Цыпленкова Юлия: другие произведения.

Сделка на жизнь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 8.84*28  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Три женщины разного возраста, никогда не видевшие друг друга, не знавшие о взаимном существовании, умирают в канун Вальпургиевой ночи. Их ничего не связывает, кроме обиды, которую им нанесли перед смертью, и Дьявола, предложившего сделку и второй шанс на жизнь.


Глава 1

Лидия

   Как вы встречаете утро важного судьбоносного дня? Волнуетесь? Уверены, что все пройдет так, как вы хотели? Или же холодны и спокойны, не позволяя эмоциям захватить контроль? Лидия Ивановна Мартынова поступила по последнему принципу. Она села на кровати, как только прозвонил будильник, откинула с лица волосы и поднялась на ноги, накидывая короткий шелковый халат. После приняла душ, высушила волосы, накрасила глаза, после прошла на кухню, чтобы сварить себе кофе и подошла к окну, разглядывая утренний город, сжимая в пальцах фарфоровую чашечку.
   Мазнула взглядом по молодой женщине, тащившей за руку маленького ребенка. У Лидии Ивановны не было детей, но она и не страдала от их отсутсвия, некогда подтирать все эти сопли. Затем ненадолго задержала взгляд карих глаз на семейной паре, садившейся в старенький "Nissan", презрительно фыркнула и перевела взгляд на свою "Audi A8", на которую Лидия заработала сама. И свою уютную квартиру она тоже купила себе сама. Все сама.
   Женщина допила кофе, тщательно вымыла чашку и направилась в комнату. Распаковав упаковку с новыми чулками, Лида аккуратно натянула один, затем второй и усмехнулась, глядя на свои длинные стройные ноги, иногда лежавшие на плечах генерального. Циничная ухмылка скользнула по холеному лицу, и женщина продолжила сборы. Шелковая блузка обтянула высокую грудь и тонкую талию, юбка-карандаш, длиной чуть выше колена, скользнула по округлым бедрам. Пиджак скрыл то, что подчеркнула блузка.
   Лидия подошла к зеркалу и собрала волосы в тугой пучок на затылке, провела рукой по голове и довольно улыбнулась своему отражению, любуясь гладкостью получившейся прическе, волосок к волоску, просто и элегантно. Последний штрих, и губы покрыл слой неброской помады. Ухоженные руки с французским маникюром на ногтях прошлись по пиджаку, оправляя его.
   - То, что надо, - произнесла Лидия и направилась в прихожую, где ее ждали туфли на шпильке, купленные месяц назад в Милане, куда они ездили на выходные с генеральным. Да, шоппинг оплатил он.
   Криво усмехнувшись, женщина накинула плащ, повесила на плечо сумочку и прихватила ключи от машины. На тумбочке лежала папка с документами, она тоже была прихвачена по дороге, и Лидия покинула квартиру. Спустилась на лифте, едва кивнув соседу. Затем прошла мимо консьержки, проигнорировав ее и улыбнулась, услышав за спиной тихое:
   - Сучка.
   О, да-а! Лида была стервой и сукой чистой воды и даже не пыталась казаться милой. Она чуть приостановилась, решая - испортить консьержке настроение или нет? Нет, пусть живет, сегодня тот день, когда Лидия Ивановна могла обойтись и без подобного развлечения. За спиной притихли, и это было показательно, ее опасались и вполне обоснованно. Это вызвало очередную усмешку. Лидия поправила ремешок сумки и вышла на улицу.
   Уже садясь в свою машину, женщина самодовольно оглянулась, ловя несколько заинтересованных мужских взглядов. Да, она была хороша, она была даже красива и не только благодаря дорогостоящим процедурам, на которые Лида не жалела денег. Женщина обладала природной холодной красотой и сексуальностью, которая привлекала к ней внимание противоположного пола. И она пользовалась этим, когда считала нужным. Чтобы добиться своей цели или для развлечения, неважно, женщина никогда не промахивалась и получала, что хотела.
   Впрочем, добивалась своего Лидия Ивановна не только благодаря природным данным, но и благодаря своему уму и усердию. Вот и сегодня она собиралась получить дивиденды за свои старания весь последний месяц. Лида всегда добивалась своей цели, добьется и сегодня. Место младшего партнера должно достаться ей, и это не обсуждается. Она не только неплохо ублажала генерального, но и вкалывала, как лошадь, потому рассчитывала, что удача будет на ее стороне.
   Войдя в здание бизнес-центра, где располагалась пиар-компания "Имидж", женщина прошла мимо охранника, проводившего ее скучающим взглядом, вошла в зеркальный лифт и еще раз окинула себя пристальным взглядом. Оставшись довольной своим отражением, Лидия вышла на шестом этаже и тут же встретилась с Головановым, ее вечным соперником, неудачником, да просто лохом, как насмешливо называла его про себя женщина.
   - Лидочка, ты сегодня прелестна, - улыбнулся ей болван.
   - А ты все такой же неудачник, - высокомерная улыбка скользнула по губам Лиды. - Готов сегодня облажаться?
   - Лида, с людьми нужно быть добрее, - усмехнулся Голованов.
   - Иди к черту, - фыркнула женщина и прошла к своему кабинету.
   Она знала, что Андрей Петрович Голованов смотрит ей вслед, она знала, что он хочет ее, хочет уже несколько лет и не может получить желаемого. Последний раз Голованов пытался поиметь ее на новогоднем корпоротиве, тщательно следя, чтобы госпожа Мартынова достаточно выпила. Лида позволила себе позабавиться, наблюдая за попытками мужчины соблазнить ее, затем поднялась на сцену, забрала микрофон у ведущего их вечеринку и объявила:
   - Голованов, у тебя член маловат, чтобы поиметь меня.
   Андрей Петрович побагровел и покинул корпоротив в наступившей мертвой тишине, и потом генеральный, лежа с ней в постели, уговаривал Лиду извиниться перед Головановым.
   - Дашь повышение, извинюсь, - подмигнула женщина, опуская руку под одеяло и сжимая достоинство генерального в ладони.
   Он прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям, и хрипловато ответил:
   - Договорились, - тут же подминая под себя любовницу.
   Разговор был вскоре после нового года, а до повышения дошли только к концу апреля. Ничего, Лида даже мстить не собиралась, все-таки повышение уже в кармане, осталось услышать свое имя и принять поздравления. Лидия Ивановна кинула на стол папку, повесила на вешалку сумочку и плащ, прошла к своему креслу и позволила себе широкую улыбку. Обернувшись, она увидела, как сквозь открытые жалюзи на нее смотрит одна из сотрудниц, удивленно округлив глаза, подобных улыбок на лице госпожи Мартыновой еще никто не видел. Максимум, чуть приподнятые уголки губ, а тут полноценная улыбка, даже не оскал.
   Лида подошла к стеклянной стене и дернула шнур, закрывая жалюзи. Улыбка вновь расцвела на губах женщины, она вернулась к столу, чинно опустилась в кресло и закинула длинные ноги на стол, вскинув руки вверх.
   - Да! - шепотом воскликнула она и тут же убрала ноги со стола и подтянула к себе папку, привезенную из дома.
   Около двух часов она занималась своими обязанностями, отвечая на звонки, звонила сама, вызывала к себе в кабинет подчиненных и со скрытым удовольствием наблюдала их бледный вид. К половине двенадцатого Лидия Ивановна сидела на краешке своего стола, покусывая колпачок ручки, и слушала то, что говорил ей потенциальный клиент, которого она лично подцепила и выудила. Политик, выдвигавшийся на пост губернатора. Да, это была удача для "Имиджа", и принесла ее Мартынова Лидия Ивановна.
   - Безусловно, Константин Антонович, - отвечала невидимому собеседнику. - Мы не нуждаемся в рекламе и рекомендациях, наша репутация уже давно говорит сама за себя... Да, все это будет... Мы не даем обещаний, которые не можем выполнить... Черный пиар? При необходимости мы можем заняться и этим... Вы совершенно правы, и мы выслушаем все ваши пожелания... Я лично подъеду к вам, называйте время... Отлично. До встречи, Константин Антонович. - Нажав отбой, Лида отложила телефон и тихо фыркнула, тут же добавив. - Придурок, но наш придурок. А раз наш, то быть тебе губернатором.
   Затем бросила взгляд на часы. Время приближалось, судьбоносное собрание должно было состояться в двенадцать часов. Лидия подправила макияж, осмотрела себя, в который уже раз сегодня, в зеркале и удовлетворенно выдохнула. После снова взглянула на часы, без десяти двенадцать. Еще немного, еще чуть-чуть...
   - Лидия Ивановна, - приглушенный голос секретарши генерального неизменно раздражал. Виолетта по собственному почину взялась сообщать Лиде о начале собраний, совещаний и прочих событиях. Причем, говорила она всегда, понизив голос, и Лидия Ивановна неизменно представляла ее сидящей под столом, прикрывающей ладонью трубку и шепчущей, чтобы агенты вражеской разведки не услышали. - Уже начали собираться.
   - Иду, - как всегда, не поблагодарив, коротко ответила Лида.
   Затем выдохнула, отдернула полы пиджака, пригладила на бедрах юбку и вышла из кабинета. Цокот ее каблучков огласил коридор, живо напомнив самой женщине барабанную дробь. Смешок от аналогии так и не сорвался с ее плотно поджатых в жесткую линию губ.
   - Лидусь, уже идешь, - Голованов приобнял ее за талию, и Лида изломила бровь в крайнем изумлении.
   - Не слишком ли ты отважен сегодня? - спросила женщина, убирая руку коллеги со своей талии.
   - Когда уже Снежная королева превратится в женщину? - добавив в голос мурлыкающих ноток, спросил Андрей Петрович.
   - Голованов, у тебя член вырос, или ты бессмертный? - Лидия окинула его ледяным взглядом, в котором таилась высокомерная насмешка.
   Желваки на скулах коллеги ожили, заходив ходуном, но ответить он не успел, потому что Лида уже входила в приемную генерального. Виолетта оторвалась от бумаг, кивнула ей и Голованову и снова склонила голову. Лидия первой вошла в кабинет господина Епифанова, окинула безразличным взглядом нескольких человек, уже сидевших здесь, ненадолго остановила взгляд на шефе. Он был увлечен разговором с менеджером по связям с общественностью и на вошедших внимания не обратил.
   Лидия Ивановна проследовала на свое место, скривилась, заметив, как снова ей подмигивает Голованов. Что, черт возьми происходит? Почему он такой наглый сегодня? После инцидента на новогоднем корпоротиве оскорбленный коллега изо всех сил игнорировал ее, обращался только по служебной необходимости и называл не иначе, как Лидия Ивановна. Но додумать о странностях в поведении Голованова она не успела, потому что раздалось негромкое покашливание генерального.
   - Здравствуйте, уважаемые коллеги, - произнес Глеб Романович, окидывая собравшихся внимательным чуть усталым взглядом. - Все вы знаете повод, по которому мы сегодня собрались. Чуть больше месяца назад от нас уволился Аркадий Андреич, оставив свои обязанности. Не будем тянуть, я хочу огласить имя своего младшего партнера. - Присутствующие затихли, Лида подобралась и не сдержала хищной улыбки. - Итак, после долгих раздумий и наблюдений, я пришел к выводу, что никто не справится с этой должностью лучше, чем Голованов Андрей Петрович. Господин Голованов, примите мои поздравления и... сочувствие.
   Если бы земля разверзлась у нее под ногами, Лидия Ивановна и тогда бы не была так шокирована.
   - Голованов? - нарушил тихий шелест поздравлений звенящий от напряжения голос Лидии. - Голованов?!
   - Да, - генеральный перевел на нее взгляд блекло-голубых глаз. - Я все обдумал и взвесил. Вы, Лидия Ивановна, имеете волчью хватку, даром креатива тоже не обделены. Вы прекрасно разбираетесь в законах, с нормативными актами на "ты", люди под вашим руководством развиваются в отличных специалистов. Вы прекрасный начальник отдела по связям с общественностью, и потому на своем месте. К тому же, обязанности младшего партнера не только прибыль получать, но это и тяжкий труд. По моему скромному мнению, мужчина справится с этой работой лучше.
   - Мужчина?! - стул, на котором сидела Лидия Ивановна полетел на пол, громко стукнув металлической спинкой. - Значит, мужчина? То есть по вашему мнению этот кисель сможет лучше меня выполнить обязанности младшего партнера компании?
   - Лидочка, не завидуй, - насмешливо произнес Голованов. - Зависть - это грех. Лучше улыбнись и поздравь своего начальника.
   Генеральный поморщился и негромко произнес:
   - Андрей Петрович, не обостряйте.
   Взгляд потемневших карих глаз метнулся к извечному сопернику. Лидия сощурилась и прошипела:
   - Ты все знал, ублюдок. Потому так осмелел сегодня.
   - Лидочка...
   Она кинула тело вперед, упираясь ладонями в стол, и взгляд Голованова замер на расстегнувшейся верхней пуговке ее блузки, приоткрывавшей вид на аппетитные округлости груди.
   - Думаешь, поимел меня, Андрюша? - спросила женщина, сузив глаза. - Подотри слюни, ты всегда будешь в пролете.
   После этого выпрямилась и, ни на кого не глядя, покинула кабинет шефа.
  

Вероника

   Утро последнего апрельского дня выдалось теплым, солнечным, почти летним. Завтра начинаются праздники, а это значит, что любимый муж несколько дней проведет дома. Подобная мысль еще больше подняла настроение Вероники Гладышевой, домохозяйки двадцати шести лет от роду и любящей жене своего строго супруга. Ника, как называл ее муж, сладко потянулась, сожмурила глаза, как довольная кошка, блаженно застонала и поднялась с постели.
   Игорёша еще спал, и Ника, боясь потревожить мужа раньше времени, на цыпочках вышла на кухню, чтобы приготовить ему завтрак. Мужчина должен быть сильным, а его завтрак сытным, потому Вероника сварила мужу его любимую геркулесовую кашу, намазала булку маслом, поджарила тосты, сварила кофе и довольная оглядела стол. Затем бросила взгляд на часы, висевшие над столом, и тут же услышала, как заиграл будильник, установленный на телефоне Игоря. Успела.
   Послышались шаги, затем полилась вода в ванной. Вероника налила себе в кружку чай и села за стол, ожидая появления мужа. Он вышел на кухню уже одетым и пахнущий дорогим парфюмом. Ника сама выбирала, учитывая вкусы своего мужа. За пять лет совместной жизни она многое узнала о нем. Нежный, ласковый, заботливый. О чем еще можно мечтать? Разве что о ребенке, но Игорь сказал, что им пока рано, и нужно твердо встать на ноги. Предложение Ники тоже выйти на работу, муж отверг, сказав, что сам сможет обеспечить им безбедное существование, а задача супруги заботиться о своем муже. Подумав, Вероника согласилась.
   - Доброе утро, любимая, - Игорь поцеловал жену в щеку и сел за стол.
   Он зачерпнул каши, отправил ее в рот и чуть недовольно поморщился:
   - Остыла уже. Ник, я же говорил тебе, не готовь заранее. Пока я моюсь, бреюсь, одеваюсь, ты все успеешь сделать.
   - Я сейчас подогрею, - женщина хотела схватить тарелку, чтобы сунуть ее в микроволновку, но муж остановил ее, поймав за руку.
   - Не надо, подогретая она будет невкусная. Так съем. - Затем поцеловал руку Ники и снова взялся за ложку.
   Вероника быстро помыла турку, вылила уже налитый кофе и сварила новый, пока Игорь расправлялся с первой частью завтрака. Довольная собой, женщина вернулась к своему чаю и заслужила улыбку от мужа.
   - Какие планы на сегодня? - спросил он, берясь за кофе.
   - Не знаю, - пожала плечами жена. - Уборка, стирка, потом, может быть, схожу к Зойке, она вчера звала в гости. Наверное, новый каталог будет показывать.
   Игорь усмехнулся и покачал головой.
   - Надеюсь, ты не пользуешься ее услугами? Я даю тебе достаточно денег, чтобы ты могла покупать косметику и парфюмерию в фирменных магазинах, - сказал он, и Ника тут же кивнула, затем помотала головой и озвучила ответ:
   - Конечно, нет, Игорёш, ты же видел мою косметику.
   - Умничка. Моя жена должна выглядеть достойно, - после поднялся со своего места, одновременно промакивая рот салфеткой, и направился к дверям. - Сегодня могу задержаться, шеф чудит. Не скучай.
   - Ты же знаешь, что я всегда без тебя скучаю, - улыбнулась Вероника и заслужила в ответ улыбку мужа.
   Он привлек ее к себе, коротко поцеловал в губы и тихо произнес:
   - Люблю тебя.
   - А я тебя, - Ника прижалась щекой к его плечу, но Игорь отстранился и выразительно посмотрел на наручные часы.
   - Прости, - женщина поспешно отошла и застыла, наблюдая, как муж надевает ботинки, плащ, после он снова поцеловал ее и вышел из квартиры.
   Вероника счастливо вздохнула и поспешила к окну, глядя, как Игорь садится в свой спорткар, напоминавший Нике елочную игрушку. Женщина махнула рукой, но, конечно, муж не увидел и не ответил. Она проследила, как он покидает двор и вернулась в комнату, где тут же упала на кровать, спеша досмотреть приятные сны. Мысли Вероники вернулись к ночным ласкам, и на ее губах расцвела счастливая улыбка.
   Сон так и не пришел к ней. Поворочавшись, Ника поднялась с кровати и взялась за намеченные дела. Впрочем, дел было немного. Откуда в квартире грязь и беспорядок, если тут живут два взрослых человека? Игорь всегда был аккуратистом, потому никогда не совал носки в батарею, как это делал муж подруги Ники. Не раскидывал ватные палочки, которыми чистил уши. Грязное белье неизменно отправлялось в корзину для белья, мусор за собой он выбрасывал сразу, и, если задуматься, жаловаться Веронике было вообще не на что.
   А вот малыша хотелось, очень. И пеленки хотелось, и бессонные ночи, и зубки-животики, и прогуляться с коляской по парку, гордо поглядывая на других мамочек. Ника часто заходила в детские магазины, рассматривала распашонки, ползунки, пинетки, чепчики. Вертела в руках игрушки-погремушки. Потом вздыхала и уходила. Только однажды не сдержалась и купила костюмчик желтого цвета, подумав, что он подойдет и мальчику, и девочке, и малыш будет похож на солнышко... или на цыпленочка, но это тоже очень мило.
   Вечером она показала покупку мужу, радостно улыбаясь и ожидая каких-нибудь приятных слов. Но Игорь нахмурился и сказал, что вещи они будут покупать, когда Ника забеременеет, а произойдет это не раньше, чем он буде уверен, что сможет содержать не двух, а трех человек. К тому же желтый цвет муж отверг, сказав обидное:
   - Цвет мочи наш ребенок носить не будет.
   Вероника тогда даже немного всплакнула в тайне от Игоря, но он все равно заметил ее красные глаза и пожурил, говоря, что совершая необдуманные поступки, Ника сама себя расстраивает. Женщина вздохнула и убрала костюмчик, выкинуть рука не поднялась.
   - Верунчик, ну так что решила? - оторвал ее от дел звонок Зойки. - Ждать тебя? Приходи, поболтаем, у меня эклеры есть. Ты же любишь эклеры?
   - Приду, Зой, - рассмеялась Ника, останавливая монолог подруги. - Через пару часиков подъеду.
   - Жду! - гаркнула та и отключилась раньше, чем Вероника успела ей что-нибудь ответить.
   Покачав головой, женщина отложила телефон и закинула в стиральную машинку партию черного белья. У нее стояли порошки для белого, цветного, черного белья, для ручной и машинной стирки. Игорь говорил, что нужно пользоваться благами цивилизации. И раз создают порошки для каждого типа белья, то надо их покупать, денег им на это хватает. Игорёша вообще был очень современным человеком, и это нравилось Веронике, хотя она и привыкла с детства к более простой жизни. И могла некоторые вещи постирать и хозяйственным мылом. Муж пришел в ужас от такого ее несмелого утверждения и велел "этой плебейской гадости" не покупать. Вероника не поняла его, но спорить не стала.
   Закончив с делами, женщина привела себя в порядок, накрасилась (Игорь говорил, что женщина должна всегда выглядеть, словно сошла со страниц глянцевого журнала), оделась и уложила волосы. Ради мужа Ника часами просиживала в салонах красоты, терпела горячий воск, при мысли о котором сводило зубы, маникюр, педикюр, услуги косметолога. И что там таить, выглядела Вероника отлично. Нетронутая беременностью и кормлением фигура оставалась все такой же стройной и подтянутой, грудь высокой, живот плоским, и ловить на улице мужские взгляды женщине было привычно. Но она не замечала их, для Ники существовал только ее Игорёша. Зато Игорь видел все и самодовольно ухмылялся, обнимая красавицу-жену за талию и целуя ее в щеку.
   Про них всегда говорили "красивая пара", и Вероника с этим соглашалась, особенно глядя на своего высокого супруга, наделенного телом с классическими пропорциями. За собой Игорь смотрел не менее тщательно, чем Вероника. И муж всегда с гордостью вел ее на корпоротивы и вечеринки, где присутствовали семейные пары. В кино, театры и на выставки они так же ходили, привлекая всеобщее внимание. Нике даже иногда казалось, что Игорь водит ее на разные мероприятия, чтобы похвастаться их парой. Это забавляло и умиляло женщину. Поэтому она старалась угождать мужу, наряжаясь с особым тщанием.
   Вероника бросила на себя последний взгляд в зеркало. Затем схватила сумочку и устремилась на выход. У нее тоже была машина, но попроще, чем у мужа. И, тем не менее, свою "Toyota" Ника любила какой-то трепетной любовью. Заботилась о ней, берегла, холила и лелеяла, как живое существо. Даже здоровалась с ней, садясь за руль, и прощалась, выбираясь из машины. Возможно, так было потому, что Игорь не только не хотел пока детей, но и не давал жене завести щенка или котенка, говоря, что они разведут вонь и шерсть. А Нике очень хотелось заботиться о ком-нибудь еще, кроме мужа. Ведь дома его, зачастую, не было до позднего вечера. А рыбок уже не захотела сама Вероника. Рыбку не возьмешь на руки и не погладишь. И она не прибежит тебе навстречу, не заберется на колени. Игорь пожал плечами и сказал:
   - Как хочешь.
   К Зое женщина приехала, как и обещала через два часа. Подруга встретила ее радостно, усадила за стол и угостила эклерами, которые напекла сама. А потом все-таки подсунула каталог, расхваливая новые дорогие духи. Она притащила пробник, и Вероника, воровато обернувшись, словно Игорь мог увидеть ее, мазнула духи себе на запястье. Запах Нике понравился, и она бы с радостью купила духи, но представила недовольное лицо мужа и со вздохом отказалась.
   - Да что это такое? - возмутилась Зоя. - Ты уже дышишь по его указке? Верунчик, нельзя быть такой тряпкой!
   - Я просто люблю и уважаю своего мужа, - ответила Ника. - А он любит и уважает меня.
   - Но так же нельзя! У тебя своего мнения не осталось! - горячилась подруга, и Вероника усмехнулась:
   - Ты просто хочешь заставить меня купить то, что мне ненужно, - произнесла она. - Не надо злиться и оскорблять меня и Игоря. Мы сами решим, как нам жить.
   Зоя вспыхнула, хотела возразить, но насупилась и унесла пробник и каталог. После этого задерживаться совсем не хотелось, и Ника встала с табурета. Зоя вернулась в комнату, где они сидели, и хмуро посмотрела на подругу.
   - Уже и собралась? - немного желчно спросила она.
   - Да, пойду я, еще дел много, - соврала Ника. - Приятно было поболтать.
   Зоя проводила Веронику до двери, мазнула губами по щеке и вздохнула.
   - Не обижайся, - сказала она.
   - Я не обиделась, - улыбнулась Ника. - Мне, правда, пора.
   Но осадок остался. И женщина не спешила вернуться домой. Она включила автомагнитолу, завела двигатель и выехала со двора Зои, решив немного поколесить по улицам. Вероника проехала по полупустым переулкам и свернула в центр города. Здесь поток машин был плотней, и Вероника попала в небольшую пробку на светофоре. Ожидая, когда сможет проехать дальше, женщина задумалась о том, чем порадовать любимого мужа на ужин. Очень хотелось сделать вечер романтическим, удивив Игоря чем-нибудь этаким, что можно продолжить в постели.
   Фантазия Вероники разыгралась, и она чуть не пропустила момент, когда машины сдвинулись. Ей яростно засигналили. Женщина спешно тронулась с места, наконец, проехала светофор и поехала бы дальше, но неожиданно заметила знакомый спорткар, парковавшийся возле дорогой клиники.
   - Игорёша! - воскликнула Ника и попыталась выбраться из потока.
   Она хотела нагнать мужа, но у нее ушло какое-то время на то, чтобы найти место для парковки. Развернуться и подъехать к клинике, было невозможно. Вероника выбралась из машины и набрала номер супруга, чтобы спросить, что с ним случилось, и сказать, что она рядом и сейчас догонит его.
   - Любимая, я сейчас не могу говорить, я на совещании, - приглушенно ответил Игорь, и Вероника с удивлением уставилась на экран, на котором уже картинка вызова сменилась записной книжкой.
   - Он меня обманул? - неверяще переспросила саму себя Вероника. - Наверное, что-то серьезное.
   Она обеспокоено вздохнула и приблизилась к клинике. Хотела войти внутрь и поискать мужа, но решила, что может так долго плутать, а регистратор ей вряд ли даст нужную информацию. Вероника решила дождаться Игоря на улице. Она пристроилась рядом с его машиной, но вскоре устала топтаться на одном месте и решила пройтись. Она гуляла от одного конца парковки до другого, все время поглядывая на дверь, но муж не спешил выходить. Это встревожило женщину еще больше.
   Ее воображение рисовало жуткие картины. Невольно подумалось о ребенке, и Ника охнула, прошептав:
   - Он не может иметь детей, вот и оттягивает момент, когда придется признаться в бесплодии. Бедняжка...
   Потом надумала себе совсем уж ужасы. Неизлечимо болен... Смертельно...
   - Ой, мамочки, - Ника обхватила щеки ладонями и испуганно посмотрела на дверь.
   В этот момент она открылась, и на улицу вышел Игорь. Вероника уже хотела броситься к мужу, но тут он подал кому-то руку, и из дверей вышла беременная девушка. Кровь отхлынула от лица Ники, но она тут же нашла объяснение происходящему. Ну, конечно, это жена кого-нибудь из его друзей, и Игоря попросили отвезти ее в клинику. Поэтому он и обманул Веронику, чтобы она не начала подозревать его.
   - Какая же я мнительная, - тихо рассмеялась женщина.
   Сделала несколько шагов в сторону мужа, но вновь застыла, глядя, как он кладет руку на живот девушки и... целует ее. Нет, не в щеку, в губы! Целует так, как целовал всегда ее, Веронику! Она не сводила немигающего взгляда с Игоря, теперь обнимавшего лицо девушки ладонями. Он что-то говорил ей, и та улыбалась и кивала.
   - Господи, - выдохнула Вероника и оперлась на стоявшую рядом машину.
   Машина разразилась визгливым воплем сигнализации, возмущенно замигав лампочками. Игорь и девушка обернулись, и Ника увидела, как губы мужа сложились в ее имя. Женщина отпрянула от автомобиля и заметалась по парковке, не зная, куда бежать, куда скрыться. К чертям собачим, она вообще не знала, что ей теперь делать!!!
   Телефон в сумочке надрывно запел, Ника машинально достала его трясущимися руками и поднесла к уху.
   - Ника, я все тебе объясню, - напряженно произнес Игорь. - Жди меня дома. Ничего страшного не произошло. Слышишь? Поговорим дома.
   И он отключился. Женщина резко обернулась и воронила из рук телефон, глядя, как спорткар уезжает с парковки, увозя ее мужа и его беременную любовницу. Вероника посмотрела на телефон и разрыдалась...
  

Маргарита

   Последний день апреля, завтра начнется последний месяц весны и... ЛЕТО!
   - Ура! - негромко провозгласила Маргарита Захарова и рывком села на узкой общаговской койке, скрипнув пружинами.
   После вчерашней вечеринки, устроенной в честь дня рождения одного из сокурсников, немного побаливала голова, но это мелочи, в остальном состояние было вполне нормальным. Марго зажмурилась, вспоминая прошедшие вечер и ночь. Ладони ее пробежались по собственному телу, познавшему мужчину. В первый раз, между прочим. Не путаться с мужиками Марго обещала маме, когда уезжала учиться. Обещание сдержать было не так уж и сложно.
   Не сказать, чтобы она пользовалась большой популярностью у противоположного пола. Серенькая мышка, предпочитавшая больше времени посвятить учебе. А на больших и маленьких праздниках студенческого братства, на которых Маргарита все же периодически появлялась, сиюминутные подкаты для быстрого разового секса ее не впечатляли. Не так она видела потерю своей девственности.
   А Олег... Олег ей давно нравился. Девушка тайно сохла по нему, но Олег встречался с Нелли Ульяновой. Ей Марго завидовала, тоже в тайне. Внешность Нельке досталась яркая, рост высокий, фигура классная. Характер, правда, был не очень, но на их отношения с Олегом это не влияло. Парочка вкусно целовалась при каждой возможности, на родительские деньки каталась отдыхать в жаркие страны, а потом Марго рассматривала их фотки, выложенные В Контакте, и глотала слюни от тихой зависти.
   Нет, Маргарита не исходила на яд, и зависть ее была, что говорится, белой, но вид красивой парочки среди пальм или возле бассейна в отеле вызывал судорожный вздох и неизменно портил настроение. Потому что ей, Марго, оставалось пока о таком только мечтать. А о яркой красоте даже мечтать не приходилось. Даже косметика не сильно выправляла недостатки ее внешности, это было личное мнение Марго. А уж Олег казался и вовсе чем-то недостижимым.
   И потому, когда он однажды подсел к ней в кафе, куда девушка зашла перекусить, было подобно Апокалипсису. Мир содрогнулся, и Маргарита даже несколько первых минут глупо таращилась на молодого человека, открывая и зарывая рот в попытках ответить на его:
   - Привет, Маргош.
   Он знает ее имя? Он ее ЗНАЕТ? Нет, конечно, знает. За несколько лет обучения не мог не запомнить, но... Удивление было настолько сильным, что выдохнуть ответное:
   - Привет, - вышло с огромным трудом.
   Тогда говорил больше Олег, а Марго слушала, кивая невпопад, что-то отвечая, и даже пару раз хихикнув. На что хихикнула, девушка затруднялась ответить, как и сказать, о чем они вообще тогда говорили. Особым шоком было обнаружить потом, когда он ушел, что в ее телефоне вбит его номер. И когда успела? А зачем записала? Что он хотел?! Марго тогда до вечера ломала голову, о чем разговаривала с Олегом, но так толком и не вспомнила, хотя точно могла сказать, что что-то ему пообещала.
   Оказалось, подтянуть по одному из предметов. Он пришел к ней в комнату через день, приветливо улыбаясь и вновь выбивая почву из-под ног серого мышонка. Как тогда сумела взять себя в руки и помочь сокурснику, Марго могла лишь удивляться и разводить руками. Но факт остается фактом, они занимались до позднего вечера, пару раз прервавшись на то, чтобы перекусить и выпить чаю с принесенными Олегом пирожными.
   Марго думала, что после того вечера о ней опять забудут, но парень не забыл. Он приходил еще несколько раз, и девчонки начали шептаться и подтрунивать над Марго, завистливо поглядывая на нее и пугая местью Нелли. Но Нелли лишь презрительно фыркнула, когда в универе увидела, как Олег болтает с Марго. Оказалось, что она уже некоторое время встречается с другим.
   - Наши отношения изжили себя, - пожал плечами Олег, когда Маргарита, не удержавшись от любопытства, спросила его о бывшей подруге. - Нам стало друг с другом скучно.
   Вслед за этим очень хотелось спросить: "А со мной?". Но Марго этого, конечно же, не спросила. Общение с Олегом было дружеским, и надеяться на большее было бы глупо... Но! Но вскоре он пригласил девушку погулять. Вот так просто, побродить по городу, глядя на ночные огни, отражавшиеся в реке, поговорить ни о чем, просто "отдохнуть душой". Да-да, он так и сказал. И они целый вечер болтались по улицам, однажды нырнув в кафе, чтобы погреться и выпить по чашечке горячего кофе.
   А потом был поход в кино, где ладонь Олега как бы невзначай накрыла руку Марго, лежавшую на подлокотнике. И с этого момента девушка пропустила все, что происходило на экране, сосредоточившись на легком поглаживании ее руки. Кажется, она тогда даже дышала через раз, боясь спугнуть это невинное прикосновение. А к концу фильма ее пальцы и вовсе были сжаты в теплой ладони Олега...
   Марго заставила себя стряхнуть приятные воспоминания. Она бросила взгляд на кровать своей соседки по комнате, и поняла, что та так и не вернулась ночевать. Это было не в первый раз. Элька вообще предпочитала просыпаться под теплым крылышком очередного ухажера, постоянного или временного, она не особо заморачивалась.
   - Маргош, надо брать от жизни полной ложкой, потом еще насидимся по своим квартирам под задом мужа. Сейчас хочу развлечений, - говорила Элька. - Тебе бы тоже лишний раз из своей раковины вылезать не мешало.
   - Успею, - отмахивалась подруга и соседка в одном лице.
   - А может, я принца жду, - усмехалась Маргарита.
   - Принцы от поцелуев в жаб превращаются, - хохотнула Элька. - Проще надо быть, проще.
   Быть настолько простой Марго себе позволить не могла. Для нее это было слишком. Элька даже как-то предложила ей устроить свидание с "офигенным мужиком", который мог убрать маленькую "проблему" подруги, которая мешала ей быть более раскованной и смелой, как считала Эля. Марго послала ее в дальние дали, покрутив пальцем у виска. Элька не обиделась. Она чмокнула соседку по комнате в щеку:
   - Я просто предложила. Мужик-то опытный, сделал бы все красиво и аккуратно.
   - Отстань, - фыркнула на нее Марго, и подруга больше креативом не сверкала.
   Но таскать за собой Маргариту ей ничего не мешало. Девушка чаще отказывалась, но иногда выбиралась "в свет", как опять же говорила Эля. Правда, выбирала развлечения поприличней, понимая, что после клуба, где не миновать возлияний, мужчины могут быть слишком настойчивыми. Поприличней - это походы на выставки и другие светские мероприятия, на которые могли прорваться студентки, там Элька иногда вылавливала себе ухажеров. Студентов она недолюбливала, а вот мужчин постарше, да с деньгами, очень даже уважала. Марго ее не осуждала, каждый выкручивается, как может.
   Телефон пиликнул звуком СМС-ки. Маргарита протянула к нему руку и улыбнулась, глядя на экран, где высветился адресат.
   - Доброе утро, Мышонок. Я соскучился, - прочитала она вслух и набрала ответ.
   Пока девушка спешила к умывальнику, мысли ее вернулись к Олегу. Все-таки он оказался таким... таким классным! Под юбку лезть не спешил, обходясь невинными встречами, никуда не спешил, ухаживал. Даже начал делать небольшие подарки, цветы дарил. И им всегда было о чем поговорить. Удручало одно, после того, как получит диплом, Марго собиралась вернуться домой. Она уже слабо себе представляла, как расстанется с молодым человеком, ставшим ее воплощенной в жизнь мечтой. Может, под наплывом именно этих мыслей Марго сказала Олегу этой ночью, краснея и смущаясь:
   - Я хочу тебя.
   - Ты уверена? - серьезно спросил он.
   Марго с отчаянной решимостью кивнула и разом допила все, что было в ее стакане. А потом было уединение и ласковый шепот Олега, все еще не спешившего отвести ее в одну из комнат большой квартиры. Он вообще уговаривал не спешить потому, что сейчас в голове Марго бушевал хмель, а в квартире было много народа, которые могли случайно зайти и увидеть сладкую парочку. Это было таким и трогательно, что Маргарита, уже твердо вбившая в голову идею, что ее первым мужчиной должен стать Олег, умилилась и первой начала проявлять настойчивость. Может и неумело, но со всем накопившимся пылом. Закончилось все тем, что Олег, рвано вздохнув, все-таки затащил ее в самую удаленную комнату, подпер дверь креслом и... все случилось.
   Нет, больно Марго не было. Возможно, алкоголь притупил ожидаемый дискомфорт, а может потому, что Олег старался быть осторожным, но тот самый момент прошел почти незамеченным. Правда, и ожидаемого удовольствия, про которое ей столько раз рассказывала Элька, тоже не было. Хотя, опять же, тому виной мог быть алкоголь и ее неопытность. Но в животе все равно порхали бабочки, на губах играла улыбка, и щеки румянило легкое смущение.
   Они с Олегом ушли сразу после того, что случилось между ними. Добирались до общежития пешком, не спеша расстаться, потом долго целовались под дверями общаги, и Марго таяла от тех слов, что его говорил Олег. Отпускать его совсем не хотелось, но, если Марго еще пускали, если она опаздывала, то ее приятеля, жившего с родителями, точно не пустят, когда установленное режимом время давно уже миновало.
   Олег предложил Марго поехать к нему, но девушка, представившая, что утром придется встретиться с его родителями и смотреть им в глаза, замотала головой и отказалась. Она стеснялась, очень сильно стеснялась. И дома у Олега не была еще ни разу, сколько он не звал ее. Но это было днем, а тут ночь! Олег отстал от нее, и вот теперь они торчали под дверями общежития, все оттягивая и оттягивая момент, когда придется расстаться.
   - Захарова, - Марго, уже возвращавшаяся в сторону, встретилась со взглядом одной из девчонок на курс младше, - неплохо ты вчера погуляла.
   - Нормально, - пожала плечами Маргарита и вернулась в комнату.
   Она налила себе чай, быстро соорудила бутерброды и села за стол, чтобы успеть позавтракать и бежать в универ. Неожиданно телефон снова тренькнул. Ожидая увидеть сообщение от Олега, Марго достала из кармана телефон и взглянула на экран. Номер ей оказался незнаком. Девушка открыла СМС и удивленно хмыкнула. Неизвестный адресат предлагал ей посмотреть почту. Марго вошла в браузер, открыла вкладку с почтой и посмотрела на подмигивающий смайлик, стоявший в теме письма. Адрес принадлежал Нелли Ульяновой. Нахмурившись, Маргарита открыла письмо и быстро пробежала послание глазами. В письме была ссылка.
   На автомате Марго включила свой ноутбук, зашла на почту и открыла ссылку. "Марго теряет девственность" гласило заглавие ролика. Сердце гулко ухнуло и застряло в горле. Стрелочка "мышки" подползла к треугольничку, и Маргарита кликнула, запуская ролик.
   - Мамочка, - сдавленно прошептала девушка. - Мамочки...
   Там была она, лицо несколько раз попало в объектив мобильного телефона. Лица Олега почти не было видно, только его обнаженное тело. Просмотров было пока немного, но... Но комментарии уже появлялись. Ролик смотрели студенты! Эту запись смотрели те, кто знал ее. Марго закрыла окно с порно-сайтом, гулко сглотнула и снова открыла письмо от Ульяновой:
   "Привет, Маргош. Спешу поздравить тебя с началом половой жизни. Кстати, из-за тебя я разбогатела на пять тысяч, сегодня же стрясу их с Олега. Думала, он запал на тебя? Ошиблась. Ты умничка, Маргош. Ах, да, ты еще и звезда отечественного порно".
   А венчал послание хохочущий смайлик. Марго закрыла крышку ноутбука и добрела до кровати, тяжело опустилась на нее и снова посмотрела на телефон. Он словно только этого и ждал, разразившись мелодией телефонного звонка. Марго поднесла трубку к уху и прошелестела безжизненным голосом:
   - Слушаю.
   - Мышка, я не знал! - выкрикнул в трубку Олег. - Клянусь, я ничего не знал! Рита, я уже написал админам, видео уберут. Ну, чего ты молчишь? Скажи что-нибудь.
   Марго открыла рот, но сказать ничего не вышло. Она прокашлялась и выдавила:
   - Ты торчишь Ульяновой пять косарей. Не забудь отдать, она выиграла.
   - Ты знаешь? - Олег сник, это было слышно по голосу. - Мышонок, я все объясню. Клянусь, все не...
   Маргарита уже не слушала. Она отключила телефон и упала лицом в подушку, позволяя себя расплакаться...
  

Глава 2

Лида

   Ветер обдувал разгоряченное лицо, но это помогало мало. Кровь кипела, и с губ взбешенной женщины срывалось то и дело:
   - Ненавижу... Раздавлю... Ублюдки.
   Шумно выдохнув, Лидия Ивановна развернулась и решительно направилась к лестнице, ведущей с крыши. Злость не унималась. Нет, она кипела с прежней мощью, но теперь голова начала соображать, а это уже было что-то. Спустившись на лифте на свой этаж, Лида дошла до кабинета, слыша за спиной шепотки и тихое хихиканье. Губы госпожи Мартыновой искривила злая усмешка, и она резко обернулась, глядя на притихших подчиненных. Она сложила ладони вместе и неспешно двинулась в обратную сторону. Стук ее каблуков вдруг показался подчиненным звуком, с каким гвозди загоняют в крышку гроба.
   - Я хочу вас поздравить, дорогие мои, - неожиданно мило улыбнулась Лидия. Ответом ей стали озадаченные взгляды. - Итак, вы все безусловно слышали о том, что я остаюсь с вами, - она обвела взглядом притихших сотрудников и хищно улыбнулась. - Я рада, что эта новость вызвала у вас оживление и радость. Вы и я вместе, по-прежнему вместе. - Теперь в голосе Лидии звучало предвкушение, и ее подчиненные наконец осознали, смысл ее слов. - А раз мы все еще в одной лодке... Ивлев, ко мне, - отчеканила женщина и отвернулась от всех, счастливо улыбаясь, потому что кто-то совсем уж несдержанный тихо матернулся за ее спиной. - Я жду, дорогой.
   Пропев последние слова, уже не оборачиваясь, Лидия Ивановна удалилась в свой кабинет. Подчиненным стало нехорошо. Если Сука переходила на ласковый тон, жди большой ж... в общем, хорошего не жди. И жертва уже была намечена, она же и материлась, собирая со стола документы и готовясь предстать перед начальником.
   - Твою мать, - ругнлся мужчина, выдохнул и направился в кабинет, где уже сидела на своем месте Лидия Ивановна.
   - Держись, - пискнула маленькая блондинка.
   - Да лучше бы собаке дали кость, - мрачно изрек полноватый мужчина. - Черт, она же, действительно, осталась тут.
   Следующие полчаса сотрудники усиленно работали, поглядывая на кабинет, откуда доносились только отзвуки мужского голоса, Лида всегда говорила негромко и ровно, хвалила ли она, хоть это бывало и нечасто, или ругала, но тон ее голоса никогда не повышался. И это тоже было дополнительным оружием женщины. Ее колкости, произнесенные равнодушным тоном, достигали цели быстрей, чем выплески эмоций того же Голованова на подчиненных.
   Наконец дверь открылась, и красный, взмокший, с перекошенным лицом Ивлев вылетел из кабинета, с силой швырнув на стол свои бумаги, пестрившие пометками красного маркера, некоторые были и вовсе перечеркнуты. Коллеги промолчали, не рискуя лезть с вопросами. Мужчина схватил из стола пачку сигарет и умчался, скрываясь из поля зрения остальных сотрудников.
   - Верочка, милая, - все дружно вздрогнули и обернулись к дверям кабинета начальницы, - жду вас.
   Блондинка охнула и нервно дернула себя за прядку светлых волос.
   - Ой, мамочки, - выдохнула она.
   - Как хорошо, что я осталась с вами, - насмешливо произнесла Лидия и вернулась в кабинет. Там скривилась и оперлась ладонями о поверхность стола, тихо добавив. - Как же вы мне все дороги.
   Обеда в ее отделе не было. Лидия всем воздала должное, никого не забыла, разве что повезло Дятлову, он появился после обеда и, узнав последние события, жахнул кулаком по столу и от души произнес:
   - Вот уроды! Лида же столько вкалывала ради этой должности. Злая?
   - Как мегера, - всхлипнула Верочка, утирая слезы.
   - Игорь Борисович, вы уже вернулись? - подчиненные уткнулись в мониторы своих компьютеров, когда за их спинами прозвучал голос Лидии Ивановны. Она забрала папку у Дятлова. - Благодарю. Отдыхайте, вы на сегодня свободны.
   Она удалилась, а на мужчине сошлись все взгляды, рассматривая, как настоящее чудо. Кто-то даже позволил себе похабно ухмыльнуться, подозревая Игоря Борисовича в связи с Мартыновой. Но это была полная чушь. Во-первых, Дятлов был птицей не того полета, чтобы претендовать на благоволение Лидии, а во-вторых, именно к нему была приставлена когда-то молодая сотрудница Лидочка Мартынова, и он обучал ее всем тонкостям профессии, которые не объясняли в институте, он же дал ей старт, порекомендовав на повышение. К тому же Дятлов отдавал женщине должное, замечая не только ее дурной характер, но и профессиональные навыки. И в том, что компания "Имидж" заметно поднялась среди других таких же фирм и компании, был вклад и Лидии Ивановны Мартыновой. Потому ее провал он воспринял, почти как личную неприятность.
   Мужчина приподнял брови, окидывая коллег подчеркнуто изумленным взглядом, и от него отвернулись. Он хотел зайти в кабинет и выразить сочувствие, но решил, что сейчас не лучшее время. Игорь Борисович уже по опыту знал, пока Лида не перегорит, ее лучше не трогать. Поэтому он покинул офис, пожелав коллегам удачного дня. Его проводили почти ненавидящими взглядами и опять углубились в работу.
   Обреченность сотрудников сменилась на тихую радость, когда к кабинету Лидии Ивановны приблизился Голованов, сияя улыбкой победителя и ожидая поздравлений. Но вместо них тихая радость вдруг сменилась жгучей ненавистью к сопернику Мартыновой, и сотрудники, вяло кивнув, перестали обращать внимание на нового младшего партнера. Однако стоило ему скрыться за дверями их начальницы, как головы поднялись, и люди настороженно замерли, ожидая развития событий.
   - Лидочка, хватит дуться, - Голованов без стука вошел в кабинет, и Лидия Ивановна, стоявшая у окна с чашкой кофе, обернулась и вопросительно изломила бровь. - Я пришел мириться, - продолжал Андрей Петрович. - К чему нам эти дрязги? Через час в зале для собраний будет небольшой фуршет в честь моего назначения. Приходи.
   Лида слушала, не сводя с мужчины взгляда, наполненного холодной насмешкой. Затем отлепилась от своего места и подошла к своему столу, присела на его край и скрестила ноги, тут же приковав к ним внимание Голованова. Мужчина прошелся взглядом от щиколоток до колен, затем поднял голову и еще пару секунд смотрел на грудь Лидии, обтянутую шелковой блузкой, пиджак она сняла.
   - Встает? - полюбопытствовала женщина, глядя на пах Андрея Петровича. - Странно, совсем незаметно. Все-таки маловат.
   - Лидия Ивановна, - мгновенно завелся мужчина, - прекратите хамить!
   - А я хамлю? - она приподняла брови и покачала головой. - Прости, Андрюш, я всего лишь констатировала факт. Я задела тебя? - Лида отставил чашку и поднялась со стола, сочувственно похлопав Голованова по плечу. - Правда, не хотела. Даже не думала, что ты так переживаешь из-за своего малыша.
   Она подняла руку, сжала ладонь в кулак, оставив оттопыренным мизинец, и печально вздохнула. Затем посмотрела на побагровевшего Голованова:
   - Что, еще меньше? Черт, Андрюш, это повод обратиться к специалистам. Зато теперь понятно, откуда берет начало твое раздутое жалкое эго.
   Голованов рыкнул, перехватил руку Лиды, заворачивая ее за спину, и повалил животом на стол. Навалившись сверху, мужчина протиснул ладонь под грудь госпожи Мартыновой, стискивая ее.
   - Достала ты меня, сука, - зашипел он в ухо Лидии. - Хочешь узнать мой размер? Сейчас его почувствуешь.
   - Ты хоть предупреди, когда будешь внутри, - издевательски ответила Лида. - А то, боюсь, пропущу исторический момент.
   - Мартынова, какая же ты тварь, - выдохнул ей в ухо Андрей Петрович, и женщина ощутила, как к ее ягодицам прижалась затвердевшая плоть младшего партнера.
   - Я еще хуже, Андрюша, - ухмыльнулась Лидия Ивановна и точным ударом впечатала каблук в ногу Голованова.
   Мужчина взвыл и отпрянул от нее. Лида выпрямилась, поправляя одежду, затем взяла чашку с недопитым кофе, подошла к шипящему ругательства сквозь стиснутые зубы коллеге и опрокинула чашку ему на голову. После вышла из кабинета, лучезарно улыбаясь своим сотрудникам.
   - Дорогие, на сегодня все, благодарю за усердие, - провозгласила она. - Через час будет фуршет в зале для собраний, и вы сможете поздравить нашего маленького партнера.
   Нервные смешки стали ей ответом, и Голованов, как раз, выбравшийся из ее кабинета, издав невнятное восклицание, умчался прочь. Его проводили изумленными взглядами, успев разглядеть и прихрамывающую походку, и кофе на голове, стекшее на белоснежную рубашку и оставившую на ткани коричневы пятна. Затем перевели посмотрели на Лидию Ивановну. Она уже не замечала своих сотрудников, глядя в пространство. На губах женщины застыла кривая жесткая ухмылка. Лида уже направилась к кабинету, когда услышала тихий вопрос:
   - Если это маленький партнер, то директор - большой?
   - Просто старший, - усмехнулась женщина и скрылась за дверями кабинета.
   Оставшись наедине с собой, Лида взглянула на пятна кофе на полу, и лицо ее скривилось в презрительной гримасе.
   - Слизняк, - передернув плечами, женщина подхватила пиджак и уже хотела уйти, не желая наблюдать торжество Голованова, но вдруг остановилась и широко улыбнулась. - Ну, держись, Андрюша, - произнесла она и покинула кабинет, чему-то довольно улыбаясь.
   Сотрудники открыли рты, чтобы попрощаться, но Лидия Ивановна прошла мимо, не глядя на них. Она добралась до лифта и обернулась, окидывая взглядом коридор. Отвращение, охватившее ее, скрутило желудок спазмом, и Лида глубоко вдохнула, отгоняя тошнотворный позыв. Желание уволиться стало невыносимым, и она обязательно так и поступит. За свое будущее Лида не особо волновалась, ей периодически поступали предложения из других компаний, работа будет. Но сначала...
   Когда Лидия Ивановна вернулась, в ее руках был подарочный пакет. Охранники проводили женщину немного удивленными взглядами, слишком счастливая улыбка сияла на лице вечно высокомерной стервы. Такая улыбка... пугала. Лида, не обращая внимания на охрану и на их недоумение, поднялась на этаж, где находился их офис и направилась в сторону зала для собраний.
   Оттуда слышались поздравительные речи, негромкий ропот голосов и хлопки пробок на бутылках шампанского. Лида отсутствовала несколько часов, успев не только зайти, куда собиралась, но и проведя уже несколько переговоров, подыскивая более приемлемые для нее условия работы. Кое с кем и встретилась. Но уходить без оркестра женщине не хотелось. Потому она решила отвести душу на всю катушку прежде, чем напишет заявление. Несмотря на всю ее холодность, сейчас кровь Лидии Ивановны кипела. Сегодня она готова была к необдуманным поступкам.
   - Заждались? - широко улыбнулась она, входя в зал собраний.
   Народ, находившийся здесь, замолчал, и Лида прошла к возвышению, гордо задрав подбородок и цокая каблучками в мертвой тишине. Ее не ждали, это женщина поняла по вытянувшемуся лицу Голованова и гримасе генерального. Очень мило.
   - Мне не рады? - притворно удивилась Лидия. - Да ладно, Андрюш, что ты кривишься? Ты же сам предлагал мне примирение. - Она подошла к столу, где стояло разлитое шампанское, подхватила бокал и вернулась на прежнее место. - Я хочу поздравить нашего коллегу, - начала Лида, поднимая бокал. - Он вполне заслужил это место. Я говорю искренне, что вы на меня так смотрите? Держи, Андрюш, я купила этот подарок в знак примирения. Поверь, он тебе пригодится.
   Голованов принял пакет, осторожно, открыл его, словно там лежала бомба, и вытащил коробку...
   - Помпа для увеличения члена, Андрюша, - деловито пояснила Лида. - Сейчас ты маленький партнер, но если воспользуешься моим подарком, то, возможно, однажды сможешь перерасти шефа. За твой рост, Голованов, - в гробовой тишине закончила Лидия и отпила из бокала.
   Затем задержала его у лица, наблюдая всю гамму эмоций, отразившуюся на лице Голованова, и глумливо ухмыльнулась. Андрей Петрович поиграл желваками, глаза его налились кровью, и мужчина сорвался с места, но его задержали, не дав сцепиться с женщиной. Лидия лишь изломила бровь, наблюдая за неудавшейся пробежкой.
   Генеральный досадливо покривился, подошел к Лидии Ивановне, ухватил ее за локоть и потащил прочь из зала. Женщина не сопротивлялась, позволяя дотащить себя до лифта, вошла в кабинку и проследила, как шеф нажимает кнопку последнего этажа. Они поднимались на крышу.
   - Лида, что ты творишь? - спросил шеф, подходя к Лидии.
   - А что я творю? - поинтересовалась она. - Поздравила коллегу, сделала ему полезный подарок. Ничего криминального.
   - Ты злишься, я понимаю...
   - Глеб, я не злюсь, - усмехнулась Лида и заорала. - Я в бешенстве!
   Мужчина опешил. Такого выплеска эмоций он не ожидал, потому замолчал на некоторое время. Лидия Ивановна выдохнула и тоже замолчала. Лифт остановился на двадцатом этаже, и мужчина женщиной поднялись на крышу. Епифанов достал сигарету и прикурил, глядя на Лиду, стоявшую напротив.
   - Лида, - снова заговорил шеф, выпуская дым, - я понимаю, ты ожидала...
   - А ты считаешь, что мои ожидания не были оправданы? - снова изломила бровь женщина. - Глеб, я пахала, как папа Карло, я из кожи вон лезла, чтобы показать, что могу не только подмахивать тебе! - она вновь повысила голос, все более заводясь. - А что сделал Голованов? Заимел от рождения член в штанах? Твою мать, Глеб, он же не рыба, не мясо, какого хрена?!
   - Лида, прекрати! - Епифанов выбросил сигарету, ожесточенно затаптывая окурок. - Я принял решение! Я тут главный!
   - Да пошел ты, придурок, - неожиданно успокоилась Лида и подошла к краю крыши, забираясь на парапет.
   Мужчина нервно дернул ворот, ослабляя галстук, и приблизился к ней.
   - Слезь оттуда, - велел он. - Слезь!
   - Ты тут тоже главный? На крыше? - осклабилась Лидия. - Так вот ты какой, Карлсон.
   Ее издевательский смех вызвал очередную гримасу на лице шефа. Лида отвернулась от него и сделала несколько шагов по парапету. Епифанов шел рядом, поглядывая на любовницу и готовый ухватить ее, если женщина покачнется.
   - А знаешь, Глеб, - заговорила Лидия, продолжая свою прогулку по парапету, - завтра я увольняюсь. Достали меня и компания и ее директор.
   - Лида, - устало вздохнул шеф, - хватит уже. Ты прекрасно знаешь, что лучшего места тебе не найти. Мы, на сегодняшний день, самая перспективная компания...
   - Когда я перейду к Антонову, вы перестанете быть перспективными, - осклабилась женщина.
   Епифанов вскинул на нее глаза, пытаясь понять, насколько Лидия серьезна. Она покосилась на него и усмехнулась.
   - Я не блефую, Глеб, - сказала она. - Я сегодня встречалась с ним. Условия, которые мне предложили, меня устроили. И можешь мне поверить, все, чем я занималось, перейдет вместе со мной. А ты любуйся на Голованова. Пусть он покрутится.
   Шеф остановился и исподлобья взглянул на Лиду.
   - Ты этого не сделаешь, - произнес мужчина.
   - С чего бы? Ты же сделал, как считал нужным. Нет, Глебушка, - она тоже остановилась и скрестила руки на груди, - я оставлю тебя без штанов и с Головановым. Наизнанку вывернусь, но "Имидж" пойдет на дно. Обещаю. А знаешь, что меня более всего радует? - он молча ждал продолжения, и Лидия продолжила. - Что больше не придется слушать твое сопение в ухо изображать неземную страсть. Меня достало вопить, вдохновляя тебя фальшивыми оргазмами. Черт, Глеб, в моем списке худших любовников, ты на втором месте. На первом мой первый парень, но ему простительно, шестнадцать лет, неопытность. Но ты-то взрослый мужик, а до сих не научился ублажать женщину.
   Желваки на скулах Епифанова ожили, показывая, что удар достиг цели.
   - Слушай, ты возьми у Голованова мой подарок, тебе тоже пригодится, - она издевательски хохотнула. - А то вы странная пара маленький партнер и старший, ты же должен быть большим.
   - Прекрати! - рявкнул мужчина.
   - Да ладно, ты и тут скорострел? Быстро кончаешь, быстро устаешь слушать, как еще детей умудрился заделать своей клуше? Стрелял очередью или одиночными? Глеб - пулеметчик, - Лида вновь зашлась в хохоте. - Кроличек ты мой.
   - Заткнись!
   - Ого, мы и кричать умеем? А я думала, только хрипишь, как в предсмертных судорогах. Ты не знал, что твой оргазм так выглядит? Так я тебе расскажу. И дергаешься, как эпилептик. Ужас! Где уж тут женщине получить удовольствие, когда быстро и страшно?
   - Мартынова! - зарычал Епифанов. - Если ты не прекратишь...
   - А что ты сделаешь, Глеб-пулеметчик? - она насмешливо смотрела на него. - Ты же пшик, как и весь секс с тобой. Бр-р, вспомнить-то противно. - Лидия передернула плечами. - Иди в ж...у, придурок! Бесишь меня одной своей постной рожей. А знаешь, что еще? Я сейчас поеду домой, наберу ванну с пеной, лягу в нее, наберу номерок госпожи Епифановой и подробно расскажу ей и про шрам на твоей заднице, и про родинку в паху. А потом спрошу, ты ее так же пугаешь во время секса, или у нее железные нервы.
   - Ты не сделаешь это, - глухо произнес шеф и окончательно рванул узел галстука.
   - С чего бы? - удивилась Лида. - Я уничтожу тебя, Епифанов, размажу, как дерьмо по тарелке. Не стоило меня опрокидывать. Кстати, у меня же есть наши фотки, а отправлю-ка я их твоей жене, пусть полюбуется, чем занят ее муженек во время важных командировок.
   Мужчина вдруг оскалился. Глаза его сверкнули яростью, руки взметнулись вверх.
   - Тварь! - выкрикнул он и со всей силы толкнул женщину.
   Лидия взмахнула руками, пытаясь ухватиться за шефа, но промахнулась и сорвалась вниз, отчаянно визжа.
   - Лида! - вскрикнул мужчина, опомнившись.
   Он перегнулся и посмотрел вниз. Мартынова Лидия Ивановна лежала на асфальте, более всего напоминая сломанную куклу...
  

Вероника

   - Она у тебя?
   - Никого у меня нет, и вали отсюда. Козел!
   Дверь захлопнулась, и на кухню, покачиваясь, вошла Зоя, пьяно улыбаясь.
   - Все, Верунчик, я его прол... прогнала. Пусть валит к своей сучке брюхатой.
   Ника молча кивнула и опрокинула в себя стопку с водкой.
   - Пусть валит, - ожесточенно прошептала и вздрогнула, когда раздался новый звонок в дверь.
   После того, как Игорь уехал, оставив жену в шоковом состоянии, у Вероники началась настоящая истерика. В клинике, куда женщину оттащил с парковки неизвестный мужчина, ей сунули под нос ватку с вонючим нашатырем, напичкали успокоительными, смерили давление и отпустили, как только Ника перестала всхлипывать и надрывно вздыхать. Мужчина, не оставшийся равнодушным к ее состоянию, предложил Нике подвезти ее домой, но от слова "дом" женщина скривилась и решительно мотнула головой. От такси она тоже отказалась, сама села за руль и приехала обратно к Зойке.
   - Давай свои духи, - потребовала Ника, как только подруга открыла ей. - И крем какой-нибудь, и тушь. Помаду тоже можно, все равно какую.
   - Ты чего это? - опешила Зоя. Присмотрелась к подруге и потащила ее на кухню. - Рассказывай, - велела женщина.
   И Ника рассказала, вновь срываясь в истерику. Зоя выслушала Веронику, поджимая губы и качая головой, затем достала бутылку водки и сок. Поначалу они пили, разбавляя водку, но вскоре сок пошел только на запивку. Ника изливала душу, жалуясь на свою глянцевую жизнь. Зоя ударяла кулаком по столу, восклицая:
   - Козлище винторогий! - или. - Упырь недобитый! - или. - Спирохет бледный!
   Потом жаловалась на мужа Зойка, и теперь стучала кулаком по столу Ника. После они дружно поплакали, и Зойка достала вторую бутылку водки. Но ее успели только открыть, когда в дверь позвонились. Зоя пошла открывать, и до Ники донеслось:
   - А тебе чего надо? Иди к своей брюхатой.
   Вероника прислушивалась с кухни, с мрачным удовлетворением отмечая, что Игорь все-таки примчался. Наверняка, пытался дозвониться, только ему ответили, что абонент не абонент, потому что они с Зойкой торжественно уничтожили фото на телефоне вместе с телефоном, выкинув его в окно. За помин телефонной души они тоже выпили.
   - Настырная сволочь, - возмутилась Зоя и вернулась к дверям, но уже не открывала их, так и разговаривая с Игорем. - Иди отсюда, лось пархатый, хрен тебе во всю рожу, а не Верунчика. Не заслужил.
   Неожиданно в замке повернулся ключ, и в квартиру вошел муж Зои, впуская и Игоря. Виталик кивнул Игорю в сторону кухни, и мужчина направился туда под гневное Зойкино:
   - Обувь сними, кретин, или будешь сам полы вылизывать!
   Затем сорвалась с места и рванула следом за Игорем, отталкивая его и закрывая собой Веронику, наливавшую следующую стопку водки.
   - Пошел вон, - рявкнула Зойка.
   - Ника, - позвал Игорь.
   - Иди на... - воинственно ответила ему жена.
   - Вот-вот, - кивнула Зоя.
   Виталий подошел к жене и, ухватив ее за руку, выволок из кухни.
   - Сами разберутся, - буркнул он Зое и закрыл бранящуюся супругу в комнате.
   Игорь подошел ближе, некоторое время рассматривал пьяную в хлам жену и, наконец, неодобрительно покачал головой. Вероника развернулась к нему, с вызовом глядя в глаза, после подняла со стола флакон духов, подаренных ей Зоей, и демонстративно подушилась. Пусть это была детская выходка, но она принесла Нике неожиданное удовлетворение. Игорь, больше не произнеся ни слова, отнял у жены флакон, выкинул его в помойное ведро и, подхватив Нику, потащил ее к дверям. Там самолично натянул на нее туфли, прихватил сумку и плащ и вывел на лестницу.
   - Я с тобой никуда не пойду, - Вероника вырвала свой локоть из захвата мужа, но покачнулась, и он поймал ее, перехватывая за талию. - Отпусти меня!
   Но Игорь не отпустил, он одел ее в плащ, ремешок сумочки остался на его плече, затем поднял трепыхающуюся жену на руки и вынес из дома подруги. Во дворе он достал брелок с ключами от машины Ники, пикнула сигнализация, и женщину усадили на пассажирское сиденье, защелкнув ремень безопасности. Вероника мрачно наблюдала, как Игорь обходит машину, потянулась и нажала кнопку на водительской дверце, мстительно ухмыляясь. Игорь снова пикнул сигнализацией и сел за руль.
   - С-сволочь, - прошипела женщина, глядя на мужа.
   - Ника, ты ведешь себя глупо, - спокойно ответил он и завел двигатель.
   Игорь включил автомагнитолу, выезжая со двора, Вероника выключила. Мужчина остался невозмутим и музыку уже не включал. Ника обернулась, отыскивая его спорткар. Сейчас ей очень хотелось расколотить мужу все стекла в его обожаемой машине. Но, конечно, автомобиль остался под окнами дома. Игорь приехал на такси, зная, что нужно забрать вторую машину. Как же он ее нашел? Ника ухмыльнулась. Через спутник, как же еще. Блага цивилизации, которыми нужно пользоваться.
   - Ника, - снова позвал ее муж, но женщина зажала ладонями уши, безостановочно произнося:
   - Ля-ля-ля-ля...
   Уже у себя во дворе Игорь выковыривал жену из машины, как устрицу из раковины. Вероника цеплялась за все, к чему могла дотянуться, но все-таки упорство принесло плоды, Ника, испепеляя мужа взглядом, брела к подъезду, поддерживаемая его сильной рукой.
   - Ненавижу тебя, - выдохнула Ника, входя в квартиру. - И жить с тобой не буду. Я подаю на развод.
   Игорь закрыл дверь, проследил, как женщина, не раздеваясь и не разуваясь, ушла в комнату, то и дело покачиваясь и опираясь на стену. Поджав губы он вошел следом и присел на корточки перед женой, расположившейся в кресле. Женщина отвернулась от него и вжалась в спинку кресла, подтягивая ноги.
   - Ника, - Игорь ненадолго замолчал. - То, что ты видела - все ерунда. Я от тебя уходить не собираюсь. Мы будем жить, как жили, ничего не меняется. Да, теперь ты знаешь, что у меня будет ребенок, и я не оставлю его. Но с его матерью меня ничего не связывает, это была короткая интрижка, и ее беременность оказалась результатом моей неосторожности. Я узнал об этом слишком поздно, и настоять на аборте уже было невозможно.
   - Так страсть охватила? - ядовито спросила Вероника. - Со мной у тебя почему-то случайностей не бывает.
   - Я был пьян, - поморщился мужчина. - Все произошло спонтанно. Всего лишь случайная связь на корпоротиве...
   - Тебе меня было мало? - Ника резко повернулась и сузила глаза. - Она дает лучше?
   - Ника, ты выражаешься...
   - Как хочу, так и выражаюсь! - взвизгнула она и вскочила с кресла, опрокидывая мужа. - Гладышев, мы с тобой уже можем писать книгу "Камасутра. Часть вторая". Чего тебе не хватало?!
   Игорь поднялся с пола.
   - Мужчины полигамны, не слышала? - раздраженно спросил он. - Нам нужно иногда менять партнера. Черт, Ника, меня все в тебе устраивает! И в постели тоже, но мне нужно иногда расслабляться. Короткие интриги дают необходимое разнообразие и не больше. Ты - моя жена, и приоритет всегда за тобой.
   - Но детей тебе будет рожать другая! - выкрикнула Вероника и бросилась на кухню. Там она налила себе стакан воды, из-под крана, потому что Игорь запрещал пить из-под крана. - Гладышев, я же столько просила тебя! - снова закричала она, выплескивая остатки воды в раковину и опираясь на нее. - Я хочу ребенка, но ты мне говорил, что пока ты не можешь содержать троих, нужно подождать. А теперь, выходит, ты можешь содержать четверых, да?!
   - Черт, - снова выругался мужчина, вставая за ее спиной. - Да пойми ты, я не планировал этого ребенка! Но если уж так вышло, то я не могу его бросить, это мой ребенок! И я буду принимать участие в его воспитании, я буду помогать ему деньгами.
   - И его мамаше заодно, - Ника порывисто обернулась. - Заодно разнообразие получать. Ее тоже вырядишь и будешь таскать за собой?
   Игорь выдохнул, подступил ближе и обнял жену за плечи.
   - Эта женщина для меня ничего не значит, и без ребенка не нужна.
   - Потому ты так нежно целовал ее, да?! - женщина скинула с плеч руки мужа и метнулась в сторону входной двери.
   Игорь перехватил ее, затащил в комнату и насильно усадил в кресло.
   - Она беременная, Ника! То, что она чувствует, чувствует ребенок. Я даю ей положительные эмоции, но как только она родит, все это закончится. Я не буду содержать ее, я буду помогать ребенку. Все! Осталось недолго, потерпи немного. Любимая...
   - Заткнись! - снова взвизгнула Ника, подскакивая на кресле. - Если бы ты любил меня, то беременной была бы я!
   Она не удержалась на ногах и снова упала. Игорь поиграл желваками, шумно выдохнул и опустился на колени перед креслом, подтягивая к себе сопротивляющуюся жену.
   - Потерпи, - произнес он, заглядывая ей в глаза. - Когда мы сменим квартиру, сможем нанять прислугу, которая будет выполнять ту работу, которую сейчас делаешь ты, тогда мы поговорим о ребенке. Я не хочу, чтобы ты разрывалась между домашним хозяйством, мной и ребенком. У нас будет нянька, будет домработница, а у тебя останется время на то, чтобы привести свою фигуру в порядок. Моя жена должна хорошо выглядеть...
   - Какая же ты мразь, - зашипела Ника, вырываясь из его рук. - Я хочу ребенка! Я хочу ребенка сейчас! Я! А не какая-то там шалава, которая дала тебе в пьяном угаре! Почему для меня у тебя столько условий, а для нее короткий трах и море нежности, чтобы ребенку было хорошо?!
   Женщина метнулась к шкафу, вытащила желтый костюмчик, купленный когда-то, и швырнула в лицо Игорю.
   - Держи, дарю! - выкрикнула она.
   - Ника! - мужчина отшвырнул в сторону костюмчик. - Прекрати эту отвратительную сцену! Я тебе все сказал, я был честен с тобой. Эта женщина для меня всего лишь инкубатор, который вынашивает моего сына. Как только Максим родится...
   - Максим? - шипящим шепотом переспросила Вероника и тут же повысила голос. - Максим?! Я придумала это имя для нашего сына! Для нашего!!! А ты... ты... Урод!
   Она развернулась и бросился к входным дверям, но муж снова перехватил и затащил визжащую жену в спальню. Он кинул ее на кровать и навис сверху, опираясь на руки.
   - Прекрати истерику, - сухо велел он. - Сейчас я схожу на кухню, сделаю нам с тобой чай, а ты пока полежишь спокойно. Я все понятно сказал?
   Ника отвернулась, громко сопя и сжимая кулачки. Игорь еще некоторое время смотрел на нее, после склонился и коротко поцеловал в висок.
   - Я люблю тебя, - уже мягче сказал он и вышел из спальни.
   Ника тут же поднялась на ноги, прислушалась к тому, как полилась вода в чайник и побежала на цыпочках к двери, стараясь не ругаться, когда ее снова кинуло на стену. Подхватив ключи от своей машины, женщина выскользнула из квартиры, так и не одев обуви. Стремительно сбежала вниз, поскользнулась и последний пролет проехала на мягком месте. Наверху щелкнул замок.
   - Ника! Ника, стой!
   Игорь спешил вниз, и женщина сорвалась с места, стремясь поскорей убраться от него подальше. Внутри Вероники все клокотало. Ненависть смешалась с болью и разочарованием, а алкоголь только усилил все эти чувства, лишая возможности думать здраво. Она нажала на кнопку на брелке от сигнализации, открывая машину, ввалилась за руль и завела двигатель. Игорь уже выбежал из подъезда.
   - Ника, не смей!
   - Увези меня отсюда, - взмолилась женщина, выруливая с места стоянки, умудряясь не задеть ни одной машины.
   Выехала со двора и вдавила педаль газа в пол. Она уже не видела, как Игорь вытаскивает из кармана так и не снятого плаща ключи от спорткара. Мужчина прыгнул за руль и, взвизгнув шинами, сорвался с места. Он быстро нагнал жену и нервно выругался, видя, как "Тойоту" ведет на дороге. Заметила его и Вероника, когда муж помигал ей фарами, но вместо того, чтобы остановиться, Ника увеличила скорость. Ее машина вильнула в сторону, обгоняя красный "Рено", Игорь, поддаваясь азарту погони, повторил ее маневр и снова уткнулся в хвост.
   Перед Вероникой теперь был небольшой поток машин, не дававший ни прибавить скорости, ни обогнать. Зато встречка была пустой...
   - Не вздумай! - выкрикнул Игорь, видя, как "Тойота" выворачивает на встречную полосу.
   Но Ника сделала это. Она расхохоталась, глядя в зеркало заднего вида на то, как расстояние между ней и спорткаром увеличивается. Затем обернулась вперед....
   - Ника!!! - заорал Игорь, глядя, как белая "Тойота" влетает под "Камаз" в одно мгновение, превращаясь в сплюснутую лепешку и уничтожая своего водителя...
  

Маргарита

   - Маргуль, - Элька присела на край кровати и с сочувствием посмотрела на соседку по комнате, не сводящей взгляда с потолка. - Может, поешь чего-нибудь? Или водички, а? Маргулечка.
   - Ничего не хочу, - ответила Маргарита и перевернулась на живот, утыкаясь лицом в подушку. - Умереть хочу.
   - Дура, - от души обозвала ее подруга и поднялась на ноги. - Я тебе сейчас валерьяновых капелек накапаю.
   Марго не ответила. Ей было мерзко. Конечно, на занятия она сегодня не пошла. Не хотелось идти в универ вообще. Хотелось забрать документы, собрать вещи и уехать к маме. Только, что она могла ответить матери на вопрос, почему дочь не доучилась всего какой-то жалкий месяц? Как ей признаться, что нарушила обещание и позволила себе увлечься настолько, что сама, САМА затащила парня в постель, а утром об этом не просто сплетничали, а рассмотрели в подробностях все знакомые ей студенты и еще куча неизвестного народа. А сколько народа скачало этот ролик? На какие сайты дальше он отправится? Ощущение грязи оказалось настолько сильным, что, не выдержав, девушка пошла в душевую.
   Она хотела уже закрыть дверь, когда кто-то подставил руку, гулко ударив по деревянной поверхности, и в душевую ввалился Пашка Орлов, который несколько раз подкатывал к скромнице Марго, но раз за разом получал отказ. Он захлопнул за собой дверь и осклабился, глядя на девушку.
   - Ты чего? - испуганно прошептала Маргарита. - Уходи.
   - Не-а, - он мотнул головой и сделал шаг к девушке. - Теперь-то чего тебе ломаться? Твое грехопадение зафиксировано. Терять-то уже нечего.
   Парень перехватил руку Марго, но она освободилась и бросилась к двери, чуть в панике не забыв, в какую сторону та открывается. Из душевой она убежала, и Орлов больше не лез. Но насмешливый шепоток двух девиц и взгляд еще одного из парней заметить успела. Девушка закрылась в своей комнате и уже не выходила из нее, то плача, то затихая и думая о том, что ей делать дальше.
   Элька примчалась после обеда, уже зная о случившемся. Она влетела в комнату и тут же сорвалась на крик от переполнявших ее эмоций:
   - Я же говорила тебе! На фига ты связалась с ним?! Если уж и выбирать, то мужика постарше. Нормального серьезного мужика, которому в голову не придет вся эта мерзость!
   Марго снова разревелась, и Эля сбавила тон. Она тяжко вздохнула и опустилась на стул, глядя на вздрагивающие плечики подруги.
   - Маргуль, - позвала девушка, - Маргуль, у меня друг есть, он хакер. Я его попрошу, он всем этим упырям вирус зашлет, сдохнут все их гаджеты вместе с этим проклятым видео. Сейчас же ему позвоню.
   Эля достала свой телефон, набрала номер и некоторое время разговаривала с кем-то. Маргарита не прислушивалась, ей было и без того тошно. Мысли бежали по кругу, не давая отдохновения ни на минуту. То она думала, как ей жить дальше, то вспоминала об Олеге. За что?! Почему он так поступил с ней? Почему спорили на нее? Неужели девственность может стать предметом спора? Что плохого она сделала этим золотым деткам: Нелли и Олегу? Они сломали ей жизнь, вот так походя, не напрягаясь. Растоптали, вытерли ноги и пошли дальше. Эта парочка забудет о ней через пару дней, а Марго с этим позором жить!
   Как идти в универ? Как держаться с достоинством? Марго привыкла жить, не отсвечивая и не привлекая к себе внимания. Она училась, запросы имела скромные, подрабатывала в кафе. Иногда выбиралась из своей скорлупы, но ее никто не мог в чем-то упрекнуть. Спросом у парней не пользовалась за редким исключением. Никого не обсуждала и не осуждала. Тихо существовала в своем мирке, и вдруг это.
   - Мамочки, - всхлипнула в который уже раз Маргарита и тихо завыла в подушку.
   Эля, капавшая ей валерьянку, оторвала голову от чашки и тяжко вздохнула. Она уже привыкла, что сопли в их комнате размазывает она, и то нечасто. Они с Марго прекрасно уживались, их никогда не трогали никакие потрясения, и вот нате вам. Довели девчонку. Девушка подошла к кровати Марго и протянула ей чашку.
   - На, полегче станет, - произнесла она.
   Маргарита оторвала голову от подушки, посмотрела на протянутую чашку и вдруг заорала:
   - Отвали от меня! Что ты ко мне прицепилась?!
   - Да я-то тебе что сделала? - опешила Эля.
   Маргарита снова уткнулась лицом в подушку и зарыдала в голос. Элька сама осушила чашку и отправилась капать новую порцию. Неожиданно в дверь тихонько постучались, и в комнату, не дожидаясь разрешения, вошел Олег. Он скользнул взглядом по Эле, машинально кивнул ей и застыл на пороге, не решаясь подойти к Марго.
   - Тебе-то что еще нужно? - устало спросила его Элька. - Вроде уже все сделал, что мог. Придурки, - в сердцах выругалась девушка и выпила вторую порцию валерьянки.
   - Мышка, - неуверенно позвал молодой человек, - я везде убрал ролик... где нашел. И у остальных уберу.
   Маргарита вскинула голову, с непониманием глядя на Олега. Как он посмел явиться? Зачем?! Парень посмотрел на Элю.
   - Оставь нас одних, - попросил он. - Нам нужно поговорить.
   - Говори, - пожала плечами Элька, - но я никуда не уйду.
   Олег спорить не стал, он все-таки приблизился к кровати, и Марго порывисто вскочила.
   - Уходи! - выпалила она. - Видеть тебя не могу!
   - Дай мне все тебе рассказать, - начал Олег, но она заткнула уши и замотала головой. - Рита! Да дай же мне объяснить! - повысил голос молодой человек, силой убирая руки Маргариты от головы. - Да, спор был, я не буду врать и отнекиваться. Мы выпили, поругались с Нелькой. Она сказала, что я слабак, и если бы она не проявила инициативу, то я до сих пор пускал бы на нее слюни и сидел без девушки. Я ответил, что она слишком высокого о себе мнения, и я буду с любой, с кем захочу, и что она... даст мне без всяких сложностей, еще и рада будет. Эта стерва предложила поспорить. Она указала на тебя. Я должен был за месяц уложить тебя в постель и сфоткать голой, как доказательство. Если за месяц этого сделать не удастся, то выигрывает она. Цена пари - пять тысяч. Я уже на следующий день, когда проспался, пытался отказаться, но Ульянова развела меня на слабо, и я подошел к тебе.
   - Все? - глухо спросила Марго.
   - Ну вы и... - Элька, стоявшая у окна, закончила свою фразу далеким от цензуры словом.
   - Это не все! - воскликнул Олег. - Мышка, я отдал ей деньги еще до окончания месяца и сказал, что признаю свой проигрыш и не собираюсь больше участвовать в этом дерьме. Я ушел, сказав ей спасибо за то, что подтолкнула меня к тебе. Ульянова взбесилась. Она орала, что я пожалею, и что ее я потерял окончательно.
   - Все это красиво, - усмехнулась Эля, - но Марго оказалась в сети.
   - Да я не знал, что в этой долбанной комнате есть балкон! Я выбрал дальнюю комнату, подпер дверь, чтобы никакой индивид не ввалился, но я не знал про балкон! - закричал Олег, вскакивая с кровати. - И я тем более не знал, что там эта сука со своей подругой курит! Я же уговаривал не спешить! Говорил, что пьянка не повод для того, чтобы немедленно прыгать в постель! Я...
   Он резко оборвал себя и замер, глядя в ставшие вдруг большими глаза Марго. Она несколько мгновений смотрела на него, не мигая, затем вскочила на ноги и бросилась к дверям.
   - Черт, - выругался парень. - Рита! Рита, я не к тому, что ты сама... Да твою мать, Мышка!
   Но она не слушала его. Марго бежала по коридору общежития, вновь заливаясь слезами. Она закрыла рот тыльной стороной ладони, чтобы удержать громкие рыдания. На кого-то налетела, но даже не заметила этого, как не услышала возмущенное высказывание в свой адрес. Девушка сбежала вниз по лестнице, выскочила на улицу и заметалась, пытаясь сообразить, что делать дальше.
   - Рита! - донесся до нее голос Олега. - Рита, подожди!
   - Отстань от меня-а-а! - взвыла Марго и побежала вперед.
   - Рита, я люблю тебя! - заорал ей вслед молодой человек. - Ритка!
   Маргарита очнулась только тогда, когда выскочила на мост. Здесь они с Олегом в первый раз поцеловались, не ко времени вспомнила девушка. Она обернулась, Олега позади не было. Рвано вздохнув, Марго подошла к тому месту, где парень обнял ее за плечи, прижимая спиной к своей груди, когда девушка ежилась от пронизывающего ветра, и поцеловал в макушку. Марго тогда от удивления и неожиданности даже перестала дышать, развернулась, чтобы взглянуть на Олега, и он поймал ее губы. Она потом ночь толком не спала, все проживая и проживая этот момент... Дура!
   - Какая же я наивная дура, - прошептала Марго и оперлась на перила, глядя на воду.
   - Мышонок, - девушка резко обернулась, Олег подходил к ней. - Не убегай. Мне жаль, что дебильный пьяный спор вылился в такую грязь. Я не хотел этого, вообще не хотел. Я верил, что все закончил еще несколько недель назад. Рита...
   Девушка вдруг поднялась по литому узору перил, перекинула ногу и оказалась на той стороне.
   - Если ты не уйдешь, я прыгну, - пообещала она. - Я не шучу.
   Олег сглотнул, бросил взгляд через перила и вытянул руки, медленно приближаясь:
   - Я все исправлю, Рит, все-все, честно, - говорил он, делая шажок за шажком. - Я люблю тебя, Ритка, чем хочешь, поклянусь. И Ульянову накажу, рты всем позакрываю, только перелезь обратно. Мышка, я виноват, я знаю. Прощение буду вымаливать, только иди сюда, пожалуйста.
   Марго замотала головой. Как верить тому, кто уже один раз использовал ее? Как верить тому, кто оценил ее жизнь в пять тысяч рублей? И Марго не поверила. Она развернулась лицом к реке и напряженно всмотрелась вниз.
   - Риточка, маленькая моя, - Олег был уже совсем близко. - Родная, любимая, смотри, я на коленях. Прости, Мышка. Наори, ударь, только выбирайся оттуда, пожалуйста.
   Голос его дрогнул, и Маргарита не выдержала, оборачиваясь назад. Движение вышло слишком порывистым, она оступилась, замахала руками, стараясь ухватиться за перила, но не успела и полетела вниз.
   Олег вскочил на ноги, бросился к перилам, перегнулся через них, и его рот изломился в беззвучном крике. Из-под моста показался катер, Марго ударилась головой о его борт и ушла под воду, а через мгновение вода окрасилась красным, когда тело девушки попало под винт, после всплыло на поверхность, покачиваясь на волнах, словно поплавок.
   - Ритка, - сдавленно прошептал молодой человек, тяжело оседая на асфальт. - Мышка...
  

Глава 3

Лида

  
   Тело слушалось плохо, неприятный холод сковывал члены. Мысли разбегались, не давая сообразить, что происходит, и почему так сильно пахнет плавящимся воском. Веки дрогнули, и карие глаза уставились в потолок, расписанный множеством обнаженных тел, переплетавшихся в страстных объятьях. Лида моргнула, а когда вновь открыла глаза, ей показалось, что нарисованные тела поменяли позиции.
   - Черт, - выругалась она.
   Кто-то издал бархатный смешок, от которого кожа женщины неожиданно покрылась мурашками. Она повернула голову и обнаружила, что лежит на широком ложе под бордовым балдахином. Комната, в которой стояло ложе, напоминала дворцовую опочивальню, только чувствовались в декоре и современные мотивы. И главным мотивом был мужчина, сидевший недалеко в кресле. Он был одет в современную белую рубашку, расстегнутую на несколько пуговиц, и Лидии была видна широкая мускулистая грудь. Костюмные брюки и дорогие ботинки. Да весь он был одет дорого, уж на это у женщины взгляд был наметан.
   Мужчина закинул ногу на ногу, сцепил на колене пальцы и ответил Лиде насмешливым взглядом черных, как угли, глаз. Хищное лицо мужчины хранило отпечаток властности, он весь словно дышал силой, и женщина рвано вздохнула. Как долго она искала именно такого... кобеля. Того, перед кем хотелось опустить глаза и покраснеть, как пятнадцатилетняя соплюшка.
   Тело Лиды неожиданно покрылось испариной, дыхание стало частым, и женщина с изумлением поняла, что завелась. Она хотела его! Не знала, кто он, не представляла, но хотела до зубовного скрежета. Взгляд карих глаз остановился на той части мужского тела, которую открыли расстегнутые пуговицы. Она облизала пересохшие губы и села, машинально опустив руку на свою грудь и чуть сжав ее. Мужчина улыбнулся, продолжая следить за ней. Он расцепил руки и поманил к себе Лиду, поманил пальцем, не произнеся ни слова, как какую-нибудь...
   Женщина подползла к краю ложа и встала пол, готовая выполнить не только молчаливую команду. Черт, она готова была подползти к нему на коленях уже за один только вот этот надменно-насмешливый взгляд! Мужчина поставил локоть на подлокотник, опустил голову, скрывая часть лица за пальцами, и Лида сделала к нему несколько шагов, но вдруг вспомнила, кто она, остановилась и тряхнула головой, отгоняя наваждение.
   - Где я? - хрипло спросила она.
   - Здесь, - ответил мужчина, делая короткий жест, указывающий на комнату.
   От звуков его голоса, голова вновь закружилась, и Лидия потратила больше времени, чтобы сосредоточиться на втором вопросе.
   - Кто вы?
   Мужчина опять улыбнулась, продемонстрировав небольшие клыки, и ответил:
   - Я.
   - Кто вы? Мне нужна конкретика. - Лида попыталась сопротивляться вожделению, становившимся уже невыносимым.
   - Мое имя слишком известно, чтобы называть его, - с достоинством ответил незнакомец и поднялся на ноги.
   Рост мужчины был грандиозен, но на пропорциях тела это никак не сказалось. Незнакомец был идеален! Его узкое аристократичное лицо с орлиным носом и волевым подбородком, широкие плечи, узкие бедра, рельефная мускулатура, угадывавшаяся даже через слой ткани, все было идеальным, великолепным, потрясающим. У Лиды закончились эпитеты, пронесшиеся в ее голове за одно мгновение.
   Мужчина сделал плавный шаг и вдруг оказался за спиной женщины. Горячие ладони легли ей на бедра, сильно сжав их длинными пальцами, увенчанными ногтями слишком длинными и острыми, чтобы это выглядело естественно.
   - Черт, - сипло произнесла Лида, и незнакомец рассмеялся.
   Он склонился, и его жаркое дыхание опалило нежную женскую кожу.
   - Это мелко, Лидочка, бери выше, - промурлыкал он.
   - Не понимаю, - дрожащим голоском ответила та, что привыкла других повергать в трепет, и вдруг вскрикнула, когда обнаружила, что стоит, опираясь руками на стол, до которого было не меньше десяти шагов, еще секунду назад.
   Юбка поползла вверх, и под тонкую насквозь промокшую ткань трусиков скользнули мужские пальцы, не оцарапав и не причинив дискомфорта когтями.
   - Черт! - снова вскрикнула женщина, когда ощутила, что пальцы незнакомца уже внутри нее.
   - Я же сказал, ты ошибаешься, - его полушепот вновь коснулся уха женщины, а через мгновение его сменил язык, исследовавший мочку уха. - Думай дальше.
   Думать? Лида зажмурилась, дрожа всем телом от движений пальцев незнакомца. А последующая волна небывалого оргазма и вовсе лишила женщину возможности даже дышать. Она закричала и упала грудью на стол, но незнакомец рывком поднял ее и усадил на столешницу. Глаза его горели странными красными огоньками, завораживая Лидию и маня приблизиться к его лицу, запустить пальцы в густую черную шевелюру и впиться в губы, испытав их властность.
   Незнакомец вновь ухмыльнулся, обхватил женщину за затылок и сам накрыл ее губы своими, проникая в рот языком, исследуя его, сплетая с ее языком, вырывая стон за стоном. Сжав ее волосы в кулак, мужчина резко отвел голову женщины в сторону. Она вскрикнула от неожиданности и боли. Губы незнакомца исказила жесткая улыбка, он облизнулся... раздвоившимся языком и шевельнул пальцем.
   Блузка Лидии расстегнулась, сама. Прозрачные чашечки лифчика скользнули вниз, обнажая ее налитые груди с торчавшими затвердевшими сосками. Мужчина толкнул Лиду назад и согнулся, лаская ее грудь, прикусывая соски острыми зубами и тут же слизывая выступившие капельки крови. Женщина выгнулась дугой и закричала, ощутив второй оргазм. А ведь он просто ласкал ее грудь!
   Распахнув глаза, Лида ошалело уставилась на незнакомца, обнажившего...
   - Гос... - вскрикнула женщина, глядя на такой же грандиозный член, как и его владелец. Ладонь мужчины тут же накрыла ей рот, не давая закончить поминание того, к кому все люди обращаются, ища защиты.
   Незнакомец укоризненно поцокал языком и погрозил ей пальцем.
   - Никаких святош в моем доме, - сказал он, проводя пальцами по губам Лиды.
   Она не удержалась и поймала один из пальцев губами, втягивая его в рот.
   - М-м-м, - негромко застонал мужчина. - Хорошая девочка.
   И вошел в истекающее соками лоно одним мощным движением бедер. Ощущение наполненности было чрезмерным. Лида испуганно пискнула, но вот незнакомец неспешно почти вышел из нее, сжал бедра женщины пальцами, впиваясь когтями в кожу, и снова резко вошел. Третий оргазм выгнул женское тело дугой. Она задыхалась, цепляясь пальцами за края стола, а ее мучитель продолжал свое скольжение внутри женщины.
   Сколько времени это длилось? Кажется, вечность. Сколько поз за это время сменили любовники, невозможно было вспомнить. Лида уже не кричала, она только хрипела, теряя последние силы под напором незнакомца. Когда она немного пришла в себя, то обнаружила, что вновь лежит на широченной кровати, а мужчина, нависший над ней на вытянутых руках, с ожесточенным рычанием вколачивает в нее свой огромный член. Он открыл глаза, в которых теперь пылал настоящий огонь, поймал мутный взгляд женщины, и в ее голове возникло воспоминание: крыша, Глеб, она на парапете издевается над шефом, толчок и полет с крыши двадцатиэтажного здания. Затем удар об асфальт... А следующим было слово, которое Лидия выкрикнула, впиваясь ногтями в грудь мужчины, в которую упиралась все это время.
   - Дьявол!
   - Да-а! - торжествующе прорычал незнакомец и закинул голову, наконец, финишируя. - Он самый, детка, - хрипло произнес... Дьявол и посмотрел на женщину с широкой улыбкой. Его глаза погасли, становясь вновь непроницаемо черными. - Добро пожаловать в мой мир, Лидия Ивановна.
   - Да к чему уж теперь официоз, - машинально усмехнулась Лида и опомнилась, осознавая, что она...
   - Да, ты умерла, - подтвердил ее мысли Дьявол и встал с ложа. - Но тебе повезло, ты умерла в канун Вальпургиевой ночи, и у меня есть к тебе деловое предложение.
   Повезло? Повезло?! Лида ошеломленно следила за мужчиной, натянувшим брюки и теперь деловито застегивающим рубашку. Она попыталась встать, но поняла, что не может шевельнуть, ни рукой, ни ногой. Сил не было даже на то, чтобы говорить нормальным голосом, с губ женщины срывался хрипящий шепот. Она сейчас напоминала себе осьминога, вытащенного на берег.
   Дьявол оглянулся на нее и ухмыльнулся:
   - Какой я молодец. Не маленький, не пулеметчик, и даже не трясусь, как эпилептик.
   Лидия онемела, понимая, что он повторяет все ее слова, сказанные Глебу. Но привыкнув не пасовать в ситуациях, ставивших в тупик, женщина усмехнулась и ответила:
   - Да уж, такой агрегат ни в одну помпу не влезет.
   - Благодарю, - Дьявол кивнул и щелкнул пятками уже надетых ботинок. - Мне есть, чем гордиться, - самодовольно закончил он и бросил на женщину короткий взгляд.
   Тело Лидии налилось силой, усталость схлынула, ноющая боль в мышцах отступила. Она села на кровати, удивленно оглядывая себя. Все это было странно, непонятно, жутковато... И мужчина все больше пугал...
   - Ну не разочаровывай меня, - поморщился Дьявол. - Ты же умная женщина. Сопоставь детали и поймешь, что все это правда. Ты договорилась и довела своего шефа, он столкнул тебя с крыши, и выжить после падения с такой высоты смертный не может. Но вот ты здесь, говоришь, двигаешься, трахаешься, - глумливо хмыкнул мужчина. - А я весь такой красивый, невероятный, идеальный, и в глазах у меня огонь Преисподней. Ты труп, я Дьявол, все просто. Так мы будем говорить по делу?
   Лида пожала плечами, затем мотнула головой и, наконец, кивнула. Дьявол изломил бровь, следя за ней. В его глазах вновь была насмешка. Он скрестил руки на широкой груди и застыл ожидая, когда Лида освоится с полученной информацией. Женщина поднялась с ложа и прошла к креслу, на котором недавно... давно? На котором сидел мужчина. Освоиться со знанием, что ты умерла, оказалось сложно. А поверить в то, что после смерти еще и... живешь, совсем невозможно. А потом вспомнился секс и огонь в глазах мужчины, и его рык. Человек на такое...
   - Да не человек я, не человек, - закатил глаза Дьявол. - Иди сюда, - поманил он Лиду к большому напольному зеркалу.
   Она послушно подошла и взглянула на отражение, но вместо себя и того, кто стоял за плечом, увидела темную улицу, освещенную фонарями, увидела людей, столпившихся вокруг кого-то. Дьявол шевельнул пальцем, и два человека отшатнулись, освобождая им обзор. Лида охнула и закрыла рот рукой, глядя на собственное тело, неестественно вывернутую шею, на изломанные конечности, на багровую лужу, расползшуюся вокруг нее.
   - Го...- выдохнула Лида, и ладонь Дьявола снова накрыла ей рот рукой.
   - Я же просил, - поморщился Хозяин Преисподней.
   - Прости... те, - ответила женщина и обернулась к нему. - Что за предложение?
   - А вот это уже деловой разговор, - осклабился Дьявол. - Узнаю мою любимицу!
   Он потер руки и галантно склонился, пропуская Лиду к столу, где появились какие-то бумаги. Дьявол уселся в кресле, закинув ногу на ногу, и сложил пальцы домиком. Теперь на нем был надет деловой костюм, затянут галстук, а на мизинце поблескивала печатка. Лида взглянула на нее и поняла - платина.
   - Итак, дорогая моя Лидия Ивановна, - начал Дьявол. - Я предлагаю вам сделку. Я даю вам второй шанс на жизнь и возвращаю вас в момент незадолго до того, как вас столкнули с крыши. Если вам хватит силы, вы можете продолжить свое бренное существование. Более того, я даю вам полный карт-бланш на месть вашим обидчикам. Делайте с ними, что хотите. И это еще не все! - воскликнул он тоном ведущего из телемагазина. - Как бонус, в честь Вальпургиевой ночи, я подарю вам новые возможности, о которых вы даже не мечтали! Заманчиво?
   - Что взамен? Душу? - спросила Лида.
   - Умничка моя, - довольно осклабился Дьявол. - Да, эту безделицу. По сути, она уже принадлежит мне, но я милостив, добр и щедр, потому готов предоставить вам взамен вашей души пакет услуг. Поверьте, вам они понравятся, - он подмигнул и подался вперед. - Что скажете?
   Лидия уставилась на свои коленки, которые обтягивали вновь целые чулки, пригладила юбку и подняла взгляд на Дьявола.
   - Что будет, если я нарушу условия договора? Какова неустойка?
   - Вы вернетесь ко мне. Навсегда. Моя любимица вернется в мои любящие нежные объятья.
   Лида прерывисто вздохнула и невольно взглянула на ложе.
   - Да-да, и это тоже возможно, - с готовностью кивнул Искуситель.
   - Значит, могу мстить? - глаза Лидии хищно сверкнули.
   - Развлекайся на здоровье, детка, - махнул рукой Дьявол. - Любой каприз за бессмертную душу. Мне не жалко.
   - И пакет услуг? - усмехнулась она, откидываясь на спинку кресла.
   - Полный пакет, - осклабился Сатана. - Доверху, по самую маковку. Ты будешь в восторге.
   - Я согласна. - Лидия Ивановна подтянула к себе документ, прочитав вслух. - Договор на душу. Стороны именуются: Грешник, Повелитель, в дальнейшем - Г и П.
   Дьявол довольно кивнул и снова застыл, ожидая, пока женщина прочтет договор.
   - Где подписать? - спросила Лида, ища взглядом ручку.
   - Дорогая, это же договор с Дьяволом, - Повелитель укоризненно покачал головой. - Кровь и только кровь.
   Он ухватил женщину за руку, уколол подушечку ее пальца когтем и прижал к договору, напротив ее имени. После оцарапал себя, оставил кровавый отпечаток, и договор вспыхнул синим пламенем.
   - Договор вступил в законную силу, - торжественно провозгласил Дьявол. - Ты свободна, дитя мое. - И он утер несуществующую слезу...
   - Ты не сделаешь это, - глухо произнес шеф и окончательно рванул узел галстука.
   - С чего бы? - удивилась Лида. - Я уничтожу тебя, Епифанов, размажу, как дерьмо по тарелке. Не стоило меня опрокидывать. Кстати, у меня же есть наши фотки, а отправлю-ка я их твоей жене, пусть полюбуется, чем занят ее муженек во время важных командировок.
   Мужчина вдруг оскалился. Глаза его сверкнули яростью, руки взметнулись вверх. Лидия Ивановна отпрыгнула в сторону и тут же спустилась на крышу, глядя на шефа округлившимися глазами.
   - Ты хотел меня убить?! - неверяще воскликнула она. - Ты хотел меня убить, ублюдок!
   Епифанов ошалело посмотрел на свои руки, понимая, что только что чуть не столкнул Лидию с крыши. Она шагнула к нему и ударила его в грудь. Удар вышел настолько сильным, что шефа отнесло к стене, он ударился спиной и сполз вниз. Лида метнулась к нему, ярость была так велика, что ей показалось, что по ее венам течет не кровь, а жидкий огонь.
   - Ублюдок! - повторила она, поднимая ногу и метя каблуком в глаз генерального.
   - Как это скучно, детка, - коснулся ее слуха знакомый бархатный голос.
   Лида резко обернулась, огляделась, но никого не увидела. Однако этого хватило, чтобы очнуться, взять себя в руки и окинуть шефа хищным взглядом.
   - Держись, Епифанов, мало тебе не покажется, - произнесла она, отдернула пиджак и покинула крышу.
  

Вероника

   Теплый ветерок ворошил волосы, рассыпавшиеся по зеленой траве. Аромат ночных цветов наполнял воздух, окутывая душу покоем и благостью. Ника открыла глаза и взглянула на черное ночное небо, усыпанное кристально-чистыми звездами. Она нахмурилась и потерла лоб, о чем-то мучительно вспоминая. Затем села и огляделась. Ночной луг был прекрасен, но... что-то было не так. Вся эта пастораль была неправильной. Почему? Потому что еще не время, подсказал разум. Сегодня тридцатое апреля, может, уже первое мая, но никак не лето, окружавшее женщину.
   Вероника поднялась на ноги и поежилась. Несмотря на теплый ветерок, ее тело казалось окоченевшим. Леденящий холод просачивался, казалось, в каждую пору, бежал по венам вместо крови, замораживая суставы и нервные окончания. Чувствовать было сложно, и подобное состояние тоже казалось неестественным. Ника, как любой человек, знала, что значит мерзнуть. А сейчас женщине казалось, что она коченеет, причем, не в переносном смысле этого слова.
   Вероника сделала один тяжелый шаг, затем второй и закричала:
   - Есть, кто живой?!
   - Нет-нет-нет, - ответило странное эхо.
   - Люди!
   - Кто? Кто? Кто? - вопрошало эхо.
   - Что за шутки?! - за злостью женщина попыталась спрятать страх.
   - Шутки-утки-минутки, - издевательски протянуло эхо.
   - Хватит, ты ее пугаешь, - произнес глубокий бархатистый мужской голос.
   - Ладно-ладно, - заворчало эхо и замолчало.
   Ника порывисто обернулась, отыскивая обладателя приятного голоса. Он нашелся на другой стороне луга. Высокий мужчина, идеального телосложения, стоял, опираясь плечом о ствол дерева. Руки его были скрещены на груди, и даже на расстоянии Вероника ощутила его пристальный взгляд. Мужчина наблюдал за ней. Но вот он отлепился от своего места и сделал плавный, даже тягучий шаг к женщине. Порыв ветра встрепал рыжеватые волосы, похожие на язычки темного пламени. Это придало незнакомцу странную привлекательность, от чего у Ники вдруг участилось дыхание.
   И чем ближе он подходил, тем ярче чувствовались его невероятная сексуальность и сила, которой, казалось, дышало каждое движение мужчины. Лицо его было бледноватым, и в голове Ники всплыло словосочетание "благородная бледность". О, да, он был породист, это женщина уловила сразу. Тонкий аромат аристократизма окутывал незнакомца, как плащ благородного рыцаря. Ника не могла отвести от мужчины восхищенного взгляда, жадно следя за его приближением. "Идеален", - мелькнуло в голове женщины.
   Незнакомец остановился напротив Вероники, его стального цвета глаза с участием взглянули на продрогшую женщину, и он скинул с плеч пиджак, заботливо укутав в него Нику. Пиджак показался едва ли не горячим, но это разогнало противный ледяной холод в теле, и женщина расслабилась, облегченно вздохнув. Она снова взглянула на мужчину и смущенно потупилась. Он был великолепен, словно вылеплен из тайных фантазий Вероники, ее идеальный мужчина, от макушки до кончиков лакированных ботинок. И глаза... Не серые, настоящая сталь. Казалось, если мужчина придет в ярость, он сможет резать одним взглядом. Женщина судорожно вздохнула и попыталась собрать мысли воедино.
   - Здравствуйте, - произнесла она дрогнувшим голосом.
   Вместо ответа незнакомец взял Нику за руку и поднес ее к губам, поцеловал и задержал взгляд на женщине, глядя ей в глаза. Вероника не выдержала его взгляд и опустила глаза.
   - Меня зовут Вероника, - пролепетала она, не зная, что сказать.
   - Я знаю, очаровательнейшая, - ответил мужчина. - Хотите узнать мое имя?
   Она кивнула, так и не подняв на него взгляда.
   - А какое бы вы дали мне имя? - спросил он с улыбкой.
   Ника вскинула голову, скользнула взглядом по лицу незнакомца и пожала плечами. Ей казалось, что ему не подходит никакое имя, словно приземляя мужчину одним только своим звучанием. Должно быть что-то необычное. Артур, Арнольд...
   - А что вы думаете насчет - Искуситель? - в голосе мужчины появилась насмешка.
   Вероника несмело улыбнулась. Искуситель - было в точку, она готова была поддаться искушению и... Ладони незнакомца легли ей на спину, привлекая женщину к твердому мужскому телу. Голова его склонилась, лицо оказалось близко-близко, и губы мужчины легко коснулись губ Ники, вырвав из ее груди рваный вздох. Затем отстранился и снова заглянул в глаза женщины.
   - Кто вы? - прошептала она.
   - Я твое спасение, Ника, - улыбнулся Искуситель.
   Он снова склонился к лицу Вероники, но она вдруг уперлась ладонями ему в грудь, ощущая размеренные удары его сердца, опустила голову и пролепетала, то, о чем неожиданно вспомнила.
   - Я не могу, я замужем.
   Мужчина тут же отстранился, даже отступил на шаг назад, и Ника закусила губу, ругая себя за желание самой вернуть его близость. Тяга была невероятна. Никогда в жизни она еще так откровенно и страстно не хотела, как этого незнакомца с подходящим ему прозвищем Искуситель. Но у нее уже был Игорёша и поддаться своим желаниям, значит, предать, а она, Ника, не такая. Она верная и любящая жена. И ее жизнь...
   - Она закончилась, дорогая, - прервал мысли женщины Искуситель.
   - Что? - Вероника подняла голову и изумленно посмотрела на мужчину. - Что закончено?
   - Все, - коротко ответил он, и улыбка его оказалась наполненной сочувствием. - Любовь, вера в преданность, жизнь... Ничего этого больше нет, Ника. Тебя больше нет.
   - Не понимаю, - снова перешла на шепот женщина.
   Мужчина вдруг оказался за ее спиной, словно материализовался из воздуха, и его горячие ладони легли на плечи Веронике, огладили их, чуть сжали и поднялись к голове, заключая ее в жаркие тиски. Женщина охнула, пытаясь убрать его ладони, до того нестерпимо заломило в висках.
   - Сейчас все пройдет, - негромко произнес Искуситель. - Вспоминай.
   Перед внутренним взором Ники промчался ее последний день. Картинки мелькали перед глазами с такой скоростью, что она едва успевала рассматривать их. Вот она видит машину мужа, подъезжающую к клинике, вот стоит на парковке, переживая за Игоря. А вот уже он целует беременную девушку. Истерика, пьянка у Зойки, нелепое объяснение с мужем, чьи доводы Ника, так и не смогла не понять, не принять. Следом она увидела себя в машине, отсвет мигающих фар спорткара Игоря, встречная полоса, стремительно вырастающий перед ней "Камаз", удар и мгновенная ослепляющая боль... дальше темнота.
   - Что это?! - взвизгнула Вероника, резко оборачиваясь к отступившему мужчине. - Что это было?
   - Твоя смерть, дорогая, - печально ответил он. - Ты умерла. Умерла потому, что твой муж предал тебя. Тебя нет, а он есть. И его беременная любовница есть. И их ребенок тоже. Только тебя больше нет, и не будет. И что ты на это скажешь, Ника?
   То, что этого не может быть! Вот, что она готова была сказать. Она не могла умереть, только не она! За что? Почему? Да и не могут мертвецы разговаривать, ходить, дышать... таять под взглядом стальных глаз. Она живая! ЖИВАЯ!!! Ника отвернулась от своего собеседника, сжимая кулаки и глотая беззвучные слезы. Вот и еще доказательство - мертвецы не плачут!
   - Но плачут души, покинувшие тело, - мягко произнес Искуситель и снова оказался за спиной Ники.
   Его ладони снова легли на плечи женщины, рывком разворачивая ее лицом к мужчине.
   - Смотри мне в глаза, - велел он.
   Вероника застыла, зачарованно глядя в глаза стального цвета, в глубине которых полыхнул огонь, вдруг сменяясь на видение ночной дороги, освещенной фонарями. Машины объезжали огороженное место, их водители с любопытством и содроганием смотрели на смятый в лепешку белый автомобиль, который резали спасатели. Только каждому было понятно, что спасать там уже некого. Недалеко мигал аварийкой "Камаз", его водитель что-то говорил сержанту ДПС, то махая руками, то хватаясь за голову. А на поребрике, у края дороги, сидел Игорь. Он поставил локти на согнутые колени, опустил голову на руки, вцепившись пальцами в волосы, и раскачивался из стороны в сторону. Его спорткар стоял недалеко от него, так же моргая аварийкой.
   - Он переживает, - всхлипнула Ника.
   Картинка вдруг сменилась. Игорь шел по улице, держа за руку мальчика совсем не похожего на него, но явную копию своей матери, семенившей позади.
   - Он приведет ее в ваш дом, - послышался голос Искусителя. - Не сразу. Поначалу, - перед Никой появился заросший щетиной Игорь, неопрятный и пьяный. - А потом боль утраты пройдет. - Теперь Ника видела квартиру, в которой ничего не напоминало о ней, словно ее никогда не было в жизни мужа. Зато на его письменном столе стояло фото, где он держал на руках сына, а рядом улыбалась его новая жена. - Это еще не все. Эта женщина совсем не подходит для светской жизни. Он не будет таскать ее за собой. Для мероприятий у него появится... - Вероника смотрела на мужа, обнимавшего высокую красивую женщину, напоминавшую модель из глянцевого журнала. Рука Игоря покоилась на ее талии. Но вот он, улыбаясь собеседнику, слегка опускает ладонь, и она замирает на ягодице женщины. Ника помнила этот жест. Сколько раз она испытывала смесь из смущения и шального веселья, охватывавшей ее от подобных выходок мужа.
   Искуситель отстранился, и вновь в его взгляде плескалось сочувствие. Но Вероника сейчас не видела этого. Она кусала губы, осваиваясь с тем, что сейчас увидела. Она умерла из-за него! Из-за его предательства! Если бы муж был честен, она бы не напилась, не поругалась и не пыталась сбежать, забыв всякий страх и осторожность. Он убил ее, ОН! И теперь Ника, молодая, полная сил женщина, которая могла рожать детей, совершить что-нибудь нужное и хорошее, сгниет в земле, а он будет жить! Он приведет в их дом свою любовницу, выкинув память о Нике, как ненужный хлам. Будет лапать за задницу светских шлюх, получать удовольствия от жизни, а Вероники не будет! Совсем!!!
   - Это несправедливо! - выкрикнула женщина, вытирая брызнувшие из глаз слез. - Так не должно быть! Почему Бог такое допускает?!
   Едва заметная улыбка скользнула по губам Искусителя, но Ника ее не видела. Она закрыла лицо руками и зарыдала в голос. Мужчина шагнул к ней, обнял и прижал к своей груди, шепча слова утешения.
   - Он предал, а я умерла, - всхлипывала женщина. - Так не должно быть!
   - Еще и имя для вашего сына украл, - вздохнул Искуситель. - Он позволил ей забеременеть, а ты так хотела ребенка, вашего с ним ребенка. Ты так хотела жить счастливо и долго...
   - Будь он проклят! Проклят! - вскрикнула Ника и подняла голову, заглядывая в глаза цвета холодной стали. - Я ведь хранила ему верность. Я же никого не видела, кроме него, - прошептала она, глядя, как лицо мужчины становится все ближе.
   - Ты заслуживаешь лучшего, - так же шепотом произнес ей Искуситель, - ты заслуживаешь жизни.
   - Да, - едва слышно ответила женщина, но уже, скорей, на желание, написанное в глазах мужчины. Теперь она больше не чувствовала себя обязанной хранить верность Игорю. Он вообще ее не заслуживал.
   - Да, - выдохнул Искуситель и захватил ее губы в сладкий плен.
   Он был нежен и страстен, он ласкал и сжигал в огне своих желаний. Никогда еще Ника не испытывала ничего подобного. Игорь, которого женщина всегда считала превосходным любовником, сейчас казался ей щенком перед мастером. Впрочем, какой Игорь? Кто это? И как вообще можно было вспомнить о нем? С каждой лаской Искусителя, с каждым движением его бедер, образ горячо любимого мужа мерк, удаляясь все дальше от сознания и сердца Вероники. Она потеряла счет времени, задыхаясь в объятьях своего идеального мужчины. С жадностью ловила его стоны, вторя ему, отдавала всю себя и забирала то, что дарил ей Искуситель. Тягучая всепоглощающая страсть отравляла кровь, въедалась в кости, подчиняла плоть.
   - Кто ты? - вскрикнула она, взрываясь от очередного оргазма. - Кто ты такой?
   - Я тот, кому ты даришь себя, - ответил он, вновь и вновь вторгаясь в нее.
   - Да-да! - металась Вероника. - Я твоя, всецело!
   - Назови меня - Повелитель, - в глазах цвета стали полыхал настоящий огонь Преисподней.
   - Повелитель, - прохрипела женщина, теряя последние силы. - Мой Повелитель.
   - Да-а-а, - рассмеялся Искуситель, изливаясь в нее. - Ты моя! Моя!
   Когда Вероника пришла в себя, то обнаружила, что ее идеальный любовник лежит на траве рядом с ней, подперев голову рукой. На губах мужчины играла теплая ласковая улыбка, глаза вновь застыла сталь. Рыжеватая прядка упала ему на лицо, и Ника протянула руку, убирая ее. Искуситель легко рассмеялся и склонился к ней, целуя в губы. В голове женщины вдруг сверкнула догадка, подсказывая, что рядом с ней...
   - Дьявол, - хрипло прошептала она.
   - Да, дорогая, - с улыбкой ответил мужчина. - Искуситель, Повелитель, Дьявол. Тот, кто готов на многое для тебя. Гораздо большее, чем твой муж. Я хочу отблагодарить тебя за эту чудесную ночь. Мне было сладко с тобой, страстная моя. Я подарю тебе жизнь. Ты ведь хочешь жить?
   Вероника кивнула и снова замерла, слушая его.
   - Я верну тебя в тот момент, когда ты умерла. И если тебе хватит силы и решимости, то ты увернешься от "Камаза" и сможешь покарать виноватых. Я помогу тебе и в этом. Ты же хочешь возмездия?
   Ника вспомнила фото на рабочем столе своего мужа и снова кивнула.
   - Мой дар будет велик, нежная моя, - Дьявол вновь склонился к лицу женщины, но губ не коснулся. - Ты сможешь гораздо больше того, что могут остальные смертные. Ты ведь всегда хотела быть не такой, как все?
   - Да, - почти всхлипнула Вероника, тая от его близости.
   - Скажи: "Да, Повелитель", - дыхание Искусителя касалось ее губ, отнимая все здравые мысли.
   - Да, Повелитель, - простонала Ника, и их губы, наконец, встретились.
   - Ты сделаешь мне ответный подарок, дорогая? - спросил ее Дьявол, отстраняясь.
   - Все, что захочешь, - ответила женщина, следя за его пальцем, рисовавшим узоры на ее животе.
   - Твою бессмертную душу, - произнес Повелитель, и его ладонь накрыла обнаженную женскую грудь. - Отдашь?
   - Да-а, - простонала Ника, выгибаясь от его прикосновений.
   Под локтем женщины что-то зашуршало. Она скосила глаза и обнаружила лист бумаги, где увидела текст договора. Дьявол поцеловал ладонь Вероники, уколол когтем палец и приложил подушечкой напротив ее имени. После чего слизнул красную каплю с пальца, вызвав этим очередную волну мурашек, после оцарапал себя, оставил отпечаток, и договор полыхнул синем пламенем.
   - Сделка заключена, - произнес он, довольно улыбаясь. - Ты свободна, Ника.
   - А вы...
   - Еще увидимся, дорогая, - подмигнул ей Дьявол, и Ника очнулась за рулем своего автомобиля.
   - Мама! - взвизгнула она, выворачивая руль до отказа.
   "Тойота" метнулась к тротуару, вылетела на него и остановилась, уткнувшись носом в афишную тумбу. Послышался отчаянный свист тормозов, рев клаксона, и к поребрику подлетел спорткар. Дверца открылась и к "Тойоте" рванул Игорь. Он распахнул водительскую дверцу автомобиля жены, трясущимися руками отстегнул ремень безопасности и вытащил бессознательную жену.
   - Ника, Никочка, - позвал он, похлопывая ее по щекам. - Ника...
   Она открыла глаза, бессмысленным взглядом посмотрела на мужа и снова отключилась. К ним бежал водитель "Камаза", подходили еще люди, кто-то вызвал "скорую". Игорь кивнул, продолжая поглаживать Веронику по щеке.
   - Глупышка моя, - прошептал он. - Непослушная. Смотри, что ты чуть не наделала. Теперь все будет хорошо.
   Бархатистый смешок не услышал никто из людей, окруживших бессознательную женщину и ее мужа.
  

Маргарита

   Мягкое покачивание напоминало почему-то колыбель. Было уютно и спокойно. Хотелось свернуться калачиком под теплым одеялом и слушать голос мамы, напевавшей детские песенки, как она это делала, когда Марго была еще совсем маленькой. Только одеяла не было, как не было рядом мамы. Зато был холод, неприятный, леденящий, от которого деревенели суставы и стыла кровь в жилах, превращаясь в густой кисель.
   Девушка обхватила плечи руками и открыла глаза. Вокруг нее была ночь, лишь огоньки, светившие вокруг, подсказали Марго, что она находится на яхте. На такой же большой и шикарной, какую однажды долго рассматривала в журнале Эльки и думала, что ей никогда не светит прокатиться на такой красоте. Но вот Марго на яхте своей мечты, но как попала сюда, она не могла вспомнить, как не старалась. Девушка огляделась. Шезлонг, в котором она лежала, стоял одиноко на палубе, никто не прошел мимо, даже голосов не было слышно. В какой-то момент Рите показалось, что кроме нее тут вообще никого больше нет.
   - Здесь есть кто-нибудь? - осторожно позвала Маргарита.
   Тут же послышались шаги, и к ней подошел парень примерно одного с ней возраста. Блондин с выразительными синими глазами. Даже в свете фонариков было видно, что он смуглый от загара. На парне была надета белая футболка, обтягивавшая его мускулистый торс. Белые брюки прятали стройные ноги, почему-то Марго была уверена в том, что у этого парня нет изъянов. Даже светлые ресницы и брови не делали его безликим. Молодой человек был невероятно красив, а улыбка, игравшая на чуть пухлых губах, делала его каким-то... светлым что ли. Взгляд синих глаз окутывал теплом, и холод вдруг отступил, позволяя Марго расслабиться и лучше разглядеть незнакомца, как и осмыслить происходящее.
   Девушку не оставляла мысль, что она его знает, видела где-то, и парень произвел на нее сильное впечатление. Она потерла переносицу, еще раз всмотрелась в улыбающееся лицо, и догадка озарила ее. Да! Он тоже был на той яхте в журнале. Марго и яхту-то запомнила больше из-за молодого человека. Девушка тогда еще подумала, что в жизни такого не встретишь, и на нее он никогда не взглянет. Но вот она яхте, а ее идеальный мужчина сидит напротив и улыбается так, словно рад их встрече. Только как эта встреча произошла, и, главное, когда? Что вообще с ней произошло?!
   Парень протянул ей бокал с пузырящимся шампанским, и девушка только сейчас заметила, что он все это время держал его в руках. Машинально протянув руку, Маргарита взяла бокал, и незнакомец отсалютовал ей вторым бокалом.
   - За встречу, прекрасная незнакомка, - произнес он проникновенным бархатистым голосом, от которого по спине девушки пробежали мурашки. - Я рад, что мы увиделись.
   Марго сделала глоток прохладного напитка и даже прикрыла глаза от ощущения, что пузырьки бегут по крови, зажигая искрящееся веселье, мгновенно охватывающее ее. Девушка негромко рассмеялась. Ей вдруг показалось забавным, что ее мечта воплотилась в реальность. И эта яхта, и этот парень, и она среди всего этого. Было неважно, куда направляется небольшое судно, просто вдруг стало хорошо, и все терзавшие только что вопросы покинули сознание Маргариты.
   Молодой человек рассмеялся в ответ, его глаза сияли отсветом фонариков и звезд, смотревших на пару, расположившуюся на палубе. Парень протянул руку, слегка надавливая на донышко бокала и вынуждая Марго сделать еще один глоток. Она послушно сделала его, а когда опустила бокал, лицо хозяина яхты оказалось близко-близко, и он прошептал:
   - Ты чудо.
   Поцелуй вышел коротким и даже неловким, но голова от него закружилась даже больше, чем от шампанского. И когда парень отодвинулся от девушки, продолжая улыбаться, она смотрела на обладателя невероятных глаз слегка ошалело, но восторженно. Он поднес бокал к своим губам и сделал очередной глоток, не спуская взгляда с Маргариты. Она смущенно потупилась и поспешила спрятаться за своим шампанским, тоже делая небольшой глоток. Затем опустила бокал и решилась взглянуть на молодого человека. На его лице сияла озорная улыбка, и Марго снова рассмеялась. Ей было хорошо и уютно с этим парнем. Ощущение его силы было настолько ощутимым, что она, наверное, в первый раз в жизни почувствовала себя по-настоящему защищенной.
   - Как тебя зовут? - спросила девушка.
   - Можешь называть меня Ник, - ответил он.
   - Николай? - немного удивилась Марго. Просто у мужчины ее мечты не могло быть такого простого имени.
   Парень рассмеялся, отрицательно мотнул головой, но тут же кивнул и ответил:
   - Можешь называть меня и так.
   - Но это не твое имя, - уверенно произнесла девушка.
   - Не мое, - сказал Ник. - Но меня так тоже называют.
   - Хорошо, пусть будет - Ник, - не стала спорить Марго. - А меня зовут...
   - Рита, - прервал ее новый знакомый. - Я знаю.
   - Несправедливо, - девушка состроила обиженную гримаску, - ты меня знаешь, а я тебя нет.
   Он опять рассмеялся, и Марго все с тем же восторгом слушала переливы его смеха, ласкавшего слух.
   - Ты меня знаешь, - наконец ответил Ник. - Ты это скоро поймешь.
   - А как я здесь оказалась? - Маргарита обвела взглядом пространство вокруг себя.
   - Я позвал, ты появилась, - фраза звучала загадочно, даже сказочно, и девушку осенило:
   - Так это сон!
   - Это самый глубокий сон, - подмигнул Ник. - Но я могу помочь тебе проснуться.
   Марго толком не понимала, что он хочет сказать, но сейчас это было и не важно. Ей нравилось слушать его голос, чувствовать небольшую качку, ощущать приятный ветер, ласкающий разгоряченные щеки и смотреть на отсвет звезд в синих глазах напротив. А еще нравилось, как шампанское пощипывает язык и зажигает кровь. Маргарите еще никогда в жизни не было так хорошо и спокойно. И глядя на озорную мальчишескую улыбку Ника, она решилась прошептать:
   - Ты не мог бы...
   - Конечно, - кивнул он, отставил бокал и обнял девушку.
   Марго не сводила взгляда с синих глаз, оказавшись так близко, что она увидела в них свое отражение, и неожиданно девушке понравилось, как она выглядит. А в следующее мгновение стало не до отражения. Губы Ника коснулись ее губ, легко, почти невесомо, но постепенно становясь все более настойчивыми. Он целовал Маргариту так... сладко, что она начала терять связь с реальностью. Впрочем, разве сон можно назвать реальностью? А потом ей подумалось, что от счастья, вдруг переполнившего сердечко девушки, можно взлететь.
   - Если ты очень хочешь, то это возможно, - шепнул ей Ник.
   - Хочу, - ответила Маргарита, не открывая глаз, и услышала легкий шорох.
   А затем она почувствовала, как сильные руки подхватывают ее, рывок и...
   - О, Гос...
   Новый поцелуй заткнул ей рот, не дав договорить. Они летели! За спиной Ника Марго увидела крылья, больше напоминавшие крылья летучей мыши, только очень большие, а девушке казалось, что крылья у него должны быть белоснежными, как у ангела. Но и эта мысль ускользнула от нее, оставив лишь ощущение кружения в воздухе и нового сводящего с ума поцелуя.
   - Это так прекрасно, - восторженно вздохнула девушка, чувствуя руки, удерживающие ее, жар тела, к которому была прижата и все те же восхитительные глаза, в которых она отражалась, как в зеркале.
   - Ты прекрасна, - улыбнулся Ник.
   Марго взглянула вниз и вдруг вскрикнула. Ей показалось, что яхта, оставшаяся далеко внизу, плывет по морю огня. Это показалось нелепо и страшно. Она снова вскинула голову, и увидела такой же огонь в недавно синих глазах. Сильно-сильно зажмурившись, Маргарита тряхнула головой, открыла глаза и увидела, что они сидят на том же шезлонге на палубе яхты, глаза Ника по-прежнему синие, а о борта яхты плещется вода. Никакого огня, никаких крыльев и никакого полета. Неужели задремала? Во сне?!
   Мысль показалась Марго настолько несуразной, что девушка зашлась в хохоте. Ник не смеялся, но смотрел на нее с улыбкой. Он встал, подал руку Маргарите, и та безбоязненно вложила пальцы в его ладонь. Ник осторожно их сжал и повел девушку на нос яхты. Здесь остановился, встал сзади, обнимая и бережно прижимая к своей груди. Руки парня оплели Марго, и она накрыла их своими ладонями, откинув голову ему на грудь.
   Волны стали сильней, яхта задрала нос, взлетая на очередной гребень, резко пошла вниз и... СМС на телефоне, ссылка в письме, ролик с унизительным названием и она в нем в главной роли. Истерика, Орлов, Олег, побег, мост, падение... Маргарита закричала, и хватка рук Ника стала сильней, давая необходимую сейчас опору, его шепот, дарующий возможность осознать, пережить и увидеть, как измочаленное винтом женское тело достают из воды. Увидеть, как заходится в крике Олег, пытается прорваться, но его не пускают, никого не пускают, кроме полиции.
   - Я умерла, - прошептала Рита. - Я ведь умерла, да?
   Она развернулась в кольце надежных рук и увидела печаль в синих глазах. Ник кивнул и снова развернул ее, показывая Ульянову, которая сидит в клубе, зажигательно танцует, летит на самолете, лежит на солнце, пьет коктейли, занимается любовью, выходит замуж... Ее жизнь продолжается. Та, что положила начало к концу жизни Маргариты, живет и радуется каждому дню. Она не мучается угрызениями совести, потому что не считает себя виноватой.
   - Но Олег! - воскликнула Марго, снова выворачиваясь к Нику.
   - Он продал тебя, еще даже толком не зная. Они играли твоей жизнью, словно ты бездушная кукла, словно мусор, - ответил он. - Им было плевать на твои чувства, на твою честь, на то, что будет с тобой после.
   - Олег отказался от спора...
   - Приходя к тебе, он знал, что тебя ждет. Как палач шел к приговоренному, ожидая момента. Он собирался тебя сфотографировать и показать, потому что спор дороже какой-то серой мышки - Маргариты Захаровой. Он даже сейчас зовет тебя Мышкой.
   Марго закусила губу, признавая справедливость слов Ника. Слезы побежали по щекам девушки, и молодой человек развернул ее к себе лицом, обнимая, зарываясь пальцами в волосы и собирая слезы губами. Затем прижал голову Риты к своей груди.
   - Они все будут жить, а твое изуродованное тело, так и не узнавшее, что такое счастье, что значит быть нужной любимой, так и не ставшей женой и матерью, будет лежать в земле. Ульянова будет греть бока на солнце, а тебя сожрут черви, - ожесточенно говорил Ник. - Разве это правильно? Разве справедливо, что твоя жизнь стала разменной монетой в споре двух уродов? Разве можно оправдать того, кто сначала согласился уничтожить тебя, а потом признался в любви? Какова цена этой любви? Пять тысяч? Какая мерзость.
   Марго разрыдалась в голос, и Ник обнял ее лицо ладонями, вынуждая посмотреть на него.
   - Ты достойна того, чтобы жить. Ты достойна стать любимой. По-настоящему, а не за пять тысяч. Ты ведь хочешь жить?
   - Да, - выдохнула Маргарита, вдруг осознав, какой глупостью были ее мысли о смерти. Нет! Она хотела жить. Пусть той же неприметной жизнью, но жить! ЖИТЬ! - Я хочу жить, но разве возможно...
   - Я подарю тебе жизнь, малышка. Только найди в себе силы изменить момент, когда ты сорвалась вниз. Удержись, и ты будешь жить! - глаза Ника сияли. - Ты снова будешь дышать, чувствовать боль, смеяться, голодать и насыщаться. Ты будешь жить! Хочешь?
   - Хочу! - воскликнула Рита. - Я очень хочу!
   - А эти мерзавцы, которые сотворили с тобой это, разве их можно оставить безнаказанными? Хочешь увидеть, как Ульянова и ее дружок будут наказаны? - снова спросил он, поглаживая щеки Марго большими пальцами. И эти прикосновение, его взгляд - все давало силу и уверенность.
   Маргарита вспомнила, как хороша Нелли была в своем свадебном платье, как сияли счастьем ее глаза, потом подумала о том, что обошлась Олегу в пять тысяч рублей и поджала губы.
   - Да, - уверенно произнесла она. - Я хочу, чтобы они были наказаны. Я хочу это видеть.
   - Ты увидишь! - воскликнул парень. - Ты сама все можешь сделать, а я помогу тебе. Мы будем вместе смотреть, как они корчатся в муках. Если родители не научили их любить и уважать чужую жизнь, как свою, то этому их научим мы. Ты и я, рука об руку, веришь?
   - Ник, - прошептала Рита, подаваясь к нему, и губы парня снова дарили ей невероятную нежность и уверенность в том, что теперь она не одна. Что он будет стоять за ее плечом, потому что Ник - это... - Дьявол.
   - Да, малышка. Враг человечества, который заботится о тех, кому нужна помощь. Тот, кто не говорит - жди и все получишь... потом, после смерти, а тот, кто дает тогда, когда это требуется. Я тот, кто поможет исправить несправедливость. Тот, для кого ты имеешь ценность. ОН позволил невинной душе умереть, Я верну тебе то, чего тебя лишили.
   - Но душа... Ты заберешь мою душу? - испуганно спросила девушка.
   Дьявол Ник рассмеялся.
   - Носи ее на здоровье. Живи долго и счастливо, а я подожду. Да, я возьму твою душу, но лишь после смерти. У меня так много душ, что в твоей нет сиюминутной необходимости. Живи, Рита, живи! Живи и радуйся.
   - Мне будет больно? - шепотом спросила Марго. - Потом, когда я умру?
   - Ты же не обычный грешник, - улыбнулся Ник. - Нет, тебя будет ждать совсем иное. Я позабочусь о тебе и после.
   - Но библия...
   - Ложь и лицемерие, - поморщился Дьявол. - Они называют меня врагом, но разве враг тот, кто приходит на помощь в нужную минуту? Разве враг протянет руку, чтобы поддержать? А друг? Разве друг предложит подставить другую щеку? И пусть тебя лупят, а он постоит и посмотрит, чтобы потом погладить по головке, поцеловать в лоб и сказать, ты не зря страдал. Но если ты оступишься, то от тебя все равно отвернутся. Так делает друг? О, нет, малышка, я никогда не отвернусь. Если я принял тебя в свои объятья, то буду вечно заботиться о тебе. Ты моя!
   - Твоя, - прошептала Рита.
   - Ты веришь мне? - Ник улыбнулся немного грустно, потому что девушка промолчала. - Выбор остается всегда. Я отпущу тебя в Чистилище, где ты дождешься суда. О тебе забудут на земле, тело сгниет, Олег найдет другую любовь, Ульянова будет купаться в радостях жизни. Только мать не забудет. Она будет приходить на твою могилу и плакать, потому что тебя больше нет. Ее старость наступит в одиночестве, ни дочери, ни внуков. Зато будут дети у тех, кто довел тебя до могилы. Их родители будут смеяться, а твоя мать плакать. Но ты простишь их, должна простить, иначе твоя дорога все равно ляжет в мое царство, и я буду вынужден сделать то, что должен сделать с самоубийцей. Решать тебе. Я больше не скажу ни слова.
   И он отошел, лишая Маргариты своего тепла и ощущения защищенности. Рита тут же поежилась от холода. Она так четко представила себе маму на своей могиле. А еще подумала, что поганый ролик может всплыть, и мама все узнает, и как ей будет больно. Потом подумала об Олеге. Он сказал, что любит. Но это же он говорил и Ульяновой, это же скажет той, что будет после нее, Риты. Тогда почему она жалеть его? Почему должна жертвовать собой ради Ульяновой? Почему должна плакать ее мама, а их родители смеяться?
   - Я согласна, - кивнула Рита.
   - Ты не пожалеешь, маленькая, - улыбнулся Дьявол, вновь обнимая ее за талию.
   Перед ними в воздухе повис договор.
   - Твою руку, Рита, - сказал Ник.
   Марго подала ему руку, и он, поцеловав ее ладонь, уколол увеличившимся когтем палец девушки. Затем оцарапала себя и снова улыбнулся:
   - Вместе?
   Девушка кивнула, и они дружно оставили кровавые отпечатки напротив своих имен. Договор полыхнул синем пламенем и исчез.
   - Сделка состоялась, - объявил Ник и тихо добавил, глядя ей в глаза. - Я всегда рядом...
   - Я все исправлю, Рит, все-все, честно, - говорил Олег, делая шажок за шажком. - Я люблю тебя, Ритка, чем хочешь, поклянусь. И Ульянову накажу, рты всем позакрываю, только перелезь обратно. Мышка, я виноват, я знаю. Прощение буду вымаливать, только иди сюда, пожалуйста.
   Марго замотала головой. Как верить тому, кто уже один раз использовал ее? Как верить тому, кто оценил ее жизнь в пять тысяч рублей? И Марго не поверила. Она развернулась лицом к реке и напряженно всмотрелась вниз.
   - Риточка, маленькая моя, - Олег был уже совсем близко. - Родная, любимая, смотри, я на коленях. Прости, Мышка. Наори, ударь, только выбирайся оттуда, пожалуйста.
   Голос его дрогнул, и Маргарита не выдержала, оборачиваясь назад. Пальцы крепко вцепились в литую завитушку. Девушка покачнулась, взмахнула свободной рукой, пальцы второй начали соскальзывать с завитка от слишком резкого движения. Олег вскочил на ноги, сделал рывок и перехватил ее, с силой прижимая к себе.
   - Не отпущу, - прошептал он, утыкаясь лицом ей в макушку. - Никогда не отпущу.
   Рита вскинула на него глаза, попросив:
   - Помоги мне вылезти.
   Олег подтянул девушку, удерживая, пока она перелезала, после снова прижал к себе.
   - Прости, Мышка, прости меня.
   Марго с удивлением обнаружила, что в глазах парня блеснула влага.
   - Крокодиловы слезы, - произнес знакомый вкрадчивый бархатистый голос.
   Девушка резко обернулась, но позади стоял полный мужчина и неприятным голосом говорил:
   - Придурки. Наркоманы несчастные. Обкурятся, а потом творят, не пойми что.
   - Я хочу уйти отсюда, - попросила Марго.
   Олег кивнул, и они направились прочь. Он так и не выпустил девушки из рук.
  

Глава 4

Лидия

   Ночь приняла Лидию Ивановну, как родную дочь, как только она покинула здание бизнес-центра. Она подошла к своей машине, блекло поблескивающей лоснящимися боками под светом фонарей, полезла в карман пиджака, но тут вспомнила, что ключи с брелком сигнализации кинула в сумочку, а сумочка осталась, по-видимому, на крыше, куда ее утащил Епифанов. Нехорошо выругавшись, Лида в сердцах дернула за ручку двери "Ауди". Затем облокотилась на крышу, опустив голову на руки и буркнула:
   - Хоть бы вывалились откуда.
   Недвусмысленный звон заставил ее опустить взгляд. На асфальте, рядом с ее ногой лежали ключи от машины. Лида подняла голову, пытаясь разглядеть крышу здания. Глеб что ли пришел в себя и швырнул в нее ключами? А чего тогда не всей сумочкой? Там, между прочим, права и другие документы.
   - Черт, - приглушенно воскликнула женщина, отскакивая в сторону, когда что-то мягко проехалось по ее спине.
   На асфальте обнаружилась и сумочка. Усмехнувшись, Лида открыла автомобиль, села за руль и выкрикнула в сторону крыши:
   - Все равно ты козел, Епифанов!
   Шеф ничего не крикнул в ответ, и женщина захлопнула дверцу. Она завела двигатель и мельком взглянула в зеркало заднего вида.
   - Кто здесь? - испуганно взвизгнула Лидия, резко оборачиваясь назад, но там были лишь тени, и никого с горящими глазами, как ей привиделось в зеркало.
   Передернув плечами, женщина вырулила с парковки и направилась домой. Гнев постепенно улегся, и Лида почувствовала удовлетворение от мелкой пакости, устроенной ею на фуршете. Затем вспомнила лицо Глеба, когда она выдавала ему все, что срывалось с языка, и Лидия Ивановна расхохоталась. Придурок... В общем-то, не все было правдой, что выговаривала ему женщина, и как любовник он был вполне неплох, да и внешне устраивал. Образину Лидочка бы просто не подпустила к себе, будь он хоть трижды генеральный. Но Епифанову этого знать не стоило. В любом случае, он нарвался.
   С Антоновым Лида тоже покривила душой. Он пока не предложил женщине того, что она хотела, но это не мешало Глебу подергаться. Ничего, все огребут, уж в этом-то госпожа Мартынова была абсолютно честна. Она, не глядя, открыла сумочку и нащупала пачку сигарет. Лида практически не курила, но иногда баловалась. Это помогало сосредоточиться и подумать. Вытянув тонкую длинную сигарету, женщина поднесла ее ко рту. Услужливо щелкнула зажигалка, Лида машинально прикурила, сделала затяжку...
   - Какого черта?! - вскрикнула она, озираясь по сторонам.
   В машине никого не было, но от страха женщина потеряла управление, машина шарахнулась в сторону, но вдруг вернулась в свою полосу. Лида опустила взгляд на руль, который крутанулся сам по себе, вызвав очередной вскрик. Это разозлило Лиду. Она зажала сигарету губами и вцепилась в руль. Лидия Ивановна никому не позволит поиметь себя, будьте в этом уверены. Она изо всех сил старалась не думать о той мистике, что творилась с ней за последние полчаса, стремясь быстрей добраться до дома, но взгляд то и дело норовил скользнуть по зеркалу заднего вида, но там не отражалось ничего, кроме дороги и нескольких авто, ехавших за ней.
   Поставив машину во дворе, Лида направилась к подъезду. Ее обогнал сосед, буркнувший нечто нечленораздельное. Женщина мазнула взглядом по его спине, посмотрела вниз и остановилась, как вкопанная, глядя на тени. Тень соседа, как и полагается тени, шла с мужчиной нога в ногу, а вот тень Лидии Ивановны... Ее тень догнала тень соседа, размахнулась ногой и отвесила ей пинка, после чего потерла руки и застыла у ног женщины, делая вид, что ничего не произошло.
   - Что это было? - сдавленно прошептала Лида. - Глюки? Что эти ублюдки подсыпали в шампанское?
   Тень виновато опустила плечи и... моргнула красными глазками. Это было уже слишком. Лидия Ивановна завизжала и бросилась к дверям подъезда, отталкивая соседа, как раз входившего в двери. Пробежала мимо опешившей консьержки и помчалась по лестнице, то и дело, кося диким взглядом на тень, которая теперь бежала вместе с ней и ничем не отличалась от обычной тени.
   Провозившись с замком своей двери, потому что из-за охватившей ее паники Лида никак не могла попасть ключом в замочную скважину, женщина наконец ворвалась в квартиру, включила свет и тут же направилась на кухню, где у нее стояла аптечка. Тень послушно замерла у ног хозяйки, больше не проявляя самостоятельности.
   - И не смей меня больше пугать! - потребовала Лидия больше для того, чтобы доказать себе, что все ей привиделось.
   Тень согласно кивнула и ковырнула полупрозрачной ногой линолеум.
   - Твою мать, - выдохнула Лида, тяжело оседая на табурет.
   Она прикрыла глаза, положив руку на грудь, где в бешеном галопе заходилось сердце. Ее внимание привлек тонкий звон. Женщина распахнула глаза и уставилась на тень, ставшую вдруг более плотной. Она постукивала флакончиком корвалола о край рюмочки, отсчитывая капли. После плеснула в рюмочку воды из кувшина и поспешила к хозяйке, поставила на стол рюмку и скользнула на пол, вновь становясь полупрозрачной.
   - Что за чертовщина тут творится?! - вскрикнула Лида и одним махом осушила рюмку с лекарством.
   Тень безмолвствовала. Женщина некоторое время сверлила ее подозрительным взглядом, после наклонилась и протянула руку, осторожно притрагиваясь к тому, кто прикидывался ею тенью. Ладонь обожгло жаром. Лида охнула и отпрянула назад, зачем-то поднеся руки к лицу и осторожно принюхавшись. Тухловатый запах серы отчетливо коснулся обоняния женщины.
   - Что за твою мать, - пробормотала Лидия.
   Ей было страшно, черт возьми, да ей в жизни так не было страшно, как сейчас! И единственное, на чем держалась женщина, это на силе воле. Она поднялась на ноги, зашла в ванную и включила воду. То и дело поглядывая на тень, Лида разделась и перевела взгляд на зеркало, отразившее ее обнаженное тело.
   - Какого... - выдохнула она, делая шаг к зеркалу.
   Плечи, грудь, живот, даже бедра были в синяках. Засосы, определила без труда Лида. Более того, на бедрах она заметила ссадины, словно кто-то впивался в них ногтями... когтями? Лидия прижалась спиной к холодной кафельной стене и закрыла глаза, вдруг вспоминая шикарнейшего мужика. Она мучительно поморщилась, потирая лоб. Кто он? Память услужливо подкинула женщине образ обнаженного мужского тела и ее собственный крик, в котором не было ничего, кроме чистейшего наслаждения.
   Тело тут же ответило приятной истомой и усталостью. Ноги вдруг стали ватными, и Лида сползла по стене, тяжело оседая на пол. Тень перебралась ко второй стене и повторила позу женщины, скорей, как отражение, чем тень.
   - Договор на душу, - прошептала в каком-то странном полузабытьи Лидия Ивановна. - Стороны: Грешник и Повелитель, в дальнейшем: Г. и П... Ты умерла... детка.
   Лида распахнула глаза и посмотрела на тень.
   - Пакет услуг, по самую маковку, - хрипло произнесла она, и тень скромно кивнула, вновь посмотрев на нее горящими глазами. - Я сплю?
   Плечи тени поднялись и опали, словно она вздохнула, причем, тяжело так вздохнула. Лидия Ивановна проследила за ней взглядом и поджала губы. Хорошо, даже если и не сон, и она просто сошла с ума, то и дура-дурой она еще покажет козлу Епифанову и придурку Голованову, как любить свободу. Лида решительно поднялась, распустила волосы и шагнула под воду, тут же подставив лицо теплым струям и закрыв глаза. Женщина подняла руки, провела ладони по волосам и вскрикнула, ощутив чьи-то горячие руки на своей груди.
   Она опустила ошалелый взгляд вниз и увидела черные ладони с узловатыми длинными пальцами, увенчанные длинными когтями. Ладони сжали до боли женскую грудь, и затем одна из них поползла по животу, устремляясь между Лидиных ног. Она метнула взгляд в сторону, тени не было видно, зато ей в ягодицы недвусмысленно уперся твердый и горячий член.
   - Охренеть, - выдохнула женщина и рванула прочь из лап собственной тени, или что там она была такое.
   Она промчалась в комнату, оставляя на полу мокрые следы, откинула одеяло и упала на кровать, тут же накрывшись с головой. Страх? О, нет, это даже не было страхом! Дикий ужас от непонимания ситуации. Смутные ведения - воспоминания шептали женщине, что все нормально. Нет ничего страшного, и она сама этого хотела, но разум требовал проснуться. Однако кошмар не проходил. Кровать скрипнула, принимая тяжесть чьего-то тела, но кто его обладатель, Лида знать не желала. Она взвизгнула, ощутив уже знакомый жар тени через одеяло, хотела сорваться с места, но неожиданный звонок, прогремевший в тишине квартиры, стал для Лидии настоящей соломинкой. Горячая тяжесть исчезла, и Лида, выскочив из-под одеяла, бросилась к двери.
   Даже не спрашивая, кто там, и не думая о своем внешнем виде, женщина распахнула дверь и уставилась на Епифанова, так же не сводившего с нее пристального взгляда, блуждавшего от лица Лиды до кончиков пальцев на ее ногах и обратно. Она так же невольно осмотрела себя и поняла, что все еще голая. Постель мокрая, отстраненно подумала Лидия и усмехнулась. Тень высушит. Тут же из комнаты послышался шипящий звук, словно кто-то там отпаривал одежду.
   - Сушит, - ошалело хмыкнула женщина, глядя на своего шефа округлившимися глазами.
   - Что? - спросил Глеб и, наконец, отмер, входя в квартиру и захлопывая за собой дверь.
   Лидию окутал запах алкоголя, она скривилась и сделала шаг назад, увеличивая расстояние между собой и шефом, пьяным в дым. Теперь женщина это рассмотрела. Затем подумала, что сейчас он видит ее тело, украшенное засосами и ссадинами. Бросила на себя взгляд, и тонкие брови Лиды поползли вверх, ее кожа была чистой. Померещилось? Но перед внутренним взором появилась широкая кровать, и мужчина со звериным рыком выгнувшийся над женским телом, Лидиным телом.
   - Дьявол, - тут же сорвалось с губ женщины, и она охнула, ощущая мгновенный прилив возбуждения.
   - Всего лишь я, - пьяно ухмыльнулся Глеб. - Но ты можешь называть меня и так.
   Несмотря на свое состояние, он стремительно приблизился к Лиде, прижал ее к себе одной рукой, второй схватил за мокрые волосы и впился в губы жестким грубым поцелуем, прикусывая губы женщины.
   - Пулеметчик, значит? - сузил глаза шеф, оторвавшись от Лидии.
   Он толкнул ее стене, вжимая в ее прохладную поверхность женское тело. Пальцы Глеба скользнули между ног Лидии, причиняя боль и удовольствие одновременно, она невольно вскрикнула и вцепилась в плечи шефа, комкая в кулаках ткань его плаща.
   - Мокрая, - констатировал он и выдохнул ей в ухо. - Сука.
   - Или трахни, или вали отсюда, - задыхаясь ответила женщина, закидывая ногу на мужское бедро.
   - Трахну и свалю, - ответил он, прикусывая нежную кожу на шее Лидии.
   Вжикнула молния, и женщина охнула, когда пальцы Глеба впились ей в ягодицы, поднимая выше. Она откинула голову назад, ощущая, как возбужденная плоть шефа входит в нее, тут же вспоминая того, кто уже этой ночью обладал ею. Вскрик, сорвавшийся с губ Лиды предназначался черноволосому мужчине. Она распахнула глаза, взглянула на лицо шефа, искаженное страстью.
   - Какого хрена? - ледяным тоном спросила женщина, приходя в себя от наваждения.
   - Что? - хрипло спросил Глеб.
   Лида еще мгновение следила за его судорожными движениями, наконец, не выдержала, снова закинула голову назад и расхохоталась. Шеф остановился, в глазах его появилась злость, и женщина полетела на пол. Только смех это не остановило, Лида продолжала заходиться в истерическом хохоте, тыкая пальцем в перекошенное теперь от ярости лицо мужчины.
   - Епифанов, ты... ты... а-а-а, - она схватилась за живот и согнулась пополам содрогаясь от смеха, ставшего беззвучным. - Клоун...
   Мужские пальцы болезненно впились в ее плечо, и женщина оказалась стоящей на ногах. Пощечина на мгновение ослепила ее, но смех тут же оборвался. Глаза Лидии сверкнули гневом, и она, слабо понимая, что делает, обернулась к комнате и выкрикнула:
   - Гони его отсюда!
   В комнате послышался шорох, и в сторону Епифанова поползла черная тень. Это было настолько неправильно и неестественно, что мужчина, мотнув головой, отступил к двери. Он ошалело взглянул на оскалившуюся женщину.
   - Ведьма, - выдохнул Глеб и бросился к двери.
   - Завтра ты подумаешь, что это кошмар, - прошептала Лида. - И я хочу, чтобы он был самым страшным в твоей жизни.
   Тень обернулась у порога, сверкнула горящими глазами и исчезла за дверями, догоняя убегающего мужчину. Дверь захлопнулась сама собой, оставляя разъяренную женщину отсеченной от происходящего. Тень скользнула на стену и неслышно помчалась вниз. Она догнала мужчину на первом этаже, опередила и закрыла выход, расползаясь грязным чернильным пятном на весь дверной проем.
   Глеб резко остановился и попятился к конторке, в которой сидела консьержка, вязавшая носок. Руки ее усердно шевелили спицы, все более увеличивая темп. Мужчина замер, глядя, как от спиц пошел дымок, распространяя запах паленой шерсти. Вдруг вязание вспыхнуло, поглощая женщину. Глеб негромко вскрикнул и подался вперед, пытаясь разглядеть консьержку.
   - Черт! - вскрикнул мужчина и попятился, когда из окошка конторки показались паучьи лапы.
   Огромные паучьи лапы, и представить их хозяина было жутко. Глеб Епифанов, успешный состоявшийся мужчина сорока двух лет от роду, попятился назад, причитая и всхлипывая, когда из конторки, где полыхал огонь, прямо из пламени, выполз громадный паук, на голове которого был надет парик... Глеб протер глаза и закусил губу, потому что это был не парик, это был скальп консьержки, кровавые струи текли по морде паука, падая на пол и оставляя алые дорожки.
   - Мамочка, - всхлипнул мужчина и повернул голову в сторону двери.
   Черное пятно, закрывавшее дверь, стало бледней, и теперь можно было рассмотреть дверную ручку. Неожиданно дверь открылась, и Глеб вскинул руку, крича женщине с маленькой собачкой, чтобы они остановились, но женщина не слышала его. Первой попала в тень собачка, хозяйка задержалась всего на долю секунды. Тень облепила обеих, затягивая тела грязно-серой пленкой, облепляя, как вторая кожа.
   Глеб видел, как открылся рот женщины, пытавшейся сделать вдох, как ее пальцы прижались к "пленке" в попытках прорвать ее, видел, как дергалась собачка, стараясь вырваться на волю. До мужчины донесся хрип женщины и скулеж ее собаки, а через мгновение все стихло, только постукивание лап, топтавшегося невдалеке паука, нарушало могильное затишье.
   А потом тень осыпалась рваными лохмами тумана, освобождая пленников. Глеб рвано вдохнул, осознав, что не дышал все это время и тут же закричал. Вместо женщины он увидел уродливое полусгнившее нечто, повернувшее к нему лицо. Носа у женщины теперь не было, как не было и губ, ее лицо было похоже на кровавое месиво, на котором выделялись обнаженные глазные яблоки и оскаленная челюсть. Одежда ее повисла на теле лохмотьями, открывая ребра, торчавшие сквозь кровоточащую плоть, грудь, ставшую похожей на два сморщенных пустых мешка с возбужденно торчавшими горошинами сосков. Собачка, по-прежнему, семенившая на поводке, повернула к мужчине оскаленную кровавую морду и зарычала.
   - Докажи, что не пулеметчик, - вдруг рычащим голосом произнесла женщина и шагнула к Глебу.
   Паук издал писк и придвинулся ближе. Кровь со скальпа так и капала, словно под волосами был припрятан баллон с красной жидкостью. Мохнатые лапы постукивали по полу, жвала разошлись, и мужчина увидел три ряда зубов, похожих на иголки.
   - Докажи, - прорычала женщина, и ее собака разразилась мерзким лаем.
   Огонь вырвался из конторки консьержки, охватывая стены, потолок, пол. Его жар уже ощущался на коже, как ощущалось зловоние, шедшее от выходцев из Ада. Рот Глеба перекосился в беззвучном крике, и он бросился к дверям, которые уже не закрывала тень. Выбежал на улицу, дверь за ним захлопнулась, и ночной прохладный ветер обдул лицо, приводя в чувство. Мужчина испуганно обернулся назад, но за ним никто не гнался, не было отсветов пожара, как не было слышно, ни рычания, ни гавканья с подвыванием.
   Он утер дрожащей рукой пот со лба и огляделся, пытаясь найти свой автомобиль, но вспомнил, что приехал наказать суку на такси. Наказал... Глеб сделал несколько шагов, за спиной что-то зашуршало, и мужчина резко обернулся, глядя, как самостоятельная тень заползает на чей-то автомобиль. Фары машины зажглись сами по себе, и двигатель издал утробный рев, словно машина вот-вот сорвется с места.
   Епифанов гулко сглотнул, снова утер пот, развернулся и поспешил покинуть двор Лидии Ивановны, то и дело, оборачиваясь, на машины. Тень уже переползла на второй автомобиль, и он осветил ночь фарами, третий, четвертый, пятый, шестой...
   - И имя мне легион, - непонятно к чему вспомнил мужчина, и тут же все машины во дворе заорали, сработавшей сигнализацией.
   Жильцы начали выглядывать в окна, выходили на балконы, выбегали на улицу. Глеб облегченно вздохнул, пока не разглядел, что у мужика, шедшему ему навстречу была дерганная походка, как у зомби в фильмах, и глаза светились красными огоньками. Епифанов завертелся на месте, рассматривая живых мертвецов, надвигавшихся на него. А затем открылась дверь Лидочкиного подъезда, и оттуда выполз громадный паук, следом выбежала собачонка, и вышла полусгнившая женщина. Она вытянула руку и прорычала:
   - Пулеметчик! Эпилептик! Держите его!
   - Господи, помоги! - заорал Глеб Епифанов и бросился прочь, расталкивая покачивающиеся трупы, тянувшие к нему костистые руги. - Помогите!!!
   Позади топал паук, рычало умертвие, подвывали мертвецы, выбравшиеся из своего дома-склепа, орали сигнализациями машины. Крик Глеба перешел в тонкий визг, когда его кто-то ухватил за плечо. Он резко обернулся и увидел молодую девушку. Она отшатнулась, рассматривая перекошенное бледное лицо мужчины.
   - С вами все в порядке? - осторожно спросила она. - Вы так кричали. Вызвать полицию?
   Глеб схватил девушку, с силой прижимая к себе, и уткнулся ей в плечо, разрыдавшись, как ребенок. Мог ли представить себе сильный и еще не старый мужчина, что готов будет наложить в штаны и рыдать навзрыд, словно вернулся в пору беззубого детства? Девушка дернулась, но вздохнула и погладила его по спине.
   - Вас проводить?
   - Да, - хрипло ответил Глеб.
   Они шли по пустой улице, освещенной фонарями. Мимо не ехали машины, не брела припозднившаяся молодежь, у дверей, еще работавшего, ресторана не стояли нетрезвые посетители, ожидавшие такси. Город словно вымер, но мужчина ничего этого не замечал. Он крепко ухватил за руку случайную знакомую и не выпускал ни на секунду, словно опасаясь, что она может исчезнуть, и он опять останется один на один с тварями из Преисподней.
   - Вы весь дрожите, - с сочувствием заговорила девушка. - Вы замерзли? Можете обнять меня, тогда станет теплей.
   Глеб машинально кивнул, обнимая девушку за плечи, она обвила рукой его талию, и стало неожиданно уютно и тепло, а через несколько шагов и вовсе жарко. Епифанов расстегнул подрагивающей рукой пуговицы на рубашке, распахивая ее. Затем опустил взгляд на девушку. Она улыбалась. Мило и трогательно. Желание поцеловать ее оказалось таким сильным, что мужчина не удержался. Он ухватил девушку за подбородок и склонился к ее губам.
   - Да-а, - неожиданно простонала она, отнимая у мужчины остатки здравого смысла. - Не останавливайся, - прошептала незнакомка, поглаживая через ткань, кое-как застегнутых брюк, мгновенно закаменевший член.
   Уже плохо соображая, что делает, Глеб повалил ее прямо на асфальт, задрал юбку, сдвинул в сторону тонкую полоску трусиков и вошел в горячее лоно. Девушка выгнулась, громко застонав. Ее ноги обвили поясницу мужчины, пальцы запутались в волосах. Он остервенело двигал бедрами, все ближе подходя к оргазму.
   - Еще, - требовала девушка, - еще!
   Глеб попытался сдержаться, но оргазм выгнул его тело, заставляя содрогаться в конвульсиях молниеносного удовольствия. Вскоре мужчина расслабился и хрипло вздохнул.
   - Пулеметчик, - прорычали под ним. - Эпилептик.
   Мужчина опустил взгляд вниз и заорал, глядя на оскаленное лицо полусгнившей женщины из Лидиного подъезда.
   - Пулеметчик, эпилептик, - повторяла она, не выпуская Епифанова из своих зловонных объятий.
   - Пулеметчик, - прокаркали откуда-то сбоку.
   - Эпилептик, - проревели сверху.
   - Позор, - хихикнули сзади.
   - Пусть сдохнет! - снова зарычала тварь под Глебом. - Пусть сдохнет!
   И на него накинулись со всех сторон, обдавая зловонным смрадом смерти и серы.
   - Нет!!! - заорал мужчина и лишился сознания...

Глава 5

Вероника

   Запах больницы всегда угнетал Нику. В пять лет она попала в больницу с воспалением легких. Мама, занятая на работе, не осталась с ней, и девочка пролежала все время болезни в палате еще с двумя детьми. Одна девочка была еще ничего, а вторая противная. Она таскала конфеты у Вероники, пугала ее страшными рассказами и сломала куклу, специально сломала. А еще девочке было тоскливо и страшно, она много плакала и просила родителей забрать ее, но мама и папа велели лечиться, обещая летом поездку на море, новую куклу и много мороженого. Обещания свои они почти выполнили, а неприязнь к больницам осталась навсегда.
   Вот и сейчас, сидя в приемном покое, где ее осматривали после аварии, Ника морщилась и старалась глубоко не вдыхать. Хотелось на свежий воздух, домой не очень, а вот на улицу очень. Игорь сидел рядом с ней, держал за руку и разговаривал с врачом. Ника слушала их разговор в пол уха. Ей было чем занять свои мысли. И в первую очередь ее тревожил странный сон, который ей привиделся, пока она была в отключке.
   Перед внутренним взором, то и дело, вставал образ незнакомца с рыжеватыми волосами, взгляд стальных глаз смущал разум, и память выдавала всего два слова: Искуситель и договор.
   - Ей, действительно, необходимо остаться здесь? - услышала Ника голос мужа.
   - Так будет лучше, - ответил врач, и женщина сильней сжала ладонь Игоря.
   Он зашипел и изумленно посмотрел на жену. Пожатие вышло неожиданно сильным, совсем непривычным для хрупкой и нежной Вероники. Женщина ослабила хватку и удивленно взглянула на супруга.
   - Я останусь здесь? - спросила она.
   - Доктор говорит...
   - Нет! - Ника мотнула головой. - Хочешь избавиться от меня? Тогда я лучше пойду к Зойке, но в больнице не останусь.
   Врач промолчал, а Игорь несколько мгновений смотрел на жену, пытаясь понять, что творится у нее в голове. Затем обнял за плечи и мягко произнес:
   - Любимая, это для твоего блага. Ты попала в аварию, и за тобой просто понаблюдают пару дней.
   - Я сказала - нет, - звенящим от напряжения голоса ответила женщина. - Ты днем уже сделал свой выбор, можешь катиться, куда хочешь, а я здесь не останусь!
   - Ника, что за глупости, - поморщился Игорь. - И не стоит затевать здесь разговоры, которые касаются только нас двоих. Если не хочешь оставаться в больнице, тогда я забираю тебя.
   - Веронике Григорьевне... - начал врач, но Игорь прервал его жестом:
   - Моя жена не хочет оставаться в больнице, я забираю ее домой.
   Ника слушала его, представляя, что вновь окажется с мужем наедине, в одной квартире. Он будет ей врать, что любит ее, а завтра побежит к своей брюхатой шлюхе, чтобы доставлять ей положительные эмоции потому, что это нужно его ребенку с ворованным именем Максим.
   - Чтоб ты подавился, - произнесла она себе под нос.
   - Если нужно запол, - в этот момент говорил Игорь, вдруг отчаянно закашлялся, захрипел и схватился за горло, заваливаясь на Веронику.
   Лицо мужчины побагровело, он пытался вдохнуть, в глазах появились слезы, и Ника испуганно вскрикнула.
   - Игорь! Игореша, что с тобой? Помогите ему! - надрывно потребовала женщина у опешившего врача. - Дыши, Игореш, ну, пожалуйста...
   Муж шумно вдохнул, с жадностью хватая ртом воздух. Доктор, ничего не понимая в происходящем, замер, склонившись над мужчиной. Он почесал щеку, покрытую щетиной, и пожал плечами, словно отвечая на собственный невысказанный вопрос. Игорь сел, все еще тяжело дыша, но лицо его приобрело уже нормальный цвет, и это немного успокоило Нику. Наконец, мужчина выдохнул с облегчением и поднялся с кушетки. Вероника поднялась следом за ним.
   - Мы уходим, - немного сипло бросил врачу Игорь, обнял жену за талию, и они направились к дверям.
   Врач некоторое время смотрел им вслед, после почесал подбородок и махнул рукой. Он уже сел на кушетку, устало потер лицо и замер, глядя на пол, где рядом с его тенью лежала вторая тень, женская. Она повернула голову в сторону тени врача, отвесила ей затрещину и деловито поползла к дверям, догоняя свою хозяйку.
   - Что за... - прошептал мужчина, еще раз протер глаза и посмотрел на пол, но там ничего, кроме его собственной тени, не было. - Спать, - решил врач и направился в сторону ординаторской, пока в приемный покой не поступил кто-то еще.
   На улице Вероника глубоко вдохнула и подставила лицо мелкому дождику, решившему окропить землю. Игорь поднял полу плаща, накрывая женщину, но она убрала его руку и снова закрыла глаза, позволяя дождю ронять капли на ее лицо.
   - Ника, - позвал ее муж. - Идем.
   Он стоял уже возле своей машины, на которой ехал за "скорой", забравшей Веронику с места аварии. Женщина мазнула взглядом по спорткару, запахнула полы своего плаща и направилась прочь с больничной территории. Игорь тихо выругался, сел в машину, завел двигатель и догнал жену.
   - Ника, не дури, - потребовал он.
   - Я в эту машину не сяду, - ответила женщина.
   - Машина, как машина, - буркнул Игорь. - Хватит ерундой заниматься.
   - Катись к черту, Гладышев, - произнесла Ника, шагая дальше. - Завтра я подаю на развод.
   Игорь поиграл желваками, остановил машину, не глуша двигатель, и вышел на улицу, снова догоняя жену. Он ухватил ее за локоть и развернул к себе лицом.
   - Ну, какой развод, Ник, какой развод? - проникновенно спросил мужчина. - Зачем это нужно? Мы любим друг друга, мы женаты уже пять лет, у нас дом, семья...
   - Беременная любовница, - закончила за него Вероника. - И сколько раз за эти пять лет ты вдохновлялся разнообразием, мне неизвестно.
   Она вырвалась из рук мужа и сделала несколько шагов вперед, но развернулась и посмотрела на него.
   - Игорь, ты хоть понимаешь, что я чувствую? Ты хоть понимаешь, насколько мне погано? - спросила Ника, не повышая голоса. - Я же наизнанку выворачивалась, чтобы быть такой, какой ты хотел меня видеть, а что получила в ответ?
   Мужчина некоторое время не двигался с места, он смотрел жене в глаза, но не выдержал ее взгляда и опустил голову.
   - Понимаю, - тихо, будто нашкодивший школьник, ответил Игорь. - Тебе больно. Но, - он снова взглянул на жену, - я не хотел, чтобы так вышло. Я берег тебя...
   Злой смех женщины остановил его. Мужчина поджал губы, сам понимая, что говорит совсем не то. Он оглянулся на урчащий автомобиль, затем опять посмотрел на Нику и сделал в ее сторону несколько шагов.
   - Едем домой, - попросил Игорь. - Это был просто дикий день, мы оба устали. Нам нужно выспаться, и утром разговор будет более продуктивным.
   - Утром я подам на развод, - упрямо повторила Ника.
   Мужчина усмехнулся.
   - Не подашь, - ответил он. - Праздники, Ник, ничего не работает. Поехали.
   - Я не сяду в твою машину, - досадливо произнесла женщина, насмешка мужа и собственная несообразительность были ей неприятны. - Ты продашь это корыто.
   - Ника, - Игорь устало вздохнул, - машина тебе, чем не угодила?
   - Ты возил в ней эту, - брезгливо ответила Вероника.
   Муж снова поджал губы, оглянулся на спорткар и мотнул головой.
   - Ну и вали тогда, Гладышев, - истерично выкрикнула женщина, развернулась и поспешила к воротам больницы, утирая злые слезы и шепча. - Чтоб эта машина сгорела.
   Взрыв был оглушительным. Ника испуганно присела, закрывая голову руками. Затем резко обернулась назад. Игорь ничком лежал на асфальте, не подавая признаков жизни, а его спорткар полыхал ярким пламенем. В их сторону бежали люди, кто-то гремел каталкой, и Вероника, отупело смотревшая на происходящее, очнулась, метнувшись к мужу. Она хотела перевернуть его, но уже знакомый врач крикнул:
   - Не трогайте, у него могут быть переломы!
   - Игорёша, - тоненько позвала Ника. - Игорёша, очнись, пожалуйста.
   Мужчина застонал и приподнял голову, непонимающе глядя на жену.
   - Что случилось? - хрипло спросил он и приподнялся, опираясь на локоть. Игорь некоторое время смотрел на горящий автомобиль, хмурясь и пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Наконец, осознал и выдохнул. - Моя машина...
   Вскоре они опять сидели в приемном покое, только теперь врач осматривал Игоря, настороженно поглядывая на пол, но тень Вероники вела себя прилично, не проявляя, ни самостоятельности, и агрессивности. Облегченно вздохнув, доктор констатировал, что переломов нет, только несколько ушибов из-за того, что взрывная волна отшвырнула мужчину, стаявшего не достаточно далеко от автомобиля во время взрыва, да легкая форма контузии. Парню повезло, что уж тут говорить. Могло приложить гораздо сильней.
   - Полежим в больничке? - не особо рассчитывая на положительный ответ, спросил врач.
   - Мы домой, - буркнул Игорь и добавил. - Черт, моя машина...
   - Ведро, - недовольно отозвалась Ника. - А если бы мы уже сидели в ней, когда она взорвалась? Ты бы лучше об этом думал, а не о железе.
   Игорь перевел на жену еще мутноватый взгляд, мучительно поморщился, потирая лоб, и кивнул.
   - Ты права, - наконец сказал мужчина. - Вызови, пожалуйста, такси.
   Вероника взяла протянутый ей телефон, не разбившийся после падения хозяина, и отошла в сторону. Она взглянула на сообщения, затем на телефонную книгу и поджала губы. Однако женщина сдержалась и набрала номер службы такси, вызывая машину к больнице. Поговорив, Ника сунула телефон мужа к себе в карман, но Игорь даже не дернулся, чтобы потребовать свой гаджет назад. Он поднялся с кушетки, покачнулся, и Вероника поспешила к мужу, поддержав его. Мужчина благодарно кивнул и обнял жену, заглядывая ей в глаза.
   - Прости меня, - прошептал он. - Я не хотел, чтобы все так вышло.
   Вероника отвела взгляд и тихо ответила:
   - Идем, сейчас машина подойдет.
   - Ника...
   Игорь еще никогда в жизни не выглядел таким... беззащитным. Это тронуло женщину, и она прижалась к мужу, шепнув:
   - Это был просто адски тяжелый день.
   Мужчина поднял ее голову за подбородок, вынуждая смотреть себе в глаза.
   - Люблю тебя, - шепнул он.
   Ника хотела ответить, что тоже еще любит его, но вдруг перед ее глазами сверкнула огненная шевелюра Искусителя, вместо серых глаз мужа женщина увидела глаза стального цвета и тяжело сглотнула.
   - Дьявол, - прошептала она.
   - Что? - не понял Игорь.
   Женщина мотнула головой, отгоняя видение, машинально поцеловала Игоря и развернулась к дверям, увлекая за собой мужа. Он послушно кивнул, и пара вышла из приемного покоя. Доктор мазнул взглядом по полу и тихо вскрикнул, глядя на женскую тень, показавшую ему оттопыренный средний палец с длинным когтем. После серая хамка передернула плечиками и опять заскользила за своей хозяйкой, уже исчезнувшей за дверями.
   - Твою мать, - выругался доктор, тяжело оседая на кушетку.
   Пока ехали до дома, ни Вероника, ни Игорь не произнесли ни слова. Мужчина сидел, прикрыв глаза. Он был все еще бледен, и когда машину потряхивало, болезненно кривился и потирал висок. Второй рукой он по-прежнему сжимал ладонь жены, поглаживая ее время от времени. Вероника отвечала легким пожатием, но смотрела в окошко, не обернувшись к мужу ни разу за всю дорогу. Еще вчера бы она замучила его своей опекой, охами и ахами, вилась бы вокруг наседкой, чтобы Игореше было хорошо и удобно. Но сейчас женщине было почти плевать. Она сжимала в кармане телефон Игоря и ждала момента, когда сможет заглянуть в него.
   Денег для оплаты проезда у пары не оказалось. Портмоне Игоря осталось дома, когда он помчался за женой, а дежурная тысяча на всякий пожарный случай сгорела вместе со спорткаром. Ника осталась в машине, пока ее муж поднимался домой за деньгами. Когда он вернулся, женщина вышла из машины и, не став дожидаться Игоря, направилась к подъезду. Он догнал жену, когда та уже поднималась по лестнице, обнял за талию, и супруги вместе вошли в квартиру.
   - Ника, - Игорь развернул жену к себе лицом. Она выжидающе посмотрела ему в глаза, но мужчина так больше ничего и не добавил, только прижал к себе жену, зарылся пальцами ей в волосы и вздохнул.
   - Ты хотел лечь, - напомнила ему жена, освобождаясь от объятий.
   - А ты? - спросил мужчина, снимая верхнюю одежду и обувь.
   - А я хочу кофе, - улыбнулась Вероника и прошла на кухню, не снимая тапочек, выданных ей в больнице.
   Переодевать обувь, в которой ходила по улице она опять не стала из детского протеста. Игорь прошел следом за женой. Он стянул с ее плеч плащ, присел на корточки и снял один больничный тапок, меняя его на домашний, затем второй. Поднял голову, глядя на нее снизу вверх, обнял и прижался к ней щекой, так и не встав на ноги.
   - Я не могу тебя потерять, - почти шепотом произнес Игорь.
   - Да, я удобная, - хрипловато усмехнулась Ника.
   - Ты любимая, - он снова поднял на нее взгляд. - Когда ты понеслась навстречу "Камазу"... - мужчина тяжело выдохнул. - Я не знаю, чтобы со мной было, если бы ты...
   Он не договорил и зажмурился, потому не увидел жесткую ухмылку, исказившую губы женщины.
   - Сначала бы ты пил, потом очухался и привел в наш дом свою любовницу, - проговорила она. - А потом завел бы себе еще одну любовницу, которую водил на светские мероприятия, зажимая ее по углам. А обо мне не осталось бы даже памяти, ни в доме, ни здесь, - ее палец постучал мужа по темечку, - ни здесь.
   Вероника коснулась груди Игоря, после освободилась из его рук и отошла к раковине, опершись на нее ладонями.
   - Ника...
   - Иди ложись! - выкрикнула женщина, и Игорь неожиданно послушался.
   Он бросил последний тоскливый взгляд на жену и ушел в спальню. Вероника перевела дыхание, налила себе воды и залпом осушила весь стакан. Затем вернулась к столу и достала из кармана телефон мужа, но залезть в него все еще не решалась, боясь найти то, что ей не могло понравиться. Одно дело знать о том, что там можно найти, другое дело увидеть и еще больше окунуться в то дерьмо, которое вывалилось на женщину днем. Но потаенный мазохизм сделал выбор, и Ника открыла сообщения.
   Игорь всегда был уверен, что послушная и верящая ему, как себе, жена не посмеет влезть в его телефон, потому не ставил пароль, не шифровал имена и не уничтожал сообщения...
  
   "Наш любимый папочка, мы по тебе очень-очень соскучились!"
   "Ваш папочка скоро приедет навестить вас".
   "Игоречек, мне так не хватает тебя, я очень-очень скучаю".
   "Я тоже скучаю, котенок, но сегодня у меня мероприятие, и я должен туда пойти".
   "С женой?"
   "Конечно, с женой. Я все-таки женат".
   "Она тебе важнее нас!"
   "Она моя жена".
   "Ты обещал, что будешь с нами!!!"
   "Игорь..."
   "Милый, не молчи, пожалуйста".
   "Игорь!!! Если ты не ответишь, я что-нибудь с собой сделаю!"
   "Котенок, я был занят. Прекрати истерику, это вредно для малыша".
   "Тогда скажи, что любишь меня".
   "Конечно, люблю. Я об этом говорил тебе".
   "Тогда почему ты не бросишь свою курицу?"
   "Она моя жена".
   "А я мать твоего ребенка! И мне надоело строчить эти дурацкие сообщения. Когда я смогу спокойно звонить тебе? Если у меня начнутся роды, мне тоже отправлять СМС?"
   "Тогда позвонишь".
   "Игорь, почему мы не занимаемся любовью? Раньше тебе нравилось спать со мной. Я стала толстой и страшной? Я больше не привлекаю тебя?"
   "Не говори глупостей, ты красавица. Врач сказал - половой покой. Родишь, тогда и оторвемся".
   "Честно?"
   "Честно, котенок. Люблю. До встречи".
  
   Ника отложила телефон в сторону и откинула голову назад, упираясь затылком в стену. Боль и злость огненной лавой неслись по венам, выжигая мысли о жалости и любви. Негромкий шорох привлек ее внимание. Женщина открыла глаза и посмотрела себе под ноги. Блеклая тень качала головой, глядя на нее горящими глазами. Ника помотала головой, пытаясь избавиться от наваждения, но тень продолжала на нее смотреть.
   - Мамочки, - всхлипнула Вероника, подтягивая колени к подбородку.
   Тень скользнула на стол и подвинула к ней телефон, кивая головой. Ника посмотрела на гаджет и тут же увидела новое сообщение. Звука не было, его Игорь предусмотрительно выключил. Женщина открыла сообщение и быстро пробежала его глазами.
   "Что сказала твоя курица? Надеюсь, теперь она оставит тебя в покое, и мы сможем уже не расставаться. Любимый, я так хочу, чтобы ты постоянно было рядом, мне тебя не хватает".
   Ника усмехнулась и набрала ответ.
   "Ненавижу тебя, ты испортила мне жизнь. Все кончено".
   Тень довольно ощерилась, обнажая острые клыки. Ника перевела на нее взгляд, вдруг переставая бояться. Где-то в глубине сознания теплилась мысль: "Повелитель прислал помощника".
   - Повелитель? - вслух произнесла женщина, и тень закивала в ответ. - То есть я, действительно, умирала? - Тень опять кивнула. - И сам Дьявол со мной... Ох...
   Тень осклабилась, поднесла ладонь к невидимому сейчас рту и мелко затряслась, изображая хихиканье. В этот момент пришло следующее сообщение. Ника открыла его и усмехнулась. "Котенок" истерил, отлично. Вероника достала молоток для отбивания мяса, вернулась к столу и ударила по телефону, затем еще раз и еще. Это привело ее в восторг, женщина расхохоталась, не узнавая собственного смеха, бросила взгляд на тень, та с обожанием смотрела на хозяйку. То ли ненависть, которая сейчас пылала в крови Ники, то ли чужая воля притупляла осознание происходящего, но даже напряжения не осталось, тень воспринималась, как нечто само собой разумеющееся, а желание уничтожить, растоптать, наказать Игоря и его бабу стало всепоглощающим.
   Ника прошла в спальню и села на кресло напротив кровати. Игорь спал, его даже не разбудил грохот молотка. Женщина устремила взгляд на мужа, сложив пальцы домиком, и если бы она сейчас могла видеть себя со стороны, то отсветы пламени в ее глазах напугали бы тихую и добродушную Веронику... прежнюю Веронику...
   ... Сон был странный. Тяжелый и такой реальный, словно все происходило на самом деле. Игорь шел по какой-то заброшенной стройке. Что он тут делал? Мужчина не знал, но страх постепенно все больше заползал под тонкую рубашку, поднимался по позвоночнику, проникал под кожу, холодил кровь не хуже ледяного ветра, порывами налетавшего на недостроенное здание.
   - Где я? - наконец не выдержал Игорь.
   - В доме твоей мечты, - послышался ответ, и кто-то невидимый гаденько захихикал. - Добро пожаловать домой, Игорёчек.
   - Марина? - мужчина остановился и огляделся.
   - А ты ждал свою курицу? - снова хихикнули из ниоткуда.
   - Я просил тебя не называть так мою жену, - нахмурился Игорь. - Ты знаешь, что мне это неприятно.
   Хихиканье повторилось, и мужчина подумал, что он ошибся. Марина так не смеялась. Мужчина снова огляделся.
   - Кто здесь?!
   - Кто-то здесь, - послышалось в ответ. - А кого-то нет. А может, этот кто-то где-то там... Вы желаете об этом поговорить?
   Игорь крутанулся на месте и вдруг увидел, что он уже не на стройке, а в приемном покое больницы. Врач, осматривавший их с Никой, оскалился, обнажая острые клыки, сверкнул огнем в глазах и, неспешно, словно садист, растягивающий удовольствие, натянул одну резиновую перчатку, звонко щелкнул ею и потянулся за второй.
   - Что происходит? Что вы хотите делать? - с тревогой спросил Игорь, затравленно озираясь вокруг себя.
   За его спиной стояли санитары, такие, должно быть, работают в психушке. Мужчины, чьи лица закрывали маски, только горящие глаза поглядывали поверх белой марли, шагнули к Игорю, профессионально надевая на него смирительную рубашку, затянули ее и потащили выворачивающегося мужчину на стоматологическое кресло, привязывая к нему.
   - Что происходит? Что это?! - истерично выкрикнул Игорь. - Я требую объяснений!
   Врач подошел к креслу с привязанным к нему пациентом, взял в руки обычную дрель и осклабился:
   - Изменять жене нужно с хорошими зубами. Оценим, батенька, фронт работ.
   Дрель зажужжала, и яростно вращающееся сверло приблизилось к лицу Игоря. Он попробовал отвернуться, но голова оказалась намертво зафиксирована. Сжал губы и замычал, кося на дрель диким взглядом.
   - Дорогой вы мой, блудник, это все мелочи, мне не нужно, чтобы вы открывали рот, я так все сделаю, - сказал врач...
   И сверло воткнулось в щеку Игоря, разрывая ее, врезаясь в стиснутые зубы, вырывая из груди мужчины крик, наполненный нечеловеческой болью и ужасом. Кровь, ошметки плоти, осколки зубов разлетались в разные стороны под аккомпанемент повизгивающей дрели и хохота адской твари в белом халате...
   - А-а-а!!!
   Игорь порывисто сел на кровати, чувствуя, как пот катится по телу. Рука взметнулась к лицу, ощупывая его. Целое! Язык метался во рту, проверяя зубы.
   - Сон, - выдохнул мужчина.
   Он приложил руку к груди, где бешено билось сердце. Дыхание, срывающееся с губ мужчины, было хриплым и рваным. Сейчас ему, как никогда ранее нужна была поддержка Вероники, лежавшей рядом. Игорю было жизненно необходимо почувствовать ее тепло, услышать голос, шепчущий успокаивающие слова, увидеть улыбку, которая скажет, что все хорошо. Он протянул руку, осторожно трогая жену за плечо.
   Ладонь обжег ледяной холод, шедший от тела женщины. Игорь рывком перевернул Нику, с ужасом глядя в посиневшее лицо и безжизненные, широко распахнутые глаза.
   - Ника, - сипло позвал он. - Ника... Ника!
   Игорь сорвался с кровати. Даже понимая, что жене уже ничем не поможешь, мужчина схватил свой телефон и хотел набрать номер "скорой", когда попытку вызова прервало новое сообщение.
   "Игорёчек, я скучаю".
   Мужчина матернулся и снова хотел набрать жизненно-важный номер, но вновь его прервало сообщение.
   "Игорёчек, мы соскучились. Когда наш папа приедет к нам?"
   Игорь тихо зарычал, снова нажал на первую цифру нужного ему номеру, как опять пришло сообщение.
   "Хоть бы ты был с нами. Любим тебя".
   - Отвали, дура! - взвыл мужчина, но вновь его оборвало сообщение.
   "Она ведь сдохла, да? Твоя курица сдохла. Наконец-то! Теперь ты наш. НАШ!"
   Игорь несколько мгновений отупело смотрел на последнее сообщение, перевел взгляд на мертвую жену и нажал вызов.
   - Откуда ты знаешь? - дрожащим от напряжения голосом спросил мужчина.
   - Игорёчек, ты на-аш, - протянула на том конце его любовница. - Тебе никуда от нас не деться. Наш!
   - Откуда ты знаешь, сука?! - заорал в трубку Игорь. - Откуда ты, мать твою, знаешь, что моя жена умерла?
   - Наш-наш-наш. Папочка, папочка, папочка, - паясничала Маринка.
   - Пошла на х... тварь! - выкрикнул всегда сдержанный мужчина.
   Он швырнул трубку об стену, но через сохранившийся динамик все еще неслось издевательское:
   - Наш-наш-наш, навсегда наш, навечно наш...
   Дверной звонок отвлек мужчину, и он бросился к дверям, ища поддержки хоть в ком-то. Пусть это будет поганый сектант, лишь бы живой и с телефоном, потому что Нике нужна помощь!
   - Вызывали, батенька? - глумливо ухмыльнулся врач-садист. - А вот и мы.
   За его спиной стояли уже знакомые Игорю амбалы. Мужчина попятился, хотел захлопнуть дверь, но адский доктор подул, и дверь осыпалась пеплом, в квартире невозможно запахло серой. Игорь закашлялся, и амбалы скрутили его, вытаскивая из квартиры.
   - Время пришло, батенька, - оповестил врач, выходя следом.
   - Ника!
   Игорь обернулся и увидел, как мертвая жена села на кровати, в глазах ее полыхал огонь, рука Ники вытянулась в его сторону, и она выкрикнула неестественно грубым мужским голосом:
   - Предатель, ты убил меня, ты!
   Большего мужчина не увидел, амбалы с горящими глазами тащили его по лестнице вниз. Под их ногами добротные ступени в новостройке трескались и осыпались. А когда они вышли на улицу, Игорь и вовсе зажмурился от нестерпимо яркого пламени, двор горел. Горели машины, деревья, детская площадка, люди, дома.
   - Почему все горит? - вскрикнул Игорь.
   - В Преисподней все горит, батенька, - пожал плечами "врач". - Сажайте его.
   Игорь перевел взгляд и увидел насквозь ржавую машину "Скорой помощи", красный крест едва угадывался на стенках автомобиля. За рулем сидела тварь самого отвратного вида, которую не мог создать даже самый извращенный человеческий мозг. На твари была надета кожаная куртка и кепка. Изо рта торчала папироса, и "водитель" много и надрывно кашлял.
   - Господи, - прошептал Игорь.
   - Здесь не живет, - осклабился "врач".
   - Куда мы едем? - испуганно спросил Игорь, но его уже затолкали в машину.
   Мотор закашлял не хуже водителя, что-то заскрипело, и жестянка на колесах тронулась с места. Мужчина со страхом поглядывал на замерших амбалов, на доктора, точившего большим напильником когти, себе под ноги, под которыми пол осыпался ржавой трухой, все больше обнажая черную каменистую дорогу. Автомобиль трясло и кидало из стороны в сторону. Игорь уже несколько раз ударился головой о крышу, плечом о стекло, и оно пошло трещинами. Затем машину снова подбросило, и мужчина пробил головой потолок, застряв в крыше.
   Старое железо резало кожу, впивалось глубже, Игорь чувствовал, как кровь обильно стекает на грудь, боль была невыносимой, и он снова закричал.
   - А вот и мигалка с сиреной, - услышал он издевательский голос "врача".
   А вскоре крик застыл в разорванном горле, когда над головой мужчины пролетела жуткая птица, огромная, с руками, ногами и головой, на которой росли витые рога. Птица... демон завис над Игорем, затем приземлился на крышу и вцепился в мужчину, пытаясь оторвать ему голову.
   - Пошел вон, - возмутился из салона "врач". - Это наша корова, и мы будем ее доить.
   Демон обложил "врача", амбалов, вылезших наполовину из окон, водителя, продолжавшего кашлять, и самого Игоря мерзкими ругательствами, после плюнул и улетел. Машина чихнула и встала.
   - Приехали, - прохрипела тварь за рулем.
   Крыша "Скорой" обвалилась, и мужчина упал на пол, тут же провалившись сквозь него. Он схватился за шею, но она была целой, только грудь оказалась залита моментально высохшей кровью. Один из амбалов ухватил мужчину за ноги и выдернул из-под машины. Тут же по его телу прошла дрожь. Он завертел головой и узнал стройку.
   Здесь не было огня, зато все так же налетал порывами ледяной ветер, бросая в лицо снег, больше похожий на пепел. "Врач" деловито шел впереди, насвистывая себе под нос мелодию, которую Игорь узнал - "Ах, мой милый Августин".
   - Бред какой-то, - простонал мужчина. - Я хочу проснуться.
   Амбалы хмыкнули, "врач" обернулся, одарив Игоря клыкастой улыбкой. Неожиданно завывания ветра разорвал женский крик. Мужчина дернулся в руках "санитаров".
   - Терпение, батенька, терпение, - хохотнул "врач". - Сейчас вы все увидите.
   Они спустились в подвал недостроенного дома. Здесь горела одинокая тусклая лампочка, противно моргая и шипя. Под лампочкой стоял стол, на котором полусидела Марина. Она увидела Игоря и радостно замахала рукой:
   - Игорёчек, Игорёчек, уже пора!
   Она поднатужилась, неприятно закряхтела, послышался омерзительный чавкающий звук, и из нее вылетел окровавленный младенец, шмякнулся на пол, но не заплакал. Вместо плача из горла ребенка вырвался рык. Он встал на коленки, поднял голову и посмотрел на отца пустыми бельмами глаз.
   - Теперь семья в сборе, - счастливо рассмеялась Марина.
   "Врач" приблизился к младенцу, поднял его на руки, облизал, убирая кровь, отгрыз пуповину и понес уродца к Игорю.
   - Держи, что сотворил, - осклабилась тварь в халате.
   Мужчина взглянул в лицо сына, и тот улыбнулся, обнажая в оскале острые зубы.
   - Покорми меня, папочка, - прорычал младенец и прыгнул на Игоря, впиваясь ему в шею клыками.
   - Нет!!! - заорал мужчина и повалился на пол...
  

Глава 6

Маргарита

   За стеной играла забойная мелодия, внося в душу странное успокоение. Никогда не любившая рок Марго, вдруг с интересом прислушалась к тяжелому ритму. Она открыла глаза и уставилась в сумрак комнаты пустым взглядом. Рядом лежал Олег, и тепло его тела, несмотря на произошедшее, было приятным и даже нужным. Рука молодого человека поглаживала девушку по плечу, дыхание касалось шеи, и от этого становилось щекотно, но менять положения Рита не стала.
   В комнату ворвалась Элька. Она включила свет, ослепивший Маргариту и Олега, кинула на них взгляд и, пообещав:
   - Я быстро, - подошла к шкафу.
   Марго некоторое время следила за подругой, вытаскивавшей вещь за вещью, недовольно ворчавшей и все продолжавшей свои поиски.
   - Куда идешь? - равнодушно спросила Маргарита.
   - В "Мираже" вечеринка в честь Вальпургиевой ночи, - ответила Элька, не оборачиваясь. - Мне один из котиков позвонил, пойдем отрываться. Вечеринка тематическая, нужно ведьмой нарядиться, а у меня ни фига нет подходящего. Да, мли-и-ин!
   Марго продолжала слушать музыку, доносившуюся из-за стены, и следить за метаниями подруги. Наконец Эля выбрала алое платье, схватила косметику и устроилась с ногами на своей постели, наводя боевой раскрас. Олег так же некоторое время смотрел за Ритиной соседкой по комнате, после поцеловал девушку в затылок и устроил голову у нее на плече. Домой он отказался уходить на отрез. Рита не гнала и не просила остаться, этого Олегу вполне хватило.
   Их возвращение в общежитие не осталось не замеченным. Кто-то отводил взгляд, кто-то поглядывал им в спину, но открытых насмешек не было. Впрочем, Марго ни на кого не смотрела, спеша спрятаться за дверями своей комнаты, где сразу повалилась на кровать. Олег, посидев немного рядом, лег рядом, опасаясь пока тормошить девушку. Он несмело обнял ее, но Марго не воспротивилась, и Олег уже смелей притиснул ее к своей груди. Их молчание и неподвижность нарушила только Элька.
   - Черт, - ругнулась девушка, глядя на экран телефона. - Опаздываю.
   Марго поерзала, освобождаясь от хватки Олега и села, теперь глядя в открытый шкаф. Мысль, вдруг появившаяся в голове девушке, казалось, пришла извне, настолько она не соответствовала самой Марго и ее ситуации. Она вдруг повернулась к Олегу, несколько мгновений смотрела на него, и, наконец, произнесла:
   - Я тоже туда хочу. Там должно быть весело.
   Олег и Элька невольно переглянулись.
   - Там сегодня по спискам пропускают, - подала голос Эля.
   - Нет проблем, - тут же ответил Олег.
   - И дресс-код, - добавила Ритина подруга.
   - Ерунда, - молодой человек тоже сел. - Ты уверена?
   Рита кивнула и слабо улыбнулась:
   - Хочу развеяться. Жизнь ведь не закончилась, правда?
   Олег улыбнулся и привлек к себе Марго, но, почувствовав, как она напряглась, нехотя отпустил. Девушка прошла к шкафу, рассматривая одежду Эльки. Ее взгляд упал на черное платье, весьма фривольного кроя, длинной почти в пол, но с разрезом до бедра.
   - Эль, я возьму это платье, - сказала она и, не дожидаясь разрешения, достала приглянувшуюся вещь.
   Олег и Элька опять переглянулись, выбор девушки был таким же необычным, как и желание пойти в клуб. Марго, вдруг преисполняясь энтузиазма, обернулась к Олегу.
   - Дресс-код, - напомнила она. - Тебе нужно переодеться. Мы все-таки идем на шабаш.
   - На шабаше вообще не носят одежду, - усмехнулся парень и поднялся на ноги. - Я скоро вернусь.
   Он поцеловал Риту в щеку и покинул комнату девочек. Элька тут же соскочила с кровати.
   - Маргуль, ты в себе? - спросила она, трогая лоб подруги.
   - Со мной все хорошо, беспечно ответила девушка и рассмеялась.
   Ощущение шального веселья все больше захватывало ее, словно в крови бродили пузырьки шампанского... Марго застыла на месте, мучительно потирая лоб. Шампанское... К чему она подумала о нем? Девушка дотронулась кончиками пальцев до своих губ. Ощущение пьянящего поцелуя захватило ее, и Маргарита, охнув, опустилась прямо на пол. "Я всегда буду рядом...", "Вместе".
   - Вместе, - прошептала она, повторяя за проникновенным голосом, который слышала совсем недавно.
   - Ты что-то сказала? - Элька уже оделась и теперь смотрелась в зеркало, сооружая на голове прическу.
   - Он всегда будет рядом, - машинально ответила девушка.
   - Кто? Олег? - подруга посмотрела на Марго.
   - Ник, - пробормотала та и поднялась на ноги.
   - Какой еще Ник?
   Эля следила за тем, как Маргарита перебралась на свою кровать и села, прижимая к себе платье. Она подняла на подругу невидящий взгляд и улыбнулась, вспоминая блондина из... сна? Да, наверное.
   - Эй! - Элька подошла ближе и пощелкала пальцами перед носом Марго. - Дорогая редакция, что за Ник?
   - Приснился, - ответила ей подруга. - Кажется... Мы летали.
   Эля сложила груди руки, с подозрением разглядывая Марго.
   - Маргуль, не пугай меня, - заговорила она. - Ты в порядке?
   Маргарита подняла голову и взглянула в глаза подруги. На ее губах появилась осмысленная улыбка. Она кивнула и поднялась на ноги.
   - Все хорошо, не переживай, - ответила она и достала свою косметичку, с сомнением рассматривая скудный набор косметики.
   - На, - Элька высыпала на стол свою косметику, - пользуйся. А могу и я тебе помочь...
   - Нет, я сама, иди, - отмахнулась Рита.
   Элька пожала плечами, еще раз посмотрела на подругу и покинула комнату под надрывный вопль собственного телефона. Марго проводила ее взглядом, после посмотрела на стол, выбрала темные тени и занялась делом.
   - Вместе, - снова прошептала она, но уже сама не обратила внимания на собственные слова, впервые в жизни, по-настоящему, с увлечением занимаясь своим внешним видом.
   Спроси Маргариту, что она делала около часа, девушка не смогла бы ответить. Сознание ее находилось в странном тумане, и все, что творили руки, не замечало, словно невидимый кукловод руководил действиями Марго. И предательская мысль, что в клубе могут оказаться те, кто видел позорный ролик, и лучше бы остаться дома, истаяла, так и не обретя четкой формы. Зато на ее месте появилась другая, более яркая и насыщенная, оставившая приятное послевкусие: "Ульянова будет там, она не сможет пропустить развлечение".
   Тень, безмолвно лежавшая у ног своей хозяйки, следила за ней горящими глазами, но так и осталась незамеченной девушкой, погруженной в сборы. Марго очнулась, когда раздался стук в дверь. Она бросила на себя взгляд в большое зеркало, прикрепленное к дверце шкафа, и даже подошла к нему ближе, разглядывая незнакомую яркую красавицу, соблазнительную и... порочную.
   - Твою ма-а-ать, - услышала девушка и резко обернулась.
   Олег, застывший на пороге с букетом цветов в руках, зачарованно рассматривал ее с головы до ног и обратно.
   - Охренеть, - выдохнул он и приблизился к Марго. - Ты... Ты потрясающая. Черт, - молодой человек, прикрыл рот ладонью, снова рассматривая Марго. - Шикарная. Мышка, ты настоящая красавица.
   Рита снова повернулась к зеркалу, рассматривая себя не менее ошалело. "Это сделала я?", - крутился в голове единственный вопрос. Нет, был еще один: "Это точно я?". Затем взгляд Марго вернулся к Олегу, и она, наконец, разглядела его. Никакого костюма парень не искал, просто переоделся в одежду, более подходящую для похода в клуб, но нарочитая небрежность в образе была... возбуждающей. И его восторженный взгляд, и руки обвившие стройный женский стан, и губы, коснувшиеся виска, и ладонь скользнувшая по спине - все это будоражило кровь Марго, позволяя простить ему все, что с ней случилось.
   Взгляд девушки скользнул по губам Олега, и, судорожно вздохнув, она, заметно смутившись, произнесла:
   - Ты сказал, что любишь меня...
   Олег кивнул и еще тесней прижал к себе Маргариту.
   - Люблю. Очень.
   Она улыбнулась, готовая ответить, но вдруг нахмурилась, и в голове пронеслась обжигающая мысль: "Ложь! Все ложь! Он виноват, во всем виноват!"
   Рита отстранилась, сдержанно улыбнувшись, и указала взглядом на дверь.
   - Идем?
   - Да, - Олег уже сделал шаг к двери, но остановился и протянул букет, смущенно улыбнувшись. - Увидел тебя и обо всем забыл.
   - Красивые, - Рита забрала цветы и положила на стол.
   - Завянут, - удивленно заметил ее равнодушие парень, но все списал на стресс, подхватил единственную вазу и ушел к умывальнику.
   Маргарита снова подняла букет, вдохнула свежий запах белых роз и улыбнулась более искренне. Тут же внутри заворочалось недовольство, словно сейчас в Марго жили две разные сущности: прежняя впечатлительная Маргарита Захарова, и новая, незнакомая ей самой, злая и мстительная, которая требовала открыть окно и выкинуть туда букет.
   Но сделать выбор Марго не успела, вернулся Олег. Он поставил цветы в воду, затем приобнял Риту, и они покинули комнату, спеша в клуб "Мираж". Проход по коридору девушке понравился. Более того, она с наслаждением и насмешливой ухмылкой ловила изумленные взгляды. Маргариту Захарову привыкли видеть неброской, даже когда она наряжалась и подкрашивалась. Ходила, всегда держась ближе к стенке, не стремилась привлекать к себе внимание вообще ничем.
   А сейчас по коридорам общаги шествовала стройная красавица, в вызывающем платье. Сегодня стало заметно, что у Марго стройные ноги, что грудь ее, хоть и не великого размера, но высокая, и ее приятная округлость приковывала мужские взгляды. А мужская ладонь, покоившаяся на ее талии, и взгляд Олега, с нескрываемым обожанием скользивший по профилю девушки и обжигавший открытые плечи, дарил окончательную и бесповоротную уверенность в себе.
   - Кто это? - донесся до пары негромкий голос.
   - Наша порно-звезда, - гораздо громче и злее ответил мужской голос. - Стоило на экранах засветиться, сразу выпендрилась. Наверное, гонорар нехилый получила.
   - Я на минутку, Мышка, - шепнул Олег, отпустил Риту и вернулся назад.
   Марго не обернулась. Она узнала голос Орлова, понимала, что в нем говорит ревность, и улыбнулась, услышав звук удара и негромкое шипение Олега, обещавшего в следующий раз наказать больнее. Когда он догнал Маргариту, девушка подарила парню многообещающую улыбку и откровенный взгляд, решив, что эту ночь проведет с ним...
   - Ох, мама, - апломб вдруг слетел с Марго.
   - Что такое? - Олег с тревогой посмотрел на нее.
   Опять сознание девушки раздвоилось. С одной стороны Маргарита пребывала от себя в глубоком шоке, с другой довольно потирала руки, одобрительно качая самой себе головой. И опять победила новая часть Марго. Девушка широко улыбнулась и продолжила путь. И уже дойдя до лестницы, обернулась и посмотрела на Орлова, все еще сидевшего на полу, закинув голову наверх, из его носа текла кровь. Парень почувствовал ее взгляд и обернулся. Рита, не особо отдавая себе отчет в своих действиях, послала ему поцелуй и издевательскую ухмылку, обещавшую скорую встречу. Тень Марго приоткрыла светящиеся глаза и довольно осклабилась, потирая руки.
   На улице их ждало такси. Машина у Олега была, но, учитывая место, куда они направлялись, молодой человек решил воспользоваться услугами перевозчика. Он открыл перед Марго заднюю дверцу, помог сесть и устроился рядом, продолжая поглядывать на эту незнакомую, но все равно родную Маргариту.
   - Конечно, теперь я ему нравлюсь, - ядовито отозвалась новая Рита.
   - Я ему нравилась и раньше, - возразила старая и осталась стоять на своем, не смотря на ядовитое шипение новой.
   - Тряпка, растаяла от одних взглядов. Ему было плевать на тебя, когда он начал разыгрывать свою симпатию, ты и тогда ему верила.
   Щеки Марго вспыхнули, и девушка прервала этот мысленный монолог, подчиняясь выводам разума. Да, тогда разыгрывал, а сейчас сидит и, кажется, не дышит. Ему понравилась картинка... Фальш! Все фальш! И его переживания, и восхищение, и признания, ВСЕ! Правда лишь спор и пять тысяч, в которые оценили ее, Маргариту. "Он продал тебя, еще даже толком не зная. Они играли твоей жизнью, словно ты бездушная кукла, словно мусор. Им было плевать на твои чувства, на твою честь, на то, что будет с тобой после". "Олег отказался от спора..." "Приходя к тебе, он знал, что тебя ждет. Как палач шел к приговоренному, ожидая момента. Он собирался тебя сфотографировать и показать, потому что спор дороже какой-то серой мышки - Маргариты Захаровой. Он даже сейчас зовет тебя Мышкой". Все это пронеслось в голове Маргариты, и перед внутренним взором встал... Ник.
   - Мышонок...
   - Не называй меня так! - резко отчеканила Рита, обрывая Олега.
   - Хорошо, - опешил тот. - Но тебе нравилось...
   - Я не мышь, - чуть более спокойно ответила девушка.
   - Я и не считал тебя мышью, - в голосе Олега появились нотки обиды. - Ты маленькая, хорошенькая, только и всего. Но если тебя задевает такое прозвище, больше называть Мышкой не буду. - Он немного помолчал, но все-таки добавил. - Ты какая-то другая, странная.
   - Забитой мышью нравлюсь больше? - ядовито спросила Марго.
   Олег промолчал. Он отвернулся к окну, не зная, как ему ответить. Он все еще списывал состояние девушки на стресс и дурное настроение, и все же ее поведение ставило в тупик. Маргарита положила ладонь на плечо молодого человека и виновато посмотрела на него.
   - Прости, - прошептала она. - Называй меня, как тебе нравится.
   - Любимая? - с улыбкой спросил Олег, оборачиваясь к ней.
   Рита потупилась и спрятала улыбку. Ей было приятно. И если бы еще этот внутренний голос, требовавший вспомнить, по чьей вине она сегодня чуть не упала... упала? с моста, то девушка могла бы сейчас забыть об обиде и поверить тому, кто смотрел на нее с такой теплотой. Но внутреннее раздвоением не давало возможности забыться, и Марго положила голову на плечо парню, пряча смятение и раздражение.
   У клуба стояла толпа. Кого-то пропускали, кого-то нет. Рита забеспокоилась, что им так же придется топтаться под дверями, но Олег уверено повел ее к входу. Опять никем не замеченная тень скользнула вперед пары, слилась с тенью охранника, и цепочка слетела с крючка еще при приближении девушки и ее молодого человека. Олег удивленно приподнял брови, его имени так и не потребовалось. Должно быть, узнал постоянного клиента, подумал парень. Тень деловито заскользила за парочкой. Охранник моргнул, резко обернулся, но моргнул и тут же забыл о том, что уснул на пару минут прямо на рабочем месте.
   Клуб был наполнен народом, гремела музыка, в клетках танцевали девушки, изображая ведьм. Олег огляделся и повел Марго к барной стойке, где обнаружились две пустые банкетки, Он помог девушке сесть и заговорил с барменом. Маргарита обернулась назад, разглядывая посетителей. Эльку она увидела на танцполе. Подруга эротично извивалась в руках "беса". Клуб вообще был наполнен нечистью, и это отчего-то вызвало у Марго усмешку. Она переводила взгляд с черта на вампира, затем на ведьму и на пародию на Смерть.
   - Бред какой-то, - прошептала девушка и повернулась к Олегу, неожиданно отмечая, что даже здорово, что он не выбрал никакого наряда. Это выгодно отличало ее молодого человека от остальных клоунов.
   Затем ее взгляд вернулся к Эле, подруга заметила девушку и теперь махала ей рукой, тут же показав оттопыренный большой палец. Марго рассмеялась и склонилась в шутовском поклоне. Элька рассмеялась в ответ, что-то сказала своему "бесу" и направилась к подруге и ее парню.
   - Олежка, - мурлыкающий голос привлек внимание Риты.
   Она обернулась и с каким-то мрачным удовлетворением рассмотрела Нелли Ульянову. Та скользнула по Марго подчеркнуто насмешливым взглядом и протянула руку, проведя тыльной стороной по лицу нахмурившегося парня. Он дернул головой и откинул ее руку.
   - Рада тебя видеть, - мило улыбнулась ему Ульянова.
   - У нас разные радости, - немного раздраженно ответил Олег. - Тебе что-то надо?
   - Ух, какой сердитый, - рассмеялась Нелли. - А это кто? Наша страстная Марго? Отмыл, смотрю, приодел. Жаль, делу мало помогло, все такая же замухрышка. - Она переключила внимание на молодого человека, в чьих глазах была уже откровенная злость. - Вижу, еще не наигрался. Ну как надоест пресная лепешка и захочется чего-нибудь погорячей, присоединяйся. Я уже соскучилась.
   Олег поиграл желваками и слез с банкетки. Он ухватил Нелли за локоть, отвел ее в сторону и что-то резко ей сказал. Ульянова вспыхнула. Ее голос донесся до Марго, но слов она не разобрала, впрочем, это было и не важно. На губах девушки играла неосознанная предвкушающая улыбка.
   - Вот сука! - Элька, наконец, пробилась к барной стойке. - Я ей сейчас патлы повырываю.
   - Сами выпадут, - губы Маргариты искривила еще одна ухмылка. А затем она произнесла. - Я хочу, чтобы она испытала стыд и унижение. Такое же, как и я.
   Тень осклабилась и скользнула в толпу, догоняя уходящую Нелли. Олег вернулся к Рите, кивнул Эльке и заказал еще один коктейль. Марго взяла бокал, но взгляд ее был устремлен в толпу. Она даже умудрялась участвовать в разговоре, только мысли ее была сейчас не здесь...
   Нелли свернула к туалетам. Она удивленно приподняла брови, никого не обнаружив в дамской комнате. Девушка усмехнулась и подошла к раковине, открыла холодную воду и брызнула к себе на лицо, но гнев, кипевший в ней, вода не уняла. Нелли зло плеснула на зеркало и матернулась. К черту! На хрен! Да какого!!! Когда она затевала этот идиотский спор, целью было показать Олегу, заметно охладившему к ней, что она лучшая, кого он мог встретить. Ульянова рассчитывала, что быстро пресытившись общением с этим чучелом - Захаровой, он приползет обратно, кривясь от отвращения и признавая свой проигрыш. Но придурок умудрился запасть на невзрачное недоразумение, швырнул ей деньги и заявил, что такой х... ерундой заниматься не собирается. И когда Нелли попробовала его поднять на смех, ответил:
   - Все-таки есть в тебе хорошее, Нелька. Ты отлично разбираешься в людях. Рита - именно та, кто мне нужен, спасибо, что подтолкнула к ней.
   Бешенство? Да-а-а, самое чистое и незамутненное бешенство. Отдавать своего парня Нелли не собиралась. Она завела себе приятеля, чтобы вызвать ревность, но не дождалась даже одного злого взгляда, Олегу было все равно. Она задевала его издевками, названивала по всяким пустякам, просила помощи, да только что на голове не стояла, но добилась лишь того, что ее телефон оказался в черном списке его телефона.
   И когда эта дурная парочка заявилась в комнату и устроила показательное выступление, Нелли не поверила своей удаче. Сгорая от злости и ревности, она снимала секс своего бывшего и его недоразумения, предвкушая, как сможет отомстить им обоим, указать мыши ее место и наказать Олега. Это были сладкие мгновения, когда Нелли отправляла СМС Захаровой. Она смаковала каждую букву, а потом пряталась по всему универу от взбешенного бывшего приятеля, который, попадись она ему тогда, точно свернул бы шею.
   А сейчас эти двое сидят в клубе, словно ничего не произошло, а эта... эта порнушная дрянь выглядит так, словно сошла с обложки какого-нибудь журнала! Отвратительно! Нелли уперлась ладонями в край раковины и закрыла глаза, тяжело выдыхая. А когда подняла голову, и ее взгляд упал в зеркальное отражение...
   - Кто здесь? - взвизгнула девушка, порывисто оборачиваясь.
   Но позади никого не было. Нелли фыркнула и направилась к кабинкам. Тихий шорох раздался, когда она уже спустила воду. Что-то черное мелькнула под дверью и тут же исчезло. Сердце вдруг бешено забилось от страха. Девушка осторожно приоткрыла дверь кабинки, но опять никого не обнаружила.
   - Что за ерунда, - нахмурилась она. - Подмешали что-то в коктейль, наверное, придурки.
   Нелли снова прошла к раковине, снова открыла воду и задумалась о том, что за все то время, что она находится в уборной, так никто и не вошел в нее, хотя обычно, тут всегда кто-то крутится. Девушке вдруг стало зябко, и она обняла себя за плечи, снова оглядываясь. Внимание Нелли привлекла тень под одной из кабинок. Она неуверенно подошла туда, нахмурилась и дернула дверь, но кабинка оказалась пуста, и тень исчезла.
   - Точно что-то подмешали, - усмехнулась Ульянова. - Головы поотрываю идиотам.
   Девушка уже более уверенно вернулась к раковине, нагнулась чтобы ополоснуть лицо прохладной водой, а когда поднялась... Из зеркала на нее смотрела тварь с горящими глазами.
   - Мама! - взвизгнула Нелли.
   Она хотела обернуться, но руки ей вывернули, сцепляя запястья одной обжигающе-горячей ладонью, не позволяя не вывернуться. Вторая рука с длинными узловатыми пальцами, оканчивавшимися длинными когтями, поползла по груди Нелли, раздирая одежду в клочья. Девушка, задыхаясь от ужаса, смотрела в зеркальное отражение, наблюдая, как морда твари приблизилась к ее шее, и раздвоенный язык прошелся до уха, залез в него... и вылез из второго.
   Нелли завизжала, срывая связки, но монстр лишь осклабился, показывая жуткие клыки. Его смрадное дыхание заставило внутренности девушки свернуться в тугой жгут, и все, что она съела и выпила за вечер, полилось наружу. Тварь снова осклабилась, и ее пальцы нырнули под подол, раня кожу девушки. Подол пополз вверх, и Нелли услышала треск собственных трусиков.
   - Не надо! - закричала она. - Не надо!!!
   Но страшные пальцы, уже протиснулись в нее, причиняя новый взрыв боли. Нелли отчаянно забилась в руках монстра и вырвалась. Она чувствовала, как по ногам сочится кровь, из ушей тоже бежали горячие ручейки, смешиваясь со следами рвоты. Тварь некоторое время наблюдала за своей жертвой, а после, словно оплывшая свеча, опустилась на пол, становясь тенью.
   Нелли в панике дергала ручку, двери, и та поддалась.
   - Помогите! - заорала девушка, вырываясь из ловушки. - Помогите мне!
   Она метнулась в зал, тень скользила за ней, продолжая сверкать горящими глазами. Нелли промчалась, вопя и беспрестанно оглядываясь, мимо остальных посетителей, взбежала на сцену, зацепилась за что-то, платье затрещало и опало на пол, обнажая тело Нелли и демонстрируя полное отсутствие нижнего белья. Она так и застыла в свете софитов, глядя шальным взглядом в зал, где взметнулись мобильники, и, под довольные крики, засверкали вспышки камер.
   - О-па! - воскликнула Элька и расхохоталась, присоединяясь к толпе самозваных папарацци.
   Рита и Олег обернулись в сторону сцены. Брови парня изломились, и на губах появилась злая усмешка. Он не стал снимать позор бывшей подружки, но мрачное удовлетворение было ясно написано на его лице. Марго несколько мгновений смотрела на ту, что поиздевалась над ней, после устало вздохнула.
   - Я хочу уйти отсюда, - попросила она.
   Олег помог ей слезть.
   - В общагу?
   - Ты говорил, что у тебя родители уехали, - улыбнулась Марго.
   Парень кивнул, обнял ее, и пара покинула "Мираж".
   - Обдолбалась, дура, - тихо произнес бармен, убирая в карман свой телефон.
   Нелли с ужасом рассматривала свое тело, на котором не было, ни порезов, ни крови, только следы рвоты на обнаженной груди. Осознав, что ждет ее завтра, девушка закрыла лицо руками и бросилась прочь со сцены...
  

Глава 7

Лидия

   Жаркая тяжесть разбудила Лидию Ивановну чудесным первомайским утром. Она открыла глаза и встретилась с горящим взглядом тени и ее эрекцией. Уже освоившаяся со всем произошедшим и приняв нового спутника, женщина вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Она порывисто села, скидывая с себя похотливого приживальца, и сурово сдвинула брови.
   - Какого? - вопросила она.
   Бес поник и оплыл, как свеча, снова превращаясь в тень, но взгляда горящих глаз не отвел. Лида села на кровати, и бес обнял ее ноги, преданно потеревшись о них горячей мордой. Раздвоенный язык коснулся щиколоток и пополз выше.
   - Хватит! - рявкнула Лида.
   Тень снова опала. Покачав головой, женщина направилась на кухню, чтобы включить чайник. Тень послушно скользила за ней, догнала и, пристроившись рядом, заглянула под подол короткой шелковой сорочки. Лидия Ивановна закатила глаза.
   - Как же ты мне надоел, - фыркнула она и стянула сорочку, бросила на беса и рассмеялась, глядя, как тот жадно обнюхивает его. - Забирай, - милостиво разрешила она, и сорочка исчезла в вязкой черноте.
   Тень-бес на время угомонился, подозрительно затихнув в углу. Пока грелся чайник, Лида ушла в ванную. За ней скользила лишь ее родная блеклая покорная тень, потому помыться ей удалось спокойно. Когда она вышла, замотанная в полотенце, подарок Дьявола все еще лежал в углу, превратившись в грязное черное пятно на полу, словно в этом месте разводили небольшой костер.
   Лидия подошла к пятну и осторожно потрогала его ногой. Ощущения были странными. Все та же вязкая горячая субстанция, попахивающая серой. Субстанция зашевелилась, и женщина отдернула ногу, но замерла, чувствуя, как по босой стопе ласкающими движениями прошелся язык беса, облизал пальцы и снова вернулся на стопу. Это оказалось неожиданно приятно. Лида прикрыла глаза и позволила тени еще немного развлечься, но как только с уст женщины сорвался стон, она окончательно убрала ногу.
   - Нет, нельзя, - отчеканила она и прошла на кухню. Тень осталась на своем месте, снова затихнув.
   Лида налила себе чай, сделала бутерброд и теперь завтракала, задумчиво глядя на свое молчаливое сопровождение. В то, что она умирала по-прежнему верилось с трудом. А в то, что ночью ее поимел сам Дьявол не верилось вообще, и если бы не новый жилец в ее квартире, Лида бы решила, что ей вообще все приснилось.
   - Иди сюда, - поманила женщина беса.
   То, что это бес, она узнала у самой тени, когда та вернулась домой. Спросила, тень кивнула. На этом их диалог тогда закончился, но теперь женщине требовались новые ответы.
   - Можешь появиться, - разрешила Лидия, и бес поднялся, становясь плотным, большим и страшным, но он тут же сел у ног хозяйки, как послушная шавка, и заглянул ей в глаза.
   Однако быстро опустил голову и потерся о колени Лиды щекой, вынудив, чуть раздвинуть ноги.
   - Угомонись! - уже сердито велела женщина.
   Бес тяжко вздохнул и снова посмотрел ей в глаза, ожидая, что ему скажут. Лида, собравшись с духом, потрогала его голову, нащупала небольшие наросты и удовлетворенно кивнула, рога имелись. Бес тут же снова потерся о ногу хозяйки, выпрашивая продолжить ласку. Женщина усмехнулась и уже более уверенно погладила его, почесала между рогами, и бес блаженно зажмурился.
   - Ты мой единственный подарок от Повелителя? - спросила Лидия Ивановна, переходя к делу.
   Бес помотал головой.
   - Еще кто-то? - нахмурилась женщина. Иметь дело с несколькими такими... сластолюбцами ей не хотелось. Но бес опять помотал головой. - Я что-то сама могу? - он кивнул. Лида задумалась, вспоминая, что знает о ведьмах. - Проклясть, сглазить, нашептать, - перечисляла она, и бес кивал на каждое предположение. - А колдовать?
   Бес мелко затрясся, обозначая смех. Лидия нахмурилась, и он успокоился.
   - Хорошо. И что дальше? Мне нужно вступить в какую-нибудь сатанинскую секту? - бес снова затрясся, и Лида поняла, что сказал глупость. - Шуты? - с усмешкой спросила она, бес кивнул. - Как-нибудь наведаемся к ним, - неожиданно решила женщина, бес обнажил жуткие клыки в ухмылке и потер ладони, явно предвкушая развлечение. - Знаешь таких, - бес пожал плечами, но кивнул, и Лида поняла, что он найдет, когда ей захочется. Подумав еще немного, женщина вспомнила черноволосого мужчину, тихо вздохнула и задала новый вопрос. - Я могу звать Повелителя? Могу увидеть его, если захочу? - бес отрицательно помотал головой. - Он сам придет, если посчитает нужным, - ответила сама себе Лида, и бес кивнул.
   Она разочарованно вздохнула, и ее спутник ударил себя кулаком в грудь и недвусмысленно двинул бедрами.
   - Сиди уже... любовничек, - усмехнулась женщина. - Будешь послушным мальчиком, получишь сладкое.
   Бес с обожанием посмотрел на хозяйку. Лида рассмеялась и встала, на ноги. Бес, обернувшись тенью, тут же отползая в сторону.
   - Ах, да, - Лидия Ивановна остановилась. - Ты днем такой же сильный, как ночью?
   Бес опять уплотнился, поднимаясь над полом, и тяжко вздохнул.
   - Но ты везде будешь со мной? - он кивнул. - Хоть что-то можешь днем? - Очередной кивок удовлетворил женщину, и она отправилась одеваться, раздумывая, как там поживает Епифанов...
   Глухой мужской стон оповестил сидевшую рядом женщину, что муж очухался. Она посмотрела, как тот открыл глаза и уставился в потолок, затем облизал губы и резко сел, с заметным ужасом оглядываясь вокруг себя, но вот взгляд его блекло-голубых глаз остановился на женщине, и он замер, с подозрением приглядываясь к ней.
   - Епифанов, ты совсем, - женщина скривилась, всхлипнула и выбежала из супружеской спальни.
   Глеб Епифанов приподнялся на локте, но дикая головная боль повалила его обратно на подушку. Мужчина закрыл глаза, снова облизал пересохшие губы и попытался вспомнить, как он оказался дома. Последнее, что он помнил, было... Что? Глеб попробовал прокрутить в голове прошедший день. Это вызвало новый болевой спазм, но все-таки память откликнулась на призыв.
   Вчера он назначил на должность младшего партнера Голованова. Лидка взбесилась, оно и понятно, она вкалывала, как проклятая. Да и чего кривить душой, лучше Голованова подходила на эту должность, но Глеб просто испугался разговоров, что шеф продвигает свою любовницу. Об их связи и так шептались, могло и до жены дойти. А вот этого Глеб Романович не желал совершенно. Все же зависть - дело такое, потом дерьма не оберешься. Правда, мужчина хотел свозить Лидочку на примирительный отдых, чтобы хоть как-то сгладить то, что обманул любовницу в ее чаяниях.
   - Я увольняюсь, - не забыла подкинуть память.
   Куда увольняется? Зачем?
   - Я размажу тебя, как дерьмо по тарелке.
   Черт, может. Эта все может, еще та стерва.
   - Твою мать, - прошипел Глеб, открывая глаза. - Нужно помириться с ней.
   И тут же в голове возникла крыша и женщина на парапете, поливающая его оскорблениями.
   - Глеб-пулеметчик.
   Пулеметчик... Почему-то это слово заставило напрячься, и совсем не от того, что Лида выкрикивала его, нет, было что-то еще. Мучительно поморщившись, мужчина поднялся с постели и направился на кухню, где всхлипывала его жена. Томка увидела мужа, демонстративно вскочила с диванчика и выбежала из кухни. Глеб проводил ее удивленным взглядом, затем налил себе воды и залпом ее выпил.
   Пулеметчик... Докажи... Кому и что он должен доказать? Тихий шорох заставил мужчину вздрогнуть. Он обернулся, обшарил взглядом пространство и наткнулся на паучка. Отчего-то он вызвал озноб и почти панику. Глеб тряхнул головой. Он никогда не боялся пауков, тогда почему сейчас липкий пот стекает по спине, и хочется завопить, словно ему в зад воткнули раскаленную иглу.
   - Господи, - прошептал мужчина и поспешил в ванную, списывая свою панику на похмелье.
   Что он вчера пил? Да все, что обычно. Ну смешал шампанское и коньяк, и что? Ощущение, будто он вылез из месячного запоя. Глеб залез под душ, некоторое время стоял, блаженно закрыв глаза, затем намылся, выключил воду и потянулся за полотенцем.
   - Позвоню твоей жене.
   Твою мать! Так вот почему Томка наматывает сопли на кулак, эта сука ей все-таки позвонила!
   - Мстительная тварь, - шепотом выругался мужчина.
   Глеб откинул полотенце, развернулся к зеркалу, чтобы побриться и застыл, глядя округлившимися глазами в отражение. После подался ближе и запустил пятерню в волосы. Он был седой. Совершенно. Абсолютно. Еще вчера темно-каштановые волосы с тонкими, почти незаметными нитями седины, сегодня стали полностью белоснежными. Мужчина еще мгновение смотрел в зеркало и вдруг закричал, выбегая из ванной. Он вспомнил! Он все вспомнил!!!
   Епифанов вбежал в комнату и уставился на жену безумным взглядом, то ли ища в ней защиты, то ли ожидая, что она сейчас превратится в гниющую бабу, требующую доказать, что он не пулеметчик. Тома перестала хлюпать и испугано взглянула на мужа.
   - Глебушка, ты чего? - спросила она, пятясь от него.
   - Как? - голос сорвался, и мужчине пришлось собраться с силами, чтобы закончить свой вопрос, еще державший на плаву его рассудок. - Как я оказался дома?
   Его жена снова скривилась, и Глебу пришлось подойти и грубо встряхнуть ее за плечи.
   - Хватит ныть! - рявкнул он. - Рассказывай!
   - Глеб! - возмущенно воскликнула Тамара. - Ты совсем то ли? Не хватило того, что ты творил ночью? Допился, - она снова горестно всхлипнула. - Пьянущий, на ногах не держался, устроил во дворе не пойми что. Носился, орал. А когда вышли соседи, вообще начал кричать, что они все зомби, что вечно пялятся в компьютеры и телевизоры. Лупил по машинам. Ужас! Потом на девушку на какую-то накинулся и все кричал, что сейчас ей докажешь, что ты не пулеметчик. Даже штаны снял. Позорище! Только на ней и захрапел. Так домой тебя и притащили, - жена скривилась и ткнула пальцем в пах мужа, - с этим.
   - Чем этим? - сипло спросил Глеб Романович.
   - Хреном твоим, из штанов торчал, - визгливо закончила Томка и зарыдала в голос. - Позор, какой позор. Как теперь в глаза соседям смотреть? До белочки допился.
   Мужчина тяжело опустился на кровать. Белочка? Правда, белочка? То есть это не за ним зомби бегали, а он всех гонял? И машины потому орали? И бабы мерзкой не было? Неужели и правда? Глеб криво ухмыльнулся, и встрепал свои волосы, тут же отдернул руку. Тогда почему поседел? Так ужасы такие пригрезились, еще бы не поседел! И все из-за этой сучки, из-за Лидки. Видать сильно она его задела.
   - Скорострел... Глеб-пулеметчик...
   После в голове возник ее издевательский хохот и... Глеб гулко сглотнул и посмотрел вниз. Член закаменел в одно мгновение, хватило только воспоминания.
   - Эпилептик...
   - Сука, - тихо выдохнул Глеб и повернулся к рыдающей жене.
   Рывок, и Тома очумело уставилась на мужа, нависшего сверху.
   - Глебушка, ты чего? - сдавленным шепотом спросила она.
   "Отвратительное сопение... Эпилептик... Скорострел... Пулеметчик... Пулеметчик... Пулеметчик... Трахни или вали... Пулеметчик... Размажу...". Сдвинув в сторону полоску женских трусиков, мужчина одним грубым толчком вошел в свою супругу. Она взвизгнула, попыталась оттолкнуть мужа, но он перехватил ее руки, закидывая их наверх.
   - Глеб! Глеб! - вскрикивала Тамара, глядя в перекошенное яростью лицо мужа. - Гле-е-е-еб, - простонала она, неожиданно ощущая острый прилив возбуждения. - Еще, еще... Только не останавливайся.
   Епифанов не слушал, точней, не слышал. В его голове звучал голос Лидии, и каждое ее слово, хлеставшее по мужскому самолюбию, мужчина вколачивал в собственную супругу. Она закусила губу, остервенело подаваясь навстречу мужу.
   - Сука, - выдохнул Глеб, продолжая слушать голос в своей голове. - Дрянь. Гадина. Тварь. Ли-ида! - ее имя он выкрикнул и сорвался в головокружительный оргазм, не сразу заметив, как затихла под ним жена.
   - Лида? - переспросила Тамара. - Лида?!
   Глеб отдышался, открыл глаза и с ужасом осознал, что только что произнес. И тут же в его голове раздался издевательский хохот Лидии Ивановны. "Епифанов, лох - это судьба!", - прокричала невидимая Лида, продолжая хохотать.
   -Ведьма, - простонал Глеб, перекатываясь на спину и закрывая лицо ладонями.
   - Епифанов, ты сволочь! - истерично выкрикнула жена и убежала из супружеской спальни.
   - Твою ма-ать, - от души произнес Глеб Романович и не менее истерично рассмеялся.
   На кухни возобновила рыдания жена. Она нарочита гремела посудой, всхлипывала с рыданиями, тоже нарочито, но Епифанов лежал поперек кровати, раскинув руки, и пялился в потолок, усердно скрипя шестеренками похмельного мозга. Его мысли вновь крутились вокруг кошмара, теперь уже не казавшегося таким жутким, стоило предположить, что всему виной алкоголь. Но, черт вас всех задери, он не был алкоголиком! Не пил запойно, даже не напивался часто. Откуда у него белая горячка?!
   Паленый коньяк? Вроде обычный, какой Глеб всегда употреблял. Хотя... За коньяком бегал Голованов. Фуршет свернули сразу после ухода Лидки, народ спешил покинуть офис, словно боясь, что она вернется. Сам Голованов, багровый и злющий, долго орал, шипел и плевался ядом, тряся перед носом шефа подарком Мартыновой...
   - Сучка, - неожиданно хохотнул Глеб, вспоминая вчерашнюю выходку Лидии Ивановны. - Додумалась же...
   Впрочем, фантазия у нее всегда была на пять с плюсом, это было то, из-за чего Епифанов не хотел разрывать их тайную связь. Лида всегда умела завести его с пол оборота, а уж что они вытворяли... Глеб зажмурился вспоминая, но тут же вновь помрачнел, возвращаясь мыслями к вчерашнему дню. Он напился, опозорился перед соседями, поседел за одну ночь от собственных видений, сдал себя жене с потрохами. Хотя с женой все еще не так плохо, оговорился, с кем не бывает... Угу, лежа на Томке. Но достала его все-таки Мартынова, крепко достала! Ее оскорбления никак не желали забываться, вызывая настоятельную потребность набрать ее номер и наговорить гадостей.
   Как не крути, но все произошедшее ведет к ней. Если бы она не довела его, то Глеб не напился вчера, не понесся к ней, чтобы выслушать новую порцию оскорблений, и за ним бы не гнались глюки... Стоп! Епифанов беспокойно заворочался. Мужчина помнил, как пришел к Лидии, как взял ее тоже, и ее хохот, и даже пощечину, которую отвесил стерве, а дальше? Что было дальше?! Если верить памяти, то дальше началась "белочка". Но Томка говорит, что все безобразия Глеб вытворял во дворе, а они с Мартыновой живут не в соседних домах. Тогда что было между посещением Лидки и буйством во дворе? Где он был? Что делал?
   Мучительно поморщившись, Епифанов сел на кровати и потер лицо. Все-таки коньяк был паленым, такой провал в памяти. Нужно позвонить Голованову и вынести ему мозг. Но и на эту затею Глеб махнул рукой. Он поискал свой телефон и, найдя, набрал номер Антонова. Стерву следовало наказать, заслужила. Никому и никогда Глеб Романович не позволял унижать себя, и гадюке Лидке тоже не позволит.
   Антонов молчал. Глеб выругался, но быстро взял себя в руки, у мужчины появилась новая идея. Он нашел в записной книжке другой номер и набрал его. Здесь ему ответили быстро. Глеб вежливо, даже подобострастно поздоровался, извинившись за беспокойство, и довел до сведения собеседника.
   - Я сегодня встречаюсь с госпожой Мартыновой, - ворчливо заявил будущий губернатор. - Или у вас что-то поменялось?
   - Поменялось, Константин Антонович, - горестно вздохнул Епифанов. - Госпожа Мартынова со вчерашнего дня не работает на компанию "Имидж", крайне нечистоплотная особа. Нам ценим наших клиентов, особенно таких важных и уважаемых, как вы, Константин Антонович, и для нас имеет первостепенное значение, чтобы репутация наших клиентов оставалась незапятнанной. Я сам подъеду к вам, и мы обговорим ваши пожелания.
   Будущий губернатор немного помолчал, затем поинтересовался, в чем нечистоплотность Лидии Ивановны, и получил обещание узнать все подробности при личной встрече. На том они и договорились. Епифанов отключился и потер руки.
   - Первый пошел, - огласил он спальню жизнерадостным возгласом.
   После этого послушал звуки, издаваемые женой, поморщился, решив купить ей какую-нибудь безделушку с обожаемыми его супругой бриллиантами, и снова взялся за телефон.
   - Привет, - недовольно буркнул в трубку Антонов, отозвавшийся только после третьей попытки дозвониться до него. - Чего тебе?
   - Дело есть, - Глеб постарался не раздражаться от грубости конкурента, с которым они когда-то вместе начинали. Но пути-дороги друзей разошлись в разные стороны, и теперь они общались редко.
   - Епифанов, праздники, какие дела? - иронично ответил Антонов. - У нас вот выезд на природу, шашлычки-коньячки...
   - Твою мать, - сдавленно выругался Глеб Романович, зажимая рот рукой. - Толик, давай без подробностей, и так тошно.
   - Уже успел отметить? - догадался Антонов и хохотнул. - Глебка, все у тебя через одно место. Нормальные люди сегодня корпоротивы устраивают, на природу с семьями едут, а ты заранее.
   - Ты мою Лидочку взял, - пропустив мимо ушей все сказанное конкурентом, утвердительно произнес Епифанов.
   В трубке воцарилось недолгое молчание, и Глеб расслабился. Не взял, точно не взял, иначе бы уже сам бравировал тем, что увел у конкурента одного из наиболее ценных сотрудников. Однако это не означало, что не собирался взять.
   - Может и взял, - осторожно произнес Антонов. - У тебя какой интерес?
   - Не взял, - уверенно опроверг Епифанов. - Много требует? - ответа не последовало, но мужчине этого было и не надо. Он и так прекрасно знал запросы Лидии Ивановны. - Много. И хочется и колется, да, Толян?
   - Лидочка бабки быстро отработает, - наконец, отмер конкурент. - Требования у нее нехилые, но я пойду навстречу.
   - Не ходи, - усмехнулся Глеб. - Откажи ей.
   Антонов рассмеялся, Епифанов снова ждал, теперь, когда бывший приятель успокоится.
   - Епифанов, что ты можешь мне предложить такого, чтобы я отказал твоей Лиде? - отсмеявшись, спросил Анатолий Георгиевич. - Это же шикарная Лидочка с шикарными мозгами! Я столько раз пытался ее сманить, и вот она сама идет мне в руки.
   - Краснопольского знаешь? - искушающе произнес Глеб Романович. - Он мой, а может стать твоим. Обещаю убраться в сторону.
   На том конце опять наступило молчание. Епифанов бросил взгляд в зеркало, из отражения которого на него глядел седоволосый, хищно скалившийся мужчина.
   - Ну, так что, Толик? - первым нарушил молчание Глеб.
   - Мартынова мне его сама притащит, - отозвался конкурент.
   - Хорошо, надейся на Мартынову, - равнодушно ответил Епифанов. - Только уже к вечеру по городу расползется информация о ее нечистоплотности. Так что, ни Краснопольский, ни кто другой с тобой работать уже не будут, узнав, кого ты взял.
   - Да что там у вас случилось?! - не выдержал Антонов.
   - Какая тебе разница, - отмахнулся Глеб. - Толик, я твоего ответа жду ровно десять секунд, время пошло.
   - Хорошо! - рявкнул тот. - Завтра встретимся и все обговорим.
   - Идет, - не стал спорить Епифанов, понимая, что конкурент будет ждать, чтобы получить подтверждение его слов.
   Отключившись, мужчина бросил взгляд на часы, снова прислушался к грохоту на кухне и отправился подлизываться к жене.
  

Глава 8

Вероника

   - Не надо! - Игорь распахнул глаза и порывисто сел.
   Сердце бешено колотилось в груди, противный пот покрывал все тело. Постель оказалась промокшей насквозь, простынь сбитой, а одеяло валялось на полу. Мужчина прикрыл глаза, облизал пересохшие губы, но тут же вспомнил свой сон и поспешил покинуть спальню, в которой кроме него никого не было.
   - Ника, - позвал Игорь, но ответом ему была тишина.
   На мгновение мужчине показалось, что жена все-таки ушла, пока он спал, и эта мысль оказалась еще неприятней, чем накануне. Он заглянул во вторую комнату и облегченно выдохнул, Ника свернулась калачиком на диване и спала, сладко посапывая. Игорь приблизился к дивану, опустился на пол и прижался щекой к женской руке, свесившейся вниз.
   Вероника что-то пробормотала, тяжело вздохнула и открыла глаза. Она некоторое время смотрела на мужа, словно не понимая, кто он и откуда взялся, но вскоре ее веки опять опустились, и женщина снова засопела.
   - Ника, - тихо позвал Игорь.
   Она не ответила, и мужчина решил не тревожить жену. Он поднялся на ноги, поправил одеяло и ушел в ванную, спеша смыть с тела остатки тяжелого и жуткого сна. Проходя мимо кухни, Игорь повернул голову и замер, глядя на останки своего телефона. "СМС", - мелькнуло в голове мужчины. Прочитала...
   - Черт, - выругался шепотом Игорь.
   Мужчина вспомнил, что там были и признания, и оскорбления Вероники, и обещания будущих отношений. Выходит, что все его вчерашние заверения перечеркнули дурацкие сообщения, которые он, привыкнув к тому, что Ника не трогает его вещей, даже не удосужился своевременно убрать.
   - Дурак, - отругал себя мужчина.
   Он включил воду и встал под душ. Воспоминания кошмара все еще не хотели оставлять Игоря, к тому же к ним добавились размышления, как выпутаться из положения, в которое он сам себя загнал. Когда мужчина увидел свою жену на парковке возле больницы, он запаниковал. Правда, быстро взял себя в руки, рассудив, что ничего, кроме скандала, не получится, если он подойдет к Веронике. И Маринка не упустила бы возможности наговорить гадостей, еще больше усугубив ситуацию. Потому он выбрал путь устранения основной угрозы, увезя беременную любовницу со стоянки, и позвонив жене, чтобы хоть немного успокоить.
   Маринка, конечно, стерва, она вся светилась, хоть и не говорила, что рада случившемуся, просто видела, что он на взводе. А может... Игорь распахнул глаза. Может она позвонила, несмотря на запрет, Ника ответила, и Маринка наговорила ей гадостей, и поэтому жена превратила его телефон в осколки?
   - Черт, черт, черт, - прошептал мужчина, ударив кулаком о кафельную стену, оставляя на нем влажный отпечаток.
   И ребенок... Но он же не может его бросить, раз он уже есть! И как примирить Нику с таким фактом, как ребенок от другой женщины?
   "Покорми меня, папочка".
   Перед глазами встал уродец из кошмара, и Игорь передернул плечами. Затем в голове раздался чавкающий звук, с каким он вылез из Маринки. Мгновенный спазм скрутил желудок. Мужчина согнулся, и его вывернуло прямо себе под ноги. "Сток забьется", - мелькнула сторонняя мысль.
   "Навсегда наш, навечно наш".
   - Чтоб тебя, - выругался мужчина, выключая воду и занимаясь устранением следов своей слабости.
   "Ты убил меня! Предатель!"
   Воспоминания о кошмаре все сильней накатывали на Игоря. Он тяжело опустился на пол и схватился за сердце, неожиданно напомнившее, что оно все еще на положенном ему месте, и тоже может болеть.
   "Предатель!"
   - Я не хотел, - просипел мужчина, приваливаясь спиной к ванне.
   "Папочка, папочка..."
   - Заткнись, - простонал он, закрывая уши.
   Неожиданно дверь в ванную открылась, и на пороге появилась Ника. Она окинула мужа незнакомым безразличным взглядом, снова закрыла дверь, но через полминуты опять стояла на пороге.
   - Игореша, что с тобой? Тебе плохо? - с тревогой спросила женщина.
   Она подошла к Игорю, подала ему руку и помогла встать.
   - Сердце, - пожаловался мужчина, все еще держась за грудь.
   - Оно у тебя есть? - изломила бровь Ника, вновь становясь чужой и незнакомой.
   - Ника, - взмолился Игорь, - не надо, пожалуйста!
   Женщина мотнула головой, словно отгоняя назойливую муху, и мужчина вновь ощутил, что жена рядом. Ника помогла ему добраться до спальни, но, увидев, в каком состоянии кровать, вздохнула и усадила в кресло, в котором провела полночи, не спуская с мужа немигающего взгляда. Правда, об это Вероника помнила смутно, словно была в полусне.
   Пока женщина перестилала кровать, она вспомнила о тени, которая ночью была с ней рядом. Резко обернувшись, Ника увидела "тень" у входа в спальню. Протерев глаза, женщина опять взглянула на черное пятно, открывшее горящие глаза. Страх, охвативший Веронику постепенно начал отпускать, она вдруг ухмыльнулась и перевела взгляд на хмурого мужа.
   - Болит? - сочувственно спросила Ника.
   - Уже отпускает, - ответил Игорь. - Надо будет показаться врачу, если снова заболит.
   Не успев закончить фразы, мужчина вспомнил тварь в белом халате. Взгляд его уперся в дрогнувшие руки, и желание посещать врачей исчезла.
   - Твой телефон, - услышал Игорь и взглянул на жену, - я ночью разбила его, прости.
   - Ничего, - глухо ответил ей муж. - Ты обижена...
   - Я написала твоей овце, что ты с ней расстаешься, - закончила Ника. - Надеюсь, ты ничего не имеешь против этого? Кто-то должен был поставить точку, ее поставила я. Или ты вновь пойдешь к ней?
   Все это она говорила, продолжая заправлять постель, не глядя на мужа. Игорь открыл рот, сейчас готовый согласиться с чем угодно, но снова его закрыл и упрямо поджал губы.
   - Ника, там мой сын, - негромко ответил мужчина. - Я не могу оставить его.
   Вероника закончила с постелью и обернулась, глядя на мужа холодным насмешливым взглядом.
   - Это твой выбор, Гладышев? - спросила она.
   - Да, - кивнул в ответ Игорь. - Но с той женщиной у меня ничего и никогда не будет.
   Ника прошла мимо, уже не слушая мужа. Он услышал, как на кухне полилась вода, затем зашаркал веник, хлопнула дверца отделения, где стояло помойное ведро. Затем звякнули чашки, жена готовила завтрак. Игорь обернулся к дверям, вообще не понимая, что происходит. Истерики не было, она не кинулась собирать свою сумку, а направилась готовить завтрак. Самообладание Ники казалось непривычным. Обычное ее спокойствие держалось на заботе Игоря и ее полном доверии мужу. Но натуру своей жены мужчина знал, истеричность и импульсивность были ей свойственны. Но не это отчуждение, от которого веяло ледяным холодом, как... как на той стройке.
   "Дом твоей мечты".
   Игорь мотнул головой, пытаясь избавиться от издевательского голоса в своей голове. Затем он оглядел себя и понял, что все еще голый. Мужчина вдруг ощутил себя жалким. Это разозлило его. Игорь Гладышев никогда не был ни слабым, ни жалким. Он всегда знал, чего хотел, добивался, чего хотел и брал все, что считал нужным. Когда-то мужчина составил план собственной жизни и выполнял его, делая шаг за шагом. Даже жену выбрал такую, какую всегда хотел: красивую, сексуальную, послушную, заботливую.
   Ника была словно пластилин, из которого он вылепил ту, кем хотел ее видеть. Она шла за ним, как по ниточке. Выполняла то, что он говорил, делала так, как он хотел. Черт, да она даже трахалась с ним так, как нравилось мужу и получала удовольствие, уж это-то он прекрасно видел. Единственное, с чем она никак не могла смириться, хоть и не показывала вида - это ребенок.
   Игорь никогда не был против того, чтобы у них был ребенок, но на его появление тоже существовал план. Достичь карьерных высот, купить дом в пригороде или квартиру в престижном доме, нанять прислугу, чтобы супруга из куколки не превратилась в недоразумение, разрываясь между всеми своими обязанностями. Да, он хотел, чтобы его женщина всегда выглядела на все сто, хотел, чтобы она уделяла ему столько времени, сколько он хотел. И, в конце концов, хотел заниматься любовью с собственной женой, не оглядываясь на кроватку, из которой может донестись плач, и потом ждать, когда жена успокоит ребенка.
   Он не хотел ребенка на стороне, но ведь случилось же! Да, нужно было иметь голову на плечах, не позволяя себе расслабиться, но теперь-то этого не изменить. Ребенок есть, и он скоро появится на свет. Если Нику это так задевает, то он назовет сына другим именем, это не повод ссориться. В остальном, мужчина не собирался менять своих позиций. Он всегда умел прогнуть жену под себя, справится и сейчас. А с Маринкой ничего не будет. Она надоела ему до чертиков со своим шантажом и угрозами.
   Мужчина решительно поднялся на ноги. Он вернулся в ванную, решив закончить начатое. Игорь поравнялся с кухней, посмотрел на жену и даже зажмурился. За ее спиной стоял кто-то черный и страшный. Длинные пальцы сжимали плечи женщины, и монстр не отрывал от нее взгляда горящих глаз. Мужчина приоткрыл один глаз, но никаких чудовищ рядом с женой не увидел. Ника в одиночестве накрывала на стол. Она подняла голову и удивленно взглянула на мужа.
   - Господи, - выдохнул Игорь и поспешил скрыться в ванной, где быстро и зло убрал свою рвоту из ванной. После помыл ее и снова встал под душ, не позволяя себе думать ни о чем, кроме того, что нужно взять Нику и уехать на пару дней за город, а лучше вообще улететь в другую страну. Почему бы и нет?
   Идея мужчине понравилась. Он обмотался полотенцем вокруг бедер и вернулся в комнату, одеваясь так же решительно и быстро, не давая себе расслабиться и вспомнить то, что вызывало страх и омерзение. Когда он вышел на кухню, Ника уже заканчивала завтрак. Она подняла взгляд на мужа, садившегося напротив, но ничего не сказала, вернувшись к своему кофе. Игорь сделал первый глоток и поморщился, кофе уже успел наполовину остыть. Он хотел сделать жене замечание, но, встретившись с ее насмешливым взглядом, передумал, вернувшись к завтраку.
   - Любимая, - Игорь посмотрел на жену, уже стоявшую у раковины, - давай смотаемся куда-нибудь.
   - Куда? - Ника обернулась, с интересом глядя на мужа.
   - Ты любишь Париж? - он улыбнулся. - Думаю, мы можем туда съездить на несколько дней.
   - В Чехию! - с неожиданным энтузиазмом воскликнула Ника. - Я хочу в Чехию.
   - В Чехию? - Игорь удивленно приподнял брови. - Почему нет? Едем в Чехию.
   Вероника счастливо пискнула и бросилась к мужу, целуя его в щеку. Мужчина рассмеялся, притянул к себе жену, усаживая на колени, и поймал ее губы. Тело жены напряглось, она уперлась в грудь Игоря ладонями, отстраняясь. На лице женщины появилось незнакомое хищное выражение, и она сама порывисто вернулась в объятья мужа, жадно целуя его. Мгновение Игорь сидел, опешив от непривычного напора супруги. Он отстранился, заглядывая в глаза Ники.
   - Твою мать, - вырвалось из уст мужчины.
   Игорю вдруг подумалось, что в глазах его скромной жены плещется самая настоящая чистая похоть, не замутненная ни чувствами, ни сомнениями, ни обидами. Ника облизала губы, рвано вздохнула и, вновь приблизив к нему лицо, проговорила:
   - Трахни меня, Гладышев. Сейчас.
   Это было подобно переключению тумблера. Только что он сидел, изумленно разглядывая свою женщину, и вот уже слышен звон разбитой чашки, снесенной его рукой со стола. Игорь усадил Веронику на стол, распахнул ее халатик и прошелся жалящими грубыми поцелуями по телу жены. Она вскрикнула, откидывая голову назад. Рука мужчины ненадолго погрузилось в разгоряченное лоно жены, она подалась бедрами к нему, сама насаживая себя на его пальцы.
   Вероника, не глядя, нащупала закаменевший член мужа, прошлась ногтями по ткани, жадно вслушиваясь в его хриплое частое дыхание, и потянула штаны вниз. Игорь овладел ей, заканчивая эту странную, непривычную им обоим короткую прелюдию. Ника громко застонала, стянула с мужа футболку и впилась ногтями в обнаженные плечи, оставляя на них кровавые полосы. Мужчина остервенело вколачивал в нее член, порыкивая, словно голодный зверь. Вероника подалась к нему, ухватила за волосы и прижалась к губам мужа, прикусывая их. Вкус крови опьянил, окончательно срывая прежние преграды. Оргазм был стремительным и бурным, она забилась под Игорем, грубо требуя, чтобы он продолжал.
   Площадная матершина, срывающаяся с уст Ники, неожиданно привела Игоря в восторг. Теперь его пальцы зарылись ей в волосы, сжимая их в кулаке. Женщина извивалась, как кошка, все требуя и требуя продолжения. Гулкие удары стола о стену только подстегивали. Ника распахнула глаза и встретилась с горящим взглядом своей тени. Сейчас она стояла за спиной Игоря, жадно рассматривая происходящее. Раздвоенный язык прошелся по тому месту, где должен был находиться рот, приведя этим женщину в полный восторг. Она осклабилась, перевела взгляд на мужа и выгнулась дугой, взлетая на второй волне оргазма.
   - Че-о-орт, - протяжно закричал Игорь, в последний раз вонзаясь в тело своей жены.
   Вероника рассмеялась, откидывая голову назад. Тень глумливо затряслась в приступе беззвучного смеха, ударила себя кулаком грудь и растворилась. Обессиленный Игорь уронил голову жене плечо. Его тяжелое дыхание обжигало кожу женщины, вновь возбуждая.
   - А теперь более медленно и обстоятельно, - шепнула она, слезая со стола и утаскивая мужа в спальню...
   Вероника лежала на груди Игоря, лениво водя пальчиком по его груди. Мужчина закрыл глаза и пытался не замечать, что сердце опять жмет, не так сильно, как утром, но все же... Жена загнала его, иначе не назовешь. Никогда раньше Ника не была ведущей в постели, а сейчас в голове мужчины крутилась одна единственная мысль: "Меня поимели". Иной аналогии к произошедшему у него не было. Но, несмотря на то, что сил не осталось даже на то, чтобы дойти до кухни и выпить стакан воды, Игорю понравилось. Любовница? К черту, после такого марафона, даже думать о сексе не хотелось.
   - Когда пойдешь за билетами? - спросила Вероника.
   Ее муж разлепил глаза и тяжело сглотнул. За билетами? Ах, да, они же собрались в Чехию... Черт, вот теперь ему точно не до билетов.
   - Когда? - повторила вопрос Ника.
   Игорь прикрыл глаза, протяжно вздыхая. Жена тут же приподнялась, глядя на него:
   - Кажется, я поторопилась с благодарностью, - отчеканила она. - Мы никуда не едем?
   - Едем, - коротко ответил мужчина, поднимаясь с кровати.
   Игорь направился на подрагивающих ногах в ванную. Дрожащие ноги! У него!
   - Охренеть, - усмехнулся мужчина, вставая перед зеркалом.
   Обычно на дрожь в ногах жаловалась Ника, и он самодовольно усмехался, а теперь он чувствует себя вымотанным. Слабость была просто дикой. Черт, да он никогда в жизни не чувствовал себя таким разбитым! Неожиданно мысли мужчины свернули на любовницу. Если Ника ей, действительно, написала, что все кончено, то Маринка может примчаться сюда и устроить скандал, с нее станется. Наверняка, строчит СМС и требует от него объяснений. А ей нельзя волноваться...
   Поджав губы, Игорь открыл холодную воду и сунул голову под кран. Это немного привело мужчину в себя. Он залез в ванную, в третий раз вставая под душ. После посмотрелся в зеркало.
   - Твою-у-у, - протянул Игорь, рассматривая свою шею, украшенную несколькими засосами.
   Грудь, живот, бедра. Кое-где виднелись следы зубов. Плечи, спина, ягодицы, расчерченные ногтями Ники, саднили.
   - Охренеть, - от души повторил мужчина.
   Он вышел из ванной и сразу столкнулся с Вероникой, выглядевшей бодрой и отдохнувшей. Халатик ее был опять запахнут, но Игорь рассмотрел засосы и на ее шее. И что с ними такое случилось? Ночной стресс повлиял? Что это за животные страсти?
   - Хочешь есть? - спросила Ника, проходя мимо.
   - Очень, - ответил мужчина, неожиданно ощущая, что жутко голоден.
   - Посмотрю, что у нас есть, - сказала жена, исчезая на кухне.
   Через час Игорь уже вышел из дома. Вероника отказалась идти с ним, но мужчина сильно и не настаивал, предложив больше для очистки совести. Сейчас она наводила порядок и собирала вещи. Игорь поцеловал жену перед выходом и с облегчением выдохнул, ему предстоял неприятный разговор, но избежать его не удастся, потому Ника больше мешала бы.
   Первым делом, мужчина направился в салон сотовой связи, чтобы купить им с женой новые телефоны. Тоскливо посмотрел на пустое место, где вчера еще стоял спорткар, затем взглянул туда, где обычно ютилась "Тойота" жены. Воспоминание об аварии были неприятными. Вчера, увидев, как белая машинка летит под колеса "Камаза", Игорь открыл для себя, что потерять ее больно и страшно.
   Сунув руки в карманы плаща, мужчина поспешил покинуть двор, чтобы избавиться от неприятных воспоминаний. Прошел один день, а столько событий произошло, что возникало ощущение, что тридцатое апреля и первое мая разделяет не меньше года. Открылась его тайна, первый настоящий скандал за пять лет, авария, больница, кошмар... Передернув плечами, Игорь попытался думать о поездке, и что все у них с Никой теперь наладится.
   Вероника отошла от окна и обернулась назад, тень скользнула к ней ближе и преданно посмотрела в глаза. Женщина, закусила губу, закрыла глаза и взяла себя в руки. Привыкнуть к своему молчаливому спутнику было сложно. Часть ее вопила от ужаса, стоило увидеть горящие глаза, взирающие на нее. Та же часть паниковала от осознания сделки с Дьяволом, тряслась от страха, представляя свое будущее. Но была и вторая половина, в которой жило желание мстить, которая восхищалась Повелителем, и которая неизменно оказывалась сильней первой, не давая той расклеится. Холодная, жестокая, смакующая вид Игоря с прижатой груди рукой. Вот и сейчас вторая половина сущности заставила открыть глаза и снова посмотреть на тень.
   - Он встретится с ней? - спросила Ника.
   Тень кивнула и указала взглядом на выход из квартиры.
   - Да, - поняла ее женщина и отправилась одеваться.
   Тень заскользила позади, она расположилась у входа в комнату и пристально наблюдала за тем, как Ника переодевается, но не приблизилась, оставаясь всего лишь тенью.
   - Ты... мужчина? - с трепетом спросила Вероника и, получив утвердительный ответ, спряталась за дверку шкафа. Несмотря на новую половину, заставившую Нику грязно материться, скромность первой оказалась сейчас сильней. Тень не двинулась с места, невозмутимо поглядывая на дверку шкафа и ожидая хозяйку...
   Игорь вышел из салона сотовой связи, он достал новый телефон, посмотрел на него, но так и не решился набрать номер любовницы, малодушно отложив неприятный разговор на потом. Марина ждать не стала, и трубку разорвала пока еще стандартная мелодия звонка. Игорь поморщился, хотел скинуть, но, вздохнув, все-таки принял вызов.
   - Игорь! - орала в трубку любовница. - Ты сволочь! Игорь, почему?! За что ты так со мной? Я же мать твоего ребенка!
   Выкрики разрозненных восклицаний и вопрос, перемежавшихся с надрывными рыданиями, икотой и хлюпаньем продолжался еще какое-то время. Мужчина не перебивал, но трубку от уха убрал, ожидая, когда оттуда перестанут нестись душераздирающие звуки.
   - Игорь, - уже тише и жалобней позвала Марина. - Игорь...
   - Марина, послушай, - начал мужчина.
   - Зачем ты мне написал эти ужасные слова? - перебила его любовница. - Зачем ты написал, что ненавидишь меня? Чем я тебе сломала жизнь? Тем, что ношу твоего сына?
   "Да! Да! Да! Я тебя об этом не просил! Я не хотел этого ребенка! Я ничего этого не хотел!"
   - Это написал не я, - вслух произнес Игорь.
   - Так это твоя дура?! - в голосе Марины слышалось облегчение, ярость, даже ненависть.
   Поморщившись, мужчина снова отодвинул трубку от уха и взглянул на небо. Скорей бы уже свалить подальше. Только он и Ника. И телефон включать не будет.
   - Марина...
   - Котенок! - снова перебила она Игоря. - Ты называешь меня котенком!
   - Марина...
   - Котенок!
   Игорь матернулся, он разозлился. Да что там разозлился, пришел в ярость! Его достали истерики, борьба любовницы за его внимание, ее упреки, сменяющиеся жаркими признаниями. Слезы надоели, жалобы на его холодность и отчужденность. И если обычно он все это списывал на гормональные всплески беременной женщины, уговаривая себя потерпеть еще немного, то сегодня чаша переполнилась. Слишком много всего произошло за одни сутки, чтобы мужчине удалось сохранить обычную невозмутимость.
   - Заткнись! - заорал он в трубку, прерывая поток новых всхлипов и выкриков. - Заткнись, дура, заткнись! Достала ты меня, слышишь?! Не нужна ты мне, да пойми ты это! Сына не брошу, а ты не нужна! - выплеснув ярость, Игорь взял себя в руки и уже спокойней закончил. - Жену я не собирался бросать, ты это знала с самого начала. Я ничего тебе не обещал, и то, что мы все еще встречаемся, причина твоя беременность и больше ничего. Меня не будет несколько дней, мы поговорим спокойней, но когда я вернусь. Все обсудим без нервов и воплей.
   - Ты бросаешь меня? - сдавленно спросила Марина.
   - Я никогда не был с тобой, чтобы бросать, - ответил Игорь.
   Женщина немного помолчала, затем нажала отбой, и Гладышев выдохнул с нескрываемым облегчением. Он убрал в карман телефон, расправил плечи и отправился дальше, стараясь не думать о своем срыве. Хамить Игорь не привык, он всегда мог унизить собеседника, не прибегая к повышенным тонам. Но вчерашний день и эта ночь совершенно выбили из колеи. Сердце снова напомнило о себе. Мужчина потер левую сторону груди и свернул к аптеке. Может, это последствия стресса, и ни к какому врачу идти не придется. Игорь вновь передернул плечами при мысли о враче, сразу вспомнив тварь из сна.
   Вероника подходила к дому любовницы своего мужа. Она не знала адреса, но тень вела ее именно туда. Марину Ника узнала сразу, как только та вышла из дверей подъезда. Взбешенная женщина не заметила соперницу, она спешила, придерживая рукой объемистый живот. Вероника проследила взглядом за любовницей мужа, усмехнулась и шепнула:
   - Чтоб ты спотыкнулась.
   Марина вскрикнула, едва не упав, но ее успел подхватить какой-то мужчина, показавшийся Нике смутно знакомым. Женщина фыркнула, перевела взгляд на обувь любовницы. На туфлях Марины были небольшие, но все-таки каблуки. Дождавшись, когда мужчина отойдет, Вероника вновь шепнула:
   - Чтоб у тебя каблук сломался.
   Женщина впереди снова вскрикнула и некрасиво выругалась, глядя на сломанный каблук. Ника негромко рассмеялась, входя во вкус. Однако каблук не остановил Марину, и она, прихрамывая, направилась дальше.
   - Спотыкнусь.
   - Ч-щерт! - Марина, уже выбравшаяся на улицу, оперлась рукой о фонарный столб, и теперь кривилась, ожидая, когда боль в ноге пройдет. Тень мелко затряслась у ног Вероники. Приставила к голове пальцы, показывая рога, и снова затряслась.
   Ника опять рассмеялась, глядя на эту пантомиму. Она дождалась, когда любовница мужа отлипнет от фонаря. Позволив Марине сделать еще несколько шагов, Вероника, осклабилась:
   - Спотыкнись.
   - Да что это такое?! - уже чуть не плача воскликнула Марина.
   - То ли еще будет... котенок, - недобро произнесла Ника и уже хотела приблизиться к любовнице мужа, когда та достала из кармана телефон, и до Ники донеслось:
   - Игорёчек, мне нужна помощь, - жалобно проговорила Марина. - Я на улице, подвернула одну ногу, потом вторую, это проклятье какое-то...
   Лицо Вероники исказилось, она уже не услышала, как любовница ее мужа выкрикнула в трубку:
   - Ты козел, Гладышев!
   Ослепленная гневом Ника стремительно подошла к Марине, встала за ее спиной, прошипела:
   - Ты никогда не увидишь своего ребенка.
   Женщина обернулась, но позади уже никого не было, и Марина подумала, что ей все показалось. Она снова поднесла к уху телефон, но он вдруг нагрелся и вспыхнул прямо в руках беременной женщины. Марина закричала, пытаясь стряхнуть с руки пылающую трубку, но пластик, расплавившийся от огня, потек по ее пальцам, обволакивая кисть, как перчатка, а потом телефон взорвался, отрывая женщине кисть, вместе с остатками телефона, и опалив лицо полыхнувшим пламенем.
   На ее истошные крики бежали люди, кто-то хотел вызвать "скорую", но и его телефон полыхнул. Вспыхнул каждый телефон, чей хозяин хотел позвать помощь, правда, отбрасывать взбесившиеся гаджеты удавалось без труда. Ника вышла из-за угла супер-маркета, равнодушно глядя на толпу, собравшуюся вокруг кричащей Марины. Затем перевела взгляд на тень.
   - Так ей и надо, - процедила сквозь зубы женщина, бес согласно кивнул.
   Вероника развернулась и направилась домой, тень скользила рядом...
  

Глава 9

Маргарита

   Головная боль была жуткой. Открывать глаза и вспоминать прошедший день не хотелось. Девушка тихо застонала и уткнулась носом в подушку, стараясь снова уснуть. До ее слуха донеслись шаги, кто-то сел на кровать, скрипнувшую пружинами, налег сверху, и по плечу прошлись губы. Чьи губы? Нелли насторожилась. Скрипнули пружины... Но ее кровать не скрипит. У последнего приятеля тоже. Приподняв голову, девушка, сожмурив один глаз, уставилась на незнакомого парня, усмехнувшегося ей.
   - Пора вставать, киса, - сказал он. - Я ухожу, так что тебе пора сваливать.
   - Ты кто? - хрипло спросила Нелли, изо всех сил пытаясь вспомнить, кто он, и как она тут оказалась... и где находится это "тут".
   - Твой страстный слоненок, - хохотнул незнакомец и он двинул вперед бедрами, затянутыми в джинсы.
   Ульянова села на несвежей постели, превозмогая головную боль. Ее взгляд остановился на паху парня. То есть...
   - Все было, - обрадовал он девушку.
   - Ты кто-о?! - повторила она вопрос.
   - Энерджайзер, - подмигнул парень. - Видела такую рекламу? Зайка с барабаном.
   - Твою мать, придурок, ты кто?!! - заорала на него Нелли. - Как я тут оказалась? Почему у меня так болит голова, и с какого хрена все было?!
   Парень скрестил руки на груди, мотнул головой, откидывая с лица прядь волос, и на его губах появилась уже знакомая усмешка.
   - Киса, у меня времени нет, - произнес он, наконец. - Натягивай шмотье, которое я тебе дал, и валим. По дороге напомню. Клазет и ванная там. Не засиживайся долго.
   Нелли глухо застонала и поднялась с кровати, заматываясь в одеяло. Пока она ополаскивала лицо холодной водой и рассматривала свою помятую физиономию в зеркало, в голове всплыло воспоминание. Маленькая комнатка, кажется, в клубе. Она на коленях, расстегивает молнию на джинсах...
   - Ты сейчас охренеешь, - услышала она свой пьяный голос. - Я ас в этом деле.
   - Тогда приступай к делу, киса, - ответил насмешливый голос, чем-то знакомы. Ну, конечно, это же тот парень... Энерджайзер. И она ему делала... - Бе-е-е.
   - Киса, блюй тише, соседей переполошишь, - хохотнул Энерджи. Да, точно, он сказал, что его можно так называть. - И шевели задом, или мне придется вытаскивать тебя за шкварник.
   Нелли распрямилась, тяжело дыша. Злость и возмущение затопили ее. Мало того, что это какой-то гопник, которому посчастливилось переспать с ней, так он еще позволяет себе разговаривать себе с ней в таком тоне! Да какого черта?!
   - Киса, твою мать, у тебя линька? - снова донесся до Нелли голос парня. - Всю постель волосами засрала.
   Нелли запустила руку в волосы и вытянула клок волос. Округлив глаза, она поспешила в комнату и остановилась, глядя на хозяина квартиры, державшего в руке пучок скомканных рыжих волос.
   - Мама, - сдавленно прошептала девушка, снова запуская руку в волосы и вытаскивая очередную прядь.
   - Ты больная что ли? - в глазах Энерджи появилось подозрение. - Слушай, тварь, если ты меня чем-нибудь наградила, я тебя из-под земли достану.
   - Я не больная! - закричала Нелли. - Я не знаю, что это такое!
   - А кто вас, б..., разберет, - отрывисто и зло произнес парень. - Пожалел, на свою голову.
   - Я не... - начала девушка и осеклась под насмешливым взглядом Энерджи.
   Пожалел? Почему он ее жалел? Но додумать Нелли не успела, парень швырнул в нее каким-то позорным тряпьем.
   - Одевайся и валим, - велел он.
   - А где моя одежда? - спросила девушка, снова осеклась и вспомнила. Вспомнила встречу с Олегом и его дурой, вспомнила туалет, тень, страшные лапы, шарящие по ее телу.
   Надрывный крик Нелли окончательно вывел из себя парня. Он схватил ее за шею и подтолкнул к двери.
   - Дура, - услышала Ульянова сквозь собственный крик. - Связался с полоумной. Сначала обдолбалась, на сцену голая вылезла, потом в истерики билась, нажралась всего, что горит, теперь линяет, блюет и орет. Твою мать, на хрена я с тобой связался?
   - Я... Я не дура, - всхлипнула Нелли. - Это все тот монстр.
   - Да-да, я ночью достаточно слышал про твои глюки, - отмахнулся он, все-таки натягивая на девушку огромную футболку, с лихвой заменившую платье.
   - Отстань от меня! - выкрикнула Нелли, выбегая на лестницу.
   Он сердито взглянул на девушку и махнул рукой.
   - Да какого черта? Делай ты, что хочешь!
   И сбежал на один лестничный пролет вниз. Ульянова сжала кулаки, высокомерно глядя вслед новому знакомому, но поняла, что осталась одна в незнакомом доме, в чужой футболке, противно пахнувшей потом, без денег и телефона, чтобы позвонить отцу или кому-нибудь из друзей.
   - Подожди, Энерджи! - крикнула она, свешиваясь через перила. - Подожди!
   Нелли догнала его уже у дверей. Пришлось скинуть туфли - единственное, что осталось от ее вещей, схватить их в руки и бежать босиком по холодным грязным ступеням. Парень усмехнулся и толкнул дверь, выпуская Нелли на яркий солнечный свет.
   - Куда тебя подбросить? - спросил он, направляясь к старому байку, прикованному толстой цепью к дереву.
   Нелли скривилась, представляя свою поездку на этой развалюхе. Апофеоз ее падения! Но Энерджи вытащил из кармана ключи от машины, и на сигнал брелка, подал голос черный автомобиль, отнюдь не из дешевых. Облегченно вздохнув, девушка забралась в салон, пахнувший новой кожей. Все-таки не гопник, эта мысль немного примирила Нелли с реальностью.
   - Ничего машинка, - заметила она и обернулась к парню.
   Тот смотрел на нее все с той же насмешкой.
   - Взял покататься, - ответил он. - Я вообще в автосервисе работаю. Если что, подъезжай, помогу.
   Гопник. Черт! Ну, как, как она во все это влипла?! Уроды! Чем и кто ее опоил, что у нее начались, как говорит, этот... а, неважно, глюки, а сегодня лезут волосы?
   - Ладно, не парься, это моя тачка, - усмехнулся парень, выезжая со двора. - Так куда тебя?
   Нелли чуть расслабилась и назвала адрес. Она снова взглянула на парня.
   - А ты в клубе...
   - Диджей, - ответил он.
   - Неплохо зарабатывают диджеи, - усмехнулась Нелли.
   - На хлеб с икрой хватает, - ответил парень и перестал обращать на Нелли внимания.
   Уже высаживая ее у дома, Энерджи подмигнул и потянулся, чтобы закрыть дверь, но Нелли придержала ее. Обычно у нее спрашивали номер телефона, и девушка была готова к тому, что и этот парень спросит. Она даже приготовила едкий ответ, чтобы отплатить ему за оскорбления. Но вопроса не последовало, и Нелли выпалила:
   - Мой номер...
   - На фига он мне, киса? - рассмеялся парень. - Разок перепехнулись, хватит. Тем боле ты не ас, киса, совсем не ас. Подучись, может, и трахнемся второй раз. А вообще я нормальных девчонок люблю, не разовых.
   Дверь захлопнулась, и машина сорвалась с места. Униженная девушка глядела ей какое-то время вслед, открывая и закрывая рот, так и не найдя, что ответить.
   - Шалава, - услышала она и обернулась, глядя на бабку мерзкого вида. - Тьфу.
   - Пошла вон, старая дура, - буркнула Нелли и поспешила к подъезду.
   Она нажала на кнопку домофона, ответила их домработница. Голос женщины показался девушке ехидным. Нахмурившись, она вошла в подъезд, кивнула консьержу и поспешила к лифту. Следом за ней вбежал сосед, паренек шестнадцати лет. Он бросал на Нелли короткие взгляды, хмыкая и поглядывая на экран телефона.
   - А ничего сиськи, - наконец выдал он, выходя на своем этаже.
   - Что? - потрясенно переспросила Нелли.
   Паренек поднял телефон, показывая девушке ее фото. Хохотнул и исчез за закрывшимися дверями. Нелли резко обернулась и уставилась на свое отражение шальными глазами. Перед внутренним взором защелкали вспышки камер на гаджетах посетителей клуба, в ушах послышался свист и выкрики. Она закрыла лицо руками и замотала головой, пытаясь избавиться от воспоминаний.
   Лифт звякнул и остановился, она бросилась к дверям своей квартиры. Открыла ей домработница. Она посторонилась, изумленно глядя на хозяйскую дочь. Затем не выдержала, хохотнула и ушла на кухню.
   - Явилась? - в дверях появился отец. - Дрянь неблагодарная.
   - Па...
   - Сева, спокойней, - из своей комнаты вышла мать.
   - Иди сюда, мерзавка, - рявкнул отец, ухватил дочь за волосы, когда она попыталась увернуться, и брезгливо стряхнул с руки клок волос. - Запаршивела, шлюха?
   - Па! - в голосе Нелли прозвучали слезы, но отец уже ухватил ее за шею и грубо втолкнул в свой кабинет, подтащил к компьютеру и указал на монитор, где голая дочь красовалась на сцене "Миража".
   - Наркоманка чертова! Это что?! Дрянь! - пощечина ослепила девушка, и она все-таки разрыдалась.
   - Па, мне подсыпали! - закричала она, но отец уже выталкивал ее из кабинета.
   - Приведи себя в порядок и собирай вещи, - сухо велел он. - Я договорился, сегодня переезжаешь в студенческую общагу. Мне в доме шалашовки не нужны.
   - Папа! - Нелли бросилась к дверям отцовского кабинета, но он уже закрылся. - Мама, я не виновата! Мама!
   Мать горестно вздохнула, развела руками и ушла к себе, тоже закрыв дверь. Нелли сползла по стене, тупо уставилась на свои коленки и прошептала:
   - Бред какой-то...
   Марго улыбнулась раньше, чем открыла глаза. Она почувствовала на себе взгляд, сразу понимая чей он. Губы Олега коснулись ее смеженных век, прошлись по скуле, остановились на губах девушки, и она обняла его.
   - С добрым утром, любимая, - услышала Рита.
   - Доброе утро, - голос прозвучал с хрипотцой. - Ты можешь называть меня Мышонком, я не против.
   - И с чего такая милость? - улыбнулся Олег.
   Просто слышать - любимая было непривычно. Это слово, хоть и звучало приятно, но было совсем незнакомо Рите, и она смущалась. Мышонок - тоже здорово. Прочие аналогии девушка отогнала от себя. Какая-то часть сознания прошептала, что она будет полной дурой, если опять позволит себе поверить предателю, но сейчас Марго отмахнулась от нее, как от назойливой мухи. Ей было хорошо, и это главное.
   - Кофе или чай? - спросил Олег, убирая волосы с лица девушки.
   - Кофе, - ответила Рита и зажмурилась, когда, подарив ей еще один поцелуй, Олег встал с постели и направился прочь из своей комнаты, не заботясь об одежде.
   Он обернулся у дверей и рассмеялся, глядя на Риту, теперь еще и закрывшую лицо ладонями. Она тут же посмотрела на него, хихикнула в ответ и спряталась с головой под одеяло, чтобы спрятать счастливую улыбку. Шагов молодого человека она не услышала, лишь почувствовала, как он наваливается сверху, стягивает с лица девушки одеяло, и посмотрела в его сияющие глаза:
   - Ты чудо, - прошептал Олег, - мое чудо.
   Их губы встретились. Марго опять оплела шею парня руками, тая от той нежности, что он дарил ей. Когда исчезло одеяло, скрывавшее наготу Риты, девушка не заметила, кажется, без остатка растворившись в ласках Олега. Она тихо постанывала, когда он спустился по ее шее к груди, выгнулась, подаваясь навстречу, когда он спустился еще ниже, и выкрикнула его имя, взлетая на волне оргазма, подвластная умелым губам молодого человека.
   - Люблю тебя, - выдохнул он, вновь нависая над ней.
   - Люблю тебя, - эхом отозвалась девушка, почти проглотив окончания слов в прерывистых вздохах.
   Олег неспешно вошел в нее, замер на мгновение, прикрыв глаза и улыбнувшись, и начал свое неспешное скольжение внутри податливого женского тела. Он закинул руки Риты наверх, переплетая их пальцы, накрыл ее губы, кружа голову в сладчайшем поцелуе, с наслаждением ловя стоны девушки и отдавая ей всего себя без остатка.
   - Рита-а, - протяжно застонал молодой человек, входя в нее до предела.
   Девушка оплела его бедра ногами, не позволяя отстраниться. Она жадно следила за Олегом, ощущая, как он расслабляется, как рвано вздыхает, ей так это нравилось! Обняв лицо парня ладонями, Марго коснулась его губ, тут же оторвалась и покрыла все лицо быстрыми легкими поцелуями, слушая счастливый смех Олега и радуясь тому, что они вместе.
   - Предаст, - прозвучал противный голос внутри, пытаясь отравить радость девушки.
   Она мотнула головой, избавляясь от невидимого наушника, и снова поцеловала Олега.
   - Значит, кофе? - спросил он с улыбкой.
   Рита кивнула, с сожалением выпуская из рук молодого человека. Он поднялся с постели, послал девушке воздушный поцелуй и исчез за дверями. Марго тихо пискнула, закрывая лицо ладонями. Она была счастлива! И плевать ей сейчас было на какую-то Нелли, на ролик и на договор с самим Дьяволом, который приснился ей вчера. Теперь Рита была уверена, что это сон. Она вспомнила его до мельчайших подробностей, даже посмеялась над тем, что такое может присниться, и махнула рукой. Это было ночью, после того, как они приехали к Олегу.
   Сначала Марго еще злилась, время от времени жаля молодого человека словами, потом сама же начала соблазнять его, накидываясь, словно дикий зверь. На теле Олега красовалось несколько следов ее страсти. И хоть парень был заведен до предела, Рита это видела, но он остановил ее, тихо произнеся:
   - Позволь мне.
   Она позволила. И тогда все изменилось. Риту словно закружило в вихре света, отгоняя злость, обиду и черную похоть. Жаркий мужской шепот, его ласки, нежность и страсть пьянили, даря первое наслаждение, которого Марго не испытала в свой первый раз. Кажется, они занимались любовью до самого рассвета, а потом уснули, тесно прижимаясь друг к другу. Все было так чудесно, что обида, кажется, окончательно покинула девушку.
   Выбравшись из постели, Марго осмотрелась, заметила рубашку Олега, небрежно сброшенную ночью в пылу страсти, накинула на себя и юркнула ванную. Ее местоположение Рита уже знала. Она включила воду, прислушиваясь к звукам, доносившимся из кухни. Девушка повернулась к стене, которую полностью скрывало зеркало. Она увидела свое счастливое лицо, увидела сияющие глаза, и улыбнулась своему отражению.
   Затем включила воду и встала под душ. Пар мягкими клубами заполнил ванную, скрывая от девушки ее обнаженное тело, отражавшееся в зеркальной стене, и она чуть недовольно скривилась. Это была детская капризная гримаска, следом за которой последовала улыбка и тихое хихиканье.
   Неожиданно что-то привлекло внимание Маргариты. Это был тихий скрип, словно кто-то водил пальцем по влажному стеклу. Резко обернувшись, девушка застыла, глядя, как на зеркальной стене сами собой появляются буквы: "Привет". Рита пискнула, прикрыла рот рукой и огляделась, пытаясь найти того, кто написал это, но в ванной она была одна.
   - Кто здесь? - сдавленным шепотом спросила она.
   Снова заскрипело, и Марго со все более возрастающим ужасом следила, как на запотевшем зеркале появляются буква за буквой.
   - Подарок Повелителя, - прочла Рита.
   А затем, словно чья-то рука провела по зеркало, стирая буквы, и Марго увидела себя, со страхом глядящую в отражение. Потом глаза ее загорелись огнем, все более увеличиваясь по мере приближения... Но она стояла на месте! Приближалось отражение, само!!! Обнаженная, растянувшая в неприятное усмешке губы, зеркальная Марго прижалась к стеклу с той стороны, и настоящая Маргарита видела, как расплющились о стекло груди, подушечки пальцев, когда отражение приложило к стеклу руки. Потом руки прошли сквозь зеркало, показался кончик носа, все лицо, коленка, полностью распрямилась нога... Отражение сделало еще шаг и вышло из зеркало, глядя на настоящую Маргариту горящими огнем глазами и скалясь все в той же страшной ухмылке. Изо рта отражения показался раздвоенный язык, облизавший губы.
   - Я сплю, сплю, - прохрипела Марго, прижимаясь спиной к стене.
   Отражение хохотнуло, вспыхнуло огнем, тут же становясь черным, как головешка, и оплыло, будто свеча, превращаясь в тень. Тень неспешно заскользила к застывшей в ужасе девушке. Рита очнулась, завизжала и съехала по стене, теряя сознание...
  

Глава 10

Лидия

   День уже давно перевалил за вторую половину, когда Лидия Ивановна встала перед зеркалом, оценивая себя. Сегодня она отошла от строгого делового стиля, надев платье. Волосы оставила распущенными, позволив им струиться по плечам. Своим внешним видом женщина осталась довольна. Затем перевела взгляд выше своего плеча. Бес стоял за ее спиной, не сводя с отражении хозяйки горящих глаз.
   - Как тебе? - спросила Лидия.
   Тень облизалась и подалась ближе, но не притронулась, памятуя о приказе не распускать руки.
   - Нравлюсь? - прищурилась женщина. Бес кивнул, подходя еще ближе. - Хочешь меня? - голос Лидии Ивановны стал ниже, наполнившись бархатистыми нотками.
   Бес снова кивнул, вновь облизавшись. Женщина погрозила ему пальцем, рассмеялась и направилась к дверям. Ее молчаливый спутник, став тенью, послушно заскользил за ней. В лифте тень ничем не выдала себя, потому что вместе с женщиной ехала соседка, с которой Лилия Ивановна недолюбливали друг друга. Соседка окинула Лиду высокомерным взглядом и отвернулась. Когда двери открылись, соседа вышла первой. Лида переглянулась с тенью, усмехнулась и шепнула:
   - Чтоб ты ногу сломала.
   - Мама! - взвизгнула соседка падая на ровном месте. - Помогите!
   Воззвала она к Лидии, но та прошла мимо, не оборачиваясь. Тень нарочито проползла по соседке, причитавшей, сидя на полу, остановилась и взглянула в глаза женщине. Та застыла на мгновение, а после разразилась новым визгом. Лидия улыбнулась, по-прежнему, не оборачиваясь, скосила глаза на землю и подмигнула, догнавшей ей тени. Настроение у женщины было великолепным.
   В машине бес расположился на заднем сиденье и теперь жег спину хозяйки пристальным взглядом, раздражая ее этим. Лида бросила взгляд в зеркало заднего вида.
   - Что тебе нужно? - спросила она.
   Бес опустил голову. Плечи его поднялись и опали, обозначая горестный вздох. Лида закатила глаза и сунула ему руку.
   - На и угомонись.
   Бес обжег ее, мгновенно обхватив руку горячими пальцами, припал мордой, жадно втягивая носом женский запах и прошелся языком по обнаженному запястью, коснулся ладони, и Лидия отняла руку.
   - Хватит, - проворчала она, отгоняя от себя мысль о том, что это было приятно.
   Бес самодовольно осклабился и исчез, вновь став тенью. Машина мягко тронулась с места. Лидия Ивановна выехала со двора, вливаясь в небольшой поток машин. Взглянув на телефон, женщина подумала, что неплохо бы подтвердить встречу, но не стала звонить, чтобы не вызвать подозрений, что она сейчас на отдыхе, и ехать на деловую встречу просто лень. Свернув к месту, где была назначена встреча с Краснопольским, Лидия заглушила двигатель, бросила на себя последний взгляд в зеркало и улыбнулась своему отражению.
   Тень деловито скользила рядом, став на солнце более блеклой. Женщина вошла в ресторан, обернулась к администратору и произнесла:
   - Меня должны ожидать. Господин Краснопольский.
   - Господин Краснопольский отменил заказ, - вежливо ответил администратор.
   Глаза Лиды слегка увеличились, обозначив изумление.
   - Отменил? - переспросила она. - Когда?
   - Около часа назад, - ответил ей мужчина.
   Не благодаря и не прощаясь, Лида вышла на улицу и посмотрела на тень. Затем достала телефон и набрала номер Краснопольского. Ответил ей женский голос.
   - Господин Краснопольский занят и просил вас его больше не беспокоить.
   Лидия Ивановна снова взглянула на притихшего беса.
   - Кинуть меня решил? - прошипела женщина. - Я тебе кину, жирный придурок.
   Бес потер ладошки и осклабился. Лида опустила на глаза очки от солнца, затем передернула плечами, вскинула подбородок и направилась к машине, раздумывая о том, кто мог перейти ей дорогу. Ответ нашелся быстро - Епифанов. Или Голованов... Нет, Епифанов, у мозгляка Голованова думалки бы не хватило на такую подставу. Не-ет, это Глебушка, больше некому.
   Женщина села в машину, гневно хлопнув дверцей. Бес скользнул на заднее сиденье, приняв свою форму. Когтистые лапы легли на плечи Лидии Ивановны, бережно сжав их и помассировав. Лидия откинула голову на подголовник и прикрыла глаза.
   - М-м-м, - тихо простонала она. - Спасибо, милый, очень хорошо.
   Пальцы беса ласкающими движениями погладили шею и спустились на женскую грудь.
   - Опять?! - разозлилась Лида.
   Бес вздохнул, обдав затылок хозяйки, жаром своего дыхания, лапы исчезли, как и весь бес, снова ставший тенью. Женщина в задумчивости постучала ноготками по рулю. Можно было обольстить Краснопольского, и он бы пополз за ней на карачках, но это было скучно и неинтересно. Лидия Ивановна желала иного. Душа просила размаха и бурных аплодисментов. Но начать можно было и с мелкой пакости. Лидия достала свой телефон и набрала номер Антонова. Тот долго не отзывался, затем все же ответил, и женщина услышала:
   - Я не заинтересован в ваших услугах, госпожа Мартынова. Прошу больше меня не беспокоить.
   Антонов нажал отбой, а Лида еще некоторое время гипнотизировала взглядом телефон. В ее голове звучали слова Антонова, сказанные им вчера:
   - Лидочка, дорогая, только скажи "да", и я лично выберу тебе лучший кабинет.
   Госпожа Мартынова, значит? Не заинтересован, да? Не беспокоить? Лида поджала губы и кинула телефон на соседнее сиденье. Бес просунул голову между сиденьями, его горящие глаза остановились на хозяйке.
   - Знаешь, где сейчас Антонов? - спросила женщина, бес кивнул. - Едем. Нет! - тут же передумала Лидия. - Сначала Епифанов.
   Тень скользнула вперед, к навигатору протянулся темный жгутик, окутывая его, и механический женский голос сообщил:
   - Поисков урода активирован. Урод найден. Лида, вперед! Сделаем гада.
   Следом раздалось гаденькое хихиканье, а на маленьком экране появилась красная точка с подписью "Урод". Лидия Ивановна расхохоталась и бросила короткий взгляд на ухмыляющуюся тень. Машина плавно тронулась в сторону другого ресторана. Женщина ухмылялась, поглядывая на экран. Мысль, что именно сейчас Епифанов может разговаривать с Краснопольским, показалась ей здравой.
   - Где Краснопольский? - спросила она.
   - Жирный придурок найден, - доложил навигатор.
   Красная точка с подписью "Жирный придурок" оказалась в другом конце города. Лидия Ивановна вздохнула, а могли одним ударом двух зайцев...
   - Растянем удовольствие, - решила она. - А где Антонов?
   - Ублюдок найден, - деловито сообщил навигатор, демонстрируя местоположение Антонова.
   - Голованов?
   - Пипетка найден.
   Лида расхохоталась, слушая собственный навигатор. Ей сейчас не нужен был Голованов, как и Антонов, просто было любопытно, какие прозвища получат они. Немного выпустив пар на мелочной радости от прозвищ, полученных мужчинами, Лида остановилась перед рестораном, где сейчас сидел Епифанов. Бес прикинулся тенью, пристраиваясь рядом с хозяйкой.
   Женщина вошла в ресторан и, отмахнувшись от администратора, направилась туда, где любил сидеть Глеб. Здесь они бывали, и Лида знала, где искать бывшего шефа. За столиком, где обычно любил располагаться Епифанов, сидел какой-то седой мужик. Напротив него сидела нимфа, лет двадцати, скромно тупя глазки и совсем нескромно облизывая и прикусывая пухлые губки. Окинув юное дарование быстрым равнодушным взглядом, Лидия прошла дальше, окидывая ресторан внимательным взглядом.
   - Нужно уметь жить с удовольствием, - услышала она знакомую фразу и остановилась.
   Затем медленно развернулась и уставилась на Епифанова. Тонкая бровь Лидии Ивановны вспорхнула вверх, губы скривила издевательская улыбка, и женщина неспешно шагнула к столику, предвкушающе растягивая:
   - Какая встреча. - Лида наклонилась, упираясь ладонями в поверхность стола, взгляд ее впился в лицо помрачневшего бывшего шефа. - Глеб, дорогой, ты-то мне и нужен.
   Епифанов, неожиданно для себя, подался назад, вдруг ощущая неконтролируемый испуг, готовый перерасти в настоящую панику. Но Лида выпрямилась и скрестила руки на груди, отпуская его из-под власти своего взгляда.
   - Нужно поговорить, дорогой, - произнесла она и перевела взгляд на девицу.
   - Глеб...
   - Она сейчас уйдет, - непонятно кому и о ком ответил Епифанов.
   Взгляд его не отрывался от губ Лиды, кривившихся в издевательской усмешке.
   - Я жду, Глеб, - насмешливо поторопила она Епифанова.
   - Катись к черту, Мартынова, - отмер тот и отвернулся, перестав замечать Лидию Ивановну.
   Услышав ответ, Лида расхохоталась и покосилась на тень. Затем снова оперлась ладонями о стол и пощелкала пальцами перед носом бывшего шефа:
   - Ты уже списал меня, Глебушка? Избавился от балласта? - поинтересовалась женщина. - Решил поиметь меня, Епифанов? Член оказался коротковат, так ты добрался до Краснопольского и Антонова?
   Глеб вскинул голову, глядя в глаза Лиды злым взглядом.
   - Поиметь тебя? - усмехнулся мужчина. - Я всегда имел тебя по-всякому, Лидочка. Поимею еще столько раз, сколько захочу, и как захочу. Можешь не обольщаться, твоим телом я пресыщен, теперь я буду иметь тебя по-другому. Запомни, в этом городе для тебя нет работы, никто не свяжется с тобой. Мне ты больше не нужна, ни в компании, ни в постели. - Он потянулся и заложил руки за голову. - Не стоит связываться с тем, кто тебе не по зубам. А теперь вали отсюда, достала.
   Лида склонила голову к плечу, разглядывая вчерашнего любовника. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Вообще было похоже, что ее не впечатлили слова Епифанова.
   - Ты никогда и никем не сможешь заменить меня, - четко проговорила она. - Ты будешь думать обо мне, мечтать обо мне, хотеть только меня. Отныне для тебя существует только одна женщина, Епифанова, и это - я. - Она сложила руки на груди, высунула язык и часто задышала, парадируя собачонку. - К ноге, Шарик, - хохотнула Лида и направилась на выход из ресторана.
   Глеб проводил бывшую любовницу хмурым взглядом, затем взялся за вилку, но быстро откинул ее и прошипел:
   - Сука.
   Девушка напротив отмерла и улыбнулась, вновь прикусив губу и состроив богатому папику глазки. Епифанов некоторое время смотрел на нее и скривился. Она была отвратительна. Тупая малолетка с замашками проститутки. Большеротая, лупоглазая...
   - Встань, - велел Глеб.
   Девушка поднялась на ноги, удивленно глядя на мужчину. Епифанов осмотрел ее с головы до ног и снова скривился. На что повелся? Ни кожи, ни рожи и ж..а с кулачок, тьфу. Мужчина кинул на стол деньги и, показав официанту, что уходит, направился к выходу. В голове все еще вертелись последние слова Лиды. Шарик... Тварь, какая же она тварь! Как она умудряется, как только Глеб решал, что он на коне, мокнуть его мордой в дерьмо?
   Епифанов раздраженно передернул плечами. Он вышел на улицу и жадно втянул в себя воздух. Но вскоре Глеб ощутил странное чувство, почти панику от ощущения пустоты. Взгляд его заметался по парковке, затем переместился на улицу, что-то упорно пытаясь разыскать. Мужчина даже не сразу понял, что он ищет Лиду. Зачем?! Зачем вообще думать об этой стерве? Зачем искать ее?
   - К черту все, к черту! - воскликнул Глеб, забираясь в свой автомобиль.
   Он вырулил с парковки, влился в поток машин, но и здесь его взгляд начал цепляться за попутные и встречные автомобили. Затем Епифанову показалось, что в толпе мелькнула знакомая фигура, и он выкрутил руль, даже не осознавая, что и где делает. Вслед ему понеслись ожесточенные звуки клаксонов, но Глеб не слышал их. Он выскочил из-за руля и помчался вслед той, кого приметил в толпе прохожих.
   Сбивая людей, налетая на них, не слушая мат и возмущенные вскрики, мужчина бежал по улице. Ощущение пустоты все более разрасталось, все более переходя в панику. Епифанов перебежал на другую сторону дороги, огляделся и снова помчался вперед. Наконец, не выдержал, закрутился на месте, потерял равновесие и упал на тротуар. Грудь его разорвал отчаянный крик:
   - Лида!
   Лидия Ивановна не слышала Глеба. Она уверенно направляла машину в сторону красной точки, именованной - Жирный придурок. Краснопольский ехал в свой загородный коттедж. Жаль не в ту сторону, где отдыхал Антонов. Ничего, этот свое получит завтра... Лида довольно ухмыльнулась. У нее появилась идея.
   Нет, она не собиралась окручивать и возвращать кандидата в губернаторы, теперь он был ей не нужен. Госпожа Мартынова помнила об аутсайдере, кто больше создавал видимость выбора, чем был серьезным претендентом на кресло губернатора. Марьин Сергей Сергеевич, вот кем она займется. Господин Марьин еще не подозревал, что его будущее уже предрешено, что сам он взвешен, измерен и признан годным в губернатором. Плевать на расстановку сил, Сергей Сергеич был кандидатом от самого Дьявола, так назвала себя Лидия Ивановна. Разве может кандидат Дьявола проиграть в гонке?
   - Никак нет, - ухмыльнулась Лида, вдавливая в пол педаль газа.
   Бес сидел рядом с ней и скалился, отвечая на мысли своей хозяйки. Он открыл окно, высунул в него лапу и оттопырил средний палец, посылая засевшего в кустах гаишника. Лида расхохоталась и, не глядя, потрепала беса по щеке. Позади взвыла сирена, и из кустов вылетел автомобиль ДПС. Женщина кинула взгляд на спидометр, он показывал 120 км/ч.
   - Медленно, - решила Лидия и прибавила в скорости.
   Бес мелко затрясся, хихикая, когда "Ауди" промчалась мимо "Жигуленка", откуда в водительское окошко вылез кулак, махая ей вслед. Ответом ему стал средний палец беса. Автомобиль ДПС мчался за Лидой, подвывая сиреной, периодически требуя остановиться. Женщиной овладело еще ни разу неизведанное чувство бесшабашности. Ей хотелось переть на рожон, хотелось послать весь мир в далекие далека, издевательски хохоча в лицо каждому, кто вздумает ей указать, что она не права, что она сейчас ошибается. Ей теперь было все можно. И если уж Лида продала свою душу Дьяволу, то желала получить за нее по максимуму.
   Бросив взгляд в зеркало заднего вида, женщина криво усмехнулась и скинула скорость, подруливая к обочине.
   - Сгинь, - велела она бесу.
   Тот послушно растворился, становясь тенью. Машина ДПС встала за "Ауди", из нее выскочили двое мужчин, направив на автомобиль нарушителя ствол пистолета, который сжимал в руке водитель. Дверца автомобиля открылась. Первыми показались женские длинные ноги, обутые в туфли на шпильках. Затем одна нога поднялась, и узкие кисти с длинными пальцами, пригладили чулок. После этого показалась обладательница рук и ног. Она выпрямилась, насмешливо глядя на опешивших от происходящего работников ДПС.
   - Щупать будете? - полюбопытствовала Лида, разворачиваясь к машине лицом и опираясь ладонями на крышу. - Ноги пошире?
   Прозвучало это столь двусмысленно, что один из мужчин кивнул, рвано вздохнув.
   - Ствол заряжен, офицер? - спросила женщина, глядя не на автомат, а на ширинку форменных брюк. Она облизала губы и прогнула спину, продолжая смотреть на мужчину, на чьих висках вдруг появились капельки пота.
   Первым отмер второй, решительно приблизившись к автомобилю и заглянув в салон, но там никого не было.
   - Где негр? - спросил он.
   - Кто, простите? - изломила бровь Лида.
   - В салоне сидел чернокожий мужчина, показавший неприличный жест сотрудникам ДПС, - ответил мужчина. - Документы на машину...
   - Офицер, вы уверены, что хотите видеть именно документы? - интимным тоном осведомилась Лидия Ивановна.
   - Д...да, - менее уверено ответил тот.
   - А может, вы хотите предложить мне свою трубочку? - взгляд темных глаз опустился ниже пояса мужчины. - Или обыскать? Быть может, вы хотите нацелить на меня свой ствол? Вы метко стреляете, офицер?
   - Метко, - сглотнув, ответил он.
   - Короткими очередями, или...
   - Или, - просипел он, убирая пистолет в кабуру.
   Лида забавлялась. Ей было любопытно узнать, насколько велика ее новая власть, и увиденное женщине нравилось. Оба ДПСника еще держались, но штаны уже были изрядно оттянуты на причинных метах. Лидия развернулась к ним лицом, закинула руки за голову, давая ткани платья натянуться, подчеркнув ее грудь с выпирающими сквозь гипюр лифчика сосками. Теперь два мужских взгляда не отрывались от этой части женского тела.
   - Не маловат ли калибр ваших стволов, офицеры? - Лида вновь насмешливо изогнула брови.
   - Проверь, - выдохнул первый, подступая к женщине.
   - Вечером, - подмигнула женщина. - Устроим групповые стрельбы?
   - С удовольствием, - теперь и второй подошел еще ближе.
   - Тогда до вечера, офицеры, - Лида послала им воздушный поцелуй, села в машину и сорвалась с места.
   Ее проводили голодными взглядами. Мужчины стерли пот с лиц, и первый охнул:
   - А где и во сколько?! Она же...
   - Нас поимела, - криво усмехнулся второй, возвращаясь к своему автомобилю. - Предлагаю не откладывать в долгий ящик то, что само хочет быть оттраханным прямо сейчас. - Первый кивнул и поспешил за своим напарником.
   Машина тронулась с места, замигали маячки, завыла сирена, и гонка возобновилась. Черная тень на заднем сиденье осклабилась и придвинулась ближе. Запах серы заполнил салон. Водитель скривился и покосился на напарника.
   - Я все понимаю, но можно же сдерживаться, - раздраженно произнес он.
   - Это не я! - возмутился мужчина. - Не надо на меня свои грехи сваливать.
   - Открой окно, задохнуться же можно, - бросил зло водитель.
   Они открыли окна, но смрад становился лишь гуще и отвратней.
   - Твою мать! - сорвался водитель, подруливая к обочине. - Что за тухлятину ты жрал?
   - Охренел?! - взвился его напарник. - Я сказал, хватит на меня перекидывать! - но он быстро успокоился. - Что встал, баба уйдет.
   - Выметайся, - рявкнул водитель. - Ты никуда не едешь. И в машину не пущу, пока свои дела не сделаешь.
   - Один что ли поедешь? - нахмурившись, спросил напарник. - Решил избавиться от меня таким... вонючим способом? Ты ей тогда противогаз сначала выдай, чтобы ее не выворотило.
   Мужчины развернулись, сверля друг друга неприязненными взглядами. Бес перегнулся через сиденье, приближая морду к уху водителя. Тот побагровел, глаза его налились злобой, и мужчина рванул дверь, выскакивая из машины. Он стремительно обошел капот, распахнул пассажирскую дверь. Вцепившись в напарника, водитель выволок его из машины.
   - Ну ты и гнида, - прорычал он, наваливаясь на того, кого еще час назад просил быть крестным его новорожденного сына. - Как же я тебя ненавижу!
   - Ты что?! - закричал второй, с трудом отталкивая от себя приятеля.
   - Ты трахал мою Лерку! Может, и ребенок твой? А? Решил за мой счет сына вырастить, папаша? - сжимая кулаки, подступал к мужчине водитель.
   - Паш, ты что? - опешил тот. - Да мы же подружились, когда твоя жена уже была беременной. Ребенок рыжий, как ты, я здесь причем?!
   - Сливаешься, козлина? - водитель смачно сплюнул на ботинок друга.
   - Сам нарвался, - мрачно ответил напарник, кидаясь на приятеля.
   Мимо мчались автомобили, из окон которых высовывались руки с телефонами. Кто-то останавливался, снимая драку сотрудников ДПС более обстоятельно. Видео в интернете, скинутое предприимчивым подростком уже собирало просмотры, лайки и комментарии. Бес, никем незамеченный, полюбовался творящимся безобразием, мелко затрясся, хихикая, и помчался догонять хозяйку, уже сворачивавшую к коттеджному поселку, где обосновалась элита их города.
   "Ауди" остановилась недалеко от дома Краснопольского. Лида выбралась из салона, вдохнула полной грудью чистый воздух, наполненный запахом свежей зелени. Затем скосила глаза вниз и усмехнулась, глядя на тень, делавшую вид, что она запыхалась.
   - Не ври, - строго велела Лидия Ивановна.
   Бес осклабился и прекратил придуриваться. Они направились к витиеватым вычурным воротам, за которыми был виден охранник Краснопольского.
   - Константин Антонович дома? - сладким голосом спросила Лида, приближаясь вплотную к воротам.
   - Он никого сегодня не принимает, - буркнул охранник, но, взглянув на посетительницу, уже не сводил с нее взгляда.
   Лидия Ивановна протянула сквозь решетку руку и помнила к себе молодого мужчину, зачарованно кивнувшего и направившегося к ней. Взгляд женщины гипнотизировал, лишая воли. Единственное, что сейчас возникло в голове у охранника - это извивающееся под ним стройное тело.
   - Хочешь? - спросила Лида, глядя ему в глаза.
   - Да, - кивнул парень.
   - Впусти, - прошептала женщина, отмечая, что взгляд охранника остановился на ее губах. Лидия облизала их, чуть прикусила и издала едва слышный стон.
   Тут же распахнулась калитка, и женщина вошла на территорию коттеджа, соблазнительно повиливая бедрами. Она провела тыльной стороной ладони по скуле охранника, жала пальцами его подбородок и прошептала в приоткрывшиеся губы:
   - Жди.
   Он послушно кивнул и застыл, глядя вслед удаляющейся женщине, за которой ползла слишком черная тень. Лидия легко взбежала по ступеням каменного крыльца, распахнула высокие стеклянные двери и шагнула в широкий холл. Горничная, спешившая вглубь дома, остановилась и недоуменно взглянула на незваную гостью.
   - Как вы вошли? Господин Краснопольский сегодня никого не принимает. Как ваше имя?
   Лида хмыкнула и выбросила руку вперед, указывая под ноги горничной:
   - Крыса! - воскликнула она.
   Горничная опустила взгляд и увидела, как что-то темное мелькнуло рядом. Завизжав, она скрылась за дверями комнаты, находившейся за ее спиной. Лида рассмеялась, затем окинула быстрым взглядом дом и велела бесу:
   - Ищи.
   Тень уверенно заскользила вперед, показывая хозяйке, куда идти. Их путь закончился у крытого бассейна, недалеко от которого стоял накрытый стол. Вопреки ожиданиям Лидии Ивановны, за ним сидели только мужчины, и никаких длинноногих девиц. Три толстяка, как тут же окрестила их Лида, вели неспешную беседу, обсуждая какой-то проект. Впрочем, посиделки мало походили на деловые переговоры. Скорей всего, женщина стала свидетелем встречи, если и не друзей, то хороших приятелей, решивших посидеть в тихой компании, отдохнув от привычной суеты и статусности.
   На стук женских каблучков троица обернулась, и лицо Краснопольского скривилось, когда он узнал нежданную посетительницу.
   - Кто впустил? - недовольно спросил он. - Я же ясно сказал, что не заинтересован в работе с вами.
   - Но забыли объяснить причину, - мило улыбнулась Лидия, пододвигая к столу еще один стул.
   - Пошла вон! - рявкнул Краснопольский.
   - Кость, такая милая дама, - улыбнулся один из гостей, с интересом поглядывая на женщину. - Зачем так быстро прогоняешь.
   - Телок не хватает? - зло спросил Константин Антонович. - Я тебе вызову самых элитных сук, а с этой связываться не советую.
   - Почему? - удивленно приподняла брови Лида, глядя на Краснопольского наивными глазами. - Я что-то вам сделала?
   - Наслышан о твоей чистоплотности, - проворчал хозяин дома. - Не уйдешь сама, уведет охрана.
   Лидия Ивановна откинулась на стуле, закинув ногу на ногу, раскрыла сумочку и потянула из пачки сигарету.
   - Здесь не курят, - враждебно произнес Краснопольский.
   - Правда? - насмешливо поинтересовалась женщина, глядя на пепельницу, полную окурков.
   Все тот же мужчина, который заинтересовался названной гостей, щелкнул золотой зажигалкой, давая Лиле прикурить. Она мазнула взглядом по галантному кавалеру, затянулась и выпустила сизую струйку дыма.
   - Дорогой Константин Антонович, а вам не пришло в голову проверить сплетни? - спросила она. - Возможно, меня оболгали, а вы упустили свой шанс стать губернатором.
   Трое мужчин изумленно взглянули на женщину. Краснопольский побагровел, но быстро расслабился и хрипловато рассмеялся.
   - Угрожаешь мне? - прервав смех, спросил он. - Кто ты такая? Сявка дешевая. Брысь.
   Лида поцокала языком и подалась вперед, выдыхая кандидату в лицо очередную струйку дыма. Глаза ее сузились, лишаясь всяких следов наивности.
   - Ай-яй, Константин Антонович, - покачала головой Лидия Ивановна, - как нехорошо получается. Поверили грязному вранью, лишили бедную одинокую женщину хлеба и средств на жизнь. А ведь вместе мы были силой. И как же тебе после этого кусок в рот полезет? Сдается мне, что не полезет. - Она поднялась на ноги. - Не спать вам больше сладко, господин Краснопольский, совесть заснуть не даст. - Женщина сделала несколько шагов в сторону двери, но вдруг обернулась и издевательски произнесла. - Элитных сук, говорите? Да будет так. Удачи в вашем новом увлечении, и берегите член, суки кусаются. Счастливо подавиться.
   С этими словами она величественно покинула бассейн. Краснопольский, следивший все это время злым взглядом за женщиной, усмехнулся и вернулся к своей тарелке, на которой лежал уже разделанный омар. Мужчина взял пальцами кусочек мяса, положил его в рот и задумчиво пожевал. Затем потянулся вдруг напрягся. Двое гостей наблюдали, как хозяин дома кашлянул, затем ударил себя кулаком в грудь и захрипел, глядя выпученными глазами на приятелей. Он сипел, показывал себе на спину, но они словно не понимали, зачарованно глядя на то, как становится лиловым лицо Краснопольского, как он заваливается на бок, с грохотом роняя стул. Очнулись мужчины, лишь когда открылась дверь, и к ним побежала прислуга. Мужчина, дававший Лиде прикурить, обернулся на дверь, за которой исчезла женщина и невольно перекрестился, но уже через пару секунд он спешил на помощь приятелю, хрипевшему на полу.
   Лидия Ивановна прошла мимо охранника, ждавшего ее у калитки. Он открыл рот, но женщина поддела мужской подбородок пальчиком, захлопывая ему рот.
   - Хозяину плохо, - сказала она. - Помоги.
   Охранник осоловело моргнул и сорвался с места. Лидия Ивановна вернулась в машину, устало потерла лицо, но уже через мгновение вновь довольно улыбнулась.
   - Во славу Повелителя! - провозгласила она и рассмеялась под обожающим взглядом беса.
   Машина мягко тронулась с места, увозя женщину в город. У нее было еще много дел.
  

Глава 11

  

Вероника

   Голубое небо вспарывал большой самолет, оставляя за собой белый след. Прикрыв глаза ладонью, с земли за ним следила молодая женщина. У ее ног лежала густая черная тень, такая же мрачная, как и ее хозяйка. Женщина опустила взгляд и поджала губы, глядя в горящие глаза своей тени.
   - Ненавижу, - тихо прошептала Вероника.
   За спиной послышались шаги, и она обернулась, глядя на приближающегося мужа. На лице Игоря сохранялось спокойствие, но легкая бледность и желваки, ходящие на скулах, выдавали его внутреннее напряжение. Не глядя на жену, мужчина подошел к ней и встал рядом. Он протяжно вздохнул и поднял лицо к небу, подставляя солнечным лучам и жмурясь от яркого света. Самолет еще не успел скрыться, потому Игорь тоже заметил его.
   - Прости, - буркнул он, почувствовав пристальный взгляд Ники. - Я не могу оставить ее в таком состоянии, а мы с тобой еще слетаем, куда захочешь.
   - Катись к черту, - брезгливо скривилась Вероника, развернулась и направилась прочь от мужа, не желая его видеть.
   Из-за тупой курицы, его любовницы, они никуда не поехали. Это привело женщину в крайнюю степень раздражения. Игорь не звал ее с собой, когда отправился в больницу, но Ника пошла с ним по доброй воле, больше для того, чтобы не дать ему задержаться у обожженной Марины. Но пока ждала, окончательно разозлилась, и теперь ей хотелось придушить Игоря за его упрямство и заботу об этой суке, из-за которой рухнула такая мирная и отлаженная жизнь.
   - Ника, - позвал ее муж, но женщина не обернулась, удаляясь все дальше.
   Мужчина некоторое время смотрел ей вслед, но вскоре выругался в сердцах, махнул рукой и вернулся в больницу.
   - Пошел к ней? - спросила женщина свою тень.
   Та кивнула и вопросительно взглянула на Веронику, но женщина покачала головой. Ей сейчас хотелось просто уйти и никогда больше не видеть своего мужа, оставив его со слепой и безрукой любовницей. Пусть живет с калекой, ей плевать. Но тупая знакомая боль от предательства вновь просочилась в душу черным ядом, вызывая гримасу отвращения и ненависти.
   - С-скотина, - прошипела Ника, оглядываясь назад.
   Мужа уже не было на улице, он стоял в больнице между этажами и смотрел в окно, где еще была видна Вероника. Ее точеная фигурка приковывала взгляд. Длинными темными прядями играл ветер, навевая романтические и такие неуместные сейчас мысли. Мужчина поймал себя на мысли, что не хочет возвращаться в палату, ему хотелось догнать жену, обнять ее и идти по улице, просто радуясь тому, что они вместе, наслаждаться весной и теплыми солнечными лучами.
   Но в палате надеялась на его возвращение изуродованная Марина. Теперь у нее не было кистей рук, которыми женщина с заметным удовольствием гладила тело своего любовника. Она была слепа, и врачи сказали, что шансов на возвращение зрения нет. Марину терзали боли, она стонала и умоляла побыть с ней. Все это было тяжко наблюдать, но ребенок, каким-то чудом не родившийся прежде времени, да простой человеческое сострадание удерживали его якорем возле койки, на которой страдала любовница, то проклинавшая Игоря, то умолявшая не бросать ее, то вдруг начинавшая ожесточенно обвинять Веронику.
   Это было противней всего. Как Ника могла быть причастна к тому, что произошло с Мариной? Здесь вообще было невозможно найти виноватого. Бред какой-то... Никогда Игорь не слышал, чтобы телефоны взрывались в руках своих хозяев, да еще и прожигали руки до кости плавящимся пластиком. Вообще несуразица какая-то! Но были свидетели, были причитания Марины, и были забинтованные культи. Черт! А ведь теперь, действительно, от нее никуда не денешься. Беспомощная калека, которая не сможет ухаживать ни за собой, ни тем более за ребенком. Ника с этим не смирится.
   Мужчина оторвался от своих невеселых мыслей, поискал взглядом Веронику, но ее уже не было видно. Это неприятно кольнуло, словно он уже остался один на один со стенающей Маринкой и ребенком, которого никогда не планировал. Игорь достал из кармана новый телефон и набрал номер жены. Она не ответила, это заставило занервничать, и Игорь набрал ее снова.
   - Что? - наконец отозвалась Ника.
   - Ты домой? - спросил мужчина, толком не зная, что сказать.
   - Нет, - похоже, она решила быть немногословной, но хотя бы не молчала.
   - Где ты? Я сейчас догоню тебя, - Игорь прижался лбом к прохладному стелу.
   - Не хочу, - ответила Вероника и сбросила вызов.
   На попытку нового соединения мужчина услышал, что абонент недоступен. Матернувшись сквозь зубы, он в который уже раз проклял тот день, когда под парами алкоголя решил развлечься с Мариной. На черта она ему вообще сдалась? Почему именно ее выбрал? Другая бы сделала аборт и жила своей жизнью, а эта вцепилась клещом, на что-то надеясь.
   - Сам виноват, - вздохнул Игорь, поднимаясь по лестнице.
   Не стоило играть в эти игры с любовью. Сам дал повод надеяться на то, что у нее есть шанс на что-то большее, чем приходящий отец у ее ребенка. Да какого хрена?! Она всегда знала, что он не уйдет от жены, на что надеялась?! А на что может надеяться женщина, когда ей позволяют капризничать и качать права? К тому же носящая ребенка, и его отец обещает быть рядом? Впрочем, разве нужны женщинам хоть какие-то условия, чтобы верить, что мужчина выберет именно ее? Они всегда верят, надеются, чего-то ждут, что-то требуют, не получают, но продолжают верить, что все будет так, как им хочется. Свадебное платье - голубая мечта с детства, и чтобы на руках носили. Кто-то сделал комплимент, она уже сделала какие-то выводы и рассказала всем подругам, ожидая какого-то продолжения. Замороченные создания...
   Мужчина остановился у палаты, до крика не желая переступать ее порог. Ему не хотелось видеть свою любовницу здоровой, а такой, какой она предстала ему полчаса назад, не желал тем более. Чертыхнувшись, Игорь отошел от двери и привалился к стене, устало потирая лицо. Противно. От себя противно, от всей этой ситуации противно. К черту! Уйти и забыть обо всем. Забыть о Маринке, о Нике, собрать чемоданы и уехать куда-нибудь. Криво усмехнувшись, Игорь вернулся обратно, выдохнул и открыл дверь, тут же окунаясь в тоскливую симфонию протяжных стонов.
   - Игорь?
   - Да, - и дверь за ним закрылась.
   Ника брела по улице, толком сама не зная, куда и зачем она идет. Внутри неожиданно разверзлась пустота. Исчезли жалящие мысли, исчезла жалость к себе, притупилась боль, и о муже она, наконец, перестала думать. Машинально взгляд скользнул под ноги, рядом с женщиной послушно брела ее родная тень, почти прозрачная, послушная, безвольная. Бес куда-то исчез, и это вдруг принесло чувство облегчения. Постоянная борьба внутри, которую прежняя Ника проигрывала час за часом, прекратилась, давая ей отдохновение.
   Женщина остановилась посреди улицы, озираясь вокруг себя. Напротив нее возвышался собор, не так давно отреставрированный. Неожиданно над головой прокатился первый раскат колокола, и Ника прикрыла глаза, вслушиваясь в колокольные переливы. Мимо нее торопливой походкой прошел невысокий лысеющий мужчина. Он разговаривал по телефону, эмоционально размахивая свободной рукой. Мужчина что-то втолковывал невидимому собеседнику. Он в очередной раз махнул рукой, задев Веронику, и с неодобрением посмотрел на нее, словно это не он, а она его нечаянно стукнула. Женщина проводила незнакомца рассеянным взглядом и снова огляделась.
   На другой стороне улицы имелся небольшой сквер. Ника неспешно направилась к нему, погруженная все в ту же отупляющую пустоту. До перехода она не дошла, апатия накатывала все сильней, сжирая всякие желания, лишая внимания и загоняя все глубже в себя. Не спеша, и больше не оглядываясь, Вероника шагнула на дорогу, почти дошла до другой стороны, когда истошно заорал чей-то клаксон. Взвизгнули тормоза, и сильная мужская рука дернула Нику на тротуар.
   - Дура! Разуй глаза, идиотка! - заорал водитель из спешно затормозившего автомобиля.
   - Езжай, - услышала Ника чей-то низкий голос и подняла глаза на незнакомца, все еще державшего ее за локоть. - Вы в порядке? - спросил мужчина, глядя на нее с тревогой взирающие на нее.
   Было в нем что-то знакомое, что-то неуловимое, все время ускользающее, но определенно было. Ника болезненно поморщилась, пытаясь вспомнить, и незнакомец заметил.
   - Вам нехорошо? - спросил он.
   - Мы знакомы? - спросила Вероника. - У меня такое чувство, что я вас знаю.
   - Говорят, я похож на Клинта Иствуда в молодости, - усмехнулся мужчина. - Вообще, меня зовут Родион, а вас?
   - Ника... Вероника, - поправилась женщина, продолжая изучать приятное лицо незнакомца, назвавшегося Родионом.
   - Очень приятно, - улыбнулся он. - Вас проводить? Куда вы направлялись, Ника-Вероника?
   - В сквер, - она вдруг удивилась тому, что все еще стоит здесь и разговаривает с человеком, кажется, спасшим ее из-под колес.
   - Тогда дойдем до него? - предложил Родион, и Ника растерянно кивнула.
   Они вошли в распахнутые ворота сквера, Родион приглядел свободную скамейку в тени и повел туда Веронику, придерживая ее под руку. Он сделал приглашающий жест, указывая женщине на скамейку. Ника послушно села, все еще продолжая смотреть на своего спасителя.
   - Я вас где-то видела, - повторила она.
   - Все может быть, - пожал мужчина плечами, устраиваясь рядом.
   Вероника, наконец, отвела взгляд и посмотрела себе под ноги.
   - Со мной все хорошо, - тихо произнесла она. - Если вы торопитесь, то со мной сидеть не обязательно.
   - Ага, я уйду, а вы опять под машину прыгните, - усмехнулся Родион. - Погодка чудесная, да? Давно я не сидел в скверах. Все в какой-то суете. - Он втянул носом теплый воздух и довольно крякнул. - Хорошо.
   Ника снова подняла на него взгляд, не зная, что сказать. Почему-то Родион не воспринимался, как мужчина, несмотря на то, что был без сомнения привлекателен, но симпатия и желание, чтобы он задержался рядом подольше, появились почти сразу. Рядом с ним было уютно, словно ты долго-долго странствовал и наконец вернулся домой. Взгляд голубых глаз был лучистым и светлым. Он обволакивал добрым теплом, даря веру в то, что все еще может быть хорошо.
   Только, как все будет хорошо, когда все так плохо?
   - Мне муж изменил, - вдруг сказала Ника. - И у них с любовницей будет ребенок.
   Мужчина перестал улыбаться. Его взгляд стал внимательным, и широкая ладонь накрыла кисть руки Вероники. Он готов был выслушать ее, и Ника подумала, что Родион не осудит. Почему-то была уверена в этом. И ей захотелось рассказать про сделку с Дьяволом, про беса, который теперь ходил за ней, как привязанный, только сейчас почему-то спрятался и не спешил возвращаться.
   Сделка с Дьяволом? Она продала душу, правда? Страх, ни разу не коснувшийся ее с момента возвращения, сковал ледяной рукой душу, запуская по телу противные иголочки. Слезы сами собой навернулись на глаза Ники, и она, как не пыталась сдержаться, расплакалась. Родион привлек к себе женщину, бережно обнимая и гладя по волосам, как ребенка, а она все сильней заходилась в рыданиях. Воспоминания последних дней накинулись на нее разъяренными псами. Проклятья, камнями падавшие с языка всегда доброй Ники, черная ненависть, разъедавшая душу, и то, что она сделала с любовницей мужа. Ужас осознания был настолько силен, что мучительный стон сорвался с губ побелевшей от ужаса женщины.
   - Не всякое зло можно исправить, - неожиданно произнес Родион, - но спасти себя от разрушения возможно. Даже заведомо проигрышную битву можно выиграть, особенно, когда знаешь, с кем бороться. Главное, не поддаваться.
   - Если бы вы знали, - прошептала Вероника, - если бы знали...
   Мужчина не ответил. Он приподнял голову женщины за подбородок и заглянул в глаза. Ника задержала дыхание, зачарованно ловя взгляд голубых глаз.
   - Я дам тебе номер своего телефона, Ника-Вероника, - улыбка вернулась на лицо нового знакомого. - Если будет тяжело - звони. Захочешь просто поговорить - звони, не стесняйся. Только больше не бросайся под машины.
   - Я не бросалась, - гулко сглотнув ответила Ника.
   - И это правильно.
   Мужчина поднялся на ноги, и Вероника последовала за ним.
   - Могу подвезти, - предложил он.
   Ника приняла предложение, скорей, для того, чтобы продлить время, проведенное рядом с новым знакомым. Он повел женщину за собой, распахнул перед ней дверцу неброского автомобиля, сел за руль и протянул визитку со своим номером.
   - Звони, не стесняйся, - повторил Родион, заводя двигатель.
   Когда они подъехали к дому Вероники, Игорь как раз подходил к двери подъезда. Он остановился, глядя на то, как незнакомый мужчина, выходит из машины и открывает пассажирскую дверь, откуда появляется его жена. Ника тепло улыбнулась тому, кто подвез ее, и остановилась, глядя на отъезжающий автомобиль. После подняла руку и махнула на прощание. Когда женщина развернулась в сторону подъезда, ее встретил хмурый взгляд мужа.
   Она хотела все рассказать, хотела объяснить, но с каждым шагом тень у ее ног все более наливалась чернотой, и легкость, появившаяся в душе совсем недавно, начала меркнуть, возвращая враждебность и гнев. Игорь не спускал с приближающейся жены напряженного взгляда. Ника открыла дверь в подъезд и прошла мимо мужа, не глядя на него. Мужчина последовал за ней, продолжая гадать, кто подвез Нику до дома.
   Не выдержав, он обогнал жену и заступил ей дорогу. Вероника вопросительно вздернула тонкую бровь, раздраженно глядя на мужа.
   - Где ты была? - стараясь оставаться спокойным, спросил Игорь.
   - Там, где тебя не было, - холодно ответила Ника.
   - Кто тебя привез? - уже более нервно спросил мужчина.
   - Тот, кто был там, где тебя не было, - усмехнулась Вероника.
   Она поднялась еще на одну ступень и остановилась, ожидая, что муж даст ей пройти, но Игорь не сдвинулся с места, глядя сверху вниз на женщину, злясь с каждой минутой все больше. Он вдруг вспомнил, что Вероника - красивая женщина, образ которой он сам обточил со всем тщанием. Она нравилась мужчинам, это Игорь знал и всегда чувствовал скрытую гордость от того, что на его жену устремлены взгляды, наполненные вожделением. Мужчина обычно рассуждал так: "Они смотрят на нее, она на меня". И возвращаясь со светских мероприятий, брал жену с удвоенной страстью, вспоминая все те мужские взгляды, которые сумел заметить. Они хотели Нику, но отдавалась она только своему мужу. В этом Игорь никогда не сомневался... до этого дня.
   Наверное, разлад в их семье и неприятный осадок от ее перемен стали виной ревности, вспыхнувшей с неожиданной силой, словно добирая за все те года, пока он смотрел на свою жену, как на красивое приложение к своей персоне. Сейчас Игорь смотрел на свою жену по-новому. Нет, он будто видел ее заново, оценивая так, как оценивал был лошадь. И чем больше достоинств он обнаруживал, тем сильней разгорался огонь подозрений.
   - Кто этот мужик? - дрогнувшим, от едва сдерживаемой ярости голосом спросил Игорь.
   - Тебе какая разница? - насупилась Ника, все еще достаточно спокойная.
   - Я твой муж. - Отчеканил мужчина. - И я хочу знать, где и с кем проводит время моя жена.
   Вероника сделала шаг назад и скрестила на груди руки. В ее глазах все сильней проступала насмешка. Женщина, еще цеплявшаяся за разговор с новым знакомым, прикрыла глаза, чувствуя, как ее все больше заполняет чернота. Это было настолько осязаемым чувством, что прежняя Ника внутри нее запаниковала, машинально потянувшись к телефону.
   - Отвечай! - крик Игоря остановил женщину.
   Она распахнула глаза и больше ни о чем не думала. Кривая ухмылка исказила губы Вероники, она вновь приблизилась к мужу вплотную, подняла руку и обняла за шею.
   - Ты в чем-то меня подозреваешь, любимый? - спросила она, и в голосе женщины послышались мурлыкающие нотки.
   Ее ладонь сползла на плечо Игоря, скользнула на грудь и двинулась ниже, неспешно добралась до его ширинки и накрыла ее.
   - Боишься, что найду член побольше? - спросила Ника, приподнимаясь на носочки.
   - Ника, я не шучу, - мужчина попытался сопротивляться возбуждению, уже заструившемуся по венам. - Кто это был?
   Хмыкнув мужу в губы, женщина провела по ним языком и отодвинулась, насмешливо глядя на него.
   - А ты допроси меня с пристрастием, любимый, быть может, я и расскажу тебе кое-что.
   Она оттолкнула Игоря и легко взбежала наверх, останавливаясь у дверей их квартиры. Рука мужа легла женщине на плечо, рывком разворачивая ее к нему лицом. Ника откинулась спиной на дверь и с улыбкой следила за мужем, чье лицо все больше искажалось от злости. Он впечатал ладонь в дверь, рядом с головой своей жены, но Вероника даже не моргнула, продолжая издевательски ухмыляться.
   - Откуда ты его знаешь? Он просто подвез тебя? - прошипел Игорь, приближая лицо к лицу Вероники.
   Она облизала губы кончики языка, уже с нескрываемой похотью глядя на мужчину. Он осекся, гулко сглотнул и перехватил руки Ники, легшие ему на плечи, поднимая их кверху и не позволяя освободиться.
   - И что дальше? - изломила бровь Ника.
   - Не зли меня, Ника, - хрипло велел Игорь.
   - Накажешь? - кокетливо поинтересовалась женщина, закидывая ногу на талию мужа.
   - Черт, - выдохнул он, впиваясь ей в губы.
   Вероника выдернула руки из мужских пальцев. Ее ладонь вновь накрыла его пах, ощутив налившийся силой член. Коротко вжикнула молния, и она сжала затвердевший ствол ладонью.
   - Ника, не здесь, - попытался сопротивляться Игорь.
   Но его рука уже нырнула жене под подол платья. Сдвинув промокшую полоску трусиков в сторону, его пальцы нырнули в жаркую глубину женского тела. Ника громко застонала, подаваясь навстречу мужчине.
   - Черт, - прохрипел Игорь, рывком поднимая ее. - Черт, - его член заполнил лоно женщины. - Черт! Черт! Черт! - простонал он, впиваясь пальцами в ягодицы Ники.
   Кажется, соседняя дверь открылась, и кто-то вышел на лестницу. Соседка ошалела смотрела на совокупляющуюся пару прямо на пороге их квартиры. Охнув, женщина хотела крикнуть, чтобы они занимались этим дома, что тут могут ходить дети, но успела только открыть рот. Ника взглянула на возмущенную женщину, и соседка прижалась спиной к стене, глядя на пламя, пляшущее в глазах всегда тихой и вежливой соседки. Губы Вероники изломились в холодном насмешливом оскале, и соседка сползла на пол, хватаясь за сердце.
   Глаза Ники вновь закрылись, она откинула голову назад и громко застонала, взлетая на волне нахлынувшего оргазма.
   - Ч-щерт, - то ли простонал, то ли прошипел Игорь, следуя за женой. - Чтоб тебя, - сдавленно выдохнул он, прижимаясь лбом к двери.
   Руки мужчины ослабли, выпуская жену из захвата. Ника мягко опустилась на пол, тут же развернулась, открыла дверь и втянула Игоря в квартиру за собой, не давая ему опомниться или обернуться. А когда дверь закрылась, тень, все еще лежавшая на полу, приподнялась, сверля соседку пристальным взглядом. Бес подполз ближе, продемонстрировал острые клыки, а затем его губы сложились в короткое:
   - Бу! - и женщина потеряла сознание.
   Игорь очнулся только, когда дверь за спиной защелкнулась. Он проводил спину Ники ошалелым взглядом, осознавая, что только что занимался лю... черт, трахался, какая там любовь?! Он, считавший себя интеллигентным и воспитанным человеком, трахался со своей женой у входных дверей в квартиру, забыв о соседях, не думая, что их могут увидеть. И, если откинуть моральные терзания, то такого сумасшедшего секса, как у них это происходит последнее время, у мужчины не было ни с кем и никогда. Настоящий взрыв мозга, но это почему-то пугало, а не радовало.
   Погладив левую сторону груди, где жалобно застонало сердечко, Игорь побрел на кухню, только сейчас поправив одежду. Он налил себе стакан воды из-под крана, забыв обо всех привычках и принципах, жадно выпил и поморщился, снова взявшись за сердце. Мужчина прислушался к тому, как напевала в комнате жена, и потянулся к аптечке, где теперь имелись сердечные капли, валидол и даже пачка нитроглицерина. Взяв таблетку валидола, Игорь упал на табурет, рассеяно глядя в окно.
   Нужно было поговорить с Никой, но было страшно, и Игорь сам плохо понимал почему. Впрочем, нет, он это хорошо понимал. Несмотря на то, что сегодня у него было желание бежать от затянувшейся петли на его шее, терять Веронику ему не хотелось. Это было сродни болезненной привязанности, и она не имела отношения к любви. Нет, чувства к жене никуда не делись, но на смену нежности пришла острая потребность, чтобы она была рядом. Ему вдруг подумалось, что, чем сильней меняется Ника, тем сильней его привязка к ней. Она становилась более независимой, и его самолюбие стремилось вернуть контроль над женщиной. Но вместо того, чтобы вновь занять главенствующее место, он, всегда сильный и самодостаточный, начинал цепляться за Нику, боясь, что с ее уходом рухнет и его вера в себя.
   А еще было страшно увидеть уже знакомую насмешку в ее глазах, словно жена клеймила его словом - слабак. Игорь никогда не был слабаком, он всегда был лидером, поэтому упорно цеплялся за свои принципы, не желая слушать его просьб и уговоров, а последнее время требований. Если мужчина совершил поступок, плохой или хороший, он должен нести за него ответственность. И Игорь продолжал следовать этому правилу. Стиснув пальцы в кулак, мужчина ударил по стене и встал с табурета, направившись в комнату.
   - Ника, - позвал он жену.
   Она обернулась, вопросительно глядя на мужа. Тут же вспомнился незнакомец и то, как Ника провожала его машину взглядом. То, что хотелось отошло на второй план, и Игорь хотел вернуться к вопросу, на который так и не получил ответа.
   - Что? - спросила Вероника, видя, что муж молчит.
   Он кусал губы, борясь с собой. Ругаться сейчас было лишним, Игорь это понимал, потому давил в себе желание задать вопрос о незнакомце. Скандал разгорится и без этого. Собравшись с мыслями, мужчина все-таки сказал, что собирался:
   - Я хотел с тобой поговорить.
   - Слушаю, - кивнула Ника, садясь в кресло и закидывая ногу на ногу.
   Игорь помялся, но отругав себя и назвав тряпкой, он подошел к креслу и присел на корточки, беря жену за руки.
   - Ника, милая...
   - Примечательное начало, - усмехнулась женщина. - Собираешь чемоданы и переезжаешь к своему брюхатому огрызку?
   - Ника, можно хоть каплю сострадания?! - неожиданно для себя взорвался мужчина. - Она слепая, можно сказать - безрукая. Постоянно мучается болями, беспомощный инвалид, которая теперь даже задницу себе сама вытереть не сможет.
   - Мне прямо сейчас начинать рыдать? - ледяным тоном спросила Вероника, отнимая у мужа свои руки и поднимаясь с кресла.
   - Твою мать, - тихо выругался мужчина, направляясь следом за женой, скрывшейся за дверями кухни.
   Конечно, у нее нет сочувствия к сопернице, скорей всего, Ника даже злорадствует, что та попала в больницу. Его жена и сама едва не отправилась на тот свет, когда узнала об интрижке мужа и ее последствиях. Вспомнив, как машина Вероники несется под колеса "Камаза", Игорь передернул плечами, чувствуя неприятный холодок. Подумать только, он ведь сейчас мог быть вдовцом и заниматься похоронами своей жены, умершей со жгучей обидой на него. Мужчина даже остановился, представив себе весы, на одной чаше которых кровавое месиво - останки его красавицы-жены, а на второй изуродованная, но живая любовница. Мотнув головой, Игорь отогнал видение и вошел на кухню.
   - Не злись, - тихо попросил он Нику, гремящую дверцами шкафчиков. - Я не имел права говорить тебе о... - мужчина тяжело вздохнул и наконец произнес то, ради чего затеял весь этот разговор. - Я нанял сиделку Марине, и буду платить ей дальше, когда Маринка родит. Мне придется нанять няньку, или... забрать ребенка.
   - Что? - сипло спросила Ника, оборачиваясь к мужу. - Ты хочешь, чтобы я воспитывала вашего ребенка, когда ты не позволил мне родить нашего? Ты охренел, Гладышев?! - заорала она, неосознанно сжимая в кулаке нож, за который только что успела взяться.
   - Поэтому я и найму няньку, - мрачно ответил Игорь. - Но в таком варианте мне придется бывать там чаще, чем я рассчитывал изначально. Ника! - выкрикнул он, глядя, как суживаются глаза жены. - Пойми, моим ребенком будут заниматься посторонние люди! Ты же знаешь, что вытворяют нанятые няньки, а Маринка же ничего сделать не сможет!
   Вероника тяжело дышала, и воздух со свистом вырывался сквозь стиснутые зубы.
   - Гладышев, - голос женщины дрожал, когда она, наконец, смогла заговорить. - Твоя кляча совсем сирота? Ни мамы, ни папы, ни сестер, ни бабушек? Какого черта, я спрашиваю, ты творишь все это?!! Да какого хрена, Игорь?! Живи с ней, сам нянчайся со своим ребенком, а с меня хватит! Можешь привести ее сюда, можешь убираться к ней. С меня довольно!!!
   Она отшвырнула нож и бросилась в комнату, давя громкие рыдания. Тень скользила следом, поглядывая на хозяйку огненными глазами. Вероника была в бешенстве, и по большей части на себя саму. Наказала, называется. Кого?! Себя она наказала! Чего добилась? Теперь ее муженек готов выкладывать деньги на сиделок и на нянек. Ему совесть не позволяла оставить калеку, а где была его совесть, когда он изменял жене?! Где была его совесть раньше?
   Захлебываясь слезами и подвывая, Ника кидала в чемодан все, что попадалось под руку. Куда пойдет? Плевать, разберется, но терпеть это издевательство она больше не хотела. Даже голос, нашептывающий отомстить, не мог остановить женщину. Она ничего не хотела слушать, хотела уйти и забыть предателя, как страшный сон. Прочь из этого ада, прочь!!!
   Набив чемодан, Ника стремительно приблизилась к входной двери, дернула ее, но та оказалась заперта. Крутанувшись на месте, женщина с ненавистью уставилась на мужа, стоявшего напротив и упрямо глядевшего на нее.
   - Открой, - потребовала она, обнаружив, что ее ключи исчезли с тумбочки.
   Игорь мотнул головой, так и не сдвинувшись с места. Женщина выдвинула ящик, зная, что там должны лежать запасные ключи, но их, конечно, тоже не было на месте.
   - Открой, - глухо повторила Вероника, глядя мимо мужа. - Я хочу уйти.
   - Я не хочу, - ответил Игорь и ушел во вторую комнату.
   Ника некоторое время смотрела ему в спину, приходя в окончательное неистовство. Как она сорвалась с места, как накинулась на мужа, женщина помнила слабо. Как била его кулаками, как царапала ему лицо, пытаясь добраться до глаз, как лягалась, когда Игорь навалился сверху, Вероника не могла вспомнить, как не старалась. В себя ее привела ослепляющая пощечина.
   Женщина ошалело уставилась на тяжело дышавшего мужа, навалившегося на нее всей тяжестью своего тела. В первое мгновение Нике показалось, что на его лице кто-то извращенный пытался играть в крестики-нолики, настолько хаотично было расцарапано у него лицо пересекающимися полосами. Сейчас от ее красивого мужа, которым так гордилась женщина, ничего не осталось.
   - Я... - задыхаясь, начал Игорь, сглотнул и продолжил, - я накапаю тебе успокоительных.
   Когда он поднялся на ноги, Вероника с удивлением обнаружила, что она лежит уже на полу в спальне, хотя хорошо помнила, как Игорь уходил в другую комнату, руки ее сковывали наручники из секс-шопа, купленные супругами как-то ради эксперимента. Женщина села на полу, рассматривая розовый пух, обвивавший ее запястья, помотала головой и прислушалась, как муж, ругаясь, нервно стучит флакончиком с лекарством о край стакана. Неожиданно она поняла, что у него трясутся руки, поэтому Игорь матерится и слышен этот стук.
   - Выпей, - он вернулся и присел на корточки, помогая Нике выпить содержимое маленькой рюмки.
   Она послушно проглотила лекарство, чуть поморщившись. После перебралась на кровать и отвернулась от мужа. Ни видеть его, ни разговаривать с ним Веронике не хотелось. До вечера они так и не произнесли ни звука. Игорь сам готовил, приходил, чтобы позвать жену, но она только глубже зарывалась лицом в подушку. Трогать ее мужчина так и не решился. Появился снова он только тогда, когда пришло время ложиться спать. Игорь устроился рядом, обнял жену и некоторое время смотрел на нее.
   - Что ты хотела посмотреть в Чехии, - зачем-то спросил он, желая понять, чего лишил Нику. - Ты же не просто так выбрала именно эту страну.
   - Замок Локет, - ответила Ника и отвернулась от мужа.
   - Замок Локет? - удивленно переспросил Игорь. - Хорошо, мы побываем там в ближайшее время, обещаю.
   - Побываем, - произнесла Вероника, и на губах ее появилась недобрая улыбка, так и не замеченная ее мужем.
   Женщина взглянула на пол, откуда на нее смотрела тень, они обменялись понимающими взглядами, и Ника повернулась на спину, беря за руку мужа. Игорь ответил ей, сжав ладонь жены, он хотел спросить, не злится ли на него больше Ника, но она приложила палец к губам и приказал:
   - Спи.
   Веки мужчины тут же налились тяжестью, он попробовал сопротивляться, потому что не хотелось засыпать именно сейчас, когда жена пошла на контакт, но глаза его закрылись, и Игорь провалился в сон, продолжая сжимать руку Ники, смежившей веки и уже спешившей за мужем в мир причудливых сновидений...
   Они стояли на длинном каменном мосту, возвышавшимся над рекой, огибавшей холм, на котором стоял древний замок. Ника радостно улыбалась мужу, указывая на замок.
   - Это Локет, любимый.
   Игорь сразу понял, что они в Карловых варах, в Чехии, и что стоят на мосту, ведущем к замку. На небе сияло яркое летнее солнце, редкие облака казались нарисованными на изумительном голубом небе. Красота этого места брала за душу, и мужчина почувствовал, как душу согревают приятные романтические мысли. Он смотрел на счастливую жену и радовался, что она смотрит на него с нежностью и прежним доверием, словно не было всей этой истории с Мариной, словно все у них по-прежнему.
   - Идем, - потянула его за руку Ника, чья ладошка все это время была сжата мужскими пальцами. - Идем скорей!
   - Идем, - кивнул Игорь, с улыбкой глядя на женщину.
   Она сейчас была невероятно красива в своем оживлении. Глаза Ники сияли, на губах играла радостная улыбка, и милый румянец на ее щеках придавал современной женщине особую прелесть и невинность девушки из строгого средневековья. Они побежали по мосту, закончившемся так быстро, словно он был длиной всего шагов пять. Игорь удивленно обернулся, но позади них мост оставался прежнего размера.
   Однако на удивление у мужчины не осталось времени, потому что Ника уже тянула его дальше. В замковом дворе она остановилась совсем ненадолго, жадно оглядываясь по сторона.
   - Эту башню охраняет дракон, - услышал он голос гид. - Есть поверье, если влюбленные поцелуются на вершине башни, то будут навсегда вместе...
   - Мы обязательно должны подняться на ту башню, - сказал он жене, ожидая, что она радостно кивнет, но Вероника отрицательно качнула головой.
   - На первом этаже находится примечательная экспозиция оружия...
   - Я хочу посмотреть, - решил Игорь, но Ника опять отказалась.
   - На втором этаже вы сможете увидеть выставку чешского фарфора...
   - Любопытно, - начал мужчина, но его жена нетерпеливо замотала головой.
   - Нет-нет, не хочу смотреть на алебарды и пушки, не хочу фарфор, я хочу в подвал, идем!
   Игорь пожал плечами, не желая спорить. Сейчас все было так здорово, что ему не хотелось ругаться по мелочам. Хочет в подвал, пусть идет. В конце концов, все остальное они могут посмотреть и после. Мужчина еще раз взглянул на башню, про которую рассказывала гид, и последовал за женой.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.84*28  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Т.Орлова "Соблазн двойной, без сахара" (Любовные романы) | | Э.Грант "Жена на выходные" (Современный любовный роман) | | Д.Хант "Лирей. Сердце волка" (Любовное фэнтези) | | LitaWolf "Королевский отбор" (Любовное фэнтези) | | А.Субботина "Цыпочка на побегушках" (Попаданцы в другие миры) | | В.Елисеева "Черная кошка для генерала. Книга первая." (Приключенческое фэнтези) | | Ю.Ханевская "Отбор для няни. Любовь не предлагать" (Юмористическое фэнтези) | | М.Генер "Солнце для речного демона" (Любовное фэнтези) | | С.Лайм "(по)ложись на принца смерти" (Юмористическое фэнтези) | | М.Кистяева "Аукцион Судьбы. Вторая книга" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"