Генис Давид Ефимович: другие произведения.

Заметки врача: сорок лет в пустынях Казахстана. Глава 15

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Глава 15. Болезнь древняя, но позиции не сдает


   Заметки врача: сорок лет в пустынях Казахстана. Глава 15
  
   Давид Генис
  
   Глава 15. Болезнь древняя, но позиции не сдаёт...
  
   В свидетели призываю Я на вас сегодня
   Небо и Землю - жизнь и смерть предложил
   Я тебе, благословение и проклятье, - избери же
   Жизнь, чтобы жил ты и потомство твое.
  
   Тора, Книга Дварим (Второзаконие).
  
   Давид, разберись с ней...
  
   Всё хорошее когда-нибудь кончается. Завершилась и моя студенческая жизнь. В августе 1955 года, с официальной бумагой в руках, в белом чесучевом костюме (был когда-то такой модный материал), я пришел в Отдел здравоохранения Сырдарьинского района Кзыл-Ординской области. Здесь меня уже ждали. Познакомился с коллективом райздравотдела и районной санэпидстанции. Отметили это очень важное событие. Всё, как было положено.
  
   И сразу же столкнулся с малярией. Наш заведующий райздравотделом Алексей Семенович Алексеев, окончивший Алма-Атинский мединститут на год раньше меня, поднимая первый тост, сказал:
   - Вот, Давид, наши тут с малярией воюют, разберись с ней.
   - Конечно, разберусь...
   - Забудь о том, что ты вчера был студентом. Сегодня ты главный врач районной санитарно-эпидемиологической станции, главный санитарный врач сельского района.
   У вас тут есть противомалярийный пункт. Наш район территориально очень большой, водоемов навалом, комаров тоже. Сам понимаешь, значит, есть чем тебе заниматься.
   Так что будь серьезным.
   - Понимаю. Уже стал серьезным...
  
   Старая "знакомая" - малярия
  
   В военные и первые послевоенные годы в Кзыл-Ординской области страдали от малярии до тысячи человек ежегодно. Это - по официальной регистрации. Сколько было больных на самом деле, гадать не приходится, если учесть тогдашнее состояние и возможности сельского здравоохранения. "Лихорадка трясёт", говорили больные и их родственники. Чуть не в каждый дом эта лихорадка входила без спросу. Так и мой двенадцатилетний братишка Борис в 1948-м от неё из жизни ушел...
  
   Так что, малярия подлая - старая знакомая... Сколько крови она людям попортила. В буквальном смысле. Ибо малярийные паразиты (плазмодии) проникали в эритроциты,
   там многократно делились, затем разрушали изъеденные ими изнутри эритроциты и самым нахальным образом вываливались в десятикратном числе в ток крови. Здесь
   опять проникали в другие эритроциты и всё повторялось. Приступы, приступы...
  
   Сколько же было в крови этих паразитов? Подсчитайте сами. В капле крови, взятой
   из пальца, их могли быть десятки и сотни. Разрушалась кровь (эритроциты), нарастало малокровие, слабел больной. Не жилец на этом свете человек без крови...
  
   Старшее поколение, особенно те, кто жил в южной и умеренной зоне нашей страны, хорошо помнит эту тяжелую изнурительную и длительную болезнь. С ног сбивали её приступы, эти изматывающие лихорадки, когда температура подскакивала до сорока и выше градусов. И больной, будто кинутый в топку паровоза, метался, не находя себе места от тяжелого нестерпимого жара и раскалывающей головной боли. И дикий озноб перед этим, когда больного буквально подбрасывало на кровати, и зуб на зуб, в самом прямом смысле, не попадал.
  
   И умирало от нее немало людей. Да и сейчас, уже в ХХI веке, ситуация не намного лучше. Ежегодно в мире заболевают малярией миллионы. Так, в 2008 году в мире было зарегистрировано 247 миллионов заболевших. А сколько еще осталось вне регистрации? Более миллиона - гибнут. Цифры, которые даже в голове не укладываются. Ведь - миллионы... Но и этого, оказывается, мало.
  
   Журнал Science сообщил, что, по данным американских ученых, заболеваемость малярией в Африке способствует распространению СПИД. После приступа малярии концентрация вирусных частиц (ВИЧ-инфекция) в крови зараженного человека в семь раз возрастает и держится несколько недель. Конечно, такой интенсивно зараженный человек становится особо опасным как источник заражения других людей. Такое
   неожиданное переплетение смертельной болезни и "любви"...
  
   Вернусь в давние советские времена. В стране везде действовали специальные медицинские учреждения, называли их противомалярийными станциями. В Кзыл-Орде в 1935 году со штатом 10 должностей была организована областная противомалярийная станция. В разные годы этой станцией заведовали фельдшер И. П. Денисов, биолог
   Л. Погребинская, врачи Ю. А. Ким, Т. И. Захаркина и Ф. Чун Сюн. В ее подчинении было и несколько районных филиалов, или "малярпунктов". В теперь уже ставшим и "моим" Сырдарьинском сельском районе тоже был такой пункт.
  
   Медицинские работники пунктов ходили по домам, выявляли и лечили больных, и еще проводили так называемую "химиопрофилактику": раздавали лекарства в очагах болезни здоровым или недавно переболевшим людям, пытаясь предупредить рецидив или заболевание. Специальные отряды обрабатывали сараи и водоемы, места выплода и скопления малярийных комаров.
  
   B нашей санэпидстанции и на участках были и так называемые "акрихинизаторы". Ходили они по домам, где были больные или переболевшие малярией, и "кормили" их противомалярийным лекарством - акрихином. Дома оставлять эти таблетки нельзя было, их могли просто выбросить или забыть о них. Вот и ходили медики по домам, и лечили "под контролем". В селах этим занимались местные фельдшера.
  
   И только к 1960 году болезнь "задавили", и очень много лет ее не было. В СССР даже официально объявили тогда о "ликвидации" малярии в стране, на весь мир трезвонили об этом и хвастались достижением "самого передового советского здравоохранения". В те времена считалось очень важным доложить об "успехах".
  
   Нет, всё серьезно было, медицинская сеть провела громадную работу, привлечены были многие общественные организации. Борьба с малярией велась на государственном уровне. Хотя... Знаю, в некоторых местах, например, в Азербайджане или Таджикистане, она, кажется, никуда и не исчезала... Но у нас, во всяком случае, не было малярии, вернее, исчезла на время, как стало понятно гораздо позже.
  
   "Привет" из Афганистана
  
   Но начался Афганистан, война, и наши ребята, солдаты, стали привозить оттуда малярию. Это была эпопея союзного значения, ибо возникла угроза возобновления, если
   и не эпидемии, то вспышек во многих местах. Малярийные комары, способные активно переносить возбудителя болезни от больных (зараженных) людей здоровым никуда не исчезли. Приезжали многие десятки и сотни ребят, отслуживших в Афгане, во все районы области (да и не только в нашу область).
  
   И нередко везли в себе малярию. Дело в том, что не все заразившиеся заболевают. Но паразиты в крови или в печени присутствуют, и внешне здоровый человек может стать источником заражения многих окружающих людей. Их надо было разыскать, осмотреть, лабораторно обследовать, провести лечение, если были показания, потом не менее трех лет наблюдать, чтобы не пропустить рецидив или позднее первичное проявление болезни.
  
   Но как это можно было сделать, если война в Афганистане была "секретная", никто ничего не сообщал. Весь мир знал, что в Афганистане воюет советская армия, только внутри нашей страны это было "страшным" секретом. И далеко не всегда местные медики могли понять, чем болеют или могли заболеть эти бывшие солдаты и как лечить их. И те "дембили" тоже толком ничего не могли объяснить.
   - "Там" служил?
   - Да, служил.
   - Во время службы болел?
   - Да, там у многих была температура.
   - В госпиталь ложили?
   - Какой госпиталь? Давали какие-то таблетки, температуру сбивали. Говорили, иди, стреляй. Надо было воевать...
  
   Что еще власти делали - солдат после Афганистана не отпускали сразу домой. Они возвращались в места дислокации своих частей на территории Союза, а оттуда уже уезжали домой. В местных военкоматах делали большие глаза и нам заявляли, что ребята вернулись, отслужив на территории Союза. Даже лезли в сейфовые ящики, доставали папки, бумаги какие-то показывали:
   - Вот, смотрите, этот служил в Узбекистане, этот - в Казахстане. Вот, еще. На Дальнем Востоке служил. Из многих мест приезжают...
   - А с Марса тоже приезжают?
   - Да. ...Погоди, доктор, мозги мне не крути...
  
   Обижались товарищи военные. Понимаю, приказ у них. Приказ секретный, чтобы всё в секрете держать. Они и держали. А то, что люди страдали, болели, других могли заразить... Эти проблемы по военному ведомству не проходили...
  
   Местным медикам тем более ничего и никто не сообщал. И рассказывать об Афгане тем солдатам категорически запрещали. Малярии только этого и надо было... До сих пор искоренить не могут. Вот в 2005-2006 годах в Казахстане опять восемь больных выявили. Нет у меня данных за другие годы. Уже и дети болеют. Значит, прописалась малярия здесь, местной стала. Не обязательно "завозной"...
  
   Однажды знакомая медсестра обратилась ко мне за помощью. Её муж, офицер, болеет уже вторую неделю. В медсанчасти сначала думали о гриппе, но состояние все ухудшалось. В разговоре мне удалось выяснить, что температура странная, не совсем "гриппозного" типа. Жаропонижающие лекарства принимал, но без особого эффекта. Со стороны легких патологии нет. На мой вопрос, не был ли в дальней командировке, ответ прозвучал утвердительно. О чём оставалось думать, если было время Афгана? Конечно, о малярии. Взяли кровь из пальца, диагноз малярии мы же и подтвердили в нашей лаборатории. И эта загвоздка с диагнозом случилась в областном центре, что же говорить о сельских медиках?
  
   Я позвонил начальнику облвоенкомата с просьбой принять меня. Заведовал я в эти времена отделом паразитарных болезней областной санэпидстанции да еще носил титул Главного паразитолога облздравотдела. Так что всё было на солидном уровне. Принял меня высокий военный чин. Изложил ему проблему, обосновал нашу просьбу сообщать медицинским учреждениям о приезжающих "оттуда".
   В ответ он грустно посмотрел на меня:
   - Доктор, согласен с вами. Проблема серьезная. Но у меня приказ Минобороны СССР, не имеем права разглашать.
   - Я понимаю ваше положение. Но что же делать? И ребята здесь болеть будут, а местные медики даже и понятия не будут иметь, как их лечить. Да и других людей будут заражать малярией. Радости мало.
   - Давайте думать. В любом случае, городской и районные военкоматы вам не дадут конкретные места, где служили солдаты.
   Разговор наш протекал, в общем-то, доброжелательно. Облвоенком понимал нашу проблему и даже соглашался со мной, но и нарушить приказ не имел права. Не могли военные сообщать нам о солдатах, прибывавших из тех "горячих" краев. В конце концов мы сошлись на том, что он отдаст распоряжение всем военкоматам области просто сообщать медикам фамилии солдат, которых мы должны взять на учет, без указания о месте их бывшей службы. Технически было сделано очень просто. Все прибывавшие должны были встать на учет в местном военкомате. Согласно приказу облвоенкомата, их на учет ставили после предъявления справки из санэпидстанции о сдаче крови на анализ.
  
   Я был доволен, грозный приказ прикрыли фиговым листком анонимности. Но и это было главным для нас, мы получили возможность сразу прибывших ребят брать под медицинское наблюдение и обследовать на малярию. Нас не интересовали секреты Полишинеля. Нас интересовало только дело.
  
   Ни одного случая заражения и заболевания малярией среди местных жителей мы не допустили. Да и среди отслуживших в Афгане, успевших заразиться или переболеть "там", проявлений болезни удалось не допустить. Приезжих ребят было несколько сотен. Всем мы проводили предупредительное лечение. Не дали мы малярийным паразитам "проявить" себя. Вот только орден нам никто за это не дал. И прибавки к зарплате не получилось. Не болели люди, ну и хорошо... Знаю, что не во всех областях республики четко решили этот фактически больной вопрос. У нас получилось, и мы были довольны результатами.
  
   Загадочная лихорадка всегда была "рядом".
  
   Я встретил в печати сообщение о том, что Д. Сорен (Аризонский университет) при археологических раскопках севернее Рима обнаружил массовые захоронения останков мертворожденных, новорожденных и маленьких детей. Все эти находки датируются серединой 5-го века новой эры (эпоха падения Рима). Фрагменты 50-ти скелетов были исследованы в Манчестерском институте науки и технологий. Там обнаружили, что все они несли в себе следы тропической малярии (это одна из наиболее тяжелых форм малярии, особенно опасной для беременных и детей). По мнению Сорена, страшная эпидемия малярии, охватившая жителей Рима, могла его ослабить настолько, что Рим
   пал. Интересная гипотеза. Всё может быть...
  
   А вот еще одна недавняя находка. Известный на всех планетах Солнечной системы Тутанхамон, в 10-летнем возрасте ставший фараоном в древнем Египте в 1333 году до н.э., умер через 9 лет. После сообщения британского археолога Говарда Картера, это ему повезло обнаружить гробницу, ученый люд получил поле для исследований.
  
   Меня, понятно, интересует медицинская сторона: чем болели, дорогой товарищ, т.е., господин фараон, зачем и почему решили умереть в возрасте 19-ти лет? Врачи и генетики много времени потратили, чтобы ответить на эти вопросы, компьютерную томографию и анализы ДНК применили, много интересных статей написали. Парень
   оказался слаб здоровьем. И волчья пасть (незаращение твердого нёба) у него, и косолапость, деформации костей стопы, незаживший перелом бедра.
  
   Как сообщил журнал "Journal of American Medical Association", группа ученых, исследовавшая мумию фараона, обнаружила следы ДНК плазмодия (возбудителя малярии) в тканях мозга. А это может говорить о том, что этот человек перенес малярийный энцефалит. Да, осложнение грозное, по тем временам навряд ли леченное. Ученые считают, что энцефалит на почве малярии и мог послужить причиной смерти.
   Если так, мумия Тутанхамона - это древнейшие останки человека с признаками малярийного поражения.
  
   Малярия долгие века была загадочной болезнью, непонятно откуда нападавшая на человека. Вот один "кусочек" её истории. Давно люди заметили - те, кто жили вблизи болот, чаще болели изнуряющей лихорадкой, то озноб бил так, что ничем согреться нельзя было, то после этого такой жар "внутри" разгорался, что казалось, будто в печь положили. Так ее и называли: "болотная лихорадка".
  
   Правда, нередко чьи-то слова настолько входят в обиход, что за далью лет имя автора исчезает. Оказалось, термин "малярия" предложил итальянский анатом G. M. Lancisi еще в 1717 году. Связывая причину заболевания с ядовитыми испарениями болот, он дал болезни это имя (от mala aria -- дурной воздух). Но вполне возможно, что он знал народное название болезни и первым ввел его в медицинскую литературу. Народное название стало медицинским термином.
  
   В древнеримской мифологии "жили" Деа Фебрис Терциана и Деа Фебрис Квартана, богини, посвященные трех- и четырехдневным лихорадкам, то есть трехдневной и четырехдневной малярии, хорошо известным современным медикам. По смыслу, близким к этим богиням, был культ богини Мефитис, вызывавшей у людей "лихорадку болотных испарений" (Мифологический словарь, 1992). Гиппократ впервые указал на связь этой болезни с "сырым климатом" и "нездоровой водой".
  
   В Италии народ называл эту болезнь: "плохой воздух", по-итальянски: mala aria. Перекочевало это название в другие языки, тем более, что звучало оно так же загадочно, какой людям казалась и сама болезнь. Это название вошло в медицинские справочники, закрепилось в европейской и русской медицинской литературе и в языке, став общепринятым в международных отношениях.
  
   Сегодня мы уже знаем, что "дурной воздух" тут ни при чем. Но к этому знанию человечество шло долго и трудно, оставляя на "полях сражений" сотни и тысячи жертв малярии, преодолевая драматизм поисков и открытий. Не могу не вспомнить о двух великих ученых, "открывших глаза" науке на болезнь, от которой страдали и страдают миллионы людей.
  
   Нобелевские лауреаты Ш. Лаверан и Р. Росс
  
   Французская армия завоевала Алжир. Случилось это пару веков назад. Африканская земля не была гостеприимной для пришельцев. Французские солдаты сильно страдали от малярии. Медики были бессильны. Да, они лечили больных, но армию там держали ведь не для заполнения госпиталей. В 1880 году военный врач и паразитолог Шарль Лаверан в Алжире обнаружил в эритроцитах крови больных малярией неизвестные простейшие организмы.
   Он провел многие сотни анализов крови. И обнаружил, что эти непонятные "штуки" всегда можно было найти в крови малярийных больных. Лаверан пришел к выводу - эти простейшие паразиты в эритроцитах и есть причина болезни.
  
   Однако в течение четырех лет это открытие игнорировалось либо отрицалось. Убедить коллег в своей правоте он долго не мог. Только к 1885 г. открытие Лаверана получило признание. Хотя французские военные врачи все еще не были убеждены в его правоте. Видимо, военные везде есть военные...
  
   Лаверан вернулся во Францию непризнанным "своими". Он даже не смог получить лабораторию для научных исследований. В 1896 году он демобилизовался из армии и поступил в Пастеровский институт, где занимался другими проблемами. И только в 1907 году "за исследование роли простейших в заболеваниях" Шарлю Лаверану была присуждена Нобелевская премия по медицине и физиологии.
  
  
  
   Лаверан Шарль (1845 - 1922). Французский врач, биолог и паразитолог, лауреат
   Нобелевской премии. В 1880 г. обнаружил возбудителя малярии
   (//ru.wikipedia.org/wiki/).
  
  
   Больше повезло англичанину, тоже военному врачу и паразитологу, Рональду Россу. Он усомнился в том, что малярией можно заразиться через воздух и что виноваты в этом "дурные" испарения болот. Индия была английской колонией, и британские солдаты страдали там от малярии. Вот Росса и направили в Индию лечить тех солдат. Он упорно, в течение двух долгих лет, ловил и исследовал комаров. Ничего не находил, но вновь и вновь ловил и исследовал.
  
   Наконец его колоссальное терпение было вознаграждено: в стенке желудка комаров рода Anopheles (ныне их называют малярийными комарами) он обнаружил одну из стадий развития плазмодиев. Его вывод о том, что плазмодии (возбудители малярии) созревают в организме комаров, "решил проблему малярии. Дальнейшее направление работ стало совершенно ясным, и было очевидно, что наука и человечество одержали очередную победу".
  
   Вскоре Росса перевели в другой город Индии. Малярией люди тут не болели. И он занялся изучением малярии птиц. В 1898 году он выяснил жизненный цикл возбудителя, включая стадию, протекающую в слюнных железах комара. Его работы по малярии птиц были использованы при изучении малярии человека итальянскими учеными. Они и доказали окончательно, что возбудитель малярии как птиц, так и человека переносится комарами рода Anopheles.
  
   Рональду Россу в 1902 году была присуждена Нобелевская премия по физиологии и медицине "за работу по малярии, в которой он показал, как возбудитель попадает в организм, и тем самым заложил основу для дальнейших успешных исследований в этой области и разработки методов борьбы с малярией".
  
   Надо сказать, что современными знаниями по малярии наука и медицина обязаны большой плеяде ученых и врачей, первооткрывателям и современным исследователям.
  
  
  
   0x08 graphic
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Комар, сосущий кровь. Виден хоботок, проткнувший кожу.
   (www.apus.ru/site.xp )
  
  
   Малярия - древняя "старушка".
  
   Малярия - древняя "старушка". Древнее человека. Родиной человека и малярии считается Африка. Во-всяком случае, три из известных ныне основных четырех видов малярии человека и, соответственно, возбудителей, пришли из Африки и в настоящее время преобладают также в Африке.
  
   Это, прежде всего, тропическая малярия. Она самая "злая". Именно она протекает наиболее тяжело и даёт высокий процент смертельных исходов. Ее возбудитель: Plasmodium falciparum, родиной которого считают Западную Африку.
  
  
   0x01 graphic
   Микроснимок сканирующего электронного микроскопа человеческого эритроцита, зараженного малярийным плазмодием. Фото: (sciencephoto.com). Medkurs.ru
  
  
   В нашей области за все годы я видел больного тропической малярией только однажды. Было это где-то на второй год моей работы в районе. В нашу больницу поступил больной мужчина, приезжий откуда-то из Средней Азии. Направил его участковый фельдшер с диагнозом "грипп или острая кишечная инфекция". Почему так подумал фельдшер? У больного высокая температура, сильная головная боль, тошнота, рвота, и даже нечастый понос. А так как для меня больной с высокой температурой был, что красная тряпка для быка, я сразу туда, в больницу.
  
   Слава богу, хоть и тяжелый, но контактный.
   - Давай, конак (гость), рассказывай, как заболел?
   - Два дня болею. Сразу заболел. Сильно замерзал, потом весь горел. Потом потел сильно. И опять горел. Голова совсем трещит, поднять не могу. Сил совсем нет. А тут еще понос и рвота, совсем замучился.
   Третий день болеет, насморка и кашля нет, да и лето на дворе. Диагноз гриппа сразу отпал. Кишечная инфекция? Температура при поступлении, утром, где-то выше 39. Брюшной тиф не сваливается кирпичом на голову, он обычно постепенно позиции занимает, температура с каждым днем все выше, поднимается, как будто, по лестнице. Да и пульс "тарахтит", а при брюшном он, наоборот, обычно, замедляется. Подумал, подумал, и этот диагноз направления снял.
  
   Конечно, мысли сразу о сыпном тифе, он у нас частым "гостем" по тем временам был. Да, всё-таки, какой-то странный немного этот "сыпняк". Если тиф, температура
   как заскочит на верхнюю шкалу, так там и "сидит" почти без колебаний, что утром, что вечером. И кожа больного сухая и горячая, как раскаленная печка. А тут и ознобы, и потливость, да и температура хоть и зашкаливала даже выше сорока, но все-таки на короткое время, на несколько часов, снижалась на пару градусов. Нет, наши умные головы решили, что и не сыпной тиф. "Наши", это в смысле я, врач со стажем около двух лет, и фельдшер, зав. нашей райбольницей. Я усиленно думаю, он вежливо ждет, что я изреку.
  
   0x01 graphic
   Отлов личинок комаров на заросшем водоеме. 70-е годы. Фото Д. Гениса
  
  
   Больных малярией я тогда еще не встречал, на ум и не пришло. Больной тяжелый, беспокойный, временами даже бредит, температура где-то под потолком, давление падает, пульс частит. Деталей я уже и не помню, но сама картина перед глазами. Да и запаниковали мы тогда тоже немного. Позвонил в инфекционное отделение областной больницы. У нас своей "инфекции" не было в районе.
   - Не мудрите там. Давайте вашего больного к нам.
   Перевезли мы непонятного пациента к ним, на всякий случай в направлении я написал диагноз "сыпной тиф, тяжелая форма". Там и определили у него тропическую малярию и лабораторно подтвердили диагноз.
  
   В интернете я нашел описание случая с трагическим исходом, это произошло не в Казахстане 50-х годов, а ныне, в России, в 2008 году. Вот это описание (сокращенно): "В июле умер мой родственник от малярии. Он вернулся 9.06 из тропиков. Начал собираться в отпуск в деревню. 19.06 его внезапно затрясло, как в сильном ознобе, около минуты все продолжалось. И затем опять никаких признаков. Он еще посетовал, что в дороге простудился, наверное. 21 и 22 июня его состояние менялось - то озноб, то жар, повышенная температура. Он проклинал простуду, принимал лекарства, приезжал терапевт, и также посоветовал греться и полечить простуду "народными методами". 23.06 ему стало плохо, увезли на скорой. Увезли, потому что врач скорой заметила желтизну на коже, сказала, что это гепатит и надо срочно класть в инфекционное. Но у родственника были на руках все справки о сделанных прививках. Потом диагнозы ставились и менялись, менялось и назначенное лечение. 24.06 он впал в кому, приехали врачи из города (он лежал в поселковой больнице). Сделали анализ крови, и только тогда поставили диагноз: тропическая малярия. Стали искать хинин, но 25.06 больной уже умер, не приходя в сознание" (2008, //www.medprof.ru/topic17337.html).
  
   Случай, подозрительный на малярию, 1981 год.
  
   10 ноября 1981 года я приехал в районный центр поселок Яны-Курган. По данным республиканской СЭС, у одного из температуривших больных, препараты крови которого мы посылали в Алма-Ату для текущего контрольного просмотра, при микроскопии препаратов крови обнаружены малярийные плазмодии.
  
   Больной С. З., пяти лет, из совхоза "Задарьинский" Яны-Курганского района, заболел 18 августа. Лечили ребенка в участковой больнице совхоза, затем направили в районную больницу с диагнозом "вирусный гепатит, безжелтушная форма". В райбольнице изменили диагноз на "брюшной тиф". Температура держалась 12 дней, из них в инфекционном отделении с 24 по 29 августа включительно на уровне до 39,4 градусов. Лечили: левомицетин, тетрациклин, пенициллин, амидопирин.
  
   По клиническому описанию возможен диагноз брюшного тифа. Ни анемии, ни гепатоспленомегалии не было отмечено, температурная кривая без приступов. При анализе крови гемокультуру не выделили. РНГА на брюшной тиф с некоторой динамикой: 27 авг - 1:100; 2 сент - 1:200; 7 сент - 1:200; 16 сент - 1:50 (30-й день болезни).
  
   Лаборант облСЭС Черникова А. П. в мазках крови при тщательной микроскопии не нашла плазмодии малярии. Я тоже ничего в препаратах не обнаружил. Заключение из Алма-Аты у меня вызывало подозрение в его обоснованности. Лаборант обязан был указать вид и стадию малярийных паразитов. Если этого нет, значит, выявлено что-то не то, вполне вероятна ошибка.
   Диагностика малярии даже для опытных "кадровых" микроскопистов всегда была "божьим наказанием". Увеличение микроскопа большое, наша оптика и красители были не лучшего класса. Можно было смотреть и час, и два, до рези в глазах. Лаборантов я всегда учил - по одной находке, когда "кажется, похоже", нельзя ставить диагноз. Влепить легко, вот потом думать о другом диагнозе уже будет трудно. К сожалению, я встречал врачей, которые безоговорочно верили анализу, переставая мыслить при этом клинически и эпидемиологически...
  
   В больнице я детально изучил историю болезни, беседовал с инфекционистом, который диагноз малярии отрицал. Просмотрел по отделению за июль-октябрь 228 историй болезни. Здесь лечились пять человек с диагнозами брюшного тифа или сальмонеллеза из того же совхоза. Из них этот диагноз был обоснован у одного гемокультурой, у трех - серологически. По температурным кривым ничего похожего на малярию.
  
   Где мог заразиться ребенок, если думать о малярии? Приезжих из Афганистана по опросу не было. В совхозе есть солдаты, которые приехали в прошлом году из Таджикистана и Азербайджана (15 чел). Возможно, они завезли? Их обследовали. Паразитов малярии мы не обнаружили. Больных или переболевших среди них с подозрением на малярию не было. Малярийных комаров по месту жительства больного ребенка много. Энтомолог облСЭС С. Кожаниязов был здесь в конце октября. Но где у нас не было комаров?
  
   Утром 11 ноября пошел в райСЭС. Проверил по журналу учета инфекционных больных сведения о больных брюшным тифом по совхозу Задарья. Первый заболел
   8-го июня, подтверждено гемокультурой. Затем - 4 августа (диагноз был подтвержден серологически), 8 августа (солдат, гемокультура положительная), 21 августа. В сентябре заболели 8 чел, из них один солдат, в октябре заболело двое (14 и 24-го). Всего 14 больных, из них подтверждено выделением гемокультуры брюшнотифозных микробов у 8-ми больных и серологически у пятерых.
  
   Таким образом, по данным инфекционного отделения районной больницы и райсанэпидстанции думать о случаях заболевания малярией не было оснований. Я расценил сообщение из Алма-Аты как недостоверное. Да и они потом не настаивали на своем диагнозе, с нами спорить им было сложно...
  
   Я привел здесь достаточно подробно весь ход эпидемиологического расследования в связи с подозрением на малярию. Это, конечно, рассчитано на специалиста, ибо случай сам по себе достаточно интересный.
  
   Подарок от шимпанзе?
  
   Вот что я встретил (2009) в интернете: появлением малярии население Земли обязано шимпанзе. Возбудитель, паразит Plasmodium falciparum, вызывающий тропическую малярию, сходен с паразитами вида Plasmodium reichenowi, которые встречаются у шимпанзе. Их сравнительный анализ дал основание ученым утверждать, что первый вид развился из второго. Об этом открытии сообщил доктор Натан Вулф из Стэнфордского университета в штате Калифорния. Он с Франсиско Аялой из Калифорнийского университета и группой исследователей, изучал шимпанзе в Камеруне и Кот-д"Ивуаре.
Их вывод привожу: "Теперь мы знаем, что малярия, появившаяся тысячи лет назад, возникла не у людей, а скорее была в нас внесена. Предположительно, это сделал комар, который прежде укусил шимпанзе", - отметил Вулф. По его оценке, преобразование паразитов в вид, способный заражать людей, могло произойти 2-3 млн лет назад или 10 тысяч лет назад. "Сейчас стало ясно, что новое заболевание, которое успешно передалось от животных к человеку, способно существовать не десятки лет, а тысячелетия и дольше" (//www.med2.ru/story.php?id=12789).
  
   Оставлю тропическую малярию пока в покое. Продолжу свое перечисление. Это,
   во-вторых, трехдневная малярия. Анекдот, но мне однажды пришлось спорить с одним врачом в районе. В участковую больницу поступил больной парень с высокой температурой. Через три дня состояние заметно улучшилось, температура быстро, критически, снизилась. Врач, не долго думая, записал диагноз: "Трехдневная малярия".
   - Почему так решили?
   - А что тут решать, три дня высокая температура. Как раз и есть трехдневная малярия.
   - В крови паразитов малярии нашли?
   - Нет, у нас лаборант в отпуске.
   - Парень приезжий?
   - Местный. Никуда не ездил. Комаров у нас много, могли заразить.
   - Но они и сами должны где-то заразиться. Лечили вы антибиотиками. Но они при малярии не помогают.
   - Здесь помогли.
   - Раньше больных малярией видел?
   - Нет.
   - В общем, доктор, извини, но диагноз абсолютно неверный.
   - Конечно, мы тут в ауле сидим, может, не всё знаем. Не в городе сидим...
  
   В общем, обиделся на меня сельский врач. Пришлось ему тогда мини-лекцию провести. Миллионы людей "перетрясла" эта трехдневная малярия. Название, да, звучит на русском языке двойственно, в смысле, понимай, как можешь. Но суть однозначна: больного "трясут" малярийные приступы через день, если быть точным, то на каждый третий день, откуда и название этой формы малярии. Тем более, ни о каких "трех днях болезни" и речи нет. Многие недели уходят, пока человек сам по себе (без лечения) или выздоровеет или не справится с болезнью. В далекие тридцатые-сороковые годы смертность в стране была значительной.
  
   В наших краях, в основном, встречалась именно эта форма малярии. Приезжие из Афганистана, Азербайджана и соседнего Таджикистана (в этих двух республиках малярия, по-моему, никогда и не исчезала) тоже везли к нам трехдневную малярию. Она вообще была распространена наиболее широко, в том числе на территории бывшего Союза и в азиатских странах (возбудитель - Plasmodium vivax, пришедший из Центральной Африки).
   В интернете встретил автореферат диссертации Д. М. Зияевой. где она анализирует ситуацию в Таджикистане. По ее данным, в республике в 2003 году болело малярией пять тысяч человек (!), из них у 252-х детей была выявлена тропическая малярия.
  
   Да, и третья форма малярии - это т.н. овале-малярия, африканский абориген. Почему такое странное название? Это пошло от лаборантов. Они заметили, что пораженные эритроциты приобретают овальную форму. Так и прижилось это название. Я когда-то предложил назвать ее африканской малярией. Не прошло. Подобных больных нашли еще где-то на островах юго-восточной Азии.
  
   "Свежее" интересное сообщение: "Внутриклеточный паразит Plasmodium knowlesi, возбудитель малярии обезьян, широко распространен среди жителей Малайзии", сообщает Би-Би-Си (ВВС) со ссылкой на статью международной группы исследователей, опубликованную в журнале Clinical Infectious Diseases. По данным инфекционистов, заболевание пока не отмечено за пределами Юго-Восточной Азии, но интенсивные туристические потоки в регионе могут помочь инфекции распространиться на западные страны.
  
Прежде считалось, что Plasmodium knowlesi заражает только обезьян, в частности
, макак, живущих в тропических лесах Малайзии. В 2004 году было показано, что он может инфицировать и человека. С 2006 по 2008 год ученые обследовали около 150-ти пациентов, поступивших в больницу города Саравак на острове Борнео. Как стало известно, две трети из них были поражены именно Plasmodium knowlesi" (//www.med2.ru/story.php?id=13262).
  
   И вот "первая ласточка". Специалисты из Департамента здравоохранения штата
   Нью-Йорк и Центров контроля и профилактики заболеваний США (Атланта) уже сообщили о заболевании пятидесятилетней женщины, побывавшей на Филиппинах в октябре 2008 года. Она жила на опушке леса, населённого длиннохвостыми макаками. После возвращения в США появились стойкая головная боль, озноб, высокая температура, и через несколько дней больная обратилась в отделение неотложной помощи. Мазки крови были переданы в лабораторию паразитологической стандартизации, где возбудитель идентифицирован как Plasmodium knowlesi - плазмодий обезьяньей формы малярии (//medafarm.ru/php/content.php?id=27727).
  
   В общем, обезьяны готовят нам еще "подарочки"? Предкам возбудителя малярии, как минимум, полмиллиарда лет. Всякие мамонты давно передохли. Эти ни в какую. В тиши лабораторий современные специалисты молекулярной биологии и генетики дознались, что это сегодня малярийный паразит возбудитель болезни. А когда-то это были свободноживущие водные одноклеточные организмы. Видимо, жили они за счет фотосинтеза, как и все добропорядочные растения. Но то ли "поумнели", то ли стали "понахальнее", но приспособились жить в водных беспозвоночных, а позже и в обитателях водоемов - личинках древних кровососущих комаров, живших примерно
   150-200 миллионов лет тому назад.
  
   А потом пошло-поехало. Появились предки людей, которые пришлись по вкусу древним комарам. Ученые нашли окаменелости комаров, живших 30 миллионов лет тому назад, со следами малярийных паразитов. Жители Африки начали заниматься сельским хозяйством, орошением, что произошло примерно восемь тысяч лет тому назад. Населения там и в те времена было много. Луж и водоемов в тропическом климате навалом. Комарам раздолье - и плодиться было где, и кормиться на людях было удобно. Конечно, это привело к росту численности комаров, а, значит, и к активному обмену паразитов в цепочке: человек - комар - человек.
  
   В других частях света люди начали разводить домашних животных, отвлекавших
   на себя кровососов. В Африке же человек стал основным прокормителем для комаров. Специалисты даже подсчитали, что в центральной Африке 80-100% укусов комаров приходятся на долю людей, тогда как в животноводческих районах других регионов человеку достается "только" 10-20%. Так ученые объясняют, почему именно в Африке малярия такая свирепая, именно на этом континенте ежегодно умирает от малярии примерно миллион детей!
  
   Дошедшие до нас упоминания о болезнях, которые по описаниям похожи на малярию, есть в китайских письменных источниках до н.э., в письменах на санскрите, в работах греческого историка Геродота и других. Как ни крути, а уж очень древняя эта старушка - малярия.
  
   Хинин - лекарство графини Хинон
  
   Новый Свет подарил европейцам классическое средство лечения малярии: кору хинного дерева, которым лечились местные индейцы. Говорят, этой корой вылечили графиню Хинон, жену вице-короля Перу, отсюда и название "хинин". Монахи Ордена иезуитов завезли в Европу "иезуитский порошок" (порошок коры хинного дерева), из него впоследствии ученые выделили хинин в чистом виде. Это лекарство и сегодня не потеряло своего значения (А.Я. Лысенко, 1974).
  
   Красивая легенда связана с открытием лечебных свойств коры хинного дерева. Согласно ей, после землетрясения в Даха (местность в Эквадоре) много хинных деревьев было вывернуто с корнем, часть из них упала в небольшое озеро. От коры этих деревьев вода в озере стала такой горькой, что ее было неприятно пить. Поэтому люди, местные жители, стали ходить за водой в другое место. Только живший на берегу озера индеец, ослабленный тяжелыми приступами лихорадки, не мог отправиться за хорошей водой и вынужден был утолять жажду горькой водой из озера. К своему удивлению, вскоре он почувствовал себя лучше, а приступы лихорадки оставили его (Gamham, 1966).
  
   Было обрадовались, мол, победили...
  
   За последнее десятилетие ХХ века малярия по числу заболевших вышла на первое место среди инфекционных заболеваний. По данным Всемирной Организации здравоохранения, ежегодно от 300 до 500 миллионов человек заражается малярией, и умирает от одного до двух млн. человек (в 15 раз больше, чем от СПИДа). Правда, сведения по заболеваемости и смертности разноречивы, прежде всего потому, что нет четкой официальной регистрации во многих странах.
  
   Во второй половине ХХ века заболеваемость малярией во многих странах была заметно снижена. В бывшем Союзе в 50-80-х годах почти не слышно было об этой болезни (за исключением Азербайджана). В Кзыл-Ординской области последний
   больной малярией был зарегистрирован в 1960 году, да и то это был рецидив.
  
  
   0x01 graphic
   Кзыл-Орда. Проспект Коммунистический. В этих местах в 40-50-е годы были болота, озера и массовый выплод малярийных комаров (Фото: Ю.Лушин, 1988).
  
  
   К концу века опасность распространения малярии опять стала острой. В 1992 году ВОЗ созвала в Амстердаме специальное совещание политиков и министров здравоохранения
   из 107 стран для согласования глобальной стратегии борьбы с этой болезнью. До этого подобный мировой форум собирался только один раз - для обсуждения проблемы СПИДа. Ликвидация малярии, провозглашенная в 60-е годы, оказалась недостижимой. Вместо этого определили "новую" цель - содействие ранней диагностике, лечению больных и борьбе с малярийными комарами. С чего начали, к тому и вернулись.
  
   12 октября 2006 года участники 61-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН обсудили итоги десятилетия борьбы за сокращение заболеваемости малярией. В докладе Генерального секретаря отмечалось, что малярия продолжает угрожать здоровью трех миллиардов человек в 107 странах мира. Ежедневно от малярии умирало примерно три тысячи детей.
  
   Почти 30 тысяч путешественников ежегодно заболевали малярией, иногда с летальным исходом. Ориентировочно около девяти тысяч завозных случаев в год регистрировалось
   в странах Европы и Северной Америки среди выезжавших в неблагополучные места по малярии. Ныне народ куда только не добирается и откуда только не приезжает.
  
   Глобализация инфекций, об этом нельзя забывать. И еще одна ссылка на ситуацию в мире. Британский медицинский журнал The Lancet напечатал статью, в которой авторы предполагают, что в 2010 году от малярии в мире умерли 1,24 миллиона человек. Цифра, если вдуматься, страшная. Это данные американских ученых из Института обработки и оценки метрических данных по здравоохранению (Institute for Health Metrics and Evaluation) Университета Вашингтона в Сиэтле. Надо помнить главное - речь идет о колоссальной смертности от малярии и в наши времена.
  
   "Не то, что нынешнее племя..."
  
   В интернете я прочитал постановление Главного санитарного врача России от 14 июня 2006 года об "усилении мер по предупреждению распространения малярии в РФ". Читал
   и поражался - как будто и не было когда-то в Союзе системы борьбы с паразитарными болезнями. Возросла заболеваемость и смертность от малярии, появились стойкие очаги местной передачи, чуть не половина водоемов заселены малярийными комарами,
   бороться с которыми некому. "Не проводились исследования на малярию в ряде областей. Отмечаются ошибки при лабораторной диагностике, что говорит о низкой квалификации специалистов лечебной сети и в учреждениях госсанэпиднадзора".
  
   Опять предписывается то, что решалось еще в довоенные годы: "рекомендовать подготовку кадров по лабораторной диагностике малярии. Принять меры по укомплектованию должностей врачей-паразитологов и энтомологов".
   В общем, приехали...
  
  
   0x01 graphic
   Проф. Марциновский Е.И. (1874-1934). Создал в Москве Тропический институт (ныне
   НИИ медицинской паразитологии и тропических болезней им. Марциновского), ведущий организатор борьбы с малярией в Союзе.
  
  
   В 1920 году ученый-паразитолог Евгений Иванович Марциновский (1874-1934) создал в Москве Тропический институт (ныне Институт мед. паразитологии и тропической медицины им. Е. И. Марциновского), который возглавил в те тяжелые годы разрухи борьбу с малярией. Развернули по всей стране сеть медицинских противомалярийных учреждений, активно подключилась лечебная сеть, широко проводили санитарное просвещение, оздоровительные гидротехнические и другие противокомариные мероприятия. Были подготовлены кадры знающих паразитологов, энтомологов и лаборантов. Напомню, в 1935-1936 годы в СССР ежегодно болело малярией до девяти миллионов человек, к 1960 году заболеваемость практически была ликвидирована. А теперь всё снова?
  
   Я уже упоминал, что у истоков организации борьбы с малярией в СССР стоял профессор заслуженный деятель науки Евгений Иванович Марциновский. Занимался он не только малярией. Крупный ученый, инфекционист и эпидемиолог, он не просто
   изучал опасные и свирепствовавшие паразитарные болезни, такие как лейшманиозы, спирохетозы, малярия. Он стал организатором медицинской паразитологической службы в СССР. Сеть противомалярийных станций послужила основой системы борьбы с паразитарными болезнями и переносчиками в стране. Ему не сиделось в кабинете, он
   был организатором и участником многих экспедиций по борьбе с инфекционными и паразитарными болезнями в республиках страны.
  
   В 1924-1930 годы он организовал и заведовал первой кафедрой инфекционных болезней, тропической медицины и эпидемиологии 2-го Московского мединститута.
  
Мне много раз посчастливилось бывать в этом институте. Когда увидел впервые, даже грустно стало, уж очень невзрачным показалось мне здание всемирно известного научного центра. Это не было стоэтажное здание из стекла и бетона какого-нибудь Газпрома. Но значение ученых, работавших и работающих здесь, проблемы, изучаемые
   и решаемые, с которыми и мне, в частности, приходилось иметь дело, конечно же, были всечеловеческой важности. Ибо больному человеку прежде всего нужны не этажность здания, а верные диагноз и лечение...
  
   Здесь проведены фундаментальные исследования по эпидемиологии паразитарных болезней (акад. АМН П. Г. Сергиев), биологии возбудителей (чл.-корр. АМН В. П. Подъяпольская, проф. Ш. Д. Мошковский), энтомологии (чл.-корр. АМН В. Н. Беклемишев), клинике малярии (акад. АМН Е. М. Тареев), клинике гельминтозов (Засл. деят. науки проф. Н. Н. Плотников). Свидетельствую - успехи в борьбе с лейшманиозами, гельминтозами и малярией, то, чем я занимался, во многом обязаны нашим авторитетам, профессорам Наталье Николаевне Духаниной, Евгению Семеновичу Шульману, Андрею Яковлевичу Лысенко, Борису Александровичу Астафьеву и многим другим. Для меня названные ученые были не только корифеями, но и живыми людьми. Со многими встречался, всех видел и слышал, с некоторыми успешно совместно работал. Время корифеев прошло? Да, были люди-борцы, с головой ученых и сердцем Данко, "не то, что нынешнее племя"...
  
  
  
  
   0x08 graphic
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Москва. Институт медицинской паразитологии и тропической медицины имени
   Е. И. Марциновского (ИМПИТМ).
  
  
   ДДТ - враг или помощник?
  
   В 1955 году я начал работать в сельском районе. В те времена главной проблемой для нас была завшивленность населения и постоянная угроза сыпняка. Во время 2-й Мировой войны на Западе был разработан и применен эффективный в борьбе со многими вредными насекомыми препарат (дуст) ДДТ. У нас тогда даже родился термин "дустация". Против вшей он был "убийственным". А вот с комарами, помню, основным оставался метод обработки ядохимикатом "парижская зелень" водоемов, мест их выплода.
  
   В наших краях ДДТ появился где-то в конце пятидесятых годов. Для малярийных комаров настала черная пора. Дезинфекторы выезжали в поселки, "вооруженные до зубов": ручные распылители, гидропульты, ведро с водой, мешок дуста. Всё таскалось на себе. Правда, воду брали из местных колодцев. Еще на вооружении была и обычная деревянная палка, дабы тот дуст (вообще-то, на английском слово "дуст" означает пыль)
   в ведре с водой сподручно было размешивать. С помощью гидропульта эту адову смесь разбрызгивали на стены и потолки в сараях, в загонах для скота. В общем, "белили" все
   те места, где комары дневали перед своим ночным разбоем.
  
   Комары на своем пищащем языке напевали один мотив: "Мой адрес - Советский Союз". Почему? Да потому, что они были везде. В домах и поселках, возле водоемов и водоемчиков. На рисовых полях их число исчислялось миллионами в миллионной степени.
  
   Так и воевали. Мы их - дустом. Они нас - численностью. Понятно, дезинфекторов было ощутимо меньше, чем комариных мест. Поэтому обработки проводили только в поселках и их ближайших окрестностях. И только там, где было уж очень много именно малярийных комаров или где были или могли быть больные или зараженные малярией.
   А таких мест в южных наших краях всегда было много. Потому и дуст расходовали тоннами.
  
   Чего добились? Благодаря эффективному дусту ДДТ (позже появилась еще и эмульсия ДДТ) была заметно снижена численность малярийных комаров, вниз пошло число заболевших малярией. И не только у нас. Африку и южную Азию тоже начали засыпать этим ДДТ, и там тоже комарам пришлось туго. Люди стали болеть меньше.
  
   И такая пошла по миру эйфория, что решили: малярии вообще пришел "конец", стоит только всех и вся засыпать ДДТ. Ученые и не очень ученые засели писать ученые и не очень ученые статьи, диссертации, книги. Пресса тут как тут прискакала. Шутка ли, тысячи лет люди от малярии страдали и умирали. А тут, на наших глазах, вот-вот, еще пару лет, ну от силы, еще несколько лет, и отправим малярию в архив!
  
   Честно говоря, мы, в наших аулах с обилием примитивных загонов для скота, чаще всего скроенных из камыша, как-то не очень поддавались всеобщей эйфории. Чтобы уничтожить всех комаров мы даже и не мечтали. Стремились только снизить хотя бы численность именно малярийных комаров в местах, где был риск возобновления заболеваний малярией.
   Думаю, важным было и четкое выявление всех больных и их полное излечение. В эпидемиологии это называется устранение источника инфекции. Нет больных - нет и зараженных комаров. Цепь передачи возбудителя болезни была прервана. В Америке и Европе, где медицинская помощь была на высоте, по-моему, и ДДТ использовали
   намного меньше, чем в Азии или Африке...
  
   А малярийных комаров как была масса, так и осталась, хотя в очагах мы им жизнь на какое-то время кардинально портили. Но обработки препаратами ДДТ мест дневок и выплода комаров не прекращались. Правда, выборочно и с учетом показаний.
  
   Но... комары приспособились, у них появилась устойчивость. К тому же, оказалось,
   что ДДТ и для человека опасен, и для живой природы. Пошли табуном уже другие статьи: остатки ДДТ стали находить в воде, почве, в мясе, молоке и овощах. Всех добили
   находки ДДТ во льдах Антарктики и то ли еще в стратосфере, то ли на дне океанов. А тут еще вездесущие и не всегда грамотные "защитники природы", да "зеленые", и прочие разноцветные крикуны всполошились.
  
   И... эйфория исчезла. ДДТ в семидесятых годах применять запретили. Наступило "счастье" для защитников природы, на своем настояли, природу "спасли". Не буду вмешиваться в этот спор. Конечно, ДДТ - сильный яд. И, как со всяким ядом, надо обращаться с ним осторожно и умело. Но с водой выплеснули и ребенка. Средства, равноценного для борьбы с комарами, не нашли. И комары и малярия вновь народ "заели", всё вернулось "на круги своя".
  
   Данные ВОЗ (2006): Ежегодно более 500 миллионов человек заболевало острой малярией, из которых более одного миллиона человек умирало, особенно в Африке к
   югу от Сахары.
  
   Наконец, ожидаемая "сенсация": 15-го сентября 2006 года, почти через 30 лет после прекращения применения ДДТ, Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) четко объявила о снятии этого запрета. ВОЗ рекомендовала распыление инсектицидов в помещениях в районах эпидемий и в районах с постоянно высоким уровнем передачи малярии, включая всю Африку.
  
   Вот так за последние годы изменились взгляды. Интересно, что ситуация оказалась настолько серьезной, что даже организация "Программа по защите окружающей среды", которая в 60-х годах прошлого века развернула кампанию против ДДТ, как и "Сьерра клуб" и "Фонд живой природы, находящейся под угрозой исчезновения", уже тоже одобряют использование ДДТ внутри помещений для борьбы против малярии. Специалисты доказали, что если "с умом" применять ДДТ, то можно избежать вреда людям и природе.
  
   В прошлом Индия смогла значительно сократить число случаев заболеваний малярией и смертельных исходов благодаря эффективному использованию ДДТ. И пример ликвидации малярии в СССР на моей памяти. И мы в этом тоже старались. Да, всё это во многом благодаря именно ДДТ, убивавшему комаров, переносчиков болезни в очагах.
   Южная Африка вновь стала использовать ДДТ, и число заболевших малярией пошло на убыль. Тут надо еще учесть такую "деталь". В цивилизованных странах с медицинской помощью населению на первый план выносилась идея выявления больных малярией и их излечение, а также устранение или уменьшение числа мест возможного выплода комаров. В условиях Африки всё это носило гипотетический характер. Там оставалась одна реальная возможность борьбы с малярией - массовая обработка поселков и мест выплода комаров. И к этому мудрецы были вынуждены вернуться. От бесконечных шумных кампаний "в защиту природы" заболеваемость малярией не снижалась, и смертность только росла...
  
   "Научные и программные данные однозначно свидетельствуют в пользу этой переоценки, - заявил д-р Анарфи Асамоа-Баах, помощник Генерального директора ВОЗ, - получены доказательства тому, что остаточное распыление внутри помещений настолько же экономически эффективно, как и другие меры по профилактике малярии,
   и при надлежащем использовании ДДТ не представляет риска для здоровья".
  
   А вот слова еще одного ведущего специалиста: "Мы должны занять позицию, основанную на научных и фактических данных, - заявил д-р Арата Кочи, директор Глобальной программы ВОЗ по борьбе против малярии, - из десятка инсектицидов, признанных ВОЗ безопасными для распыления в домах, наиболее эффективным является ДДТ".
  
   "Распыление внутри помещений подобно гигантской противомоскитной сетке, раскинутой над всем домашним хозяйством для круглосуточной защиты, - сказал сенатор США Том Кобурн, один из ведущих деятелей в области глобальной борьбы против малярии, - наконец-то, при решительном лидерстве ВОЗ в этой области, мы можем отказаться от научного хлама и мифов, бывших подспорьем и поддержкой настоящим врагам - комарам, которые ежегодно угрожают жизни более чем 300 миллионов детей".
  
  
   0x01 graphic
   Плазмодии в эритроцитах крови (под микроскопом) при разных видах малярии.
   На рис. 15 и 16 видны "размножившиеся" плазмодии внутри эритроцитов
   (Рисунок Д. Гениса).
  
  
   Сколько заслуженных прекрасных слов и дифирамбов, за которыми стоят десятки и сотни тысяч спасенных от малярии, в адрес химиката, который еще недавно вызывал истерики и проклятия всей братии "защитников природы"! Господи, надели Разумом всех этих защитников, дабы знали и понимали они, когда надо защищать природу, а когда и о защите людей подумать и что-то делать надо!
  
   Случилась мутация в генах...
  
   Когда с 1-го января 1992-го распался Советский Союз, в азиатских регионах тут же начались "разборки". Откуда-то вылезли и резко активизировались в борьбе за власть разные исламистские банды. Тяжелая кровопролитная гражданская война разгорелась в Таджикистане. Появились беженцы. Стали они приезжать и в нашу область. Я знал, что в этой республике малярия была всегда. Мы начали искать беженцев и обследовать на малярию. Для предупреждения заболеваний применяли обычно примахин, которым мы, например, "кормили" всех наших ребят-афганцев.
   Естественно, начали давать примахин и приезжим таджикам. И почти сразу же чуть не потеряли одного из них.
  
   Я знал, что, например, в Азербайджане примахин не применяли. Медики на горьком опыте уже доказали генетическую особенность местных жителей. У них примахин мог вызвать гемолиз крови со смертельным исходом. Да, дело оказалось в генетике. По этой причине, у местных жителей наблюдалась повышенная склонность эритроцитов к гемолизу (гемо - кровь, лизис - распад, растворение). Эритроциты распадались, как бы растворялись внутри кровеносных сосудов. Гемоглобин выходил в кровяную плазму и выделялся почками, окрашивая мочу в черный цвет. В одной трети подобных случаев больные очень быстро погибали. Паника. Примахин в Азербайджане применять перестали.
  
   И у наших нескольких беженцев-таджиков после приема примахина состояние резко ухудшилось, подскочила температура, появились боли в области печени и селезенки, в пояснице. Начали мне звонить из районов. Панику наших медиков сразу же вызвал черный цвет мочи, такого состояния они раньше не встречали. Гемоглобинурийная лихорадка - пакостное осложнение. Тем более, что примахин ведь давали практически здоровому человеку, и вдруг осложнение, да еще какое!
  
   Я сразу отменил примахин и предупредил всех медиков: таджикам этот препарат не назначать.
  
   В чем тут было дело? Как выяснили ученые-генетики, у некоторых групп населения
   (в нашем случае, у азербайджанцев и таджиков) неустойчивость эритроцитов вызвана генетически врожденным дефицитом фермента со сложным названием (глюкозо-6-фосфатдегидрогеназа). Почему дефицит? Потому что ген, ответственный за выработку этого фермента, по каким-то наследственным причинам (итог мутации в прошлом), не работал или слабо работал.
  
   Оказалось, что таджики тоже тяжело реагировали на это лекарство. Вот так наша малярия с генетикой переплелась. Это тот случай, который мы наблюдали в нашей практике.
  
   Но генетика, понятно, для малярии на этом далеко не закончилась. Сегодня мы знаем, что генетические особенности вообще основа всех основ. Когда я учился в медицинском институте (1949-1955), да еще и долгие годы после этого, в нашем лексиконе даже термина "генетика" не было. Как уверяли наши вожди, она была порождением вражеской "буржуазной науки".
  
   Приведу еще пример генетики в малярии. Я уже писал, что в Африке громадная смертность, особенно детей, от этой инфекции. Но не все же умирают. Почему?
  
   Европейские врачи, лечившие африканцев, обратили внимание на то, что эритроциты под микроскопом у многих из них отличаются от привычного. Если у европейцев форма красных кровяных телец сферическая, то у африканцев она скорее похожа на серп или луну в неполной фазе. И при этом у них обнаруживается анемия. Оказалось, такие "ущербные" эритроциты содержат меньше гемоглобина и переносят меньше кислорода. Анемия (малокровие) тоже вещь далеко не хорошая. Так и назвали это состояние: "серповидноклеточная анемия" (талассемия). Но организм в какой-то степени
   справляется с этой анемией именно благодаря производству большего числа красных
   кровяных телец.
  
   Но зачем эта талассемия африканцам? Когда-то, в туманной дали ушедших веков, произошла мутация, т.е. изменение в каком-то важном нуклеотиде в составе ДНК. В итоге изменилась определенная деталь в кодировании белков, ответственных за производство гемоглобина. Точнее, возникло нарушение структуры белка глобина и уменьшение количества гемоглобина в эритроцитах. Сначала думали, что именно в этом секрет устойчивости носителей талассемии к малярийным паразитам, будто бы паразиты потеряли способность проникать в измененные эритроциты.
  
   Но всегда находятся умники, которые начинают сомневаться в том, что всем и так ясно. Ученые из Медицинской школы Университета Нью-Йорка нашли объяснение. Они показали, что болен ребенок талассемией или нет, количество в крови плазмодиев примерно одинаково. Логично было заключить, что талассемия не влияет на деление малярийных плазмодиев и не мешает им проникать в новые эритроциты. Существенным здесь оказалось именно повышенное число эритроцитов, плазмодии просто не успевали поразить такое их число, чтобы развилась тяжелая анемия, которая является одной из основных причин смерти при малярии.
  
   Да, появилась "местная" анемия. Но она же спасла туземцев Африки от вымирания от малярии. Носители серповидных эритроцитов перестали болеть малярией или, вернее, перестали умирать от нее. Доложили Всевышнему. Он распорядился: так тому и быть. С тех пор многие африканцы с измененными генетически эритроцитами живут с анемией, но зато ... живут на этой земле. Если не умер от малярии в детстве, значит, "будет жить"...
  
   Сегодня наука генетика и медицина, в том числе, знают массу подобных примеров и
   все больше узнают о роли генов, их мутаций и естественного отбора при самых разных состояниях и болезнях человека. В Африке мне работать не приходилось. Но вот с последствиями генетических мутаций и в нашем Казахстане было не бедно...
  
  
   Немного о малярии, как болезни
  
   В первый раз я, ученик девятого класса, увидел больного малярией у нас дома. У моего 12-летнего братишки Бориса развилась малярийная кома, через два дня его не стало. Это был 1948-й год. Задолго до этого он жаловался на боли в левом боку. Возможно, беспокоила увеличенная селезенка.
  
  
   0x01 graphic
   Генис Борис Хаимович (Ефимович). 1 октября 1936 - 1 августа 1948 г.
   Причина смерти - малярия.
  
  
   При малярии она обязательно реагирует, а за счет растяжения ее капсулы возникает боль. Приступов с выраженным ознобом и высокой температурой у него я не помню. Возможно, он переносил болезнь на ногах. Но помню, как он в конце дня пришел с речки, где с мальчишками купался, и как у него после этого начало развиваться коматозное состояние. Страшная болезнь... Мама до самой ее смерти так и не смогла смириться и свыкнуться с потерей сына...
  
   Во время моей работы в инфекционном отделении областной больницы к нам поступил больной. Его трясло от озноба. Наши медсестры принесли ему несколько одеял. Было лето, жара. А он не мог согреться. И всё время стонал, стучал зубами и просил: "Согрейте меня".
  
   Не помню, сколько времени прошло, но он вскоре начал "разогреваться". Тут уже температура - до потолка. И все одеяла полетели на пол. А больной всё продолжал метаться. Но теперь потому, что ему стало жарко. Жарко! Жарко! Голова трещит! Жарко! Часа два его трясло. Потом температура упала, медсестры меняли простынь за простыней: пот с него лился рекой. Откуда только в его организме столько воды взялось. Разбитый, кажется, вдребезги, он наконец-то заснул.
  
   Эти случаи я никогда не забуду. Позже, когда стали приезжать солдаты из Афгана, и рассказывать, как они там болели, я уже не удивлялся.
  
   Вызывают малярию простейшие рода Plasmodium (плазмодии). Я уже писал о трех видах плазмодия, вызывающих у человека три вида малярии. Добавлю для полноты списка еще один вид - Plasmodium malariae. Он вызывает четырехдневную малярию: лихорадочные приступы через каждые два дня (или на каждый четвертый день), за что болезнь и получила свое название.
  
   Возбудитель в организм человека попадает при "укусах" комаров (фактически, комар, не кусает, а прокалывает кожу острым хоботком, чтобы напиться крови). Затем паразиты проходят сложный цикл развития.
  
   Это и интересно, и важно знать, чтобы понимать, что происходит. Тем более, что ныне нет проблем с поездками в жаркие страны, а малярия там пока еще никуда не исчезла. И заболевания среди туристов исчисляются десятками тысяч ежегодно. Приведу такое сообщение Центра новостей ООН от 12.10.2006: "...Почти 30 тысяч путешественников заболевают ежегодно малярией, иногда с летальным исходом".
  
Комар проколет кожу хоботком и, как шприцом, впрыскивая возбудителей малярии в кровь или лимфу. С кровью паразиты проникают в клетки печени. Там для них дом родной, где они начинают делиться ("размножаться").
  
   Ученые очень долго не знали об этом "печеночном" цикле, и многие "белые пятна" не могли объяснить, а значит, лечить и предупреждать. Так, например, почему возникают рецидивы болезни? Каждый приступ болезни это новая волна разрушения эритроцитов и новая волна молодых паразитов, атакующих еще свободные эритроциты. Это, конечно же, не проходит бесследно для больного, развивается один из важнейших признаков болезни - нарастающее малокровие.
  
   Но паразиты в крови рано или поздно исчезают. Больной как бы выздоравливает. Но через пару месяцев или на следующий год болезнь вновь возвращается. Причина в том, что часть паразитов сохраняется в клетках печени. И когда они вновь попадают в ток крови, всё начинается сначала - поражение и разрушение эритроцитов, озноб, лихорадка. Мы называем это рецидивом. Когда этот секрет ученые поняли, начали больных лечить лекарствами, способными убивать плазмодиев уже в клетках печени. Рецидивы исчезли.
  
   При четырехдневной малярии паразиты в печени могут сохраняться десятилетиями в "спящем состоянии". Но через много лет они вдруг "просыпаются". Рецидив. Почему?
  
   Такие случаи описаны, например, у лиц после тяжелой травмы или операции. У нас был случай в областной больнице, когда после полостной (тяжелой) операции у больной началась непонятная температурная реакция. Первая мысль - хирургическое осложнение. Хирурги голову сломали, ища причину этого. Назначили антибиотики, не помогают. Никаких явных хирургических симптомов не обнаружили. На повторную операцию не рискнули. Решили наблюдать.
  
   Надо сказать, что в первые дни при малярии может быть нетипичная картина, когда держится высокая температура без намека на приступы. И только через несколько дней у больной начала проясняться картина. Наш инфекционист Чун Сюн заподозрил малярию, назначил анализ крови. Лаборант обнаружил плазмодии четырехдневной малярии. Начали расспрашивать, и пациентка с трудом вспомнила, что лет двадцать назад, еще в детстве, болела малярией.
  
   Могу похвастать, что мы много времени уделяли подготовке лаборантов. В нашем отделе, вернее, в лаборатории отдела, очень часто можно было видеть сидящих за микроскопом лаборантов из районных санэпидстанций или районных и участковых больниц. Наши "богини", лаборанты отдела Антонина Павловна Черникова и Нелля Абдуллаевна Ризванова, а до них Валентина Семеновна Красавская, отлично знавших микроскопию малярии, помимо своей текущей работы, как "клушки" опекали лаборанток.
  
   Часто я собирал лаборантов и на групповые семинары. Студентки лабораторного отделения медучилища, где я преподавал, практику проходили всегда на базе нашего отдела. С областной больницей мы тоже договорились, все лаборанты, которые стажировались на их базе, как правило, не менее недели, а то и более, проходили практику и у нас. И, главное, нам было, что показывать лаборантам. Я собрал большую коллекцию препаратов различных кровепаразитов. Поэтому учили не "на пальцах". И потому для меня дикостью прозвучали слова из приказа главного санврача России о том, что надо "рекомендовать усилить подготовку лаборантов"... Для меня эти слова звучат как будто еще из домикроскопной эры... Значит, капитально там всё развалили... "Ломать - не строить"...
  
   Комариный "десант"
  
   Однажды мы с моим районным помощником Зухарнаем Бодыковым приехали в небольшой аул в Терень-Узякском районе. Здесь жил парень, приехавший после службы в Афганистане. Надо было проверить, как у него дела, не было ли повышения температуры, посещает ли его местный медицинский работник. На таких участках мы организовывали обработки против комаров. Метрах в ста, за оросительным каналом, находились большие массивы риса. А где рис, там вода, камыши и комары.
  
   Поговорили с парнем. Поговорили с его родителями. Выпили по кисайке чая.
   - Комары есть?
   Смеются.
   - Без комаров скучно будет жить...
   - Мы пойдем, сараи посмотрим.
   - Не жалко. Смотрите.
   Зашли в один скотный сарай-загон, во второй, в третий... Было здесь всего домов пять. Все, конечно, держали скот.
  
  
   0x01 graphic
   Крытый сарай для скота, камыш, глина: днёвка комаров и москитов.
   Кзыл-Ординская область. Фото Давида Гениса.
  
  
   И тут, в этих сараях, я даже не сразу понял, почему стены такие черные сверху донизу. Это была "кошма" из ... комаров. Тут их собралось не тысячи. Здесь, наверно, были многие тысячи тысяч. Ни до, ни после я никогда такого не видел. Или слишком им всем жарко стало на тех рисовых полях, или еще почему, не знаю. Это был какой-то небывалый комариный десант.
  
   Конечно, на второй день работники районной санэпидстанции прибыли сюда для обработок. Я позвонил в район, спросил о результатах. А мне районный товарищ рассказал еще одну невероятную историю: они обошли все сараи и помещения в том ауле и... не нашли там ни одного комара. Ни одного.
  
   У насекомых бывают массовые кочевки. Всем известны несметные тучи саранчи. И я помню, как в 1947 году на огороды в пригородной зоне Кзыл-Орды налетела саранча. Стало темно, как при солнечном затмении. Помню сотни людей, вышедших тогда на огороды. Они все были "вооружены" кто чем и стучали в ведра, тазы, в железки, шумом
   и грохотом пытаясь отпугнуть всю эту прорву. Мы, мальчишки, тоже орали и прыгали, и руками махали.
  
   А как комаров "напугать"? И в литературе я что-то не встречал подобных наблюдений по поводу комариных десантов. Очередная загадка природы...
  
   Однажды приехав на свою дачу, увидел на одном из деревьев большую черную тряпку. Удивился, кто это мог ее сюда забросить? Подошел ближе и... ужаснулся. Это был сцепившийся в громадный узел рой пчел. Сосед держал ульи пчелиные. Вот один рой и вылетел. Что-то подобное я, наверно, наблюдал и у комаров?
  
   0x01 graphic
   Участники республиканского семинара энтомологов Казахстана на базе Кзыл-Ординской облсанэпидстанции. На переднем плане - энтомолог Аральской райСЭС Губенко Владимир Васильевич. Фото Д. Гениса.
  
  
   Отрывок из книги В. Гребенникова "Мой мир" (с интернета):
  
   "...Я сразу после десятилетки -- это была весна сорок четвертого -- оказался на должности помощника энтомолога Исилькульской малярийной станции. Никто сейчас не знает и не помнит, как во многих районах Омской области свирепствовала малярия.
   А переносили эту заразу комары из рода Анофелес, чьи слюнные железы, которые я рассматривал в микроскоп, порой распирало от плазмодиев. Комары прятались в надворных погребах, на потолках сеней, сараев, чуланов, -- но попробуй в скудном свете коптилки найти их тут, когда "потолок" -- это редкие жерди, на которых уложен слой веток с засохшими листьями, а поверху -- дерновые пласты
   (А в наших краях это был слой колючек или камыша, сверху покрытый слоем глины. Так что, даже и коптилкой мы не могли пользоваться. - Д.Г.).
   А личинки их развивались в многочисленных болотах и болотцах, которые обрабатывались так: мы собирали дорожную пыль, сеяли ее, смешивали затем с ядом -- парижской зеленью, и ручным вентилятором-опыливателем "РВ1" опыляли с берегов и кочек болота.
  
   (Кстати, и в первые годы моего приезда на работу в Кзыл-Ординскую область, точно также и у нас проводили борьбу с комарами ядовитой "парижской зеленью". На областной противомалярийной станции был вполне приличный транспорт по тем временам: лошадь с телегой. Бонификатор (дезинфектор) Назар загружал свой ядовитый инвентарь и ранним утром отправлялся на болотца и заросшие водоемы вокруг города травить комаров. Веселило только одно. Назар, пожилой казах, с непередаваемым акцентом произносил это замысловатое для него название ядовитого порошка. - Д.Г.).
  
   При этом, кроме комариных личинок, гибло великое множество безвредных водяных и надводных тварей, но что было делать, когда, бывало, вся деревня, включая председателя колхоза, лежит вповалку в приступе, и некого "выгнать" в поле, а на поле том полынь забивает реденькую немощную пшеничку, и мизерный паек военных исилькульских времен, если когда и удавалось получить его в многосуточной очереди, был горек-прегорек в буквальном смысле этого слова -- от полыни...
  
   Особенно "полюбилась" комарам и плазмодиям деревня Лукерьино. В дни приступов все до одного на лавках, полатях, полу и трясутся в лихорадке, укрывшись то тулупом, то какой-нибудь рванью; А кожа у них желтая, особенно желты ногти и белки глаз: это от лекарства ядовито-желтого цвета под названием акрихин, которое мы развозили по селам мешками. Все же оно немного помогало; с утра до ночи мы обходили все избы, "кормили" народ акрихином.
  
   А у всех поголовно плюс к тому надо взять из пальца по капле крови для анализа, пробивая кожу "иглой Франка" -- эдакой щелкающей рубилкой с пружиной и ножом-зубилом, который не всегда с первого раза пробивал заскорузлые, блестящие от труда и земли пальцы стариков, женщин и детишек: мужчин в деревнях практически не было, а малярия не щадила никого. Лечить их было трудно, выявлять -- еще труднее. Я изъездил, а больше исходил -- у нас была лишь одна тощая лошаденка -- весь район, каждое село, деревню, аул, хуторок даже с одною землянкой: их тогда, до укрупнения, было очень много, раскинутых по степям, колкам, заозерьям этого края".
  
   Вот такая исповедь одного из тысяч активных борцов с малярией, в неимоверно трудных условиях военной и послевоенной страны, победивших в схватке с комарами и малярией.
  
   Этими воспоминаниями одного из участников грандиозной борьбы с малярией я хотел было закончить эту главу. Многое, о чем он пишет, мне знакомо, мы прошли тоже через все эти "этапы" и "хождения" из дома в дом, от сарая к сараю, из аула в аул. С акрихином и иглой Франка, с мешками дуста и гидропультами.
  
   И, главное, с надеждой - когда-нибудь мы же должны добиться победы! Сколько же можно людям болеть этой древней и злой болезнью?
  
   И всегда помнил, это она, малярия, забрала у меня единственного братишку... Мою старшую сестру лишила жизни скарлатина. Мама с военных лет мучилась хроническим амебиазом печени, в конце концов завершившегося злокачественным процессом в ее далеко не старые годы жизни. Может, этот страшный "букет" тоже повлиял на выбор моей жизни, которую я посвятил борьбе с заразными болезнями...
  
  
   0x01 graphic
   Участники республиканского семинара энтомологов с Дергачевой Т.И.
   в Кзыл-Орде, на реке Сыр-Дарье. 70-е годы. Фото Д. Гениса.
  
  
   Комары в подвалах, жильцы - под пологами...
  
   М. Рустемова (Газета "Кызылординские вести", 24 июля 2010) напечатала грустный очерк о жизни и "содружестве" кызылординцев с комарами. Они стали бессменными и почти круглогодичными спутниками городской жизни. Комары там приспособились: личинки развиваются в теплых, почти всегда затопленных подвалах многоэтажных домов, а в квартиры на ужин комариная мафия наведывается через вентиляционные решетки и пролеты лестниц. Жизнь и питание без выхода в окружающий мир.
  
   От них уже не спасёшься сетками на окнах. Да и зимой не везде и не всегда было легче...
   - Укус одного обычного "подвального" комара практически, может быть, и не опасен, - говорит энтомолог областного департамента госсанэпиднадзора Серикбол Кожаниязов, - а многочисленные укусы комаров способны вызвать аллергические и токсические реакции. Кроме того, следует помнить, комары могут быть разносчиками целого ряда инфекций, поэтому надо оградить себя и ребенка от их укусов.
   - Самое радикальное решение проблемы - уничтожение комаров и их личинок с помощью ядовитых веществ-инсектицидов. Этим некогда занимались специальные подразделения санэпидслужбы. Но все многоэтажные дома давно приватизированы, и средства на дезобработку бюджет выделять уже не может.
  
  
   0x01 graphic
   Комар-кровосос (//www.lifeglobe.net/blogs/details?id=647), 2010 г.
  
  
   Автор очерка со слов местных медиков пишет о том, что сейчас такая обработка проводится на коммерческой основе. В областном центре около 10 частных компаний, занимающихся подобной деятельностью. Санэпидандзор, а точнее, энтомологический отдел, может лишь проверять эффективность действия химикатов, которыми травят комаров, вести учет численности личинок и комаров. По словам директора ТОО "Дезинфекция" Карасая Асанова, о 100% эффективности обработки говорить не приходится. По одной лишь причине - подвалы во многих домах затоплены. Конечно, можно обратиться в свой КСК, потребовать, чтобы осушили подвал, но кто пробовал это делать, знает - бесполезно. Собрать деньги с жильцов за дезобработку сложно, посему и компании не очень охотно откликаются на просьбы жильцов. Каждый защищается от комаров самостоятельно...
  
   Вспоминаю, что проблема выплода комаров в подвалах многоэтажек, затопленных
   из-за бесконечных утечек горячей воды, возникла где-то в 70-80-х годах. Причем, это случилось не только в Кзыл-Орде и некоторых райцентрах, но, кажется, во всех больших городах. Энтомологи и паразитологи, дезинфекционисты и коммунальщики, "советская власть" и "общественность" - кто только не говорил, писал, что-то решал по этой проблеме. А комары плодились, и с каждым новым домом их становилось больше. В магазинах раскупались марлевые пологи...
  
   Системы обогрева в домах работали нестабильно. Холодные батареи - звонишь в домоуправление. Приходит слесарь, говорит - "надо промыть систему", лезет в подвал, открывает заглушку и начинает "промывать" систему, т.е. выпускать воду из обогревающих труб и батарей попросту тут же, в подвал. Или забилась канализация. На верхних этажах кидали, что попало, на первых - "текло" и "топило". Сантехники приходили, открывали заглушку на трубах в подвале, так решали "проблему".
  
   И ничего с этим поделать было нельзя. Так строили дома, так их "обслуживали"... Потому в подвалах стояла вечная вонь и плодились неубиенные комары...
  
   И эта "система" практиковалась везде, что в Москве и Кзыл-Орде, что в Казахстане и Украине... Это была обыкновенная советская бесхозяйственность, от которой и поныне никак не могут избавиться.
  
   Не буду сейчас вдаваться в детали, да многое уже и забылось. Но наши энтомологи Серикбол Кожаниязов и его городские и районные коллеги многие дни проводили в подвалах, учитывали и текущую армаду комаров и их личинок, и результаты разных методик противоличиночных и противокомариных обработок в поисках наиболее эффективной схемы. Ведь просто сыпать или брызгать ядохимикаты было недопустимо.
  
  
   0x01 graphic
   Кызылорда современная (фото с интернета).
  
  
   Сейчас я живу в США. Здесь во всех городах масса многоэтажных зданий и масса частных домиков, составляющих жилищный кооператив, имеющих общий офис по управлению всеми хозяйственными проблемами. Но никто не ищет общественников, готовых жизнь положить в борьбе, например, с выплодом комаров или с уборкой снега. В каждом таком здании-многоэтажке или "кооперативе" (village), есть менеджер со своей конторой и ремонтниками. Со всех квартирантов или владельцев квартир (домиков) берут в безоговорочном порядке ежемесячную плату на содержание зданий и территории. За 15 лет жизни ни я, ни мои знакомые ни разу ни одному слесарю не давали на "бутылёк", хотя они приходили по первому вызову. Если квартира собственная, значит, в оффисе по прейскуранту надо заплатить, и всё будет сделано без задержки.
  
  
   0x01 graphic
   Эритроциты обезьян Малайзии, зараженные "новым" видом
   Plasmodium кnowlesi. Люди там болеют этой же малярией (интернет).
  
  
   Я удивлялся в первое время: нет здесь комаров ни зимой, ни летом, хотя наш город на широте Ташкента. Да и подвалов, которые можно было бы заливать, здесь нет. В подвальных этажах здесь тоже квартиры, или спортивные помещения. И всегда в подвальных помещениях тепло и сухо! Здесь продуманная система строительства и обслуживания домов. Инженерно спланированная система канализции. В этом секрет. Других секретов нет.
  
   Отопление автономное, газом или электричеством. И даже в домах, где водяное (батарейное) отопление, а я живу в таком доме-многоэтажке, нет понятия о "промывке системы" с выпуском воды куда глаз ляжет, чтобы батареи были горячими. И то "частное", что прекрасно работает в США или Европе, почему-то не работает в странах бывшего Союза. Не берусь судить издалека, но газетный очерк Рустемовой для меня знаковый. Да и в интернет я залез посмотреть. Подвалы, вода, комары... Аким (глава города) обещает: "Меры примем". "Возьмем под контроль". Так уже сто лет "меры принимают" и "берут под контроль".
   Ничего, значит, не изменилось за прошедшие, уже и "частновладельческие" годы...?
  
  
  
  
  
   Cм. продолжение: глава 16. Тихий убийца.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"