# Серые будни богов 2 (Глава 7)

Дмитрий Гельфер

Фокальный персонаж - Крэйвен.

## Глава 7


Хищный абрис корабля-преследователя с каждым мгновением вырисовывался всё яснее. У Крэйвена изначально не было сомнений, что настигает их именно 'Чёрный ворон', флагман княжеского флота Пируссы. Ошибки быть просто не могло: такой корабль бороздил море Героев в единственном экземпляре. Длинный, узкий. С куцым, почти бесполезным для такой махины парусом. Борта набраны из древесины с красноватым отливом, как будто впитавшие кровь сотен убитых. Обводы классической гардахарской боевой галеры. Скорее всего, именно чернокожие мастера его и делали под заказ. Вот только на носу, вместо привычного для таких посудин тарана, возвышался окованный металлическими полосами абордажный трап с тяжеленым клином на конце - клюв ворона.

- Ох ты ж, краба мне в штанину! - Выругался выскочивший на палубу и моментом протрезвевший Уксус. - И в самом деле Трёхбородый.

- Не по твою ли, случаем, душу?

- Да, типун тебе на язык! - Капитан сделал жест, отвращающий зло, и переключился на подчиненных. - Чего встали, олухи?! Сымай паруса. Давай, давай поживее.

Ветер был не настолько силён, чтобы спущенные паруса ощутимо сказались на скорости. 'Ворон' догнал бы их в любом случае. Два ряда вёсел вздымались ровно и мощно, с каждым гребком сокращая разрыв между кораблями. Но паруса должны быть спущены. Таков порядок, о чём известно всякому, кто хоть краем уха слыхал о нраве Трёхбородого. Спущенные паруса - это демонстрация благоразумия и законопослушности команды. Хотя, странно: здесь ещё не воды, подконтрольные Пируссе. Чего адмирал забыл так далеко от родных берегов?

Галера подошла уже достаточно близко, чтобы Крэйвен мог различить мерный рокот барабана, задающий ритм гребцам. Что-то в поведении преследователя иннолу не нравилось, вот только он никак не мог уловить, что именно. 'Чёрный ворон' вроде и тормозил, но...

- Идут на таран! Держитесь! - Крэйвен едва успел крикнуть, да и сам едва ухватился за ближайший канат, как клюв ворона качнулся в их сторону, а затем с диким скрежетом рухнул вниз. Тряхнуло так, что обмотанный вокруг запястья канат до крови разодрал кожу.

Металлический клин пробил палубу чуть не задев мачту, оборвав такелаж и раздробив доски настила. Хлипкий борт и вовсе размололо в труху. Под днищем заскрежетало, 'Близняшка' опасно накренилась, зачерпывая бортом воду.

- Вы что творите, демоны?! - Голосил Уксус, чудом ухватившись за ванты.

Сцепившиеся намертво корабли продолжали движение уже вместе, но более лёгкий когг никак не повлиял на скорость разогнавшейся галеры.

- Эй, на 'Близняшке', встречайте гостей! - Раздался насмешливый возглас из-за стены щитов, когда корабли остановились.

По абордажному трапу на борт хлынули воины в лёгких кожаных доспехах. Они сноровисто разбегались по палубе, пресекая любые намеки на сопротивление. У каждого на груди, там, где сердце, красовался личный герб адмирала - чёрный ворон, сжимающий в лапах золотую змею.

- Так, так, так... - На палубу вслед за подчинёнными вальяжно ступил и сам Трёхбородый. - И кто-же это попал в наши сети? Уксус, старый ты прощелыга. Опять контрабандой промышляешь?

- Да зарёкся же я! Небесной четой клянусь, зарёкся, - Старый пьяница чуть не плакал, пытаясь подобраться к пролому и руками удержать расходящиеся доски.

Адмирал с брезгливым выражением на лице наблюдал за потугами Уксуса и даже дал команду своим бойцам, чтоб не мешали.

До этой встречи Крэйвен видел адмирала, пожалуй, раз или два. Да и то издали. Был он низеньким и рыхлым, не чета собственным головорезам. Отвисающее брюшко маскировалось широким кожаным поясом, а пухлые щёки скрывала характерная бородка: одна полоса посередине и пышные бакенбарды, отчего создавалось ощущение, что борода не одна, а целых три.

- Это мы сейчас и проверим.

Адмирал жестом отдал команду и трое бойцов нырнули в трюм, ещё четверо остались на палубе, приглядывать за командой. Вернее, приглядывать за Тутой. Гигант в силу скудного ума порывался выбросить обидчиков за борт. И только увещевания Крыжика на пару с Глыбой удерживали ситуацию от начала полноценной резни. Уксус, не обращая ни на кого внимания, ползал вокруг пролома и причитал, что теперь его малышку ни за что не починить.

Адмирал расхаживал по палубе с видом хозяина положения. Крэйвен же старался сделаться незаметным, но понимал, что на борту 'Близняшки' не так много людей, чтобы затеряться в толпе.

Первый из посланной тройки вынырнул из люка и отрицательно покачал головой. Вслед за ним показались и двое его подельников.

- Ничего нет, господин.

- Что, прям совсем не к чему придраться? - Удивился Трёхбородый. - Ничего, хоть чуток похожего на контрабанду?

- Там вообще нет груза, - Матрос пожал плечами. - Только провизия и пожитки команды.

- Ай-ай-ай. Неудобно, как-то вышло. Что думаешь, Уксус? - Адмирал в задумчивости подёргал среднюю часть бороды. Судя по сальной улыбочке, новость его не сильно расстроила. - Или может ты внезапно разбогател, и можешь позволить себе кататься теперь просто так, в удовольствие?

Старому пьянице было не до разговоров, он по-прежнему ползал на коленях по палубе. Причитал, проклинал, жаловался на жизнь, грозился демонами и просил заступничества у богов. Видать у старика от случившегося, что называется брешь в голове образовалась и морская вода вместо мыслей. Одним словом - такой же дурачок, как и Тута.

Страдания Уксуса, отвлекли внимание Крэйвена и следующий вопрос застал его врасплох:

- Ну, а ты кто будешь, йоннол? - Трёхбородый смерил его оценивающим взглядом. - Новенький, что ли?

- Новенький, господин. Только, Небесная чета - это не ко мне, - С мрачной усмешкой ответил Крэйвен и, тронув виски, уточнил. - Это - просто злая шутка по пьяни. Иначе пошёл бы я матросом на это корыто?

- Отличная шутка по пьяни! - Хохотнул Трёхбородый. - Духи Глубин оценили?

Крэйвен заставил себя изобразить горький вздох и потупить глаза. Лишь бы не сорваться, лишь бы не спровоцировать. Хотя, мысль, что им удастся разойтись миром, пожалуй, была очень наивной.

- А я, знаешь, еще одну шутку слыхал. Как один умелец в Пируссе отправил к Аясару очень непростых людей, - С деланной ленцой поведал Трёхородый. - И вот какое совпадение: умелец тоже, говорят, йоннолом был.

Вот оно что! Вот почему адмирал так далеко заплыл от Пируссы. Крэйвен вскинулся и пересёкся с холодным, цепким взглядом. Взглядом врага.

- Взять его!

Дурная кровь ударила иннолу в голову. Он ощутил, что время замедлилось даже до того, как удалось прокрутить в голове возможную последовательность шагов и спустить магическую тетиву. Голоса стихли, головорезы Трёхбородого застыли в нелепых позах, а Крэйвен уже нёсся вперёд с единственной мыслью: ударить первым. Снести это рыхлое тело за борт и будь, что будет.

Он уже чувствовал, как пальцы сжимаются на горле соперника, но, не дававшая сбоев способность, вдруг вышла из-под контроля. Он словно наскочил на невидимую стену, буквально шага не хватило. От удара о неожиданное препятствие вышибло дух, он выпал из ускоренного восприятия времени и кубарем покатился по палубе.

- Шлогтар Тыхран фарага! - Сквозь зубы выругался Крэйвен, силясь подняться. - Какого?..

- Все назад! - Раздалась команда Трёхобородого.

Иннол поднял голову, встал на колено, но его тут же сбило с ног прицельным ударом водяного кулака.

Ну, конечно! Как он мог забыть, что Трёхбородый - один из лучших повелителей стихий со специализацией на воздухе и воде?

Сил пошевелиться уже не было. Снова ныли давно поджившие рёбра. Крэйвен лежал в луже солёной воды, свернувшись калачиком и никак не мог собраться с мыслями. Видимо не судьба ему перед смертью ещё раз встретить Марису. Не судьба ещё раз увидеть улыбку богини.

Где-то на заднем плане ревел Тута, звенели клинки. Сознание медленно заволакивало туманом, а Крэйен думал, что зря втянул команду 'Близняшки' в это дело. Даже Уксуса жаль, а уж ребят - тем более.

Звуки скоротечного боя стихли.

- Выделите пятерку матросов, чтоб разобрались с этим корытом. Пусть пригонят в Пируссу, я потом решу, что с ним делать, - Раздавались команды адмирала. - А этих в трюм, в цепи и на весла.

- А с этим, что? Он хоть жив? - Из-за спины раздался новый голос. Молодой, но с явно различимыми нотками властности. - Неужто и вправду такой шустрый, как говорят?

Крэйвена брезгливо ткнули носком сапога в бок, и он непроизвольно застонал.

- Шустрый, не то слово. Если бы не знал заранее, ни за что не поспел бы воздушную стену поставить.

- Надо же... А я вот знаешь чего не пойму? - Продолжал молодой. - Что это у него за сила?

- Да Ханакис его разберёт... Точно не Орденский, - Трёхбородый смачно сплюнул куда-то за борт и махнул рукой одному из своих подчинённых. - Эй, ты. Поди сюда. Этого связать отдельно, да покрепче.

Солдат бухнул кулаком в грудь и дальше Крэйвена без всяких церемоний вздёрнули на ноги. На руки, сведённые за спиной, тут же стали наматывать верёвки. Зато теперь он мог видеть лицо второго, молодого. И лицо это иннолу совсем не понравилось, потому как принадлежало жрецу Небесной четы. Выбритый до блеска череп сверкал на солнце. Одеяние - бесформенная хламида, где левая стороны кипенно-белая, а правая - чернее ночи. Под левым глазом - татуировка со священными текстами, нанесённая белой краской и доходящая полосой в три пальца шириной до уголка рта. Под правым - такая же вязь, но чёрной краской. А это означало весьма высокий сан в жреческой иерархии.

- Хочешь с ним поэкспериментировать? - С гаденькой ухмылкой поинтересовался у Трёхбородого жрец.

- Нет. Боюсь, что сбежит, - Адмирал с одобрением глянул на перетянутого канатами иннола и довольно хмыкнул. - К мачте его примотаю. Пусть на виду торчит.