Gemini Falcon: другие произведения.

Тебе не скрыться от меня

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
  • Аннотация:
    Судьба связала наши жизни прочной нитью, протянувшейся сквозь время и пространство. Теперь тебе не скрыться от меня...
    ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 07.01.17 Спасибо всем читателям за отзывы и оценки. Они очень помогают писать)))

  GeminiFalcon
  Тебе не скрыться от меня
  Пролог
  Тот, кто говорит, что жизнь на самом деле штука простая, скучная и понятная, тот либо лжец, либо никогда не влюблялся.
  В человека.
  Будучи демоном.
  Нет, браки между людьми и демонами совершенно не редкость. Королевство демонов Кестекер и человеческое царство Форсификея жили на удивление мирно и во все времена поддерживали дружеские отношения. Смешанные браки в приграничных землях были вполне обыденным делом. Две разных расы живых существ не смешались, породив третью только потому, что смески, рождающиеся от этих браков не способны иметь потомство.
  Морган Тэлбот, один из сильнейших воинов в клане Тэлбот, относился к бракам среди людей и демонов так же, как относился к бракам среди людей и бракам среди демонов - равнодушно. Ему было сексуально-фиолетово, даже если бы гиппопотам соединился с бабочкой в священном нерушимом союзе. Единственное, что волновало Моргана - чтобы его не заставляли жениться.
  К сожалению, за свободу жить, как хочется, приходилось сражаться практически насмерть. Хотя нет. В смертельном бою у него, по крайней мере, есть шанс, а здесь нет. Родители твердо вознамерились женить его, хоть на ком-нибудь. С этой целью, глава клана, известный так же, как Хукс Тэлбот, милостиво позволяющий Моргану обращаться к нему "Папа" или "Отец", заставляет нерадивого отпрыска посещать все возможные и невозможные балы, проходящие в Кестекере. Нет такой свадьбы или дня рождения, которые бы обошлись без дружественного визита от клана Тэлбот. Да что там! Родители так отчаялись, что начали отправлять непутевого сына даже на похороны!
  Морган, естественно, пытался воспротивиться родительскому произволу, вполне резонно заметив, что это, как бы, не самое подходящее место, чтобы завязывать романтическое знакомство. Но матушка была непреклонна. А отец слишком любил мать.
  В итоге, дошло до того, что ежемесячного махвана, он начал ждать, как чего-то благословенного. Ещё какой-то год назад Морган ненавидел это состояние. Тело умирает на десять часов. В буквальном смысле слова. А твой дух свободно себе бродит, где захочет. Потом дух возвращается в тело, и оно оживает. До того, как родители задались целью женить его, Морган считал это состояние простой тратой времени. Сколько всего он сумел бы сделать, если бы раз в месяц не умирал вот так. Сейчас же... сейчас мужчина наслаждался свободой, возможностью ходить куда захочет и делать что захочет. Ну, хорошо. Насчет "делать что захочет" он слегка преувеличил. Все же в бестелесном состоянии круг возможностей для времяпрепровождения весьма и весьма ограничен. Но зато во время махвана Морган был волен быть собой.
  Когда-то ему рассказали про человеческий сон. Мол, люди, которые и так живут меньше, чем демоны, тратят почти полжизни на то, что он не очень понимал - сон. Морган не очень в это верил. Он просто не понимал природу этого явления. Люди не умирают, но и не живут. Ничего чуднее он в своей жизни не слышал.
  А вот сейчас он начал понемногу понимать, зачем людям сон. Наверное, его придумали такие же несчастные, как и Морган, чтобы почаще сбегать от всевозможных знакомств с потенциальными будущими женихами и невестами. А тот факт, что после женитьбы/замужества люди продолжали каждую ночь засыпать и не просыпаются до утра, только подкреплял его уверенность в том, что хорошее дело браком не назовут.
  Сегодня как раз была ночь махвана, и Морган, привычно приготовившись, лег на кровать и закрыл глаза. Оба сердца начали синхронно замедляться, а дыхание становилось все более редким. Несколько минут - и все процессы в организме демона остановились. Если бы кто-нибудь сейчас вошел в комнату, то увидел бы не молодого широкоплечего демона, чуть более шестидесяти лет отроду, с длинными черными волосами, собранными в небрежный хвостик сзади, а седовласого старика, со сморщенной кожей. Мертвого к тому же.
  Морган никогда не помнил, как именно все происходит. Каждый раз он закрывал глаза, а открывая их, уже находился в бестелесном состоянии. При этом, открывал глаза демон в каком-нибудь незнаком месте. На нем всегда была та же одежда, в какой он ложился в постель. Поэтому никаких особо-стеснительных дам он случайно не пугал своей наготой. А специально да, случалось, когда ложился спать голышом. И то, опять же очень редко и не понятно, почему так происходило. Как правило, все демоны в состоянии махвана были невидимы и неосязаемы. Как привидение. Только разумное.
  Этот раз не был исключением. Вообще, все было до того обыденно, что когда Морган проснулся на чужой кровати, то первое, что испытал - это отвращение. До чего же розовым было постельное белье, балдахин и даже остальная мебель! Как владелицу этой комнаты только не тошнит здесь? Он живо представил себе эту особу, а точнее особь, потому, что никак иначе к подобным личностям, встречающимся и среди людей, и среди демонов он относиться никак не мог. Наверняка это молоденькая девушка, с белокурыми локонами, мнящая себя ангелочком, но на деле - это просто пустоголовая кукла, у которой не хватает времени на развитие себя как личности, потому, что все оно уходит на наведение красоты.
  Внезапно дверь в комнату распахнулась, как от пинка и в спальню влетел рыжеволосый вихрь, при ближайшем рассмотрении оказавшийся невысокой девушкой с ярко-зелеными глазами и пухленькими губами. Неожиданная гостья оказалась весьма миловидной, но не более того. Её никак нельзя поставить в один ряд с расписными красавицами, с которыми пачками знакомили Моргана родители в последнее время. И молодой демон вряд ли обратил бы на неё внимание, если бы не одно "но". Ворвавшись обозленная рыжая сначала пнула со злостью первое попавшееся под ногу, и только после этого увидела, что все в комнате розовое. И когда Морган говорил "все" он имел в виду "абсолютно все!". На девушку эта комната произвела ещё большее впечатление, чем на него. Судя по её неестественно округлившимся глазам, да по живописному выражению полного изумления, пополам с отвращением - раньше спальня явно не напоминала рай депрессивного подростка.
  Секунду рыжая молча пялилась на обстановку вокруг. Затем резко заорала, как недорезанная:
  - Не-е-ет! Мама!!!
  Моргану даже пришлось уши закрыть, чтобы не оглохнуть. Кстати, интересный вопрос: можно ли оглохнуть во время махвана?
  Пока он думал, рыжая, не переставая орать разные фразы вроде "Моя комната!" "Как это могло произойти?" или "Кто посмел?", бросилась срывать розовые занавески, розовые обои и даже начала опрокидывать мебель. Морган наблюдал за устроенным ею дебошем с огромным интересом. Впервые видел, чтобы кто-то с таким энтузиазмом громил собственные покои.
  Спустя несколько минут на крик сбежались стража, пытающиеся образумить девушку, слуги, которые бросили свои попытки, как только один из них отхватил по голове канделябром. Беднягу даже унесли товарищи, чтобы перебинтовать ему голову.
  Апогей настал, когда в комнату вбежали встревоженные мужчина и женщина, которые судя по возрасту и кое-какому внешнему сходству, были её родителями. Пухлые губы неадекватной девице явно достались от отца. А зеленые глаза и рыжие волосы - точно от матери, которая, нужно признать, даже с возрастом не растеряла красоту и сексуальность.
  - Хлоя! - закричала женщина. - Что ты творишь?!
  Девица резко успокоилась и бросилась к матери:
  - Мама! Это какой-то кошмар! Что с моими покоями?! Что здесь произошло?!
  Мать царственным жестом остановила дочь:
  - Я распорядилась привести твою спальню в более подобающий для юной леди вид.
  - Что-о-о? - Морган снова едва не оглох.
  Но родители, по всей видимости, были более привычны к тому, что чадо переходит на ультразвук. Они и глазом не повели на этот возмущенный вопль.
  - Тебе пора взрослеть! - строго припечатал отец.
  - И пора начинать вести себя как леди, - поддакнула мать.
  Морган пожалел, что у него нет при себе ничего пожевать. Такого спектакля он давно не видел.
  - Это все из-за того, что я отказала Дайчену?! - с проницательным видом спросила Хлоя. И тут же заныла, подобно ребенку: - Но я не хочу за него замуж! Он ужасен!
  - Нет, - покачал головой отец. - Не из-за него, но ты правильно мыслишь.
  Рыжая всем своим видом изобразила мыслительную деятельность, результатом которой стало имя:
  - Хейнтлин?
  - Нет, - покачала головой мать.
  - Гавиола? - снова попыталась угадать девушка.
  - Нет, - покачал головой отец.
  А Морган мысленно присвистнул: ничего так очередь выстроилась к этой безумной девице. Что в ней такого особенного? Может за ней приданное большое дают? Оказалось, это ещё не все.
  - Массиано? - девчонка уже откровенно гадала.
  - Нет, - а родители, похоже, начинали терять терпение.
  - Финкс, - с таким видом, словно на все сто уверенна, сказала Хлоя.
  Никто даже вслух ответ не произнес. Тогда рыжая в панике начала перебирать все имена, какие вообще могла вспомнить:
  - Моррисон? Дэйл? Джигаретто? Пануцци? Сайто?
  У Моргана округлились глаза. Да быть такого не может. Чтобы все эти молодые люди делали ей предложение! Что за нездоровый ажиотаж вокруг? А главное, почему он раньше с ней не встречался. Родители же знакомили его вообще со всеми выгодными невестами. Да и кто все те мужчины, которых она перечисляет? Морган не считал себя таким уж знатоком высшего света, но за время, проведенное в поисках суженой, ему пришлось завести знакомство с доброй половиной этого самого высшего света. Про тех, кого не знал лично и с которыми не водил хотя бы шапочное знакомство, он хотя бы слышал. А эти фамилии... загадка!
  Родителям надоело играть в угадайку, и отец раздраженно рыкнул:
  - Нет, нет и снова нет! Хватит тыкать пальцем в небо, в надежде когда-нибудь попасть! Если ты будешь перечислять вообще всех, кому отказала, мы до утра отсюда не уйдем. Неужели ты не понимаешь, Хлоя? Дело не в ком-то конкретном! Дело во всех них!
  - Я не понимаю, - честно призналась девушка. Морган был с ней солидарен. Он вообще не понимал, что здесь происходит. А девушка тем временем продолжила: - Ты же обещал, что я сама смогу выбрать себе достойного мужа...
  - И я сдержу своё слово, - терпеливо заверил её мужчина.
  - Тогда за что вы меня наказываете? - недоуменно спросила рыжая.
  - Мы не наказываем, - почти ласково поправила девушку мать. - Мы просто принимаем меры... что бы ... ненавязчиво тебя подтолкнуть.
  Морган закатил глаза. Кажется, все родители одинаковы. С ним тоже постоянно используют разные "меры", как деликатно обозвала этот откровенный шантаж мать. Рыжая оказалась не из понятливых. А может просто не хотела верить, что родители могут с нею так поступить, поэтому переспросила:
  - Что значит "меры"?
  Отец вскипел не хуже чайника, забытого на плите:
  - Так, все хватит! Я тебя люблю, но пора сказать все в лоб! Милая, ты младшая из четверых моих детей. И я всегда питал к тебе слабость, ты была моей любимицей. Но ты не твой брат Северус, чтобы оставаться завидным холостяком и в тридцать. И ты не Элена или Калиста! У тебя нет такой красоты, как у старших сестер! Хлоя, уж прости мои слова, но ты далеко не красавица, у тебя самый строптивый характер в округе. Да что там! Была бы ты жеребцом, я бы велел тебя пристрелить, потому, что объездить тебя было бы невозможно! Все, что тебя интересует - это стрельба из лука и фехтование!
  - Я ещё крестиком вышиваю, - насупилась, но не обиделась на вполне так обидную речь отца девушка. По её виду было понятно, что она не раз эту пламенное выступление уже слышала, и ей оно было как с гуся вода. А свои пять медяков девушка вставила чисто из духа противоречия.
  Моргану даже захотелось пожать ей руку. Молодец рыжая! Так держать! Хоть кого-то предки не смогли под себя поджать.
  - Милая, - почти ласково сказала мать. - Ты вышивала один раз, пришила к вышивке свое платье и хорошенько поранилась. Думаю, ты и сама понимаешь, что вышивка - не твоё...
  - Хлоя. Вернись в реальный мир! - снова начал наседать на неё отец. - Ты не можешь всю жизнь стрелять из лука и читать книги! Возьмись за ум! Пойми, что ты женщина! Твоя обязанность выйти замуж и нарожать детей!
  - Но пап... - заныла рыжая.
  - Хлоя! - мужчина настолько вышел из себя, что подошел и хорошенько тряхнул дочь за плечи. А Морган тут же ощутил желание подойти и хорошенько тряхнуть мужика. Рыжая, при всей своей воинственности, казалась довольно хрупкой и беззащитной. - Я не самый богатый и далеко не самый родовитый дворянин в этих землях. А ты, скажем прямо, далеко не самая завидная невеста. Вздорная, упрямая, своенравная и ужасно строптивая! Откуда в тебе такой дух противоречия - ума не приложу! В нашей семье все дети как дети! И только ты такая! Но сейчас не об этом. Хлоя, несмотря на то, что вокруг полно более красивых и более знатных невест, у которых и приданное побольше твоего будет, у нашего порога очередь из желающих на тебе жениться!
  - Ну, вот видишь, - обрадованно улыбнулась рыжая.
  - Эта очередь сильно поредела за последние несколько месяцев, - не сбавил оборотов отец. - И наступит день, когда в эту дверь не постучится никто, а ты останешься старой девой!
  - Ну, пап... - попыталась немного осадить его дочь. Но куда там!
  - Мало того, что тебе никто не нравится, так ты ещё и издеваешься над женихами!
  Морган сел поудобнее. Давно он так не веселился. И предчувствовал, что дальше будет только веселее. Хорошо, что он сейчас невидим и не осязаем.
  - Да что я такого сделала? - скорчила невинное личико Хлоя.
  - На конной прогулке напугала лошадь виконта Пануции, та понеслась и теперь бедняга лежит с переломом левой руки и правой ноги! - принялся перечислять отец.
  - Да он же старик тридцатилетний! - фыркнула рыжая.
  Морган улыбнулся, подумав, чтобы она сказала про его шестьдесят лет.
  - То же самое ты проделала и с его младшим братом, восемнадцатилетним юношей! И бедняга сейчас лежит с переломом левой ноги и правой руки.
  - Это для симетрии, - попыталась пошутить Хлоя.
  - Ты разбила вазу на голове у сына нашего доброго соседа Дэйла!
  - Он распускал руки! - оскорбленно воскликнула девушка.
  - Насыпала слабительного господину Джигаретто! - вмешалась для разнообразия мать.
  - Ему полезно, он слишком толстый, - мгновенно парировала Хлоя.
  - Подралась с виконтом Хейнтлином! - как будто это был самый страшный грех, воскликнул отец.
  Вот тут по реакции рыжей можно было понять, что этот конкретный жених задел её за живое:
  - Он первый начал! Я же не виновата, что он ходит и ходит! И вообще он полудемон! Что ему станется? Все равно я за него не выйду! Он наглый, невоспитанный самодовольный и самоуверенный!
  Вот это уже стало интересно. Никого с фамилией Хейнтлин Морган не знал.
  - Не в нем дело, - рявкнул отец. - А в тебе! Хватит нас позорить! Начни уже вести себя как леди. И выбери себе уже мужа!
  Это было последнее, что он сказал. Видимо решив, что на сегодня хватит, мужчина повернулся и вышел. Мать послала дочке ободряющую улыбку и, велев слугам убраться, вышла.
  Слуги наводили порядок молча, не глядя на пристыженную хозяйку комнаты. Они закончили довольно быстро и покинули спальню. Девушка посидела ещё немного, уныло рассматривая новенький интерьерчик. Затем встала с пуфика, подошла к кровати и, сдвинув её немного, сняла специально подпиленную половицу, а из образовавшейся дыры вытащила небольшую тетрадь в кожаном переплете. Воровато оглянувшись по сторонам, она подошла к письменному столу, и удобно устроившись, принялась строчить очередную запись, как оказалось, в своем дневнике. Благо комната была хорошо освещена свечами и ей ничто не мешало.
  Морган не отличался особым любопытством. Да и всегда считал такие записи чем-то сугубо личным. Но сейчас ему было до такой степени интересно, о чем там пишет Хлоя, что молодой демон не удержался и став у неё за плечом, начал читать:
  "Дорогой дневник. Сегодняшний день был очень урожайным на события. Сегодня снова приходил Дайчен и опять угрожал, что если я за него не выйду, то он разорит и уничтожит родителей. Он богат и знатен, у него это может получиться. Может быть, Дайчен и им угрожал, потому, что родители сегодня устроили мне показательную порку. Представь себе, дорогой дневник, они обставили мою комнату в розовых тонах! Как здесь спать? Меня уже тошнит от этой обстановочки... "
  Морган хмыкнул и продолжил читать:
  "А ещё сегодня приходил Хейнтлин. Мне кажется, он думает, что я что-то к нему чувствую. Он не пришел через парадную дверь, а как-то пробрался так, что его не видели не родители, не слуги. Убрался только после того, как я его поцеловала".
  Тут девушка отвлеклась от письма и посмотрела в окно. Морган сел рядом, глядя на неё, как зачарованный. Как же сильно она отличалась от бойкой и строптивой Хлои, которую он видел несколько минут назад. Сейчас перед ним сидела девушка, слабая и беззащитная. Черты её лица смягчились, и она будто преобразилась, став намного красивее, чем Морган её видел раньше. Самое главное - Хлоя выглядела хрупкой и ранимой. Таким девушек рыцари носят на руках и защищают, такие стоят за спиной своего мужчины, а не прячутся за маской сильной и волевой, готовой надавать тумаков всем вокруг. Как в этом маленьком теле уживаются две такие разные Хлои?
  Теперь он понимал, откуда у неё столько женихов. Такой гремучей смеси силы и слабости невозможно противостоять. Эта девушка интересна и самобытна, отличающаяся от всех вокруг себя. Она умна и остра на язык, страстная и увлекающаяся, не робеет перед статусом и не гонится за деньгами. Просто сокровище! Да, она не расписная красотка. Но, так же, как и Морган сейчас, те, кто пытался ухаживать за девушкой, вряд ли отдавал себе в этом отчет. Их притягивала, как бабочку на огонь, страсть к жизни, которой горит Хлоя, и её искренность.
  Морган попытался представить каким был бы их первый поцелуй, и какой бы девушка была в постели. Мягкая, податливая и уступчивая? Или наоборот, полная страсти и неистовства?
  Его рука, словно действуя отдельно от тела, поднялась, и попыталась коснуться щеки девушки. Но Морган был не материален. И не мог ощутить, какова её кожа на ощупь. Укол разочарования коснулся его сердца. Ему хотелось почувствовать её запах, тепло кожи, стиснуть это рыжее чудо в объятиях и обладать ею. Но это был лишь махван.
  Девушка вздохнула и вернулась к прерванному занятию:
  "Почему все должно быть так? Почему я должна выйти замуж за того, кого не люблю и никогда не полюблю? Дорогой дневник, все сводится к тому, что мне придется выбирать между Хейнтлином и Дайченом. Эти двое, наверное, единственные, кто не сойдет с дистанции. Кого бы я не выбрала - мне не стать счастливой. Но... я верю, что где-то есть тот, кого бы я смола полюбить. И этот кто-то полюбил бы меня. Такую, как есть, не стараясь изменить под себя. Иногда я думаю о нем. Каким бы он мог быть? Хотя, какая разница. Все это лишь мои глупые девчачьи фантазии. Спокойной ночи, дорогой дневник. Твоя Хлоя Г. У.".
  Хлоя закрыла дневник и спрятала туда, где взяла. Совершенно не заботясь о том, что чернила не высохли. Она делала это второпях, как будто боялась, что кто-то застанет её за этим делом. Затем, так же торопливо принялась переодеваться, готовясь ко сну. Моргану было невдомек, где её камеристка или служанка. Вдвоем справляться с платьем было бы куда проще. Но девушка никого не звала на помощь, упрямо пытаясь справиться сама.
  Она как раз увлеченно пыталась дотянуться до последнего крючка, находящегося между лопатками, как раз там, куда не удавалось дотянуться руками ни сверху, ни снизу, когда в комнате появился молодой мужчина. Он бесшумно перелез через балкон, тихо подошел сзади к хозяйке спальни и одним движением расстегнул крючок. Хлоя от неожиданности вскрикнула, и, едва успев подхватить платье, резко обернулась, готовая стоять на смерть в бою с неожиданным злоумышленником.
  Мужчина улыбался довольный её реакций.
  - Хейнтлин, - гневно воскликнула Хлоя. - Совсем с ума сошел! Что ты забыл в моей спальне? Убирайся, не то закричу!
  - Давай, кричи, пусть меня застанут в твоей спальне. Твоя репутация будет скомпрометирована и тебе ничего не останется, кроме как выйти за меня, - почти лениво ответил неожиданный гость, которого Морган с интересом рассматривал. Интересно, с чего рыжая решила, что он полудемон? Внешне, по крайней мере, мужчина не отличался от простого человека. Разве только выше и шире в плечах. Но он может быть просто рослым. Да и не справилась бы с ним рыжая, будь он хотя бы наполовину демоном.
  Моргану не нравилась ситуация, в которой оказалась Хлоя, и не нравился этот неожиданно нарисовавшийся ночной визитер. Он явно был навеселе, и в чистоту его намерений верилось с трудом.
  - Убирайся отсюда, - нахмурилась девушка, хотя голос уже не казался настолько уверенным.
  - И не подумаю, Хлоя, - улыбнулся тот и сделал шаг по направлению к ней. - Я не уйду без поцелуя.
  Тут он окинул её плотоядным взглядом и улыбнулся:
  - И чего-нибудь ещё.
  - Облезешь, - фыркнула девушка в ответ, но все-таки попятилась. Она допустила всего одну ошибку - бросила быстрый взгляд на дверь. Мужчина понял, что та рассчитывает убежать и быстро переместился так, чтобы стоять между своей будущей жертвой и путем к отходу.
  Морган почувствовал желание загородить собой Хлою, спасти от нахального поклонника, а заодно и дать ему в зубы. Давно он не испытывал такого острого желания навалять кому-нибудь.
  - Хлоя, Хлоя, Хлоя, - Хейнтлин напоминал большую хищную кошку, лениво наблюдающую за тем, как загнанное животное мечется в углу, из которого нет выхода. И не торопился делать последний прыжок, наслаждаясь беспомощностью жертвы. - Мы столько лет знакомы, а ты до сих пор не усвоила. Я всегда получаю то, что хочу. А сейчас я хочу тебя...
  Хейнтлин бросился на полуголую девушку. Хлоя опередила мужчину лишь на мгновение, схватив канделябр и с размаху врезав им по нему. Тот отскочил и улыбнулся, обнажая клыки. Правда это была не улыбка, скорее оскал. И он, и девушка понимали, что больше ей так не повезет. Морган, забыв, что он в нематериальной форме попытался врезать полудемону. Это было мучительно больно смотреть на происходящее и не иметь возможности хоть как-то помочь.
  Бросив в него канделябром, чтобы отвлечь, девушка подбежала к своему письменному столу и схватила нож, для открывания конвертов.
  - И что ты мне сделаешь этой зубочисткой? - насмешливо спросил Хейнтлин. - Мы это уже проходили, помнишь? Ты меня разве только поцарапаешь.
  Морган в который раз удивился стойкости и мужеству Хлои. Не колеблясь ни секунды, она приставила нож к своему горлу, туда, где в сумасшедшем ритме билась кровь:
  - Тебя да, - решительно сказала Хлоя. - А чтобы убить меня, хватит лишь сильнее нажать тут!
  - Я не верю, что ты себе навредишь, - хоть Хейнтлин и пытался сохранить видимость прежнего спокойствия, его поза и тон голоса изменились, выдавая напряжение. Да и взгляд стал колючим и серьезным. Он явно прикидывал варианты, как забрать у девушки оружие, не навредив.
  - Даже ты не успеешь так быстро, - усмехнулась Хлоя, правильно истолковав ход его мыслей. - А я лучше умру, чем позволю тебе завершить начатое!
  Хейнтлин ещё немного постоял, затем поднял руки вверх, давая понять, что признает поражение:
  - Хорошо, Хлоя, ты победила. Я ухожу, только не делай глупостей.
  Полудемон уходил медленно, видимо ожидая, возможности выхватить нож и повернуть ситуацию в свою пользу. Но Хлоя, умница, не дала слабину. Морган никак не участвовал в процессе, знал, что то, что рыжая дала такой решительный отпор не его заслуга, но не мог не испытывать гордость за неё.
  Хлоя проводила незваного гостя взглядом и, кажется, даже не моргнула, пока тот не спрыгнул с балкона. Она ещё довольно долго стояла с ножом у горла, пугаясь каждого шороха.
  Когда стало очевидно, что он не выпрыгнет из-за угла, девушка осторожно подошла к двери, ведущей на балкон, и захлопнула её, защелкнув щеколду. И только после этого убрала нож от горла и облегченно вздохнула. Так и не выпустив оружие из рук, она кое-как стащила платье и залезла на кровать. Но не легла, просто села у изголовья. Просидев немного так, девушка тихо заплакала.
  Моргану хотелось обнять её, утешить, сказать, что все уже закончилось. Хотелось вообще не допустить появления Хейнтлина в этой спальне. Но он был бессилен. Морган даже не мог погладить её по голове, чтобы успокоить.
  Так они и просидели практически до утра. Уже когда загоралась рассветная заря, Хлою сморил тяжелый сон. Она то и дело вскрикивала во сне. Морган все время сидел рядом. Ему мучительно хотелось коснуться девушки, но, не имея такой возможности, пришлось довольствоваться только возможностью провести рукой возле её щеки или волос, как бы поглаживая. Морган просидел возле неё сколько мог, пока не почувствовал знакомое головокружение, которым сопровождалось возвращение в собственное тело. Он закрыл глаза, а когда открыл их, то уже лежал на своей постели, в своей комнате. Его рука сама собой коснулась соседней подушки. Ещё мгновение назад рядом спала Хлоя... Рыжая, колючая и такая ранимая... Он ещё помнил причудливую игру первых рассветных лучей в её рыжих волосах.
  Схватив первое, что попалось под руку, а это была вчерашняя одежда, и в спешке натянув это все на себя, Морган бросился искать родителей. В их спальне было уже пусто, значит Хукс и Фиона Тэлбот, известные так же, как "мама" и "папа", наверняка уже в столовой. Бегом, на ходу перепрыгивая через мебель, он преодолел разделяющее их расстояние. Кажется, за последний год он не был так рад, что сейчас увидится с родителями. Пинком открыв дверь в столовую и сбив стоящего за нею слугу, Морган с порога объявил:
  - Мама, папа, я женюсь!
  Повисла пауза, после которой Фиона спросила сына:
  - Ты уверен?
  Хукс взял жену за руку, и слегка раздраженно ответил за сына:
  - Милая, у него дикий взгляд и рубашка надета навыворот. Думаю, он уверен. Другой вопрос: с чего такая внезапность?
  И уже повернувшись к Моргану серьезным, как гробовая доска тоном спросил:
  - На каком она месяце?
  Морган рассмеялся. Почему-то все вдруг стало так легко.
  - Пап, она пока не знает о моем существовании. И не факт, что захочет стать моей женой.
  Родители переглянулись и хором задали вопрос, с которого нужно было начинать разговор:
  - А кто она?
  Морган не сдержался и снова рассмеялся. Но быстро взял себя в руки, и с аппетитом уплетая завтрак отца, вкратце пересказал, как встретил Хлою, и что про неё знает.
  В конце разговора все взоры были обращены на мать. Если кто и знал, как разыскать девушку, то это она.
  - Ну, милый, - женщина вздохнула. - Задал ты задачку. В окрестных землях нет никого, с такими именами. Я в принципе смогу разузнать кто эта девушка.
  - Сколько у тебя уйдет на это времени? - деловито поинтересовался Морган.
  - Думаю, если подключить Гертруду, то буду знать ещё до обеда, - неуверенно ответила Фиона
  - Идеально, - Морган наклонился через стол и поцеловал мать. - Я пошел собираться...
  - Одного не пущу, - Хукс мгновенно превратился впрагматичного и дальновидного главу клана, который хоть и радовался, что сын, наконец, по собственной воле решил жениться, но понимал, что тот собрался на чужую территорию и там может быть опасно даже демону. - Возьмешь с собой Освальта и Пэттона.
  Морган скривился, но спорить не стал. Хорошо, что отец ограничился только этими ребятами, а не выслал вместе с ним небольшую армию. Хотя... три сильнейших демона в клане Тэлбот... это уже что-то вроде небольшой армии.
  
  Глава 1
  Сборы заняли не так много времени, как Морган боялся. Но выехать после полудня у него не получилось.
  Фиона Тэлбот знала практически всех в королевстве Кестекер. А кого не знала она, знала её лучшая подруга Гертруда Дикси. Но к всеобщему удивлению, перебрав всех, кого могли, женщины так и не смогли понять, какую именно Хлою они ищут.
  - Сынок, - извиняющимся тоном попыталась объяснить Фиона. - Нам нужно больше информации. Мы просто не можем вспомнить никого с двойной фамилией и такими инициалами. А имена её женихов так и вовсе ни одной из нас не попадались.
  - А как насчет полудемона по имени или фамилии Хейнтлин?
  - Милый, возможно, он полудемон по матери, - Гертруда пыталась придумать оправдание тому, что не знала даже его. Они обе выглядели совершенно обескураженными.
  Положение, казавшееся безнадежным, спас тот, от кого уж точно не ждали. Слегка туповатый качек Освальт, у которого явно мозги частично перетекли в мышцы, спросил:
  - А что если это не фамилия, а имя?
  На него изумленно посмотрели все, кто был в комнате.
  - Ну, - слегка смущенно попытался объяснить свою мысль Освальт. - Когда моя невеста Изабелла-Катарина Сантор пишет мне письма, то она подписывает их Изабелла К. С.
  Женщины переглянулись. Такая мысль их попросту не посещала. Хотя была более чем вероятна.
  - Хлоя-Гертруда, - первой предложила вариант Фиона.
  - Хлоя-Габриэлла, - предложила, что смогла Гертруда.
  Начался очередной мозговой штурм, продлившийся чуть меньше, чем полтора часа. В итоге даже тетушка Гертруда не смогла вспомнить нужную девушку.
  Морган был в отчаянье. Он видел, что ситуация с женихами доходит до крайности и если он не вмешается в ближайшее время, то, скорее всего, попросту опоздает. И все демонские инстинкты просто кричали в нем. Там его пара! Он нашел её! Он полюбил её! И другой мужчина может стать между ними! Демоны - ужасные собственники. Они своим не делятся. И Морган готов был разорвать любого, кто захочет забрать ту, которую он уже считает своей.
  Хукс практически все время молчал. Но видя, в каком отчаянье пребывает сын, и, видя, что Фиона с Гертрудой никак не помогли, демон тяжело вздохнул, пригладил свои длинные рога и нехотя сказал:
  - Есть один способ тебе встретиться со своей зазнобой, но он крайне опасен.
  - Плевать, - не постеснялся присутствия женщин Морган. - Я должен её найти!
  Хукс тяжело вздохнул, всем своим видом выражая сожаление, что не удержал язык за зубами и, не скрывая желание пойти на попятную, но все же рассказал:
  - Есть один состав, который поможет тебе уснуть раньше срока...
  - Пап! - всплеснул руками от досады Морган. - Мне не нуженмахван! Мне нужен способ найти Хлою!
  Хукс сделал вид, что не заметил, как сын его перебил, и закончил:
  - Это будет необычный махван. Если будешь сосредоточен на своей девушке, то сможешь попасть в её сон и расспросить обо всем...
  - Что же ты раньше не сказал! - со свойственной молодости горячностью воскликнул Морган.
  - Потому, что это крайне опасно! - рыкнул Хукс в ответ. И более спокойно пояснил: - У тебя будет не больше получаса, затем, если тебя не разбудить, ты можешь не проснуться никогда. Или проснувшись превратиться в пускающего слюни идиота. Я не хотел такой судьбы для младшего сына. Поэтому надеялся, что этого удастся избежать.
  
  Морган был непреклонен:
  - Я готов рисковать!
  - Милый, - Фиона пересела поближе к сыну и взяла его за руку, с тревогой заглядывая в глаза. - А ты уверен, что хочешь разыскать её потому, что у тебя к ней чувства, а не потому, что это такое большое приключение: спасти деву из беды и стать героем?
  Морган задумался. В словах матери был резон. Но потом он вспомнил непослушные рыжие волосы, ярко-зеленные глаза, в которых отражалась целая гамма эмоций от радости и озорства, до беспредельной печали и горя. Молодой демон вспомнил, как милое личико, на котором частым гостем были строптивость и решительность, преображалось, когда девушка чувствовала себя расслабленной или расстроенной. И чудесные пухлые губы, которые казалось, были просто созданы для его поцелуев.
  - Она невероятная, мам, - тихо ответил Морган, улыбаясь, как последний дурак. - Идеальная для меня. Лучшей я никогда не найду. Я уверен, что хочу прожить с ней всю жизнь, хочу видеть, как она улыбается, как теплеют её чудесные глаза. Хлоя... - на мгновение он задумался, подбирая нужные слова. - Хлоя умная и веселая, необычная и сильная. Мам, я люблю её! Я хочу прожить с ней каждый день, отмерянный мне судьбой. Хочу, чтобы мой дом заполонили рыжеволосые детишки с зелеными глазами и неспокойным нравом...
  - Ладно, ладно, ладно, - перебил его Пэттон. - Основную идею мы поняли. Давайте уже усыпим нашего пылкого влюбленного, пока меня не стошнило от этой слащавости.
  Морган улыбнулся. Скажи это кто-нибудь другой - можно было бы и обидеться. Но это же Пэттон. Он такой и есть резкий и прямолинейный, простой как двери.
  - Сделаем это вечером, когда девушка тоже будет спать, - Хукс Тэлбот как всегда оставался практичным.
  - А что нам делать пока? - спросил Пэттон.
  - Пока вы свободны, - кивнул им Хукс. - Будете нужны - позову.
  Остаток дня тянулся так, словно кто-то невидимый, зная о мучениях Моргана, растягивал их, приклеив стрелки часов, чтобы остановить ход времени. Чем он только не занимался, чтобы убить время: пытался читать, тренировался и даже завязал беседу с тетушкой Гертрудой. Все было тщетно. Но, в конце концов, боги смилостивились, и солнце соизволило укатить за горизонт.
  Как бы не хотелось Моргану немедленно провалиться в махван, но приходилось проявлять ещё терпения. Учитывая, что время сильно ограничено, нужно было выбрать такой момент, когда девушка наверняка уже будет спать. Вчера ночью она легла поздно. Если визит Хейнтлина сегодня повториться, то вряд ли она уснет раньше двух-трех часов ночи. Поэтому Морган собрал остатки терпеливости в кучу и выждал до четырех утра. По его прикидкам девушка уже точно должна спать в любом случае.
  Отец с зельем в руках молча зевал рядом с сыном, а Фиона, слишком взволнованная и растревоженная, чтобы спать или, простите боги, зевать, сидела в кресле напротив и нервно комкала платок. За день она не раз и не два попыталась отговорить упрямого сына. Демонесса приводила аргумент за аргументом. Но ничего не помогало. К этому моменту все разумные и не разумные доводы закончились, мольбы вроде "Пожалуйста, не нужно" не действовали. Морган был решительно настроен, и его решимость невозможно было поколебать. Что, в общем-то, неудивительно. Влюбленный демон - это не шутки. Влюбляясь, демоны буквально становятся одержимы объектом своего воздыхания. Они готовы на все, чтобы найти и заполучить это сокровище. А, если по какой-нибудь причине, у них это не получается - не способны адекватно реагировать.Хейнтлин - яркий тому пример. Парень всего наполовину демон. Но эта демонская половинка так одержима Хлоей, что он не в состоянии сдерживаться, преследует бедняжку и уже дошло до применения силы.
  Морган долго думал, что будет, если Хлоя и ему откажет. Что если он превратиться в ещё одного Хейнтлина?
  Даже думать об этом было противно. Но такая вероятность существовала. Поэтому, улучив минутку, когда матери не было рядом, Морган попросил отца:
  - Я не знаю, чем закончится моя встреча с Хлоей... - он немного замялся, не зная, какими словами выразить то, что у него на уме. - Поэтому прошу тебя... принять меры...защитить её. Хлоя не должна пострадать.
  Отец ничего не ответил, но посмотрел на сына понимающим взглядом. Несмотря на то, что Морган не произнес вслух своих опасений, Хукс его прекрасно понял.
  - Судьба отправила тебя к ней в дом во время махвана, - ободряюще похлопал он сына по плечу. - Этого бы не случилось, не будь у вас шанса быть счастливыми вместе.
  Морган благодарно улыбнулся. Отец знал, как найти нужные слова. Не зря он глава клана.
  День тянулся бесконечно долго и Морган занимался всем, чем угодно, кроме того, что действительно нужно было сделать. А именно - придумать, что сказать Хлое при первой встрече, подобрать слова убеждения, чтобы она рассказала ему, как найти её. Демон понял это, лишь перед самыммахваном. Но давать заднюю было поздно. Почему-то он думал, что крайне важно встретится с Хлоей именно сегодня. Нехорошее предчувствие целый день не покидало его, и молодой демон по-настоящему боялся опоздать.
  Наконец, в какой-то траурно-торжественной обстановке, после кучи напутствий от родителей, Морган выпил зелье и закрыл глаза. В последние секунды ему стало интересно, какие Хлои сны. Наверное¸ такие же яркие как и она сама? Наполненные жизнью и движением.
  Но его ждал очередной сюрприз.
  Он оказался в темном, мрачном и безжизненном лесу. Не слышно было не то, что птиц, животных или жуков, даже ветер не коснулся ни одной ветки на таких высоких деревьях, что их кроны были спрятаны где-то высоко, в пугающей темноте. И в этом - слово само пришло ему на ум - мертвом месте, пугающем даже демона, отчетливо слышались женские крики и мужской голос.
  Морган не сомневался насчет того, кто кричит. Поэтому поспешил на помощь.
  Буквально через десяток шагов он оказался на залитой лунным светом поляне. Посреди неё лежала и плакала Хлоя, а рядом стоял Хейнтлин. На девушке была только длинная белая ночная сорочка, резко контрастирующая с окружающим её мраком. А незаплетенные рыжие волосы так и вовсе горели, словно костер.
  А Хейнтлин был одет практически так же, как и в предыдущую ночь. Морган было принял его за кошмар переволновавшейся девушки, но что-то было с ним не так. Прошло несколько секунд, прежде чем Морган понял, что не так. Полудемон двигался слишком свободно, и у него была своя воля, как и у Моргана. Значит, он попросту провел такой же ритуал, что и он, чтобы вторгнуться в сон Хлои.
  Пока Морган рассматривал открывшуюся перед ним картину, Хейнтлин, склонился к девушке и, хорошенько её тряхнув, заставил смотреть на себя:
  - Хлоя, - его голос был полон страсти и одержимости. - Как ты не понимаешь! Я не хочу делать тебе больно! Я люблю тебя! Я хочу тебя!
  Мужчина попытался поцеловать её. Морган бросился оттаскивать его, но Хлоя его опередила: схватив какую-то корягу, она со всей силы врезала по потерявшему от страсти голову Хейнтлину. И попыталась дать деру. Но удар был не настолько сильный, чтобы остановить полудемона или хотя бы заставить его отпустить её. Мужчина без особых усилий скрутил отчаянно сопротивляющуюся девушку, и придавил её к земле своим телом, приговаривая:
  - Ты нужна мне Хлоя, я не могу без тебя! Я горю в огне, а ты мое спасение! Ты будешь только моя! Только моя!
  Он как раз справился с её руками, подняв их над головой своей жертвы, и без труда удерживал их одной рукой, а второй попытался задрать подол её сорочки, когда подоспел Морган. Хейнтлин конечно силен. Против юной человеческой девушки. А вот взрослый, взбешенный демон ему не по зубам. А Морган таким и был. Ярость захлестнула его с головой, поэтому, не особо церемонясь, он просто отшвырнул соперника от Хлои, и, не давая тому опомниться, обрушил на него серию ударов. К своей чести Хейнтлин попытался дать отпор. Но на стороне Моргана были сила и ярость настоящего демона, умноженные на многолетний опыт. Неудивительно, что короткий, но жестокий бой закончился тем, что Морган поднял кровавое месиво, в которое превратился полудемон и с силой опустил его на колено, чтобы сломать позвоночник. Ему не хватило лишь пары мгновений. Хейнтлин просто растворился. Наверное, проснулся.
  Морган не стал зацикливать на нем внимание. Он оглянулся в поисках Хлои. Девушки нигде не было. "Неужели проснулась?" - с сожалением подумал демон. Но затем вспомнил, что если бы она проснулась, то и он оказался бы дома. Нет, рыжая где-то здесь. Наверное, испугалась его и убежала.
  Никогда прежде Моргана не посещало чувство, которое затопило все его существо сейчас. Хлоя одна, в опасности, в этом незнакомом месте и, по всей видимости, не может проснуться. Морган ощущал дикую смесь тревоги за храбрую маленькую девушку и заботы о ней. А ещё... ещё он чувствовал, что если с нею что-то случиться, если не успеет её защитить, то и сам умрет.
  Демон вдохнул воздух полной грудью и почувствовал её запах. В том, что это был именно её запах, он не сомневался. Это гиблое, мертвое место пахло только смертью. А Хлоя пахла васильками и ромашкой.
  Ведомый инстинктом, Морган бросился за ней следом. К счастью, далеко уйти девушка не смогла. В темноте она угодила в глубокую яму. Запаха крови демон не чувствовал, а значит Хлоя не ранена. Зато он почти физически ощущал её страх и боль. Морган представил, что она чувствует, сидя одна в темноте, не имея возможности выбраться и не зная, может ли позвать на помощь. И его собственное сердце сжалось. Девушка, такая маленькая как Хлоя, не должна сражаться за свою честь и жизнь в таком месте, как это. Ей должны сниться цветные, яркие сны. Она должна чувствовать себя беспечно и свободно. Вместо этого страх и ужас из реальной жизни пробрался даже сюда, в место, которое должно служить убежищем.
  Морган решил не пугать попавшую в западню девушку ещё больше, поэтому как можно более спокойно сказал:
  - Здравствуй, Хлоя. Прошу, не бойся меня. Я пришел помочь.
  Несколько долгих, тягучих мгновений царила гробовая тишина. Морган понял, что девушка надеется, что он её не видит. Поэтому демон снова первый нарушил тишину:
  - Хлоя, я знаю, ты угодила в яму и не можешь выбраться. У меня добрые намерения. В подтверждение этого я сейчас освобожу тебя.
  Обычно Хлоя либо не видела снов, набегавшись за день, либо ей снилось что-то из дневных событий. Но уснув сегодня, девушка вдруг оказалась в мрачном и темном лесу. А рядом с нею был Хейнтлин. Плотоядный взгляд и улыбка не оставляли сомнений в его желании. Хлоя сразу поняла, что дела плохи и попыталась убежать. Но куда бы она не бежала - везде натыкалась на него. Вскоре бедняжка поняла, что он просто играет с нею, загоняет, как дикое животное.
  Не в силах больше бежать, Хлоя упала на траву, на какой-то поляне. Её душили слезы бессилия. Она никогда не была дурой и трезво оценивала свои шансы против тех или иных соперников. И Хейнтлину она не соперник. Что он и доказал, быстро скрутив свою жертву.
  Хлоя, конечно, собрала остатки сил и попыталась отбиться. Даже врезала ему палкой, что было сил. Но что она могла? Лишь отстрочить свою участь. А Хейнтлин не торопился, наслаждаясь своей властью над нею. Хлоя по его взгляду видела, что полудемон ждет, когда она начнет умолять о пощаде. Девушка была полна решимости умереть, но не доставить ему такого удовольствия.
  И тут произошло нечто не предвиденное. На Хейнтлина напал демон. И этот демон обрушил на него такую ярость, что у полудемона не было и шанса.
  Хлоя не стала выяснять, что они не поделили или ждать на месте, в надежде, что победитель окажется к ней милостив. Девушка сорвалась с места, практически сразу же, как началась потасовка. Ноги сами несли её куда-то вглубь чащи. Хлоя бежала, постоянно оглядываясь назад, поэтому заметила огромную яму перед собою, только когда в неё упала. Падение было болезненным, но девушка не чувствовала никаких серьезных повреждений. Обрадовавшись, что отделалась синяками да шишками, она попыталась встать и только тут поняла, как болит нога. Кое-как ощупав её в темноте, Хлоя поняла, что она или сломана, или очень сильно вывихнута.
  Ей хотелось то смеяться, то плакать. Да что ж за наказание такое? То озабоченный ухажер, то яма, то сон, от которого ей никак не проснуться.
  
  Вскоре желание плакать пересилило. Боль в ноге ей помогла. Накатило чувство безнадежности и одиночества. Что ей теперь делать? Самой выбраться отсюда точно не удастся. Попросить помощи? У кого? Случайно пробегающего мимо волка или зайца? О том, чтобы звать на помощь демона, дравшегося с Хейнтлином, и речи быть не могло.
  И тут снова произошло совсем неожиданное. Хлоя чуть не умерла от страха, когда услышала низкий мужской голос, обращающийся к ней. Это был он! Тот самый демон! И он предлагал ей помощь! Все ещё не решаясь ни принять её, ни отвергнуть, Хлоя сидела на сырой, холодной земле, прислонившись спиной к неровной земляной поверхности, когда демон все решил за неё.
  Не успела она даже пискнуть что-то в ответ, как этот гигант спрыгнул в яму, чудом не наступив на неё (хотя чудо тут, наверное, ни при чём, скорее всего, он видит в темноте). Не говоря ни слова, он взял девушку на руки и в несколько прыжков оказался наверху. Здесь было не так темно, как внизу. Хлоя могла различать силуэты.
  Спасший её незнакомец, не торопился поставить свою ношу на землю. Вместо этого он неторопливо зашагал вперед.
  - Куда вы меня несете, - девушка почувствовала непреодолимое желание спрыгнуть с его рук.
  - На поляну, - коротко пояснил незнакомец, покрепче прижимая её к себе. - Там светло и можно будет обо всем спокойно поговорить.
  Хлоя по-прежнему его боялась, но решила, что это разумно. Да и был ли у неё выбор? Хейнтлин был большой и сильный. Но этот незнакомец... таких ей не доводилось встречать. Он был выше и шире в плечах, чем любой ранее встреченный ею мужчина. И очень сильный, раз без труда вытащил её из глубокой ямы и даже не запыхался, пока нес. Девушка чувствовала себя рядом с ним даже не миниатюрной, больше похожей на подростка, чем на взрослую семнадцатилетнюю женщину. А его голос! Боги, он производил на Хлою странное, гипнотизирующее чувство. Такой низкий и мужественный, он очаровывал и заставлял сердце биться ещё быстрее, а щеки пылать. И когда незнакомец нес её на руках, девушка не могла избавиться от странного волнения и дрожи в теле. А тот факт, что под её рукой как сумасшедшее билось сердце внешне такого спокойного демона, наполнял Хлою странным удовлетворением. И это пугало.
  Чтобы как-то обуздать свои чувства, она первая заговорила с ним:
  - Что вам нужно? Кто вы?
  - Меня зовут Морган, - просто ответил он. - Я знал, что ты в беде из-за Хейнтлина и пришел, чтобы спасти тебя. Извини, что задержался.
  Он говорил так просто, как будто они уже давно знакомы, хотя Хлоя была уверенна, что никогда прежде его не видела.
  - Откуда вы меня знаете? Откуда вы вообще тут взялись? Я вас не знаю!
  Последнее прозвучало как обвинение.
  Демон, наконец, вынес её на поляну, залитую лунным светом и, выбрав местечко поудобнее осторожно усадил свою ношу. Девушка почувствовала странное опустошение и одиночество, стоило ему убрать руки. Хлоя сама себя не узнавала! Что с ней делает этот незнакомец? Наверное, это какое-то колдовство, раз она так жаждет его прикосновений.
  Словно почувствовав желание девушки, демон взял её за руки и начал осматривать, одновременно с тем, рассказывая:
  - Прежде всего, Хлоя, прошу тебя, не бойся меня, - его голос был низкий и завораживающий, девушка, слушая его, чувствовала совершенно не страх. Неизвестное доселе томление разливалось в её теле от ласковых, преисполненных нежности прикосновений, мягко проверяющих не ранена ли она, и от этого удивительного голоса. Хлое захотелось коснуться его лица. Такое мужественное и благородное, коснуться волевого подбородка и провести пальчиком по красиво очерченным скулам... А когда она встретилась с ним взглядом, то, кажется, утонула в этих больших демонских, чисто черных глазах. О, да! Этот мужчина был преступно хорош собой.
  Так хорош, что она едва смогла выдавить в ответ:
  
  - Я... не боюсь.
  Морган удовлетворенно кивнул и продолжил:
  - Я не знал тебя прежде, и впервые увидел только вчера, - он знал, что правда напугает Хлою, но был уверен, что ложь - это ещё хуже. - У демонов есть такое состояние, махван, которое чем-то похоже на сон. Только мы не засыпаем каждую ночь, а лишь один раз в месяц. Кроме того в этом состоянии мы становимся похожи на... призраков.
  Пока он говорил, его руки продолжали осторожный и очень деликатный осмотр. Хлоя молча слушала его, позволяя касаться себя и чувствуя, как в крови от этих касаний закипает огонь. И хоть демон не позволял себе лишнего, его рука ни разу не пересекла границу дозволенного, её щеки раскраснелись, дыхание сбилось. Чтобы не делал этот демон, кажется, на Хлою это подействовало. По крайней мере, на тело точно. Оно отзывалось на его касания, как на самую интимную ласку, чего с девушкой не бывало раньше. А разум как губка впитывал все сказанное им.
  - Во время махвана мы всегда оказываемся в разных местах. Мы бестелесны, нас не видят и не слышат. Но демоны видят и слышат все, - демон закончил осмотр вверху и, оставшись доволен результатом, осторожно взялся осматривать ноги. Хлоя могла бы сразу сказать, что у неё ничего не болит, кроме ноги. Но не смогла отказать себе в удовольствии чувствовать его прикосновения. - Вчера я оказался в твоей спальне.
  Его последние слова, а также то, что демон, наконец, добрался до больной ноги, отрезвили совсем разомлевшую Хлою. Она ойкнула от боли, и Морган принялся сосредоточенно осматривать её ногу. А девушка спросила, подталкивая к дальнейшему рассказу:
  - В моей спальне?
  Морган тут же заверил встревоженную Хлою:
  - Я не подсматривал за тобой. Всего лишь присутствовал там, когда ты увидела, что родители превратили её в розовый рай.
  Хлоя мучительно застонала. Розовая спальня! Она уже успела забыть про этот кошмар. Морган воспринял этот стон по-другому и с тревогой спросил:
  - Я сделал тебе больно?! Прости...
  - Нет, нет, нет, - заверила его девушка. - Больно мне сделали родители, перекрасив все в розовый. Когда только успели?
  Морган улыбнулся, вспомнив её реакцию. А вот Хлоя вдруг выпрямилась и с опаской спросила:
  - Ты видел только это?
  Немного поколебавшись, он честно признал:
  - Я видел все.
  Хлоя поняла, что это значит. Он видел их "беседу" с Хейнтлином и почему то это сильно её укололо. Захотелось стать меньше и исчезнуть. Или треснуть демона по голове. Трудно было определиться. Хлое казалось, что теперь у демона сложиться о ней превратное мнение. Что она легкомысленна и ветрена, впускает в свою спальню всех, кого не попадя. Кроме того, Хлоя, конечно, была благодарна за спасение и заботу, но свои неудачные отношения с кем-либо, она воспринимала, как нечто личное. А его слова - как непрошенное вторжение.
  Морган видел, как Хлоя потупила взор и у неё поникли плечи. Он понимал, что девушке неприятен этот разговор и пересел так, чтобы иметь возможность обнять её.
  - Хлоя, в произошедшем нет твоей вины, - твердо сказал Морган, беря девушку за подбородок и мягко заставляя посмотреть на себя. - Ты повела себя очень храбро и тебе нечего стыдиться.
  - Я и сама это знаю, - огрызнулась девушка. Больше всего она не выносила, когда с нею говорили, как с ребенком, объясняя прописные истины.
  - Хлоя, - в голосе Моргана было столько нежности, а глаза смотрели с таким непередаваемым обожанием, что сердце девушки пропустило несколько ударов. - Ты удивительное создание. Умная, смелая и уверенная в себе. Я объездил почти всю страну, но нигде не встречал такую, как ты. И Хейнтилен никогда не встречал. Он не мог в тебя не влюбиться. А будучи наполовину демоном, не может себя контролировать. Это в его природе - добиваться своего любой ценой.
  - То есть, ему не важно, что я сказала "нет"? - кажется, теперь она начинала понимать одержимость полудемона. - Он все равно не оставит меня в покое?!
  В ее глазах застыла такая безнадега, что Морган не мог оставаться равнодушным:
  - Его чувства - это его проблемы, не твои, - и хоть он не планировал торопить рыжую красавицу с выбором, слова сами вырвались. - И мои.
  Вместо вопроса, девушка красноречиво подняла бровь, намекая на то, что ждет более развернутую версию последней реплики.
  - Я не так хотел тебе это сказать, - Морган взял девушку за подбородок, заставляя смотреть на себя, чтобы она не пропустила ничего из сказанного, и абсолютно серьезно сказал: - Хлоя, я тоже демон.
  Даже не задумываясь, что делает, девушка расхохоталась. Столько пафоса и подготовки, лицо такое серьезное, как будто собрался рассказать, как минимум о том, что маньяк и убийца, а вместо этого объявил о том, что и так очевидно. Хлоя была бы не Хлоя, если бы не съязвила:
  - Что, правда? Никогда бы не подумала!
  И тут же сама себя одернула. Не стоит злить того, кого знаешь от силы минут десять. Мало ли, а вдруг ему уже трупы девать некуда?
  Впрочем, её опасения оказались беспочвенными. Морган не только не разозлился, но и улыбнулся. Да и как могло быть иначе, если именно в такой характер он и влюбился? Пусть Хлоя и не была самой красивой из всех, кого ему приходилось встречать, но у неё было то, чего не хватало остальным - живой, непосредственный характер.
  Морган понимал, что намек был слишком тонким и девушка его не поняла. Поэтому подсказал:
  - Все демоны очень ревнивы. И защищают свое, любой ценой, - видя, что Хлоя или не понимает его, или не хочет понимать, Морган сказал прямо: - Я люблю тебя, Хлоя. И буду тебя оберегать и защищать, даже если ты не ответишь мне взаимностью.
  Он ожидал на свое откровение любой реакции: что девушка разозлиться, испугается, может даже на нервной почве рассмеется. Но никак не ждал, что Хлоя сложит руки на груди и с досадой вздохнет:
  - Ну, почему этот дурацкий сон никак не кончится?!
  - Прости? - непонимающе переспросил он.
  Девушка неопределенно пожала плечами:
  - Хейнтлин вломился ко мне в спальню, накачал меня каким-то зельем, и теперь я попала в кошмар и не могу проснуться. Признаюсь, когда ты вытащил меня из ямы, я на мгновение подумала было, что кошмар закончился. Надо же было так обмануться!
  Брови Моргана сами собой поползли вверх:
  - Так ты думаешь, я тебе снюсь?
  - А как иначе? - вопросительно изогнула бровь Хлоя. - Кем, кроме страшного сна может быть влюбленный в меня красавец-демон?
  Морган склонил голову набок и спросил, тихим рокочущим баритоном:
  - Почему ты не допускаешь мысли, что я пришел в твой сон тем же путем, что и этот полудемон, с теми же целями, что и он?
  - Изнасиловать меня? - ужаснулась Хлоя и попыталась отодвинуться. Но Морган этого не позволил. Его руки с молниеносной скоростью оказались у девушки на талии, и демон, не прилагая особых усилий со своей стороны, пересадил, не успевшую даже испугаться, Хлою к себе на колени.
  - Поцеловать тебя, - не дожидаясь разрешения, он наклонился к Хлое и его губы нашли её в коротком, но страстном и требовательном поцелуе. - Почувствовать мягкость твоей кожи, - он поцеловал оголившееся плечико, с удовольствием отмечая, как у девушки сбилось дыхание и как она, после того, как на мгновение закрыла глаза, прикусила губу. - Почувствовать твой запах и увидеть, как твои восхитительные волосы разметаются по моей подушке...
  
  Его руки спустились ниже, к линии бедер и ненадолго задержались там, только для того, чтобы придвинуть девушку к себе поближе.
  - Это не по правде... - выдохнула Хлоя. Её дыхание совершенно сбилось. - Не... по-настоящему...
  Одна рука Моргана потянула плечики сорочки, стягивая их вниз и обнажая маленькую, аккуратную грудь, а вторая задрала подол сорочки и нежно, дразняще и возбуждающе прошлась по ноге и собственнически легла на бедро. Демон откровенно наслаждался, хотя и не собирался заходить так далеко сегодня. Но Хлоя так чутко реагировала на его ласки, что удержаться не было сил. Дома он думал только о том, что хочет найти девушку, защитить от опасности. Уже отправляясь в её сон, планировал медленное покорение этой неприступной рыжей крепости. Готовился к длительной и изнурительной осаде. Но никак не думал, что при атаке столкнется с такой сладостной капитуляцией. И реакция девушки заводила его ещё больше. Хотелось положить её на эту мягкую траву, содрать с неё эти тряпки, и сделать своей при этом сюреалистическом лунном свете. Демоны - страстные и неутомимые любовники. Но Хлоя так юна, так не искушена! Осознание того, что он будет у неё первым и единственным, было сильнее любого любовного снадобья.
  Издав полный страсти рык, Морган склонился ниже и его губы обхватили обнажившийся розовый сосок, посасывая его в чувственной ласке. Своим удлинившимся на второй руке когтем, он разрезал нижнее белье девушки. Хлоя была настолько поглощена новыми ощущениями, что даже не заметила этого. Все её тело горело, от бесстыдных ласк и прикосновений, от поцелуев, которые так щедро раздаривал Морган. А когда губы Моргана сомкнулись на её груди и он начал посасывать и покусывать сосок, ей показалось, что она умрет от неземного наслаждения. Никогда в жизни Хлое не было так хорошо, никогда прежде она не ощущала такой сладостной истомы. А внизу живота собиралось сладостное томительное тепло.
  Морган упивался страстью и откликом девушки. Где-то на периферии затуманенного желанием мозга прозвучало оброненноеХлоей "не по правде". Ему хотелось не только тело Хлои. Сердце девушки было для него куда желаннее. И демон, заявил на него права:
  - Когда я найду тебя в реальности, у тебя не будет сомнений, что все по-настоящему...
  Рука Моргана коснулась внутренней части бедер девушки, но это действие в сочетании со словами подействовали на Хлою, как ушат холодной воды вылитый на голову. Она вдруг с пугающей четкостью осознала, где находится и чем занимается с мужчиной, которого знает не более получаса.
  Хлоя вырвалась из рук не ожидавшего такого поворота Моргана и отползла от него на добрых несколько шагов быстрее, чем тот успел бы что-то предпринять.
  Повисла тишина.
  Морган не понимал, что происходит и что он сделал не так. Он ни к чему не принуждал Хлою, она точно его хочет. О чем речь, если даже с такого расстояния прекрасно чувствуется запах её возбуждения и неудовлетворенного желания. Тогда что? Почему девушка его оттолкнула и сидит напротив с затравленным видом?
  - Это неправильно! - испуганно зашептала Хлоя, натягивая свою рубашку и прикрываясь руками. - Это ты со мной сделал! Я никогда так себя не вела!
  - Хлоя... - Морган понял, чего испугалась девушка, и попробовал подвинуться ближе, чтобы успокоить, но она лишь снова испуганно поползла от него. Тогда он попробовал поговорить на расстоянии, чтобы все объяснить: - Хлоя, мы не сделали ничего плохого. Этим занимаются все женатые пары.
  - Но мы не женаты! - обвиняющим тоном воскликнула Хлоя. - Ты попытался меня обесчестить!
  Морган сел поудобнее и сказал:
  - Но мы скоро поженимся. Как только я найду тебя в реальности...
  - Что? - воскликнула Хлоя, и в её голосе не было ни намека на прежний испуг или раскаянье. Зато было полно гнева. - Что значит, мы поженимся? А если я не хочу? Ты меня вообще спрашивал?
  - Но Хлоя... - Морган попытался сказать, что произошедшее между ними позволило ему надеяться, что отказываться она не станет, но девушка не хотела его слушать:
  
  - Конечно, ты же демон! Что тебе мнение кого-то другого?!
  - Хлоя... - Морган попытался сказать, что ему важно её мнение, но тут девушка выдала разочарованное:
  - Все вы демоны одинаковые!
  - Не нужно сравнивать меня с Хейнтлином, - нахмурился демон. - Я не стану тебя ни к чему принуждать...
  - Ой, - отмахнулась Хлоя. - Да причем тут Хейнтлин!
  Внезапно на Моргана накатила слабость, и появилось головокружение. Он знал, что это означает - его время на исходе.
  - Хлоя! - рыкнул он. - Быстро скажи мне свое полное имя и откуда ты!
  - Вот ещё! Зачем? - не испугалась его девушка.
  Времени на уговоры не оставалось, поэтому Морган попросту обманул её:
  - Если тебя не разбудить особым демонским обрядом до следующего заката, ты не проснешься уже никогда.
  Хлоя смерила его недоверчивым взглядом, вполне справедливо подозревая во лжи. Девушка никак не могла решить можно ли ему верить.
  Головокружение усилилось, и Морган рыкнул:
  - Хлоя, быстрее! Я сейчас исчезну, и некому будет тебя спасать!
  Закусив губу в нерешительности, девушка несколько мгновений поколебалась, но затем, увидев, что Морган медленно растворяется, выпалила скороговоркой:
  - Хлоя Грейс Уайли. Я живу в долине "Трех дубов"...
  Демон исчез. Вот сейчас Хлоя испытала что-то похожее на испуг. Она заперта в этом страшном сне и не может проснуться. И если верить демону, то может и не проснется вовсе. А что если он не услышал, где её искать?
  Хлоя уныло оглянулась вокруг. Вполне возможно она проведет здесь остаток своих дней. Так себе перспективка.
  Не зная, подоспеет помощь или нет, Хлоя оторвала нижний край своей сорочки и наложила повязку на ногу. Ей оставалось только ждать.
  А ждать пришлось недолго. Около часа. Затем на девушку накатили слабость и головокружение. Хлоя прикрыла глаза, лишь на мгновение, а в следующий момент она была уже в своем розовом аду.
  Девушка обрадованно вскочила на ноги, обнимая мебель, которую не чаяла уже увидеть. Но когда прошла первая эйфория, Хлоя поняла две вещи: первое, демон её обманул, никакого заклятия не было, второе - скоро у неё добавится женихов.
  Хлоя плотоядно улыбнулась. Никто из тех, кто пытался её одурачить, не мог похвастаться, что легко отделался. А демону она и вовсе приготовит что-то особенное. Чтобы впредь не связывался с потомственной ведьмой из "Трех Дубов"!
  Ладно, внучкой ведьмы из "Трех Дубов". Но то, что она обладает совсем слабым колдовским даром, ещё не значит, что Хлоя не знает, как устроить кому-то неприятности!
  Что он там говорил про демонов-собственников?
  ******
  
  Морган открыл глаза уже в своей комнате. Его губы сами расплылись в предвкушающей улыбке:
  - Попалась!
  Над ним практически мгновенно опустились обеспокоенные лица родных.
  
  Глава 2
  Когда Морган рассказывал маме и папе о том, что узнал от Хлои, то не думал, что станет причиной самого жуткого скандала в истории семьи. Мать была настроена решительно против того, чтобы её младший сын ехал в долину "Трех дубов" за какой-то возлюбленной.
  - Это проклятое место! - орала Фиона Тэлбот. - Это долина ведьм!
  - Да плевать что там за долина! - в который раз огрызался Хукс. - Ты что не понимаешь? Наш сын влюблен!
  - ТакихХлой будет ещё миллион! - не унималась встревоженная мать. - А если его там проклянут или убьют, то жизнь нашего мальчика будет загублена! О чем я?! Эту проклятую долину окружает купол, и попасть туда можно только пройдя через портал! А что если этот портал его убьет?!
  Хукс, наконец, не выдержал. Он схватил жену за плечи и в гневе заорал:
  - Ты что, не понимаешь, женщина? Демон, нашел свою пару! Для него уже не будет другой! Либо наш сын найдет эту Хлою и женится на ней, либо его жизни в любом случае конец! У него выбора нет, кроме как рискнуть и поехать в эту чертову долину!
  - Не кричи на меня, - дрожащим голосом попросила Фиона и разрыдалась.
  У Моргана сердце кровью обливалось, когда он слушал стенания матери. Но отец был чертовски прав, когда говорил, что без Хлои ему не жить. Прошло всего несколько часов с тех пор, как он последний раз держал эту маленькую девушку в своих объятиях. А, кажется, что прошла целая вечность. И молодой демон просто сгорал от желания снова поцеловать непокорную рыжую колючку.
  Он остановился на мгновение, представив какой будет их встреча. Предвкушающая улыбка коснулась его губ. Такого в долине "Три дуба" точно не было! Наверняка Хлоя разозлиться, что Морган её обманул. Может даже чем-то по нему запустит. Но то, как пылко девушка отвечала ему во сне, вселяло в него уверенность, что он сможет получить не только прощение, но и согласие на брак.
  Из сладостных грез о воссоединении с любимой, его вырвала пиком открывшаяся дверь отцовского кабинета. Хукс прижимал к себе рыдающую супругу, и сам при этом выглядел не очень.
  - Сын, - в голосе главы клана Тэлбот была железная решимость. - Я уже послал за ребятами, что будут тебя сопровождать. Езжай за своей Хлоей и свяжись со мной, если что.
  Морган прекрасно понимал, что имел в виду отец, говоря "если что". В переводе с демонского на обычный, это значило "не сумеешь завоевать свою возлюбленную - скажи, я помогу её защитить". Но он успешно гнал от себя такие мысли. Он смотрел на север, туда, где серебристая рябь скрывала от взора любопытных владения ведьм с уверенностью и оптимизмом. Даже мать, у которой глаза постоянно были на мокром месте, не могла испортить ему настроение. Сейчас Морган знал, что, несмотря на свои девичьи страхи и строптивую натуру, если проявить настойчивость, Хлоя ответит ему взаимностью.
  Как и обычные люди, демоны предпочитали путешествовать с комфортом в каретах. Но если до места назначения нужно добраться быстро или для того, чтобы сделать дальнюю дорогу не такой дальней, в королевстве Кестекер использовали грифонов - опасных, всеядных тварей. Никто кроме демонов не ездил на них по той простой причине, что человек не справится с этим хищником. Даже более, того, грифон его попросту съест. А у ведьм свои средства передвижения.
  Когда Морган спустя несколько часов спустился во двор, Освальт и Пэттон уже сидели на своих грифонах, и ещё один стоял рядом с ними полностью готовый к полету. Обняв родителей на прощание, Морган нетерпеливо запрыгнул на животное и дал ему команду взлетать. Как только его грифон набрал высоту, Освальт и Пэттон поравнялись с ним, готовые отразить любое гипотетическое нападение. К счастью, день сегодня выдался пасмурный и солнечный удар никому не грозил.
  Это был самый долгий полет в жизни Моргана, несмотря на то, что раньше ему приходилось преодолевать и значительно большие расстояния. Правда, никогда прежде он не испытывал подобную гамму эмоций: предвкушение, желание, опасение, неуверенность и охотничий азарт. Как же ему хотелось увидеть Хлою! Хлою Грейс Уайли.
  Морган тихо произнес вслух:
  - Хлоя Грейс Тэлбот, - будто пробуя на вкус. И ему чертовски понравилось, как это звучит.
  Но, хвала всему сущему, ожидание не длилось вечно, и подгоняемый Морганом грифон приземлился на специально отведенной для этого грунтовой площадке возле центрального магистрата долины "Трех дубов". Это не было простой вежливостью демона, пересекшего границу другого государства. Это единственное здание вынесенное за периметр купола и только здесь можно получить разрешение на то, что бы пройти портал. Если попробовать проникнуть внутрь без разрешения, нарушителя постигнет кара. И учитывая, что это "долина ведьм", смерть - далеко не самая страшная участь из всех возможных. Не раз и не два Кестекер облетали новости "Трех дубов", больше похожие на страшные сказки: у кого-то за язвительные комментарии кровь превратили в кислоту, у кого-то за попытку воровства - в золото, кто-то соврал и теперь, когда открывал рот, оттуда выпрыгивали лягушки... Моргану даже доводилось слышать про бедняг, которых превратили в дерево или камень.
  Молодые демоны из клана Тэлбот знали, куда летят и понимали, что должны вести себя ниже травы, тише воды. Так все и было.
  Приземлившись возле магистрата долины ведьм, Морган перво-наперво подумал, что попал не туда. Ему представлялось монументальное строение с колоннами, пилястрами, витражными окнами, арками и прочим. А на деле это был старенький двухэтажный домик, с большими трещинами вдоль стен и обвалившейся штукатуркой. Здание не то, что внушительно не выглядело, оно казалось способно развалиться, если на него кто-то ненароком облокотиться.
  Возле здания спал и звучно храпел, облокотившись о воткнутые в землю вилы какой-то крестьянин. Лица его не было видно за широкополой шляпой, плетенной из соломы.
  Первой мыслью Моргана было обойти тихонько спящего и пройти в здание. Но его все не покидала мысль, что что-то тут не так. Ну, не может этот разваливающийся домишко быть магистратом ведьм! Скорее всего, его уже давно перенесли в другое место, просто клан Тэлбот об этом по какой-то причине не знал. А этого беднягу оставили тут что бы объяснял куда следует идти.
  Рассудив так, Морган решил разбудить мужчину и обо всем расспросить. Он подошел к нему, следом за ним Освальт и Пэттон, готовые в любой момент отразить любую атаку. Причем последний заметно нервничал, хоть и прилагал усилия, чтобы этого не показать.
  - Эй, милейший, - потрепал спящего по плечу Морган, чтобы разбудить. - Мы ищем магистра-а-а-а!!!!
  Последнее "а-а-а!!!" вышло очень дружным у всех трех демонов. Морган успешно разбудил спящего крестьянина и тот, всхрапнув напоследок, стал ровно и потянулся. Тут демоны и увидели его лицо, затем дружно отпрянули и выдали дружное "а-а-а!!!". Причем, сам Морган даже не договорил. За свою реакцию ребятам было не стыдно. В конце концов, любой бы на их месте так отреагировал, если бы увидел человека со свиным рылом вместо лица.
  Пэттон даже сделал попытку грохнуться в обморок, но Освальт его удержал.
  - Чё за мать его... - эмоционально спросил Пэттон.
  - Не знаю, - коротко и немного угрюмо ответил Освальт.
  - Ну, чего вам? - человеческим голосом спросил крестьянин со свиным рылом и Морган каким-то чудом выдавил из себя:
  - Нам... магистрат...
  Человек-свин ткнул вилами в сторону разваливающегося домика:
  - Ну, вот же он.
  - Ну, мы тогда пойдем? - сдавленно спросил Пэттон, не узнавая собственного голоса.
  - Ну, идите, коли смелые, - хрюкнул человек-свин и громогласно рассмеялся своей шутке, периодически похрюкивая и повизгивая.
  Морган, наконец, пришел в себя настолько, что начал задавать вопросы по делу:
  - Что значит "коли смелые"?
  Человек-свин, все ещё похрюкивая весело сказал:
  - Зайти туда можно только имея разрешение от трех старейшин, управляющих долиной. Но вам их в жизни не получить.
  - Это ещё почему?
  - Потому, что они не дают разрешений всяким пришлым! - хрюкнул им в ответ крестьянин. - Так что катитесь вы отседава колбаской!
  Демоны снова дружно отпрянули, увидев, как у крестьянина руки медленно превращаются в свиные копыта. Освальт и Пэттон даже обнялись испуганно.
  - Да что ж за говно! - провизжал крестьянин. - И как мне теперь есть?
  Ответом ему был гром среди ясного неба, услышав который, демоны от неожиданности дружно присели.
  - Знаю, знаю! - фыркнул он на этот намек свыше. - Перестать вести себя как свинья!
  Демоны осторожно приняли нормальное положение, настороженно наблюдая за своим собеседником. Немного помолчав, он с досадой скинул с себя соломенную шляпу, под которой оказались розовые свиные уши, поросшие редко растущей, но толстой белой шерстью, и с досадой рыкнул:
  - Ладно! - и прочистив горло вежливым тоном сказал: - Чтобы получить разрешение на посещение магистрата, вам следует посетить троих старейшин управляющих долиной. Они живут особняком вне купола, поэтому проблем у вас возникнуть не должно. Вот карта, - из воздуха материализовался и упал неожидающему такого подвоха Моргану в руки свиток, перевязанный голубенькой ленточкой. - Она поочередно покажет вам путь ко всем троим старейшинам. Заранее предупреждаю, разрешение получить будет крайне непросто, и путешествие будет смертельно опасным. Старейшины те ещё зас... у старейшин крайне несдержанный нрав и они не любят при... эм... не любят тех, кто их беспокоит. Вас могут во что-нибудь превратить или попросту съесть. Счастливого пути!
  Человек-свин изобразил улыбку и бедный Пэттон снова чуть не грохнулся в обморок.
  - И да, - усмехнулся тот напоследок, обращаясь к Моргану. - Бесплатный дружеский совет: не бери этого типчика с собой.
  Он головой указал в сторону Пэттона.
  - Почему? - насторожился Морган.
  - Нервный он, очень нервный, - неодобрительно покачал головой человек-свин.
  Морган собрался было ответить, что доверяет Пэттону, как самому себе, но тут у свина копыта снова стали руками и демон решил, что хватит с него волшебства на один день:
  - Э...э...э... спасибо вам за совет. Нам уже пора. До свиданья, - быстро попрощался он, и вся троица дружно заторопилась туда, где оставила своих грифонов.
  По дороге к грифонам ребята не шли, а скорее бежали. Впечатлений хватило всем. Особенно бедняге Пэттону. Прибежав на место и отдышавшись, он первым заговорил:
  - Знаешь, Морган, ты с детства любил выпендриваться: дрался лучше всех, первым из нас научился ездить на грифонах и так дальше. Мы все понимали, что и суженую ты себе найдешь тоже... - демон сделал неопределенный жест рукой, подбирая слово.
  - Необычную? - попытался подсказать Освальт.
  - Чтобы выпендриться! - рявкнул Пэттон.
  Морган усмехнулся:
  - И как? У меня получилось?
  - Мы же её ещё пока даже не видели! - сделал нехарактерно-резонное замечание Освальт.
  - Какая разница! - раздраженно рявкнул Пэттон. - Его избранница ведьма! Она может ... - демон махнул рукой в сторону, где остался человек-свин, - делать с демонами вот такое! А чтобы попасть к ней, нужно сначала найти замок, вышибить дверь и завалить дракона! Или ещё какую-тварь! Нас попутно могут сожрать, заколдовать или ещё что-то с нами сделать!
  После столь пламенного выступления Пэттон заметно успокоился и, положив руку Освальту на плечо, закончил более спокойно:
  - А мог бы найти себе кого попроще, подарить ей цветов-конфет и без лишнего пафоса жениться, как делают все демоны! Вывод, - демон убрал руку и закончил: - Морган однозначно выпендривается!
  Для Освальта логическая цепочка выстроенная другом, оказалась слишком сложной, но суть он уловил. Морган лишь широко улыбнулся в ответ. Пэттон был бы не Пэттон, если бы был всем доволен. Но Морган без раздумий доверил бы ему защищать свою спину, случись какая заварушка.
  Освальт всегда был парнем простым, как табуретка. Его мир всегда был предельно простым и он всегда знал свое место в этом мире. Есть Хукс Тэлбот - глава клана. Он точно знает, что нужно делать. А Освальт - хороший исполнитель. Приказали - нужно в точности выполнять, а не обсуждать. Сейчас ситуация выглядела для него так: Морган главный в их группе, его приказы нужно выполнять. Его голову не посещали мысли насчет того выпендривается он или нет. И по правде его это не особо волновало. Хотя в чем-то Пэттон был прав. Мог бы найти себе кого попроще. Как, например, его Изи - пухленькая болтушка с отменным аппетитом. Её и искать особенно не пришлось - родители их познакомили. А тут лететь за три девять земель и не факт, что в итоге все срастется.
  Но приказ есть приказ, так что Освальт почесал репу и спросил уже по делу:
  - Ну, и что делать будем?
  - Сейчас посмотрим, - ответил Морган и развернул свиток.
  - Что там? - заинтересованно спросил Пэттон.
  Морган в ответ неопределенно пожал плечами. У него в руках был лишь пустой свиток, на котором не было никакой карты. Первое что пришло в голову - что все это лишь розыгрыш человека-свина. Но интуиция подсказывала, что все не так.
  Товарищи столпились вокруг свитка. Пэттон сделал умное лицо, будто раздумывая, Освальт принялся снова почесывать затылок, а Морган понял, что думать над странной загадочной картой ему придется одному.
  - Может её нужно потрясти? - неуверенно предположил Пэттон.
  - Скорее всего, её просто забыли нарисовать, - выдал Освальт.
  - Думаю, нужно вернуться к тому типчику и попросить, пусть на словах расскажет дорогу до первого из старейшин... а-а-а!!!
  На карте внезапно начал появляться рисунок и Морган от неожиданности выронил карту. Уже когда свиток лежал на земле, демоны склонились над ним, наблюдая, как карта сама себя рисует, и на ней медленно проступают горы и реки, а также красной линией обозначался маршрут.
  Первым по поводу фокуса, показанного картой, высказался Пэттон. Высказался витиевато, заковыристо. Высказался по поводу всего колдовства, существующего в мире, не обойдя своим вниманием родословную тех, кто его придумал. И даже умудрился при этом ни разу не повториться. Слушали его товарищи молча, не перебивая, стараясь запомнить хоть что-то, для собственного пользования. Когда поток его красноречия иссяк, Освальт выдал простую, а от того не менее умную мысль:
  
  - Судя по карте, лететь нужно за перевал. Это ещё полдня пути. Если вылетать сейчас, то только к ночи там будем. А если останемся тут, то будем ночевать под открытым небом. Что делать будем?
  
  Морган подавил в себе желание почесать репу, и после некоторого раздумья скомандовал:
  
  - Летим сейчас.
  
  Конечно, он мог сказать, что решил так только потому, что ночевать под открытым небом на незнакомой местности может быть опасно, но правда в том, что чем быстрее он получит разрешение, тем скорее увидит Хлою.
  
  Повинуясь желанию наездников, могучие крылья грифоновов сделали несколько взмахов и их лапы мягко оторвались от земли, унося свою, не такую уж и тяжелую ношу в небеса.
  
  В воздухе у Моргана появилось время подумать. Он уже любит Хлою. Эта любовь абсолютная, безоговорочная. В этой вселенной нет ничего, что молодой демон мог бы любить или желать сильнее, просто потому, что он демон.
  
  Но Хлоя-то нет!
  
  Что если то, что было в лесу - всего лишь мимолетная вспышка страсти, которой девушка поддалась только потому, что перед этим попала в смертельную опасность и хотела почувствовать себя живой? Ну, или просто из любопытства или врожденной страстности натуры? Что если бы Хейнтлин попробовал другой подход, попробовал соблазнить девушку, вместо того, чтобы насиловать? Ответила бы она и ему взаимностью?
  
  Морган даже не заметил, как у него потемнели глаза и начали удлиняться когти и клыки, пока они не впились в спину грифона и тот не вильнул, едва не сбросив седока. Шкура у них, конечно, прочная и легко может выдержать попадание стрел, но даже она бессильна перед когтями демона.
  
  Маневр грифона помог Моргану прийти в себя и, увидев, что слегка поранил животное под собой, демон понял, что увлекся, и, наклонившись, потрепал беднягу по боку, попросив:
  
  - Прости, дружище.
  
  Проклятые мысли все не хотели выветриваться из его головы. Хуже всего было то, что Морган здесь, а Хлоя где-то там. У её вида нет одной пары на всю жизнь. Она не влюблена по уши, не давала ему никаких клятв. По большому счету у него не то, что гарантий её верности нет, у него даже права надеяться особенного нет!
  
  Решение пришло мгновенно.
  
  Использование папиного эликсира - большой риск. Но Моргану придется на него пойти, чтобы ещё раз увидеть Хлою. Демон должен влюбить её в себя любым способом! Без неё ему не жить.
  
  А пока... пока в таких раздумьях пролетели добрых несколько часов. Как только не изводил себя мыслями о конкурентах Морган! Сколько фантазий с участием Хлои посетило его голову! В итоге, на подлете к цели довольно длительного путешествия, молодой демон был слегка на взводе. Ему казалось, что если этот сраный старейшина добровольно не отдаст ему разрешение, то Морган выпотрошит его, как куропатку! Ему так казалось... Ровно до того момента, как перед ними возникла грозовая туча, почему-то угнездившаяся на земле. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что в этом замешана магия. Да и все это место очень даже подходит старейшине долины "Трех дубов".
  
  Морган дал знак товарищам и грифоны мягко приземлились. Усталое солнце уже начало свой путь к горизонту, но до наступления сумерек было ещё далеко. Спешившись, ребята потянулись, размяли затекшие с долгой дороги мышцы, и подошли к границе тучи. Почему-то казалось, что раз сверкают молнии, значит, должно громыхать, но вокруг стояла поразительная тишина. Ну, если не считать звуки, издаваемые живыми существами вокруг.
  
  Освальт почесал репу и спросил:
  
  - Что это?
  
  Пэттон неопределенно пожал печами, а Морган ответил:
  
  - Думаю, мы нашли, что искали.
  
  - И что там? За ... этим? - попытался с жадностью припасть к потенциальному источнику знаний Пэттон, но был жестоко обманут в своих чаяньях Морганом:
  
  - Понятия не имею.
  
  Мужчины ещё немного постояли, рассматривая тучу и прикидывая, чем она может быть. Но так и не пришли к единому мнению. Главным образом потому, что ни у кого не было соображений на этот счет.
  
  В итоге Морган взял ответственность на себя и, задержав дыхание, храбро шагнул внутрь. Ему казалось, что он готов ко всему. Но к такому жизнь его не готовила. Демон словно попал в другой мир: снаружи теплый летний день медленно превращался в ранний вечер, а внутри уже царила поздняя ночь, ярко освещаемая полной луной. Как будто одного этого было мало, снаружи был большой луг возле маленькой речушки, протекающей по самому обычному лесу с кроликами, волками и комарами, а внутри лесная чаща из мертвых деревьев без листьев и низкорослых кустарников, с листвой черного цвета. Даже кое-где пробивающаяся трава и та была черной! Ну, по крайней мере, этот цвет казался черным в лунном цвете. Прямо от того места где стоял Морган, начиналась мощенная большими булыжниками дорога, которая вилась как серпантин, и терялась где-то в темноте чащи. Впрочем, демон был более чем уверен, что дорога, в конечном счете, приведет к тому огромному черному замку, стоящему на высокой горе за чащей. Путь к нему выглядел не близким и не безопасным.
  
  В последний раз окинув взглядом безрадостный и мрачноватый пейзажик, чем-то напоминающий тот лес, в котором он спасал Хлою от полудемона, Морган повернулся и вышел из тучи тем же путем, что и вошел. Стоило ему переступить невидимую стену, как в его грудь уперлись два одинаково острых меча. Одинаково острых, потому, что тупое оружие не держат на вооружении в клане Тэлбот. Освальт и Пэттон быстро убрали мечи, одновременно с этим набросившись на Моргана с вопросами:
  
  - Ну, чё? Чё там?
  
  - На тебя напали?
  
  Морган дождался, пока товарищи умолкнут, и беспечно пожал плечами:
  
  - Да там просто лес.
  
  Демоны разочарованно вздохнули и снова насыпались с вопросами:
  
  - И что, никаких чудищ? - с надеждой в голосе спросил Освальт.
  
  - Нет, - покачал головой Морган.
  
  Судя по разочарованному вздоху, демона расстроил такой ответ.
  
  - И никаких магических ловушек? - спросил Пэттон. Молодой демон не боялся идти в бой против превосходящего числом противника или с голыми руками на брюта - зверя, по свирепости превосходящего потревоженного в спячке медведя или голодного волка, у которого пытаются забрать добычу, а по размерам напоминающего средних размеров холм на двух лапах. Но Пэттон боялся того, чего не понимал, поэтому у него всегда были проблемы с магией.
  
  - Я ничего такого не заметил, - попытался успокоить его Морган.
  
  Пэттона такой ответ не устроил, но демон вспомнил, что он все-таки воин и что ему по должности не положено бояться или устраивать истерики, и взял себя в руки. Напустив на себя мужественный и мрачный вид, Пэттон кивнул с таким видом, как будто его в этой жизни ничего не волнует.
  
  Моргану стоило огромных усилий сдержаться и не закатить глаза. Ну, чего он там боится? Что такого страшного могло там случиться? Ну, даже если бы они встретили какое-нибудь чудовище - порождение магии, то неужели не смогли бы его одолеть? В конце концов, демоны они или где?
  
  Правда, все свои соображения на этот счет Морган оставил при себе. Вместо этого демон провозгласил:
  
  - Вперед, навстречу приключениям! - и бодренько прошел сквозь дымчатую стену. Освальт и Пэттон скептически переглянулись и нехотя пошли следом за ним. Один сомневался в том, что его там ждут приключения, достойные того, чтобы рассказать о них друзьям в трактире за кружкой эля. Освальт верил, что их ждут заурядная прогулка лесом. Пэттон наоборот, сомневался, что их прогулка лесом будет такой же веселой и заурядной, как пытался подать её Морган.
  
  Разочарование постигло каждого из них поочереди.
  
  А Морган шел и думал, что вот зачем отец заставил его взять с собой эту парочку? Без них было бы и быстрее и проще. Они своей болтовней и своими страхами только тормозят его!
  
  Пройдет не так много времени, и Морган поймет, как был неправ. Ох, как же неправ был он!
  
  А пока молодой демон первым шагнул за стену, подавая братьям по клану пример. Следом вошел Освальт, перекинув меч через плечо. Последним, зажмурившись и сжав руки в кулаки, вошел Пэттон. Несколько секунд демон постоял с закрытыми глазами, затем по одному открыл их. Все и правда, оказалось так, как говорил Морган: вокруг, насколько было видно, простирался лес. Если не считать того, что уже настала ночь, и все вокруг казалось очень мрачным и пугающим, то это и правда был себе просто лес. Пэттон облегченно вздохнул и, сделав серьезное лицо, подошел к друзьям, вглядывающимся вдаль.
  
  - Что дальше? - спросил он.
  
  Морган показал ему пальцем на замок:
  
  - Думаю, нам нужно попасть туда.
  
  Приободренный отсутствием проклятий и магических чудовищ Пэттон, заметно осмелел и спросил:
  
  - Так в чем проблема? Дорогу осилит идущий!
  
  - Столько энтузиазма, как будто мы ищем путь к твоей возлюбленной, - беззлобно огрызнулся Морган и первым пошел по дороге. Он то понимал, что если они никого не встретили сейчас, то это ещё не значит, что они ни кого и ничего не встретят потом.
  
  - Морган, я слишком хорош, чтобы достаться кому-то одному, - парировал Пэттон, бодро шагая позади и рассматривая деревья. А что делать, раз дальше разговор не клеился? С Освальтом трудно говорить о чем-либо кроме способов боя или способов накачать мышцы. Ни то, ни другое Пэттона особо не интересовало. А Морган опять погряз в мечтах о своейХлое. Поэтому, переставляя ноги по мощенной камнем дороге, демон рассматривал то место, в котором они оказались.
  
  Вокруг не происходило ровным счетом ничего.
  
  Одни мертвые деревья сменялись другими, над их головами то ухали, то каркали совы или вороны. Их не было видно, только слышно. Ни один ветерок не тронул ни одну веточку или травинку. Ни одна лесная зверушка не обнаружила себя какой-нибудь веточкой, треснувшей под ногами, или просто выбежав на дорогу. Пэттону даже ни одно насекомое не попалось. Чему, если так подумать, он был несказанно рад. Жуками он уже наелся, пока летел сюда, а комары и оводы успели достать беднягу ещё, пока он ждал возвращения Моргана. Этим кровососущим заразам все равно демон ты или корова!
  
  В размышлениях о том, кто должен быть для комаров вкуснее - демон или корова - Пэттон даже не заметил, как окружающая их действительность начала меняться: деревья отступили дальше от дороги, вместо кустарников вдоль дороги были пугала с тыквами вместо голов. Одно такое вырвало демона из размышлений, угрожающе нависнув над ним. И, казалось бы, что такого? Ну, пугало, на которое накинут старый мешок вместо одежды, который странным образом развивался, хотя ветра по-прежнему не было. Ну, была у него тыква вместо головы. Ну, вырезана в этой тыкве ухмыляющаяся рожа с глазами и внушительными зубами. Чего тут бояться? Это все равно простое пугало! Его придумали, чтобы пугать ворон. А напугало оно именно Пэттона!
  
  Пока демон шел, ему казалось, что каждое пугало поворачивается и смотрит на него. Беднягу начало потряхивать и бросать в пот. Его нервы были напряжены, как канаты. Поэтому, когда рядом прозвучал спокойный голос Моргана, сообщающий:
  
  - Развилка, - бедняга Пэттон испуганно подпрыгнул на месте и едва не выхватил меч. Но ему удалось собраться с духом и спросить, как можно спокойнее:
  
  - И куда дальше?
  
  Тут случилось нечто странное: пугала начали раскачиваться, как бы указывая вправо. Судя по тому, как оживленно спорили между собой Морган и Освальт, кроме Пэттона этого никто не заметил. А пугала продолжали раскачиваться и указывать вправо. Поэтому демон сиплым голосом сказал:
  
  - Мне кажется, пугала показывают нам дорогу...
  
  Его товарищи переглянулись и Морган, как можно мягче, чтобы не обидеть Пэттона, сказал:
  
  - Тебе просто показалось.
  
  - Но они все показывают вправо! - чувствуя себя полным идиотом, возразил демон.
  
  Морган вздохнул и постарался привести разумные доводы, способные успокоить друга:
  
  - Пэттон, это всего лишь ветер. А у тебя разыгралась фантазия...
  
  - Да вправо вам нужно идти! - раздался у них над головами глухой и сиплый голос, и демоны от неожиданности слегка присели и повыхватывали мечи, готовы отражать любую атаку.
  
  - Вот как работать в таких условиях? - посетовал все тот же голос и в этот раз демоны с удивлением поняли, что говорит пугало!
  
  - И не говори! - покачало тыквой-головой стоящее рядом с ним другое пугало.
  
  - Откуда только такие дебилы к нам сюда припераются? - задало риторический вопрос пугало в порванном мешке.
  
  - Может, где-то есть ферма по их разведению? - гнусаво рассмеялось другое.
  
  - Мы не дебилы! - обиделся за всех Освальт.
  
  - Тогда почему до сих пор тут сидите? - спросил все тот же гнусавый голос. - Вам уже прямым текстом сказали: к колдунье Гризельде - вправо!
  
  - Да мы просто передохнули с дороги и уже идем! - огрызнулся Освальт и, кивнув друзьям, первым пошел в нужном направлении.
  
  Морган пришел в себя и окрикнул друга:
  
  - Стой! - и обратился уже к пугалам: - С какого перепугу мы должны тебе верить? Вдруг ты заманиваешь нас в западню?
  
  - Да не верь себе, - фыркнуло обиженное пугало и демонстративно начало игнорировать существование демонов, общаясь с друзьями. Мал по малу, поднялся такой гул, что даже слов разобрать было нельзя, не то, что вопросы задавать.
  
  Немного подумав и посомневавшись, Морган решил, что все-таки не стоит доверять созданию, у которого тыквенная голова и зубастая улыбка, словно пришедшая в этот мир из чьего-то кошмара. Спрашивать совета у Пэттона сейчас бесполезно - демона трясет, как осиновый лист в бурю. У Освальта тем более бесполезно. Этот боец, куда пошлет начальство - туда и пойдет.
  
  Поэтому, после мозгового штурма, продлившегося добрую минуту, Морган принял самостоятельное решение:
  
  - Идем в эту сторону, - и указал вправо. Товарищи без разговоров последовали в указанном направлении. Первым почти побежал Пэттон. За ним последовал Освальт, закинув свой меч на плечо. Морган шел последним и задавался вопросом: так ли ему нужны товарищи в этом путешествии?
  
  Первое время демоны шли молча и вокруг ничего не происходило. Пэттон успел успокоиться, Освальт заскучать, Морган снова думал о Хлое. Даже пейзаж вокруг был однообразным и унылым: одинаковые деревья, одинаковые растения, никаких звуков вокруг и даже никаких запахов. Ничего не предвещало беды, поэтому демоны успели расслабиться. Чем дальше, тем больше их путешествие напоминало прогулку по лесу.
  
  Освальт первым заметил не ладное. Оглянувшись, демон увидел, что все в лесу сначала желтеет, затем высыхает и превращается в пыль. Он остановился, стараясь рассмотреть получше что там происходит, и подергал Пэттона за рукав, спрашивая:
  
  - Что это?
  
  Демон пожал плечами и тоже уставился на удивительное явление, как зачарованный. За этим и правда было интересно наблюдать: неизвестная сила, словно выжигала черный цвет из деревьев и травы, окрашивая все сначала разные оттенки желтого и оранжевого, затем в коричневый цвет, такой, который приобретают опавшие и высохшие листья, а после этого все выцветало и медленно рассыпалось в пыль.
  
  Морган ещё какое-то время шел вперед, не замечая, что товарищи отстали. Его насторожила абсолютная тишина: неслышно было ни потрескивания веток рядом, ни сопения, ни других признаков жизни.
  
  Демон остановился и оглянулся. Товарищей рядом не было.
  
  - Освальт? Пэттон? - позвал он. Ответом ему была тишина.
  
  - Освальт? - громче позвал Морган. - Пэттон?
  
  Снова не дождавшись ответа, демон выхватил меч и побежал назад по своим следам. Его товарищи, которые по замыслу мудрого главы клана Тэлбот должны были охранять Моргана, нашлись буквально за первым же поворотом. Они стояли и смотрели на что-то перед собой.
  
  - Вот вы где! - облегченно вздохнул Морган и, пряча меч в ножны, подошел к ним. - Как вы меня напугали. Почему не отзывались?
  
  Демоны ничего не ответили. Эта сладкая парочка продолжала стоять и с умиленными лицами пялиться в одну точку.
  
  - На что вы смотрите?
  
  Морган проследил за их взглядом и только сейчас увидел, что происходит с миром позади них. Он не видел в этом ничего красивого. Даже более того! Увиденное повергло беднягу в ужас. Мир позади умирал и исчезал! Его как будто просто стирали из этой реальности.
  
  - Вот краух! - выругался Морган и скомандовал: - Уходим!
  
  И даже сделал несколько шагов, прежде чем понял, что никто из его товарищей не шелохнулся.
  
  - Я сказал, уходим! - раздраженно рыкнул Морган. Нашли время любоваться! Это конец света!
  
  Демоны по-прежнему не шевелились.
  
  - Освальт? - Морган подошел к другу и помахал у него перед лицом рукой. Тот даже не моргнул.
  
  - Пэттон? - он попытался подергать второго товарища за плечо. Никакой реакции.
  
  Морган не на шутку разволновался. Что-то уничтожало мир за ними и это что-то неумолимо надвигалось. А два демона, которые должны были его охранять и защищать от такого рода опасностей, стояли как зачарованные... Хотя, почему как? Они и были зачарованы. Той силой неизвестной силой.
  
  - Что же делать? Что же делать? Что делать? - спрашивал сам себя Морган, пока его мозг лихорадочно искал выход из сложившегося положения. В итоге, так ничего путного и, не придумав, он попросту свалил Освальта, чья поза не поменялась, и быстро потащил его по земле подальше от этого места, куда медленно подбиралась не иначе. Как сама смерть. Морган понял, что действие чар закончилось, когда Освальт начал потихоньку отмирать.
  
  - Что... что такое? - дезориентировано глядя вокруг себя спросил демон, но сейчас было не до удовлетворения его любопытства. Пэттон все ещё был в большой опасности. Морган бросился к нему со всех ног, несколько раз споткнувшись по дороге. Он готов был поклясться, что всех этих коряг и корней до этого не было на дороге и в помине. Да и откуда им взяться на мощеной камнем дороге? Из этого всего следовало, что лес пытается помочь незваным гостям поскорее отправиться в мир иной.
  
  Когда Морган прибежал туда, где оставил Пэттона, неизвестная сила, уничтожающая лес, уже почти подобралась к нему вплотную. До зачарованного демона оставалось расстояние не больше ладони. Времени на размышления не было. Морган схватил друга за волосы и потащил по дороге. Конечно, можно было оттащить его немного и взять под руки. Но Морган так боялся, что не успеет и из-за него умрет товарищ, что даже не подумал об этом. Единственной мыслью в голове было: "Бежать!".
  
  Поэтому о том, что действие чар закончилось, в этот раз он узнал, когда полный боли и ярости рев демона огласил округу. В царящей вокруг тишине это рычание казалось ещё сильнее.
  
  Пэттон вскочил на ноги, хватаясь за голову:
  
  - Ты что, скальп с меня снять решил! - прорычал он, не давая другу даже шанса оправдаться. - Я убью тебя...
  
  Его прервал новый рев, намного мощнее, чем тот, который издал демон. В следующее мгновение они услышали оглушительный треск и грохот от ломающихся и падающих деревьев.
  
  - ... потом, - сглотнув, неуверенно закончил Пэттон. - Я тебя потом убью.
  
  - Давайте, что ли, драпать? - почесав репу, предложил Освальт.
  
  Предложение было молчаливо одобрено. И трое демонов молча, но очень слажено принялись стратегически уносить свои ноги подальше от надвигающегося источника шума.
  
  К сожалению, источник шума был больше и быстрее. Поэтому очень скоро демоны имели сомнительное удовольствие встретиться с ним лицом к морде, так сказать. Огромной, злой морде, с мощной широкой челюстью, из которой висели несколько длинных розовых языков. Языки то и дело пытались ухватить демонов то за талию, то за ногу. А лапы чудовища заканчивались внушительным набором когтей, размером с хороший меч. А судя по тому, с какой легкостью преследователь срезал и отбрасывал те деревья, которые не получалось просто сломать и перепрыгнуть, остротой они намного превышали любое холодное оружие. Передвигалось это нечто, преследующее демонов с такой скоростью, что даже несмотря на препятствия в виде деревьев, которые были у монстра на пути, расстояние между ними постоянно сокращалось.
  
  - Нужно... - задыхаясь, прокричал Пэттон. - Остановиться... и... дать бой!
  
  - Беги придурок! - подтолкнул товарища в спину Морган.
  
  Когда противник раза в три больше тебя, и бежит по лесу, в котором много старых толстых деревьев, с такой же скоростью, с какой собака по лугу, тут не до геройства. Они уже чувствовали смрадное дыхание и клацанье зубов за своими спинами, когда перед ними появилась спасительная река. О том, что река окажется спасительной, демоны правда не знали. Да и спасительной её можно назвать весьма условно.
  
  Подбегая к реке, чудовище позади ребят вдруг начало резко тормозить. Подумать к чему бы это ребята не успевали, и с разгону вбежали в воду. Почти сразу же из воды вынырнуло другое исполинское чудище. У него была вытянутая и плоская морда с челюстью усеянной острыми зубами. Каждый зуб был размером с хорошего, высокого мужчину. Что там было помимо этой морды никто из демонов не рассмотрел. Не до того было. Есть такая народная мудрость: когда за тобой бежит пасть, усеянная зубами с твой рост, ты должен бежать ещё быстрее, чтобы не стать её завтраком/обедом/ужином. Может это и не мудрость никакая, и, скорее всего, далеко не народная. Но демоны не совещаясь, и не сговариваясь ранее, единодушно принимали её как руководство к действию. С удивительной скоростью, мужчины попытались выбежать назад на берег. Чудовище с плоской мордой оказалось шустрее. Раскидав демонов, как ряску на болте, оно оказалось на берегу и цапнуло второе порождение здешнего мира за ногу. Монстр-преследователь явно не хотел связываться с ним, так как уступал и размерами и набором зубов. Но после того как получил ранение в ногу и соответственно лишился возможности бежать и спасать свою шкуру, пришлось. Закипела жуткая битва двух гигантов. Исход которой, впрочем, был предрешен. Но монстр из леса не сдавался без боя и пытался продать свою жизнь подороже, нанеся речному монстру как можно больше ран.
  
  Демоны честное слово пытались воспользоваться случаем и сбежать. Но в пылу драки речной монстр постоянно прыгал с места на место и молотил хвостом. Их то и дело раскидывало в стороны и отбрасывало назад в воду.
  
  В конце концов, у Моргана получилось кое-как подплыть к Пэттону и оттащить беднягу в сторону о побоища. Освальт к тому моменту и сам смог отплыть в сторону. Но проблема была в том, что отплыл он не в ту сторону, в которую отплыли его товарищи. И теперь между ними было два дерущихся монстра.
  
  - Нельзя ждать, пока эти твари покончат друг с другом и возьмутся за нас, - прокричал Пэттон.
  
  Морган подавил в себе желание ухмыльнуться. Ещё минут десять назад этот демон рвался дать бой чудовищу. Вместо этого он серьезно ответил:
  
  - Согласен. Нужно их обойти и вернуться к тропе.
  
  Докричаться до Освальта было нереально. Поэтому, Морган просто показал ему знаками, что нужно делать. Тот кивнул в ответ, что все понял и первым пошел в лесную чащу, закинув свой меч на плечо.
  
  ******
  
  Морган и Пэттон сильно удивились бы, узнай, что в то время как они передвигались по лесу максимально осторожно, шарахаясь каждой случайно треснувшей ветки и каждого шелеста, Освальт какое-то время ломился через кусты также тихо и элегантно, как грифон в посудной лавке. Несколько раз демона что-то усердно пыталось цапнуть за ногу. Но он быстро пресек это желание, попросту схватившись за эти отростки и подтянув к себе тварь, похожую на большого осьминога. Неведома зверушка сначала обалдела от такого, мягко говоря, непочтительного отношения и от того, что её не бояться. Затем вспомнила, что ей вообще-то больно, да и она в этом лесу хозяйка, и решила попробовать поставить названного гостя на место.
  
  Но у Освальта после вынужденного купания с одной стороны было ужасное настроение, а с другой стороны - желание отыграться. Поэтому рявкнув:
  
  - Слышь, чудище, ты чё, список потеряло, кого бояться нужно? - демон поймал несколько щупалец, намотал их на руку, перехватил поудобнее, как веревку, и, ревя от натуги, поднял монстра в воздух и с размаху треснул им по ближайшему дереву с такой силой, что толстый ствол дать трещину и дерево накренилось.
  
  Чудовище обмякло и неаккуратной кучкой улеглось под деревом. Освальт решил, что убил его и с удовлетворением пошел дальше. На самом деле, он его просто оглушил.
  
  Придя в себя порождение магии, которое могло быть дальним родственником какого-нибудь осьминога, мирно плавающего себе в океане, сильно разозлилось. Но обидчик к тому времени уже ушел по своим делам. К счастью, монстр унюхал неподалеку других чужаков и со всей возможной скоростью понесся в ту сторону.
  
  ******
  
  Морган и Пэттон ну никак не хотели встречаться с другими представителями местной фауны. Поэтому передвигались тихо и осторожно, стараясь, на всякий случай, лишний раз не тревожить даже флору.
  
  И все же Пэттон умудрился споткнуться об какую-то корягу, выругаться (чисто рефлекторно), и следующим же шагом наступить на ветку, которая треснула так, что их, наверное, и в родномКестекере услышали.
  
  На несколько мгновений демоны замерли, ожидая нападения. Когда его не последовало, демоны облегченно вздохнули. И тут раздался рев и шум движения. Пэттон и Морган обреченно переглянулись. Источник шума был явно не маленьким и целенаправленно двигался в их сторону. Бежать особенно было некуда, так что демоны, не сговариваясь, одновременно достали оружие.
  
  Они ожидали увидеть очередное клыкастое чудовище. Вместо этого они увидели картину, которая даже самому отъявленному сказочнику под галлюциногенными грибами в голову не пришла бы: к ним, на огромной скорости, цепляясь присосками за деревья и таким образом буквально перекидывая себя вперед, несся... огромный осьминог? Правда, у демонов вид нового противника вызвал немного другие ассоциации.
  
  - Это...? - не решился озвучить вслух то, что видели его глаза Морган.
  
  - Был бы тут Освальт, он бы сказал, что это похоже на содержимое ночной вазы с кучей отростков, - нашел выход из положения Пэттон. - Но, так как его тут нет, то и сказать это некому.
  
  Морган хмыкнул и опустил меч:
  
  - Я свое оружие об это марать не стану.
  
  Пэттон опустил свой клинок, не говоря ни слова.
  
  - И что с ним делать будем? - спросил Морган через мгновение, видя, что противник совсем рядом.
  
  Чудовище как раз нависло над ними. У него не было осмысленных мыслей, но были инстинкты хищника, велящие нападать на то, что меньше тебя и выглядит как добыча. Демоны однозначно уступали порождению здешней магии в размерах. У них не было агрессивной раскраски, предупреждающей о том, что они ядовиты. Да и стояла эта парочка не двигаясь с места, как очередная жертва, испугавшаяся появления хищника. Чего чудовище не ожидало, так это того, что очередная потенциальная добыча окажется хищником пострашнее него самого.
  
  - Думаю, - усмехнулся Пэттон, - был бы тут Освальт, он бы сделал так...
  
  Схватив несколько отростков недоосьминога, демон размахнулся и, что было сил, ударил им по ближайшему вековому дереву. Морган был солидарен с товарищем в том, что Освальт, скорее всего, действительно поступил бы именно так. Но его не покидало ощущение, что монстр, когда Пэттон схватил его за отростки, понял, что его дальше ждет и попытался дать деру. Но немного подумав, демон решил, что "показалось", и последовал за товарищем.
  
  Вскоре лесная чаща немного поредела, а ещё через некоторое время показалась знакомая мощенная камнем дорога.
  
  То ли в этом лесу закончились хищники, то ли остальные были слегка умнее и решили не связываться с демонами, но дальнейший путь оказался без приключений. Если не считать за приключение то, что минут через десять они встретил на этой же дороге Освальта.
  
  - Что вы так долго? - спросил он.
  
  Его товарищи переглянулись и дружно, молчаливо решили не упоминать эпизод с осьминогом. Поэтому в ответ на вопрос Освальта дружно пожали плечами.
  
  - Ладно, двинули, - опять выдал нехарактерно умную мысль демон и, закинув меч на плечо, первым пошел вперед. Если бы его спросили, он бы рассказал про встречу с осьминогом. Но его не спросили, а он не любитель поболтать не по делу.
  
  ******
  
  Ступая за дымчатую завесу, отделяющую этот мир от другого, Морган считал, что готов ко всему. Но говорящие пугала, нечто, стирающее все вокруг и монстры, один другого краше, убедили его в том, что с "готов ко всему" он явно слегка погорячился. Сейчас, когда демон шел по дороге в сопровождении товарищей, и у каждого меч был наголо, ему, как никогда было ясно, что к сюрпризам, приготовленным для них творцом этого мира, никто из них с товарищами совершенно не готов. И все же его не посещала мысль о том, чтобы повернуть назад. Морган Тэлбот смотрел только вперед, видел только будущее. И у этого будущего были зеленые глаза и рыжие волосы.
  
  Судя по нервозности, с которой продвигался вперед Пэттон и по тому, что он дергался каждый раз, когда слышал какой-нибудь треск в лесу, беднягу одолевали похожие переживания и страхи. Его вообще досталось за время пребывания в этом месте. И демон даже не скрывал, что был бы рад оказаться где-нибудь, лишь бы не здесь.
  
  Один только Освальт шел вперед подобно фрегату, рассекающему морскую гладь. Демон шел вперед с такой уверенностью, с какой солнце встает по утрам и садиться по вечерам. Он видел перед собою цель и пока никто не приказал отступиться, двигался прямо к ней, закинув меч на плечо и если нужно - пуская оружие в дело.
  
  Вот так размышляя, каждый о своем, демоны вышли на опушку леса и увидели замок. Теперь вблизи демоны могли рассмотреть кое-какие детали: круглые башни, обилие шпилей, вход в виде полукруглой арки. Но большинство деталей по-прежнему тонули во тьме. Поэтому трудно было определить возраст этого дивного замка, реальные размеры или даже просто то, обитаем ли он вообще.
  
  Морган вырос в доме главы клана Тэлбот - Варбортон. Тоже нехилый такой дворец! Но сколько себя помнил демон, его родной дом никогда полностью не засыпал: слуги занимались приготовлениями на завтрашний день, стража несла свою службу, кухарки и пекари готовили еду. Поэтому Моргана как минимум настораживало то, что в мрачном строении не горел ни один огонек. С другой стороны, ничего удивительного в том, что Варбортон никогда не засыпал. Им владели демоны, которые засыпают то раз в месяц, если это можно назвать сном. Возможно, у ведьм все немного по-другому?
  
  К хорошим обстоятельствам можно было отнести то, что видимых препятствий на пути не было. До замка оставалось около тысячи шагов по ровной местности, можно сказать - пустынной. Серьезно! Там даже трава не росла! И идти приходилось по порядком уже надоевшей мощенной камнем дороге.
  
  Пэттон, оглядевшись вокруг и не заметив опасности, заметно приободрился. Освальт остался совершенно равнодушным.
  
  - Пошли, - скомандовал Морган, и вся честная компания снова двинулась вперед к цели. Пэттон шел и думал о грифонах. Ведь можно же было полететь на них, а не плестись тут... Освальт думал о пропущенных тренировках и как нужно будет распределить дополнительную нагрузку, чтобы наверстать упущенное. Морган думал о том, какие они молодцы, что не взяли с собой грифонов в такое опасное путешествие, ведь если бы их сожрали, то домой демонам пришлось бы возвращаться годами! И то не факт, что вернулись бы!
  
  А ещё он думал про Хлою. Как она там?
  
  Глава 3
  Если бы кто-то там свыше дал демону возможность узнать, чем в данный момент занята его зазноба, Морган бы сильно удивился. Хлоя Грейс Уайли, на несказанную радость родителям, принимала у себя двух гостей и была с ними необыкновенно мила. Мать так и вовсе украдкой смахивала слезы, глядя на то, как дочь мило оделась, кокетничала и смеялась, даже над несмешными шутками ухажеров.
  
  - Наконец-то, она вняла наставлениям матери! - растроганно сказала она мужу.
  
  - Как я рад, что наша Хлоя взялась за ум, - в его голосе звучало нескрываемое облегчение.
  
  - Она надела то розовое платьице, что я ей подарила, - с гордостью просветила мужа Розанна Уайли.
  
  - Она же его вроде порезала? - недоуменно сдвинул брови Бронвик Уайли.
  
  - Оно срочно понадобилось ей для обеда, и я его утром восстановила, - пояснила его супруга.
  
  В только сейчас у Бронвика появились сомнения:
  
  - Милая, я очень люблю нашу младшую дочь, - начал он издалека. Начинать издалека - это искусство, которому учишься, когда живешь с эмоционально нестабильной ведьмой. Так как почти все ведьмы эмоционально нестабильны, то ты или учишься этому искусству, или не живешь с ведьмой. Ну, если, конечно, твоя жена не некромант. Но это уже частности. Сейчас достопочтенного Бронвика заботило другое: - Но не кажется ли тебе, что что-то тут не так?
  
  - Что ты имеешь в виду? - оторвав взгляд от дочери, развлекающей гостей, Розанна перевела взгляд зеленых глаз на мужа.
  
  - Не кажется ли тебе подозрительным то, что она как-то слишком внезапно начала со всеми любезничать? - Бронвик сделал шаг вперед, пристально всматриваясь вперед и делясь своими сомнениями с женой: - Ещё вчера, ложась спать, Хлоя готова была стоять насмерть, а тут вдруг сама, без вдохновляющего пендаля, пригласила потенциальных мужей на обед?
  
  - И платье розовое надела, - поддакнула ему жена.
  
  - И мила со всеми, - неясные подозрения Бронвика начали оформляться в догадку.
  
  - Она ни с кем не мила, даже с нами, - с тем же подозрением в голосе развила его мысль жена. - А тут даже ни разу никого засранцем не назвала.
  
  - Никому в нос не заехала, - продолжил делиться странностями муж.
  
  - Ведет себя, как нормальная леди, - уже всерьез разволновалась мать.
  
  - Кокетничает! - обвинительно поднял палец вверх Бронвик.
  
  - Милый, - обреченно сказала Розанна. - Или наша с тобой дочь под наркотиками...
  
  -... или она что-то задумала, - закончил за неё муж.
  
  - Честное слово, лучше бы это были наркотики! - обреченно простонала Розанна.
  
  Хотя родителям и казалось, что они готовы ко всему, что может выкинуть их младшенькое и, несмотря ни на что, горячо любимое чадо, в этот раз дочери удалось удивить их. Неприятно удивить. И если бы они в тот момент знали, кто надоумил Хлою на такое, то Морган не дошел бы до дома Гризельды. Но, так как чета Уайли оставалась в блаженном неведенье и была слишком занята, стараясь разгрести бардак, устроенный их дочерью, шансы на выживание младшего из сыновей четы Тэлбот, значительно возросли.
  
  Хлоя никогда не отличалась терпением или пониманием. Повадки и нравы ведьмы проявлялись в ней очень ярко, несмотря на довольно слабый дар, унаследованный от бабушки. Но это не мешало рыжеволосому дьяволенку гнобить и угнетать даже тех, кто в перспективе обещал стать довольно сильными ведьмами или чародеями.
  
  Как и большинство ведьм посильнее, Хлоя тоже была страшно эгоистичной. Если девушке чего-то хотелось - это должно было принадлежать только ей. Тому, кто хотел это что-то забрать, предстояло применить силу. И как ни странно, даже собственные брат и сестры не всегда решались на такие меры. Только родители могли вправить ей мозги. Но для того, чтобы это сделать, родители должны были быть уверенными в том, что виновата именно Хлоя. Девочка быстро это смекнула, и научилась заметать следы преступления. Все знали, кто виноват, но доказательств не было ни у кого. Идеальная схема!
  
  Но больше всего, Хлоя Грейс Уайли не любила тех, кто пытался ЗАСТАВИТЬ её делать что-то против воли. Раньше это были заезжие гувернантки, считающие, что могут заставить девочку есть овсянку или ложиться спать в девять. Сегодня в эту категорию попали те, кто считал, что может заставить Хлою выйти за него замуж, не спрашивая её мнения.
  
  До Моргана, демона, который сильно разозлил Хлою, девушка добраться не могла. Зато под руками было два демона, до которых её рученьки могли добраться без проблем. Ну, хорошо, один полноценный демон и один полудемон. Но это уже детали, на которые Хлое было решительно наплевать.
  
  Девушка решила, что месть - это не заначка на черный день, так что нечего её откладывать. И тут же пригласила Дайчена и Хейнтлина к себе на послеобеденный чай.
  
  Чтобы все получилось, Хлое необходимо было произвести хорошее впечатление на демонов. Что для этого нужно? Первое - выглядеть хорошо. И это было самое легкое. Перво-наперво, девушка нашла самое отвратное плате из подаренных матерью и попросила его починить (как и все остальные "розовые подарочки", она его сразу после обнаружения порезала на мелкие кусочки). Затем Хлоя пошла к старшей сестре Калисте и попросила сделать себе красивую прическу. Лучше неё с этой задачей никто не справиться, ведь у этой красавицы волосы похожи на жидкое золото и не подрезались от рождения. И Калиста с блеском оправдала оказанное ей доверие. Завершающим штрихом стал поход к Селесте. Вторая старшая сестра была большой специалисткой по части пудрения мужчинам мозгов. Только она могла помочь Хлое, о чем девушка и сообщила, войдя к Селесте в комнату:
  
  - Ты должна мне помочь!
  
  - И тебе привет, - улыбнулась Сел в ответ. Она как раз писала ответ на приглашение какого-то влиятельного поклонника, вежливо отказываясь посетить с ним театр.
  
  - Я серьезно! - Хлое было не до любезностей.
  
  - А что тебе хоть нужно? - вздохнула Селеста и отложила перо. Раз уж этому рыжему урагану что-то нужно, то лучше уделить ей внимание. В противном случае - себе дороже будет.
  
  - Мне нужно очаровать двух мужчин, - медленно и четко проговаривая каждое слово, сказала Хлоя.
  
  Селеста несколько секунд помолчала, переваривая услышанное, затем спросила бесцветным голосом:
  
  - Почему только двух?
  
  - Они достали меня больше остальных, - вздохнула Хлоя.
  
  Сел честно попыталась понять логику этого ответа и вникнуть в то, как именно рассуждает сестра. Но быстро бросила это дело, побоявшись, что попросту рехнется, и попросила:
  
  - Объяснись, пожалуйста.
  
  Хлоя вздохнула. Она, конечно, любит своих братьев и сестер, но иногда они просто поражали тем, как медленно соображают и в такие моменты хотелось спросить матушку: уверенна ли она, что все её дети от одного мужчины? Но приходилось, как и в этот раз, разжевывать:
  
  - Они меня достали! Активнее других просят выйти за них замуж. Поэтому я решила отомстить им.
  
  - И как же ты будешь им мстить? - насторожилась Сел. У неё в голове тут же появилось куча вариантов, один другого краше: вот она выходит из своей спальни утром, а стены в крови, везде валяются части тел, или на обед подают пирожки с мясом, сомнительного происхождения, или люди ходят с факелами по лесам в поисках исчезнувших без вести знатных демонов.
  
  Хлоя на полном серьезе ответила:
  
  - Я пригласила их на послеполуденный чай с грибным пирогом.
  
  - Чай отравлен? - ужаснулась Селеста.
  
  - Нет, - покачала головой Хлоя.
  
  - Пирог отравлен? - страх сменился недоумением.
  
  - Нет, - покачала головой Хлоя.
  
  - А как тогда ты собираешься их убить? - растерялась Сел.
  
  Её младшая сестра фыркнула:
  
  - Убить их - слишком просто. Я же поступлю куда хуже - мы будем пить ароматный чай со вкуснейшим пирогом! А я буду самой милой и обворожительной! - голосом маленького дьяволенка Хлоя поделилась с сестрой самой страшной частью плана: - Они будут мною очарованы!
  
  Хлоя не стала договаривать то, что по её мнению было совершенно очевидно: таким образом, она будет отвлекать их внимание, пока не станет поздно! Селеста же попросту устала пытаться вникнуть в происходящее, и решила отделаться малой кровью:
  
  - А от меня что нужно?
  
  Младшая сестра стала серьезной, как ростовщик, узнавший, что ссудил кому-то крупную сумму денег и потерял расписку:
  
  - Научи меня очаровывать мужчин! Что им нужно говорить? Как мне себя вести?
  
  Такого поворота событий Селеста не ожидала. К ней многие ходили за подобными советами. Но чего девушка не ожидала, так это того, что однажды к ней придет Хлоя. Неужели её любимая младшая сестричка влюбилась и не знает, как добиться взаимности? Селеста почувствовала, какая это ответственность - помогать ей в таком деликатном и важном деле - и, приосанившись, начала с важным видом говорить:
  
  - Чтобы построить с мужчиной долгие и прочные отношения...
  
  - Долгие не надо, - перебила Хлоя. - Минут тридцать мне хватит.
  
  Воцарилось молчание. Сел переваривала услышанное, пока младшая сестра всматривалась в неё в ожидании пошаговой инструкции. В итоге Селеста сдалась:
  
  - Мужчины - как дети. Они любят внимание, любят, чтобы их похвалили. Но не любят лесть. Обращай внимание на то, что их волнует. Например, если ты знаешь, что чувак жирный и сильно об этом беспокоиться, то при встрече говори ему, что он похудел с вашей последней встречи, даже если его ещё больше разнесло.
  
  - Поняла, - кивнула Хлоя.
  
  - Говори с мужчинами про то, что им интересно. Задай вопрос о том, что его волнует и он тебе не то, что полчаса, он тебе полдня до хрипоты в горле будет об этом рассказывать. А потом, когда охрипнет, начнет показывать жестами.
  
  Хлоя посмотрела вверх, прикидывая, какие общие интересы могут быть у Дайчена и Хейнтлина, и спросила:
  
  - А если мужчин двое и ничего общего у них нет?
  
  - Тогда найди того, кого они вместе ненавидят или бояться, - не растерялась Сел. - А ещё лучше - заставь их спорить. Найди тему, о которой у каждого из них свое мнение и пусть каждый из них пытается доказать свою точку зрения. А ты деликатно подливай масла в огонь. Например, спорят они что лучше: клубника или малина. А ты спрашивай: а почему не объединить эти ягоды в каком-нибудь десерте, или от какой ягоды больше пользы?
  
  - Поняла, - снова кивнула Хлоя.
  
  - Помалкивай побольше, - продолжила наставления Сел. - Пусть мужчины сами говорят. Соглашайся со всем.
  
  - Как это? - нахмурилась её более молодая собеседница.
  
  - Как... - попыталась объяснить Селеста, но в итоге решила объяснить на примере: - Ну, вот смотри. Если мужчина говорит тебе: "Мне идет красное". Ты ему в ответ: "Конечно". И тут он передумал: "Хотя нет, все-таки черное". А ты с ним соглашаешься: "А хотя да". И дальше в таком духе.
  
  - Поняла, - кивнула Хлоя и встала. Для получаса инструкций ей хватит. А на большее - не понадобиться.
  
  Уже почти выйдя из комнаты, Хлоя остановилась в дверях и тихо спросила:
  
  - А если бы я хотела завязать с кем-то длительные отношения. Что бы ты посоветовала тогда?
  
  Селеста улыбнулась, и ответила:
  
  - Будь собой. Это самое главное. Нельзя ни под кого подстраиваться, нельзя притворяться кем-то другим. Либо тот, кого ты любишь, любит тебя такую, как ты есть, либо он не полюбит тебя никогда.
  
  Ничего не ответив, Хлоя вышла за двери. Она сама не знала, зачем спросила про длительные отношения. Несколько мгновений девушка постояла, прислонившись к стене думая, откуда в её голове появились серьезные мысли. Затем, тряхнула головой, чтобы отогнать такое настроение и пошла заниматься приготовлениями к полуденному чаепитию. Хейнтлин и Дайчен надолго это запомнят!
  
  Готовясь к чаепитию, Хлоя морально настраивала себя на "милую" беседу с ухажерами. Учитывая КТО эти личности, девушка предвидела, что ничего более скучного в её жизни не было и, скорее всего, уже не будет. Потому что после того, чем все это закончится, родители не то, что поклонников, вряд ли вообще какую-нибудь живую душу к ней подпустят. А папа может даже выполнит свою давнюю угрозу и всыплет нерадивой дочери ремня.
  
  К величайшему своему удивлению. Хлоя очень ошиблась, считая, что ей будет скучно. Даже более того, она уже успела позабыть, когда вообще в последний раз так веселилась.
  
  Дайчен и Хейнтлин явились-не запылились в назначенное время.
  
  Откровенно говоря, Хлоя даже не представляла каково это: быть милой и любезной. Поэтому решила во всем копировать поведение Селесты. К тому же, девушка как могла, старалась следовать её советам. В тоге у неё с ухажерами получился весьма интересный диалог.
  
  Все началось с того, что Дайчен в который раз доказал, что не дурак и справедливо заподозрил Хлою в нечестной игре:
  
  - Хлоя, признаться, вы удивили меня приглашением сюда.
  
  - Правда? - это было слабое звено всего плана. Она так и не придумала правдоподобную причину, зачем вообще приглашала ухажеров к себе, да ещё и обоих сразу. Поэтому переспросила, чтобы потянуть время.
  
  - Конечно, - спокойно ответил Дайчен, но от его низкого голоса Хлое захотелось укутаться в шаль. Этот демон чем-то напоминал змею. Холодный, спокойный и... опасный. А его голос... как будто забирается к тебе под кожу. - Помниться, в последнюю нашу встречу вы бросили в меня статуэткой, заявив, что такому гаду ползучему как я нечего ловить в этом доме.
  
  Хейнтлин посмотрел на Дайчена свысока:
  
  - Думаю, она позвала тебя и меня, чтобы объявить, что выбрала меня себе в мужья.
  
  Вот тут Хлою, что называется, осенило. Она на мгновенье посмотрела в пол, чтобы справиться с триумфом в глаза и скрыть злобный блеск, а когда снова посмотрела на собственных гостей, взгляд был таким же невинным, как и у новорожденного. Неловко улыбнувшись, Хлоя сказала:
  
  - Видите ли. Мои дорогие отец и мать серьезно настроены выдать меня замуж. Мне ничего не остается, как подчиниться их воле. И я решила, раз уж это неизбежно, так хоть познакомлюсь с вами поближе и выберу достойнейшего из вас двоих.
  
  Девушка сделала ставку на тщеславие и не прогадала. Как по щелчку пальцев демоны приосанились и расправили плечи, всем своим видом давая понять, кто из них двоих лучший.
  
  - Надеюсь, вы не против чая и грибного пирога? - улыбнулась Хлоя и не удивлюсь, когда оба наперебой начали уверять её, что не только не против, но и очень даже за.
  
  Хлоя дала знак слуге, чтобы накрывали на стол и решила занять гостей беседой, чтобы те не почуяли неладное. Памятуя, что нужно говорить то, что мужчины хотят слышать и говорить о том, что им интересно, она задала первый вопрос:
  
  - Дайчен, припоминаю, что вы занимаетесь какими-то исследованиями?
  
  - Совершенно верно, - в своей короткой манере ответил Дайчен, и прошло добрых несколько секунд, прежде чем до него дошло, что нужно было дать более развернутый ответ. Демон поспешил исправиться: - Я исследую взаимосвязи между разными видами.
  
  - Надо же, как интересно, - стараясь не зевнуть, сказала Хлоя.
  
  Хейнтлин фыркнул:
  
  - Тоже мне исследования, - и высокомерно добавил: - Лучше бы ты занялся чем-то действительно полезным! Например, помог бы отстреливать волкодлаков у северной границы долины. Или, раз такой башковитый, то придумай, что делать с теми гигантскими пауками, что косяками прут на "Три дуба" со стороны гор.
  
  Дайчен одарил неожиданного оппонента полным презрения взглядом и ответил:
  
  - Во-первых, косяками ходят только рыбы.
  
  Хейнтлин закатил глаза, но ничего не сказал. Поэтому Дайчен продолжил:
  
  - Во-вторых, насколько я знаю, у этих проблем есть решение.
  
  - Какое? - хором спросили Хлоя и Хейнтлин.
  
  Ответить демон с небольшими рожками такого же черного цвета, как и его глаза не успел - подали чай и пирог. Временно, пока слуги сервировали стол и раскладывали ароматную выпечку по тарелкам, беседа прервалась. От нечего делать, Хлоя рассматривала Дайчена и Хейтлина. Полудемон был меньше в размерах, чем чистокровный демон. Но в остальном ничем не уступал: у него были такие черные глаза, мужественные черты лица и такая же вера в то, что он принадлежит к высшей расе, как и остальных демонов, с которыми девушке доводилось встречаться. Встреча с демоном не из "Трех дубов", подтвердила, что это у них наследственное. Этакая черта, которой обладают все демоны. Единственное, чего не хватало Хейнтлину - это таких же рожек, как Дайчена. Хотя у Моргана их тоже не было. Интересно, почему? Может, не дорос ещё? А может их демонам выдают за особые заслуги? Это бы объяснило, почему Дайчен со своими так носится: постоянно протирает мягкой тряпочкой, натирает их чем-то, от чего они блестят, и постоянно прикасается к ним руками. Как будто ему это приносит удовольствие.
  
  Хлое пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться, когда она представила, что рожки накладные и как Дайчен их каждое утро на голову цепляет.
  
  Слава всему сотворенному слуги довольно быстро расставили приборы и унесли ноги из малой гостиной. Эту комнату Хлоя выбрала неслучайно. И не потому, что здесь обычно мама и Селеста принимали гостей. Нет, выбор пал именно на эту гостиную, потому, что отсюда вели два выхода, и за спиной у Хлои было два больших окна. В случае чего - путь к отступлению обеспечен. А "в случае чего" молодая ведьма собиралась обеспечить лично.
  
  Как только дверь за слугами закрылась, Хлоя постаралась максимально любезно и обыденно предложить:
  
  - Угощайтесь чайком.
  
  Видимо, быть любезной и приветливой у младшей из детей четы Уайли получалось плохо, потому, что Хейнтлин взял в руки чашку без особого энтузиазма и слегка обеспокоенно покосился на демона рядом. А Дайчен скосил глаза, в которых читалось явное подозрение на чашку, от которой ещё шел дымок, поэтому Хлоя постаралась отвлечь его вопросом:
  
  - Так, что вы говорили о решении проблем с осаждающими нас монстрами?
  
  Дайчен либо действительно отвлекся, либо сделал вид, что отвлекся, потому, что все же взял в руки чашку и сделал большой глоток. Затем ответил медленно, с расстановкой, как будто говорил с умственно отсталыми:
  
  - Волкодлаков, пауков, нежитей и прочее, истребляют пограничники. Это, если вы забыли, специально сформированный отряд, для защиты долины от таких вот неприятностей.
  
  Хейнтлин подавился чаем, который начал пить следом за Дайченом.
  
  - Неприятностей? - полудемон стукнул чашкой по столу. - Неприятностей? Вы в своем уме? Да нас атакуют со всех сторон! Пограничники уже не справляются! Пауки так и вовсе почти нечувствительны к магии! Ещё немного и они прорвутся в долину! Что тогда делать?
  
  - Как что? - удивился Дайчен, и ответил, как будто это было нечто само собой разумеющееся. - Бросить долину и уйти за барьер.
  
  - Что? - заверещала любовь к долине голосом Хейнтлина. - Да как можно?
  
  - Это легко, - издеваясь, ответил демон, погладив левый рожок. - Открываем три печати и до свидания долина, заполненная нечистью и разной опасной живностью, желающей нас съесть.
  
  - "Три дуба" - наш дом! - разошелся полудемон, а Хлоя под шумок кивнула слуге, чтобы принес ещё чаю. - Мы не можем просто смотреть, как он умирает! Мы не можем просто открыть печати и уйти! Все, что убило долину, пойдет за нами! И скоро не останется такого места, где мы могли бы спрятаться!
  
  Дайчен фыркнул и заявил:
  
  - Не драматизируй! Проход можно закрыть, а даже если и не получиться, то к тому моменту, как все эти твари расселяться по внешнему миру, мы успеем благополучно состариться и умереть.
  
  - Ах, ты! - попытался было вскочить Хейнтлин, но Хлоя его удержала:
  
  - Пожалуйста! Давайте не будем ссориться! - и обаятельно улыбнулась одному и другому: - Давайте пить чай.
  
  Видимо, "обаятельной" улыбки тоже не получилось, потому, что Хейнтлин и Дайчен переглянулись, и демон положил руку ей на лоб, проверяя температуру. Несколько мгновений он сосредоточенно прислушивался к своим ощущениям, затем снова посмотрел на своего временного товарища и с выражением крайнего недоумения пожал плечами.
  
  Хлоя прикусила щеку с такой силой, что ещё немного и прокусила бы до крови. Если бы не это она могла бы не сдержаться и врезать кому-нибудь или схватить одну из чашек и затолкать в горло. А пока рановато. Юнаяведьмочка представила, что ждет этих двух дальше и промурлыкала:
  
  - И угощайтесь пирогом. Я сама для него грибочки собирала.
  
  Демоны снова переглянулись, и первым заговорил Хейнтлин:
  
  - А ну, живо выкладывай, что ты там задумала!
  
  - Если ты решила нас отравить... - начал было Дайчен, но остановился, когда девушка рассмеялась и заявила:
  
  - Ты что думаешь, что если бы я хотела вас двоих убить, то приглашала бы на чай?
  
  И пока мужчины переваривали вопрос, выдала им заранее заготовленную на такой случай версию:
  
  - Мама перекрасила мою комнату в розовый цвет, чтобы я стала вести себя, как леди. Поэтому приходится изо всех сил изображать сотрудничество. Надеюсь, что родители купятся, сменят гнев на милость и вернут моей комнате первозданный вид.
  
  - А почему ты выбрала нас двоих для того, чтобы пускать пыль в глаза своим родителям?
  
  У Хлои и на этот вопрос был заготовлен ответ:
  
  - Вы мне менее отвратительны, чем остальные. Так что если родители припрут к стенке, выберу кого-то одного себе в мужья, - и тут же она сделала то, что обычно делала Селеста - надула губки и обиженно спросила: - А почему никто ничего не ест и не пьет? Неужели ничего не понравилось? А я так старалась пока собирала грибы и травы...
  
  Единство и понимание, царившее между двумя мужчинами, из-за подозрительного поведения потенциальной невесты испарилось мгновенно, как и не бывало. Они снова превратились в тех, кем были, когда перешагнули порог этого дома - в непримиримых врагов и соперников. Бросив друг на дружку по короткому, но очень емкому взгляду, в которые демоны умудрились вложить и презрение к сопернику, и чувство собственного превосходства, и откровенную угрозу, Хейнтлин схватил пирог с тарелки руками и принялся активно его жевать, а Дайчен схватился за чашку, в которую уже подлили чай, и принялся пить большими глотками. При этом каждый из них сверлил соперника злым взглядом, давая понять, что ни в чем не уступает.
  
  Хлоя поставила локти на стол, а руки сложила домиком, перебирая пальчиками. Её гости были слишком заняты собой, чтобы увидеть полный злорадного удовлетворения взгляд и улыбку. Все что по плану и это не могло не радовать.
  
  Затевая этот обед, Хлоя и представить не могла, насколько зверский аппетит у демонов. Когда парочка слопала, практически не пережёвывая по два кусочка, начинающая ведьма радостно потерла ручки. Но когда съели по четыре, девушка уже всерьез забеспокоилась. А потом прикинула по сколько они выпили травяного чая и испугалась. Она не собиралась выжигать им мозги. Но если эти двое не притормозят, то так в итоге и получиться.
  
  - Знаете, я думаю, с пирогом можно немного повременить, - попыталась действовать по старой схеме с улыбкой и кокетливостью Хлоя, но не тут то было. Демоны вошли во вкус:
  
  - Отвали! - грубо послал её Хейнтлин, загребая пирог руками прямо с блюда.
  
  - Не лезь! - выступил с ним единым фронтом Дайчен. Хотя сам черт не разберет, как у него получилось, учитывая, что демон в этот момент был занят тем, что старался загрести пирога и отправить себе в рот больше чем соперник. Как у него рот не разорвался - тоже загадка.
  
  Хлоя почувствовала себя обиженной. Конечно, ей эта парочка и даром с дарами не нужна. Но это ещё не повод вот так наплевательски к ней относиться! Они же вообще должны были завоевывать её расположение! Где комплименты? Где заверения в вечной любви? Где приставания, в конце концов?
  
  Ей все это очень быстро надоело, и Хлоя разозлилась:
  
  - Хватит есть этот пирог! - рыкнула она и попыталась забрать поднос с пирогом.
  
  Но не тут то было! Полудемон посмотрел на неё безумными глазами и с рыком:
  
  - Моё! - вырвал у неё поднос и рук.
  
  - Моё! - взревел Дайчен и вырвал поднос у Хейнтлина, с такой силой, что содержимое по инерции полетело на пол.
  
  Демоны уставились на остатки пирога на полу, а Хлоя облегченно вздохнула. Ей представить страшно, что было бы, если бы они съели весь пирог.
  
  Только девушка собралась позвать слуг, чтобы убрались, как демоны упали на колени и начали загребать пирог с пола и доедать даже мелкие крошки.
  
  - Что вы делаете? - воскликнула Хлоя.
  
  Тут у неё позади будто материализовались из ниоткуда родители и отец строго приказал демонам:
  
  - Прекратите!
  
  - Это отвратительно! - покачала головой мать, в ужасе приложив руки к щекам.
  
  Но гости их проигнорировали, усердно собирая последние крошки.
  
  - Хлоя Грейс Уайли! - строго рыкнул Бронвик. - Что ты с ними сделала?
  
  - Не знаю, - честно призналась она в ответ, улыбаясь и разводя руками. И это была правда - так много грибов на её памяти ещё никто не ел, и как это на них подействует, девушка не знала. Предполагалось, что съев меньшее количество этого пирога, Хейнтлин и Дайчен стали бы более податливыми к её приказам. Она бы заставила их набить друг другу морды, потом сделать что-нибудь унизительное, а потом заставила бы их навсегда забыть дорогу к этому дому. Но они съели слишком много! И, кажется, уже не контролировали себя.
  
  Пока она говорила с родителями, демоны по одному перестали собирать крошки. Первым сел и уставился прямо перед собою Хейнтлин. У него был такой обескураженный, такой растерянный и... пришибленный вид, что у Хлои появилась мысль, что он пришел в себя и ему стыдно за свое поведение.
  
  - Хейнтлин? - осторожно позвал его Бронвик.
  
  Повернул к ним голову, долгих несколько секунд молча смотрел, затем начал бормотать:
  
  - Я люблю тебя, я так люблю тебя! Мы должны быть вместе!
  
  Он встал и побрел в их сторону. Хлоя закатила глаза. Наша песня хороша... Она уже предвидела, что сейчас этот недоумок снова полезет обниматься и целоваться, но Хейнтлин не дошел до них несколько шагов, упал на колени перед высокой подставкой для свеч, обнял её и принялся целовать:
  
  - Ты такая красивая, стройная, изящная!
  
  - Что он вытворяет? - оформила словами мысль, которая в той или иной форме крутилась у всех в уме, Селеста, подошедшая в малую гостиную, услышав шум и возню. Ответить ей не успели, потому, что в этот момент Дайчен упал на спину и начал дрыгать руками и ногами, с криком:
  
  - Я падаю! Я падаю!
  
  Бронвик бросился было к нему на помощь, но получил дрыгающейся демонской рукой хорошую оплеуху, да так и сел в уголке, куда его оттащила Розанна с помощью Селесты.
  
  - Огонь! - вдруг прошипел Хейнтлин и начал цепляться за несчастную подставку с такой силой, будто пытается залезать и сил не хватает. Полудемона накрыла паника, и он заверещал не хуже дворовой девки: - Огонь! Все горит! Я горю! Спасите!
  
  Пока все отвлеклись на "сгорающего" полудемона, Дайчен, каким-то непостижимым образом смог взобраться на стол, распластаться на животе и, вцепившись в края стола так, будто неведомая сила затягивает его вниз, начал верещать:
  
  - Падаю! Падаю! Мамочка! Я сейчас упаду! Как высоко-о-о!!!
  
  Семья Уайли, присутствующая при этом концерте, невольно закрыла уши руками. Это было натуральное верещание, в звуках, издаваемых обезумевшими демонами, не было ничего общего с мужским криком.
  
  Розанна попыталась образумить Хейнтлина, так как он был ближе всего к ней, да и она знала его с детства. Подойдя к нему, она осторожно обратилась, стараясь одновременно перекричать царящий вокруг галдеж и в тоже время, стараясь сделать так, чтобы у полудемона не возникло ощущения агрессии с её стороны:
  
  - Хейнтлин, прошу вас, опомнитесь! Все, что вы видите - нереально!
  
  Её слова возымели эффект. Мужчина уставился на неё внезапно серьезным взглядом, который сменился сначала удивленным, потом изумленным, и только после этого Хейнтлин пораженно сказал:
  
  - Впервые вижу говорящую лошадь.
  
  - Что? - по очереди спросили Розанна, Селеста и Хлоя с обескураженной интонацией, и Бронвик с гневной. Но полудемон их не услышал. Его удивление начало сменяться замешательством, медленно перерастающим в страх. И все это время он спрашивал:
  
  - Откуда у лошади рога? Это неправильно, да? Зачем тебе клыки? Зачем? Что ты собираешься ими делать? Ты хочешь меня съесть? Зачем ты отращиваешь клыки, ты же лошадь?
  
  Его затрясло в паническом припадке. Розанна попыталась прикоснуться к нему, чтобы успокоить, но тут Хейнтлина прорвало:
  
  - Меня пытается сожрать лошадь! Она загрызет меня клыками! Сожрет мои мозги рогами и выпьет кровь копытами! - и ещё сильнее вцепился в подставку руками.
  
  Селеста переводила взгляд с одного гостя на другого, потом посмотрела на родителей и в последнюю очередь на Хлою. Демоны словили нехилый такой приход и сейчас пребывали каждый "в своем мире". Родители были просто в шоке. За всю свою долгую жизнь они такого невидали. А Бронвик так и вовсе ещё не отошел от "демонской оплеухи". Но когда Сел посмотрела на младшую сестру, то испытала то, что можно назвать страхом. Хлоя откровенно наслаждалась происходящим. Восторг в глазах, азарт и веселье.
  
  - Господи сестрица, - покачала головой Селеста. - Да в тебе больше от ведьмы, чем у меня, Калисты и мамы вместе взятых.
  
  - Спасибо, - радостно улыбнулась Хлоя в ответ.
  
  - Что ты наделала! - схватилась за голову мать, когда Дайчен начал кричать "Спасите! Я разобьюсь!".
  
  - Они первые начали, - сложила руки на груди Хлоя.
  
  - Что начали? - застонал Бронвик, вставая на ноги. - Что начали? Хлоя, ты, что совсем с ума сошла?
  
  Ответить она не успела, отец медленно прошел через весь зал и навис над нерадивой дочкой:
  
  - Ты понимаешь, что теперь будет?
  
  Хоть отец говорил спокойно, но его тон напугал Хлою до дрожи в коленях. Когда Бронвик кричит и ругается - значит, не очень то и злиться. В такие минуты он быстро отходит. Но когда отец говорит вот так, предельно спокойно - это говорит о том, что он в ярости. И пощаду можно не пытаться вымолить.
  
  - Я, правда, терпел, когда ты издевалась над домашними и слугами, - спокойно продолжил он, медленно, но неотвратно приближаясь к пятящейся дочери. - Мы к этому привыкли, и списывали это на буйный характер молодой ведьмы. Ты не сдержана, и я все надеялся, что твоя несдержанность с годами пройдет. Но чем дальше, тем хуже. Ты дочь моя, уже земли под ногами не чуешь. И сегодня перешла все возможные и невозможные рамки.
  
  - Но они... - попыталась объясниться Хлоя, но была перебита отцом:
  
  - Молчать! - стальным голосом приказал Бронвик, и продолжил. - Посмотри, что ты натворила. И все из-за своих детских капризов.
  
  Хлое хотелось кричать. Она то знала, что оба демона сами напросились, но она своими вторыми девяносто чуяла, что сейчас лучше сидеть на попе ровненько и делать покаянную рожицу, чтобы по этой самой попе не отхватить.
  
  К сожалению, в этот раз попытка прилюдно раскаяться не спасла Хлою от наказания:
  
  - Я был с тобой слишком мягок, - сурово продолжил Бронвик и потер все ещё ноющую челюсть. - В этот раз ты понесешь наказание соразмерное своему проступку.
  
  - Но пап... - попыталась вступиться за младшенькуюСелеста. Девушка понимала, что сестра перешла все грани дозволенного, как понимала, что Хлоя вряд ли осознает свою вину и как бы её сейчас не наказали - в следующий раз, не задумываясь и не мешкая, поступит точно так же. Это не просто огрехи воспитания или плохой характер. Это её натура. Хлоя - ведьма. Пусть и обделенная даром. Нрав, повадки, мышление - все в ней просто кричит об этом. Даже внешность. Ведьмы ни под кого не прогибаются, ведьмы не показывают свои слабости, ведьмы вредные и эгоистичные. И ведьмы не терпят, когда им навязывают чужое мнение или правила игры. Поэтому долина "Три дуба" живет особняком. Поэтому когда-то возникла стена, отделяющая ведьм от всего остального мира. Если отец сейчас накажет Хлою, то это не заставит её в будущем дважды подумать, прежде, чем учудить что-то такое или причинить кому-то вред. Единственное чего он добьется - его младшая дочь обозлиться на всех. А если наказание будет чересчур суровым, то Хлоя ещё чего-нибудь отчебучит в отместку за несправедливость. И плевать, что это будет несправедливо только с её точки зрения. Эта маленькая обладательница истинно ведьмовского характера найдет способ отравить существование всем причастным. Не раз и не два Селеста благодарила силы природы за то, что у Хлои слишком слабый дар. Будь у неё действительно большая магическая сила, то мир получил бы как минимум ещё одну ведьму Гризельду - свихнувшуюся злобную бестию, способную по своему велению менять погоду, день и ночь местами и обращать в безумных монстров тех, кто потревожит её покой.
  
  Но сказать все это отцу Селеста не смогла. Бронвик шикнул на неё, что бы молчала и продолжил:
  
  - Я обещал тебе, что ты сама выберешь себе достойного мужа, - снова обратился он к своей младшей дочери. - Мне хотелось, чтобы ты вышла замуж по любви. Вместо того, чтобы воспользоваться своим шансом и найти себе достойного, любящего мужа, ты издеваешься над нашими гостями. Над нашими высокопоставленными гостями!
  
  Последнее предложение он выделил интонацией и даже поднял палец вверх.
  
  - Хватит с меня! - палец опустился и начал указывать прямо на Хлою. - Я лишаю тебя права самой решать свою судьбу.
  
  - За что?! - обиженно взвизгнула Хлоя. И это лишь укрепило уверенность Бронвика в правильности принятого решения:
  
  - Я сам выберу тебе мужа, - с нажимом сказал он. - Когда наши гости придут в себя, я объявлю, кто это будет, и ты подчинишься моей воле...
  
  - Да никогда! - обозлилась Хлоя, топнула ногой, и выбежала из малой гостиной. Её глаза застилали злые слезы. Она злилась на всех и вся: на отца, за это ужасное наказание, злилась, что не может наслать на демонов заклятие сильнее, чем то, из-за которого у них растут ослиные уши (мать уже наложила на них защиту от этого), злилась на демонов за то, что вообще появились в её жизни. Но больше всего она злилась на Моргана. Будь проклят этот черноглазый демон из сна! Как бы она хотела дотянуться до него своимирученками и подержаться за его шею! Если бы только она могла...
  
  И тут девушка аж споткнулась от внезапной идеи. А почему, собственно говоря, она не может ничего ему сделать? Да, в реальности ей до него не дотянуться, но, вот во сне... Хлоя так обрадовалась этой идее, что даже радостно захлопала. Но её энтузиазм моментально иссяк, когда девушка вспомнила, что демоны засыпают лишь раз в месяц.
  
  Хлоя как раз поднялась на второй этаж и там вдоль стен стояли небольшие деревянные лавки без спинок с мягкими сиденьями. На ближайшую к ней, девушка и села, пытаясь придумать, как обойти эту проблему. Весь её разум сосредоточился на том, чтобы отомстить Моргану. Потому, что он в этот момент казался единственным, кто виноват во всех бедах Хлои.
  
  Поэтому, неудивительно, что решение она все-таки нашла. Нужно усыпить демона. Но как это сделать на расстоянии? Послать к нему сонное заклятие в виде бабочки или небольшой птички? Можно, если придумать, как сделать так, чтобы заклятие подействовало на того демона, что нужно. И ещё нужно придумать, как усыпить демона.
  
  Следом за Хлоей на второй этаж поднялся возмущенный поведением дочери отец, что бы сказать, что отныне она под домашним арестом. Бронвик готов был выламывать дверь дочери, как это уже не раз приходилось делать, и очень удивился, увидев притихшую девушку, сидящую возле лестницы с задумчивым видом. Так удивился, что даже внезапно остановился и бегущая следом Розанна, пытающаяся смягчить гнев мужа уговорами, ощутимо ударилась носом об его спину. В неё на полном ходу врезалась Селеста, также следующая за родителями, чтобы вмешаться, если младшенькая опять что-то учудит. Возмутиться ни одна из них не успела, так как Бронвик оглянулся и с опаской указал на неподвижную рыжую макушку:
  
  - Смотрите!
  
  Женщины переглянулись. Поведение Хлои было более чем странным. Обычно после ссор она никогда не бывает такой спокойной, сосредоточенною и собранною. Юнаяведьмочка явно что-то задумала.
  
  Прежде, чем семья успела обсудить что именно, Хлоя внезапно встала и сказала:
  
  - Мам, пап.
  
  "Мам", "Пап" и за компанию с ними Селеста, дружно отпрянули, но Бронвик все же взял себя в руки и грозно сказал:
  
  - Хлоя, не смей убегать от разговора! Ты провинилась и ничто не поможет тебе избежать наказания!
  
  - Полностью с тобой согласна, - почти весело заявила Хлоя. - Моё поведение было ужасно и недостойно, а мой поступок не имеет себе равных по беспринципности и бессердечности. Поэтому я пойду к себе в комнату и буду под домашним арестом следующие три дня. Само собой, что в качестве наказания я не буду видеться ни с мамой, ни с Сел, ни с Калистой, ни даже с Северусом. Это естественно, что у меня не должно быть возможности кого-нибудь разжалобить, чтобы они замолвили за меня словечко. Я понимаю, что ты непоколебим в своем решении. Пойду отбывать домашний арест.
  
  Столпившаяся на лестнице семья была сбита с толку. Никто не мог понять, что же сейчас произошло? Хлоя что, сама себя наказала?
  
  И все же Бронвик попытался сохранить хоть видимость контроля над ситуацией, поэтому ткнул пальцем в сторону уходящей дочери и, стараясь говорить уверенно, заявил:
  
  - Будешь знать теперь! - и повернулся к жене, взглядом спросив: "Ну, как?".
  
  Розанна поцеловала его в щеку и сказала:
  
  - Ты ей показал!
  
  Селеста задумчиво пробормотала:
  
  - Или она тоже отведала своего пирога, или это ещё не конец.
  
  Глава 4
  Тысяча шагов отделяли Моргана от замка Гризельды, когда он его впервые увидел. У ног младшего наследника из клана Тэлбот словно выросли крылья. Настроение молодого демона тоже значительно улучшилось, и даже летающие вокруг троих путешественников и мрачно каркающие вороны не могли испортить ему настроение. Это были не тысяча шагов по выложенной камнем дороге, которые нужно будет преодолеть по унылой и пугающе пустой (если не считать воронов) местности, как говорил Пэттон. Это были ещё тысяча шагов к Хлое.
  
  Кроме того, Моргану казалось, что ничего более странного, чем было в лесу, ему уже не увидеть. Золотое правило "Не зарекайся", влюбленный демон успел благополучно позабыть.
  
  Дорога до замка была однообразной и очень скучной. На них никто не нападал, не пытался съесть или убить. Даже Пэттон перестал бояться всего вокруг, и начал откровенно зевать. Поэтому, небольшой замок Гризельды ребята встретили с такой радостью, словно после длительного путешествия вернулись домой.
  
  Морган ожидал, что у замка будет серьезная охрана, возможно, какой-нибудь дракон. Но их никто не встретил. Чем ближе путники подходили к двери, тем сильнее было впечатление, что этот замок давно и уверенно заброшен. Даже ворота, ведущие в замок, были опущены. Возле них путники и остановились, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Во всем вокруг было что-то неправильное. Сначала их едва не убило в лесу, а теперь перед ними дверь нараспашку: заходи, кто хочешь, бери, что хочешь, делай, что душе угодно.
  
  - Может, ведьма переехала? - неуверенно предположил Пэттон.
  
  - Или в отпуске? - выдал то, что казалось ему разумным Освальт.
  
  - Или, это очередная ловушка, - вздохнул Морган. Магия однозначно начинала его утомлять. В мире демонов и в бою все просто. Есть противник, известны правила игры. А тут со всех сторон нужно ждать подвоха, и что самое страшное - реальной магии три демона не смогут противопоставить ровным счетом ничего. И все же у него даже мысли не было повернуть назад.
  
  - Что будем делать? - вернул Моргана в реальность голос Освальта.
  
  - Идти вперед, конечно, - как нечто само собой разумеющееся ответил Морган. - Я первый, а вы за мной.
  
  - Чё это ты первый? - в отсутствие видимых признаков магии, вспомнил о том, что он смелый и свирепый демон, Пэттон.
  
  Морган терпеливо пояснил:
  
  - Потому, что там может быть ловушка, и если я в неё попаду, то вы будете меня спасать, - видя, что Пэттон не воспринял этот аргумент, демон с нажимом напомнил: - И потому, что я тут главный, а вы должны выполнять мои приказы.
  
  Этого оказалось достаточно, чтобы недавний спорщик сник.
  
  Достав свой меч из ножен, чтобы иметь возможность в любой момент отразить нападение, Морган осторожно пошел по мосту. Демон ждал чего угодно: что на него сверху нападет чудовище, или что, ступив на мост, он превратиться в какую-нибудь зверушку, или что сейчас появиться армия, защищающая замок. Но ничего не произошло. Даже мост под ногами не провалился, а из давно пересохшего рва не выскочило огромное чудовище, маскирующееся под булыжник.
  
  Морган благополучно миновал мост и дал знак товарищам, чтобы те последовали его примеру. Только Освальт и Пэттон собрались ступить на мост, как прямо из воздуха над ними появилась огромная, массивная клетка, упала на них и утащила под землю. Все произошло так быстро, что Морган не успел даже сделать вдох выдох.
  
  Демон тут же перебежал мост назад. Там, где только что стояли два демона, не осталось никаких следов их пребывания. Исчез даже их запах.
  
  - Да вы верно издеваетесь! - в сердцах воскликнул Морган, пытаясь понять, что же произошло. Он даже попрыгал на месте, думая не скрыт ли там какой-нибудь механизм, который ребята случайно активировали. Но ничего не произошло.
  
  Возможно, Морган ещё долго стоял бы в нерешительности, если бы мост не начал подниматься, тем самым подтолкнув его к решительным действиям. Демон очень решительно бросился к мосту и схватился за его край руками, затем также решительно подтянулся и успел запрыгнуть внутрь, как раз за несколько мгновений до того, как мост расплющил бы его голову, как перезрелый арбуз. После этого Морган более чем решительно свалился на мощенную камнем внутреннюю часть дворика, ударившись так, что даже дух выбило на несколько мгновений. Но он быстро пришел в себя.
  
  Пока учился держаться ездить верхом на грифоне, демон и не так падал, и не так бился головой и остальными частями тела. Опять же, демоны - от природы крепкие ребята. Так что Морган после того, как смог нормально дышать и звездочки медленно растаяли в царящем вокруг ночном сумраке, освещенном лишь светом полной луны, решительно встал и решительно направился к двери, ведущей в замок. Теперь у него добавилось проблем: помимо поисков пропуска, чтобы найти Хлою, ему нужно было найти Освальта и Пэттона.
  
  В том, что эта парочка ещё жива, демон не сомневался. Хотели бы убить - убили бы, а не похищали таким оригинальным способом. А так больше похоже на то, что с ними попросту играются.
  
  Дверь, ведущая непосредственно в замок, была сделана добротно: мореный дуб, массивные кованные петли, замки. Но больше всего привлекал внимание небольшой молоточек, висящий как раз на высоте роста демона. Этот молоточек являлся частью вырезанного из дерева лица неизвестного существа: вполне себе человеческие глаза, но лисьи уши, а нижняя часть лица - ослиная или лошадиная. Точнее Морган сказать не мог, он не силен в таких вещах. Но все детали этой деревянной рожи были вырезаны с такой тщательностью и мастерством, что как не пытался, но демон так и не рассмотрел ни рубцов, ни сколов, ни других дефектов, которые неизбежно появляются во время изготовления. Да что там во время изготовления! Он не видел никаких дефектов от использования! Как будто эту деревянную рожу с молоточком только что повесили сюда.
  
  Внезапно рожа ожила и спросила:
  
  - Долго ещё глазеть собираешься?
  
  Морган отскочил от неё как ужаленный. Он не сразу вспомнил, как нужно говорить, но когда дар речи все же вернулся к нему, первым вопросом, сорвавшимся с его губ, было:
  
  - Ты говоришь?
  
  "Рожа" закатила глаза:
  
  - Ну, умею, ну и что дальше?
  
  - Но... но... но... - Морган все ещё был под впечатлением и никак не мог сформулировать свои мысли словами. Хотя, справедливости ради, что там было формулировать! С ним говорила вырезанная из дерева рожа, у которой вместо кольца в носу висел молоточек! И это было не слабым таким потрясением.
  
  - Что но? - начала терять терпения "рожа".
  
  - Как это возможно? - выдавил, наконец, из себя более-менее осмысленный вопрос незваный гость.
  
  - Ты во владениях одной из самых могущественных из ныне живущих ведьм, - фыркнула "рожа" в ответ. - Чему ты ещё удивляешься?
  
  - Это она тебя оживила? - у Моргана округлились глаза.
  
  - Нет, - серьезно ответила "рожа". - Живым меня на свет мама родила. А Гризельда всего лишь поймала на попытке стырить один из её артефактов и превратила в стража, сторожащего вход в её дом.
  
  У Моргана снова нашлись только междометия вместо слов. А "рожа", видя, что собеседник не может ответить ничего, кроме "Э-э-э... ы-ы-ы..." продолжила горестно делиться своей историей:
  
  - Какая ирония, правда? Я один из лучших воров в мире, теперь превращаю в камень всех желающих попасть в дом, защищая имущество ведьмы от воровства. А ведь я в свое время ограбил столько домов в Форсификее! Мойсхронзабит сокровищами! А я, вместо того, чтобы наслаждаться жизнью где-то там, вишу тут, под дождем и солнцем! Такой талант пропадает!
  
  Из всего услышанного, демон смог вычленить главное:
  
  - Форсификея? Так ты был человеком? И как это ты превращаешь всех в камень?
  
  "Рожа" чертыхнулась, видимо поняв, что взболтнула лишнего и приняла абсолютно неподвижный вид, снова изобразив неодушевленный предмет.
  
  - Э, нет! - покачал у него перед носом пальцем Морган. - Даже не пытайся отмалчиваться. Я и не таких раскалывал!
  
  "Рожа" не удержался и, закатив глаза, насмешливо спросил:
  
  - Я и так превращен в деревянную статуэтку. Что ещё ты можешь мне сделать?
  
  Морган принялся загибать пальцы:
  
  - Разрубить на куски, сжечь, скормить термитам, взорвать...
  
  Насчет "скормить термитам" это, конечно, был блеф (где бы он нашел термитов?), но угрозы подействовали, потому, что упрямец рассерженно перебил его:
  
  - Ладно-ладно! Что вы все нервные такие? - и немного помолчав, все же нехотя рассказал: - Я действительно тут за охрану. Все, кто ко мне прикоснуться, превращаются в камень.
  
  - И многих ты уже превратил? - полюбопытствовал Морган.
  
  - Никого, - нехотя признался "охранник". - Кто в наши дни стучит в парадную дверь? Воры залазят через окна, дымоходы и заднюю дверь, слуги летают через окна, гости к Гризельде не ходят. Ты вообще первый, кто пришел ко мне за последние несколько столетий.
  
  - Скучно тебе тут? - сочувственно спросил демон.
  
  - В корень зришь, братишка, - вздохнул "страж", но тут же воспрянул духом: - Но Гризельда обещала за хорошее поведение скостить мне срок наказания и расколдовать досрочно. Так что если все хорошо, то лет через шестьсот я уже смогу ходить на двух ногах! И эти ноги унесут меня отсюда так далеко, как это вообще возможно!
  
  - Буду держать за тебя кулачки, - пообещал Морган и спросил: - А много в этом замке таких вот... - он замешкался, подбирая необидное слово, - охранников, как ты?
  
  - Откуда мне знать? - философски спросил тот в ответ. - Я же постоянно вишу здесь.
  
  - Тоже так, - немного расстроился демон, но у него ещё были вопросы, и он решил не тратить время зря: - Я пришел сюда с друзьями, но их утащила под землю огромная клетка возле ворот. Как думаешь, где мне их искать?
  
  - У-у-у... - протянул "страж", и сочувственно сказал: - Я бы на твоем месте не искал их, а шел сразу к Гризельде. Она знатная фантазерка. Может сделать из них абажур или ещё что-нибудь. А если будут вести себя неуважительно, то превратит в какое-нибудь безобразное чудище и отправит в свой лес.
  
  - То есть монстры, которых мы встретили в лесу, были людьми или демонами? - ужаснулся Морган.
  
  - Дураками они были, раз поткнулись сюда, - фыркнула рожа в ответ, и в нем тут же проснулось любопытство: - А ты за каким сюда пришелестел? Небось, тоже какой мощный артефактик ищешь?
  
  - Да сдался он мне! - отмахнулся Морган. - Мне нужен пропуск в "Три дуба".
  
  "Рожа" расхохотался:
  
  - Да, брат, ты не далеко отошел от тех, кто пытался ограбить Гризельду, - но сжалившись, все же пояснил: - Я тут сравнительно недавно, всего лет четыреста-пятьсот. Но на моей памяти было два безумных самоубийцы, которым потребовался пропуск в "Три дуба". И знаешь, что с ними стало?
  
  "Рожа" посмотрел по сторонам, прежде чем тихо сказать:
  
  - Гризельда их на опыты пустила. Я помню, как те бедолаги кричали. Жуть! - он смерил демона взглядом и дружески посоветовал: - Брось ты это все! Если сейчас повернешь назад, то может ещё и сможешь убежать...
  
  - Не могу, - покачал головой Морган. - Мне нужно попасть в "Три дуба" в кратчайшие сроки. Иначе мне не жить.
  
  - Что, все так плохо? - проникся "страж", и немного помолчав, все же дал совет: - Тогда вот что. Гризельдастрасть какая азартная. Поспорь с ней на что-нибудь. И постарайся не продуть.
  
  - Спасибо за совет, - искренне улыбнулся Морган. - А как мне найти её?
  
  - Судя по тому, что вокруг все такое унылое и мрачное, Гризельда сейчас в своей лаборатории, - ответил "рожа". - Когда у неё не получается сварганить очередное зелье всегда так.
  
  - То есть, тут все зависит от её настроения? - изумился демон.
  
  - А ты как думал? - снова посмотрел на него, как на дурака "рожа". - Это же Гризельдино измерение, подпитывается её силой и эмоциями. Конечно, все зависит от того, какие эмоции одолевают эту ведьму.
  
  - И как мне найти её лабораторию? - вернулся к важным вопросам Морган.
  
  - Видишь вон ту башню? - подбородком указал нужное направление "рожа". - Туда и иди.
  
  - Спасибо, - дружески поблагодарил его демон. - Ну, я пошел.
  
  - Удачи, - крикнул ему в спину "рожа", но Морган не стал оборачиваться, ограничившись тем, что поднял руку и махнул на прощанье.
  
  По дороге он как мог, постарался рассмотреть башню в полутьме, царившей вокруг. Скорее всего, это одна из четырех угловых башен. Дома, в Варботроне, тоже такие были. Только резиденция клана Тэлбот была намного лучше укреплена, чем этот замок. В Варботроне четыре башни были построены не для красоты - они являлись частью наружной стены, и в случае атаки на них можно было обустроить дополнительные наблюдательные пункты или укрепления, из которых лучники могли обстреливать нападающих. Или ещё как приспособить. В этом замке башни были, но они были построены за стеной и не могли быть использованы для обороны. Зачем их вообще было строить? Чтобы ведьма устроила в одной из них лабораторию?
  
  Качая головой, Морган подошел к двери башни. Ещё одно отличие от родного дома, замеченное им по дороге - тишина царящая вокруг. Варботрон день и ночь был переполнен звуками. Демоны, люди, животные со скотного двора, грифоны - все они постоянно издавали какие-то звуки, которые плотно ассоциировались у Моргана с обитаемостью и жизнью. Все вокруг было наполнено тишиной. Ничего не говорило о том, что в этом замке кто-то живет. Не было даже запахов, которые обычно сопровождают жилые помещения: не пахло животными или едой, готовящейся на кухне. Не было ничего.
  
  Неужели ведьма живет тут совсем одна?
  
  Тут ему вспомнилось, что "рожа" упоминал слуг. Логично. Должен же кто-то обустраивать быт ведьмы, пока она занимается колдовством? Ну, готовить там, стирать.
  
  Решив пока не забивать себе этим голову, Морган постучал в дверь, и только после этого одернул руку, запоздало вспомнив, что дверь может быть зачарована и может во что-нибудь его превратить. Несколько мгновений демон напряженно прислушивался к внутренним ощущениям, пытаясь уловить хоть какие-то изменения, свидетельствующие, что он во что-то превращается. Но ничего кроме легкого голода так и не почувствовал.
  
  Возня, послышавшаяся за дверью, мгновенно выветрила из его головы все посторонние мысли, заставив сосредоточиться на том, что сейчас важно: спасти друзей, добыть пропуск, поскорее попасть к Хлое. Дверь распахнулась, но демон никого не увидел. Морган напряженно всматривался во тьму, гадая, не служат ли ведьме невидимки?
  
  - Кхм, - послышалось снизу и на свою беду, незваный гость посмотрел вниз. Там стояла летающая мышь в черно-белом фраке, ростом чуть выше его колен. Все что удалось рассмотреть в царящей вокруг полутьме - это уродливая мордочка с короткими, торчащими ушками, глазки, размером с монету, выпирающую нижнюю челюсть и небольшие, ослепительно-белые клыки, торчащие из пасти. Они почему-то особенно привлекали внимание.
  
  Морган смотрел на летающую мышь, она смотрела на него. Оба ждали. Один напрягся и ждал нападения или других враждебных действия. Второй просто терпеливо ждал, пока незваный гость, наконец, поведает, зачем вообще приперся. Мышь не выдержал первым и тонким голосом спросил:
  
  - Чем могу помочь?
  
  Демон потер шею. Чувство нелепости происходящего не отпускало. Пока он мялся, вспоминая, что вообще делает здесь, снизу послышалось поцокивание. Это мышь недовольно постукивал когтистой лапкой по полу, сложив руки крест-накрест, на человеческий манер, отчего фрак почти полностью спрятался за кожистыми крыльями.
  
  Морган прочистил горло и сказал:
  
  - Мне бы Гризельду... поговорить.
  
  Ему и самому было стыдно за это бормотание, но ничего поделать с собой он не мог.
  
  Мышь деловито кивнул, давая понять, что понял его, щелкнул коготками и тут же коридор наполнился звуками хлопающих крыльев, а через мгновение Морган увидел отдаленный свет, быстро приближающийся к ним. Первой мыслью было: "Ещё одна летающая мышь во фраке?". Но нет, это был ворон, держащий лапами фонарь. Хвала всему сущему - без фрака. Морган вряд ли мог объяснить, почему ему именно эта деталь казалась самой странной.
  
  - Прошу за мной, - вежливо попросил мышь и пошел вперед. Морган медленно поплелся следом. Во-первых, трудно идти быстро за тем, кто делает четыре шага, пока ты делаешь один. Во-вторых, он ничего не мог с этим поделать, но взгляд то и дело возвращался к ворону.
  
  Кажется, теперь Морган понял, что имел в виду "рожа", говоря про то, что слуги летают через окна. Если бы у путника по какой-то причине все ещё оставались сомнения в том, что он попал в замок колдуньи, то глядя на то, как по щелчку коготков летающей мыши во фраке перед ним разъезжаются двери, бедняга лишился бы не только их, но и в некоторых случаях и рассудка.
  
  Из-за того, что Морган шел по замку медленно, ему удалось неплохо рассмотреть строение. Прекрасная память помогла запомнить каждый поворот, каждую лестницу и каждый коридор, каждую трещину и каждую неубранную паутину, за которую ФионаХукс велела бы выпороть слуг. А хозяйке этого замка кажется было абсолютно все равно есть ли пыль или паутина по углам, сколько факелов зажжено и насколько этот расточительно. Хотя присмотревшись Морган понял, что пыль в углах, похоже живая, потому, что при приближении слуг она медленно уползала в углы подальше. Да и паутина какая-то необычная: как ни силился, демон не мог вспомнить, чтобы дома паутина бросалась на пролетающих мимо мух и чтобы сама себя сплетала после того, как её случайно порвет пролетающий мимо ворон. А если бы маме подарить хотя бы один такой факел, который горит одинаково ровным пламенем, и от него нет копоти, она была бы вне себя от счастья. Супруга главы клана Тэлбот любит, чтобы в доме было чисто, поэтому в замке Варботрон капитальная уборка проводилась не реже чем раз в три месяца. В то время как в окрестных замках - в лучшем случае раз в год.
  
  Морган привык к чистоте, и в этом замке чувствовал себя неуютно. Конечно, то, что он был насквозь пропитан магией, тоже сыграло свою роль. Но об этом демон старался не думать. И не вникать в то, как именно все в этом мире и замке взаимосвязано и как функционирует. Морган старался сосредоточиться на том, чтобы получить пропуск в "Три дуба" и спасти товарищей.
  
  Пусть и медленно, но мышь все же провел гостя на вершину башни, туда, где его хозяйка устроила себе лабораторию. Хотя, вершиной башни это можно было назвать весьма условно, ведь лаборатория, в зависимости от желания своей хозяйки перемещалась не только внутри башни, но и по всему замку.
  
  В пути Морган много думал о том, какой будет ведьма: красивой и молодой, как и Хлоя, или старой каргой с бородавками, зеленой кожей, горбом и гнездом, которое птицы свили у неё в волосах? А может, она окажется чем-то вроде этих мышей? А что, мужчину со свиным рылом демоны уже встретили. Кто их знает, этих ведьм? Может это у них в моде сейчас!
  
  Мышь застыл перед небольшой деревянной дверью и сосредоточенно уставился на неё. Морган на всякий случай сделал то же самое. Прошло добрых полминуты, прежде, чем демон понял, зачем они это делали: древесина, из которой была сделана дверь, начала медленно плыть, как вода в водовороте, пока не сформировалось подобие мужского лица. Мышь тут же доложил:
  
  - Визитер. Спроси у госпожи, что с ним делать.
  
  Лицо кивнуло и растаяло, как и не бывало. Морган так изумился, что поднял руки и положил на дверь. Под руками была обычная древесина.
  
  - Г-гм, - привлек к себе его внимание мышь и как только демон посмотрел на него, кивнул головой, чтобы гость отошел. Морган тут же отошел.
  
  Прошло ещё с полминуты, прежде чем лицо снова появилось. Глубоким голосом, звучащим, как будто из бочки, "лицо" спросило:
  
  - Цель визита?
  
  - Мне нужен пропуск в долину "Три дуба" и у вас в плену два моих товарища, я бы хотел их освободить, - быстро ответил Морган.
  
  "Лицо" снова растаяло. В этот раз оно появилось почти сразу же и обратилось уже к мышу:
  
  - Проводите визитера в Обсидиановый зал.
  
  Мышь кивнул и, повернувшись, пошел по коридору. Вопросы Моргана:
  
  - Куда мы идем? Что это за Обсидиановый зал? Гризельда будет ждать нас там? - остались без ответа.
  
  В конце концов, демон перестал спрашивать. Он предвидел очередную неспешную прогулку неубранным замком, но ошибся. Мышь подвел гостя к большому зеркалу в человеческий рост и первым шагнул в него. Поколебавшись Морган зажмурился и мужественно шагнул следом. Он сделал шаг, затем, нащупывая одной ногой дорогу, сделал второй шаг. Так же точно и третий, и уже собрался сделать четвертый, но его остановил заинтересованный женский голос:
  
  - У демонов оригинальный способ передвижения.
  
  Что и говорить, этот голос застал Моргана врасплох. Он открыл глаза и посмотрел вокруг.
  
  Ведьма оказалась совсем не такой, какой он себе представлял. Вряд ли, кто-нибудь из живых существ вообще мог представить себе такую ведьму: высокая, насколько можно было судить, в черном платье, волосы спрятаны за большой короной черного цвета усыпанной драгоценными камнями черного цвета, руки заканчивались то ли когтями, то ли длинными ногтями черного цвета (с такого расстояния было не рассмотреть), на ногах черные туфли. И как контраст всему этому - белая маска, на которой были схематически нарисованы глаза, нос и губы. Вишенкой на тортике было то, что маска выражала заинтересованность. Присмотревшись, Морган увидел, что маска треснула в углу. Ведьма сидела на троне, размещенном на небольшом возвышении.
  
  Морган внезапно понял, как абсурдно и по-идиотски выглядит со стороны: он так и застыл полуприсев и с ногой, вытянутой для ощупывания дороги, пока беззастенчиво рассматривал хозяйку замка. Понимая, что произвел не самое лучшее впечатление, он выпрямился, стал ровно и поправил на себе одежду, затем откашлялся и представился:
  
  - Здравствуйте, меня зовут Морган Тэлбот, из клана Телбот. Я и мои товарищи, которых вы по недоразумению взяли в плен, прибыли сюда из Кестекера, чтобы попросить у вас пропуск в долину "Три дуба". Если вы, конечно, будете так любезны, чтобы нам его дать.
  
  Он говорил уважительно и вежливо. Хукс Тэлбот мог бы гордиться младшим сыном. Но, к сожалению, на ведьму это не произвело впечатления. Она подняла руку, стукнула пальчиком по маске и та приняла скучающий вид. И точно таким же скучающим тоном Гризельда сказала:
  
  - Нет.
  
  Мышь, как будто только этого слова и ждал, тут же повернулся, и уперся лапками в его колени, пытаясь сдвинуть "визитера" с места и вытолкать за дверь.
  
  - Нет? - изумленно переспросил Морган и немного обижено спросил: - Но, почему?
  
  Гризельда снова стукнула коготком по маске и та сменила выражение на раздраженное:
  
  - Долина не место для увеселительных прогулок заскучавших демонов.
  
  Не обращая внимания на миша, толкающего его колени, пытаясь направить к выходу, Морган постарался как можно спокойнее объяснить:
  
  - Я не от скуки собрался в долину. Во время махвана я увидел свою суженую, - он увидел, как ведьма снова стукнула коготком по маске и та приняла заинтересованное выражение, и, решив, что на правильном пути, удвоил старания. - Это молодая ведьма по имени Хлоя-Грейс Уайли. Мне нужно найти её и убедить выйти за меня замуж. Поэтому прошу вас, дайте мне пропуск.
  
  Несколько секунд Гризельда раздумывала, затем снова стукнула ногтем по маске и та приняла решительное выражение:
  
  - Нет, - также решительно ответила она Моргану. - Найди себе другую суженную.
  
  - Я не могу найти себе другую, - в отчаянье воскликнул демон. - Я люблю Хлою! Я не смогу жить без неё!
  
  - Все влюбленные так говорят, - отмахнулась от его доводов ведьма, предварительно стукнув ноготком по маске, чтобы та приняла скучающее выражение лица.
  
  Морган не знал, какими словами донести до Гризельды отчаянность своего положения:
  
  - Я не просто влюблен! - он принялся с жаром объяснять. - Хлоя - моя суженая! СУЖЕНАЯ! Я не смогу полюбить другую, не смогу забыть её, не смогу жить без неё. Понимаете? Я сойду с ума от неразделенной любви и ревности, если не смогу быть рядом, любить её, защищать и обеспечивать всем самым лучшим.
  
  Гризельда снова подняла коготок и стукнула по маске, придав её заинтересованное выражение. Морган воспрянул духом, ещё не понимая, что интерес этой конкретной ведьмы - это самая большая беда, в которую он влипал за всю свою жизнь. Одна из старейшин долины трех дубов не дала ему долго оставаться в блаженном неведенье. Слегка наклонившись вперед, она вкрадчиво спросила:
  
  - И на что ты готов, ради своей возлюбленной ведьмы?
  
  - На все! - пылко воскликнул демон.
  
  Ведьма откинулась назад в своем кресле, стукнула коготком по своей маске и та приняла удовлетворенный вид:
  
  - Чудненько, - довольно сказала Гризельда, а Морган невольно сравнил её с мурлыкающей кошкой и запоздало начал переживать о том, на что такое только что подписался.
  
  Гризельда снова стукнула коготком по маске, и у той появилось серьезное выражение. Таким же серьезным тоном ведьма рассказала, чего хочет в обмен на пропуск:
  
  - Вот уже несколько столетий я бьюсь над приготовлением одного зелья. Тебе не нужно знать ни какое это зелье, ни для чего оно тебе. Важно лишь то, что для его приготовления необходим корень мандрагоры.
  
  - Так, - сказал Морган по привычке - он всегда так делал, когда внимательно слушал и старался запомнить каждое слово.
  
  Ведьма продолжила:
  
  - Я пыталась заменить чем-то этот проклятый корень. Но эти эксперименты не привели к желаемому результату, - она снова наклонилась вперед, чтобы её лучше было слышно, - Добудь мне корень мандрагоры и я дам тебе пропуск.
  
  - Понял, - кивнул демон и спросил: - Где мне его найти?
  
  Ведьма продолжила говорить:
  
  - Это не такое легкое задание, как тебе могло показаться. Корень, который мне нужен, растет на земле Форсификеи, там, где когда-то казнили четыреста преступников.
  
  Видимо, у демона на лице большими буквами был написан вопрос "За что?", потому, что Гризельда рассказала ему всю историю:
  
  - Когда-то давно, во времена, которые не помнят даже родители твоих родителей, в человеческом королевстве появился отряд разбойников из сорока человек. Они нападали на купеческие караваны и на поселки, грабили, убивали и насиловали. В общем, делали все, что обычно делают разбойники. Разница лишь в том, что со своими жертвами они обходились с неимоверной жестокостью. Однажды на дороге им повстречался путник. Его хотели убить, просто смеха ради. Но он оказался каким-то там злым магом средней руки. Ему хватило сил убить и проклясть нескольких из нападающих, а остальных напугать. Всех, кроме их предводителя. Тот понял, что маг выдохся и его можно будет легко убить. Но не стал торопиться с этим делом. Главарь пообещал отпустить его, если тот расскажет ему секрет бессмертия. Маг, чтобы спасти свою шкуру, не долго думая, рассказал главарю историю о невероятном корне мандрагоры, который может вырасти там, где насильственной смертью умрет не меньше тысячи человек.
  
  Моргану по большому счету плевать было на гипотетических жертв насилия среди людей, но здоровое любопытство заставило его спросить:
  
  - И как?
  
  - Мага после этого убили, - равнодушно ответила Гризельда, и только после этого поняла, что демон спрашивал не об этом. - У них и правда, получилось вырастить мандрагору. Презабавнейшая вышла история, - ведьма заметно оживилась. - Они успели замучить насмерть шестьсот душ. За это время численность их банды выросла до четырехсот человек. И тут их накрыла посланная по их следам армия. Их окружили и перебили, всех до одного. А там, где это произошло, выросла мандрагора.
  
  Морган улыбнулся - ему эта история тоже показалась забавной. Но тут же снова стал серьезным:
  
  - И как мне найти это место? - вернулся к интересующей его теме он.
  
  - Я зачарую для тебя зеркало, - снов стала равнодушной Гризельда. - К завтрашнему дню будет готово. С его помощью ты пройдешь туда и обратно.
  
  - А мои товарищи? - спросил Морган.
  
  - Погостят пока у меня, - голос Гризельды снова начал вызывать у Моргана ассоциации с мурлыкающей кошкой. - Не переживай, с ними ничего не случиться до ближайшего полнолуния.
  
  - А это..? - намекающе спросил демон, пытаясь более точно узнать, сколько у него времени.
  
  - Завтра вечером, - жизнерадостно сообщила Гризельда, стукнув коготком по маске и придав ей не менее радостное выражение.
  
  - Как-то так я и думал, - безрадостно усмехнулся ей в ответ Морган, но не стал пытаться уговорить ведьму отпустить пленных демонов. Почему-то ему казалось, что Гризельду бесполезно просить поверить слову чести или взывать к её здравому смыслу. Ей нужен корень? Ну, так Морган добудет его, получит пропуск, освободит товарищей и поедет дальше, забыв про эту ведьму, про созданный ею мрачный мир и этот замок, как про страшный сон.
  
  - Тебя разместят на ночь в гостевых покоях, - голос Гризельды вернул его в реальность. - Отдохни и приготовься к завтрашнему путешествию.
  
  Морган посмотрел вниз на мыша во фраке. Тот поклонился своей хозяйкой и царственно прошествовал к выходу. Демон несколько мгновений наблюдал за ним, затем спохватился, и пошел следом. Он чувствовал себя крайне неловко, потому, что прошла добрая минута, прежде чем мышь доцоктел своими коротенькими лапками до выхода. Морган преодолел это расстояние в два шага. И на прощание ещё разочек поклонился хозяйке замка. Все прошло намного лучше, чем он ожидал, когда шел к ней. Его ни во что не превратили, Освальт и Пэттон живы-здоровы, а у него есть шанс освободить их и получить желаемое.
  
  Мышь проводил Моргана выше по ступенькам вглубь башни. По дороге демон едва сдержался, чтобы не предложить своему провожатому взять его на руки и понести - так медленно тот двигался. Такими темпами можно было дойти до покоев, развернуться и идти назад к Гризельде. Хвала всему сущему, дорога не была бесконечной, иначе демон за себя не ручался. Мышь привел его к узким и высоким деревянным дверям, и церемонно поклонившись, сообщил:
  
  - Можете расположиться на ночлег в этих покоях.
  
  Только в этот момент Морган впервые задумался, как же все-таки эта огромная летучая мышь умудряется разговаривать? Может, он тоже зачарованный человек или демон? Вдруг все, кого он видел - зачарованные разумные существа? Но, по здравом размышлении он отмел эту мысль, ведь в таком случае Гризельда была бы злой ведьмой, а злую ведьму не сделали бы старейшиной долины "Трех дубов".
  
  Морган внезапно понял, что все ещё стоит на месте, а мышь терпеливо ждет, когда же гость зайдет внутрь. Почувствовав себя очень глупо, он потянул за металлическое кольцо, служащее дверной ручкой и открыл дверь. Его взору открылись невероятно просторные покои, как для небольших размеров самой башни, посредине которых стояла большая, почти исполинская кровать, в ногах которой было несколько сундуков для одежды и разной домашней утвари, вроде полотенец или сменного постельного белья. У окна расположился дубовый письменный стол, а у противоположной стены большой камин. Это место выглядело даже по-своему уютно.
  
  - Господину гостю что-то нужно? - вежливо поинтересовался мышь откуда-то слева и снизу.
  
  Морган опустил голову и внимательно посмотрел на него, прежде чем ответить. Как это создание умудряется выглядеть совершенно невозмутимо, и в то же время буквально излучать неприязнь к нему?
  
  - Нет, спасибо, - покачал головой демон в ответ и, пройдя в комнату, упал на кровать. Его телу нужно было отдохнуть, а разуму обдумать происходящее и то, что он будет делать завтра.
  
  "Интересно, как там Хлоя?" - с тоской и тревогой подумалось ему. Морган хорошо помнил и осознавал то, что произошло дальше: он увидел небольшую бабочку яркого оранжевого цвета, с полупрозрачными крыльями, будто сотканными из зеленоватой дымки, его тело налилось свинцовой усталостью, веки отяжелели и сами собой закрылись. Впервые за всю свою жизнь Морган погрузился в крепкий, здоровый сон.
  
  Глава 5
  Хлоя никогда не обладала сильным ведьмовским даром. Поэтому бабушка, пока была жива, обучила свою младшую внучку зельеварению и ритуальной магии. Это не то, что поможет в открытом бою и не то, что можно использовать для достижения сильного или мгновенного эффекта, но это то, что расширяло круг возможностей слабой ведьмы.
  Благодаря урокам любимой бабули, Хлоя знала, как доставить зелье к демону. По зрелому размышлению она даже придумала, как его найти. Раз этот умалишенный приперся к ней в сон, значит, между ними есть связь. Если настроиться на неё, то бабочка найдет его, где бы он ни был.
  Проблема, с которой она столкнулась, была совершенно другого рода. Хлоя долго думала над тем, как именно можно усыпить демона. Она знала, что нужно для того, чтобы сварить зелье, которое усыпит ведьму - болотная травка под названием ведьмина зевота или отвар беладонны. Для усыпления людей больше всего подходит сон-трава, золототысячник, чертополох и много другого. Но бабуля никогда не говорила, чем можно усыпить демона.
  Перебрав в голове все варианты, Хлоя остановила свой выбор на тимьяне, душице и страстоцвете. Бабушка учила ее, что зелье на основе одного растения может оказать очень сильный эффект. Если добавить в него ещё несколько растений, имеющих схожее действие, то результат усилится в несколько раз. Главное, чтобы растения между собой не конфликтовали, а то все закончится, в лучшем случае, взрывом. Поэтому Хлоя и взяла именно эти три растения - они все, при правильном приготовлении, оказывают сильное снотворное действие и если одно не подействует, то подействует другое. Страстоцвет вообще считался универсальным снотворным для всех, кто жил в "Трех дубах".
  В зелье Хлоя также добавила дурман и сколопию, ведь они помогают подавлять волю и изменять сознание. Если повезет и они подействуют, то можно будет внушить демону любую мысль. Сначала юная ведьма собиралась вдоволь поиздеваться над беспомощной жертвой, а напоследок внушить ему, что он больше не влюблен и никогда не захочет искать её.
  Пока она занималась зельем, в голове промелькнула мысль, что если сработает, то нужно будет использовать зелье на Хейнтлине и Дайчене, чтобы свалили. Тут она впервые пожалела о чаепитии с грибным пирогом. После этого "женишки" будут на чеку, и их трудно будет заставить что-то выпить из её рук. Но это всего лишь временные затруднения, она придумает, как их решить. А пока она оставила зелье готовится на мелком огне, и принялась выкладывать на полу пентаграмму. Если бы бабушка сейчас видела, с каким старанием внучка воплощает в жизнь все, чему научилась от неё, то могла бы ею гордиться. Хлоя собиралась создавать посланника, который перенесется по воздуху, поэтому для формирования пентаграммы взяла воздушный элемент. В данном случае это были тополиный и куриный пух. Она с предельной осторожностью выложила в центре получившейся фигуры знак воздуха и поместила в центр сухую бабочку, предварительно украденную из коллекции Калисты.
  Как только зелье было готово, Хлоя полила им бабочку и прочитала над нею заклятье, после чего повелела:
  - Лети к тому демону, который коснулся моей души и связал нас незримой нитью.
  Затем выпила этого же зелья сама, предварительно положив рядом противоядие, чтобы не застрять в собственном сне. Путешествие в темном лесу научило её, что не стоит зависеть от чужой воли. Её веки отяжелели, тело медленно налилось свинцовой усталостью, сердце замедлилось, и разум погрузился в глубокий, здоровый, крепкий сон. Когда в следующий момент она открыла глаза, комната вокруг неё была другая, и она в ней была не одна. Хлоя лежала на огромной кровати, в ногах которой стояло несколько сундуков. Стоило перевести взгляд в сторону, и взору открывался большой камин. А напротив было большое окно, занавешенное легкими занавесками из материала, который Хлое, с её скудными познаниями в этой области опознать не удалось.
  Взгляд юной ведьмы пересек комнату и остановился на второй половине кровати. Точнее, на том, с кем она её делила - на лежащем на боку демоне, подпиравшем голову рукой и нахально улыбающимся.
  - Морган, - вспомнила его имя юная ведьма.
  Демон улыбнулся шире:
  - Соскучилась по мне, Хлоя?
  - С чего ты взял? - фыркнула она в ответ и тоже перевернулась на бок, копируя его позу.
  - Как бы иначе я оказался в твоем сне? - сделал попытку пожать плечами Морган, не сводя глаз с Хлои. Он почувствовал момент, когда его тело непривычно отяжелело, как после ну, слишком сильных тренировок,и веки стали слишком тяжелыми, чтобы ими можно было двигать. Так как такое состояние для демонов не свойственно, Морган решил, что это Гризельда его заколдовала. Зачем? Да мало ли! Может это хорошо расставленная ловушка или ведьма защищает свои секреты и не хочет, чтобы гость ночью начал бродить по замку? Паниковать он не стал. Что бы его не усыпило - бороться с этим было невозможно. Того, что таким образом ведьма пытается убить своего гостя, можно было не бояться. Хотела бы избавиться от него - уже избавилась бы.
  Но стоило открыть глаза, и перед ним оказалась совсем другая ведьма: рыжеволосая, зеленоглазая и... спящая. Он наслаждался мгновением. Как же приятно было сознавать, что Хлоя так хотела увидеть его, что нашла способ погрузить Моргана в сон и самой в него войти. Или все наоборот и это её сон?
  Прежде, чем демон сломал свои мозги, пытаясь понять и рационализировать происходящее, Хлоя проснулась. Первая эмоция на её милом личике заставила его расплыться в улыбке - любопытство. Моргана это привело к неожиданным соображениям. Гризельде, судя по всему, уже не одна сотня лет, а она продолжает готовить новые зелья, добывать новые артефакты. Хлоя молода, но ей все интересно. Кажется, эта жажда познаний - национальная черта всех ведьм.
  А потом рыжеволосая колючка увидела его и, как и полагается колючке, начала колоться.
  Хлоя не стала отпираться, утверждать, что это не её сон и это колдовство не её рук дело. Вместо этого девушка коварно улыбнулась и спросила:
  - С чего ты взял, что тоска - единственная причина, по которой я могла бы найти тебя?
  Юная ведьма поднесла ручку, сжатую в кулачок к губам так, если бы собиралась послать демону воздушный поцелуй. Но, вместо этого она разжала ручку и дунула на ладонь. Морган увидел золотистую пыльцу, окутавшую его со всех сторон. Но ничего не почувствовал.
  - Теперь ты весь в моей власти! - злорадно и в то же время по-детски радостно заявила Хлоя, потирая руки.
  Морган не чувствовал изменений, но ему стало интересно, что она будет делать дальше.
  Девушка вскочила с кровати, несколько раз нервно обошла комнату по кругу и снова остановилась перед ним. У Моргана сложилось впечатление, что она сама не ожидала, что у неё получится задуманное, или что что-то забыла и сейчас импровизирует. Вскоре стало понятно, что именно: Хлоя взялась за сундук и, пыхтя, вытащила его на средину комнаты. Выпрямившись, слегка запыхавшаясяведьмочка, стараясь придать голосу командный тон, велела:
  - Сядь сюда!
  Дико заинтересованный происходящим Морган выполнил приказ. Хлою это привело в такой восторг, что она запрыгала на месте, как ребенок, при виде конфет, и не менее радостно захлопала в ладони. Моргану стоило больших усилий не улыбнуться. Почему-то казалось, что это пойдет вразрез с планом ведьмочки, каким бы он ни был, и её настроение испортиться. А демону хотелось, чтобы его возлюбленная как можно дольше оставалась в таком радостном возбуждении.
  После вспышки радости ведьма вспомнила, что пора приступать к следующему этапу. Её личико приобрело сосредоточенность и девушка начала изучать комнату. У Моргана язык так и чесался спросить, что она ищет. Пришлось взять себя в руки. Ему по-прежнему было любопытно, что же здесь происходит. И его терпение было вознаграждено. Хлоя увидела веревку, которой были связаны тяжелые шторы у карниза. Воровато оглянувшись, ведьмочка ткнула в неё пальцем и произнесла:
  - Эсентанжени!
  У Моргана глаза стали с блюдце, когда он увидел, что веревка, подобно змее, сползла с карниза и, подползя к Хлое, улеглась у её ног аккуратными кругами. Упавшие шторы произвели на него меньшее впечатление, чем эта веревка. Инстинкт требовал отбросить эту заколдованную вещь от своей пары, требовал защитить от опасности. Разум уверенно возражал: какая может быть опасность, если она сама эту веревку и заколдовала?
  Все его сомнения разрешила Хлоя. Взяв веревку в руки, девушка принялась деловито его связывать, делясь интересными подробностями:
  - Наша с тобой встреча была мне как снег на голову. Я его никогда не видела, но, думаю, употребила выражение правильно. Из-за тебя я поступила необдуманно, и теперь меня выдают замуж. Так что ты мне за это заплатишь! За все, за все заплатишь! В чем виноват и не виноват! Все равно заплатишь!
  Морган слушал не перебивая. Значит, Хлою выдают замуж, а он застрял здесь, с заданиями от Гризельды. Предаться отчаянью ему помешало то, что он отвлекся на веревку. Точнее, на то, КАК ИМЕННО, его связывала юнаяведьмочка.
  Пока Морган рассматривал свои путы, Хлоя закончила и склонилась к нему:
  - Теперь ты в моей власти, демон, и я буду делать с тобой, что захочу!
  С одной стороны, ему хотелось посмотреть, что будет дальше. Но с другой стороны, в виду того, что его возлюбленную собираются выдать замуж, Морган решил, что пора действовать:
  - Хлоя, - ласково, и почти нежно произнес он, стараясь хотя бы тоном передать все то, что у него сейчас внутри. - Если я тебя обидел, прости меня. Я люблю тебя, люблю, когда ты улыбаешься, люблю, когда увлеченно чем-то занимаешь. Ты самое дорогое, что было послано мне судьбой, и больше всего на свете я хотел бы оберегать тебя от переживаний и обид, а не быть их причиной.
  Ведьмочка была сбита с толку этими словами. Она ожидала, что осознав свою беспомощность, демон начнет молить о прощении, ожидала, что он настолько испугается, что может даже заплачет. Её бывший ухажер, сосед Дэйл, оказавшись в подобной ситуации даже заплакал. Хлоя пощадила самолюбие парня и не стала никому об этом рассказывать, поэтому, все думают, что он перестал за ней ухаживать из-за того, что она напугала его лошадь на конной прогулке. Но Хлоя никак не ожидала, что демон не только не испугается, но и не перестанет смотреть на неё такими влюбленными глазами. Его слова... даже не столько слова, а то, как он это произнес, были настолько искренними, как будто перед нею обнажили душу. И в этой душе Хлоя увидела себя. Это сбивало с толку, это пугало и вызывало желание сбежать.
  Морган почувствовал её смятение и перешел к решительным действиям. Он встал с сундука и снял с себя веревку, которую неопытная в связывании других Хлоя просто намотала на него. Девушка попятилась, а демон наступал, пока она не уперлась своей филейной частью в стол. Морган подошел в упор и обнял не сопротивляющуюся рыжеволосую колючку:
  - Неужели ты ещё не поняла? - он поцеловал её макушку, а руки начали успокаивающе поглаживать девушку по спине. - Тебе не нужны веревки. Я и так всегда в твоей власти.
  Морган почувствовал момент, когда девушка расслабилась и посмотрела на него. В этот раз он не торопился, смакуя каждое мгновение. Он медленно склонился к ней, чувствуя, как гулко бьется у него под руками маленькое девичье сердечко. Мысль о том, что Хлоя неопытна не только в вязании узлов, заставила и его сердца биться не менее сильно. Наконец, губы демона нашли её, в медленном, соблазняющем поцелуе. Морган боялся, что она его оттолкнёт, как тогда в лесу, что напугает, если проявит такую же пылкость и страсть, как тогда. Но когда две тонкие девичьи ручки вцепились в его одежду, притягивая к себе, сдержаться не было сил.
  Не прерывая поцелуй, он опустил руки и, подхватив девушку за ягодицы, сначала прижал к себе, чтобы она ощутила, как же сильно он её хочет, затем приподнял, и посадил на стол, разведя её ноги и став между ними. И только сейчас он вдруг опомнился.
  Инстинкт говорил ему взять свою пару, сделать её своей, прямо сейчас. А разум говорил: Хлоя достойна большего, чем потерять невинность на дубовом столе.
  Морган прервал поцелуй и уперся руками в стол возле Хлои. Он решил уступить инстинкту и разуму одновременно. Это правда, что его пара достойна большего. К счастью, рядом есть прекрасная кровать. Ему лишь нужна была небольшая передышка. Нужно было совладать с собой, чтобы хотя бы донести Хлою до кровати, а не взять её просто на полу.
  - Ах, Хлоя, - он потянул вниз платье, оголяя её плечо, и проложил серию мелких поцелуев вдоль ключицы и шеи, прежде, чем сказать: - Ради того, чтобы быть с тобой, я достану Гризельде миллион корней мандрагоры, - и собрался снова поцеловать свою возлюбленную.
  Вместо того чтобы ответить на его поцелуй, Хлоя внезапно уперлась кулачками в его плечи и оттолкнула от себя. Не понимая, что не так, Морган отодвинулся и в недоумении уставился на неё. Что опять он сделал не так? Вроде женщинам нравится, когда в их честь совершают подвиги?
  - Что? - в шоке спросила Хлоя.
  - Что? - чувствуя себя глупо, переспросил Морган, все мысли которого были сосредоточены на том, что почти произошло.
  - ЧТО ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛ? - чеканя каждое слово, максимально серьезно спросила Хлоя.
  - Что готов совершать ради тебя подвиги? - вопросительно приподнял бровь Морган. - Или ты про то, что я взялся выполнить задание Гризельды?
  Хлоя прикрыла глаза, чтобы не видеть демона, досчитала до десяти, затем снова открыла и очень спокойно сказала:
  - Я о том, что ты законченный идиот! - на большее спокойствия ей не хватило, и она прошипела: - Да как ты только додумался согласиться пойти за корнем мандрагоры?!
  Морган и разозлился на несговорчивую ведьму, за то, что не оценила всего того, на что он пошел, чтобы быть с нею, и обрадовался одновременно, так как её реакция лучше всяких слов говорит, что она беспокоится о нем. Значит, чтобы Хлоя не говорила, какие-то чувства к нему уже успели пустить корни в её сердце. Осталось лишь укрепить их. Для этого нужно сейчас не поссориться. Интересно, как это сделать? Зеленые глаза ведьмочки просто горят изнутри жаждой разорвать кого-то на клочья. Да и, откровенно говоря, у него настроение сейчас не лучше, так как абсолютно ясно, что сладенького ему сегодня не перепадет.
  Глубоко вдохнув и выдохнув, демон как можно спокойнее спросил:
  - Хлоя, милая, скажи мне, пожалуйста, что именно тебя так обеспокоило, и я придумаю, что с этим делать.
  Ведьмочка закатила глаза, оттолкнула его, спрыгнула со стола и начала приводить свою одежду в порядок, попутно рассказывая:
  - Да то, что ты растерял последние мозги от своей любви, раз на такое подрядился. Да чем ты только думал, Морган Не помню-как-там-тебя-дальше? Корень мандрагоры растет...
  - ...на земле Форсификеи, там, где когда-то казнили четыреста преступников, - скороговоркой закончил за неё Морган, давая понять, что эту часть он знает и её можно пропускать.
  Девушка резко повернулась к нему. У неё было такое выражение лица, будто демон над ней издевается.
  - Ты что не понял? - в отчаянье воскликнула Хлоя и ударила его кулачками в грудь. - Да Гризельда просто послала тебя на смерть! Решила убить тебя поинтереснее!
  - Хлоя... - попытался успокоить её Морган, но ведьмочка ещё не закончила:
  - Те тысяча душ, которые погибли, чтобы вырос корень мандрагоры - не смогли покинуть этот мир, - она с жаром принялась рассказывать ему, почему работа, за которую он взялся - чистое самоубийство. - Они все ещё там и охраняют корень. Даже если тебе удастся справиться с тысячью кровожадными призраками, и ты доберешься до корня, то если начнешь вырывать его - обязательно погибнешь. Мандрагора в этот момент начинает неистово кричать, люди глохнут и сходят с ума от этого крика, но не перестают его слышать. Постоянный вой вынуждает их в итоге сводить счеты с жизнью. Но даже после смерти они не прекращают слышать крик мандрагоры.
  - Они что, обречены на вечные муки? - недоверчиво переспросил Морган.
  - Почти, - неохотно пожала плечами Хлоя. - Их мучения прекратятся, если кто-то, в конце концов, вырвет этот проклятый корень.
  - Ну... - попытался было сказать что-то ободряющее демон, но ведьмочка перебила его, снова заговорив в том же отчаянно-паничном тоне:
  - А даже если ты и вырвешь корень, то не сможешь его довезти, потому, что он ссохнется и умрет, как только ты его отпустишь. А ты его отпустишь, - с нажимом сказала Хлоя, видя, что демон снова пытается её перебить. - Потому, что рука, достаточно долго удерживающая корень, чернеет, покрывается язвами и сгнивает заживо!
  Морган задумался. Если сказанное Хлоей правда хотя бы на половину, то все это уже не смешно. Получается, ведьма и правда послала его на верную гибель? Зачем? Развлечения ради? Или по другой причине?
  - Зачем Гризельда это сделала? - озвучил вслух терзающий его вопрос Морган.
  Хлоя пожала плечами:
  - Не знаю, может, развлечения ради, - и тут же объяснила, оправдывающимся тоном: - Она не была доброй ведьмой, за это её и изгнали из долины.
  Тут Моргана пробрало возмущение пополам с изумлением:
  - Зачем же вы сделали её старейшиной?
  Девушка закатила глаза:
  - Я что знаю? Это было давным-давно, а мне лет от роду всего ничего, - но немного подумав, все же выудила из недр памяти какую-то информацию: - Знаю только, что она не всегда была злой ведьмой. Когда её сделали старейшиной, она ещё была нормальной, но потом что-то случилось и это как-то связанно с двумя другими старейшинами.
  - А ты могла бы разузнать подробности?
  - Думаю, да, - задумчиво кивнула Хлоя. - Но мне понадобиться время.
  - А я иду за корнем мандрагоры уже завтра, - сказал Морган, и тут его впервые в жизни накрыло чувством, похожим на страх: - Что же мне делать, Хлоя?
  - Не ныть! - рявкнулаведьмочка и, закончив со своей одеждой начала ходить по комнате. - Думаю, Гризельда на самом деле и не хочет давать тебе пропуск в долину. Поэтому и дала такое самоубийственное задание.
  Хлоя стала, потопала ножкой, всем своим видом выражая задумчивость, и, наконец, сказала:
  - Понятия не имею, как тебе выпутаться из этого живым, - и тут же добавила: - Но моя Ба может знать.
  - Кто такая Ба? - растерялся Морган. Происходящее чем дальше, тем больше напоминало ночной бред.
  - Моя бабушка, - посмотрев на него как на дебила, ответила Хлоя. Как будто вся вселенная по умолчанию должна понимать, как она называет своих родных. - Я пойду и спрошу. А ты пока не помри тут. И не бойся, я тебя спасу.
  Улыбнувшись, девушка сделала пасс рукой и из воздуха появилась глиняная бутылочка. Послав ему воздушный поцелуй, она сделала глоток и растаяла в воздухе.
  - Утешила, - обреченно пробормотал Морган и упал на кровать. Он ещё долго пролежал так, прежде чем вернулась Хлоя. Уеговедьмочки было что-то похожее на план.
  
  ******
  Хлоя проснулась у себя в комнате, со спутанными чувствами. С одной стороны ей хотелось что-то делать, куда-то бежать, спасать этого идиота-демона, который тронулся умом. По-другому его согласие отправиться за корнем мандрагоры объяснить нельзя. С другой стороны её жгло чувство неудовлетворенности и обиды. Она же собиралась мстить! Как же она оказалась потом на том столе? А главное, почему ей за это не стыдно? Более того, немного покопавшись в своих ощущениях, Хлоя поняла, что ей очень хотелось бы узнать, чем все это могло бы закончиться. И это было не только пресловутое ведьмино любопытство. Ей было хорошо с демоном, и внутренний голос подсказывал, что может стать ещё лучше.
  Обдумав все, что сначала узнает, что такого хорошего может быть с демоном. А потом ему точно отомстит. А чтобы этот гениальный план воплотить в жизнь, нужно сначала узнать, как спасти его шкуру из лап Гризельды.
  До утра ждать - слишком долго, поэтому Хлоя решила действовать тем же способом, что и с демоном. Проведя все необходимые манипуляции, девушка выпила зелье и легла спать. Усыплять бабулю в такой час точно не нужно. Ба, известная также, как Бабуля и Суфи Непроизносимая фамилия-запомнить невозможно-выговорить тем более, была известной засоней. Её любимый метод преподавания - дать своей единственной ученице задание варганить какое-то зелье, и уснуть. Хлоя была единственной ученицей Ба по одной простой причине - она единственная училась быть травницей. Остальных вселенная не настолько обделила магическим даром, и они могли учиться настоящему колдовству. Кто-то на месте Хлои мог бы очень огорчиться. Но только не она. Ещё девочкой она поняла, что с помощью трав можно не только бородавки сводить. Профессия травницы открывала море возможностей: лечить и насылать болезни, взрывать, проводить различные ритуалы, для которых обычный маг тратит слишком много энергии, управление урожайностью, животными и, самое любимое - возможность пакостить удаленно! Подложить зелье замедленного действия, благополучно свалить и наблюдать за эффектом со стороны.
  Интуиция не подвела Хлою. Ба действительно спала, и снился ей дичайший сон, в котором она была молода и ослепительно красива, практически раздета и веселилась в компании нескольких зеленокожих типов, не внушающих доверие.
  Так как это был всего лишь сон, Хлоя не стала тратить время на любезности, знакомства и прочие расшаркивания. Столкнув одного из зеленокожих со стула, она плюхнулась на него и заявила:
  - Привет, Ба. В меня влюбился демон и его нужно спасать.
  - Вот уж святая правда, - вздохнула Суфи, раздосадованная тем, что рука поклонника, покоившаяся у неё на коленке и медленно продвигающаяся выше, внезапно и резко была убрана непоседливой внучкой. - Этого несчастного и правда, нужно спасать: нашел в кого влюбляться.
  Зеленокожий, которого Хлоя столкнула вскочил и угрожающе навис над ней:
  - Ах ты мелкая засранка! Да я тебя...
  Суфи щелкнула пальцами, и зеленокожий схватился за живот, а его лицо искривила гримаса боли. Затем он присел и трусцой побежал в другую сторону, почему-то прикрывая второй рукой свою задницу.
  - За что ты его так? - неодобрительно спросил другой зеленокожий.
  Суфи взяла сигарету, которая до этого мирно лежала на столе, не замеченная Хлоей, затянулась и выпустила дым кольцами. И только после этого ведьма объявила:
  - Знакомьтесь - моя внучка, Хлоя Грейс Уайли.
  Все вокруг одновременно начали говорить, но что именно Хлоя разобрать никак не могла.
  - Тихо все! - рявкнула Суфи, и когда все разом замолчали, добавила: - Сейчас я быстро расскажу этому непослушному, неусидчивому неучу, как сварить отворотное зелье, она себе уйдет, а мы продолжим с чего начали.
  - Чего это я неуч? - насупилась Хлоя.
  - Ага, с остальным ты значит, согласна? - с легкой ехидцей спросила Суфи, и, видя, что внучка собралась долго и обстоятельно опровергать все вышесказанное, старая ведьма быстро заговорила: - Значит так. Для создания отворотного зелья тебе потребуется...
  - Ба, - скривилась Хлоя. - Далось мне твое отворотное зелье! Я сама знаю, как его готовить, и, кстати, на демонов оно не действует.
  - С чего ты взяла? - удивилась Суфи.
  - Проверяла, - убежденно заявила Хлоя. - На людей, ведьмаков и чародеев действует, на демонов нет.
  - Может состав не тот? - в Суфи проснулось ведьмино любопытство. Сама она как-то не испытывала отворотное зелье на демонах, поэтому понятия не имела, как оно действует.
  Хлоя скорчила обиженную рожицу:
  - Я что, первый раз опыты провожу? Дала один и тот же состав человеку, ведьмаку, демону и полудемону. Человека и ведьмака удалось качественно и надежно убедить в том, что они меня уже не любят, а вот демону и полудемону все как с гуся вода. На них вообще магия плохо действует.
  Суфи задумчиво кивнула, затем спросила:
  - Если тебе не нужно отворотное зелье, что тогда ты хочешь от меня?
  Хлоя опять закатила глаза:
  - Этот демон - натуральный идиот. Вбил себе в голову, что влюблен в меня, и только в меня, никогда никого больше не полюбит, и что если мы не будем вместе, он сойдет с ума от неразделенной любви и ревности...
  - Ты что, его суженная? - выпучил от удивления, и без того большие и круглые глаза, сидящий рядом зеленокожий.
  - Кажется, он что-то такое упоминал, - неопределенно пожала плечами Хлоя, не обращая внимания на то, как все остальные резко поутихли и придвинулись к столу ближе. Она тут же отмахнулась от расспросов этого самого зеленоглазого: - Но это не важно!
  - Так от чего его спасать? - попыталась вернуть нить разговора в нужное русло Суфи.
  - Этот придурок ищет меня, поэтому поперся к Гризельде за пропуском в долину, - снова повернулась к бабуле Хлоя. - А она отправила его за корнем мандрагоры.
  - И он, конечно, отказался? - снова пустила дым кольцами Суфи.
  - Щас! - фыркнула Хлоя. - Говорю же - придурок!
  Суфи подавилась дымом, и, откашлявшись, спросила:
  - Неужели согласился?
  - Ага! - кивнула Хлоя.
  - Чем он думал? - Суфи загасила сигарету, и все свое внимание обратила на внучку.
  - Да ничем он не думал! - фыркнула Хлоя. - Не уверенна, что демонам вообще есть чем думать.
  Игнорируя злое рычание со всех сторон, она продолжила:
  - Он заявил, что ради меня готов добыть Гризельде сотню таких корней.
  - Сказочный идиот, - покачала головой Суфи, и спросила: - Так что ты от меня хочешь? Я не умею лечить слабоумие.
  - Ну, хватит! - вскочил один из зеленокожих. - Как ты смеешь при нас порочить демона, нашедшего свою суженную?
  Хлоя переглянулась с бабулей и спросила:
  - А что такое?
  - Ты должна благодарить все сущее за то, что судьба послала тебе такого мужа...
  - Стоп, стоп, стоп! - встала и уперла руки в бока Хлоя. Зеленые глаза мерцали воинственным светом. - Я что просила его в меня влюбляться? Нет! Я не люблю его и вообще не обязана спасать или как-то отвечать на его чувства! Его любовь - его проблема! Пусть скажет спасибо, что я не использовала на нем какое-нибудь проклятие и не превратила в камень в первую же встречу. Тогда у нас с ним даже до поцелуев не дошло бы.
  - Умница внучка! - возгордилась Суфи, и тут же вскинулась: - До каких поцелуев?
  - Обычных поцелуев, - отмахнулась Хлоя.
  - Та-а-ак! - протянула Суфи вставая. - А до чего у вас с ним дошло? Что он вынудил тебя сделать?
  - Демон никогда не причинил бы боль своей суженой! - заступился за своего безымянного собрата зеленокожий.
  - А кто говорит про боль? - левая бровь Суфи изогнулась. - Знаю я ваши штучки. С вами, демонами, если зазеваться, то не успеешь оглянуться, как окажешься в стогу сена голая.
  Хлоя представила свою бабулю голой в стогу сена, и её передернуло от ужаса. Воображение упрямо рисовало Ба не роскошной молодой красоткой, которая стояла сейчас перед нею, а ту бабулю, к которой она привыкла с детства - старенькую и сморщенную. И этим зрелищем можно пугать не только непослушных детей.
  - Ба, давай ближе к делу, - попросила Хлоя, спасая свою впечатлительную психику. - Как спасти этого идиота?
  - Есть два варианта, - серьезно сказала Суфи. - Первое, попытаться вырвать корень мандрагоры так, чтобы этот несчастный остался жив. Второе, - ведьма выдержала драматическую паузу, - вернуться назад в прошлое и сделать так, чтобы он с тобой никогда не познакомился.
  Возмущенное "Ну, Ба!" утонуло в громогласном хохоте демонов.
  - Ладно-ладно, - миролюбиво потрепала по щеке свою насупившуюся внучку Суфи. Не помогло. Тогда она предложила рыжеволосой упрямице ещё одну веточку мира: - Не дуйся, а я расскажу, как твоему демону вырвать корень.
  - Ты знаешь, как это сделать и не помереть в муках? - живо заинтересовалась Хлоя.
  - Теоретически, - неопределенно ответила Суфи и, отбросив шутливый тон, сказала: - В общем, слушай: сейчас иди к демону и скажи, пусть попросит у Гризельды в дорогу большой кувшин вина, завернутый в шелковую ткань. Пусть объясняет это как захочет, но не говорит напрямую зачем.
  - Так, - кивнула Хлоя, внимая каждому слову.
  - Вырвать корень безвредно не получится, - продолжила Суфи. - Корень будет сжиматься, вырываться, кричать, сводя с ума того, кто за ним пришел. А если прикоснуться к нему голыми руками...
  - Руки сгниют заживо, - нетерпеливо закончила за неё Хлоя. И руками показала, что бабуля должна ускориться, одновременно раздраженно говоря: - Я все это знаю, домашнее задание выучила.
  - Поэтому, твой демон не должен его вырывать, - терпеливо продолжила Ба, и получила от внучки красноречивый взгляд, вопрошающий: "Ты что, издеваешься?". Суфи улыбнулась и продолжила: - Он должен взять нож, лезвие которого будет из чистого железа, и выкопать корень вместе с землей. Затем с помощью вина смыть с корня землю, после чего завернуть корень в шелк.
  - Но корень же будет кричать? - хмуро вспомнила Хлоя.
  Суфи покачала головой:
  - Не будет, ведь твой демон не будет вырывать его из земли. Растению не будет причинен вред.
  - Поняла, - радостно кивнула Хлоя и вскочила было, чтобы вернуться к Моргану с хорошими вестями, но Ба удержала её за руку:
  - Погоди, - её тон был серьезен и молодаяведьмочка без разговоров села на место. Когда бабуля так говорит, нужно слушать и запоминать каждое слово: - Мандрагора - очень опасное растение. С его помощью можно создать зелье, которое называется "Мертвая вода". Если полить им тело мертвого человека - он оживет...
  - Я думала, для этого используют "живую воду"? - быстро спросила Хлоя.
  - Живая вода нужна для заживления ран, - терпеливо пояснила Суфи, и продолжила: - Гризельда наверняка хочет с помощью мертвой воды вернуть к жизни своего возлюбленного - колдуна по имени Молох...
  - Это же он открыл пределы! - воскликнул один из зеленокожих. - Из-за него нечисть пытается прорваться в долину!
  Суфи серьезно кивнула:
  - Этого нельзя допустить, возродившись, Молох уничтожит все живое, - она затянулась и выпустила дым, прежде чем продолжить. - Поэтому, перед тем, как отдать корень Гризельде, его нужно обезвредить.
  - Как? - хором спросили зеленокожие и Хлоя.
  Губы Суфи тронула легкая улыбка:
  - В вино, которым он будет обмывать корень, нужно добавить несколько капель крови. Мандрагора привяжется к тому, чью кровь попробует, таким образом, и никто другой не сможет использовать её для создания зелья.
  - Поняла, - снова попыталась вскочить Хлоя, и снова была удержана бабулей.
  - Погоди, - в глазах Суфи мелькнул лукавый огонек: - Хочешь, расскажу, как тебе отправится к демону, пока он будет добывать мандрагору?
  - Конечно! - радостно воскликнула Хлоя.
  Взяв салфетку, Суфи быстрыми, уверенными штрихами нарисовала пентаграмму, попутно поясняя то, что понятно только двум ведьмам:
  - ... тут у нас знак воды, тут воздуха... сюда знак жизни... тут подношения духу времени и места... - и дальше в таком духе.
  Когда старая ведьма закончила, она объяснила:
  - Используя этот портал, ты можешь попасть куда угодно. Но будь осторожна, твоих сил не хватит надолго. Если переусердствуешь, то будешь потом несколько дней чувствовать себя совсем больной и слабой.
  - Поняла, - поцеловав бабулю в щечку, Хлоя вернулась сначала к себе домой, потом к Моргану, чтобы рассказать ему все, что узнала и помочь проснуться.
  Демон ждал ее, валясь на кровати, и выглядел не особенно обеспокоенным. Хлоя было задумалась: это спокойствие от того, что он верил в то, что ведьма его спасет, или от того, что он верит в то, что его уже никто не спасет?
  К счастью Моргана, Хлоя не из тех, кто долго думает. Плюхнувшись рядом с демоном на кровать, ведьмочка объявила:
  - В общем слушай, - и коротко пересказала разговор с Ба, упустив кое-какие моменты. Не к чему ему знать, какие "интересные" сны сняться ведьмам в преклонном возрасте.
  Демон слушал с серьезным лицом до того момента, как Хлоя начала рассказывать, почему нельзя передавать мандрагору Гризельде.
  - Подожди, подожди! - взяв девушку за руку, остановил её Морган и попросил: - А можешь на этом месте остановиться подробнее? Ну, для тех, кто только что подошел и не в курсе ваших внутренних разборок.
  Хлоя закатила глаза и недовольно затараторила, торопясь быстро просветить его:
  - Ладно. Ведьм чародеев и других, магически сведущих людей никогда не любили среди демонов и людей. Магия их пугала и настораживала до такой степени, что в Форсификее, например, травников и знахарей даже на кострах сжигали...
  - Я думал сжигали ведьм? - припомнил как ему преподавали эту часть истории соседнего королевства учителя.
  Тот период так и назывался - Темные века. Ох, и мракобесие творилось тогда среди людей! Борьба за власть, религиозные войны, и циклично вспыхивающие отловы всякой нечисти. Какое-то время даже отношения с королевством Кестекер стали... напряженными. Но тогдашний император демонов Харрикен решил все возможные, зарождающие проблемы одним очень тонким, очень дипломатическим жестом. Он просто пригласил к себе в гости представителей враждующих фракций и показал возможности демонов в бою. После этого показательного выступления, почти все люди поняли, что "демоны их друзья и верные союзники". А тех, кто не понял, можно было не бояться. Внутренние распри среди людей не позволяли им отвлечься на "священную войну против нечестивых отродий".
  Хлоя закатила глаза:
  - Вот ты сейчас такой гостишь в мире, созданном ведьмой, в нем своя погода, своя смена времен года, свои правила и все такое. И ты после этого продолжаешь думать, что на кострах сожгли хоть одну настоящую ведьму?
  Морган неловко пожал плечами. А вот Хлоя распалилась:
  - Люди сжигали тех, кто слабее и не мог дать им отпор! Магия травниц и знахарей либо слабая, либо не быстрая. Им для защиты нужно проводить ритуалы, чертить пентаграммы, варить зелья и так дальше. Они не могут метнуть в толпу файербол или заморозить всех!
  - Хорошо, хорошо! - примирительно поднял вверх руки Морган. - Я тебе верю. Да и потом, это же дела давно минувших дней. Давай не будем из-за этого ссориться.
  Хлоя с минуту зло сопела, глядя на него. Она не привыкла отступать, когда уже начала с кем-то спорить. Когда ты младшая среди четверых детей и мнение любого из них весит больше, чем твое, нужно либо смириться с этим и всегда молчать, либо научиться отстаивать свою точку зрения. Но в этот раз юная ведьма взяла себя в руки и остановилась. Хотя вся её натура требовала продолжения банкета, так сказать.
  - Ладно, - неохотно согласилась Хлоя и продолжила рассказывать. - Короче времена тогда были темные и на Большом шабаше...
  - Где? - уточнил Морган.
  - На шабаше! - нетерпеливо повторила Хлоя и раздраженно пояснила: - Это так совет ведьм называется.
  Морган собрался было спросить что-то по поводу совета, но ведьмочка разозлено топнула ногой и спросила:
  - Ты будешь меня слушать или как?
  Демону ничего не оставалось, как спрятать улыбку и извиниться:
  - Извини. Продолжай, - и, видя нежелание продолжать со стороны Хлои, пообещал: - Никаких больше вопросов, пока ты не договоришь. Обещаю.
  - В общем, - неохотно, глядя на него исподлобья продолжила она. - На Большом шабаше решили, что пора прекращать эти смерти, и они придумали купол. Купол защищает нас, от людей, и наоборот. Потому, что иногда наши эксперименты, бывают опасными, для неподготовленных. В общем, купол для нас прекрасная среда обитания: в нем прекрасный климат, всегда хорошая погода и он расширяется, по мере увеличения населения. Так что перенаселение или голод нам не грозят. Для своего существования, купол берет энергию из параллельной вселенной, потому, что всей магии нашего мира не хватило бы, чтобы поддерживать что-то такое масштабное.
  Хлоя остановилась, перевела дух и продолжила скороговоркой:
  - Все это работало, пока не появился ведьмак Молох. Он решил, что сможет без последствий позаимствовать у купола немного энергии. Но конечно, у него ничего не получилось, и северные пределы рухнули...
  - Пределы? - не удержался от вопроса Морган.
  - Это мы так называем границу купола, - мученически вздохнув, пояснила Хлоя. И продолжила: - Короче, теперь там дыра. И из той самой параллельной вселенной, к нам лезут полчища разной нечисти, монстров, чудовищ.
  - А ... - демон попытался сформулировать свою мысль так, чтобы не выглядеть полным дураком. - Починить этот купол никак нельзя?
  Хлоя покачала головой:
  - Мы не можем этого сделать. Никто не присутствовал при проведении Молохом ритуала, и никто не знает его подробностей. Что бы этот ведьмак не сделал, но энергия до сих пор высасывается с северных границ. Если не завершить или не отменить ритуал, это не прекратиться.
  - И никто не догадывается, что именно сделал этот... Молох?
  Девушка покачала головой:
  - Никто не может воссоздать этот ритуал, - и с нотками восхищения в голосе объяснила Хлоя. - Ведьмак не взял один из существующих ритуалов и доработал, а создал что-то свое, что-то, чего не было раньше.
  Моргану не понравилось, что его пара восхищается кем-то и он поспешил перевести разговор в другое русло:
  - А дальше что?
  - А? - Хлоя задумалась и ей потребовалась секунда, чтобы понять, о чем демон спрашивает. - А! Дальше Молоха выследили по энергетическом следу и убили, надеясь прекратить отток энергии. Но это не помогло...
  - Нет, - покачал головой Морган, которому все меньше хотелось слышать про этого ведьмака, которым так восхищается его пара. - Я имел в виду, при чем тут Гризельда.
  - А-а-а! - понятливо протянула Хлоя и с готовностью рассказала: - У них была большая любовь. Гризельда на тот момент была уже старейшиной и говорят неплохо справлялась со своей работой. Старейшин тогда было трое: колдунья Гризельда, великан Тормонт и чародейка Флоримель. Они привели с собой Гризельду, так как она убедила их, что долг перед долиной для неё превыше своих чувств. Но уже на месте оказалось, что колдунья солгала. Пришлось Тормонту и Флоримель сражаться на два фронта, так сказать.
  - И они победили, - констатировал очевидное Морган.
  - Да, но какой ценой? - вздохнула Хлоя. - Тормонт убил Молоха. Когда Гризельда это увидела, то потеряла концентрацию. У чародейки было всего несколько мгновений между тем, как колдунья горевала и захотела отомстить. И Флоримель не придумала ничего лучше, чем связать Гризельду своей силой.
  - Не понимаю, - покачал головой Морган. - Как так? Гризельда же продолжает прекрасно колдовать.
  Демон широким жестом обвел все вокруг себя.
  Хлоя улыбнулась.
  - Ты ничего не понял. Флоримель - страшно коварная чародейка. Она связала Гризельду своей силой. Это значит, что колдунья теперь не сможет создавать заклинания сложнее тех, которыми может пользоваться Флоримель. А силы колдуньи и чародейки сильно неравны! Чтобы ты понял, это как если бы ты внезапно стал старым древним пятидесятилетним старикашкой, без рук, без ног, и тебе захотелось бы сходить в военный поход.
  Морган опустил глаза, чтобы девушка не увидела в них улыбку. Он все ещё не решался сказать своей собеседнице, что ему сейчас около шестидесяти.
  - Я тебя понял, - кивнул он, и тут же у него возник вопрос: - А как так получилось, что вся эта троица оказалась вне купола?
  - Оставлять Гризельду внутри купола было очень опасно, - у Хлои был ответ и на этот вопрос. - Поэтому Тормонт и Флоримель наложили на неё ещё одно заклинание. Гризельда никак не может жить на сильном отдалении от них. А сами перебрались за купол.
  - А магистрат? - любопытство демона не унималось.
  - Ну, они же все-таки старейшины, - пожала плечами ведьмочка. - Им нужно управлять делами долины.
  - А почему Гризельду, как минимум не сместили с должности? - недоумевал Морган.
  - Она же старейшина! - изумленно воскликнула Хлоя, как будто этот все объясняло. Но видя, что демону это ни о чем не говорило, все-таки снизошла до объяснений: - Старейшину нельзя сместить. Либо старейшина сам покидает свой пост, по своему желанию, либо более сильный кандидат бросает ему вызов и отбирает этот титул. Победить колдунью никому не удалось - даже со связанными силами она очень могущественна. А сама она никогда не откажется от должности, ведь тогда её смогут осудить и наказать по заслугам.
  - Как все запутанно и сложно! - схватился за голову Морган.
  - Не думай об этом, - попросила Хлоя. - Просто поверь мне - если Гризельда получит корень мандрагоры, то вернет Молоха к жизни. После этого будет вопросом времени, когда ведьмак уничтожит купол и следом за ним и Кестекер, и Форсификею, и все остальные королевства. Понимаешь?
  - Понимаю, - коротко кивнул Морган. - Этого нельзя допустить.
  - Ну, наконец-то! - обрадовалась Хлоя. - Придерживайся плана, а мне пора.
  - Хлоя, подожди! - внезапно воскликнул демон.
  - Что такое? - с серьезным лицом повернулась к нему Хлоя, и Морган тут же сгреб её в объятия и поцеловал. Он не знал, чем закончится поход за мандрагорой, поэтому, вложил в свой поцелуй все: любовь к ней, обожание, желание всегда быть вместе, страсть, которая буквально бурлит в его венах.
  Возможно, Хлоя и отпиралась от поцелуя по началу, но в какой-то момент она растворилась в дивных ощущениях, к которым ещё не привыкла. Демон привлекал и пугал её одновременно. У него была удивительная власть над Хлоей и это пугало. В то же время, эти поцелуи были обещанием чего-то большого, и ей безумно хотелось узнать чего же.
  Когда Морган, наконец, оторвался от неё, оба тяжело дышали.
  - Я добуду корень Гризельде, я звезду с неба ей добуду, - пытаясь отдышаться, сказал Морган, прижавшись своим лбом ко лбу Хлои. - А потом приду за тобой, мояведьмочка. И мы поженимся.
  - Я ещё не решила, хочу ли этого, - упрямо поджала губы Хлоя, хотя вырываться из его рук не торопилась. Демон тоже это отметил и улыбнулся:
  - Судьба связала наши жизни прочной нитью, протянувшейся сквозь время и пространство. Она свела нас вместе во время махвана. Мы обречены быть вместе и быть счастливыми.
  - Ты ещё попробуй меня найти, - из чувства противоречия заявила Хлоя и растаяла.
  Морган лишь улыбнулся:
  - Теперь тебе не скрыться от меня, моя колючка.
  Глава 6
  Хлоя проснулась и потянулась. Хоть она и проспала очень долго, но из-за всех этих путешествий во сне, чувствовала себя необыкновенно уставшей и разбитой. Радовало только то, что у неё было время отдохнуть от отдыха. Как бы глупо это не звучало.
  Её размышления прервал стук в дверь.
  - Хлоя, доченька, ты уже встала? - голос отца мигом сорвал с неё всю сонливость, взбодрил лучше самого крепкого кофе и наполнил энергией качественнее любого энергетического напитка.
  - Я не одета! - пискнула она, в панике вскакивая с кровати. - Дай мне минутку!
  Ведьмочка бросилась сгребать без всякого порядка свечи, зелья, и все остальное, используемое ею для ночного ритуала. Откинув нижнее покрывало, на котором лежал матрас, она засунула все под кровать и снова прикрыла.
  Осмотревшись в поисках чего-то, что могло её выдать, Хлоя увидела пентаграмму:
  - Вот холера! - тихо выругалась она.
  - Хлоя, у тебя все в порядке? - заподозрил неладное отец.
  - Да! - стараясь говорить спокойно и уверенно, соврала Хлоя. - Дай мне ещё немного времени.
  Переползя к пентаграмме, она попыталась стереть её руками, но мел, используемый в колдовстве, так просто не стереть.
  - Хлоя, у меня нет времени, - потерял терпение отец. - Накинь халат, и открой мне.
  Не придумав ничего лучше, Хлоя схватила белую шкуру, лежащую на кресле, и бросила её на пол.
  - Иду, папочка! - крикнула она, в панике осматриваясь вокруг, в поисках чего-то, что могло её выдать. Бронвик Уайли конечно не силен в магии и ритуалах, но он родился и вырос в долине " Три дуба", среди ведьм, колдунов, чародеев и прочих. Просто невозможно было бы не узнать о магии хотя бы чего-то. Это как поход в кондитерскую: может торты, с кремами делать вы и не умеете, но знаете, что для теста нужны мука, сахар и яйца.
  Убедившись, что ничто её не выдаст, Хлоя накинула халат и открыла дверь:
  - Папочка! - преувеличенно обрадовалась она, и попыталась обнять его. Но Бронвик холодно отстранил дочь и прошел внутрь.
  - Я все ещё наказана, - безрадостно догадалась Хлоя и закрыла за отцом дверь. Она предчувствовала, что сейчас будет серьезный разговор и лучше пусть он пройдет без лишних ушей.
  - Нам нужно серьезно поговорить, - начал отец и Хлое пришлось прикусить губу, чтобы не улыбнуться. Видимо, отец уже не сердится и решил простить её. Конечно, он сейчас с полчасика почитает ей нотации, будет рассказывать, что так нельзя и все такое. Она естественно сделает вид, что раскаялась. Даже какое-то время не будет ничего делать, а то папа и правда может рассердиться и выдать её за кого-то замуж. Ну, и конечно, не стоит привлекать к себе внимание, раз Хлоя решила по-тихому сходить к демону и помочь ему с корнем мандрагоры.
  Она наперед знала, что сейчас услышит, и решила сократить немного разговор:
  - Папочка, я все поняла и осознала, - затараторилаведьмочка. - Я была неправа. Вместо того чтобы применять силу против ни вчем неповинных ребят, мне стоило поговорить с ними, все обсудить, как взрослые люди...
  Но увидев взгляд отца осеклась. Кажется, с извинениями она немного поторопилась. Кажется, в этот раз Бронвик рассердился всерьез и надолго. Ну и ладно! Значит, у неё будет больше свободного времени, чтобы заниматься своими делами.
  - Хлоя, твой поступок был непростителен, - затянул он вчерашнюю песню, и девушке пришлось постараться, чтобы не зевнуть. Ей стало скучно, но Бронвик нашел слова, которые смогли привлечь её внимание. - Я понял, что мне тебя уже не перевоспитать. Ты опасна для других и для себя. Тебе нужен тот, кто смог бы тебя контролировать. К сожалению, это не я. Надеюсь, этим кем-то станет твой будущий муж.
  - Будущий муж? - переспросила Хлоя, чувствуя, что в комнате вдруг стало нечем дышать.
  - Да, - серьезно кивнул Бронвик. - В этот раз у тебя не будет отсрочек, не будет возможности пообщаться или спугнуть жениха.
  Он выдержал паузу, прежде чем сказать:
  - Я отправил письма всем претендентам на твою руку, включая Дайчена и Хейнтлина. Через три дня все желающие соберутся у нас в гостиной, и ты назовешь того, за кого выйдешь замуж. Если это не сделаешь ты, это сделаю я.
  - Папуля... - испуганно вцепилась в его руку Хлоя.
  Бронвик убрал руку дочери и закончил:
  - Сразу после того, как ты выберешь себе мужа, вас поженят.
  И вышел из комнаты.
  
  ******
  Морган очень четко уловил момент, когда проснулся. Все просто. В один момент он ощущал остатки аромата Хлои, а в другой момент все испарилось. И это ощущалось как потеря. Как будто без неё он стал неполноценным.
  Морган решил, что когда они поженятся, у него всегда будет частичка его колючей ведьмы. Пусть это будет просто заколка. Но эта частичка должна пахнуть ею.
  Он довольно долго лежал в кровати, вспоминая про последнюю встречу с Хлоей. Теперь он был уверен, что сможет влюбить в себя маленькую колючую ведьму. Во-первых, она хотела его так же, как и он её. Если бы не его длинный язык, то все закончилось бы в постели. Во-вторых, она уже к нему что-то испытывает, раз так обеспокоилась, выживет он или нет. К тому же, в этот разХлоя пришла к нему сама. Якобы, чтобы отомстить. Но не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что если бы Хлоя захотела отомстить, она уже отомстила бы. У ведьмы, пусть даже и совсем молодой, есть в запасе столько возможностей для этого. Но вместо того, чтобы превратить Моргана в букашку и растоптать, Хлоя ищет способ спасти его.
  За такими вот мыслями его и застал тихий стук в дверь. Даже не стук, а что-то больше напоминающее легкое царапанье. Но в итоге этот звук все же смог привлечь внимание Моргана и легко вскочив с кровати, он подошел и открыл дверь. Сначала демон никого не увидел.
  - Кхм-м, - раздалось снизу, и, опустив голову, демон увидел мыша во фраке.
  - Привет, - чувствуя себя глупо, поздоровался Морган.
  Мышь вполне ожидаемо на приветствие не ответил, укрепляя демона в уверенности, что это странное, невысокое создание его невзлюбило. Что, впрочем, особого значения не имело. Поэтому, когда мышь заявил:
  - Моя госпожа ждет гостя в Обсидиановом зале, - и повернувшись, мелкими шажками потопал вперед, Морган молча пошел следом, думая лишь о том, как бы его так по незаметнее выпросить у Гризельды вино и шелк. Мысли об этом занимали разум демона всю дорогу до зала и впервые он радовался тому, что мышь идет медленно. Хотя, учитывая, что этот мышь всего лишь третий раз его куда-то провожает, слово "впервые" тут не совсем подойдет. И вообще, кто сказал, что это тот же мышь?
  Морган скосил глаза на медленно перебирающего лапками мыша перед ним. А как их отличать-то друг от друга?
  Тряхнув головой, демон вернулся к своим размышлениям, за которыми чуть не пропустил тот момент, когда перед ним распахнулись очередные двери и мышь полным величия голосом объявил:
  - Ваш гость, госпожа.
  Ведьма сидела на своем троне, как и при первой их встрече. В этот раз у неё было скучающее выражение лица.
  - Ну, наконец-то! - слегка раздраженно воскликнула Гризельда. - Я уж думала вы не придете.
  - Простите за задержку, моя госпожа, - ответил за демона мышь, почтительно поклонившись. - Но гость очень медленно ходит.
  Морган чуть воздухом не подавился от возмущения, но вовремя прикусил язык. Не стоит устраивать свару в чужом доме. Да и не об этом сейчас нужно беспокоиться. Хлоя сказала, что делать с мандрагорой. Но не сказала, как избавится от тысячи разозленных духов. И ему все ещё нужны вино и шелк.
  Гризельда стукнула коготком по маске и её нарисованное лицо приняло нетерпеливый вид.
  - Вот зеркало, - она показала в сторону на огромное зеркало, выше, чем рост даже самого высокого демона. - Оно особым образом настроено. Пройдя сквозь него, ты окажешься очень близко от мандрагоры. Ещё ближе отправить тебя мы не можем.
  - Так, - кивнул головой Морган.
  - Вот тебе ещё одно зеркало, - к демону подлетел мышь, в лапках которого было маленькое зеркальце. - Когда корень будет у тебя, просто коснись зеркала, и ты окажешься здесь, в моем зале.
  - Понял, - снова кивнул Морган, пряча зеркальце в кармане своего кожаного жилета.
  - Тогда можешь идти, - царственно, хоть и немного резковато кивнула ему рукой Гризельда. В каждом её движении и жесте сквозило нетерпение.
  - Прежде чем я отправлюсь на это крайне опасное задание, прошу вас выполнить две моих просьбы, - почтительно обратился к ней Морган.
  Ведьма снова стукнула коготком по лицу, придавая ему скучающий вид:
  - Скажи,каких и посмотрим, что можно сделать.
  Морган подавил улыбку. Он давно освоил любимый прием своей матушки - попросить у отца что-то сложновыполнимое или в принципе невозможное, а затем попросить, что попроще и грозный Хукс Тэлбот уже не откажет. Главное, не злоупотреблять этим приемом, если папа догадается, то будет настороже и у него не так легко будет допроситься хотя бы чего-нибудь.
  - Первое, - почти торжественно сказал Морган. - Я прошу вас обеспечить безопасное возвращение моих товарищей домой, независимо от того, каким будет исход моего похода за корнем мандрагоры.
  - Отказано, - не менее торжественно ответила Гризельда, и стукнула коготком по маске, придавая той выражение насмешки. Впрочем, Моргана этот отказ не задел. Он и так знал, что ведьма ответит. Из разговора с дверным молотком, демон понял, что она не из тех, кто отказывается от игрушек. Раз уж они сами плывут в руки. А демоны, как ни крути, сами пришли к ней в руки. Попытка освободить друзей из её плена на этом этапе была сродни попытке забрать добычу у голодного грифона. Теоретически можно, теоретически даже половина тела останется при тебе.
  - Второе, - скрипя зубами, так как того требовала роль, попросил Морган. - Бутыль вина, завернутую в шелк.
  В этот раз рука Гризельды коснулась маски, придав ей заинтересованный вид, быстрее, чем ведьма проговорила:
  - Интересно... - её нарисованные глаза заинтересованно уставились на демона. - Зачем тебе это?
  Морган пожал плечами, как будто её вопрос был из области чего-то само собой разумеющегося:
  - Демоны моего клана всегда берут с собой вино, завернутое в шелк, когда идут на опасное задание. Это символ удачи. Без него не стоит даже начинать что-то.
  Конечно, это объяснение было шито белыми нитками, и Гризельда спокойно могла бы отказать, справедливо обвинив своего гостя во лжи. В конце концов, раз Хлоя знакома с другими демонами, эта ведьма тоже их знает. И догадайся Гризельда, что её обманывают, ему ничего бы не оставалось, кроме как рассказать правду. Это было бы катастрофой, и в то же время - единственным шансом для Моргана быть с Хлоей.
  К счастью для него, после долгой минуты раздумья, Гризельда махнула рукой:
  - Хорошо, пусть будет так.
  Ещё через минуту прилетел мышь, едва-едва сумевший поднять тяжелую бутыль с вином, завернутую в шелк.
  - Дайте мне минуту, - попросил демон. - Бутыль нужно особым образом перевязать, а вино попробовать.
  Конечно, ритуал был лишь предлогом, ему просто нужно было убедиться, что внутри вино. Но Гризельда была заинтересована происходящим, поэтому жестом предложила демону делать, что он захочет.
  Морган деловито снял с бутыли шелк, как будто делал такое миллион раз, открыл бутыль и сделал глоток, подождал, сделал ещё глоток, снова подождал и снова глоток. Затем дунул в открытое горлышко, и, сказав:
  - Да сопутствует удача моему делу, - снова закрыл бутыль.
  Опять же, так себе ритуал. Но ничего лучшего Морган придумать не смог. Затем он аккуратно замотал тару с вином в шелк, и положил в свой заплечный рюкзак.
  - Я готов, - сообщил он Моргане, выпрямляясь.
  Он и правда был готов: оружие при нем, единственная возможность добыть корень тоже при нем, благословение родителей и любовь к Хлое, подстегивающая его желание выполнить это задание поскорее - тоже при нем.
  - Тогда в путь, - махнула рукой Гризельда и зеркало пошло рябью.
  Морган смело шагнул в зеркало, но в последнюю секунду все же закрыл глаза. Вся эта магия пугала его естество, его инстинкты, чтобы там не говорил и не думал по этому поводу разум.И все же разум был сильнее. Поэтому, сделав первый шаг, Морган открыл глаза и... едва успел увернуться от длинных черных когтей.
  - Вот же...! - в сердцах выругался демон, уворачиваясь от других когтей и выхватывая оружие. Его обступили очень высокие и невероятно худые существа. Кости, обтянутые серой, похожей на пергамент, кожей. Их было много и не нужно было демоном, чтобы почувствовать, что они голодны. Их голод был осязаем, как холод или жара. Их безгубые рты кривились в гримасы, как будто существа испытывали жуткую боль, при этом обнажая внушительные острые зубы. Внушительнее зубов были только длинные острые когти черного, как смола цвета. В том, что когти острые и прочные, Моргану пришлось убедиться на своей шкуре. К счастью - демонской. Человеческая кожа такого попадания не выдержала. Да что там! Твари били с такой силой, что не очень толстого человека с одного удара могло разрубить пополам.
  Но Морган человеком не был. Он - демон. Могущественный, свирепый и тренированный. Поэтому, когда его окружили около дюжины особей, он не растерялся. Он ушел от первого удара, уклонился от второго, с не меньшей скоростью, чем двигались неизвестные существа, вытащил оружие, блокировал удар слева, нырнул под руку нападающему и полоснул его мечем по боку. Не останавливаясь, он проделал то же самое с ещё парочкой. Ему не могло везти вечно. Существа, с которыми он столкнулся, были необычайно быстры. Поэтому, когда его по спине полоснули когти, Морган даже не удивился. Игнорируя боль, он отпрыгнул в сторону и принял боевую стойку. По его подсчетам, из дюжины в данный момент на ногах должно было остаться не более восьми.
  - Да как так-то?! - изумленно и обиженно воскликнул Морган, глядя на дюжину особей, глядящую на него как на ужин. Он точно наносил им ранения! Болезненные ранения! Почему на этих тварях не царапинки?
  Дальше размышлять об этом пришлось блокируя удары и уходя от когтей. Твари снова бросились в атаку. Моргана спасало только то, что они атаковали беспорядочно. Ими двигал не инстинкт стаи, а голод. Каждый из них пытался дотянуться до демона быстрее другого, чтобы урвать кусочек покрупнее. В итоге они больше мешали друг другу.
  Демон оценил свои шансы. Его оружие не причиняло им вреда, их скорость не уступала его. А остервенение, с которым эти твари бросились на него, приближала шансы демона на спасение к нолю. Кажется, сейчас он понял, почему до корня мандрагоры до сих пор не добрался и почему сама Гризельда сюда не пришла. Хотя ему было невдомек, почему ведьма не предупредила его об этих тварях. Боялась, что он откажется? Или по другим причинам?
  Как бы то ни было, Моргана теснили. Не просто теснили, его уже несколько раз достали когтями и кое-какие из ранений были очень и очень болезненными. Шансы демона стремительно таяли. Спасти его могло только чудо.
  Как выяснилось, это чудо было рыжеволосым, зеленоглазым, бойким, строптивым и откликалось на имя Хлоя.
  В тот момент, когда Морган уже начал прощаться с родными, сожалея лишь о том, что из-за него погибнут и Освальт с Пэттоном, а родители так и не узнают, как сгинул их младший сын, позади тварей появилось голубоватое свечение. Твари, стоящие позади, обернулись и бросились атаковать вновь прибывшего. Но тут их ждал большой сюрприз - один за другим эти особи полыхнули пламенем. С диким ревом загоревшиеся твари отпрянули от того, кто их поджег, поджигая тех, кто был за ними. Создания отпрянули от огня, ища спасения, но тут в тех, кто атаковал Моргана полетели небольшие глиняные сосуды, которые при попадании в созданий взрывались и те загорались ярким пламенем, которое не получалось загасить. Хотя твари пробовали это сделать, катаясь по полу.
  Практически одновременно с этим Морган почувствовал запах. Тот самый запах, похожий на полевые цветы, такой же легкий и такой же свежий. Морган почувствовал запах Хлои. И взревел. Инстинкты требовали защитить свою пару. Умереть самому, но спасти её!
  Перепрыгнув через горящих тварей, он оказался перед девушкой как раз в тот момент, когда она замешкалась, доставая ещё одну глиняную емкость с зажигательной смесью, а одно из созданий, ещё не пылающее, попыталось проверить тело юной ведьмы на прочность. Демон ударом ноги откинул нападающего, затем запрыгнул к нему на плечи, выпустил собственные когти и вцепился ему в голову.
  Тварь дико заревела, и попыталась скинуть или убить его когтями, но Моргану все было нипочем. Даже если тварь его смертельно ранит - это ерунда. Главное, спасти свою пару. Поэтому он напрягся и потянул из всех сил и потянул голову этой твари на себя. Конечно, шкура у этих созданий очень прочная и оружие ей не почем. Но когти демона, способные пробить прочную кожу грифона, помноженные на его силу, ярость и желание защитить свою пару, помогли Моргану оторвать голову этой твари.
  Победно взревев, он спрыгнул на землю перед ведьмочкой. Она так и стояла, с одной рукой опущенной в сумку, глядя на разворачивающееся перед нею действо немигающим взглядом. По её лицу трудно было что-то сказать. Инстинкты отступили, и Морган запоздало подумал о том, что мог напугать бедняжку или она сейчас грохнуться в обморок от ужаса. Вон, как часто дышит. Так и застыла, не в силах ни шевельнуться, ни вымолвить хоть что-то. Наверняка она в своей долине не видела ничего подобного. Да и кто бы позволил, столь юной деве на такое смотреть?
  - Ты оторвал ему голову... - пораженно прошептала девушка, силясь перевести дух.
  Морган внутренне заревел от отчаянья. Ну, вот и случилось. Его ведьмочка столкнулась с жестокой натурой демона и теперь её от него тошнит. Он не мог винитьза это бедняжку. Не только столь юную девушку, но и бывалого воина мог напугать вид разъяренного демона: в два раза больше чем обычно, бугры мышц перекатываются под кожей, да и сама кожа стала больше похожа на чешую, чем на привычную кожу. Но страшнее всего дня неё сейчас должны быть короткие черные когти и удлинившиеся клыки.
  Да, Морган знал, как выглядит.
  Среди своего народа он считался бы просто красавцем. В глазах людей - чудовищем. Кем он был сейчас для Хлои? Монстром? Или кем ещё похуже?
  Время будто замерло, когда он увидел, как девушка вдохнула воздух, что бы что-то сказать. Морган даже знал что: чудовищно, отвратительно...
  - Восхитительно! - восторженно закончила свою мысль Хлоя. И едва не запрыгала на месте от радости. - Когда я скажу, что ты оторвал вендиго голову голыми руками, Северус ни за что мне не поверит. Тогда ты такой тыдыш! И превратишься!
  - Превращусь? - неверяще переспросил Морган, если то рычание, что вырвалось у него из груди вообще можно приравнивать к "речи". Судя по тому, что ведьмочка его поняла, можно. Девушка тут же радостно запрыгала вокруг него:
  - Ну, станешь таким огромным! Не знаю, как это у вас, демонов там называется, - её глаза горели нездоровым блеском, пока она нарезала круги вокруг демона, постепенно возвращающегося к нормальному состоянию, и Моргана этот блеск напугал больше, чем те твари. - Тебе обязательно нужны будут клыки, иначе Северус не поверит, что ты демон. И когти!
  Она изобразила рычание и махнула сложенной рукой, как когтями.
  - Трансформация, - зачем-то сказал Морган, чей голос уже почти вернулся к нормальному состоянию.
  - Что? - не поняла Хлоя.
  - То, что ты только что видела, называется трансформацией, - пояснил он, махнул пришедшими в норму руками, проверяя их подвижность, и только после этого спросил: - Я тебя не понимаю, Хлоя. Неужели тебе совсем не страшно?
  Она посмотрела на него знакомым взглядом. Морган называл его про себя: "Ты что, идиот?".
  - Морган, третья часть моих соседей - демоны, - вмиг сменила радость и восторг на раздражение Хлоя. - Я по твоему что, ни разу не видела, как вы вот такими становитесь?
  - Я тебя ещё больше не понимаю, - прикоснулся к вискам Морган, потому, что у него создавалось стойкое впечатление, что он сошел с ума.
  - А что тут понимать? - пожала плечами Хлоя, но все же снизошла до произнесенных резким тоном объяснений: - Соседи - это соседи. Северус от зависти с ума сойдет, когда узнает, что у меня есть собственный демон, а у него нет.
  - У тебя есть демон? - тупо переспросил Морган.
  - Ну, да, - недоуменно ответила Хлоя. - У меня же есть ты. Зачем мне такой могучий демон, если я даже похвастаться тобой не могу?
  - Ты собралась хвастаться тем, что я демон? - совершенно перестал понимать, что происходит Морган.
  Хлоя закатила глаза:
  - Ты меня вообще слушаешь? Ну и что с того, что ты демон?! Нет! - девушка в предвкушении потерла ручки. - Я расскажу им, как ты вышел на бой против вендиго и оторвал ему голову голыми руками! Северус и тот не рискнул бы!
  Девушка запрыгала, хлопая ладонями от радости:
  - Да мой брат обзавидуется!
  Морган все никак не мог понять, почему это его пара не только не испугалась ни клыков, ни когтей. Она этим восторгалась! Расспросить, что и как он не успел. Неподалеку послышался вой, которому вторил еще один. Вскоре его подхватили другие твари... вендиго, Хлоя назвала их вендиго.
  - Почуяли кровь и смерть, - вмиг стала серьезной Хлоя.
  - Я с ними справлюсь, - заверил Морган, готовясь к трансформации.
  - Их же там тысяча! - воскликнула ведьмочка.
  - Ради тебя я сражусь с миллионом этих тварей! - прорычал Морган.
  На Хлою это не произвело никакого впечатления. Она пожала плечами:
  - Дело, конечно, житейское, хочешь драться - дерись. Думаю, ещё парочку у тебя даже получится завалить. Пока они тебя числом не задавят. А я как ведьма буду действовать по-своему.
  - Как?
  Хлоя хитро улыбнулась и полезла к себе в сумку, последовательно достала гребень, песок, воду и какое-то зелье.
  - Ещё ни разу ни одна порядочная ведьма, встретив гору в гору не полезла.
  - Ведьмы горы обходят? - усмехнулся Морган, и снова заработал взгляд "Ты-что-идиот?".
  - Ведьма сносит гору, потому, что в гробу она видала тратить силы и время на то, чтобы её обходить! - пояснила Хлоя и принялась за колдовство.
  Морган уже вернулся в свое нормальное состояние и его разум прояснился достаточно, чтобы понять, что его любимая ведьмочка права. Вендиготеснили его и не подоспей Хлоя - вполне могли убить. Он им не соперник. А вот она, кажется, знает, что делает. Судя по тому, с каким уверенным видом рыжеволосая рассыпает песок, ведьмочка делала такое миллион раз. Вой вендиго стремительно приближался. И тут Морган с ужасом осознал, что черная туча, которую медленно двигалась в их сторону от горизонта, это никакая не туча, а толпа... орда... полчище? вендиго.
  Морган невольно сделал шаг назад:
  - Сколько же их тут... - прошептал он побелевшими губами. С таким количеством врагов ему не справится никогда и ни при каких обстоятельствах.
  - Тысяча, - услужливо подсказала Хлоя, но тут же пальчиком пересчитала лежащие рядом трупы, и поправилась: - Точнее, девятьсот девяносто восемь.
  И вернулась к рассыпанию песочка. Она делала это так спокойно, как ей не грозила верная смерть. Неужели эти безумная рыжеволосая ведьма не понимает, что её ждет? Это не игра! Или... она не хочет уходить из-за него? От этой догадки сначала потеплело на сердце, а потом все внутри похолодело.
  - Хлоя, беги отсюда! - схватил девушку за плечи Морган, рывком ставя на ноги. - Ты ещё успеешь спастись! Не нужно умирать из-за меня! Ты ещё можешь жить дальше. Без меня. Ты найдешь другого, тоже его полюбишь...
  - Морган, уймись! - громко попросила Хлоя и по одному оторвала его пальцы. - Я пришла сюда не для того, чтобы умирать, а чтобы надавать вендиголюлей! И если ты перестанешь мне мешать, то я, возможно, спасу твою задницу!
  Всю свою жизнь Морган учился быть сильным, полагаться на свои силы и на свою смекалку. Ему даже в бреду не могло прийти в голову, что когда-то его жизнь будет зависеть от молодой и неопытной ведьмы. И тем более он не думал, что все, что он сможет сделать - это беспомощно стоять в стороне, и наблюдать за тем, как его суженая будет спасать его жизнь. Неправильность ситуации была во всем. Он тут должен быть сильным, а она слабой, он должен её спасать, а не наоборот.
  Но сейчас Морган не мог сделать ничего. Все, что ему оставалось - смотреть на то, как ведьмочка колдует и уповать на то, что она все доделает вовремя и все сработает. Демон решил довериться ей... пока не увидел, как Хлоя достает из сумочки шпаргалку. В том, что это шпаргалка сомневаться не приходилось. Там рукой Хлои было выписано в хронологическом порядке, что и после чего нужно делать. С кучей ошибок и зачеркиваний, нужно сказать, да и написано косо и криво.
  - Хлоя? - Морган бухнулся на колени прямо возле нее и очень деликатно положил свою руку поверх её, держащей свиток. - Прошу тебя, скажи мне, что ты знаешь, что делаешь?
  - Конечно, - успокоила она его, и тут же добавила: - Тут же все расписано.
  Морган чуть не завыл, подобного вендиго. И все же ему хватило выдержки, чтобы спокойно спросить:
  - Я имел в виду, делала ли ты раньше что-то подобное?
  - Ты что? - изумленно посмотрела на него Хлоя. - Кто бы мне разрешил? Это смертельное заклятье!
  - Но ты же видела раньше, как кто-то его использует? - с надеждой спросил Морган.
  - Ну, - уклончиво протянула Хлоя, взяв в руки гребень и начав вырисовывать им замысловатый узор по песку. - Что-то типа этого.
  - Хлоя, - прорычал Морган.
  Ведьмочка сдалась и неохотно призналась:
  - Я не знаю, действует ли оно вообще. Я нашла его у своей бабули в библиотеке.
  - Нашла? - прорычал Морган в шоке от услышанного, но Хлоя поняла его вопрос по своему, и поправилась:
  - Хорошо, я его тихонечко присвоила. Но их у неё много! Бабуля даже не заметила. Так что все нормально.
  - Нас сожрут чудовища, - обреченно пробормотал Морган. И когда он смирился с неизбежностью своей гибели, вдруг накатило спокойствие.
  Зато Хлоя свое спокойствие растеряла:
  - Слушай, ну что ты заладил? - раздраженно воскликнула она. - Если бы я сюда не пришла, тебя, хоть так, хоть как уже бы убили. А так у тебя появился шанс спастись. Чего ты ноешь, не понимаю? У тебя что, есть план получше моего?
  - Бежать? - вопросительно приподнял бровь демон.
  - Воин ты или где? - воскликнула Хлоя. - Разве пристало демону бежать с поля боя? А как же позор, который ты навлечешь на свою семью...э-э-э... клан?
  И, закончив рисовать, пробормотала себе под нос:
  - К тому же мне интересно посмотреть на мандрагору.
  У Моргана было миллион возражений по этому поводу. Но договорить он не успел. Черная туча нырнула в овраг и вынырнула совсем рядом с ними. Она неслась с сумасшедшей скоростью, и секунд через двадцать должна была оказаться уже возле них. Морган начал трансформироваться. Будь что будет. Умирать, так умирать, но он прихватит с собой столько врагов, сколько получится. И может, выиграет для Хлои пару секунд на побег. Хотя ведьмочка и не выглядела напуганной. Только сейчас он заметил, что она начертила черепаховым гребнем замысловатый узор, и сейчас разливала водичку и зелье в разные его углы. В том, как она это делала, виднелся определенный смысл.
  - Сейчас они все сгорят! - попыталась перекричать несущихся на них вендиго Хлоя и опустила гребень, который перед этим смочила в зелье, прямо в центр рисунка. В этот самый момент монстры достигли их, и Морган прыгнул вперед, чтобы встретить врагов. Его когти едва успели соприкоснуться с когтями какого-то вендиго, и тот обратился в песок и рассыпался. Все чудовища поблизости от него, повторили его судьбу. Вся та огромная туча, которая неслась на них, все это полчище, все девятьсот восемьдесят восемь вендиго превратились в песок и рассыпались.
  Воцарилась ужасающая тишина, в которой Морган мог отчетливо слышать гулкое биение сердца Хлои. Было очень похоже на трепыхание крыльев маленькой птички. Не иначе, как от стресса, он спросил:
  - Ты же говорила, что они сгорят?
  - Так тоже сойдет, - пожала плечами Хлоя, поднялась, и, встав на цыпочки, сомкнула руки у Моргана на шее, притянула к себе и поцеловала. Она только что сотворила самое грандиозное колдовство в своей жизни. Без присмотра бабули и без подсказок. Сама! Смерти она не боялась. У неё брат некромант. Он нашел бы способ вернуть её из мира мертвых. Но ей не хотелось, чтобы демон умер. На пороге смерти Хлоя поняла, что хочет оставить его себе, что ей приятна его забота, ей приятно, что он относится к ней почти как к равной, а не как к младшенькой или сумасшедшей. Не исключено, конечно, что он ещё начнет относиться к ней, как к сумасшедшей, когда познакомится поближе. Но тогда будет уже поздно. От ведьм мужья так просто не уходят!
  Стресс или не стресс, но демон не стал отказываться от столь щедрого предложения и его руки собственнически сомкнулись на талии юной колдуньи. Он прижал её к себе так крепко, как будто боялся, что она исчезнет.
  Как ни приятно было целоваться с Морганом, но Хлоя первая отстранилась и напомнила:
  - Нам нужно найти мандрагору. Время на исходе.
  - Почему? - нахмурился демон. - Это из-за того, что мы убили вендиго?
  - Нет, - улыбнулась Хлоя. - Просто мои силы на исходе, и скоро портал утащит меня домой.
  - Какой портал? - немного рассеяно спросил Морган, поглаживая её шею большим пальцем.
  - Тот, через который я к тебе пришла, глупенький, - улыбнулась Хлоя, насаждаясь этой лаской.
  До демона не сразу дошел смысл сказанного. Его палец замер, и Морган изумленно спросил:
  - Ты... настоящая?
  Хлоя рассмеялась:
  - Конечно! - и улыбаясь, спросила, - Или ты думал, что твои раны тебе тоже сняться?
  Взгляд Моргана вдруг стал совершенно диким и странным. Сначала у него было такое выражение лица, как будто бы он не знает, что делать: овладеть ею прямо тут и сейчас, на ещё не остывшей пыли вендиго, или перекинуть её через плечо и утащить к себе домой. Но разум победил, и взгляд демона прояснился. Морган вытащил кинжал из ножен и срезал у Хлои небольшой локон.
  - Ты что делаешь? - возмутилась она.
  - Взял частичку тебя, чтобы она всегда была со мной, - объяснил Морган, пряча локон в нагрудный карман. - Локон пахнет тобой.
  Хлоя продолжала возмущенно сопеть носом, и Морган решил быстро переключить внимание своей несговорчивой суженойна другое:
  - Как мы будем искать корень мандрагоры?
  Девушка фыркнула:
  - Ты что думаешь, что из-за какого-то сорняка я забуду про свой безвинно срезанный локон?
  - Да, - совершенно честно ответил Морган.
  Несколько секунда Хлоя смотрела на него своим взглядом "Ты-что-идиот?". Затем не выдержала и с хмурым видом взяла свою сумку, признавая его правоту в собственном стиле:
  - Ну, пошли что ли.
  - Так, как мы будем искать этот корень? - подавил улыбку Морган.
  - Нужно найти виселицу, где их всех повесили, - снизошла до объяснений обиженная тем, что её раскусили, Хлоя. - Мандрагора растет на земле под нею.
  - Вроде той виселицы? - Морган указал на темный силуэт, виднеющийся вдали. При должной фантазии это и, правда, могло сойти за почти развалившуюся виселицу.
  - Да! - обрадовалась Хлоя и тут же приуныла: - Но она слишком далеко. Туда идти дольше, чем полчаса. Меня к тому моменту уже затянет в портал, и я так и не увижу мандрагору.
  Её личико сделалось таким несчастным, что могло бы тронуть и камень. К счастью для юной ведьмочки рядом был демон, которому очень нравилось видеть её личико радостным.
  - Если ты меня поцелуешь, то я позабочусь о том, чтобы ты оказалась там вовремя и увидела корень, сказал он, перекатываясь с носков на пятки и обратно.
  Хлоя деланно нахмурилась:
  - Хм... это что, шантаж?
  - Наглый и беспринципный, - не стал отрицать очевидное Морган, подкрепив свое признание кивком головы.
  - Что ж, - притворно вздохнула Хлоя. - Кажется, у меня нет выбора.
  Встав на цыпочки, она обвила руками его шею и поцеловала.По крайней мере, начала. Так как в этом деле Хлоя была новичком, то пока умела лишь то, чему её научил Морган, и где-то внутри девушка испытывала страх, что демону не понравится то, что она делает. Целуясь, Хлоя старалась уловить хоть какой-то отклик от него, но очень скоро он перехватил инициативу и все её страхи выветрились из головы. Вместе с мыслями. Их место заняли ощущения, дивные, всепоглощающие. Хлоя чувствовала себя так, будто демон разжег внутри неё огонь, который быстро растекся по венам и медленно добрался до её сердца выжигая на нем имя, которое юнаяведьмочка выдохнула, как только поцелуй закончился:
  - Морган...
  Демон самодовольно улыбнулся и подхватил свою возлюбленную на руки. Нужно сказать, вовремя, потому, что стоять самостоятельно Хлое было трудно. Огонь, который так умело разжег Морган, кажется, расплавил все кости в её теле. Другой причины тому, что руки дрожали, а ноги ослабели и подгибались, девушка не видела.
  Подхватив Хлою на руки, Морган побежал. Это и было его планом с самого начала. Благодаря необыкновенной силе демонов, вес девушки на руках почти не чувствовался и не мешал ему бежать, а благодаря невероятной скорости, которую он мог развивать, Морган домчал свою любопытную рыжеволосую колючкудо места назначения всего за десять минут. Он бы и без поцелуя сделал это, потому, что, откровенно говоря, побаивался сам вырывать корень мандрагоры. Все это колдовство было ему не знакомо. И хоть ему не хотелось подвергать свою суженую опасности, но зная, что пусть даже юная ведьма будет его подстраховывать, Морган чувствовал себя увереннее. Опять же, он был уверен, что если отправит Хлою домой, то при следующей встрече получил бы не столь радушный прием, как при сегодняшней. Будучи эгоистом, Морган хотел, чтобы его любимаяведьмочка спрятала свои шипы и позволила ему не только поцелуи.
  Хлоя была в восторге от того, как сейчас путешествовала. Она много раз видела, как бабуля и другие ведьмы летали на метле, но у самой у неё не хватало для этого сил. Поэтому, до этого момента девушка могла лишь завистливо вздыхать, слушая рассказы о том, какие потрясающие чувства испытываешь, путешествуя на большой скорости. А сейчас, благодаря демону, она ощущала, как ветер треплет волосы, слышала свист в ушах и понимала ведьм, которые часами, до полного изнеможения носятся на своих метлах с огромной скоростью. И когда демон сначала замедлился, потом остановился и объявил:
  - Мы на месте, - девушка испытала разочарование.
  Её разрывали противоречивые желания: попросить демона побегать ещё и попросить поскорее достать корень. В конце концов, после продолжительной внутренней борьбы (не меньше трех секунд!) победило второе.
  - Ладно, - тяжело вздохнула Хлоя. - Пошли за корнем.
  Остатки виселицы были в нескольких шагах от них. Держась за руки, они подошли к ней. Вокруг не было ни одной живой души. Даже со своим острым демонским слухом, Морган не смог услышать ничего: ни птиц, ни животных, ни насекомых, ни даже звуков ветра, колышущего ветку. Ничего. Только мягкий, немного глухой звук их шагов, который затих, когда они подошли к единственному яркому пятну во всем этом серо черном ландшафте - к ярко-красному растению прямо под развалившейся виселицей.
  - Что за ужасное место, - не удержался Морган. Не нужно было быть магом, чтобы почувствовать это. Он стоял на твердой земле, видел вокруг остатки леса, вдыхал воздух, но ничего не ощущал, как будто вокруг ничего не было. Демон ещё мог объяснить, почему вокруг не было звуков. Но почему не было запахов? Дьявол! Да тут даже цветов не было: ни зеленого, ни белого, ни желтого! Все было серое и черное, ни одной звезды на небе. Словно серый и черный медленно поглотили все вокруг. И, как будто этого мало, проклятое место давило на него. Появилось чувство, что все бесполезно, чувство безнадежности. Появились мысли о том, что ему никогда не добраться до Хлои. Его друзья погибнут, семья не узнает, что с ним стало. Ведьма никогда его не полюбит. Захотелось просто лечь на землю, свернуться калачиком и умереть.
  - А чего ты хотел, - в голосе Хлои не было и намека на прежнюю легкомысленность. - Мандрагора - цветок мертвых, он убивает все живое вокруг себя. Будь осторожен, или он и тебя убьет.
  Голос суженой заставил Моргана встряхнуться.
  - Нам нужно поскорее с этим покончить, - он стремительно подошел к растению. Чем ближе он подходил, тем сильнее ощущалось влияние растения. Но демон заставлял себя думать о Хлое, думать о том, ради чего все это, вспоминать родителей и остальную семью. Чтобы хоть как-то переключить свое внимание с ужасных мыслей и ощущений, он начал повторять про себя имена всех своих родных: Хукс Тэлбот, Фиона Тэлбот, Дункан Тэлбот, Логан Тэлбот. В какой-то момент, до него дошло, что к именам родителей и братьев, он добавляет имя Хлоя-Грейс Тэлбот, и улыбнулся.
  Морган посмотрел на Хлою и снял с себя небольшую сумку, в которой было сложено все необходимое для извлечения корня из земли. Он достал из нее вино, завернутое в шелк и предусмотрительно положенную внутрь лопатку.
  - Ну же! - прямо притопывала рядом от нетерпения Хлое. - Скорее!
  В этой юной ведьме было столько жизни, что никакой цветок мертвых не мог погасить её так быстро. А может у неё была какая-то ведьмина защита. Трудно сказать. Но на неё влияние мандрагоры распространялось не так сильно, как на него. Встав на колени возле цветка, Морган быстро, но осторожно обкопал растение вокруг так, чтобы на мандрагоре осталось как можно больше земли. Несколько раз глубоко вздохнув, он с помощью лопатки осторожно достал корень из земли и положил рядом с собой.
  - У тебя получилось, - обняла его за шею и поцеловала в щеку Хлоя.
  - Ещё не все, - слабо улыбнулся демон в ответ и, сняв с бутылки шелковую ткань, развернул и положил её на землю рядом с собой. Затем открыл бутылку с вином и, после небольшой заминки, начал поливать корень, смывая землю с помощью вина, надеясь, что Хлоя не заметит, как дрожать его руки. Сейчас только сила воли и инстинкт демона, велящий защищать пару любой ценой, удерживали его от того, чтобы бросить все, схватить свой кинжал и перерезать себе горло. Он ощущал внутренний ужас, чувствовал себя так, будто внутри него поселился другой демон, медленно разрывающий её изнутри. Сейчас Морган понял, что если бы Хлои не было рядом, если бы не её ручки, в нетерпении сжимающие его плечи и если бы не её дыхание, обжигающее его щеку, когда девушка заглядывала через плечо - он не дошел бы до этого момента. Вот почему мандрагору ещё никто не выкопал. Даже если бы кто-то миновал вендиго живым, корень сам добил бы этого удачливого неудачника.
  Вскоре показались самые мелкие корешки, и Хлоя едва не запрыгала рядом с ним от радости и нетерпения. Интересно, почему она не ощущала воздействия мандрагоры? Морган решил спросить об этом позже. Сейчас его внимание сосредоточилось на корне.
  Чем больше частей растения освобождалось от земли, тем сильнее было его удивление. Корень все больше и больше был похож на... человека?
  - Это так и должно быть? - неуверенно спросил Морган, знаком показывая, что имеет в виду форму корня.
  - Конечно, - милостиво снизошла к объяснениям Хлоя. - Он вырос из крови людей. Поэтому похож на них. Если бы здесь убивали демонов - был бы похож на демона. Если бы ведьм...
  - Я понял, понял, - слегка раздраженно прервал её Морган. Что-то странное было в корне. Он не сразу понял, что именно. Точнее, не понял, пока не обмыл корень до конца.
  - Их два! - ахнула Хлоя. И была очень права. Два корня сплелись в причудливом единении, словно два человека обнимались.
  - Это так и должно быть? - неуверенно спросил Морган.
  - Не знаю, - пожала плечами Хлоя и потянулась руками к корню.
  Демон ударил её по рукам, приводя в чувство. Меньше всего ему хотелось, чтобы руки его любимой сгнили или с нею случилось что-то ужасное. Хлоя вспыхнула от стыда, что забылась и наградила своего спасителя благодарным взглядом. От этого взгляда у него на сердце потеплело, как будто Хлоя взяла и разогнала тьму вокруг него.
  И тут его посетила замечательная идея.
  Достав из-за пояса свой кинжал, Морган сделал порез на своей руке и капнул крови на один из корней. Затем он взял руку Хлои, поцеловал раскрытую ладонь и одним быстрым движением, сделал на ней не глубокий порез.
  - Ай-ай-ай! - попыталась вырвать свою пострадавшую ручку девушка, но Морган не позволил. Он потянул её на себя, заставляя обойти и оказаться прямо перед корнем. Затем так же потянул, вынуждая стать на колени или остаться без руки. Хлоя все ещё не понимала, что творит демон с безумным взглядом.
  - Что ты делаешь? - испуганно спросила она.
  Вместо ответа Морган заставил её выпрямить руку и несколько капель упали на второй корень.
  Девушка ахнула. Теперь этим корнем не сможет воспользоваться никто кроме неё. Это что же получается? Морган... подарил ей этот корень?
  Демон продолжал хранить молчание. Он отпустил её руку и с помощью ножа деловито разрезал шелковую ткань на две части. Используя одну, как перчатку, Морган осторожно разделил корни и завернул каждый в свой кусочек ткани. Один он положил в свою сумку, второй подал Хлое и только тут заметил, какими глазами она на него смотрит.
  - Гризельда просила у меня всего один корень, - слабо улыбнулся он.
  Хлоя судорожно вздохнула. На её глаза набежали слезы.
  - Ты что? - всполошился Морган, хотя несколько мгновений назад думал, что эмоционально опустошен и не способен на эмоции. - Это из-за пореза? Прости меня. Я должен был...
  - Морган, - прошептала Хлоя, вмиг став такой же слабой и ранимой, как в ту их первую встречу, когда оказалась наедине и делала записи в своем дневнике. Девушка коснулась рукой щеки демона, и он тут же поцеловал её. Он сделал это слегка рассеяно, как будто радовался каждому, даже самому легкому касанию. И сейчас уже у Хлои защемило сердце. Никто так её не любил. Никто в целом мире. С демоном она чувствовала себя не просто в безопасности, она чувствовала себя так, как будто не жило до этой встречи, а сейчас вдыхает полной грудью, ощущает запахи сильнее, цвета вокруг ярче и весь мир у её ног. Какая девушка смогла бы устоять? И Хлоя не устояла. Чувствуя, что сейчас исчезнет, Хлоя сказала:
  - Морган, через три дня на закате в моем доме соберутся все претенденты на мою руку. Отец выберет мне среди них мужа и нас тут же поженят, - она лбом прикоснулась к его лбу и прошептала: - Лучше тебе быть там, демон. Думаю, я люблю тебя.
  И растворилась во вспышке света.
  Корень мандрагоры опустошает как физически, так и морально. По крайней мере, пока его не вытащить из земли. И Морган испытал это все на себе. Он чувствовал себя так, будто хочет просто лечь и умереть. Только присутствие Хлои не давало ему это сделать. Необходимость заботиться о ней и защищать.
  Инстинкты - сильная вещь.
  Раньше глядя напарочек, нашедших друг друга, он не понимал, почему мужчины вдруг превращались в форменных идиотов: начинали таскать подарки и цветочки, сюсюкать по углам, ловить взгляды своей пассии и так дальше. И хоть Морган никому этого не говорил, втайне он надеялся, что никогда не окажется на их месте. После одного, неосторожного взгляда из могучего воина, который ничего не боится, превратиться в пускающего слюни по своей паре идиота, думающего не тем местом? Нет уж, спасибо!
  Все изменилось с появлением Хлои.
  Сейчас он готов таскать ей цветы клумбами! Все, что угодно, чтобы сделать её счастливой. И это оказалось не страшно, он не потерял из-за этого себя. Он по-прежнему сильный и свирепый воин, по-прежнему осознает все, что происходит в его жизни и самостоятельно принимает решения.
  Морган вполне самостоятельно принял решение мчаться к зеркалу, через которое он попал в это место, и вполне самостоятельно решил как можно скорее добраться до долины "Три дуба" и повырывать глотки всем, кто покусится на его суженую. Пусть себе свою ищут, говнюки!
  И почти всю дорогу до проклятого зеркала, у Моргана в голове крутилось только одно: "Думаю, я люблю тебя". Знаете, как бывает: у тебя есть заветное желание, но ты не осознаешь его, пока оно не сбудется. Так и с ним - пока Хлоя не призналась, что любит его, демон и не подозревал, насколько важны для него эти слова. Но произнесенные вслух, они стали для него, как глоток воды для умирающего от жары в аду. Все силы, которые из него высосала мандрагора вернулись разом, да ещё и преумноженные во стократ. Демон чувствовал себя сейчас способным свернуть горы, если бы только Хлоя попросила.
  Морган чувствовал себя странно: он ощущал эйфорию и не мог не улыбаться, а осознание того, что он сейчас просто-таки канонический пускающий слюни идиот, наполняло его гордостью и счастьем.
  Поэтому, первое, что он сказал, после того, как шагнул в зеркало и оказался в тронном зале, было:
  - Я самый счастливый идиот на свете.
  Гризельда и мышь переглянулись. Колдунья при этом успела стукнуть коготком по своей маске, и на ней отразилось недоумение. Мышь в ответ лишь лапками развел, от чего его крылышки смешно дернулись в стороны. Морган глядя на это тихо рассмеялся, но вспомнив, что время на исходе и через три дня Хлою выдадут замуж, вмиг посерьезнел. Протянув хозяйке замка свою добычу, он сказал:
  - Вот твой корень. Где мой пропуск?
  На самом деле, отправляя своего нежданного гостя за корнем мандрагоры, Гризельда не ждала, что он вернется с ним. Она вообще не ожидала, что он выживет. Поэтому, когда демон все же вернулся, она была несказанно удивлена. У него был... интересный вид: измазан грязью и кровью, одежда на нем разорвана, глаза блестят нездоровым блеском. Не иначе, как корень свел его с ума. Или опасности, с которыми он там встретился. Его приветственная речь лишь сильнее убедила колдунью в этом.
  Но когда демон протянул ей корень, Гризельда просто ахнула. Она так давно о нем мечтала! Он был ей так нужен! И в то же время, колдунья не ожидала когда-либо его увидеть.
  И вот мандрагора перед нею! Легендарный корень, с помощью которого она вернет к жизни Молоха!
  Гризельда протянула руки и прикоснулась к свертку, который протягивал ей демон. Находясь во власти сильных эмоций, она забыла стукнуть коготком по маске и сменить выражение лица. Но то, что она испытывала, выдавал язык её тела. Поняв, что опасности нет, Поняв, что опасности нет, колдунья взяла сверток в руки и развернула.
  - Мандрагора, - пораженно выдохнула она. Сомнений в том, что она видела перед собой, быть не могло: корень в форме человека, у которого шевелились самые мелкие корешки. Как будто он спал и подергивал ножками во сне.
  - Как тебе это удалось? - спросила Гризельда, когда первое потрясение прошло.
  Морган не стал раскрывать секрет того, как ему это удалось. Мало ли как эта сумасшедшая колдунья отреагирует на то, что ему помогали? Она может разозлиться и превратить Хлою во что-нибудь. С одной стороны это будет хорошо - Морган всегда будет точно знать, где его любимая и что с ней. С другой стороны, завести семью и детей с какой-нибудь люстрой или абажуром будет затруднительно. Поэтому, он сделал суровое лицо, которое подразумевало, что он пережил ад, и не хочет об этом говорить, и сказал:
  - Я принес тебе корень, Гризельда. Выполни свою часть сделки и отдай мне пропуск.
  Каждая ведьма знает, когда её обманывают. Она всю жизнь обманывает, приукрашивает и не договаривает что-то. И когда кто-то пытается провернуть такой же трюк с нею - попытка изначально обречена на провал.
  Понять что-то по выражению лица Гризельды было невозможно. Женщина стукнула по ней коготком, и лицо вновь стало спокойным и ничего не выражающим. Завернув корень в шелк, она передала его мышу:
  - Это в лабораторию, в подвале башни.
  Поклонившись, мышь улетел с корнем, и тут же в зал влетел другой мышь, с небольшим свертков в руках.Гризельда приняла у него сверток и передала Моргану:
  - Ведьма держит свое слово, - с достоинством произнесла она, передавая свиток. Демону в её словах послышалось что-то ещё, что-то похожее на ехидство и коварство, поэтому, он развернул свиток и прочитал что там написано. Содержимое его в чем-то разочаровало - обычная пропускная грамота. Всем иностранцам, посещающим Кестекер, дают такую же. Но ещё ни одна бумажка не радовала его так сильно.
  - Можешь забирать свои вещи и уходить, - повернулась к нему спиной колдунья, а рядом приземлился ещё один мышь. - Тебя проводят.
  Не ожидая подвоха, Морган спросил:
  - А мои друзья?
  - А что твои друзья? - колдунья даже повернулась к Моргану, чтобы продолжить разговор.
  - Я пришел сюда не один, - терпеливо пояснил демон. - Со мной были мои друзья Освальт и Пэттон. Их схватили сразу же, при входе в замок...
  - Я помню, - устало перебила его Гризельда. - Так что с ними?
  - Когда ты их освободишь? - терпеливо спросил Морган, хотя в душе уже зародилось сомнение.
  - Никогда, - рассмеялась колдунья, стукнув коготком по маске и придав ей веселое выражение лица.
  - Но... - он не мог поверить в то, что слышал. Его обуревало возмущение, когда Морган гневно воскликнул:
  - Но я же добыл тебе корень!
  - И я дала тебе пропуск, - продолжая веселиться, сказала колдунья. - И даже милосердно тебя отпускаю. Езжай к своей любимой ведьме.
  - Но мои друзья... - попытался возразить демон, и был тут же перебит:
  - Останутся у меня, - спокойно сказала Гризельда, стукнув коготком по маске, чтобы та приняла насмешливое выражение лица: - Ведь, когда мы с тобой договаривались, ты не сказал о них ни слова. Даже больше того, ты ни слова не сказал о том, что тебя должны отпустить. Все, что ты хотел - это пропуск. Так что, не порти мне настроение, демон. Не то подарю тебе пропуск и превращу в каменное изваяние.
  Морган едва сдержался, чтобы не застонать в голос. Он был в отчаянье. В голове не было ни одной идеи, только желание постучать чем-то тяжелым по этой самой голове. Как же можно было быть таким дураком? Что ему теперь делать?
  - Может... Может, тебе ещё что-то нужно? - в надежде спросил он. - Ещё какой-нибудь корень в обмен на свободу моих друзей?
  - Нужно, - милосердно согласилась Гризельда. И только демон облегченно вздохнул, как она добавила: - Твой пропуск в долину "Три дуба".
  - Что? - тупо переспросил Морган.
  - Твой пропуск в долину "Три дуба", - охотно повторила Гризельда, наслаждаясь происходящим. - Тот самый пропуск, ради которого ты так рисковал, тот пропуск, без которого тебе не увидеть - как ты там её назвал? - суженную!
  Морган сжал голову руками. Он все не мог поверить в происходящее:
  - Ты что серьезно хочешь, чтобы я выбирал между любовью к Хлое и любовью к своему клану? - в его голосе было не меньшее отчаянье, чем в его душе. - Как мне это сделать, ведьма? Я не могу разорвать свое сердце на две части, выкинутьодну из них и забыть, что когда-то она у меня была.
  - Придется, демон, придется, - напела она слегка безумным голосом. - Придется выбирать, что для тебя важнее: любовь или долг. Ты знаешь, угодить всем не получится.
  Гризельда подошла к нему сзади и заговорила тихо и вкрадчиво:
  - Если ты выберешь свою ведьму, то придется смотреть в глаза родителям этих несчастных демонов и объяснять, что я живьем вывернула их детей на изнанку и жонглировала их внутренностями потому, что у тебя большая любовь.
  Морган выхватил клинок. Он убьет эту ведьму раньше, чем она успеет все это сделать. Но клинок внезапно превратился в змею, и демон рефлекторно отбросил его.
  Гризельда рассмеялась, стукнув коготком по маске и придав её веселое выражение:
  - Неужели ты думал, что сможешь убить ведьму в её собственном доме? - она снова стукнула коготком по маске и её выражение сало серьезным: - Выбирай, демон: товарищи, или любовь, которой у тебя никогда не будет.
  - Ты не можешь,знать будет у нас с Хлоей любовь или нет, - вызывающе воскликнул Морган.
  - Ты так думаешь? - ведьма стукнула коготком по маске и та приняла гневное выражение.
  И тут Моргана, что называется, осенило. Он вспомнил слова дверного молоточка про то, что ведьма азартна и сказал:
  - Я в этом уверен!Так уверен, что готов с тобой поспорить.
  - Поспорить? - прошипела Гризельда.
  - Да, - твердо сказал Морган. - Готов с тобой поспорить, что самое позднее через три дня Хлоя в присутствии своей семьи скажет, что любит меня и хочет стать моей женой. Или можешь превратить меня в камень... вывернуть на изнанку... В общем, что ты там собиралась делать.
  - Ты так уверен в себе, демон, - до этого момента на ведьме была маска белого цвета с черным рисунком лица. Но когда она в этот раз стукнула по ней коготком, маска стала черной с белым рисунком, а выражение лица стало злорадным. - Неужели жизнь тебя ничему не учит? Решил поспорить с ведьмой? Ну, хорошо, будь, по-твоему. Я принимаю предложенные тобой условия.
  Морган почувствовал, как вокруг него собирается волшебство и тихо зарычал. Он чувствовал, что это что-то недоброе, но не знал, как с этим бороться. Все это колдовство, будь оно не ладно.
  - У тебя есть три дня, демон. Если по истечении трех дней ведьма по имени Хлоя-Грейс Уайли не скажет в присутствие всей семьи, что любит тебя и согласна стать твоей женой, ты превратишься в камень. Ты никому не сможешь сказать об этом заклинании, и никто не сможет его с тебя снять.
  Демон чувствовал вокруг себя колдовскую силу, хоть ведьма больше и не говорила. И он рискнул спросить:
  - А мои друзья?
  Гризельда расхохоталась:
  - Думаешь, они тебе помогут? Тогда забирай их, - и, постучав по подбородку коготком, задумчиво пробормотала: - Что же мне забрать у тебя взамен?
  Она стукнула себя коготком по маске, придав ей радостное выражение лица, и заявила:
  - Знаю! - колдовская сила вокруг Моргана снова завибрировала: - Ты и твоя ведьма не сможете увидеть или услышать друг друга, если встретитесь раньше, чем на закате третьего дня.
  - Но это же нечестно! - воскликнул Морган. - За три дня многое может произойти!
  Хлоя сказала, что кажется, любит его. Но за три дня многое может случиться. В конце концов, рядом будет куча красивых мужчин и юная, неопытная ведьма может подумать, что влюбилась в кого-то из них. Или, что ещё хуже, действительно может влюбиться! Так у них был шанс встречаться во сне и может наяву, а у Моргана был шанс убрать из её признания это чертово "кажется".
  Гризельда расхохоталась:
  - Ты ещё не понял демон? Ведьмы не играют честно. Поэтому мы выигрываем всегда.
  Морган едва успел прикусить язык, чтобы не брякнуть: "Только не когда играют против другой ведьмы". Ещё чего не хватало - подставить Хлою под удар. Три дня большой срок. Но раз этого хоть так, хоть как не избежать, Морган решил, что нужно довериться судьбе и верить Хлое. Если придется, он из ада вернется, чтобы быть с нею. И завоюет её сердце столько раз, сколько придется.
  А пока он решил, что пора уносить ноги, пока есть такая возможность.
  - Будь, по-твоему, - склонил голову демон, признавая победу за ведьмой. В конце концов, это лишь сражение. Демоны тоже хитры. Они не против отступить один раз, чтобы потом выиграть всю войну.
  Гризельда расхохоталась и щелкнула пальцами. Стена позади Моргана рассыпалась и два полностью дезориентированных демона шагнули вперед.
  - Что за...? - начал было спрашивать Освальт, но Морган перебил его:
  - Уже ничего. Мы получили то, за чем пришли, и уходим.
  Он обошел их сзади и принялся толкать в спины, чтобы пошевеливались, пока ведьма ещё чего не удумала, но было уже поздно:
  - Как я отпущу гостей да без подарков? - колдунья шагнула вперед, стукнув коготком по маске и придав ей задумчивое выражение. Освальт никак не отреагировал на это, а вот Пэттон испуганно отступил на несколько шагов, пока не уперся в Моргана.
  - Она... - начал было дрожащим голосом демон.
  - Да, - перебил его Морган, имея в виду все самое страшное, что мог навоображать себе друг. Сам он не сводил мрачного взгляда с колдуньи. Она сейчас походила на кошку, увидевшую мышку и желающую поиграть.
  - Какими же дарами мне вас наградить? - спросила она, ни к кому конкретно не обращаясь. Затем стукнула коготком по маске, придав ей радостное выражение лица и радостно хлопнув в ладоши: - Знаю!
  Вокруг демонов снова начала собираться колдовская сила. Освальт недовольно зашипел, а Пэттон едва в обморок не грохнулся.
  - Ты, - указала она пальцем на Пэттона. - Так боишься магии. Почему?
  - Я её не понимаю, - против своей воли ответил перепуганный демон. Не иначе как колдунья своей силой вырывала из него правду. - Я не знаю, как с нею бороться, поэтому она меня пугает.
  Гризельда перевела взгляд на Освальта:
  - А ты у нас ничего не боишься, - это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.
  Тот лишь плечами пожал. Его с детства учили, что в этой жизни все предрешено. Бойся-не бойся - все равно все будет так, как будет. Так, чего распыляться?
  Немного подумав, колдунья хлопнула в ладоши:
  - Да будет так! - она обратила свой взор на Пэттона: - Я дарю тебе скорую встречу с суженой.
  - Правда? - обрадовался демон, и тут же спросил: - А она красивая?
  - Она ведьма, - одним ответом отправила беднягу в обморок Гризельда.
  Морган едва успел подхватить товарища, чтобы тот не разбил себе голову об мощеный камнем пол.
  - А тебе... - она перевела взгляд на Освальта. - Мне было трудно выбрать тебе достойный подарок. Ты ничего не боишься, не отличаешься большим умом, поэтому, вряд ли сможешь оценить что-то хитрое и коварное. Суженую ты себе уже нашел. Что остается?
  Освальт пожал плечами. Все эти заморочки не для него.
  - Остается лишь твое умение драться. Что скажешь, если я у тебя его заберу? - заинтересованно спросила Гризельда.
  - Я научусь драться снова, - опять пожал плечами Освальт.
  - Ты никогда не сможешь драться на мечах, - торжественно объявила колдунья.
  - Тогда научусь стрелять из лука, - не расстроился демон.
  - И стрелять из лука ты не сможешь, - дополнила свой "подарочек" Гризельда.
  - Тогда буду метать копье, - нашелся Освальт.
  - И копье метать не сможешь, - ведьма стукнула коготком по маске и та приобрела слегка раздраженный вид.
  - Ну и ладно, - пожал плечами Освальт. - Всегда хотел освоить боевой топор, да времени не было. Теперь, наконец, смогу.
  - Ты не сможешь владеть никаким боевым оружием! - сквозь зубы прорычала Гризельда.
  - Тогда буду учить других, как правильно это делать, - снова пожал плечами Освальт.
  - Да ты издеваешься? - стукнула коготком по маске ведьма и ... сощурила глаза на демона? Затем снова стукнула коготком по маске и та приняла разочарованный вид. - Нет, ты слишком туп, чтобы издеваться. Воистину, глупость и ограниченность - залог вечного счастья. Тебе и правда, на все плевать.
  Она вздохнула:
  - Можно придумать для тебя что-то изощренное, но мне уже надоело с тобой возиться. Считай, что тебе повезло, и ты будешь единственным, кто сегодня уйдет от меня без подарка.
  Она махнула рукой, и все вокруг демонов заволокло туманной дымкой. Когда она рассеялась, демоны оказались на той самой поляне, где оставили грифонов. Животные были здесь же. Смеркалось, но на краю поляны можно было отчетливо рассмотреть какие-то останки других, более мелких животных. Скорее всего, демонов не было дольше, чем они себе представляли, потому, что грифоны начали летать на охоту и добывать себе пропитание самостоятельно. Это хорошо, что грифоны не голодали в отсутствие хозяев. Им понадобиться много сил, ведь Морган планировал гнать их во весь опор. Он встретился со всего одной ведьмой и нажил на свою пятую точку неприятностей. Что будет, когда он повстречает ещё двоих?
  Глава 7
  Если бы семью Уайли попросили описать характер их младшей дочери, то одним из первых качеств, которое они упомянули, было бы полное игнорирование того, что ей говорят. Если Хлое сказали:
  - Не прыгай с крутого обрыва высокой горы, иначе разобьешься, - то она спросив:
  - Правда? - тут же сегонула бы вниз.
  Хлоя была не из тех, кто верил сказанному. Ей нужно было самой все попробовать, чтобы понять, что это и правда опасно, или её просто пугают этим. Ей нужно было прикоснуться к огню, чтобы поверить в то, что он горячий и им можно обжечься. Поэтому, когда Суфи предупреждала свою любимую внучку о том, как опасно слишком долго удерживать портал открытым, она понимала, что вряд ли её слова были услышаны.
  На следующий день Суфи неторопливо собралась, накинула привычную для Хлоиличину старушки, достала из шкафа любимую метлу и также неторопливо отправилась в дом своей средней дочери.
  Суфи одинаково любила всех своих детей, но Розанна её слегка разочаровала. Она никогда не была хорошей ведьмой, хотя могла бы. Но юной прелестнице было куда интереснее заниматься собственной внешностью и собирать коллекцию из разбитых мужских сердец. Хотя, может это особенность всех средних дочерей? Селеста вот тоже не далеко от мамочки в юности отошла. Может хоть ей хватит ума выйти замуж за какого-нибудь сильного мага, а не за не самого богатого, не самого знатного, не самого умного и красивого дворянина в округе, как это сделала Розанна.
  Старая ведьма покачала головой. Она не одобряла выбор дочери и никогда не скрывала, что Бронвик Уайли ей не нравился. Просто чудо, что у них родился такой сильный маг, как Северус. Боевой маг, да и к тому же некромант. Суфи научила его всему, чему могла. Но этого было мало, и она помогла найти ему достойного учителя - мага по имени Оуэн. Ведьма мечтательно улыбнулась, вспоминая, как они с этим магом в молодости... впрочем, это уже совсем другая история.
  Суфи никогда особенно часто не навещала Розанну в её новом доме, пока у них не появилась самая младшая дочь - Хлоя-Грейс. Точнее, пока этот маленький дьяволенок не подрос, потому, что сразу после появления этого ребенка на свет божий, ничего не предвещало беды. Первые звоночки зазвенели, когда девочке исполнилось около трех. Тогда Суфи начала обращать внимание на участившиеся жалобы Розанны. Она совершенно не могла справиться с младшей дочерью. Ребенок делал что хотел, капризничал и проказничал. Она была своенравной и эгоистичной, и у неё было свое понятие того, что хорошо и что плохо. Чем больше Суфи слушала рассказы про Хлою, тем больше узнавала характерных для ведьмы черт. И, в конце концов, ведьма отправилась в дом дочери, чтобы посмотреть на внучку.
  Судя по характеру, эта девочка могла стать могущественной ведьмой.
  Но её ждало разочарование. У Хлои был по-настоящему сложный характер и по-настоящему маленький магический дар. Что не мешало девочке подмять под себя всех, включая очень сильного и магически одаренного старшего брата.
  Семья Уайли натурально страдала и не знала, что делать. Хлоя была совершенно неуправляемой и на неё не действовали даже наказания.
  Оценив ситуацию, Суфи приняла единственно правильное решение в данной ситуации и взялась учить Хлою колдовству. Точнее попыталась, потому, что девочка ничего не хотела знать о том, как колдовать. А от понятия дисциплина она была настолько далека, насколько это в принципе возможно. Но Суфи смогла найти к ней подход. Для этого пришлось несколько раз поджечь особняк Уайли, поиздеваться над Северусом и Калистой. Больше всего досталось бедняжке Селесте. Суфи уже и не помнила, сколько раз ей перекрашивали или сжигали волосы, затем все исправляли. Бедная девочка несколько раз даже облысела.
  Слава всему сущему, внимание Хлои переключилось на другие заклинания до того, как бедная Селеста сошла с ума от издевательств сестры.
  Что самое интересное - абсолютно вся семья Уайли вспоминала те времена с ностальгией. Может потому, что после этого Хлоя вытворяла вещи куда страшнее. А может потому, что именно вот этот ярко-выраженный характер ведьмы и легкое безумие делали Хлою - Хлоей.
  Суфи издалека заметила особнякУайли и в который раз покачала головой. Она любит Розанну, но художественный вкус у неё ещё хуже, чем знания в области магии. Направив метлу вниз, ведьма мягко спикировала и приземлилась прямо возле входной двери. Защита, которой окружил дом Северус, на неё не реагировала, потому, что Суфи являлась частью семьи. Что бы там не говорил Бронвик.
  Поправив платье, ведьма постучала в дверь. Бездельники слуги не открывали двери довольно долго. Но в итоге Суфи все же попала в дом.
  - Скажите своей хозяйке, что я у своей внучки. У нас запланированы занятия, - на ходу приказала она служанке, поднимаясь по ступенькам с несвойственной такой почтенной старости быстротой.
  Суфи быстро нашла комнату внучки и без стука вошла.
  - Мать моя ведьма! - изумилась и ужаснулась она, увидев, что все в этой комнате покрашено в розовый цвет. Развить эту мысль ведьма не успела, потому, что заметила лежащую в центре пентаграммы Хлою.
  - Вот же маленькая дурочка, - разозлилась Суфи, и быстро подошла к ней. Перевернув девушку, она похлопала по её щекам, приводя в чувство. Пришлось несколько раз хорошо хлестнуть, прежде чем молодаяведьмочка застонала и открыла глаза.
  - Ба, - промычала она.
  - Ты исчерпала свой резерв, - покачала головой Суфи. - Вот тебе последствия. Ну, стоило оно того?
  - Я люблю его, - промямлила Хлоя, пытаясь сфокусировать взгляд на бабуле.
  - Давно? - скептически хмыкнула Суфи.
  Раздражение придало ей сил, и Хлоя буркнув:
  - Он подарила мне это, - и показала корень мандрагоры.
  - Ох, девочка моя, - пораженно прошептала Суфи, и вовремя одернула себя, чтобы не прикоснуться к корню. - За такой подарок можно и влюбиться ненадолго.
  - Что мне делать? - спросила Хлоя, садясь самостоятельно.
  - Думаю, - задумчиво пробормотала Суфи, - мы можем сделать из этого очень могущественное зелье.
  - Я влюбилась... - начала было Хлоя, но тут до неё дошло то, что сказала бабуля и девушка оживилась: - Что?
  - Называется, "Мертвая вода", - многообещающе сказала Суфи и по блеску глаз внучки поняла, что сердечные терзания выветрились из её головы.
  ******
  Грифоны летели так быстро, как могли, но Моргану все равно казалось, что эти крылатые лентяи едва тащатся. Отчасти этому способствовал длительный перелет над полями с пшеницей. Когда долгое время летишь, и вид под тобой не меняется, то невольно начинает казаться, что и с места не сдвинулся. Но большей частью Моргану хотелось спрыгнуть и поучить грифонов летать потому, что он буквально физически чувствовал, как время утекает у него из рук.
  Когда Гризельда отпустила Моргана и друзей, был уже почти вечер. Они с Освальтом сначала привели Пэттона в чувство, потом догнали и объяснили, что той безумной ведьмы, от которой он убегал, рядом нет, и ближайшее время не будет, и только после этого решили открыть карту. Карта показала им очень плохие новости.
  - Если верить карте, - задумчиво пробормотал Пэттон, - то второй старейшина отгрохал себе домину в долине Сауза. Нам придется пролететь через несколько человеческих поселений и Висгорский лес.
  Освальт нахмурился, вспоминая:
  - Я как-то там охотился. Этот лес огромен. Чтобы его пролететь нужно будет потратить не меньше, чем полдня.
  Морган едва не взвыл от отчаянья:
  - До него лететь почти сутки!Если нам придется выполнять задания и для этого старейшины, то мне никак не успеть до того, как Хлое выберут мужа!
  Он сел на какую-то поросшую мхом корягу и уронил голову на руки.
  - Какие проблемы? - пожал плечами Освальт. - Если кто-то жениться на твоей паре, то просто сверни ему шею и сделай её вдовой.
  Его решение было таким же простым, как и он сам. Но Морган смотрел на проблему немного шире.Во-первых, когда он думал про первую брачную ночь Хлои, то видел там всего двоих - её и себя, а не постороннего мужика, который займет его место. У Моргана был шанс стать первым и последним мужчиной страстной колючей ведьмочки, и он не собирался его упускать. Но эти соображения он оставил при себе.
  Друзьям же он немного резче, чес следовало, сказал:
  - Что-то подсказывает мне, что если я начну знакомство с семьей Хлои с того, что оторву голову мужчине, к которому они хорошо относятся, то знакомство, вряд ли задастся. А ссориться с семьей из "Трех дубов" не хотелось хотя бы из-за инстинкта самосохранения.
  - И то, правда, - невесело согласился с ним Пэттон, и усмехнулся: - Зачем нас троим ссориться с теми, кто может чихнуть и превратить твою кровь в кислоту?
  В отличие от друзей, Освальта душевные терзания не волновали, поэтому, он первым задал самый насущный в данный момент вопрос:
  - Что дальше делать будем?
  Это помогло демонам встряхнуться. Морган ненадолго отодвинул в сторону переживания и высказался:
  - Дорога заберет у нас почти сутки, так что правильнее всего выезжать прямо сейчас. Если вылетим немедленно, то успеем к завтрашнему вечеру.
  Пэттон возразил:
  - Я, конечно, все понимаю - суженная, свадьба, время на исходе - но вылетать сейчас не стоит. Подумай сам, Морган, уже почти ночь. Лететь в темное время суток очень опасно.
  - Сейчас большая луна, ночь будет светлая, - отмахнулся от этого довода, как от несостоятельного, Морган.
  - Мы можем не заметить опасность, - продолжал настаивать на своем Пэттон.
  - Какую опасность? - раздраженно спросил Морган. - Боишься, что тебя выбьет из седла пролетающая мимо ворона? Или боишься, что не заметишь гору?
  Пэттон понял, что взывать к разуму Тэлбота младшего сейчас бесполезно, и повернулся ко второму товарищу, ища поддержки. Освальт выслушал обе стороны и просто пожал плечами. Ему было все равно - ехать сейчас или утром.
  Вопрос решился тем же Морганом. Он привел главный аргумент, против которого не поспоришь:
  - Я тут главный, а вы обязаны выполнять мои приказы.
  Демоны проверили упряжь своих грифонов, набрали свежей воды, и отправились в неблизкий путь. Пэттону все же удалось достучаться до здравого смысла Моргана, и тот согласился, что ночью лететь быстро не стоит. Несмотря на то, что ночь действительно выдалась очень светлой.
  Демоны вылетели, когда смеркалось. Разговаривать в дороге не получалось, и каждый думал о своем.
  С высоты их полета было видно, как справа медленно прячется за горизонт солнце, окрашивая его во все цвета красного, желтого и оранжевого. Эти яркие цвета напомнили Моргану о Хлое. У неё такие же огненные рыжие волосы. Ещё у неё ярко-зеленые глаза и пухлые губы, которые очень хочется поцеловать. Несмотря на свою любовь к ней, Морган не мог бы сказать, что в ней было что-то ещё такое же примечательное. Хлоя - довольно обычная девушка в плане внешности. Небольшой носик, пухлые щечки. Морган знавал человеческих женщин и демонес куда красивее.
  Но их красота была снаружи. Красивая обертка, в которой ничего не было. О таких женщинах с восхищением говорили ровно до того момента, пока не появлялась новая красивая обертка и внимание окружающих не переключалось на неё.
  Внешняя красота пленяет быстрее, чем внутренняя, но и также быстро забывается.
  Хлоя хороша по-другому. Она не каноническая красавица и не стремится ею быть. Ею невозможно увлечься с первого взгляда. Но если с нею поговорить, то Хлоя западет в душу. Тот, кто с ней поговорит, будет постоянно вспоминать её интересные выражения, или думать о её рассуждениях, или вспоминать её дикие выходки. Хлоя незабываема, потому, что запоминается не внешностьведьмочки, а черты характера и образ мышления. Точнее, запоминается то, насколько они необычны.
  И это сокровище может достаться другому.
  Вплоть до того момента, как ночь отступила и небо слева заалело, демону приходилось прикладывать усилия, чтобы не подгонять грифона и не заставлять его лететь ещё быстрее.
  Пэттон переживал из-за суженой, которую ему наколдовала Гризельда. Демон так и не понял, что произошло. Ведьма его заколдовала или просто напророчила ему такую суженую? В любом случае все было плохо. Он же боится магии. Что ему делать с ведьмой-суженой?
  Будущее казалось ему серым и неприглядным.
  А Освальт думал о том, что насколько бессмысленно то, что они сейчас делают. У Моргана от своей любви совсем разум помутился. Иначе демон уже давно бы понял, что даже если они доберутся до места назначения вовремя, даже если успеют уговорить второго старейшину отдать им пропуск, то до третьего вовремя им не добраться. Грифоны, двигаясь в таком темпе, едва-едва дотянут до дома второго старейшины. Им не потянуть дорогу до третьего. Если бы Освальта спросили, он сказал бы все это.И добавил от себя, что если только третий старейшина не живет в соседнем доме со вторым, и у него нет хотя бы одного грифона, чтобы одолжить неожиданным гостям, то у Моргана нет шансов заполучить свою суженную до свадьбы.После того, как демоны доберутся до второго старейшины, останется всего один день на то, чтобы выполнить задания, пополнить припасы, сменить грифонов, ведь на этих уже не полетишь, добраться до третьего, выполнить его задания, сменить, если нужно уже тех грифонов и добраться до долины до заката. Только безнадежно влюбленный демон мог бы надеяться все это выполнить. Любой другой не месте Моргана уже бы понял, насколько это невозможная задача.
  Но Освальта, как всегда не спросили.
  Когда поля с пшеницей сменились лесами, Моргану захотелось спрыгнуть и расцеловать верхушки деревьев. Но прошло совсем немного времени и однообразная зелень леса начала действовать ему на нервы не хуже, чем до этого действовало золото полей с пшеницей. Иногда сплошная зеленая полоса прерывалась ручьями или пестрыми полянами. Но этого было мало, чтобы разнообразить вид под путешествующими демонами.
  А ещё Морган устал. Он зверски устал, как и те, кто отправился с ним в долину Сауза. Путники провели всю ночь и весь день в седле. Местами тело болело, местами все затекло так, что даже не чувствовалось. Приходилось следить за Пэттоном. Бедняга вымотался так, что засыпал на ходу и мог просто упасть с грифона. Морган устал не меньше. Все же перед этим утомительным путешествием он успел подраться с вендиго и добыть корень мандрагоры. Но демон упрямо летел вперед. Его гнала вперед необходимость быть с Хлоей. Ему нужно было ещё раз услышать, что она его любит, нужно было знать, что она в безопасности и никакие полудемоны к ней в спальню не шастают.
  К счастью, эта дорога не была вечной. У неё было начало, и вот настал её конец, в виде большой долины, в дальнем конце которой приютился скромный замок. Скромный не в плане размеров, а в плане украшений и архитектуры. Ни тебе шпилей, ни арок, ни каменных статуй. Больше было похоже на огромный каменный сарай, чем на замок. Здесь даже не было ни откидного моста, ни рва, ни защитной стены!
  У того, кто здесь живет, явно было немного посетителей, потому, что рядом не было даже площадки для приземления грифоновили конюшни для лошадей. Демонам пришлось найти более или менее чистую от травы местность, чтобы дать грифонам опуститься на землю.
  Пэттон даже не слез, а просто сполз со своего грифона и упал на траву. Освальт медленно, но без признаков усталости слез со своего грифона и принялся его распрягать, чтобы тот отдохнул и поохотился. То же самое проделал и Морган. Освальт первым закончил и принялся за грифона Пэттона.
  - Мда... - протянул Пэттон, вставая и угрюмо рассматривая дом второго старейшины. - Это вам не Варботрон.
  - Да, - нехарактерно живо согласился с ним Освальт. - Наш главный замок укреплен и защищен...
  - Кому что! - перебил его Пэттон, закатив глаза, и раздраженно пояснил: - Я говорил о том, что здесь безлюдно. Почему все колдуны такие отшельники?
  - Боишься, что когда встретишь суженую-колдунью, то тебе, во всем своем великолепии тоже придется жить в глуши? - поддразнил его Морган, разминаясь.
  - Предыдущая ведьма не была отшельницей, - поправил его Освальт. - Она жила с кучей слуг.
  - С кучей летающих мышей и говорящей мебели! - огрызнулся Пэттон. - Это не то же самое, что нормальное общество!
  - Ладно, хватит, - оборвал в зародыше назревающий спор Морган. - Не забывайте, время идет. А нам ещё два пропуска добыть нужно.
  Демоны подошли к зданию. Сейчас, когда у них была возможность рассмотреть его поближе, Пэттон подметил ещё одну интересную особенность:
  - А почему окна так высоко?
  - Наверное, потому, что здесь живет великан, - просто объяснил Морган.
  - Великан? - споткнулся Пэттон.
  - Ты что, боишься великанов? - удивился Освальт. - Я думал, ты боишься только магии.
  - Не боюсь я великанов! - огрызнулся Пэттон. - Просто удивился, когда про него услышал. Я думал, великаны живут на своих летающих островах-городах, а на землю спускаются по делам. Им тут тяжело ходить и все такое.
  - Ну, этот великан же... колдун, - Морган немного замялся, потому, что не знал, правильно ли называть ведьму мужского рода колдуном. Вот Гризельда хоть и ведьма, но колдунья, а Хлоя нет. А третья старейшина - чародейка. В чем разница? Нужно будет расспросить Хлою.
  Пока он говорил, перед ними возникли огромные двери. Каждая была раза в два с половиной выше, чем демоны и в несколько шагов шириной. На каждой двери было по ручке кольцу, расположенному посредине двери.
  - Ну, и как нам это открыть? - спросил Пэттон.
  После некоторого размышления Освальт выдал единственные посетившие его мысли:
  - Ты можешь залезть мне на плечи и толкнуть дверь за ручку, или попробуем навалиться втроем и открыть.
  - Или, - внес свое конструктивное предложение Морган. - Мы можем просто позвонить в колокол.
  Он пальцем указал на висящий с боку на уровне с дверной ручкой колокол, от которого вниз шла длинная веревка. Потянуть за неё, что бы позвонить, смог бы даже карлик. А сверху над колоколом красовалась надпись: "Звоните, вам откроют".
  - Надеюсь, это не ловушка, - вздохнул Морган и мужественно потянул за веревку. Раздался колокольный звон. Демоны напряженно оглянулись, ища очередную ловушку. Но к некоторому их разочарованию ничего не случилось: ни земля под ними не разверзлась, ни стальная клетка сверху не упала, ни даже опасные животные из засады не повыскакивали. Вместо этого в замке послышались шум и возня.
  Демоны переглянулись и Освальт с Пэттоном на всякий случай стали поближе друг к другу. Когда послышались приближающиеся глухие шаги, больше похожие на удары молота по наковальне, сделанные через плотную ткань, демоны на всякий случай обнажили мечи. Морган закатил глаза и взбешенно зашипел:
  - Спрячьте мечи, придурки! Не бесите хозяина дома, иначе он вас в дверной молоток превратит раньше, чем вы успеете хотя бы раз замахнуться!
  В этот раз для разнообразия Освальт с Пэттоном послушали его. И нужно сказать как раз вовремя - со страшным, душераздирающим скрипом двери распахнулись, и из тени замка в сгущающиеся вечерние сумерки ступила огромная клюка, больше похожая на обтесанное деревце средних размеров. Затем из темноты появилась нога, за которой последовало и все остальное тело. Но хватило и ноги, высотой почти с рост демонов, чтобы понять, что они очень правильно спрятали оружие. Для кого-то столь внушительных размеров, их оружие причинило бы столько же вреда, сколько им какая-нибудь зубочистка.
  Глазеть на кого-то так, как это делали Морган и его товарищи, как минимум неприлично. Но они ничего не могли с собой поделать. Третий старейшина оказался сгорбленным стариком, с седыми волосами, достигающими плеч, с длинной седой бородой и сморщенными руками, выглядывающими из-под бесформенной серой льняной хламиды, надетой на нем. Самым удивительным оказалось то, что великан был одноглазым.
  Морган отмер первым и вспомнил про хорошие манеры:
  - Здравствуйте, - его голос был сиплым, поэтому прежде, чем продолжить, он откашлялся, и, делая скидку на почтенный возраст и то, как высоко лицо великана находилось от них, закричал, стараясь быть не менее почтительным, чем с Гризельдой: - Меня зовут Морган Тэлбот, из клана Телбот. Это Пэттон и Освальт. Я и мои товарищи прибыли сюда из Кестекера, чтобы попросить у вас пропуск в долину "Три дуба".
  Великан громогласно закашлялся, прежде чем ответить:
  - Нет.
  Морган вздохнул. Он предполагал, что ответ будет именно таким. Все происходящее до ужаса напоминало то, как проходили переговоры с Гризельдой. Немного подумав, он пришел к выводу, что с великаном можно будет договориться:
  - Послушайте... - Морган немного замялся, не зная, как правильно к нему обратиться в итоге выбрал нейтральное: - Может, мы с вами договоримся?
  Великан рассмеялся, и демоны от этого звука едва не оглохли.
  - Договоримся? - прогромыхал великан. - Что вы можете мне предложить? Я старейшина долины "Три дуба". Если мне что-то нужно, я себе это наколдую. Что у вас демонов есть такое, чего у меня нет?
  - Не знаю, - немного устало сказал Морган. - Но наверняка есть что-то, что вы хотите, но не можете добыть. Гризельда, например, попросила корень мандрагоры. Что хотите вы?
  Великан нахмурился и замолчал. Морган решил попробовать уговорить великана:
  - Господин Тормонт, - он пытался кричать так искренне, как мог. - Пропуск мне нужен не для того, чтобы причинить кому-то вред. В долине живет моя суженая, и если я до завтрашнего заката не доберусь до неё, Хлою выдадут замуж. Я люблю её! Я не смогу без неё жить! Прошу вас, вы наверняка тоже кого-то любили. Дайте мне пропуск или дайте мне возможность заработать его.
  Тормонт молчал, задумчиво рассматривая Моргана. Что бы там не творилось в голове великана, но демон чувствовал себя как лягушка, которую препарируют. А ещё он чувствовал дикое напряжение. От решения второго старейшины в буквальном смысле зависело, будет ли Морган жить. Если великан откажешься ему помочь, лишит шанса увидеть колючую рыжую ведьму, то это станет началом конца.
  - Хм... - промычал великан, дыхнув на демонов.
  - Ему бы зубы почистить, - тихо сказал Пэттон Освальту, и схлопотал тычок в бок от Моргана. Великан собрался озвучить свое решение, и демоны обратились в слух:
  - Что ж, раз так обстоят дела, то я могу дать тебе шанс завоевать пропуск.
  - Да! - обрадовался Пэттон и получил сразу два тычка под ребра - от Моргана и Освальта - таких сильных, что его буквально согнуло пополам.
  - На ночь я размещу вас в моем доме, - прогромыхал Тормонт. - А завтра скажу, что вы должны сделать.
  - Спасибо, - от всей души поблагодарил Морган.
  Великан повернулся и вошел в двери тяжелой, переваливающейся походкой. Демоны пошли следом.
  Оказалось, жилище Тормонта отличалось от жилища Гризельды не только снаружи. В доме колдуньи было много слуг и много тех, кого она превратила в мебель или ещё что-то. В доме великана не было ни единой живой души, кроме демонов. И в то же время, он не был пустым.
  Троица вошла следом за хозяином дома в полумрак коридора, шириной около пяти шагов. Как только последний из демонов переступил порог, двери с оглушительным грохотом закрылись. Освальт не обратил на это внимание. Морган оглянулся и посмотрел, хотя и не особенно удивился. За последние сутки он проходил сквозь зеркала, дрался с вендиго, добывал корень, который чуть не свел его с ума. Так что дверей, закрывающихся самих по себе недостаточно, чтобы его впечатлить или испугать. А вот бедняга Пэттон сначала испуганно подпрыгнул, потом выхватил меч и присел, готовясь отражать атаку.
  - Что это с ним? - удивился Тормонт.
  - Он у нас нервный, - устало ответил Морган.
  Издав задумчивое "Хм!" великан пошел по коридору вглубь здания. Демоны последовали за ним, хотя Пэттона для этого пришлось немного подтолкнуть хорошим пинком сзади.
  Шагая по мощеному гладким камнем полу, Морган удивлялся, что нет эха от шагов. Здесь высокие сводчатые потолки даже в небольшом коридорчике, которым их вел хозяин дома. Как минимум шаги великана должны быть слышны по всему дому. Но Морган, несмотря на свой острый демонский слух, не мог расслышать даже далеко не самое бесшумное топанье Пэттона.Хотя когда демоны находились снаружи, было прекрасно слышно, как передвигается внутри дома великан. Видимо, Тормонт применял колдовство, чтобы гасить звуки шагов.
  Ещё одна деталь, которая сразу бросилась Моргану в глаза - это царящий в коридоре полумрак. На стенах висели факелы, но их никто не зажигал. Не то, чтобы это как-то мешало его теперешним гостям - острое демонское зрение позволяло бы им без проблем рассмотреть все даже в кромешной темноте. Но у остальных обитателей дома вряд ли было такое острое зрение. Так почему жесвет не горит? В замке не ждали гостей и не стали жечь факелы понапрасну? Морган слышал, что люди так делают, хотя сам этого не понимал, ведь дома, в Варботроне, постоянно горели огни - свечи, керосиновые лампы, факелы. В его родном замке почти никогда не стихали голоса, никто никогда не спал. В обители великана Тормонта царила просто оглушающая тишина.Даже у Гризельды в замке не было так тихо! Даже более того, на стенах не было и следа копоти от горящих факелов, как будто их никогда и не зажигали.
  Было с этим жилищем ещё что-то не так. И Моргану потребовалось немало времени, чтобы понять, что не так - в доме не было запахов. Вообще никаких. Он не мог почувствовать даже запах товарищей. Ничего! Зато высокая влажность воздуха чувствовалась на ура.
  Коридорчик закончился огромным круглым залом. Вдоль стен стояли различные технически приспособления, о назначении которых демоны не имели даже отдаленного понятия.
  Тормонт хлопнул в ладоши и в зале вспыхнул яркий свет. Это был свет чистый, ровный, не бликующий, как от факелов или свечей. Как будто десятки маленьких солнышек загорелись вдоль стен, повинуясь прихоти мага. И свет, озаривший зал и, правда, был похож на дневной. Сколько бы свечей, факелов, лампад не зажигали в Варботроне, подобного эффекта не было никогда.
  - Что за удивительноеколдунство? - пораженно пробормотал Освальт, разглядывая свои руки под лучами такого яркого света.
  - Колдовство, - с усмешкой поправил его великан. - И нет, это не оно. Это наука.
  Тут он будто вспомнил, как следует себя вести радушному хозяину и спросил:
  - Вы, наверное, голодны с дороги? - не дожидаясь ответа, он дважды хлопнул в ладоши и в зал вошли несколько глиняных фигур, отдаленно напоминающих человеческие, но без глаз, носа, ушей, и ртов. Как будто лепивший их скульптор попросту забыл про них или не успел доделать. Одни из них были поновее, другие, судя по трещинам на глине - уже довольно старые. У одного из них на руках лежала ослепительно белая скатерть.
  - Это големы, - пояснил хозяин дома, наблюдая за изумленными демонами. - Их не стоит бояться. Они безобидны и полностью подчинены моей воле.
  Великан стал посреди комнаты и ногой нажал на один из камней. Это действие было проделано так рутинно, что Морган даже не обратил внимание на то, какой именно из камней это был. А потом стало не до него. Пол разъехался в стороны и из него поднялся небольшой столик на четырех резных ножках. Он был высотой где-то по колено демонам и был очень похож на те, небольшие новомодные столики, которые мама Моргана расставила по всему дому, чтобы, когда придут её подруги, можно было с комфортом пить чай и сплетничать. За одним исключением - этот столик прыгал вокруг великана, как собака вокруг своего хозяина.
  - У нас гости, - сказал Тормонт, ласково поглаживая нехарактерно подвижный как для мебели столик. Тот сразу же стал неподвижно. Только Морган собрался спросить, что это сейчас было, как у столика вытянулись и стали толще ножки, а прямоугольная столешница сначала развернулась поперек, а потом разложилась пополам, став в два раза больше, чем была до этого.
  Фигурки поравнялись со столом так, как будто бы ничего особенного не произошло и у них каждый день маленький столик для чаепития превращается в обеденный, и двое, со свободными руками взяли скатерку у третьего, и аккуратно накрыли ею стол.
  - Что это было? - все ещё не веря собственным глазам, спросил Морган.
  - Как-нибудь потом расскажу, - с усмешкой пообещал Тормонт.
  - Да, но... что это? - спросил Пэттон, стоя за спиной у Освальта и тыча пальцем в глиняные фигурки.
  - Это мои големы, - снисходительно ответил великан и пояснил таким тоном, будто все знают что это, и один Пэттон задает глупые вопросы: - Они вылеплены из глины и оживлены с помощью магии.
  Демоны смотрели как зачарованные на големов, поэтому не сразу заметили перемену, случившуюся со столом. Не в том смысле, что его накрыли скатертью, а в том, что на ней начали сами собой из неоткуда появляться еда и напитки.
  - Что за... - испуганно отступил на шаг Пэттон.
  - Невероятно! - восхитился Морган.
  - Нравится? - великан явно был доволен тем, что мог похвастаться перед кем-то. - Я назвал это скатерть-самобранка!
  - И это можно есть? - осторожно спросил Пэттон.
  - Конечно, - кивнул Великан. И тут же похвастался: - Здорово помогает экономить на покупке продуктов и на времени их приготовления. Мои големы, конечно, молодцы, но выполняют только самую простую работу. Готовить они не умеют.
  - И вы придумали эту скатерть, чтобы самому не стоять у плиты, - догадался Морган и восхитился: - Умно!
  Тормонт скромно потупил взор:
  - Это вы ещё мои сапоги скороходы и плащ невидимку не видели.
  - Что?Что?Что? - нестройным хором спросили демоны.
  Великан не без гордости пояснил:
  - Плащ невидимка - это моя гордость. Мне удалось заколдовать его определенным образом, чтобы он преломлял свет и делал того, кто его наденет невидимым.
  - Хорошо для разведки, - заметил обычно немногословный Освальт. - А как вы добились того, что не видно все тело? И что насчет звуков?
  - Очень практичные вопросы! - обрадовался тому, что нашелся хоть кто-то способный оценить всю сложность проделанной им работы Тормонт и охотно рассказал: - Так как мои шаги очень громкие, то мне пришлось придумать заклинание, гасящие звуки. Я вплел его в канву этого плаща. А насчет невидимости всего тела - это не проблема. Просто нужно кутаться в плащ.
  Освальт обдумал все сказанное и медленно отрицательно покачал головой:
  - Идея хороша, но над нею ещё нужно работать. Если кутаться в этот плащ как вы предлагаете, то очень трудно будет быстро передвигаться и ничего не будет видно. Лицо же тоже придется кутать. И ещё. Вы убрали шум, но как насчет запаха? Плащ можно использовать для разведки, например. Но если в нем ничего не видно, и тебя может унюхать любая сторожевая собака, то лучше идти без него, полагаясь на свои силы.
  Где-то походу монолога Освальта великан достал из кармана небольшую записную книжку, и принялся туда писать странным пером, которому не требовались чернила, и которое не оставляло клякс.
  - ... устранить запахи и разработать новую конструкцию... - бормотал он, дописывая. Затем Тормонт захлопнул книжечку, не дожидаясь пока высохнут чернила, и спросил у Освальта: - Ещё что-нибудь?
  Тот пожал плечами в ответ:
  - Нужно надевать и пробовать в нем ходить, чтобы понять, что ещё не так.
  Великан снова открыл книжку и записал:
  - Провести полевые испытания, - он задумчиво подпер подбородок своим чудо-пером, и спросил у Освальта: - Могу я предложить вам поучаствовать в испытаниях?
  Демон посмотрел на Моргана, ожидая его решения. Как хороший солдат, Освальт не собирался сам за себя решать, что ему можно, а что нет. Так как ХуксаТэлбота поблизости не было, он спрашивал у Моргана. К своему стыду, тот не сразу понял, что именно от него хотят.
  - О, да, - оценив три испытующих взгляда, обращенных на него, спохватился Морган. И добавил, чтобы никто не подумал, что он легкомысленно относится к своим обязанностям лидера: - Если ты не будешь нужен в клане, то я не против, можешь поучаствовать в этом опыте.
  - Значит, решено! - обрадовано потер руки Тормонт и не терпящим возражений тоном, велел: - А теперь - отдыхать. Вам завтра предстоит очень непростой день.
  - Простите мою невежливость и не примите за неблагодарность, - все же решил возразить Морган. - Но у нас почти не осталось времени. Завтра на закате Хлое выберут мужа и выдадут её замуж. Скажите, что нам нужно сделать и с вашего позволения мы бы занялись делом...
  Тормонт вздохнул и полы одежды демонов взметнулись как от порыва ветра.
  - Я не убийца, - объявил он. Немного помолчав, великан все же расширил эту лаконичную мысль до полноценного объяснения: - Выполнить работу для меня - это вам не корень мандрагоры добыть. Это сложное задание и я не уверен, что вы с него вернетесь, даже если будете выспавшимися, внимательными и полными сил. Отправлять вас уставшими, плохо соображающими после длительной дороги - это форменное убийство. А я не убийца. Поэтому идите и отдохните, потому, что судьба свидетель - вам потребуются силы.
  - А что вы хотите, чтобы мы для вас сделали? - проявил любопытство Пэттон.
  Ещё один вздох взметнул полы одежды демонов, прежде чем Тормонт ответил, подбирая слова:
  - У долины "Три дуба" есть большая проблема. Мы не можем её решить, но ищем способ уменьшить ущерб.
  Морган чуть не спросил: "Вы про рухнувшие пределы?". Но вовремя прикусил язык. Лучше великану пока не знать про осведомленность его гостя. Демон продолжил внимательно слушать Тормонта:
  - Пару лет назад я и... - тут великан немного замялся, подбирая слово, - ... моя коллега придумали устройство, которое вполне может частично решить нашу проблему.
  " Вы придумали заплату для большой дыры" - усмехнулся про себя Морган.
  - Моя коллега изобрела новый источник питания для этого устройства, - продолжил Тормонт. - Но, сбежала с ним прямо перед тем, как мы должны были начать фазу тестирования. Я вычислил, где она и источник питания - сеть пещер Хёльн. Но не могу туда попасть. Пещеры для меня слишком низкие. Я их разрушу, так и не добравшись до цели.
  - А почему вы не послали за ней наемников? - спросил Освальт.
  - Я послал, - хмуро ответил Тормонт. - Но ни один не вернулся.
  - Почему? - спросил Пэттон. - Что с ними стало?
  - Я не знаю, - пожал плечами великан.
  - Почему? - повторился Пэттон.
  - Никто не вернулся и не рассказал, - мягким тоном, будто разговаривал со слабоумным, ответил хозяин дома.
  Демон покраснел и замолчал. Зато у Освальта остались вопросы:
  - А как насчет магии? - задумчиво спросил он. - Вы можете выкурить её оттуда? Или узнать у призрака убитых наемников, что с ними стало?
  Великан посмотрел на него с уважением. Ему все больше нравился этот демон, который больше молчал, чем говорил, а говорил конкретно и по существу.
  - Я уже пытался применить магию, - охотно ответил он ему. - Пытался вытащить её оттуда. Но пещеры опутаны каким-то заклятием, из-за которого я не могу воздействовать на неё, пока она там. Вызвать дух хоть какого-то наемника не получается по той же причине. Некромант мог бы ненадолго оживить убитых и допросить. Но для этого нужно хотя бы одно тело.
  - А все тела остались в пещерах, - с умным видом покивал головой Пэттон.
  Его проигнорировали.
  - Я понимаю, что мои слова звучат для вас как насмешка, - обратился к Моргану великан. - Но все же настаиваю - отдохните! Иначе завтра в пещерах Хёльн станет на три трупа больше.
  Моргану хотелось кулаками крошить стены вокруг. Хотелось выхватить меч, приставить к горлу Тормонта и заставить его отдать пропуск. Плевать на големов, которые, скорее всего, перехватят его раньше, чем он успеет добраться до их хозяина. Плевать на то, что, скорее всего, его меч никак не повредит великану. Моргану просто хотелось сделать хоть что-нибудь. Но за его спиной стояли два товарища, а где-то там, в этом мире его прихода ждала Хлоя. Поэтому он тихо согласился:
  - Хорошо.
  У него вдруг возник вопрос, который должен был появиться в его голове раньше:
  - А как далеко до пещер?
  - Около двух дней пути, - ответил Тормонт и поспешил успокоить посеревшего Моргана: - Я дам вам мое изобретение для быстрых путешествий по воздуху, и вы долетите до пещер Хёльн за несколько часов.
  Морган промолчал и лишь кивнул в знак того, что услышал и понял. У него не было сил произносить слова. В одно мгновенье он будто потерял и вновь обрел Хлою, умер и ожил. А ещё почувствовал себя безмерно усталым.
  - Мои големы проводят вас в гостевую комнату, - сказал Тормонт. - Отдыхайте и ни о чем не беспокойтесь.
  Несколько големов стоящих у стены подошли к демонам, и знаками предложили следовать за ними. Морган почти не смотрел по сторонам, пока их не вывели из большого зала в достаточно узкий коридор без окон и с каменными ступеньками, ведущими вверх.Ступеньки здесь были слишком мелкими, а стены слишком узкими. Значит, великаны здесь не ходят. Судя по затхлому воздуху, тут вообще мало кто ходит.
  Вдоль стен висели те же дивные факелы без копоти, чей свет позволял рассмотреть все в мельчайших подробностях. Как и снаружи замка, проходы внутри были мощенными таким же крупным камнем. Поддавшись любопытству, Морган коснулся стены. Шероховатые камни из материала, который раньше ему не попадался. А в остальном стена как стена. И все же демон не мог отделаться от ощущения, что с этими камнями что-то не так. Демоны шли гуськом, друг за другом, поэтому не могли незаметно переговариваться. В тишине Моргану удалось сосредоточиться на необычности стены. Ему хотелось понять, что с нею не так. И он таки понял, уже перед самим выходом из коридора. Камни были идеальны: ни трещинки, ни скола, ни ожогов. Ничего. Да и камни очень похожи друг на друга. Натуральные камни не могут быть такими одинаковыми. Внимательно всмотревшись в стену, демон нашел подтверждение своей теории - он насчитал всего шесть разновидностей форм камней.
  То, что Морган смог понять, что не так со стеной, странным образом успокоило его. Вернулось ощущения контроля над происходящим, а вместе с ним и ясность ума и присутствие духа. Вернулась уверенность в себе.
  Ступеньки закончились, и демоны следом за големами вышли на второй этаж. Здесь оказалось, что тот, кто проектировал замок, не отличался особой фантазией. Второй этаж - это глухой коридор, шириной в два-два с половиной шага, в который вело пять комнат. Для разнообразия здесь были окна. Но они были слишком высоко размещены. Демоны смогли бы в них выглянуть, только если бы один залез другому на плечи. Как и весь замок, это место было скупо на украшения - никаких барильефов, картин, фресок, скульптур. Даже мебели было не так много. Морган невольно сравнил общую лаконичность этого небольшого замка со своим домом - Варботроном. Фиона Тэлбот обожала украшать его как изнутри, так и снаружи. Не проходило такой недели, чтобы в родовом гнезде Тэлботов не проходила перестановка мебели в комнатах, или не появлялась новая книга/картина/скульптура/мебель. А ещё супруга главы клана Тэлбот обожала цветы. Поэтому в доме было много живых цветов, растущих в горшках, а в теплое время года - много срезанных в саду. Сколько Морган помнил, мать всегда стремилась сделать их дом уютным и красивым.
  Ему стало интересно, а как Хлоя будет вести себя в своем новом доме? Тоже будет его украшать? Или превратит во что-то среднее между замком великана и замком Гризельды?
  "Нет", - покачал головой в такт своим мыслям демон. Его суженая сделает все по-своему, как и всегда. А он не будет вмешиваться, наблюдая со стороны. Ну, разве что совсем чуть-чуть, если Хлоя слишком увлечется. Ему было очень интересно, какой мир создаст вокруг себя Хлоя и где в этом мире будет его место.
  Големы открыли перед демонами двери и демоны, после некоторой заминки, последовали приглашению. Морган не знал, какие комнаты достались Освальту и Пэттону, но его просторная опочивальня ему даже понравилась: пара сундуков для вещей, два больших окна, плотно закрытых шторами пепельного цвета, большая кровать и небольшая тахта. Естественно здесь был и большой камин, для обогрева комнаты в холодное время. Но выглядел он так, словно им никогда и не пользовались. В отличие от коридора с лестницей, здесь был приятный свежий воздух, а белье на кровати выглядело так, словно его только что выстирали.
  У Моргана не было желания спать. Но после длительной дороги даже ему требовался отдых. В этом Тормонт был прав. Поэтому сняв с себя оружие, кожаный жилет, льняную рубаху и сапоги, демон, одетый только в штаны, лег на кровать. Удобно устроившись, закинув ногу на ногу и положив руку под голову, Морган уставился в потолок, пытаясь представить, чем сейчас занята Хлоя. Он так увлекся этим процессом, что не сразу услышал тихий стук в окно. Стук такой тихий, больше похожий на царапанье. Сначала он подумал, что это ветер колышет ветку, и она цепляет стекло. Но стук был слишком беспорядочным для этого.
  Морган встал и осторожно подошел к окну. Приготовившись атаковать и отбиваться, если потребуется, демон открыл окно и отскочил на шаг назад, изумленно воскликнув:
  - Что за мать твою... не понял?
  *******
  Имея довольно маленький магический запас, Хлоя могла стать только травницей. И до сегодняшнего дня не жаловалась на это. Как травница она имела множество возможностей и не стеснялась ими пользоваться. Благодаря хорошей зрительной памяти девушка быстро заучила свойства различных реагентов, используемых для создания зелий, и какой эффект появляется от их сочетаний. То же самое с ритуалами. Суфи пыталась заставить внучку постепенно изучать все ритуалы. Это должно было надолго занять её неусидчивую внучку. Но все планы старой ведьмы пошли прахом после того, как Хлоя быстро уяснила, что есть всего несколько типов ритуалов, которые проводят маги. Все остальное - это их производные. Девушка не стала изучать каждый ритуал с нуля, а просто запомнила, чем они отличаются от основного. И принялась с энтузиазмом применять полученные знания на практике.
  Сегодня Хлоя впервые была разочарована тем, насколько маленький дар ей достался. Она механически выполняла все, что приказывала Суфи, но мысли её были далеко. Юная ведьма впервые за все свои семнадцать лет беспокоилась о ком-то больше, чем о самой себе. Ей хотелось снова создать портал, снова пройти к демону. Без него она чувствовала себя, как никогда прежде: вроде и здорова, вроде и ясно мыслит, но есть не хочется, спать не хочется, и видеть никого тоже не хочется. Да что там есть и спать! "Мертвая вода" - это зелье, которое далеко не каждая могущественная ведьма хотя бы раз за свою жизнь приготовит. У Хлои больше не будет шанса приготовить такое зелье, потому, что она больше не получит в свои руки главный ингредиент для его приготовления. Но, даже сознавая всю важность того, что сейчас с нею происходит, Хлоя с дорогой душою обменяла бы корень мандрагоры на возможность всегда быть с темноглазым красивыми демоном.
  Она так увлеклась мыслями о Моргане, что едва не испортила зелье. Суфи сказала добавить в зелье настой мяты кучерявой, а Хлоя по рассеянности взяла мяту душистую. Хвала всему сущему Бабуля вовремя заметила это и схватила её за руку.
  - Убить нас всех решила, - прошипела Суфи, отбирая у внучки настой и подавая правильный.
  - Прости, Ба, - беззлобно извинилась Хлоя и вздохнула.
  В этот момент Суфи встревожено коснулась рукой лба внучки. Все утро девушка вела себя очень необычно: не задавала вопросов, беспрекословно выполняла все, что ей приказывали, и даже ни разу не огрызнулась, не говоря уже о полноценном споре, без которого не обходился ни один урок. Ведьмочка, у которой обо всем имелось свое мнение, большая любительница отстоять свою точку зрения и сделать виноватыми всех вокруг, только что добровольно и по собственному желанию извинилась. Суфи поняла - из-за магического истощения девушка заболела.
  - Хм, - задумчиво протянула старая ведьма, чувствуя, что лоб у внучки негорячий. Но, так как нормальная температура ещё не показатель, она спросила: - Как ты себя чувствуешь? Слабость, тошнота, головокружение или головная боль?
  Хлоя покачала головой, давая понять, что ничего из этого не чувствует, и описала свое состояние:
  - Я не могу сосредоточиться не на чем. О чем бы я ни думала - все сводиться к Моргану. А когда я думаю о том, что мой демон там, беззащитный против старейшин нашей долины - в груди тянет и сердце сжимается. Бабуля, я боюсь за него. Что я буду делать, если больше никогда его не увижу?
  Суфи вздохнула. Рано или поздно это должно было случиться и случилось. Её внучка влюбилась. Из-за этого она чувствовала и радость и огорчение. Хлоя всегда была маленькой рыжей занозой в заднице. Но Суфи любила это маленькие порождение зла. Всем сердцем любила за характер, так похожий наеё собственный, и за неугомонность. Хлоя такая живая просто ходячий фонтан энергии. Достаточно было просто находиться рядом, чтобы подзаряжаться. Теперь Хлоя выросла и кажется, влюбилась. Теперь в жизни внучки почти не останется места на бабулю. И это как раз и грустно.
  Но вместо сожалений и грусти, Суфи тепло улыбнулась и сказала:
  - Милая, это называется любовь.
  Хлоя закатила глаза и огрызнулась:
  - Сама знаю!
  Этот разговор должен был стать едва ли не первым трогательным моментом между бабушкой и внучкой. Но Хлоя в привычной ей манере все испортила. Вместо того чтобы расстроится или разозлиться, Суфи рассмеялась. Это её Хлоя. Вот такая, какая есть. Такую внучку она и любит.
  - Бабуля, - слегка раздраженно сказала Хлоя, чуть ли ножкой не топнув. - Я за него переживаю. Он там, один. Морган же как дитё малое! Гризельда ему сказала идти за корнем, и этот придурок сразу же согласился. А если бы я ему не помогла? Где бы этот придурок был сейчас?
  Хлоя встала и принялась нервно мерить комнату шагами.
  - Он сейчас или у Тормонта или у Флоримель, - поделилась она своими страхами с бабулей. - И ещё неизвестно что страшнее!
  - Ясно кто, - рассудительно сказала Суфи. - Тормонт. Он хитрый сукин сын, любит прикидываться стариком, чтобы втираться в доверие. И у него все эти его изобретения. Опять же, Гризельда просто послала твоего демона насмерть. А этот хитрый техномаг любит помучить своих жертв. Думаю, он даст ему заведомо невыполнимое задание, но обставит это так, будто помогает твоему демону. Это любимый прием Тормонта - дать надежду, что зверушка, попавшая в силки, может освободиться, и смотреть, как обреченный бедняга мучается.
  Хлоя покачала головой:
  - А если они встретятся с Флоримель в её истинном обличье?
  Суфи чуть не зарычала от злости:
  - Последний раз тебе говорю, внучка! Не в истинном обличье, а ею овладеет сущность ярости! Истинное обличье - это у оборотней и метаморфов!
  - Да какая разница, - беспечно отмахнулась Хлоя. - Ты же поняла о чем я.
  - Говори правильно! - не отступилась Суфи. - Флоримель не оборотень и не метаморф, она фея ярости. От сильных эмоций ею овладевает её сущность...
  - ...то есть ярость, - заучено закончила за бабулю речь, которую уже много раз слышала Хлоя. - Разум отступает и Флоримель в гневе уничтожает все вокруг себя, пока ярость не отступит.
  Переведя дух, девушка сказала:
  - Я знаю разницу между оборотнями и феями! И сейчас это не так уж и важно! - она снова села рядом с бабулей, которая уже взялась за деревянную ложку с длинной ручкой, и принялась помешивать содержимое котелка. Ещё немного и зелье можно будет снять, а потом дистиллировать. - Ба, а есть ли способ мне вернуть свои силы? Хотя бы ненадолго? Я бы смоталась к Моргану, проверила, как у него там дела?
  Суфи покачала головой:
  - Нет. Если только никто добровольно не отдаст тебе свою.
  Хлоя мгновенно приуныла - значит, шансов вернуть свою силу у неё нет. Ведь ни одна, даже безумная ведьма или колдун, даже находясь в состоянии буйного помешательства, добровольно не отдадут свою силу. Её можно только забрать силой, но для этого нужно найти кого-то слабее себя. А кто может быть слабее, чем ведьма истратившая всю свою силу?
  Глядя на расстроенное лицо внучки, Суфи улыбнулась:
  - Но я могу слетать и посмотреть что и как.
  Хлоя буквально расцвела и обрадовано повисла на шее бабули. Та едва успела вытащить ложку, чтобы не опрокинуть котелок.
  - Ты, правда, сделаешь это для меня?
  - Нет, - фыркнула Суфи, и объяснилась: - Я сделаю это для себя. Мне интересно узнать, что такого в этом демоне, чем он так тебя в себя влюбил.
  - Спасибо, - как никогда искренне и тепло сказала Хлоя и Суфи улыбнулась в ответ. Это и был трогательный момент бабушки и внучки. Их момент. Ради этого можно и жизнью рискнуть, пробираясь в напичканный ловушками замок Тормонта или рискнуть показаться на глаза взбешенной фее ярости.
  - Да не за что, только придумай, как найти своего милого.
  - Есть у меня заклятие поиска! - обрадовалась Хлоя. - "Бабочка"!
  
  *******
  Суфи и,правда, было интересно посмотреть на демона, сумевшего влюбить в себя её внучку. Но если бы знала, как это будет трудно, то не стала бы все это затевать.
  "Бабочка", придуманная Хлоей, оказалась чертовски неплохим поисковым заклятием. Старую ведьму даже гордость за внучку взяла. Все-таки, у неё хорошо работают мозги, если нужно придумать что-то новое. А когда у нее есть Суфи запомнила, как оно делается для личного пользования. Заклятие привело её в долину Сауза. Пришлось преодолеть купол. Ведьма улыбнулась про себя. Повезло же ей, что когда-то очень давно она оказала услугу одному довольно сильному магу и получила от него в благодарность амулет, с помощью которого может летать через переделы так же легко, как дети перелезают через соседские заборы.
  К сожалению, на этом везение ведьмы закончилось. Дорога в Саузу заняла у неё добрых полдня и на месте она оказалась глубоким вечером: уставшая, голодная и злая. Вы когда-нибудь пробовали часами следить за небольшой светящейся точкой, следя при этом за тем, чтобы не врезаться в дерево, гору или некстати построенный дом? Вот и не пробуйте. Э
  В любой другой ситуации можно было бы проложить портал прямо туда, где сейчас находится Хлоин демон. Но только не тогда, когда собираешься вторгнуться на территорию второго по силе мага во всей долине "Три дуба". Суфи реально смотрела на вещи. Ей не справится с великаном. Максимум, что она может, если столкнется с техномагом в бою - попытаться сбежать. Но ведьма была настроена оптимистично. У неё была смекалка и хитрость, а значит - шанс пробраться незамеченной. Тем более что она не собиралась ничего воровать. Просто проверить, как там этот демон.
  Дом Тормонта был построен в долине и для несведущего могло бы показаться, что это величайшая глупость, ведь эта крепость была как на ладони. Стоя на возвышенности, там, где сейчас стояла ведьма, потирая ноющую пятую точку, можно было без труда рассмотреть все, что твориться внутри, а значит, предугадать все планы по обороне.
  Но Суфи оценила всю гениальность замысла великана. Во-первых, она видела то, что не увидит, не владеющий магией - крепость накрыта огромным куполом, искажающим её истинный вид. Поэтому, те, кто смотрят, видят только то, что Тормонт хочет, чтобы они увидели. К тому же, в этом месте пересекаются силовые линии, поэтому купол не требует подпитки. Во-вторых, от натренированного глаза опытной ведьмы не ускользнула система защиты: купол оплетало замысловатое кружево из сигнальных нитей красного, желтого и серого цвета. Заденешь красную - тебя испепелит на месте, желтую - включится звуковой сигнал оповещения. Серые нити - это верх коварства. Если появится кто-то, способный миновать желтые и красные, в узор вплетены и эти нити. Если передать суть того, как они действуют в двух словах, если внутри купола начинает думать чужак, нити превращают его в камень. А потом приходит хозяин крепости и решает судьбу вторженца.
  Суфи посмотрела на землю и уважительно присвистнула. Та была просто усеяна точками давления. По сути это небольшой камешек. Но если на него наступить, то рванет так, что мало не покажется. Ей доводилось слышать о трех таких точках давления, которые взорвали целый замок. Великан, ко всему, ещё и не бедствует, ведь эти мелкие камешки безумно дорогие!
  - Хорошая защита, - одобрительно восхищенно сказала Суфи, и, сложив пальцы в замок, хрустнула ими. В глазах ведьмы горел азартный огонь: - Но не лучшая, из тех, что мне приходилось преодолевать.
  
  *******
  По ту сторону окна прямо в воздухе парила сногсшибательно красивая рыжеволосая, зеленоглазая и обнаженная ведьма. В шапочке из чего-то тонкого и блестящего, больше всего похожего на тонко раскатанный и хорошо отполированный метал. В том, что эта незнакомка была именно ведьмой, сомневаться не приходилось. Кто ещё мог бы летать на метле? Не говоря уже про шапочку.
  Морган так опешил от этой неожиданной встречи, что не сразу заметил знаки, которые подавала ему незнакомка. До него не сразу дошло, что она требует открыть окно. Но когда дошло он немного повозился, так как никогда прежде не сталкивался с такой конструкцией оконных запоров,повернул и потянул на себя холодные металлические ручки. И только потом подумал, как это неосторожно с его стороны.
  Незнакомая ведьма вихрем влетела в помещение и, сделав небольшой круг, очень ловко притормозила прямо посреди комнаты.
  - Фух, - облегченно вздохнула она, слезая с метлы.
  - Кто вы? - спросил Морган и только после этого понял, что пялится на абсолютно голую незнакомку. В шапочке из тонкого, блестящего металла.
  - Я - Суфи Рейтценхарт, - представилась она, совершенно не смущаясь своей наготы.
  Морган шепотом попробовал повторить её имя, но у него ничего не вышло.
  Ведьма рассмеялась, глядя на его потуги. И смилостивилась:
  - Я бабушка Хлои. Мы вполне вероятно скоро породнимся, так что зови меня просто Суфи.
  Демон приосанился и представился:
  - Я Морган Тэлбот, младший из сыновей главы клана Тэлбот.
  Суфи не торопясь обошла его по кругу, рассматривая. Очень хорошо сложен, судя по развитой мускулатуре и по легкой, почти грациозной манере двигаться - много тренировался, а значит, хороший воин. На нем хорошая, пусть и пыльная одежда, да и манерам научен. К тому же, судя по тому, что он Тэлбот из клана Тэлбот, демон прямой потомок какого-нибудь старинного демонского рода. Когда демонесса выходит замуж, то берет фамилию мужа. Если она выходит за кого-то из своего клана, то принадлежность к клану сохраняется. В этом случае стоящий перед Суфи демон был бы какой-нибудь Морган Саливан из клана Тэлбот. Но он Тэлбот из клана Тэлбот. А значит, в его роду все мужчины были Тэлботами.В нем сильная и очень древняя кровь. Правда, рога ещё маленькие. Значит, ему точно меньше ста лет. Навскидку Суфи дала бы ему не больше семидесяти.
  Хлоя даже не пытаясь искать, умудрилась найти себе очень и очень хорошего жениха!
  Тут она заметила, что демон смотрит куда угодно только не на неё и закатила глаза. Он не смущался её голого вида, пока не узнал, что они будущая родня. Теперь вот не хочет показаться невежливым, рассматривая будущую... кого? Суфи задумалась.
  - А вот интересно, - поделилась с ним своими соображениями ведьма. - Мать Хлои Розанна будет тебе тещей. А кем тебе буду приходиться я?
  Вопрос и Моргана поставил в тупик. Он как-то не вникал в такие тонкости. Немного подумав, демон развел руками:
  - Понятия не имею. Но при случае спрошу маму. Она должна знать.
  - Ладно, Морган Тэлбот, младший из сыновей главы клана Тэлбот, - покладисто согласилась Суфи, и покончила с любезностями:- Раз ты в замке у Тормонта и все ещё жив, значит, вы с ним до чего-то договорились.
  Морган кивнул и кратко изложил суть:
  - Тормонт работал с какой-то другой ведьмой над ... - он сделал неопределенный жест рукой, вспоминая правильное название, - источником питания или чем-тио в этом роде. Но ведьма сбежала, прихватив его с собой. Тормонт вычислил, что она прячется в пещерах Хёльн, но не может туда попасть. Мы должны принести ему этот... источник, а он даст нам пропуск.
  У Суфи по мере того, как демон рассказывал, на что подписался, глаза становились все круглее и круглее.
  - Нужно проверить Хлою на наличие дара предвиденья, - как бы себе под нос пробормотала она. Её внучка оказалась абсолютна права. У этого демона совершенно отсутствуют инстинкты самосохранения. Суфи поверить не могла, что он подписался на путешествие в пещеры Хёльн! Пещеры Хёльн!
  - Скажи мне демон, - обратилась уже к Моргану Суфи. - Не трудно ли тебе живется на свете белом без мозгов?
  - Что? - замявшись, переспросил демон.
  - Я так и думала, - вздохнула ведьма. И спросила: - Ты хоть понимаешь, на что подписался, придурок?
  Моргану это надоело, и он ответил резче, чем следовало:
  - Я понимаю, что я тут, а Хлоя там! И лучше мне умереть в поисках дороги к ней, чем существовать без неё! Я понимаю, что мне дают безнадежные задания. Понимаю, что, скорее всего,смертельные и невыполнимые. Но я также понимаю, что любовь к Хлое заставит меня согласиться на все. Она моя суженая, мое будущее. Если я не смогу быть с ней, то не хочу существовать, не хочу, чтобы по земле бродило то, что останется от меня.
  Суфи закатила глаза. Ещё один безнадежно влюбленный романтик на её голову! Ведьма тепло и ласково улыбнулась демону, напомнив ему мать. Фиона Тэлбот тоже частенько так улыбалась сыновьям, когда они рассказывали ей о своих успехах. Воспоминания о доме тронули какую-то струну в его сердце и Морган улыбнулся. Но его улыбка померкла, когда Суфи заговорила:
  - Понимаешь, Морган, - ласково и почти по-доброму сказала она и улыбнулась: - Мне плевать. Умри, сойди с ума от неразделенной любви, сдохни, выполняя какое-то самоубийственное задание. Мне плевать!
  Суфи сделала несколько жестов рукой и на нейиз ниоткуда появилась одежда, в левой руке длинная зажженная сигарета. И ведьма с удовольствием затянулась, прежде чем продолжить:
  - Но Хлое нет. А мне не плевать на внучку. Поэтому, я тебе сейчас кратенько обрисую размеры той задницы, которая вот-вот накроет тебя с головой.
  Моргану не нравилось, как ведьма с ним разговаривает, но пришлось сцепить зубы и слушать. У неё и правда могут быть ценные сведенья о том, что его ждет впереди и как с этим бороться. Плевать на её мнение. Главное, что её можно использовать, чтобы добраться до Хлои. Ему вспомнились непослушные рыжие волосы и ярко зеленые глаза и на душе потеплело. Ради них стоит терпеть и плохое отношение, и заносчивость, высокомерие.
  Демон понял, что ведьма что-то говорит, а он прослушал и попытался снова сосредоточить свое внимание на ней:
  - Простите, что?
  Суфи вздохнула и повторила:
  - Я тебе говорю, что чародейка, с которой работал Тормонт - Эжени Молдер - не просто так пропала. Почти все в долине уверены, что эту чародейку зачаровали в той пещере. И кстати, её семья уже много раз пыталась вызволить Эжени. Но никто из тех, кого они посылали, не вернулся живым.
  - То же самое с теми, кого посылал за нею Тормонт, - пробормотал Морган.
  - Так что самое умное, что ты можешь сделать - не соваться туда вообще, - подытожила Суфи.
  - Для меня есть другой способ попасть в долину и жениться на Хлое? - спросил Морган.
  - Живым - нет, - покачала она головой в ответ.
  Демон кивнул, всем своим видом как бы говоря "Так я и думал", и вновь обратился к ведьме:
  - Тогда лучше скажите, что, по вашему мнению, происходит в тех пещерах?
  - Да кто его знает, - пожала она плечами. - Может, стоит при входе ловушка, испепеляющая всех на месте. А может её саму во что-то превратили. В любом случае, я не могу дать тебе защиту от того, что там есть. У меня слишком много предположений и в данных условиях все может быть.
  - Но вы же ведьма, - не сдавался Морган. - Вы же должны уметь создавать амулеты для защиты на такой случай или ещё что-то.
  Суфи фыркнула:
  - Ага! Может тебе сразу философский камень создать? - и уже более серьезным тоном сказала: - Те, кто шел туда до тебя тоже брали с собой амулеты. Они ими увешивались так, что буквально звенели при ходьбе. И это им ничем не помогло. Тебе нужно что-то более действенное.
  - Например? - заинтересованно спросил Морган.
  - Завтра узнаешь, - улыбнулась Суфи, и, посерьезнев, добавила: - Запомни одно, демон. Как бы там не повернулись события - ни в коем случае не убивай Эжени. У Тормонта с нею большая любовь.
  - Почему он об этом не сказал? - нахмурился Морган. - Он говорил только про источник энергии.
  Суфи снова закатила глаза:
  - Потому, что она исчезла и ничего не сказала. Он чувствует себя обманутым и использованным. Хотя, зная Эжени, могу сказать - это он зря. И я уверена, чтобы там Тормонт не говорил, он все ещё очень любит её. Пропуск ты может, и получишь, но вряд ли сможешь им воспользоваться. А если тебе удастся привезти Эжени домой, то можешь рассчитывать на награду от её семьи. Она у Молдеров одна чародейка в семье. Все ею очень гордятся и возлагают надежды.
  Морган устало потер виски. Как все сложно с ведьмами. Везде, во всем есть двойное или тройное дно. Все, чего он хотел, начиная это путешествие - быть со своей суженой. А сейчас... кажется, его способность мыслить рационально начинает сдавать.
  - Мне нужна только Хлоя. Без вознаграждений или почестей. Просто Хлоя.
  Суфи посмотрела на демона с жалостью. Вот теперь она и правда верила, что Хлоя его суженая. Парню без неё плохо и кажется, он начинает сдавать.
  - Вот что, - Суфи встала и взяла свою метлу в руки. - Я позабочусь, чтобы завтра все прошло хорошо. А ты должен помыться, потому, что от тебя уже даже не попахивает, от тебя воняет потом и животными. И ради всего святого переоденься. Если Хлоя увидит тебя в таком виде - сама сбежит.
  Моргану нечего было сказать. Он и правда, совершенно не следил за собой последние несколько дней. Ему было немного некогда, ведь он спасался от вендиго и от злой ведьмы. Но что-то подсказывало демону, что в глазах стоящей перед ним ведьмы это вряд ли послужит достаточным оправданием. Скорее - отягощающим обстоятельством.
  Суфи удовлетворенно хмыкнула и пошла к окну.
  - Простите, можно пару вопросов? - внезапно в Моргане проснулось любопытство.
  - Ну, валяй, - милостиво разрешила Суфи.
  - Почему вы явились ко мне голая, на метле и с этой... шапочкой?
  - У Тормонта очень крутая защита, - Суфи оперлась о метлу, с удовольствием рассказывая о том, какая она сильная, ловкая и смелая. - Но я круче. Чтобы меня не засекли его ловушки, пришлось избавиться от всего, что магически фонит.
  - Но у вас же метла и вообще вы ведьма! - не понял Морган. - Я думал, вы в любом случае излучаете магию.
  - Во-первых, это владения старейшины долины "Три дуба". Тут все немного фонит. Даже от тебя несет магией.
  - От меня? - удивился Морган. Чего он за собой не замечал, так это способностей к магии.
  - Конечно. Ты же был в личном пространстве Гризельды продолжительное время. Считай, что её магия въелась в тебя, как запах и должно пройти определенное время, чтобы этот запах выветрился.
  - А вы?
  - А я избавилась от всего, что слишком сильно пахло, - попыталась объяснить попонятнее Суфи. - На моей одежде было навешано много защиты, амулетов и прочего. Даже вышивка - это защитные руны.
  По лицу Моргана она поняла, что объясняет непонятно.
  - Попробую объяснить по-другому, - Суфи не пасовала перед сложными задачами. К тому же, имея такую ученицу, как её внучка, искусство объяснять доступно оттачивается само собой. - Если ты в воду нальешь много молока, то сразу это увидишь. А если на ведро воды несколько капель, то они перестанут быть заметными. Так, понятнее?
  - Вроде да, - кивнул Морган и спросил: - А шапочка?
  Ободренная успехом, Суфи и на это охотно ответила:
  - Одна из ступеней защиты этой твердыни - лучи, считывающие чужие мысли. Шапочка отражает их.
  - Так, - кивнул Морган, в знак того, что понял, о чем ему говорят.
  - Ну, а на метле я прилетела, потому, что все ведьмы летают на метлах, - ответила на последний вопрос Суфи.
  - И Хлоя? - тут же спросил он.
  - У неё для этого сил не хватает, - с сожалением покачала головой ведьма. - Она очень слабая ведьма.
  Морган ещё что-то хотел спросить, но Суфи его остановила:
  - Пока все. Мне пора. Нужно ещё многое устроить.
  Она сделала пару пасов и снова стала голой. Поправив шапочку, она села на метлу и выпрыгнула в окно. Морган испуганно бросился посмотреть, не разбилась ли она. Но увидел только удаляющуюся на большой скорости белесую точку.
  Он снова потер виски. Кажется, он уже сошел с ума.
  Затем Морган принюхался к своему рукаву и тут же с отвращением убрал руку. Ему и правда, срочно нужна ванна. Как Тормонт его на порог вообще пустил?
  Глава 8
  В родовом поместье семьи Уайли с самого утра царило нездоровое оживление. Нездоровое, даже по меркам долины "Три дуба". Дом буквально трещал по швам от наплыва гостей. Маги, ведьмы, демоны прибывали с самого утра. На специально отведенной для этого площадке перед домом соблюдая очередь, приземлялись то одинокие претенденты на руку Хлои, прибывавшие, как правило, на грифонах или пегасах, то претенденты в сопровождении всей семьи, прибывавшие в зависимости от общего достаткав каретах запряженных или пегасами, или небольшими драконами, или большими лебедями. Те же, кто хотели подчеркнуть свое богатство и социальный статус, прилетали в каретах, запряженных винджетами - огромными летающими ящерами, с большим размахом крыльев и длинным клювом. Эти свирепые хищные ящеры водились только в долине "Три дуба" и управлялись только специально обученными кучерами, использовавших для этого ментальную магию. Существовало бесчисленное множество теорий, почему винджетов невозможно встретить нигде кроме долины ведьм. Но самыми распространенными (и самыми правдоподобными) были три: эти ящеры раньше водились во всем мире, но везде, кроме долины их уже истребили, как опасных хищников; винджеты - это плод экспериментов какого-то давно умершего и позабытого всеми мага; винджеты проникли в долину ведьм через рухнувшие пределы из другого мира. Ни одну из теорий невозможно было доказать или опровергнуть, поэтому они продолжали существовать и поныне.
  Розанна и Бронвик Уайли стояли у входных дверей и лично встречали каждого гостя, так как почти все они были выше их по статусу.
  - Да сколько же их будет, - продолжая улыбаться, сквозь зубы спросил хозяин дома.
  - А сколько приглашений ты разослал? - махая ручкой прибывающей карете, спросила его супруга.
  - Я же не думал, что они все прибудут! - выйдя из образа радушного хозяина огрызнулся Бронвик, и тут же вспомнив, что нужно улыбаться и махать, поднял усталую руку.Он старался чередовать правую и левую руки, махая прибывающих гостям, чтобы конечности успевали отдохнуть. Но даже с учетом этой небольшой хитрости руки нещадно болели.
  - Тут я вынуждена с тобой согласиться, - украдкой вздохнула его красавица жена. - Я признаться тоже не ожидала такого бурного интереса к замужеству нашейХлои.
  Их разговор ненадолго прервался подошедшей к ним четой ван Дейк. Мартин и Годива проделали очень долгий путь, чтобы прибыть сегодня в особняк Уайли и выглядели крайне уставшими и, обменявшись стандартным набором приветствий и любезностей, сразу же проследовали в дом.
  Следующей садилась колесница, запряженная четырьмя белоснежными лебедями, в которой прибывала чета Госсенс.
  - У них же даже детей нет, - пробормотала сквозь зубы Розанна, приветливо улыбаясь новым гостям. - Зачем ты их приглашал?
  Бронвик удивленно посмотрел на жену:
  - Я думал это ты их пригласила...
  Розанна ответила ему не менее удивленным взглядом:
  - Я??? - и тут же фыркнула: - Зачем мне это делать? Амелия та ещё змеюка! Вечно разводила сплетни у меня за спиной! Кеннету с ней так не повезло...
  - А, по-моему, - ехидно перебил жену Бронвик, - он получил то, что заслужил.
  Розанна закатила глаза:
  - Милый, прошло почти сорок лет, а ты все ещё ревнуешь меня к нему? - и, видя, как насупился муж, заискивающе улыбнулась: - Но ведь я выбрала тебя.
  - Потому, что я лучше него во всех отношениях, - горделиво выпятил грудь Бронвик.
  Кеннет Госсенс был более знатного происхождения, более богатым, более высоким и более красивым, чем Бронвик Уайли, но Розанна лишь проворковала:
  - Конечно, мой родной.
  За налаживанием взаимопонимания в семье, они оба пропустили тот момент, когда к ним подошли супруги Госсенс.
  - Ах, какая вы милая пара, - фальшиво улыбнулась подошедшая Амелия.
  - Не милее вас, - вернула ей улыбку(не менее фальшивую) Розанна. И тут же поинтересовалась: - Какими судьбами?
  Амалия сделала невинные глаза:
  - Да вот, вспомнила, что мы давно не виделись, и решила навестить вас.
  - О, это так мило с твоей стороны, - наигранно умилился Бронвик.
  - Только сейчас не подходящий момент, - не менее наигранно расстроилась Розанна.
  - Но... - попыталась уверить их, что это не существенно Амелия.
  - Сегодня вечером будет свадьба нашей младшей дочери, - продолжил Бронвик.
  - А перед свадьбой мы будем выбирать ей мужа, - добавила подробностей Розанна.
  Её муж закатил глаза:
  - О! Что это будут за выборы!
  - Ты же знаешь нашу Хлою, - покачала головой Розанна. - Она совершенно не хочет замуж!
  - Зная её характер, можно и не сомневаться, что она устроит такое представление! - многообещающе заявил Бронвик.
  - Об этом ещё долгие годы будут шептаться на каждом углу! - сокрушалась Розанна, и тут же лучезарно улыбнулась: - Какое счастье, что вам не придется видеть эту безобразную сцену.
  - Но... - снова попыталась вставить хотябы словечко Амелия, чтобы заверить, что она очень даже не против посмотреть на эту безобразную сцену. Можно сказать, она прилетела сюда для того, чтобы это увидеть.
  - Мы так рады, что вы с пониманием отнеслись к тому, что мы не можем вас сегодня принять, - сердечно поблагодарил Бронвик.
  - Но... - для разнообразия в этот раз попытался возразить Кеннет, собираясь сказать, что не понимает, почему, собственно всем тем гостям, которые уже были в доме нашлось место, а им нет. Но хозяйка дома не дала ему закончить:
  - Спасибо за то, что не забываете нас, - мило улыбнулась Розанна, взяв ничего не понимающего Кеннета под руку и увлекая за собой к выходу.
  - Заходите ещё как-нибудь в гости, - взяв под локоток Амелию, Бронвик повернул пытающуюся вставить хоть словечко ведьму к колеснице.
  - Наш дворецкий поможет вам сесть в колесницу и улететь, - пообещала светским тоном Розанна.
  Дворецкий мгновенно материализовался рядом и весьма учтиво, но крепко взял парочку за локти и уверенно повел к колеснице.
  - Но, Розанна, дорогая... - попыталась воззвать к чувству такта и воспитанию хозяйки дома Амелия. К несчастью для нынешней леди Госсенс, она забыла, КТО воспитывал нынешнюю леди Уайли. Суфи - настоящая ведьма, и воспитывала дочь соответствующе. Поэтому без малейших угрызений совести, Розанна помахала ручкой:
  - Пока! - и полностью счастливая положила голову на плечо мужа: - Это пока единственное хорошее, что случилось за сегодняшний день.
  
  *******
  Хлоя вышла из своей комнаты и на цыпочках подошла к лестнице, чтобы посмотреть на то, что творилось в гостиной её родного дома. Правда, сейчас она с трудом узнавала знакомую с детства комнату. Она все больше напоминала чан, в котором копошились макушки: мужские, женские, рогатые, лысые, ушастые, в остроконечных и широкополых шляпах. Кого только в низу не было.
  Она знала кого.
  Не было бабули, не было Северуса, Моргана... Не было вообще никого, кого бы она знала. Зато были целые семьи незнакомцев или тех, кого она видела-то несколько раз в жизни, прибывшие посмотреть на то, как её, Хлою Грейс Уайли, с унижением выдадут замуж. В том, что без унижений не обойдется, она не сомневалась.
  Как и все девочки, Хлоя в тайне мечтала о том, что выйдет замуж. Она по-разному это представляла, но никогда не думала, что будет делать это из-под палки.
  Все происходящее больше всего напоминало чью-то злую шутку: именно в тот момент, когда Хлоя встретила мужчину, которого смогла полюбить и он (внезапно!) сам добровольно полюбил в ответ, папа решил выдать её за кого попало. И что самое обидное - сейчас бесполезно просить прощения, просить отсрочку или извиняться.
  Да что там! Если Хлоя сейчас скажет родителям, что влюбилась, ей банально не поверят!
  Полдня юнаяведьмочка провела в размышлениях о том, как сорвать эту дурацкую свадьбу и где носит бабулю? Но так и не нашла ответ ни на один из вопросов. Надежд на то, что Морган успеет до назначенного срока, не было с самого начала. Что бы там не думал сам демон, даже чудо не поможет ему успеть. Поэтому она с самого начала взяла все в свои руки.
  У Хлои сейчас не было сил на хоть какое-то магическое воздействие. Она не смогла бы колдовать, даже если бы от этого завесила её жизнь. Но, к несчастью для окружающих, она знала того, кто имел для этого силы и достаточно фантазии. А она знала, как на него воздействовать.
  Хлоя вернулась назад в коридор и прошмыгнула почти в конец.
  - Сел! - без стука ввалилась она в комнату сестры и увидела, как та вырывается из объятий рослого брюнета с лохматой прической и отскакивает от него, как от кипятка. Происходящее заинтересовало Хлою. На её памяти Селеста не краснела. Брюнет лишь усмехнулся. Похоже было на то, что он ждал подобную реакцию.
  Впрочем, Хлоя быстро потеряла к происходящему в комнате интерес.
  - Сел, - игнорируяздоровенногобрюнета, подошла она к сестре и по-деловому предложила: - Помоги отменить или отсрочить свадьбу, или я налью тебе в еду зелье, после которого ты разжиреешь навечно, волосы повылазят, кожа покроется угрями и обвиснет.
  - У тебя в семье так здороваются? - заинтересовался брюнет.
  - Я попрошу Суфи, и она даст мне противоядие, - проигнорировала его Селеста, не понаслышке зная, что младшая сестрица и не такое может.
  - Противоядия не существует, - усмехнулась Хлоя.
  - Селест, я чувствую, что эта малышка не блефует, - брюнет заинтересованно обошел Хлою по кругу. - Она серьезно настроена.
  Селеста фыркнула:
  - Тоже мне новость! - и снова сосредоточила внимание на младшей сестре, ведь если ей сейчас не дать отпор, то придется поступить к ней в рабство. - Суфи рано или поздно изобретет противоядие...
  Хлоя звонко расхохоталась:
  - Удачи ей в этом, - и снисходительно пояснила: - Я сама не помню, что там намешала, так что...
  Селеста закатила глаза. На неё с тринадцати лет не действуют такие угрозы.
  - Она говорит правду, - задумчиво проговорил брюнет, но Сел его перебила:
  - Да она никогда не помнит, что там намешала! А Суфи находит способ избавить меня от последствий, - и огрызнулась: - Это моя сестра! Без тебя знаю, когда она врет, блефует и когда говорить правду.
  Парень заинтересованно посмотрел на неё, потом снова на Хлою. Та как раз снова принялась угрожать:
  - Сел, помоги мне не то, за последствия я не ручаюсь!
  - И что же ты сделаешь? - взорвалась Селеста. - Что случиться, если хоть раз все будет не так, как ты хочешь?
  Лохматый брюнет снова переключился на Хлою. Та не думала, что придется сразу использовать свое самое сильное оружие. Отбросив всю браваду, всю свою наглость и всю задиристость, она заговорила абсолютно искренне:
  - Сел, я влюбилась в одного демона. И он меня очень любит. И я хочу выйти за него замуж, но он не успеет до свадьбы... - у Хлои на глазах выступили слезы: - А как я выйду за другого? Я никого не хочу, только его!
  Прежде, чем брюнет успел сказать хоть слово, Селеста подняла руку, в упреждающем жесте и велела:
  - Заткнись! Она не то имела в виду!
  Брюнет хмыкнул и сказав:
  - Она, между прочим, правду говорит, - пошел к дивану и сел на него.
  - Сама знаю, - беззлобно огрызнулась Селеста и, подойдя к Хлое, обняла её: - Милая, так почему ты не скажешь этого маме с папой?
  - А они мне поверят? - спросила маленькая ведьмочка, прежде чем уткнуться в грудь сестре.
  - Тоже так, - согласилась Сел, и добавила, успокаивающе поглаживая сестру по спине: - Но милая, я даже не знаю, чем тебе помочь. Ты видела, сколько там народу собралось? Что бы мы не сделали - от всех избавиться не получится. Спрятать тебя тоже не вариант - там целый дом разномастных волшебников, колдунов или ведьм. Тебя найдут за пять минут. Ещё и аттракцион из этого устроят.
  - Да, - шмыгнула носом Хлоя, - нужно было оставить пирог для всей этой своры. Это их отвлекло бы.
  Сел прыснула, а брюнет сказал:
  - Твоя сестричка все это знала и без тебя, - он закинул ногу за ногу, а руку положил на спинку дивана. - У неё на уме что-то другое. Она задумала что-то коварное, дерзкое и неслыханное.
  - А у тебя волосы лохматые и одежда придурковатая, - огрызнулась Хлоя. - И что ты тут вообще делаешь, пока я сестре душу изливаю?
  - Это все очень сложно, - поспешила переключить внимание сестры на себя Селеста, бросив на брюнета неодобрительный взгляд. - Лучше расскажи, что ты придумала.
  - А он? - кивнула на незнакомца Хлоя.
  - А он поможет, - заверила её Сел. - Итак, что же ты придумала?
  Хлоя улыбнулась той самой своей улыбкой, которая тех, кто с ней хоть немножко знаком, обычно бросает в холодный пот.
  - Только без жертв! - заявил брюнет, вскакивая, и подходя к Хлое. - Я на такое не подписывался.
  Селеста закатила глаза и велела:
  - Поумерь кровожадность, сестрица. Нам нужно только выиграть время.
  Хлоя потерла ручки и сказала:
  - Ты мыслила в правильном направлении, когда говорила насчет того, чтобы нужно прятаться от этой свадьбы. Но мыслить нужно масштабнее! Мы не будем прятать меня. Это банально и глупо, - ведьмочкафыркнула. - Ничто не помешает нашему дорогу отцу сначала выбрать мне мужа, а потом заставить его найти меня. Нет! Мы спрячем всех гостей!
  - Как? - хором спросили Селеста и брюнет.
  Выдержав драматическую паузу, Хлоя ответила:
  - Поместим их в калейдоскоп!
  ******
  Днем люди бодрствуют, а ночью спят. Большинство разумных созданий делают также. Хотя Морган по-прежнему не мог понять, как можно называть разумными созданий, которые третью часть своей жизни тратят на сон. Если не больше. Ему это казалось жутким расточительством! Их век и так короток, а они ещё и разбазаривают отведенное им время на сомнительное удовольствие пролежать без движения целую ночь!
  Как бы там ни было, демоны не спали. Лишь один раз в месяц каждый из них впадал в состояние, которое называлось махван - тело умирало на определенный срок, а душа свободно бродила, чаще всего никем не замеченная.
  Морган ненавидел махван, пока родители не начали заставлять его посещать все возможные дни рождения свадьбы и даже похороны в поисках суженной. Тогда он просто полюбил это состояние - хоть какая-то передышка, хоть немного отдыха. Во время своего последнего махвана судьба неожиданно забросила его к суженой. Видно, ей тоже надоело ждать, пока они встретятся. Другого объяснения этому пинку под зад демон не видел.
  Как бы то ни было, за последнюю неделю Морган пережил и махван, и впервые в жизни крепко выспался, благодаря колдовству своей любимой ведьмочки. Поэтому, теперь, когда нужно было лечь и отдохнуть, демон мог только лежать и пялиться в потолок, думая. Он нашел свою пару, но пока не смог соединится с нею. Из-за этого его физические силы начинали сдавать. Да и разум терял ясность, и в данных обстоятельствах это было смерти подобно.
  Морган пытался заставить себя сосредоточиться, но у него ничего не получалось. Мысли то и дело возвращались к Хлое. Промучившись добрый час, он признал, что ему нужна помощь и легко поднявшись с кровати, подошел к входной двери. Открыв её, демон даже не удивился, увидев двух големов, приставленных к его двери.
  - Приведите ко мне Пэттона и Освальта, - коротко велел он, не вдаваясь в подробности, и закрыл дверь.
  Честно говоря, Морган не был уверен, что приказ выполнят. Тормонт по какой-то причине разделил своих гостей. Возможно, как раз для того, чтобы исключить любые контакты между ними. Но прошло минут десять, и в двери его спальни постучались, а затем, не спрашивая разрешения, в комнату ввалился Пэттон, а за ним грузной походкой вошел Освальт.
  - Что случилось? - спросил Пэттон, беря в руки яблоко с подноса с фруктами, стоявшего в комнате. Освальт молча сел на один из двух сундуков, стоящих у изножья кровати. Верный солдат просто ждал приказа командира.
  - Я думал над словами Тормонта, - заговорил Морган, тщательно подбирая слова. Ему не хотелось, чтобы товарищи поняли, что он начинает сдавать. Поэтому старался говорить осмысленно, и аргументировано. - Мы не можем отправиться в эти пещеры, не изучив местность и без предварительной разведки.
  Пэттон согласно кивнул, а Освальт предложил:
  - Нужно изучить местность.
  - Да, - кивнул Морган. Рядом с товарищами ему легче было сосредоточиться.
  - Можно посмотреть на нашей карте, - предложил Пэттон. - На той, что указывает дорогу к старейшинам.
  - Думаешь, получится? - задумчиво спросил Морган.
  - Не узнаем, пока не попробуем, - выдал не свойственно умную мысль Освальт, а Пэттон достал карту из бокового кармана.
  Морган улыбнулся и принял её из рук друга. Сев на кровать, он развернул карту, положив поверх одеяла, а остальные демоны тут же сели вокруг. Пергамент был девственно чист.
  - И как нам заставить её показать что нужно? - почесал в затылке Освальт.
  - Наверное, так же, как мы просили показать дорогу к старейшинам, - предположил Пэттон и приказал: - Покажи пещеры Хёльн.
  Несколько мгновений ничего не происходило, затем
  От карты медленно пошел дымок.
  - Ты испортил её! - в ужасе воскликнул Морган. Если они потеряют способ попасть к третьему старейшине, то станет уже неважно, успеют ли они выполнить задание второго.
  - Подожди, - положил ему руку на плечо хладнокровный Освальт. - Смотри.
  Демон указал сначала на карту, затем на дымок. Хоть дыма становилось все больше, и он уже начинал клубиться, собираясь в шар, карта не пострадала - на ней не было ни следа гари.
  - Опять непонятное колдунство... - пробормотал внезапно вспотевший Пэттон.
  - Колдовство, - хором поправили его товарищи. Дальше разговор не пошел, потому, что все три демона уставились как на то, как сначала сформировался правильный круг, а затем на нем начали формироваться равнины, плавно переходящие в возвышенность. Каждая возвышенность была рельефной, поэтому можно было оценить масштаб. Последними появились с одной стороны дорога, а с другой стороны - море.
  - Что это? - передвинулся по кровати Пэттон, рассматривая внезапно возникшее перед ним чудо.
  Морган прочистил горло, облизал пересохшие губы и сказал:
  - Думаю, это пещеры Хёльн, как ты и просил.
  Тут внимание Пэттона привлекло что-то яркое и, быстрее, чем подумал, что делает, демон коснулся этого пятнышка.
  - Стой! - хором заорали Морган и Освальт, хотя если бы их спросили, чего именно они испугались - ни один демон не смог бы объяснить. Взгляд у них был такой, как будто сейчас случиться что-то ужасное.
  Вопреки их ожиданиям, мироздание не рухнуло, день с ночью не поменялись местами, с неба не пошел кровавый дождь, никто не обратился в камень. Вместо этого карта на мгновенье сжалась, а затем, то яркое пятнышко, в которое ткнул пальцем Пэттон, поднялось над картой и увеличилось, превратившись в небольшую долину, в которой росла цветущая лаванда. Из-за обилия растительности долина была похожа на сиренево-лиловое пятно, в котором, то тут, то там попадались розовые и белые вкрапления.
  Повисла тишина. Демоны как зачарованные рассматривали это чудо. Они могли рассмотреть каждую деталь на кустах лаванды, отчетливо видны сухие кусты и даже, если присмотреться, можно рассмотреть летающих туда-сюда пчел.
  - Оказывается, и так можно было, - неловко рассмеялся и потер шею Пэттон. У него было двоякое чувство: с одной стороны, он вроде сделал полезное открытие, с другой стороны, когда он в клане трогал руками что-то без разрешения - всегда получал по этой самой шее.
  Ведомый скорее шестым чувством, чем более или менее осмысленной догадкой, Морган коснулся виднеющегося в начале поля темного зева пещеры, и тот незамедлительно приблизился к ним. Правда, под таким углом, что можно было рассмотреть лишь поросший растительностью склон и часть каменистого входа в пещеру. Опять же, повинуясь интуиции, Морган коснулся пальцем картинки и сдвинул её в сторону. Теперь вход в пещеры был как на ладони.
  - Видимо, это вход, - возвестил Освальт таким обыденным тоном, как будто вокруг ничего не происходило. Даже не спокойствие, прозвучавшее в голосе друга, а то, насколько буднично это прозвучало, резануло по натянутым нервам Моргана и Пэттона. Оба с явным неудовольствием посмотрели на товарища.
  - Видимо, да, - коротко согласился Морган и снова обратил свое внимание на вход. - Что же не так с этой пещерой? Почему оттуда никто не возвращался?
  Словно ответ на его вопрос, к пещере подошел молодой олененок. Животное выглядело испуганным и сбитым с толку. Как будто само не понимало, зачем сюда пришло и почему не убегает. Из пещеры медленно вышел огромный каменный огр, подхватил олененка и понес внутрь пещеры. Показанная картой картинка, была настолько детальной, что демоны без труда рассмотрели и огромные мышцы на руках, и то, что у огра были глубоко посаженные глаза разного цвета - один зеленый, другой голубой - и то, что этот монстр по размерам едва ли уступал небольшому холму. Кожа (если это можно так назвать) на теле чудовища местами была потрескавшаяся, а походка грузная и качающаяся.
  Вся троица мгновенно поняла, кто перед ними. Они слышали так много преданий об ограх, что для ошибки просто не оставалось места.
  Правда, каждый к вновь открывшимся фактам отнесся по-своему.
  - Невероятно, - первым выдохнул Пэттон. Ему казалось, что огры существуют только в сказках, что это выдумка. В конце концов, такая махина просто не могла существовать. Физически не могла! Иначе её бы уже кто-то заметил. Ведь, не могла же, правда?
  - Невозможно, - покачал головой Морган. Он не мог поверить, что судьба подсунула ему каменного монстра. После битвы с вендиго он поумнел и начал более трезво оценивать свои силы и возможности. Каменного монстра не одолеть, даже всем троим демонам, не то, что ему самому.
  - Любопытно, - заинтересованно подался вперед Освальт. Ему ещё не приходилось сражаться с ограми, и сейчас он тщательно рассматривал предполагаемого соперника, выискивая слабые места.
  Товарищи снова посмотрели на него одинаково тяжелыми взглядами.
  - Что? - спросил ничего не выражающим тоном Морган.
  - Любопытно, - повторил Освальт, все ещё не в силах оторвать взгляд от затылка огра, медленно растворяющегося во тьме.
  - Морган, ты мой друг и потенциально будущий глава клана, - начал издалека Пэттон, но на этом его красноречивость иссякла и демон сказал как есть: - Но если мы пойдем против этой образины, нам всем торба!
  - Мы что-нибудь придумаем, - попытался успокоить его Морган. Хорошая была идея. Но он не учел одно обстоятельство - чтобы кого-то успокоить, нужно самому быть уверенным в положительном исходе дела. Ну, или хотя бы достаточно убедительно изображать эту уверенность, если таковая попросту отсутствует.
  В его голосе не было ни того, ни другого. И Пэттон, имея на то все основания, не поверил ему:
  - Что мы придумаем? Что мы можем придумать, если минуту назад даже не подозревали, что это каменное нечто топчет землю своими лапищами?
  Демон был близок к панике. У Моргана эта несвоевременная истерика вызвала раздражение:
  - Мы не знали, с чем столкнемся, когда сунулись в логово ведьмы. И ничего. Живы. Так что отставить упадническое настроение...
  - Морган, - на Пэттона не действовали уговоры. - То ведьма, а то каменная глыба на двух ногах! Как нам с ним драться? Мы даже не знаем, куда бить!
  - Знаем, - спокойно перебил его Освальт, задумчиво глядящий на карту.
  Товарищи разом оглянулись на него.
  - Знаем? - тупо переспросил Морган.
  Освальт утвердительно кивнул и снизошел до объяснений:
  - Вы заметили, что его голова смотрела прямо перед собой? - тоном охотника, рассказывающего новичкам тонкости охоты на оленя, сказал он, подтверждая свои слова жестами. - Его глаза слишком глубоко посажены. Значит, огр может смотреть только прямо перед собой, а все, что по бокам - выпадает из его поля зрения. А ещё его голова покачивается при ходьбе. Значит, ненадежно прикреплена к телу. Нужно просто отбить голову и чудовище будет обезврежено.
  - Я тоже об этом думал, - приняв серьезный вид, соврал Морган. - Но у меня нет идей, как отделить голову от тела.
  - Можно спросить у Тормонта, - предложил Освальт. - Наверняка у него найдется пара приспособлений для этого. И возьмем у него плащ. С ним мы сможем незаметно подойти к огру.
  - А он согласиться? - с опаской спросил Пэттон.
  Морган фыркнул:
  - Да он описается от счастья, когда мы предложим ему провести полевые испытания, - и тут же серьезным тоном добавил: - Там в пещере будет молодая ведьма. Зовут ЭжениМолдер. Она исчезла при невыясненных обстоятельствах вместе с тем источником питания, который нам поручил вернуть Тормонт. Важно вернуть источник, но ещё важнее - узнать, что стало с этой... как её... чародейкой.
  - А в чем разница между чародейкой и ведьмой? - заинтересовался Пэттон.
  - Не спрашивай, - поднял руки вверх, признавая свое поражение Морган. - Сам не в курсе, а выяснять не время. Главное, запомните. Эта самая Эжени не должна пострадать, ни при каких обстоятельствах.
  - Почему? - не унимался любопытный Пэттон.
  Морган попытался объяснить так, чтобы ответить на вопрос и не взболтнуть лишнего:
  - Из источника, которому можно всецело доверять, мне поступила информация, что возвращение этой чародейки приоритетная задача. Более важная, чем возвращение собственно источника энергии.
  Пэттон открыл рот, чтобы произнести свое излюбленное "Почему?", но Освальт его опередил:
  - Задача ясна и принята к выполнению. Есть ещё что-то, что мы должны знать?
  Морган немного замялся, затем все же сказал:
  - Думаю, уже на месте у нас будет подкрепление.
  Его товарищи переглянулись и хором спросили:
  - Подкрепление?
  - Не спрашивайте, - устало отмахнулся от них Морган. Ему снова стало трудно думать. Перед глазами снова начинала маячить Хлоя. А чувствовал он себя, так, как хищник, который много дней не ел, и вдруг увидел добычу. От голода мысли путаются, а перед глазами только добыча.
  Он сел и обхватил голову руками. Ему нужна Хлоя.
  Чудовищным усилием воли, Морган заставил себя сосредоточиться на предстоящем задании.
  - Подумайте лучше, как нам войти незамеченными, - ухватился он за здравую мысль. - Мало того, что вход сторожит каменный огр, так, там кажется и какое-то заклинание, лишающее воли.
  - Я тоже заметил, - подхватил Освальт. - Тот олененок не понимал, почему не может сдвинуться с места.
  - Ну, - оживился Пэттон. - холостяцкая жизнь научила меня, что для завоевания сердца красавицы не обязательно идти напрямую и ломиться в закрытую главную дверь. Можно тихонечко зайти с черного входа.
  - Не понял, - честно признался Освальт.
  Пэттон тяжело вздохнул и без энтузиазма объяснил:
  - Это же сеть пещер. Наверняка это не единственный вход, просто самый удобный. Давайте по карте посмотрим, может можно как-то попасть внутрь с другой стороны?
  Морган встал и подошел к карте. Он уже понял, как с нею управляться и теперь просто ткнул пальцем в самую высокую точку и потянул на себя. Карта сдвинулась. Он проделал то же самое ещё несколько раз, пока не дошел до равнины. Затем Морган последовательно сдвинулся на север и на юг. Последнее направление оказалось наиболее многообещающим. Здесь было море и большая, вымытая соленой морской водой пещера.
  - Вот, - ткнул в неё пальцем Морган, и она тут же увеличилась в размерах. - Я не думаю, что этот вход будет охраняться так же тщательно, как и остальные. Здесь отвесные скалы и мало кто может легко добраться. Даже у наших грифонов будут проблемы с приземлением.
  - А как добраться от этого замка до той пещеры? - спросил Освальт.
  И внезапно карта уменьшилась в размерах, снова став такой картой, по которой демоны добирались до старейшин. Только теперь изменился масштаб - она охватывала и долину Сауза, и Висгорский лес, и равнину перед пещерами, и собственно сеть пещер Хёльн. И тонкая прерывистая линия показывала, как лететь от небольшой точки, условно означавшей замок Тормонта, до такой же точки, условно означающей ту самую пещеру у моря.
  - А мне нравится эта карта! - присвистнул Пэттон.
  "И магия уже не пугает" - усмехнулся про себя Морган, а вслух сказал:
  - Тогда на сегодня все. Отправляйтесь к себе, завтра ранний вылет, а с деталями разберемся на месте.
  Демоны вышли, оставив Моргана одного. Внезапно его веки отяжелели, а тело стало тяжелым, как будто из свинца.
  - Что за... - пробормотал демон, глаза его закрылись, и он упал лицом вперед на каменный пол. Демона, который по природе своей вообще не должен спать, в который раз за последнюю неделю, сморил крепкий здоровый сон.
  ******
  Вопреки всем возможным догадкам, Хлоя получив хотя бы ненадолго колдовскую силу назад, не отправилась прямо к Моргану. Будучи слабой ведьмой, она выросла с мыслью, что силу нужно расходовать экономно, так как её всегда не хватало. И в этот раз девушка решила, что будет правильнее не расходовать силы на портал, который высосет из неё все силы и вернет домой в самый неподходящий момент. Вместо этого она решила воспользоваться проверенным методом.
  Хлоя с помощью портала попала в свою спальню. Да, использовать портал, чтобы попасть в комнату, находящуюся в трех шагах от той, где ведьмочка находилась в данный момент это напрасная трата энергии. К тому же простое бахвальство. Но Хлоя всю свою жизнь смотрела на те чудеса, которые без особого труда могли делать Северус, Калиста, Элена или Селеста. А у неё не хватало сил, чтобы даже попытаться сделать это.
  Что она чувствовала в этот момент?
  Нет, не зависть.
  Хлое хотелось быть не хуже других.
  И вот лохматый брюнет подарил ей такую возможность. Как она могла не воспользоваться ею и не похвастаться перед Сел? Ни у какой ведьмы нет столько силы воли, чтобы удержаться от такого соблазна.
  Уже оказавшись у себя в комнате, Хлоя пожалела о своей секундной слабости, но сделанного не воротишь. Да и сил у неё от этого убавилось не так уж и много. Собственно, она вообще не ощущала, чтобы хоть что-то изменилось.
  Решив не тратить время в пустую, Хлоя наспех нарисовала пентаграмму, расставила свечи и подготовила все, что нужно для ритуала. Она решила встретиться с демоном проверенным способом - во сне. Приготовив все что нужно, девушка взяла одну из последних оставшихся у неё бабочек, полила её сверху зельем, создавая заклятие поисковик, и прочитала заклятие:
  - Лети к тому демону, который коснулся моей души и связал наши сердца незримой нитью.
  Крылья бабочки дрогнули раз, второй. Затем они легонько затрепетали, поднимая свою хозяйку в воздух и унося прочь с необыкновенной как для такого маленького создания скоростью.
  Девушка уже собралась лечь на кровать, чтобы уснуть, когда услышала позади себя знакомый голос:
  - Уж не ко мне ли ты её отправила, любовь моя?
  Хлоя узнала этот голос, даже не оборачиваясь:
  - Хейнтлин, - раздраженно и устало выдохнула она.
  - Я не злюсь, - судя по тихому стуку, полудемон спрыгнул с окна. - Завтра мы поженимся.
  Он подошел ближе и его руки легли на плечи Хлои, сжав их почти до боли.
  - Я не стану мстить тебе за твой поступок, - он прижал девушку к себе, вдыхая запах волос, наслаждаясь близостью. Хотя в этот момент должен был бы задуматься над тем, почему она ещё не схватилась за канделябр. - Я буду любить тебя, Хлоя. Ты не представляешь, как ты мне дорога. Все мои мысли только о тебе, куда бы не посмотрел - всюду вижу только тебя. Я схожу с ума.
  Хлоя по-прежнему молчала.
  - Я так люблю тебя, - его руки сомкнулись, и ведьмочка оказалась в кольце. - Ты весь мой мир. Мне все равно, что ты меня не любишь и, скорее всего, никогда не полюбишь. Я дам тебе все самое лучшее, весь мир тебе под ноги положу. Я сделаю тебя счастливой...
  - Хейнтлин, - звенящим от негодования голосом, сказала Хлоя. Терпение ведьмочки, наконец, лопнуло, и она сделал небольшой пас. Удерживающие её руки полудемона резко разомкнулись, и он отшатнулся назад.
  - Что такое? - недоуменно пробормотал он.
  - Что ты несешь? - прошипела Хлоя. Сила бурлила в ней, бурлила вокруг неё. - Ты, говнюк, не давал мне проходу, запугивал и даже пытался изнасиловать. Дважды! Я за тебя не выйду, даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
  - Но я люблю тебя! - взвыл Хейнтлин, тщетно пытаясь освободиться.
  Гнев Хлои на мгновенье стих и полудемон оказался на свободе.
  - Хейнтлин, - немного грустно вздохнула она. - Я уже почти два дня знаю, что такое любовь, и как эксперт заявляю: то, что ты там в своей глупой башке чувствуешь - это не любовь. Это безумие! Любовь это не принуждение! Любовь это забота и внимание. И терпение. А тебе нужно лечиться!
  Сила вновь проснулась и, сделав легкое движение рукой, Хлоя выбросила Хейнтлина в окно. Затем девушка сделала небольшой пас, и ставни снаружи закрылись, и окно внутри закрылось на щеколду.
  Немного постояв, Хлоя сказала:
  - Так что не дай тебе бог, Морган Тэлбот, перестать заботиться обо мне или быть невнимательным к моим желаниям! Моего терпения надолго не хватит, демон.
  Подойдя к кровати, Хлоя легла на неё как была, не раздеваясь, и, закрыв глаза, погрузила свое тело в сон (само оно вряд ли быстро смогло бы уснуть, а время шло!).
  Когда она снова открыла глаза, рядом на боку лежал её любимый демон, подперев голову рукой и улыбался.
  - Я соскучилась, - улыбнулась Хлоя, и покраснела, - по тебе и по поцелуям. А ещё мне интересно, что дальше? После поцелуев... То, что мы делали в лесу...
  Она закусила губу и потупила взор.
  - М-м-м... - почему-то решил поддразнить её Морган. - Сейчас ты не боишься, что я тебя обесчещу?
  Хлоя улыбнулась:
  - Все женатые пары это делают, - и добавила с невинным личиком: - Впрочем, если ты уже не хочешь, я найду другого добровольца, который утолит мое любопытство. Один как раз заглядывал ко мне этой ночью...
  Морган перекатился и оказался на ней сверху, так быстро, что Хлоя даже не успела заметить, как это произошло.
  - Больше не будет других, ведьма, - он запечатлел на её губах страстный поцелуй. - Я своим не делюсь.
  - Только ты демон, - заверила его Хлоя. - Пока ты мой - я твоя.
  - А если я не успею к свадьбе? - вдруг нахмурился Морган.
  - Не переживай, - легкомысленно отмахнулась Хлоя, развязывая края своей ночной сорочки и обнажая плечи. - Я уже приняла меры.
  - А... - не мог успокоиться Морган, но Хлоя закрыла ему рот поцелуем, а затем тихо сказала:
  - Ночь не настолько длинна, чтобы тратить её на разговоры, - и снова поцеловала, прежде чем напомнить: - а наше с тобою время ещё меньше. Не трать его на сомнения. Люби же меня, демон. Люби так, как будто это наша с тобой единственная ночь.
  Хлоя была права, и любовь к ней уступила место всем сомнениям и переживаниям. Возможно, это и правда, единственная их ночь. Морган может завтра не выстоять против каменного огра.
  Помня о том, что его невеста так юна и невинна, помня, что это её первая ночь, Морган был нежен и терпелив. И странное дело, в этот раз, его желание было огромным, но инстинкты отступили: не было желания делать все быстро и жестко, как это бывало с другими женщинами; не было жгучего, лишающего воли желания принять облик демона и пометить Хлою, впиться в её плечо зубами, чтобы каждый демон знал, что эта ведьмочка его пара, его суженная. Желание было лишь одно - доставить ей удовольствие, заставить её полюбить его ещё больше. Чтобы Хлоя никогда от него не ушла.
  Уже под утро, уставшие и пресыщенные, Морган и Хлоя лежали в кровати.
  - Если бы я знала, что все будет так, - первой заговорила Хлоя, - уже давно сама бы на тебя запрыгнула.
  Морган горделиво и самодовольно улыбнулся.
  - А другими мужчинами также хорошо? - невинно спросила Хлоя, желая его поддразнить, чтобы не зазнавался.
  Улыбка сползла с лица Моргана, и он хмуро ответил:
  - Понятия не имею. Я с другими мужчинами не был.
  Внезапно Хлоя почувствовала, что сила покидает её. Обиды и сожаления не было. Она и так продержалась дольше, чем могла рассчитывать. Наоборот, Хлоя испытывала благодарность за эту чудесную, волшебную ночь с любимым мужчиной.
  По выражению лица Хлои, Морган понял, что, скорее всего, сейчас кто-то из них двоих проснётся.
  - Морган, я люблю тебя, - искренне сказала ведьмочка, став вдруг той самой ранимой и мечтательной Хлоей, которую он впервые встретил. Та ведьмочкаспрашивала у своего дневника есть ли кто-то, способный полюбить её такую, как она есть.
  - Я люблю тебя, Хлоя Грейс Уайли, - ответил на тот вопрос Морган. - Люблю такую как ты есть - вредную, колючую, любопытную хулиганку. Я люблю в тебе все - немного вздернутый носик, пухлые губы... Я люблю твой сложный и сумасбродный характер. Мгновенье с тобой стоит целой жизни.
  - А что если ты меня так и не найдешь? - чувствуя, то просыпается, спросила Хлоя, вцепившись в его руку так, что ногти впились, ранив демона до крови. В этом жесте сквозило отчаянье, словно девушка могла так удержаться здесь, рядом с ним.
  Морган улыбнулся:
  - Судьба связала наши жизни прочной нитью, протянувшейся сквозь время и пространство. Теперь тебе не скрыться от меня. Я найду тебя, где бы ты не была. Я всегда приду за тобой, моя любимая колючка.
  Сон рассеялся, и Хлоя открыла глаза у себя в комнате. Сердце болело нестерпимо. Хотелось протянуть руку и коснуться демона.
  - Скорее приходи, - прошептала она и по щеке покатилась слеза. Сейчас Хлоя впервые поняла, что потеряет, если её принудят выйти замуж за нелюбимого.
  А Морган, проснулся в луже крови. Падая, он разбил себе нос. И все же демон сел и рассмеялся. Он был счастлив. Счастлив так, как только может быть счастлив мужчина, после лучшей в его жизни ночи, счастлив, как демон, у которого есть пара. Да, на Хлое ещё нет его метки. Но у него уже есть её сердце. Остальное - дело времени.
  Подойдя к окну, Морган распахнул его и посмотрел на окружающий мир. Давно у него не было такого доброго утра.
  Глава 9
  Дом Тормонта никогда не спал. Каждую минутку, каждую секунду в нем копошились, выполняя различные задания големы. Но, если бы задания, которые весьма щедро раздавал своим неприхотливым и исполнительным слугам великан, были переделаны, замок все равно не замер бы не на мгновенье. Ни один из демонов не спрашивал, что представляет из себя обитель чародея. Если бы спросили, Тормонт охотно рассказал бы, что им посчастливилось провести ночь в доме, который сам себя строит и перестраивает, который буквально соткан из механизмов, приводящих в движение двери и стены, купол и лестницы, между этажами.
  Великан Тормонт гордился своим домом. Кто-то столь недалекий, как демоны, вряд ли смог бы оценить всю грандиозность этой постройки. А вот любой, даже самыйзавалящийтехномаг, узрев этот невероятный сплав магии и технологии, пришел бы в неописуемый восторг. С помощью технологии Тормонт создал скелет дома, двигающийся, повинуясь незримой воле, а магия помогла ему вдохнуть в это творение жизнь. У него не было души и даже не было разума, в привычном для живых существ понимании, не было самосознания. Но у дома был характер и, пробыв в нем достаточно долго можно было научиться чувствовать его настроение. Например, дому очень нравились перемены: нравилось менять свою планировку, нравилось, когда его украшали изнутри картинами или коврами.
  Что и говорить, техномаг гордился своим творением и искренне его любил.
  Но, встретившись утром с демонами, Тормонт не стал просвещать их, рассказывая о том, какое чудо стало их приютом на эту ночь. Нет! В его мыслях и словах было только одно:
  - Отправляйтесь в пещеры Хёльн, найдите чародейку, верните источник энергии!
  Конечно, это не все, услышанное демонами от великана. Но Морган заметил, что каждый раз, какими бы словами Тормонт не повторял им суть поставленной задачи, первым всегда было "найдите чародейку". Как мужчина он все понимал:да, любимая женщина великана пропала, но ведь любовь к ней никуда не делась.
  Великан встретил гостей там же, где и вчера - в главном зале. Та же скатерть, которая так удивила демонов вчера ужином, сегодня порадовала обедом. Оказалось, ей можно заказать что хочется. Демоны порадовали желудки мясом, а великан ограничился чаем с пирогом (буквально!).
  После завтрака рассиживаться никто не стал. Големы свернули скатерть, а великан проводил их к стене.
  - Здесь тайный проход? - спросил Морган. Чего-то такого он и ожидал, ведь ему с трудом верилось в то, что великан показывал все свои самые интересные разработки всем желающим. Он просто обязан был иметь тайную лабораторию, в которой будут храниться те его изобретения, которые могут быть опасны или могут принести огромную прибыль. Все логично - и те, и другие вещи нельзя показывать посторонним.
  - Вроде того, - усмехнулся великан, и через мгновенье стена перед демонами исчезла. Она не растворилась в воздухе и не сдвинулась. Пол, каменный пол, на котором они стояли, резко ушел в низ, и только прекрасная реакция спасла Моргана и Освальта от того, чтобы не шлепнуться на пятую точку. У Пэттона реакция оказалась хуже. Опустившись на высоту роста великана вниз, пол не остановился, а очень быстро сдвинулся вперед на несколько шагов, и снова поднялся вверх. Морган, Освальт и демон не очень обратили внимание на такое "подныривание" пола под стену замка. Они с интересом следили за Пэттоном. Демон сначала плюхнулся на свою пятую точку, затем по инерции перекатился назад и распластался на животе. А когда пол снова поднялся на нормальную высоту, слегка подпрыгнул.
  Откашлявшись (хотя все поняли, что великан так маскировал смех), Тормонт предложил:
  - Пройдем в мою исследовательскую комнату?
  - Да, - радостно согласился Морган и бодренько пошел за великаном. Бодренько, потому, что по-другому не получается, если хочешь успеть за великаном, каждая нога которого - почти с твой рост. Освальт пошел следом, Пэттон немного повозился, встал на ноги и догнал их, бухтя себе что-то под нос, про очень скользкие полы, на которых просто невозможно удержатся на ногах.
  Великан провел гостей по небольшому коридорчику, в три его шага, хорошо освещенному, как и все в этом доме и демоны оказались в большом круглом зале. Свет буквально лился в него с куполообразного потолка, полностью выполненного из стекла.
  - Изумительно! - восхитился Пэттон.
  - Я не видел таких потолков больше нигде в замке, - проницательно заметил Морган.
  Немного помолчав, Тормонт бесцветным голосом пояснил:
  - Эжени нравилось работать там, где много света и замок построил для неё эту комнату.
  Морган промолчал. В словах Тормонта прозвучало так много любви к пропавшей чародейке, что у демона защемило сердце. Великан продолжал заниматься работой в той комнате, которую любила исчезнувшая Эжени, наверняка, чтобы чувствовать себя ближе к ней, чтобы вспоминать те мгновения, которые они провели вместе и помнил её привычки, помнил, что она любила.
  Пэттон услышал в словах Тормонтадругое:
  - Замок построил? - побелевшими губами спросил он. - Это же такой оборот речи? Какая-то ваша колдунская шутка?
  Великан не ответил.
  Освальт спросил:
  - А от сильного дождя, града или молний потолок не разобьется?
  Тормонт резко дернулся, что-то вспомнив, но ничего об этом не сказал, просто ответив:
  - Нет.
  Пэттон собрался было снова спросить по поводу замка, но все расспросы пресек Морган, спросив:
  - Так, зачем мы сюда пришли?
  Прочистив горло, Тормонт пояснил:
  - Здесь, мои дорогие гости, находится одно из величайших моих изобретений. Это удивительный сплав магии и технологии, созданный благодаря моему мастерству. Благодаря ему вы сможете попасть к пещерам Хёльн в кратчайшие сроки...
  - Мы сможем попасть туда со стороны моря? - задал вопрос по делу Освальт.
  - Да, - кивнул великан.
  - На какую максимальную высоту это устройство сможет нас поднять? - продолжал демон.
  - Любую, какая будет нужна.
  - Какой вес это устройство сможет поднять?
  Вопрос поставил Тормонта в тупик:
  - Э-э-э... - он даже затылок почесал, - честно говоря, я не испытывал его на грузоподъёмность, но как минимум с одним взрослым великаном проблем не возникало.
  Освальт кивнул, в знак того, что удовлетворен. Больше вопросов ни у кого не нашлось. Демоны стояли, напряженно замерев ожидании этого необычного устройства, так расхваленного великаном. Тормонт стоял и ждал дальнейших вопросов.
  Повисла неловкая тишина, которую никто не решался нарушить первым.
  - Так... где оно? - наконец, неловко спросил Пэттон.
  - Кто? - не понял вопроса Тормонт.
  - Устройство, - терпеливо пояснил Пэттон, делая скидку на почтенный возраст великана и заодно делая мысленную пометку не лезть в это устройство первым - мало ли что он мог забыть в процессе изобретения?
  - Ах, да! - воодушевился Тормонт и радостно сообщил: - Вы на нем стоите!
  Демоны дружно отошли в сторону, чтобы ничего не растоптать, но там, где они стояли ничего не было.
  - Что вы делаете? - удивился великан. - Если вы не будете стоять прямо на нем, то ничего не случиться - он не полетит.
  Демоны переглянулись, и у каждого в глазах была мысль, что у великана развился старческий маразм. Но делать нечего, и демоны, испытывая неловкость и чувствуя себя глупо, все же стали на свои места.
  Никто не ждал ничего особенного, когда Тормонт скомандовал:
  - Вверх.
  Внезапно земля под демонами задрожала. Единственное, как они успели отреагировать - это немного присесть, чтобы удержать равновесие. Прежде, чем кто-то успел отпрыгнуть, земля начала подниматься вверх, как и приказал великан. Не удержавшись, Морган и Освальт упали сначала на колени, потом на четвереньки. Пэттон свалился за край... земли?
  В тревоге за товарища, Морган и Освальт передвинулись ближе к краю, и тут обнаружилось, что, во-первых, это не земля поднялась, а ковер; во-вторых, они поднялись на высоту роста великана. Освальт, глядя ему почтив глаза(все же, они поднялись немного выше), укоризненно сказал:
  - Вы не предупредили, что ваше устройство это самолетящий ковер.
  - Правда? - невинно удивился Тормонт, и тут же выхватил с несвойственной старости прытью записную книжечку, и принялся быстро размашисто записывать что-то, на ходу записывая: - Балансировка немного сбита... турбулентность при взлете...
  Затем ненадолго отвлекшись, обрадовано заявил:
  - Какое шикарное название! Ковер-самолет! - и тоже записал в своей книжонке.
  Прочистив горло, чтобы успокоиться, Морган постарался говорить спокойно:
  - Я рад, что вы довольны, но объясните и нам, что происходит? Что это за ковер? Почему он летает? И где то устройство, которое должно отвезти нас к пещерам?
  Морган догадался, что ему сейчас ответит великан ещё до того, как тот открыл рот. Под снисходительным взглядом Тормонта ему захотелось провалиться сквозь землю, за свою глупость.
  - Ковер-самолет, - слегка растягивая слова и явно наслаждаясь тем, как они звучат, ответил хозяин дома: - это и есть то устройство, которое доставит вас по месту назначения.
  Прежде, чем Морган успел что-то сказать, Освальт спросил:
  - Как им управлять?
  А вскочивший на ноги Пэттон возмущенно воскликнул:
  - Вы что издеваетесь? Мы не полетим на этом! - демон неопределенно ткнул пальцем в летающий ковер. - Оно же опасно!
  Тормонт посмотрел на одного и второго демона, раздумывая, на чей вопрос ответить, но в итоге остановившись на первом вопросе, обратился к Освальту:
  - Чтобы управлять ковром, используйте голосовые команды... - увидев непонимающее лицо Моргана, великан попытался объяснить попроще: - Чтобы управлять ковром, просто говорите куда ему лететь: вверх, вниз, вперед, назад и так дальше. Чтобы не падать с него, - тут все, не сговариваясь, посмотрели на Пэттона, и, прежде чем продолжить, великан прочистил горло: - просто держитесь за края ковра. Он может развивать чрезвычайно большую скорость. Поэтому вам следует быть внимательными в пути.
  Пэттон снова попытался возразить, но Тормонт с нажимом сказал:
  - Нет способа быстрее выполнить это задание. Либо вы летите на ковре, либо опоздаете к нужному сроку.
  Морган раздумывал над предложением довольно долго - не меньше минуты. Пэттон был прав, говоря об опасности. Никому из демонов ещё не приходилось путешествовать таким способом. Да что там демонам! Вряд ли какое живое существо удостаивалось такой чести! Лететь на ковре - значит рисковать не только своей жизнью, но и жизнью товарищей. С другой стороны и Тормонт был прав - время таяло опасно быстро. Конечно, Хлоя говорила, что приняла меры... Но Морган не был уверен, что может быть абсолютно уверен в действенности этих мер.
  - Мы летим, - решился он, наконец.И, добавил,отвечая на непроизнесенный вопрос Пэттона: - Потому, что я тут главный, а вы должны меня слушаться.
  Закрыв рот, открывшийся для произнесения возражений, Пэттон тут же снова его открыл, чтобы спросить:
  - А как мне залезть на ковер?
  Морган решил поупражняться в управлении ковром и твердо приказал:
  - Вниз.
  Послушный его воле, ковер тут же опустился на каменный пол.
  Всем своим видом выражая вселенскую обиду, Пэттон стал на ковер.
  - Я думаю, вам лучше сесть, - посоветовал Тормонт.
  Не переставая изображать оскорбленную невинность, демон уселся на свою пятую точку. Товарищи уже сидели рядом.
  - И я бы на вашем месте держался за края ковра, - добавил великан.
  Троица последовала совету.
  - Подождите! - встрепенулся Освальт. - Мы бы хотели взять ваш плащ невидимку.
  - Зачем? - удивился Тормонт.
  Морган решил, что лучше не говорить зачем, ведь если рассказать великану про каменного огра, то придется рассказывать и о том, откуда у них такие сведенья (а ему хотелось скрыть сам факт наличия у них такой карты), поэтому ответил за Освальта:
  - Вы просили провести полевые испытания. Вот, мы решили не откладывать это дело в долгий ящик. К тому же, учитывая крайне низкий процент возвращаемости из пещер, у Освальта может и не быть второй возможности выполнить вашу просьбу и проверить плащ в действии.
  - Хорошо, - немного растерянно ответил великан и приказал одному из големов, стоящих у стены: - Принесите сюда плащ невидимку.
  Снова повернувшись к гостям, Тормонт спросил:
  - Ещё что-нибудь?
  Не отличающийся скромностью Освальт спросил:
  - А что у вас есть?
  Тормонт повернулся в одну сторону, потом, что-то вспомнив, резко повернулся в другую, так и не сделав ни шага. У великана задергался глаз, и затряслись руки. Всем своим видом бедняга олицетворял желание показать все и сразу, но никак не мог определиться, с чего бы начать.
  Морган понял, что если для великана не обозначить более конкретную задачу, то он так и будет метаться, желая похвастаться сразу всеми своими игрушками. А время то идет! Поэтому демон взял дело в свои руки:
  - Тормонт, покажите нам, где у вас лежит то, что может пригодиться в бою, а мы выберем что понравиться.
  Шаркающей походкой хозяин дома проводил гостей в соседнюю комнату. И тут демонам было на что посмотреть. Чего тут только не было! Небольшая дудочка, которая если верить, великану, лишает воли любого, кто её услышит. Стоит лишь заиграть,и услышавший её пустится в пляс.И не сможет перестать танцевать, пока дудочка играет. Посох, который указывает месторасположение спрятанных под землей сокровищ. Волшебная иголка, которая сама все шьет (как она это делает никто кроме Освальта не понял) и метла, которая самостоятельно убирается. Тут Моргану стало интересно, зачем великану это все и почему он хранит последние две вещи как величайшее сокровище. Ещё у него был камень, превращающий все в золото и наоборот. Этим камнем очень заинтересовался Пэттон.
  Вообще, все, что хранилось у Тормонта в закромах, можно было бы долго рассматривать и перечислять. Но время неумолимо шло вперед, и Морган снова взял командование на себя и усилием воли выбрал то, что может пригодиться: дубинку, которая по команде начинала колотить врагов. Её тут же облюбовал Освальт. Вертя новое оружие в руках, демон спросил у Тормонта:
  - А как заставить её начать бить врагов?
  - Просто скажите: дубинка, бей, - охотно ответил великан.
  Следующим Морган взял свисток - если в него дунуть, поднимается буря, и цепь, которую невозможно порвать. Последняя вещь всех удивила, ведь она была совсем маленькой, но великан объяснил:
  - Она становится больше и толще, в зависимости от того, кого нужно удержать, - и добавил: - Если соединить два её конца, то получится петля.
  Что он и тут же продемонстрировал.
  - А что бы разогнуть петлю и освободить пленника, сожмите звено вот так, - великан сжал в руке то звено, которое соединяло две части цепи, образовывая петлю, и оно тут же отделилось. Цепь снова стала прямой.
  Морган несколько раз попробовал сделать все сам. Оказалось, это не трудно. И поблагодарил:
  - Спасибо вам, Тормонт. Мы не уверенны, сможем ли вернуть вам эти вещи.
  Великан отмахнулся:
  - Я их изобрел и если что смогу сделать себе ещё. Но если вдруг вы вернетесь - то сведенья, которые вы доставите, будут просто бесценны. Не говоря уже про источник питания.
  От Моргана не укрылось, что при словах про сведенья, Тормонт слегка оживился. Что бы там этот большой и сильный мужчина не думал, и в чем бы сам себя не убеждал, но его чувства к чародейке были живы. Скорее всего, ему не так нужен этот источник питания, как объяснение: почему так получилось у них с чародейкой, и куда она делась. Неизвестность хуже всего. Мучится неизвестностью это приблизительно то же самое, что пытаться выбраться из бездонного колодца - ты понимаешь тщетность усилий, ты даже края не видишь, но не можешь остановиться, потому, что тебя не покидает надежда.
  Впрочем, окажись Морган на месте Тормонта, тоже хватался бы за последнюю соломинку.
  Хотя нет. Окажись Морган на месте Тормонта - сошел бы с ума от разлуки с любимой.
  Тряхнув головой, чтобы прогнать ненужные мысли, он попросил:
  - Проводите нас к ковру, и мы полетим. Путь не близкий и мы ещё не знаем, сколько времени займут поиски... источника питания.
  - Конечно, конечно, - согласился Тормонт и проводил демонов. Пэттон первым пошел следом, Морган за ним, а вот Освальта пришлось едва ли не за руку тащить из этого схрона. Он вел себя как ребенок в магазине игрушек:
  - Морган, смотри, самонаводящаяся стрела! Жаль она огров не берет. А это непробиваемый доспех! Незаконченный, но зато какая идея! А это... - демон тыкал пальцем во все что видел. И по дороге к ковру самолету не замолкал, рассуждая о свойствах то одного, то другого оружия.
  - Раньше мне казалось, что это я болтливый, - покачал головой Пэттон.
  Морган лишь глаза закатил, в который раз спрашивая себя: неужели без спутников ему было бы не обойтись?
  Великан проводил гостей на улицу. Скорее всего, это был задний двор, так ка выглядело здесь все совсем иначе - здесь росли очень запущенные розы и кусты каких-то растений, которые Морган никак не мог опознать. Да и не особенно старался. Все его мысли были о будущем путешествии. И о желании заткнуть Освальту рот. Лучше бы он молчал, как и раньше.
  Ковер-самолет, названный так с легкой руки его товарища, показался таким родным. К их приходу големы сложили на него немного еды и воды. Сюда же присоединились и выбранные для путешествия вещи. Первым на него ступил и сел Освальт, затем Морган. Последним на ковер ступил Пэттон. Он долго мялся, оттягивая этот момент, обо всем расспрашивал и даже пытался шутить. Но в итоге ему все же пришлось сдаться.Когда последний демон уселся, вцепившись мертвой хваткой в края ковра, Морган, без лишних предисловий велел:
  - Вверх. Вправо.
  Ковер поднялся и повернулся в точности с его указаниями. Отсалютовав великану на прощание, Морган велел:
  - Вперед! - и ковер понесся вперед.
  Глава 10
  
  
  Проснувшись, Хлоя ещё какое-то время лежала в кровати, вспоминая каждую минуту, проведенную с Морганом и сожалея о расставании с ним. Сейчас она лучше понимала тоскующих в разлуке влюбленных. Но времени на то, что как следует пожалеть себя любимую, не было. Пришлось отложить душевные муки на потом, и засучив рукава взяться за работу.
  Ну, как взяться за работу...
  Слегка пошатывающейся походкой, Хлоя побрела в сторону комнаты Сел. Она растратила всю свою силу и сейчас ощущала такое же магическое истощение, как и после путешествия к Моргану через портал, когда спасала его вендиго. Пока брела по коридору, Хлоя то и дело спотыкалась, и лишь проявляя чудеса ловкости и самоконтроля, ей удавалось не упасть на пол.
  Она уже почти добрела до комнаты сестры, когда путь ей преградила высокая и широкоплечая фигура.
  - Здравствуй, Хлоя, - без какого-либо выражения поздоровался с нею Дайчен.
  Мысленно выругавшись, Хлоя спросила так деликатно, как только могла:
  - Да что тебе тут надо? Чего хоть ты сюда приперся?
  Ни один мускул не дрогнул на лице демона, как будто этот "теплый прием" не ему предназначался. Он со своей обычной невозмутимостью ответил:
  - Я пришел, чтобы жениться на тебе.
  Хлоя закатила глаза:
  - И ты тоже думаешь, что я твоя пара?
  - Нет, - фыркнул в ответ Дайчен, с таким видом, как будто большего бреда ему слышать не доводилось.
  Тут уж Хлоя заинтересовалась:
  - Зачем же тогда? Не из-за наследства, это точно. Я не узнавала специально, но думаю, не ошибусь, если предположу, что все наше состояние вместе взятое будет раза в четыре меньше твоего ежегодного дохода. И не из-за моей семьи - мы по положения намного ниже твоей. Тебе скорее невыгодно жениться на мне. И если ты не влюблен, то зачем тебе на мне жениться?
  Дайчен иронично ухмыльнулся:
  - А ты не так глупа, как кажешься, - и серьезно сказал: - Я чистокровный демон и мне нужно, чтобы ты родила от меня ребенка.
  Хлоя задохнулась от возмущения:
  - А больше тебе от меня ничего не надо?
  Дайчен предполагал такой ответ и объяснил:
  - Я заинтересовался твоей семьей после изучения вашей родословной. Потомство ведьм, людей и демонов - всегда бесплодно. Но в твоем роду покрайнем мере дважды рождались дети от браков с ведьмами, и у них тоже были дети.
  - Допустим, - не стала спорить Хлоя, так как все равно не знала свою родословную дальше бабули.
  - Выходи за меня замуж, роди от меня ребенка, и занимайся, чем захочешь, в этой жизни, - продолжил Дайчен. - А у меня будет тот, что продолжит мой род. Наследник!
  Последнее слово он выделил интонацией. Давая понять, как для него это важно. И добавил, выдержав небольшую паузу:
  - В долине не осталось демонесс, на которых я мог бы жениться. Девочки не рождаются уже несколько столетий, и ждать такого чуда не приходится. Что-то не так с самой долиной. А выбраться за купол, чтобы найти кого-то, не получится - старейшины не больше не дают демонам разрешений покидать пределы долины даже на короткий срок. Ты - мой единственный шанс.
  В этот раз, для разнообразия, Хлоя не стала переть против течения, и вместо того, чтобы вступать в открытую конфронтацию, она уклончиво ответила:
  - Это заманчивое предложение. Дай мне немного подумать над ним. А пока извини, мне плохо, поэтому я должна попасть к сестре.
  - Давай помогу, - вежливо предложил Дайчен и подал ей свою руку.
  Как не хотелось Хлое принять его помощь, но она покачала головой:
  - Лучше иди к гостям. Если я приму твое предложение, а потом кто-то расскажет что видел нас вместе раньше, могут подумать, что ты применил ко мне заклинание или шантаж. Зачем эти сложности и неприятности?
  На самом деле ей попросту слабо верилось в то, что Дайчен мог бы абсолютно бескорыстно предложить помощь. Интуиция подсказывала, что этот хитрющий демон что-то задумал. Нужно было как можно более естественно, не вызывая подозрений отослать его.
  - Ты уверенна? - продолжил разыгрывать заботу Дайчен.
  Хлоя подумала о том, как бы поступила в такой ситуации и поступила в полном соответствии со своим же характером - разозлилась, и пошла в наступление:
  - Я, по-твоему, что, даже десять шагов по коридору сделать не могу? Или думаешь, что заблужусь без карты?
  - Нет, я... - попытался было оправдаться демон, но юная ведьмочка уже набрала в легкие воздуха побольше:
  - Карту мне нарисовать решил? Или колокольчик повесить собрался? Ну, чтобы знать, куда пошла и что делаю? Или думаешь, я со своим магическим истощением сейчас выпрыгну в окно и растворюсь в толпе ведьм?
  Демон поспешил капитулировать:
  - Я лучше пойду к гостям. Зачем нам пересуды?
  - Что ты говоришь? - не успела вовремя притормозить Хлоя. - Боишься, что тебя застанут в компании такой слабой и никчемной ведьмы как я?
  И тут же прикусила язык, с замиранием сердца ожидая, что демон снова передумает. Но тот не хотел продолжения концерта, и просто помахав ручкой на прощание, быстро удалился.
  Дождавшись, пока он скроется из виду, девушка побрела вперед, попутно приговаривая:
  - Ну, Хлоя, ну ты даешь... Как я с таким характером до таких лет дожила-то?!
  Сама на себя удивляясь и обещая себе стать лучше для Моргана, Хлоя добрела до комнаты Сел и вошла без стука. Селеста снова целовалась с лохматым. Они так увлеклись этим делом, что даже не заметили, что уже не одни. Можно было бы деликатно покашлять, чтобы привлечь их внимание или прочистить горло, но Хлоя предпочла не деликатно грохнуть дверью с такой силой, что брюнет не просто отскочил от Селесты, но и спрятав её к себе за спину, выхватил оружие, приготовившись к обороне.
  - Готовы к операции "нейтрализация"? - невинно поинтересовалась Хлоя и, пройдя мимо злой парочки, упала на кушетку рядом.
  - Конечно, готовы, - обиделась Сел. Чисто по-женски Хлоя её понимала. Если бы ей с Морганом помешали, она тоже этому кому-то грибочков в супчик добавила бы. Но то проблемы Сел, а то проблемы Хлои. И понятное дело, что Хлоя, прежде всего, решала проблемы Хлои.
  - Но я все же опасаюсь использовать это заклятие, - лохматый запустил пятерню в волосы. - А что если что-то пойдет не так?
  Хлоя придумала "Калейдоскоп" очень давно. Она описала его в своей исследовательской тетради, провела испытания, сделала поправки на все возможные обстоятельства, и единственная причина, по которой юная ведьмочка не пускала его в ход по поводу и без повода - это банальный недостаток сил. Запереть в калейдоскоп - это предел её возможностей. Именно поэтому ей нужна была помощь Сел.
  Вообще, если так подумать, то очень маленькая сила Хлои хранила её близких от очень БОЛЬШИХ бед!
  Она, конечно, могла бы все это рассказать брюнету. Но вместо этого использовала любимый прием Суфи (который её саму раздражал до зубного скрежета!):
  - Например? -слегка склонив голову, спросила Хлоя.
  - Например, - заметно медленно повторил он, на ходу придумывая проблему. - Калейдоскоп может внезапно схлопнуться. Те, кто будут внутри - погибнут. Их разрежет на части осколками!
  - И что бы могло заставить его это сделать? - сдерживая зевоту, спросила Хлоя.
  - Большинство из тех, кто там заперт - это разные ведьмы и чародеи, - быстро нашелся тот в ответ. - Они могут попытаться вырваться из калейдоскопа с помощью магии и повредить защитные контуры, что мы расставили для предотвращения их сворачивания внутрь.
  Этот аргумент застал Хлою врасплох. Она как-то не подумала об этом. Подумав несколько мгновений, она все-таки придумала решение:
  - Тогда мы их предупредим, что колдовать нельзя. Не послушаются - сами виноваты.
  - А что если... - начал было он, но вдруг замер и с полным осуждением уставился на Хлою. Его голос был полон негодования, когда он заговорил: - Хлоя, я не знаю, говорил тебе это кто-то или нет, но нельзя быть такой эгоисткой. Тебе не просто плевать на других, тебе НАСТОЛЬКО плевать на других, что тебе даже лень про них думать.
  - Алекс, - мягко улыбаясь, вмешалась Сел, - не знаю, говорил тебе кто-то или нет, но это не то, на что Хлоя может повлиять. Эгоизм в природе ведьм. Мы эгоистичны, капризны и своим не делимся.
  - Как же вы уживаетесь рядом? - покачал головой парень, которого как только что узнала Хлоя, зовут Алекс.
  - Мы понимаем и принимаем друг друга такими, какие мы есть - ответила Селеста. - Если ты знаешь, что говоришь с ведьмой, то не ждешь альтруизма и гуманности.
  - Я все равно не понимаю, как так можно жить, - покачал головой лохматый.
  - Тебе и не надо, - улыбнулась ему Сел. Они смотрели друг на друга и молчали. И в то же время, было похоже на то, что между этой парочкой происходил разговор, не слышный, понятный лишь им двоим. Они говорили взглядами, позами, жестами. Алекс хотел обнять Селесту, а она хотела быть обнятой. Но между ними было что-то, что мешало им шагнуть навстречу друг другу.
  Хлое надоел этот сентиментальный и откровенно говоря интимный момент и она, зевнув, спросила:
  - Может, будем уже колдовать?
  ******
  Ковер-самолет несся вперед с такой скоростью, что у демонов слезились глаза. Поэтому у Моргана получалось задавать направление полета лишь приблизительно. И все же, мимо горы пролететь не получилось даже у них. Это была огромная каменная глыба, в которой волны вымыли огромную пещеру. Из-за того, насколько глубоко проникла вода, создавалось впечатление, что скала открыла рот и пыталась проглотить море.
  Морган приказал ковру остановиться на подлете к пещере и парить в воздухе. Это было довольно безопасное расстояние, с которого все хорошо просматривалось. И если что, у демонов было время повернуть назад и отлететь на безопасное расстояние.
  Как ни старался, но Морган не смог рассмотреть ничего внушающего опасность.
  - Ну, что скажете? - на всякий случай спросил он у товарищей.
  - Ну, не знаю, - задумчиво протянул Пэттон. - Местечко жутковатое.
  - Думаю, можно лететь, - просто сказал Освальт. - Если бы там была опасность, то чайки даже близко к острову не подлетели бы. Да и много не пуганной морской живности у берега. Значит, это безопасный вход. Если, конечно, на нас не обрушится каменный свод пещеры.
  Решив не развивать эту тему, Морган велел ковру:
  - Вперед, только медленно.
  Что нужно знать о ковре-самолете, чтобы эффективно им управлять? Ковер каждый приказ понимал буквально. Если ему сказать быстро - летит, обгоняя ветер: если медленно, то вас будет с руганью обгонять улитка, прося освободить дорогу. Поэтому, набравшись терпения, Морган постоянно подгонял этот уникальный волшебный транспорт:
  - Быстрее, быстрее, быстрее.
  Уже на подлете к пещере, Пэттон настороженно спросил:
  - Мне кажется, или я что-то слышу?
  И правда, вдали нарастал шум, который медленно оформился в причудливую мелодию.
  - Откуда этот звук? - спросил Морган.
  - Он из пещеры, - указал на очевидное Освальт и добавил: - Нужно лететь внутрь, чтобы узнать больше.
  Морган ничего не ответил. Он продолжил подгонять ковер, надеясь, что звук, который они слышат - это не очередные чары, заманивающие неосторожных животных в ловушку. Они уже подлетели к входу, когда уже Освальт воскликнул:
  - Смотрите!
  - Ну, что опять такое?! - разозлился Морган. Нервы и так ни к черту! Чего постоянно что-то выкрикивать под руку?
  Но проследив взглядом в указанном направлении, расслабился, и напряжение немного отступило.
  - Кто это? - спросил Пэттон.
  - Подмога, - улыбаясь, ответил Морган, обрадованно глядя на подлетающую на метле ведьму. В этот раз для разнообразия на ней было черное короткое платье, высокие сапоги и черная широкополая шляпа с высоким колпаком.
  Поравнявшись с демонами, Суфи присвистнула:
  - Ничего себе! Где ты этот летающий пылесборник отхватил? Впервые такой вижу!
  - Тормонт был настолько любезен, кто одолжил его на-а-ам, - вскрик получился невольно, потому, что именно этот момент выбрал Пэттон, чтобы ткнуть его локтем в бок и громко зашептать:
  - Представь меня этой прекрасной незнакомке.
  Морган закатил глаза. Пэттон в своем репертуаре - неисправимый бабник. И ведь уже не падает в обморок от того, что рядом ведьма, да ещё и на метле летает. Но вслух сказал другое:
  - Суфи, разрешите вам представить моих спутников - Освальт Каллахан из клана Тэлбот, а это Пэттон Двайер из клана Тэлбот.
  Ведьма кивнула головой, в знак того, что ей приятно познакомиться:
  - Суфи Рейценхарт.
   А Морган продолжил:
  - Освальт, Пэттон, знакомьтесь - это бабушка моей суженой.
  Суфи расхохоталась, глядя на то, как изменилось лицо Пэттона: поникло, посерело и приняло такой вид, как будто его владелец глотнул очень давно прокисшего молока.
  - Бабушка? - переспросил он и, наклонившись к Моргану, прошептал: - Морган, твоей суженой года три?
  - Ей семнадцать, - ответила за него Суфи.
  Пэттон сник ещё больше. Но быстро взял себя в руки и даже попытался отвесить неуклюжий комплимент:
  - Вы очень хорошо выглядите для своего возраста.
  Суфи закатила глаза. Знал бы он, КАКОЙ у неё возраст!
  Морган вернул её внимание к себе:
  - Не буду спрашивать, как вы нас нашли, но хотелось бы знать, что нам дальше делать?
  - Лететь вперед, - беспечно махнула рукой ведьма, - а там посмотрим по обстоятельствам.
  - О, надо же! - иронично улыбнулся Пэттон. - У нас с Морганом похожий план.
  - Великие умы мыслят одинаково, - улыбнулась Суфи.
  - Мне на ум пришла другая поговорка, - буркнул Пэттон. - Про тех, у кого мысли сходяться...
  - Так мы летим? - вклинился в разговор Освальт.
  Все как-то разом посерьезнели, и Суфи первой полетела вперед. Демоны на ковре четко следовали полученной от неё инструкции: "Держитесь сзади". Она первой влетела под каменный свод пещеры и уже находясь внутри, щелкнула пальцами создавая небольшой огненный шарик, освещающий путь. Послушный воле создательницы, шарик летел, освещая дорогу на пару шагов вперед. Суфи хорошо видела куда летит. А вот демонам приходилось хуже. Поэтому, когда каменный свод пещеры, навис над ними, они достали из ручной клади, сваленной посреди ковра, приготовленные заранее факелы, и уже собрались их поджигать, когда грот, по которому они летели, исчез, и демоны вылетели во влажную звездную ночь.
  - Мы, что, опять в каком-то личном мирке, какой-то ведьмы? - недоуменно спросил Пэттон. - Снаружи же едва только полдень был.
  - Нет, - покачала головой Суфи. - Я бы почувствовала.
  - Присмотрись, это не звездное небо, - Освальт указал на стены. Они также мерцали миллионами огней, похожими на далекие звезды.
  - Тогда что это? - спросил Пэттон.
  - Думаю, светлячки, - блеснул знаниями Морган. - Мне уже доводилось видеть такое однажды. Но пещера была намного меньше, да и светлячков было всего ничего. А тут их так много, что потребуется несколько жизней, чтобы их сосчитать.
  "Вот бы Хлоя это увидела!" - подумал про себя Морган, но вслух заговорил о другом:
  - Дальше проход сужается и свет пропадает. Приготовьте факелы, и обратился к Суфи: - Посмотрите, пожалуйста, ковер сможет там пролететь, или лучше спешиться и идти пешком?
  Ведьма кивнула и быстро слетала в нужном направлении, разведывая, что там. Когда она вернулась, демоны как раз закончили зажигать факелы, и готовы были выступать.
  - Дальше проход сужается, но вы без труда пролетите, - доложила Суфи. - Пока ничего подозрительного я не заметила.
  - Тогда вперед, - принял решение Морган. Первой полетела Суфи, а за нею и демоны.
  
  ******
  В долине "Три дуба" подходил к концу очередной погожий денек. Все деньки в этой долине были погожими. Но этот день сильно отличался от другого. Сегодня взоры доброй трети населения долины то и дело обращались к солнцу, чтобы проследить его ход. Все с нетерпением ждали заката.
  - Розанна, милая, я больше не могу, - прошептал сквозь судорожную улыбку Бронвик. Он так устал, что не чувствовал ног, на которых целый день простоял. Его дорогая, любимая жена стояла рядом и уже даже рук не поднимала, чтобы помахать прибывающим.
  - Да сколько же народу живет в этой чертовой долине, - мученически пробормотала Розанна в ответ, даже не пытаясь улыбаться. Она так устала, что уже даже почти не говорила ни с кем. "Здравствуйте", "Проходите" - вот и все, чем она ограничивалась.
  - Я думал, что к вечеру гостей станет меньше, - вздохнул Бронвик. - Но их почему-то становится все больше и больше.
  - Чего ты хотел, милый, - притоптывая на месте, чтобы вернуть ногам чувствительность, пробормотала Розанна в ответ. - Ты устроил событие года. В нашей долине все охочие до таких представлений. И никто не хочет пропустить это зрелище.
  - Я всегда знал, что твоя мать меня ненавидит, - вздохнул Бронвик.
  - Ну, милый, - закатила глаза Розанна, потому, что её муж чинил свою тещу во всем плохом, чтобы с ним не происходило. - При чем тут мама?
  - Это все, - Бронвик обвел рукой дом и гостей, - её идея!
  - О чем ты? - удивленно спросила Розанна, но муж не успел ей ответить. Все вокруг начало неуловимо меняться: воздух наполнился озоном, как перед грозой, рядом начали появляться искры, а вскоре пространство стало искривляться. Прошло всего несколько мгновений, и все прекратилось, став прежним. Если не считать того, что мир вокруг выглядел странным. Розанна не могла отделаться от чувства, что смотрит на него через стекло.
  Повернувшись к мужу, она спросила:
  - Милый, ты ничего странного не заметил?
  Но там, где до этого стоял Бронвик, теперь стояла она же.
  - Это ещё что такое? - изумленно переспросила Розанна, и решила подойти и потрогать ту, кто стоит перед нею. Но сделав шаг, она уперлась в невидимую стену, твердую и на ощупь похожую на стекло. Незнакомка проделала все то же самое, что проделала и сама Розанна. И вид у неё был не менее изумленный и сбитый с толку.
  Розанна сделала шаг назад. Её копия сделала тоже самое.
  - Это что-то новенькое, - с любопытством оглядываясь вокруг, пробормотала она. Это явно было колдовство, но ей не приходилось слышать ни о чем подобном. Все живые создания куда-то исчезли, хотя пейзажи и кареты оставались точно там же, где были. Разве что краски казались немного более тусклыми, чем обычно. Ей снова пришла на ум ассоциация со стеклом.
  Желая разобраться в происходящем, Розанна повернулась и сделала несколько шагов в противоположную сторону. И тут она тоже уперлась в стену. Как по волшебству, с противоположной стороны возникла её точная копия. Как отражение в зеркале.
  Хвала всему сущему, голос виновницы происходящего зазвучал раньше, чем Розанна успела сломать себе мозг, размышляя над необычным заклятием:
  - Дорогие родители и уважаемые гости дома Уайли, - Хлоя говорила слегка запинаясь и делая паузы так, будто читала с листа. - Прошу вас не паниковать. Вы все под моим заклятием, которое я придумала и назвала "Калейдоскоп". Пока оно действует, вы все изолированы друг от друга. Вам ничего не грозит, поэтому не пытайтесь выбраться и для собственного блага не пытайтесь колдовать внутри, так как любое примененное вами колдовство будет направленно только на те объекты, которые внутри калейдоскопа. Если не хотите покалечиться или умереть, следуйте моим рекомендациям. Пока что это все.
  Бронвик и Розанна всегда были очень хорошей парой не только потому, что очень любили друг друга, но и потому, что у них были похожие интересы, похожие привычки и похожий образ мышления. Поэтому, услышав объявление дочери, они не сговариваясь, сняли свою обувь, сели на траву и с наслаждением вытянули многострадальные ножки, давая им отдохнуть. Оба были уверенны, что рано или поздно их кто-то спасет. А после этого их непослушная дочь сначала получит ремня, а потом мужа.
  
  ******
  
   Пролетев узкое место, путники вынырнули во тьму. Она обступала их со всех сторон и была такой плотной, что огненный шарик, сотворенный Суфи, мог освещать лишь дорогу лишь на несколько шагов вперед. Темнота была подобна огромному живому организму, который нехотя отступал под напором света. Все здесь - базальтовые колонны вдоль стен, кальцит, принимающий самые причудливые формы и даже сама тьма - все казалось, дышало первозданностью и нетронутостью. Как будто в незапамятные времена, когда эта пещера только появилась на свет, сюда пришла темнота и поселилась здесь навечно. А чтобы пещере не было одиноко, она начала создавать из кальцита причудливые цветы, снежинки, жемчужины и даже веточки. Пэттон из любопытства коснулся одной из них, и она тут же рассыпалась, утонув во тьме. Не осталось и следа от того, что здесь когда-то была веточка.
  - Интересно, если коснуться жемчужин на колонах, они тоже рассыплются? - как зачарованный глядя вокруг, спросил Пэттон. Ему никто не ответил. Демоны не могли отделаться от ощущения, что тьма наблюдает за ними, терпеливо ждет того мгновенья, когда свет отступит, оставит путников без защиты, чтобы... чтобы что? Напасть? Поглотить? Утащить в свои недра навсегда?
  Ни у кого не было ответа, но всем было не по себе.
  А ещё странный шум, который они слышали на подлете к пещере, становился все сильнее, чем дальше они продвигались.
  Когда Освальт заговорил, Суфи чуть не свалилась с метлы, а Пэттон чуть не упал с ковра:
  - Сначала я думал, что этот шум создают волны, - демон задумчиво всматривался во тьму. - Но чем дальше мы летим, тем яснее становится, что этот звук не естественного происхождения.
  Суфи подавилась матерными словами, а Морган осторожно спросил:
  - Что натолкнуло тебя на такую мысль?
  Освальт немного помолчал, затем объяснил:
  - Есть четкий, повторяющийся мотив, есть ритм, и звук слышится с разной силой. Кто-то там играет одну и ту же мелодию.
  Всем стало не по себе. Суфи подлетела ближе к ковру, Морган и Пэттон взялись за оружие.
  - Нужно погасить огонь, - проложил Освальт. - Пещера, в которой мы сейчас слишком большая, поэтому свет нас слепит и если в темноте кто-то прячется, то мы перед ним как на ладони.
  - Тогда мы ослепнем, - возразила Суфи. - Мы даже не будем видеть, куда летим.
  - Демоны хорошо видят в темноте, - возразил Пэттон.
  - Я ослепну, - перефразировала ведьма. - И не буду видеть, куда лечу.
  Морган посмотрел на неё:
  - Тогда нужно сделать так, чтобы в этой пещере негде было спрятаться не только нам! - демон вытер испарину со лба. Здесь было чертовски жарко. - Выможете сделать свой огонек больше, чтобы осветить всю пещеру?
  - Нет, - покачала головой Суфи и сделала пасс рукой. Огненный шарик с тихим шипением растворился, и ведьма исчезла во тьме. Некоторое время вокруг царила тишина, и Морган забеспокоился о бабушке своей суженной. Как бы он потом оправдывался перед Хлоей: она сама погасила свой огонь, и что там стало с нею не понятно? А острое демонское зрение не видит ничего дальше бликов факелов. Для того, чтобы демон хорошо видел в темноте, нужно собственно темнота.
  Но его опасения были напрасны. Он услышал голос Суфи, больше похожий на шипение:
  - Ай дебош террин!
  Если чернила смешать с водой, то первое время будет хорошо видны обе эти жидкости. Будет похоже, что они ведут между собою схватку. Но в этой схватке всегда, неизменно побеждают чернила, окрашивая воду в черный свет. Тут же все было наоборот - свет, сражаясь с тьмой, занимал её место. Некоторое время было видно щупальца мрака, которые будто врезались в освещенное пространство. Но это была агония. Огромное чудовище, окружавшее демонов и ведьму с того момента, когда они влетели во вторую пещеру растворилось, кануло в небытие.
  Ковер медленно плыл вперед, метла также по инерции летела в том же направлении, а их пассажиры как зачарованные смотрели вокруг себя. Никогда прежде никто из них не ощущал себя настолько... маленьким и ничтожным!
  У пещеры был сводчатый потолок. И он был так высоко, как будто его вытесали даже не великаны, а просто гиганты. Правильной формы шестигранные базальтовые колонны лишь укрепляли подозрения о рукотворном сотворении этой пещеры. Как будто неизвестные зодчие начали превращать эту пещеру в бальный зал, да забросили это дело. Россыпи кальцитов по всей пещере вызывали ассоциации с украшениями, забытыми в спешке.
  Хотя, кто может знать? Может, так оно и было?
  Монументальная красота, застывшая, замершая без единого движения, перед которой время почтительно присело в реверансе. Все вокруг было и живо и мертво одновременно.
  Даже не склонный к сентиментальности Освальт глядя вокруг себя, благоговейно прошептал:
  - Эсме тут бы понравилось...
  Его голос разрушил очарование момента. Все как-то разом сбросили с себя те путы, которые притягивали их взоры к каменным стенам и своду.
  - Нам нужно лететь вперед, - тряхнув головой, сказал Морган, и сам не узнал свой голос.
  - Да, - глухим эхом отозвалась Суфи. - Вперед.
  Морган посмотрел на неё. Ведьма тоже казалась раздавленной, как будто оставляет здесь что-то, без чего жизнь не в радость. И он понял, что она чувствует то же, что и он, да и Пэттон с Освальтом, судя по виду: что здесь, в этой пещере, можно исправить ошибку или исправить последствия неправильного выбора, что здесь не существует невозможного. Нужно лишь остаться здесь, нужно просто стать частью пещеры, еще одни причудливым кальцитом, на который наткнется через день, а может через тысячелетие какой-то путник, который забредет сюда случайно или в поисках сокровища.
  Соблазн был так велик! Но Морган и так прибыл сюда в поисках ключа к сокровищу. У его сокровища рыжие волосы, зеленые глаза, вздернутый носик и пухлые губки, которые так хорошо целовать!
  Его рука сама коснулась нагрудного кармана. Там лежало напоминание о том, ради чего все это.
  Неловко, словно делал что-то неправильно, Морган достал из кармана локон Хлои и посмотрел на него. Рыжие волосы будто горели в этом царстве серого и все ещё пахли ею - васильками и ромашкой. Запах уже стал слабый и едва уловимый. И все же, он вызывал в памяти воспоминания. Он видел Хлою так, как будто она стояла рядом: вот она улыбается, вот злиться, вот радуется, по-детски хлопая в ладоши. А вот смотрит на него, и взгляд юной ведьмочки полон любви...
  Аккуратно сложив локон назад в карман, Морган приказал:
  - Вперед! - и ковер поплыл вперед быстрее. Суфи, все с тем же апатичным и безрадостным выражением на лице, летела рядом, хоть и немного приотстала. Она как будто хотела остаться и сама не понимала, зачем летит дальше.
  Морган понял, что с нею:
  - Суфи, - как к ребенку обратился он к ней. - Это не по-настоящему.
  Ведьма подняла на него полные недопонимания глаза.
  - Я не знаю, что, - постарался объяснить демон, - может эти причудливые снежинки, цветочки, жемчужинки, а может и сама пещера, но что-то здесь заставляет вас чувствовать, что если остаться здесь, то что-то несбывшееся, что-то, о чем вы жалеете, сбудется. Или исчезнут последствия принятого вами неправильного решения. Что-то здесь обещает, что если остаться здесь, любая ошибка исчезнет. Но это все не по-настоящему. Вы знаете это. Нас здесь не место. Хоть что-то и пытается удержать нас тут, играя нашими чувствами, заставляя в разы острее сожалеть о несбывшемся.
  Умом Суфи понимала, что демон прав. Но чувство, о котором он говорил, никуда от этого не девалось. Сейчас ведьма чувствовала себя, как сильно уставший человек, которому до дома осталось всего ничего: ты понимаешь, что спать нельзя, что нужно идти вперед, но глаза сами закрываются, а сил переставлять ноги уже нет. Слова демона никак не повлияли на Суфи. Желание остаться в этой пещере было слишком велико. Но оно было не больше ведьминого любопытства.
  Искорка любопытства начала тлеть в Суфи практически с первых его слов, и почти сразу же превратилась в пожар. КАК он это все учуял? А главное: КАК он этому сопротивлялся?
  Интересного жениха оторвала себе Хлоя. Очень интересного. Может у него в роду были ведьмы?
  Расспросить Моргана она не успела. Освальт обратил внимание всех на то, о чем уже успели забыть:
  - Может это чувство как-то связанно с мелодией?
  - Я и забыл про неё, - пробормотал Пэттон, и попросил: - Летите без меня.
  - Слабак, - фыркнула Суфи, и приказала: - Подбери сопли, не то в жабу превращу! Будешь прыгать по болтам, пока тебя не поцелует красавица, или пока не сожрет цапля!
  Страх тоже неплохо разгоняет меланхолию и сожаления о том, что могло бы. Мысли типа "А что если бы...?", вытесняются яркими образами того, как ты зигзагами прыгаешь по болту, спасая свою жизнь от здоровенной голодной птицы.
  - В словах Освальта что-то есть, - вернул себе внимание Суфи Морган. - Я настолько привык к этой постоянной мелодии, что попросту перестал её замечать.
  - Нужно найти её источник, - кивнула головой ведьма, в знак согласия.
  Движение вперед возобновилось. Летели молча, говорить ни о чем не хотелось. Все чувствовали себя подавленно и устало, хотелось просто передохнуть. Но время шло и Морган неумолимо подгонял ковер. Инстинкт гнал его вперед, инстинкт, напоминающий ему о том, как сильно он любит красивую зеленоглазую ведьму с рыжим волосами. Если бы не это, то демоны с ведьмой могли бы и не добраться до дальнего угла пещеры.
  К этому моменту усталость была такая, как будто Морган с товарищами несколько дней к ряду летели на грифонах. Но когда перед ними появилась худая женская фигурка, прикрытая лишь длинными черными волосами, все немного оживились. Они сидела с низко опущенной головой, так, что лица было не рассмотреть, и играла на лютне. Эту мелодию все и слышали, пока летели.
  - Как-то это все странно, - подал голос Пэттон, вспомнивший, что очень не любит магию. - Откуда она тут?
  - Это та чародейка, про которую вы говорили? - осторожно спросил Морган, на всякий случай не делая резких движений.
  Суфи покачала головой:
  - Эжени ведьма, она рыжая.
  - Может её заколдовали? -влез в разговор испуганный Пэттон.
  Суфи несколько секунд сосредоточенно всматривалась в играющую на лютне женщину, затем зевнув, отрицательно покачала головой.
  - Как она тут живет? - спросил Освальт. - Сейчас пещеру освещает заклинание. Но все остальное время здесь кромешная тьма. Воздух затхлый, значит, выхода поблизости нет. Чем она питается? Почему одна? Почему голая?
  Его аргументы были разумными, но все так устали, что не было сил о чем-то думать.
  - Предлагаю подлететь поближе и присмотреться, - сделал это за них Освальт. Возражений не нашлось, поэтому Морган приказал ковру снижаться, а Суфи посадила метелку. Впрочем, далеко свои летательные принадлежности прятать никто не стал, ведь встреча могла закончиться как угодно.
  Путники подошли к играющей женщине и попытались заговорить с нею. Но та продолжала играть. Суфи отчаянно зевала. С каждым новым зевком она опасалась, что свернет себе челюсть.
  Никто не смог вспомнить, кто же сел на пол пещеры первым. Никто вообще особенно не помнил, как садился. После того, как они подошли к играющей на лютне женщине, все вспоминалось урывками: кто-то помнил, что они сидели, кто-то помнил, что ведьма зевала, что уснул Пэттон... В конечном счете уснули все.
  Зато все помнили, как проснулись. Внезапно, как от толчка и одновременно. И по пробуждению их ждало пренеприятнейшее открытие, так тонко подмеченное Пэттоном:
  - Нас связали!
  - Не может быть! - саркастично воскликнула Суфи. - Как ты догадался?
  Их связали попарно - спина к спине: Освальта и Моргана, Суфи и Пэттона. Демоны попытались разорвать странную, липкую веревку, но их усилия не увенчались успехом.
  - Бесполезно, - резюмировал в конечном счете Морган.- Суфи, может у вас что-то получится?
  - Я даже не знаю, какое заклинание тут поможет, - ведьма нахмурилась, пытаясь хоть что-то придумать.
  - Вы это слышите? - внезапно спросил Освальт.
  Все замерли, прислушиваясь. Сначала звук был похож на шуршание, затем царапанье, постепенно переросшее в мелкое перестукивание.
  - Что это, черт подери? - шепотом спросил Пэттон.
  Ответ выскочил на освещенный участок и на мгновенье замер, затем пополз дальше, перебирая десятью длинными и мохнатыми ногами. Морган и Освальт сидели так, что им в полоборота было видно это создание. Суфи сидела к нему лицом, а привязанный к ней Пэттон смотрел на стену и не видел, то, что видели остальные.
  - Это... - попытался обозначить то, что видит Морган и не смог.
  - Похоже на большого паука с женской головой, - помог ему Освальт. - Только зубы как у хищника - множество тонких и острых клычков.
  - Спасибо, - Пэттон был уже не рад, что спросил.
  - Это йорогумо! -испуганно воскликнула Суфи. - Я должна была догадаться!
  - Йоро...что? - спросил Морган.
  - Это призрак женщины, оставившей свое дитя на голодную смерть. После смерти она частично переродилась в паука, и ищет еду для своих детишек! -нервно ответила ведьма, дергаясь в тщетных попытках освободиться. - Если не найдет - то дети сожрут её саму.
  - Сожрут? - переспросил Освальт. - А где её дети?
  В этот момент йорогумо зависла над пленниками и Морган сиплым голосом пробормотал:
  - О, боги! Они у неё в чреве!
  - Она собирается выпустить их на нас! - немного визгливо воскликнула Суфи.
  - Теперь понятно почему отсюда никто не возвращался, - таким голосом, будто его только что осенило, сказал Освальт.
  - Сделайте что-нибудь! - крикнула Суфи.
  - Мы ничего не можем, - недовольно воскликнул Пэттон. - Веревки слишком крепкие...
  - Думаю, - глубокомысленно поправил его Освальт, - это не веревки, это её паутина...
  - Какая разница! - рыкнул Морган. - Как нам спастись?
  Брюхо йорогумо начало медленно раскрываться.
  Суфи испуганно закричала, не видящий ничего Пэттон подхватил, Морган закричал: "Заткнитесь!", и над всей этой какофонией прозвучал зычный и спокойный голос Освальта:
  - Дубинка, бей, паучат и паучиху!
  Послушная дубинка взвилась вверх с ковра-самолета и принялась молотить йорогумо и её детишек, выползающих из чрева.
  Морган, Пэттон и Суфи замерли, с замиранием сердца глядя на то, как дубинка одного за другим отправляет на тот свет детенышей, попутно раздавая тумаки их отчаянно визжащей мамаше.
  - Суфи, - спокойный, но твердый голос Освальта вернул ведьму в реальность. - Зажгите тот огонек, которым вы освещали себе дорогу, пока мы летели сюда, и пережгите паутину.
  На поле боя таким голосом командиры отдают приказы, те приказы, которые выполняют беспрекословно. Потому, что как правило, тот, кто так говорит, знает, что делает. Суфи коротко кивнула и выполнила приказ.
  - А-а-а! - заорал Пэттон.
  - Что случилось? - всполошился Морган, и предположил самое худшее. - Паучата?
  - Моя задница! - орал и пытался отодвинуться от ведьмы демон.
  - Ну, извини, - крикнула Суфи. - Я не виновата, что мы так сидим.
  - Пэттон, потерпи! - перекрикивая общий шум, приказал Морган.
  - Это не твою задницу тут поджаривают! - зло прорычал в ответ демон и, наконец, разорвал сдерживающие их путы. Пока Пэттон баюкал пострадавшую часть тела, Суфи вытащила из ножен Моргана кинжал и перерезала их веревки.
  Демоны тут же вскочили на ноги и как по команде посмотрели вверх. Дубинка уже разделалась не только с паучатами в чреве, но и с самим чревом, превратив его в кровавое месиво. Йорогумо отчаянно визжала, пытаясь уползти, но дубинка была неумолима.
  - Молодец, дубинка! - одобрительно крикнула Суфи.
  - А как её остановить? - спросил Пэттон.
  Повисла гробовая тишина. Первым отмер Морган:
  - Бежим.
  И показал пример, бросившись к ковру. Суфи свистнула, подзывая метлу и когда та подлетела, лихо на неё запрыгнула. Демоны быстро сели на ковер, и Морган скомандовал:
  - Летим вперед! Быстро!
  *******
  С тех самых пор, когда она поставила последнюю точку, создавая заклинание "Калейдоскоп", Хлоя мечтала увидеть его в действии. Конечно, ведьмочка сожалела, что сама не сможет его сколдовать. Но просто видеть, как твое творение оживает - само по себе уже награда.
  Хлоя свою награду позорно проспала.
  Когда сладкая парочка была уже готова начинать, Хлоя почувствовала, что устала. Магическое истощение давало о себе знать. Моргать становилось все труднее, хоть она и пыталась взбодриться. Но в какой-то момент веки отяжелели настолько, что Хлоя не смогла их поднять, и благополучно уснула. Проснулась она уже благодаря Сел. Сестра попросту растолкала её:
  - Хлоя! Хлоя! Да проснись же ты!
  - Я не сплю, - вяло огрызнулась она в ответ.
  - Оно и видно, - хмыкнул где-то в стороне Алекс.
  - Хлоя, мы сделали все, как ты велела, - медленно и громко, как будто говорила с глухим и умственно отсталым, сказала Селеста. - Как нам отключить твое заклинание?
  Хлоя слышала сестру, понимала, о чем та спрашивает, но отвечать было выше её сил, и пробормотав:
  - Потом, все потом, - девушка свернулась калачиком, засунула ручки себе под голову, и забылась крепким, здоровым сном.
  Селеста попыталась снова растолкать сестру, но не тут-то было. Алекс немного понаблюдал за бесплодными попытками, затем положил руку Сел на плечо, останавливая:
  - Оставь. Её сейчас и взрывом на ноги не поднять.
  - Но как нам отключить это заклинание? - нервно спросила Селеста. - Моя сестричка чертов гений. Эта штука...
  - Калейдоскоп, - поправил Алекс, но был проигнорирован:
  - ... сама себя подпитывает магической силой тех, кто заперт внутри. Она сама не отключится, пока источники энергии не передохнут.
  - Должен признать, - согласно кивнул Алекс, - у твоей сестры талант в создании заклинаний. Она продумала буквально все! И так творчески подошла к идее создания этого заклинания...
  - Как нам это произведение искусства остановить, пока никто не умер? - перебила его Селеста.
  - Просто, - успокоил её Алекс, и расплылся в улыбке: - Подождем, пока Хлоя проснется и скажет, как это сделать.
  Селеста прикрыла лицо руками. В этот момент она поняла, что если выйдет за него замуж, то Алекс однозначно впишется в её сумасшедшую и сумасбродную семейку.
  Глава 11
  Когда демоны и ведьма перелетели в следующую пещеру, на мгновенье им показалось, что они оказались в сказке. Пещера была ярко освещена, но не дневным светом. Посредине пещеры было большое озеро. Его поверхность не касалось даже легчайшее дуновение воздуха, поэтому путешественники, добравшиеся сюда, могли без препятствий рассмотреть разноцветные камни на его дне. При должной фантазии в том узоре, что они образовали, можно было рассмотреть и спящего дракона, и всадника, и причудливой формы дворец. А то, что камни, образовывающие эти удивительные картины, были расположены на разной глубине, лишь придавало образу объемности. Как будто неведомый скульптор решил запечатлеть свою любимую сказку, и для сохранности поместил её сюда, на самое дно этого озера.
  Озеро было не единственным украшением пещеры. Высокие своды подпирали мраморные колоны, а на стенах и на полу было много сталактитов и кальцитов по форме напоминающих фрукты, жемчуг или необычных, невиданных в этом мире, зверей. И все это, каждая стена, каждый завалящий кальцит, каждая скульптура их сталактитов или сталагмитов - все освещалось удивительным светом, окрашивающим стены в разные цвета радуги. Мир вокруг был настолько ярким, настолько сказочным, что вся четверка не сразу вспомнила, зачем вообще сюда прилетела. Красота этого места пленяла, восхищала, завораживала и лишала способности мыслить. Глядя на это великолепие, каждый невольно испытывал умиротворение. Фантазия присуща каждому мыслящему существу. Но красота этой пещеры не оставляла места фантазии. Никто даже под страхом смерти не смог бы придумать, как улучшить красоту этой пещеры. Да никто и не пытался. Все молча наслаждались тем, что видят вокруг, впитывая каждую минуту, каждое мгновенье, проведенное здесь. Нет слов, способных описать эту красоту. Поэтому демонам и ведьме останутся лишь воспоминания, в которые можно будет окунуться в минуты отчаянья и безысходности.
  Первой в себя пришла ведьма:
  - А вот это уже мир, созданный какой-то ведьмой, - сказала Суфи, и Пэттон с досадой ударил кулаком по коврику. Коврик тут же вильнул.
  - Эй! - неодобрительно окрикнул его Морган, и тут же приказал: - Держи себя в руках. Не то назад к Тормонту пойдешь пешком.
  Пэттон насупился, но промолчал.
  - Для создания всего этого использовались не такие уж и сложные заклинания, - продолжила Суфи. - А вот то, что встречалось нам раньше - это заклинания высшего порядка. Да и к тому же темная магия.
  - Черная магия? - переспросил Морган. - Как у Гризельды?
  - Я такими гадостями, как Гризельда никогда не занималась, - прервал их разговор возмущенный женский голос.
  - Знаю, - улыбнулась Суфи. - Тебя для этого слишком хорошо воспитали.
  Из-за одной из скал вышла очень красивая темноволосая женщина, с длинными густыми темно-каштановыми волосами, заплетенными в две косы. В каждую косу было вплетено по красной ленте, расшитой крупным жемчугом. На ней было удивительно чистое и даже не потрепанное платье. Как будто, узнав про гостей, незнакомка переоделась, чтобы их встретить. Только босые ноги - израненные и с огрубевшей от ходьбы по камням кожей - выдавали в ней человека, долгое время блуждающего в этом гиблом месте. Но больше всего Моргана поразило то, что у незнакомки были глаза разного цвета: один зеленый, другой голубой.
  - Как я рада тебя видеть, Суфи, - незнакомка подошла и сердечно обнялась со старой знакомой.
  - И я тебя, Эжени, - ответила взаимностью Суфи: - Не поверишь, но мы ищем тебя.
  - А вас... прислали мои родители? - с затаённой надеждой спросила Эжени.
  - Нас прислал Тормонт, - улыбнулась Суфи. Эжени не удержалась от вздоха облегчения. Суфи, как женщине были понятны страхи молодой чародейки. Она, наверное, уже потеряла счет времени и боялась, что любимый забыл её. Меньшее, что Суфи могла - успокоить бедняжку.
  - Как вы себя чувствуете? - спросил Пэттон.
  - Мы пришли за источником питания, - одновременно с ним сказал Морган, и тут же об этом пожалел.
  Повисла гнетущая пауза. Все буквально слышали, как разбиваются на куски сердце бедной чародейки.
  - Так... он прислал вас не за мной? - дрожащим от едва сдерживаемых слез голосом спросила она.
  Суфи попыталась исправить ситуацию:
  - Знакомься, Эжени, это Освальт и Пэттон, - она поочередно указала пальцем на тех, кого представляла, - а это - Морган Тэлбот из клана Тэлбот. Будущий муж моей внучки Хлои.
  - Хлои? - брови чародейки поползли вверх. - Но... но... Хлои?
  Суфи улыбнулась:
  - Да. И у него такта, как и у неё - то есть, ни на грамм, - ведьма взяла собеседницу за руку, и второй своей рукой принялась успокаивающе поглаживать её. - Ты должна поставить себя на место Тормонта: он долго работал с чародейкой бок о бок, и вдруг она исчезла. А вместе с нею и изобретение, которое может изменить судьбу не только всей долины, но и всего мира.
  - Но устройство не у меня, - разозлилась Эжени. - Оно осталось в доме Тормонта!
  - Источник питания? - на всякий случай переспросил Морган.
  - Да! - резко ответила чародейка и отвернулась, чтобы скрыть от всех набежавшие слезы.
  Суфи показала Моргану кулак, и беззвучно приказала "Заткнись!". Затем подошла к старающейся справиться со своими чувствами чародейке и мягко заговорила:
  - Эжени, послушай меня, - ведьма утешающе погладила её по плечу. - Ты должна понимать, что Тормонт не только мужчина, потерявший любимую, или изобретатель, потерявший ценное устройство, но ещё и старейшина долины. Поэтому он не мог просто послать кого-то за тобою. Существовала хоть и маленькая, но возможность, что ты перешла на сторону Гризельды...
  - Да никогда! - резко повернулась оскорбленная чародейка.
  - Я это знаю, - снова успокаивающе погладила её Суфи, - он тоже это знает. Но его должность обязывает быть осторожным. Поэтому, Тормонт послал к тебе Моргана и друзей под предлогом поиска устройства. Так или иначе, они нашли бы тебя, и так или иначе - не бросили бы тут.
  - Ты хочешь сказать, что он спасал меня? - шмыгнула носом чародейка и повернулась к Суфи.
  Суфи снова взяла её за руку:
  - Все это время, посылая сюда стольких наемников, он хотел одного - вернуть тебя домой.
  Эжени облегченно расплакалась. В этот раз демонам хватило ума промолчать и проявить терпение. Все как-то разом поняли, что бедняжка пробыла тут одна не день и не два. В тишине и одиночестве. Тут и с ума сойти не долго. Морган подумал о том, что бы сам чувствовал на её месте. Наверное, его поддерживала бы только мысль о том, что скоро его спасут, если не семья, то Хлоя точно. А что бы он ощущал, если бы месяцами никто так и не приходил бы? Сомнения. Так или иначе, они бы появились. Сомнения в том, придет ли за ним семья, любит ли его Хлоя. Суфи молодец. Она сразу все это поняла. А вот Моргану действительно стоило бы проявить больше понимания и такта.
  Когда чародейка успокоилась, Суфи предложила:
  - Пойдем искать выход?
  Чародейка тяжело вздохнула:
  - Я знаю, как безопасно добраться до выхода, и не одного.
  - Знаешь? - удивилась Суфи.
  - Да, - подтвердила Эжени. - Я давно их нашла.
  - Так почему ты ещё тут?
  - Понятия не имею.
  - Как это? - хором спросили демоны.
  Чародейка пожала плечами:
  - Не знаю, - но по взглядам, обращенным на себя, поняв, что такой ответ окружающих не устраивает, поделилась подробностями: - Я вижу выход, подхожу к нему, а потом меня ослепляет яркая вспышка, и я снова оказываюсь где-то в пещерах. И так каждый раз, к какому бы выходу я не подходила.
  Это был странный ответ, и демоны совершенно не представляли, как такое может быть. Поэтому дружно повернулись и посмотрели на Суфи. Она ведьма, и если кто и понимает, что тут происходит, то это она.
  - Заклятие лежит или на пещере, или на тебе, Эжени, - выдала самое разумное объяснение Суфи.
  - Это я уже и сама поняла, - закатила глаза чародейка. - Это все какое-то темное заклятие.
  - А что если мы теперь тоже не можем отсюда выйти? - задал нехарактерно разумный вопрос Пэттон. Все замолчали, оценивая перспективы, если это правда. Суфи думала о том, что если тут застрянет, то свихнется, или кого-то убьет. Демоны разлученные со своими суженными - плохая компания. Если её раньше не найдут и не вызволят родственники. Шансы есть только у Северуса. Он специалист по темным заклинаниям. Но пока все хватятся, что Суфи действительно пропала, да пока выяснят, куда в принципе могла податься... Суфи тоскливо оглянулась. Всю эту компанию ей захочется прибить максимум через неделю. Пэттон думал о родителях, которых больше не увидит, да о суженой, которую так и не найдет. Морган думал о Хлое и о том, что больше не сможет её обнять и защитить. А ещё думал о том, что будет, если он не появится сегодня до заката в доме семьи Уайли. Освальт подумал о том, что если застрянет тут, то Изи похудеет с горя. А она ему нравится такой, какая есть. Поэтому, почесав затылок, демон спросил:
  - И что будем делать?
  Этот вопрос заставил всех выйти из прострации и собраться. Откашлявшись, Морган предложил:
  - Предлагаю пойти к ближайшему выходу и там посмотреть, что происходит, и как с этим справиться.
  - Мне нравится этот план! - обрадовалась Суфи. - Веди нас, Эжени.
  Суфи подозвала метлу и запрыгнула на неё, в процессе её юбка немного задралась. Пэттон не смог удержаться от искушения, и пригнулся, чтобы заглянуть под неё. За что и схлопотал увесистый подзатыльник от Моргана. Не выказывая признаков раскаянья или смущения, Пэттон галантно помог чародейке устроиться на ковре.
  - Горбатого только могила исправит, - вспомнил старую человеческую пословицу, слышанную им когда-то в Форсификее Морган, и тоже залез на ковер. Наконец, свое место занял и Освальт, и ковер двинулся вперед. В этот раз процессом руководила Эжени. У демонов появилась возможность оценить, насколько пещеры огромны. Они летали по ним на не маленькой скорости не меньше часа, пока перед ними не замаячил свет выхода.
  Эжени остановила ковер-самолет на приличном расстоянии от появившегося зева выхода.
  - Хвала небесам! - воскликнула Суфи.
  - Хвала предкам, - обрадовался Морган. Пэттон поддержал его, а Освальт радовался молча.
  - Думаю, - сказала Эжени, - будет лучше, если я пойду первая. Так вы сможете увидеть, что происходит, и, возможно, мы придумаем, что делать дальше.
  Предложенная ею идея была молчаливо одобрена. И под такое же молчаливое одобрение чародейка спустилась с ковра и пошла по направлению к выходу. Все было в порядке, пока она не подошла к границе, отделяющей сумрак пещеры от света дня.
  - Обычно это вспышка появляется, когда я пытаюсь пересечь эту черту, - на всякий случай предупредила она напряженно наблюдающих за нею демонов и Суфи.
  Набрав побольше воздуха в грудь, Эжени сделала шаг вперед и её ослепила яркая вспышка.
  За каждым шагом и за каждым движением чародейки напряженно следили её спутники. Вот она делает шаг из пещеры, пересекает условную черту из тьмы пещеры и света погожего летнего дня за пределами этого каменного лабиринта, и как только небольшая босая ножка коснулась каменистой почвы, вокруг девушки поднялся сильный ветер, взметнувший вверх пыль, мелкие камни и случайно попавшие сюда листья и веточки. Ветер стал таким сильным, что вокруг Эжени буквально появился столб пыли, скрывший её от всего мира.
  - Нужно её спасать! - прикрываясь от летящих в их сторону и хлестко бьющих по лицу мелких камней и пыли, крикнул Морган.
  Суфи сняла свою шляпу и, прикрывая ею, лицо от пыли, летящей прямо в глаза, из-за чего те жгло и хотелось тереть, пока они не повылезают, и мешающей дышать, велела:
  - Никому не с места! С вами может случиться то же самое!
  Возражения застряли у Моргана в горле. Все его естество рвалось туда, на помощь товарищу. Демоны своих не бросают! Но в то же время он понимал и принимал доводы ведьмы. Это магия, а не драка или война. Демоны сталкиваются с нею редко, да и то, не в таких масштабах. Откуда им знать, что будет, если сейчас вмешаться? А вдруг, помимо того, что они сами окажутся под воздействием этого же заклятия, Эжени будет причинен дополнительный вред?
  Морган решил довериться единственному эксперту по магии, который бел среди них - Суфи.
  Постепенно ветер стал стихать и пыльный столб развеялся, явив миру то, во что превратилась чародейка.
  - Это же... - Пэттон одной рукой вцепился в Освальта, а другой тыкал прямо перед собою. Морган его понимал. Он и сам испытывал большое искушение поступить также, но удержался. Вместо этого он хмуро и почти обреченно таращился перед собой.
  - Невероятно, - почти благоговейно прошептала Суфи.
  - Что нам делать? - испуганно зашептал Пэттон. Его испуга граничил с паникой.
  - Подожди, - раздраженно отмахнулась от него Суфи. - Ты видишь, что я ещё не в состоянии что-то придумать? Я ещё на стадии: "Какого ежа!".
  - Я так и думал, - удовлетворенно сложил руки на груди Освальт и, заметив, какими красноречивыми взглядами на него смотрят товарищи, пояснил: - Я заподозрил, что если чародейка сама не превращается в огра, то точно с ним связанна, как только увидел её.
  - Да что тебя натолкнуло на эту мысль? - воскликнула Суфи обиженно. - Я ведьма со стажем и то ничего такого не заподозрила!
  В ней говорила уязвленная гордость. И лучше бы она говорила по тише, потому, что её возглас привлек внимание огра и тот бросился в их сторону.
  - У огра глаза разного цвета, - невозмутимо ответил на вопрос ведьмы Освальт. - У чародейки тоже.
  - Что нам делать? - снова с надеждой спросил Пэттон. - Не можем же мы её убить?! То есть можем, конечно же... Но не можем же!
  Путанное объяснение поняли все: они знают способ уничтожить огра, но чародейка нужно им живой и здоровой.
  Освальт взял в руки цепь, данную в дорогу Тормонтом, и показал Моргану. Тот понял его без слов. Спрыгнув с ковра самолета, они побежали прямо к стремительно приближающемуся каменному монстру. Освальт бросил Моргану второй конец цепи, и они разбежались в разные стороны. Огр остановился, глядя на разбегающуюся в сторону будущую еду, и мешкая, пока решал, кого схватить. У демонов перед ним было преимущество - они были быстрыми и работали слажено: Освальт поднырнул под правую руку неповоротливого чудовища, Морган под левую. Затем, карабкаясь по огру, как по скале, Освальт залез на его плечи, и перекинул свой кусок цепи. Суфи поняла, что делают демоны, и, подлетев к огру крикнула, отвлекая его внимание от демонов:
  - Эй, сюда! Каменная ты задница!
  Пэттон тоже понял, что делают товарищи, и, летая на ковре туда-сюда, отвлекал внимание огра:
  - Нет! Сюда! Поймай меня, если сможешь!
  Морган воспользовался случаем и кинул свой кусок цепи Освальту, а сам прокатился у огра между ногами, и схватил цепи уже с этой стороны. Освальт тут же спрыгнул с плеча и схватил из рук друга свою часть цепи. Теперь пришла очередь Пэттон и Суфи:
  - Свяжите ему руки! - Морган бросил Суфи и Пэттону по куску цепи, пока Освальт кидал в каменного монстра камнями. Точнее, кидал по его глазам, чтобы наверняка привлечь его внимание.
  Суфи и Пэттон несколько раз облетели огра, двигаясь в разных направлениях, затем они зависли рядом и Освальт с Морганом запрыгнули на ковер самолет. Суфи бросила им свой конец цепи, и, приложив все свои силы, три демона потянули, стягивая цепь. Огр сопротивлялся, он пытался разорвать свои путы, пытался вырваться. Суфи пришлось немного поколдовать, чтобы демоны не двинулись с места, увлекаемые необыкновенно сильным противником. Однако сила одного огра оказалась меньше, чем сила троих демонов. В итоге, они все же стянули цепь и обездвижили его. А Освальт закрепил цепь так, как показал Тормонт.
  Даже связанный, огр пытался убежать.
  - Нужно его свалить! - перекрикивая крики каменного чудища, предложил Морган, потому, что держать его на месте уже не было сил. Суфи перестала колдовать, чтобы удерживать их на месте, и демоны по инерции полетели вперед. Но, что намного важнее - она наколдовала сильный воздушный удар и огр, закачавшись, упал на спину.
  После этого Суфи ещё немного поколдовала, и к тому моменту, как демоны стали на ноги, в пещере уже царила тишина, хотя лежащий на спине и дрыгающийся огр продолжал открывать рот, в беззвучном крике.
  - Отлично, - первым вскочил на ноги Пэттон. - А дальше что делать будем?
  - Кажется, я поняла, что тут происходит, - сказала Суфи, и её тон не сулил ничего хорошего. - Какой-то очень сильный темный колдун запер тут Эжени. Чтобы до неё не добралась спасательная операция, в пещерах расставлены ловушки и рассажены чудовища, вроде той же йорогурумо. А чтобы она сама не нашла выход, на неё наложили черное заклятье, о котором бедняжка даже не догадывается. Как только она делает шаг за пределы пещер Хёльн, тут же превращается в каменного огра. И даже не помнит этого.
  - А если ей не пересекать границу? - спросил Морган. - Откройте портал, вроде того, каким Хлоя приходила ко мне, когда мы сражались с вендиго и заберем Эжени с собой.
  - Не сработает, - покачала головой Суфи. - Не важно, каким способом, важно то, что Эжени покинет пещеру. Вне её пределов чародейка может быть только огром. Нужно снять заклятие.
  - Вы знаете, как это сделать? - спросил Освальт.
  - К сожалению, нет, - вздохнула Суфи. - Это черная магия высшего порядка. Я её понимаю лишь отчасти. А о том, чтобы снять такое заклятие даже и речи быть не может, - и внезапно обрадовалась: - Но я знаю того, кто может!
  - Да? - обрадовался Морган.
  - О, да! - заверила его Суфи, и добавила, как бы извиняясь: - Черная магия, конечно, не основной его профиль, но Северус здорово в ней понимает.
  - А какой у него основной профиль? - поинтересовался Пэттон.
  - Вообще Северус некромант, - объяснила Суфи. - Но он безумно талантлив и, повторюсь, среди моих знакомых нет никого, кто бы так хорошо понимал в черной магии, как он. Поэтому, Морган, сейчас я открою проход, а ты отправишься к нему.
  - Один? - немного удивился Морган. За последние несколько дней он так привык к тому, что Освальт и Пэттон рядом, как иные привыкают к мечу или к одинаковой прическе. И сейчас сама мысль о том, чтобы отправляться дальше без них, заставляла его чувствовать себя практически голым.
  - Кто-то должен остаться тут со мной для охраны, - пояснила Суфи.
  - Хорошо, - согласился с разумностью этого решения Морган.
  Суфи присела, начав чертить своим посохом какие-то письмена:
  - Я открою для тебя портал, а обратно тебя отправит Северус. Главное, скажи, что ты от меня и что мне нужна помощь. Все понял?
  - Да! - коротко кивнул Морган.
  - Стань сюда, - указав на центр пентаграммы, велела Суфи и демон повиновался.
  Ведьма нарисовала последний знак, пентаграмма вспыхнула голубоватым светом, и Моргана на мгновенье ослепило, а в следующий момент он понял, что находится уже не в пещере. Об этом говорил вечерний сумрак и зубастая тварь с серой шкурой, прыгающая на него, чтобы перегрызть глотку. Все происходило так быстро, что Морган просто не успевал отреагировать. Единственное, что он смог - это поднять руку, защищая лицо. Хотя, с таким набором зубов, который красовался в пасти той твари, демон вряд ли мог что-то защитить - у него было больше шансов остаться без руки.
  Морган уже ощущал горячее зловонное дыхание твари, в голове мелькнули воспоминания про семью и Хлою, сожаления, что ни с кем не успел попрощаться. Как вдруг огненный шар буквально снес серого хищника, спасая его.
  Демон осторожно убрал руку от лица, оглядываясь в поисках опасности. В его сознания моментально ворвались звуки и запахи - воняло горелой плотью, жженной шерстью, сырой землей, поминутно что-то вокруг взрывалось, мимо пролетали огненные шары, смешались крики и вой.
  В первые секунды Морган был растерян дезориентирован. Он никак не ожидал, что Суфи пошлет его в самую гущу боя. Гигантские пауки и огромные серые твари, того же рода и племени, что и атаковавшая его несколькими секундами ранее, имея численный перевес, нападали на разрозненные кучки обороняющихся в черных и серых плащах, пытаясь задавать числом. Среди обороняющихся были разнообразные демоны, ведьмы, которых он опознал по рыжим волосам и остроконечным шляпам, и другие личности, которых ему не удалось распознать. Ведьмы колдовали, демоны сражались в рукопашную - все вокруг буквально кипело.
  - Не стой! - рыкнул на него спаситель. - Делай что-нибудь, не то тебя убьют!
  Дважды повторять не пришлось. В несколько мгновений Морган принял боевую трансформацию, и ринулся в бой, выбирая себе в противники зубастых серых тварей и попадающихся под руку больших пауков. При этом он не забывал, зачем вообще сюда попал. Выглядело это приблизительно так: подрался с парочкой серых тварей, поймал первого попавшегося демона или колдуна и спросил: "Северус?". Вопрос короткий, но ёмкий. Те, кого он допрашивал либо кивали головой, либо указывали направление, где его искать. Для Моргана оставалось загадкой, как именно они догадывались, какого Северуса он имел в виду. Видимо, имя не такое уж распространенное. Или Суфи отправила его к очень и очень сильному колдуну, чья слава бежит впереди него. Оставался ещё вариант, что он тут главный, но Морган его всерьез не рассматривал - лидера незнакомому демону никто бы не выдал. Указать могли либо на единственного, не особо важного в этой бойне Северуса, либо на того, кто мог за себя постоять.
  Все эти размышления пронеслись в голове демона, пока он методично прокладывал себе дорогу в сторону рыжей макушки, мелькающей в самой гуще сражения, на которую ему казал зеленокожий демон. Видимо, рыжие волосы это национальная черта всех колдунов. Вокруг этого конкретного колдуна постоянно все взрывалось. Морган быстро понял, что у этого Северуса такая тактика боя - после каждого взрыва вокруг него образовывался хороший такой просвет. Впрочем, свято место пусто не бывает, и просвет быстро заполняли пауки или твари. Поэтому посох в его руках не знал покоя, отправляя огромные огненные шары в разные стороны.
  Морган выждал удобного случая, когда просвет оказался максимально близко к самому колдуну, и прыгнул в него. Отражая атаки серых тварей, которых на этом участке боя оказалось больше чем там, где открылся портал, он крикнул:
  - Северус! Меня прислала Суфи! Ей нужна твоя помощь!
  - Я тут как бы занят! - огрызнулся тот, сосредоточенно отстреливаясь от серых тварей.
  - Я... все... понимаю... - Морган разорвал пасть хищнику, оказавшемуся последней преградой между ним и колдуном, и, подойдя ближе, стал с ним спина к спине. - Но Суфи грозит смертельная опасность...
  Моргану показалось, что он слышит скрежет зубов, даже сквозь пелену шума, окутывающую его отовсюду.
  - Да ей всегда грозит опасность! - Северус был сильно зол, раздражен, и озлоблен. - И всегда смертельная! Но конкретно сейчас мне некогда с этим разбираться! - его посох мелькал вокруг и кажется, огненные шары стали больше и мелькали чаще. Морган прикрывал его спину, потому, что колдун, кажется, забыл про свой тыл из-за негодования. - Меня тут пытаются убить и сожрать волкодлаки. Или просто убить пауки.
  Младший сын Фионы и Хукса Тэлбота не был дураком. Поэтому быстро сообразил, что если так пойдет дальше, то к Хлое он точно не успеет. Нужно было что-то с этим делать.
  В данных обстоятельствах нельзя было бы ждать от Северуса, что он все бросит и с горящими от энтузиазма глазами бросится разбираться с темным заклятием. Тем не менее, демон не терял надежды договориться и решил попробовать убедить его:
  - Послушай, ты меня не знаешь, но от тебя зависит не только жизнь Суфи, но и моя! Меня зовут Морган Тэлбот из клана Тэлбот...
  - Тэлбот? - переспросил Северус, одним шаром убивая двух волкодлаков. - В долине нет такого клана. Откуда ты?
  - Я родом из Кестекера, - пояснил Морган, перехватывая прыгнувшего на него волкодлака в полете и сворачивая ему шею. - Во время махвана я увидел свою суженую - она живет в долине. Чтобы мне попасть в долину, нужны пропуски. У меня уже есть один, нужны ещё два. Второй мне даст Тормонт, если я приведу Эжени Молдер домой живой и невредимой. Она темным заклятием заперта в пещерах Хёльн. Как только она пытается от туда выйти - тут же превращается в каменного огра. Суфи сейчас в пещерах с этим монстром и с моими товарищами...
  В этом месте Морган вынужден был прерваться: один из пауков оказался опасно близко и пришлось срочно принимать меры. Схватив ближайшего к нему волкодлака за лапу, демон со всей силы ударил им, как битой по пауку, переворачивая его, а вторым ударом размозжил пауку брюхо, а своей импровизированной бите - голову. Какой-то волкодлак прыгнул на него сзади, почти сбив с ног своим весом и вцепившись в плечо. Взревев, демон схватил его за загривок и, перекинув через себя, растоптал голову. В этот момент ему надоело цацкаться со всеми, надоели задания, ловушки, вся эта магия-шмагия. Как будто укус твари, о существовании которой он ещё полчаса назад не знал, стал той каплей, которая переполнила чашу и гнев полился через край. Во время боевой трансформации Морган становился выше и шире в плечах, его сила увеличивалась во много раз, так же, как и скорость и выносливость. Во рту появлялись клыки, на руках отрастали похожие на небольшие, но очень острые ножи, когти. Демон в боевой трансформации превращается в машину убийства - безжалостную и кровожадную.
  И эта машина обрушила весь свой гнев на поле сражения.
  Морган вырывал зубами глотки нападающим тварям, вспарывал им животы зубами, мгновенно перемещался с места на место в поисках новой жертвы. Пауки его почти не интересовали, ведь они большие и не такие маневренные, как волкодлаки. Вот эти серые твари старались задавать его числом. Но они уступали ему в скорости, в зубастости и в когтистости. И однозначно уступали ему в злости. Злость была тем костром, из-за которого начался тот пожар, в котором сгорали враги.
  Скольких же он убил? Морган не считал, не смог бы. Он и думал с трудом - им руководили инстинкты.
  Впрочем, демон не сожалел ни об одной жизни, оборванной им сегодня. Сожалел он разве только о том, что топливо быстро закончилось - злость иссякла, и на её место пришла опустошенность. Боевая трансформация постепенно схлынула. Долгое время тело Моргана работало на пределе, и сейчас ему требовалось время, чтобы восстановится. Если бы сейчас хоть один волкодлак или паук решил его убить, то у него не хватило бы сил дать отпор. Но, странное дело, враги не нападали.
  Морган принялся удивленно осматриваться, когда рядом прозвучал скучающий голос:
  - Наигрался?
  Демон нашел взглядом говорящего - это был стоящий посреди пентаграммы Северус. Колдун со скучающим видом опирался на палку. Но как только он понял, что Морган больше не собирается никого убивать, то все его расслабленность и скука растворились, как будто их не было и вовсе. Ударив по центру пентаграммы посохом, Северус начал нараспев читать заклинание на незнакомом для Моргана языке, и постепенно все линии засияли красным светом. В то же время повеяло холодом и убитые им ранее волкодлаки и пауки начали мелко подрагивать.
  Превозмогая слабость Морган, встал и подошел к Северусу, готовясь защищать его, если что. Как оказалось, тревожился он зря - у колдуна все было под контролем. Мертвые волкодлаки и пауки начали медленно подниматься на ноги. Какая-то минута и вокруг стояло уже небольшое войско из этих мертвых монстров. При всем желании демон не смог бы одолеть их. И хвала всему сущему не пришлось.
  Северус поднял руку и скомандовал:
  - Маталос!
  И все это небольшое мертвое войско бросилось нападать на своих живых собратьев, убивая, разрывая их на части.
  - Невероятно, - благоговейно пробормотал Морган и обернулся к колдуну.
  - Обычно говорят ужасно, - невесело усмехнулся Северус. Его лицо выглядело бледным и осунувшимся, и вообще казалось, что он словно в одно мгновенье постарел. Серо-зеленые глаза выглядели выцветшими и совсем не подходящими этому лицу - как две бледно зеленые пуговки среди черных. Руки колдуна мелко тряслись, хоть он и пытался скрыть это вцепившись в посох.
  Морган сделал шаг вперед:
  - Тебе нужна помощь?
  - Это ТЕБЕ нужна помощь, - выразительно ответил Северус, не отпуская посох и не выходя из пентаграммы, - раз пришлось взять с собой в путешествие Суфи.
  - Не так все плохо... - попытался заступиться за свою будущую родственницу Морган.
  - Нет? - удивился Северус. - Она пока никуда не сворачивала с прямой дороги? Из любопытства не втягивала вас в ненужные приключения и не подвергала ваши жизни опасности?
  В этот раз демон благоразумно промолчал. Колдун тоже улыбнулся, хотя его усмешка говорила за него. И в этой усмешке читалось: "так я и думал!".
  Не желая развивать эту тему в этот момент, Морган постарался сосредоточить беседу на своих насущных потребностях:
  - Северус, - с мольбой обратился он к колдуну, - ты должен нам помочь. Если не ради Суфи или меня, то хотя бы ради Эжени Молдер. Она превращается в каменного огра и даже не знает об этом. Она уже несколько лет заперта в этих пещерах и не знает ни что её ждет в будущем, ни за что бедняжку туда упекли...
  Колдун слушал его с веселой усмешкой, и, в конце концов, не выдержал:
  - Ты что, пытаешься надавить на жалость некроманта? - он заливисто расхохотался, запрокинув голову, и его рыжие волосы при этом начали смешно топорщиться. Немного успокоившись, Северус умиленно спросил: - Где тебя Суфи только откопала?
  Морган собрался было возразить, что откопала его не Суфи, а Хлоя. Да и вообще, он сам нашелся. Если можно так назвать его появление в комнате Хлои во время махвана. Но Северус не дал ему вставить ни слова. Успокоившись, он добродушно сказал:
  - Ладно, сейчас разберёмся. Расскажи подробно обо всем, что там происходило. Не упускай ни одной детали, это важно.
  Морган добросовестно выполнил просьбу и рассказал все настолько подробно, насколько мог. Иногда Северус задавал уточняющие вопросы, иногда прерывал демона и, говоря, что это не важно, приказывал говорить дальше. В общем, почти час времени был потрачен не зря, так как в конце беседы колдун удовлетворенно кивнул головой и сказал:
  - Я знаю это заклинание. Оно не такое уж сложное и не такое уж легкое. Оно называется Джотан Митен Астве...
  - Я прошу прощения, - перебил его Морган. - Я знаю, что мой вопрос не вовремя, ты мне просто объясни, как вы придумываете названия своим заклинаниям и ритуалам?
  У Северуса брови поползли вверх, и Морган решил уточнить свой вопрос:
  - Я за последние несколько дней столько этих названий наслушался... а ещё вы постоянно произносите слова на непонятном мне языке, когда колдуете. Вот мне и стало интересно вы все эти слова и названия от балды придумываете? То есть, называете, как кому в голову придет? Или есть какой-то язык, которым вы пользуетесь?
  Северус решил утолить его любопытство:
  - Ну, что ты! Нет, конечно, - и поудобнее перехватив посох, продолжил: - Сейчас новые заклинания не создаются. Почти все, что мы используем уже было придумано задолго до нас. Мы можем вносить изменения в уже существующее заклинание, можем его усовершенствовать или создавать что-то свое на основе того, что уже существует, и для этого используем тот язык, на котором было написано оригинальное заклинание. А оригинальное заклинание написано на том языке, на котором говорил его автор.
  По выражению лица Моргана Северус понял, что демон совершенно ничего не понял, и попытался объяснить по-другому:
  - Ну, вот смотри. У тебя дома ведь пекут хлеб?
  Морган утвердительно кивнул.
  - Так же как и в любой другой части Кестекера, так же хлеб пекут и в Форсификее, - продолжил Северус. - В Форсификее в него добавляют томаты или свежую зелень. В Галисеи - еще одной стране, с которой граничит Форсификея - туда добавляют мед. У каждой страны... да что там страны! В каждом доме есть свой рецепт выпечки хлеба! Какая-то хозяйка будет делать тесто пышнее, какая-то не будет солить. Но попробовав кусочек хлеба, ты всегда поймешь, что это хлеб, а не пирог или что-то ещё. Понимаешь, о чем я?
  - Да, - кивнул Морган.
  - С заклинаниями точно так же, - вернулся к рассказу Северус. - Можно добавлять томаты ли соль, но ты всегда будешь знать, что перед тобою. Теперь ты понял?
  - Кажется, да, - усмехнулся Морган. - Оказывается, магия не так уж сложна. Чтобы уметь колдовать не нужно изучать бесчисленное количество заклинаний. Достаточно выучить основы, а потом только учить чем одно заклинание отличается от другого.
  - Да, - согласился Северус и тут же сам себе возразил: - но нет.
  - Как это? - совершенно сбился с мысли демон.
  - Кроме собственно заклинания имеет значение и ритуал, и используемые в ходе ритуала материалы, и даже то, в какую фазу луны произносится это заклинание, - попытался объяснить Северус, но быстро сдался: - Короче, во время колдовства слова не самое главное. В магии на окончательный результат, который ты получишь, влияет множество переменных, и искусство мага в том, чтобы все предусмотреть. Как это делаю я, создавая зомби из убитых волкодлаков, чтобы они дрались за нас, или когда убиваю врагов файерболами...э-э-э... - тут же исправился он, видя, что последнее слово демон не понял - огненными шарами!
  - Кстати, ты здорово бросаешь их во врагов! - не упустил случая выразить свое восхищение Морган. - Где ты этому научился?
  Северус широко улыбнулся в ответ:
  - Скажем так - пока я жил в родительском доме мне приходилось часто практиковаться.
  
  
  
  
  
  

Популярное на LitNet.com L.Wonder "Ветер свободы"(Антиутопия) Архимаг "Нуб и Олд. E-Revolution"(ЛитРПГ) В.Гордова "Во власти его величества"(Любовное фэнтези) М.Олав "Мгновения до бури 2. Темные грезы"(Боевое фэнтези) С.Панченко "Warm"(Постапокалипсис) К.Вэй "Меня зовут Ворн"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) А.Алиев "Леший. Путь проклятых"(ЛитРПГ) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) А.Квин "У тебя есть я"(Научная фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru Волчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиНарушенное обещание. Шевченко ИринаМаг и его тень (Темный маг - 2). Валерия ВеденееваПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаЛили. Сезон первый. Анна ОрловаНедостойная. Анна ШнайдерПорченый подарок. Чередий ГалинаКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова ДанаПеснь Кобальта. Маргарита ДюжеваЗаписки журналистки. Сезон 1. Суботина Татия
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"