий вокруг треск, лязг и грохот. И тут же получила от Елены увесистую оплеуху.
    - Завершай, или мы все умрем! - выкрикнула она прямо мне в лицо.
    Неизвестно как, но ритуальный кинжал оказался у меня в руке. Очнувшись от ужаса и паники, я шагнула к кровавой пентаграмме, закусила губу и полоснула себя по ладони, резко и глубоко.
    Демон любезно поддержал мою трясущуюся руку, чтобы кровь потекла в центр рисунка. Я даже нашла в себе силы благодарно кивнуть. Кровавые линии неторопливо начали разгораться пронзительно алым светом. Медленно, очень медленно. Слишком.
    Багровое пламя вспыхнуло как никогда ярко, и я, не выдержав, попыталась отшатнуться. Но демон стоял как скала, не давая мне отступить. Пульсирующий шар начал стремительно чернеть, во все стороны посыпались такие же черные искры. Там, где они падали, камень пола вскипал.
    - Бегите! - крикнул Веарат застывшим за нашими спинами магам.
    Я так и не узнала, последовали ли Елена и остальные совету демона. Потому, что в этот момент расширенными от ужаса глазами смотрела, как из чернильной сферы неторопливо, даже как-то вальяжно, вытягивается гигантская серо-черная лапа с отливающими металлом когтями длиной чуть ли не в полметра каждый.
    - Не останавливайся, - зашипел демон мне в ухо. - Если получится, мы его изгоним. А если нет, бежать все равно бессмысленно.
    Мне оставалось только согласно кивнуть и несколько раз сжать и разжать кулак, стараясь не обращать внимания на жуткую режущую боль в ране. Кровь потекла быстрее, вместе с ней меня покидали силы. Не держи меня Веарат, я бы, наверное, уже упала.
    Вслед за лапой показалось плечо, покрытое короткими, в сравнении с когтями, конечно, шипами. Я с большим трудом подавила искушение зажмуриться. Пентаграмма все продолжала разгораться с прежней неторопливостью. Благо, и бес то ли не особо спешил, то ли просто не мог быстрее.
    Несмотря на занудную боль и слабость, глубоко внутри начинала зарождаться надежда на то, что все получится. Они зажгутся. Все тринадцать рун, вся эта проклятая бесова дюжина непонятных мне пока значков. Точно я знать не могла, но интуитивно чувствовала - до завершения Звезды осталось совсем немного. Не больше половины минуты.
    Увы, мне не дали этого времени. Черная сфера вдруг резко увеличилась в размерах, и жуткое нечто выметнулось из нее прямо мне в лицо. Уж не знаю, откуда у меня взялась такая сила, но, когда Веарат попытался дернуть меня назад, я просто оттолкнула его локтем и осталась стоять на месте. А потом в глазах потемнело от нахлынувших потоком жуткой вони и ужаса, все тело пронзила боль, и навалился непроглядный мрак.
    Но даже сквозь него, сквозь уже опущенные веки я увидела, как на пылающий контур Звезды плеснула кровь, заставляя рисунок вспыхнуть слепяще ярко. Последним, что я успела осознать, был неразборчивый и, похоже, абсолютно нецензурный вопль не сумевшего устоять на ногах после неожиданного толчка демона. И собственная, столь же краткая и неприличная ответная мысль. О том, что плеснувшая на Звезду кровь была, очевидно, моей.
     

* * *

    - Ты что творишь?!
    Андрей подхватил с пола брошенный кем-то меч и рванулся к вампиру, но демон остановил его, схватив за руку.
    - Совсем спятили, адовы отродья! - зарычал маг, пытаясь вырваться. - Нашел, кем перекусывать, проклятый выродок!
    И присовокупил длинную, от и до неприличную тираду о предках вампирского короля до сотого колена, их сексуальных предпочтениях и способах их удовлетворения со всякими разными существами и предметами. От одного взгляда на то, как стоящий на коленях Владислав руками собирает с пола кровь Эллы и торопливо ее слизывает, его едва наизнанку не выворачивало.
    - Он пытается ее спасти.
    Рука Елены легла на плечо мага, ласково, но твердо заставляя его сделать шаг назад и опустить оружие.
    - Так?!
    Элла была еще жива, Андрей это чувствовал, видел, как из последних сил пытается трепыхаться ее сердце. А это отродье тьмы тем временем едва не купается в ее крови! Но хуже всего то, что все вокруг будто спятили, и считают это правильными действиями!
    - Чем больше в нем будет ее крови, тем больше шанс, что его кровь ей поможет, - не без труда выговорил демон.
    Длинная фраза далась ему нелегко, не одной только Элле перепало от взбешенного беса. Но демон изо всех сил старался не выдавать, насколько скверно его собственное состояние. Сейчас важнее было спасти Эллу, потому не стоило отвлекаться на тех, кому не грозит умереть сию секунду.
    - Сколько нужно крови? - ровно, по-деловому, спросила Елена, отпуская все еще кипящего злостью, но уже не собирающегося немедленно порезать вампира на бифштексы Андрея.
    - Сколько получится, - сухо ответил Влад. - Если я отключусь, все равно продолжайте, пока рана кровоточит.
    - Ты сошел с ума, - прошипел демон, зажимая ладонями распоротое бедро.
    Влад только зло отмахнулся, забирая у Елены кинжал.
    - Ты во всем виноват, вампир, - буркнул Андрей, морщась от боли. - Если бы не твои игры с Шуйским, ничего этого вообще бы не случилось.
    - Заткнись, - рыкнула на него Елена, с треском разрывая подол своего платья, чтобы перевязать, наконец, истекающего кровью демона. - Влад, что у тебя с плечом?
    - Нормально, - отмахнулся вампир. - Уже зажило.
    - Ты уверен, что получится? - пролепетала бледная Настя, державшая на коленях голову Эллы.
    - Нет.
    - А ты сам? Все будет в порядке?!
    - Не знаю! - вызверился вампир, быстрым движением кинжала полоснув себя по руке вдоль.
    Темная кровь сначала медленно, по капле, а затем и струйкой потекла в приоткрытый рот Эллы, окрашивая белые губы бордовым. Все вокруг замерли, не издавая ни звука, боясь даже шевельнуться. И увидели, как девушка сглотнула собравшуюся у нее во рту жидкость. Влад слабо улыбнулся.
    - Действует, - прошептал демон.
    - Она еще миньон, - кивнула Елена.
    Вампир покачнулся. Андрей, к собственному немалому удивлению, шагнул к нему и поддержал за плечи. И подумал, что, в конечном итоге, степень отвратительности действа не так важна, как его конечный результат.
     

* * *

    Кажется, черная сфера, из которой вылез бес, затянула меня. Во всяком случае, та непроглядная, чернильная темнота, в которой я бултыхалась, напоминала именно ее. Не иначе, затея со Звездой этого неизвестного мне Даура, провалилась. К собственному удивлению, мне удалось на чем свет стоит выругать автора бесполезного ритуала.
    Выходило так, что в какой-то форме я до сих пор существую, раз уж помню последние события и могу их критически оценивать. А еще осознаю, кто я. Ну, или кем совсем недавно была. Элла Сергеева, новая всероссийская Верховная Ведьма. Невезучая ведьма, очень невезучая. Интересно, из всех дам, в разное время носивших этот титул, только мне испортил свадьбу вылезший прямиком из Инферно бес?
    Мысль заставила меня тяжело вздохнуть. И сразу после этого необдуманного поступка едва не отключиться от боли. Стоп. Боли? Боли!!! Выходит, я еще жива? Мертвым ведь, кажется, больно не бывает? Или бывает, если при жизни они слишком уж основательно насолили адским тварям?
    - Как она?
    Голос, донесшийся издалека и будто сквозь подушку, подарил мне надежду. Едва ли бесы в аду станут с такой тревожной интонацией интересоваться моим самочувствием.
    - Дышит, - ответил второй, столь же далекий голос.
    Как я ни силилась, не могла признать ни одного из говоривших, хотя могла поклясться чем угодно, что оба они мне знакомы.
    - Думаешь, выкарабкается?
    - Надеюсь, - ответил третий голос, еще более тихий, чем два предыдущих.
    Какой-то слишком уж усталый, измученный голос. Если внешний вид говорящего ему под стать, то как раз в таких случаях и говорят, что краше в гроб кладут. Или именно таких и кладут.
    Я осторожно, медленно попыталась вздохнуть еще раз. Боль вышла уже не такой резкой, но все равно ужасной. Порадовало хотя бы то, что сознания я не утратила. Впрочем, назвать мое нынешнее состояние сознательным было бы, наверное, излишне оптимистичным.
    - Когда она очнется?
    - Понятия не имею.
    Попытка открыть глаза потерпела полное фиаско, но зато удалось еще раз глубоко вдохнуть. Кажется, я ощутила резкий запах мяты. Это порадовало, но ненадолго, потому, что в следующий же миг все тело скрутило дикой, жутчайшей болью. Кажется, она прокатилась по каждому имеющемуся у меня нерву, заставив выдохнуть только что с такой осторожностью набранный в легкие воздух в отчаянном крике.
    Чьи-то теплые ладони сильно надавили мне на плечи, не позволяя шевелиться. Боль отступала медленно, но верно, и вскоре я смогла снова дышать. И открыла глаза.
    К кровати меня прижимал Андрей. Я не сразу его узнала. На правой щеке мага красовался кошмарный багровый ожог, добрая половина вечно растрепанных волос пропала, но лицо все равно выглядело радостным.
    - Где я?
    Я попыталась произнести вопрос в полный голос, но не преуспела, услышав только тихий, свистящий шепот. Маг перестал вжимать меня в матрас, чуть отстранился, критически оглядел с ног до головы и, наконец, соизволил ответить:
    - Дома.
    - Дай воды.
    - Мне тоже.
    Не без усилия повернув голову, я увидела полулежащего в кресле Влада. Только походил он не на вампира, а скорее на киношного зомби. Такой же зеленоватый и перемазанный засохшей кровью, да еще и в разорванной одежде. Знаменитая история про труп невесты обретала на моих глазах новое, обратное прочтение, поскольку в наличии имелся труп жениха. Впрочем, я, надо полагать, тоже сейчас выглядела годной к записи скорее в ряды мертвых, чем в ряды живых.
    Хлопнула дверь. Андрей вернулся с двумя стаканами, один сунул в трясущуюся руку Влада, а со вторым подсел ко мне на кровать. Наши с женишком зубы в унисон застучали по стеклу.
    - Может, тебе лучше крови, а, вампир? - нахально поинтересовался маг.
    - Пошел ты, - прошептал Влад.
    А я тем временем с ужасом заметила рану на руке вампира. Она не только не заживала на глазах, как с ним обычно бывало, но даже и не думала закрываться. Как в тот раз, когда он словил файербол.
    - Хоть бы перевязал, - пожал плечами Андрей, отследив направление моего взгляда.
    - Так позови кого-нибудь, - рыкнул в ответ Влад. - Сам я сейчас никуда пойти не смогу.
    - Позови, - шепнула я.
    Мою просьбу маг воспринял куда серьезнее. Во всяком случае, он забрал опустевший стакан и вышел из комнаты. Надеюсь, за помощью для Влада.
    Во рту у меня поселился не желающий проходить даже после всей выпитой воды вкус крови. Только вот на этот раз я довольно четко представляла себе причину этого явления.
    - Ты дал мне свою кровь.
    Кажется, мне удалось произнести эту фразу спокойно. Ведь если догадка оказалась верной, именно благодаря этому я до сих пор жива. Что, несомненно, хорошо. Вампир коротко кивнул в ответ и обессилено откинул голову на спинку кресла.
    - Спасибо...
    Видимо, ему это обошлось дороже, чем когда-то его отцу. Судя по мертвецкому цвету лица и общему, определенно плохому, самочувствию. Я уже хотела было попытаться поблагодарить спасителя более внятно и пространно, как вдруг в мозгу вспыхнула еще одна догадка:
    - Рассвет был только что.
    Вампир снова чуть заметно кивнул, а потом изумленно посмотрел на меня и спросил:
    - Откуда ты знаешь?
    Комнату освещала люстра, потому, что плотные, тяжелые шторы были задвинуты наглухо. Я не могла видеть, что происходит за окном. А еще в комнате не было часов.
    - Мне было больно, - прошептала я. - Очень больно.
    Влад уставился на меня округлившимися от удивления глазами. Выражение его лица вернее всего было бы назвать испуганным:
    - Ты почувствовала? - спросил он, подчеркнув интонацией последнее слово.
    Я кивнула.
    - Господи...
    - Ты не ожидал?
    Вампир отрицательно качнул головой. Мне хотелось спросить еще очень о многом, но тут в комнату вошла молоденькая ведьма с медицинским саквояжем. Она быстрым движением поклонилась мне, присела на корточки возле кресла и молча занялась рукой Влада. Обсуждать столь странную тему при посторонних мне совсем не хотелось. Пришлось перейти к вопросам более нейтральным.
    - Ве... демон, он жив?
    - Более или менее, - отозвался Влад. - Он довольно тяжело ранен, но поправится.
    Помолчал немного, и все же добавил:
    - Кстати, можешь спокойно произносить его имя. Он ведь Страж, как-никак, демон высшего ранга. Простым произнесением имени его никто не подчинит.
    Я нервно хихикнула, вспомнив, как угрожала приказать ему перестать прятаться за кошачьим обликом. Выходит, все это было чистой воды блефом, никакой настоящей власти над ним у меня не было? На всякий случай, я решила уточнить этот момент.
    - Смогла бы, - отозвался вампир. - Он твой слуга, потому обязан исполнять приказы. Да, вот еще. Пока он служит тебе, никто не может его переподчинить. Если только ты сама не согласишься.
    Мне стало стыдно. Вот уж никогда не думала, что так быстро научусь властью не только вовсю пользоваться, но и злоупотреблять. Но сейчас мне было слишком паршиво для самокритики, поэтому я снова сменила тему.
    - Много погибших?
    - Немало, - преувеличенно спокойно ответил Влад. - Точно я не знаю, спросишь у Елены.
    - А... Тимофей?
    Все-таки мне удалось выговорить имя бывшего жениха, оказавшегося ренегатом. Хотя голос все равно предательски дрогнул.
    - Смылся, - зло выплюнул Влад, кивком и улыбкой благодаря закончившую перевязку девушку.
    Мы снова остались в комнате вдвоем. И, хотя чувствовала себя я просто на редкость паршиво, вопросы так и толкались в голове. Усилием воли я заставила себя сосредоточиться и выстроить их по ранжиру, начиная с самых животрепещущих.
    - Я стану вампиром?
    Влад, попытавшийся допить воду, поперхнулся и уставился на меня как на сумасшедшую:
    - Н-нет, - выдавил он.
    - А как же...
    - Временный эффект. Пройдет через недельку.
    Я облегченно вздохнула, не без удовольствия отметив, что боль не возвращалась. Кажется, мое тело начало приходить в относительный порядок. А вместе с ним и голова.
    - Что произошло там, в зале?
    - Бес прорвался и ранил тебя, - ответил вампир, все-таки совладав со стаканом. - Как мне сказала Елена, кровь попала на Звезду, и та сработала.
    - То есть, беса отправило обратно?
    - Полагаю, да.
    Я снова вздохнула. Так долго боялась, и так быстро все закончилось. Быстро и страшно. Веарат лежит где-то раненый, Андрею тоже досталось, Влад вообще выглядит как неудачный некромантский эксперимент. Точнее, даже еще хуже, если мерилом неудачи подобного мероприятия считать обращенных. Те, хотя и мертвые, но на вид гораздо живее, чем Влад сейчас. А кто-то ведь погиб. И я пока даже не знаю, кого уже никогда больше не увижу.
    - Знаешь, кстати, кого еще недосчитались? - неожиданно зло спросил Влад. - Шуйского и Вышинской. Похоже, эта сладкая парочка слиняла через портал, как только запахло жареным. Кто-то любезно обеспечил им путь отхода.
    - Тот же, кто любезно обеспечил нам беса, - равнодушно отозвалась я.
    Новость меня не удивила. Я еще там, в зале, поняла, что на ренегатов работает кто-то из очень хороших магов, вхожих в дом Верховной. Потому что просто так портал оттуда было не открыть, с расчетом на это и готовилась ловушка. Разве что только создать заранее, сразу обе точки, вход и выход, и как следует замаскировать. Работы на сутки, никак не меньше.
    Нужно будет проверить всех и каждого. Наверняка, Елена уже сейчас занимается этим. Потому и ушла сразу, как убедилась, что я очнулась и пока не собираюсь с концами переселяться на тот свет. Раньше мне порой становилось буквально страшно думать о том, сколько всего знает и умеет бывшая Верховная. И сколько мне придется узнать и изучить, чтобы стать ее достойной преемницей. Но вот теперь этот страх ушел, сменившись другим. Если я пожалею себя, не научусь, то подвергну опасности очень многих. И я хотела учиться, чтобы защитить тех, кто мне дорог. И тех, кто полагается на меня.
    - Я не поблагодарил тебя, - тихо сказал Влад.
    - За что? - искренне удивилась я.
    - Ты нас всех спасла. Не дрогнула, довела дело до конца. Если бы не это...
    - Полежи со мной, - перебила я его.
    Мне не хотелось выслушивать никаких славословий. Только не сейчас. Просто было очень жутко, одиноко и все еще немного больно. Хотелось тепла, надежного плеча рядом. Того, кто давно уже делал мою жизнь немного счастливее, а совсем недавно еще и спас ее. В очередной раз.
     

* * *

    - Ведьма и король живы, - прошипела Вышинская, нависая над уставшим и изрядно обожженным Максом.
    Некромант в ответ только гневно фыркнул:
    - Откуда ж мне было знать, что они все-таки рискнут чертить эту клятую Звезду! Ковен, знаешь ли, не любит жертвоприношений.
    - В смысле? - не понял молчавший до сих пор Шуйский.
    - Чтобы активировать Звезду Даура, нужна смерть. В случае с таким бесом, как вчерашний, крайне желательно, чтобы именно смерть Верховной, иначе изгнание не гарантировано.
    - Тогда почему она жива, а бес в аду?!
    - Я не сказал невозможно, я сказал - не гарантировано, - огрызнулся Макс. - Сдается, девчонка была настолько близка к смерти, что выплеск силы получился достаточным. Магия на крови самая неточная из всех, никогда не получается полностью достоверно предсказать результат.
    Вышинская с размаху плюхнулась в кресло и застыла с сердито прикушенной губой. Теперь ей было совершенно ясно, что план провалился. И не просто провалился. Они оба, скорее всего, засветились на этом деле по самое дальше некуда, как любит выражаться проклятый ублюдок Влад.
    Получалось, что ничего не получалось. Одно дело ходить в подозреваемых без всяких против тебя улик, просто имея мотив. И совсем другое - продемонстрировать свою осведомленность о готовящемся преступлении, слиняв с места действия через заранее заготовленный портал. Маги его найдут, потому что толком стереть следы не удалось. Вот она, улика против.
    Покушение на коронованного короля вампиров, Верховную Ведьму, членов совета магов, владыку демонов и еще кучу важных персон это дело серьезное. Выволочкой от разгневанного отца наказание не ограничится точно.
    С другой стороны, сам по себе портал ничего еще не доказывает. Ну, знали, что что-то готовится. Ну, удрали. Ничего из этого не говорит о том, что они каким-то образом участвовали в безобразии. Маг, создавший для них портал, даже и не знал, для кого он это делает.
    Так что, быть может, не все было так уж безнадежно. Но вот захочет ли отец исполнения условий договора с Владом, когда обо всем узнает? Совсем не обязательно, и не потому, что такой правильный, а просто потому, что пожелает сохранить лицо перед магами и демонами. И, кстати, эльфами тоже. Скорее всего, выберет кого-то из ее сестер.
    А между тем, искушение отомстить наглой девчонке становилось все сильнее. Чтобы та не считала себя победительницей только потому, что король разок уложил ее в постель. И не думала, что Влад теперь принадлежит ей.
    Анастасия шепотом выругалась, поглядев на погруженного в задумчивость Шуйского. У них были еще шансы добиться своего, если этот идиот сейчас не сглупит и не пойдет на попятный.
    - Ни в чем не сознавайся, - сказала она вслух.
    Шуйский уставился на нее с нескрываемым изумлением.
    - То есть как? Мы погорели, деточка.
    Вышинская поморщилась. Ее бесило, когда к ней так обращались, и, не будь сейчас все так непросто, непременно бы высказала болвану, что на самом деле о нем думает. Но Влад был для нее почти наверняка потерян окончательно и бесповоротно, потому Павел оставался единственной возможностью получить свое. Так что она не стала поднимать скандал.
    - Нет. Ты заявишь, что до тебя дошли слухи о готовящемся покушении, и ты заплатил за путь к бегству. Они ничего не докажут.
    - А ты хитрая стерва, - хохотнул Макс. - Они ведь все равно догадались.
    - Между "догадались" и "доказали" довольно солидная разница, - бросила в ответ Вышинская.
    - Тут ты права, - пожал плечами колдун. - Может быть, у тебя есть и следующий план в загашнике?
    - Может быть, и есть, - обворожительно улыбнулась ему Анастасия. - Но сейчас рано еще об этом.
    Она изящным движением вынырнула из глубокого кресла и направилась к дверям. В ближайшее время ей следовало вернуться домой и сидеть там тихо рыдающей от пережитого ужаса паинькой. Так от нее скорее отвяжутся, и можно будет обдумать вторую, запасную идею расправы надо новоявленной Верховной Ведьмой. Главное, чтобы Шуйский не подвел. И этот Макс тоже.
    Все равно, девчонка ей заплатит. За саму мысль о том, что какая-то жалкая журналистка с окраины Москвы может хоть в чем-то превзойти Анастасию Вышинскую, покорившую мир своей красотой. И уж тогда-то Влад не посмеет больше думать, что внешность это единственное достоинство, которым она, Вышинская, обладает.


Глава 14. Разбор полетов



    Закат я тоже почувствовала, но не так остро, как рассвет. Скорее, на мгновение показалось, что все мое тело стиснули невидимые тиски. Едва отойдя от этого неприятного ощущения, я, не без труда подняв руку, нащупала пульс на шее и не смогла сдержать облегченного вздоха. Сердце билось нормально.
    - Видишь, - улыбнулся Влад, догадавшийся о моих опасениях, - Никакой ты не вампир. Это просто моя кровь так действует.
    Я улыбнулась ему и попыталась удержать, заметив, что он встает. Вампир мягко освободил руку от моего захвата:
    - Мне нужно, - тихо сказал он. - Тебе потребуется еще кровь, поэтому я должен поесть.
    Признаться, меня немного передернуло от этой откровенности. Потому, что я прекрасно понимала, о какой еде идет речь. Наверное, не так-то просто привыкнуть к подобному. Людям вообще свойственно мерить всех вокруг по себе, и я вполне осознавала, что не была исключением. Мне слишком нравилось видеть во Владе рыцаря без страха и упрека, настолько, что я перестала видеть в нем хищника. И зря.
    Не будь он тем, кто он есть, я была бы уже мертва. Этот веский довод заставил меня промолчать и покорно отпустить руку вампира. Потому, что вторая свойственная людям черта это желание жить. Я уже видела, как он это делает. Даже больше, испытала на собственной шкуре. К тому же, прекрасно знала, что об убийстве речи не идет. И, в конце концов, не далее как прошлой ночью я сама пила кровь.
    Проводив Влада взглядом, я вздохнула и печально уставилась в потолок, пытаясь разобраться в собственных ощущениях. По всему выходило, что человек сам та еще тварь, и способен привыкнуть ко всему. Надо полагать, привыкну и я. Раньше или позже. Так или иначе.
    - Привет.
    Голос Веарата выдернул меня из глубин философствования. Я повернула голову и оглядела демона с ног до головы. Шея заклеена пластырем, нога забинтована. Да и стоял он, опираясь на тросточку.
    - Привет, - улыбнулась я.
    Демон присел в кресло, осторожно разместив раненую ногу на банкетке и тоже улыбнулся:
    - Неслабо ты мне вчера двинула.
    - Я?
    Веарат задрал футболку, демонстрируя красно-синий синяк на боку чуть ниже ребер.
    - Твой локоток.
    Я аж присвистнула. Нет, тот факт, что я его отпихнула, отрицать было бессмысленно. Но вот чтобы с такой силой...
    - Прости.
    - Ничего, ты была права, - ответил демон. - Я струсил.
    - Прекрати, - оборвала я зарождающийся поток самокритики. - Считай то, что там произошло, апофеозом моей глупости. Ты-то, в отличие от меня, уже имел дело с бесом и знал, что будет. А я нет. Вот и осмелела.
    Демон невольно улыбнулся, выслушав мою тираду. А я тайком перевела дух. Кажется, помогло. К тому же, я говорила совершенно честно. Будь я в тот момент в здравом уме, сбежала бы первой, и фиг бы кто меня догнал. Даже сам бес, не то, что какой-то там демон.
    - Но ты все равно молодец.
    - Самоубийца я, да и то неудачливая.
    - А ты этому не рада?
    - Это как сказать.
    Я скривилась от резкой боли, навалившейся при попытке устроиться поудобнее. Вот из-за этого и сомневалась до сих пор, что рада остаться в живых. Ощущение того, что меня сначала порвали в довольно мелкие клочья, а уж потом как попало слепили обратно, проходить катастрофически не желало.
    - Когти беса штука мерзкая, - вздохнул демон. - Я-то знаю.
    - Твой шрам, - вспомнила я, - Он от них и остался?
    Веарат коротко кивнул, и в глазах его на мгновение плеснуло нечто такое, что я мигом пожалела о начатом разговоре. Умом я понимала, что тему нужно немедленно сменить, но любопытство так и вгрызалось во все мое существо, не давая подумать ни о чем другом. Так что Елена появилась очень вовремя.
    Лицо у бывшей Верховной, а ныне обычной ведьмы, было осунувшееся и усталое. Она буквально постарела лет на пять. И немудрено. Пока я валялась тут, предаваясь философствованию пополам с приступами саможаления, ей пришлось разгребать все последствия случившегося.
    Заглянув в ее глаза, я решила не говорить пока о погибших. Еще слишком больно было для светских бесед. К тому же мне показалось, что Елена пришла сюда с какой-то определенной целью.
    - Скажи, - обратилась она к демону, - Что ты знаешь о Звезде Даура?
    Веарат несколько секунд озадаченно смотрел на ведьму. Кажется, не сразу сообразил, что именно у него хотят выяснить. Но быстро сориентировался и ответил, будто цитируя учебник:
    - Звезда Даура - универсальный Знак изгнания. Может использоваться против любых тварей, не принадлежащих текущему миру. Чем сильнее изгоняемая тварь, тем больше силы нужно вложить в Знак, чтобы добиться нужного результата. Сила передается только посредством крови. Для самых слабых тварей может сгодиться даже кровь животного, для сильных желательно использовать кровь одного или нескольких магов.
    - Все? - уточнила Елена.
    - Все, - кивнул демон. - Мы этим знаком полтергейсты частенько гоняли. А потом еще и куриный суп варили. Я потому о нем вспомнил, что он универсальный.
    Ведьма немного помолчала, подперев голову рукой и не глядя на нас. Мы оба напряженно ждали. По лицу Веарата было заметно, что он, как и я, никак не может понять, к чему клонит Елена.
    - Знаете, - вдруг заговорила ведьма, заставив нас синхронно вздрогнуть от неожиданности. - Я думаю, нужно вернуться к изучению некоторых разделов некромантии. Мы зря забросили это искусство.
    Демон потрясенно уставился на нее. Так, словно Елена предложила с завтрашнего дня начать мировую революцию, повсеместно магически внедрив коммунизм.
    - Но ведь... - начал он.
    - Но ведь Звезда Даура, вообще-то, некромантский знак, - перебила его Елена. - И вот я с этим запретом на некромантию даже не знала, что для изгнания самых сильных тварей нужна не просто кровь. Нужна смерть, иначе Знак не наберет достаточной силы.
    У меня отвалилась челюсть. Молчание в комнате провисело почти минуту. Елена больше ничего не говорила, а мы с Веаратом были не в состоянии даже слова вымолвить. Не знаю, о чем думал демон, но лично я вдруг с пугающей ясностью вспомнила последние мгновения перед изгнанием и темнотой. Когти беса, протыкающие меня насквозь.
    - Но ведь никто не умер, - выдавил демон.
    - Видимо, Элла была достаточно близка к смерти, - пожала плечами Елена.
    Я поежилась. Неудивительно, с такими ранами, как у меня, вообще-то, и не живут. И даже убийц на прощание не проклинают. Тихо и мирно валяются некоторое время, а потом отдают концы. Если, конечно, вовремя не появится истинный вампир, готовый рискнуть шкурой и влить в тебя непотребное количество своей крови.
    Раны, нанесенные бесами, не лечатся магией. Да и вообще, заживают очень долго, оставляя шрамы на память даже вампирам и демонам. Все дело в том, что магия принадлежит этому миру, а вот бесы - нет. Они попросту не могут соприкоснуться. По той же, кстати, причине, бесов бесполезно и атаковать заклинаниями. Да и при изгнании воздействовать приходится не на них, а на пространство, создавая в нем воронку.
    То, что мы устроили, было даже не рискованно, а откровенно безумно. И еще меня, признаться, испугало осознание того, что даже мудрая Елена может чего-то не знать. Хотя, с определенной точки зрения, это даже пошло на пользу. Пора было начинать учиться меньше доверять чужим решениям, и принимать собственные.
     

* * *

    Влад вернулся в половине четвертого, заметно повеселевший и уже куда меньше смахивающий на покойника. Присев на кровать, он первым делом прикоснулся губами к моему лбу, проверяя температуру.
    - У меня нет жара, - сочла нужным сообщить я.
    Губы у него были прохладные. Интересно, кто придумал вранье, что напившийся крови вампир делается теплым и розовым? Или, может быть, с обращенными все так и происходит?
    - Ага, - радостно подтвердил мою версию Влад. - И давай, тебе тоже не помешает немного порозоветь.
    Я тупо уставилась на набухающий кровью порез. Рука вампира остановилась, почти касаясь моих губ.
    - Пей.
    Стадо перепуганных мурашек протопало по мне от затылка до копчика. Интересно, а какому нормальному человеку не сделалось бы не по себе от такого зрелища? А тут еще и первая капля сорвалась и шлепнулась прямо на мои упрямо сжатые губы, заставив рефлекторно облизнуться.
    И меня накрыло дикой волной. В ней было все сразу: и опаляющий жар, и пробирающий до костей холод, и уютное тепло, и бодрящая прохлада. Кровь, казалось, была насыщенной электричеством. И восхитительно сладкой.
    Очнулась я от того, что Влад, осторожно разгибая мои пальцы, пытался высвободить свою руку. Отпустив его, я откинулась на подушку и блаженно закрыла глаза. Мне стало хорошо, даже нудная боль в груди и животе на время отступила. Зато лицо вампира вернулось к прежней зеленоватой мертвецкой бледности. Скинув ботинки, Влад устало прилег рядом со мной и закрыл глаза.
    - Прости, - растерянно прошептала я.
    - Ничего, - пробормотал он, облизывая губы. - Так и надо. Со мной уже ничего не случится, а вот тебе может стать хуже в любой момент. Ты ведь все еще умираешь.
    Я невольно поежилась от этих слов. Конечно, похвастаться замечательным самочувствием я не могла, но и умирающей себя тоже не чувствовала.
    - Видела демона? - вдруг спросил Влад.
    - Ага, - кивнула я.
    - Как он там?
    - Живой.
    - Его брат погиб, - без выражения, совершенно ледяным голосом обронил вампир.
    Я вздрогнула.
    - Он знает?
    - Знает.
    И даже вида не подал. Наверное, не хотел сваливать на меня неприятные новости. Улыбался даже, делал вид, что все в порядке. А сам, поди...
    - Эльфам тоже досталось, но они все выжили, слава Богу. И еще, я говорил с Вышинским. Анастасия все отрицает. Представляешь, заявила, что какой-то маг анонимно сообщил ей о готовящемся покушении на Верховную Ведьму, и она заплатила за портал.
    - Но ты уверен, что это не так, - пожала я плечами.
    - Еще бы, - хмыкнул вампир. - Я даже не сомневаюсь, что все это затеяли они с Шуйским. Иначе откуда бы вдруг набежала такая куча обращенных?
    - Заключили сделку с ренегатами?
    - Наверняка. А что? Верховная и король погибают, корона достается Шуйскому. Поскольку Верховной ведьмы нет, договор теряет актуальность, и Вышинская занимает вакантное место супруги, становясь королевой. А там... короли, бывает, умирают. Работа у них вредная, опасная.
    - Безумие, - пробормотала я.
    - Борьба за власть. В самом своем типичном проявлении.
    - И что с ними будет?
    Влад просунул руку мне под голову, осторожно коснулся прохладными губами виска. И я вдруг ощутила его усталость и желание согреться. Мне отчаянно захотелось обнять его, прижаться. Но двигаться было слишком уж больно.
    - Маги, конечно, попробуют выяснить, кто создал портал, через который слиняла эта сладкая парочка. Но я больше чем уверен, что это ничего не даст. Разве что лишний раз подтвердит их версию. И даже автора портала не получится толком прижать. Заявит, что сделал ровно то, за что ему заплатили.
    - И после этого она все еще надеется стать твоей как там? Официальной фавориткой?
    - Нет, - буркнул Влад. - Вышинский ведь не дурак, он прекрасно понимает, что Анастасия виновна. Гибель нескольких высокопоставленных магов и принца демонов, да еще и ранения эльфов ей не простят. Делать ее фавориткой после такого было бы с моей стороны безумием. Никто не портит отношения сразу с тремя народами в самом начале правления.
    - Но от своего Вышинский ведь не откажется?
    Вампир недовольно скривился, но кивнул, подтверждая мою правоту.
    - Он предложил мне Марину.
    - И ты согласился? - проворчала я.
    - У меня не было выбора. Договор есть договор.
    - От нее ты избавляться не станешь? Она-то ведь ничего тебе не сделала.
    - Глупая ты, - прошептал Влад, утыкаясь в мои рассыпанные по подушке волосы. - Все равно я люблю тебя.
    Пока я переваривала это заявление и формулировала достойный уточняющий вопрос, вампир заснул. Оставив меня наедине с изумлением и потрясением. Самостоятельно разбираться с нахлынувшими сложными и противоречивыми чувствами.
     

* * *

    В постели я провалялась еще целую неделю. Первые три дня Влад от меня не отходил, потом стал оставаться только до рассвета. Боль постепенно шла на убыль, и с каждым днем становилось все легче двигаться.
    А еще на четвертый день я осознала, что за все это время ни разу не ела, только пила воду. И при этом совершенно не чувствовала голода. Даже в легких намеках. Влад в ответ на мой недоуменный вопрос только улыбнулся и сообщил, что при ежедневном питании обычная еда вампирам не нужна. А в ответ на мое резонное возражение, что я, вообще-то, не вампир, только лукаво улыбнулся.
    - Но ведь ты-то ешь, - ворчливо заметила я.
    - Ну, так я обычно и не пью кровь каждую ночь.
    - Сейчас пьешь.
    - И вся она почти сразу достается тебе.
    В таком духе мы препирались еще добрых полчаса, потом Влад долго травил анекдоты, и мы вместе хохотали. Заговорить о недавнем признании я так и не решилась. Не в последнюю очередь потому, что боялась его вопроса о том, как я отношусь к нему. Ответить сейчас я бы не смогла.
    Он мне нравился. Даже очень. По собственной десятибалльной шкале оценки мужчин я бы поставила ему пятнадцать, не меньше. Молодой, красивый, богатый. Умный, интересный. Потрясающий любовник. Последняя мысль заставила меня покраснеть.
    Если уж быть честной, то, во-первых, не молодой, если, конечно, не ограничиваться только оценкой по внешним данным. Хотя по вампирским меркам Влад, конечно, был довольно молод. Но в сравнении со мной как-то не очень, а, думая о собственной жизни, я все-таки предпочитала брать за точку отсчета именно себя. Во-вторых, не так-то много у меня пока было любовников, чтобы так вот разбрасываться подобными оценками. Если совсем честно, то всего один и был. Тимофея мне считать не хотелось, хотя наши отношения и были достаточно близкими.
    Правда, сестра, которая была куда поопытней в этом вопросе, не раз выдавала мне наставления. И обычно все они сводились к тому, что искать нужно того, кто устроит именно тебя. Того, с кем просто будет хорошо. И мне было. Хорошо, пожалуй, было бы недостаточной оценкой того, что я тогда пережила. Потрясающе ­- уже вернее.
    И все же говорить о любви было... странно? Страшно? Неуместно? Поспешно? Черт, да я понятия не имела, что чувствую. Каждый раз, начиная думать об этом, я возвращалась к симпатии или чему-то подобному. Или немного большему. Или черт его знает.
    Хорошо, хоть Елена вытаскивала меня из болота подобных размышлений, заставляя читать всевозможные кодексы, сборники законов и межрасовых договоров. Нудность и важность этого чтива напрочь отбивала и сложные мысли, и тяжелые воспоминания. А книги по магии отвлекали и того лучше. Заучивание ритуалов, знаков и формул, дополненное бесконечным повторением пассов не оставляло в голове места ни для чего другого.
    Демон частенько сидел вечерами со мной, читал что-нибудь или объяснял мне мои ошибки в магии. Это было здорово, потому что, в отличие от меня, наивной начинающей ведьмочки, он был опытным магом. И, кстати, принцем. На данный момент первым и единственным наследником Владыки.
    Елена рассказала мне, что сыновей у нынешнего правителя демонов нет, но есть два младших брата. Было два, если точнее. А теперь остался один Веарат. Правда, была еще надежда на рождение наследника. Но с супругой у Владыки это дело как-то не ладилось, а всякие там официальные фаворитки были у куда более строгих в вопросах нравственности, чем вампиры, демонов не в обычае. Категорически.
    Обсуждать этот вопрос с самим демоном я не рискнула. Не чувствовала себя вправе влезать своему стражу в душу. Тем более, отношения Веарата с родственниками явно были сложными. Потому я решила, что говорить и спрашивать ничего не буду. Захочет, сам расскажет. Но Веарат, похоже, не хотел. Наверное, и к лучшему. Сложностей мне и своих хватало.
     

* * *

    - Отец, ты серьезно?! Марина?!
    Вышинский медленно кивнул, раскуривая сигару. Анастасия вскочила с кресла и забегала по кабинету, размахивая руками.
    - Не мельтеши.
    - Но ты не можешь! - отчаянно выкрикнула дочь. - Ты просто не можешь! Ведь все уже было решено!
    - Было, - спокойно ответствовал Вышинский, разглядывая густые клубы дыма, образовавшиеся над столом. - До того, как ты сотворила глупость эпических масштабов.
    - Они ничего не докажут!
    - Ты идиотка! - прорычал король, выскакивая из-за стола, грубо хватая дочь за руку и швыряя в кресло. - Им не надо ничего доказывать! Погиб принц демонов, пострадали двое эльфийских послов. Мельчайшего подозрения более чем достаточно, чтобы навсегда уничтожить твою репутацию. Я же не собираюсь терять Россию из-за твоих бездарных телодвижений. В королевы ей, глядите-ка, захотелось!
    Анастасия скрестила руки на груди и посмотрела на отца с нескрываемым вызовом. Конечно же, он обо всем догадался. Точнее, думает, что догадался обо всем. И пусть так оно и остается. Незачем ему знать, какие еще козыри в рукаве спрятала его дочь. Считает дурой? Да пожалуйста. Всегда лучше, когда противник тебя недооценивает.
    - Знаешь, почему я назвал тебя Анастасией? - неожиданно печально спросил отец.
    - Ты об этом не говорил.
    - В честь Анастасии Романовой, - усмехнулся Вышинский. - Думал, что все-таки станешь русской королевой. Красотой ты пошла в мать, тут я угадал. Только вот не предполагал, что увлечение Игоря Еленой Широковой зайдет настолько далеко. Но и ты сама вечно все портишь, дура. Потому что умом тоже уродилась в матушку.
    Анастасия смиренно кивнула. Ничего другого она и не ожидала. А сегодняшний маленький спектакль устроила исключительно затем, чтобы лишний раз убедить отца в том, что ее не стоит опасаться. Глупенькая девочка предприняла нелепую попытку заполучить трон. Счастье, что легко отделалась. Шуйский, наверняка, считает точно так же. А вот к этому колдуну Максу стоит, пожалуй, присмотреться. Он не так прост, каким старается казаться.
    За Максом стоят ренегаты. За Шуйским - легион обращенных. А вот у нее пока имелась только голова на плечах. Это не так уж мало, но, если подумать, все же недостаточно. Даже самому тонкому и ловкому уму нужна сила в распоряжении, иначе все гениальные измышления так и останутся на стадии идей, не обретя реального воплощения.
    Ренегаты будут помогать ей ровно до тех пор, пока им это выгодно. Их можно, конечно, и обмануть в случае чего, но все же куда лучше иметь по-настоящему верных сторонников. Таких, к примеру, как обращенные. Но те уже давно с Шуйским, потому связаны с ним клятвой крови. Перетянуть их на свою сторону не получится. А будь такое возможно, они ничем не отличались бы в этом плане от ренегатов.
    Выходит, нужен кто-то третий. Не связанный еще ни с кем другим, не слишком умный и способный хранить верность. Анастасия, рассеянно кивая в ответ на особо страстные реплики продолжающего расхаживать по кабинету отца, напряженно раздумывала. Пока ее голову не посетила идея совершенно неожиданная.
    Псы Господни. Вот, кто точно был свободен от всяких обязательств перед сверхъестественными существами. Кто никогда не станет никого из них поддерживать, и всегда будет рад испортить им жизнь. Идеальные помощники в ее планах убийства короля и ведьмы.
    К счастью, об истинных вампирах эти шавки ничего не знают. Так что, по большому счету, будет достаточно просто устроить переговоры посреди солнечного дня, и дело будет в шляпе. Разыграть из себя очень хорошо информированную благодаря исключительным связям человеческую девушку, уставшую от коварных богомерзких колдунов и еще более богомерзких нелюдей.
    Что ж, ей не привыкать играть роли. Работая моделью, она развила свой природный талант вживаться в любые образы. От роковой обольстительницы до невинного ангела. Как раз последний в этом деле и пригодится. И если план по привлечению сторонников сработает, можно будет осуществить и остальной замысел.
    - Ты вообще меня слушаешь? - гневно рыкнул отец.
    - Конечно, - смиренно заверила его Анастасия. - Я с тобой полностью согласна, папа. И буду вести себя, как ангел.
    Вот ведь забавно, даже врать не пришлось.
    - Замечательно, - кивнул Вышинский. - Посидишь тихонько пару-тройку лет, пока я обсуждаю с кланом Дарквуд вопрос о твоем замужестве.
    Это было внезапно. Анастасия открыла рот, но так и не смогла выдавить ни единого слова. Конечно, отцовский гнев она заслужила, с этим не поспоришь. Но столь жесткого поворота событий все же не ожидала никак.
    Дарквуды были самым ортодоксальным из всех кланов истинных. Жили они в уединении, в тихой канадской провинции, свято соблюдая Кодекс Молчания. Потому категорически не допускали никакой публичности для любого члена клана. Так что брак с кем-то из них означал, что нынешняя жизнь для Анастасии закончится раз и навсегда. Знаменитая модель просто погибнет. Ее место займет очередная простая сельская девушка, обреченная ходить в длинной юбке и пасти коров всю ближайшую пару-тройку тысячелетий.
    - Папа...
    - Анастасия, - холодно ответил отец. - Ты должна понимать, что, даже при полном отсутствии доказательств, одних подозрений в твой адрес достаточно, чтобы ни один уважающий себя клан с тобой не связался. Будь ты хоть сотню раз королевская дочка. И вообще, пока ты на виду, я сам всегда буду под подозрением. И напряженность в отношениях с демонами, магами и эльфами не пойдет на спад. Европейские Союзы Магов уже все прислали мне гневные ноты. Владыка демонов не желает меня видеть, даже слышать не хочет ни о каких извинениях. Эльфы, я уверен, тоже что-нибудь еще скажут.
    - Но Дарквуды...
    - Это самый лучший вариант для всех.
    - Не для меня!
    - Заткнись! - рявкнул отец. - Или клянусь, что отправлю тебя в Канаду завтра же и выдам за самого жалкого холостого мужика во всем этом клане психованных затворников!
    - А между ними там вообще есть хоть какая-то разница?!
    - Ты это заслужила!
    Оставшись в кабинете в одиночестве, Анастасия чуть было не дала волю гневу и отчаянию. Но вовремя сдержалась, сообразив, что для подобных случаев у отца наверняка имелась пара-тройка надежно спрятанных камер наблюдения. Незачем ему видеть ее истинные чувства, или клятва сослать ее в Канаду будет исполнена немедленно. Уж лучше потянуть время, изображая покорность и искреннее раскаяние. А там, как нередко говаривал покойный король Игорь, либо султан умрет, либо ишак, либо...
     

* * *

    Впервые покинув комнату, я спустилась в зал. Там еще ничего не восстанавливали, только убрали кровь. Но ее запах, отвратительный и дразнящий, до сих пор витал в воздухе, смешиваясь с многочисленными и разнообразными ароматами моющих средств.
    Мне было отчетливо неприятно находиться в этом зале. Остальной дом по-прежнему не вызывал никаких отрицательных эмоций, но вот здесь они, казалось, скопились повсюду. Особенно там, где на прекрасном некогда узорчатом полу выплавилась проклятая звезда. От одного приближения к этому месту начинали отчаянно ныть почти зажившие раны.
    - Зачем ты здесь? - недоуменно спросил Андрей, так и оставшийся стоять в дверях.
    - Подвожу итоги, - хмыкнула я.
    Итоги выходили неутешительные. Сорванная свадьба, межрасовый скандал, больше десятка погибших. И почему это все со мной? Ненормальность моей жизни за последнее время достигла совершенно запредельного уровня. Даже ведьмой стать нормально я не могу. Хотя такое навряд ли вообще возможно.
    Впрочем, это только если считать за норму мою прежнюю, мирную и скучную жизнь. Но почему бы уже и не отбросить эту довольно бессмысленную точку отсчета? Привычный когда-то мир без всякой магии и сказочных существ не менее, но и не более реален чем тот, в котором я живу сейчас.
    За прошедшие дни у меня была масса времени для размышлений о прошлом, настоящем и будущем. И я понимала, что, сколько бы ни цеплялась за то, что было у меня раньше, рано или поздно двери в ту жизнь придется закрыть. Раз и навсегда.
    Работа. Будем честными, я ее не любила. Нет, не журналистику как таковую, настолько глубоко разочароваться я просто не успела. Но то, чем мне приходилось заниматься... Прямо скажем, именно с этим я рассталась без сожалений. Я подумывала о том, чтобы найти другое место, но не очень хорошо себе представляла, как смогу находить время на все сразу. В обязанности Верховной Ведьмы входило не только периодическое присутствие на важных мероприятиях, но и много чего еще. И это самое "еще" сулило в скорости занять почти все мое время.
    Отслеживать незаконную магическую деятельность. Разгребать конфликты между магами и не только. Даже обидно, насколько проще в свое время было Елене. Ее, небось, не готовили всю сознательную жизнь быть самостоятельной, независимой и собственным трудом зарабатывающей себе на кусок хлеба с маслом эмансипированной дамой.
    - Ты в курсе, где сейчас наша сладкая парочка? - спросила я у Андрея, чтобы отвлечься от бесперспективного самокопания.
    - Вышинская у папочки под замком, - пожал плечами мужчина, так и не отошедший от порога. - А вот Шуйского никто не может найти. Слышал, король поставил на уши всех своих и тех немертвых, которые типа нормальные, но так ничего и не добился.
    В последней фразе мага прозвучала неприкрытая язвительность. Андрей совершенно определенно радовался, что Влад в чем-то потерпел неудачу. У меня явственно зачесался язык от желания поинтересоваться причиной подобной неприязни. За последнее время я свела знакомство с немалым количеством магов, и никто из них не выказывал особой нелюбви к вампирам. Скорее даже наоборот.
    Поначалу я было подумала, что нелюбовь Андрея является персональной, но потом поняла, что это не так. Ничуть не более приязненно маг относился и к Борису, и ко всем прочим. Кстати, Веарат особой любовью с его стороны тоже не пользовался. Задумчиво почесав нос, я все же не выдержала:
    - Андрей, почему ты не любишь вампиров?
    Маг вздрогнул, хотел было что-то сказать, но только закашлялся от нескрываемого замешательства. Я запоздало припомнила, что являюсь Верховной Ведьмой, потому не ответить мне он не может. Много власти - много ответственности, чтоб ее. Пора начать активно привыкать к постоянной осторожности в действиях и высказываниях.
    - Не только вампиров.
    - Я знаю. Но почему?
    Сказала "а", так уж надо заканчивать алфавит. Тем более, совесть подзаткнулась при воспоминании о том, что Андрей, по идее, особа ко мне достаточно приближенная. И при этом в активе помимо него наличествуют жених-вампир и личный страж-демон. Так что лучше загодя разобраться в существующих противоречиях, чем потом нарваться на проблемы в самый неподходящий момент.
    - Не доверяю нелюдям, - лаконично ответил Андрей.
    Помолчал с полминуты, и все-таки пояснил:
    - Даже мы, маги, для них второй сорт, а уж обычные люди и вовсе третий-четвертый. Они вроде и улыбаются, и ведут себя прилично, но все равно.
    Я так озадачилась, что даже машинально почесала затылок. Никогда не думала ни о чем подобном, а, между тем, в словах Андрея наличествовала изрядная доля правды. Вампир есть вампир, каким бы цивилизованным он не выглядел, все равно остается хищником. И люди для него добыча. Что же до демонов, то в них я вообще не разбиралась. И все-таки, подобное отношение было мне отчего-то неприятно. Чувствовалось в нем нечто откровенно расистское.
    - Они тебе лично сделали что-то плохое?
    - Нет, - покачал головой Андрей. - Но ведь много кому сделали.
    - Люди тоже много кому сделали немало плохого. Себе подобным в том числе, - бросила я в ответ резче, чем хотела.
    Маг в ответ только рукой махнул.
    - Но никому это не кажется нормальным. А вот когда вампиры пьют кровь и требуют от нас, магов, воспринимать это спокойно...
    Я вздохнула. Аргумент был лукавый, но имеющий право на существование.
    - Тот же Влад, - вдруг продолжил Андрей. - Ему уже больше трехсот, а выглядит он как мальчишка. Для этого нужно очень много крови.
    Тут мне расхотелось продолжать дискуссию и вообще оставаться в этом проклятом зале. Потому, что я не знала, насколько маг сказал правду. В прочитанных мною книгах упоминалось, что истинные вампиры не бессмертны, и живут тем дольше, чем больше и чаще пьют кровь. И Борис, бывший по вампирским меркам не сильно старше Влада, с виду годился ему в отцы.
    Так что Андрей вполне мог даже и оказаться правым насчет моего драгоценного женишка. Но говорить об этом сейчас я была не готова. Не прежде, чем обсужу вопрос собственно с Владом.


Глава 15. Кошки против собак



    К моему немалому удивлению, Влада вопрос ничуть не задел.
    - Борис просто пацифист, - невесело усмехнулся он.
    - А ты нет?
    - А я никогда не мог себе позволить подобную роскошь.
    Я хорошо видела его лицо, несмотря на сгустившиеся сумерки. Оно было совершенно серьёзным, без малейшего намёка на насмешку.
    - Думаешь, со мной начали пытаться разделаться только после смерти отца?
    - Нет.
    Глупо было бы так думать. Даже за свое, довольно краткое и поверхностное, знакомство с вампирскими нравами я успела уяснить, что грызня за власть у них не прекращается никогда и ни под каким видом.
    - Правильно думаешь, - сухо согласился вампир. - Потенциальные наследники у нас бывают двух видов: сильные и мёртвые. Так что выбор неширок. Но кое в чём твой Андрей прав, конечно. Сила - это много крови.
    Я невольно поёжилась. Подобная откровенность меня вроде и не обескуражила, ничего неожиданного мне сейчас не рассказали, но всё-таки задела, что ли. Между строк, фраз, я улавливала то, о чем как раз и говорил Андрей. Восприятие людей как средства борьбы за выживание и власть. Вот он, пресловутый "третий сорт".
    - Ты много убивал людей?
    - Немало, - запросто признался Влад. - Я родился в другое время, знаешь ли. Тогда отношение к убийству вообще отличалось от нынешнего. К тому же, были войны. Много войн. Но если тебе интересно, ради крови я не убиваю. В этом нет нужды. Более того, это опасно.
    - Боишься, что поймают и посадят? - хмыкнула я.
    - Да нет. Запросто можно сделать так, чтобы не поймали, и того проще - так, чтобы не посадили. Сама знаешь, в какой стране мы живём. Просто если убить человека в процессе... хм... еды, сам отправишься на тот свет. Что-то там такое происходит в момент смерти. Научного объяснения у феномена нет, но нас это убивает. А вот обращённые ничего такого не замечают.
    - Наверное, потому, что и так уже мёртвые.
    - Наверное.
    Я невольно задумалась над услышанным. Получается, мудрая и хитрая природа и тут придумала, как достичь хотя бы некоторого равновесия. Есть вампирам, выходит, можно, а съедать подчистую - уже нет. И то верно, нечего бесконтрольно переводить продукты. Только вот интересно, почему истинные вампиры не особо стремятся поведать об этой своей особенности? Это же может помочь если не улучшить мнение о них, то хотя бы сделать их менее жуткими.
    - А нам никто не верит, - рассмеялся Влад в ответ на мой наивный, детский вопрос. - Считают, что мы придумали эту байку, чтобы отделаться от образа прирождённых убийц.
    - Даже маги не верят? - подозрительно прищурилась я.
    - А что, считаешь, маги вроде Андрея способны в подобное поверить? - саркастически вздернул бровь вампир.
    Я со вздохом вытянулась на спине во весь рост и стряхнула остатки одеяла. От углей в камине шло ровное, приятное тепло, которого вполне хватало, чтобы позволить себе роскошь примерить костюм Евы, валяясь на кровати. Даже рядом с холодным ночью телом Влада.
    Парадоксально, но при всей легкости смены общественного мнения само общество в среднем и общем никогда не меняется. Каким было во времена Святой Инквизиции, таким и осталось. Хотя сейчас, вроде как, и модно нормально относиться ко всяким нетрадиционностям, на вампиров и иже с ними подобная толерантность не распространяется.
    - Знаешь, - сказал вдруг Влад, поднимая глаза от ноутбука, в который пялился весь последний час, - Вампиры всегда были своего рода париями. Потому, что наш образ жизни в любом случае попахивает каннибализмом.
    Подумав с минуту, я кивнула. Попахивает, да. И, притом, весьма отчетливо. Конечно, вампиры не люди. Истинные, во всяком случае. Обращенные тоже, впрочем, если и люди, то разве что бывшие. Но ведь похожи. И живут, вообще-то, среди людей. И питаются ими при этом.
    Человек для вампира - друг, товарищ, коллега, сосед и обед. Кем нужно быть, чтобы спокойно жить с этим, да еще по многу веков? Неудивительно, что прочие расы, имеющие другой рацион, относятся к ним настороженно. Улыбаться-то улыбаются, вроде культурные даже, а ну как все равно сожрут?
    - Тебе ведь тоже не по себе? - испытующе глядя на меня, продолжил Влад. - Ты попробовала кровь. Почувствовала, как это может быть. Только не говори, что не мучаешься сейчас этим ощущением.
    - Это как секс на одну ночь, - подумав, отозвалась я. - Прежняя мораль, с детства вбитая, сидящая в подкорке, скребёт, что так нельзя. А все равно круто.
    - Ты ж не пробовала секс на одну ночь, - рассмеялся вампир.
    - Сестра делилась впечатлениями, - сердито буркнула я.
    Ну да, спалилась. Сколько раз рассказывала эту байку коллегам и подругам. В наше время, знаете ли, даже зазорно как-то признаваться, что девственница, когда тебе за двадцать. И вот пожалуйста, выбрала не того слушателя.
    - На самом деле это не так уж круто, - пожал плечами мужчина. - Заливала тебе сестричка, как эксперт говорю. Но суть ты уловила верно. Общественная мораль требует, чтобы ни-ни, но ты-то знаешь, каково это. И уже не можешь этого не хотеть.
    - Я могу.
    Влад только хмыкнул, заставив меня насупиться и отвернуться. Правда злобно колола глаза. Да, мне хотелось, хотелось пережить это потрясающее ощущение еще раз! Ругайте, строго порицайте, кидайте гнилые помидоры - это не поменяет ни-чер-та! Все равно буду хотеть. Но постараюсь, чтобы не было больше причин это желание реализовывать.
    - Могу, - сердито сообщила я подушке. - В смысле, да, ты прав, не могу не хотеть. Но могу не делать.
    - Значит, общественная мораль все-таки сильнее тебя.
    - Это я сильнее своих желаний!
    - Даже в кондитерской? - ехидно вопросил вампир.
    Я от души треснула его подушкой. Ничего не поделаешь, сладости были, есть и будут моим самым больным местом. А хуже всего то, что в этом доме меня пичкают ими прямо-таки безостановочно. Плюшки, ватрушки, корзиночки с кремом, и все они такие вкусные, что скоро я сама рискую стать этакой ватрушечкой, круглой со всех сторон.
    - Мерзавец!
    - Ты слишком заморачиваешься, - ухмыльнулся вампир, отобрав у меня мягкое орудие возмездия и пристроив его себе под голову. - Только на моей памяти стандарты красоты менялись чертову кучу раз. И весьма часто за эталон почитались как раз женщины с пышными формами.
    - Но я не хочу быть толстой!
    - Хорошо, попроси больше не подавать выпечку.
    Я тихонько заскулила, слишком уж живо представив, с чем придется расстаться. И решила на самом деле прекратить слишком много думать и о сладостях, и о вампиризме.
     

* * *

    - Анастасия Станиславовна?
    Вышинская изящным движением обернулась, по дороге изгибая губы в очаровательной улыбке. Прием сработал, явившийся на встречу лысоватый мужчина лет сорока, похожий на профессора математики, сглотнул и слегка покраснел.
    - А Вы, полагаю, господин Савельев?
    - Антон. Антон Николаевич.
    - Очень приятно.
    Вторая улыбка оказалась еще действенней первой. Предводитель местной "псарни" густо покраснел, опустил глаза и поспешил присесть напротив. Спрятавшись за спасительной вазой с фруктами, возвышавшейся посреди столика.
    - Так о чем Вы хотели поговорить?
    Анастасия подцепила вилкой ломтик ананаса и оправила его в рот. Мужчина, на мгновение рискнувший было поднять глаза, вновь уставился в пол. Казалось, его уши готовы то ли засветиться, то ли сразу взорваться.
    - О колдунах, Антон Николаевич.
    - А откуда Вы...
    Договорить Савельев не смог, голос сорвался. Вышинская наградила собеседника ободрительной улыбкой и ответила на недовысказанный вопрос:
    - Я много общаюсь с разными людьми. В том числе, с очень влиятельными. Многие из них даже не скрывают, что регулярно прибегают к магии. И, само собой, к услугам тех, кто эту магию практикует.
    - И что с того?
    - Вы меня простите? - мило склонив голову, спросила Анастасия.
    Вопрос поставил Савельева в тупик. Судя по выражению его лица, сейчас он готов был простить собеседнице все, что угодно.
    - Однажды мне предложили прибегнуть к помощи магии. Знаете, работа модели не так легка, как людям кажется со стороны. Нужно всегда поддерживать себя в идеальной форме, а бывает всякое. Порой просто хочется толком поесть, нельзя же вечно себе во всем отказывать.
    - И? - поторопил заинтригованный Савельев. От нетерпения он даже позабыл робость перед знаменитой красавицей.
    - И фотограф предложил мне решить проблему. Я согласилась.
    - Это был колдун?
    - Да. Сначала все прошло идеально, но потом... На меня буквально посыпались проблемы. Все шло не так. Да еще и с отцом в итоге рассорилась. И этот кошмар продолжался до тех пор, пока я не исповедалась. Знаете, несмотря ни на что, я все же стараюсь быть христианкой. И мне кажется... нет, теперь-то я совершенно уверена, что колдовство это большой грех.
    - Вы правы, - важно кивнул Савельев. - Все колдовство идет от врага рода человеческого, потому долг всякого доброго христианина - противостоять ему.
    Анастасия с кроткой улыбкой кивнула:
    - Конечно, это моя вина. Мне не следовало соглашаться.
    - Господь простит.
    - Но прощение, полагаю, нужно заслужить, - вновь улыбнулась Вышинская. - И поэтому святой отец рассказал мне о вас и о том, что вы делаете.
    Вот это была чистая правда. Под настроение Анастасия любила изображать из себя истинную католичку. Это позволяло получить хорошую прессу, столь важную для любой известной особы. Поэтому святой отец легко поверил ее слезам на исповеди и поведал, к кому обратиться.
    - К тому же, есть и еще одна причина. Вы, может быть, знаете, что я довольно долго встречалась с Владиславом Владимировым.
    Савельев уверенно кивнул. Анастасия мельком удивилась этому. Антон Николаевич выглядел и вел себя слишком интеллигентно для любителя желтой прессы. Впрочем, он мог просто заранее целенаправленно поинтересоваться личностью своей собеседницы. Чтобы понимать, с кем придется иметь дело.
    - И вот, теперь он связался с ведьмой. С самой настоящей.
    - Я об этом прочел, - поморщился Савельев. - И сразу заподозрил неладное. Не думаю, чтобы мужчина в здравом уме...
    - О нет, - перебила Вышинская, не дослушав намечавшегося комплимента. - Я тоже сначала подумала, что девица прибегла к колдовству, чтобы заполучить Влада. Но оказалось, что он связался с ней вполне осознанно.
    Помолчав пару секунд, Анастасия оценила состояние собеседника. И увидела в его глазах тень неуверенности. Это было совсем не то, чего она хотела. Влад ни в коем случае не должен был казаться жертвой. Поэтому пришлось пустить в ход самый последний, убийственный аргумент:
    - Сами понимаете, бизнес дело грязное. Я даже подозреваю, что именно колдуны приложили руку к смерти его отца.
    Вот теперь всякие колебания оставили мужчину. В глазах его вспыхнула холодная решимость добраться до обоих. Осталось только суметь правильно этой решимостью воспользоваться.
    - Я могу назвать много имен тех, кто пользуется услугами колдунов, - подогрела и без того разгорающуюся жажду действий предводителя Псов Господних Вышинская.
    - Но Вы ведь понимаете, что добраться до них будет непросто, - попытался было остудить ее пыл Савельев.
    - Я что-нибудь придумаю, - уверенно пообещала Анастасия в ответ.
     

* * *

    Утро, по уже сложившейся и успевшей утомить меня традиции, началось с новой стопки подлежащих изучению документов. Только вот на этот раз поверх лежала довольно увесистая книжка в потрепанном, некогда белом переплете. Опасливо открыв ее, я не сумела сдержать стон.
    Случилось то, чего я давно уже ждала с ужасом. Пришло время приступить к основательному изучению рунописи. А я, признаться, никогда не имела особых способностей к изучению языков. Нет, десять с лишним лет немалых усилий все-таки были вознаграждены нынешним довольно приличным знанием английского. Но попытка взяться в университете за немецкий потерпела сокрушительное фиаско. Достичь хоть сколько-нибудь годного к употреблению уровня владения этим языком мне так и не удалось.
    Именно поэтому перспектива изучения рунописи, сулившей оказаться куда как посложнее немецкого, меня изрядно пугала. И уверения Влада в том, что все не так сложно и страшно, как кажется, храбрости и уверенности в себе ничуть не добавляли.
    Отступать, однако же, было некуда. Я и так довольно долго оттягивала неизбежное, прикидываясь смертельно замученной ранениями и их лечением. И, похоже, добилась лишь того, что Елена потеряла терпение. Если, конечно, Андрей не проявил личную инициативу, принеся мне сегодня этот учебник. Такая версия тоже вполне имела право на существование. Но ничегошеньки от этого не менялось. Надо - значит надо. Так почему бы не сейчас?
    Влад плюхнулся на соседний стул и, удивительно ловко орудуя одной левой, сделал себе бутерброд с маслом. Правая рука была все это время занята планшетом, на котором было сосредоточено заодно и все внимание. Я невольно хихикнула, подметив забавное сходство с недавно вспомнившимся Андреем. Тот тоже вечно утыкал взор в телефон, напрочь игнорируя окружающий мир и делая необходимое на автопилоте одной рукой. Только вот цели были разные.
    Влада в данный момент наблюдаемое на экране явно не радовало. Бутерброд он жевал, недовольно сдвинув брови. Рисковать, спрашивая, что происходит, я не стала. Помочь все равно могла разве что тем, что тактично не отвлекала. Влад отвлекся сам.
    - Сегодня вечером мы должны быть на благотворительном приеме, - сообщил он.
    - Мы? - искренне удивилась я.
    - Конечно, - отозвался Влад, прожевав первый бутерброд и взявшись за приготовление второго. Я решительно конфисковала у него нож, булку и масло, и сделала все сама, заслужив благодарную улыбку.
    - Если ты со мной не пойдешь, я весь вечер буду пользоваться избыточным вниманием всякого рода племенных невест, чего мне совершенно не хочется.
    Я согласно кивнула. По долгу службы мне довелось однажды побывать на подобном мероприятии. Рангом пониже, конечно, но едва ли смена калибра представленных женихов производит революцию в мозгах охотниц за богачами. В их средствах, разве что. Другие наряды, другие манеры, та же цель. Которая как раз и есть самое в них неприятное.
    - Ну, так как?
    - А у меня платья нет, - язвительно сообщила я, резко передумав есть вторую булочку. Нипочем никому не признаюсь, но перспектива провести вечер в высшем обществе разом заставила меня вспомнить о фигуре и вознести ее состояние на пьедестал среди всех прочих своих жизненных приоритетов.
    - Купи, - пожал плечами Влад.
    - Не уверена, что могу себе позволить вещь, уместную для подобного...
    Сама не знаю, зачем это сказала. Будто бес дернул за язык. Влад мигом отвлекся от написания какого-то довольно длинного письма и уставился на меня, то ли изумленно, то ли обескуражено.
    - Можешь, конечно же, - как-то неуверенно возразил он.
    И тут меня понесло.
    - Это ты "можешь, конечно же", - выпалила я в ответ. - А мне, новоиспеченной безработной журналистке, подобные траты не по карману. И непонятно, на каком основании ты должен мне их позволять, поскольку, если припоминаешь, ты мне не муж, и...
    - Вот это сейчас был упрек? - перебил меня Влад.
    Я сообразила, что ляпнула лишнего и прикусила язык, но было поздно.
    - Во-первых, - отчеканил вампир, отодвигая в сторону планшет, опираясь локтями на стол и наклоняясь ко мне, - Я тебя пригласил. Значит, уже должен обеспечить тебе возможность выглядеть подобающим образом. А во-вторых, если тебя не устраивает тот факт, что я тебе не муж, это можно исправить.
    Я поперхнулась кофе, которым попыталась запить свою неосмотрительно выданную тираду и охватившее меня смущение заодно. Прокашлявшись, только и сумела робко проблеять:
    - Но мы же и так...
    - Я не имел в виду эту несчастную церемонию, которая все никак не состоится, - вновь безжалостно перебил Влад. - Я про настоящий брак.
    Я ощутила острое, почти непреодолимое желание сползти под стол, провалиться в подвал, прокопаться насквозь до соседнего полушария и оттуда на самой быстрой ракете отчалить на Луну. К сожалению, великим магом я пока не была даже в легких намеках, потому самый простенький портал уже находился вне пределов моих возможностей. Так что шансы на отступление отсутствовали напрочь.
    - Это что, предложение? - промямлила я, старательно разглядывая пол под ногами. Словно надеясь, что он все же будет так любезен подо мной разверзнуться.
    - Да, - совершенно спокойно отозвался Влад.
    Мне вдруг стало как-то даже обидно. Где вообще полагающаяся романтическая обстановка? Где стол, украшенный свечами, беседка в парке или что-то еще тому подобное? Где сияющий бриллиант на каком-нибудь бархате, трепет надежды в глазах и белые голуби, взмывающие в небо? Мы тут, в конце концов, матримониальные планы или очередную коммерческую сделку обсуждаем?!
    - Я подумаю, - гордо сообщила я в ответ, всем своим видом явственно намекая, что если и приму подобное предложение, то только в совершенно иной форме.
    - Знаешь, сейчас не лучший момент, - сдался Влад, верно истолковав мой намек. - Просто прокатись по магазинам, развейся.
    Он резким, сердитым толчком пальца отправил письмо, встал из-за стола и договорил:
    - Мне пора. Когда поедешь, возьми с собой кого-нибудь. Не думаю, что сейчас безопасно.
    Оставшись в одиночестве, я допила вторую чашку кофе, обдумывая случившееся. Чего-то подобного, вероятно, следовало ожидать. Только вот зачем, спрашивается, я начала этот разговор? Неужели мне хотелось ускорить события? Неужели я хотела услышать эти слова?
    И вообще, почему меня, собственно, так пугала эта мысль? Это что ж такое получается, люди добрые? Жить в его доме, спать с ним в одной постели - это пожалуйста, легко и непринужденно, а при мысли о браке начинаю паниковать. Не поздно ли спохватилась?
    Влад, между прочим, в некотором роде из другого времени. В которое после того, что между нами было, честные люди женились. Неужели только поэтому? Нет, эту нелепую мысль я прогнала из головы поганой метлой. Во-первых, Владислав - товарищ, идущий со временем в ногу. С мобильным не расстается, с компьютерами даже не на ты, а прямо-таки на три буквы, так что, надо полагать, в курсе некоторой перемены нравов. А во-вторых, он же сам сказал...
    Приложив той же метлой еще одно воспоминание, заставившее меня покраснеть, я все же позвонила Елене. Настасья отличная подруга, но сейчас мне требовался совет опытной светской дамы. И опытной, взрослой женщины заодно.
     

* * *

    Платье было шикарное, из изумительного голубого шелка. Сама я бы такое нипочем не купила и не надела, но Елена настояла. Да еще и не дала мне поинтересоваться стоимостью сего дизайнерского шедевра. Популярно объяснив, что сейчас не лучший момент доказывать свою эмансипированность и самостоятельность.
    Пока мы ехали обратно с покупками, она прочла мне длинную лекцию о том, что нужно позволять мужчине быть мужчиной. В смысле - заботиться, оберегать, сдувать пылинки и баловать женщину, исполняя ее просьбы и капризы.
    И вот сейчас, пока пара молоденьких ведьмочек колдовала над моими прической и макияжем, я вспоминала ее слова, и не могла не признать их очевидную правильность. Мне ведь и впрямь не нужно ничего доказывать в мелочах. Все знают, что я не спасовала перед бесом. Стоит ли теперь спорить из-за платья? К тому же, как ни крутись, платит приглашающая сторона.
    - Королева!
    Уловив в голосе вампира отчетливые восхищенные нотки, я открыла глаза и посмотрела на себя в зеркало. Да, не без этого. Хороша.
    - Карета подана, миледи, - шутливо поклонился Влад.
    Ехали мы долго, вечерние пробки никто не отменял. От шампанского я, на всякий случай, отказалась, припомнив, чем заканчивается для меня его употребление в компании одной конкретной личности. Влад широко ухмыльнулся, но настаивать не стал.
    В зал я вплыла с гордо поднятой головой, тут же собрав урожай взглядов. Заинтересованно-восхищенных мужских и заинтересованно-злобных женских. Кажется, многие приглашенные сегодня дамы строили планы на моего жениха. Только вот плевала я на них с высоты моих шпилек. Потому, что как раз сейчас и поняла - все это того стоило. Платье, макияж, дорогущие драгоценности. Была начинающая журналистка Элла Сергеева, да вся вышла. А теперь есть Верховная Ведьма России и будущая супруга короля вампиров.
    - Элла Павловна?
    Та самая звезда журналистики, из-за спешки к которому я повстречала когда-то покойного ныне короля Игоря, подскочил невесть откуда с явным намерением поцеловать ручку. Я царственно позволила ему это проделать, наградив очаровательной улыбкой.
    - Слышал, Вы уволились из газеты.
    - Да, - коротко ответила я.
    Внутри у меня все пело и ликовало. Никогда не считала себя тщеславной и, оказывается, ошибалась. Приятно все-таки, когда не только ты слышишь о таких людях, но и они о тебе.
    - Тогда, может быть, Вы уделите нам несколько минут? Мой главный редактор хотел предложить Вам вести колонку светского обозрения.
    Я вопросительно оглянулась на Влада. Тот, улыбаясь, кивнул. Повертев идею в голове, я решила, что предложение может быть интересным. Наверняка сегодняшнее мероприятие не последнее из тех, что мне придется посетить. Рискну даже предположить, что теперь буду и лично получать немало приглашений. Так что подобная работа позволит мне и справляться со всеми вновь свалившимися обязанностями, и иметь, так скажем, официальную занятость.
    - Прогуляйся, - продолжая улыбаться, предложил Влад. - Пообщайся. Мне тоже нужно кое с кем переговорить. Найду тебя минут через десять.
    Переговорив с редактором, выслушав комплименты моему стилю, иронии, профессионализму и ответственности, и пообещав подъехать в понедельник для более конкретного разговора о будущей работе, я отыскала взглядом Влада. Он тоже меня заметил и сделал приглашающий жест. Судя по бокалам в руках его и его собеседников, все серьезные темы они уже обсудили, и мне можно было присоединяться.
    Но сделав всего шагов пять, я натолкнулась на какого-то странного субъекта. Мужчина в профессорских очках сдавленно извинился и, по-прежнему не позволяя мне пройти, стал изучать мое платье на предмет, кажется, брызг шампанского. И вел он себя отчетливо странно. Настолько, что меня это встревожило.
    Как оказалось, не зря. Едва я попыталась все же отделаться от назойливых извинений, чтобы пойти дальше своей дорогой, мужчина вытащил из внутреннего кармана смокинга пистолет и продемонстрировал мне.
    - Ты пойдешь со мной.
    - Вот еще, - огрызнулась я, изображая спокойствие, но внутренне уже трясясь от ужаса и лихорадочно соображая, как бы дать понять Владу, что влипла.
    - Или посмотрим, как ты остановишь пулю, ведьма.
    Пес Господень. Это я, собственно, поняла, едва увидев пистолет. Только вот как этот явно обшарпанный субъект ухитрился просочиться на этот прием? Не иначе, еще одна старая знакомая постаралась, панна Вышинская. Черт знает, почему, но как раз в данном факте я была полностью уверена. Без Анастасии дело не обошлось, будь у меня хвост, дала бы на отсечение. Это, конечно, странно, что орден борцов с нелюдью пользуется услугами вампирши, но больше оказать им подобные услуги было, вроде как, некому. К тому же, ради мести мне эта дамочка явно готова на многое.
    В глазах у мужчины было слишком много решимости. И я вдруг отчетливо поняла, что если попытаюсь бежать, хоть просто дернусь, он начнет стрелять. Потому, что фанатик. И потому, что ему плевать, что может пострадать кто-то еще. Едва ли кого-то из здесь присутствующих этот Орден Чистых считает невинными.
    - Хорошо, - кивнула я, сглотнув ставшую отвратительно вязкой слюну. - Только без глупостей.
    - Скажи это себе, ведьма.
    И мы двинулись к выходу. Кажется, мне даже удалось сохранить на лице нормальное выражение. Во всяком случае, люди скользили по нам лишь слегка заинтересованными взглядами. Значит, не замечали ничего необычного или пугающего.
    Уже выйдя на крыльцо, я заприметила метнувшуюся по газону тень. В голове промелькнула неуместная мысль о том, что даже такие пафосные заведения, очевидно, не обходятся без крыс. А потом меня беспардонно схватили под руки еще двое, и поволокли в машину.
    Там на моей шее застегнули знакомый ошейник, а на голову напялили мешок. Кажется, подобное со мной уже случалось. Только тогда подсуетились прислужники Шуйского. Впрочем, и теперь имело место практически то же самое. И уж явно в финале предполагался весьма сходный результат для меня.
    Пока я перебирала эти невеселые мысли и лелеяла слабую надежду на то, что Влад, не дождавшись меня, не решит, что я всего лишь притормозила где-то для еще одной беседы, а бросится на поиски, снаружи послышался вопль. Тут же в бок мне уперлось что-то острое и явно металлическое.
    - Сиди тихо, ведьма, - прошипел товарищ справа и завозился, явно выбираясь из машины.
    Я почла за благо последовать его совету, но тут услышала новый вопль. Совсем близко. И явно сквозь дверь, которую мой похититель так и не успел за собой закрыть. Лезвие болезненно скользнуло по ребрам, я сразу почувствовала, что ткань платья начала пропитываться кровью. Но сильно испугаться не успела, ощутив вместо мужика с ножом пустоту и прохладу.
    Мешок я стянула сама, благо, руки мне связать никто не позаботился. Бок отчаянно горел, но увиденное на улице радовало. Ранивший меня ублюдок возлежал на асфальте лицом вниз, а сверху, выкручивая ему руку и этим вызывая периодические вскрики, сидел Веарат. Второго похитителя и водителя уже волокли куда-то охранники с приема.
    - Эля!
    Влад, бросив отряхивать запачканные коленки, подскочил ко мне, вытащил из машины гончих и понес к той, на которой мы приехали. Веарат, передав в руки охраны последнего борца за чистоту всего подряд, решительно последовал за нами.
    - Скольких вы поймали? - требовательно спросила я, наплевав на боль.
    Кто-то сзади, кажется, заикнулся про скорую. Демон ответил, что этого не потребуется. Я согласно закивала. Еще не хватало, чтобы меня в больнице штопали, обойдусь без лишнего шрама. И бесовых украшений хватит.
    - Троих.
    - А среди них был такой лысоватый, в очках?
    - Нет, - отозвался Влад и вопросительно глянул на Веарата, устраивающегося рядом на сиденье. Тот в ответ только головой качнул.
    - Сбежал, - сообщила я и смачно выругалась, разглядев испорченный наряд. Ну прямо не везет мне с красивыми платьями. Стоит надеть, и тут же кто-то, возжаждавший моей крови, их этой самой кровью и уделывает. Кошмар.
    Как ни странно, боль уже прошла, будто ее и не было. Заглянув в прорез, я с изумлением не обнаружила никаких следов раны. Хотя влажная от крови ткань весьма красноречиво подтверждала факт ее существования.
    - Неплохо, - улыбнулся Влад, тоже заглянув в дыру.
    - Это все еще твоя кровь? - поинтересовалась я.
    Вампир и демон синхронно кивнули. Я только руками развела. Во что я вообще превращаюсь? Как бы для полного комплекта еще и клыки не выросли... Только вот поговорить мне все-таки хотелось о другом.
    - Думаю, он у них главный, - сообщила я. - Этот, в очках. И еще думаю, что приглашение на прием ему организовала Вышинская.
    Я коротко описала свою встречу в псом в зале, упомянула, что он знал мое имя и назвал меня ведьмой. И отвесила несколько весьма язвительных комментариев о его наряде. Потому, что смокинг-то явно был из проката.
    - Это она могла, - подтвердил Влад. - Но снюхаться с гончими... может, это уж слишком?
    - Мне кто-то говорил, - язвительно сообщила я, - Что эти милые песики не в курсе про вас, истинных. Соврали?
    - Нет.
    - Тогда, полагаю, пани Настасья попросту прикинулась человеком, беспартийным, но весьма сочувствующим, дабы натравить эту свору на меня. А может, и на тебя заодно. Не сомневаюсь в ее способности измыслить, как проделать подобное, не выдавая вашу страшную вампирскую тайну номер один.
    Влад что-то невнятно проворчал себе под нос, но над моими словами призадумался. А я, тем временем, переключила внимание на демона.
    - Это ты там по газону бегал, когда меня выводили.
    Веарат кивнул.
    - Снова котом прикидывался?
    Еще один кивок. Я устало откинулась на сиденье и улыбнулась своим мыслям. Кошки против собак, три-один в пользу кошек. Не зря все-таки я всегда любила их больше.


Глава 16. Сложные вопросы



    Без всякого сожаления расставшись с платьем, я рухнула в постель и с наслаждением потянулась. Как все-таки приятно, когда ничего не болит. Не так уж и плохо быть вампиром. Иногда. И ненадолго. В подобных вот случаях, например, когда всякие невоспитанные личности прибегают к холодному оружию.
    Влад несколько раз нервно прошелся по комнате, постоял у камина, полюбовался пламенем. Но даже это, похоже, ничуть его не успокоило. И данное обстоятельство меня несколько взволновало. Потому, что ничего совсем уж страшного и неожиданного в случившемся не было. Мы и так знали, что Вышинская лелеет планы расправы над нами. Пожалуй, теперь стало даже легче - мы выяснили, к какому именно способу она намерена прибегнуть. Чего тут волноваться? Неужели есть причины, о которых мне неизвестно?
    - Знаешь, почему я тяну с этой дурацкой договорной свадьбой? - вдруг невпопад спросил вампир.
    Я изумленно помотала головой. Признаться, ожидала разговора о чем угодно, но не об этом.
    - Потому, что, как только брак будет заключен, мне придется объявить фаворитку.
    - Так вроде решено, что ей станет Марина Вышинская, - удивилась я. - Неужели так трудно просто объявить то, что, в общем, и так всем известно?
    - Дело не в самом объявлении, - скривился, как от зубной боли, Влад. - А в том, что Марина взрослая женщина.
    - А что, Анастасия нет? - окончательно обалдела я.
    - Нет, - спокойно ответил мужчина, присаживаясь на край кровати и принимаясь массировать мои ступни.
    Я буквально растеклась от удовольствия. Сохранить ясное сознание оказалось задачкой не из простых. Но ценой неимоверных усилий мне это удалось.
    - Сколько же ей лет? Насколько я слышала, вы чуть не полвека встречались.
    - Восемьдесят.
    - Ничего себе девочка, - фыркнула я.
    - Девочка, - упрямо мотнул головой Влад. - И взрослой станет только через двадцать лет. И это значит, что подарить папочке наследника, начисто отменяющего необходимость моего существования, она сможет не раньше. А вот Марине уже почти триста.
    Я чуть не выругалась вслух. У этих вампиров все, буквально все не как у людей. И уж подавно не так, как описывается в популярной литературе. Каждый раз натыкаюсь на новые, ранее мне неизвестные, но крайне важные детали.
    - И это значит?
    - У нас не будет двадцати лет, чтобы придумать, как выпутаться из договора с Вышинским. При большом везении, на которое я не стал бы рассчитывать, остается лет пять.
    - Но ты же можешь просто...
    - Нет, не могу. Мы даем кровную клятву, как жене, так и фаворитке. Редкий повод позавидовать обычным людям. Для них нарушить любую клятву - как раз плюнуть. А для нас это невозможно.
    Выругаться все же пришлось. И даже массаж вдруг сразу перестал доставлять удовольствие. Мне сделалось жутко неприятно от всех этих кошмарных традиций. Отвратительно, должно быть, мириться с узаконенными изменами супругов. Тем более, что меня давно уже просветили насчет того, что фавориток объявляют не только в случае политических браков. Если король хочет, он просто это делает. Правда, фаворитки исключительная привилегия королей. Слабое утешение.
    - Я не хочу всего этого, - как-то удивительно беспомощно глядя на меня, вздохнул Влад. - Если бы я мог просто отказаться и уйти, обязательно так бы и сделал.
    - А что, никаких процедур отречения у вас не предусмотрено? - удивилась я.
    Вампир только головой покачал. И я вдруг на него разозлилась. Столько всего сделать, зайти так далеко, чтобы теперь пасовать и плакаться мне в жилетку? Ну уж нет! Назвался королем, так изволь им быть. Королем, а не хныкающим мальчишкой! Я же не жалуюсь, справляюсь как-то.
    - Перестань ныть, - тихо и задушевно потребовала я, садясь на кровати рядом. - И думай, что будем делать.
    Влад смерил меня долгим, внимательным взглядом. И вдруг широко улыбнулся:
    - Знаешь, а я в тебе не сомневался.
    Я натуральным образом оторопела. Сообразив, что передо мной только что разыграли совершенно бессовестный спектакль. На самом деле Влад и не думал сдаваться и опускать руки. Просто хотел понять, насколько решительно настроена я.
    Оглядев комнату в поисках тяжелого предмета, но ничего подходящего не обнаружив, я с чувством грохнула об пол крошечную вазочку, украшавшую каминную полку. Не без удовольствия отметив собственные успехи в телекинезе. Это меня несколько успокоило. Вампир, сообразив, что самая страшная гроза миновала, примирительно вскинул ладони. Я только рукой махнула.
    Влад лег на кровать, заложил руки за голову и уставился в потолок. Я осталась сидеть, не говоря ни слова. Чувствуя, что не так уж много актерской игры было в устроенном для меня только что представлении. И оказалась права. Через примерно минуту Влад прервал молчание:
    - Знаешь, я сказал правду. Будь у меня возможность отказаться от власти, я бы отказался. Потому, что не чувствую никакой особой тяги к ней. Мои братья, а у меня, ты знаешь, их было шестнадцать, и десять из них я застал в живых, грызли друг другу глотки, чтобы однажды добраться до трона. Грызли, порой, в буквальном смысле. И вынуждали меня делать то же самое.
    Я невольно поежилась, выслушав это жутковатое признание. Собственно, подобное я подозревала с самого начала. Но считала, что Влад, все же, не скажет ничего прямо, положившись на мою догадливость.
    - И все-таки, как мы поступим?
    - С Анастасией? - уточнил вампир. - А что мы можем поделать? Кроме твоего чутья, у нас ничего против нее нет. Орден Чистых не первый век охотится на колдунов, а на тебя они нападают уже второй раз. И не думаю, чтобы при организации товарищам приглашений, она оставила против себя улики. Проверим, конечно, но, скорее всего, предъявить ей будет нечего.
    - Так что делать-то будем?
    - Да ничего. Будем защищаться и выжидать. Рано или поздно она где-нибудь да ошибется, выдаст себя. И тогда мы от нее избавимся. Лично меня сейчас куда больше волнует ее сестра.
     

* * *

    Распрощавшись с редактором еще одного журнала и повесив трубку, я с некоторым изумлением поглядела на Елену. Ведьма лукаво улыбнулась и подмигнула:
    - Вот об этом я тебе и говорила. Умная женщина принимает заботу мужчины, не забывая при этом и самостоятельно двигаться вперед. Сейчас ты многим интересна, лови свой шанс. Сможешь стать известной, популярной журналисткой - и это будет твое достижение. Которое всегда останется твоим.
    - Но все это только из-за Влада, - решилась было возразить я.
    - А зачем, скажи на милость, проламывать стену, когда перед тобой распахивают дверь? - насмешливо поинтересовалась Елена. - Чтобы доказать, что можешь это сделать? Реши, чего хочешь: достигать высот или ломать стены.
    Больше возражений у меня не осталось. Вдобавок, среди себя я пришла к одному довольно занятному выводу. Я не желала принимать заботу Влада, потому, что не была готова принять его любовь. И это заставляло меня чувствовать себя обманщицей.
    - Перестань, - бросила Елена, видимо, угадав ход моих мыслей по выражению лица. - Никакой это не обман. И хватит уже никчемного самоедства, у нас и без того забот полон рот.
    Я тяжело вздохнула. Холодная война, пожалуй, самая неприятная из всех войн. Не так уж много действий тебе позволено. К тому же, совершенно не знаешь, когда и чего ждать от врага. Хотя, по сути, конечная цель понятна: избавиться от короля и ведьмы. Теперь уже только так. После провала затеи с бесом только моя смерть Анастасии ничего уже не даст.
    - Сильно подозреваю, что Вышинская хочет разобраться со мной прежде, чем состоится, наконец, эта проклятая свадьба.
    - Это почему же? - удивилась Елена.
    И я все-таки поделилась бредовой идеей, пришедшей мне в голову после утренней беседы с Веаратом. К моему удивлению, демон немало знал о личности Павла Шуйского. Но сделанное мной умозаключение, пожалуй, его бы удивило.
    - Шуйский, конечно, не гений. Но ведь и не идиот.
    - Это я знаю.
    - Потому, - продолжила я, - Не может не понимать, что Вышинской он не так чтобы сильно нужен на троне. Да и ему она, если подумать, тоже будет не особенно нужна, когда он сделается королем. Так что для милейшего Павла Дмитриевича не худшим вариантом может стать женитьба на Верховной Ведьме.
    Елена задумчиво потерла подбородок, и поинтересовалась:
    - А что ему мешает просто на ней не жениться? На Вышинской, я имею в виду.
    - Отсутствие благовидного предлога, - хмыкнула я в ответ. - Если первым умрет Влад, а не я, Шуйский должен же будет исполнить договор, разве нет?
    - Должен, - подумав, кивнула Елена.
    - Вот и я о чем. Если я буду жива, он попросту не сможет на ней жениться, как она того хочет. Стало быть, в ее интересах покончить со мной как можно скорее. Заодно сделав немалый реверанс ренегатам и, возможно, переманив их таким манером на свою сторону.
    - А почему именно до свадьбы?
    - Насколько я понимаю, помимо всего прочего, брак с Владом делает меня королевой вампиров. Но и вампир получит известную власть над магами.
    Елена снова кивнула.
    - Так не проще ли лишить Влада поддержки магов до того, как он ее вообще получит?
    Ведьма рассмеялась, но смех этот прозвучал до боли невесело.
    - Ты быстро учишься, - заметила она. - Ну просто прирожденная интриганка.
    - Научишься тут с вами, - скривилась я.
     

* * *

    Домой я ехала с тяжелым сердцем. Предстоящий разговор с мамой меня откровенно пугал. Надеяться оставалось только и исключительно на моральную поддержку Лиды. Благо, сестра уже позвонила, сообщила, что приехала вместе с мужем, и что целиком и полностью на моей стороне.
    Выделенные мне охранники, вампиры Арсений и Вика, и даже Андрей с занудой Егором, всю дорогу всячески пытались меня приободрить. Получалось так себе. В ответ на шуточки и попытки завязать разговор, я только в очередной раз напоминала им, что они непременно должны остаться не замеченными моей мамой. Не хватало еще, чтобы родные опасались за мою жизнь. Хватит и того, что я сама за нее боюсь.
    Вампиры и Егор вышли из машины заранее, направившись к дому пешком, но Андрей, изображавший сегодня моего личного водителя, настоял на том, чтобы мы сидели в машине до тех пор, пока те не дойдут и не займут свои наблюдательные позиции. Сам он объявил, что будет ждать меня на лестничной площадке.
    Дома к моему появлению чаепитие было уже в самом разгаре. Лидка с глупой и счастливой улыбкой на лице показывала маме и Петру Семеновичу фотографии из свадебного путешествия. Мама радостно охала. Мой новоиспеченный зятек под шумок лопал мамино фирменное абрикосовое варенье. Я спокойно уселась на диван, взяла стопку уже просмотренных мамой фотографий и тоже запустила ложку в вазочку. Решив, что на диету сяду с завтрашнего дня.
    - Явилась, горе мое, - вздохнула мама. - Вот скажи мне, почему ты не можешь, как твоя сестра?
    - Потому, мам, что я - это я. И я не Лида.
    - Но ведь ты всегда была разумной девочкой!
    Родственнички затаили дыхание, не рискуя вмешиваться в диалог. Только сестренка решилась подмигнуть мне.
    - Да я и сейчас вполне разумна.
    - Он ведь бросит тебя, дурочка! Ты не понимаешь, что это за люди!
    - Люди, они все разные, - пожала плечами я. - Вот Тимофей, весь такой положительный, прямо как крокодил Гена, гулять начал еще до свадьбы. Думаю, он-то меня бы точно бросил однажды.
    - Но зачем ты с работы-то уволилась?
    - Затем, что нашла другую. Более интересную и высокооплачиваемую. Заметь, по специальности и самостоятельно.
    - Да уж, - не выдержала Лида. - Ты ведь теперь у нас тут новая светская звезда. Сказок сочинили - читать утомишься. Платье, кстати, просто восторг. То, голубое.
    Мама укоризненно поглядела на сестру, и та мигом умолкла.
    - Кто ты ему? Просто игрушка, - с нескрываемой горечью выдохнула она. - И даже не надейся, что он на тебе женится.
    Именно в этот миг я поняла, зачем мне был непременно нужен тот дурацкий, неуместный разговор. Ведь знала, что мама обязательно поднимет эту тему. И ответ ей заготовила, только вот врать очень не хотелось. Зато теперь была возможность сказать чистую правду:
    - Вообще-то, он уже предлагал.
    - А ты? - ахнула Лидка, опередив маму.
    Мужчины молчали, сосредоточившись на варенье. А мама смотрела на меня изумленно и растерянно.
    - Я обещала подумать.
    - Ты вот это сейчас пошутила, да? - с надеждой вопросила сестренка. - Ты же согласилась, правда?
    - Еще нет. Мне действительно нужно время.
    Мама посмотрела на меня испытующе. Явно стараясь понять, о чем я думаю. Но ведь не могла же я ей рассказать всей правды о моих отношениях с Владом. К тому же, и не за этим я приехала сегодня. И даже не за чаем c любимым вареньем.
    У меня так и не шли из головы давние слова Матвея о том, что верные ему люди находятся рядом с Лидкой и мамой. И я поймала себя на мысли о том, что подозрительно поглядываю на обоих присутствующих мужчин.
    Конечно, оба они появились раньше, чем выяснилось, что я - новая Верховная Ведьма. Но ведь то, что я могу ей стать, известно Матвею уже много лет. И он вполне мог подготовиться заранее.
    Воспользовавшись тем, что мама и сестричка в очередной раз увлеклись друг другом, на время оставив в покое меня, я прикрыла глаза и попыталась настроиться на видение аур. Последнее время это у меня неплохо получалось. Получилось и сейчас. Судя по тому, что я увидела, магом в этом доме была я одна.
    Впрочем, это еще совершенно ничего не доказывало. Во-первых, кто сказал, что помощники Матвея непременно должны быть магами. А во-вторых, приходилось признавать скромность моих нынешних колдовских умений. Хорошую маскировку мне раскусить едва ли удастся. Именно поэтому перед поездкой сюда я позаимствовала у Веарата наговорный камень. Этакий магический детектор лжи. Если демон сам мне не соврал, обмануть эту штуку практически невозможно.
    - Петр Семенович, - обратилась я к начавшему слегка скучать маминому поклоннику. - Я совсем забыла, а где Вы работаете?
    Мужчина, явно обрадовавшись проявлению интереса к своей особе, тут же залпом выдал умопомрачительно длинное и путаное название, из которого я уяснила лишь то, что речь о каком-то научно-исследовательском институте. И тут же начал рассказывать о своей работе. Признаться, все его излияния я пропустила мимо ушей, следя лишь за зажатым в кулаке камнем. Тот никакой активности не проявлял.
    Воспользовавшись паузой в рассказе, я, наконец, задала самый главный вопрос, который должен был окончательно разъяснить для меня данного товарища. Или хотя бы временно меня успокоить.
    - А Вы знаете такого Широкова, Матвея Николаевича? - стараясь выглядеть совершенно невинно, поинтересовалась я.
    - Кого? - удивленно переспросил Петр Семенович, с явным трудом отвлекаясь от своего рассказа.
    - Матвея Николаевича Широкова, - наивно хлопнув глазами, повторила я.
    - Нет, не припоминаю такого.
    Камень в моей руке ощутимо нагрелся и завибрировал. Выходит, мне только что бессовестно солгали. Я чуть было не выругалась вслух. Ведь мама была так счастлива. А мне теперь придется все это разрушить.
    Врать, будто я оговорилась или что-то перепутала, никакого смысла не было. Мы прекрасно поняли друг друга. Во всяком случае, Петр Семенович, уж конечно, сообразил, в чем я его подозреваю. Только вот счел ли, что ему удалось меня обмануть?
    Дорогого зятя я поймала в коридоре, на выходе из туалета. И пригласила на кухню под предлогом необходимости срочно достать с верхней полки нужную мне кулинарную книгу. Ради этого пришлось переставить три тяжелых кастрюли, зато у нас завязался непринужденный разговор, в ходе которого я выяснила, что лидкин муж с Матвеем не знаком.
    Паранойя, правда, отступиться не пожелала, услужливо напомнив, что для некоторых видов сотрудничества личное знакомство совсем и не обязательно. Но я пинком загнала свою подозрительность подальше. Чтобы не мешалась, пока буду разбираться с уже пойманным на вранье Петром Семеновичем.
    На удивление, мама больше не пыталась меня отчитывать. Расспросила о новой работе, даже пару раз радостно ахнула, узнав, чем мне предстоит заниматься. Кажется, подобное развитие моей карьеры всегда представлялось ей крайне желательным. И я вдруг поняла, чего она больше всего боялась. Того, что я превращусь в банальную силиконовую барби, курсирующую между бутиками и салонами красоты, и тихо спивающуюся от безделья. Что ж, подобный сценарий мне никак не грозил. Даже если бы и хотела, кто ж мне даст?
    Оставшись на кухне в одиночестве, я позвонила Андрею и рассказала, что мамин поклонник работает на Широкова. Судя по сосредоточенному сопению, услышанному в ответ, мага новость не порадовала.
    - Что собираешься делать? - спросил он, когда я уже подумывала прогуляться в подъезд и разбудить его.
    - Думаю, стоит побеседовать по душам. Без участия мамы, само собой.
    - Хорошая мысль, - хмыкнул Андрей. - Осталось выманить товарища из квартиры. Идеи есть?
    Я задумчиво почесала нос. Мысль о том, что Петр Семенович, вполне возможно, никуда сегодня не собирается уходить, меня не посещала. Похоже, напрасно. Что ему, собственно, мешало остаться ночевать? Или даже насовсем переехать к маме. Лидка с мужем живут отдельно, я тоже перебралась в апартаменты Верховной. Хотя, сказать по правде, почти все время обреталась в доме Влада.
    - Нет. Думала, может, у тебя есть.
    - Не боись, - в голосе мага явственно прозвучала ехидная усмешка. - Есть парочка. Не все они, правда, тебе понравятся.
    - С этого места поподробнее, - подозрительно прищурилась я.
    - Самый простой способ - собрать ребят и подкараулить товарища. Когда-то же он выйдет все равно.
    Я еще раз почесала нос. Странно, вроде бы сегодняшние посиделки предполагались быть безалкогольными, чего ж так чешется-то? Кстати, а это идея. Лидка обожает мартини, почему бы не послать Петра Семеновича в магазин? Только вот что если любезный зятек решит проявить заботу о новоиспеченной супруге, и пойдет сам?
    Стало быть, зятя требовалось чем-то занять. Я опять почесала нос, ругнулась на саму себя и вспомнила. Лидка хвасталась, как хорошо ее благоверный разбирается во всякой аппаратуре. А у нас в магнитофоне давно и безнадежно не работало радио, что очень огорчало маму.
    - Ждите, - коротко скомандовала я, повесила трубку и двинула в комнату.
    Там, между тем, веселье шло полным ходом. Петр Семенович весьма преуспел в изображении хорошей мины при плохой игре, сидел рядом с мамой как ни в чем не бывало и рассказывал анекдоты.
    - Лид, - закинула я удочку. - А ведь радио так и не работает.
    - Да, точно! Чуть не забыла! - обрадовалась сестренка. - Дим, ты посмотришь?
    Зятек кивнул и полез на этажерку за магнитофоном. Мысленно радостно улыбнувшись, я обняла Лиду и забросила вторую наживку:
    - Может, чего-нибудь погорячее?
    Счастливый блеск в глазах появился даже у мамы. Милейший Петр Семенович был обречен.
    - Петя, ты сходишь? Возьмешь нам мартинки?
    Я очень постаралась сдержать торжествующую улыбочку. И мне это даже удалось.
     

* * *

    Плюхнувшись в машину, я блаженно улыбнулась. Любимый вермут сладко шумел в голове, и мир вокруг был прекрасен.
    - Быстро вы... пообщались.
    - Ага, - рассеянно отозвался Андрей, заводя мотор. - Он уже понял, что спалился, оценил нашу компанию, свои перспективы, и отпираться не стал.
    - Что сказал?
    - Сказал, что Широков заплатил ему за знакомство с твоей мамой. А еще дал флакончик, и велел вылить содержимое в ее воду для питья после особого телефонного звонка.
    Я похолодела, ощутив, как стремительно трезвею. Реальность начинала терять всякое очарование. Выходит, рядом с моей мамой постоянно находился убийца. И в любое время ему могли приказать действовать, если я откажусь сделать то, чего Широков потребует.
    - Не переживай, - беспечно отмахнулся Егор. - Флакон мы забрали, да и делать он ничего не собирался.
    - Как? - недопоняла я.
    - Как-как, - усмехнулась Вика, поправляющая макияж. - Деньги были срочно нужны мужику, а тут бывший коллега с предложением. Дал деньги, фигню какую-то, заставил поклясться исполнить обещанное. Кто ж откажется? Особенно не зная, что нарушить клятву не выйдет.
    - Так почему же тогда мне не переживать?! - рыкнула я, начиная закипать. - Что, если Широкову придет...
    - Широкову уже пришло, - перебил меня Андрей. - Использовать крайне примитивное заклятие верности, которое я благополучно снял.
    - С этого бы и начинал, - надулась я.
    - Надо больше мне доверять, - тоже надулся Андрей, тормозя на светофоре. - Сказано тебе было не переживать, так ведь нет.
    - Ну прости.
    Я действительно почувствовала себя виноватой перед Андреем. Все-таки он опытный маг, и если сказал, что вопрос решен, то мне, наверное, не стоит настаивать на объяснениях. Хотя бы не каждый раз.
    - Ничего, - улыбнулся Андрей.
    Домой мы добрались под развеселые байки Арсения, дружно хохоча. У меня даже настроение немного поднялось, хотя в глубине души никак не могла угомониться последняя, самая вредная кошка. Скреблась и скреблась. Подозрительно тихо вел себя Матвей после путешествия в места весьма отдаленные.
    Единственным разумным объяснением этому, родившимся в моей голове, было то, что ему пока не к спеху. Сейчас я все равно не ведьма, а только учусь, так что власть у Широкова осталась ровно та же, что была при Елене. Вот он и не стремится особо раскачивать лодку. Но, несомненно, изобретает новый коварный план обретения господства в будущем. Вот как изобретет, так и начнутся неприятности.
    Пока же, пользуясь установившимся перед бурей затишьем, нужно было разобраться с сестрой. Собственно, я никогда не сомневалась, что угроза моим родным была отнюдь не блефом. Теперь, когда прояснилась ситуация с Петром Семеновичем, осталось позаботиться о хоть какой-то безопасности для Лиды.
     

* * *

    - Утку или рыбу?
    Бросив полный тоски взгляд на жирненькие, румяные утиные грудки с яблоками, я сдержала тяжелый вздох и потянулась к блюду с приготовленной на пару рыбой. Кто там говорил, что нет ничего вкуснее стройной фигуры? Врали, безбожно врали. Но красота все равно требует жертв, и мы, женщины, обычно мужественно их приносим.
    - А что за рыба? - уточнила я, отправив в рот первый кусок.
    Вообще-то, я большая поклонница любых морепродуктов. Но у этого конкретного вкус был странный. Отвратительный. Настолько, что все попавшее в рот пришлось спешно переправлять в салфетку. И еще потом бороться со стиснувшим желудок спазмом.
    - Судак, кажется, - ответил Влад, ловко обглодав утиную косточку. - Что не так?
    - Гадость какая, - скривилась я. - Что туда добавили?
    Вампир нахмурился. Через полминуты дверь кухни распахнулась, и к столу подбежал повар. Товарища этого я видела впервые. Раньше готовкой всегда занималась Роза Евгеньевна, и удавалось ей это замечательно.
    - А где Роза Евгеньевна? - удивилась я вслух.
    - В отпуске, - отозвался Влад. - Уехала внуков нянчить. Это Артур, я нанял его на пару месяцев. Так что не так с рыбой?
    Я призадумалась. Конкретного объяснения как-то даже и не было. Просто вкус вдруг показался до жути противным.
    - Может, дело в кунжутном масле? - робко предположил Артур.
    Я понюхала еще один кусочек рыбы. Даже запах вызывал отвращение. Влад отобрал у меня вилку, тоже понюхал и отправил кусок в рот. Задумчиво прожевал, проглотил и пожал плечами:
    - Нормальная рыба. Вкусная. По мне маловато посолена, но ты ведь, кажется, так и любишь?
    Артур перевел дух, пробормотал несколько слов извинения и тоже попробовал блюдо. Кажется, у него оно оставило те же впечатления, что и у Влада. Это начало меня злить. Что за ерунда, в конце концов? Я перепробовала чертову кучу рыбных блюд, и еще никогда они не вызывали у меня такой реакции. Да, бывало невкусно, но не настолько омерзительно.
    - Ладно, - сдалась я. - Поем утку.
    Повар ушел с выражением явного облегчения на лице. Его можно было понять. Неизвестно, сохранил бы он работу или нет, если бы блюдо действительно оказалось несъедобным. Между тем что-то, наверное, сформировавшиеся зачатки ведьминских умений, подсказывало мне, что эта работа сейчас ему очень нужна.
    Кажется, Влад хотел что-то у меня спросить или сказать, когда мы снова остались в столовой одни, но не успел. На этот раз распахнулась дверь, ведущая в гостиную, и на пороге появился уже знакомый мне миньон, Костик.
    Перед этим парнишкой Влад, как мне показалось, чувствовал нечто вроде вины. Машина родителей Кости обогнала его на трассе пять лет назад, и угодила под потерявшую управление фуру. Если бы этого не случилось, Влад сам оказался бы на их месте. Только, в отличие от родителей мальчика, конечно, не погиб бы.
    Одиннадцатилетнему ребенку, сидевшему сзади, тоже досталось. Вампир, сам выбравшись из своей перевернувшейся машины, вытащил его. И понял, что скорая не успеет. Пришлось помочь по-своему. С тех пор Костик жил в этом доме, и, хотя и называл Влада мастером, был ему скорее младшим братом. Тем противнее мне было, наблюдая эти их отношения, слышать грязные россказни о том, для чего королю вампиров нужен миньон-подросток.
    Сейчас парнишка выглядел бледным, взъерошенным и крайне озадаченным. Судя по всему, вернувшись домой после занятий в секции карате, он увидел нечто крайне удивительное.
    - Мастер, там эльфы, - пролепетал он в ответ на наши вопросительные взгляды.
    - Эль, на когда там у нас назначен конец света? - спокойно поинтересовался Влад, прожевав последний кусок яблока.
    - Э... - озадачилась я. - На декабрь следующего года, вроде. А что?
    - Есть подозрение, что он все-таки состоится, - ровным голосом отозвался вампир. - Раз уж эльфы заявляются ко мне в дом после заката. Это должно что-то значить.
    - То, что ты им сильно нужен, - пожала я плечами.
    Выйдя в гостиную, мы узрели знакомую уже троицу эльфов. Гости сидели на диване и казались преисполненными обычного спокойного достоинства. Никакого намека на панику на физиономиях. Что же, в самом деле, привело их в такой час к вампиру?
    - Рад приветствовать... - завел было Влад обычную церемониальную шарманку. Но сегодня развернуться ему не дали.
    - Оставим церемонии, - страдальчески скривившись, попросил эльф, кажется, тот самый Арлиериэль, повелитель, страж и иже с ними, герой Настиных девичьих грез.
    Вампир удивленно выгнул бровь, рассматривая гостей. Понятно было, что подобная эльфийская политика ему в диковинку. Я подумала и тоже решила удивиться. На всякий случай.
    - Как угодно. Что за дело вас сюда привело?
    - Ангелы, - коротко ответил эльф.
    - Ангелы?
    Я даже рот разинула от изумления. Даже эльфы для меня были существами, удивительными от и до, а уж про ангелов и говорить нечего. Все мои представления о них строились на коротком, двухстраничном описании из справочника по иномирным сущностям и скупом рассказе Веарата.
    - Хотите сказать, что намечается очередная свара? - уточнил вампир.
    - Не думаю. Это и странно, - развел руками эльф. - Устроили у нас беспорядок и исчезли. До выяснения отношений с бесами дело не дошло.
    - Пришли и ушли? - не удержавшись, спросила я.
    - Именно так, - кивнул остроухий.
    - И ничего не объяснили?
    - Они никогда ничего не объясняют, - фыркнул рыжеволосый ушастик. - Только обычно их вылазки не ограничиваются разорением наших лесов и кипячением озер. Собственно, нас они как бы и не трогают, все разрушения получаются в результате драк с бесами.
    - Но на этот раз бесов не было?
    - Даже и близко.
    Влад встал, разлил по бокалам принесенное Костиком вино, подал один мне, остальные эльфам, и вновь уселся в кресло. Я пригубила напиток, внимательно глядя в задумчивое лицо вампира. Не нравилось мне появившееся на нем выражение. Категорически не нравилось.
    - И что требуется от меня? - спросил Влад наконец, после паузы длиной в целую минуту.
    - Хотим попросить пообщаться с владыкой демонов. Узнать, случалось ли подобное у них.
    - Это я сделаю, - кивнул вампир. - Что-нибудь еще?
    - Я слышал, у вас есть агенты среди ренегатов.
    Вновь повисла пауза, на этот раз не задумчивая, а напряженная. Влад внимательно изучал эльфов. Так, словно примеривался, как бы половчее употребить их на ужин, кого выбрать главным блюдом, а кого оставить на десерт. Остроухие крепились довольно долго, но все-таки не выдержали, нервно заерзали на диване. Хорошо хоть наутек не бросились.
    - Это не ко мне, - сказал, наконец, Влад. - Это к магам. У меня только обращенные. И к ренегатам они имеют весьма опосредованное отношение. Говоря проще, трутся поблизости и слухи собирают.
    - Хорошо, - явно облегченно кивнул эльф. - Мы поняли. Мы обратимся к магам.
    - Если что-то узнаю, обязательно вам сообщу, - равнодушно кивнул Влад.
 
Текст обновлен автоматически с "Мастерской писателей"
Брызги рассвета

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"