Gemini Falcon: другие произведения.

Невменяемая принцесса

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 4.74*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 25.06.13

  Пролог
  Две молодые женщины сидели в просторной, богато обставленной детской и наблюдали, как играет трехлетняя белокурая девочка. Правильный овал лица первой из них обрамляли темно-каштановые волосы, уложенные в изысканную прическу. Настоящая красавица, как и все в ее роду, Рамония обладала серебристо-серыми глазами и тонкими, изящными чертами лица. Голову женщины венчала изящная, усыпанная драгоценными камнями тиара принцессы. Впрочем, столь дорогим украшением она не дорожила: ни для кого не секрет, что венценосная красавица давно жаждала корону.
  Её гостья, тоже брюнетка, но с менее насыщенным цветом волос, такой красотой, как будущая королева блеснуть не могла. Простенькая прическа, выбранная хозяйкой по принципу: "И делать быстро, и при работе не мешает", неброское платье, обтягивающее ладную фигурку. Во всем её облике преобладала скромность и практичность, резко контрастирующая с шиком и помпезностью хозяйки дома. Единственное, что приковывало взгляд к её пухленькому личику - огромные карие глаза с потрясающими зелеными искорками. Там где родилась смуглая гостья принцессы, это считалось признаком черной магии. И, нужно сказать, суеверные горожане не ошибались на её счет. Санта действительно имела отношение к колдовству: талантливая знахарка и травница, ныне личный лекарь короля Георга, она так же гадала на картах и частично разбиралась в магии крови. Безобидные по сути дела умения, которыми девушка пользовалась исключительно во благо. Ей и в голову не приходило причинить кому-то вред.
  Как бы удивились горожане, обходившие знахарку стороной и втайне плюющие в след, узнав, что на самом деле черной колдуньей, причем потомственной, была всеобщая любимица, будущая королева Рамония. Правда, ни талантом, ни большим магическим даром она не блистала. Даже простенькие бытовые заклинания давались ей с трудом, а мало-мальски сильные, будь-то приворот или проклятие и вовсе не покорялись. Поэтому в большинстве случаев женщина обращалась к своей бесхитростной подруге.
  Вот и сейчас Рамония нервно комкала в руках кружевной платок, поглядывая то на ребенка, то на сидящую рядом подругу. На девочку, играющую на полу, венценосная красавица возлагала большие надежды. Она уже рисовала в голове, чего добьется, если получит доступ к силе малышки. Если созвездие Шана, покровителя удачи, будет на её стороне - силы ребенка окажется достаточно, чтобы пополнить свою собственную.
  - Ну? - наконец, не выдержала Рамония.
  Травница тяжело вздохнула. Её профессия предполагала умение сообщать дурные вести, но Санта так и не научилась это делать.
  - Муни, - этим именем Санта называла подругу с самого детства, и когда та неожиданно стала принцессой, ей было позволено и дальше его употреблять. Единственной, во всем королевстве. - Мне очень жаль, но этот ребенок колдовать не будет. Твоя дочь лишена магических способностей...
  - Совсем? - эмоционально воскликнула Рамония.
  - Ну, - неуверенно протянула травница. - Не то чтобы совсем... Какое-то зерно силы дремлет в её крови...Но понадобится действительно сильный эмоциональный толчок, чтобы его разбудить.
  - Значит, надежда есть? - вцепилась в тень надежды женщина.
  - Муни, - снова тяжело вздохнула её гостья. - Это настолько призрачный шанс... Способности скорее всего не проснутся, даже если ты сбросишь ребенка со скалы. Смирись, твоя дочь никогда не сможет колдовать.
  Рамония со злостью отбросила свой платок, и буквально упала на кушетку рядом с подругой. Смуглая травница замерла, давая принцессе возможность прийти в себя и не желая попасть под горячую руку. Больше всего на свете ей хотелось сбежать отсюда подальше, но оставалось ещё одно, безотлагательное дело. Выждав немного, пока Рамония успокоится, Санта набралась храбрости и тихонечко заговорила:
  - Муни, прошло почти пять лет с тех пор, как я дала тебе приворотное зелье...
  - И что? - безучастно спросила её собеседница, все ещё не открывая глаз.
  - Его действие скоро закончится...
  - Что??? - снова вскочила на ноги Рамония, мгновенно побелев. - Как заканчивается?
  Санта вздрогнула, но все же заставила себя ответить:
  - Когда я его варила, ты собиралась приворожить не принца Ветилена, а какого-то вельможу из его свиты. Наследник выпил вино случайно, вот и женился на тебе. Я не думала, что тот старик проживет дольше пяти лет, поэтому и не стала делать зелье, рассчитанное на более долгий период...
  - Так сделай ещё зелья, - раздраженно выкрикнула её собеседница.
  - Не могу, - тихо прошептала знахарка, не смея поднять взгляд.
  - Почему? - удивилась Рамония. - Ты что рецепт забыла?
  - Я могу сварить сколько угодно этого зелья! - вскинула голову травница. - Но эффекта больше не будет. Зелье второй раз не подействует на него.
  -Тогда свари другое...
  - И другое не подействует! - как можно спокойнее ответила Санта. - Долго объяснять детали, которые ты все равно не поймешь. Просто поверь мне - ни одно приворотное зелье на Ветилена уже не подействует!
  Травница поежилась под полным ярости взглядом подруги:
  - Ты хоть понимаешь, что теперь будет? - с ненавистью прошипела она, садясь рядом. - Когда у Ветилена прояснится в голове, нас либо бросят в темницу и выкинут ключ, либо казнят! Что теперь делать?!
  Санта сглотнула, и нерешительно сказала:
  - Выход есть...
  - Какой? - сузила глаза Рамония.
  - Я могу его зачаровать на крови... - облизав пересохшие губы, чужим голосом промямлила девушка.
  - Так зачаровывай в чем проблема? - ледяным тоном спросила хозяйка дома.
  Санта попыталась объяснить:
  - Ну мне нужна его кровь...
  - Будет, - резко перебила Рамония, которая все ещё находилась в тихом бешенстве от того, что эта бестолочь скрыла такую важную информацию. И это после всего, что Рамония для неё сделала! Взяла с собой во дворец, выхлопотала место придворного лекаря, покрывала её интрижку с королем Георгом, отцом Ветилена. Из-за этой бестолковой пигалицы Рамония могла лишиться всего! И даже статус матери наследницы не спасет. Тем более, что детей у неё, а соответственно и наследников у Биариццы, больше не будет из-за тяжелых родов. И все об этом знают.
  - Это колдовство будет не таким, как предыдущее, - продолжила Санта. - Во-первых, я заколдую его на каком-нибудь предмете. И колдовство будет действовать только пока он рядом с ним. Чем дальше от него будет этот предмет, тем слабее будут его чувства к тебе.
  - Заколдуй его на мне, - тут же предложила женщина.
  -Только неодушевленные предметы, - покачала головой травница.
  Рамония задумалась. Мысль о каком-нибудь талисмане, или кольце была отметена сразу. Такую вещь можно где-то забыть или просто потерять. Нужно что-то крупнее, что-то, что всегда будет в поле зрения не только Ветилена но и у неё.
  Взгляд сам собою остановился на гримуаре. Колдовская книга рода Рамонии. Многие поколения записывали здесь свои знания для потомков. Женщина очень дорожила ею. Величайшее сокровище, которое когда-либо было у неё в руках.
   - Гримуар, - коротко кивнула она на книгу травнице.
  - Уверена? - посмотрела на неё с сомнением Санта.
  - Выполняй! - холодно приказала Рамония, и знахарка с сожалением отметила про себя, что в последнее время она постоянно так разговаривает. Власть сильно изменила ту девочку, которую знала и любила Санта.
  Травница покорно встала и, не прощаясь, вышла из детской.
   *****
   Душный летний день не располагал к работе. Поэтому из небольшого кабинета без окон, в котором обычно предпочитал работать советник Лайонелл, пришлось перебраться сюда. Хотя вообще-то просторная комната, обставленная дорогой резной мебелью работы лучших мастеров Диармайда, предназначалась для проведения деловых встреч с высокопоставленными лицами. Стеллажи, доверху заполненные книгами, выдавали любовь Лайонелла к чтению. Здесь же стоял открытый шкаф с коллекционными бронзовыми статуэтками Великих созвездий, украшенными россыпью бриллиантов, изумрудов и рубинов. Лайонел полжизни разыскивал эти шедевры, ставшие не просто ценной инвестицией, но и любимым увлечением. Уникальная коллекция нашла себе приют на самом видном месте, и хозяин кабинета всегда с гордостью отмечал зависть в глазах гостей.
   Первый советник короля снова пробежался взглядом по лежащему перед ним документу. Несмотря на то, что мужчина уже едва ли не на память заучил содержание и мог лучше самих составителей рассказать, где стоят запятые, он снова и снова перечитывал злосчастное послание, спутавшее все карты. Как же это не вовремя. Советника отвлек тихий стук в дверь, после чего не дожидаясь разрешения, в кабинет вошел его личный помощник. Деверо Хобкинс, около тридцати лет отроду, приземистый, тучный мужчина постоянно потел и волновался обо всем. Все же, он сумел заслужить уважение окружающих тем, что продержатся на этой должности так долго. А все благодаря исполнительности и услужливости. Лайонелл знал, что Хобкинс в точности исполнит любое поручение, не задавая лишних вопросов.
   - Я посылал за тобой полчаса назад, - проворчал советник и потряс в воздухе документом, который так долго изучал. - Король это уже видел?
   Хобкинс откашлялся и, не глядя на непосредственного начальника, обреченно отрапортовал:
   - Король его и прислал...
   Лайонелл глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стараясь подавить растущую ярость. Он был разумным человеком и считал, что поддаваться чувствам последнее дело. Злоба затуманивает ум, лишая мысли здравости, а решения расчета и взвешенности. Но, Великое созвездие ему в свидетели, как же это трудно, если тебя окружают одни идиоты! Иногда хочется дать волю гневу. Так, чтобы головы с плеч летели! Первый советник прикрыл глаза, представляя свое правление. Сколько недалеких и бестолковых попадет в опалу. Но тут же одернул сам себя. Не время. Пока ещё нет. Он устроит им темную... Когда на его голове будет сверкать корона. Взяв себя в руки, советник подал помощнику письмо:
   - Быстро доставь в купеческую гильдию.
   Он снова попытался вернуться к работе. Не прошло и нескольких минут, как его отвлек звонкий заливистый девичий смех, нарушая и без того хлипко держащуюся чашу душевного равновесия. Лайонелл точно знал, обладательницу этого голоса. Она раздражала сильнее, чем все люди в мире вместе взятые. Глупая, недалекая, капризная, избалованная... Да он до конца своих дней мог бы перечислять её "достоинства". Мужчина оглянулся и с ненавистью посмотрел через окно в сад. Среди фрейлин царственно восседала её королевское высочество, аселайн Луричия. Семнадцатилетняя выскочка, взбалмошная девчонка, которая никого вокруг себя ни во что не ставит. Её бы выпороть хорошенько, чтобы выбить всю дурь раз и навсегда. Да куда там! Единственная дочь королевской семьи. Наследница! Величества носятся с ней, потакают всем капризам, балуют. По первому щелчку у Луричии есть все, чего душенька пожелает. Ветилен и Рамония прощают все её выходки и тратят много времени и денег, чтобы сохранить их в тайне. Чем лучше репутация дочурки, тем удачнее её можно выдать замуж.
   А невеста из Луричии получалась выгодная. Несмотря на то, что Биарицца не имеет прямого выхода к морю, у страны обширные торговые связи благодаря нескольким полноводным рекам, протекающим через всю страну. Даже столица, Ивори, построена на двух берегах реки. Благодаря выгодному географическому положению, она находится на пересечении большинства торговых путей на материке. Именно по этой причине город один из самых богатых на Дайодженесе. Тот, кто женится на маленькой паршивке - спасибо немалому приданому - станет богатейшим правителем. И это понимали многие, так что казна пополнялась дорогими подарками от желающих заполучить её руку и сердце.
   Лайонелл раздраженно вздохнул, отбрасывая неприятные мысли о претендентах на его корону, и вновь попытался заняться текущими делами. Это оказалось непросто: смех Луричии и фрейлин слишком отвлекал. Что ж, значит, придется использовать единственный известный ему способ избавиться от этой девчонки.
   Мрачно усмехнувшись, советник поднялся и вышел на веранду.
   - Доброго здоровья, аселайн, - он сознательно не обратил внимания на фрейлин. - Услышал в саду ваш чудный смех, и не мог не подойти, чтобы поздороваться.
   - Поздоровался? - холодно осведомилась Луричия, глядя на него в упор, и Лайонелл не сдержал улыбку: гордая осанка, уверенность, высокомерие. Чувствуется воспитание матери. - Ещё что-нибудь?
   Это был уже не намек. Аселайн его отсылала, как дворецкого или служанку. Скрипнув зубами, Лайонелл все же усмирил огромное желание подержаться за её горло.
   - Очаровательная принцесса, - восхищенно заговорил он. - Ваша красота с каждым днем все больше расцветает. Молва о ней уже давно бродит по другим королевствам. Мне все чаще приходится общаться с претендентами на вашу руку и сердце...
   В глазах советника мелькнуло злорадство. Он прекрасно знал, как задеть маленькую негодницу за живое побольнее.
   - Ну, - развел он руками. - Вы - принцесса, аселайн, единственная наследница. Когда придет время, родители выберут достойного, и вы должны будете исполнить свой долг перед страной...
   - Я не хочу! - девушка вскочила на ноги. - Родители не станут меня заставлять!
   - Родители вас и спрашивать не будут! - тон советника резко переменился. - И повезет, если вам выберут в мужья, например, Фердинанда, короля Салоума. Старик говорят весьма неравнодушен к молоденьким девушкам... Хотя, если слухи не врут о его вкусах, то вы, дорогая аселайн, для него староваты. Так что не стоит беспокоиться. Он быстро забудет о вас в объятиях очередной юной прелестницы. Как только родите ему законного наследника, естественно. Бастардов Фердинанд уже наплодил. Конечно, если переживете роды. Я слышал, что это ужасно больно и не обходится без последствий: вы растолстеете, кожа станет дряблой и обвисшей. После этого, прекрасная аселайн, о замужестве можете больше не волноваться. Даже если вы и овдовеете, никто не возьмет вас в жены.
   Лайонелл расчетливо разрисовывал недостатки будущих женихов. Он пугал эту принцесску замужеством с детства, и сейчас это, наверное, единственное, чего она боится. Вон как раскраснелась.
   Тихий голос одной из фрейлин, с толстыми русыми косами вывел его из задумчивости:
   - А если не повезет?
   - А если не повезет, - Лайонелл огорченно вздохнул. - Тогда наша очаровательная Луричия выйдет замуж за кого-то вроде наследника Диармайда. Он молод, но славится своими... "подвигами". Говорят, - голос советника стал чуть тише, а сам он оглянулся по сторонам, словно выдавал государственную тайну, - Синклер жестокий и бессердечный, воин до кончиков ногтей. Если этого... человека выберут вам в мужья - незавидная ваша судьба. Он будет избивать вас, мучить... А может и покалечит! А какие варварские обычаи в Диармайде! Женщину за проступок могут сжечь заживо, или ещё хуже!
   - Хуже? - сглотнула любопытная девушка.
   - Её могут живьем замуровать в стене или забить камнями...
   Фрейлины испуганно зашушукались и отступили от советника на пару шагов:
   - Невозможно... Варварство... Это незаконно... Что за зверства...
   Только одна Луричия продолжала стоять на месте:
   - Это неправда! - отчаянно воскликнула принцесса. - Я спрашивала купцов...
   - Ах, бросьте...- умиленно всплеснул руками Лайонелл. - Кто из купцов скажет вам правду? Если не король Ветилен, так сам наследник Диармайда ему голову за это отрубит.
   - Не могут же все врать... - её глаза, затянула мокрая пелена, а голос предательски дрогнул.
   - Ах, дорогая аселайн, - это был его любимый момент. Советник опустил голову и вложил в свой тон всю грусть, какую мог. - Никто не осмелится сказать вам правду в страхе за свою жизнь. Даже я, несмотря на хорошее отношение к вам, если станет известно об этом разговоре, буду все отрицать... Бедняжка...
   Окончание прозвучало вдогонку убегающей в слезах наследницы трона Биариццы. Её плач - просто музыка для ушей. Едва шумная свита принцессы скрылась за поворотом, первый советник расплылся в довольной улыбке. Настроение улучшалось на глазах.
   Мужчина, напевая себе под нос что-то веселое, ушел в кабинет и теперь уже окончательно вернулся к прерванному занятию. Перед ним лежало очередное письмо, в котором сообщались крайне неприятные известия. Скончался король Диармайда Ритардет. И выбрал же время! Лайонелл раздраженно откинулся в кресле. У Биариццы огромные долги перед Диармайдом. Ветилен и Рамония ужасные правители. Государственные дела их никогда не волновали. Именно под их руководством богатая и процветающая страна превратилась в нищую. Пышные балы и празднества, столь любимые королевской четой влетали в монету государственной казне. Разорению так же способствовали дорогие увлечения царственной пары. Ветилен был помешан на редких породах лошадей и собак, предпочитая охоту управлению страной. А королева, обожающая роскошные украшения и наряды, давным-давно практически поселилась в самых фешенебельных магазинах города. Лайонелл этому не препятствовал. Даже наоборот - как мог, потакал прихотям королевской четы, увеличивая налоги и доводя казну до разорения. Его план был предельно прост - однажды Ветилену и Рамонии придется расплачиваться. Но таких денег в казне нет. И тогда Лайонелл буквально купит страну практически за бесценок.
   Если новый король Диармайда сейчас потребует уплаты всего долга сразу, то Биарицца выстоит. Но это станет весьма ощутимым удар. Да и планы Лайонелла пойдут прахом. Придется начинать все сначала. Это слишком долго, он и так потратил на воплощение этой задумки полжизни.
   Мужчина вздохнул. Остается только тянуть время. Нужно ещё хотя бы пару лет, хотя бы пару лет...
   Советник отложил письмо из Диармайда и тонким ножом вскрыл восковую печать на послании, привезенном из Саолума. Только сейчас, открывая, Лайонелл заметил, что на конверте стоит личная гербовая печать Фердинанда - Лев, стоящий на дыбах. Мужчина презрительно фыркнул. Лев! Когда это было? Да сейчас он на старого, полудохлого и облезлого кота тянет с трудом.
   Что тут у нас? Мы король такой-такой-то...Лайонелл пропустил пару абзацев с титулами и владениями... Бегло пробежал глазами пожелания здоровья и долголетия... Ага! Наконец-то суть!
   Советник прочитал письмо и отложил в сторону. Занимательная корреспонденция. Значит, Фердинанд желает познакомиться с Луричией и просить её руки у Ветилена. Причем это была не просьба. Монарх просто поставил их в известность о своих намерениях. Сам венценосец и его двор прибудут через пять дней. Лайонелл фыркнул. Чтобы преодолеть расстояние между столицами Биариццы и Саолума достаточно трех суток на быстроходном корабле. Но стареющий Фердинанд, известный своей любовью к широкому размаху и помпе, не упустит возможность покрасоваться. Помнится, в прошлый свой визит, правитель Саолума, или как у них принято говорить "наместник", приехал сухопутным путем и по прибытии в столицу устроил роскошный парад. Он надеялся удивить Ивори невиданным доселе представлением. Лучшие цирковые трупы, фокусники, акробаты и факиры привели жителей столицы в восторг. Король Фердинанд ликовал.
   И вот, такая приятная неожиданность...
   В дверь снова постучались, и на пороге возник Хобкинс. Советник никак не выказал удивления, что помощник так быстро выполнил задание. Тем более не стал хвалить.
   -Ты вовремя, - недовольно буркнул Лайонелл. - Для тебя есть работа.
   - Слушаю, - шумно сглотнул его личный помощник. Несчастный постоянно нервничал, потому, что советник никогда не был доволен проделанной работой, и если не ругается и не кричит, это уже хорошо.
   - Скоро прибывает король Фердинанд, - бесстрастным тоном сообщил ему советник. - Подготовь Кьярваль.
   Уточнять, не требовалось. Кьярваль одна из красивейших резиденций короля Ветилена и каждый раз, когда в столицу пребывали высокопоставленные гости, их размещали именно здесь. Роскошный дворец радужно отворял резные врата для новых жителей. Готические шпили, величественно стремящиеся ввысь, гордо смотрели на жителей Ивори, кокетливо поблескивая красной крышей. А тонкие башенки цвета слоновой кости лишь подчеркивали его изящную, элегантную и в чем-то строгую красоту. То, что Кьярваль находился практически за городом, только придавало ему шарма. Дворец утопал в зелени садов, а сразу за ним начинался лес - охотничьи угодья Ветилена. Король Фердинанд очень важная птица. Поселить его в другом месте было бы просто оскорблением.
   - Сейчас же отдам все необходимые распоряжения, - кивнул головой Хобкинс и, вытерев пот со лба, торопливо оставил кабинет, спеша выполнять поручение. Пока начальник не передумал и не обругал за какой-нибудь проступок.
   Лайонелл откинулся в кресле, задумчиво рассматривая потолок. У него в голове крутилась только одна мысль. С чего такая срочность? Давно было понятно, что Фердинанд, станет добиваться свадьбы с Луричией. Это вполне обдуманный и закономерный шаг, политически правильный и выгодный. Будь Лайонелл на его месте, поступил бы точно так же. Благодаря династическому союзу, наместник может присоединить к своим владениям большую и в перспективе богатую страну. Тем самым оставив далеко позади ближайшего соперника на политической арене - Диармайда.
   Но такие вещи не делаются так... спонтанно. Есть протокол. Сначала Фердинанд обязан официально объявить о своих намерениях, известив глав ближайших стран. Это на случай если будущую невесту уже кому-то пообещали. Родители должны выждать минимум три месяца, а потом или принять, или отвергнуть предложение. Столь быстрое заключение брака возможно только в двух случаях: если родители жениха и невесты с детства подписали контракт, и по достижении определенного возраста (как правило совершеннолетия) играют свадьбу, или если репутация принцессы скомпрометирована. Ни первого, ни второго в данном случае не было. Советник мог за это головой поручиться. И неважно, что он говорил аселайн. Лайонелл понимал, что за внезапно вспыхнувшим желанием наместника стояли вовсе не романтические порывы. Он нутром чуял - скоропостижная кончина правителя Диармайда сыграла в этом не последнюю роль.
   *****
   Наместник Саолума прибыл вечером пятого дня. Как ни странно, в этот раз обошлось без роскошных парадов и представлений. Да и свита, сопровождающая Фердинанда, была куда скромнее. Лайонелл лично приветствовал вновь прибывших. Советник искренне удивился, когда ему передали отказ знатного гостя участвовать в организованном в честь его благополучного прибытия приеме. За королем Фердинандом прочно укрепилась слава любителя разгульной жизни.
   Все стало на свои места, когда Лайонелл встретился с правителем лицом к лицу.
   Оказалось, что наместник болен. Сильно. Его немолодое лицо, исхудавшее, бледное и осунувшееся, наводило на мысли о живых мертвецах. Мужчина ещё мог передвигаться сам, но надолго оставшихся сил не хватало. Свиту, сопровождающую его, в основном составляли лекари. Он так ослаб за время путешествия, что принимал советника прямо в отведенных ему покоях. Первое, что почувствовал Лайонелл - стойкий запах благовоний, которым видимо, пытались заглушить характерный аромат лекарственных снадобий и отваров. Советник с неудовольствием поморщился: сколько бы не прожил здесь наместник, комната насквозь пропитается этим тошнотворным запахом. Никакие проветривания не помогут - придется менять обстановку. А ведь это одна из лучших комнат дворца, можно сказать его гордость.
   Стоило ему войти, как, повинуясь жесту своего повелителя, комнату спешно оставили все, кроме личной охраны и маленького пажа, подливающего своему повелителю что-то в бокал. Наместник в этом плане был параноиком ещё тем, без охраны и в туалет не ходил. Фердинанд полулежал на стоящем в центре комнаты диване.
   Лайонелл придал лицу каменное выражение, стараясь не видать радости, при виде состояния, в котором находится наместник. Он загнал поглубже мысли о том, что если повезет Фердинанд отдаст богу душу, так и не женившись. Лишь бы не спугнуть удачу! Вариант чтобы Луричия овдовела, его катастрофически не устраивал. Понятно, что ни знать, ни дальние родственники-претенденты на трон Саолума не позволят пятнадцатилетней девчонке занять трон. Но вот Рамония и Ветилен смогут выжать из этого замужества максимум и скорее всего даже рассчитаться с долгами. А потом повторно выдадут вдовствующую дочурку замуж.
   - От имени короля Ветилена и его супруги Рамонии, рад поприветствовать вас в Биарицце, - как можно бесстрастнее поздоровался советник и церемонно поклонился.
   Фердинанд ничего не ответил. С минуту он изучающе смотрел на гостя. Лайонелл отметил, что взгляд наместника, несмотря на общее плохое состояние, не утратил прежней проницательности.
   - Оставьте, - мужчина презрительно фыркнул. - Вы знаете, зачем я здесь.
   - Чтобы сделать предложение аселайн, - хватило бы просто кивка, но Лайонелл предпочитал все озвучивать. В дальнейшем это исключит любое недопонимание.
   - Что решил Ветилен? - хмуро спросил Фердинанд, давая пажу знак подложить подушек.
   - Его величество ещё не принял окончательного решения, - это была наглая ложь. Ветилен приказал дать положительный ответ.
   Фердинанд зашелся мучительным грудным кашлем. Паж тут же принес ему кубок, и помог сделать несколько глотков. Лайонелл терпеливо подождал, пока наместнику станет лучше, понимая, что разговор не окончен.
   - Хватит танцевать вокруг горшка! - рявкнул Фердинанд едва ему полегчало, в который раз подтверждая, что у него крайне не сдержанный и вспыльчивый характер. - Ты прекрасно видишь - я недолго продержусь. Мне нужен наследник!
   Он снова зашелся кашлем. Лайонелл переждал очередную вспышку, и спокойно возразил:
   - Но протокол...
   - Формальность! - фыркнул не видящий в этом препятствия Фердинанд. И сам того не подозревая загнал советника в тупик. Почти все его аргументы были привязаны к этому обстоятельству. Но он забыл, что его высокопоставленный гость по натуре своей - распущенный мужлан. И теперь лихорадочно пытался что-то придумать.
   - Вы не единственный претендент... - попробовал использовать последний аргумент Лайонелл, но наместник его перебил:
   - Ты хочешь сказать, что кто-то дал им больше денег, чем я? - Фердинанд на мгновенье забыл, что сильно болен, и подался вперед. Его глаза блеснули хищным блеском. - Кто?
   Лайонелл решил особо не фантазировать. Тем более что, судя по взгляду наместника, ему казалось, он знает ответ. Советник не стал его разочаровывать:
   - Наследник Диармайда.
   В комнате воцарилась тишина. Фердинанд снова откинулся на подушки. На его лице отразилась напряженная работа мысли. Лайонелл тактично не мешал.
   - Скажи Ветилену, я дам больше, - наконец, решился он. - Любые деньги. Пусть сам назовет сумму.
   Советник кивнул и сдержанно попрощавшись, покинул покои наместника. Выйдя за двери, он с удовольствием вдохнул свежий воздух. Конечно, Фердинанд отчаянно пытается оставить после себя законного наследника. Губы Лайонелла тронула циничная усмешка: интересно, он ещё в состоянии? Его последнее предложение - крик отчаянья. Ему нужна королева, которую все признают. И наместник действительно заплатит любые деньги. Да он и луну с неба достанет из страха, что Диармайд опередил его. Два давних и непримиримых соперника. Если ничего не получится, то с его смертью в Сауломе начнется междоусобица. Королевство станет легкой добычей. Особенно для молодого любителя сражений, коим описывали Синклера, наследника трона Диармайда.
   Лайонелл отправился в свои покои крайне довольный беседой. Понятно, что Ветилен ничего не узнает о предложении Фердинанда. Чего глаза не видят, того сердцу не жаль. То же самое и с наместником. Затея Лайонелла предполагала большой риск. Но если все получится - выгода с лихвой все перекроет.
   Он так увлекся, что не заметил, невысокую девичью фигурку, дождавшуюся его ухода и постучавшуюся в только что закрывшуюся за ним дверь. Задержался бы Лайонелл хоть на мгновенье, то увидел бы ту самую любопытную фрейлину с толстыми косами. Но в этот раз вместо дорого наряда приближенной принцессы на ней было простое грязное тряпье, снятое с помощницы кухарки.
   - Лекарь прислал снадобье для хорошего сна, - промямлила она испуганно охраннику, открывшему дверь и, сунув ему в руки глиняную колбу с отвратительно пахнущей жидкостью, бросилась наутек. Охранник взял колбу и поставил на небольшой туалетный столик к другим лекарствам. Вот только если бы придворному лекарю сказали, что он прислал королю Фердинанду зелье, тот бы необыкновенно удивился.
   * * *
   О том, что приезжает наместник Саулома, Луричия узнала еще несколько дней назад. Это известие, намного опередило самого наместника. И ни для кого не являлось секретом зачем. Весь высший свет гудел о её возможном замужестве. Принцесса не могла пройти по коридорам родного дворца, чтобы не увидеть сочувственные или злорадные взгляды. А "тихий" шепот за спиной и вовсе доводил до белого каления: "Смотрите, смотрите! Её ещё не увезли!", "Ах, бедна девочка...", "Такая молодая и замуж...". Высший свет Биариццы поделился на три лагеря: те, кто радовался, перспективе избавится от аселайн, сочувствующие ей, и самый немногочисленный и тихий среди всех - осуждающие Фердинанда и это замужество. Но их всех объединяло великое чувство - любопытство. От кухарки до фрейлины королевы, все задавались одним и тем же вопросом: почему так поспешно?
   Жалостливых Луричия ненавидела больше всего. Ей хотелось задушить или разорвать их в клочья. Но не судьба. Зато судьба добраться до Фердинанда.
   Конечно, убивать его никто не хотел. Только хорошо проучить. Луричия обдумала все, до мелочей. И подготовилась. По настоянию матери, её пытались обучать алхимии и медицине. Особых успехов Луричия, признаться честно, не достигла, однако в ее распоряжении все же была лаборатория, полная всевозможных зелий и компонентов для их приготовления. Ими-то девушка и воспользовалась, смешав в одной колбе максимум ингредиентов, до которых только смогла добраться. Получилась ужасно воняющая, болотно-зеленого цвета жидкость. Немного подумав, она назвала это снадобьем для улучшения сна. Вообще-то Луричия не думала, что это кто-то выпьет. Основная ставка была на убийственный запах. Девушка не знала и не могла знать, что очень больной Фердинанд уже привык и не к таким ароматам, и чтобы улучшить самочувствие покорно пьет все, что наливают.
   В качестве посыльного принцесса выбрала самую простодушную и безотказную из фрейлин. Переодев несчастную, напуганную до полусмерти девушку в заранее украденное с кухни платье кого-то из прислуги, Луричия в последний раз проинструктировала и послала в северный дворец.
   Эффект превзошел самые смелые её ожидания.
   На следующий день дворец облетело известие о скоропостижной кончине наместника Фердинанда. Все списали на тяжелую болезнь и длительное путешествие, окончательно подломившее его здоровье. И лишь некоторые, очень тихо по углам, поговаривали о яде.
   И совсем тихо вела себя аселайн. Сказавшись больной, принцесса заперлась в своей комнате и никого, даже фрейлин не впускала. Девушка на самом деле чувствовала себя больной. Её лихорадило и трясло, не хватало воздуха. При этом она категорично запрещала открывать шторы, сидя в полной темноте.
   Чтобы не говорили об аселайн, бессовестной она не была. С самого детства Луричие твердили, что Великое созвездие видит все происходящее в ночи. И накажет каждого, кто поступает не по совести. Мимолетный шорох в комнате и за дверью, свист ветра за окном... Во всем напуганная принцесса видела знаки. Она все ждала, что вот-вот откроются двери и за ней придет Микос - крылатая богиня возмездия. Голову не покидали мысли о том, как умирал Фердинанд. Было ли ему больно? Умер ли он в муках или тихо, во сне? Перед глазами то и дело мелькало измученное долгими страданиями лицо, и то, как он корчится в конвульсиях.
   Луричия не могла успокоиться, уснуть. Она не желала смерти престарелому ухажеру. Всего лишь не хотела замуж, пыталась не дать навязать себе брак. И вот что из этого вышло.
   Гореть ей в очищающем огне с другими грешниками.
   Но прошло два дня. Гнев Великого созвездия не обрушился на её грешную голову, земля под ногами не разверзлась, молнии не испепелили... Не произошло ничего.
   Аселайн задумалась над тем, действительно ли она совершила такой большой грех? Ведь говорят же: во всем воля Великого созвездия. Может, это судьба, а она стала орудием в его руках?
   Луричия долго думала обо всем произошедшем. Под конец Фердинанд как-то незаметно превратился в жестокого и беспощадного тирана. А она сама - в героя-освободителя.
   Последним аргументом, для все ещё слабо возмущающей совести, стали мысли о том, что если бы Луричия действительно согрешила, то кара уже настигла бы её.
   Убаюкав, таким образом, свою совесть, принцесса и сама уснула. Впервые за двое суток. А проснувшись, почувствовала себя отдохнувшей и посвежевшей. И ужасно голодной. Аселайн впервые за прошедшие два дня открыла шторы и даже улыбнулась ясному летнему деньку. Она восприняла это как знак, что прощена.
   Уже через несколько дней Луричия поняла, что поторопилась с выводами...
   Глава 1
   Луричия сидела у себя в комнате и грызла ногти. Не царское это дело, но она с детства так делала, когда переживала. А сейчас повод был, и ещё тот! Неделю назад все было хорошо: пышная свита, богатство, слава и любящие родители. Правда, виделись они не так уж и часто... Но в этом то и прелесть! Никто не вмешивается в твои дела, не заставляет учиться. Если возникают проблемы, достаточно только скорчить несчастную рожицу, шмыгнуть носом:
   - Это все потому, что мне не хватает родительского тепла и внимания... - чтобы они прочувствовали всю степень своей вины и простили любимую дочь за все грехи. Ещё один плюс - много подарков. В глубине души принцесса понимала, что это банальный откуп, но была не против. Другого внимания её свободолюбивая натура и не требовала.
   Неделю назад она была любимой всеми аселайн, принцессой.
   Луричия осмотрелась. Эта комната совершенно не изменилась за прошедшую неделю. Все те же кремовые шторки... все те же игрушки, разбросанные повсюду... мягкая мебель в тон обоям и шторкам. Раньше наследная принцесса царства Биариццы обожала этот цвет - кремовый. Кто мог подумать, что пройдет неделя и все кардинально изменится. Мягкий тон стен, легкая, словно воздушная обстановка комнаты, элегантные шторки... О, как же все это бесит! Луричия яростно пнула первое, что попалось под ногу - большого плюшевого мишку.
   Все пошло к демонам в гости, когда родители ни с того, ни с сего позвали её в тронный зал на аудиенцию. Причём, срочно.
   Первая мысль, посетившая принцессу: родители узнали, кто убил Фердинанда. Хвала великому созвездию, Луричия блондинка, потому, что по дороге в тронный зал у неё точно появились седые волоски. Конечно, мама с папой её любят. Но даже Ветилен и Рамония не смогут замять дело об убийстве монарха другой страны.
   Как они узнали? Может фрейлина проболталась? А, теперь не важно...
   Живая фантазия мигом обрисовала ей перспективы на будущее: виселица, палач с топором, смерть под пытками... Луричие стало дурно. От безнадежности и отчаянья захотелось выпрыгнуть в окно. Девушка покосилась на сопровождающую её личную охрану Ветилена. Король прислали конвой из восьми человек, так что этот вариант отпадает в принципе.
   Пока аселайн размышляла, не заметила, как добралась до тронного зала. Остановившись у двери, перевела дух. Негоже наследной принцессе показываться придворным в растрепанном виде. Если Луричие суждено умереть, то она встретит свою судьбу с высоко поднятой головой. Приведя себя в порядок, девушка царственной походкой вошла.
   Как правило, аселайн любила сюда приходить. Тронный зал, изысканно величественный и неправдоподобно красивый, сегодня был необычайно многолюден. Придворные, гудевшие каждый о своем, с её появлением как по команде стихли. "Конечно, - проскочила ехидная мысль, - кто пропустит такое веселье?"
   Луричия не раз наблюдала за теми, кто оказывался в подобной ситуации. Ей было их жаль, но не настолько, чтобы вмешиваться. При дворе короля Ветилена нет места дружбе и привязанностям. Только связи и полезные знакомства. И если ткнуть нож в спину вчерашнему партнеру будет выгодно - вгонят по самую рукоятку. Девушка тряхнула головой, сосредотачиваясь на происходящем вокруг. Едва только герольд переступил порог её комнаты и сообщил, что родители желают видеть свою дочь, Луричия поняла - решается её судьба.
   Аселайн подошла к трону, и присев в реверансе, поздоровалась:
   - Доброго здравия королю и королеве. Долгих лет жизни и процветания стране, который вы правите, - она так и замерла. Процедура для всех одна - даже принцесса, не могла смотреть на правителей, без их позволения.
   - Можешь встать дочь моя, - немного помедлив "милостиво" разрешила ей матушка-королева. Аселайн встала. Сердце бешено колотилось, но она старалась сохранять спокойный вид, так и не решившись посмотреть прямо на родителей.
   -Я покорна вашей воле, - Луричия действительно готова была смиренно принять наказание, посланное высшей силой. Только теперь она начала понимать, как наивно с её стороны было полагать, что сможет избежать расплаты.
   -Это хорошо, - довольно сказал отец.
   Принцесса невольно подняла на родителей изумленные глаза. Не снится ли ей это? Отец в хорошем настроении? Или он так доволен, что сможет убить родную дочь, или...В душе впервые несмело замерцал огонек надежды. Или родители ничего не знают, а её позвали по какому-то другому делу.
   Луричия быстро опустила глаза, чтобы никто не заметил обуревающих её чувств.
   - Могу ли я спросить моих дорогих родителей, чем обязана такой радости - видеть вас в добром здравии и в хорошем расположении духа? - ну и загнула. И пусть этот старый пень, учитель словесности не ноет, что она безграмотна.
   Ветилен и Рамония переглянулись, и их лица озарили довольные, если не сказать счастливые улыбки. Луричия же окончательно уверовала в то, что наказывать её за убийство пока не собираются. И ту же остро встал другой вопрос: какого демона тут происходит?
   - Дорогая дочь, - прервал её размышления отец-король. - Мы позвали тебя по крайне важному делу.
   -Да, - кивнула в такт его словам мать, с блаженным выражением лица. Прежде Луричия видела родителей такими счастливыми только один раз: когда умер дедушка, прежний король. Ей было восемь, но девочка все хорошо запомнила. Мать целый день провела в детской. Рамония принесла корону украшенную драгоценностями и алмазами, и, одев на голову, все время смотрела на себя в зеркало. У матери было такое же выражение лица, как у влюбленных, и абсолютно счастливых людей.
   Аселайн окончательно убедилась, что ничем хорошим эта встреча для неё не закончится.
   - Я внимаю вашим словам, - ещё один изящный и элегантный поклон.
   - Я человек весьма прямолинейный, поэтому скажу как есть! - обрадовал отец. - Вчера вечером наше царство посетили послы из соседней империи - Диармайда. Встреча состоялась по делу государственной важности.
   -Да, - вторила ему мать. А Луричия насторожилась. К ним постоянно приезжают разные послы. Раньше это, конечно было событием, но такого ажиотажа не вызывало. И не требовало присутствия наследной принцессы. Значит, они приехали по делу связанному с ней. В противном случае, родители не звали бы её. Да к тому же, гости из Диармайда. Тоже мне хорошие соседи нашлись! Чего им тут понадобилось?
   - Послы приехали к нам с предложением дружбы и мира, - бодро рассказал отец, словно прочитав её мысли. - Давний друг и союзник, предложил укрепить связи между нашими странами. Для этого мы решили заключить династический союз между королевскими семьями...
   Отец ещё долго распинался о важности и пользе этого брака для двух стран, но Луричия его не слушала. Она будто провалилась во тьму.
   Союз. Династический....Замужество... Все, жизнь кончена...
   Стоило избежать брака с престарелым извращенцем, чтобы стать женой жестокого Принцессе вспомнился рассказ Лайонелла, об ужасных обычаях Диармайда. И к этим варварам Ветилен хочет отправить единственную дочь с такой радостью?!
   Нет! Луричия решила не сдаваться так легко , и воспользоваться последним средством в своем арсенале, которое до сегодня не давало осечек. Она так и стояла с опущенной головой, когда начала тихонечко всхлипывать.
   -Что с тобой, дочь моя? - спросил отец, король Ветилен, без особой тревоги в голосе. Родители к истерикам принцессы уже начали привыкать.
   Луричия подняла на родителей влажные от слез глаза, стараясь не переиграть и не расплакаться раньше времени.
   - Что с тобой, доченька, милая? - встрепенулась королева Рамония. Средних лет женщина, все ещё хранящая следы былой красоты, стройная и элегантная, любила деньги, власть и мужа, который всё это обеспечивал. Сейчас его возможность и дальше радовать её такими привычными для неё вещами, напрямую зависела от Луричии.
   - За что вы со мной так... жестоко? - девушка превзошла саму себя. Одинокая слезинка покатилась по щеке, голос дрожит... Придворные ахнули - бедный ребенок, король с сомнением посмотрел на супругу, а его жена вскочила с трона и, подбежав к единственной дочери, обняла:
   - Ах, милая! - у королевы голос дрожал не хуже чем у дочери. На лицо семейное сходство. - Это не наказание, а величайшая честь! И я так горжусь тобой.
   Следует отдельно заметить, что слова "горжусь тобой" по отношению к юной принцессе королевская чета применила впервые. Рамония и Ветилен, никогда не говорили, что гордятся ею. Повода не было. Их единственная дочь выросла маленьким, неблагодарным, упрямым и капризным ребенком.
   Стоит ли говорить, как опешила от такого заявления Луричия?
   -Мама... - принцесса растерялась и даже забыла про те ужасы, что ждут в далеком варварском королевстве. Немного отстранившись, Луричия заглянула в лицо матери, пытаясь понять, о чём та думает.
   - Девочка моя, - Рамония любовно погладила светлые волосы дочки, уложенные в простенькую прическу. - Скоро ты выйдешь замуж. Разве не прекрасно? Покинешь отчий дом. Уедешь с мужем... Разве это не чудо? Мы не только нашли ду...э-э-э... человека, готового на тебе жениться, но и сделали это с пользой для королевства!
   Рамония как девочка запрыгала на месте от радости. Луричие показалось, что она прыгает по последнему гвоздю в крышке её гроба. Нашли дурака, готового на ней жениться? С пользой для королевства? Ну, родители! Обождите!
   - А если свадьба не состоится? - тихо и очень спокойно спросила аселайн.
   - Что прости? - до королевы не сразу дошел смысл вопроса. - А-а-а... Ну, если свадьба не состоится, то Диармайд объявит нам войну и сотрет с лица земли.
   Луричия уже собралась сказать родителям, где именно она видала это замужество и проблемы, которые у них будут, когда вмешался король:
   -Ах, да! - обыденным тоном сообщил он. - Можешь собой гордиться. Ты победила шестерых претенденток. Могу предположить, что они захотят тебе отомстить...
   - Как отомстить? - минуту назад Луричия думала, что хуже быть просто не может! Теперь ей собрались мстить соперницы, о которых аселайн понятия не имела, за победу, и даром не нужную, в состязании, в котором лучше бы проиграть.
   - Ну, мы уже поймали четверых наемных убийц, - Ветилен задумчиво посмотрел в сторону, припоминая подробности. - Двое отравились, одного случайно убили в процессе поимки. Ну, а последнего как раз... допрашивают. Не волнуйся, доченька, мы тебя защитим.
   Прежде чем Луричия смогла что-либо возразить, подле неё стали два стражника.
   - Что??? - аселайн в шоке уставилась на родителей.
   - Сейчас ты - самое дорогое сокровище Биариццы. Тебя будут охранять день и ночь, - глаза короля заблестели, и он слегка наклонившись вперед, предупреждающе сказал: - Ты выйдешь замуж за наследника Диармайда, даже если небо рухнет нам на голову. Ясно?
   Отец впервые говорил с ней так жестко.
   - Да, - вяло промямлила она, чувствуя, капельку пота, скатившуюся по щеке. Да, Ветилен умел запугать кого угодно. Интересно, принц Диармайда такой же?
   - Вот и славно, - король снова стал добродушным весельчаком, чем напугал дочь ещё больше. - Теперь можешь идти в свою комнату и готовиться к предстоящему торжеству. Твой будущий муж прибудет через неделю.
   Он сделал жест, будто слугу отпустил. Забыв о приличиях, Луричия повернулась и на негнущихся ватных ногах пошла к себе в комнату. Хотелось упасть в обморок. Но вся эта публика и так вдоволь потешилась за её счет. Ещё одно представление принцесса не устроит.
   Пока Луричия шла в голове начало потихоньку проясняться. Что там сказал отец? Есть неделя? Отлично. Времени предостаточно. Луричия успеет что-нибудь придумать, а дальше пусть хоть сами замуж выходят.
   Ветилен, обаятельный мужчина средних лет и крепкого телосложения, независимо от того, что думала о нём дочь, всегда правил железной рукой. Его решения диктовались рассудком, без жалости и сантиментов. Холодный расчет, острый ум и беспринципность помогли ему сохранить трон. А ещё за все годы правления он научился видеть людей насквозь. И сейчас Ветилен ни на мгновенье не поверил, что дочь станет покорно ждать своей участи. Не успела дверь за Луричией закрыться, как король стальным тоном приказал:
   - Утроить охрану и никого к ней не подпускать.
   Королева лишь мило улыбнулась супругу. В последнее время трон под ними ощутимо пошатнулся. Оба это понимали. Благодаря новому правителю, Диармайд, будь он не ладен, за короткое время стал слишком сильным соперником.
   Более двадцати лет в Диармайде царствовал Ритардет. Покойный был... лопухом, проще говоря. Рамония и Ветилен годами одалживали деньги, под мизерные проценты и не особо торопились их возвращать. Все закончилось, когда Ритардет неожиданно отдал душу великому созвездию, и на смену пришел его брат Раморез. Хоть он и был только регентом при несовершеннолетнем наследнике, но проявил себя сильным лидером, со стальной хваткой. Новый рулевой у штурвала управления государством не только перекрыл краник, но и потребовал возвращение долгов.
   Для королевской четы Биариццы это стало катастрофой. Таких денег не было во всем королевстве, не говоря уже о казне. Темные тучи сгущались, грозя погрузить Биариццу в кромешную тьму. Но хуже всего стало после того, как Раморез, устал от того, что его кормят завтраками. Регент объявил ультиматум.
   Королевская чета была в полном отчаянье. Но тут судьба сжалилась над ними, и на горизонте замаячил слабый лучик надежды: сообщение, разосланное по семи окружающим королевствам о том, что наследнику престола пришла пора жениться. И ему в срочном порядке подыскивают пару.
   Ветилен и Рамония отправляя портрет любимого чада, не сильно надеялись, что Синклер воспылает любовью с первого взгляда, или польститься на приданое. Поэтому когда появился Фердинанд - ухватились за его предложение. Смерть наместника стала для них настоящим ударом. Все их надежды рухнули.
   И тут случилось нечто неожиданное. Когда Ветилен и Рамония полностью отчаялись и уже не ждали от судьбы подарков, кандидатуру Луричии одобрили. И даже больше того - они хотят сыграть свадьбу как можно быстрее. Если Рамония и Ветилен не имеют ничего против, то регент с наследником прибудут через неделю, чтобы невеста с женихом могли сразу обвенчаться.
   Королевская чета не только не имела ничего против. Они и надеяться на такую удачу не могли. И наплевав на все приличия и протоколы, продали её со всеми потрохами.
   Поэтому план Луричии по побегу с самого начала был обречен на провал. Как бы она не старалась, какие хитрости, и уловки не пускала в ход - отец, будто мысли её читал. Самое обидное, что после того, как принцесса попыталась использовать для побега своих непутевых и, как в итоге выяснилось, абсолютно бестолковых фрейлин, к ней вообще перестали людей пускать. Ну, прислуга приносящая еду и наемные убийцы, которых несколько раз ловили возле её комнаты не в счет.
   Все, что оставалось делать несчастной аселайн - сидеть у себя в комнате и грызть ногти. Так себе развлечение, но какой у неё выбор?
   Спустя четыре дня принцесса так отчаялась, что даже стала читать учебники, бесхозно лежащие в комнате. Над названием первого она от души посмеялась. "Краткий учебник по истории словесности". А дальше не пошло. Целый день Луричия пыталась заставить себя читать то историю, то правоведенье, то свод заклинаний... Последняя книга, кстати сказать, оказалась настолько увлекательной и интересной, что девушка невольно над ней уснула.
   Проснулась она уже глубоким вечером, как раз той порой, когда ночные сумерки сгущаются до практически непроглядной тьмы. Разбудил принцессу шум в коридоре. Прислушавшись, она поняла, что там идет не шуточный бой. Но что могло произойти? Кто мог напасть на её покои?
   Луричия открыла дверь и едва не носом столкнулась с пробегающим мимо отрядом солдат. Личная гвардия Ветилена, лучшие воины столицы.
   Да что там у них происходит? Война?
   Девушка опасливо заозиралась, и неуверенно выйдя в коридор, сделала пару шагов по направлению к "полю битвы". И тут же застыла. Может это кто-то из убийц? Но тут же уверенно отмела эту мысль. В гвардию берут лучших солдат. Просто не существует такого сильного убийцы, чтобы столько гвардейцев не могли с ним справиться.
   За поворотом прогремел взрыв, сотрясая стены, и у принцессы под ногами дрогнул пол.
   Или все же бывает?!
   "Может соперницы?" - мелькнула надежда и тут же погасла.
   Тысяча проклятий на голову принцу Диармайда! Все эти неприятности посыпались на её бедную головушку, как только этот варвар появился на горизонте! Когда к ней сватался Фердинанд, было куда тише и спокойней. И намного больше шансов дожить до свадьбы...
   Ещё один взрыв и из-за поворота вылетел стражник, ударился о стену и так и остался лежать на полу. Шум боя, ещё доносился, но был уже едва различим. Или гвардия победила и дожимает врага, или... принцесса бросила быстрый взгляд на лежащего неподвижно солдата, с неестественно вывернутой шеей. Либо враг добивает остатки гвардии...
   Мысли в панике метались, от сожалений по поводу того, что она не вышла за Фердинанда, до актуального в данной ситуации вопроса: что же делать? Луричия бросилась к себе в комнату и закрылась на замок. Хотя дверь вряд ли удержит того кто смог одолеть мини-армию отца. Поэтому она свалила перед дверью, несколько пуфиков, попавшихся под руку. Больше баррикадировать дверь ей было нечем - остальную мебель она вряд ли с места сдвинет, не говоря уж о том, чтобы тащить через всю комнату. По двери начали с силой бить, и несчастный кусок дерева готовился вот-вот сорваться с петель. В отчаянье принцесса тихонечко всхлипывала, лихорадочно пытаясь придумать хоть что-то. Если бы только был способ его остановить, или хотя бы задержать, до прихода помощи... Но что она может? И в этот момент истинного отчаянья на глаза ей попался свод заклинаний. Там ведь должно что-то быть!
   Луричия схватила книгу и принялась лихорадочно искать хоть что-нибудь, что может пригодиться. Да пусть хоть сильное слабительное. Лишь бы остановить или хотя бы замедлить убийцу. А на глаза попадались только способы быстрого удаления пятен, разглаживания одежды или выведения бородавок. Нет, наемник, наверное, будет благодарен, если ему разгладить одежду и вывести бородавок. Но вряд ли настолько, чтобы оставить её в живых. Пока она искала подходящее заклинание, драгоценное время ушло. Дверь не выдержала и была благополучно сорвана с петель.
   У Луричии оставалось несколько секунд, пока убийца пробирался через получившийся завал. И решив, будь что будет, принцесса захлопнула книгу и открыла её на первой попавшейся странице. Убийца как раз прорвался, когда она прочла:
   - Омниа винсинт амор!
   И накрыла себя книгой, сильно сомневаясь в успехе своего колдовства. Но прошла секунда, вторая, и ничего не произошло. Девушка опасливо убрала книгу от лица, только чтобы испуганно сжаться в комок - убийца стоял прямо над ней. Просто стоял и смотрел. Луричия едва не получила разрыв сердца, когда мужчина неожиданно упал на колени Наемник снял с лица маску. Душегубом оказался молодой человек, лет двадцати пяти-двадцати семи, приятный на вид, но ничего особенного.
   Убийца посмотрел прямо на неё и сказал:
   -Я люблю тебя...
   Луричия ожидала услышать все что угодно, но только не эти слова. От неожиданности и нервного перенапряжения, она подскочила на месте, как пружина, некрасиво взвизгнув:
   -Что???
   Убийца так и остался стоять возле неё на коленях, глядя в то место, где она только что сидела:
   - Ты прекрасна, как утро и небо. А я чудовище... Я люблю тебя. Я защищу тебя от всех врагов, я сильный, я сумею... я пойду за тобой в ад... позволь мне просто быть рядом...
   Мгновенье Луричия смотрела на него ошеломленно. Ей много раз в любви признавались, но впервые наемник, с руками по локоть в крови, пытающийся её убить. Принцесса озадаченно посмотрела вокруг. Да что же происходит? Что она сделала?
   А, кстати, что она там хоть сделала? Луричия быстро открыла страницу там, где читала. Название заклинания гласило: "Сильнейший любовный приворот".
   -Что? - снова изумленно воскликнула она. Наемник воспринял это на свой счет и снова затянул свою песенку про "ты прекрасна" и "я люблю тебя" Только более расширенный вариант. Это дало девушке немного времени, чтобы прочитать о заклинании.
   - "Любовный приворот для тех, кто отчаялся в любви. Прочтите это заклинание перед нужным человеком, и он вас полюбит. Эффект, в зависимости от силы эмоций, переполняющих накладывающего заклинание, может быть разным. От легкой влюбленности, до полного обожания и преклонения..."
   Луричия прервалась. " В зависимости от силы эмоций заклинающего...". Ну, эмоции в тот момент у неё были не просто сильные. Они зашкаливали! Правда это была не любовь, а страх... Но глядя на пребывающего в невменяемом состоянии наемника, Луричия пришла к выводу, что в данном случае, какие именно эмоции испытывает заклинатель не принципиально.
   Девушка вернулась к чтению, тем более, что её внимание привлекла большая красная надпись внизу: "Предупреждение!"
   - Заклинатель должен быть абсолютно уверен в своих желаниях. Потому, что приворот будет действовать до конца жизни заклинателя или привороженного объекта. Обратный эффект не предусмотрен.
   Луричия испуганно захлопнула книгу. Вот те раз! Мало того, что приворожила наемного убийцу, так ещё и до конца жизни. Что за наказание? Разве может быть хуже?
   Глава 2
   Как раз когда она мысленно причитала по поводу своей судьбы-злодейки, наемник внезапно вскочил и, сбив Луричию с ног, толкнул за перевернутый диван. Почти тотчас, в стену, около которой она только что стояла, воткнулся кинжал, а рядом что-то взорвалось. Аселайн запоздало взвизгнула.
   - Я спасу тебя, - пообещал наемник.
   - Ч-ч-что? - испуганная девушка не сразу поняла, что с нею говорят.
   - Я спасу тебя, - бесстрастно повторил мужчина.
   - От чего? - взвизгнула принцесса. - Что происходит?
   - Это мой напарник, - спокойно сообщил наемник, и, не моргнув, бросил что-то себе за спину. Там снова грянул взрыв.
   - Напарник! - повторила принцесса, тоненько пискнув. Все происходило слишком быстро. С одной стороны их атаковали: постоянно что-то взрывалось, в них метали ножи. С другой стороны наемник, пытающийся ей что-то объяснить. Перепуганная девушка не могла сосредоточиться.
   - Когда я отвлеку его - беги за помощью, - проигнорировал истерические нотки в её голосе, наемник. - Поняла?
   - Что? А как же ты? А вдруг там ещё убийцы? Я боюсь! - паниковала принцесса, глядя на кинжалы, которые втыкаются то тут, то там вокруг их убежища.
   - Я не пропаду, убийц больше нет, - едва успевал отвечать мужчина. - Но ты должна уйти, чтобы не пострадать в нашей схватке.
   -Какого демона ты вытворяешь? - послышался мужской голос из коридора. - У нас четкий приказ - убить, без промедления.
   - Боюсь, я не могу этого позволить, - крикнул наемник, и повернулся к принцессе: - Будь осторожна. Человек, заказавший убийство - из дворца. Никому не верь, пока я тебя не найду. Справишься?
   Луричия ни на мгновение не задумалась. Во дворце и так верить некому. Принцесса кивнула.
   -Тогда приготовься, - скомандовал он. - Беги, пока мой напарник отвлечется.
   После этого, наемник легко бросил себе за спину то же, что и в прошлый раз, но сейчас Луричия успела прикрыть уши руками. Несмотря на превентивные меры, её все равно оглушило. Пока принцесса приходила в себя, наемник перепрыгнул через диван, и на мгновенье все стихло. Когда послышался лязг металла, Луричия восприняла это как знак, четко выполнила указания - рванула со всех ног к выходу. Выбежав, девушка на секунду застыла. По логике она должна бежать влево, к коридору, соединяющему крыло, в котором находятся её апартаменты, и остальную часть дворца. Но мысли о том, что всего минуту назад там кипела кровавая бойня, останавливали. Да и вид мертвого солдата, с неестественно вывернутой шеей, храбрости не добавлял. Поэтому забыв о логике, Луричия поддалась чувствам, и побежала вправо. Эта дорога вела в пустовавшую по ночам часть дворца - кабинеты чиновников, библиотеку и другие не особо используемые помещения. На крайний случай, там можно будет спрятаться и переждать. В лабиринте комнат и коридоров вряд ли кто-то её найдет. Все что угодно, лишь бы оказаться подальше от двух наемников, громящих апартаменты, пытаясь, убить друг друга.
   Задыхаясь от быстрого бега, принцесса завернула за очередной угол, похожий на предыдущий, как брат близнец, и со всего маху в кого-то врезалась. Испуганно взвизгнув, отскочила, и только потом разглядела, с кем столкнулась. Советник Лайонелл! Противный мужик, ничего не скажешь, никогда не внушал доверие. Скользкий, как уж. Но это хоть кто-то. И даже ещё живой.
   - Помогите! - крикнула она. - На меня напали!
   Луричия, хоть и была девушкой хрупкого телосложения, но в панике, где и силы нашлись. Схватив не успевшего прийти в себя советника за ворот, девушка начала истошно орать:
   - Меня пытаются убить! Меня пытаются убить! А-а-а! Во имя великого созвездия! Спасите!
   Советник Лайонелл не без труда вырвал себя из рук перепуганной принцессы и рявкнул:
   - Успокойся!
   Не царское обращение, но сработало - аселайн притихла и отпустила его. Советник попытался прояснить ситуацию:
   - На вас действительно напали?
   -Да.
   -Вас пытаются убить? - уточнение.
   - Угу, - хмуро.
   - Вы сбежали от убийц?
   - Угу, - не менее безрадостно.
   - Что же мы ждем? - мужчина обеспокоенно оглянулся. - Бежим, спрячемся в моем кабинете, пока никто нас не увидел.
   Он схватил девушку за руку и потянул её за собой. Луричие пришлось постараться, чтобы за ним успеть - бежать в платье, да ещё и с тяжелой книгой наперевес не так и легко. А советник скидку ей не делал, на полном ходу сворачивая то тут, то там. Сумасшедший забег закончился, когда они вбежали в кабинет, и Лайонелл закрыл за ними дверь, заперев её на ключ.
   - Лучше на два оборота, - посоветовала девушка.
   Мужчина улыбнулся, проигнорировав, её слова:
   - В этом нет нужды, - Луричия тоже улыбнулась:
   - Почему?
   - Одного оборота вполне достаточно, чтобы никто не помешал мне тебя добить, - улыбка Лайонелла превратилась в оскал.
   Брови девушки удивленно поползли вверх, и она изумленно уставилась на советника круглыми от недоумения глазами. Первым порывом было сказать, какая это глупая шутка. Но кровожадная улыбка и безумный блеск глаз быстро убедили аселайн в серьезности его намерений. Девушка оглянулась: комната без окон, единственная дверь заперта и обезумевший Лайонелл не даст сбежать. Принцесса сглотнула, стараясь подавить растущую панику. Ну, почему, почему она не вышла за Фердинанда?!
   Девушка заставила себя успокоиться и мыслить здраво. Не может быть, чтобы маленькую войну в её апартаментах не заметили. Кто-то должен начать искать пропавшую принцессу. А значит помощь придет. Нужно только дождаться.
   Аселайн попробовала отвлечь советника разговором:
   -За что? - Луричия отошла на два шага назад и уперлась филейной частью в стол. - В чём я виновата?
   - Если не обращать внимания на то, что ты наглая, самоуверенная, эгоистичная, капризная и заносчивая дрянь, то в принципе ничего, - пожал плечами мужчина. - Просто ты родилась не в той семье.
   Мужчина подошел ближе.
   -Что ты такое говоришь? - Луричия бочком обошла стол. Главное сохранять дистанцию.
   -Я говорю, что ты мешаешь моему тщательно продуманному плану, - преграда отлетела в сторону. - Я годами потакал твоим родителям в их мелочных и низменных желаниях. Они уже загнали страну в долговую яму. Ещё чуть-чуть, и я заставил бы их отречься от трона в мою пользу, чтобы погасить все долги. Но вот незадача: твое замужество помогло бы сохранить трон. Дорогая аселайн, ты стала мешать, - его голос был почти ласковым. - Прощай принцесса.
   Советник замахнулся кинжалом для удара, и Луричия выпалила быстрее, чем успела подумать:
   - Омниа винсинт амор!
   На мгновенье мужчина застыл. А потом с ревом бросился на неё и... попытался поцеловать!
   - Что... что ты делаешь? - пыталась вывернуться из его рук Луричия, но куда там! Советник всерьез вознамерился добиться своего. При этом мнение девушки его явно не интересовало. Поэтому пришлось поступить, как любой порядочной принцессе - хорошенько врезать агрессору промеж ног. Одна из фрейлин научила. Кто бы знал, когда пригодится. Пока Лайонелл валялся на полу, и выл, девушка подбежала к двери и открыла, чтобы выйти. Но бормотание за спиной заставило оглянуться:
   - Луричия, принцесса моя! - тараторил советник, все ещё лежа на полу и не сводя с неё влюбленных глаз. - Как я раньше не видел? Ты прекрасна! Даже в гневе. Я понял, почему небеса открыли мне глаза именно сейчас. Моя судьба стать королем и править этими никчемными людишками. Только ты достойна, занять место на троне рядом со мной. Иди же сюда, любовь моя. Я женюсь на тебе! Ты счастлива?
   - Безмерно, - бесцветным голосом ответила Луричия и, выскочив из кабинета, закрыла за собой дверь. На три оборота.
   И побежала снова влево. Куда угодно лишь бы подальше от этого извращенца. Вот ведь не было печали! Зачем она только это сделала? Как же её так угораздило - влюбить в себя и наемного убийцу, и его нанимателя. Вот засада. Принцесса как раз задумалась о превратностях своей судьбы, когда из-за очередного поворота внезапно выскочил мужчина. Нервы у Луричии были натянуты как струна. Поэтому она даже пискнуть не успела - рефлексы сработали раньше. Девушка со всей силы врезала по мужчине книгой. Сильного удара все равно не получилось, поэтому принцесса даже не удивилась, что наемник, а это был именно он, не позволил снова себя ударить и мягко, но быстро и решительно обезоружил её. Оставшись без единственного оружия, девушка только сильнее занервничала.
   - Совсем с ума сошел так пугать? - взвизгнула она. - Смерти моей хочешь?!
   И осеклась. Любовь любовью, но он ведь наемник, жестокий убийца. А вдруг обидится? Мысль о том, что она погорячилась, никак не отпускала. По этикету стоило извиниться. Но, во-первых, Луричия этим словом пользовалась так же, как и своей совестью - только по крайней необходимости и очень неохотно. Принцесса попыталась вспомнить, но никак не получалось. Она так увлеклась процессом, что даже забыла, зачем это слово вспоминает.
   - Как же... что же... как же там было... слово такое...
   - Извини, - тихо сказал наемник рядом.
   - Точно! - обрадовалась Луричия. И, повернувшись к мужчине, жизнерадостно рявкнула: - Извини!
   Только в этот момент она поняла, что опять сказала не то.
   - Что?
   - Извини, - повторил он громче. - Я пришел защитить тебя и не хотел напугать.
   Луричия смутилась и покраснела. Не покидало чувство невероятности и абсурдности происходящего:
   - Ты пришел меня защитить? От кого? От наемных убийц, подстерегающих меня даже в собственной спальне? Или от первого советника отца, которому в голову пришла блажь жениться на мне? Или от родителей, которые продали меня тому, кто больше денег дал?
   Проблемы, которые Луричия все это время пыталась игнорировать, навалились разом. Убийство Фернинанда, наследник Диармайда, родители, убийцы...Девушка устало прислонилась к стене и медленно села, обхватив плечи руками. Хотелось кричать. Вместо этого она прошептала:
   - Как же я устала...
   Наемник сел рядом и взял аселайн за руку.
   - Я не могу стереть всех твоих бед, - тихо сказал он. - Не могу и прошлое изменить... Но если ты позволишь мне увести себя отсюда, я буду с тобой всегда, независимо от того, что будет происходить. Я убью любого, кто посмеет хотя бы подумать о том, чтобы причинить тебе боль. Я всегда буду рядом.
   - Почему? - обессилено спросила Луричия.
   - Я люблю тебя, - так же спокойно ответил наемник.
   - Ты хоть понимаешь, что твоя любовь не настоящая? - принцесса вряд ли смогла бы объяснить, с чего вдруг в ней проснулась такая суицидальная честность. - Я приворожила тебя...
   - Мне все равно, - небрежно улыбнулся парень, разглядывая потолок. - Все равно, какая это любовь - настоящая или нет. Всю мою жизнь я знал только жестокость и убийство. Это как будто тебя бросили в темницу, куда не попадает дневной свет, и выкинули ключ. Только тебе не сказали, что это темница - принесли ещё ребенком и кажется, что темень вокруг - это целый мир. Но вот каким-то чудом ты видишь солнечный свет. Такой яркий и теплый...И понимаешь, что до этого не жил. И уже не согласен на ту темницу, какой бы знакомой и понятной она не была. Ты согласен на тот лучик света, даже если это отблеск пожара в котором можно сгореть дотла, - наемник посмотрел на принцессу. - Ты мой лучик света. Я готов сгореть, но не согласен жить без тебя.
   Луричия смотрела, не зная, что теперь делать и говорить. Чувство, что она обманула, украла у наемника что-то важное, не покидало. Привычный мир разрушился так быстро, что девушка просто не успевала следить за этим круговоротом. А этот мужчина такой надежный и уверенный, как опора, как якорь, за который можно удержаться, чтобы тебя не унесло течением. И пусть это не по-настоящему... ей не привыкать. В жизни принцессы не было ничего настоящего со дня рождения. Ложью больше, ложью меньше... Родители вот всю жизнь врали, что любят её. А Луричия им верила. Хотела верить... Что родители заняты, что выполняют свой долг, что им по статусу положено проводить вечера на балах, а не с родной дочкой... И что получила за свою слепую веру? Предательство от самых родных людей. Первое время, когда аселайн узнала, что родители всерьез намерены выдать её замуж, девушка буквально ощущала нож, который они воткнули ей в спину.
   И ладно, если бы хоть жениха хорошего выбрали! С этим ещё можно было бы смириться. Но они отправляют свою плоть и кровь на верную гибель в варварскую страну, с очень жестокими обычаями. Женщину могут убить почти ни за что! Лайонелл рассказывал, что там жена не должна смотреть ни на одного мужчину, кроме своего мужа. Если это случится, женщине выколют глаза.
   За что ей такая судьба? Почему родители так подло поступили? Луричия не просила ни титул, ни богатство, ни мужа, который имеет законную власть сжечь её на костре!
   Нет! Добровольно Луричия в это пекло не сунется.
   - Имя у тебя есть? - строго спросила принцесса.
   - Что? Зачем тебе? - удивился наемник.
   - Должна же я знать, с кем собираюсь сбежать из родительского дворца, - высокомерно ответила девушка, но парень, сидящий рядом, не обратил внимания на тон. Он был слишком счастлив, чтобы такая мелочь испортила ему настроение.
   - Райтгарт, - легкий кивок головы.
   - А я Луричия, будем знакомы, - легкая улыбка тронула губы принцессы. - Ой, ты же знаешь, как меня зовут... Ну, все равно будем знакомы.
   Райтгарт встал и подал ей руку, помогая подняться. Девушка охотно воспользовалась предложенной помощью. За всеми сегодняшними переживаниями и беготней она совсем вымоталась.
   Вдали послышался топот стражи. Луричия с надеждой посмотрела на наемника:
   - Если ты знаешь хитрый способ сбежать отсюда - самое время им воспользоваться.
   Из-за поворота выбежал отряд стражников:
   - Именем короля, стоять!
   Райтгарт выругался сквозь зубы и, схватив принцессу за руку, побежал по коридору. Стража его не пугала. Наемник мог всех убить. Но ему не хотелось, чтобы Луричия это видела. Единственный выход - бежать.
   Луричия бежала так быстро как могла. Крики стражи подгоняли даже лучше, чем, если бы хлестали плетью. Странно, но убегать от погони было весело. Луричия даже не заметила, что улыбается, несмотря на тяжелое, неудобное платье, и книгу в руках, которую Райтгарт сунул ей в руки, как только началась заварушка. Сам наемник одной рукой тащил за собой девушку, а во второй сжимал оружие. Но погоня так же крайне утомительное дело. Спустя две-три минуты этой сумасшедшей беготни девушка выдохлась. Охранники немного отстали, но большой форы у принцессы с наемником не было.
   - Не... могу... - выдохнула она.
   - Что? - ровно и без малейшей отдышки, спросил наемник, в то время как Луричия тяжело дышала и едва ноги переставляла. Вдобавок у неё разболелось в боку, и каждый шаг казался адом. Она вообще уже согласна была сдаться, лишь бы все закончилось.
   Райтгарт нахмурился и резко остановился. Луричия от него такого не ждала и по инерции пробежала вперед, споткнувшись о свое платье. Она так устала, что морально была готова поцеловаться с полом, лишь бы получить хоть малую передышку. Но Райтгарт подхватил её, легко, как перышко, будто и не было сумасшедшей погони коридорами дворца. Луричия с завистью посмотрела на наемника, который продолжал двигаться уже с ней на руках и не выказывал никаких признаков усталости. У мужчины даже дыхание не сбилось. Кроме того, девушка сразу почувствовала твердость мышц на руках и на груди. Каменный он что ли?
   В груди шевельнулось чувство, на которое принцесса не имела права - гордость от того, что этот сильный, ловкий и выносливый мужчина любит её.
   От этих мыслей, дыхание сбилось, кровь ещё сильнее прильнула к щекам, и без того раскрасневшейся девушки, а сердце забилось сильнее. Никогда прежде она не чувствовала себя настолько живой.
   Луричия пыталась сказать ему спасибо, но так и не восстановила дыхание после сумасшедшего бега. Наемник нахмурился. Такими темпами далеко им не убежать. Он посмотрел по сторонам. Позади погоня. Если и дальше бежать вперед, то можно наткнуться на патруль. Для него не проблема ни первые, ни вторые, ни даже вместе взятые. Но если Луричия увидит эту расправу, то точно никогда его не полюбит. Оценив ситуацию, Райтгарт принял единственное правильное решение - пнул ногой ближайшую дверь и внес свою тяжко дышащую ношу внутрь. Он едва успел закрыть дверь, как послышался топот сапог и лязг металла. Стражники пробежали мимо, и беглецы получили небольшую передышку. Но солдаты скоро поймут, что их обманули. И начнут проверять комнаты.
   - А дальше что? - спросила отдышавшаяся Луричия, которую наемник продолжал держать на руках.
   - Я думаю, - мрачно ответил Райтгарт, прикидывая в уме возможные варианты. - Жаль, у тебя одежда не подходящая.
   -В каком смысле? - щеки девушки снова заалели. Но её спутник, поглощенный своими мыслями не обратил на это никакого внимания.
   - Юбка слишком длинная и пышная, - объяснил он то, что самому казалось вполне очевидным. И в самом деле, в такой одежде аселайн ни в вентиляцию не пролезть, ни на карниз за окном не выбраться, ни по веревочной лестнице не спуститься. Поэтому Райтгарт на ходу отметал все возможные варианты побега, которыми раньше пользовался и продумывал новые. А необходимость объяснять приставучей принцессе прописные для любого наемника истины, раздражала.
   Луричия же из сказанного сделала свои выводы: побег может так и не состояться. Принцесса подумала о перспективах: Райтгарта ловят и убивают, или он сам тихо-мирно чахнет от любви, а её торжественно выдают за наследника Диармайда, и там уже она найдет свой бесславный конец. И все из-за дурацкого платья, которое ей никогда не нравилось.
   Воспитание, нормы этикета и морали, заботливо вдолбленные с детства в голову принцессы, истошно вопили: "Нет!!!". Но инстинкт самосохранения, чувство противоречия и врожденное упрямство победили в неровной схватке. И Луричия решилась.
   - Райтгарт, поставь меня, пожалуйста, - тихо попросила она.
   - А? - мужчина полностью ушел в свои мысли и не сразу понял, что от него требуется. - Да, конечно.
   Он осторожно поставил свою драгоценную ношу на пол и подошел к окну. Какая-то идея настойчиво просилась на ум, но все никак не могла оформиться. От раздумий его оторвала Луричия, позвав. Наемник повернулся, чтобы попросить её помолчать, но слова застряли в горле. Да что там слова! Он забыл, как дышать...
   Принцесса стояла напротив него одетая только в нижнее белье - панталоны и корсет - и неловко переминалась с ноги на ногу. Мысль избавиться от мешающей одежды уже не казалась ей такой хорошей. Но Луричия отчаянно хотела сбежать из этой опостылевшей золотой клетки, и ещё сильнее - не выйти замуж. Поэтому старалась не думать о том, насколько правильно поступает.
   - Так нормально? - растеряно спросила она, когда молчание затянулось.
   Райтгарт с огромным трудом заставил себя посмотреть аселайн в лицо. Смысл вопроса до него попросту не дошел:
   - Что?
   - Я спрашиваю так нормально? - спросила девушка, разглядывая потолок, стены, трещины на полу... Все, что угодно, лишь бы не смотреть на стоящего напротив мужчину. - Теперь мы сможем сбежать? Или одежды все равно много?
   Райтгарт молчал. А к девушке закралось смутное такое предчувствие, что она что-то делает не так. Но принцесса оставалась полна решимости сбежать, во чтобы то ни стало. Поэтому спросила снова:
   - Может мне ещё что-нибудь снять?
   Смысл этих слов дошел до него моментально.
   Первое, что заметила Луричия - нечто похожее на темный огонь, которым Райтгарт пылал изнутри. Она даже за него испугалась. Но в следующее мгновение он оказался рядом, и теперь аселайн испугалась за себя.
   - Райтгарт... - растерялась принцесса, не понимая, что с ним сейчас происходит. Опыт общения с мужчинами был невелик: отец, Лайонелл, безмолвная стража, и придворные. Никто из них не вел себя так. Что делают в таких случаях, Луричия не знала. И спросить не кого.
   А Райтгарт стоял почти вплотную к девушке, с прикрытыми глазами, и принцесса отметила, что пламя, которым он пылает изнутри не обжигает. Луричия протянула руку, чтобы коснуться лица, на котором не отражалось ни единой эмоции.
   - А вот этого не нужно, - сказал мужчина, перехватив руку за запястье.
   - Райтгарт... - вот теперь Луричия испугалась по-настоящему. Девушка попыталась сделать шаг назад, но наемник дернул её на себя и обнял за талию.
   - Просто не шевелись, - попросил Райтгарт, пройдясь носом от её плеча до виска. Это касание такое легкое, нежное и какое-то небрежное, заставило девушку трепетать. - Ради нас двоих, просто стой...
   Его полушепот-полустон подействовали на испуганную девушку, как ушат холодной воды и она замерла, впервые ясно осознав, насколько этот мужчина силен, и что от него зависит её жизнь. Луричие стало страшно. Райтгарт ведь убийца. А вдруг заклятье не будет действовать вечно? Что он вообще сейчас делает? Волосы нюхает? Да какая в этом логика? Боже, Луричия доверила свою жизнь сумасшедшему! Лайонелл такого не делал. Советник пытался её поцеловать и не стеснялся применять силу. Кажется, даже синяки остались. Райтгарт пока не применял силу. Мужчина удерживал нежно, но крепко. А что, если у него окончательно сорвет крышу? Против наемника у Луричии ни шанса...
   Пока Луричия размышляла пламя, которым пылал Райтгарт, постепенно стихло. Но он не торопился выпускать девушку из объятий, наслаждаясь мгновением. Райтгарт старался оставить в памяти все, до мельчайшей детали.
   Конечно, она спровоцировала его не специально. Луричия просто не воспринимает себя как женщину. Но Райтгарт то мужчина! Безумно влюбленный мужчина.
   Предупреждать надо!
   Райтгарт повернулся к окну. Понадобилось ещё немного времени, чтобы у него получилось окончательно взять себя в руки. Когда голова, наконец, прояснилась, идея, которая так настойчиво просилась на ум, в конце концов, обрела форму.
   - Оденься и никогда больше так не делай, - ровным голосом приказал Райтгарт и улыбнулся, практически моментально услышав, как зашуршали юбки платья. - Мы уйдем отсюда через подземелье.
   - Что? - тоненько взвизгнула Луричия, заставив наемника поежиться. Парень оглянулся и удивленно посмотрел на принцессу. Бедная девушка стояла, вцепившись в свою туфлю с такой силой, что костяшки пальцев побледнели, и смотрела на него затравленным взглядом.
   - Чего ты боишься? - спросил он, кажется, зная ответ заранее.
   - Там водятся приведения... - прошептала девушка и всхлипнула.
   - Ты боишься приведений, - вздохнул наемник. Ещё лучше.
   Вместо ответа принцесса кивнула головой. Райтгарт снова вздохнул. Время на исходе, некогда уговаривать. Поэтому молодой человек просто подошел и взял свою спутницу за руку, попутно, сказав:
   - Обувай туфлю, и не бойся привидений. Лучше бойся крыс.
   - Что? - в этот раз вместо страха в голосе было омерзение.
   - Тихо, - пригрозил он ей пальцем, и открыл дверь, ведя девушку за руку следом. В коридоре не было ни души.
   - А как мы попадем в подземелье? - громким шепотом спросила Луричия у него над ухом. Райтгарт раздраженно передернул плечом и сдержанно ответил:
   - На каждом этаже есть небольшой лифт для прислуги. С его помощью доставляют продукты на кухню и белье в прачечную. Нам нужно найти хоть один такой лифт...
   - Такой? - принцесса стукнула стенку рядом с собой, открыв небольшой лифт, в котором поместился бы максимум один из них.
   Райтгарт вдохнул и выдохнул.
   - Да. Теперь спустимся в прачечную, а оттуда в подземелье.
   - Ты что думаешь, что я полезу в этот маленький и пыльный лифт? Как ты себе это представляешь? - принцесса немного наклонилась вперед, рассматривая сомнительное транспортное средство, и наемник этим воспользовался. Со словами:
   - Как-то так, - он бесцеремонно толкнул Луричию вперед и быстро закрыл двери.
   - Что ты делаешь? Выпусти меня!
   Райтгарт проигнорировал крики и отвязал веревку, которой спускали лифт. Нужно торопиться, иначе на крик сбежится охрана. Поэтому наемник просто отпустил веревку и лифт под весом девушки сам полетел вниз. Он схватил веревку снова и остановил падение в последний момент.
   Райтгарт переждал секунд десять и спрыгнул в шахту. Пробив тонкий потолок лифта, он приземлился на куче тряпья. Выбравшись из завала, наемник увидел принцессу. Луричия стояла прямо напротив и смотрела укоряющим взглядом. При этом её нижняя губа предательски дрожала.
   - Пошли, - наемник, не дав девушке опомниться, взял за руку и потащил вперед.
   - Куда? - возмутилась Луричия, не привыкшая к тому, что с ней обращаются так бесцеремонно.
   - Как куда? - ехидно спросил наемник. - Ты уже забыла, что мы вроде как сбежать собрались?
   Луричия наградила его убийственным взглядом. Но все же пошла за наемником по коридору.
   - А если мы встретим охранников? - резонно спросила принцесса.
   Как по заказу перед ними возникла пара стражников. Райтгарт стукнул их лбами, вырубив, и повернувшись к своей спутнице, вопросительно поднял бровь.
   - Тоже вариант, - признала Луричия, переступая через бесчувственные тела.
   -Пошли, - Райтгарт протянул ей руку.
   - Да, - легко согласилась Луричия.
   Они довольно долго шагали по коридору. Обстановка практически не менялась: куда не глянь - одинаковые серые стены и потрескавшийся от времени пол. И без того угрюмое и безрадостное место, в тусклом свете лампадных светильников казалось ещё безжизненнее. Девушке никогда не приходилось бывать в этой части замка. Подсобные помещения, почти подземелье. Даже слуги считали наказанием - работать здесь. А ей тут вообще делать нечего. Аселайн обожала гулять в саду, на солнышке.
   Луричия несколько раз пыталась заговорить с наемником, но тот шикал на неё, чтобы не мешала слушать, и топал дальше. На самом деле, Райтгарт ни к чему не прислушивался. Он ориентировался по тому, в какую сторону сквозняк задувал огонь на светильниках. Но говорить не хотелось, да и с мыслями собраться легче в тишине.
   Когда принцессе уже начало казаться, что этот коридор никогда не закончится, наемник вдруг резко остановился, и Луричия опять засомневалась в его умственном здоровье. Мужчина прижался к стене и начал гладить её. Принцесса оглянулась по сторонам, не видит ли кто, и обеспокоено спросила:
   - Ты что спятил?
   Райтгарт, наконец, нашел что искал - потайной камешек, открывающий потайной ход - и укоризненно глядя на свою спутницу, нажал на него. Дверь с жутким скрипом медленно отодвинулась в сторону.
   - Надо же! - с преувеличенным энтузиазмом воскликнула Луричия. - Ещё один темный коридор, в котором к тому же жутко воняет...
   - Не вонь, - спокойно поправил её наемник. - А затхлый воздух. Тайным ходом давно не пользовались...
   - А-а-а!!! Ну, так это же полностью меняет дело! - преувеличенно обрадовалась принцесса.
   - Не язви, - сурово приказал Райтгарт.
   - Лапшу на уши мне не вешай! - зло огрызнулась Луричия. - Там сыро, темно и воняет канализацией! Неужели другого пути нет?!
   Райтгарт, зажигающий пару факелов, висящих на стене с внутренней стороны хода, тяжело вздохнул:
   - Нет. Только сюда.
   Луричия посмотрела на наемника, протягивающего ей зажженный факел и с сомнением на проем тайного хода. Это напомнило ей рассказ Лайонелла о том, как в Диармайде супругу короля заподозрили в измене, и живьем замуровали в стену.
   Она зло выхватила протянутый факел и, буркнув:
   - Надо было выходить за Фердинанда, - первой переступила порог и... вступила в лужу. Мягкие комнатные тапочки тут же промокли.
   - Райтгарт, - бесцветным голосом сказала она. - Здесь кругом вода и я даже не хочу знать, почему она желтого цвета и так воняет...
   - Это канализация, - с некоторой радостью в голосе просветил обогнавший её наемник.
   - Вот надо было тебе это сказать, - раздосадовано топнула ногой принцесса, запоздало вспомнив, что стоит в луже. И в сердцах обругав неизвестно откуда свалившегося ей на голову наемника, пошла за ним следом.
   Глава 3
  Райтгарт и Луричия уже около часа шли по канализационному тоннелю. Гулкое эхо вторило их шагам. Как ни надеялась принцесса, воды по дороге меньше не стало. Радовали только островки сухости. Вскоре Луричия поняла, что луж меньше у стены и шагала, практически упираясь в мокрую и холодную поверхность. Иногда приходилось обходить большие грибы, растущие прямо на грубо отесанном камне. От влажного и затхлого воздуха болела голова. Чем дальше они продвигались, тем прохладнее и прохладнее становилось вокруг. Луричия быстро замерзла. Не до такой степени, чтобы отстукивать зубами дробь, но вполне ощутимо. Серая и безнадежная унылость, царящая в подземелье, только усугубляла и без того плохое настроение. Голову аселайн не покидали мысли о том, что если... Если их поймают? Если её заставят выйти замуж? А чтобыло бы выйди она за Фердинанда? А что делать дальше после того как они сбегут? Луричия изредка бросала косые взгляды на идущего рядом наемника. Судя по спокойному уверенному выражению лица, его не одолевали переживания. Райтгарт бодро шел рядом, всем своим видом демонстрируя, что ему все тягости и лишения нипочем.
   Идиллию разрушила пробежавшая мимо крыса. Принцесса провела её взглядом, и только когда это исчадье ада скрылось во тьме, позволила себе прокомментировать сие явление:
   - Крыса!!! - на мгновение Райтгарту, не ожидавшему такой подлянки, показалось, что он оглох.
   - Я думал, ты боишься призраков, - сказал наемник, прочищая ухо. - А ты, оказывается, и крыс боишься.
   - Я не боюсь крыс, - огрызнулась Луричия. - Я ничего не боюсь! Я просто... не люблю их и все!
   - Я так и понял, - вздохнул её спутник.
   Где-то впереди послышался писк. Девушка мертвой хваткой вцепилась в руку мужчины.
   - Что это? - побледневшими губами прошептала несчастная. Принцесса была так напугана, что Райтгарт не удержался и страшным шепотом прошептал:
   - Это призраки...
   Луричия едва не подпрыгнула от испуга, но поняв, что это шутка разозлилась:
   - Райтгарт! - девушка отскочила и врезала кулаком ему по плечу. - Дурак!
   - Разве умный с тобой свяжется? - иронично усмехнулся наемник.
   - Что б ты знал, моей руки добивается наследник Диармайда, - огрызнулась принцесса.
   - Скорее всего, у него просто выбора не было, - парировал Райтгарт. Наемник уже научился контролировать чувства, охватившие его в первые мгновения: восторг, восхищение, преклонение и страсть. Сейчас он приспособился к ним и мог мыслить более ясно.
  Вдруг девушка взвизгнула и подпрыгнула:
   - Райтгарт! Я тебе клянусь, что по мне только что что-то пробежало...
   Мужчина наклонился к ней и доверительно прошептал на ушко:
   - Это были призраки...
   Призраки или крысы... Луричие все равно! Оставшуюся дорогу, девушка громко и с расстановкой рассказывала наемнику, кто он есть и куда может пойти с такой любовью и таким отношением. А ещё не стеснялась напоминать кто тут принцесса и с ней так нельзя. Ну и красочно расписала, как наемник бесит её с этой своей полу ухмылкой, самоуверенностью и наглым взглядом.
   Райтгарт поступил как закаленный в боях воин, рыцарь без страха и упрека, настоящий мужчина, в конце концов! На каждую реплику отвечал:
   - Естественно, конечно, само собой, разумеется...
   Минут сорок спустя, Луричия выдохлась. Сделав вывод, что мужчина проникся пламенной речью, принцесса великодушно простила его и спросила:
   - Долго нам ещё идти?
   - Не знаю, - пожал плечами Райтгарт.
   - Как это не знаю?! - Луричия даже остановилась, настолько огорошил её ответ.
   - Это настоящий лабиринт и у меня нет никаких данных, ни о его протяженности, ни о том, куда он выведет, - наемник отвечал на ходу, даже не остановившись, словно не заметил, что Луричия отстала и ей, волею-неволею, пришлось догонять:
   - Ты завел меня неизвестно куда и не знаешь, как отсюда выйти? - в голосе девушки была обида. Перспектива бесславно сгинуть в глубине темного сырого канализационного тоннеля из-за глупости наемника или вероятность пойти на корм местным крысам совершенно не улыбалась. А явное пренебрежение Райтгарта её мнением, комфортом и безопасностью только подливало масла в огонь.
   - Я не сказал, что не знаю, как отсюда выбраться, - медленно, как ребенку объяснил наемник. - Я сказал, что понятия не имею, как быстро это случится.
   - Что-то я не слышу уверенности в твоем голосе, - в данном случае она грешила против истины - уверенность там была и ещё какая. Но так всегда говорил учитель по языкам, пытаясь вывести нерадивую ученицу на чистую воду и доказать, что она точно списывала. Урок Луричия усвоила и применяла при любой удобной возможности.
   Райтгарт только тяжело вздохнул. Как он мог так сильно влюбиться в эту капризную, прихотливую девушку? Память услужливо подсунула ответ. И ведь даже учитывая, что первоначальная буря эмоций прошла, он не сможет оставить Луричию здесь. Мужчина испытывал сильнейшую потребность видеть, слышать и чувствовать её рядом. Возможно, со временем эта связь ослабеет. Но сейчас, подавив в себе рвущийся наружу ещё один тяжелый вздох, наемник терпеливо пояснил:
   - Выход отсюда - это сточная труба, которая заканчивается обрывом. Не волнуйся, мимо не пройдем.
   Наемник не обманул. Они шли по тоннелю ещё минут десять, пока Райтгарт не придержал Луричию за руку. Взяв факел у принцессы, мужчина посветил вниз, насколько мог, потом и вовсе бросил, под возмущенное восклицание спутницы.
   - Слушай, - шикнул Райтгарт. Луричия притихла, но ничего кроме упавшего в воду факела не услышала.
   - Что слушать? - недоуменно переспросила девушка.
   - Слышала сколько времени прошло, прежде чем упал факел? - пояснил наемник. - Обрыв где-то в сорока льерах от поверхности воды. Если я правильно помню план замка, то мы вышли не с той стороны. Это старая шахта, которую уже не используют.
   - Ну, надо же, - лишенным всяких эмоций голосом прокомментировала Луричия. - И что теперь?
   Райтгарт вздохнул и отметил про себя, что это начинает входить в привычку.
   - Если бы мы вышли там, где следовало, то могли бы спуститься по винтовой лестнице, которую персонал использует для обслуживания. Но так, как мы вышли с другой стороны, теперь остается только один выход, - наемник пальцем поманил девушку поближе, чтобы что-то показать.
   Луричия всегда отличалась хорошей интуицией. И сейчас она чуяла недоброе. Сильнее интуиции было только любопытство. Поэтому девушка осторожно сделала шаг вперед.
   - Ну же, смелее, - подбодрил Райтгарт, с мягкой улыбкой на лице. Принцесса увидела в этом звериный оскал. Разум подсказывал отступить, но проклятое любопытство подталкивало подойти. - Смотри.
  Наемник показал куда-то вперед. Луричия ничего не увидела и невольно подошла поближе. И на собственной шкуре убедилась, что интуиция её никогда не подводила.
   От резкого толчка в спину девушка рыбкой полетела вперед, некрасиво размахивая руками, даже забыв, что может кричать. Луричие показалось, что она умерла, когда бренное тельце встретилось с водой. И очень удивилась, всплыв на поверхность. Пока принцесса жадно глотала воздух ртом, рядом громко упало в воду что-то большое, окатив брызгами с ног до головы.
   Несколькими секундами позже в полуметре от неё всплыл наемник.
   - Райтгарт! - взвыла принцесса зло. - Как ты мог?! Почему ты меня даже не предупредил?
   - А ты бы согласилась?
   - Да никогда! - фыркнула Луричия. Наемник был так близко, что она без труда ударила его кулаком в плечё. И тут же чуть не ушла под воду. Платье намокло и камнем тянуло вниз. Наемник очень кстати подхватил девушку за талию и прижал к себе, помогая оставаться на плаву.
   - Это был единственный путь к отступлению. А теперь давай выбираться отсюда, пока ты не утонула, - на самом деле физическая подготовка позволяла ему всю ночь плавать так, придерживая возмущенно бухтящую что-то девушку за талию. Но Райтгарт чувствовал, что если продолжит прижимать стройное тело в мокром платье к себе, то за последствия он не ручается. - И перестань дергаться.
   - А то что? - фыркнула девушка, но, тем не менее, присмирела, позволив тащить себя к берегу.
   - А то мне будет крайне сложно доплыть с тобой до берега и не поддаться искушению, утопить по дороге, - нагло соврал наемник. Пусть лучше принцесса его боится. Сейчас так легче будет держать её на расстоянии, пока Райтгарт не научится адекватно, реагировать на близость.
   Долгожданный берег! Райтгарт ждал его даже больше чем аселайн. Наемник на руках вынес Луричию из воды и посадил на траву. Легкий ночной ветерок тут же прошелся по мокрым спинам. Ему-то ничего, привычно, а вот принцесса тут же принялась отстукивать дробь зубами.
   - Вставай, нам нужно двигаться, - он встал и подал ей руку. Но девушка не спешила воспользоваться предложенной помощью, продолжая сидеть и буравить мужчину негодующим взглядом. Райтгарту не хотелось применять силу, поэтому пришлось сменить тактику: - Хорошо, извини. Я не должен был так поступать, но наше время истекает. Тебя уже хватились и ищут по всему замку. Скоро королевские ищейки будут в городе, и тогда нам здесь тихо не пройти.
   Принцесса нехотя встала.
   - У меня для тебя новости, гений, - язвительно сказала Луричия. - Мы хоть так, хоть как, там тихо не пройдем.
   - Я мастер маскировки...
   - А я обожаемая всеми аселайн, - рассмеялась девушка. - Как ты собираешься спрятаться со мной в стране, где каждая случайно пробегающая мимо дворняжка знает и любит свою дорогую принцессу?!
   Вопрос, конечно, был чисто риторический, но Райтгарт попробовал ответить логически, и обосновано:
   - Но не может же действительно каждый знать, как ты выглядишь? Если уехать подальше от столицы...
   - То ничего не изменится, - Луричия так развеселилась, что даже забыла, что ей холодно. - Ты что не понимаешь? В этой стране не каждый в курсе, что нарисовано не деньгах. Зато каждый знает в лицо свою любимую принцессу. Меня так любят, что лепят мои портреты везде, где только можно. Это уже что-то вроде традиции - на всех праздниках и парадах простолюдинам раздают сувениры с моими портретами. Ну и плюс я всегда участвую во всех парадах лично.
   Райтгарт надолго замолчал и задумался. Луричия права. Если бы не влюбленность, так внезапно свалившаяся ему на голову, он бы и сам об этом подумал. Трудно соображать, когда все мысли плавно перетекают к одному объекту. Это делало его уязвимым. И наемник понимал, что с этим нужно бороться.
  Есть только один человек, который сможет помочь и с маскировкой, и с его проблемой. Нужно идти к ней.
  Принцесса шла следом, и на её губах играла улыбка. Она испытывала странную смесь чувств. С одной стороны - уверенность, что Райтгарт все равно придумает что делать, а с другой - удовлетворение от того, что хоть в чем-то обошла наемника. Пусть не задается.
   - Ладно, - молодой человек прервал свое молчание так неожиданно, что принцесса даже споткнулась. - Значит, я спрячу тебя там, где никто искать не станет. А если сунется - не найдет.
   - Что-то мне подсказывает, что добром это не закончится, - вздохнула Луричия, памятуя о том, что интуиция её никогда не обманывала.
  Они пошли узкой тропой по лесу от озера. Луричия даже не пыталась понять, каким образом Райтгарт видит, куда идти, да ещё и так быстро. Но спотыкаясь через шаг, смиренно пыхтела следом, стараясь не отставать. Получалось плохо, наемник то и дело останавливался, чтобы её подождать, притопывая от нетерпения. Спустя пятнадцать минут, Луричия преисполнилась чувства собственной никчемности - беготня по лесу её вконец вымотала. Поэтому она начала просить:
  - Райтгарт, давай передохнем! Я не могу больше... Я устала, замерзла... Я есть хочу...
  Наемник вздохнул и вместо ответа подхватил не особо сопротивляющуюся девушку на руки. Какое-то время он нес её в полной тишине. Но Луричие вскоре стало скучно, и она спросила:
  - Так, что мы будем делать в городе?
  - Замаскируем тебя, - мученически вздохнул наемник.
  - Замаскируем... - девушку заинтриговали его последние слова. Она снова почувствовала азарт от приключения. Раньше её никогда не маскировали...
  Принцесса настолько увлеклась придумыванием разнообразных вариантов маскировки, что не заметила, как они вышли на опушку леса. Девушка обратила внимание на то, что впереди, где-то на расстоянии около полукилометра была столица Биариццы, только поняв, что Райтгарт остановился. Ивори, прекрасная людная столица днем, сейчас больше напоминала большое темное пятно вдали. Где-то там возможно просыпались первые жители, и Луричия живо представила себе, что это пекари или, например, прачки. Стыдно признаться, но иногда принцесса подслушивала разговоры слуг. Ничего такого, сплетнями о том кто с кем спит девушка не интересовалась. А вот обычные разговоры...
  - Знаешь, Райтгарт... - потянуло её на откровенность. - Раньше я завидовала слугам. Они были свободны и могли идти куда захотят. Я слушала их разговоры и тихо ненавидела свою бессмысленную жизнь, - принцесса невесело улыбнулась, заметив, что наемник внимательно слушает. - Слуги обсуждали, где дешевле сдавать белье в прачку, или покупать хлеб... у нас была служанка Марта. Она уволилась, когда вышла замуж за булочника... Я помню, её рассказы о том, как жених за ней ухаживал. Представляешь, он каждое утро приносил свежую выпечку. А ещё она строила планы о том, как будет помогать мужу на работе...
  Луричия замолчала, погрузившись в свои невеселые мысли.
  - Почему ты о ней думаешь? - спросил Райтгарт, не понимающий с чего вдруг принцесса вообще завела этот разговор.
  Девушка немного помолчала, подыскивая подходящие слова:
  - Она была счастлива, понимаешь? У неё был любимый мужчина, которого Марта сама себе выбрала. Он ухаживал за ней не потому, что у неё есть статус или деньги. Булочник просто влюбился и добивался взаимности красивыми жестами. Мне такое не светило... - голос Луричии дрогнул, она подняла на Райтгарта грустные глаза. - Никто никогда не дарил мне свежих булочек на завтрак... и не подарил бы. Просто не посчитал бы нужным.
  - Это то, что сделает тебя счастливой? - тихо спросил наемник. Сейчас он готов был мир положить к её ногам. Лишь бы она не плакала. Булочка на завтрак?
  - Ты уже сделал меня счастливой, - улыбнулась принцесса, и кивком попросила поставить её на землю. - Ты спас меня, освободил из этой клетки,... а булочка, это только ... это знак внимания... и все...
  Девушка медленно зашагала по дороге, оставив Райтгарта позади, недоумевать над женской логикой и желаниями. То она хочет булочку,... то нет ... Женщина! Что же ей нужно для счастья?
  Задаваясь этим вопросом, он неспешно отправился следом. Но даже притом, что молодой человек совершенно не торопился, они с девушкой быстро поравнялись, и вскоре принцесса снова разглядывала его спину. Тишина угнетала все больше и больше. Райтгарт почувствовал огромное облегчение, когда принцесса задумчиво спросила:
  - А тебя мы тоже будем маскировать?
   Райтгарт заинтересованно оглянулся:
  - Зачем?
  - За компанию, - пожала плечами принцесса.
   Тень улыбки скользнула ему на губы. Ну, что за детская непосредственность?!
   *****
  Когда в основном крыле стало известно о происходящем у покоев аселайн, Ветилен лично возглавил стражу. Его величество не мог позволить, чтобы с Луричией что-то произошло. Только не сейчас, когда они с Рамонией так близки к решению всех своих проблем разом. Король просто не мог разочаровать свою обожаемую супругу.
  Возглавляемый им отряд быстро добрался до апартаментов аселайн, но застал там только трупы стражников. К своему огромному облегчению, Ветилен не увидел среди них дочь.
  Но куда она в таком случае делась?
  Король разделил отряд на несколько частей и отправил прочесывать дворец в разных направлениях. Возможно, принцессе удалось сбежать и сейчас девчонка где-то прячется. Это был бы очень оптимистический расклад. На самом деле (и Ветилен это хорошо понимал), судя по тому количеству трупов, что оставили после себя убийцы, да по разгрому в комнате аселайн, лучшее, на что можно рассчитывать это то, что её похитили и потребуют выкуп. В худшем - труп всенародно любимой принцессы никто никогда не найдет.
  Отряд, который возглавил Ветилен после разделения, прочесывал южное крыло, когда встретил нескольких стражников. Они рассказали, где и при каких обстоятельствах видели аселайн живой.
   Ветилен был озадачен. Во-первых, если верить им, то наследную принцессу видели в компании одного из убийц. Она убегала с ним от стражи, при этом, не только не выказывая признаков сопротивления, но даже наоборот, помогала. Во-вторых, эта парочка пропала в той части замка, где принцесса не бывала и не ориентировалась. Ветилен ни в бреду, ни в белой горячке не смог бы представить свою дочь читающей. А кроме библиотеки ей там делать нечего.
   Неожиданно прибежавший солдат, перебил своего товарища:
   - Нашли советника Лайонелла. Его избили и заперли в его же кабинете.
   - А ведь его кабинет тут рядом... - задумчиво протянул Ветилен и спросил своего капитана, стоящего тут же. - Ты веришь в совпадения? Вот и я нет... Ладно, где он?
   - В вашем кабинете. С ним королева...
   - И что же они делают? - сузил глаза король.
   - Обсуждают похищение принцессы, - доложил стражник.
   Король Ветилен ничего не ответил. Он, молча, пошел в свой кабинет, поглядывая на бегающих туда-сюда в панике придворных и слуг. Дворцовая стража пыталась навести порядок, но их сил было недостаточно. Воцарились бедлам, анархия и паника. Со всех сторон слышались крики и плач. Даже те, кто точно не знал, что происходит, поддавались настроению, витавшему в воздухе. Со стороны создавалось впечатление, что на дворец напала средних размеров армия. Но Ветилена волновало не это. Почему ЕГО советник, обсуждает похищение ЕГО дочери, с ЕГО женой у него за спиной?!
  Уже на подходе к кабинету, король понял, откуда стражник точно знал, о чём говорит эта парочка за закрытыми дверями. Они обсуждали аселайн даже не на повышенных тонах. Они банально орали друг на друга.
  Ветилен рывком распахнул дверь и едва успел увернуться от увесистого снаряда. Какая-то вазочка звонко разбилась о стену позади. Мужчина посмотрел на советника, прячущегося за спинку дивана, и на жену, замершую с кочергой наперевес. Оглянулся на осколки, бывшие некогда дорогим произведением искусства, а ныне аккуратной, бесформенной кучкой, лежащие у стены. И задал вполне закономерный вопрос:
  - Что здесь происходит?!
  - О, хвала великому созвездию, ты пришел! - Рамония отбросила кочергу и бросилась к мужу в объятия. - Лайонелл сошел с ума!
  - Королева пытается меня убить! - вскочил советник, заметно осмелевший в присутствии Ветилена.
  - А с тобой по-другому нельзя...
  - Тихо! - гаркнул король, чтобы прекратить начинающуюся по-новому свару.
  Оба моментально присмирели. Все знали, что у монарха тяжелая рука и скверный нрав. Злить его лишний раз никто не хотел.
  - Быстро рассказывай, что произошло, - Ветилен посмотрел на советника. Как бы он не любил супругу, но Лайонелл более четко излагает факты.
  - Принцесса Луричия похищена...
  - Не похищена, а сама сбежала, - раздраженно перебил он советника. - Правду рассказывай, и быстро!
  - Дорогой, - Рамония нежно поглаживала ему спину. - Она ж ещё ребенок...
  - И что? - как бы ни хотел, но злиться на жену у него не получалось. Её голос всегда действовал на сурового мужчину расслабляюще и успокаивающе. Как бальзам на душу. Он любил свою жену больше себя самого. Никогда, не во сне и не в бреду Ветилен не смог бы поднять на неё руку. Стоило ей только попросить и любое желание выполнялось максимально быстро. При дворе быстро усвоили науку. Счастлива королева - Ветилен не злобствует. А если что нужно, то договариваться нужно либо с ней, либо с советником.
  - А то, - голос королевы журчал ручейком. - Что наша девочка не сама сбежала...
  -Я слушал доклад стражника, - сухо перебил её Ветилен. - Она не сопротивлялась и даже помогала убийце...
  - Дорогой, - мягко возразила Рамония. - Посмотри на произошедшее со стороны нашей девочки. Убийцы напали на стражу, перебили всех. Возможно даже у неё на глазах. Представь, как она испугалась? Бедняжка итак была на нервах из-за предстоящей свадьбы...
  - Допустим, - хмурый Ветилен уже не был настолько уверен в собственной правоте.
  - Скорее всего, убийцы запугали нашу девочку, - закрепляла свой успех королева. - Возможно угрожали, что убьют, если не будет помогать... А может пугали тем, что доберутся до семьи... Ты же знаешь, как она нас любит!
  - В этом есть смысл... - неуверенно протянул король.
  - Её нужно искать, спасать! У неё скоро свадьба с Синклером...
  - Нет! - громко рявкнул Лайонелл, настолько неожиданно, что даже Ветилен вздрогнул. А Рамония, когда прошел первый испуг только глаза к небу закатила. Она-то уже знала, какую песню сейчас затянет этот смельчак.
  - Что значит, нет? - холодно спросил король. - Наследник Диармайда отказался от сделки?
  - Ваше величество, - советник взял себя в руки и заговорил спокойнее, придав голосу как можно больше уверенности. - Дело не в Синклере. Вы должны расторгнуть этот позорящий вашу честь договор...
  - Опять ты за своё, - раздраженно фыркнул Ветилен. - Я тебе ещё раз говорю - другого способа вытащить нас, из долгов нет!
  - Есть! - пылко воскликнул Лайонелл, вложив в свои слова куда больше эмоций, чем хотел бы.
  - Не слушай его, - Рамония постаралась отвлечь мужа, но поздно, мужчина уже заинтересовался:
  - Объясни!
  - Ваше величество, я уже говорил с вами по поводу того, на каких позорных условиях для Биариццы заключается союз с Диармайдом, - Лайонелл старался подать свою позицию рассудительно и обосновано. - Я так же прошу вас учесть, что вы не просто отдаете свою дочь в жены правителю другой страны. Вы фактически за бесценок продаете им Биариццу...
  - Ближе к делу! - сквозь зубы процедил Ветилен. Его очень задевал тот факт, что он не смог дать стране наследника, и древний королевский род прервется на его дочери. А может уже прервался.
  - Вы не должны пускать в страну чужаков! - спокойно сказал Лайонелл. - Вы должны основать новую династию сильных правителей, выдав свою дочь за сильного и не менее именитого вельможу, чем вы...
  - И за кого же? - мрачно спросил Ветилен.
  - За меня! - гордо выпятил грудь советник.
  Ответ оказался полной неожиданностью. Лайонелл терпеть не мог Луричию и не скрывал этого. И вдруг такое... Неужели так власти хочется? Ветилен крякнул и издал неопределенный звук. Немного поморгав ошарашено на своего советника, он задал более насущный вопрос:
  - И как это решит нашу проблему с долгами?!
  - Я решу вашу проблему с долгами!
  - Интересно как? - без энтузиазма поинтересовалась Рамония. Породниться с советником ей хотелось ещё меньше, чем с Синклером.
  - Я выплачу ваш долг...
  - Ну, допустим, - задумчиво потер подбородок король. - Тебе с этого что?
  - Я... - Лайонелл на минуту замялся, а потом уверенно ответил. - Я люблю Луричию!
  Ветилен ошарашено уставился на советника. А Рамония, которая эту версию уже слышала едко спросила:
  - С каких это пор?
  - Я понял это не так давно, - признался он немного смущенно. - Около часа назад...
  - Что?! - теперь уже королева некрасиво выпучила глаза, а её успевший прийти в себя супруг откашлялся и спросил:
  - И как ты это понял?
  - Ну, - советник смутился ещё больше и покраснел. - Я был очень зол на неё... и вдруг увидел, какая она замечательная, умная, красивая...Ваша дочь просто восхитительна! Лучшая из ныне живущих женщин!!! Я понял, что люблю её всем сердцем, больше чем себя самого! Представить не могу, что её могут отдать другому! Только она достойна, быть моей женой! Я все для неё сделаю!!! Мир под ноги положу, если попросит!
  Ветилен усмехнулся. "Люблю больше себя... все для неё сделаю...". Ему знакомы эти чувства. Он так же любит свою жену. И судя по фанатичному блеску в глазах, и пылкости в голосе, это не просто слова.
  А вот Рамония отреагировала иначе. Лайонелл внезапно фанатично влюбился в Луричию. И судя по описанию - это был банальный приворот. И глядя на одержимого советника, Рамония сделала вывод, что очень сильный.
  Нет, Луричия на такое неспособна. Во-первых, элементарно не знает заклинания. Во-вторых, у неё нет сил. Стыдно признавать, но её дочь полная бездарность. Она просто не способна колдовать.
  Значит, кто-то приворожил советника...
  - Я думаю, нам стоит согласиться на предложение Лайонелла. Как тебе кажется, родная?
  - Да, да, да, - рассеяно пробормотала Рамония. - Извините, я плохо себя чувствую. Пойду, прилягу...
  - Она так беспокоится о благополучии нашей дочери, - вздохнул Ветилен, с любовью глядя вслед вышедшей супруге. - Разве она не лучшая из женщин?
  Советник только плечами пожал. Он-то знает, что лучшая из женщин это его обожаемая принцесса.
  А вот Рамония выходя, думала не о дочери, не о короле и даже не об абсурдном предложении советника. Все её мысли были о том единственном человеке, который смог бы так приворожить этого несчастного идиота, и его мотивах.
  Санта.
  
  Глава 4
  Райтгарт бодро зашагал по небольшой тропинке, ведущей к городу. Ночная прохлада освежала, роса на траве приятно холодила ноги, принцесса сосредоточено пыхтела сзади, стараясь не отставать... Идиллия!
  Он, конечно, любит Луричию, но боги огня и меча, уж слишком её много. Понятие рот на замке этой девушке не ведомо. За недолгое знакомство выяснилось, что юная принцесса молчит только когда бежит и когда напугана. Хотя тут как повезет. Райтгарту вспомнилась крыса, и он снова прочистил себе ухо.
  За размышлениями наемник даже не заметил, что они подошли к городским вратам. Ивори не только одна из самых красивых столиц континента Дайодженес, но и одна из самых неприступных. Райтгарт как воин и профессионал всегда поражался, как смогли древние зодчие создать такое, и по сей день не превзойденное укрепление. Город окружала каменная стена, высота которой достигала десяти метров, а ширина до трех. За всю историю существования, стены ни разу пали, служа горожанам верой и правдой.
  Городские врата были ещё закрыты, но Райтгарт готовил путь к отступлению заранее и подкупил сержанта, отвечающего за их охрану. Так, что в столице они оказались без проблем. Улочки только начинали оживать. Редкие прохожие спешили по своим делам и не обращали внимания на странную парочку в грязной, потрепанной и полусухой одежде. Тем не менее, Райтгарт все равно петлял переулками, в которых вероятность наткнуться на случайного прохожего была минимальной. Уж, слишком приметной была Луричия. Даже сейчас, всем своим видом напоминающая, скорее служанку в местном трактире, чем принцессу.
  Райтгарт вздохнул с облегчением только тогда, когда добрался до нужного дома. Ничем не приметная для простого человека дверь ярким фонарем мигала для любого преступника, коим он по сути дела и являлся. Но что ещё важнее, в эту дверь могла войти только элита криминального мира. Обычный сброд, который побирается на улице не сможет миновать барьер установленный хозяйкой.
  А владелица дома, надо сказать, являлась и весьма одиозной личностью. В молодости Санта была чародейкой при дворе. Очень сильной и талантливой. Ей пророчили большое будущее. Она дружила с нынешней королевой и поговаривали, что у неё был роман с королем Георгом.
  Райтгарту не были известны подробности того, как именно Санта связалась с криминальным миром. Но ему не раз приходилось пользоваться её услугами. Сегодняшнее утро не стало исключением.
  Наемник не стал стучать в дверь, она легко открывалась, если знать нужную комбинацию - два поворота ручкой вправо, поворот влево и снова вправо. Ничего сложного. И по-своему гениально. Тем, кому эта комбинация была неизвестна, не оставалось ничего другого, кроме как воспользоваться дверным звонком. А там уже на усмотрение хозяйки - впускать незваного гостя или нет.
  - С возвращением, Райтгарт, - поприветствовал его открывший дверь дворецкий. Луричия взвизгнула и подпрыгнула с перепугу, спрятавшись к наемнику за спину. Нормальная реакция каждого, кто впервые встречается с ним. Санта весьма своеобразный человек, и дворецкий у неё такой же - скелет, одетый во фрак. Наемник боялся, что аселайн вообще в обморок упадет. Обошлось.
  - Доброе утро, Висельник, - устало ответил на приветствие Райтгарт. - Санта ещё отдыхает?
  - Вы же знаете, - беспечным тоном, словно поддерживал светскую беседу, ответил скелет. - Госпожа Санта не самая ранняя пташка.
  - И то верно, - согласился молодой человек и попросил: - Мы подождем в гостиной. Будь добр, принеси нам чаю, - и кивком указав на аселайн, добавил: - Ей - ромашковый.
   Гостиная, в которую Луричия проследовала за Райтгартом разительно отличалась от её собственной. Выдержанная в темно-бордовых тонах, обставленная темно-коричневой мебелью и с плотно закрытыми гардинами. Принцессе очень понравился такой интерьер, особенно картина руки известного художника, которого девушка обожала с юных лет. Правда именно эту картину она никогда и не видела.
   - Прекрасно, - восторженный полушепот слетел с её губ.
   - У молодой леди отменный вкус, - одобрительный женский голос напугал принцессу.
   Обернувшись, Луричия увидела его обладательницу - невысокого роста женщину около сорока лет на вид, худосочную, с синяками под глазами и проседью в волосах.
   - Райтгарт, пройдоха! - незнакомка подошла к наемнику и ласково потрепала по щеке. - Кто твоя спутница?
   Наемник к девушке и успокаивающе приобнял её за плечи:
   - Она со мной.
   - Я так и поняла, - рассмеялась Санта. - Но все же?
  Санта обратила свой взор на принцессу. Девушке срочно захотелось провалиться сквозь землю, до того знакомым казался взгляд - умный, проницательный, пронизывающий насквозь... Так на неё смотрел отец. Луричия ощущала себя жутко неуютно - ещё не соврала, даже и не собиралась, но уже чувствовала себя виноватой. Правда, женщина Луричие все равно понравилась, потому, что в её глазах не было той холодности и жесткости, что царила во взгляде царственного батюшки.
   - Она - со мной, - со сталью и нажимом в голосе повторил наемник, и Луричия удивленно подняла на него глаза. "Бабушка" и Райтгарт в упор смотрели друг на друга, обстановка в маленькой комнате сильно накалилась и желание провалиться сквозь землю накатило с новой силой.
   - И что привело тебя ко мне в этот раз? - первой отступила Санта, и принцесса облегченно вздохнула.
   Райтгарт тоже расслабился и, отойдя от Луричии, сел на диване, вызвав ассоциацию с очень большой и хищной кошкой. Пума или ягуар. Принцессе однажды пришлось их видеть, правда, в клетке. Вот ягуар, так же как и Райтгарт, спокойно лежал, пока не бросился на охранника, который слишком быстро подошел к решетке. Всего один лениво грациозный бросок и охранник остался без глаза, со страшными шрамами на лице.
   Так и наемник - не важно, насколько расслабленной была сейчас его поза. Всего один, лениво грациозный бросок...Принцесса не строила иллюзий на этот счет - мужчина, не напрягаясь, мог свернуть ей шею.
   Её размышления прервал дворецкий, протягивая чашку:
   - Ромашка...
  Принцесса испуганно подпрыгнула от неожиданности, благополучно выбив чашку вместе с кистью руки.
   - Великое созвездие, - в сердцах воскликнула Луричия, даже с дыхания сбившись, и только после этого заметила, как укоризненно смотрит Висельник. Своеобразный подвиг, учитывая, полное отсутствие мышц у него на лице и глаз. Аселайн виновато промямлила: - Простите...
   - За что? - язвительно поинтересовался дворецкий.
   Луричия покраснела, с неудовольствием отметив про себя, что это начинает входить в привычку:
   - За то, что выбила чашку...
   - И-и-и? - протянул скелет.
   - И за то, что оторвала вам руку...
   - И-и-и? - он был неумолим. А вот Луричия растерялась. За что ещё извиниться девушка не придумала, поэтому беспомощно посмотрела на Райтгарта, который намекающее покосился на лежащую, на полу чашку. Принцесса намек не поняла и, скорчив соответствующую рожицу, развела руками. Санта рассмеялась и сквозь смех пояснила:
   - Чай...
   - Что?! - девушка все равно не понимала.
   - Боги огня! - не выдержал дворецкий. - Я только что почистил этот ковер!
   - Ну, откуда мне было знать?! - огрызнулась принцесса, которой не понравился такой тон. Она к этому не привыкла. Кроме родителей никто её не отчитывал.
   - А у Висельника все ковры свежевымыты, - вяло прокомментировал Райтгарт. - Он питает к ним особую симпатию.
   Луричия только собралась высказаться по этому поводу, с подробным разбором родословной дворецкого и с ярким описанием того, где она видала его отношение, когда вмешалась хозяйка дома:
   - Как дети малые, - умиленно прокомментировала она, и, подкурив сигарету на длинном резном мундштуке, тут же сменила тон на подчеркнуто деловой: - Итак, чем я могу помочь, Райтгарт?
   - Нужна маскировка, - равнодушно ответил мужчина, отпив чай.
  Луричия даже не поняла, как чашка оказалась в его руках! Видимо, Висельник подал горячий напиток раньше, чем ей. Хотя девушка могла бы поклясться, что ещё несколько мгновений назад ничего не было. Что за чудеса?
   - Неужели ты засветился? - Санта так удивилась, что подавилась дымом.
   - Не мне, ей, - тем же тоном пояснил наемник.
   Санта смерила принцессу оценивающим взглядом. Луричия тут же расплылась своей самой очаровательной улыбкой.
   - И что она натворила? - заинтересовалась хозяйка дома.
   - Сделай свое дело целительница, - сухо процедил сквозь зубы Райтгарт. - Остальное тебя и не касается.
   Женщина какое-то время смотрела на него немигающим взглядом, потом повернулась к принцессе, которая все ещё улыбалась, не зная как себя вести в этой ситуации. Она даже на всякий случай быстро подняла с пола чашку.
   - Крепко же ты его зацепила, девочка, - хмыкнула Санта. - И что с тобой сделать?
   - Думаю, ничего кардинально менять не нужно, - поделился своими соображениями наемник. - Волосы, глаза - и она станет неузнаваемой.
   - Согласна, - Санта одобрительно кивнула головой и снова затянулась.
   - Что волосы и глаза? - стараясь держать улыбку, с подозрением спросила Луричия.
   - То, что в тебе следует изменить и ты станешь неузнаваемой, - пояснила целительница и, подойдя к принцессе, взяла в руки прядь, чтобы оценить их структуру и степень работы, которую придется проделать. Но Луричия тут же отскочила от неё, как ужаленная:
   - Не дам портить свои чудные волосы!
   - Но...
   - Нет! Я люблю свои волосы больше всего на свете!
   - Райтгарт, - тяжело вздохнула женщина. - Я не могу так работать!
   Наемник встал со своего места и подошел к спорящим женщинам. Он положил руку Санте на плечо и успокаивающе сказал:
   - Минуту, я её уговорю.
   Прежде чем Луричия успела сказать что-то протестующее, Райтгарт повернулся к ней, одним резким движением притянул к себе и поцеловал. Это было так неожиданно, что растерявшаяся принцесса не успела ничего ни сказать, ни сделать... Она даже забыла, что по идее должна бы сопротивляться.
   Когда наемник, наконец, оторвался от её губ, девушка все ещё находилась в легкой прострации.
   - Можешь ничего не делать со своими волосами. Но тогда я буду делать так снова и снова тогда, когда мне захочется.
   Луричия несколько мгновений смотрела на неё немигающим взглядом, потом выскользнула из объятий и подошла к целительнице:
   - Я тут подумала... - она сделала небольшую паузу и посмотрела в пол. - Это же только глаза и волосы, верно? Меняйте их, как вам будет нужно. Хоть повыдергивайте!
   Последняя фраза прозвучала почти истерично. Санта отреагировала на такое заявление громким хохотом. Райтгарт ухмыльнулся каким-то своим мыслям. В картину общего внепланового веселья не вписывался только висельник, который шастал с веником и совком по всей комнате, подметая несуществующий мусор, и бурчал:
   - Ходят тут всякие, мусорят... пепел на ковер везде бросают...
  Выходка Райтгарта настолько ошеломила и напугала принцессу, что Луричия заперлась в комнате, любезно предоставленной хозяйкой дома, боясь показаться наемнику на глаза. Девушка то и дело вспоминала поцелуй... Она, то краснела от стыда, то злилась, то хотела плакать. Но чаще, и в этом страшно было признаваться даже самой себе, хотелось, чтобы он повторил поцелуй... Новые ощущения не просто взволновали девушку. Они совершенно выбили её из колеи. Принцессе не приходилось раньше ни с кем целоваться. И теперь девушка совершенно не представляла, что делать. И спросить не у кого.
  В невеселых размышлениях прошел весь день, который скрашивали только необыкновенно вкусные кексики, присланные хозяйкой дома, после того, как принцесса не вышла к обеду.
  Луричия решилась покинуть комнату только к ужину, хотя по-прежнему чувствовала себя неловко. Во-первых, девушка так и не решила для себя, как реагировать на выходку Райтгарта, и стыдно было показаться на глаза свидетелям этой сцены. Во-вторых, платье, которое ей прислала хозяйка дома. Сам наряд-то приличный... Длинное платье, черного цвета с красными вставками. В таком и ко двору показаться можно. Но принцессе было неудобно носить такие цвета. Матушка всегда одевала её как куколку только в светлые тона: бежевый, голубой, кремовый и победитель - белый. Луричия видела красные и черные наряды только на придворных и могла о них только мечтать. Поэтому, впервые одев платье в таких тонах, чувствовала себя ужасно неуютно. Ещё одна вроде и не большая, но вполне существенная деталь - у этого платья имелось декольте. Не подумайте, Луричия не ханжа. В большинстве нарядов, которые у неё были лет с пятнадцати, тоже было декольте. Просто... в отличие от хозяйки дома, любезно предоставившей этот наряд из своего личного гардероба, у принцессы имелась грудь. И то декольте, которое позволительно было одеть на грудь первого размера, с её третьим смотрелось, мягко говоря, не скромно. Да что там не скромно! Декольте было таким откровенным, что граничило с вульгарностью!
  Но выбирать особо не из чего. Или идти в этом, или остаться без ужина. А девушка и так целый день голодала. Ей было очень стыдно, поэтому она пропустила обед, сославшись на усталость. Строго говоря, Луричия была твердо намерена и к ужину не показываться. Но маленький противный желудок победил твердые убеждения. Чтобы как-то прикрыть декольте, принцесса распустила волосы и лишь слегка сколола их на затылке.
  В таком виде она и вошла в столовую. Первой её увидела Санта. Она как раз затянулась сигаретой, да так и застыла. Мундштук выпал у неё из рук, и только закашлявшись дымом, старая целительница пришла в себя.
  - Луричия! Ты принцесса Луричия! - женщина вскочила на ноги и принялась метаться по столовой. - О, боже! Луричия! В моем доме!
  Принцесса растерянно переминалась с ноги на ногу, не зная, что делать. Её волновал Райтгарт. Точнее, темное пламя, которое витавшее над ним. И глаза медленно затягивало темной пеленой, как во дворце. Девушка готова была расплакаться. Положение спас Висельник:
  - Госпожа, - он остановил разволновавшуюся целительницу, и кивнул на Райтгарта. - Пока не поздно...
   Луричия нервно сглотнула. Ей доводилось видеть мужчину в таком состоянии. Девушка замерла, боясь шевельнуться, как тогда в замке. Сейчас, при ясном свете, она видела, не только темный дым, но и то, как менялся наемник - кожа темнела и грубела, словно обугливаясь, белки и зрачки медленно тонули во тьме...
  - Райтгарт, - властным голосом окликнула целительница, и наемник начал приходить в себя.
  - Что? - ровным голосом спросил он, сделав ещё один глоток чая.
  - Держи себя в руках, - резко сказала женщина. - Что ты творишь?
  - О чём ты? - уточнил он.
  - Не прикидывайся дураком! - взорвалась Санта и принялась мерить шагами комнату. - Ты совсем из ума выжил? Она наследная принцесса!
  - Я знаю, - сухо прокомментировал Райтгарт.
  - А ты в курсе, что жених разыскивает её по всем углам?
  - Наследник Диармайда тут? - удивилась Луричия. По идее он не должен был оказаться в городе минимум четыре дня.
  - Какой наследник? - раздраженно фыркнула Санта. - Ты деточка моя выходишь замуж за первого советника короля. Он к тебе питает большую и чистую любовь. Даже оплатил долги королевства...
  - Невозможно, - уверенно сказал Райтгарт. - Советник заказал убийство. Какая там любовь?
  - Большая и чистая, - тихо ответила Луричия стараясь смотреть куда угодно, только не на наемника. И добавила, чтобы тот понял: - Обратный эффект не предусмотрен...
  Райтгарт вскочил на ноги:
  - Боги огня и меча! Что ты натворила женщина? - он не на шутку разозлился. - Когда ты вообще успела?
  - Ну, ты велел искать помощь... я думала советник поможет... А потом он запер нас в кабинете... хотел меня убить... - заикаясь, сбивчиво лепетала Луричия. Видя, что наемник собирается высказаться по этому поводу, она заявила упреждающе:- Я защищалась!
  Райтгарт застонал.
  - А ты не могла, защищаясь, превратить его в лягушку? - раздраженно спросил он. - Или наслать чуму?
  - Да это единственное заклинание, которое я знаю, - так же зло ответила ему девушка.
  Теперь уже Райтгарт начал измерять шагами комнату, пытаясь что-то придумать. Через какое-то время он принял решение:
  - Ладно, это, конечно, осложнение, но не столь существенное, чтобы менять первоначальный план, - его голос снова стал ровным и спокойным.
  - Какой план?! - эмоционально воскликнула Санта. - Райтгарт, ты и раньше чудил, но это перебор. Ты похитил единственную наследницу трона...
  - Я с ним по доброй воле, - тихо поправила её Луричия, и на какое-то мгновение повергла целительницу в ступор. Но затишье длилось недолго. Санта сменила тактику и, подойдя к принцессе, взяв за руки, принялась ласково, как набедокурившему ребенку объяснять:
  - Пойми, деточка, сейчас тебя ищут все. Охранники проверяют мужчин и женщин. Какую бы магическую личину на тебя не нацепили - её развеют. Ко мне сегодня уже приходили несколько наемников за информацией. Твое счастье, что когда Райтгарт привел тебя утром, растрепанную, перемазанную грязью и воняющую канализацией, я не признала в тебе принцессу.
  - Но я не хочу домой... - у девушки на глазах появились слезы.
  - Санта, - холодно сказал Райтгарт. - Луричия со мной. И пока я жив никуда не уйдет.
  Целительница снова замолчала на некоторое время, а наемник продолжил:
  - Я обо всем подумал. Если бы мне нужна была просто магическая личина, вряд ли мы показались у тебя на пороге...
  Это прозвучало слишком многозначительно, и Санта изменилась в лице:
  - Ты понимаешь, что просишь? - шокировано спросила она, и повернулась уже к принцессе: - Деточка, если ты на это согласишься... Если я это сделаю... Обратного пути не будет. Ты не сможешь вернуться! Никогда!
  Настал черед Луричии задуматься. Значит, маскировка будет необратимой... Она не сможет вернуться домой, никогда не увидит родителей... Перед глазами сам собой всплыл образ отца, говорящего: "Ты выйдешь замуж за наследника Диармайда, даже если небо рухнет нам на голову. Ясно?", и матери счастливой от того, что нашелся дурак, готовый на ней жениться...
  - Делайте, - холодно и решительно сказала Луричия, глядя прямо в глаза целительницы. - Мне хоть так, хоть так возвращаться некуда.
   Санта ещё какое-то время пыталась уговорить, но девушка была непреклонна. Поэтому после ужина целительница провела её и наемника, наотрез отказавшегося отпускать девушку одну, в свою лабораторию. Луричия была ему по-своему благодарна, неизвестность сильно пугала. Санта проводила приготовления четкими, давно отработанными движениями. Принцесса далеко не первая, кто попал к ней в руки. Клиенты могли реагировать на происходящее по-разному - закатать истерику, откровенно показывая свой страх, или не издать ни звука. Но Санта всегда твердо знала, что они напуганы. Такова человеческая природа - бояться неизвестного. Поэтому, она всегда говорила с пациентом, объясняя каждое свое движение. Этот раз не стал исключением:
  - Процедура очень простая и безболезненная, - приговаривала Санта, ставя перед собой разнообразные баночки с кремами, мазями и настойками, в которых только она ориентировалась по каким-то ей понятным признакам. - Может быть неприятно, но не более того.
  Она нашла то, что искала и показала девушке:
  - Сейчас мы намажем тебе волосы этой краской. Ты походишь с ней около часа и после того, как смоем, твои волосы станут иссиня черными. Отрастающие тоже. Обратный эффект не предусмотрен...
  В этот момент принцесса издала неопределенный звук, и Санта с надеждой посмотрела, не передумала ли она. К её удивлению принцесса улыбалась. Девушка вспомнила то самое заклинание, которое втравило её в эту историю. Оно тоже заканчивалось словами: "Обратный эффект не предусмотрен". Странно, как несколько слов могут повлиять на суть.
  - Что? - спросил обеспокоенно Райтгарт. Не тронулась ли она умом от переизбытка эмоций?
  Луричия рассмеялась, укрепив его в подозрениях:
  - Обратный ...эффект... не предусмотрен... - бормотала она сквозь смех.
  - Ты в порядке? - наемник присел, обеспокоенно заглядывая ей в глаза. - Скажи только слово и мы все отменим...
  - Не обращай внимания, - отмахнулась Луричия. - Мы сделаем это, даже если небо рухнет нам на голову.
  - Ну, если ты настаиваешь... - неуверенно протянул Райтгарт, с опаской поглядывая на целительницу.
  - Я требую, - с нажимом сказала девушка, состроив самую уверенную рожицу, на которую только была способна.
  Санта переглянулась с Райтгартом и, пожав плечами, продолжила:
  - Кроме краски мы так же воспользуемся вот этой маской для лица, - она продемонстрировала небольшую колбу ядовитого зеленого цвета, не внушившую особого доверия принцессе. Видимо, эта мысль большими прописными буквами отразилась у неё на лице, потому, что целительница мягко улыбнулась и сказала: - Пахнет, конечно, отвратительно, но могу тебя заверить с абсолютной уверенностью - это абсолютно безопасно. Маска подкорректирует черты твоего лица. Ничего радикального - просто сделаем более мягкую линию подбородка и чуть выше скулы. Черты лица станут нежнее и в сочетании с другим цветом волос и другим цветом глаз...
  - Откуда у моих глаз возьмется другой цвет? - спросила Луричия, которую в этот момент интересовало, не больно ли это и сколько времени уйдет на все про все.
  - Хороший вопрос, - похвалила Санта, и с энтузиазмом принялась рассказывать: - Сейчас твои глаза серые. Какой цвет ты хотела бы?
  - Ну, - принцесса посмотрела в сторону, и назвала первое, что пришло в голову: - Зеленый.
  - Отлично, - почти промурлыкала довольная Санта, доставая небольшую глиняную колбочку. - Загадай ты, например, карие или чего по экзотичнее - рубиновые там, или фиолетовые, как нынче модно - было бы сложнее. Но зеленые это плевое дело. Возьмем эти капли, и в течение десяти минут ты навсегда станешь зеленоглазой.
  - Но ведь все что вы сделаете, на самом деле, не так и сильно изменит мою внешность, - недоуменно воскликнула Луричия. - Какой тогда смысл?
  - А-а-а... - по реакции Санты принцесса поняла, что случайно зацепила очень интересующую её тему. - Только дилетанты станут портить твою внешность милая. Ты очень красивая и это следует только подчеркивать.
  - Не понимаю, - развела руками девушка.
  - Деточка, если тебе нужно что-то спрятать - то прячь это на виду, там, где никто не станет искать. Все будут искать голубоглазую блондинку, и никто не станет проверять похожую на неё зеленоглазую брюнетку. Потому, что это слишком очевидно.
  Луричия на несколько мгновений задумалась. Потом кивнула головой в знак согласия.
  - И имя.
  - Что деточка? - переспросила Санта.
  - И имя. Мне нужно изменить имя, - решительно сказала пока ещё Луричия.
   Все процедуры, о которых рассказывала старая целительница, заняли намного меньше времени, чем рассказ перед этим. Прошло немногим больше часа, и принцесса уже любовалась своим новым образом.
  - Тебе нравится? - спросила целительница с улыбкой.
  - Это... неожиданно... - уклончиво ответила девушка, рассматривая свое отражение в зеркале.
  - Что-то не так? - Райтгарт наблюдал за ней со скрещенными на груди руками.
  - Странно смотреть на себя такую, - пожала плечами принцесса. - Мои волосы такие... черные. А глаза такие... зеленые... И это дико!
  Санта рассмеялась:
  - Ничего, ты привыкнешь. Ты хотела себе новое имя...
  - Тебя будут звать Лючия, - сказал Райтгарт.
  - Мне нравится, - одобрила целительница.
  - А мне нет! - отрезала девушка. - Что это за имя? Лючия! Да оно почти такое же, как и мое. Смысл тогда менять мое имя?
  - И какое имя хотела бы ты? - спросила Санта, не подозревая, что принцесса только и ждала этого вопроса. Все время пока её намазывали разными кремами и масками, девушка перебирала в памяти самые разнообразные имена.
  - Я хочу, чтобы меня звали Изабелла-Эсмеральда! - азартно воскликнула она.
  Райтгарт и Санта её энтузиазма не разделяли. Несколько секунд они смотрели на неё, а потом наемник спокойным голосом сказал:
  - Тебя зовут Лючия, - и отвернулся со скучающим видом.
  - Согласна, - выступила с ним единым фронтом Санта.
  Принцесса пыталась возмущаться, но без толку - эта парочка её успешно игнорировала. Она уже собралась на них обидеться. Но тут Санта полюбопытствовала:
  - Вы останетесь здесь ещё на одну ночь?
  Вместо ответа Райтгарт отрицательно покачал головой.
  - Куда ты её поведешь? - продолжила расспрашивать целительница, а Луричия затаила дыхание, и прикинулась частью мебели. - Неужели...
  Услышать окончание фразы не удалось, потому что с противным скрипом открылась дверь и заглушила самое интересное, впуская Висельника.
  - Да, - коротко ответил Райтгарт, и девушка воскликнула:
  - Куда? Куда мы пойдем?
  - А ты очень любопытная, - по-матерински улыбнулась Санта, но от бдительности принцессы не ускользнуло то, что на вопрос никто не ответил.
  - Ладно, плевать, - спокойно сказала Луричия, равнодушно махнув рукой. - Все равно куда, лишь бы меня звали Изабелла-Эсмеральда.
  И с надеждой посмотрела на Райтгарта. Но он был непреклонен:
  - Отныне тебя зовут Лючия. Запомни.
  - Ну, почему именно Лючия? - разочаровано воскликнула девушка, всплеснув руками.
  -Потому, что это имя похоже на твое настоящее, и ты будешь откликаться на него, если кто-то тебя позовет или заговорит с тобой, - объяснила Санта.
  Луричие нечего было возразить. Довод звучал вполне разумно. Но из врожденного упрямства она ещё немного поспорила. И ужасно обиделась, когда все аргументы были отвергнуты.
  В таком настроении она и покидала дом гостеприимной целительницы. Санта на прощанье по-матерински обняла её, и сказала:
  - Если что-нибудь понадобится - обращайся. Тебе всегда будут рады в моем доме, - видя, что девушку это не сильно подбодрило. Она с лукавой улыбкой добавила: - Я велю Висельнику называть тебя Эсмеральдой.
  Лючия расплылась счастливой улыбкой:
  - А кексики будут?
  Целительница лукаво подмигнула:
  - А как же без них?
  Теперь уже Лючия сердечно обняла Санту:
  - Спасибо вам большое. За все.
  Попрощавшись, девушка пошла за Райтгартом. Плохое настроение улетучилось, как и не бывало. Она начала мурлыкать под нос что-то бодрое, пока они петляли улочками города. Лючия не пыталась запомнить дорогу, которой они шли. Принцесса умудрялась теряться и в собственном дворце. А большой незнакомый город... Какие шансы, что она найдет верный путь?
  Райтгарт резко остановился и задумавшаяся Лючия, не успев притормозить, больно стукнулась носом о его широкую спину. Только принцесса собралась поведать, кто он есть после такой подлянки, как наемник повернулся и сказал:
  - Видишь эту таверну?
  Лючия посмотрела на здание за ним. По виду самое злачное из злачных местечек в этом мире.
  - Что это за гадюшник? - сморщив носик, спросила она.
  - Запомни, очень важно, чтобы ты сделала все в точности так, как я скажу, - серьезно сказал Райтгарт, проигнорировав вопрос. - Зайдешь туда и спросишь Лекс. Ни с кем не говори, кроме неё. Ей скажешь, что Райтгарт велел усадить тебя за столик и напоить ромашковым чаем. Запомнила?
  - Да, - рассеяно кивнула Лючия, мысли, которой были обращены к невеселой перспективе идти туда в одиночку.
  Наемник взял её за плечи и встряхнул:
  - Это не шутки! Повтори!
  - Зайти внутрь, спросить Лекс, сказать, что Райтгарт велел усадить меня за столик и напоить ромашковым чаем...
  - И ни с кем не говорить! - строго напомнил он. - А теперь иди. Я приду, когда улажу некоторые вопросы.
  Лючия повернулась и послушно пошла к таверне, но, сделав пару шагов, обернулась:
  - Почему я должна идти туда одна?
  Ответом ей была тишина. Наемник словно испарился.
  Девушка какое-то время нерешительно потопталась на месте. Ушел. Сейчас нужно либо довериться наемнику и войти, либо сбежать. Никто никогда не узнает о судьбе наследницы престола. Можно будет раствориться в этом большом мире, смешаться с толпой и прожить долгую ничем не примечательную жизнь. Безопасную жизнь. Можно будет печь булочки, и быть Изабеллой-Эсмеральдой. Девушка сделала шаг в противоположную сторону. И замерла. Безопасная жизнь. Вся существование было таким.... До встречи с Райтгартом. За сутки с ним принцесса пережила больше приключений, чем за все прожитые годы, и авансом на будущее. Если остаться с Райтгартом, то её век будет недолгим. Но однозначно более красочным.
  Девушка ещё какое-то время потопталась в нерешительности. А потом твердо зашагала.
  В сторону таверны.
  Лючия не подозревала, что за её действиями наблюдали две тени.
  - А если бы она пошла в другую сторону? - спросил один из двух мужчин.
  - Я бы отпустил. Дал бы жить той жизнью, которую сама выберет, - тихо ответил Райтгарт.
  - И навсегда бы оставил в покое? - насмешливо спросил собеседник.
  - Всегда бы присматривал, - тихо сказал наемник. - Убью любого, кто захочет её обидеть.
  При этом наемник красноречиво посмотрел на своего напарника.
  - Да не меня бойся, - рассмеялся тот. - Тебе ещё с мастером объясняться.
  Райтгарт мрачно вздохнул. Будто он сам об этом не знает...
   Глава 5
  
  Королевский двор уже второй день взбудоражено обсуждал последние события. На дворец напали, чего не происходило на памяти никого из ныне живущих. Похитили принцессу, единственную наследницу престола. Это случилось под покровом ночи, и хоть королевская стража была настороже и ждала нападения, помешать не смогла. Убийцы перебили всех, кто стоял у них на пути, а о дальнейшей судьбе прекрасной аселайн оставалось только гадать, потому, что похитители до сих пор так и не потребовали выкуп.
  Король Ветилен даже не пытался сохранить все произошедшее в секрете. Слишком много было свидетелей. А учитывая, что слухи при королевском дворе всегда разлетались быстрее молнии, любые попытки их пресечь были обречены на провал. Тем более, события имеющие такое влияние на судьбу страны. Хуже всего было с домыслами. Официальная версия, сухая и краткая, изложенная королевским глашатаем, понеслась по двору и словно снежный ком обрастала все новыми и новыми подробностями. Прошло не более часа и вот уже придворные пугали себя историями о несчастной судьбе аселайн, при этом каждая следующая была страшнее предыдущей. Чем невероятней был рассказ, тем радостнее его воспринимала публика. Учитывая, что подробностей сообщили крайне мало, и никто не мог опровергнуть сказанное, фантазия сплетников буйствовала.
   Несчастную аселайн продавали в рабство, убивали, четвертовали, прятали останки в стене, заставляли отказаться от престола в пользу мифического незаконнорожденного наследника, или какого-то дальнего родственника о чьем существовании никто не догадывался. Впрочем, последние версии продержались недолго ввиду своей несостоятельности. Всех возможных претендентов на трон из близкой и дальней родни мужа, Рамония медленно, но уверенно извела за долгие годы правления. Кого-то казнили за государственную измену, кого-то поймали на воровстве и бросили в темницу, после показательного суда. Были счастливчики тихо умершие в своей постели, сгорев за ночь от неизвестной болезни, а так же те, кто просто исчез. Королева позаботилась, чтобы трон не уплыл из рук. А Ветилен, обожающий супругу, никогда не изменял, не заводил случайных интрижек, или фавориток.
   Поэтому в лидерах по-прежнему были похищение за выкуп, который почему-то не требовали, и убийство. Поклонники первого варианта утверждали, что молчание - это очень ловкий маневр со стороны преступников. Они выжидают, нагнетая обстановку, чтобы потом стребовать больше денег с убитых горем родителей. Основной аргумент сторонников второй версии сводился к тому, что комната аселайн тонула в крови. Эти сведенья пока никто не подтвердил, но и не опроверг. Королевская стража никого даже в то крыло не пускает. Ну и опять же выкуп никто не просит. И, как водится, тут же нашлись очевидцы, видевшие призрак невинно убиенной аселайн. Массовая истерия набирала обороты.
  Король Ветилен пообещал награду за освобождение Луричии. Он один из немногих, кто знал правду об исчезновении принцессы, и был кровно заинтересован в её скорейшем возвращении. Дело было далеко не в отцовских чувствах. До побега он и не догадывался, что они у него есть. Сейчас постоянное чувство тревоги было причиной не проходящего плохого настроения. На него же Ветилен списывал и раздражение, которое все чаще испытывал в присутствие супруги. Его сильно задевало отношение Рамонии к происходящему - словно не её дочь похитили, а какую-то дорогую безделушку. Да, наверное, пропажа последней вызвала бы больше чувств. А ещё Ветилену было стыдно, что ещё вчера испытывал те же потребительские чувства по отношению к единственной дочери, своей плоти и крови. Но это не отменяло того факта, что по возвращении он выдаст Луричию замуж. Так нужно для страны, и в кои-то веки, Ветилен вспомнил, чему его учил покойный король Георг: "Отец отвечает за семью, и ставит её интересы выше своих. Ты - отец каждому жителю Биариццы. Их интересы выше твоих". Хотя, где-то глубоко в душе как змея завозилось чувство вины. Ветилен никогда не был дураком, и прекрасно понимал, что Луричия сбежала потому, что не хотела замуж за Синклера. Король слабо улыбнулся. Можно позаботиться об интересах дочери и об интересах страны одновременно. Не хочет за наследника Диармайда? Тогда у неё есть альтернатива - Лайонелл. В этом случае Ветилен хотя бы мог быть уверен, что Луричия будет любима.
   Поэтому, едва глашатай объявил о солидном вознаграждении за возвращение аселайн, король тут же выступил с речью, в которой кратко сообщил, что помолвка с наследником Диармайда разорвана в одностороннем порядке. Как только принцессу Луричию вернут во дворец, она выйдет за советника Лайонелла.
  Кроме того, король до сих пор испытывал осадок от утренней ссоры с супругой.
  Ветилен и Рамония впервые за почти двадцать лет совместной жизни поругались. Прежде такого не случалось. Монарх в буквальном смысле слова боготворил свою супругу. Он потакал всем капризам, пылинки с неё сдувал. И сегодня утром ничто не предвещало бурю.
  Все началось с того, что за завтраком Рамония завела разговор о побеге:
  - Нашу дочь все ещё не поймали, - как бы, между прочим, заметила она, отправляя в рот очередную порцию салата со спаржей.
  - Они делают все, что в их силах, - нахмурился Ветилен. В отличие от супруги, ему кусок в горло не лез. Беспокойство о дочери возрастало с каждой минутой её отсутствия. Луричия очень домашний ребенок, и совершенно не приспособлена к жизни за пределами дворца... вот, когда появилось сожаление о пробелах в её образовании. Если бы умела готовить или считать толком, появился бы шанс заняться честным ремеслом. А так... Его передернуло, от мысли, какие остаются варианты. Наследная принцесса, плоть от плоти, кровь от крови Ветилена будет воровать или торговать собой потому, что он плохой отец. Бессильная злоба, которую король пытался загнать поглубже, пусть и невольно подогревалась супругой.
  - Значит, пусть делают больше, - фыркнула Рамония, не обратив внимания на недобрый блеск в глазах мужа.
  - Никто не может сделать больше, - спокойно ответил он, не отводя взгляд. - Мы подключили лучших из тех, кто есть в нашем распоряжении...
  - Это все отговорки, - перебила его Рамония, остановив небрежным жестом. - А я не хочу слышать твои оправдания. Мне нужен результат...
   - Рамония...
  - Все я сказала! - строго прикрикнула на него.
  Ветилен медленно встал. От ярости на скулах заходили желваки.
  - Ты забываешься, дорогая супруга, - резко сказал он. - Я тут король, не смей мне указывать!
  Рамония изумленно подняла глаза. Что это сейчас было? Ветилен никогда не противился её желанием и никогда не пытался поставить на место. Мужчина всегда был по уши влюблен и предан, как щенок. Заклятие это гарантировало, пока...
  Краски отхлынули от лица Рамонии.
  Пока книга рядом!!!
  - Прости дорогой, - взволнованно пролепетала она, вставая из-за стола. - Я просто волнуюсь о нашей дочери. Я пойду...
  Королева пулей выбежала из столовой. Нужно найти гримуар! Он был в комнате Луричии... Не могли же девчонку похитить вместе с книгой.
  Рамонии снова вспомнился советник. Этот олух влюбился ещё сильнее, чем Ветилен. Он почти, что молится на портрет принцессы. Помешался, в буквальном смысле слова. Даже колдовство Санты на крови не дало такого эффекта. Если бы Луричия так его приворожила, Рамония, наверное, впервые могла бы ею гордиться. Но бестолковой дочери это не дано.
  А вот бывшая подруга вполне могла.
  Ворвавшись в апартаменты принцессы, все ещё пребывающие в полном разгроме, королева попыталась найти книгу. Она перевернула все вверх дном, но так и не нашла. Значит... Вместе с единственной надеждой рассчитаться с долгами, неизвестные унесли и гримуар.
  Если до этого момента Рамония ещё сомневалась, то теперь была уверена в том, кто подстраивает все эти неприятности.
  Санта.
  Вот уж о ком не думала, что она опустится до мести. Столько лет прошло...
  Когда Ветилен только привез во дворец новоиспеченную супругу, семья, да и двор встретили её весьма... прохладно. Это сейчас Рамония королева, ни в чем не знает отказа, живет в своё удовольствие, и при встрече придворные выражают свое почтение. А в то время, даже самый мелкий дворянин смотрел на неё свысока. Потому, что Рамония простолюдинка, в ней нет ни капли не то, что королевской, просто благородной крови. Ей, конечно, пожаловали титул, иначе девушка не смогла бы сочетаться законным браком с наследником престола. Но происхождение в глазах общества это не отменяло.
  Рамония была изгоем.
  Королева Дейдра в добровольно-принудительном порядке приставила к ней фрейлин. Девушки даже не скрывали своего отношения к новоиспеченной принцессе, которая по происхождению была ниже любой из них. Стоило ли удивляться, что они либо шпионили за ней, либо, с одобрения и поощрения Дейдры, старались флиртовать с Ветиленом?
  Потерпев немного, Рамония плюнула на все, и отказалась от фрейлин, призвав вместо них ко двору лучшую подругу, с которой вместе росла. У неё к тому же был хороший повод - Санта прекрасная травница, настоящий целитель. А молодая королева носила под сердцем первенца, наследника. И никому не позволяла к себе прикасаться.
  По приезде, Санте тут же дали должность личного врача Рамонии. Супруг смотрел на это, как на очередную прихоть, и соглашался, чтобы любимая супруга была довольна. Королева-мать позволила присутствие невзрачной травницы, лишь бы невестка не перенервничала, и не случился выкидыш. Тем более что справлялась Санта вполне достойно, а вскоре и вовсе превзошла придворного лекаря в мастерстве. К тихой и скромной девушке, никому не отказывающей в помощи, выстраивались целые очереди.
  Прошло несколько лет, и Санта обзавелась поклонником. И это был не просто мимолетный роман. Правду говорят: "Седина в бороду - бес в ребро".
   Однажды на охоте король упал с лошади и сломал ногу. Санта не отходила от него, и Георг влюбился как парнишка. Мужчина долго и красиво ухаживал, добиваясь взаимности. Санта не смогла долго сопротивляться такому напору и вскоре подарила ему сердце. Но воспитание и моральные принципы не позволяли заводить отношения с женатым мужчиной. Тем более что безродная знахарка считала себя не достойной внимания короля. Девушка долго отпиралась, мучая его, и мучаясь сама. Но, в конце концов, сдалась, позволив себе побыть счастливой, стараясь не задумываться о последствиях. Сгорая в пламени любви и страсти, девушка боялась только того, что однажды все закончится. Или кто-то узнает и придется расстаться, и король охладеет, найдя себе более красивую, или более знатную фаворитку... Но закончилось все тогда, когда об этой неразрешенной связи узнала Рамония - человек, с которым Санта выросла и которого считала самым близким на всем белом свете. И не преминула этим воспользоваться. Наплевав на чувства единственной подруги, будущая королева начала шантажировать Георга, требуя, чтобы тот отказался от трона в пользу сына. Король оказался крепким орешком и на шантаж не поддался. Злая, как армия дэймонов, Рамония пошла к его супруге, королеве Дейдре, которая закатила страшный скандал.
  Георг переждал, пока закончится истерика, и объявил, что разводится и женится на Санте. Ребенок, которого она родит и станет наследником.
  Это была катастрофа. Рамония буквально чувствовала, как корона уплывает из рук. Нужно было что-то делать.
  Воспользовавшись наивностью подруги, Рамония сделала вид, что очень сожалеет, о своем поступке и хочет помириться. Санта поверила и впустила её к себе. Дождавшись момента, когда целительница отвлеклась, Рамония поменяла бирки на колбах: лекарство для больного сердца королю с быстродействующим ядом.
  Её план сработал идеально. Санта сама отнесла возлюбленному отраву. Георг умер у неё на руках, а травница ничего не смогла сделать.
  Рамония боялась, что Санта, поймет, что произошло, и будет мстить. Поэтому поставила бывшую подругу перед нелегким выбором - или она выйдет замуж за выбранного ею мелкого дворянина и удалится со двора, либо её сошлют в ссылку. Последнее будет равносильно тюремному заключению, так что по большому счету выбора как такового и не было. Рамония не уставала повторять, как Санте повезло, ведь травница обвинялась в смерти короля. Наказание могло быть куда более жестоким. Девушка до последнего твердила, что не виновата, на коленях умоляла поверить ей. Но бывшая подруга осталась глухой ко всем мольбам, и свадьба состоялась.
  Вскоре Санта овдовела.
  Рамония долго гадала, произошло ли это по естественным причинам, или подруге не понравилось замужем. Но спросить было некого. Талантливая знахарка так и не вернулась ко двору. А Рамония перестала интересоваться её судьбой. Королевская жизнь полна хлопот: балы, приемы, аудиенции... Тут не до такой мелкой сошки, как бывшая лучшая подруга.
  Почему же, спустя столько лет, Санта решила мстить? Что изменилось?
  С ней срочно нужно поговорить!
  
   *****
  Лючия подошла к двери таверны. Подошла уверенно и ...застыла. Никогда прежде ей не приходилось бывать в подобного рода местах. Неизвестность пугала.
  Немного потоптавшись, аселайн решилась и толкнула дверь. Когда глаза привыкли к царящему полумраку, девушка поняла, почему снаружи было так тихо. Сам кабак, в который её отправил Райтгарт, находился в подвале этого дома. Чтобы туда добраться пришлось спускаться по старой лестнице, каждая половица которой скрипела так, будто не выдержит её веса. Кроме того, неизвестно чем руководствовался архитектор, строящий эти ступеньки, но они были очень короткими и высокими. Лючии приходилось делать по шагу за раз, чтобы не упасть вперед и придерживаться за стену. Перила были настолько грязными, что девушка без труда рассмотрела это даже при слабом освещении, и выглядели ещё более ветхими, чем лестница. А под конец и вовсе были сломаны. Сама лестница была не большой, всего два пролета. Но спуск, кажется, занял не меньше часа. Чем ближе она подходила к входной двери, тем сильнее нарастал гул.
   В помещении оказалось не лучше. Громадный кабак, занимающий большой подвал был, наверное, самым грязным местом в мире! Принцесса очень удивилась бы, узнав, что не далека от истины. Публика, предпочитающая выпивать в этом заведении, не могла похвастаться наличием звонкой монеты в кармане и манерами, но отличалась большой любовью к дешевой выпивке. Поток клиентов в кабаке, носящем гордое название "Пух и прах" не прекращался ни днем, ни ночью. Дешевая выпивка не только была им по карману, но и быстро доводила до нужной кондиции. Эта самая кондиция здесь определялась просто - свалился под стол и храпит, значит, клиент готов. Вышибала, дюжий детина, вытаскивал такого пьяницу на задний двор, а его место тут же занимал ещё один страждущий. Конвейер работал круглосуточно и никогда не давал сбоев. По этой же причине в кабаке никогда не убирались, и удушливый запах, стоящий с момента открытия, легко сбил дыхание у неподготовленной Лючии. Незамысловатая мебель - грубые столы и массивные скамьи - была привинчена к полу, барная стойка тянулась через весь зал, а пол местами пробит, и завален мусором. Несмотря на туфли с плотной подошвой, принцессе захотелось выбежать отсюда и хорошенько вымыть ноги.
  Лючия так и застыла в дверях, оторопело глядя на происходящее вокруг. Дальний угол оккупировали любители азартных игр и в царящей неразберихе время от времени проскальзывали их окрики. Под низкими сводами кабака "Пух и прах", то тут, то там раздавалось нестройное пение. Каждый ревел на свой лад, стараясь как можно громче изложить то, чтобыло сейчас на уме. Разобрать, что именно так душевно завывают посетители, не представлялось возможным. Единственное, что звучало громче этой какофонии - дружный громкий хохот, затихающий так же внезапно, как и возникающий.
  - Какая красотка! Выпей с нами! - дернул её за край платья, сидящий за ближайшим столиком мужик и, наматывая его на кулак, потянул к себе. Собутыльники поддержали его дружным хохотом.
  - Нет, спасибо...
  Лючия попыталась освободиться, но неожиданного воздыхателя такой ответ не удовлетворил:
  - Та чё ты! Щас все культурненько будет... - он подтащил упирающуюся девушку ближе и улыбнулся. Стоило Лючии почувствовать исходящее от него амбре, да увидеть гнилые зубы почти через один, где и силы взялись! Девушка отпрянула от него, едва не оставив верхнюю юбку на память. Ткань треснула, но не подвела. Мужчина, так "мило" улыбавшийся всего мгновенье назад резко вскочил, и что-то зло рыкнул, но его слова утонули в оглушительном хохоте товарищей по бутылке. Лючия медленно попятилась, не сводя с него испуганных глаз. Пока не уперлась в стену. По новому взрыву хохота, и по здоровенной лапе, шлепнувшей её по месту ниже спины так, что несчастная аж подпрыгнула, девушка поняла, что не в стену.
  Отскочив в сторону, Лючия дикими глазами уставилась на ржущего великана, с огромным пивным животом, на котором расползались пуговицы, обнажая волосатый пупок. Редкие грязные волосы выглядели даже отвратительнее, чем гнилые зубы и густая щетина. Этот исполин был на добрую голову выше неё самой, и смеялся так громко, что на мгновенье заглушил шум в кабаке. Лючия испытала ни с чем несравнимое облегчение, когда к ней пошла дородная тетка. Правда, ненадолго. Зычным, хорошо поставленным голосом она рыкнула, легко перекрикнув гул в таверне:
  - Вали отседава!
  Богатырша в грязном переднике произвела на принцессу настолько неизгладимое впечатление, что бедняжке тут же захотелось провалиться сквозь землю, пеплом по ветру рассеяться, лишь бы оказаться подальше "отседава". Но какая-то часть её не давала отступить. В голове мелькнула мысль о том, что если Лючия сейчас сбежит, то Райтгарт рассердится, когда узнает. Некстати вспомнился темный огонь, которым наемник пылал изнутри, когда напугал её в замке. Принцесса ещё раз осмотрела зал и поняла, что больше боится мужчину, которого невольно околдовала. И отрицательно покачала головой, выдавив из себя одно короткое:
  - Нет...
  В зале раздался новый взрыв хохота.
  - Правильно, принцесса, - прокартавил пьяным голосом, сидящий за соседним столиком мужик. - С нами веселее будет...
  - Не, - перебил его толстяк, который едва голову держал, до такой степени он был пьян. - Лучше иди ко мне. После меня ни одного мужика не захочешь...
  Подобные предложения посыпались со всех сторон, ещё сильнее напугав Лючию. Девушка невольно сделала шаг назад. Но бежать не решилась. Сидящие напротив мужчины напоминали свору голодных собак. Отец всегда учил, что от таких нельзя бежать. Загрызут. А встретишь опасность лицом к лицу - может и выживешь.
  И эта свора сейчас делила её, как кусок свежего мяса. Неожиданно рядом прозвучал довольно приятный мужской голос:
  - Такая красота в таком гадюшнике. Каким ветром тебя сюда занесло?
  Лючия резко обернулась. Рядом стоял парень лет двадцати пяти на вид со странно разрисованным лицом. Будто у джокера с карточной колоды. Которую, к слову сказать, держал в руках, поигрывая. В полутьме подвала сложно было различить то ли у него такие белые волосы, то ли седые. Но каким-то уму непостижимым образом парень умудрился уложить их в высокую прическу, похожую на колпак джокера. Только черный кожаный костюм не вписывался, напоминая, что перед глазами стоит живой человек, а не оживший персонаж из колоды карт. Почему-то, в отличие от публики в таверне, парень не пугал до икоты. Лючия глубоко вдохнула, успокоилась и доверительно сообщила:
  - Мне нельзя разговаривать и с кем, кроме Лекс.
  - Что так? - спросил блондин, продолжая показывать картами невероятные трюки.
  - Райтгарт приказал... - тихо ответила Лючия и спохватилась. Не нужно нарушать приказ наемника. Тем более в таком месте. - Где Лекс?
  Гомон в таверне начал потихоньку стихать, и все больше и больше взглядов обращались на неё. Лючия почувствовала, как желудок медленно скручивает в тугой узел, а по спине прошелся холодок. Почему-то сейчас она испугалась больше, чем, когда они смеялись и отпускали в её сторону похабные шуточки. Несколько мгновений, пока девушка стояла посреди притихшего зала, показались вечностью. И когда ей казалось, что все, ещё мгновенье, и сейчас точно не выдержит и грохнется в обморок, послышался грудной женский голос, с легкой хрипотцой:
  - Ну, я Лекс.
  Принцесса не сдержала вздох облегчения. Понимая, что обладательница такого красивого голоса к ней не выйдет, Лючия бочком, стараясь не выпускать из поля зрения никого из сидящих за столиками, осторожно подошла к ней сама. Понять, к кому именно идти оказалось не трудно - в этом углу подвала она была единственной женщиной. Зато какой! При королевском дворе было полно красавиц самых разных мастей. Но такой экзотической внешности Лючии не доводилось видеть никогда. Длинные черные, как смоль волосы, чуть раскосые глаза, и очень стройная фигура, которую выгодно подчеркивал черный костюм вроде того, что носил парень-джокер, с которым она только что разговаривала. Принцесса невольно оглянулась, но его и след простыл.
  - Ты что-то хотела? - почти весело поинтересовалась брюнетка, которой надоело ждать.
  Лючия облизала пересохшие губы и прочистила горло:
  - Райтгарт велел... он сказал... Чтобы ты... вы ...
  Женщина улыбнулась, глядя на заикающуюся от испуга девушку. Бедняжка так переволновалась, что не могла связно озвучить свои мысли. Лекс умиленно наблюдала за потугами перепуганной маленькой брюнетки что-то объяснить и в итоге решила помочь:
  - Садись, - она ногой подвинула стул и бедняжка, наверное, восприняв это как приказ, плюхнулась на него. - А теперь слово в слово повтори слова Райтгарта.
  - Райтгарт велел мне зайти сюда, ни с кем не говорить, кроме Лекс и передать тебе, чтобы ты напоила меня ромашковым чаем, - выпалила Лючия на одном дыхании. И шумно втянула воздух.
  - Райтгарт? - поперхнулась от удивления Лекс. - А ты часом не врешь?
  - А зачем? - устало спросила девушка.
  - И то верно, - задумчиво согласилась она. - Никто бы не рискнул врать о таком.
  - Каком? - отвлеклась на свои мысли принцесса.
  - О Райтгарте, - многозначительно сказала Лекс. Но для собеседницы намек оказался непонятным:
  - А что такого? Райтгарт что сюда никого не приводит? - Лючия подвинулась ближе к Лекс, задумчиво поглядывая на публику вокруг.
  - Нет, никого, - покачала головой наемница.
  Это была чистая правда.
   Она знает Райтгарта практически столько же, сколько состоит в гильдии. Даже несколько раз была с ним на общих заданиях. Конечно, евнухом он не был. Но это были одноразовые связи.
  Видимо крепко его зацепила эта малышка, с открытым ртом рассматривающая все вокруг. Интересно, она хоть понимает, насколько не вписывается? И дело даже не в одежде или манерах. Её можно одеть как Лекс, научить, так же говорить, с той же интонацией, мимикой и жестами. И все равно не впишется. Потому, что каждый из присутствующих здесь отъявленный мерзавец с руками по локоть в крови. Такие вещи накладывают свой отпечаток, незримую печать, выдающую с головой. А у маленькой брюнетки напротив взгляд был чистым, как у ребенка. Может, этим она и привлекла Райтгарта?
  Ещё один вопрос, вертевшийся у наемницы в голове: что заставило его прислать это невинное дитя сюда? Хотел, чтобы она с головой окунулась в его мир и сбежала пока не поздно? У него не было выбора? Хотел, чтобы за ней присматривала именно Лекс?
  Лючия заметила пристальный взгляд наемницы и пояснила:
  - Я в таком месте раньше не была. Сначала сильно испугалась, но теперь мне любопытно. Это даже круче, чем от стражи бегать, - поделилась впечатлениями принцесса и осеклась. Едва не проболталась. Нужно будет повнимательнее следить за языком. И тут же постаралась сменить тему. - Почему все так смотрят?
  - Им тоже любопытно, - просто пояснила наемница, неохотно отрываясь от своих размышлений. - Кто та самая искусительница, которая покорила сердце Райтгарта. Ведь он не просто убийца, девочка моя. Любой здесь слабее него в сто раз, если не в тысячу. Он перебьет всех в этой таверне и даже не вспотеет. А если учесть сколькими способами...
  Лючия вспомнила темный огонь, которым наемник пылал изнутри во дворце и невольно вздрогнула. А ведь этот мужчина действительно силен... И безжалостен. Правильно ли она поступила, войдя в таверну?
  - Где ты летаешь? - слегка толкнула её ножкой под столом Лекс, вырвав из невеселых раздумий.
  - Да я так просто...
  - Испугалась? - понятливо протянула она.
  - Он и вправду так силен? - вместо ответа спросила Лючия.
  - Думаю, не будет преувеличением, если я скажу, что при необходимости Райтгарт в одиночку сможет положить всю гильдию, - спокойно сказала Лекс, потягивая выпивку. - Но тебе нечего бояться.
  - Да уж, - послышался рядом знакомый мужской голос. - В пору бояться всем вокруг.
  Лючия оглянулась. Парень-джокер стоял оперевшись на одну из толстых деревянных колод, подпирающих потолок, и все так же искусно проделывал карточные фокусы.
  - Чего тебе нужно? - "дружелюбно" спросила Лекс.
  - Просто решил познакомиться, - не глядя в их сторону, ответил блондин.
  - Свалил бы ты по-хорошему, Аспид. Райтгарт прознает...
  - Напугала, - фыркнул он и наклонился к Лючие поближе, сказав с придыханием:
  - Как насчет познакомиться... поближе?
   Девушка оглянулась. В таверне стояла едва ли не гробовая тишина - такое внимание было приковано к их разговору. Но хуже всего пристальный взгляд, которым сверлила её Лекс.
   Скользкий тип сразу не понравился принцессе, поэтому она отодвинулась от него и недовольным тоном сказала:
  - Нет, даже если бы ты был последним в мире мужчиной, а я последней женщиной и от нас зависело бы выживание цивилизации.
  Таверна вздрогнула от дружного хохота, грянувшего со всех сторон. Аспид, как его назвала Лекс, покраснел, как вареный рак, и, сощурив глаза, спросил, когда смех в таверне стих:
  - Это ещё почему?
  Лючия поежилась от неприятного звука - скрип табуреток по полу. Это посетители таверны подвинулись, чтобы услышать ответ. Девушка бросила короткий взгляд на Лекс - та сидела в пол оборота, и казалось, вообще не интересовалась беседой. А вот Аспид придвинулся ближе и глаза его недобро блеснули. От такого пристального внимания, Лючия немного растерялась и ляпнула первое, что на ум пришло:
  - У тебя изо рта воняет...
  Таверну снова потряс громогласный смех. Аспид вскочил и выхватил короткий кинжал, но Лекс оказалась быстрее него, и даже быстрее, чем взгляд. По крайней мере, Лючия не уследила за тем, как она оказалась между нею и рассерженным любителем фокусов.
  - Не много ли ты на себя берешь, Аспид? - спокойно спросила женщина.
  - Ты собралась бросить мне вызов? - насмешливо протянул парень. - Подумай хорошо, мой нож у твоего горла...
  - Сам подумай, - парировала Лекс. - Пока ты полоснешь меня по горлу, я успею отрезать тебе самое дорогое...
  И она намекающе посмотрела вниз. Аспид посмотрел туда же, и Лючия с нескрываемым любопытством заглянула - что же там такого дорогого. Но смогла рассмотреть только, что её кинжал находился где-то возле его бедра. Правда, Аспид, которому было виднее, разозлился. Лекс обратила внимание на заинтересованную мордашку принцессы и спросила:
  - Любопытная, да? - легкая улыбка тронула её губы. - Ну как, увидела что-то стоящее?
  - Нет, - честно призналась Лючия и немного испугалась. Когда в таверне снова раздался дружный смех. Даже Лекс хохотнула. А вот Аспид снова покраснел, и одарил её таким взглядом... Лючия поняла, что ляпнула что-то не то. Но не поняла, где оплошала. Здраво рассудив, что нажить себе врага в первые полчаса своего пребывания здесь не самая лучшая перспектива, принцесса решила немного сгладить углы:
  - Ну, там просто смотреть не на что...
  Окончание фразы утонуло в громогласном хохоте. Верзила, который сначала не хотел её впускать хохотал и стучал кулаком по столу. Несчастный предмет мебели не выдержал и рухнул под напором его чувств, что вызвало новую волну смеха. Пока Лючия растеряно смотрела на плачущего от смеха толстяка, позади громко хлопнула входная дверь. Оглянувшись, девушка не увидела никого, кто бы входил. Зато поняла, кто вышел. Аспид.
  - Ну, ты даешь, - плюхнулась на стул слева Лекс. - Так его опустить...
  - Да я не специально... - развела руками Лючия, все ещё не понимая, что такого сказала.
  - Знаешь, я, кажется, начинаю понимать, что в тебе нашел Райтгарт, - усмехнулась она в ответ. - Как вы познакомились?
   Лючия вспомнила обстоятельства их знакомства. Ей стало неловко рассказывать про них. Потом пришло осознание, что придется признаться, что она аселайн. Лючия покраснела и испугано посмотрела на собеседницу. Лекс заинтересовано наблюдала за этим калейдоскопом эмоций у неё на лице.
  Понимая, что что-то сказать все равно придется и, принцесса, заикаясь, промямлила:
  - Ну...он...я... м-м-м... можно сказать...очаровала его... с первой встречи...
   *****
  Лайонелл не мог ни есть, ни спать, ни думать. Прошла ночь, а от его единственной возлюбленной не было ни слуху, ни духу. Где она, что с ней? Скорее всего, несчастную удерживают силой. Или даже пытают... Или...
  Мужчина вскочил с кресла и, схватив первое, что попалось под руку, швырнул об стену в бессильной ярости. Его принцесса, его Луричия, прекраснейший из ангелов, ожившая мечта! И его мечта в руках другого мужчины.
  Лайонелл никогда ничего не любил кроме себя, власти и денег. Он полжизни положил, методично добиваясь последнего. И вот он второй по значимости человек в королевстве... Хотя нет. Пора взглянуть правде в глаза - Ветилен и Рамония, эти марионеточные правители давно лишились реальной власти. Королевством управлял он. Единственное, чего ему реально не доставало - короны, трона и королевы. Раньше Лайонелл именно в таком бы порядке их расставил. Сейчас согласен только на последнее. Луричия...
  Каждая секунда, каждое мгновенье вдали от неё были самой мучительной пыткой. Лайонелл принялся расхаживать по комнате. Как её вернуть? Прекрасная принцесса сейчас, скорее всего, в лапах этого грязного наемника...
  Лайонелл так и застыл посреди комнаты, будто громом пораженный.
  Мысль казалась настолько простой и в то же правильной... почему он раньше не сообразил? Только другой наемник сможет вернуть ему прекрасную аселайн.
  Но где найти наемника, который рискнет взяться за это дело? Обращаться снова в гильдию казалось глупым. Или Луричия у одного из наемников и глава его покрывает, или нет, и в таком случае они все равно понятия не имеют, где её искать.
  Нет, нужен кто-то ещё, обладающий более широкими возможностями... Лайонелл остановился посреди комнаты, задумчиво потирая лоб. Какая-то мысль настойчиво просилась на ум, но все никак не могла оформиться.
  - Хобкинс! - рявкнул он так, что даже стены вздрогнули.
  Как ни странно, помощник появился спустя несколько секунд, как будто и впрямь стоял под дверью и ждал, когда же его позовут. Тучный мужчина, как всегда выглядел взволнованно и вытирал со лба пот. Лайонелл будто впервые увидел, что Деверо уж слишком тучный. Неудивительно, что у бедолаги такая отдышка. Как он вообще ходит? Перекатывается?
  - Скажи, Хобкинс, - советник вернулся к столу и снова сел в кресло, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику. - Если тебе, чисто гипотетически, нужно было бы, к примеру, кого-то убить. Чтобы ты делал?
  И так постоянно взволнованный Деверо нервно сглотнул, вытер пот с лица и шеи, не зная, что ответить и какой ответ будет правильным.
  - Это какая-то проверка? - на всякий случай уточнил он.
  - Естественно, - не моргнув глазом, соврал Лайонелл. - И если быстро не ответишь, то считай, завалил её.
  Хобкинс от такой перспективы едва в обморок не упал, но нашел в себе силы заикаясь промямлить ответ:
  - Я... наверное... то есть я не утверждаю, что именно так бы и поступил, но в общем, наверное, нет правильнее сказать...что вероятнее всего... я бы нанял... нанял наемного убийцу из гильдии.
  Лайонелл выдержал небольшую паузу, во время которой у бедного помощника, кажется, несколько раз сердце успело остановиться, и ответил:
  - Правильно. Усложняем задачу, - не дал он расслабиться бедняге Деверо. - В гильдию обращаться нельзя, а тебе позарез нужно найти человека. Что будешь делать?
  В этот раз Хобкинс тщательно обдумал свой ответ, прежде чем поделиться с начальством единственно правильным с его точки зрения выходом из данной ситуации:
  - Тогда нужно идти в клан наемных убийц.
  - Это что, ещё одна гильдия? - заинтересовался Лайонелл, а Деверо, который думал, что это ещё одна проверка победно улыбнулся:
  - Нет, это семья, которая на протяжении нескольких поколений осваивала навыки наемников и оттачивала воинское мастерство. Они умеют делать так, чтобы люди исчезали. Смогут и найти человека.
  Хобкинс выжидающе уставился на непосредственного начальника, который всерьез задумался над последними словами.
  - Ну, допустим, - наконец, подал тот голос. - И как бы ты с ними связался?
  - Обратился бы к главе гильдии наемных убийц, - не колеблясь, ответил Деверо, уверенный в свей безупречной логике.
  - Они же конкуренты... - Лайонелл так удивился, что даже вопрос прозвучал без вопросительной интонации.
  - Но они же до сих пор не уничтожили друг друга, - пожал плечами Хобкинс. - Значит, как-то договорились. И даже если он не сможет свести вас с ним лично, то наверняка сможет подсказать, как на него выйти.
  Лайонелл некоторое время изумленно смотрел на помощника, а потом вынужден был признать:
  - А ты молодец, - и тут же добавил, чтобы тот не сильно радовался. - Вот, ты этим и займись.
  
   *****
  Прежде, чем наказать Санту, её нужно найти. Рамония долго думала, как это сделать. В итоге, решила воспользоваться зеркалом.
  Когда королева и лучшая целительница в стране ещё были детьми, у них был свой собственный способ связи. Его придумала Санта. Она заколдовала два зеркала. Одно осталось у неё, второе благополучно перекочевало в руки Рамонии. Когда одна из подруг хотела поговорить, просто мысленно звала её, глядя в свое зеркало. Второй подруге, чтобы откликнуться на зов, достаточно было просто посмотреть в любую отражающую поверхность.
  Это зеркало до сих пор было у Рамонии. Практически не имеющая собственной магической силы, женщина была жадной до артефактов, созданными другими, и берегла их как зеницу ока. На случай, если пригодится.
  Глядя прямо перед собой в зеркало, она позвала.
  Санта откликнулась не сразу. Прошло несколько минут, прежде чем зеркало помутнело, изображение в нем потемнело, явив миру постаревшую, с проседью в волосах и усталостью в глазах бывшую подругу. Она сидела в каком то кресле и, судя по всему, смотрела на отражение в стеклянной витрине.
  - Чего тебе? - недружелюбно поздоровалась целительница.
  - И тебе привет, - вяло огрызнулась Рамония. Её сбило с толку поведение женщины. Вор и похититель не вел бы себя так спокойно.
  - Чего тебе?! - повторилась Санта.
  - Я думаю, ты знаешь, - нахмурилась королева.
  - Понятия не имею, - откинулась в кресле целительница и сцепила пальцы замком.
  - Гримуар и моя дочь у тебя?
  Санта издала неопределенный звук и изумлённо уставилась на бывшую подругу:
  - Что???
  При виде её реакции, Уверенность Рамонии сильно пошатнулась. Так искусно сымитировать удивление даже у неё не вышло бы. А ведь нынешняя королева всегда считала себя прекрасной лгуньей. А уж Санту она всегда видела насквозь. Да и чутье подсказывало, что в этот раз целительница не врет.
  Рамония какое-то время помолчала, собираясь с мыслями и решая, как правильно поступить.
  - Вчера на дворец напали, - женщина, наконец, решилась. - Луричию и гримуар похитили...
  - Ай-ай-ай! - картинно всплеснула руками Санта. - Где ж теперь её искать!
  - Книгу? - встрепенулась Рамония.
  - Дочку, - рассмеялась её собеседница. - Впрочем, теперь понятно, какие у тебя приоритеты.
  - Ты...
  - Не имею понятия ни где первая, ни вторая, - холодно оборвала Санта. - И помогать искать не собираюсь.
  Рамония закусила губу:
  - Без гримуара...
  - Я в курсе, что будет без гримуара, - едко заметила целительница. - Я, если ты ещё помнишь, присутствовала при накладывании заклинания.
  Рамония побагровела от злости. Но сказать ничего не смела. Санта заколдовала книгу, и никто во всем свете не знает особенностей этого колдовства так хорошо, как она. Если кто и в состоянии вернуть ей власть над мужем, то только бывшая подруга. Но как уговорить добиться сотрудничества?
  - Что ты хочешь? - решила не танцевать вокруг горшка Рамония и спросила прямо. - За гримуар.
  - Хочу выйти замуж, и родить наследника любимому мужчине, - с холодной, еле сдерживаемой, яростью сказала Санта, в упор, глядя на королеву. - Ты отравила его моими руками, а теперь просишь помощи?
  - Я не могу вернуть то, чтобыло, - наступив на горло гордости, попыталась решить вопрос миром королева. - Но если ты вернешь мне гримуар, обещаю тебе помощь в том деле, в каком ты сама попросишь. Ты знаешь, я смогу, если Ветилен снова будет в меня влюблен. Королева Биариццы будет у тебя в должниках. Это дорого стоит.
  - Грош цена твоему слову, - фыркнула Санта, но в её голосе не было прежней уверенности, и Рамония ухватилась за соломинку.
  - Я дам тебе нерушимую клятву на крови! - поспешно заверила она. - Ты знаешь, её невозможно нарушить, не умерев в муках.
  Санта на некоторое замолчала, обдумывая предложение. С одной стороны - она не хотела иметь с этой сероглазой красавицей ничего общего. Прошло столько лет, но старые раны так и не зажили. И сама мысль о том, чтобы помогать женщине, по своей прихоти, разрушившей её счастье, вызывала отвращение.
  С другой стороны, Санта уже не та наивная травница, какой приехала в Ивори. С той поры много воды утекло. И для неё сейчас иметь королеву в должниках более чем резонно. Учитывая делишки, которыми она промышляет... Этот должок ей жизнь спасти может.
  Взвесив все за и против, Санта решила:
  - Ты придешь ко мне сегодня вечером, и мы заключим сделку...
  - Я могу и прямо сейчас! - эмоционально воскликнула Рамония, но целительница её осадила:
  - Сейчас не нужно. У меня гости, которые предпочитают сохранять свое инкогнито. Придешь в полночь, поклянешься, и после этого я попробую найти гримуар.
  Рамония кивнула и попрощалась. Наконец, хоть какая-то удача!
  
  
  
  Глава 6
   Лайонелл уже несколько часов сидел в своем кабинете и с попеременным успехом то горевал о потере своей единственной любви, то проклинал злодейку-судьбу, то злился на себя за свою недальновидность. Столько лет она была рядом с ним, прекрасная аселайн. Куда смотрел, а главное, чем думал, когда запугивал её и издевался? Каким же дураком он тогда был и теперь расплачивается за это.
  Естественно, все свои душевные терзания советник приправлял лучшим вином из своих погребов. На улице незаметно стемнело. Мужчина даже успел забыть, что кого-то, куда-то отправлял. Он уже практически все забыл, единственное, что никак не выходило из головы - образ прекрасной аселайн.
  - О, Луричия... - попытался сделать ещё глоток советник, но у него не вышло, и вино разлилось по столу. - О... ик... моя...
  - Не хорошо для мужчины так напиваться из-за женщины, - послышался рядом мужской голос.
  Будь Лайонелл хоть немного трезвее, он хотя бы удивился: откуда в его комнате взялся этот высокий незнакомец наглухо закутанный в темный плащ. Но пьяный в дым советник короля уже не способен был удивляться, или думать рационально. Поэтому доверительно сообщил нежданному гостю:
  - Она ... ик... не женщи...ик...на... она Луричия ....
  Незнакомец какое-то время понаблюдал за тем, как советник пытается налить себе вина и, в конце концов, забрал у него бутылку, поставив на столе так, чтобы потенциальному клиенту трудно было до неё дотянуться. Сам он практически не пил спиртного и точно не понимал, чем доведение себя до полуживого состояния может помочь.
  - Ты искал со мной встречи. Это, правда? - его сомнения вполне можно было понять. До сегодняшнего дня мужчине казалось, что он уже все повидал в этой жизни и ничему уже не удивится. Ах, нет. Слегка трезвый заказчик, которому срочно требуются его услуги и не важно, сколько это будет стоить - это что-то новенькое.
  - А кто ты? - поднял на него глаза Лайонелл и даже прищурился, пытаясь разобрать хотя бы черты лица. Затея, обреченная на провал с самого начала, учитывая, что лицо ночного гостя надежно спрятано под капюшоном.
  - Я Джермейн - глава клана наемных убийц, - мужчина остался и представился только из любопытства. Ему действительно было интересно, чем эта встреча закончится.
  - А-а-а, - потерял к нему всякий интерес Лайонелл и попытался отключиться. Но у него ничего не вышло. Случилось то, из-за чего он собственно и решил избавить стоящую на столе бутылку от содержимого - ему снова привиделся образ Луричии. Это было так мучительно находиться вдали от неё. Советник испытывал боль утраты, опустошение и самое сильное чувство - потребность быть рядом.
   Джермейн уже собрался уходить, когда услышал тихий, но отчетливый голос Лайонелла, из которого выветрился хмель.
  - Наемник, я должен ею обладать, она только моя, для меня родилась. Прекраснейшая из ныне живущих женщин, моя принцесса. Моя и ничья больше. Найди её, приведи ко мне. Я тебе заплачу, - советник отхлебнул вина из горла. - Сколько скажешь... Я ничего не пожалею. Верни её мне, мою аселайн...
  После некоторого раздумья, Джермейн решил:
  - Сделка заключена. Обратного пути не будет.
  - Верни её ко мне... - устало проговорил Лайонелл. - Верни... я без неё умираю...
  Джермейн молча, повернулся, чтобы уйти тем же путем, что и пришел - через окно - когда его снова окликнул советник:
  - А где Хобкинс? Пусть этот идиот мотнется за выпивкой...
  Вместо ответа Джермейн положил на стол перед своим нанимателем голову вечно обо всем беспокоящегося Деверо Хобкинса, и, воспользовавшись моментом, пока Лайонелл смотрел на неё, стремительно трезвея, растворился в ночи. В принципе, убивать беднягу было не обязательно. Но он совершил роковую ошибку - соврал о своих намереньях. Джермейн после решит, стоит ли рассказывать Лайонеллу, что его первый помощник был засланцем и шпионил за ним.
  
   *****
  
  Пока Лючия заводила новые знакомства, Райтгарт разбирался со старыми.
  За прошедшие сутки наемник умудрился нарушить все писаные и не писаные законы.
  Мастер поручил уничтожить принцессу Луричию именно ему, лучшему наемнику в гильдии, ведь до этого случая у Райтгарта не бывало промашек, и ни одна неожиданность не помешала выполнению здания. Как теперь объяснить мастеру Рейно то, что он по собственной воле, намеренно отказался от заказа? Да и к тому же будет стоять на смерть, но не позволит, чтобы его выполнил кто-нибудь другой.
  Одно хорошо - мастер уже в курсе всего, что произошло. По действующему протоколу проведения операций, наемные убийцы работают всегда в паре. Если первый, по какой-то причине не справится - работу заканчивает второй. Если возникает внештатная ситуация, то кто-то из двух обязан вернуться в гильдию, и доложить.
  Арден, его напарник, и так сделал для Райтгарта все, что мог - дал время до обеда следующего дня. Фактически, позволил спрятать Луричию и вывести её из-под удара. Можно даже считать это проявлением дружбы. Если трезво поразмыслить, то за все, что Райтгарт умудрился натворить, его могут казнить. Если так случится... Пусть это сделает Арден. Неписаный кодекс наемных убийц гласит: умирать нужно достойной смертью. Никого сильнее, чем его напарник в гильдии нет.
  Гильдия наемных убийц находилась на южной окраине города в здании старой ратуши. Несколько веков подряд здесь располагался городской совет. Около столетия назад тогдашний король Верлир построил новую ратушу и перенес его туда. А из старого здания сделали памятник культуры - какое-никакое, а достояние истории - и открыли в нем действующий музей, который особой популярности среди народа, так и не получил. Памятник культуры не только прибыли не приносил, но и вскоре стал убыточным. Поэтому, когда первый мастер гильдии обратился к директору музея с предложением, так сказать, негласно снять в аренду все здание, тот едва не запел от радости. Конечно, для городского совета старая ратуша все ещё числилась музеем и даже начала приносить сносный доход. Остальная часть ренты шла в карман предприимчивому чиновнику. А гильдия получила в свое распоряжение прекрасное здание.
  Обычно Райтгарт с Арденом приходили сюда за новым заданием. Сегодня пришлось идти на ковер к первому мастеру гильдии.
   Мастер Рейно - своеобразная и неординарно мылящая личность. Никто не в состоянии предугадать ход его мыслей, потому все и опасаются. Те, у кого с ним деловые или нейтральные отношения - так, на всякий случай. Враги, потому, что победить почти невозможно. Как бороться с тем, у которого не все дома?
  Райтгарт входил в кабинет мастера с опаской. Он может решить все, что угодно, и будет прав. Но наемник все же надеялся, что у Рейно хорошее настроение и можно будет разойтись полюбовно. В том, что сможет выбраться отсюда живым, Райтгарт не сомневался ни мгновения. Но становиться ренегатом, на которого охотится вся гильдия, тоже не хотелось. Бить будут по нему, а попасть могут по Лючии.
  Погруженный в свои размышления, Райтгарт чуть замешкался на входе.
  - Заходи, не бойся, - втолкнул его Арден благословляющим толчком в спину.
  - Выходи не плачь, - вяло огрызнулся наемник в ответ и вошел. Рейно сидел за столом и ел куриную ножку. С аппетитом так ел. Райтгарту даже немного неудобно стало беспокоить мастера. Да и небольшая отсрочка не помешала бы... Но Арден сделал это за него - просто покашлял в кулак.
  - А, явились, - наконец, обратил на него внимание мастер, вытирая руки салфеткой. - Ну, и заварил же ты кашу, Райтгарт.
  - Сам знаю, - отозвался наемник. Не часто его тыкали носом в промахи. От этого было ещё более неприятно.
  - Арден мне все рассказал, - улыбнулся Рейно и сделал глоток вина. - Как ты умудрился так попасть?
  Мастер откровенно потешался, и Райтгарту это не нравилось. Но пока он благоразумно молчал.
  - Самое смешное, что ещё несколько секунд, и на его месте оказался бы я, - расхохотался Арден.
  - Ах, мальчик, - ностальгически вздохнул мастер. - Ты ещё окажешься на его месте...
  - Упасите боги, - открестился Арден от такого предложения. - Я слишком хорош, чтобы достаться одной женщине.
  - Мальчик мой, - вздохнул Рейно. - Когда ты встретишь ту, единственную, то поймешь, что недостаточно хорош для неё. Правду я говорю, Райтгарт?
  Наемник только сухо кивнул, не желая говорить с мастером о Лючии. Но у того было свое мнение на этот счет:
  - Какая она? - Рейно уже не интересовали еда и вино. Теперь он целиком и полностью уделил внимание Райтгарту. Волею-неволею, пришлось рассказать все, что успел узнать за последние сутки:
  - Она капризная, своенравная и избалованная. При других обстоятельствах - прибил бы, не раздумывая. А ещё до ужаса шумная. Постоянно болтает. И высокомерная. Но при этом умная и сообразительная. Очень красивая...И ранимая...
  Он затих, боясь, что ещё немного и болтнет лишнего.
  - В общем, клад, - рассмеялся Арден.
  - Таки клад, - неожиданно согласился мастер. - Ну и как ты с ней справляешься?
  - С трудом, - уклончиво ответил Райтгарт, вспомнив сворованный поцелуй.
  - Могу себе представить, - рассмеялся Рейно. И неожиданно посерьезнел. - Тут такое дело, Райтгарт. Ты даже не понимаешь, в каком положении из-за случившегося оказались гильдия, я и ты.
  - Просветите меня, - Райтгарту надоело стоять и переживать, поэтому он сел в ближайшее кресло. Напарник последовал его примеру.
   Несколько мгновений Рейно изучающее смотрел на них, а потом, видимо, решив что-то для себя, рассказал:
  - Ситуация такова: недавно в городе появился человек, который предлагал большие деньги за убийство принцессы Луричии. И когда я говорю "большие", я имею в виду "действительно большие". Первыми на это дело клюнули легковесы. Понятно, что их тут же отловили. Тогда этот незнакомец догадался прийти к нам. Я пообещал ему, что двое наших лучших специалистов возьмутся за дело. Вы работаете в паре, поэтому хоть один из вас должен был добраться до цели. Несмотря на то, что вам было тяжко...
  - Да не особо, - вырвалось у Райтгарта. - Там в охране просто дети зеленые стояли.
  - Ага, - зевнул Арден. - Они как куклы тряпичные, почти не отбивались.
  - Как бы там ни было, - скрепя зубами продолжил Рейно. - Никто не ожидал, что все так обернется...
  Он многозначительно умолк. Райтгарт и Арден молчали, не зная, в каком направлении сейчас движутся мысли мастера.
  - Задание вы, по-своему, даже выполнили - принцесса исчезла. - Задумчиво сказал он, играя небольшим ножичком, которым до этого разделывал птицу. - Но создали этим ещё больше проблем...
  - В каком смысле? - Райтгарт весь напрягся.
  - В том смысле, что никто не знает, какая судьба постигла принцессу, так как тело не было найдено. Да и нашлись бдительные свидетели, видевшие, как её похищали... - Рейно наградил Райтгарта осуждающим взглядом. Наемник и не протестовал. Сам понимал, что засветился, как фонарь в кромешной тьме. - Теперь её ищут едва ли не на каждом шагу. Кроме того, после исчезновения Луричии произошло несколько неожиданных событий. Во-первых, наша страна полностью рассчиталась с долгами перед Диармайдом. Во-вторых, расторгнута помолвка принцессы с наследником соседнего королевства. Кстати, тут же объявили о том, что по возвращении она станет женой первого советника короля...
  - Что? - Арден был очень удивлен. - Но это же он её заказал...
  - С чего ты взял? - Рейно сощурил глаза, внимательно рассматривая наемника.
  - Он безуспешно пытался добить принцессу, - не вдаваясь в подробности, пояснил Райтгарт за своего напарника.
  - Может и так, только у нас появился новый заказ на принцессу: найти и привести к нему... - он многозначительно замолчал.
  - Что, хочет стать вдовцом поскорее? - насмешливо фыркнул Арден.
  - Это уже вопрос второстепенный, - мрачно отозвался Рейно. - На сегодняшний день первостепенным остается вопрос: чего хочет принц Диармайда...
  - И что ему нужно? - через некоторое время спросил Райтгарт.
  - Он хочет расширить границы своего королевства. Женитьба на нашей принцессе - идеальная возможность. Если бы Луричия родила ему наследника, то мальчик стал бы принцем не только Дирмайда но и Биариццы. После смерти Рамонии и Ветилена, он сделал бы нашу страну провинцией Диармайда, без войны и кровопролития.
  - Умно, - уважительно кивнул головой Арден.
  - Неважно, - холодно сказал Райтгарт. - Луричии больше нет.
  Рейно немного подумав, согласился:
  - Хорошо, пусть так, - и немного помолчав, добавил: - Пока это дело не коснется гильдии.
  Райтгарт прекрасно понял намек. "Пока дело не коснется гильдии..." А когда коснется... Ну, в лучшем случае, тогда они будут сами по себе. В худшем... Девиз гильдии: "Чтобы ты ни делал, это должно приносить гильдии доход". Даже сейчас мастер дал ему свободу действий только потому, что в каких-то своих далеко идущих планах, получает от этого выгоду.
  Пусть и так. У Райтгарта по этому поводу свои мысли. И наемник готов был поклясться, что Рейно об этом знает. Такая себе игра в кошки-мышки. Интересно, кто кого?
  
   *****
  Пока Райтгарт "играл", Лючия тоже "развлекалась". Все началось с того, что Лекс начала задавать вопросы:
  - Как тебя зовут?
  А дальше Лекс впервые вживую наблюдала то, что называется "На лице написано". Сначала девушка замерла. Просто она поняла, что наемника рядом нет и можно выбрать себе любое имя. Если представиться Изабеллой-Эсмеральдой, то Райтгарт уже ничего не сможет сделать. У неё на лице отразился такой энтузиазм, на грани с полным восторгом, что Лекс и сама невольно улыбнулась. В следующее мгновение это почти детское счастье сменила довольно кислая гримаса. Расстроилась девушка так же быстро, как и обрадовалась. Просто поняла, что Райтгарт все равно сделает из неё Лючию. За все время знакомства с наемником, девушка уже начала привыкать к тому, что как он решил, так и будет. Поэтому она зло буркнула:
  - Лючия.
  - Ну, наверное, рада знакомству, - Лекс отпила из своего кувшина. - И откуда ты? - невинный вопрос тут же загнал девушку в тупик.
  - Ну... я отсюда... - растеряно пробормотала она, надеясь, что никто не станет уточнять, откуда именно.
  - У тебя есть семья?
  -У меня... семья? - тяжкий вопрос, Лючия понятия не имела, как самой себе на него ответить. Немного помолчав, она ответила: - Мама и папа... были... Больше нет. Я одна.
  Дальше разговор не клеился. Лекс молчала, думая о своем, и Лючия решила завязать разговор, задав нейтральный вопрос:
  - А откуда ты его знаешь?
  -Кого? Райтгарта? - Лекс не сразу нашлась, что ответить. - Мы, выросли, учились и пару раз работали вместе.
  - И ты тоже наемник? - Лючия очень удивилась, чем вызвала у собеседницы приступ смеха:
  - Правильно говорить наемница.
  - И что ты делаешь?
  - А чем, по-твоему, занимаются наемные убийцы? - снова рассмеялась Лекс. А вот Лючии было не смешно. Она вспомнила те ужасы, что творились во дворце. Те ужасы, что творил Райтгарт.
  - Он что, брал тебя на дело? - поперхнулась от удивления наемница, догадавшись по выражению лица своей юной собеседницы.
  - Что тебя так удивило? - взяла себя в руки Лючия.
  - Ну, Райтгарт обычно более разборчив, выбирая напарников.
  - У него не было выбора, - не хотелось врать, поэтому принцесса сказала полуправду.
  - Тогда понятно, - не стала приставать с дальнейшими расспросами наемница.
  Лекс никак не могла понять эту девчонку. Вот она смеется, но в следующее мгновение сидит расстроенная. Она случаем не блаженная? Лекс вздохнула и заказала для девчонки ромашковый чай.
  - Я не хочу пить ромашковый чай, - капризно заявила Лючия. Райтгарт и так заставил её выпить этого светлого варева столько, что, кажется, он у неё уже вместо крови по жилам течет.
  - Раз Райтгарт велел, значит, будешь пить, - наемница была непреклонна.
  - Да что у вас за пунктик по поводу этого дурацкого чая? - вскипела девушка. - Он даже не вкусный!
  Немного помолчав, Лекс пояснила:
  - Есть один яд, которым пользуются все наемники. Он бесцветный, безвкусный и без запаха. Никто, в том числе и другой наемник не узнает, если его добавить в еду. Смерть от этого невидимого убийцы чрезвычайно болезненна. Ромашковый чай - природное противоядие. Только наемники об этом знают. Поэтому они, и самые близкие им люди постоянно его пьют.
  - То есть, - осознала Лючия. - Он все это время меня защищал?
  - Да, - коротко кивнула Лекс.
  Принцесса задумалась. Вот он какой: все, что не делает - все с определенной целью. Даже если сразу и не скажешь. Сейчас она как никогда понимала, что совершенно ничего не знает о человеке, с которым её свела жизнь.
  - Почему ты мне об этом рассказываешь? - Лючия задала первый пришедший в голову вопрос, лишь бы отвлечься от мыслей о нем.
  - В смысле? - не поняла вопроса её собеседница.
  - В том смысле, что это ж по идее большой-большой секрет, - рассудительно сказала принцесса. - Почему ты рассказала мне об этом, хоть я даже не из гильдии?
  - Райтгарт тобою очень дорожит, раз прислал ко мне, сюда, - серьезно ответила Лекс, глядя девушке прямо в глаза. - Значит, уверен, что ты не проболтаешься. Считай, что он за тебя поручился. И мне этого достаточно. Так понятно?
  Вместо ответа принцесса просто кивнула.
  Лючия думала о Райтгарте и растеряно скользила взглядом по таверне. Неожиданно её внимание привлек мальчик, лет десяти. Он показывал карточные фокусы двум другим детишкам. Эта таверна сама по себе была довольно жутким местом, и дети никак сюда не вписывались. Какое-то время она заинтересовано наблюдала за ними. Потом спросила у наемницы:
  - Что это за дети? Откуда они здесь?
  - Что? - она уже успела отвлечься на какие-то свои мысли, и до неё не сразу дошел смысл вопроса. - А! Это Чико с компанией.
  - Почему они здесь? Где их родители? Почему на них лохмотья?
  - Улица их дом и их родители, - пожала плечами наемница. - Другой одежды у них нет. Хозяин таверны иногда впускает их сюда погреться. А так они всегда на улице, промышляют воровством и карточным шулерством, или фокусами на городском рынке...
  - Карточные фокусы? - Лючия мгновенно забыла обо всем - ей никто никогда не показывал фокусов.
  - Да... - задумчиво протянула Лекс и, заприметив блеск, в глазах у своей временной подопечной решила, что это неплохой способ занять её на время: - Эй, Чико! А ну, иди сюда!
  Парень заметно напрягся. Раньше наемница не проявляла к нему особого интереса. Разве что пинала, если попадался под ноги. Но репутация у красивой брюнетки ещё та, говорят, что она совсем отмороженная. Может улыбаться, а в следующий момент всадить вилку в глаз. С такой лучше вообще не связываться. Но не подойти Чико не рискнул.
  - Что тебе? - настороженно спросил он.
  - Видишь её? - кивнула в сторону Лючии наемница.
  - Ну и?
  - Покажи ей пару фокусов, - и как бы невзначай добавила: - Постарайся, её прислал сюда Райтгарт.
  Чико даже побледнел. Что за напасть? Развлекать знакомую самого Райтгарта! А если ей не понравится? Если девица будет недовольна? Да наемник же его в бараний рог скрутит!
  - А чего сразу я? - взвился Чико, пытаясь отвертеться от оказанной ему высокой чести.
  - Потому, что я так сказала, - спокойным голосом сказала Лекс, но при этом даже Лючия вжала голову в плечи. А Чико вообще так испугался, что боялся шевельнуться. Принцесса почувствовала угрызения совести. Мальчишка попал в такую ситуацию из-за её сиюминутной прихоти. Поэтому попыталась подбодрить его:
  - Я видела, как ты перебрасывал карты с руки в руку, - ласково улыбнулась она. - У тебя здорово получается. Покажешь?
  Парень неуверенно кивнул. Доброжелательность этой девицы пугала едва ли не больше, чем враждебность наемницы. Он так разнервничался, что когда попытался показать простенький фокус - карты посыпались у него из рук. Да не куда-нибудь, а прям знакомой Райтгарта в лицо. Чико застыл как громом пораженный. Наверное, именно в этот момент у парнишки появились седые волосы. Бедняга едва в обморок не упал, когда после секундного замешательства Лючия рассмеялась. И даже помогла собрать карты.
  Все ещё глядя недоверчиво, Чико повторил фокус. В этот раз все получилось. Девушка радостно захлопала в ладоши:
  - А ты ещё что-то умеешь? - полным детского восторга голосом спросила она. Чико какое-то время показывал свои фокусы, прежде чем принцесса спросила:
  - Ты именно эти фокусы показываешь на улице? Должно быть, люди просто в восторге!
  - На этих фокусах много не заработаешь, - вздохнул он. - Для того, чтобы не сидеть голодным нужны немного другие "фокусы"...
  - Покажи! - улыбнулась Лючия, и Чико показал ей:
  - Смотри, вот три карты, - он разложил перед нею три карты и поднял одну вверх: - Запомни её хорошенько.
  Лючия с серьезным видом кивнула. Правда, полные азарта глаза никак не вязались с этой серьезностью.
  - Теперь следи внимательно, ты должна будешь угадать, где лежит эта карта, - и он начал быстро перекладывать карты, меняя их местами. Лючия внимательно следила за движениями рук и была твердо уверенна в том, где лежит карта. Стоило ему остановиться, девушка ткнула пальцем:
  - Эта!
  Чико поднял карту и...
  - Это же не она! - Лючия так удивилась, что едва не вскочила. Она перевернула остальные карты и искомая оказалась совсем с другой стороны. - Но как же так!
  Принцесса была в полном восторге и тут же попросила:
  - Научи меня!
  Первым порывом было отказаться. Но суровый взгляд Лекс, и нравится, или нет, Чико пришлось согласиться.
  Отведя неожиданно свалившуюся на голову ученицу в более тихую часть таверны, остаток вечера мальчишка потратил, обучая Лючию нехитрому фокусу, который знает даже самый мелкий из карманников. И к концу вечера Чико был согласен на жестокую расправу, лишь бы больше не учить девушку. Она же тормоз! Как её можно вообще хоть чему-то научить?
  Сколько не объясняй, девица ничего не слушает. А потом пробует, и психует, когда не получается. Сидит, надувшись, как мышь на крупу. Посидит-посидит, и все по-новому. Из уважения к Райтгарту ( кого он обманывает, из животного страха, который испытывает перед наемником) Чико снова и снова объяснял, как делается этот простой фокус. Когда у неё худо-бедно получилось несколько раз подряд, Лючия побежала показывать фокус Лекс и застала там Райтгарта.
  - О! Привет! - она легкомысленно кивнула ему и важно сообщила наемнице: - У меня получилось.
  - Не может быть, - ехидно прокомментировала Лекс. Её скептицизм можно понять - принцесса каждые двадцать минут сообщала эту приятную весть. И ещё ни разу не вышло. Оставалось только пожалеть беднягу Чико, которому досталась эта ученица.
  - И что, позволь спросить, у тебя получилось? - сузил глаза Райтгарт.
  - Угомонись, - улыбнулась Лекс. - Всего лишь карточный фокус.
  - Да? - приподнял левую бровь наемник. - Мне покажешь?
  - Ну, если ты настаиваешь... - для виду поломалась Лючия и тут же села на скамью, указав ему место напротив: - Итак, следи за картой!
  Лючия попробовала пересыпать карты из руки в руку, но последняя выскользнула и едва не угодила зрителю в глаз. Райтгарт вовремя её перехватил.
  - Она и на меня так покушалась, - хохотнула Лекс.
  Райтгарт подал Лючии карту и сказал:
  - Продолжай, - она с восторгом схватила карту и начала показывать другой фокус. Шепотом повторяя про себя, что нужно делать, принцесса разложила карты и принялась их перемешивать.
  - Где загаданная карта? - азартно спросила она и только сейчас заметила странную полуулыбку у наемника на лице.
  Вместо ответа он просто перевернул нужную.
  - Ну, как ты угадал? - искренне удивилась Лючия.
  - Сейчас я открою тебе самый большой секрет этого фокуса, - заговорщицким тоном сказал Райтгарт, и знаком показал ей придвинуться поближе. Девушка наклонилась к нему так близко, что их лица разделяло чисто символическое расстояние: - Когда раскладываешь карты, не стоит нашептывать, куда какую карту перекладываешь...
  Неожиданно он наклонился и легко поцеловал её в губы.
  - Райтгарт! - возмущенно воскликнула покрасневшая Лючия, пока довольный жизнью наемник нормально сел и, отстегнув от пояса небольшой мешочек с золотом бросил его обалдевшему от такого неожиданного счастья Чико.
  Лекс была ошарашена не меньше маленького воришки. Правда, не невиданной щедростью лучшего наемника гильдии. Райтгарт впервые так откровенно давал всем понять, что это его женщина. Неужели у него к ней чувства? Да она ж почти ребенок! Если бы кто-то рассказал об этом - в жизни бы не поверила. Да она стоит и видит все своими глазами и все равно не верит! Однако Райтгарт своим поведением не оставлял повода для сомнений.
  - Держи, заслужил, - похвалил он расцветшего парнишку и попросил: - Как-нибудь повторим.
  Наемник рассмеялся, увидев вселенскую грусть на лице парнишки.
  - Что, все так плохо? - спросил он у Лекс, вырывая её из задумчивости. Та закатила глаза к небу:
  - Хуже! Ты ему не доплатил...
  Лючия возмущенно фыркнула, но промолчала.
  - Кстати, где твоя озабоченная тень? - спросила Лекс.
  - Арден? У него планы на сегодняшний вечер, - пояснил наемник. - Думаю, что и для нас этот вечер слишком затянулся. Лючия устала, ей пора домой.
   Потягивающаяся принцесса подавилась зевком и закашлялась. Как домой? Куда? Во дворец? Или к Райтгарту? При последней мысли она густо покраснела.
  - Я ... не устала, - заикаясь, промямлила она. - Можем ещё посидеть...
  - Мы уходим, - решительно заявил Райтгарт и подал ей руку.
  Лючия замешкалась. Что делать? Если подать руку это будет значить что она его женщина. Лючия не представляла, что это значит, но твердо верила, что не подписывалась на это. А если не подать? Райтгарт может сильно обидеться и уйти. Что дальше делать, если наемник уйдет? Лючия никак не хотела, чтобы он бросил её одну в этой таверне, поэтому схватилась за руку и вскочила, боясь отпустить.
  - Ну, и чего ты испугалась? - спросил Райтгарт ласково с легкой улыбкой, коснувшейся краешков губ.
  Лючия почувствовала себя очень глупо и попыталась вырвать руку:
  - Ничего!
  Но Райтгарт не только не отпустил её, но и, сжав руку посильнее, неожиданно резко потянул на себя. Лючия, не ожидавшая такого подвоха, буквально упала ему в объятия, и он крепко прижал девушку к груди.
  На неё накатило странное спокойствие и усталость, которую до этого не ощущала. Лючия обняла его. Куда-то делись страх и тревога. Райтгарт такой сильный, надежный, такой могучий. Сейчас принцессе казалось, что она вечно может вот так стоять, слушать его ровное спокойное биение сердца. Лючия сама не заметила, как уснула. Уже засыпая, она услышала слова Лекс:
  - Ну и зачем ты усыпил девочку?
  Райтгарт осторожно усадил девушку на стул и облокотил о стену.
  - Говоришь, вышибала пытался её лапать? - глаза наемника недобро сверкнули.
  
   *****
  Ветилен сидел в своем кабинете и перечитывал записку, полученную от одного из лучших своих шпионов Деверо Хобкинса. В ней говорилось, что Лайонелл отправил его на переговоры к главе гильдии наемных убийц. Его задача - нанять клан наемников для возвращения принцессы живой и невредимой.
  В принципе, это было разумно со стороны Лайонелла. Ветилен ничего не мог сказать по этому поводу. Видимо, его советник действительно внезапно воспылал любовью к Луричие, раз так старается вернуть. Вот только записка полученная днем стала последним известием от Деверо. Больше от него не было ни слуху, ни духу. Его лучший шпион как сквозь землю провалился и это не хорошо.
  Благодаря работе Хобкинса Ветилен всегда был в курсе планов Лайонелла. Тучный, вечно переживающий толстяк, был его глазами и сейчас мужчина ослеп.
  От размышлений Ветилена отвлек стук в дверь.
  - Войдите, - пригласил он.
  В дверь осторожно вошел один из лейтенантов королевской гвардии.
  - Ваше Величество, - он почтительно стал на одно колено, преклонив голову. - Разрешите доложить.
  - Докладывай.
   - Её королевское Величество королева Рамония покинула дворец, сказав, что переночует у леди Енифер.
  Ветилен нахмурился. Переночует у леди Енифер? В принципе, будь это мирное время, не будь проблем с Луричией и прочих неприятностей, даже тогда это, казалось бы, как минимум странным. Леди Енифер умерла чуть больше двух месяцев назад от лихорадки.
  Не нужно быть магом, чтобы понять - его дорогая супруга что-то задумала.
  - Проследить за моей женой и доложить, куда она отправилась.
  - Слушаюсь, - хорошо вымуштрованный лейтенант продолжал стоять перед своим королем, преклонив одно колено и ожидая дальнейших инструкций.
  - Пока что это все, - решил Ветилен. - Выполнять.
  
  Глава 7
  Вопреки слухам, клан наемных убийц не был призраками, крадущимися в ночи. И дом их был не в Гадесе - обители всех грешников. Много веков назад семья обосновалась в старинном укрепленном поместье за городом, построенном прославленным генералом для мирной жизни. А так как строил он по принципу: "Надейся на мир, но готовься к войне", то побеспокоился о том, чтобы все постройки способны были выдержать длительную осаду. А на случай если не смогут - предусмотрел семь тайных ходов для отступления. Да, старый генерал подошел к делу с размахом. Чего стоила крепостная стена, соединяющая все постройки, и которую Джермейн приказал разобрать, чтобы не портила вид за окном.
  
  Огромный трехэтажный особняк, служивший домом для всей семьи, предусмотрительно был построен в самом центре поместья. В саду, окружающем дом находился прекрасный пруд, ставший любимым местом препровождения женщин семьи. Да и сам Джермейн время от времени спускался сюда, чтобы привести в порядок мысли. Слуги жили в небольшом доме южнее особняка. Севернее находились практически все хозяйственные постройки. На западе располагалась небольшая сторожевая башня, которая, впрочем, пустовала уже долгие годы, так как практически бессмертный клан убийц ни от кого не прятался, да и никого особо не боялся.
  Всем членам семьи, кроме самого Джермейна, гостям и слугам строго настрого запрещалось ходить в восточную часть поместья. Что там находится, не знал никто, да никому и не хотелось знать. Это могло бы показаться странным: слугам, которые судачат обо всем, да и не любопытно? Но так оно и было. Никто из слуг не думал про восточную часть и даже не пытался. Восточную часть поместья надежно хранило от любопытства посторонних простенькое, но очень эффективное заклинание. Оно навеивало каждому, кто смотрит в ту сторону мысль, что там ничего нет, скуку, и чувство, что глядя в ту сторону, просто зря теряется время.
  В этой части поместья находилась самая главная ценность клана, настолько важная, что её существование держали в строжайшем секрете. Здесь жил победивший смерть шаман Борза.
  Держать его существование в полнейшем секрете было не трудно. В свое время шаман поверил наемнику из клана и жестоко за это поплатился. Ради любимой женщины Борза пошел на сделку с этим дьяволом и в итоге превратился в бесправного раба.
  Нет, Джермейн вел себя с ним вполне почтительно и относился с уважением. Предводитель клана понимал, что этот худосочный лысый старик, с кожей диковинного черного как ночь цвета - мощная сила. И только клятва удерживает его от жестокой расправы над кланом наемных убийц, столь вероломно ливших его смысла в жизни. Джермейн приходил к нему иногда, делился своими рассуждениями на тему жизни и смерти. Но старик всегда сидел в одной и той же позе - скрестив ноги и оперевшись на свой посох - и смотрел сквозь него. Борза никогда ничего не ел и не пил. По крайней мере, из той еды, которую Джермейн поначалу приносил ему. И всегда отсутствующий, немигающий взгляд, который смотрит не на тебя, а будто сквозь тебя. Он проявлял признаки жизни только если главе клана что-то нужно было. Клятва, которой в свое время Борза присягнул ему, не позволяла ослушаться, даже если требовалось кого-то убить.
  Несмотря на свою, практически неограниченную власть над ним, Джермейн старался не беспокоить старика без крайней необходимости, не мешая несчастному жить прошлым. Или смотреть сны о других мирах с открытыми глазами. Кто знает, что снится тому, кто победил смерть?
  Но сегодняшний случай действительно из ряда вон выходящий.
  Дело о похищенной принцессе. Советник Лайонелл пообещал огромные деньги за её возвращение. Проблема была в том, что Джермейн, даже зная, где принцесса и чем занимается, не сможет вернуть её без помощи шамана. Главе клана мешало одно, существенное обстоятельство, которое по непонятным причинам вдруг решило, что без памяти влюблено в аселайн. Райтгарт - полудемон и лучший наемник в гильдии наемных убийц.
  Будь он простым человеком - можно было бы просто убить и все. Но демонская половина делала его жестоким, кровожадным монстром и более чем опасным противником. Джермейн не знал, чем могла бы закончиться попытка забрать у него любимую игрушку, и предпочитал не рисковать.
  Наемник пришел к шаману тем же вечером и вкратце объяснил, что ему нужна принцесса Луричия. Мужчина старался не упустить ни одной детали, формулируя приказ. Принцесса Луричия, живая и невредимая, по возможности - не способная сопротивляться. Справится с ней не проблема, но зачем создавать себе дополнительные трудности? Памятуя, что шаман часто просит личные вещи тех, кого должен найти, Джермейн предусмотрительно прихватил из замка расческу с её светлыми волосами.
  Борза ещё некоторое время посидел в той же позе. Вскоре его взгляд начал приобретать осмысленность. Прошло ещё совсем немного времени и старик, с легким хрустом костей встал, опираясь на посох. Все это время он хранил молчание.
  Также, не говоря ни слова, он подошел к старинному зеркалу в серебряной оправе во весь рост, и, достав из кармана мелок, уверенной рукой начертил на полу серию символов, которые образовывали круг. Прежде чем написать завершающий символ, он взял в расчески клок светлых волос. Какое-то время смотрел на него, а потом, произнеся несколько слов на древнедорадском, положил и в центр круга, и запечатал его последним символом.
  Знай бы Джермейн древнедорадский, то понял бы, что Борза попросил: "Прости девочка...". Но глава клана этого мертвого языка не знал. Да и не должен был знать, что у старого шамана, который не может умереть, ещё осталась душа, что он способен сочувствовать и сожалеть о содеянном. Не должен, ибо не упустит возможность этим воспользоваться при случае.
  Завершив подготовку, Борза начал на распев читать заклинание. Вскоре круг вспыхнул ярким светом, и внутри появилась спящая брюнетка. Тембр голоса шамана резко стал выше и круг снова засиял. После этого картинка сменилась. Та же девушка, но теперь уже брюнетка сидела на земле, лишенной всякой растительности. А вокруг неё медленно сгущался туман.
  Шаман нахмурился. Это был сон девочки, через который он планировал вытащить ничего не подозревающую жертву в этой части реальности. Уникальный фокус, освоить который в свое время помогли годы практики и невероятная упрямость. За всю свою жизнь Борзе приходилось проводить этот фокус сотни, если не тысячи раз. И ни разу, ни единожды в жизни старик не сталкивался с такой ситуацией.
  Кто-то другой уже почти провернул этот трюк с девушкой. Как только кольцо из тумана сомкнется - неизвестный, похитивший секрет его фокуса, похитит и его добычу.
  Впервые за сотни лет в Борзе проснулось чувство, которое, как ему казалось, уже умерло навечно. Азарт!
  И старый шаман поступил единственно правильно в этой ситуации - вступил в схватку. Сунув руку, с которой тут же слетела плоть, прямо в круг, где отражался сон девушки, Борза, прошипев: "Моя", схватил её за руку и потянул на себя.
  Но неизвестный не сдался, и туман вдруг стал кроваво красным, разъедающим его кисть руки. Борза сделал то, чего сам от себя не ожидал - улыбнулся. Ай, да молодец! Кто бы ни был его соперником, но он просто гений! И сунул в круг вторую руку.
  То ли фокусы закончились, то ли неизвестный не стал мудрить, но он в точности скопировал то, что сделал шаман и вцепился во вторую руку девушки сразу обеими руками. Женскими, наманекюренными руками! Роковая ошибка. Красный туман не пожалел и своего творца, поэтому руки у этой женщины пошли волдырями и она их резко отдернула. Но Борзе это не сильно помогло. Его правая кисть уже разъедена полностью, а левая до такого состояния, в котором девушку не то, что из сна не вытащить, даже поднять будет трудно.
  И Борза в который раз сам себя удивил - отступил.
  Старик вытащил из круга то, что осталось от собственных рук. Несмотря на адскую боль, шаман улыбался. Руки это ерунда - отрастут до завтрашнего вечера. Но, впервые за столько лет... в нем ожила надежда.
  
  
   *****
  Рамония нервно ждала вечера. Сказать, что она волновалась - ничего не сказать. Приворот уже практически перестал действовать. Ещё немного и Ветилен окончательно выйдет из-под контроля.
  Ближе к обеду Рамония сделала неожиданное и неприятное открытие - за ней следят!!! Слуги, стража, придворные... Не просто наблюдают, восхищаясь со стороны, или со страхом, как это было раньше. Они смотрят в оба, стараются ловить каждый шаг, и не оставляют её одну.
  Первое, что испытала Рамония - гнев. Сначала на слуг, а затем на мужа. Кто бы ещё смог приказать это делать? Явно не Лайонелл. Этот пьяница сидит у себя в кабинете и напивается с горя. Нет. Это драгоценный супруг, наконец, очнулся после многолетнего сна и теперь начинает думать и действовать самостоятельно. Какое-то время Рамония придумывала, что заставит его сделать, когда найдет гримуар. Мысли метались от грандиозных, дорогущих подарков, до наказаний с плетями и другими игрушками.
  А потом Рамония разволновалась. За ней следят, как ей теперь, во имя Великого созвездия, незаметно выбраться из замка? Стоило это осознать, и время полетело со страшной скоростью, а мало-мальски приличный план все никак не рождался в её венценосной голове.
  За окном незаметно стемнело, ждать было больше никак нельзя. Сообщив, всем и вся, что больше не может находиться в удушье дворцовых стен, особенно после всего пережитого, поэтому переночует в городе. На вопрос у кого, Рамония не задумываясь, сказала первое имя, которое всплыло в памяти - герцогиня Енифер. На неё посмотрели, мягко говоря, удивленно, но возражать никто не решился.
  Уже позже, когда карета мчала пока ещё королеву к городу, Рамония вдруг поняла, почему и тихо рассмеялась. Ну, конечно! Герцогиня Енифер. Она же была на её похоронах.
  А потом пришло спокойствие. Если у Санты все получится, то Рамония вернется героиней с любимой дочкой под боком. И с гримуаром, который вернет ей власть над мужем. Нужно будет и Луричию сразу приворожить. Обожание королевы крупного государства никогда не помешает. Да и послушней станет.
  А если не получится...Тогда уже не важно будет где и с кем она была. Это лишь вопрос времени, когда Ветилен найдет повод от неё избавиться.
  Карета, наконец, остановилась. В темноте трудно было разобрать очертания дома, однако Рамония вышла, и, отпустив карету, подошла к двери и постучала. Из-за угла появился ребенок и стремительно подошел к ней:
  - Вы Муни?
  Рамония не колебалась ни секунды. Это детское прозвище, которым её звала только Санта.
  - Да.
  - Идем за мной.
  Ребенок взял её за юбку и потянул за собой. В принципе, что-то такое Рамония и предполагала. Вряд ли Санта так сходу выдала бы ей свое место жительства. Недолгий разговор через зеркала показал, как она изменилась. Вместо серой мышки, которую помнила Рамония, появилась уверенная в себе, ухоженная и в какой-то степени даже циничная женщина. И эту абсолютно новую личность следует опасаться. Потому что сейчас травница больше напоминала Рамонии саму себя. И такого врага ей не хотелось бы иметь.
   Улочки петляли, и в темноте не было никакой возможности запомнить дорогу. Как бы удивилась королева Биариццы, узнай, что на самом деле Санта дала ей свой настоящий адрес, а Чико просто водил её кругами, чтобы запутать.
  Наконец, они подошли к какой-то двери и ребенок, молча, убежал. Немного потоптавшись, Рамония нерешительно постучала. Санта открыла практически сразу и также, молча, впустила ночную гостью. Бывшим подругам нечего было сказать друг другу. Женщины бы и не встретились сегодня не столкни их необходимость.
  Санта пошла в соседнюю комнату, Рамония прошла следом, на ходу снимая плащ. Комната, выдержанная в бордовых тонах, была заставлена горящими свечами, стоящими в несколько кругов. В самом центре находилась низкая круглая лохань с водой, вокруг которой крест-накрест были расположены: чаша с кровью, чаша с солью, косичка темных, как смоль волос и зачем-то сухой, недоеденный кекс. Стоило только начать удивляться, как в комнату вошел одетый во фрак скелет, и доложил:
  - Для ритуала все готово.
  Рамония едва чувств не лишилась, увидев, как двигается челюсть черепа. Только когда он скрылся в тени, женщина нашла в себе силы взять себя в руки и бесцветным голосом спросила:
  - Какого ритуала?
  - Ты что, забыла? - насмешливо приподняла бровь Санта. - Муни, ты мне должна клятву на крови, и я палец о палец не ударю, пока не получу её.
  Рамония скрипнула зубами:
  - Не называй меня так. Клятва, так клятва.
  Почему-то это имя, произнесенное устами того, в кого превратилась её слабохарактерная и бесхребетная, но все-таки лучшая подруга, казалось кощунством.
  Санта не стала комментировать это заявление и позвала:
  - Висельник!
  Скелет во фраке появился из темноты так неожиданно, что Рамония опять чуть не лишилась чувств. В этот раз он держал в руках кубок с водой и травами, плавающими в ней.
  Санта не стала устраивать из этого простенького по сути ритуала представление и просто дала бывшей подруге лист бумаги, велев:
  - Читай.
  - Я, Рамония, по доброй воле беру на себя обязательства выполнить приказ... - она запнулась на мгновение бросив на травницу недовольный взгляд, подозревая, что тут возможна была и другая формулировка, но продолжила. - ... который получу от чародейки Санты, независимо от времени и обстоятельств. Моя кровь тому залогом.
  Закончив читать, Рамония недоуменно посмотрела на Санту, но та, молча, и без предупреждения взяла её за руку и порезала тыльную сторону ладони.
  - Ай!!! - попыталась отдернуть руку женщина, но травница, которая теперь именовала себя чародейкой, крепко её удерживала.
  - Твоя кровь послужит залогом, - напомнила она и, подставив небольшой серебряный медальон на цепочке, набрала в него немного.
  Осторожно закрыв его, Санта окунула его в чашу с водой и травами. Медальон вспыхнул неясным светом и на этом все закончилось.
  - Все? - растерянно спросила Рамония, глядя на то, как бывшая подруга вытерла серебряный медальон подолом платья и дела себе на шею.
  - Все, - будничным тоном ответила Санта, справившись, наконец, с застежкой. - Теперь мы будем колдовать.
  Взяв не сопротивляющуюся Рамонию за руку, она провела её в центр круга, к лохани и велела:
  - Садись.
  Сама при этом заняла место напротив.
  - Я не буду тебе объяснять детали, но если вкратце - мы вытащим Луричию сюда через её сон. Для этого мне потребуются жертвенная кровь, твоя кровь, так как она плоть от плоти твоей и можно вытащить её по этому ориентиру, и ещё кое-что.
  Санта не стала уточнять, что это кое-что - её волосы. Ей не хотелось пока рассказывать бывшей подруге о том, какую роль сыграла в этом деле. Чтобы потом не отвлекаться, она взяла Рамонию за руку, которая все ещё кровоточила и накапала немного на соль.
  Остался последний штрих - чародейка положила внутрь лохани волосы и велела:
  - А теперь молчи и не мешай мне сосредоточиться.
  Сев поудобнее, чародейка начала нашептывать заклинание, которое было её гордостью. Ритуал, который она сейчас проводила, изначально создавался, чтобы вернуть её Георга из мира духов. Вместо любимого появилась соседская кошка. Годами Санта пыталась понять, что делает не так, чтобы изменить заклинание, пока не поняла, что заклинание не предназначено для мертвых, только для живых.
  Оставив это направление исследований, заклинание Санта не забыла и часто использовала по прямому назначению, разыскивая для гильдии тех или иных людей.
  Вскоре вода в лохани затуманилась, и появилось изображение выжженной земли.
  - Что это? - позабыв наставления травницы, спросила Рамония.
  - Это внутренний мир твоей дочери, - глухо отозвалась Санта. - Безрадостная, безжизненная пустошь, появившаяся внутри человека в отсутствии любви.
  - Я покупала ей все самое дорогое, - почему-то захотелось оправдаться Рамонии. - у неё все было...
  - Ты её не любила, - глухо повторила Санта, и Рамония, хоть и пыталась найти аргументы в опровержение, но так ничего и не придумав, с досадой закусила губу.
  Тем временем Санта взяла кексик и положила в чан.
  - Это ещё зачем? - изумилась Рамония.
  - Приманка, - коротко объяснила чародейка, внимательно наблюдая за происходящим.
  - Приманка?! - Рамония насмешливо фыркнула. - Даже если бы моя дочь и любила кексы, то вряд ли позарилась на это недоеденное убожество...
  Неожиданно на поляне появилась Луричия. Все такая же очаровательная блондинка, чья красота только распускалась. Такая же, какой её помнила мать, такая же, какой впервые показалась в доме Санты.
  Она подошла к кексику, потянула к нему ручки и вдруг он исчез. Девушка разочарованно села на землю, там же, где и стояла.
  - Пора, - чужим голосом прошипела Санта и вокруг аселайн начал клубится туман, медленно подбираясь к ни о чем не подозревающей, жертве. Медленно, чтобы не спугнуть и не разбудить, туман сформировал плотное кольцо, которое постепенно стягивалось как силок.
  И тут случилось то, чего не случалось прежде - глухой, будто замогильный голос прорычал: "Моя", и мужская рука, ворвавшись в круг, схватила девушку за руку, пытаясь утащить. Санта не зря годами сотрудничала с гильдией наемных убийц. Это научило собранности, особенно в экстремальной ситуации и помогло развить смекалку и сообразительность. Благодаря этим полезным в любом деле качествам, чародейка не растерялась и не испугалась, а разозлилась.
  - Что это? - взвизгнула рядом Рамония.
  - Кто-то пытается увести Луричию прямо у нас из-под носа... - зло прошипела Санта. - Не позволю!
  Взяв кубок с жертвенной кровью, она медленно вылила его в лохань. Туман побагровел, и рука неизвестного стала медленно растворяться. Рамония истошно завопила, но Санта не обратила на неё внимание. Сейчас не до её тонкой душевной организации - неизвестный оказался упрямым и уже тянул вторую руку.
  Санта не могла позволить ему этого. Одно дело передать Луричию матери и сказать Райтгарту, где искать. В этом случае, если девочка захочет с ним остаться - всей королевской армии не хватит, чтобы состоялась свадьба с другим мужчиной. Но если Луричия окажется неизвестно в чьих руках - никто не поручится за её дальнейшую судьбу. Санта не могла этого допустить, так как помимо всего прочего привязалась к девочке.
  Поэтому сделала последнее что могла - сунула руки в лохань и вцепилась в аселайн. Ужасная боль, к которой женщина оказалась не подготовленной, обожгла руки, и она инстинктивно выдернула их оттуда, случайно перевернув лохань.
  Рамония что-то кричала, но обваренные руки, которые тут же покрылись волдырями, нестерпимо болели и Санта просто отключилась.
  Висельник прибежал на крик, оценил ущерб и выставил Рамонию за двери, велев приходить завтра. Свою хозяйку он положил на диван, обработал раны заживляющим бальзамом, который она и разработала. Благодаря его действительно волшебному действию к утру на руках не останется и следа.
  После этого принес веник, совок и принялся убирать, бурча себе под нос:
  - Понамусоривают тут всякие...
  
   *****
  
  Лючия спала неспокойным, тревожным сном. Во сне к ней тянулись тысячи рук, и мужской голос нашептывал: "Моя...моя...моя...". Испуганная и дезориентированная принцесса не могла ни сбежать, ни отбиться. Чувство беспомощности волнами накатывало, подавляя веру в свои силы, лишая воли к борьбе. Девушка с огромным трудом вырвалась из объятий этого кошмара, когда готова была уже сдаться. Аселайн проснулась в холодном поту в незнакомой комнате одна на большой кровати. Все ещё находясь под впечатлением от сна, она испугалась до дрожи в руках. Лючия чувствовала себя даже хуже, чем, если бы пробежала несколько километров - сердце глухо билось о ребра, в ушах звенело, комната слегка покачивалась.
  Понадобилось время, чтобы взять себя в руки.
  Немого оклемавшись, девушка приподнялась на локтях и осмотрелась. Небольшая по её меркам комната, светлая, чистенькая. Старинный шкаф, украшенный причудливой резьбой, и комод, явно из одного гарнитура, так как узор резьбы и цвет совпадали. Рядом стояли туалетный столик с зеркалом и пуфик. Не считая кровати, на которой она спала, это и все нехитрое убранство. Принцесса капризно сморщила носик. Она мало где бывала кроме дворца. Поэтому, знакомая с детства обстановка всегда была эталоном. По сравнению с комнатами дворца, где выросла Лючия, это можно назвать разве что сараем. Правда, нельзя не признать, что уютным сараем, совсем не похожим на тюрьму.
  Так, где же она, во имя демоновой матери, проснулась?
  Лючия вдруг осознала, что от неё воняет. Вечер в таверне пропахшей дымом, алкоголем и запахом немытых тел не прошел даром. Девушка села на кровати и, понюхав свою руку, тут же с отвращением поморщилась. Никогда до этого момента она не была сама себе такой противной. Ванна! Ей нужна горячая ванна! И свежая одежда. Платье, подаренное Сантой, сейчас можно разве что выкинуть. И предварительно сжечь.
  Принцесса встала с кровати и потянулась. Кости захрустели, а мышцы заныли приятной истомой. Как же хорошо она выспалась, несмотря ни на что. Во дворце редко выпадала такая возможность. Приходилось вставать очень рано, чтобы выглядеть как принцесса. Одна только укладка волос занимала больше часа. Потянувшись, аселайн вдруг увидела, что прямо перед нею дверь. Не входная. И девушка могла бы руку дать на отсечение, что ещё секунду назад её здесь не было. Лючия даже глаза потерла. Но это не было видением. Там действительно была дверь.
  Пожав плечами, принцесса осторожно открыла её и, заглянув, ахнула. Посреди комнаты стояла ванна, заполненная водой. А рядом мыло, отвары для волос, полотенца, банный халат. В общем, все, что необходимо девушке. Принцесса восприняла сие чудесное появление как приглашение и с удовольствием им воспользовалась. Обычно водные процедуры лишь рутина. Но сегодня Лючия испытала блаженство. Она позволила горячей воде смыть следы вчерашнего пребывания в таверне и тревожное состояние от ночного кошмара. Мрачное настроение растворилось, как мыльная пена в воде.
  Вышедшую из ванны и посвежевшую Лючию ждал ещё один сюрприз - аккуратно сложенное белье и новое платье, которое больше походило на те, что она привыкла носить. Правда у него, как и у платья Санты, было декольте, но оно при этом не выглядело вульгарно.
   Лючия стряхнула с себя оцепенение. Дают - нужно брать. Тем более, особого выбора у неё не было. Не ходить же в банном халате?
  Одевшись и приведя себя в порядок, Лючия с опаской подошла к двери. Подергала за ручку - открыто. Девушка какое-то время помялась. Да, не заперто. Но это ещё не значит, что можно уходить. Мало ли, что там снаружи?
  Урчание в животе положило конец сомнениям. Лучше умереть в поисках еды, чем от голода.
   За дверью оказался небольшой коридор, ведущий к лестнице. В этот же коридор выходили ещё три двери. Немного поразмыслив, Лючия пошла к лестнице и спустилась вниз. Просторная светлая гостиная, обставленная в том же стиле, что и её комната, была наполнена ароматным запахом.
  - Блинчики! - принюхалась принцесса и пошла по запаху, который привел на огромную светлую кухню.
   В центре стоял большой дубовый стол, а у плиты хлопотала невысокая толстенькая старушка, не заметившая, что в комнате появился кто-то ещё. Лючия нерешительно топталась на месте, не зная, как к ней обратиться. Если она все пленница - то по логике старушка...тюремщик? Тогда нужно схватить еду и убегать. А если гостья - то попросить. Чего ей тоже не приходилось раньше делать.
  В животе снова заурчало.
  Старушка удивленно оглянулась:
  - О! Ты уже проснулась! - добродушно улыбнулась она. - Не бойсь есть хочешь?
  Вместо ответа у Лючии снова заурчало в животе.
  - Ну, садись, - мягко улыбнулась старушка. - Я тебя покормлю. У меня голодной сидеть не будешь.
  - Я и не сидела голодной, - беззлобно огрызнулась покрасневшая до кончиков волос Лючия.
  - Что ж ты тогда такая тощая? - спросила старушка, подсовывая ей тарелку с блинчиками политыми маслом и сметану. Рядом с тарелкой нашел свой приют и стакан с молоком.
  Вместо ответа девушка промычала нечто невразумительное. Потому, что рот у неё был занят едой. Лючия так проголодалась, что глотала блинчики, не пережевывая.
  - Да ты ешь, - сердобольно посоветовала старушка. - Никто ж не забирает.
  - Шпашио, - промычала она, утолив первый голод, чем вызвала у кухарки новый приступ сопереживания:
  - Ох, уж мне этот Райтгарт, - в гневе старушка даже ногой топнула. - Вот вернется и получит от меня поварешкой по упрямому лбу!
  - Са што? - спросила Лючия, запивая блинчики молоком.
  - Что б понял дубина, что нельзя такую маленькую и хиленькую девочку голодом морить! - полные гнева глаза старушки смягчились при взгляде на Лючию. - Да ты не бойся, не покалечу твоего милого. Так. Для профилактики... Ему полезно, обалдую великовозрастному. Я - Мадлен, домовая этого дома.
  - Лючия, - улыбнулась принцесса. Эта домовая старушка ей очень нравилась. По крайней мере, блинчики она делает отменные. Одно но. Домовых каждый видит по-своему, как того требует душа. Почему же Лючия видит её такой вот старушкой?
  Мадлен, хлопотала на кухне со скоростью и ловкостью не свойственной такому почтенному возрасту. Принцесса хоть и поела, но с кухни не ушла. Домовая умудрялась готовить, мыть посуду убирать и при этом рассказывать о доме, в котором теперь как выяснилось девушка жила.
  - Этот дом - как общежитие при гильдии наемных убийц. Здесь живет много народу, но ты редко кого встретишь, - рассказывала Мадлен также быстро, вымывая посуду. - В большинстве своем они одиночки и стараются ни с кем не пересекаться, либо же на заданиях. А те кого встретишь... Бояться тебе стоит не многих.
  - Почему? - слегка склонила голову на бок Лючия.
  - Здесь немного найдется самоубийц готовых бросить вызов Райтгарту, - рассмеялся позади неё веселый мужской голос.
  Обернувшись, Лючия увидела красивого блондина с плутоватой улыбкой и озорным блеском в глазах. Подмигнув ей, и подойдя к Мадлен, новый гость обаятельно улыбнулся:
  - Мадлен, богиня моя, ты сегодня особенно прекрасна...
  Лючия поперхнулась. Что за извращенные фантазии?
  - А ты сегодня особенно отвратителен, - холодно осадила его домовая.
  - Отрада сердца моего, - вздохнул блондин. - Ты все также неприступна. Но я верю, что придет день, наступит час, и ты станешь моей...
  - Когда небо станет розовым, - фыркнула Мадлен.
  - Ах, моя неприступная богиня, - притворно огорчился блондин, хотя в его глазах плясали веселые искорки. - Раз любовь мне сегодня не светит, то, как насчет завтрака?
  Домовая, молча, обошла его и поставила на стол тарелку с яичницей.
  - А у меня были блинчики, - прокомментировала Лючия.
  - О, Мадлен, ты её балуешь, - улыбнулся Арден. - Когда же я начну получать такое особое отношение?
  - Когда небо станет розовым, - снова огрызнулась хлопочущая хозяюшка и с ласковой улыбкой дала Лючие яблоко. - Кушай, деточка, поправляйся.
  - Я ж не болею, - откусила яблоко принцесса.
  - Зато вон, какая тощенькая, - любовно погладила её по голове Мадлен.
  - Я не тощая, - беззлобно огрызнулась Лючия, увидев ехидную улыбку у Ардена.
  - Ну, ты кушай, кушай, - заметила его улыбку домовая, и одарила таким взглядом, что блондин тут же поперхнулся своим завтраком.
   - Кто ты? Ты знаком с Райтгартом? - спросила принцесса, с наслаждением откусывая кусочек сочного яблока.
  - Мы напарники, - ответил он, откашлявшись, и рассмеялся, увидев, как в этот раз уже Лючия подавилась яблоком.
  - Ты...ты... - она не знала, как спросить.
  Блондин при виде её замешательства только снисходительно улыбался, понимая, о чём она не решается спросить. Но все же ответил:
  - Да, я был с ним во дворце, чтобы тебя убить, - и добавил, увидев, как девушка побледнела. - Не бойся. Пока ты с моим напарником никто тебя не тронет. Я Арден, кстати говоря.
  - Луричия, - машинально ответила она и тут же поправилась. - В смысле Лючия! Я - Лючия.
  - Тебе нужно поскорее привыкнуть к новому имени, - шутливо пожурил её Арден.
  - Я стараюсь, - вздохнула принцесса. - Но оно мне даже не нравится!
  Арден рассмеялся и даже Мадлен улыбнулась.
  - Что ты имел в виду, когда говорил про Райтгарта? - спросила Лючия и прицельно бросила в мусорное ведро огрызок яблока.
  - Все уже в курсе, что тебя привел Райтгарт, - ответила за наемника вошедшая в кухню Лекс. - Привет, Мадлен. Изобрази мне как всегда.
  Домовая понятливо кивнула и поставила перед наемницей тарелку с маленькими солеными огурчиками и банку с рассолом.
  - Это как всегда? - изумленно воскликнула Лючия.
  -Помогает поддерживать фигуру в тонусе, - поморщившись от её громкого голоса, сморозила первое, что пришло в голову Лекс.
  Принцесса не стала приставать с вопросами, но, судя по улыбке Ардена, ответ был далек от истины.
  - Кстати, раз уж ты помянула этого демона, - с блаженным видом оторвалась, наконец, от банки с рассолом наемница. - Где его носит?
  - Ему сегодня не спалось, - принцесса сделала вид, что не заметила, как наемник намекающее покосился в её сторону, и постаралась отогнать от себя мысли о том, что он имел в виду. - Поэтому он с самого утра куда-то ушел.
  - Все понятно, - наемница блаженно потянулась и, вытянув ножки, положила их на стоящую рядом незанятую табуретку.
  - И что с того, что меня привел Райтгарт? - постаралась вернуть разговор в интересующее русло Лючия.
  Живя во дворце, принцесса четко представляла себе правила игры, расстановку сил и с кем нужно быть вежливой, с кем можно не церемониться и кого следует опасаться. Лючия знала, что говорить и как, куда можно идти, куда нет, что может себе позволить и что будет абсолютно не приемлемым. Это маленький пруд, в котором она была большой рыбой.
  Сейчас аселайн оказалась с незнакомыми людьми, на чужой территории и, не имея ни малейшего понятия, что дальше делать. Срочно требовался план действий. Чтобы его составить - нужна информация. Эта троица на кухне - пока что единственный источник. Лючия отдавала себе отчет в том, что не может положиться на достоверность их слов. Однако это начало. Позже можно будет сопоставить их слова с фактами и информацией полученной от других, и уяснить общую картину.
  - Ну, милочка, - почти ласково улыбнулась Лекс. - Привыкай к тому, что ты почти невидимка. Райтгарт сильнее большинства наемников гильдии вместе взятых. Вряд ли кто посмеет с тобой заговорить без его разрешения...
  - Почему? - Лючия искренне удивилась. - Что такого страшного в том, чтобы со мной заговорить?
  - Никто не хочет бросать вызов лучшему наемнику гильдии, - вмешалась в разговор Мадлен.
  - Свет очей моих прекрасная Мадлен права, - поддержал её Арден. - С тобой даже здороваться не будут - просто побоятся, что он приревнует и голову оторвет не разбираясь.
  - Но вы же говорите и ничего! - не сдавалась принцесса. По крошке из этого разговора она обрисовывала себе общую картину. Значит, Райтгарт действительно самый сильный и его по-настоящему тут боятся. По большому счету это и к лучшему. Пока все так - она в безопасности.
  Лекс подтвердила её догадку:
  - Мы - это мы, - наемница с наслаждением отпила рассол из стакана, в который его уже успела налить домовая. - Я и Мадлен ему не конкуренты. Мадлен - домовая, я женщинами не интересуюсь, а Арден - напарник Райтгарта, можешь его за мужчину не считать.
  Блондин крякнул что-то невразумительное, и принялся шепотом что-то жарко объяснять. Щеки Лючии, получившей слишком много информации в одной последней реплике, заалели, и она неосознанно снова взялась за дурацкую привычку - принялась грызть ногти. Не царское, конечно, дело... Но кто её осудит?
  - Не царское это дело ногти грызть, - пожурил незнакомый мужской голос. Лючия оглянулась и смерила взглядом его обладателя - прислонившегося спиной к косяку справа среднего роста худощавый, но жилистый красавчик-блондин с высокой прической и скрещенными на груди руками.
  Его похожая на змеиную, насмешливая полуулыбка, вызвали в ней неприятные ассоциации, напомнив советника:
  - Тебя спросить забыла, - раздраженно буркнула девушка и по привычке потянулась опять к ногтям, но вовремя остановилась, покраснев ещё больше.
  А вот остальные переполошились. Мадлен заметно напряглась, Лекс и Арден подскочили со своих мест. Лючия тоже попыталась встать на всякий случай, но Арден толкнул её назад на стул. Они с Лекс встали прямо перед ней, явно защищая. Теперь уже и Лючия встревожилась, и сидела, напряженно вслушиваясь в разговор.
  - Чего тебе? - недружелюбно спросил Арден.
  - Слухами гильдия полнится. Я решил лично познакомиться с новой гостьей.
  Лючия невольно отметила, что у него даже голос чем-то змеиный напоминает.
  - Отвали, Кайл! - у Ардена был взбешенный голос, он явно не испытывал симпатий к вновь прибывшему.
  - Ах, как грубо, - незнакомец, которого наемник назвал Кайлом, притворно расстроился. - Разве можно так в присутствии двух очаровательных дам?
  - Не суйся к ней, - заговорила Лекс. - Её привел Райтгарт...
  - Что ты говоришь? - в его голосе не было ни тени удивления, только насмешка, из чего Лючия сделала заключение, что он был в курсе. - Тогда мне определенно следует познакомиться поближе с невероятной женщиной, которая смогла покорить каменное сердце ручного демона Рейно.
  - Кайл... - угрожающе начала Лекс, но неожиданно ахнула и без чувств упала на пол. Это позволило Лючии увидеть, как незнакомец дунул какой-то блестящей пылью на Ардена и он присоединился к Лекс. Вне всяких сомнений с наемницей он проделал тот же фокус.
  Все произошло так быстро и неожиданно, что Лючия даже не успела толком испугаться. Едва она попыталась встать со стула, как блондин подошел к ней ближе, глядя очарованными глазами:
  - Красавица... - он взял её за руку и галантно поцеловал. - Какие маленькие изящные ручки... они не знали грубой работы. Настоящая леди... Какие волосы... они так сладко пахнут...
  - Что правда? - совсем сбитая с толку Лючия свободной рукой взяла локон и принюхалась. - Странно, ничего не чувствую...
  - ...какие глаза... - продолжал Кайл, игнорируя её слова. - ...два чистейших изумруда... как я хочу такие глаза...
  - Спасибо, наверное, - принцесса не знала, как реагировать на поведение незнакомца, и на всякий случай постаралась не злить его. - Мне и самой они очень нравятся...
  Неожиданно у Лючии закружилась голова. Не сильно, но ощутимо - реальность вокруг словно поплыла, а мир превратился в желе, в котором она увязла: вроде и двигаться можно, но руки-ноги ватные и не слушаются. Девушка подняла вверх руку - ощущение было такое, что для этого простого движения понадобилось очень много времени. Страх, что она останется в этом "желе " ледяными иглами впился в сердце. Лючия посмотрела на стоящего рядом блондина, стараясь понять, в таком ли он состоянии. Их глаза встретились. И принцесса утонула... В море ужаса и боли. Глаза затянула пелена, и реальность перестала существовать...
   Лючие показалось, что прошла целая вечность, прежде чем сознание прояснилось, и она обнаружила себя тяжело дышащей на руках у Ардена. Слабая, беспомощная, едва живая, отчаянно нуждаясь в помощи защите, девушка позвала:
  - Райтгарт...
  - Мадлен! Ну где ты возишься? - зло прошипел Арден, ещё не заметивший, что она проснулась. - Не дай бог она умрет. Знаешь, что Райтгарт с нами сделает?
  Домовая оказалась рядом быстро, даже слишком. Хотя не принцессе судить, она ещё не отошла от того, что с ней случилось. А кстати. Что с ней случилось?
  - Что это было? - прохрипела она, привлекая к себе внимание, и закашлялась - горло пересохло и ужасно першило. - Перестань меня трясти! Мне и так плохо...
  Арден послушно отпустил Лючию и помог кое-как сесть. Силы медленно возвращались. Домовая, по-отечески погладив её по голове, сказала:
  - Послушай деточка, и запомни, что я тебе скажу. Чтобы не случилось, как бы жизнь не повернулась, но тебе стоит держаться подальше от Кайла. Он силен. А ещё безумен. Он любит мучить женщин, и оставляет себе на память их глаза...
  - Но ...
  У принцессы голова шла кругом. Она с благодарностью приняла стакан холодной воды от Лекс и, выпив его, почувствовала себя настолько лучше, что у неё появился вполне резонный вопрос:
  - Что сейчас произошло?
  - Кайл попытался тебя убить, - коротко пояснила Лекс.
  Её слова, сказанные абсолютно будничным тоном на несколько мгновений настолько выбили Лючию из колеи, что несколько секунд она вообще не могла даже думать толком, издавая только не членораздельные звуки. Когда первый шок прошел, и способность соображать вернулась, вопросы посыпались, как из рога изобилия:
  - Как убить? Меня? За что? Вы же сказали Райтгарт самый сильный и со мной никто даже не заговорит! Его тоже советник нанял?
  - Райтгарт стал лучшим наемником, победив сильнейшего убийцу в клане, и до этого момента никто не смог забрать у него титул. Кайл - совсем другое дело. Он из династии наемных убийц. Многие поколения его семьи не занимались ничем, кроме убийств. Силен, безумен, тренирован и очень хорошо обучен. Кайл опасен. В его семье из поколения в поколения практиковались кровосмесительные браки. Вот он и родился таким... - наемник замялся, не зная, какое слово лучше употребить.
  - Больным, - мрачно подсказала Мадлен как раз положившая Лючии на лоб мокрый компресс, который та тут же стянула. Сидеть с мокрой тряпкой на лбу не сильно то и удобно.
  -Не то слово, - согласился Арден. - Больной извращенец! Но при этом сильный и ловкий убийца. Гильдия очень давно работает с его семьей. И обе стороны ценят это сотрудничество. Семья подчиняется нашим законом, пока им это выгодно, а гильдия поставляет им хорошие заказы. Все довольны.
  - Но почему никто не знает, кто сильнее: Райтгарт, или Кайл? - Лючия уже чувствовала себя получше, и от неё не укрылось, что наемник так и не рассказал об этом.
  - Потому, что никто не знает, насколько силен Кайл, - помрачнел Арден. - Ему никогда не было нужды доказывать свой статус в гильдии и с кем-то сражаться...
  - То есть он может быть сильнее Райтгарта? - встревожилась принцесса. Смерти ему она не желала. Себе тем более.
  - Понимаешь, никто ведь не знает, насколько на самом деле силен Райтгарт...
  - Ты меня запутал, - у Лючии голова кругом пошла от таких объяснений. - Почему никто не знает? Ты же сказал, что он силен...
  - Потому, что победил сильнейшего, - терпеливо объяснял дальше Арден. - Лючия, он просто подошел к нему и вырвал его сердце, даже не трансформируясь в демона.
  - Райтгарт демон? - информативное выдалось утро, ничего не скажешь. С другой стороны, когда она ещё поупражняется в некрасивом выпучивании глаз?
  - Наполовину, - слабо улыбнулся наемник. - Но он себя неплохо контролирует и мало кто видел его трансформацию.
  Лючия вспомнила реакцию Райтгарта, тогда, во дворце, когда она сняла платье, и сглотнула. Принцесса тряхнула головой, стараясь прогнать так некстати нахлынувшие воспоминания, и попыталась сосредоточиться на основном:
  - То есть, чисто теоретически и Райтгарт и Кайл могут быть одинаково сильны?
  - До этого момента у них не было причин меряться силами, - вздохнул Арден. - И скажу тебе по правде, всей гильдии от этого было спокойнее. Теперь же, когда они сцепились...
  - Они дерутся? - Лючия в момент забыла, что слаба и едва жива.
  Наемник улыбнулся, глядя на это чудесное исцеление:
  - Уже нет, но вот эта стена... - он ткнул пальцем куда-то ей за спину. Оглянувшись, Лючия обомлела, увидев пробитую в нескольких местах стену. - Изначально не являлась образцом абстрактного направления в архитектуре.
  - Где они? - побелевшими губами спросила она.
  - У мастера гильдии, - успокоил её Арден. - Он вовремя появился и разнял их.
  - Что теперь будет? - тревожно спросила Лючия.
  - Все может быть, это ж мастер, - философски пожал плечами наемник и домовая согласно кивнула.
  - Как это? - у принцессы создалось впечатление, что она одна тут "не в теме". Это выражение прицепилось к ней после вечера проведенного в компании Чико.
  - Понимаешь, какая ситуация... - Лючия взвыла. Такое начало предвещало долгие объяснения, от которых у неё уже голова кругом шла. Да она на уроках столько не слушала как здесь, с ним! - Пара наемника неприкосновенна, как и его семья.
  - Почему?
  - Потому, что семьи есть у всех, - ответила за него Мадлен.
  - С другой стороны, ты все ещё не пара ему, - продолжил наемник. - И тогда получается, что Райтгарт бросил Кайлу вызов...
  - Подожди, но вам-то, откуда знать пара я ему или нет? - возмутилась Лючия.
  - Если бы ты была ему парой, то у тебя появилась бы татуировка с иероглифом на тыльной стороне ладошки...
  - А может я просто не успела её сделать? - не сдавалась принцесса. - Или боюсь? Или не люблю татуировки?
  - Да не... - вдруг замялся Арден и ослабил ворот, так, словно ему трудно дышать. - Она бы появилась ... сама... Мадлен! Почему я должен с ней об этом говорить?!
  Наемник вскочил на ноги.
  - Иероглиф сам появится у тебя на руке после того, как ты переспишь с Райтгартом, - будничным тоном сказала Мадлен, протирая полотенцем высокий прозрачный стакан.
  Лючия покраснела до корней волос.
  - Я, наверное, подожду Райтгарта у себя в комнате, - смущенно пробормотала девушка и ушла.
  Вернется Райтгарт, она с ним поговорит, серьезно поговорит.
  Он ведь, вернется?
  Глава 8
  Райтгарт задавался тем же вопросом, глядя на то, как Селли, один из лучших клериков в гильдии, молниеносными движениями пришивает руку Кайлу. Он едва улавливал мелькание рук умелого доктора, и то только благодаря демонской половине. Обычному человеку этого не дано увидеть. Какое-то время мужчина заинтересованно наблюдал. Это был первый раз, когда наемнику пришлось видеть работу клериков. И, скорее всего, последний. Благодаря демонской половине у Райтгарта была повышенная регенерация, поэтому медицинская помощь не требовалась в принципе. Если бы не срочность в этот раз любоваться ювелирной точностью и скоростью работы медиков гильдии тоже не пришлось бы. Мастер Рейно даже позволил перепачкать кабинет кровью, чтобы быстрее с этим покончить.
  Райтгарт смотрел на работающего Селли, но мысли снова и снова возвращались к Лючии. Он чувствовал, что с ней все в порядке, но не мог не беспокоиться. Да и ситуация складывалась паршивая. С одной стороны - Райтгарт имел полное право вступиться за Лючию, с другой стороны - ничего не запрещало блондину поступить так, как он поступил. Исход дела решит Рейно, и будет прав, даже если испепелит обоих на месте после того, как потратил и время и деньги на лечение убийцы из клана.
   Положение усугублялось ещё и тем, что семья наемных убийц имела большое влияние в гильдии, а Райтгарт до этого хорошенько накосячил. Но наемник жалел только о том, что не успел добить блондина, только руку почти оторвал... Мастер вмешался раньше, чем он дорвался до чего-то другого. Правда, Райтгарту и самому сильно досталось. Но полудемону на это плевать с высокой колокольни. Высокий уровень регенерации позволял восстановиться даже от смертельных ран.
  Мастер Рейно сидел напротив и задумчиво рассматривал обоих мужчин. Несмотря на внешнее спокойствие, его мозг лихорадочно пытался придумать выход из ситуации. Райтгарт ему нравился. Хороший, нет, прекрасный убийца, дисциплинированный и всегда выполняет работу чисто. Парень похож на него в молодости. Умен, в меру кровожаден, и что самое важное - любит оставаться незамеченным. Если есть возможность пройти тихо - он пройдет тихо. Да и в отличие от того же Кайла - предпочитает обходиться без лишних жертв. Рейно подозревал, что у парня на то свои резоны, однако и сам всегда делал только то, за что платят.
  Глава гильдии уже присмотрел наемника в преемники. Его радовал тот факт, что Райтгарт равнодушен к власти и у него, в итоге, будут все шансы уйти с поста живым.
  И тут такой финт от жизни...
  - Ну, и что вы не поделили? - строгим тоном спросил Рейно, едва клирик закончил работу и покинул кабинет.
  Кайл и Райтгарт переглянулись. Обоим не хотелось признаваться, "что" они не поделили.
  - Не торопитесь отвечать, - иронично усмехнулся мастер, чувствуя себя директором школы, к которому привели учеников хулиганов. - Говорите по очереди.
  Убийцы по-прежнему молчали. Ни одному, ни другому, правда, по разным причинам, не хотелось невзначай брякнуть какое-то слово, способное разозлить Рейно.
  - Ладно, - отбросил шутливый тон мастер.- Если вы стесняетесь, я сам скажу. Вы разнесли пол гильдии и кухню Мадлен, потому, что не поделили игрушку...
  - Она не игрушка! - резко осадил его Райтгарт.
  - Так значит все-таки она... - довольно усмехнулся Рейно.
  Наемник сидел с каменным выражением лица, и сложно было сказать, о чем он сейчас думает. Но мастер готов был дать руку на отсечение, что Райтгарт мысленно разделывает его и Кайла на кусочки.
  Глава гильдии подавил тяжелый вздох. Он с самого начала знал, что от этой... принцесски будут одни неприятности.
  - Вы, может, успели забыть, - немного помолчав, заговорил Рейно. - Гильдию и клан связывает долгое и плодотворное сотрудничество. Веками занимаясь одним и тем же делом, мы не находили причин для ссор и всегда приходили к устраивающему обе стороны компромиссу в любом деле. И я не собираюсь прерывать эту традицию только из-за вас двоих. Мне проще убить вас и решить проблему.
  Райтгарт и Кайл молчали. Наемник не мог перечить по двум причинам. Во-первых, это глава гильдии, верховная власть. При всем том хорошем отношении, которое мастер проявлял к Райтгарту, в его руках была власть казнить и миловать. И что самое главное - в его руках была возможность. Зачарованный амулет, который передавался от главы к главе. Это древнее оружие, к которому не мог прикоснуться никто кроме действующего мастера. Всех остальных, в том числе и убийц из клана, сила амулета испепелила бы на месте. Только поэтому клан Кайла пока не наложил на него лапы, и не решается вступить в отрытое противостояние с гильдией, а не из-за мифических дружеских отношений.
  То, что амулет исправен и опасен, Райтгарт и Кайл имели возможность испытать на своей шкуре, когда появившийся, будто из ниоткуда, мастер ударил огненным лучом и пробил ими стену. При этом Райтгарт никак не мог понять одного - ладно он демон с повышенной регенерацией. Но как выжил Кайл? Наемник ему, считай, руку оторвал, луч должен был его испепелить, а даже если и нет, то от удара о стену парень точно должен был отдать концы. Но этого не произошло.
  Вторая причина осталась на попечении Ардена и Мадлен. И хоть Райтгарт знал, что те будут охранять её даже ценой своей жизни, но мысли нет-нет и возвращались к Лючие.
  Кайл, в свою очередь, тоже не стремился к беседе. В голове убийцы крутилось множество мыслей, и все вращались вокруг наемника. Он давно заприметил полудемона, но тот никак не реагировал на провокации, не желая ввязываться в драку. У тщедушного и очень молодого на вид Кайла за плечами был вековой опыт сражений. Их было так много, что он не только потерял им счет, но и перестал получать удовольствие. Все, чего ему хотелось - достойного соперника, которого трудно будет одолеть, нужно будет воспользоваться всеми знаниями и умениями. И ни разу до этого ему не встречалась такая сила, мощь, сметающая все на своем пути. А ведь Райтгарт даже не до конца трансформировался.
  Уже не одно десятилетие Кайл не чувствовал себя таким живым, как во время боя с полудемоном. Эту драку нужно повторить, непременно! И обязательно довести до конца.
  Правда, имелась одна загвоздка... Сидящая напротив и считающая себя вправе решать его судьбу. Ничтожество, которое при всем своем хваленом опыте не выстоит против него и нескольких секунд. Если бы не амулет! От него никакое, даже самое сильное колдовство не спасет. Поэтому отец и велел не связываться с наемниками на их территории. Сработай план как надо, Кайлу и не пришлось бы. Наемник сам пришел бы мстить за своих женщину и друзей. Осталось придумать, как сделать так, чтобы Рейно не уничтожил ни его, ни Райтгарта. К счастью, мастер гильдии сделал это за него.
  - Ваша драка, безусловно, заслуживает самого строго наказания, - продолжил Рейно. - Я могу испепелить вас обоих на месте, и никто не посмеет меня этим упрекнуть.
  Глава гильдии выдержал паузу и обвел взглядом моментально напрягшихся мужчин.
  - Вы оба выполните по три заказа во благо гильдии бесплатно. Возражения?
  Возражений не возникло.
  - Тогда выметайтесь отсюда. И Кайл, - Рейно посмотрел на молодого убийцу тяжелым взглядом, давая понять, что это его первое и последнее помилование. - Не смей больше появляться на территории гильдии. Ясно?
  - Мне это больше не понадобится, - жестко усмехнулся тот. - Я нашел способ сделать так, чтобы решение вопроса, заставившего меня прийти сюда, само нашло меня.
  Он одарил Райтгарта многообещающим взглядом и вышел за двери, едва не столкнувшись носом со своей точной копией. Впрочем, появление брата близнеца не особо удивило. Во-первых, он чувствовал, что Кило где-то рядом. Связь между ними была очень тесной. Во-вторых, слишком увлечен, разрабатывая план как заставить Райтгарта превратиться в демона полностью. Кайл так бы и прошел мимо, но Кило его удержал и учтиво спросил у главы гильдии:
  - Мастер Рейно, что вы решили по поводу моего брата?
   Тот вел себя крайне странно - не сводил обожающего взгляда со стоящего рядом рослого наемника, с которым, по всей видимости, и подрался.
  - Выполнит для гильдии несколько заказов и свободен, - холодно отозвался мастер. - И Кило, ты как более... здравомыслящий из вас двоих, проследи, чтобы его не видели в гильдии в ближайшее время. Для него же лучше.
  Кило сдержал улыбку. Как Рейно, однако, тактично заменил слово адекватный. Главе гильдии бы в политику с такими способностями. И скосил глаза в сторону брата. Его поведение тревожило. Не потому, что Кило понимал всю глубину его проступка или считал это недостойным. Нет.
  Сегодня утром Джермейн, глава семьи наемных убийц, на том самом семейном совете, который Кайл пропустил, объявил, что у них новая цель. И эта цель - принцесса Луричия, по странному стечению обстоятельств находящаяся сейчас в гильдии наемных убийц. Небо может расколоться напополам, но эта девица нужна целой и невредимой. За мертвую никто не заплатит, а живая она стоит состояние. Ментальная связь между братьями всегда была сильной. Они чувствовали друг друга: мысли, чувства, где кто находится. Кило не стал выдавать брата отцу. Сразу после собрания он отправился за ним сюда.
  - Ты не должен был этого делать, - Кило попытался достучаться до брата. - Отец этого не одобрит.
  Тот все понял моментально, но отреагировал совершенно неожиданно:
  - Далась мне твоя девчонка, - расплылся блаженной улыбкой Кайл. - Пусть подавится. Кило, я нашел себе соперника.
  Повисла полная тишина. Кайл смотрел только на Райтгарта, который не стразу сообразил, что блондин ждет ответа.
  - Не собираюсь я с тобою драться! - фыркнул он.
  - Тогда я бросаю тебе вызов! - фанатично воскликнул Кайл.
  - Да ты даже в гильдии не состоишь, - рассмеялся Рейно.
  - Я вступлю! - повернулся к нему убийца.
  - Папа не позволит, - осадил пыл брата Кило. Как ни странно, подействовало. Кайл притих, да так и стоял, с поникшими плечами, глядя в пол. Даже брат не успевал следить за вихрем эмоций у него внутри. Все прекратилось резко. Кайл зацепился за два чувства: злость и решительность.
  - Ты все равно со мной смахнешься, - гаденько улыбнулся он. - Я найду способ.
  Он повернулся и пошел к выходу. У самого порога, оглянувшись, тихо сказал:
  - Красивая у тебя зазноба. Жаль будет, если она станет женщиной кого-то другого...
  Райтгарт глухо зарычал, глядя в след блондину. В нем все сильнее крепла тревога за Лючию, и уверенность, что Кайлу недолго осталось топтать землю.
  
  *****
   Лючия сидела в комнате и думала. Много думала. Мысли скакали как тараканы на сковородке. Что там с Райтгартом? Вернется ли он? Мастер гильдии... Даже звучит страшно... А Райтгарт сейчас там ... А вдруг его пытают? Отец бы точно отправил наемника сначала в пыточную. А потом какая-нибудь публичная казнь. Но с Райтгартом такого не случится. Он же наемник в нелегально существующей гильдии. Какая тут публичная казнь? Его, скорее всего, тихонечко...
  Девушка закусила губу, пытаясь, справиться с тревогой и села на кровати. Даже додумывать эту мысль было страшно. В таком случае её ждет незавидная во всех отношениях судьба...Лючия, незаметно для себя, снова принялась грызть ногти. Но осознав, что опять взялась за старое с досадой стукнула кулачком по кровати.
  Что за жизнь?
  Невольно вспомнился Фердинанд. Такой умильный старикашка. С чувством юмора опять же - абсолютно серьезно думал, что Лючия станет ему детей рожать. Чего ей не хватало? Была бы сейчас королевой...
  Вспомнились слова советника Лайонелла про супружеский долг, и она невольно скривилась от отвращения.
  Райтгарт...Мысли снова вернулись к наемнику. Как ни старалась, но так и не смогла прогнать тревогу.
  Девушка встала и зашагала по комнате. Нет, о чем она вообще переживает? Арден сказал, что Райтгарт лучший. А значит непобедимый. Что с ним случится? Он во дворце пол армии убил почти один... Тогда почему он не мастер гильдии? Если Лючия правильно уловила суть внутренней структуры гильдии, то мастером становится сильнейший. Получается, есть кто-то сильнее Райтгарта?
  Она обессилено села на кровать. От постоянных раздумий начинала болеть голова.
  Хаос мыслей медленно отступил, и Лючия осознала, что нуждается в Райтгарте. Не только в защите и силе. Ей просто нужен он сам...
  Лючия воровато закусила губу и оглянулась, как будто боялась, что кто-то услышит эту неожиданную мысль. Что теперь делать? Что это значит? Кого спросить? Первой была мысль про Райтгарта, которую пришлось отмести. Вторая показалась более здравой.
  Лючия решительно встала и тихонечко выбралась из комнаты. Осторожно, чтобы ни одна скрипнувшая половица её не выдала, спустилась по лестнице. Никем не замеченная, пересекла холл. Входная дверь едва слышно скрипнула, выпуская девушку. Где-то внутри шевельнулась мысль, что стоило бы предупредить Мадлен и Ардена об уходе... Но, во-первых, в таком случае её просто никуда не пустят. А во-вторых... во-вторых, врожденное упрямство и приобретенный эгоизм. Ну, и, в конце концов, она не пленница тут! Никто не смеет удерживать аселайн против воли.
   Едва выйдя за порог, Лючия столкнулась с Чико.
   - Простите, - извинился парень, хотя и не был виноват.
  Лючия готова была танцевать от радости. Все же, кто-то там, наверху, любит её!
   - А я как раз тебя искала, - расплылась в самой дружелюбной улыбке, на которую только была способна, Лючия. - Райтгарт сказал, что ты проводишь меня к одной нашей знакомой, к Санте.
   - А, почему я? - буркнул он, не проявляя особого энтузиазма.
   - По кочану! - огрызнулась принцесса. - Топай, давай! Пока ветер без камней...
   - Что? - вытаращил глаза Чико.
   - По дороге расскажу, - улыбнулась Лючия, легонечко толкая маленького карманника в спину. Они уже и так здесь задержались, не хватало, чтобы её отсутствия хватились раньше времени.
   Чико взял девушку за руку и повел за собой. Сначала принцесса удивилась и разозлилась. Что она - ребенок? А потом поняла, что все правильно. Шагал парень быстро, даром, что Лючия выше него ростом, все равно едва поспевала. И без провожатого в такой толпе давно бы потерялась.
   Город поражал. Он бурлил людьми, как котёл, и жил своей жизнью. Раньше Луричия не ходила пешком. Её всегда возили по городу в открытом экипаже по предварительно огражденной от случайного транспорта и прохожих дороге. И каждый раз, когда аселайн оказывалась в городе, был какой-нибудь праздник. Сегодня, впервые она вживую увидела повседневную жизнь простых горожан.
   Ивори походила на большой муравейник. Люди сновали туда-сюда, и каждый занимался своим делом, сосредоточившись на себе. Горожане шли по своим, очень важным делам, не обращая внимания на мир вокруг. Словно кроме его проблем ничего вокруг не происходит. Лючия заметила удивительную вещь. Люди , несмотря на то, что вместе были толпой, причем не маленькой, держались при этом каждый сам по себе. Аселайн не могла понять, как же они умудрялись не быть частью толпы. Почему они отдельно друг от друга, но все равно не одиноки. Толпа, которая состоит не из бездумного стада овец, как говорила её мать, а из личностей и характеров.
   Изредка, горожане встречали какого-то знакомого, обменивался парочкой незначительных реплик, чтобы тут же обронить:
   - Прости, очень спешу. Пока! - и снова отправиться по своим, очень важным делам. У знакомого, скорее всего, тоже есть важные дела. Ведь не просто так он тут стоит и выглядывает с кем бы поздороваться. Но кому хочется слушать про чужие проблемы, когда есть ворох своих, нерешенных?
   Увиденное сильно отличалось от того, какой была жизнь во дворце. Слуги знали друг друга и практически всех придворных, постоянно сплетничая о них. Если при дворе появлялся кто-то новенький, то всю его подноготную знали задолго до этого. Не сплетников во дворце не было. Их просто затравливали и выживали те, у кого не было ни стыда, ни совести и язык без костей. Матушка всячески поощряла шпионаж, доносы и сплетни. Таких слуг и брала на работу, а если случайно подался кто-то порядочный, желающий просто делать свою работу и быть в сторонке от всей этой придворной грязи - сама натравливала свою свору. Лючия никогда не могла понять удовольствия, которое испытывала Рамония, глядя на то, как морально давят очередную жертву. Не из-за того, что ей жаль слабых сирых и убогих. Просто ей казалось в высшей степени глупым уделять столько внимания и сил слабакам. Это либо делает тебя таким же слабаком, либо поднимает его до твоего уровня. В любом случае - глупо. Только воюя с сильным противником, становишься сильнее. Именно поэтому аселайн тратила столько времени учась ставить на место и как бы невзначай унижать Лайонелла. В чем достигла неплохих успехов, но до его уровня все равно расти и расти.
  Выросшая в такой обстановке, Лючия очень рано поняла, что то, каков человек, и как о нём говорят - разные вещи.
   Главное отличие, которое стало для неё полным откровением, это то, что люди в городе умудрялись быть наедине с собой, находясь в такой огромной толпе. Обитатели царского дворца не оставались наедине, даже в собственной спальне за закрытыми дверями.
   Лючия резко остановилась и посмотрела на эту серую массу, на эту безликую толпу... Как же она завидовала им! Их обыденности, их провинциальности и недалекости. Как же просто им живется, когда не думаешь ни о чем, кроме куска хлеба на следующий день...
   Чико вывел девушку из задумчивости, дернув за рукав. Лючия тряхнула головой, отгоняя от себя эти мысли. Что на неё нашло, в самом деле? Ей пора идти, поговорить с Сантой. Вокруг происходит гораздо больше, чем дано понять одной, сбившейся с пути принцессе...
   Маленький карманник быстро и уверенно провел аселайн одними ему известными лабиринтами улиц и переулков. Вскоре показалась и цель, ради которой был проделан этот путь. Девушка без труда узнала дом, в котором ей оказали столь гостеприимный прием. Она оглянулась, чтобы поблагодарить своего маленького проводника, но того и след простыл. Несколько секунд принцесса удрученно осматривалась, не понимая, как он смог так незаметно улизнуть, но потом пожала плечами. Какая разница?
   Девушка подошла к двери и стала гипнотизировать ручку взглядом. Что же такое Райтгарт делал в прошлый раз, что дверь открылась?
   Так ничего и, не придумав, она просто позвонила и через несколько мгновений дверь открылась.
   - Входите, госпожа Эсмеральда, - прозвучал из глубины знакомый ехидный и насмешливый голос.
   - И я рада тебя видеть, Висельник, - промурлыкала довольная Лючия. Санта сдержала слово. - А твоя госпожа дома?
   Дверь позади неё волшебным образом закрылась с оглушительным грохотом. Девушка подпрыгнула от неожиданности и оглянулась на шум позади. И второй раз подпрыгнула от испуга, когда почти у неё над ухом прозвучал голос дворецкого:
   - Хозяйка примет вас в гостиной, - и чуть удар не получила, когда оглянувшись увидела череп Висельника очень близко от себя.
   - Ты что смерти моей хочешь? - воскликнула Лючия.
   - У меня не может быть своих желаний, - заметил дворецкий. - Прошу за мной.
   Принцесса поежилась от холода, прозвучавшего в его словах, но покорно пошла следом.
   Целительница уже ждала её, сидя на том же диванчике. Как и в прошлый раз, эта женщина выглядела ухожено, подтянуто и обворожительно, несмотря на зрелые годы. Правда сегодня её лицо было бледнее обычного, да и под глазами залегли мешки. Но хозяйка дома сделала все, чтобы это было как можно незаметнее.
   Лючия невольно позавидовала ей. Вряд ли у неё получиться выглядеть так хорошо в том же в такие годы. Девушка невольно грустно усмехнулась, подумав, что если свяжет свою жизнь с Райтгартом, то вряд ли доживет до такого возраста...
   - Девочка моя, - целительница встала и протянула ей руки для того, чтобы обнять. Но Лючия медлила. - Что с тобой, родная? Тебя кто-то обидел?
   В её голосе прозвучало столько материнского тепла, столько участия... принцесса почувствовала, что ей трудно дышать, грудь сдавило, от еле сдерживаемых слез...
   Санта много лет прожила на свете, много повидала и понимала. Весь этот опыт и женское чутье подсказали, как правильно поступить. Женщина подошла к Лючие и крепко обняла, хотя ещё несколько минут назад, узнав о приходе неожиданной гостьи, всерьез раздумывала, не послать ли Висельника за Рамонией немедленно. С одной стороны - отдать девочку сейчас, когда она сама пришла сюда вполне разумно. Если ночью снова придется схлестнуться с неожиданным соперником, то не факт, что Санте повезет победить. С другой стороны - раз Лючия тут, значит, её послал Райтгарт. С ним проблем тоже не хотелось.
  Санта все ещё колебалась, когда вошел Висельник, а следом за ним и Лючия. Чашу весов перевесил материнский инстинкт, проснувшийся у травницы, стоило девушке войти в комнату. Растерянная, расстроенная... Невольно вспомнилось путешествие в её сон. И Санта просто не смогла забрать у Лючии последние часы свободы.
   Ласка и тепло в голосе травницы словно послужили спусковым крючком. То, что Лючия отодвигала на задний план, чувства, которые старалась не замечать - все разом навалилось, и девушка не сдержала слез. Боль от предательства родителей, горечь утраты, скорбь, по той жизни, которой уже не жить ... одиночество... Сколько всего приходилось держать в себе... А Санта, такая понимающая и ласковая, просто оказалась рядом в нужный момент.
   Внутри Лючии словно сжималась все это время тугая пружина. И вот, достигнув своего предела, она спружинила назад с большой отдачей.
   Аселайн долго плакала, прежде чем успокоилась. Хотя успокоением это трудно назвать. Скорее, просто выплакала все слезы, но облегчение так и не пришло.
   - Тебе легче? - участливо спросила Санта. Лючия пропустила тот момент, когда они снова оказались на диване. Целительница сидела и успокаивающе поглаживала ей волосы, а Лючия лежала, свернувшись калачиком, и положив голову на колени хозяйки дома.
   - Нет, - честно призналась девушка.
   - Тогда не вороши прошлое, пока не почувствуешь, что это тебе нужно, - мудро посоветовала Санта. - Лучше расскажи, что же привело тебя в мой дом. А Висельник пока принесет ромашковый чай и черничные кексики.
   Лючия против воли улыбнулась. Определенно эта женщина знает толк в том, как принимать гостей.
   А черничные кексы, как, оказалось, умеют возвращать к жизни. И развязывать язык.
   Девушка даже и не заметила, как рассказала обо всех тревогах старой целительнице, пока одно за другим уничтожала вкусное угощение.
   - Правильно ли я поняла, - подытожила довольно путаный рассказ Санта. - Ты беспокоишься из-за Райтгарта, потому что не знаешь: вернется ли он? Что у вас за отношения, и какие у него на тебя планы? (согласный кивок) Беспокоишься по поводу выбора, который сделала, уйдя от родителей? (согласное мычание с набитым ртом) Но самое главное не знаешь, кем теперь являешься, и какое будущее тебя ждет?
   Лючия отложила недоеденный кекс в сторону и посмотрела на целительницу грустными и влажными от слез глазами:
   - Не-не-не! - замахала руками Санта. - Только не начинай по новой сырость разводить... На вот, съешь кексик...
   Целительница попыталась подсунуть недоеденную выпечку, которая до этого неплохо выполняла обязанности успокоительного.
   - Я не знала к кому ещё могу пойти, - шмыгнула носом Лючия.
   Кексами девушка уже объелась, придется Санте отвечать на вопросы. По правде плакать тоже уже не хотелось. Это был только момент, и он уже прошел. Но, пока у неё глаза на мокром месте, женщина выложит все, как на духу.
   - Послушай, девочка, - вздохнула Санта. - Единственный, кому ты сейчас можешь верить - это Райтгарт. Он человек слова, и не предаст. Особенно, после того, как ты так качественно приворожила его. Что касается семьи. Я спросила: уверена ли ты, и вспомни свой ответ!
   - Мне хоть так, хоть так некуда возвращаться, - недовольно пробурчала принцесса. Никто не любит признавать чужую правоту.
   - Правильно, - Лючия бросила на свою собеседницу быстрый взгляд. Ей почудилось, или в этом умудренном опытом голосе скользнула нотка превосходства? - Тебя никто не заставлял. Ни я, ни Райтгарт. Это было только твое решение. Я просила тебя подумать хорошенько, не решать сгоряча. Он стоял рядом, и не вмешивался. Райтгарт готов был принять любой твой выбор.
   Лючия насупилась. Ей почему-то казалось, что целительница должна поддерживать, а не тыкать носом в ошибки, как провинившегося котенка.
   - За все свои поступки несешь ответственность только ты одна, - все тем же всезнающим тоном продолжила Санта. - Ты не ребенок, Лючия. Нельзя пойти к маме с папой и попросить, чтобы они все исправили. И Райтгарт видит в тебе равную себе. Поэтому и дает решать самой, что для тебя хорошо, что правильно. Он терпелив, но так будет не всегда.
   Девушка залилась краской стыда. Она не сильно понимала, на что намекает эта женщина, но покраснела, наверное, до кончиков волос. Да что с ним не так, с этим Райтгартом? Почему он на неё так действует? Сердце гулко бьется о ребра, краска заливает лицо, она словно забывает, как нужно дышать...
   - Ах, ты ещё совсем, совсем ребенок, - умиленно вздохнула Санта. - Ничегошеньки ведь не понимаешь?
   Вместо ответа Лючия просто кивнула.
   - Ничего, придет время - поймешь, - по-отечески улыбнулась она. Сейчас Санта выглядела старше, мудрее, опытнее и ...честнее что ли. Лючия несколько мгновений думала, прежде чем на ум пришло подходящее слово. Сейчас целительница более настоящая, она не играет, не притворяется. Но это был лишь момент... И он тоже быстро прошел. Женщина вернула на место прежнюю маску дружелюбности и понимания. - Райтгарт вернется, и вы поговорите...
   - Да что вы заладили со своим Райтгартом! - вскипела девушка. - У меня своя голова на плечах есть!
   - Никто ж и не спорит... - попробовала успокоить её целительница.
   - Тогда почему все как один отправляют меня к нему? - устало переспросила принцесса. Этот разговор начал утомлять и раздражать. - Почему вы перед ним по струнке все ходите? Не такой он и страшный...
   - Такой! - резко перебила хозяйка дома, сделав глоток чая.
   - Что? - опешила Лючия.
   - Я честно пыталась поговорить с тобой дружелюбно, но ты любого выведешь из себя, - холодно заговорила Санта. - Ты действительно не понимаешь, что Райтгарта не просто так боится целая гильдия? Лючия, мужчина, с которым ты связала свою жизнь, монстр во всех смыслах этого слова. Безумно влюбленный монстр. Твое счастье, что до сих пор не пришлось видеть его истинную натуру.
   Лючия молчала. Ей нечего было возразить. Она чувствовала правоту собеседницы, но дух противоречия не позволял сдаться. Просто девушка пока не придумала аргументов.
   Целительница восприняла молчание собеседницы как знак согласия и продолжила:
   - Лючия, я ни в коем случае тебя не пугаю. Райтгарт с тобой очень терпелив и доверяет...
   Принцесса скептически хмыкнула. Как же... доверяет.
   - Отпустил же он тебя сюда одну, - привела разумный довод Санта.
   - Я его и не спрашивала, - фыркнула Лючия.
   - Как... не спрашивала... - впала в ступор целительница.
   Девушку привел Чико, паренек, который у Райтгарта на побегушках, и она вполне разумно предположила, что наемник сам прислал её сюда, пока не ушел к мастеру.
   - Просто ушла из гильдии и все, - пожала плечами аселайн, с удивлением глядя на то, как краски покинули лицо собеседницы, и оно неестественно вытянулось, а глаза округлились. Всем своим видом женщина олицетворяла гремучую смесь крайней степени изумления и ужаса.
  Ещё бы! Райтгарт под заклятием, ему и так трудно себя контролировать. Сама того не ведая, Лючия приворожила наемника действительно очень качественно. Санта пробовала снять это заклятие, но не получилось. А это уже о многом говорит. Райтгарт пытается держать себя в руках. Но судя по тому, как он отреагировал на платье аселайн тогда в гостиной - это пока выше его сил. Не приведи великое созвездие, он подумает, что её похитили.
  Санта аж посерела, когда представила, как наемник будет искать Лючию, и что будет, если найдет в этой гостиной. В отличии от легкомысленной и наивной принцессы, хозяйке дома приходилось истинную сущность наемника.
  Райтгарта нужно предупредить!
   Изумленная Лючия проводила взглядом, резко вскочившую и убежавшую из комнаты Санту , и уже собралась вернуться к чаю, когда где-то совсем рядом послышался полный ярости оглушающий рев. Входная дверь, служившая верой и правдой этому дому не один год, слетела с петель с такой силой, что пролетев через всю комнату впечаталась в противоположную стену, да так и застряла. Девушка даже моргнуть не успела, не то, что испугаться, настолько быстро все произошло. В комнату ворвался огромный ужасный монстр и снова заревел. Лючия с содроганием почувствовала звук, волной прошедший сквозь все тело.
   Аселайн невольно задержала дыхание.
   Монстр отдаленно напоминал человека: две руки, две ноги, мощный торс с панцирными пластинами на груди, непропорционально большая голова на толстой шее, и огромный хвост, которым это двухметровое нечто размахивало со стороны в сторону. Руки с длинными и толстыми когтями, тело покрыто кожей мутного, болотно-зеленого цвета. Но не это больше всего поразило принцессу. Внушительнее всего смотрелась огромная пасть усеянная тысячами мелких зубов-игл.
   Лючия зачарованно смотрела на то, как эта огромная махина медленно идет в их сторону.
   Нужно вскочить, бежать... Но было в этом огромном хищнике нечто гипнотическое, что не позволяло отвести взгляд, шевельнуться. Словно вся комната, как желе заполнилась его жаждой убийства, и это чувство физически давило, прижимало к полу не позволяя двинуться. Чем ближе подходил нежданный гость, тем тяжелее становилось. Принцесса сползла по стульчику на пол, обхватив голову руками, стараясь хоть немного облегчить самочувствие. Боль, отчаянье, страх... Целая гамма эмоций нахлынула разом. Девушка понимала, что это не её чувства, но ничего не могла поделать. Тонкая струйка крови потекла из носа, сознание начинало потихоньку затуманиваться.
   И в тот момент, когда девушка уже решила сдаться, рядом раздался другой рев - могучий и пронзительный. Огромная подавляющая сила отступила, и Лючия судорожно вдохнула. Огромное четырехпалое чудовище с массивным туловищем, большими сильными лапами и голова с внушительным набором клыков в пасти. Кожа второго неизвестно откуда появившегося монстра была насыщенного медно красного цвета и словно сияла изнутри. А голову украшал кожаный воротник, который то поднимался, то опускался. Пришелец тоже стоял на двух ногах и слегка опирался на массивный хвост. В таком положении его рост и рост противника практически совпадали.
   Два чудовища сошлись в схватке так быстро, что Лючия, не ожидавшая подобного варианта развития событий, просто не успела никуда отскочить, или хотя бы уползти. Сжавшись в комочек, обхватив голову руками и подвывая от страха, принцесса следила за тем, как сражаются два исполина. В этом бою не было ничего человеческого - они дрались как звери, полосуя друг друга когтями, вырывая зубами куски плоти, стараясь добраться до горла противника.
  Лючия так и сидела, застыв от страха. Если бы девушка знала хоть одну молитву, то молилась бы как никогда искренне. Но аселайн их не знала - никто никогда не учил её этому. Все, что могла несчастная - сидеть и умолять: "Пожалуйста... пожалуйста... пожалуйста...". Что именно девушка вкладывала в это "пожалуйста" так сразу и не скажешь - чтобы все закончилось, чтобы не убили и не покалечили, чтобы кто-то пришел и спас...
   Два чудовища в который раз разошлись.
  Монстр, появившийся в доме, стоял, справа и перешагивал с лапы на лапу, виляя хвостом со стороны в сторону. В коротком и ожесточенном бою он получил множество ран - серьезных и не очень. При этом весь измазан в крови - своей темно бордовой, почти черной, и алого цвета, явно принадлежавшей сопернику, так как больше всего у него была измазана пасть. Комната содрогнулась от его полного ярости рева.
   Соперник ответил тем же.
  Перепуганная до смерти аселайн воспользовалась единственным способом защиты - подняв вверх дрожащие руки, прочитала то самое короткое заклинание, которое уже спасало ей жизнь.
   Это было последним, что запомнила несчастная, оказавшаяся на пути двух разъяренных монстров. Нервы не выдержали, и Лючия просто упала в обморок от страха.
  
  *****
  Лючия пришла в чувство от приятного ощущения влаги на лице. Кто-то держал её на руках. И, почти сразу вспомнила, что случилось. Принцесса резко сбросила с себя какую-то мокрую тряпку и в панике попробовала вырваться. Но ничего вышло. Едва прошел первый испуг, девушка поняла, что никто не собирается убивать её, просто нежно, но твердо удерживает. И этот кто-то человек.
  Лючия приподняла голову, чтобы рассмотрела своего "пленителя".
  - Райтгарт... - выдохнула она с облегчением.
  Мужчина ослабил свою хватку и, выпустив из рук, помог сесть, придерживая за талию.
  - Ты не пострадала? - серьезно спросил он. - Где-нибудь болит?
  Лючия прислушалась к себе - ничего не болит. Даже странно, ведь она оказалась между двух огней. Вместо ответа, принцесса вцепилась в наемника мертвой хваткой:
  - Там были два чудовища! - сглотнув комм в горле, сказала она. - Ящерица и... чудовище...
  - Ты не пострадала? - снова с напором спросил Райтгарт.
  - Я думала меня убьют, - одинокая слезинка скатилась по щеке. Голос предательски дрожал. - Я боялась... я так боялась...
  - Лючия, - неуверенно заговорил наемник, отведя глаза в сторону.
  - Ты спас меня! - неожиданно перебила его принцесса. - Снова спас!
  Девушка обняла его:
  - Прости меня, - слезы ручьем текли по щекам. - Я никогда ...никогда больше не уйду!
  Райтгарт крепко прижимал к себе хрупкую содрогающуюся от рыданий фигурку, позволяя выплакаться. Он понимал, что ей это нужно после пережитого. Прошло достаточно много времени, прежде чем принцесса успокоилась. Но покидать надежные, и теплые объятия Райтгарта не спешила, наслаждаясь тем, как наемник успокаивающе поглаживает спину. Взгляд блуждал по разгромленной гостиной, и вскоре у Лючии невольно возникли вопросы:
  - Где Санта? Кто были эти... двое?
  - С Сантой все в порядке, - уклончиво ответил наемник. - Она наверху, отдыхает.
  - Но куда делись чудовища? - Лючия немного отстранилась и заглянула ему в лицо. - Как ты их победил?
  - Это было не трудно, - принцесса обернулась на знакомый насмешливый голос и обомлела.
  Голос явно принадлежал Висельнику. Но вместо скелета в кресле напротив, подперев левой рукой щеку, вольготно расположился молодой брюнет лет двадцати-двадцати двух, с необыкновенно яркими зелеными глазами и наглой полуулыбкой. - Он был одним из них.
  - Что?! - неестественно тонко взвизгнула девушка, и чуть не подпрыгнула, когда голос наемника тихо сказал ей на ухо:
  - Это правда.
  Мужчина намеренно сказал это таким спокойным, твердым и решительным голосом. Лючия должна осознавать - что его второе я, в любой момент может выйти из-под контроля. Райтгарт не принц из рыцарских романов - он действительно такой: жестокий, дикий убийца, постоянно испытывающий жажду убивать. Это никогда не изменится, ему не повезло таким родиться и пришлось потратить много времени, чтобы научится держать своего демона под контролем. Правда, с тех пор, как в его жизни появилась эта хрупкая, теперь уже брюнетка весь самоконтроль сошел на нет. Она заставляет его переживать слишком сильные эмоции, испытывает силу воли на прочность. А с этим не стоит играть. Особенно, пока Райтгарт не научится адекватно реагировать на Лючию.
  Для Лючии все происходящее оказалось шоком. Она узнала, что Райтгарт полудемон ещё в гильдии. Но знать и видеть это совершенно разные вещи. Безумный демон, чудовище, которое пыталось её убить, и Райтгарт, возле которого сердце забывает правильный ритм, а дыхание постоянно сбивается. Как эти двое могут быть единым целым?
  Лючия обессилено села на стоящий рядом пуфик. Почему? Ну, почему у неё всегда так? То противный старикашка, единственное достоинство которого в том, что он мертв, то чудовище... Или не чудовище? Лючия посмотрела в сторону Райтгарта, и взгляд невольно зацепился за его руки. Да, это руки кровожадного монстра и наемника убившего много людей. И в то же время Лючия ещё помнила их нежность.
  Никто никогда не пугал аселайн так, как Райтгарт, и в тоже время никогда не любил её, как любит наемник.
  Лючию вообще никто никогда не любил...
  И что же ей теперь делать? Бежать? Ненавидеть его? Боятся?...Любить?
  Аселайн готова была снова расплакаться.
  - Кто из чудищ был красивее? - неожиданно спросил Висельник.
  - Что?! - опять перешла на ультразвук девушка. Настолько неожиданным оказался вопрос. - Что значит, кто красивее? Ты в своем уме? Райтгарт чуть не прибил меня, пока дрался с огромной ящерицей...
   - Просто ответь, - попросил Райтгарт, сообразивший, что Висельник пытается таким образом отвлечь девушку и не допустить новой истерики.
  Лючия часто-часто заморгала глазами и сказала первое, что в голову пришло:
  - Ящерица...
  - Выкуси! - эмоционально воскликнул и вскочил с кресла бывший скелет. - Я круче тебя!
  Девушка почувствовала дискомфорт, когда наемник сильно прижал её к себе левой рукой. Как будто пытался удержать. Лючия с удивлением поняла, что возле него совершенно не боится. Несмотря на то, что видела. Это все равно Райтгарт, тот, с которым она познакомилась во дворце, которому доверила свою жизнь, хоть у него уже тогда были руки по локоть в крови.
  Чудовище? С двумя она жила во дворце, называла их мама и папа. И была ужасно одинока. Девушка посмотрела на Райтгарта другими глазами. Мужчина ведь действительно пытается её удержать...Он тоже одинок!
  Лючия поддалась моменту и взяла Райтгарта за руку, тепло улыбнувшись. Мужчина опешил, от этого внезапного проявления чувств, но быстро совладал с собой и крепче сжал ладонь, словно боялся, что девушка вдруг передумает и убежит. Аселайн почувствовала необходимость как-то смягчить свой ответ, и сказала первое, что пришло на ум:
  - Ну, просто ящерица красивее с виду и все!
  Парень с видом победителя поклонился по сторонам, словно вокруг стояла огромная толпа, а он принимал поздравления.
  - Чему ты радуешься? - насмешливо спросил наемник. - Она твою саламандру ящерицей обозвала...
  Висельник как-то сразу сник, и снова плюхнулся в кресло с самым обиженным видом:
  - Все равно, я был круче!
  Лючия не верила собственным ушам.
  - Да что вы тут несете?! - вскочила она на ноги, вырвавшись из удобных и надежных объятий, и принялась расхаживать по комнате, эмоционально размахивая руками: - Вы напугали меня до полусмерти, разнесли дом... Вы меня чуть не убили! И все только для того, чтобы узнать кто из вас круче?!
  Мужчины переглянулись и синхронно пожали плечами. Лючия чуть не взвыла:
  - И как далеко вы собирались зайти? Вы бы ограничились только домом или в расход пошли бы я и Санта?
  - Ну, все же обошлось, - легкомысленно улыбнулся Висельник.
  - А кстати как все обошлось?
  Вопрос возник в голове аселайн настолько неожиданно, что она даже сама немного удивилась, когда задала его. Уже после любопытства проснулся и здравый смысл. Райтгарт не мог её спасти - наемник был одним из монстров. Тогда кто? Кто-то сильнее него? Это вряд ли. Информацию о наемнике Лючия собирала по крупицам то тут, то там. И насколько могла судить - он не победим. На его счету всего одно не выполненное задание - сама Лючия.
  И тут её осенила догадка:
  - Неужели мое колдовство сработало?!
  - Да, - абсолютно серьезно сказал Висельник. - Твое колдовство определенно сработало...
  - А потом пришла Санта и хорошенько поджарила нас молнией, приведя в чувство, - перебил его Райтгарт.
  - О-о-о!!! - протянул зеленоглазый. - Прилетело нам знатно!
  - Тогда почему ты говоришь, что мое заклинание сработало? - перебила его Лючия. Сейчас её больше интересовало другое. Аселайн никогда в жизни не колдовала. У неё не было способностей к магии. Вообще никаких! А тут все три попытки колдовать увенчались успехом. Причем как минимум две - оглушительным. Какова природа того, что она делает? Можно ли от этого избавиться, чтобы все стало как раньше? Не будут ли эти способности проявляться спонтанно, даже когда она не произносит заклинания? Не вредит ли использование магии ей самой?
  - Ну, теперь помимо Райтгарта в тебя влюблена моя саламандра, - с явным неудовольствием в голосе пояснил он. - Кому сказать - засмеют. Могущественный дух огня - в жалкую человеческую женщину. Я до этого переживал, что узнают про службу у этой ведьмы, и от позора не отмоюсь. Хоть бы про тебя не узнали.
  Аселайн не понравилось, с каким тоном Висельник говорил. Лючию задело то, что он считает её жалкой. Вспомнились родители, которые думали также. Стало не по себе. Не иначе как от стресса накатило такое же чувство, которое она испытывала каждый раз на балах устраиваемых Ветиленом и Рамонией. Ощущение того, что она не достаточно хороша, пустышка в красивой обертке, которой никогда не стать достойной завтракать с родителями, ездить с отцом на верховые прогулки или с матерью за покупками. Захотелось побыстрее убраться отсюда, все равно куда.
   Поэтому сделала то, что всегда её выручала - надела на лицо улыбку, под которой привыкла прятать настоящие чувства, и спросила у Райтгарта:
  - Когда мы вернемся в гильдию?
  - Можем хоть сейчас, - наемник встал и, подойдя к ней, взял за руку, снова удивив девушку. Будто чувствовал, что ей это нужно именно в это мгновенье, именно здесь.
  - Я говорю дух огня... могущественный... - растерянно пробормотал зеленоглазый.
  - С Сантой все будет в порядке? - решила позабыть о существовании Висельника Лючия.
  - Да, она просто переутомилась, - успокоил её Райтгарт.
   - Вот и славно, проведаем её потом, - рядом с этим сильным мужчиной, девушка начинала по-настоящему успокаиваться.
   Висельник не выдержал. Вскочив на ноги, парень быстро пересек комнату и, схватив Лючию за плечи, несколько раз хорошенько встряхнул во время своей пламенной тирады:
  - Да ты, верно, не понимаешь, что я тебе говорю глупая женщина? Заклинание сработало! Моя саламандра привязана к тебе, пока ты жива! Могущественный дух огня, огненный дракон...
  Райтгарт быстро успокоил разошедшегося Висельника хорошей оплеухой.
  - Я так думаю, что если бы Лючии было интересно, то она сама бы спросила, - холодно сказал наемник, стоя между девушкой и возмущенно пыхтящим парнем.
  - А мне что делать прикажешь? - эмоционально воскликнул Висельник.
  - Успокоиться, - посоветовала Лючия.
  - Женщина, - вздохнул зеленоглазый, всем своим видом показывая, что смирился с её глупостью. - Ты явно не понимаешь, в какой ситуации оказалась... Знаешь хотя бы кто я?
  - Да мне как-то все равно, - честно призналась она.
  Лючия действительно ничего так не хотела, как уйти.
  Висельник продемонстрировал, что умеет слышать только те слова собеседника, которые хочет, проигнорировав её последнюю реплику, и продолжил:
  - Я джин! Могущественный и...
  - Исполняешь желания? - перебила Лючия.
  - Да что у вас за стереотипы! - обиделся тот. - Эта старая ведьма тоже призвала меня, чтобы я ей желания исполнял. Меня! Сильнейшего среди джинов, крылатого духа огня! Исполнять желания! Придумается же вам такое, жалкие людишки...
  - Понятно, - потеряла интерес Лючия.
  - Я могу призвать тысячу ипостасей из другого мира! - увлеченно продолжал Висельник, полностью игнорируя все, что происходит вокруг.
  - Рада за тебя, - сказала принцесса и сняла одну туфлю, придерживаясь за руку Райтгарта. Кажется, туда камешек попал.
  - Старая карга своим заклинанием привязала меня к дому! - вдохновенно продолжал зеленоглазый.
  - Угу, - туфля вернулась на место.
  - Но ты разбила заклятие более сильным, - продолжал он, глядя на то, как Лючия взяв наемника за руку шагает к выходу:
  - Ну, пока, - помахала она ручкой на прощание, даже не обернувшись, и вышла за дверь. И чуть не столкнулась с подленько улыбающимся Висельником нос к носу:
  - И теперь я привязан к тебе, - злорадно сообщил тот.
  - Что-о-о? - впервые со дня знакомства Райтгарт и Лючия проявили такое единодушие.
  - Что слышали, - улыбка зеленоглазого джина стала ещё шире. - Одна из моих ипостасей, причем сильнейшая из них, влюбилась в Лючию. Теперь, куда ты, туда и я!
  - Ты влюбился в меня? - уточнила принцесса.
  - Не я, а саламандра! - поправил джин.
  - В чём разница? - бесцветным голосом спросила девушка.
  - Каждая из моих ипостасей - по-своему индивидуальна. Но все равно они часть меня!
  - У тебя тоже так? - повернула голову Лючия. - Ты и демон одно целое но все-таки разные...
  - Не совсем... - Райтгарт на мгновенье задумался подбирая правильные слова. - Демон внутри меня он больше похож на зверя. Жестокого и беспощадного. В то же время он просыпается только тогда, когда меня одолевают сильные эмоции. Страх, ненависть... любовь.
  - И ты не можешь его контролировать? - продолжала допрос аселайн, радуясь тому, что смогла вызвать его на откровенность.
  - Не могу, потому, что не думаю, что он действует как разумное существо. Скорее, им движут инстинкты. Сюда меня привел страх за тебя. Демон чувствовал только страх, источником которого была ты. Он не разбирал хорошая ты или плохая. Просто на инстинктивном уровне понимал, что страх связан с тобой.
  - И так будет всегда?
  - Нет, - покачал головой наемник. - После твоего сегодняшнего заклинания он тоже воспринимает тебя как свою подругу.
  - В смысле влюбился?
  - Нет, влюбился я. А он как бы моя звериная натура. Он слушает свои инстинкты и сейчас они ему говорят, что ты его пара, тебя нужно защищать и... - он замолчал и как-то загадочно улыбнулся. - Потом покажу, что ещё нужно.
  - У Висельника и его ящерицы тоже так? - вдруг вспомнила Лючия.
  - Саламандры! - недовольно поправил Висельник. - И нет, я не выпускаю наружу свою звериную суть, как некоторые (косой взгляд в сторону наемника). Саламандра просто... вроде как замещает меня на время.
  - В смысле? - аселайн была заинтригована, и раз уж ей удалось вытянуть мужчин на откровенность старалась узнать побольше, поэтому жадно ловила каждое слово.
  - Ну... как тебе объяснить чтобы ты поняла... - бывший дворецкий почесал затылок. - Саламандра - дух огня. Она живет в мире духов. Чтобы сражаться в этом мире ей нужно реальное тело. Поэтому, когда мне угрожает опасность, с которой своими силами не справиться, я ухожу в мир духов, впуская саламандру в себя.
  - Но у неё совсем другое тело, - заметила Лючия. - И она намного больше тебя.
  - Трансформация, - коротко ответил Висельник, как будто это все объясняло, но девушка все равно ничего не поняла. Видимо парень прочитал это по её лицу, потому, что с тяжелым вздохом пояснил. - Тело может превращаться в другое по моему желанию.
  - Да, но когда появляется саламандра, ты исчезаешь. Как тогда тело превращается? И куда ты исчезаешь?
  - Хороший вопрос, - удивился парень, явно не ожидавший от неё сообразительности. - Я ухожу в мир духов. И сразу скажу - не вселяюсь в тело саламандры. Все мы по своей природе духи, заключенные в телесную оболочку, и перемещение в другой мир никак на этом не сказывается. А тело приобретает такой вид, как себя ощущает саламандра на подсознательном уровне. То есть, если она чувствует, что имеет две руки и две ноги покрытые чешуей - они у неё будут.
  У Лючии было множество вопросов, которые очень хотелось задать Висельнику: всегда ли он таким был? А сможет ли она сама в кого-то превращаться? Кем ещё парень может становиться, но все это прекратил Райтгарт.
  - Зачем ты это ей рассказываешь? - достаточно жестко спросил наемник, становясь между ними.
  - Пусть знает, как ей повезло, что теперь куда она, туда и я,- пафосно пояснил зеленоглазый. - А то до неё все не доходит.
  К Лючии моментально вернулось все раздражение, которое она испытывала к этому парню.
  - Надо же какое совпадение, - ехидно улыбнулась она. - А у меня единственное вакантное место тени занято, и замена пока не требуется! Так что свободен... Отпускаю на волю... освобождаю... Чего там ещё надо сделать, чтобы ты ушел по своим делам?
  - Умереть, - хором ответили наемник и джин, безрадостно глядя на неё.
  -А? - растерялась девушка и невольно сделала шаг назад.
  - Колдовство будет действовать, пока ты жива, - мрачно объяснил Висельник. - Поэтому я буду рядом до конца твоих дней.
  - Я не хочу, чтобы Висельник до смерти ходил за мной следом, - жалобно прохныкала Лючия, глядя на наемника. Девушка живо нарисовала пред мысленным взором картину - она в ванной, голая, и зеленоглазый тут как тут. Только в отличие от подобных картинок с участием Райтгарта, после которых девушка густо краснела (она вообще часто краснела думая о наемнике), ничего кроме раздражения такие мысли не вызывали.
  - Раньше думать надо было, - припечатал джин. - Когда колдовала!
  - Я нечаянно, - промямлила девушка.
  - Ну, я мог бы тебя освободить, - предложил Райтгарт.
  - Нет такого способа, - убежденно заявил Висельник. - Если бы существовал - я бы уже освободился.
  - Один - есть, - уверенно повторил Райтгарт.
  - Только если убьешь её! - рассмеялся джин, понимающий, что наемник, даже если и захочет, не сможет убить принцессу.
  - Райтгарт меня никогда не убьет, - как можно увереннее сказала Лючия, но потом не удержалась и все же посмотрела на него, ища подтверждение своим словам.
  - Я не смогу причинить тебе вред, - Райтгарт приобнял заметно напрягшуюся девушку за талию и легко поцеловал, успокаивая.
  - А как тогда? - с облегчением подняла на него глаза принцесса.
  - Могу убить его, - обыденным тоном сказал наемник, поправляя выбившийся из прически локон.
  Висельник, глядя на заинтересованное лицо Лючии, явно всерьез задумавшейся над предложением, тут же затараторил:
  - Во-первых, это не так легко как кажется! Я - джин...
  - Я справлюсь, - просто констатировал факт Райтгарт.
  - Это очень трудно...
  - Не набивай себе цену, - немного раздраженно фыркнул наемник. - Ламию убить куда труднее. А ты ифрит, достаточно янтарного кинжала в сердце.
  Зеленоглазый раздосадовано смолк. Наемник явно подготовился. Немного помолчав, джин все же нашелся:
  - С другой стороны, - теперь Висельник перешел на деловой тон и разговаривал с наемником, правильно определив, кто в этой парочке принимает решения. - Если останусь рядом, то могу проконтролировать её. И защитить если что.
  Теперь уже лицо наемника приобрело задумчивое выражение.
  - Не нужно меня контролировать! - возмутилась Лючия. - Я в состоянии о себе позаботиться!
  Райтгарт смерил девушку оценивающим взглядом. Учитывая, что она умеет пользоваться всего одним средством защиты - мощнейшим приворотом, да и то неумело, то это заявление смело можно ставить под сомнение. Лючия пока толком не понимала, в каком кругу вращается, а ведь любой, даже только начинающий член гильдии может убить её, не напрягаясь. А Райтгарт не всегда рядом, чтобы защитить. Как показали последние события, гильдия тоже не достаточно безопасное место. Ну и, конечно, не стоит забывать, про Кайла. Его брат, Кило, абсолютно прав, говоря, что тот будет бить по самому дорогому. Поэтому Райтгарту необходимо обезопасить и вывести Лючию из-под удара. Наемник посмотрел на джина:
  - Не приведи Великое созвездие, ты не уследишь!
  - Можно остаться? - затаив дыхание, на всякий случай уточнил Висельник, боясь поверить в такую удачу. Плевать ему на то, чего хочет или не хочет капризная принцесса. Все равно у неё не хватит сил, чтобы его прогнать. Другое дело наемник. Вот кого нужно будет умолять, если придется. Саламандры моногамны и Висельнику тяжко будет без этой пигалицы, раз огненный дух признал в ней пару. Ещё хуже будет, если придется отказаться от мощнейшей из своих ипостасей. Какой из него тогда будет ифрит? Свои же загрызут.
  - Да! - рявкнул Райтгарт, немного занятый в этот момент - он уворачивался от кулачков разозленной Лючии. Била она не сильно, но активно. Улучив момент, наемник схватил девушку за руку и резко дернул на себя. Не удержавшись, принцесса упала прямо ему в объятия:
  - Злись, сколько хочешь, - мягко прошептал он, наклонившись к уху, и поцеловал мгновенно присмиревшую девушку в плечо. - Лишь бы ты была в безопасности.
  Лючия замерла, боясь вздохнуть, не зная, чего дальше ждать. Сердце билось как сумасшедшее, а Райтгарт просто стоял, и обнимал её, немного покачивая со стороны в сторону.
  Пугаясь собственной смелости, Лючия подняла голову и посмотрела ему в глаза. Взгляд серых глаз наемника завораживал, действовал гипнотически, а полуулыбка навевала воспоминания о его поцелуях. Аселайн уже не могла, да и не хотела отрицать, что они ей нравятся. Также как и чувства, которые просыпаются с ними. Девушка многое могла бы отдать, чтобы снова испытать их здесь и сейчас. И она могла руку дать на отсечение - наемник об этом знает. Так почему же он медлит? Лючии захотелось кричать.
  Наконец, Райтгарт наклонился и поцеловал её медленно, дразняще. И очень нежно... Так, как не целовал никогда до этого. Для девушки больше не существовало ни земли, ни неба. Только он, она и этот необыкновенный поцелуй.
  Когда мужчина отстранился, Лючия неосознанно потянулась за ним, желая продлить удовольствие. Но вовремя спохватилась, и, покраснев, как маков цвет, попыталась отвернуться.
  Наемник удержал девушку, взяв кончиками пальцев за подбородок.
  - Я люблю тебя, - просто сказал он, глядя ей прямо в глаза. Всего три слова, от которых у Лючии в душе разлилось щемящее тепло. - Я не сделаю тебе больно. Никогда.
  Утробное рычание испортило момент.
  Лючия и Райтгарт обернулись - Висельник покрылся огнем, глаза приобрели красный цвет, а из горла вырывалось рычание.
  - Ревнуешь? - довольно улыбнулся наемник, и посильнее прижал к себе девушку. Он сделал это намеренно. С одной стороны - чтобы успеть защитить её в случае чего, с другой - чтобы проверить, сможет ли ифрит удержать саламандру под контролем. Ну, и ему просто приятно было вот так обнимать Лючию, куда без этого.
  Висельник взревел раненным зверем. Райтгарт отметил про себя, что это очень плохо. Не может говорить, значит дошел до грани. Если сейчас не остановится и не вернет себе нормальный вид, придется убить его. Он не может доверить заботу о любимой женщине дикому зверю - саламандра, так же как и демон Райтгарта неконтролируема. Если эта огненная ящерица вырвется на свободу - Лючия может попасть под горячую руку, так сказать.
  Райтгарту очень хотелось бы такого охранника для Лючии. Как женщина она ифрита не интересует, но любовь саламандры "заставит" джина быть преданнее любой собаки. Но если джин не сможет взять себя в руки, то придется его убить.
  Висельник издал последний, леденящий душу рык, и пламя начало потихоньку гаснуть, пока полностью не исчезло. Висельник обессилено упал на одно колено и, немного отдышавшись, поднял на обнимающуюся парочку хмурый взгляд:
  - В следующий раз снимите себе номер!
  Райтгарт хмыкнул. И тут же распорядился:
  - Отведи её в гильдию, к Мадлен, и делай что хочешь, но она должна там оставаться, пока я не приду.
  Висельник встал с колен и, обойдя Райтгарта, подошел к принцессе. Взяв девушку за плечи, парень начал толкать перед собой:
   - Мы бы с тобой поболтали, но нам пора...
  Он ещё что-то говорил, Лючия вяло сопротивлялась, но Райтгарт был спокоен. Пока девушка под присмотром Висельника, Кайл до неё не доберется.
  В глазах снова потемнело от еле сдерживаемой ярости, при воспоминании о том, как Лючия пропала.
  Интересно, Кило выжил?
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 4.74*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"