# Серые будни богов (Глава 19)

Дмитрий Гельфер

Фокальный персонаж - Крэйвен.

## Глава 19


Кап, кап... Что за назойливый звук?

Кап, кап! Выспишься тут, как же.

Крэйвен слегка шевельнулся, но тут же дыхание перехватило, и в сознание ворвался ураган боли. Такое ощущение, что его долго и очень профессионально били коваными сапогами. Сильнее всего пульсировало в районе затылка, будто раскаленную иглу втыкают с частотой ударов сердца. Крэйвен попытался ощупать повреждения, но не смог. Руки, да, похоже, и ноги что-то сковывало. Что за дела, шлогтар Тыхран фарага? Где я?!

Непонимание продлилось недолго. Череда событий, завершившаяся ударом по голове, нахлынула бурным потоком, и Крэйвен распахнул глаза. Так и есть: темно, сыро, пахнет крысами и сортиром. Где-то под самым потолком окошко, забранное толстой решеткой, а на руках и ногах тяжелые деревянные колодки.

- Неееееет! - Разбитые губы едва шевелились, и то, что должно было стать криком отчаяния, походило скорее на жалкий стон. - Только не это...

- Очнулся? - Послышался осторожный вопрос из дальнего угла камеры. - Я уж боялся ты мертвый.

- Мертвых в тюрьму не сажают. Давно я здесь?

- Не знаю. Когда меня привели, ты уже был в камере.

- Хорошо, сам-то давно тут?

- Не очень. Я от нечего делать капли считаю, вышло чуть больше тысячи.

Кап, кап. Да уж, чего только не станешь делать от скуки. Крэйвен поймал себя на мысли, что тоже стал машинально считать капли. Одна. Две... Дюжина...

Интересно, а тысяча это много или мало? С большими числами у него всегда было туго, но ведь незнакомец не мог заниматься подсчетами долго. Давно бы сбился или устал.

- Вот тебе и вправду делать нечего... - Крэйвен с трудом сглотнул. - Ученый что ли?

- Наверно, - После паузы выдал сосед. В его голосе промелькнула какая-то нотка неуверенности.

- Звать то как?

Над этим вопросом новый знакомый думал еще дольше. Крэйвен уже стал волноваться, не с галлюцинацией ли общается.

- Кадай, - Наконец произнес тот и, еще немного помолчав, смущенно добавил. - Вроде бы...

Странный какой-то. Крэйвен хмыкнул, но не стал заострять внимания на том, что собеседник собственное имя вспоминает с трудом. Хотя чего гадать, сам вон языком еле ворочаю. Может, его еще крепче отделали.

- А меня - Крэйвен, - Превозмогая боль, он перевел тело в сидячее положение. - За что упекли?

- Да вот... Сглупил, похоже, - Кадай приковылял из своего угла и сел рядом с Крэйвеном прямо на пол. - Я во время пожара на ярмарке слона остановил. Он огня испугался. Народ топтать стал, палатки там, товар. Я думал, людей спасаю. Думал, герой. А оно вон как вышло...

На руках и ногах соседа красовались точно такие же колодки, и передвигался он сильно согнувшись и с явным трудом, хотя следов побоев видно не было.

- А ты?

- Я то? А я напортачил знатно, - Крэйвен хмыкнул, но его тут же скрутил жестокий приступ кашля. Сплюнул кровью. - Уважаемым людям дорогу перешел. Изнасилование приплели. А уж что потом учудил...

Сказал и сам поежился. Перед глазами так и стояли два живых факела. Стражники, конечно, те еще сволочи, но ведь просто работу свою делали. А потом мысли вернулись к истории соседа по камере. На фоне собственных подвигов его прегрешения смотрелись как-то несуразно. Их и вовсе за прегрешения считать нельзя. Неужели нынче принято 'героев' в темницу сажать?

- Значит, говоришь, на ярмарке пожар был?

- Ну, да. Сначала стражники за кем-то гнались, по пути все громили. А потом и вовсе полыхнуло. Я уж не знаю из-за чего.

- Зато я - знаю. Это за мной гнались.

- А-а-а... - Неопределенно хмыкнул Кадай, но уточнять детали погони не стал. - Как думаешь, что с нами теперь делать будут?

Хороший вопрос. Своевременный. Крэйвен попытался сесть удобнее, подоткнув под поясницу лишний клок гнилой соломы. Если бы повязали сразу, еще мог бы тешить себя иллюзиями на свободу в обозримом будущем. После неудачной попытки скрыться - легко отделаться точно не дадут.

- Меня наверняка до старости гноить будут, - От мысли, высказанной вслух, резко накатила апатия. - А с тобой - не знаю. Я вообще не понимаю, за что тебя упекли.

- Ну, наверно, думают, что я маг, - Кадай с задумчивым видом ощупывал колодки на ногах, будто интересуясь особенностями конструкции. - По крайней мере, я от нескольких человек слышал, что магам во владениях Айвара не рады. Только не понял, казнят их или еще как изводят, но на Туманном кряже никто из одаренных не живет. Думал ты в курсе.

- Бред, какой-то! - Фыркнул Крэйвен.

Уж что-что, а маги - они везде в почете. Отдельных личностей можно не любить за мерзкий характер, но польза для общества в целом более чем очевидна. Какому идиоту может прийти в голову ссориться с одаренными? Лично Крэйвен таких не встречал. Все это и множество иных аргументов он уже был готов озвучить, как за дверью послышались чьи-то шаркающие шаги. Оба заключенных настороженно затихли.

Звякнула связка ключей, и массивная дверь со скрипом открылась. В неверном свете факела стало заметно, что помимо деревянной двери их отделяет от свободы еще одна преграда. Решетка из толстых прутьев осталась закрытой.

- Что, голуби, - Послышался скрипучий старческий голос. - Неуютно в клетке?

Смотритель возился по ту сторону решетки, выставляя на поднос оловянные миски и кружки. Скрюченная годами фигура казалась хрупкой и угловатой. Кустистые брови нависали над темными провалами глаз, а жидкая бороденка клочками торчала в разные стороны.

- Ваша пайка, - Он задвинул поднос в камеру через узкую щель снизу решетки. - Вода, хлеб, каша. Наслаждайтесь.

Крэйвен с трудом заставил себя встать, а несколько шагов до решетки стали сущей пыткой. Приходилось бороться не только с болью во всем теле, но и с жутко неудобными колодками, будто специально фиксирующими ноги и руки в неестественных положениях. Плюс ко всему деревяшки сковывала не замеченная ранее цепь, заставляя передвигаться в полусогнутом состоянии. Следом подтянулся и Кадай, точно так же переваливаясь с ноги на ногу.

- И как нам прикажешь есть? - Поинтересовался Крэйвен. - Лакать из миски, как собакам?

Колодки не позволяли взять тарелку двумя руками. Они даже ко рту ее поднести не давали.

- А чем вы лучше собак? - Дед мерзко хихикнул. - Ничем! Даже хуже. Скажи спасибо, что я для вас - магов, вообще зад свой поднял и ужин приволок.

- Не пори чепуху, старый, - Отмахнулся от обобщения Крэйвен. - Уж я-то точно не маг. Поймали бы меня будь я одаренным, как же... Сними колодки, дай хоть поесть по-людски.

- Ага, нашли дурака, - Дед хитро сощурил глаз, но почему-то на шаг отступил от решетки. - Знаю я вас... Начнете руками махать, колдовство свое поганое творить. А мне потом перед его милостью оправдывайся, как так вышло, что тюрьму по камушкам разнесли. Нет уж, с пола жри.

- Дед, ты явно что-то напутал, - Предпринял очередную попытку Крэйвен, стараясь разговаривать со смотрителем мягко, задушевно, как с умалишенным. - Я - насильник, дебошир и убийца. Признаю. Но я никакой не маг!

- Складно врешь, - Смотритель еще раз зло зыркнул и стал запирать дверь. - Да только все одно вам подыхать со дня на день. Будь моя воля, казнил бы на месте. А то, ишь взяли моду: в темницу тащить, да харчи на вас тратить.

- Эй! - Крэйвен со всей силы саданул колодками по решетке. - А ну вернись!

Смотритель вполне ожидаемо не вернулся.

- Хм, значит все-таки казнь, - Едва слышно, скорее для самого себя, резюмировал Кадай. - Жаль, я надеялся, что просто вышлют за пределы кряжа.

Крэйвена будто плетью огрели. Это что получается? Его приняли за мага и именно за это теперь казнят!? Просто безумие какое-то! А как же все те мнимые и реальные прегрешения, с которыми успел смириться? Все по боку?

- Эй, кто-нибудь! - Он принялся стучать колодками в запертую дверь. - Я не маг! Слышите?!

Надо же. Сколько раз ходил по краю? Погибнуть в море во время шторма - обычное дело для иннола. Не погиб. Подохнуть в пьяной драке - тоже вполне по-мужски. Не подох. Война - вообще дело святое. Но чтобы так...

На крики никто не пришел, а Крэйвен быстро выдохся и оставил бесполезное занятие. Он устало привалился к стене рядом с дверью и вытянул ноги, насколько позволяла цепь. Да с чего они вообще взяли, что в нем есть сила одаренных? Неужели не хватило обвинения в изнасиловании, чтобы разобраться с неугодным? Он закрыл глаза и прикинул, что надо было резать Пеплу горло, пока был шанс. А заодно и папаше Радуги всадить клинок под ребро. И тут пришло понимание. Способности, что пробудились после боя с Громом... Та самая 'тетива' где-то внутри, послушно замедляющая время. Именно после ее применения, Хомут кричал ему вслед что-то про магов.

А с другой стороны, ни разу ведь не слышал о ком-нибудь с такими способностями. Наверное, уже и не услышу.

- Я тут подумал, - Кадай тактично молчал все это время и, лишь когда Крэйвен затих, напомнил о себе. - Мы можем кормить друг друга. А то я тоже не хочу есть как собака с пола.

- Хорошо, - Севшим голосом ответил Кадай.

Ну, хоть с соседом повезло. Ненавязчивый парень. А еще неглупый, пусть и со странностями. Губ коснулась грязная кружка, и Крэйвен сделал пару глотков.

От воды несло затхлостью, хлеб едва поддавался зубам, а от каши несло не лучше чем от дыры с нечистотами в углу камеры. Но, несмотря на это, перекус немного успокоил, придал сил, и мысли вернулись в мирное русло. За недавнюю сцену с криками 'Я не маг!' стало стыдно. Какая разница за что, итог-то все равно один.

- Кадай, я вот тебя понять не могу, - Крэйвен держал миску на вытянутой руке, помогая соседу с его порцией. - Ты чего такой спокойный, будто тебе умирать - не впервой?

- Не знаю. Может и правда не впервой, - Простодушно отшутился тот и, покончив с едой, привалился рядом с ошалевшим от таких заявлений Крэйвеном. - Я прошлого не помню.

- То есть как, не помнишь? Совсем?

- Только последнюю зиму. Меня в лесу нашли, без сознания. Кто я, откуда и что делал в лесу - не помню, - Кадай неопределенно передернул плечами. - Правда бывает по мелочи, если увижу или услышу что, то могу понять, знал я это раньше или нет. Вот на ярмарку и поехал, за воспоминаниями.

- Мда-а-а, - Озадаченно протянул Крэйвен. - А магичить как? Тоже вспомнил?

- Да, по дороге столкнулся с Саваахом, - Даже в темноте было видно, что Кадай улыбается, как будто эти воспоминания - лучшие в жизни. - Видел, может? Высокий такой, черный. В боях еще участвовал.

- Видел, конечно, - Кивнул Крэйвен. - Я и сам в них участвовал.

- Да? - Оживился сосед. - А! Так вот где я тебя видел. Это же ты Грома победил?

- Я. Но лучше бы он мне тогда все кости переломал. Не сидел бы здесь, - Крэйвену не хотелось затрагивать эту тему. - Так что там с этим чернокожим?

- Саваахом? А, так он магичил. Ты же никому не скажешь? - Кадай вопросительно глянул на Крэйвена и продолжил только после кивка. - Он своего слона успокаивал. Ну, того же, что я на ярмарке. Вообще, трусливый зверь какой-то. Или просто невезучий.

Кадай немного помолчал, то ли вспоминая подробности, то ли просто наслаждаясь приятными воспоминаниями. Крэйвен не спешил вклиниваться со своими вопросами.

- Ну, вот. Он как магичить стал, так меня сразу кольнуло. Понял, что знаю все это. Откуда - не помню, а что именно и как делать - пожалуйста. Взял и помог.

- Если ты уже тогда магичил в землях барона, что же тебя сразу в темницу не упекли?

- Так, то далеко от города было. Только свои и видели. И уже потом намекнули, чтоб держал способности в секрете. Пророчество якобы какое-то есть. Мол, помрет барон от руки одаренного, вот он, похоже, и изводит всех, кто попадается.

- Как ты сказал? Пророчество? - Встрепенулся Крэйвен. - А чье, не знаешь?

- Нет. Да мне мужики деревенские его пересказали. Не думаю, что сами знают.

- Плохо, что не знаешь. Если это Оракул такое выдал, то многое становиться понятно.

- Оракул? А это кто?

Крэйвен аж закашлялся от удивления. Не знать кто такой Оракул? Он чуть было не задал этот вопрос вслух, а потом вспомнил, что у Кадая нелады с памятью.

- Ээээ... Ну, Оракул - это Оракул, - Он чувствовал себя ужасно неловко. Первый раз Крэйвену выпало рассказывать взрослому человеку о том, что обычно дети слушают в качестве сказок по вечерам у очага. - Он пророчества делает. Или советы дает.

- И чем его пророчества отличаются от остальных?

- Не знаю, как лучше объяснить. Он в отличие от гадалок или астрологов всегда говорит только то, что сам считает нужным. Даже если спрашивают про другое. Но никогда не ошибается.

- Вообще никогда? Интересно, - Мечтательно вздохнул Кадай. - Как думаешь, а мог бы этот Оракул помочь мне вспомнить прошлое?

- Собрался наведаться? - Поддел соседа Крэйвен. - До казни успеешь обернуться?

- Нет. Просто... - Не обратил внимания на шпильку Кадай. - Ты вот начал рассказывать, а у меня смутное ощущение, что я уже когда-то слышал о нем. А может даже встречал. А ты сам бывал у Оракула?

- В Обители - бывал, а к Оракулу не ходил. Ну его, напророчит еще как я умру, потом шарахайся от каждой тени как этот Айвар от магов.

- Ну, хотя бы место опиши.

Крэйвен нехотя стал описывать маленький городок без названия, который вырос за многие годы вокруг Обители Оракула. Кадай оказался благодарным слушателем и с каждым сказанным словом бывалый мореход распалялся все сильнее, припоминая такие подробности, что не всякий местный расскажет.

Клочок пустыни в двух днях пути морем на юг от Пируссы, зажатый между морем и скалами представал в воображении во всех красках. Маленький, но известный на весь свет оплот настоящей независимости. Даже могучая Вальнарская империя предпочитала не замечать, что крохотный сосед под боком не платит налогов и не подчиняется единым законам. Никто не рисковал портить отношение с Оракулом. Вот и селился в тени легенды всякий люд, не дружный с законом или просто не желающий платить подати. У Оракула было одно условие, лишь бы не мешали тем, кто приходит испросить совета или услышать пророчество.

- Здорово! Я прямо так и вижу Обитель, - Кадай буквально лучился от детского восторга. - Только не знаю, это ты такой хороший рассказчик или я сам бывал в тех местах.

Крэйвен и сам чувствовал себя после долгого рассказа немного лучше. Будто вновь побывал на морских просторах и на какое-то время забыл о тесных стенах баронской темницы.

- А знаешь, если бы не предстоящая казнь, я бы сказал что рад оказаться в одной камере с человеком, так много повидавшим.

- Да уж, - Хмыкнул Крэйвен. - Если бы не казнь...

- Расскажи еще что-нибудь? - В глазах Кадая читалась мольба. Будто ребенок просит еще одну сказку на ночь. - Пожалуйста.

Время тянулось и тянулось. Капли отсчитывали ускользающие мгновения жизни осужденных, а двое мужчин не замечали серых стен. Они были далеко.

Они плутали в лабиринте Призрачных островов. Напряженно всматривались в туман, ожидая в любой момент, что по курсу вынырнет не замеченный обломок скалы. Никто и никогда не составлял карт этих мест, потому, как очертания островов менялись по несколько раз на дню. То исчезая под толщей воды, то вновь вырастая на пути кораблей.

Они входили в величественную гавань нижнего Вальнара - столицы империи. Пробирались каскадом шлюзов и любовались раскинувшимся до горизонта городом. Через целых двое суток завершали свой путь в порту верхнего Вальнара уже на берегу гигантского озера в глубине континента.

Они вставали на рейд в нереальном, сумасшедшем Жинмене - городе на воде. Уже на следующий день любой корабль здесь обрастал десятками лодчонок, плотов и целых плавучих домов. Перешагивая с одного на другой легко было достичь любой точки широкой бухты. Разве что на берег острова Шинг Ди ступать чужакам не позволялось. Такие вот религиозные даньгены чудаки.

Какие только безумные уголки не описывал Крэйвен. Даже сам удивлялся, как много успел повидать в своей жизни. А Кадай, словно губка впитывал и впитывал чужие воспоминания в тщетной попытке уцепиться за знакомые образы и вспомнить хоть что-то из своего прошлого. Последние лучи солнца перестали заглядывать через крохотное окошко, и камера погрузилась во мрак.

- Мир настолько велик и разнообразен, - Голос Кадая звучал в кромешной тьме, но Крэйвен легко мог представить мечтательную улыбку на губах соседа. - Мне кажется, что все эти места стоит посетить, даже если уже не раз там бывал.

- Если бы мне удалось выбраться отсюда живым, я бы так и сделал...

Ну вот, снова мысли свернули к предстоящей казни. Разговор угас сам собой. Каждый сидел и размышлял о своем. По крайней мере, Крэйвен пытался разобраться в том коктейле чувств, что царил в душе. Звериная злость перемешалась с сопливой жалостью к себе и отчаянным желанием жить.

Со стороны Кадая послышалось мерное сопение. Спит, похоже.

А вот Крэйвену не спалось. Не придумав ничего лучше, он стал делать то, в чем вряд ли когда признался кому-нибудь из соотечественников. Он неумело молился богине Мэйме Милосердной. Одной из тринадцати младших богов Вальнарского пантеона. Просто в родной ему религии Призрачных островов не было подходящей сущности. Ну, не существовало у суровых иннолов ни единого Духа Глубин, который внял бы сейчас его молитвам.

Так, тихо бубня под нос обещания посвятить свою жизнь служению людям, если богиня все же соизволит проявить безграничное милосердие, он и уснул.


***


Из дремотного состояния Крэйвена вывел лязг отпираемой двери. Сколько удалось поспать? Должно быть немного. За окошком все так же властвовала непроглядная ночь.

- Вставайте, голуби, - Смотритель был отчего-то в хорошем настроении и неожиданно для заключенных не стал ограничиваться деревянной дверью, а принялся отпирать и решетку. - Ух, как я рад! Господин барон - мудрый человек.

Крэйвен щурил глаза от света факела и пытался понять, что происходит. Смотритель закончил возиться с решеткой и отступил. Первыми в камеру вошли двое молчаливых стражников. Только после того, как пленников силой поставили на ноги, старик осмелился зайти внутрь.

- Ну, чего, мрази? - В присутствии стражников смотритель вел себя значительно смелее, если не сказать наглее. - Пришла пора подыхать!

Сердце на мгновение сбилось с ритма, а потом понеслось ухать с бешеной скоростью. Уже? Так скоро?

- Жаль, что не обоих сразу, - Дед подленько пнул ногой не очень ровно стоящего Кадая и тут же отскочил на два шага. - Уж я бы не стал затягивать...

- Старый, заканчивай балаган, - Пробасил один из стражников. - Говори, какого брать. Барон не станет спрашивать, по чьей вине мы так долго возились.

- Да, да... - Смотритель раздосадовано взлохматил свою шевелюру, силясь принять решение. - Что, голуби, сами выберете, кто пойдет первым?

Крэйвен бросил взгляд на Кадая. Тот тоже смотрел на собрата по несчастью, но по выражению лица нельзя было понять, о чем он думает. Идти первым, конечно, не хотелось. Но что изменит лишний день жизни? Особенно если провести его здесь, в темнице.

- О! Я придумал, - Нарушил повисшее молчание смотритель. Он подпрыгивал от возбуждения и противно хихикал, наслаждаясь своей, видимо гениальной идеей. - Я вас посчитаю...

Он отошел чуть в сторону, чтобы видеть обоих заключенных. Потер руки, облизнул губы, предвкушая одному ему понятное развлечение. Охранники поворчали для приличия, но поторапливать не стали.

- Раз, два, три - наточены ножи.

Начал свой отсчет смотритель, тыкая узловатым пальцам на каждый слог в одного из пленников.

- Четыре, пять - будут вас пытать.

Четверо здоровых мужиков заворожено следили за перемещениями пальца. Угрозу он нес только двоим...

- Шесть, семь, восемь - в масло кипящее бросим.

С каждым слогом голос старика звучал все громче и в нем все чаще слышались истеричные нотки.

- Девять, десять - за ребро подвесят.

Смотритель так распалился, что брызгал слюной.

- И настанет тот момент, - Он сделал театральную паузу. - Ты - подохнешь, этот - нет.

Палец смотрителя замер, определяя несчастного.

- Вот видите, как просто? Давай, пошевеливайся. Ты же слышал, барон не любит ждать.