Генис Давид Ефимович: другие произведения.

Заметки врача: сорок лет в пустынях Казахстана. Глава 7

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Глава 7. Это страшное слово "Чума"


   Заметки врача: сорок лет в пустынях Кахстана. Глава 7
  
   Давид Генис
  
   Глава 7. Это страшное слово "чума".
  
   Царица грозная,Чума
   Теперь идет на нас сама
   И льстится жатвою
   богатой;
   И к нам в окошко день и ночь
   Стучит могильною лопатой...
   Что делать нам? и чем
   помочь?
  
   Пушкин А.С.
   Пир во время чумы
  
   И все же, несмотря на интересную работу в инфекционном отделении, перешел в областную санэпидстанцию, где заведовал отделом паразитарных болезней до отъезда в США в 1996 году. В "борьбе" с паразитарными и инфекционными болезнями не единожды объездил область. Видно, геолого-минералогическая жилка потянула в просторы пустынь... Я считал нашу зону Казахстана "заповедником" инфекционных и паразитарных болезней. Уже с самого начала пришлось иметь дело со многими из их перечня, включая самые грозные.
  
   Одним из страшных бедствий для человечества во все века была чума. В русском языке нередко и сейчас слово "чума" используется в нарицательном смысле, обозначая бедствие. В английском языке слово "plague" обозначает чуму, бедствие, бич, мор... Приехав на работу в Казахстан в 1955 году, быстро понял, что чума для меня не будет просто статьей
   в справочнике инфекционных болезней. Так оно и случилось...
  
   Смерть от чумы...
  
   Но прежде всего хочу привести отрывок (в сокращении) из очерка "Ради чумы" Анатолия Комиссаренко (www.proza.ru/texts/2004/10/05-37.html), где красочно описана картина заболевания и смерти от чумы молодого шофера. Он находился в глубоком карьере, когда экскаватор случайно вскрыл захоронение, как можно понять, какой-то емкости с остатками или отходами производства компонентов бактериологического оружия. В предыдущей части очерка ("Мертвый город") описано состояние после развала СССР в 1992 году некогда крупного и сверхсекретного города Степногорска в Казахстане. Здесь велись научные и производственные работы по созданию бактериологического оружия.
   Так что можно догадаться, где и что происходило, даже если автор очерка и не привел истинную историю болезни. Итак...
  
   ЧУМНОЙ КАРЬЕР (выделения жирным шрифтом мои. - Д.Г.). "Поздно вечером Сергей внезапно занемог, вдруг такая дрожь пробрала, что кресло завибрировало.
- Ты чё, Серёга? - удивлённо посмотрел на трясущегося соседа Григорий Семёныч, пожилой водитель "БЕЛАЗа-3". - Простыл, что ли?
Зажавшись в комок, чтобы подавить трясучку, Сергей растерянно дёрнул плечом. Похоже, клацанье его зубов было слышно аж в другом конце коридора. Понаблюдав за вздрагивавшим Сергеем пару минут, Семёныч сходил к себе в комнату, принёс чекушку водки.
- Пойдём лечиться, - велел Семёныч и подхватил Сергея под локоть.
- Я ж з-завтра не пр-родую... - попробовал возразить Сергей, выдавливая комканые слова сквозь вибрирующие зубы.
- Какая к чёрту продувка! Ездок фигов! - возмутился Семёныч, укладывая Сергея в кровать. - У тебя температурища, как в перегретом моторе!
   Сергей выпил полкружки водки, но - только голова разболелась, и поплыло всё вокруг. Семёныч укрыл Сергея несколькими одеялами, сверху накинул бушлат, велел спать и потеть. Не спалось и не потелось. Минут через десять водка проявила себя жуткой слабостью. Сергею стало жарко, он сбросил все одеяла, расстегнул рубашку. Мышцы болели так, будто в конце смены вручную поменял у "БЕЛАЗа" все колёса.
К полуночи окружающее сильно замутилось
- как валенком по голове стукнули. Появилась какая-то оглушённость. Кожа на шее воспалилась. На вопросы Сергей отвечал, почти не понимая, что у него спрашивают. Сергей едва ворочал сухим языком, то и дело прикладывался к кружке с водой, но пил с трудом - жутко болело горло.
- Открой-ка рот! - потребовал Семёныч.
Подсвечивая настольной лампой, Семёныч заглянул в саднивший рот.
- О-о! - удивился он. - Да у тебя ангина! Гланды красные, по кулаку, а язык белый,
   как мелом вымазанный (Очень характерный симптом при чуме. - Д.Г.). Ангина, точно. Лицо вон горит. И глаза воспалённые. Блестят, как у алкаша с похмелья. Давай ещё стаканчик примем. При ангине она полезная, водочка.
Не ощущая ни вкуса, ни запаха, Сергей выпил, что дали. Но водка пошла не в пользу. Сергей засуетился,
стал беспокойным, пытался встать с постели, бормотал в бреду, что надо искать Бумса, а то его верблюды заплюют. Часа через полтора, прояснившись мозгами, Сергей запросился в туалет. Брёл, шатаясь, говорил, едва ворочая языком. В туалете Сергея вырвало чем-то коричневым. Он окончательно ослабел. Едва дыша и мотаясь на подкашивающихся ногах, стал жаловаться, что болит всё нутро.
- Жжёт! - хватался дрожащей рукой за горло. - Жжёт!
- Идём, я тебя положу, да фершалицу позову, - засомневался в здоровье Сергея Семёныч.
Фельдшерицу Тамарку пришлось будить и уговаривать идти в общежитие шоферов долго. Она знала, что шофера сильно болеют только с крупного перепоя.
- Больной! - возмутилась Тамарка, едва унюхав запах водки. Все вы в лечебных целях водку глохчете!
Тамарка ушла.
Грубые пальцы старого шофёра не ощущали
суматошно бьющуюся кровяную ниточку пульса (Очень частый и нитевидный пульс, как проявление сильной интоксикации - важный симптом при чуме. - Д.Г.). Сергей запрокидывал голову назад, освобождая саднящее горло, дышал часто, словно запыхавшись после долгого бега, громко и со свистом выдавливал густой воздух из груди. Лицо у него как-то незаметно осунулось, черты заострились, появились тёмные круги под глазами.
Сергея постоянно мучила жажда. Семёныч подносил ему воды в железной кружке. Сергей стучал зубами по железу, но пить почти не мог из-за сильной боли в горле. Безразличное, покрытое громадными каплями пота, лицо Сергея незаметно превратилось в страдальческое, а ближе к рассвету, когда Семёныч задремал, исказилось ужасом.
Сергей
бредил. Его пересохшие, чёрные в сумрачном свете губы едва шевелились. Он бормотал что-то неразборчивое и упорно вглядывался в лицо Семёныча воспалёнными глазами, на которые от нестерпимой головной боли (симптом тяжелой интоксикации
   при чуме. - Д.Г.) то и дело наворачивались слезы. Дышать стало нечем, Сергей забился
   в судорогах.
Увидев
кровавую пену изо рта Сергея и чёрные кровоподтёки на шее, очнувшийся от дрёмы Семёныч перепугался. Он помчался к фельдшерице. Когда они с Тамаркой прибежали в общежитие, Сергей лежал, наполовину свесившись с кровати. На полу перед ним растеклась лужица розоватой желчи. Одной рукой он держался за горло, другая вцепилась в железку изголовья.
   Сергей был мёртв.
Утром на угольном разрезе и в городке объявили карантин. Выезд из района запретили, население стали спешно кормить какими-то таблетками. Радио сарафанное донесло, что в разрезе случайно вскрыли давнишнее захоронение биологического оружия. То ли чумы, то ли ...".
  
Чума есть чума...
  
   В 60-х годах на северо-западе области, в Казалинском районе, возникла серьёзная вспышка чумы, как говорили, одна из крупнейших в СССР за последние годы. Всё бы ничего, да по этой территории проходят железная дорога Москва - Ташкент и шоссе того же направления. Кроме того, соседи - город Ленинск и космодром Байконур. Всё это, конечно, заметно усугубляло ситуацию и вызывало нервозность на всех уровнях власти.
  
   Что произошло тогда? На одном из дальних отгонных участков, где в летнее время находились чабаны, жители прирезали заболевшего верблюда. Тушу разделали, мясо, по обычаю, разделили по семьям. На второй день слегли двое, жар во всем теле, сильная головная боль. К вечеру, как палкой по ногам, свалились двое других. К исходу третьего дня заболели еще трое. Поняли старики: случилось что-то страшное, ведь все заболевшие или участвовали в прирезке и разделке туши больного верблюда, или брали сырое мясо, солили его, готовили из него еду.
  
   В Казалинском районе было много верблюдов. И знали старики-чабаны о страшной и быстрой смерти, которую можно было ожидать от этих заболевших животных. Знали, и все-же спешили прирезать их, надеясь на милость аллаха. Все-таки такая "гора" мяса... Но чума есть чума! На этот раз, поняли они, не пронесло. Срочно отправили молодого чабана на лошади искать совхозного фельдшера. Пока нашли фельдшера, пока гонец сообщил в район, из семи заболевших умерли трое.
   Заболевание, по рассказам родственников, у всех начиналось почти внезапно, быстро,
   с сильным ознобом. Больной "совсем быстро" становился очень горячим, появлялась сильная головная боль, общее состояние резко ухудшалось. Первые трое больных умерли еще до приезда врачей, буквально за считанные дни. При осмотре врачами у всех заболевших были обнаружены увеличенные, воспалённые и резко болезненные подмышечные лимфаузлы (бубоны). Это была т.н. бубонная форма чумы. За все годы
   моей работы в Кзыл-Ординской области мы встречались только с этой формой.
  
   Заболевших разместили недалеко от райцентра в специально организованном полевом госпитале. Так как не было уверенности в том, куда могли уехать и другие жившие здесь и возможно заразившиеся люди, территорию всего района объявили очагом чумы. На район наложили карантин, был закрыт выезд из него. Пассажирские поезда останавливались, но пассажиров на перрон не выпускали, посадки тоже не было. Здесь дежурила милиция и военные патрули.
  
   В штаб очага вошли представители Казминздрава, саратовского института (НИИ "Микроб"), который был головным в Союзе по этой инфекции, и другие приезжие деятели. Меня, как представителя областной санэпидстанции, тоже включили в состав штаба.
  
   Конечно, "честь" мне была оказана этим чрезвычайная, ибо местных на таких вспышках никогда близко не подпускали. "Близко" не потому, что местные плохо работали, а потому, что вся ученая братия, которая слеталась на подобные события, боялась "утечки" научной информации. Для них подобные ситуации были "золотым дном": потом писались многочисленные научные статьи, материалы использовались для диссертаций. И "лишние" им совсем не были нужны. И пишу это не голословно. Позже, когда с представителем саратовского института всю ночь писали и оформляли заключительную и подробную Справку, имел "удовольствие" всё это видеть воочию. Кстати, копию этой справки для нашей областной СЭС не дали. Такой была "секретность" их "работы"...
  
   Ежевечерне шли доклады о ситуации в Алма-Ату - ЦК партии, Минздрав и Комитет
   Государственной безопасности (КГБ). Это само по себе всех лихорадило, "наверху" с
   нами разговаривали очень жестко. Понятно, очень боялись заноса чумы на европейскую территорию страны. Спали мало, а были и бессонные ночи. В очаге работало более двух сотен местных и приезжих медработников, милиционеров, военных. В мою миссию входила, в частности, координация размещения и работы всех этих служб. Мы организовали 10 или 12 бригад медработников, которые ежедневно обходили дома жителей районного центра Новоказалинска и ближайших аулов. Ко всем температурившим больным выезжали врачи-консультанты. Это были две недели (с учетом карантина) на нервах. Особенно много суматохи было в первые дни. Все начальники, все командуют, все нервничают.
  
   Успокоились, пока окончательно не убедились, что новых случаев не возникло, что всех "контактных", т.е. имевших возможность тоже заразиться, выявили и все они под жестким медицинским наблюдением, что всё зараженное мясо того бездарного верблюда выявлено и уничтожено. Значит, угроза снята.
  
   Другой случай. Однажды вечером позвонила мне домой заведующая областным отделом здравоохранения С.У. Макашева и "обрадовала": "Давыд, в Казалинском районе выявлен случай по форме 100 (чума). На вокзале через час тебя будет ждать бригада из 20 медработников, возглавишь ее и выезжайте в район. Билеты для бригады уже заказаны".
  
   Пять часов в скором поезде, и мы в райцентре, в Новоказалинске. Главный врач райбольницы Файздрахман Жумагулов - на курорте, главный врач райсанэпидстанции Берденов Сержан - больной, в больнице. Пришлось брать всю организацию работ на себя
   с участием местных специалистов и органов власти. Штаб очага мы разместили в райисполкоме.
  
   И здесь тоже всё началось с забоя больного верблюда. В разделке туши участвовали четыре человека, один заболел, двоим из них и членам их семей мы организовали постоянное медицинское наблюдение, для чего на участке на неделю поселились медработник и милиционер. Установили карантин. Там же организовали и лечебный изолятор, где находился больной. Таков был жесткий порядок: больного изолировать и госпитализировать на месте. В таком случае разворачивали "полевой госпиталь". Ради безопасности медикам запрещалось везти больного в какую-либо больницу.
  
   Ветеринары и милиция всё зараженное мясо изъяли, уничтожили. Работники местной противочумной станции выехали на тот злополучный участок к чабанам. Они там вели обработки ядохимикатами против грызунов и против блох в их норах.
  
   Но главное осложнение нам устроил четвертый участник разделки туши верблюда. Он исчез, куда-то сбежал. Куда? Скорее всего, в райцентр, чтобы быть поближе к больнице,
   а если не заболеет - значит, подальше от милиции. Понимал, что за прирезку чумного верблюда могут наказать.
  
   Что значит, сбежал? Он же возможный источник чумы, если заболеет, значит, может "занести" болезнь в райцентр. Мог на каком-нибудь разъезде в поезд сесть и махнуть в другой поселок или даже район к родственникам. Если он в этот момент уже болен, значит, пассажиры того поезда будут тоже считаться контактными лицами, ищи их потом по всей стране. Но мог сбежать и куда-нибудь на другой участок к чабанам и там затаиться. Значит, и там можно ждать осложнений? В любом варианте, куда бы этот человек с перепугу не убежал, он может и сам заболеть, и не успеть получить нужную медицинскую помощь. В общем, как ни крути, для нас - головная боль.
  
   Я уже писал, что у всех больных была бубонная форма. В принципе, она не заразна для окружающих. Но в любой момент она могла осложниться и перейти в септическую или легочную форму. Тогда бы быстро возник "пожар". Этого и боялись. Алмаатинское начальство каждый час требовало от нас сведения.
   - Нашли?
   - Нет, не нашли, ищем.
   - Через час ждем информацию.
   В телефонной трубке короткие гудки...
   Через час тот же вопрос и тот же ответ.
   В шесть часов вечера звонок из республиканского ЦК партии в райком партии. Задействованы все "высшие силы". Нам нечего ответить. Все подняты на ноги, ищем. Выслушали в свой адрес: "Плохо работаете!". И опять - короткие гудки. Ну где мы эту иголку в стоге сена можем найти? Но найти надо, это мы и без высокого начальства все понимаем. Тем более, что мы решили панику не разводить и карантин на район не наложили, за что из столицы получили "втык". И милиция, и районный комитет госбезопасности по своим каналам тоже ведут розыск, всех подняли на ноги. Поздно ночью стало известно: нашли. Праздник! Главное, что этот сбежавший здоров. Опять праздник! В таких случаях говорят - "очаг локализовали", т.е. приняли все меры, чтобы
   не допустить распространение инфекции.
  
   Когда через пару дней к нам приехали начальник отдела чумы Минздрава СССР и зав. облздравотделом, они подтвердили: мы все сделали, что надо было. В тот раз почему-то никто из министерства или профильных противочумных институтов "помогать и решать" не приехал, только по телефону "воспитывали". Обошлось всё сравнительно без большой шумихи, когда все знают, что надо делать. Хотя, честно говоря, я ожидал наказания: я был представителем облздравотдела в этом очаге и по моему совету противоэпидемическая комиссия и райисполком карантин на район так и не наложили. Ограничились совхозом.
   Я посчитал тогда, что показаний для излишней паники нет. Как показали события, я оказался прав, и мы, не нарушив жизнь района, очаг чумы ликвидировали.
  
   Правда, в душе маленький "червячок" тогда остался. Рядом, в Аральске, Араломорская областная противочумная станция. Мощное учреждение, головное... Но оттуда никто не приехал. Даже врач чумолог-эпидемиолог, которому были все карты в руки. Правда, от нас подробную справку по ситуации и о проведенных мерах они всё же потребовали. Дабы показать, что они тоже работают? Минздрав им судья...
  
   Почему чумологи верблюдов не любят...
  
   Что можно сказать о верблюдах? Грустное и постоянно стонущее животное. Да, это был в те времена в наших местах важный вид транспорта. Чабан гнал свою отару на дальние пастбища, а его семья, юрта складная и имущество, не торопясь и в развалку тряслись на мягких верблюжьих горбах. Кстати, в наших краях были только двугорбые верблюды. Пески, барханы, безводье. Кто еще мог все это выдержать и преодолеть? Верблюды - это еще и мясо, шерсть, молоко. Кисломолочный продукт из молока верблюдиц был прекрасным напитком. Называли его в разных местах области или шубат, или кымран.
  
   Но речь сейчас не о транспорте. Верблюды, как правило, достаточно свободно нагуливали свой жир на дальних чабанских стойбищах. Попадали, естественно, на участки, заселенные дикими грызунами. И всегда там были спутники грызунов - блохи. Вот и шел в природе "круговорот": в этом грызуньем царстве не так уж и редко приживались и чумные микробы. А грызуны, чаще всего большие песчанки (они сохранились еще с мамонтовых времен) и некоторые другие виды, были природными хранителями и источниками чумных микробов. И сами болели и погибали тоже.
  
   На этих участках верблюды от укуса блох заражались чумой и быстро погибали. Когда хозяин видел, что верблюд заболел, он скорее старался его прирезать, чтобы, если уж без верблюда остаться, так хоть не без мяса. Верблюд - единственное домашнее животное, погибающее от чумы. А так как этих "кораблей пустыни" было в наших краях немало, то
   и рисковых ситуаций хватало. В нашей области, как ни в какой другой, было четыре противочумные станции и отделения в Аральске, Кзыл-Орде, поселках Кармакчи и Новоказалинске. Это уже само по себе о многом говорило.
  
   И не было для наших чумологов страшнее зверя, чем верблюд. Заболел тяжеловес в летнее время - жди случаев чумы. Кто-то разделывал тушу, кто-то из того мяса ужин готовил, все они могли заразиться и заболеть. И заражались. И болели. И умирали. Так за что было чумологам верблюдов любить?
  
   В интернете (www.rol.ru/news) прочитал о том, что трое жителей Мангистауской области на западе Казахстана заболели бубонной чумой. Они были в числе "команды" из шести человек, которые участвовали в забое больного верблюда. О продолжающейся напряженности ситуации можно судить, например, по данным за 2004 год: в Казахстане было выявлено 554 штамма возбудителей чумы, а площадь эпизоотии (распространение возбудителя в дикой природе) составила 35800 кв.км!
  
   0x01 graphic
   В песках Приаралья. "Любимец" чумологов - верблюд. Мы оба - без веселья.
   Фото Д. Гениса.
  
  
   Форма 100 и прочие "секреты"
  
   Конечно, в те времена засилья КГБ (органов госбезопасности), все сведения по чуме были строго засекречены, не дай бог зарубежные империалисты узнали бы наши страшные тайны. Однажды ночью, по тревожному звонку из областного отдела здравоохранения, меня подняли.
   - Что случилось?
   - Форма 100!
   Это был условный шифр. Ночь не в ночь, быстро собрался и вместе с бывшим тогда начальником Кзыл-Ординского противочумного отделения Д. М. Шеком поездом добрались в районный центр, поселок Кармакчи. Не успели войти в гостиницу, как услышали радостный возглас:
   - Дима, Давид, привет, что это среди ночи?
   - Да так, по делам...
   - Знаю ваши дела...
   Это нас встретил общий знакомый и друг Эдуард, главный инженер одного из кзыл-ординских ведомств. Не успели парой слов обменяться, быстро исчез. Оказалось, сразу
   же собрал вещи и моментально оказался на вокзале. Уехал домой.
   Позже он смеялся:
   - Когда вас увидел среди ночи, сразу понял - дело серьезное, пахнет карантином на одну-две недели. Мне это надо было?
   Для командированного человека этот риск был совсем не в радость. Да, Эдуард не ошибся. С утра сразу наложили на поселок и вокзал жесткий карантин. Проходили мимо поезда, почти не останавливаясь. По пустому перрону прохаживались милиционеры, а напуганные пассажиры осторожно выглядывали через задвинутые занавески. Не знаю, что уж там им про нас наговаривали, уверен, слово "чума" хоть и шопотом, но звучало...
   Утром того же дня в Кзыл-Орде наш сосед со своего балкона на весь двор спрашивал у моей жены, мол, видел, что муж ночью срочно уехал, чума где-то опять? Вот такие были секреты...
  
   Еще пару примеров к вопросу о секретности. Однажды чуть не до смерти напугал главного врача областной санэпидстанции Иду Михайловну Боруцкую. Сыпной тиф относился к т.н. группе декретных инфекций: о каждом случае советское правительство обязано было сообщать во Всемирную Организацию Здравоохранения (ВОЗ). Вот и представьте себе: пропаганда твердит о прекрасной жизни советского народа, а тут - сыпной тиф. И на Западе хорошо понимали, что означали случаи этой инфекции. Мне поэтому и было сказано, мол, что-то я много выявляю таких больных, получается неудобная статистика... Что я мог ответить? Больных не "нарисуешь" и резинкой из списка не сотрешь, если они есть, то они есть. Могу набирать до полусотни больных ежегодно. В "секрете" не утаишь. Легко можно себе представить реакцию главного врача на такое мое заявление, на такое "вольнодумство"!
  
   Когда наш Байконур начал активно действовать, пошли запуски ракет и прочие "дела", со временем в окружающих поселках участились заболевания детей, у них начала меняться картина крови. Наш врач областной больницы Ф. Чун Сюн нескольким больным поставил диагноз "лучевая болезнь". Тут же появились "товарищи" из Комитета Госбезопасности (КГБ) и предупредили, можно лечить так, как считает нужным врач, но чтобы официально диагноз "лучевая болезнь" больше не писали.
  
   То же самое было, например, и с диагнозом "чума". Во всех случаях можно было употреблять только диагноз "форма 100". Кстати, холеру мы именовали "формой 30", сыпной тиф проходил под номером "40" т.д. Уверен, американцы и все прочие не хуже
   нас знали, что это за такая "форма". Местные жители тоже в "этом" разбирались...
  
   И зайцы - туда же...
  
   Однажды я выехал в экспедицию с отрядом чумологов. Они весь теплый сезон года проводили в песчаной зоне области (пустыня Кызылкум), постоянно выясняя ситуацию по чуме в условиях природы. Кормились охотой, благо дичи было достаточно. При мне подстрелили зайца. У всех в группе уже сразу слюнки на губах. Всё-таки свежатина, не консервы из банки. Наш бригадир, зоолог В. С. Чижевский, надел резиновые перчатки и взялся разделывать добычу. Я рот открыл от удивления.
   - Владимир Сергеевич, что за маскарад?
   - А что случилось, чего глаза широко открыл?
   - Да в области не сосчитать охотников на зайцев. Но такого не видел и не слышал, чтобы кто-то резиновые перчатки одевал.
   - Доктор, есть возражения?
   - Нет, конечно. Вам бы медаль за гигиену дать. Чудно всё-же.
   - А ничего хитрого тут нет. Мы же всё время в степи, грызунов ловим, в город на анализ посылаем. Сам знаешь, всё чуму ищем. А эти длинноухи тут же обитают, в тех же песках, где и наши возможные чумные очаги. Блохи на них тоже питаются. Вот тебе и цепочка. Однажды тоже вот так зайца поймали. Шутки ради, отправили и голову зайца на анализ. И вдруг приходит сообщение - в той дурной голове выявлены следы заражения чумой, просят выслать тушку. Какую тушку, мы того зайца благополучно съели. Но с тех пор надеваем перчатки. Не очень охота тут в степи чуму прихватить, да мало ли какие еще инфекции у зайца могут быть.
   - Вот бы еще наших чабанов научить перчатки надевать, когда верблюда режут.
   - Эка, доктор, загнул. Ты им сначала те перчатки подари. Они их, думаю, и в глаза никогда не видели.
   - Да, вот такие шутки с зайцами. И с перчатками тоже...
  
   Но зайцы и не думали "шутить" с нами. В Приаральских Каракумах однажды летом несколько женщин из далекого аула выехали на сенокос. С собой одна из бабушек взяла 12-летнего внука. Пока все трудились, мальчишка в кустах руками поймал зайца. Какой спрос с мальчишки? Но женщина-повариха должна же была сообразить, что руками можно поймать только больного зайца. Не сообразила. Явно обрадовалась дармовщине, разделала, сварила обед.
  
   Через день-два она и мальчик заболели, их поздно вечером привезли в районную больницу Аральска. Совхозная врачиха направила их сюда с каким-то "несерьезным" диагнозом. Хорошо, дежурная медсестра инфекционного отделения сразу заподозрила неладное, вызвала врача. Тут же пригласили чумолога.
  
   Диагноз: чума, бубонная форма. Женщина выжила. Мальчик в состоянии тяжелой интоксикации через два часа после поступления в больницу умер. Первоначально у него тоже была бубонная форма, считающаяся безопасной для окружающих. Но на вскрытии обнаружили уже начинающуюся чумную пневмонию, или легочную форму. Если бы ребенок прожил еще несколько часов, было бы трудно предсказать размеры трагедии. Ведь легочная чума, как грипп, "летит" от человека к человеку. Вот тебе и "безопасная" бубонная...
  
   Конечно, шум о трагедии по всем инстанциям. Уже утром в Аральск прилетела масса народу, от высокого начальства и ученых до медсестер, милиции и военных. Задач много, и все первоочередные. Понятно, когда почти одновременно сваливается множество специалистов и власть имущих из разных городов, то неразбериха всегда тут как тут. Меня и группу наших медиков тоже подняли уже ранним утром и в тот же день и мы поездом отбыли спасать народ от чумы.
  
   На скором поезде до Аральска семь или восемь часов езды. Прибыли мы где-то к часу дня. Я сразу же зашел в райисполком, где разместился штаб, чтобы доложить о прибытии нашей бригады. А там уже идет "беспрерывное" заседание. Всё начальство, все ученые светлые головы в кабинете председателя райисполкома. О чем-то спорят, кто-то отдает какие-то команды, одни выходят, другие заходят. Обычный гам, суета и нервозность, как это не раз я наблюдал на крупных вспышках, когда собиралось сразу много деятелей. Само слово "чума", витавшее в воздухе, смерть больного ребенка, полная неясность, что именно в очаге сейчас происходит и "то ли еще будет". И уже "звонки" из столичных инстанций, им же надо еще "выше" докладывать. Значит, вынь да положь им, что всё под контролем, "что все необходимые меры приняты". А у нас тут и "под контролем" ничего нет, и пока кроме разговоров ничего не совершено. Эти звонки тоже добавляли "эмоций" во весь этот штабной гам.
  
   Меня сразу увидела бывшая зам.министра здравоохранения республики, а в то время директор Казахского института эпидемиологии и микробиологии Клавдия Алексеевна Костина. Она же была и начальником данного очага чумы.
   - Вот хорошо, Генис появился. Вы местный, сами видите, что тут делается. Приехали и еще сегодня приедет масса народу. Сейчас должны прилететь три вертолета воинской части из Таджикистана. Мы все тоже еще пока не знаем, где будем ночевать. Прибыло много медиков из вашей области. А тут, как видите, сейчас неразбериха с этим делом. Вот займитесь размещением людей и на штабе в пять часов доложите.
  
   Да, заданьице... Уже час дня. Задача - успеть до штаба. Взял я районного знатока Володю Губенко и начали мы с ним "бегать". Здорово нас выручило Араломорское мореходное училище (Сейчас странно это название писать: когда-то и море было, и своя "мореходка"...). Лето, каникулы, много пустых помещений. Правдами и неправдами, пользуясь своими мандатами представителей штаба и санэпидстанции, мы нашли всем жилье. Устроили даже "люкс" для начальства. А это означало, что нашли комнаты, организовали уборку, установили, вернее, добились, чтобы кровати и постели выглядели по-божески (в местном понимании, конечно), нашли умывальники. Уже после рабочего дня, вечером, мы зашли в общежитие наших приезжих медиков. Застали в большом зале, где стояли двадцать раскладушек, в том числе для главного врача республиканской санэпидстанции Бориса Федоровича Сидоренко и еще двух руководителей отделов из Минздрава. Они с достаточно грустным выражением готовились занять раскладушки.
   - А мы для вас люкс на три места приготовили. Просим.
   - Спасибо. Мы уж тут как-нибудь...
   - Вам работать надо, здесь, в общем зале, не получится. Да и наших ребят тут будете стеснять, вы же для них, как боги, сошедшие с гор алмаатинских...
  
   Убедили. Показали им комнату-"люкс". Начальство, конечно же, сразу пришло в восторг и потребовало, чтобы я тоже с ними остался тут. Я, было, отнекиваться начал,
   а они упросили - без местного человека им здесь будет трудно. Так в их "люксе" и моя, четвертая, койка появилась.
  
   Мы встретили и разместили прибывших вертолетчиков. Успел еще и разобраться с приезжими медсестрами. Организовали бригады для подворных обходов, разместили медиков по общежитиям. Куча житейских проблем, где спать, где питаться, что делать каждому, когда всё это сваливается сразу и требует тут же решения....
   В пять часов на заседании штаба я доложил обо всём, что сделали. Даже заслужили высочайшее "спасибо". Костина во всеуслышание заявила:
   - Я же знала, что Генис справится.
   В "наказание" меня включили в состав штаба. Почему в "наказание"? Всем, кому приходилось работать на глазах у высокого, особенно приезжего, начальства, знают, - покоя не жди. Задергают. На больших вспышках всегда особо нервозная обстановка. И это сказывается. Что уж тут жаловаться... Да к тому же здесь и заместитель министра здравоохранения республики. Это тоже для всех не просто.
  
   Кроме того, заработал и обиду на свою персону. Я заведовал отделом паразитарных болезней. Чума - не мой "профиль". В Аральск приехала и зав.отделом особо-опасных инфекций А. А. Акчурина. Ее, по распоряжению Костиной, поставили, как рядового врача, во главе одной из бригад медсестер и поручили вести подворные обходы на выделенном для них участке. А я попал в состав штаба. Она и обиделась на меня за то, что я, якобы, занял именно ей причитающееся место. Как будто я просился в тот штаб...
  
   В американской литературе встречал утверждения, что бубонная чума не опасная, эти больные никого не заражают. Всё не совсем так. Упускают при этом важную деталь. Пока микробы находятся в лимфатических узлах больного человека (бубонная форма), другому человеку они передаться не могут. Но всегда остается реальным прорыв микробов в ток крови, в таком случае быстро возникнет септическая или вторичная легочная форма болезни, а вот она очень опасна и заразна. Поэтому и применялись у нас такие жесткие карантинные меры. Перестраховка? Да, конечно. Тут и психология играла роль, ибо для населения термин "чума" не был отвлеченным понятием. И историческая память, и сложности с ранним выявлением и лечением в те времена, и страх заноса инфекции куда-то в центральные районы страны, всё вместе сильно "будоражило"...
  
   Организационные проблемы все же отходили на второй план по сравнению с главным: где и как заразились мальчик и женщина? Поначалу из местных жителей никто ничего не говорил. Знали, но молчали. Боялись? Наш замминистра сам с чумологами выезжал в аул, откуда поступили больные. Там говорил с местными руководителями. Больше всего его возмутили слова одного из них, мол, заболевшие с верблюдом дела не имели, так что беспокоиться и не о чем. Не было, мол, ни больного, ни здорового верблюда, не резали верблюда...
   - Значит, знают, что и откуда, а не хотят говорить почему-то, - кипятился вечером на штабе замминистра.
  
   На следующий день он поехал к директору крупного треста "Аралсульфат" (мы его называли "Сольтрест", ибо там еще и столовую соль добывали), в чьей зоне проживали заболевшие. Там он устроил разнос: пусть директор соберет всех аксакалов и через них выяснит, где и как могли заразиться больные. Дал ему несколько часов на размышление и объявил, в случае, если не помогут, он накладывает карантин на поселок и комбинат с запретом вывоза продукции. А это уже была ощутимая мера экономическая для комбината. Плюс, всё это тут же стало бы известно с подачи Минздрава в ЦК партии, в Алма-Ате... Кому нужны лишние неприятности?
  
   И вот тут и выдали тайну с зайцем и нелегальным сенокосом. Не знаю, почему молчали. Да, кажется, и нашим штабистам это уже стало неинтересным, главное, что узнали секрет заражения. Эпидемиологи тут же выехали на тот злополучный участок сенокоса, место возможного заражения заболевших. Нашли остатки того зайца. Позже лабораторно подтвердили, да, действительно, он оказался зараженным микробами чумы. История, которая первые двое-трое суток не давала спать ни нам, ни начальству в Алма-Ате...
  
   Левше просто повезло...
  
   Все мы читали о Левше, подковавшего блоху. Мне же радостно за Левшу, что ему попалась здоровая, не зараженная микробами чумы, эта воспетая Лесковым блоха. Правда, была она не настоящая. Даже слышал, что после того, как Левша ее подковал, она прыгать перестала. Механизм не был рассчитан на лишний груз. Отвезли ее на ремонт в Англию. Но это так, не к делу.
  
   Я уже упоминал, что в природе блохи основные переносчики возбудителя чумы в царстве грызунов, возможно, и хранители его. Нападет такая попрыгунья где-нибудь в песках, куснет разок, и... что человек, что верблюд, наградит их чумой.
  
   Чабаны периодически кочуют, меняя пастбища для скота. Два часа в среднем требуется,
   чтобы разобрать юрту и столько же, чтобы собрать ее на новом месте. Место для новой стоянки выбирает чабан. Он на лошади не спеша объедет примерную зону, где думает остановиться, прикинет, как корм, далеко ли до водопоя. Если местность песчаная, осмотрит понижения между барханами, здесь как бы "более уютно". Но в таких же понижениях, у подошвы барханов нередко можно увидеть и многие десятки нор. Это колонии обитателя этих мест, большой песчанки.
  
   Приглянулось, однажды, такое место одному, не очень наблюдательному чабану из аральского совхоза. Поставил он свою юрту, не обратив внимания, что поставил на одну из нор. Эка невидаль, этих нор везде полно, грызуны уйдут, коли тут человек поселился. Да, песчанки к нему в юрту, понятно, в гости не наведывались.
  
   А зоология тут такая. Обычно в начале норы в засаде сидят голодные блохи. Как только залез грызун, они цепляются к нему и кормятся. А если грызуны не появляются? Значит, эти норовые "скакуны" попрыгали на тех, на ком тоже можно кровушки попить. Конечно, не все блохи заражены. Но чабану досталось то, что "нужно". В итоге, через несколько дней он заболел.
  
   Сразу вопрос - где мог заразиться? У чабана один ответ - не знаю. Чумологи на этот участок выехали, начали блох и песчанок ловить для исследования. Но сколько смеха и удивления было, когда возбудителя чумы высеяли именно от тех блох, что поймали в той злополучной юрте. И такое бывало.
  
   Мне известен еще один случай заражения от укуса блохи. Железнодорожный рабочий в Казалинском районе во время ремонтных работ нашел место для отдыха у близлежащего барханчика. Полежал, подремал, спину на теплом песочке погрел. Визит "гостьи" не заметил. Может, просто в полудремоте почесался. Заболел, сразу к медикам не обратился или не успел, жил он где-то на разъезде. Пока разобрались с ним, чума доконала.
  
   А о виновнице "блошиной" чумы - блохе - с юмором и серьезным подтекстом так написал еврейский поэт средневековой Испании, Иегуда Алхаризи (1170-1235):
   Как-то однажды в субботнюю ночь
   Блоха укусила поэта.
   Стараясь ужасную боль превозмочь,
   Отмстить он решил ей за это,
   Но голос друга успел услыхать:
   "В субботу нельзя никого убивать!"
   Поэт же, жаждою мести томим,
   Ответил ему изреченьем таким:
   "Когда убивать враг пришел к тебе в дом,
   Убей его сам, позабыв обо всем!"
   Чем спор будет кончен, блоха ждать не стала.
   Другого поэта кусать ускакала.
   перевод Я. Либермана.
  
   Чума - вчера, и сегодня, и - всегда?
  
   Ловлю себя на мысли, что вспоминаю о чуме, и как будто о чем-то обычном веду речь. В средние века чуть ли не пол-Европы вымерло от нее. В 1346-1351 годах в Европе от "черной смерти" погибли миллионы людей. Трупы быстро чернели, отсюда и название. До сих пор человечество хранит тяжелую память и страх перед ней.
  
   В 1963 году неофициально были открыты "ворота" на границе Казахстана и Китая. И, под покровом ночи, более трех тысяч уйгуров и казахов перешли границу. Их расселили во многих местах, часть попала и в нашу область. Один из таких беженцев, Захир, по специальности фельдшер, поступил на работу в наш отдел. Ему пришлось участвовать в Китае на вспышке легочной чумы. Два раза в день он делал обходы на закрепленном участке, видел, как люди буквально на глазах чуть ли не в считанные часы погибали. Он рассказывал об этом с ужасом.
  
   Нам просто везло, что у всех заболевших развивалась только бубонная форма. Бубон очень характерная "штука" - это резко увеличенные и слившиеся в один бугристый и очень болезненный блок лимфатические узлы. Бубоны могли появиться чаще всего в паху или подмышкой. Это смотря, где произошло заражение, через кожу ноги или руки. Подобные больные для окружающих не опасны, при условии, пока микробы не прорвутся в кровоток и не вызовут септическую (вторичную легочную) форму.
  
   В газете "Los Angeles Times" (США, 2004), была помещена статья Уэнди Орент "Несанкционированная эпидемия чумы". Он пишет:
   "В недавно опубликованном отчете российского эпидемиолога, специалиста по чуме Льва Мельникова, в 1950 году в Туркмении была отмечена крупная вспышка чумы, в результате которой погибло несколько сот человек. Разносчиком инфекции стал кочевой охотник, которого на ночевке укусила зараженная чумой блоха. Когда охотник вернулся в кочевье, болезнь быстро распространилась на его легкие, и вскоре все соседи оказались заражены. Часть родственников пыталась укрыться от болезни в других кочевьях, что привело к распространению заболевания. Только жесткие действия Советского правительства, направившего в регион медицинские отряды, введшего военный карантин и заставившего сжечь на огромных погребальных кострах зараженные трупы кочевников вместе с их палатками, помогли остановить опасную эпидемию". Здесь случилось то, чего больше всего боялись мы.
  
   0x01 graphic
   В Приаральских Кара-Кумах, зоне природных очагов чумы (www.great-asia.ru/priaralskie_karakumi/index.html)
  
   Cтрах чумы
  
   Что такое паника, приведу пример. В 1994 году в индийском городе Сурат вспыхнула легочная чума. В Индии хорошо знают, что это за напасть. И за 48 часов полумиллионное население покинуло город. Можно представить себе, что значит такое бегство. Но среди бежавших были и уже заразившиеся, они несли инфекцию в другие города. Чтобы справиться с эпидемией и глобальной паникой, тогда вмешались и помогали многие государства.
  
   Но и мне пришлось столкнуться с подобной паникой. В Казалинском районе выявлена вспышка чумы, из числа заразившихся тогда умерли несколько. Больные были срочно госпитализированы за пределами города в специально развернутом полевом госпитале. Правда, никто не мог исключить, что другие заразившиеся, понимая, что такое чума, приехали в город помимо нашего контроля. Известно, что всякое серьезное "дело" тут же обрастает слухами и догадками. Смерть нескольких жителей не могла не вызвать напряжения в поведении людей.
  
   Мы объявили по радио, что на следующее утро будем проводить жителям районного центра противочумные прививки. Те, кто желают, могут их получить. Каково же было наше удивление на грани шока, когда за два-три часа до открытия пункта выстроилась большая очередь. Пришли семьями. Так наглядно нам показали, что жить хотят все. Прямой опасности в городе не было, но люди знали, что такое чума, и паника погнала всех. Я тут же получил задание:
   - Давид Ефимович, возьмите двух местных медиков-казахов и попробуйте как-то успокоить людей. Прививочного материала поступило много. Всем хватит, пусть люди не боятся.
  
   Взял я докторский белый халат и в компании двух фельдшеров отправился к народу
   мудрые беседы проводить. Начал с одного аксакала. Бородка аккуратная, глаза спокойные, значит, воспринимает.
   - Ага, почему так рано пришли? Мы же вчера по радио объявили, что пункт будет работать весь день, до вечера.
   - Зачем целый день буду ждать? Лучше сейчас. Потом спокойно чай буду пить. Осы
   оба жаман ауру екен (Эта чума - плохая болезнь). Мен блем екен (Я знаю).
   Рядом еще стоит старик. Слушает наш разговор, головой кивает.
   - Мен шопан болган (Я был чабаном). Когда тье больной, ойнау жаман болган (Когда верблюд болеет, шутки плохи).
   Аксакалы, оказалось, подкованный народ. Лучше меня знают, что такое чума. Им объяснять не надо, уговаривать не стоит. Даже чай утром не попили. Сюда пришли и внуков привели.
   В очереди несколько молодых парней. Подошли к ним.
   - Испугались?
   - Нет.
   - Молодцы. Чего же так рано пришли?
   - Чтобы на работу не идти...
   Вместе смеемся. Тут тоже наш санпросвет не нужен. Рядом еще аксакал со старухою и тремя внучатами. Вид у них не такой радостный, стоят без улыбки. Подошли к ним.
   - Ага, не переживайте. Всё будет хорошо, в город болезнь не придет. Прививку вашим внукам сделают, всё будет нормально.
   Мои ребята переводят. Дед хоть стал улыбаться. Видимо, впечатлительный.
   - Рахмет саган (Спасибо тебе). Мен осында турамын (Я здесь живу). Я умираем, не боюсь. Курдымба, менын уш балдар, улым, осында (Видишь, со мной три внука). Потому пришел.
  
   Походили мы вдоль очереди. Кто-то улыбается, кто-то растерян. Многие детей привели. Понятно, за них боятся. Где-то с полчаса мы тут побыли, как могли, людей успокоили. Без паники народ. Но никто из очереди не ушел. Пришлось нам срочно организовывать дополнительные прививочные пункты. По радио еще раз объявили адреса этих пунктов и заверили, что вакцины на всех хватит...
  
   "После чумы" можно и пошутить...
  
   Когда всё успокоилось, вспышку ликвидировали, и мы сидели на недельном карантине, наши гости, приезжие специалисты, попросили угостить знаменитыми казалинскими дынями. Я взялся это дело решить. Поехал в совхоз к знакомому фельдшеру, зашел к нему в медпункт.
   - Как дела? Как здоровье?
   Последовал вежливый обмен ответами.
   - Почему у тебя много мух в медпункте? - задаю неожиданный вопрос.
   Засмеялся он моей шутке.
   - Да нет в медпункте ни одной.
   - Хорошо, за каждую муху будешь должен одну дыню. Согласен?
   На том и решили. И нахлопал я у него с десяток мух. Он искренне удивился моим талантам, но уговор дороже денег. Я, конечно, сказал в чем дело. Поехали на его бахчу, он сам отобрал десяток спелых дынь, я отвез их нашим гостям. Дыни действительно оказались классными... Вот так иногда забавлялись после тяжелых нервотрепок на вспышках.
  
   Многие специалисты приехали на эту вспышку из Саратова, Москвы, из других городов. Для них наша вспышка - это и учебный полигон, и база сбора научных данных. И общаться им пришлось в нашем казахском районе, конечно, прежде всего с жителями и местными специалистами.
  
   Поначалу, кроме чумы, в голове ничего не держали. Завершилась операция "спасения", стали интересоваться окружающим. Кто-то спросил:
   - Давид Ефимович, а вы в казахских именах разбираетесь? Для нас они звучат необычно. Наверно, что-то означают?
   - Все имена что-то означают. Во всех языках. Я знаю перевод некоторых казахских имен и названий, но лучше спросим местных ребят.
   Уже не помню, но кого-то из медиков я попросил об этом.
   - Девочкам у нас дают красивые имена. Например: Айнур (Лунное сияние), Айгул (Лунный цветок), Жулдыз (Звезда), Шолпан (Утренняя звезда). Вы, наверно, не видели известный казахский кинофильм "Кыз Жибек". Имя девушки героини - Жибек (Шелк, Шелковая). Среди наших медсестер, что работали на подворных обходах, есть Раушан (Роза), Гаухар (Изумруд), Кунсулу (Красивая, как солнце), Маржан (Жемчуг), Алтын (Золото), Кумискул (Серебряное озеро), Айсулу (Красивая, как луна). Моей жены имя - Улболсын ("Пусть будет сын").
   - Почему такое имя?
   - У ее родителей она была уже третьей дочерью, а они хотели и сына, и потому дали
   ей такое имя.
   - И что, потом родился мальчик?
   - Хотите верьте или нет, но у моей жены есть младший брат.
   - А у него какое имя?
   - Елеусиз.
   - Что это значит?
   - Как это по-русски, незаметный, плохо видный, что-ли.
   - Почему ему дали такое имя?
   - Родители очень боялись, что долгожданный сын может умереть. Ведь в те времена смертность среди детей была большая. А с таким именем плохие духи могли его не заметить, не обратить на него внимание, вот он и останется жить. Вот попробуйте
   что-то доказать нашим старикам, если вот такие народные приметы, действительно, всё же как бы подтвердились. Совпадение? Попробуйте им это объяснить...
- Да, интересно...
   - В нашем штабе в райисполкоме работали Тлеген и Сагындык. Вы с ними встречались. В их семьях тоже мальчики долго не рождались. И когда они родились, их и назвали "Желанный" и "Соскучились". Я же говорил, что раньше много детей умирало. Вот и давали им имена Турсын ("Пусть останется"), Улмес ("Не умрет"). Часто родители давали имя по местности, где ребенок родился. После войны многим мальчикам давали имя Женис (Победа). Имен много, можно долго говорить, вы устанете слушать.
   Пир после чумы...
  
   В один из "праздных" карантинных вечеров нас, приезжих врачей, пригласили на бесбармак (мясо по-казахски). Хозяин, местный врач, сказал:
   - В честь окончания вспышки. Мы это отметим в нашем доме. Для вас выберу самого жирного барана.
  
   ...Уже во дворе почувствовали аппетитный запах, шедший от большого котла. Возле него суетились несколько женщин, раскатывавших тесто. А в доме уже ждал кипящий самовар. Нас было человек двадцать - двадцать пять. Это не просто был ужин. Нас ждал торжественный пир ("той"). Кто-то из местных "бастыков" (начальства), специалисты райбольницы, наша гостевая врачебная братия, в общем, собрались, дабы отметить победу над чумой. Пир после чумы.
   - Келеныз, конактар, - это хозяин и его жена нас приглашают в дом.
   Степенно рассаживаемся за дастарханом. Во главе дастархана - наши гости (москвичи, саратовцы, алмаатинцы), кто-то из руководителей райисполкома и райбольницы, кзыл-ординцы. Местные врачи скромно размещаются ближе к самовару. В этом тоже дань гостеприимству.
  
   Наши кости со всякими суставами привыкли только к стулу. А тут - фактически сидим хоть на коврах и специальных "корпеше" (одеялах), но все равно - на полу. Ноги не гнутся, спина без опоры не держится. Можно полуулечься, но тогда как чай пить. Я здесь уже давно, но и мои суставы не столь гибкие, чтобы чувствовать себя рыбой в воде. Сидим, ерзаем, всё позу ищем. Но постепенно как-то приспосабливаемся, начинаем разговоры разговаривать.
  
   Пока "чайкуем". На дастархане свежеиспеченные бауырсаки (что-то вроде наших пончиков, жареных в масле), еще горячие ароматные лепешки ("табанан"), которые со сливочным маслом - сплошное объедение, обязательные изюм, орехи, сушенные фрукты, конфеты. Как-то незаметно на дастархане появляются бутылки с коньяком, а возле нас и рюмочки. Какое же "чайкование" без коньяка? Хозяин открывает наше "застолье":
   - Всё тяжелое позади, сегодня мы отдыхаем. Спасибо нашим гостям за помощь району. Наша хозяйка готовит бесбармак. А мы пока почайкуем. Алыныз (угощайтесь).
  
   Пошли по кругу пиалы с чаем, заполнились рюмки. По традиции хозяин представляет присутствующих, называя имена и должности, хоть мы в обшем и знакомы уже за время чумных баталий. Но порядок есть порядок.
  
   Так, дело пошло. Уже возникает "шум в зале", тосты и разговоры соседей. Вроде бы допиваем бутылки, но они как-то незаметно вновь оказываются полными. Хорошо. Уже и сидеть стало легче, и про свои негнущиеся тазобедренные подзабыли... Приносят свежий, только что с огня, куырдак. Это блюдо из жареных в казане на бараньем жире мелко нарезанных кусочков легких, печени, и прочих внутренностей. Аппетитное блюдо. В какой Москве найдешь такое? Как же под него не сказать тосты?
  
   Умяли, запили. А хозяйка меняет самовар, принесли другой, кипящий. Апофеоз нашего пира - принесли блюда с мясом. Их несколько. На все уложена казахская "лапша", она - широкими квадратными пластами, тонкая, нежная. На ней горкой крупные куски мяса. Хозяин и кто-то из местных знатоков берутся за дело, нарезают мясо мелкими кусочками. Кости все имеют свое значение. Их с остатками мяса хозяин раздаёт уважаемым гостям. Пока будет длиться церемония разделки, гостям негоже сидеть и глотать слюнки.
  
   Хозяин на отдельном блюде подает голову барана "главному" из гостей. Но этот "главный" даже не знает, что с ней делать, и, по совету, передает ее своему соседу, представителю райисполкома. Тот отрезал правое ухо и передал его для ребенка хозяина с пожеланием, чтобы тот слушал и слушался старших. И для себя отрезал кусочек и передал блюдо с бараньей головой хозяину.
  
   Наступает самая главная и веселая церемония. Если хозяин с юмором, смех гостей обеспечен. Он будет отрезать различные участки от головы, и передавать их из рук в руки кому-то из гостей с обязательной присказкой. Язык - тому, кому по роду работы приходится много говорить. Глаз отдаст тому, кому нужно отличное зрение. В общем,
   всем и каждому найдет долю и свою присказку-пожелание.
  
   И наконец слово самому уважаемому. Первый тост под мясо считается самым
   торжественным. Тост запили, начинается главная работа. Кто не ел свежий и сочный горячий бесбармак во время тоя, не знает вкуса настоящего степного мяса - баранины. Ни говядина, ни свинина с ним не сравнятся. От горячего мяса не просто поднимается легкий пар, это ароматы привольной степи, аромат степных трав и кочевья. А сорпа? Густой, наваристый и жирный суп-бульон, в котором варилось мясо и, после него, лапша, картошка. Сто лет пройдет, и всё равно буду помнить вкус и аромат казахской сорпы!
  
   И опять чайкуем. Теперь всем хочется говорить. С соседом, со всеми. Расходимся поздним вечером, вернее, уже ранней ночью. Вот такой пир после чумы. Заслужили? Да. Спасибо хозяевам и местным специалистам за это пиршество. Для приезжих это
   экзотика. Для нас - дружеское уважение. Для хозяев - удовольствие, ибо принять гостей всегда было для казахов таковым.
  
   Пустыни Казахстана - "дом родной" для чумы.
  
   В одном из сообщений интернета (News.Battery.Ru, 2001) говорится о том, что в районе Аральского моря в Кызылординской области в больницу поступили отец и его 13-летний сын, заболевшие бубонной чумой. Доставлены в больницу они были поздно, отец умер. Они искали потерявшихся верблюдов и ночевали в степной землянке. В очаг выехали работники Араломорской противочумной станции и обнаружили рядом с землянкой погибшего от чумы тушканчика. Это явный случай заражения от укуса блох, которых было много в той землянке.
  
   0x01 graphic

Верблюды на свободном выпасе. (//livealbum.ru/rabbit/album )
  
  
   Между прочим, читая еще одно сообщение на эту тему, обратил внимание на такую фразу: "В районе станции Саксаульская объявлен карантин. Все поезда проходят здесь без остановок". И вспомнил, как во время вспышек чумы я выходил на перроны вокзалов в Аральске и Новоказалинске. На перроне - только милиция и военные патрули. Поезда или шли мимо, не останавливаясь, или если и останавливались, двери вагонов не открывались, окна задергивали занавесками, как будто по перрону бродила чума собственной персоной. Страхи, паника...
  
   0x01 graphic
   Большая песчанка. Кызылкум. Источник чумы, кожного лейшманиоза и ряда других, опасных для человека, болезней. Фото Д. Гениса.
  
  
   В первые послевоенные годы именно в зоне станции Саксаульская заболели чумой 44 человека, из них семеро умерли. И в последующие годы, к несчастью, люди умирали от неё. Всего же, например, в 2001 году в Казахстане было зарегистрировано 13 случаев заболевания чумой (в предыдущем году - 33). Живет, "родимая", ей что в эпоху мамонтов, что при развитом социализме-капитализме...
  
   В интернете встретил сообщение по эпидситуации в Кызылординской области за
   девять месяцев 2007 года. Здесь провели эпизоотологические обследования на площади 105400 кв. км и выявили опасные участки площадью 3100 кв. км, на которой были выделены 44 культуры возбудителей чумы. Так что и сегодня чума продолжает жить в природе и от этого никуда не уйти.
  
   Еще сообщение с интернета (www.membrana.ru/lenta/) от 0x01 graphic
23 августа 2006, в котором прогнозируется, что современное изменение климата может обусловить рост числа заболеваний чумой. На это указывают результаты исследования международного коллектива ученых, опубликованные в "Слушаниях Национальной академии наук США" (PNAS). По их мнению, это реально в Казахстане, где чума очень широко распространена среди грызунов. По утверждению одного из соавторов статьи, профессора Нильса Стенсета из университета Осло, в этом важную роль играют большое количество грызунов, носителей заболевания, и блох, переносчиков инфекции среди них. Подчеркивается, что и ныне чума представляет собой серьёзную проблему: "ежегодно сообщается о трех тысячах случаев заражения бубонной чумой в странах Азии, Африки, США и Южной Америки".
  
   По Н. Денисовой (Кызылорда, 2007, www.megapolis.kz/) 39% территории Казахстана занимали природные очаги чумы. Конечно, меня не удивило утверждение о том, что в Кызылординской области были расположены самые активные очаги. И самые опасные из них пришлись на Аральский район. Итак, что было в мои молодые годы, то и сейчас. Природа верна себе, ничего не скажешь..
  
   В 2000 году газета "Казахстанская правда" (www.transcaspian.ru) опубликовала статью кзылординского журналиста В. Ли "Черная смерть жива". О чем пишет? Это ясно из заголовка. В 1999 году четыре человека заболели чумой, двоих из них спасти не удалось. Он привел статистику: за последние полвека "черная смерть" поразила 230 кызылординцев и для 150 из них это завершилось смертью. Он же упоминает о страшной вспышке чумы в 1947 году в Аральском районе на острове Авань. Тоже всё началось с прирезки больного верблюда. Пока на остров пришла медицинская помощь, заболело 140 человек, многие из которых умерли. Эпидемия послужила жестоким уроком для аральцев.
  
  
   0x01 graphic
   Просто весна. Фото М.Гордеевой: Кызылординская область, нефтегазоносное месторождение Кумколь, искусственный водоем недалеко от вахтового поселка, 2007 г.
(www.photosight.ru/photo). В эти места, в зону песков Арыс-Кум, в прошлые годы я выезжал, а иногда и летал самолетом, в командировки по оказанию медицинской помощи чабанам и их семьям и по исследованию природных очагов инфекций.
  
  
   Чума регистрируется и в США
  
   Но была ли чума только у нас? 22 июня 2001 года в американском штате Колорадо скончался 28-летний мужчина с симптомами бубонной чумы. По мнению врачей, он мог заразиться при укусах блох с больных грызунов. На востоке штата вспышка чумы охватила колонию луговых собачек (грызунов рода беличьих), около 150 из трёхсот зверьков погибли. Заболевший часто выезжал в эти места на велосипеде (Lenta.Ru), где-то на остановке и мог попасться "на закуску" местным блохам...
  
   И еще сообщение с интернета (www.newsru.com/world//plague.html), 2006 г.: В
   Лос-Анджелесе 16 апреля в одну из больниц города обратилась женщина с высокой температурой, опухшими лимфатическими узлами и другими симптомами заболевания. Врачи быстро поставили диагноз бубонной чумы и начали лечение... Далее там сообщается: "В соответствии с федеральной статистикой, ежегодно в США заражаются бубонной чумой от 10 до 20 человек, при этом каждый седьмой случай заканчивается летально. Переносчиками бубонной чумы в округе Лос-Анджелес и других регионах являются, в том числе, белки и их блохи. В Лос-Анджелесе последний раз чума была выявлена в 1984 году. Тогда заболели три человека. Все они благополучно выздоровели".
  
   В штате Юта (США) был закрыт палаточный лагерь в национальном парке из-за обнаружения большого числа мертвых грызунов (полевки и бурундуки), зараженных бубонной чумой (2006).
  
   Читаю сообщения о заболеваниях чумой в США. Спокойный, монотонный текст без всяких эмоций. Чума? Ну и что? Положили в больницу, пролечили, выписали. Никаких тебе "шумных" мероприятий без всякой паники "в голосе". Да, чума опасна, этого нельзя отрицать. Думаю, в те наши времена "шум" еще и потому был, что противочумной системе СССР нужна была "подпитка" в виде страха. Мол, "мы существуем потому, что без нас вы все пропадете". Эта формула действует эффективно. Слово "чума" как козырь...
  
   Еду в Афганистан...
  
   Уж очень серьезная тема, и очень интересная. И пишу о ней только потому, что принимал участие на многих вспышках этой инфекции. Так что кое-какой опыт приобрел...
   В 1968 году даже анекдотичный случай произошел. Намечались областные учения по гражданской обороне в условиях бактериологической войны. В них были задействованы все службы области. В состав отряда противоэпидемической защиты я входил в качестве врача-инфекциониста, и моё участие было обязательным.
  
   Поступил приказ начальства - отменить все командировки. Но мне как раз в эти дни надо было быть в Москве, предстояла апробация моей диссертации. Что делать? Решение пришло неожиданно. Я заявил рукодителю отряда, начальнику отдела особо-опасных инфекций В. А. Киму:
   - На учениях не буду, меня Москва командирует в Афганистан.
   Это происходило в 1968 году, задолго до войны в этой стране.
   - Что-о? С чего это вдруг? Причем Афганистан? Что, больше некого?
   - Владлен Алексеевич, в Афганистане вспышка чумы. Условия там близкие нашим. Опыт у меня по этой инфекции большой, сами знаете, я на все случаи и вспышки чумы выезжал. Вот меня и пригласили.
  
   И настолько этот ход оказался для него неожиданным и логичным, что он даже не стал проверять мою версию. Мне выписали командировку, я уехал в Москву. Вернулся домой и об этой истории забыл. И вдруг главный эпидемиолог облздравотдела Виктор Филиппович Ли меня спрашивает, как прошла поездка в Афганистан? Я даже сразу и не понял, о чем он спросил. Оказалось, наш разговор случайно услышала одна сотрудница, и зная меня как "очень серьезного человека", распространила мою выдумку об Афганистане как истинную версию. И все поверили именно потому, что знали, без меня ни одна "чума" не обходилась. Так почему бы меня и не пригласить в Афганистан помочь "братскому" народу?
  
   Аксакал мудрый был: за птицами следил
  
   Для начала - о возбудителе. Чума вызывается бактериями по имени Yersinia pestis.
   По-русски можно сказать - иерсинии. Почему такое мудрое название? В конце XIX века сотрудник Пастеровского института в Париже, французский бактериолог А. Йерсен и, независимо от него, японский ученый С. Китазото, открыли возбудителя чумы. Этих поганых невидимок и назвали в честь Йерсена.
  
Грызуны плодятся достаточно активно. Если им дать волю - заполонят всю землю. Природа нашла выход - наслала на них чуму, от которой вымирают целые поселения грызунов, особенно, если их численность достигает каких-то пределов. Включается природный регулятор, в данном случае, в виде чумы. Сколько раз я встречал в песках пустые нежилые колонии, их узнать было легко по затянутыми паутиной или по обвалившимся отверстиям нор. Эти участки мы всегда обходили стороной. Там вполне могла ожидать засада из голодных да еще и зараженных блох. Чабаны, например, прежде чем поставить юрту между барханами, обязательно оценят - есть ли тут жизнь, бегают песчанки или их не видно. Если место безжизненное, уйдут отсюда.
  
   Колония вымерла. Подземные ходы, нарытые песчанками, могут без дела оставаться даже до нескольких лет. Но время идет, молодняк нарождается и в поисках собственной жилой площади со временем расселяется, занимая брошенные колонии. И если там сохранились зараженные блохи, а некоторые ученые считают, что возбудитель в глубине нор может сохраняться и в земле, в теле почвенных амеб, заглатывающих этих микробов, значит, может возобновиться и цепочка заражений и передачи чумного микроба новым обитателям нор. Грызуны с неизведанных времен по земле бегают, а вместе с ними - и микробы чумы в этом мире сохраняются. Вот такой тандем.
  
   Зоолог рассказывал мне, что заболевшие песчанки не погибают в норе, они выбираются наружу, где и находят последний "приют" или в зубах хищника, или в когтях птиц. Он же рассказал о своей работе в горах. В его задачу входили поиски колоний, где наблюдался падеж грызунов. Это был верный признак чумной эпизоотии и сигнал к проведению необходимых мероприятий. У них в отряде служил один старый аксакал-охотник. Он с утра уходил в горы, к вечеру возвращался и всегда указывал места, где был падеж грызунов. Гора - не полянка с дорожками. Как он это делал, они долго не могли понять, а раскрывать свой секрет старик не спешил, иначе бы лишился заработка.
  
   И только, когда сезон работы закончился, старик объяснил - он брал с собой всегда бинокль, находил точки для наблюдения и выискивал места, где собирались хищные птицы. Значит, там была доступная добыча - больные грызуны. Аксакал мудрый был, за птицами-хищниками следил...
  
   Настороженность, но не паника...
  
   О картине болезни я уже по ходу упоминал. Напомню еще раз. Мне легче вспомнить несколько случаев. Мой шеф, доктор Ф. Чун Сюн, с военных лет заведовал инфекционным отделением областной больницы. Окончил он 1-й Московский медицинский институт в 1937 году, мечтал стать хирургом. Но главный врач уговорил поработать инфекционистом, в годы войны это была востребованная специальность. Да так на всю жизнь и остался инфекционистом.
  
   Так вот, где-то сразу в послевоенные годы в Аральском районе была крупная вспышка чумы. Съехались светила-инфекционисты, эпидемиологи-чумологи. Больных привозили
   на грузовой машине, других в этих краях не было. И, рассказывали, встречал машины Чун Сюн, заскочит на колесо, а затем и в кузов, взглянет на человека, пульс пощупает и говорит медперсоналу: у этого, и у этого, и у тех двух - чума, остальных везите в общее отделение для наблюдения.
  
   Корифеи поначалу начали было с ним спорить, мол, так диагноз не ставят. Он только посмеивался, он никакого начальства никогда не боялся, а на язык был точен и остёр. И, главное, у него ни одного "прокола" не было, вот такой диагност был. Чуда здесь не было. Внешний вид, состояние и поведение больного чумой довольно характерные, особенно для наблюдательного специалиста, каким и был доктор Чун Сюн. После этого среди медиков легенды ходили о нём.
   Еще случай. В участковую больницу поселка Соло-Тюбе поступил подросток. У него высокая температура, состояние средней тяжести, в левой паховой области увеличенный и болезненный узел, боль в левой ноге. А при бубонной чуме больные как раз и обращаются за медицинской помощью в связи с появлением похожих симптомов. Местный врач, увидев того подростка, конечно же сразу подумал о чуме. Поднял тревогу. Поселок этот - станция на железной дороге. Тревожный сигнал тут же пошел дальше по начальству, объявили карантин, поселок оцепили солдаты и милиция.
   Вызвали Чун Сюна. Да, повышенная температура есть, увеличенный лимфаузел в паху есть, хоть и не похож на чумной бубон. Почему подросток больше всего жалуется на боль в ноге, особенно в стопе? Местный врач не обратил внимание, чумы испугался. Чун Сюн осмотрел ногу, на подошве обнаружил гнойную рану. Оказалось, паренек, бегая по улицам, напоролся на гвоздь. За медпомощью не обратился. Так "лопнул" предполагаемый диагноз чумы. Конечно, настороженность должна быть, но нельзя ее подменять паникой.
  
   Вы читали "Парфюмер" П. Зюскинда или "Чуму" А. Камю?
  
   Образно о бедствиях этой напасти написал А. С. Пушкин ("Пир во время чумы"):
  
   Ныне церковь опустела;
   Школа глухо заперта;
   Нива праздно перезрела;
   Роща темная пуста;
   И селенье, как жилище
   Погорелое, стоит, -
   Тихо всё. Одно кладбище
   Не пустеет, не молчит.
  
   Да простит меня читатель, но не вспомнить хотя бы о некоторых эпидемиях чумы, которые сотрясали страны и народы почище конников Атиллы или Чингисхана, наверное, нельзя.
  
   В VI веке н.э., во времена императора Юстиниана, в Восточно-Римскую империю из Египта пришла чума. С 532 по 580 год она "прошлась" вдоль северных берегов Африки, а через Палестину проникла на территорию Западной Азии. Шли торговые караваны, а с ними следом и чума. И "загорелись" Турция и Греция, Италия, Германия и Франция. Император Юстиниан погиб, дав свое имя этой пандемии. Считают, что чума в те времена унесла почти сто миллионов жертв. Интересно, кто их тогда считал и вообще, было ли столько населения там? Но цифра страшная, что и говорить.
  
   В 14-м веке (1348-1351 годы) Европу вновь "затрясло" - вернулась "черная смерть".
   И вновь трупы не успевали хоронить. Они быстро чернели. Отсюда и название. Много имеется описаний этого бедствия. Европа тогда потеряла 40-50 миллионов человек. Об этом и у Джованни Боккаччо в "Декамероне". Чума уносила жизни и простолюдинов, и королей. Тициан, великий художник, тоже стал жертвой "черной смерти".
  
   Известный историк С.М. Дубнов пишет по поводу этой пандемии (в сокращении):
   "...Люди обезумели от ужаса. Невежественная масса, не знавшая характера эпидемии, жадно ловила самые дикие слухи о ее причинах, суеверие порождало изуверство и вело толпу на преступления. Молебны в церквях не приносили пользы. "Святые отцы" теряли доверие в глазах своих приходов. Что было делать? В этот момент и был пущен слух, будто зараза вызвана евреями, которые, с целью извести христиан, отравляют воду в колодцах и реках.
  
   Последовал взрыв народной ярости против евреев. Слух был принят христианской массой как несомненный факт, несмотря на явную нелепость, ибо евреи пили ту же воду, и точно так же умирали от чумы. Под пытками некоторых евреев заставляли "признаваться". И запылали костры, на которых жгли евреев...
  
   В сентябре 1348 года папа римский обратился к христианам с буллой, доказывая
   несообразность взведенного на евреев обвинения, напоминая, что мнимые виновники заразы сами мрут от нее и что чума свирепствует и там, где евреев нет. Но кто-то подогревал массы, и христианская церковь шла во главе этих наветов, казней и погромов. Особенно буйствовали фанатики в городах Германии. В Страсбурге всех евреев города,
   2 000 человек, согнали на кладбище, в огромный сарай и всех сожгли. В г. Майнце в огне пожаров и разбоев погибло около шести тысяч евреев. Имущество казненных делили между жителями города".
  
   Один хронист средневековья записал: "Вот здесь-то (в желании поживиться еврейским добром) и заключалась та отрава, которая погубила евреев". Другой хронист записал: "Хочешь знать, что погубило евреев? Это - жадность христиан". Около
   трехсот еврейских общин было уничтожено.
  
   Думаю, не только чума "трясла" Европу. И кишечные инфекции "гуляли" и
   "косили" людей. Не евреи были виноваты в этом. Они тоже болели и умирали. Но та антисанитария, которая считалась нормой в Европе, то непонятное нам отношение к грязи, свалкам, поставщикам полчищ крыс, и было основной причиной эпидемий, потрясавших страны.
  
   В 1985 году в Швейцарии вышла книга-бестселлер немецкого писателя и драматурга Патрика Зюскинда "Парфюмер". Её перевели на 33 языка (издание на русском языке в 2003 году, Санкт-Петербург). Вот что написал автор о временах средневековья в Европе:
  
   "В городах того времени стояла вонь, почти невообразимая для нас, современных людей. Улицы воняли навозом, дворы воняли мочой, лестницы воняли гнилым деревом и крысиным пометом, кухни -- скверным углем и бараньим салом; непроветренные гостиные воняли слежавшейся пылью, спальни - грязными простынями, влажными перинами и остросладкими испарениями ночных горшков. Люди воняли потом и нестиранным платьем... Воняли реки, воняли площади, воняли церкви, воняло под мостами и во дворах. Воняли крестьяне и священники, подмастерья и жены мастеров, воняло всё дворянское сословие... Ибо в восемнадцатом столетии еще не была поставлена преграда разлагающей активности бактерий, а потому всякая человеческая деятельность, как созидательная, так и разрушительная, всякое проявление зарождающейся или погибающей жизни сопровождалось вонью". Повторяю вопрос, так при чём же здесь евреи?
  
   Вернусь к истории. Во время пандемии чумы родилось и слово "карантин", с итальянского языка - "сорок". В Венеции в 1343 году построили дома для приезжающих, где последние должны были жить сорок дней, прежде чем они получали право выхода в город. Бывавшие в Вене туристы наверняка видели монументальную и красивую, в стиле высокого барокко, "Колонну чумы" ("Пестсауле") или, называемой еще "Колонной Святой Троицы". Находится она в центре площади Грабен. Сооружена была императором Леопольдом I в знак благодарности небу после прекращения в 1679 году очередной страшной эпидемии чумы. Я тоже не удержался и сфотографировал ее (сентябрь 2005 года), хотя в это время она ремонтировалась и стояла в лесах. Не так уж много в мире памятников, связанных с темой чумы.
  
   Не избежала этой напасти Россия. Известен зверский "чумной бунт" в Москве в 1771 г., когда обезумевшие толпы грабили, убивали всех подряд. Последняя эпидемия легочной чумы была в Приморском крае в 1920 году. Чтобы закончить со статистикой, приведу данные Всемирной Организации Здравоохранения: с 1989 по 2003 год в 25-ти странах Африки, Азии и Америки было более 38 тысяч заболевших чумой.
  
  
   0x01 graphic
   Колонна Чумы (Колонна Святой Троицы) в память об окончании эпидемии чумы. Австрия, Баден. 11 сентября 2005. Фото Давида Гениса.
  
  
   В интересной книге лауреата Нобелевской премии по литературе Альбера Камю
   "Чума" (пер. с франц., М., 2000) есть такой абзац, который не могу не привести:
   "...давно известные картины бедствий: зачумленные и покинутые птицами Афины, китайские города, забитые безгласными умирающими, марсельских каторжников, скидывающих в ров сочащиеся кровью трупы, постройку великой провансальской стены, долженствующей остановить яростный вихрь чумы, Яффу с её отвратительными нищими, сырые и прогнившие подстилки, валяющиеся прямо на земляном полу константинопольского лазарета, зачумленных, которых тащат крючьями, карнавал врачей в масках во время Черной чумы, соитие живых на погостах Милана, повозки для мертвецов в сраженном ужасом Лондоне и все ночи, все дни, звенящие нескончаемым людским воплем". Чума, одним словом... Чума!
  
  
   0x01 graphic
   Колонна Чумы (Колонна Святой Троицы) в честь окончания
   страшной эпидемии чумы в 1679 г. Вена, Австрия.
  
  
   Какой ценой мы знаем сегодня "секреты" чумы
  
   Есть склад людей, которые рискуют здоровьем и жизнью ради людей, ради спасения жизни других людей, которых они не знают и не узнают никогда. Зачем же они рискуют? Спросите об этом у спасателей, пожарных, космонавтов, летчиков-испытателей, врачей. Этот список весьма большой, но всех этих людей объединяет не просто поиск риска, не просто желание испытать острое чувство опасности непонятно для чего. Они четко знают, на что и ради чего рискуют. Таким Честь и Слава, хотя мы их имена далеко не всегда вспоминаем и еще реже вообще знаем и помним.
  
   Чума тоже в этой череде рисков. Мы ныне много о ней знаем. И потому мир сегодня не сотрясают кошмарные эпидемии "черной смерти". Почему? Кто первыми шли по минному полю без "миноискателей", ценой своей жизни расчищая для нас "поле жизни"? Многие десятки врачей и ученых в этих рядах.
  
   И вспоминая сейчас мой опыт участия в борьбе с чумой в зоне пустынь Казахстана, где эта инфекция была и остается почти "обычной", конечно же, хочется вспомнить имена хотя бы некоторых из тех, кто шел тяжелой дорогой к разгадке её секретов. Тут хочу вспомнить имена только трех из когорты славных.
  
   ...Английский врач А. Уайт служил в Египте, в госпитале. Решив проверить свои какие-то догадки, он извлек у больной женщины из бубона немного гноя и втер себе в левое бедро и предплечье. 9 января 1802 года он умер от чумы. В том же году еще один английский врач, Рене Деженет, повторил на себе такой же опыт, но тут же обработал зараженную гноем ранку дезинфицирующим раствором, и не заболел. Для науки эти опыты не очень многое разъяснили, но мужество врачей, желавших понять как человек может заразиться чумой, заслуживает уважения.
  
   Назову еще фамилию австрийского врача А. Розенфельда. Во время своих поездок на Восток он познакомился с народным средством. Якобы высушенные и истертые в порошок лимфатические узлы погибших от чумы могут предохранить от заболевания. Он уехал в Турцию, где свирепствовала чума. Здесь предложили сначала продемонстрировать действие "средства" на себе. Его поместили в палату, где лежали 20 больных. Врач принимал снадобье и не заболел. Тогда Розенфельд, решивший, что нашел панацею, втер себе в кожу бедра и рук свежий гной от больного чумой. Снадобье не помогло, 21 января 1817 года Розенфельд умер от бубонной чумы... Зачем они это делали?
  
   "Великий белый исцелитель" Владимир Хавкин
  
   "Великий Белый Исцелитель" - так называли в Индии Владимира Аароновича Хавкина. Он был ученый, великий гуманист и беспримерный труженик, выпускник Одесского университета, ученик и сотрудник великого И. И. Мечникова, сотрудник Пастеровского института в Париже. Прославился Хавкин созданием холерной вакцины, прививки которой многим десяткам тысяч жителей Индии и других стран, где свирепствовала в XIX веке холера, спасли жизнь.
   В 1896 году, по просьбе британского правительства, он вновь возвращается в Индию. В Бомбей, многомиллионный город, из Гонконга пришла бубонная чума, вскоре охватившая всю страну. Да не просто "охватила", а творила нечто безнаказанное и ужасное - в один год тогда погибло только в Индии около миллиона человек. Ужас охватил страну. Никто не знал средства, как остановить её. Это сейчас, в эпоху антибиотиков, говорят, что бубонная чума не страшна. Вообще-то как сказать! Откуда тогда не такие уж редкие смертельные исходы и сегодня?
  
   А тогда... И Владимир Хавкин ринулся в бой. Это о нем было написано: "Хавкин - ярчайший пример героизма в лаборатории, который не уступает героизму на полях сражений". За три месяца почти беспрерывной и почти круглосуточной работы, когда его сотрудники попросту не выдерживали таких нагрузок, Хавкин уже в декабре 1896 года создал противочумную вакцину.
  
   0x01 graphic
   Владимир Ааронович Хавкин (1860-1930), врач. Создатель вакцин
   против чумы и холеры, прославился по борьбе с ними в Индии
   ("Великий Белый Исцелитель").
  
  
   10 января 1897 года он делает первую прививку самому себе, причем намного усилив необходимую дозу. Этим опытом на себе он доказал безвредность вакцины. И уже в январе ее начинают применять для защиты людей, спасая тем самым десятки тысяч от гибельной инфекции. Всего было привито против чумы четыре миллиона человек, среди которых заболеваемость и смертность уменьшились в десять раз! В десять раз!
  
   В 1899 году в Бомбее открыли Противочумную исследовательскую лабораторию, позже преобразованную в Бактериологический институт Хавкина. Он существует до наших дней, став крупным исследовательским центром в Индии.
  
   И мои будни
  
   Между делом вспомнил свой первый выезд с группой зоолога-чумолога. Дело было где-то в начале апреля. Солнце наше кызылкумское уже прогрело пески, было тепло, и можно было ожидать активности грызунов. Меня интересовали сроки активизации норовых клещей в природных очагах. Методика сбора была достаточно простой, так работали и чумологи: фланелевая лента на резиновом жгуте запускалась в норовое отверстие на метр глубины. Вытаскивали ленту и смотрели - кто попался, того в пробирки для исследования.
  
  
   0x01 graphic
   Зоогруппа Кзыл-Ординской противочумной станции в полевой экспедиции (1-7 апреля 1961 г.) обследует природные очаги чумы. Слева: Петр Климкин, шофер; Давид Генис, врач облсанэпидстанции; техники ПЧС Анес и Абдулла; Чижевский Владимир Сергеевич, зоолог, начальник зоогруппы; Жакслык, рабочий. Участки Окпанды (колхоз "Сталина") и Ак-Тюбе (колхоз "Ленина"), Сырдарьинский район, Кызылкум. Фото Д. Гениса.
  
  
   Я "порыбачил" так несколько раз в норах и вдруг вижу на ленте какие-то черные шевелящиеся мусоринки. Это явно не личинки клещей, а о других "божьих тварях" я даже и не подумал. Держу ленту на весу и с ней - к зоологу.
   - Владимир Сергеевич, что за черные точки на моей ленте?
   - Ты с ума сошел, это же блохи! Мы же на колонии, где в прошлом году высевались микробы чумы! Они голодные с зимы, сейчас попрыгают на нас!
   В общем, переловили мы их, разместили по пробиркам. Но этот "эксперимент" чуть ли не на себе, когда уже все секреты давно разгаданы, мне запомнился...
  
   Вот так работа, кругом -- живая чума!
  
   В Кзыл-Орде располагалось крупное отделение Араломорской противочумной
   станции. В годы начала моей работы начальником отделения была Любовь Кирилловна Вишнякова. Хотя в Кзыл-Орде было "отделение", но фактически по объему своей деятельности и материальной базе, это была полная противочумная станция. Мы обычно так ее и называли: станция. У меня с Вишняковой установились добрые рабочие контакты, я получил разрешение даже посещать "святая святых" - их бактериологическую лабораторию. Тут дело имели с живыми микробами чумы.
   - Пройдете инструктаж, будете ежегодно получать прививки против чумы, строго соблюдать правила внутрилабораторной безопасности. Можете приходить.
  
  
   0x01 graphic
   Сбор блох из нор большой песчанки для исследования на чуму.
   Апрель 1961 г., Сырдарьинский район, Кызылкум. Фото Давида Гениса.
  
  
   Прививки делали внутримышечно. Место инъекции я чувствовал несколько дней. Помню сложнейшую процедуру одевания и раздевания противочумного костюма. Всё свое снимаешь в раздевалке. Потом пижама, за ней халат медицинский обычный и поверх еще глухой халат с завязками на спине и рукавах, плотная косынка, ватно-марлевая маска, защитные очки, ватные прокладки у спинки носа, резиновые перчатки и сапоги. Да не просто одевание. А целый ритуал. Особенно приятно в этом наглухо "забинтованном"
   виде было в теплое время года. Кондиционеров не было. Окна никогда не открывались. Вентиляторы ставить нельзя было - "чума разлететься может". После рабочего дня душ не светил. Его просто не было. В прямом смысле, попотел на работе "от души" и иди себе домой. Вы когда-нибудь видели врача в противочумном костюме? Интересное зрелище...
  
   Я приходил сюда не ради праздного любопытства. Тоже работал, тоже искал "заразу". Правда, не чуму, других паразитов, которые всегда были, но которые для чумологов были не особенно интересны. Но работали мы все за одними и теми же лабораторными столами.
   При лаборатории был большой виварий, многие сотни белых мышей. Все подозрительные на чуму "культуры" тут же прививались этим мышкам. Они от чумы быстро погибали, это помогало в диагностике. Заведовала лабораторией Елизавета Михайловна Вощинская, жена зоолога этой же станции Чижевского, с которым я тоже не раз выезжал в полевые условия.
  
   Елизавета Михайловна была как человек очень мягкой и вежливой. Вот где был
   стоик-чумолог. Целый день среди чумы! Работала, что называется, не разгибаясь. Нередко полевой материал поступал в немыслимых количествах, надо было срочно его исследовать. При нашей жаре микробы долго не выдерживали, могли передохнуть еще до начала исследования. Ищи потом ветра в поле. Значит, вся работа полевых групп насмарку. Да и ситуация покажется как бы "благополучной". А это цепь неверных предупредительных действий.
   - Елизавета Михайловна, вы не "звереете" на этой фактически монотонной работе? Сколько к вам прихожу, вы ни разу ни на кого голос не повысили, хотя поводы и были. Техничка вам принесла мышей для заражения, вы уже стоите с готовыми шприцами, а оказалось, она что-то сделала не так. Я бы не выдержал неаккуратности помощницы.
   - Нет, нельзя. Начну нервничать, могу и я, и мои помощники сделать неверное движение. Даже просто уронить на пол чашку Петри или шприц с культурой могу. Это же всю лабораторию закрывать, обрабатывать. Нет, нам нельзя нервничать и злиться. Да, замечание сделаю. Чаще - потом, после окончания процедуры или просто попрошу что-то сделать по-другому.
  
   А я подумал - что-то сходное с работой хирурга во время операции. Психанул, сделал неверное движение скальпелем - осложнение. Тут то же самое - психанул, дернулся, и - чума на свободе! Это же, как в клетку к тигру прыгнуть... Кошмар!
  
   На первый взгляд в лаборатории, главном узле всей противочумной службы, который задает тон всем последующим мерам в зоне области, ничего особенного -- лабораторные столы, горящие спиртовки, кругом чашки Петри или пока только с питательной средой, или уже с растущими колониями иерсиний. Что-то помещено в холодильниках, что-то - в термостатах...
  
   Я как-то выбрался сюда со специальной фотоприставкой. Такие оригинальные и уникальные снимки заснял с этих чашек. Колонии чумных микробов, т.н. львиные гривы, размером в один - два сантиметра, реально красивые. Они мне напомнили ювелирные кружевные изделия по своей четкости и рисунку. Смотрел на них то ли с удивлением, то
   ли с восторгом фотоохотника. Вот они рядышком, эти "тихони". Но только зевни, нарушь правила обращения с ними, в момент превратятся в убийц.
  
   Тут трудились и другие бактериологи-чумологи. Помню Фетисову Ирину Андреевну, кстати, тоже была очень спокойная и вежливая женщина. Профессия обязывает или просто слишком "темпераментные" сюда не идут? Да, для персонала это было место обычной и каждодневной работы. Никакой романтики в этом они, кажется, и не видели. В эту лабораторию чуть не ежедневно поступал полевой материал -- это все зоогруппы присылали самолетом или привозили отловленных грызунов и блох для исследования на зараженность возбудителями чумы. Шел постоянный мониторинг территории.
  
   В какой-то из моих визитов Елизавета Михайловна, глуховато, сквозь плотную маску, вздохнула и грустно посмотрела на меня:
   - Вот вам, Давид Ефимович, хорошо, вы работаете с людьми, среди людей. Вас знают. Люди видят, что вы для них работаете. А мы тут паримся. Кто о нашей работе знает, да и
   о нас самих?
   - Да, хирург или другой врач-лечебник поможет одному больному в тяжелой, критической ситуации, и о нем уже и очерки пишут, и благодарности, и признание. Это, конечно, заслуженно. Но скольких людей, вернее, сотни и сотни их, спасают от той же чумы, например, специалисты вашего профиля, никто и нигде не пишет. Нет чумы, и люди так и считают, что это всё само собой. Это еще и дефект нашей прессы. Журналистам подавай только подвиги, необычные случаи, они помешаны на сенсациях...
  
   - Видите, я держу в руках чашку Петри. Делаю пересев культуры на другую чашку. Я же смерть в руках держу. И таких пересевов мы ежедневно делаем многие сотни. Каждый пересев, только зазевайся, может меня заразить. Да, мы очень четко соблюдаем все меры безопасности, мы делаем ежегодно болезненные прививки. Нам и самим жить хочется. И нельзя забывать, что в каждой чашке сотни доз чумных микробов, каждая из которых может стать смертельной. Но ведь вся наша работа не только для нас, она и для людей, чтобы они работали и не думали о той смерти, которую я сейчас в руках держу.
   Моя коллега замолкает, открывая очередную чашку для пересева. Нельзя отвлекаться...
  
   Много позже начальником отделения был Шек Дмитрий Максимович. С ним мы не
   раз выезжали в реальные очаги болезни. Назову, конечно, еще Маханбетова Шазынду,
   кандидата биологических наук, сменившего Шека в этой должности. Шазында начинал работу фельдшером-помощником паразитолога в Чиилийской райсанэпидстанции.
   Подбил я его учиться. Парень был толковый, упорный, в работе инициативный. Убедил. Окончил он заочно биофак Кзыл-Ординского педагогического института, но в школу не ушел. Мы его перевели на должность паразитолога. Я был очень доволен его работой. В роли организатора он вполне был на своем месте и лучшего не надо было желать. В одной из моих командировок в район, за ужином в его доме, я опять подал идею учиться дальше.
   - Понимаешь, Шазында, уверен, у тебя получится. Ты усидчивый, упорный, твоя
голова работает. Мы напишем тебе рекомендацию, езжай в Москву, поступай в очную аспирантуру.
  
  
  
   0x01 graphic
   Такие большие, а микроб чумы их с лап валит... Фото Д. Гениса.
  
   Не стал он вежливо отнекиваться. Уехал. Поступил. Написал и защитил интересную и тонко выполненную на морфологическом уровне кандидатскую диссертацию по гельминтологии. Вернулся в Кзыл-Орду кандидатом наук. И в этой ипостаси был назначен начальником Кзыл-Ординского противочумного отделения. После его ухода на пенсию туда перешел Акимжанов Рахимбек. В областной санэпидстанции он заведовал отделением школьной гигиены. Но совершил вот такой пируэт, прошел полугодовую специализацию в Ставропольском противочумном институте и стал руководить чумологами Кзыл-Орды.
   С 2010 года Рахимбека сменила в этой должности А.М. Матжанова. В мои времена она была главным врачом Кармакчинской районной санэпидстанции.
  
   Все они обеспечивали или обеспечивают в настоящее время в прямом смысле благополучие населения. Тихо, нет чумы среди людей, значит, так и должно быть. А то, что многие десятки специалистов и подсобного персонала постоянно в степи, в лаборатории, постоянно "держат в руках" эту самую чуму, не позволяя ей сильно "разгуляться" как в былые века, как-то даже нигде и не упоминается. Будто всё само
   собой делается...
  
   Чума как средство войны
  
   И.В. Домарадский, бывший директор Ростовского противочумного института, в книге "Перевертыш" (Москва 1995), пишет: момент моего перевода туда институт стал головным по пятой проблеме среди противочумных учреждений. Впервые с "пятой проблемой" - кодовое название противобактериологической защиты - я столкнулся в начале 50-х годов, во время работы еще в Институте "Микроб" (Саратов). Из числа работ по "пятой проблеме", которые были сделаны в ростовский период с моим участием, лучшей я считаю получение штамма EV, устойчивого к наиболее употребляемым антибиотикам, и создание на его основе сухой вакцины, которая в последующем получила "права гражданства".
  
   Работы по созданию и даже испытанию бактериологического оружия на одном из островов Аральского моря у нас весьма интенсивно велись до начала или середины 60-х годов, но затем они начали сворачиваться. Причина, как я понял, заключалась в том, что при наличии атомного оружия целесообразность дальнейшей разработки биологического оружия у кого-то в верхах стала вызывать сомнения, поскольку при применении в качестве боевых агентов возбудителей заразных инфекций трудно избежать "обратного эффекта", т. е. перехода эпидемий от противника на тех, кто их применил".
  
  
   В 2009 году российский телеканал показал документальный телефильм "Призрак чумы". Помимо всяких страстей, там прозвучало и предупреждение: чума жива и возглавляет 12 наиболее опасных инфекций, эпидемии (пандемии) которых еще ждут нас впереди... В этом же фильме предсказывалось, что нас еще ожидает четвертая пандемия чумы. Её связывают с глобальным потеплением... Правда, ученые уже говорят о грядущем не потеплении, а похолодании... К этому добавлю - судя по печати и воспоминаниям, тема бакоружия не снята с повестки дня до сих пор.
  
   0x01 graphic
   В поездке с зоогруппой Кзыл-Ординской противочумной станции.
   Раскопка колонии большой песчанки в поисках зимнего гнезда.
   Участок Ак-Тюбе, 6 апреля 1961 г. Фото Давида Гениса.
  
  
   Чума нам - за грехи наши?
  
   Чума относится к группе бактериальных особо-опасных инфекций. В СССР всем этим разделом как будто занимались только чумологи: врачи, зоологи, паразитологи. Но так уж сложилось в нашей области, что и я, не имея прямого отношения к этой инфекции, занимался ею в роли врача-эпидемиолога общей медицинской сети. Правда, только в период появления больных людей. Надо было, потому и занимался... Надо было не мне, понятно, а начальству. И это было не только у нас.
  
   ...Боккаччо в своем вступлении к "Декамерону" дал появлению чумы два объяснения: "...возникла же она, быть может, под влиянием небесных тел, а, быть может, ее наслал на нас за грехи правый гнев божий...". Может быть, Боккаччо был прав?...
  
   Вот еще о его словах "под влиянием небесных тел". А ведь в какой-то мере прав.
   Известный ученый А. Л. Чижевский, в сталинские времена сосланный в Казахстан, в своей книге "Земное эхо солнечных бурь" написал: "Процесс развития органического мира не является самостоятельным..., а представляет собой результат действия земных и космических факторов, из которых вторые являются главнейшими и обусловливают состояние земной среды". Он составил хронологию эпидемий чумы с 430 года до н.э. до 1900 года н.э. Пики солнечной активности и эпидемии чумы, по его данным, оказались очень близки. Это не просто совпадение. Солнечная активность влияет на климатические
   и погодные условия на Земле, что сказывается на условиях жизнедеятельности грызунов, насекомых и растений. И на условиях рспространения (активизации) очагов чумы тоже.
  
  
   ...Бескрайние кызылкумские пески пустыни. Наш экспедиционный вездеход ГАЗ-63 небыстро мчится по не очень наезженой дороге среди барханов. Иногда вдали видны редкие чабаны, опекающие свои пасущиеся отары. Где-то тут возможно гнездятся очаги тлеющей чумной напасти. Забредет сюда чабан, или охотник, или геолог и последует трагедия. Колючей проволокой огородить всю пустыню? Но жизнь не остановишь. И потому кто-то должен брать на себя тяготы и риски "первопродцев". Ведь жизнь не остановишь...
  
  
  
  
   См. продолжение: глава 8. Не болезнь - божье наказание.
  
  
  
  
  
  
   0x01 graphic
   В поездке с зоогруппой Кзыл-Ординской противочумной станции.
   Раскопка колонии большой песчанки в поисках зимнего гнезда.
   Участок Ак-Тюбе, 6 апреля 1961 г. Фото Давида Гениса.
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"