# Серые будни богов 2 (Глава 4)

Дмитрий Гельфер

Фокальный персонаж - Крэйвен.

## Глава 4


Разговор с Оракулом заронил в душу Крэйвена робкие семена надежды. Там же, правда, поселилось и зудящее ощущение, что времени совсем впритык. Уверенность, что если не поторопиться, то легко упустить свой шанс на новую встречу с Марисой. И живи после этого богатым, здоровым, но с неизбывной тоской об упущенном.

Даже по ступеням, ведущим из Обители к Большому торгу, он сбегал, едва сдерживаясь. Жажда деятельности просто переполняла.

Ещё до заката Крэйвен смог добиться аудиенции у некоего Кидеха ибн Уруса - лучшего мага из Познавших сокрытое. По крайней мере из тех, что оказывают услуги за деньги.

Юноша, ученик мага, провожал иннола в мастерскую и недоверчиво косился. Во внешнем виде Крэйвена уживались его старые, видавшие виды портки, снятые ещё с утопшего помощника капитана сапоги и при этом: новая белоснежная рубаха из гисайского шёлка и тёмно-зелёный плащ, заколотый бронзовой фибулой. Обновить гардероб целиком просто руки не дошли.

- Прошу, сюда, - Провожатый остановился у массивной двери, из-за которой тянуло благовониями. - Мастер Кидех ожидает.

За дверью царил полумрак и в памяти Крэйвена всплыл не самый приятный эпизод из недавнего прошлого. Казалось бы, ещё буквально вчера он точно так же, неосторожно шагнув в полумрак кабинета, оказался в ловушке Пепла. Выждав пару мгновений, Крэйвен дал глазам привыкнуть к скудному освещению и лишь тогда переступил порог.

При беглом осмотре складывалось впечатление, что мастер Кидех зачем-то старательно пытается повторить убранство приёмной Оракула. На свой лад улучшив, украсив, присыпав блёстками. При этом лишив, пожалуй, самого главного - духа мудрости прожитых лет. Какой-то, пусть и стариковской, но основательности. Того, что заставляет довериться и воспринимать всё сказанное всерьёз.

Здесь же... Да, пёстрые ковры лежали повсюду, но все они были новыми. На подушках в центре восседал мужчина - зульгарец, ещё даже не начавший седеть. Волосы умащены маслом, а бородка клинышком смазана так обильно, что доведена до остроты наконечника копья. Спина прямая - будто шест проглотил. Длинные пальцы, усеянные массивными перстнями, покоились на шаре из хрусталя.

- Приветствую тебя, о достопочтенный, - Глубоким голосом поприветствовал гостя маг. Он театральным жестом встряхнул руками и спрятал кисти в длинных рукавах. - Итак, что привело тебя в мою скромную обитель? Кого мы будем искать?

Крэйвен пристроился по другую сторону низенького столика, на котором в специальном углублении и был закреплён шар. Всю столешницу покрывали узоры: ломанные линии переходили в дуги, те завивались спиралями и снова превращались в лихие зигзаги. Промежутки заполняли письмена зульгарской вязью. И всё это золотом по полированному дереву. Вокруг шара, в специальных гнёздах, дымили пять свечей различной формы и цвета.

- Приветствую достопочтенного Кидеха, - Крэйвен старался соответствовать заданному тону беседы. Он достал Марисин амулет, но замер в нерешительности, не зная можно ли положить его на столик. - Я ищу девушку. Это принадлежало ей.

Монета вызвала у мастера мимолетную вспышку интереса. Амулет или нет, но золотой - он всегда золотой. А даньгенский кругляш, ко всему прочему, был почти втрое больше имперского нависа. И это немалые деньги даже для мага. Бровь слегка дёрнулась, но маска невозмутимости быстро вернулась на место. Он принял монету, зажал в кулаке и, прикрыв глаза, затянул монотонный речитатив.

Второй рукой маг поочерёдно посыпал свечи различными порошками и комнату быстро заволокло дымом с тяжёлым пряным запахом.

- Посмотрим...

Широкий жест - и перед Крэйвеном, как будто сотканный из окружающего дыма, сформировался силуэт девушки. Смутный, нечёткий, но такой знакомый. По мере подсыпания порошков, силуэт всё больше прояснялся. А потом девушка, будто живая, обернулась через плечо и Крэйвену даже показалось, что лукаво подмигнула. Последние сомнения рассеялись.

- Это - она! - Воскликнул иннол. - Она!

- Конечно, она... - Проворчал недовольный вмешательством Кидех. - Прошу, держите себя в руках.

Порошки всё сыпались и сыпались. Призрачный образ витал над столом, то превращаясь в смутное облачко, то обретая настолько живые очертания, что на Крэйвена накатывала нешуточная тоска. А потом мастер Кидех вдруг начал заметно нервничать. Его движения потеряли степенность.

- Что-то не так?

- Не отвлекай! - Маг поднял руку, предостерегая от дальнейших расспросов.

Ещё какое-то время он колдовал, но, видимо, безуспешно. А затем, напряжение, разлитое в воздухе, разом ослабло. Дымный образ Марисы мгновенно рассеялся.

- Мне очень жаль, - Мастер Кидех вернул себе маску степенного сказителя. - Девушки, что вы ищете, больше нет в этом мире. Соболезную.

- М-да уж. Она может, - Крэйвен почесал давно свербевший нос. - Хотя, чего я, собственно, ожидал?

- Вы меня верно не так поняли, уважаемый. Она - мертва, - Маг состроил скорбную мину и демонстративно вздохнул. Затем нехотя вернул амулет. - С вас девять скутумов.

- Да, да, конечно. Я так и понял, она - мертва, - Рассеяно пробормотал Крэйвен, доставая затребованную сумму и ещё столько же сверху. - Мастер Кидех, а вы можете повторить поиск вот с этим предметом?

Перед удивлённым магом уже без всякого стеснения на стол легли деньги и простая деревянная пуговица.

- Это принадлежало другому человеку?

- Да. Мужчине.

- Собственно, почему бы и нет? - Кидех пожал плечами, сноровисто смахнул монеты в кошель на поясе и снова в дело пошли порошки.

Под мерный речитатив над столом возник новый дымный силуэт. На этот раз мужчины. Крэйвен смутно помнил лицо сокамерника, ведь они провели с Кадаем не так уж много времени вместе. Да ещё и в темноте, оба со следами побоев. Теперь же перед иннолом проступило открытое лицо с располагающей улыбкой.

- Этот - точно жив, - Прокряхтел мастер Кидех. - Ну вы мне и задачку подкинули, уважаемый!

- А с ним что не так?

- Сопротивляется... Я с таким раньше не сталкивался.

- Говорят, он - сильный маг, - Скорее для себя, чем для мастера Кидеха пробормотал Крэйвен. - Вы уж сделайте всё возможное, мастер. Я накину пару скутумов за сложность.

А сам впился глазами в образ того, кто являлся одним из истинных богов этого мира. Того, кто приведёт его к новой встрече с Марисой.

Кидех ибн Урус действительно делал всё возможное. Его идеальная прическа давно растрепалась. Он уже не пользовался порошками, а сидел и тихонько подвывал, ухватившись за голову, как будто та раскалывается от непереносимой боли.

- Он на северо-востоке, - Маг наконец разродился ответом. - Куда-то в сторону Кас-Гирима или даже ещё севернее. Может быть ближе к Пику Совершенства. Это всё, что я могу сказать.

- Большое спасибо, - Крэйвен отсчитал обещанные премиальные. - Вы мне очень помогли.

Покидал он измученного и очень озадаченного зульгарца в весьма приподнятом настроении.


***


- Сколько пальцев?!

- О-отстань... - Уксус был мертвецки пьян. - Я праздную!

- Что ты празднуешь?

Капитан Близняшки задумчиво уставился в потолок, затем пожевал губами.

- Не помню... Ладно, может и не праздную. Чего пристал?

- Нанять хочу, - Крэйвен хорошенько встряхнул пьянчугу и ткнул под нос растопыренную ладонь. - Сколько пальцев?

- Да, какие к Грофлину пальцы? Это ж ласта! - Уксус пьяно икнул и попытался оттолкнуть назойливого иннола. - Уйди, демон, а то жрецов кликну.

Единственного капитана, который точно возьмёт на борт иннола со сбритыми висками, Крэйвен нашёл в самом поганом кабаке Оскахины. Находить такие места - это, видимо, особый талант Уксуса. За столом, посреди тарелок с объедками и пустых глиняных чарок, спали двое: капитан Близняшки и ещё какой-то крепко сбитый, абсолютно лысый коротышка.

- Это бесполезно, - Раздался из-за спины юношеский голос. - Они из запоя не выходят с тех пор, как вас с госпожой Марисой в Оскахину доставили.

Крэйвен обернулся, перед ним стоял молодой человек с двумя кружками в руках. Редкая светлая бородёнка, конопушки на носу и взъерошенные волосы.

- Тебя как звать?

- Крыжик, - Паренёк сел напротив, продолжая держать выпивку в руках. - Я у господина Уксуса матросом, стало быть.

- Это хорошо, что ты трезвый. Ты у господина Уксуса сегодня нянькой, стало быть, - Передразнил юношу Крэйвен. - Он заказов новых взять не успел?

- Да какие заказы? Я уж и сам пытался найти. Честно пытался, а он... - Крыжик, чуть не плача, махнул рукой в сторону бессознательного тела, расплескав содержимое одной из чарок. - А он всех демонами обзывает и сдать жрецам грозит.

- Вот и славно, - Крэйвен отнял уцелевшую брагу и осушил одним глотком. -Значит я вас нанимаю. Пошли!

- Так, а как мы?..

- Молча. Лысый ваш? - Юноша кивнул. - Значит ты бери лысого, а я возьму "господина" Уксуса.

Крэйвен закинул одну руку капитана себе на шею. Стоять самостоятельно тот был не способен, но сразу начал что-то нечленораздельно и возмущённо мычать. Когда Крыжик проделал то же самое с лысым коротышкой, они двинулись в сторону пирсов.

Оскахина просыпалась, солнце уже окрасило белые стены домов в розовый. Хотя, в доках ночь ничего не значит. Здесь жизнь кипит круглые сутки.

Паренёк пыхтел от натуги, тянуть коротышку было очень неудобно из-за разницы в росте. Но весьма скоро они вышли на набережную, а там кое-как добрели и до дальнего пирса, где стояла Близняшка. Крэйвен в очередной раз поразился тому, насколько же этот кораблик мал и неказист. Потрёпанный когг имперской постройки с одним прямым парусом, под команду человек на восемь или, может, десять. Но, насколько помнил иннол, у капитана Уксуса наблюдалась постоянная нехватка людей.

- На борту ещё кто-нибудь есть?

- Да, Тута оставался, - Крыжик с облегчением скинул бесчувственную ношу, привалив коротышку спиной к причальной тумбе. - Тута, это мы. Выходи!

Внутри корабля кто-то невнятно отозвался, Близняшка явственно покачнулась, скрипнули кранцы о пирс. Когда на палубу вышел Тута, Крэйвен решил было, что это Гром воскрес. Но потом разглядел, что с уствинским стражником и многократным чемпионом боёв на ринге этого парня роднят только габариты.

- Тута я, - Пробасил гигант, переминаясь с ноги на ногу.

Затем выбрался на пирс и Крэйвен отметил, что на лице Туты запечатлены явные следы "проклятия" богов. Такие как он умом не блистали и, даже повзрослев, оставались ну чисто дети.

- Тута, отнеси капитана и Глыбу в каюту.

Гигант послушно кивнул, подхватил обоих пьянчуг разом и без видимых усилий понёс на корабль.

- Больше никого не ждём?

- Нет, - Крыжик помотал головой. - Уксус, Глыба, я и Тута - вот и вся команда.

- Значит нас ничего не держит. Можем отплывать!

Крэйвен ступил на борт, наслаждаясь подзабытым ощущением качки. Предвкушение выхода в море загнало настроение на невиданную высоту. Никогда бы не подумал, что по морю можно настолько скучать. И он готов был петь от счастья. Готов был славить Духов Глубин и Галаяра, хоть и сомневался теперь в их существовании.


***


Пока Уксус с Глыбой отсыпались, Оскахина успела скрыться за горизонтом. Крэйвен всё это время носился с полубака на корму и обратно. Кричал, ругался, угрожал и уговаривал. И как старый пьяница только умудряется управляться с такой командой?

Нет, Крыжик в целом оказался довольно толковым малым, но в матросах он ходил всего год. Да и то, всё больше капитана из кабаков вытаскивал, чем моря бороздил. Некогда было постигать науку. Некоторые, вполне очевидные для любого иннола, вещи для него оказывались в новинку. От Туты ожидать осмысленных действий и вовсе не стоило.

Крэйвен не сразу, но таки нашёл верный подход: гигант хорошо делал простую работу, где требовалась грубая сила, юноша его мог контролировать. При такой организации работали они за троих. Беда только, что вся их работа происходила в каком-то одном месте, а корабль - конструкция сложная, частенько требуется одновременное усилие нескольких человек. Вот и носился иннол, закрывая собою бреши.

Шёлковая рубаха и плащ отправились в котомку до лучших времен, Крэйвен снова примерил образ простого матроса.

- Трави, трави помалу! - Надрывался он, сидя на рее. - Я говорю помалу, барракуду тебе в тёщи.

- Это чего здесь происходит? - На палубе показался помятый, всклокоченный Уксус. - Мы, вообще, где?

- Нас нанял господин Крэйвен, - Браво доложил Крыжик.

- Я тута это... - В свою очередь пробасил Тута и продемонстрировал зажатый в своей лапище конец каната. - Вот!

Канат натянулся и такелаж по правому борту противно завизжал, а угол паруса потерял натяг, захлопав на ветру.

Уксус сплюнул и бросил мрачный взгляд на рею, которую оседлал Крэйвен:

- А я думал, ты сдох, - Капитан почесал бороду и направился в сторону гальюна. - До куда хоть идём?!

- Да вот - жив, здоров, благодаря богам, - Крэйвен спрыгнул на палубу, отобрал у Туты конец каната и стал ладить его на место. - До Нижнего Вальнара идём. По цене - не обижу.

- Да пошёл ты... не обидит он...

Сходив до ветру, Уксус молча скрылся в трюме, но через пару мгновений вновь высунул голову.

- Я не понял, а опохмелиться что, никто не озаботился взять?!!

Крыжик густо покраснел и стал усиленно изображать занятого. Тута, похоже, даже не понял сути претензии. У Крэйвена настроение было на высоте, и он принял этот удар на себя.

- Извини, дружище. Это моя вина. В море выйти было невтерпёж.

- Невтерпёж ему... - Беззлобно, но похоронным тоном отметил Уксус. - Вот и команду тут сам, раз невтерпёж. А я, по твоей милости, пойду страдать.

И слово своё сдержал - снова на палубе капитан появился только на закате.


***


Глыба пришёл в себя значительно позже капитана. Коротышка был также угрюм и помят, но плюнуть на всех и уйти страдать по примеру начальства позволить себе не мог.

Его помощь к тому моменту уже не особо то и требовалась, да он и оказался не по части такелажа. Глыба на Близняшке выполнял функции кока, и его стряпня пришлась весьма кстати. В команде Уксуса он был дольше всех и знавал более рыбные времена.

- Надо ж было пополнить запасы, - Нудел Глыба, снова и снова перебирая крупы и солонину, простукивая бочки с пресной водой. - Ну чем вы думали, а? Ну, спросили бы Глыбу, он бы вам всё-всё расписал как есть.

- Да нормально всё с запасами. Наловим рыбы, я научу тебя варить иннольскую похлёбку.

- Не заговаривай мне зубы, юноша. Я и так умею варить этот клейстер, будь он неладен, - Глыба смерил Крэйвена строгим взглядом. - Ты вот знаешь, сколько Тута ест? А я знаю.

Крэйвен отбивался вяло, не чувствуя за собою правды. Запасов и вправду было мало, и зная Уксуса, на иное рассчитывать было глупо. Денег на пополнение было не жаль, а вот со временем - совсем другое дело.

Но, точку в споре поставил выбравшийся из каюты Уксус. Капитан терпел сколько мог, но без возможности опохмелиться на трудовые подвиги он был категорически не согласен. Ни за какие деньги.

Сторговались на стоянке в мелкой рыбацкой деревушке Крючевице, что затерялась среди скал на полпути от Оскахины в Пируссу. При попутном ветре должны были успеть до заката. Глыба на радостях даже разродился жиденькой водицей, названной по какому-то недоразумению кашей.

Следующим утром Близняшка снова рассекала волны, но теперь все закрома ломились от запасов.

Уксус незамедлительно напился, а вся остальная команда осталась под присмотром Крэйвена.

- Вот теперь всё по уму, - Глыбу было не узнать, он любовно оглаживал бочонки и мешки с провизией. А из дюжины свежих яиц он решил сварганить на всех яичницу. - Давненько мы таких славных заказов не брали.

- А что, Мариса пожадничала с оплатой?

- Не-е-ет. Госпожа нас деньгами не обидела, - Тут же пошёл на попятный Глыба. - Но припасами оно как-то лучше...

Крэйвен усмехнулся и, похлопав кока по плечу, отправился проверять оставшуюся парочку. Едва слышное "их не пропьёшь" он мог бы додумать и сам.

Кораблик резво рассекал волны, с каждым мгновением сокращая расстояние до цели. Крэйвен позволил себе немного расслабиться и даже задремать. Из состояния неги его вырвал окрик Крыжика:

- Господин, там какая-то галера на горизонте!

Взобравшись на рею, он вгляделся в силуэт корабля. Галлера - это плохо. Галлера - это опасное соседство. Такие корабли обычно строили гардахарцы, и ходили на них обычно совсем не купцы.

- Может возьмём чуть сильнее по ветру и оторвёмся? - Поинтересовался снизу Крыжик.

Оторвётся он, как же... Крэйвен понимал, что не этой лоханке тягаться в скорости с галлерой. Но, плохое предчувствие превратилось в горькую уверенность, стоило рассмотреть силуэт корабля получше и сигнальные флаги на рее.

- Спускай паруса и буди Уксуса. Скажи, по наши души Трёхбородый.