# Серые будни богов (Эпилог)

Дмитрий Гельфер

Эпилог


Портовые кварталы Оскахины никому бы не пришло в голову назвать спокойным местом. Здесь всегда царила суета. Но это... Это выходило за рамки обыденного даже по местным меркам. Безоговорочно.

По улицам древнего города шествовало крылатое дерево. Харакса - чудо из заморских сказок. Существо передвигалось своим ходом, как какая-нибудь обыкновенная вьючная скотина. Короткие узловатые лапы сгибались с явно слышимым скрипом, голова проворачивалась с трудом. Вскинутые ветки-крылья, покрытые плотными кожистыми листьями, мерно покачивались в такт шагам и только хвост метался из стороны в сторону, выдавая истинный настрой хозяйки.

Мужчина в потрёпанном плаще придерживал чудовище в районе холки, а второй рукой тащил отчаянно сопротивляющегося мальчишку.

Толпа прибывала с каждым мгновением, но первые ряды по-прежнему держали дистанцию. Вся эта процессия медленно, но уверено продвигалась в сторону пирса, на дальнем конце которого виднелось белое здание маяка.

На общем фоне недоумённого интереса выделялась парочка: высокий крепкий мужчина и хрупкая девушка. Они отчаянно торили путь сквозь толпу, но никак не могли пробиться.

- Алекс! - Девушка пыталась перекричать гомон сотен людей, собравшихся на торговой улочке.

Мужчина не растрачивал усилия на ерунду, он работал локтями и рвался вперёд.

Когда толпа добралась до пирса, то продираться дальше стало фактически невозможно. Они безнадёжно застряли стиснутые телами зевак в узком проходе, хотя до цели оставалась какая-то жалкая сотня метров.

- Алекс!!! - Очередная попытка и снова без успеха.

По толпе прокатился слитный удивлённый вздох, когда мужчина и мальчишка скрылись за дверцей у основания маяка, а их зверюга уверенно поползла по стене.

- Что они делают? - Севшим голосом поинтересовалась девушка у напарника. - Зачем они туда лезут?

- Это самая высокая точка в округе, - Мрачно заметил тот и, сокрушённо покачав головой, вынес вердикт. - Улетят. Ей богу улетят.

- Что?! Опять? - Вскинулась девушка и вновь попыталась прорваться сквозь толпу. - Алекс, стой!

Но, конечно, их никто не слышал. Толпа, наблюдавшая как живое дерево медленно, но неуклонно лезет по стене, гомонила всё сильней. Удивлённо, обескуражено, но не зло.

Когда создание перевалило через парапет на верхушке маяка, то зрителям остался виден лишь краешек зелёных крыльев. Какое-то время казалось, что на этом всё и закончиться, но, внезапно, стал ощущаться нарастающий ветер. Он дул со спины. Он дул с моря, он дул со все сторон и видимые невооруженным глазом тугие струи закручивались спиралью вокруг маяка, уносясь вверх. Ветер завывал, рвал полы одежды. Стоило оглянуться, как глаза забивало песком и пылью.

А потом толпа ахнула. Широко расправив крылья над маяком кружила харакса. Ветер стал ещё крепче и существо, не шевеля крыльями, широкими кругами стало набирать высоту.

Девушка не находила себе места. Заливаясь слезами, но не отрывая глаз от двух силуэтов на спине у крылатого создания, она следила как вновь уходит тот, кого ей необходимо спасти. Кого срочно нужно вытаскивать в реальный мир, пока не стало слишком поздно. А вот напарник был спокоен и предельно сосредоточен. Он поднял руку, сложил пальцы на манер когтистой лапы и направил в сторону беглецов.

- Я их пометил, - Через мгновение облегченно выдохнул он. - Теперь мы их сможем найти и оттуда. Уходим.

Он развернулся и стал пробираться сквозь толпу в обратную сторону. Девушка кинула последний взгляд на уже едва заметную зелёную точку в вышине.

- Ну, Алекс! Вот только попробуй снова сбежать...

***

Чем-то недовольный распорядитель Обители принимал в этот день дары без надлежащей степенности. Его мысли были явно поглощены иными заботами. Да и посетителей в этот день набралось меньше обычного. Поговаривали, что в городе какие-то безумцы оседлали хараксу и улетели с вершины маяка. Может и врут, конечно. Где ж это видано, чтоб люди на хараксе летали?

Мальчишка, босой и в обносках, стоял посреди двора и, обняв древко метлы, с улыбкой наблюдал за метаниями толстяка в алом одеянии. Очередь редела и, когда последняя корзина с зульгарскими винами перекочевала в запасники Оракула, взгляд мальчишки наткнулся на одинокую фигуру мужчины, который сидел под навесом. Потерянный взгляд, ввалившиеся щёки и одежда, что висит мешком, будто он долго и тяжело болел.

Видимо он пришел, как все остальные просить совета Оракула, да настолько погряз в собственных мыслях, что перестал замечать происходящее вокруг.

Служка подошёл поближе и встал, заслонив собой солнце. Мужчина никак не отреагировал. Он по-прежнему пялился куда-то в пустоту. В руке был крепко зажат золотой кулон на кожаном шнурке.

- С тобой всё в порядке? - Поинтересовался у страдальца мальчишка.

- Да... - Немного заторможено ответил тот, а затем встряхнулся. - Нет! Со мной точно не всё в порядке.

- Вот и я так подумал.

- Она ушла... - Плечи мужчины вновь поникли.

- А-а-а, любовь? - Улыбнулся малец. - Понимаю. Старо как мир.

- Мал ты ещё понимать, - Огрызнулся тот. - Она была не просто женщина, это была богиня.

Мальчишка не обиделся и никак не отреагировал на довольно резкую отповедь, но в его взгляде отразилась отнюдь не детская мудрость.

- Я вот не пойму: ты выглядишь как йоннол, - Мужчина на это замечание судорожно провёл рукой по совсем недавно выбритым вискам. - Но ни один из предавших Духов Глубин не станет называть смертную женщину богиней.

- Можешь мне не верить, - Кисло улыбнулся проситель. - Но она не из Вальнарского пантеона. Нет. Жрецы всё врут, а она - настоящая.

- Смелое заявление, - Мальчишка уселся прямо в пыль, скрестив ноги и уложив на колени метлу. - А не боишься?..

- Чего? Смерти? Мне уже всё равно... - Отмахнулся мужчина. Покрутил между пальцами свой талисман и тяжело вздохнул.

- Это подношение для оракула?

- Что? Нет, это она оставила. На память.

- Можно посмотреть? - Мальчишка состроил самое невинное выражение лица, на какое был способен.

Нехотя, будто отрывая часть себя, йоннол передал талисман в руки мальчишке. Это оказалась дангенская монета с квадратным отверстием в середине. Малец разглядывал её довольно долго, а потом достал из-за пазухи старую деревянную пуговицу. На чумазом лице проступила торжествующая улыбка, а лукавый взгляд устремился куда-то на север.

- А вот теперь мне всё понятно, старый друг. Теперь всё сходится...