# Универсум Зла. Долина чёрных облаков. Часть 2. Гл. 1 - 5

Андрей Владимирович Георгиев

Вторая часть. Города, которых нет.

## Глава 1.


Знает один человек, не знает никто. Знают два человека, знают все. Хорошая пословица. Я убедился в этом ещё раз, когда зашёл в "Три быка". В трактире стало тихо: одни смотрели на меня, как на привидение, другие, как будто увидели первый раз в жизни. Третьи, что меня особенно удивило, сделали вид, что меня не существует. Да и Всевышний им в помощь, конечно, но неприятный осадок в душе останется надолго.


Мрок подсчитывал выручку, уткнувшись в тетрадь. Первая мысль, которая у меня появилась, поблагодарить человека за то, что предупредил меня и Торгви о появлении в трактире капитана и Изараниты. Но меня что-то остановило: сознание упрямо подсказывало, что именно из-за Мрока и начались все мои проблемы, мытарства в подземном мире, в Усыпальнице королей. Чудом выжили, этого не забудешь никогда, такое запомнится на всю оставшуюся жизнь.


За нашим, давно облюбованным столом, сидел Торгви, о чём-то усиленно размышляющий. Он моего прихода не заметил, пришлось человека похлопать по плечу. Старый друг, оторвавшись от своих мыслей, вздохнул.

- Очередные проблемы ? - поинтересовался я.

- Куда без них?! Основная - проблема с отцом Гильса. Бредит постоянно, кого-то зовёт на помощь, задыхается. Лекарь говорит, что ему осталось месяц, может чуть больше. И вот, что этот лекарь сказал, Ксандр: такая болезнь была к нам, в города, занесена очень давно такими же как мы, старателями из Долины. Очень давно, когда Империя только-только образовалась, даже существовал запрет на промысел в городах Ушедших. Но потом эта болезнь исчезла, о ней все забыли, как оказалось зря. Вот сижу и думаю о том, что с нами будет, если о запрете промысла вспомнят там, - Торгви ткнул пальцем в потолок.

- А Гильс как?

- Гильс в болезни отца, после рассказа лекаря, теперь себя ругает. Это всё эмоции, я понимаю, но он теперь с нами собирается идти в Долину. Лекарь ещё одну интересную историю рассказал: якобы Ушедшие все болезни лечили с помощью артефакта, который называется чашей Гирсминда. Достаточно прикоснуться к этой чаше и все болячки исчезают.

- Вот прям все-все? - переспросил я, вспомнив о болезни своего отца.

Торгви пожал плечами:

- Что мне Гильс рассказал, то ты и услышал. Представляешь, сколько мы добра людям сделаем, если... Ладно, это всё мечты и мысли вслух. Ты разобрался с картами?


Я открыл папку с "картами", показал их другу. От увиденного глаза Торгви округлились:

- Вот эти полоски бумаги и есть карты всей Долины и городов Ушедших? Ты наверное шутишь, Ксандр?

- Да какие могут быть шутки, Торгви? Я сам думал, что разверну огромный лист бумаги, на которой будет подробный план городов, замков Ушедших, все улицы в городах будут иметь хоть как какие-то обозначения и так далее. Представь моё состояние, когда я увидел в папке тонкие полоски бумаги в которых огромное количество отверстий. Как я понимаю, для чтения таких карт нужен какой-то специальный прибор. Только что это за прибор, мне никто не удосужился рассказать. Не у кого спросить, короче говоря.


- У Нойль не спрашивал? Она же в Академии учится, вдруг что-то бы смогла узнать?

- Во-первых, у неё ещё каникулы и на территорию Академии просто так не пропустят, а во-вторых, это будет неизвестно как выглядеть. Я даже представляю, как сильно маги заинтересуются, где Нойль о таких картах могла услышать. В принципе, можно что-то придумать правдоподобное, но на всё это времени уйдёт немерено.

- Тоже верно, - согласился Торгви. - Что-то наших голубков влюбленных не видно.

- Ты сейчас о ком говоришь? - не понял я.

- Ну ты даёшь! - ответил друг. - Я говорил о наших Такосе и Вильне. Они любят друг-друга безграничной и всепоглощающей, так сказать. Отстал ты от жизни, Ксандр.

- Вот тебе и здрасьте-пожалуйста, - я действительно очень сильно удивился. - А как же правило старателей - в поход идут только свободные люди? Ты же сам прекрасно понимаешь, Торгви, что люди, чем-то другу другу обязанные, или связанные семейными узами, не имеют право....

- Да-да, я правила знаю не хуже тебя, - перебил Торгви. - Только где мы сейчас найдём проверенных людей? То-то же, друг мой Ксандр. После возвращения из похода будем что-то думать. Но я почему-то уверен в том, что наша пятёрка распадётся навсегда. Тебя, как я понимаю, заставили стать как одарённого на учёт в магистратуру?

- Да, магистр Вилькос постарался, - поморщился я. - Предлагают учиться, обрисовали мою чудесную жизнь и радужные перспективы после окончания Академии. Только я себя не представляю в роли студента. Приёмная комиссия будет только через год, и мне, в двадцать шесть, поступать куда-то? Смешно!

- Не говори ерунды, Ксандр. Ты прекрасно знаешь, что в Академию поступают и в шестнадцать и в сорок лет. А учиться тебе нужно, я думаю.


Я посмотрел на Торгви, словно мы никогда с ним не дружили и не знали друга друга очень давно. Такое от него услышать я никак не ожидал.

- А вот и наши пожаловали, - Торгви увидел через ветки фикуса приближающихся Такоса и Вильну.


Наш маг с ходу задала вопрос:

- А откуда у вас картанги?

- Ты по-человечески с нами разговаривай, - попросил я Вильну. - Что такое картанги?

- Те бумажки с дырочками, которые в папке лежат, - пояснила девушка. - Я такие видела в музее Академии. Там, кстати, и прибор Ушедших лежит, без которого бумажки - только бумажки. Чего вы на меня так смотрите? Вставляешь в специальную трубу такую бумажку, появляется свет и потом, на стене, на потолке, возникает изображение чего-либо. Мы смотрели картины Ушедших таким образом. Красота! Ректор сказал, что в Академии всего-навсего тридцать таких бумажек-картангов.

- Вам показал картанги сам магистр Вилькос? - спросил я.

- Только он умеет прибор, забыла как он называется, включать. Но изображение появляется до того натуральное, что, кажется, протяни руку и можно картинку руками пощупать. Да, кстати, изображение можно вращать, как хочешь, приближать, увеличивать.


Вот же Тёмный! Опять Вилькос и его испепеляющий взгляд. Хочешь ты этого, или нет, но придётся просить помощи у Советника Его Императорского величества. Других вариантов я не вижу.


Мы поговорили о закупленных вещах и продуктах, о том, когда лучше выдвинуться в Долину.

- Забыл вам сказать, - сказал Такос. - Сегодня встретил Малыша на рынке, он сказал, что его пятёрка возвращалась из замка Неудачи и встретила пятёрку Морри. В степи сейчас пыльная буря, пятерка Мории ещё как минимум три-четыре дня будет пережидать бурю. Догнать их мы не сумеем при всём нашем желании, но подстрахуем если что!

- Хорошая новость. Так, кто сейчас чем заниматься будет? Ксандр? - спросил Торгви.

- Поеду к своему новому другу, к господину Советнику, прямиком во дворец Императора, - ответил я. - А почему ты это спрашиваешь?

- Думал махнём в гости к Гильсу, - ответил друг. - Проведаем, поддержим чем можем.

- Ты знаешь, Торгви, моя мама недавно была дома у родителей Гильса.. В общем, не самое подходящее время для визита, - Вильна вздохнула, добавив: - Гильс сказал маме, что с нами в поход собирается пойти, и там такое началось! Нет, не стоит показываться на глаза маме Гильса.

- Сейчас примерно два часа, предлагаю встретиться здесь же часов в шесть вечера, окончательно договориться о походе. Мало ли что может за эти несколько часов измениться, - предложил Торгви.


Я сложил картанги в папку и уже собрался уходить из трактира, но в мои действия вмешалась, не знаю в какой по счёту раз, госпожа Судьба: возле двери трактира стоял знакомыйый мне капитан стражников Гёц. Он о чём-то разговаривал с Мроком и тот, когда увидел меня, махнул рукой. Капитан изобразил на лице улыбку:

- Рад вас видеть, господин Тингольд. Честь пообщаться с таким человеком!

- С каким таким? - я не понял, о чём капитан говорил.

- Ну как же, как же! Весь Сантарвилл только и говорит о каком-то маге, который избавил город от Рыжей чумы. Но не все знают, кто этот маг, не так ли, господин Тингольд?


Слова капитана привели меня в бешенство:

- Вы что, кому-то рассказали из-за чего дом капитана Штрауфа превратился в гору строительного мусора? Мне сам Император лично пообещал, что всё останется в тайне! И потом, кто такая Рыжая чума?

Капитан опешил:

- Нет, как вы могли такое подумать об офицере? Я присягнул на верность Императору и я не из болтливых. Рыжая чума - это та зеленоглазая женщина, которая разрушила четверть города и погубила несколько тысяч человек. Я к вам по делу: сам господин Советник попросил вас прибыть незамедлительно во дворец. Что-то там произошло, господин Тингольд.


Насчёт не болтливости капитана я задумался, естественно. После кубка, второго крепкого вина язык обычно не управляется своим хозяином, да и шила в мешке, как говорится.. Мы вышли из трактира, я увидел карету чёрного цвета с гербом графа Столбура, Советника Его Императорского величества. Капитан распрощался со мной у двери кареты, отправился с пятёркой стражников патрулировать город. Я всю дорогу думал о том, что же могло произойти во дворце Императора, но больше всего меня занимал вопрос: как объяснить Советнику и магистру Вилькосу зачем мне нужен чудо-прибор из Академии.


Карета, мягко качнувшись, остановилась. Перед ступенями, ведущими ко входу во дворец, стоял господин Советник, который провел меня в летнюю беседку, обвитую плющом. На небольшом столике находился сервиз: заварочный чайник, две чашки и остальная утварь.

- Что вы знаете об Империи Сунь-Ца, господин Тингольд? - спросил граф Столбур.

- Ничего, - ответил я.

- Ну, тогда послушайте историю возникновения этой Империи. Позже вы поймёте, зачем я вам эту историю рассказал. Итак! Архипелаг Борхос ещё недавно насчитывал семь крупных островов. На трёх, самых крупных, проживали и проживают заклятые враги хуманов, то есть нас, краснокожие гоуроны. С ними у нас относительно недавно случилась самая кровопролитная война, как вы знаете.


Я кивнул, соглашаясь. Историю войны с краснокожим знали в Империи все, от мала до велика. Прошло чуть более двухсот лет, но люди помнят самую кровавую войну, в которой погибло более пяти миллионов человек.


- На остальных острых архипелага жили такие же люди, как и мы, но с кожей жёлтого цветами и совершенно непривычным для нас разрезом глаз, - продолжил рассказывать Советник. - Гоуроны решили завоевать наш материк, наши земли, жители Империи четырёх островов их не поддержали, отвергли войну. Гоуроны затаили обиду на народ сунь-ца и после того, как проиграли войну с людьми, на желтокожих затаили злобу. Прошло всего лишь пятьдесят лет, которых хватило гоуронам, чтобы зализать раны, вырастить новых воинов и так далее. Под надуманным предлогом краснокожие развязали войну с народом сунь-ца. Неизвестно, чем бы закончилась война, не менее кровопролитная, чем война произошедшая на нашем материке, если бы на сторону гоуронов не стали люди, которые сбежали с наших земель во время уничтожения некромантов и другой нечисти. Чернокнижники надеялись, что когда-нибудь гоуроны завоюют нашу Империю Бальторон и некроманты займут главенствующие посты, примут участие в управлении городами и поселениями. Люди им нужны в качестве материала для своих опытов.


Советник налил из заварного чайника в чашки напиток светло-зелёного цвета.

- Этот напиток народ сунь-ца называют "глоток нектара". Или, на их наречии, - чан-ту. Он великолепно утоляет жажду, бодрит тело и организм в целом. Попробуйте, вам понравится. Наш Император распорядился организовать производство чан-ту на юге Империи, но увы, это очень затратное дело. Ладно, вернёмся к войне. Принявшие в ней участие некроманты использовали страшные заклинания: одни горы исчезали с лица земли, чтобы появиться в другом месте, реки уходили под землю, озёра превращались в болота. Земля пропиталась кровью, воздух - болью и ужасом народа сунь-ца. А вот теперь внимание, господин Тинольц! Императором народа сунь-ца в те времена был великий и мудрый Воан-Гун. Он решил, что лучше проиграть войну и покинуть острова архипелага Борхос и этим самым сохранить свой народ. В общем, все те, кто успел погрузиться на корабли, коих в Империи сунь-цу было огромное количество, покинули землю четырёх островов и направились в сторону нашего материка. Четыре острова, кстати, погрузились в пучину Чёрного океана благодаря усилиям некромантов.


Советник, отставив чашку в сторону и, заложив руки за спину, продолжил рассказ, прохаживаясь в беседке:

- Вы, господин Тингольд, на меня произвели впечатление умного человека. К вам вопрос: сколько сейчас лет Императору Воан-Гун, если он стал управлять Империей четырёх островов в сорок лет и до сих пор управляет Империей Сунь-цу?


Прочитать возраст Императора не составило труда: сорок лет плюс сто пятьдесят. Сто девяносто лет? Советник улыбнулся:

- Да-да, почти двести лет мудрому Воан-Гун, но он выглядит максимум на пятьдесят. Напрашивается вопрос - как он поддерживает такую великолепную форму. Понимаю, что у них быт коренным образом отличается от нашего, что желтолицые пьют чудесный напиток чан-ту. Но как, Тёмный, как можно выглядеть так молодо? Хорошо, то, что я сейчас расскажу не является для вас какой-то тайной: Империя, находящаяся за горами Трёх братьев, регулярно посылает свои экспедиции в город Трёх призраков. Со стороны гор в этот город, скорее всего, проще попасть. Разведка донесла, что в городе Страха, так его называют желтолицые, они нашли удивительный артефакт в форме раковины гигантского молюска. Император Воан-Гун держит артефактор под усиленной охраной и находится с артефактом в комнате каждый день, ровно час.

- Это артефакт называется чаша Гирсминда? - спросил я Советника.

- Точно, так его называли Ушедшие. Вы о нём тоже наслышаны? Замечательно, господин Тингольд, замечательно! Мы вчера с Император разговаривали о вашем предстоящем походе. Если вы разобрались в картах Долины чёрных облаков и городов Ушедших, то у вас есть шанс найти в городе Трёх призраков чашу Гирсминда, возможно, и не одну. Карта есть карта, она исключает слепой поиск, поиск на удачу. Или я не прав?

- Возможно, - ответил я. - Но вместо привычных для нас карт, мы имеем вот что, господин Советник.


Я достал из папки полоски бумаги. Граф Столбур взял одну бумажку, с пониманием посмотрел на меня:

- Вы ничего не увидели, потому что у вас нет прибора в форме трубы, в которую эти бумаги вставляются. Так? Спешу вас обрадовать: такие приборы есть здесь, во дворце, и один вы получите в своё распоряжение. Насколько я разбираюсь в этой ерундовине, вам потребуется подобрать по размеру камень Силы. Но это, я думаю, можно сделать в любой магической лавке.

- А как эти приборы попали во дворец? - спросил я у Советника.

- Когда-то, очень давно, их наши в подвальном помещении дворца. Как это произошло, кто их нашёл, я не в курсе. Налейте ещё себе чудесный напиток, я отлучусь на несколько минут.


Не знаю, чему я обрадовался больше: прибору, который мне отдадут, или тому, что мне не нужно общаться с магистром Вилькосом.


## Глава 2.


Водопад из изумрудов заполонил всю комнату, большие и маленькие кристаллы льда закружились в неистовом хороводе; и в эту веселую кутерьму, в определенном порядке, вплетались сапфиры и рубины, янтарь и топаз, агат и гранат. Все разноцветные кляксы в форме драгоценных камней замерли на мгновенье в воздухе, чтобы потом занять своё, строго определённое для них место в уже упорядоченном рисунке другого мира. Мира Ушедших, мира людей, которые были незаконно забыты своими потомками. Исчезла комната с мебелью, окружающий мир подёрнулся пеленой безвременья, и на какое-то время исчез. Через несколько секунд в моей комнате раздалось дружное "ох" и появился объемный рисунок-карта всей Долины чёрных облаков.


Главный город, город-призрак, главный город Долины, завораживал своей красотой: белоснежные здания с крышами-шпилями, устремлёнными в небо, невесомые и ажурные мосты через реки и каналы, странные, и одновременно с этим прекрасные, здания из чёрного камня в форме сильно закрученной спирали, возвышающиеся над остальными сооружениям города. Широкие проспекты и улицы, огромные парки и зелёные насаждения. Город, у меня сложилось именно такое впечатление, люди строили, спрашивая разрешения у Его величества Природы. Хороший вкус и гармония, ухоженность во всём, сплелись в один клубок, сосредоточились в одном месте. Но меня преследовала одна мысль: что могло произойти такого страшного и необратимого, из-за чего люди покинули город, утопающий в зелени? Что на них повлияло, что случилось со всем народом, с развитой цивилизацией Ушедших?


Ответа не было ни у меня, ни у моих друзей и сомневаюсь, что кто-то из имперцев смог бы ответить на этот вопрос. Первой пришла в себя и начала контролировать свои эмоции Вильна. Она свела руки вместе, изображение дрогнуло и уменьшилось в размерах. С высоты птичьего полёта был виден город, в который нам предстояло идти. Сейчас мы увидели то, что не замечали раньше, находясь в непосредственной близости от города Трёх призраков: он когда-то соединялся дорогами, прямыми, как стрела, с небольшими городами-спутниками, расположенными на одинаковом расстоянии от основного города, на одинаковом расстоянии друг от друга. Города-спутники располагались на линиях воображаемых окружностей: три линии по пять городов, пятнадцать городов-спутников огромного города Трёх призраков, столицы исчезнувшей цивилизации.


- Я бы что-то сказал об увиденном, но слов нет, они закончились, - нарушил тишину Торгви. - Ксандр, ради того, чтобы увидеть такую красоту, стоило рискнуть своими жизнями в подземелье. Ты согласен со мной?

- У меня мысли работают в совершенно другом направлении, Торгви, - признался я. - Как нам эта карта может помочь? Одно дело видеть, как устроен город, другое - как в нём выжить. Но сомневаюсь, что в картах мы найдём какие-то подсказки. Вильна, ты нам говорила, что с изображением можно делать всё, что угодно. Вот смотри, на одинаковом расстоянии от большого города находятся какие-то башни. Не разобрать, что они из себя представляют - изображение нечёткое, но ты присмотрись - если эти башни соединить между собой линиями, то получится контур пятиконечной звезды, а её центр расположится в центре города.


Вильна прикоснулась к одной башне, та укрупнилась и начала вращаться вокруг своей оси. В средней части строения, в форме усечённой пирамиды, я увидел на стене и прочитал надпись на древнем языке: "Башня номер три". Вот так, без всяких романтических названий, белыми буквами на чёрном фоне. Нет никакой башни Надежды, Ветра или Огня, как непременно назвали бы это сооружение современные люди. Смело можно было строить предположение, что остальные башни нумеровались приблизительно также. Вильда повернула изображение, прикоснулась рукой к близнецу первой, рассмотренной нами, башни. Ничего, как я и предполагал, интересного: я прочитал - "Башня номер четыре". Но не могли Ушедшие установить в Долине пять грандиозных сооружений без всякой на то причины, какое-то предназначение у башен должно быть.


- Это те башни, которые мы стараемся обойти стороной? - спросил Торгви. - И сразу возникает вопрос - почему мы боимся к ним приближаться?

- Над башнями периодически возникает сияние, которое мы называем "жидкий огонь", - ответила Вильна. - На одаренных этот "огонь" очень сильно воздействует. Проще говоря, у магов исчезает энергия, стихиальные сосуды опустошаются.

- Вильна, опять ты с нами разговариваешь на своём, непонятном языке. Что это за сосуды? - спросил Такос.

- Это место в теле одарённого, где накапливается энергия мироздания. Проще говоря - магия, - ответила Вильна но потом добавила: - Ой, кто это в дверях стоит, Ксандр?


В дверях стоял гном Грум, рассматривая изображение башни и города Трёх призраков.

- Это мой друг, его зовут Грум и он отправится с нами в поход, - ответил я девушке, наблюдая за её реакцией и за реакцией на мои слова Такоса. Торгви знал о гноме, поэтому появление Грума воспринял спокойно. - Проходи, присаживайся.


Вильна смотрела на гнома, как на диковинный экспонат из городского музея, Такос, что меня поразило, смотрел на Грума, как старшие смотрят на своих младших братьев: со снисхождением, с пониманием, но одновременно с этим, с восхищением. Все прекрасно понимали, что увидеть в наших краях гнома, представителя древнего народа, жившего бок о бок с Ушедшими, это знаменательное событие. Что самое удивительное, раньше люди сосуществовали с гномами в мире. Между народами процветала торговля как оружием, так и драгоценными камнями, золотыми украшениями. Но потом люди почему-то возомнили, что они ниспосланы самими богами на землю и всё и все им что-то должны. Гномы поняли, что от людей лучше держаться подальше, перестали появляться в городах людей, и вот уже несколько столетий торговля с ними замерла.


Грум стоял у двери комнаты словно зачарованный, он не слышал моих слов. Гном подошёл ко мне, взял из рук прибор, установил его вертикально, прямо на пол. Изображение дрогнуло, очертания города и пяти башен стали гораздо чётче.

- Вы неправильно октаратором пользуетесь, - совершенно буднично и спокойно произнёс гном. - Его используют в больших помещениях, или вне помещении, но никак не в такой маленькой комнате. И для того, чтобы рассмотреть все мелкие детали той же башни Силы, в октаратор нужно вставить набор катарангов. Они все пронумерованы. Вот смотрите....


_____________________________


Дирижёр поклонился графу и графине, повернулся к оркестру. Музыканты замерли, как и ожидающие музыку красивые пары. Взмах дирижёрской палочкой, зал для танцев, весь, без остатка, заполняется музыкой. Мужчины поклонились женщинам, женщины присели в книксене. Ладонь на плече, рука в руке и рука на талии. Два шага вперёд, поворот, два шага назад, поворот...

Морри даже почувствовала движение ветра в зале, огонь в камне затрепетал, разбрасывая в сторону золотистые искры. Музыка, смех, счастливые лица...


Девушка плотнее запахнула накидку, подбросила в камин "дрова" - на этот раз пищей для огня стала спинка необыкновенно красивого стула. Какая же красивая жизнь была у владельца этого замка, который старатели назвали замком Неудачи. Почему неудачи, интересно? Впору этот замок называть замком Страха: каждую ночь дежуривших возле камина людей преследовали видения. Бал, музыка, запах вина и счастливые лица танцующих.


Может прав был Малыш и нужно было убраться из Долины подобру-поздорову? Сколько продлится пыльная буря? Сутки, двое? Может неделю? Морри вздохнула, встала из полуразвалившегося кресла с высокой резной спинкой, подошла к огромному, от пола до потолка, окну с чудом уцелевшими стёклами. Ветер периодически бросал в окно горсти пыли, чёрная башня, которая осталась чуть правее и позади, "выстрелила" в очередной раз в небо молнией насыщенного красного цвета. Высоко в небе молния встретилась со своими сёстрами, пять ветвистых молний переплелись в огненный клубок, с неба на землю устремился водопад из брызг огня. Красивое, и одновременно с этим пугающе своей мощью, зрелище приковывало взгляд.


"Присмотрись к деревьям, присмотрись к дороге. На обочине которой - золотая осень", - вспомнила Морри слова стихотворения известного поэта.


Пыльная буря прекратится, до сезона дождей всего ничего. Обратная дорога домой будет отрезана реками, которые выйдут из берегов. Две реки, две переправы, казалось бы... Проще уйти на юг, и на побережье Красного моря нанять дилижанс, чтобы вернуться домой. Целыми и невредимыми. Но пока нужно думать только об одном - выжить в Долине, побывать в городе Трёх призраков. Ох, Пальва-Пальва, подбила всю пятерку на такую авантюру! Да и Торри хороша: "покажем этим самым, что на самом деле умеют делать настоящие женщины." Морри молилась Всевышнему: дай нам силы пройти это испытание.


За спиной послышался женский смех и потом тихое:

- А таро тола ротми, одо анум?

- А таро, оло, - ответил женщине мужчина.

Мории обернулась и чуть не закричала: в метре от неё стояли размытые, полупрозрачные силуэты мужчины и женщины. Призраки держались за руки, о чём-то тихо разговаривали.


Морри, стараясь не шуметь, отошла от окна. Чёрная башня разродилась очередной молнией, на секунду осветившей огромный зал, в котором ночевали старатели. Призраки исчезли, девушка выдохнула воздух, покачала головой: две-три ночи, проведенные в замке Ушедших и придётся по возвращению домой записываться на приём к лекарю. Пальва, переворачиваясь с бока на бок, что-то пробормотала и потом, словно почувствовав на себе взгляд Морри, открыла глаза:

- Слушай, такой сон приснился! Как будто я на балу. Граф, графиня, оркестр, музыка и дорогое вино. Надо же такому присниться! Морри, тебя не пора менять?

- Нет. Спи, Пальва. Я думаю, что пыльная буря не стихнет ещё как минимум двое суток. Я днём отосплюсь.

- Как знаешь, подруга, - улыбнулась Пальва. Она закрыла глаза но сразу же, отбросив одеяло, вскочила на ноги:

- Морри, кто-то на первом этаже ходит, слышишь? Ты пока девочек разбуди, я схожу и посмотрю, что творится внизу, кого принесла нелёгкая в замок.


Морри не успела произнести ни слова в ответ, Пальва растворилась в сумраке, выскользнула из зала.


________________________________


Впереди идущая повозка остановилась, с козлов на землю спрыгнул Малат. Он, отряхивая с одежды пыль и песок, сплюнул. Эндаран остановил лошадей, спросил:

- Ты чего остановился? До захода Галара ещё долго, можно ехать и ехать.

- Ты посмотри на небо, Эндаран, - ответил Малат. - По всем признакам приближается пыльная буря. Только не время ей сейчас, но долина есть долина, чтоб её... Я бы такой, чтобы найти убежище и переждать непогоду.


Словно услышав слова Малата, небо затянуло серой дымкой. Галар стал еле-еле просматриваться, поднялся сильный ветер. Вокруг каравана закружили небольшие смерчи, которые поднимали с земли мелкие камни и песок, бросая их в лица людей, пугая животных. Долина чёрных облаков полностью оправдывала своё название: небо из голубого и безоблачного превратилось в серо-чёрное.


Эндаран в сердцах выругался:

- Спрятаться можно, но где? Или ты предлагаешь переждать бурю в башне из чёрного камня?

- Нет, уж, Эндаран, лучше сразу умереть, чем....


Налетевший порыв ветра качнул Малата, мужчина с трудом удержал равновесие. Лошади испуганно заржали, начали косить глазами на людей, прядли ушами. Перекрикивая ветер, Малат показал рукой на полуразрушенный замок Ушедших, возвышающийся на берегу некогда широкой и, возможно, полноводной реки. Вода, по непонятным причинам ушла под землю, оставив после себя, как напоминание о своём существовании, высохшее русло.


- Только ты того, Эндаран, пусти своего мальца с фонарём вперёд. Пусть нам дорогу показывает, - сказал Малат.

- Дельное предложение, - согласился Эндаран, подзывая к себе сына, Дальвира.


До замка, по-хорошему, можно было доехать за десять минут. Но они растянулись на несколько часов. Дальвир, периодически останавливаясь, покачивал фонарём из стороны в сторону, сигнализируя, что путь свободен. Когда четыре тентованные подводы остановились во дворе замка, возле какого-то разрушенного до основания здания, к Эндарану подошёл сын, сказал:

- Я увидел в окне на третьем этаже свет, отец. Схожу на разведку.


Эндаран увидел, как сын достал из ножен меч и, перекатываясь с пятки на носок, бесшумно скрылся в дверном проёме первого этажа замка. Двери, как таковые отсутствовали, но что удивило Эндарана - наличие стёкол в окнах. Через несколько минут в дверном проёме показался Дальвир, следом за ним из замка вышла светловолосая девушка в чёрном, облегающем тело, костюме.


## Глава 3.


Изаранита стучала в дверь, били изо всех сил по стёклам окна. Она рычала, как разъяренная дикая кошка, завывала от боли и безысходности, как раненый зверь, одновременно с этим - неистово безудержно хохотала. Её, королеву Мира мёртвых смогли обмануть и заточить в комнате, откуда нет выхода..? Мальчишка, сукин сын, ничтожество! Как он посмел? Изаранита перестала извиваться как змея, лёжа на холодном каменном полу, и на какое-то время затихла, собираясь с мыслями и силами.


Комната, её любимая комната из отрывочных детских воспоминаний, исчезла в яркой вспышке света. Вместо чудесной детской комнаты с игрушками и любимой говорящей куклой, появились стены из серого необработанного камня, по которым стекали, собираясь в лужи на полу, тонкие струйки воды. Свет, рассеянный с мертвенно-бледным оттенком, проникал через узкую щель под потолком, высота которого была больше десяти метров. Изаранита прислушалась: из-за двери, сделанной из дубовых досок, покрытых плесенью, раздавалось чьё-то бормотание, шаркающие шаги, звук отодвигаемых засовов, хриплый смех.


Создавалось впечатление, что по коридору шёл немощный старик, разговаривающий сам с собою. Он то рычал, то тихо плакал и стонал, то смеялся, но продолжал идти, волоча ноги по полу, зачем-то открывая и закрывая двери в темницы, словно проверял их на наличие "постояльцев". Королева Мира мертвых дождалась, когда звук шагов приблизился и теперь раздавался рядом с камерой, изо всех сил начала стучать по дубовым доскам двери.


- Эй, я здесь! Кто бы ты не был, ответить мне, Изараните Сиятельной!

Все звуки по ту сторону двери стихли, потом Изаранита услышала, как засов, с противным скрежетом, кто-то отодвинул в сторону, дверь приоткрылась.

- Что за тварь здесь поселилась? - раздался хриплый мужской голос. - Пора сюда подпустить огонь, сделать уборку. Хе-хе.... Или у меня опять видения начались? Да, скорее всего так и есть. Сколько здесь нахожусь, никогда не видел настоящего узника...а жаль, я бы с ним позабавился!


Дверь, тяжёлая и массивная, открылась ещё больше, Изаранита попятилась назад: в темницу зашёл, опираясь на четыре лапы, богомол-переросток. Лапы, панцирь, несоизмеримо маленькая голова с глазами навыкате. Богомол сделал шаг к Изараните, посмотрел на неё сначала одним глазом, потом, под неестественным углом вывернув голову, посмотрел на королеву другим глазом.

- Нет, не зря я просил у Его Темнейшества ниспослать мне хоть какое-то развлечение. И он меня услышал, хвала Тёмному миру. Если мне это только не кажется, то Темнейший меня решил побаловать самкой. Красота!


- Да как ты смеешь, урод, называть королеву Мира мёртвых самкой? - Изаранита пришла в бешенство. - Да я тебя!


Она подняла вверх руки ладонями к богомолу, начала произносить слова заклинания обращения. Но потом она отступила на шаг, второй, понимая, что в ней нет ни капли Силы, той Силы, которой у неё всегда было в переизбытке. Изаранита посмотрела на свои запястья и прошептала слова проклятия: левую и правую руки обвивали "украшения" в форме змей из металла серебристого цвета. Изаранита чувствовала, как эти "украшения" вытягивают из неё магическую силу, как она с каждой минутой становится всё слабее и слабее. Королева, бывшая Королева Мертвого мира, закрыла руками лицо. Изараните, пожалуй впервые, стало по-настоящему страшно.


- Где я, кто я? - прошептала Изаранита.


Богомол задвигал жвалами, раздался хриплый смех.

- Ты - нигде, ты - никто! - прохрипел богомол и сделал несколько шагов к королеве. - Нет, это подарок не Темнейшего. Он прислал бы какую-нибудь уродину, а тут вон оно как! Пойдём со мной, милая, пойдём.

- Только попробуй прикоснуться ко мне хоть одной лапой, мерзкое создание! - Изаранита отступала назад до тех пор, пока не упёрлась спиной в стену.

- О, узнаю проделки Лучезарного! Только он мог так посмеяться над старыми Кору. Ах, как же я развлекусь сейчас! Как развлекусь!


Богомол, чего никак не ожидала Изаранита, молниеносно протянул вперёд лапы, на которых красовались острые шипы-зазубрины, схватил ими Изараниту за шею, начал её душить. Задыхаясь, королева как могла отбивалась от чудовища, но силы были неравные и через некоторое время мир в глазах Изараниты потерял четкие очертания, она потеряла сознание.


Обжигающий своим холодом водопад, боль во всём теле и монотонное "бу-бу". Изаранита открыла глаза, но пожалела, что это сделала: она, обнаженная, без малейшего намека хоть на какую-то одежду, была прикована цепями к стене. Напротив, в камине весело плескался огонь, рядом с камином была установлена жаровня. На красных угольях лежал инструмент для пыток: длинные иглы, щипцы, подобие кочерги. Комната, по размерам чуть больше той, в которой первоначально находилась Изаранита, имела в полу небольшие углубления, которые сходились в центре пола. Кровостоки? Неужели её сейчас..?


Богомол повернул голову к пленнице:

- Тебе понравился рисунок?

- Какой ещё рисунок? - спросила женщина, но почувствовав сильную боль, посмотрела на грудь. - Мразь, да как ты смел?!

- Зачем ругаться и обзывать строго Кора? Красивый цветок. Он, по-моему, розой называется. Чёрная роза на белоснежной груди. Тебе все обзавидуются, если конечно ты останешься жить. Никому ещё после моих пыток не удавалось оставаться в здравом уме. Все просили сжалиться над ними, убить и я это делал, с сожалением, конечно. Хм... Как бы я этого не хотел, но делал.. Да... Никто, представляешь, никто не выжил! А клеймо я для тебя красивое подобрал. Роза...да-да, клеймо отменное.

- Зачем я тебе нужна, Кор? Где я сейчас нахожусь, в каком из миров? В Мире мёртвых или в Мире живых?

- Не услышал за розу спасибо, ну да ладно! В каком из миров? И не там и не там. Ты в мире, где уживаются и добро и зло, чёрное и белое. Здесь нет и не может быть победителей и побежденных, здесь нет течения времени и дуновения ветра. Догадалась?

- Междумирье.. - с ужасом прошептала Изаранита.

- Можешь этот мир называть как угодно, как тебе нравится, но не всякому дано сюда попасть. Да... Одни оказываются в мире Двуединого за свои гнусные поступки, другие за хорошее поведение. Вот даже и не знаю, как и что тебе ответить на твой следующий вопрос: скорее всего ты занималась тем, чем не стоило бы заниматься, вот поэтому миры от тебя и отреклись. Перед судом Двуединого ты должна пройти через муки и страдания, очиститься от прежних мыслей. Боль очистит тебя также и от твоих воспоминаний. Ты всё забудешь, и плохое и хорошее. Твоё тело, твой разум, это комок благородной глины. Что захочешь из него получить, то и получишь. Ну что, приступим?


Секунды сплетались между собой в минуты, минуты в часы и сутки. Проходили дни и ночи, месяц за месяцем. Но такое могло произойти только в нормальном мире, Мире живых, но никак не здесь. Изаранита прекрасно понимала, что она находится в Междумирье и время в нём застыло на месте. Нет минут и часов, нет дней и ночей, есть только боль. Боль, которая пронизывала все части тела, каждую клетку. Кори был мастером своего дела: он загонял раскалённые иглы под ногти, срывал ногти щипцами, на теле образовались уродливые шрамы от ожогов. Изаранита поняла, что с болью нужно смириться, воспринимать её как нечто родное, без чего она уже не сможет жить.


- Да-да-да! Кори, сделай мне больно, - смеялась и плакала Изаранита. - Мне хорошо, когда я чувствую боль во всём теле. Сделай из меня урода, на мне ещё много места, где до сих пор нет следов от ожогов. Сделай это, Кори! Распусти мою кожу на ленточки, смелее, урод!

- Мне кажется, что мы друг другу понравились, - удивлённо и удовлетворённо говорил богомол, продолжая свои страшные экзекуции. - Когда перестанешь чувствовать боль, ты мне об этом обязательно скажи.

- Зачем? - не поняла Изаранита.

- Потом поймёшь, - ответил Кори.

- Потом не будет, мерзкое насекомое. Я уже давно мёртвая, поэтому "потом" для меня не будет. Уже никогда и ни при каких условиях.

- А вот тут ты очень сильно ошибаешься, - еле слышно сказал богомол, доставая их жаровни очередное орудие пыток.


После окончания сеанса издевательства над Изаранитой, богомол понял, что не услышал ни одного стона и стенания женщины. Кори приподнял лапой за подбородок голову пленницы и хмыкнул: Изаранита Сиятельная находилась на стадии перехода в совершенно другое состояние. В состояние отрицания смерти, как таковой, и отрицание жизни. Богомол посмотрел в сторону двери камеры для пыток, произнёс:

- Она готова, Ваше Темнейшество.

Через несколько мгновений Кори кивнул:

- Да, Ваше Темнейшество, незамедлительно прибудем.


Освободив окровавленное и изуродованное тело пленницы от оков, богомол схватил лапой руку женщины, поволок её, как никому не нужную, надоевшую и поломанную куклу, по полу камеры к двери и далее, по длинному и плохо освещённому коридору, в сторону лестницы, ведущей куда-то наверх.


_________________________


Море лениво накатывало на каменистый берег, увлекая за собой, в мир покоя и равновесия, мелкие камни. Они со временем покроются светло-зелёным налётом, навсегда станут неотъемлемой частью водного мира и будут наблюдать за миром яркого света из глубины моря, из-за находящихся в постоянном движении зелёно-синих водорослей. На самом верху высокой скалы, далеко выдающейся в море, на кушетке, укрытая тончайшей белоснежной простынёй, лежала женщина, лет двадцати пяти от роду. Она открыла глаза и застонала, прикрыв от яркого света рукой глаза.


Рядом с кушеткой, в кресле сидел довольно-таки молодой и очень привлекательный мужчина. Чёрные волосы ниже плеч, чёрные, как сама ночь, глаза, волевой подбородок, нос с небольшой горбинкой и упрямо сжатые губы. Мужчина смотрел в сторону моря, изредка, малыми глотками пил из хрустального бокала на тонкой ножке, красное вино. На грани видимости, ещё очень далеко, находился белоснежный треугольник-парус, который иногда пропадал из поля зрения мужчины, чтобы потом появиться, но совершенно в другом месте и гораздо ближе к берегу.


- Где я, кто я? - произнесла женщина и добавила: - Воды, умоляю вас, дайте попить воды!

- Ну что вы такое говорите, милочка? Воду пьют только бедные и люди с отсутствием хорошего вкуса. Мы же с вами не такие, верно? Для вас приготовлено отменное вино двухсотлетний выдержки. Да-да, можете на меня так не смотреть. Вино специально дожидалось вас, моя дорогая, двести лет. Как вас, кстати, зовут? Вы это помните? Ах, да.... Вот ваше вино, милочка!


Женщина сделала большой глоток вина из бокала, часть красного напитка попала на белоснежную простынь.

- Как романтично и красиво, не правда ли? - засмеялся мужчина. - Чёрное и белое, красное и белое. Вот даже и не знаю, какому сочетанию отдать предпочтение. Ну, так как вас зовут?


Женщина задумалась, прикрыв глаза.

- Нет, не вспомню никак. Вы знаете моё имя? Вас как зовут, вы же не представились!

- Вас зовут Изаранита, а меня Кори.


Женщина вздрогнула, выронив из рук бокал с вином.

- Я знаю только одно... Одного Кори и он на вас совершенно не похож. Или вы на него, не знаю, как правильно сказать.

- Да, это я и есть. Мой облик в Междумирье мне самому противен. Кровь, пытки, развешенные, на вбитых в стену крючьях органы, которые, кстати, не всегда приятно пахнут. Милочка, вы очень сильно побледнели. Не стоит, право, не стоит. Для вас всё плохое позади, впереди вас ждёт замечательная жизнь. Если её так можно назвать, конечно. Вот скоро Его Темнейшество прибудет на остров и вы поймёте, что только-только начинаете жить. Новая жизнь будет намного интереснее той, о которой вы, практически, забыли.

- Кори, я вас когда-нибудь уничтожу и вам не поможет даже ваш Темнейший. Я это обязательно сделаю, будьте в этом уверены, - женщина оскалила зубы, улыбка с лица Кори мгновенно исчезла. - А кто он, это Темнейший? И где он сейчас находится?


- Вон тот белоснежный парус видите? - спросил Кори, показывая в сторону моря. - Он спешит на встречу с вами, с новой помощницей.. Хотя нет, я умолкну и оставлю для вас всё в тайне. А зовут Темнейшего во всех мирах по-разному. Кто-то его называет Падшим, кто-то Люцифером, некоторые - Бархудом. Но для всех миров он имеет одно имя. Сами догадаетесь, или как?

- Догадалась, - ответила Изаранита. - Он падший ангел, ставший первым.


## Глава 4.


Я закончил собираться в дорогу, когда на улице уже смеркалось. Грум сидел на скамейке, смотрел куда-то в небо и мечтательно улыбался. Думал о предстоящей встрече с родственниками? Скорее всего, это так и было. Как гном попал в услужение к Изараните мне предстояло узнать, но это будет чуть позже. Я был уверен,что Грум попал в Мир мёртвых не по своей воли. Я ещё раз посмотрел на карту города Трёх призраков, составленную совместными усилиями, аккуратно свернул и положил её в сумму. Прибор Ушедших останется дома, смысла его тащить с собой за многие километры не было. Подогнав перевязь для меча, купленную днём в оружейной лавке, проверив заточку ножа, который мне вернул Торгви, я вышел на улицу.


Нойль бежала ко мне изо всех сил, в глазах сестры читался едва ли не ужас. Она показала рукой в сторону улицы и, немного отдышавшись, сказала:

- Ксанти, там карета с гербом графа Столбера и куча гвардейцев. Просят тебя сесть в карету, сказали, что срочное дело. Что ты опять натворил?

Я махнул рукой: мне самому было очень интересно, зачем я понадобился в такое время Советнику Его Императорского величества.


Бравый капитан открыл дверь кареты, показал рукой: "прошу". Советник выглядел каким-то уставшим, осунувшимся. Он через силу улыбнулся, показал на сидение.

- Удивлены, господин Тингольд?

- Конечно. Что-то случилось во дворце? - спросил я графа.

- Увы! Как бы это не было печально, но вынужден с вами согласиться: да, случилось. Принцессе Адальмире стало гораздо хуже, лекари теперь не уверены, что она... Мда... Они не уверены, впрочем, как и всегда. И вот какое послание от Императора я привёз: Кальтор выделил для вас дилижанс с сопровождением. Я знаю, что старатели идут в сторону Долины, обходя все населённые пункты. Можно изменить ваш маршрут и вы за двое суток, при смене лошадей, сумеете преодолеть громадное расстояние и две переправы через реки. Поверьте мне, передвигаясь на дилижансе с гербом самого Кальтора, вы нигде не встретите никаких препятствий. Император очень переживает за жизнь единственной наследницы, поэтому...вот, собственно говоря, всё, что я хотел вам сказать, господин Тингольд. Советую не отказаться от по помощи первого лица государства, ибо это чревато сами знаете чем.


Кнут и пряник, я тебе дам безвозвратно кое-что, но потом ты это отдашь с большими процентами. Примерно так прозвучали слова Советника. Ну что же, так, значит так.

______________________


- Мало того, что старатели с подозрением начали на нашу пятёрку смотреть, так теперь и это всё! - Торгви показал на богатое убранство дилижанса. - Ксандр, неужели мы не обошлось бы без такой роскоши?

- Легко, но я всем вчера всё подробно объяснил. Или ты предлагаешь отказаться от помощи Императора? Я не возражаю, давай остановим повозку и по-старинке, ножки, ножками. Кто за?


Я посмотрел на Вильну, Такоса. Они синхронно пожали плечами.

- Если кого-то интересует моё мнение, то ради экономии времени на дилижансе сподручнее будет. А что до старателей, мне на их мнение глубоко... - подумав, произнёс Такос. - И вообще, что плохого в том, что у Ксандра появились такие могущественные покровители? Это, в конце-концов, может пригодиться каждому из присутствующих.

- Всё правильно Такос говорит, - добавила Вильна. - Все эти недомолвки со стороны старателей, это от зависти. Как же, какой-то Ксандр-Тень несколько раз побывал во дворце Императора. А кто из старателей не мечтает об этом? Я, например, завидую Ксандру, но только белой завистью. И ещё, Торгви: нельзя забывать от том, что помимо принцессы, которая нуждается в лечении, в Долине застряла пятёрка Морри. Почему-то никто из старателей, когда узнали, что девочек накрыла пыльная буря, не собрался пойти в Долину и помочь таким же, как они. Поэтому я полностью поддерживаю Ксандра.

- Что вы на меня набросились? - Торгви явно не ожидал услышать такого от Вильны и Такоса. - Я так понимаю, что мы к вечеру будем у первой переправы, что не плохо. Ладно, едем, значит едем. Гвардейцы нас охраняют, оберегают, можно лечь спать.


Двенадцатиместный дилижанс давно минул пригород Сантарвилла, "вырвался на свободу" и набрал приличную скорость. С каждым часом мы были ближе к Долине, внутри меня, где-то в глубине души, не знаю почему, росла уверенность в благоприятном исходе нашего не совсем обычного, не рядового, похода. Я периодически бросал взгляд в окно: всё чаще и чаще нам встречались рощи, в которых деревья делали первую и робкую попытку поменять цвет листьев. Из однотонных зелёных, припорошенных серой дорожной пылью, они превращались в огненно-золотые и ярко-красные. Осень пригладила рукой рукой траву, и когда-то ярко-голубое небо постепенно теряло насыщенные краски, становилась однотонным и выцветшим.


Мы, не останавливаясь, проезжали через небольшие населенные пункты, деревни и небольшие города. Люди недоумевали, растерянно провожали глазами дилижанс, многие осеняли себя знаком преклонения перед Всевышним: появление гвардейцев Императора и огромной повозки, с запряжённой в неё шестёркой гнедых лошадей, вызывало недоумение у жителей империи и, скорее всего, страх. В небольшом, но очень уютном городе Телль, который расположился на правом берегу одноимённой реки, мы сделали остановку на отдых. Кучеры, по внешности - прямая противоположность друг-другу, меняли лошадей, как и гвардейцы. В дилижансе, кроме меня, все спали, убаюканные плавным ходом дилижанса. Мне не спалось и не сиделось на месте, я вышел на улицу. В сторону здания конной станции прошла молодая женщина в дорожном костюме. Я засмотрелся: походка женщины, плавное покачивание бедрами... Что-то неуловимо знакомое... Да нет, не может быть! Кучер, дородный мужик, присел возле передних колёс, что-то рассматривая. Второй кучер, невысоко роста и тщедушного телосложения, пошёл в здание конной станции оформлять какие-то документы.


- Неужели что-то в дилижансе поломалась? - поинтересовался я у кучера.

- Никак нет, - пробасил мужчина. - Заметили, как плавно двигался дилижанс?

- Да, заметил, - согласился я. - Из-за чего такой плавный ход? И вообще, что это за странная конструкция без рессор?

- В том-то и дело, господин старатель. Вместо рессор вот эти пирамиды. Только не спрашивайте меня, как это всё работает. Магия удерживает на весу карету, она же связывает между собой пирамиды. Один маг знакомый рассказал, что используется магия воздуха. Вот как бы так. В Телль мы должны были прибыть на три часа позже, но из-за новой конструкции.... Хорошо магии поработали, одним словом. Сейчас переправимся через реку Телль, и будем ехать без остановок до второй переправы. Такой приказ получили гвардейцы от самого... - кучер ткнул пальцем в небо. - А вон и Думби спешит, пора в дорогу отправляться.


Подъехал лейтенант гвардейцев на чёрном жеребце. Я засмотрелся: после стольких часов пути по пыльным дорогам, а на доспехах и сапогах ни малейшего намёка на пыль. Чёрного цвета доспехи и сапоги, ярко-красная накидка и такого же цвета плюмаж. Красота!

- Господин Тингольд, будем ехать ночью, поэтому вы обедайте и ужинайте на находу. Остановки только по необходимости и по вашему требованию, - сказал лейтенант.

- А как же вы? Вы тоже нуждаетесь в отдыхе, - задал я правомерный вопрос.

- Мы подготовлены специально для таких походов, - ответил гвардеец. - О нас не беспокойтесь, господин Тингольд.

- Всевышний милосердный! - сказал кучер, показывая на небо. В той стороне, откуда мы прибыли, оно было иссиня-чёрное. - Что же это такое страшное двигается за нами?


"Плохие новости, родственник", - я вздрогнул, услышав голос Грасса. - "Чувствую чёрную магию. Неужели кто-то помог Изараните выбраться из Междумирья? Нужно поспешить, Ксандр."


Я поставил ногу на ступеньку откидной лестницы дилижанса, но остановился, посмотрев на небо: чётко просматривалось очертание диковинного животного. Огромные чёрные крылья, уродливая голова с провалами пустых глазниц, рот открытый в беззвучном смехе, или крике. Теперь у меня сомнений, что эта тварь имела магическое происхождение, не было.


Переправа через Телль, ночная дорога, освещаемая красавицей Эльдарой, восход Галара и через несколько минут - вторая переправа через реку Вааль, но теперь без гвардейцев и дилижанса. Кучеры и лейтенант подняли руки, прощаясь с нами. Нелицеприятные слова с моей стороны, адресованные той особе, которая по лестнице спустилась с крыши дилижанса. Нойль.... Я посмотрел на Торгви, он отвёл глаза в сторону. Два идиота!


___________________________


- Я не заставил вас долго ждать, моя дорогая? Не скучали?


Изаранита оглянулась: в нескольких метрах от неё стоял мужчина в тёмно-синем костюме, белоснежной рубашке. Поверх сюртука была наброшена накидка черного цвета с кровавым подбоем. В руках мужчина держал трость с набалдашником в форме черепа человека, глазницы черепа изредка загорались красным светом.

- Ну что вы, ваше Темнейшество! - ответила Изаранита, отбросив простынь в сторону и вставая с кушетки. - Кори отличный компаньон.

- Плохого не держим, - кивнул Он. - Вы не держите зла на Кори, он действовал по моему указанию.

- Удивительно действенные методы воспитания, ваше Темнейшество. Только я, извините, не совсем понимаю, зачем меня так сильно истязали?


Люцефер приблизился к Изараните и она смогла рассмотреть Падшего. Правильные черты лица, прямой нос, волевой подбородок, смоляные волосы ниже плеч и глаза - чёрные, как сама ночь.

- А разве вы не совершили столько глупостей, моя дорогая? - спросил Падший ангел, присаживаясь в кресло.


Кори исчез в яркой вспышке света, исчезло море, исчез белый парус. Вокруг простиралась безжизненная и безграничная пустыня красного песка. В небе тускло светило кровавого цвета дневное светило, выжигая своими лучами всё живое и неживое в пустыне. По дороге, огибающей выступающие из песка остроконечные скалы, похожие на человеческие пальцы, еле переставляя ноги, шли обнажённые люди. Богомолы, сопровождающие бесконечный поток грешников, охаживали кнутами людей по плечам, спинами. Многие люди не выдерживали побои, падали на дорогу. Богомолы разрывали немощных на части и делали они это безо всяких усилий.


- Вижу, что эта картина вас впечатлила, - усмехнулся Он. - Я первоначально хотел и вас отправить по этой дороге, но потом передумал.

- Но за что, ваше Темнейшество?

- Да вот хотя бы за это, моя дорогая, - ответил Падший. Он, словно из воздуха, достал книгу в чёрном переплёте. - Узнаёте?

- Моя книга, Книга мёртвых! - воскликнула Изаранита. - Но как?

- В одном из миров бытует мнение, что книги в огне не горят и знания уничтожить невозможно. И вы, моя дорогая, с лёгкостью отдали такой кладезь информации какому-то проходимцу? Молчите? Правильно делаете, моя дорогая, правильно делаете. Ну, а как вы объясните то, что всё тот же наглец смог вас зашвырнуть в Междумирье? У меня нет слов, с каким изяществом он это сделал! Я, когда узнал об этом прискорбном случае, аплодировал парню стоя! И я вам так скажу - он в скором времени должен предстать предо мною. Чего бы вам этого не стоило, но доставьте мне своего обидчика, Изаранита.

- Но для этого я должна вернуться в Мир живых, ваше Темнейшество, - произнесла Изаранита. - И что произойдёт, если я не смогу его доставить к вам?


Падший показал рукой на людей, бредущих по дороге. Жест был очень красноречивым и понятным. Изаранита опустила голову.

- Я согласна, ваше Темнейшество.

- Вот и замечательно. Парень падает на колени у моих ног, вы получаете ваш источник силы, - Падший погладил рукой книгу в чёрном переплёте, - и отправляетесь в свой мир, Мир мёртвых. А теперь ступайте, вы меня утомили.


___________________________


Стражники, стоявшие в оцеплении разрушенного до основания дома капитана Штрауфа, разомлевшие под жаркими лучами Галара, тихо переговаривались:

- И вот не жалеют же нашего времени господа командиры. Что сыскари надеются найти под завалами?

- А вот это у них нужно спросить, - ответил стражник, вытирая со лба пот. - Зог, здесь такое дело тёмное, что лучше помалкивать. Говорят, что чёрная магия...

- Да слышал я эти байки, - перебил Зог. - Мне одному кажется, что земля под ногами дрожит? Ох, Святые небеса, Всевышний единый, да что же это происходит?


Стражиков приподняло в воздух, отбросило далеко от разрушенного дома капитана Штрауфа. Смерч подхватил кирпичи, доски, строительный мусор, поднял вверх, закружил в неистовой карусели. Зог, пришедший в себя после падения увидел, как на месте разрушенного дома возникла яркая вспышка света и потом стражник услышал женский смех.

- Ну что, черви, не ожидали меня опять увидеть? А я вернулась, чтобы воздать каждому, как это вы говорите, по делам его! Молитесь своим богам, уроды, к вам в гости пришла госпожа Смерть! Кого обнять первым?


Зог закрыл глаза понимая, что это последний день в его жизни.


## Глава 5.


Ждала Долина, накрытая сверху пылевым облаком, ждали гвардейцы, кучеры, паромщники. Все смотрели на меня, я смотрел на сестру. В голове были кое-какие мысли о поступке Нойль, но не это сейчас было главное: в нашу сторону неумолимо приближалось смерть с распростёртыми чёрными крыльями. Посадить Нойль в дилижанс и потом всё время переживать, добралась она до Сантарвилля, или нет? Как бы поступил отец на моём месте, какое бы он принял решение? Скорее всего, он согласился бы со мной: Нойль пойдёт с нами, хочу я этого, или нет. Я принял решение, не уверен, что правильное, но время всё расставит на свои места.


Паром отошёл от берега, паромщики налегли на рукояти огромного барабана, с намотанной на него верёвкой-канатом. Лейтенант отдал честь, дилижанс, лихо развернувшись, тронулся в обратный путь. Успеют они добраться до ближайшего города, чтобы в нём спрятаться от приближающейся смерти? В этом у меня были большие сомнения. Словно прочитав мои мысли, лейтенант поравнялся с дилижансом, показал рукой на юг. Всё правильно, только там они сумеют избежать встречи с...

- Ксандр...

- Торгви, это последний наш подход в Долину. Дай боги благополучно вернёмся домой, знать тебя больше не хочу, - я сделал паузу прекрасно понимая, что сказал лишнее.


Находиться в походе, на волосок от смерти и выяснять отношения - нельзя ни в коем случае. Это главная ошибка начинающих старателей, из-за которой многие не вернулись в свои семьи. Вспомнив, как Торгви покраснел, когда сказал мне "Нойль всем нравится", я хмыкнул. Не поход, а пешая прогулка влюблённых пар. Нет, Торгви определённо сошёл с ума.

- Бери Нойль на себя, защищай её от всех бед, всегда помни, что она должна вернуться домой целой и невредимой, - сказал я очень тихо и потом, нарочито громко, добавил: - Она связала нас всех по рукам и ногам. Ты это понимаешь?


Мне сестру стало жалко: побледнела, прикусила до крови губу и собралась заплакать. Подойти, приобнять за плечи и сказать, что ничего страшного не произошло, сестрёнка, как-нибудь выберемся из этой ситуации? Ну уж нет! Пусть переживает, страдает и набирается ума. Паромщики перестали вращать барабан лебёдки, смотрели на берег реки: десять гвардейцев, дилижанс пытались убраться подальше от неминуемой смерти. Но на то она и смерть, чтобы быть изобретательной и безжалостной по отношению ко всему живому. Безобразное чудовище неестественно выгнуло тонкую шею, рот противно оскалился. Взмах крыльями и теперь тварь стелилась над самой землёй, настигая беглецов.


Вильна, Нойль отвернулись, чтобы не видеть, как гвардейцы, один за другим, исчезали в пасти чудовища. Дилижанс подбросило вверх, кучеры свалились с козлов на землю. Выжить при падении на такой огромной скорости - без вариантов. Только трое гвардейцев сумели уйти от погони: лошади вынесли воинов на пригорок, затем они скрылись из виду. Паромщики, поплевав на ладони, с удвоенной силой начали вращать барабан лебёдки, периодически посматривая на берег, который становился от нас всё дальше и дальше.


Что меня удивило и заставило задуматься, это то, почему Изаранита, в образе твари с крыльями, остановилась у кромки воды и прекратила наше преследование.


"Всё хуже, чём я думал", - раздался голос Грасса. - "Концентрация чёрной магии такая, что даже мне становится не по себе. Такое впечатление, что Изаранита получила дополнительные силы, вот только от кого, куда она попала из Междумирья? Остаётся только догадываться, какой следующий шаг она предпримет."


"Есть какой-то способ от неё избавиться?" - мысленно задал я вопрос дальнему родственнику.

"Уйти как можно дальше от реки, спрятаться в Долине, где концентрация энергии просто чудовищная. Изаранита не сумеет вас найти, но я в этом не уверен. И не думай геройствовать, Ксандр. Вариант у вас только один для того чтобы выжить - бежать вглубь долины, подальше от Изараниты."


Но королева Мёртвого мира просто так нас отпускать не собиралась: когда до берега оставалось метров десять, трос, закреплённый на противоположных берегах, лопнул, паром начало разворачивать течением реки вдоль берега. Я успел оглянуться, увидеть ту, которую ненавидел больше всего на свете: Изаранита Сиятельная стояла на небольшой возвышенности, подняв руки вверх. Вода в реке начала бурлить, затем она отхлынула от берега, до которого, казалось бы, осталось совсем чуть-чуть. Паром заскрежетал на оголившихся камнях, наклонился, мы, благодаря перильным ограждения, удержалась на ногах.


Я, постоянно оглядываясь, перепрыгивая с камня на камень, кое-как сумел подняться по раскисшей глине на берег реки. Не так далеко от нас располагался Багровый лес за которым, собственно говоря, начиналась Долина чёрных облаков. Торгви и Такос, нагруженные сумками Вильны и Нойль, помогали девушкам подняться на брег, мне же пришлось помогать Груму. Гном пыхтел, "вгрызался" в землю чуть ли не зубами, но... Но его подвёл рост. Тем не менее, мы сумели подняться наверх берега и, не теряя времени, бросились бежать в сторону Багрового леса, до которого было, примерно, два километра. Успеем? Сомневаюсь! Тогда что?


"Драться с Изаранитой, что же ещё?" - дал о себе знать Грасс.

"Даже сейчас вы не можете обойтись без шуточек, Грасс!"

"Да какие здесь шутки, Ксандр? Ты назад оглянись и сам всё поймёшь."


Первое, что я увидел, это остановившегося гнома. Он махнул мне рукой, мол, бегите, спасайтесь, и второе, что меня просто ошеломило: оголившееся дно реки и вода, которая поднялась в воздух, собравшись в огромный водяной пузырь. Изаранита всё также стояла с поднятыми вверх руками и запрокинутой головой.


"Представляешь, что с вами будет, когда вода, точнее тонны воды, обрушатся на ваши головы? Вас, просто-напросто, раздавит, как клопов, Ксандр. Поэтому, лучше умереть в бою, чем бежать, трусливо озираясь. Что-то я на стихотворную форму перешёл. Но от этого ничего не меняется - нужно драться", - продолжал изгаляться Грасс.

"Согласен, драться так драться. Но как?"

"Мне нужна Вильна и ты, как проводник моих знаний. Только думай быстрее, Тёмный тебя подери. Изаранита уже скастовала заклинание "водяной смерч".


Звать Вильну не нужно было. Она, тяжело переводя дыхание, уже стояла рядом со мной.

- Что ты задумал, Ксандр? - спросила девушка.


"Пусть она встанет лицом к реке и закроет глаза. А ты, Ксандр, встань у неё за спиной и положи руки на плечи."


Вильна удивленно посмотрела на меня, но послушно закрыла глаза.


"Ты, Ксандр, мысленно найди свой источник Силы, прикоснись к нему внутренним взором и также закрой глаза", - сказал Грасс. - "Будет больно, но ты у нас парень терпеливый, выдержишь."


_________________________


Я посмотрел в сторону реки, на обнажённую Изараниту, на водяной пузырь, который начал медленно вращаться над её головой, закрыл глаза. Меня сразу же обожгло холодом, я почувствовал, как на лицо опускаются снежинки, как от мороза звенит воздух. Открыв глаза, я, в первую очередь, попытался понять, где сейчас нахожусь. Бесконечная заснеженная равнина, небо, затянутое снеговыми тучами, пронизывающий насквозь ледяной ветер.


"И где это мы?" - спросил я, оглядываясь.

"А вот этого никто не знает, родственник. Сознание Вильны и твоё переплелись, получилось вот такое безобразие. Но это, в принципе, нам на руку. Что-то я не вижу Изараниту. Где она спряталась?"

"Я не знаю, где Изаранита, и не хочу этого знать. Холодно, даже не представляю, как себя сейчас чувствует Вильна."


"Так же, как и ты, Ксандр!" - раздался голос нашего мага. - "Странное ощущение: думаю от своего имени, но нахожусь в твоей телесной оболочке. Как ты это всё мне объяснишь, Ксандр. С кем ты разговариваешь, или мне это всё показалось?"

Вмешался Грасс:

"Нет времени на объяснения, милая Вильна. Ксандр потом всё расскажет. Итак, нужно понять, что замышляет наш враг. Все ищем Изараниту."


Я посмотрел по сторонам. Умеренный снег, равнина, серые, наполненные влагой тяжёлые тучи. Попробуй здесь что-то, или кого-то найти. А хотя... Налетел сильный порыв ветра, на доли секунды высоко в небе яркой вспышкой света отметился Галар, и я довольно-таки отчётливо увидел стоящий вдалеке от нас двухэтажный дом. Галар исчез, исчез дом, но направление, куда нужно было идти, теперь появилось.


"Идём, или будем ожидать нападения Изараниты и медленно, но уверенно замерзать, Грасс?" - задал я вопрос родственнику и тут же услышал Вильну:

"Кто такой Грасс, Ксандр? Ты что, сам с собою разговариваешь?"

"Меня зовут Грасс и я, в некотором смысле этого слова, дальний родственник вашего друга, милая девушка. Да, конечно нужно идти к дому, Ксандр. Только как ты это собираешься делать? Посмотри себе под ноги."


Посмотреть было на что: я медленно погружался в снег, который подо мною таял. Вытянув руки, я увидел, что кисти объяты голубым свечением, воздух вокруг меня дрожал от выделяемого тепла.


"Это от переизбытка Силы в твоём организме. Долина рядом, твой организм с чудовищной скоростью поглощает энергию, Ксандр. Отсюда и сильное выделение тепла. Ладно, осторожно передвигай ноги и надолго на месте не останавливайся. Пошли!" - сказал Грасс и умолк.

"Я тебя скоро возненавижу, Ксандр Тингольд! Кто ты на самом деле? Зачем я вам понадобилась?" - возмутилась Вильна. И, причём, не без основания.


Объяснять долго и это объяснить сейчас невозможно. Потом, всё потом. Идти по снегу, который так и норовил растаять, очень тяжело, но нужно идти. Странное место, хоть бы Грасс объяснил, но нет, молчит.


"Да не молчу я, не молчу. Мы сейчас находимся в астрале, то, что вы видите вокруг - плод вашего воображения. Вильна имеет предрасположенность к стихиям Вода и Воздух, а они, в свою, очередь - антагонисты. Как и огонь по отношению к воде. Но огонь нам сейчас не нужен, а вот стихия Воздух, самое то. Нет, друзья мои, дойти до дома мы не успеем. Кажется, что Изаранита перешла в наступление. Попробуй разберись, что у неё в голове и что она задумала."


Снег неожиданно прекратился, поднялся сильный ветер и теперь с неба низвергался водопад. Снег под ногами моментально растаял, воды сначала было по щиколотку, потом по колено. Вода поднималась всё выше и выше и я понял, что теперь придётся добираться до двухэтажного дома вплавь. А плавал я, если честно, чуть лучше чем топор.


"А теперь, Вильна, твой выход. Я, надеюсь, что ты знаешь заклинание "Морозный воздух." - произнёс Грасс.

"Естественно", - ответила Вильна. - "Только я не совсем понимаю, как это сделать, ведь у меня сейчас нет тела, я не вижу рук!"

"Да кастуй ты, в самом деле, иначе утонем! Просто вспомни заклинание и кастуй!"

"Грасс, а что с нашими друзьями сейчас происходит?" - спросил я.

"Ничего. В физическом мире время замерло. Именно так и происходили раньше, в моё время, сражения между магами. О, молодец, Вильна, сразу видно хорошего мага! А теперь ты, Ксандр, добавляй понемногу энергии. Вот, хорошо, теперь Изаранита задумается, как себя вести по отношению с нами."


У меня в районе солнечного сплетения всё сильнее сильнее разгорался огонь, начало подташнивать, я почувствовал, что ещё немного и энергия попросится на волю. Вода, которая была мне по пояс, начала прикрываться морозным узором и прямо на глазах, превращалась в лёд. Странно, но вокруг меня льда не было, я находился в подобии проруби.


Изаранита появилась словно из воздуха. Она, в отличие от меня, находилась не в воде, а в лодке. Рыжие волосы были заплетены в косички, которые извивались и были похожи на змей. Королева, бывшая королева, Мёртвого мира смотрела на меня, хищно оскалившись. Но когда морозный воздух начал сплетать кружева вокруг лодки, заковывая её в ледяные цепи, по лицу Изараниты пробежала тень недовольствия. Лодка пока находилась в воде, но кто знает, что произойдёт дальше.


"Ага, попалась наша девочка. Ещё раз говорю, что мы сейчас находимся в мире астрала и Изаранита из лодки выйти не сумеет. Мы молодцы, обманули сильного мага. Так, Ксандр, теперь твой выход. Плетение огненного шара помнишь? Молодец! Тогда действуй. Бей по бортам лодки, бей прицельно. Если вышибешь Изараниту из лодки, она проиграет. И тогда нам прямая дорога к дому-маяку, с помощью которого мы попадём в нормальный мир."

Я смотрел, как из ладони появилась нить красного цвета, как она разделилась на множество отрезков. Отрезки, в свою очередь, образовывали окружности, которые соединялись между собой, образовывая шар огня. Шар поменял свой цвет с бледно-жёлтого на ярко-красный и, описав в воздухе дугу, упал рядом с лодкой Изараниты. Осколки льда, фонтан воды и опять хищный оскал на лице королевы. Её руки исчезли в чёрной дымке, исчезла голова и туловище. Через несколько секунд вместо Изараниты появилось ужасное существо с перепончатыми крыльям чёрного цвета. Тварь подняла крылья, торжествуя победу. Второй огненный шар, помимо моей воли, отправился в полёт, но произошло то, чего не мог предвидеть даже Грасс: небо прорезала ярко-красная молния, которая устремилась к твари. Всё вокруг заволокло туманом, астральный мир и то, что нас ещё недавно окружало, исчезло.