На берегу залива Массачусетс во время давешнего пикничка, пока молодёжь развлекала себя и мал
ую детвору запусками воздушных змеев, разговорился я с тёщей одного из Олежкиных друзей — интересно, знаете ли, с американской тёщей пообщаться. Дама заметно смягчала звук «г», что безошибочно выдавало её малороссийское происхождение, и при том более чем прилично владела русским языком. Я уже готовился изложить ей тезисно концепцию российско-украинских отношений последнего десятилетия, как вдруг оказалось, что «американская» тёща вовсе никакая не американская, а прибыла сюда всего месяцем раньше меня чуть ли не из Харькова. Тезисы, естественно, отпали, как яйца от продналога, а диалог наш плавно перетёк в русло априорных апперцепций, безнадёжно погружающее собеседников в пучины эмпириокритицизма.
— Вы заметили, — спросила дама, — американцы практически ничем от нас не отличаются?
— Да?.. М-м-м... — Я сделал по возможности умное лицо и попытался уцепиться за соломинку материализма. — Ну разве тем только, что имеют одну голову, две руки и примерно столько же ног.
— Что вы, что вы!.. — очаровательно всплеснула дама руками — такого всплеска я не видал со времён своей юности. Мой материализм скрипнул и слегка прогнулся. — Они так же открыты, они так же радушны... В конце концов, они так же искренне верят в Бога! — Тут материализм внутре крякнул и обмяк окончательно.
Я рванул тельник на груди:
— Не хотите ли пивка ли?
Дама окатила меня взглядом такой температуры, что вынутое из сумки-холодильника пиво показалось крутым кипятком. В ответ я понимающе жмуранул глазами и в духе Елпидифора Пескарёва из рассказа В. В. Конецкого отметил на всякий случай отрицательный факт капиталистической действительности:
— А с раками в стране напряжёнка, нет у них раков-то...
После чего не стал дожидаться ответа в духе капитана из того же рассказа
1, а просто отошёл с пивком в сторонку и присел, задумавшись, на прибрежный камушек. Вот так с тех пор в задумчивости и пребываю...
Что искал и что нашёл я на далёком континенте? Изменилось ли что в моём мировоззрении? Если да, то что именно? С каких позиций буду рассматривать теперь наше «вчера», оценивать «сегодня» и представлять «завтра»? Ведь как утверждал Виссарион Белинский, «убеждение и истина — не одно и то же». Истина абсолютна, фундаментальна и недвижима. Но и убеждения, в свою очередь, тоже — не дамские перчатки, чтобы менять их по пять раз на дню. А ежели ничего не изменилось, так какого беса надо было ехать на край света, озадачивать и без того занятых людей? Нет, спинным мозгом чувствую, в чём-то я другим стал. В чём?
Я не полюбил Америку. Любовь — слишком серьёзное чувство, чтобы появиться и проявиться за какой-то месяц. Известное дело: вы сначала поживите бок о бок, оботритесь друг о друга, да так, чтобы и в радости, и в печали, а потом уже о любви поговорим. Но я видел массу американцев, глубоко и искренне любящих свою страну. Они могут протестовать против чего угодно чуть ли не на пороге Белого дома, а скажи им, что США — «неправильное» государство — порвут, как Тузик грелку. И прикладывая руку к сердцу во время исполнения государственного гимна, они, что, рисуются? А поднимая бесчисленное множество государственных флагов везде — от Монумента Вашингтона до гравийного заводика и флагштоков у одноэтажных коттеджей, разве только демонстрируют свою лояльность к власти? Как бы не так! Американцы могут по-разному относиться к войне в Ираке, но неподалёку от дома Олежки на Глен-драйв в течение месяца я видел на коттеджике самодельный плакат с содержанием типа: «Сержант Смитт, тебя ждут дома!», разумеется, на фоне государственного флага и в окружении широко распространённых в Штатах красно-бело-синих розеток. У американцев звёздно-полосатый флаг — символ любви к своей Родине. Для сравнения: вряд ли моё личное мнение о российском триколоре вызывает головную боль у наших чиновников, но почему же федеральный закон РФ разрешает вывешивать его — флаг — на жилых домах только в дни государственных праздников? Ну не маразм ли?
В Штатах патриотизм не на словах, а на деле — в любых формах и проявлениях. А потому горячие аляскинские парни воюют в иракской пустыне, в горах Афгана, бомбят Сербию... Калифорнийские рыбаки забрасывают сети на шельфе Берингова моря... Это не игры патриотов, это серьёзная государственная политика, имя которой экспансионизм. А что, другими государствами такое не практикуется? И Россия не посылала Ермака «прирастать Сибирью»? И Советский Союз в Афганистане лишь гуманитарными посылками ограничивался? И автоматами Калашникова Африку заодно с Латинской Америкой мы не заваливали под будущие политические дивиденды? Тоже ведь, знаете ли, — экспансия. Только вот сдаётся мне почему-то, что экспансия — это обычная государственная политика, проводимая во благо страны и народа, её населяющего. И не надо делать скорбную мину оттого, что г-на Буша интересы американцев заботят в большей степени, чем интересы сербов, а прибалтов их проблемы грузят сильнее российских; уж так устроен мир — нравится это кому или нет. Вот мы: ушли из Вьетнама, от Кубы отвернулись, на монголов рукой махнули — и что, легче стало? Теперь Буш с монголами дружбу заводит — свято место пусто не бывает...
Тут другое дело: правом на экспансию, по определению, может пользоваться только сильное государство. Экспансия прибалтов... — даже не смешно. Есть бомба в кармане — можно и в ООНе туфлей по трибуне постучать — рядом и пикнуть не посмеют. А нет ничего — так любая «костяная» «НОГА» будет тебя по всем европам «чмурить», то парусники арестовывая, то последние из летающих истребителей ВВС, и чернож...пые пираты будут пароход за пароходом, самолёт за самолётом повсюду захватывать. «Не ходите, дети, в Африку гулять...», — не о нас ли, нынешних, сказано? Государь-император Александр III предупреждал: «У России два союзника — армия и флот». Не прислушались! А американцы, как и положено умным людям, на
чужих ошибках учатся, а потому своих мало совершают.
...Нет, не полюбил я Америку. Я в неё влюбился — горячо, трепетно и, разумеется, безответно, как старшеклассник влюбляется в новую училку. Влюблённость — безнадёжна, быстротечна и некритична, но оставляет след и добрую память на всю оставшуюся жизнь. Как водится, чувство это определяется, в первую очередь, внешним эффектом. Да уж, что-что, а подать свою страну, чтобы «красиво было», американцы умеют! Но ведь красота эта не с неба свалилась — весь лоск и глянец, весь достаток страны добыты нелёгким трудом миллионов простых граждан. И, понятно, под о очень неглупым руководством. Нигде, ни разу не увидел я лозунгов: «Планы демократов — планы народа!» или «Республиканская партия — наш рулевой!» Тем не менее, и планы имеются, и рулевые находятся. Тут один вывод напрашивается: пахать надо, а не языком молоть!
...Однажды, на заре «перестройки» — лет двадцать так назад — беседовал я во время перекура на огороде со своим старшим братом, не ставшим тогда ещё по причине молодого вполне возраста «кладезем мудрости». Я, помнится, всё кивал на Японию: «живут же люди...» А он — повторяю, не старый мужик, всего-то инженер-механик по образованию — высказал единственной фразой фундаментальнейшую, на мой взгляд, истину: «Хотите жить, как в Японии? Так и вкалывайте, как японцы!» Что-то не слышу я простую эту мысль с высоких государственных трибун.
Вот мы тут всё вычисляем: «почему Россия — не Америка»? Мол, и климат там не тот, и войны у них что-то давненько не было... Ну, во-первых, нынешние американцы в том мало повинны — уж как сложились история с географией, так и сложились. А во-вторых, на каждом шагу я чувствовал их основной, как мне показалось, лозунг: «Работать, работать и работать!» — то, от чего россиян
систематически отучают уже не одно десятилетие. Причём для американцев не так уж и важно, глава ты корпорации или мойщик окон, не суть, главное — ты работаешь. А на
заработанные деньги можешь позволить себе купить соответствующий кусок качественного пирога под названием «общественный продукт». И это тоже весьма отличает США от России, где даже за свои заработанные, кровные, можно сказать, получить качественный товар или услугу — задачка не из простых. Или это кому-то доказывать надо, примеры приводить? Кто, когда и для какой «отмазки» придумал гнусный ругательный ярлык — «общество потребления»? А мы? «Я, ты, он, она... вместе — целая страна», мы — не потребляем? Но есть тут один момент: чтобы потребить, так прежде ещё и произвести надо. И другой, не менее важный: а что именно
мы потребляем?
У нас прилагательное «китайский» в сочетании с любым товаром является синонимом определения «хреновый». Но видели бы вы глаза Олежки, когда я заявил, что хочу наконец-то купить в Штатах нормальные, не китайские вещи. Он, по-моему, даже не сразу понял, что я имел ввиду, а потом объяснил мне, дикому, что практически весь ширпотреб на прилавках американских магазинов как раз китайского производства (тоже, между прочим, проявление экспансии, только экономической), отчего, впрочем, качество товаров не страдает
2. Вот и разбирайтесь, с чего бы это вдруг на американских рынках, в отличие от российских, китайцы такими дисциплинированными становятся.
А дело, думается, и в том, что царит в США диктатура закона — единственная, пожалуй, форма диктатуры, приемлемая в современном мире. При существующем там законоприменительном сите, через которое процеживаются все политические, экономические и прочие проявления общественного бытия, брак, халтура, низкое качество просто не достигают конечного потребителя. На фоне российского «пофигизма» и общенационального правового нигилизма, когда для одних законы законны более или менее, чем для других, вера американцев в абсолютизм закона даже умиляет. Написано на двери «Не входить!» — он помрёт у порога, но так и не переступит. Другое дело: рано или поздно придёт дядька и спросит, а почему, собственно, «не входить!», с какого такого перепугу, каким законом предусмотрено? Здесь шибко запретами не побалуешься
3. Но уж если нельзя, то нельзя, под каким бы соусом иное не предлагалось.
Отвлекусь немного от американских дел и напомню недавнюю историю с португальским премьер-министром — по «ящику» показывали. Послали его, бедолагу, в Латинскую Америку — в загранкомандировку. Ну, самолётик там организовали, журналистов на борт подсадили, чтобы «освещали»,
что нужно. Лететь через Атлантику долго и муторно — по себе знаю. Премьер, чтобы время скоротать, к себе в салон министра финансов пригласил — типа, чтобы анекдотами свежими обменяться. Сидят, травят. Ай, да славно время покатилось! А по ходу разговора мужикам ещё и покурить захотелось. Салон-то отдельный — чего б не покурить? Вот и закурили. А журналюги-сволочуги этот момент заприметили и вынесли на обсуждение общественности: как это так! нам, смертным, во время полёта курить запрещают, а сами... Так премьер-министр государства был вынужден и штраф заплатить, а потом ещё долго, как пацан, перед телекамерами оправдываться, что не знал, мол, о существовании запрета о курении на борту, а потому, в качестве искупления, вообще курить бросает... Забавно? Аж до слёз! Сказано «не курить!» — не закурят, сказано «спиртное детишкам до 21 (!) года не продавать!» — не продадут, сказано — полицейские взяток не берут! — даже не думай предлагать, себе дороже выйдет! Так может, именно поэтому «Россия — не Америка»?
Дороги в Штатах хорошие? Ну да, хорошие. А нам что мешает? Нефти для асфальта — хоть залейся, нерудных материалов — хоть засыпься, рабочих рук — хоть запожимайся, денег — всей стране задницы утирать не на один год хватит... Так в чём же дело? Но когда прикидываешь, сколько из выделенных бабок осядет на дорогах, а сколько — в карманах чиновников всех мастей и так называемых «предпринимателей», то начинаешь понимать, что одну из двух извечных российских бед мы не исправим никогда, а вторую... вторая неисправима в принципе — ведь лозунг «нас... м-м-м... любят, а мы крепчаем!» остаётся для десятков миллионов россиян основополагающим. И власти наши делают всё возможное, чтобы лозунг этот не поменялся.
...Так постепенно и пришёл я к выводу, что американцы совершенно иные, чем мы. Нет, не до степени свифтовских лапутян, конечно, но всё же... И не берусь я сказать, лучше они или хуже нас, славян, они — просто другие. Пытаться пересадить их опыт на наши почвы — дело дохлое, группы крови, можно сказать, несовместимы. Но что-то... как-то... ребята, может, позычим у них?.. На минуточку?
г. Магадан, 2007—2008 гг.
* * *
Примечания
1
См. эпиграф к главе III. :-)
2
Здесь я специально подставляюсь, попробуйте поймать — только что писал: «чтобы потребить, надо бы произвести», а тут, на тебе: производят китайцы, а потребляют американцы. Так ведь надо понимать, что США на внешние рынки тоже не с пустыми руками выходят: китайцам — высокие технологии, от китайцев — полукальсоны с начёсом — всем дело находится.
3
Меня перманентно удивляют таблички на дверях наших присутственных мест: «Вход строго воспрещён!» Это как? А если просто «воспрещён» — значит таки можно? А если и вовсе: «Не входить!» — тогда как?